Петров Андрей: другие произведения.

Правда сильных

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
  • Аннотация:
    Это мир в котором огромное значение имеет личная сила. Если за тобой нет поддержки ни семьи, ни могущественных друзей. Если ты одинок и слаб... попробуй выжить. Ссылка на author.today 7-я глава 15.03


Правда cильных

Пролог

  
   Закончившийся вчера поздно вечером, ливень превратил раскатанную телегами дорогу в натуральное болото. Даже солнце, почти весь день безраздельно царившее на безоблачном небе, не смогло иссушить заполненные грязью и лужами колеи. И, судя по вновь медленно напирающим с севера тучам, уже и не успеет. Дожди с утомляющим постоянством шли почти неделю, притом, что до начала сезона оставался еще месяц.
   Два десятка каторжников, скованные вместе, за ошейники, длинной и тонкой цепью, устало месили босыми ногами холодную грязь, следуя за медленно ползущей впереди небольшой телегой. Тяжело нагруженная шанцевым инструментом и разнообразным скарбом, она то и дело застревала. Тогда идущим первыми приходилось наваливаться на борта повозки, помогая тащившей ее каурой кобыле. При этом кто-нибудь обязательно оскальзывался в грязи, сбивая с шага всех остальных и торопливо поднимался на ноги, под ленивые окрики семерки надсмотрщиков. Те, из-за отсутствия свободного места на телеге, вынуждены были все эти часы топать своим ходом, наравне с подопечными чему, понятное дело были совсем не рады... А потом телега опять застревала и все начиналось по новой. Единственное, что хоть как-то радовало - дорога практически все время шла под уклон и не приходилось ползти в гору.
   По правую сторону тянулся почти отвесный, метров пяти высотой, горный склон. А слева дорогу ограждало неглубокое ущелье, скорее даже широкий овраг по дну которого с ревом катился мутный поток напитанной недавними ливнями реки. На другом берегу росли сосны чем дальше, тем гуще, плавно взбираясь по склонам горы уже сплошным лесным покровом. И именно в ту сторону, словно что-то выискивая, то и дело посматривал шедший предпоследним в цепочке каторжников рослый парень лет шестнадцати, почти беззвучно шевеля губами.
   - Что ты там бормочешь? - не выдержал замыкающий, выглядевший ровесником, разве что на полголовы ниже.
   Рослый не торопился с ответом, все также неотрывно пялясь на лес и, устав ждать, второй парень вновь опустил взгляд к земле. Любоваться красотами окружающих гор уже не было ни сил, ни желания - только душу себе травить недоступностью такой близкой свободы. Поэтому внезапно раздавшийся голос напарника, с заметным трудом правильно выговаривавшего слова, заставил его вздрогнуть.
   - Где-то здесь меня поймали.
  

Часть первая

Глава 1

  
   - Внимание сюда, уроды. Сидите тихо и не рыпаетесь - любой, кто дернется без разрешения, сдохнет на месте. Усекли? - прорычал старшой, обведя нас злым взглядом.
   Телега остановилась примерно в полусотне метров от оползня, перекрывшего дорогу и оба вооруженных луками охранника, стояли сейчас на ней, держа стрелы на тетивах. Не знаю как у них с меткостью, но проверять на собственной шкуре совершенно не тянет - в отличие от окованных железом дубинок остальных, наконечники стрел у этой парочки вполне себе боевые. И шутки шутить в присутствии двух десятков пусть и уставших, но запросто способных кинуться, каторжников они вряд ли будут. Так, помимо этого, еще и тесаки в полторы ладони длиной у каждого на поясе болтаются, а куртка и подобие шлема из толстой, дубленой кожи неплохо так защищает от камней. С нашими рубахами и штанами из грубой ткани, в общем даже близко сравнивать бессмысленно.
   Нас заставили сесть прямо на землю метрах в десяти от телеги, после чего один из охранников, не перекрывая обзора лучникам, подошел по очереди к замыкающему и первому. Ключом разомкнул висевшие на ошейниках маленькие замки, и цепь с тихим звяканьем выскользнула из колец. Наматывая ее на локоть, надсмотрщик торопливо отошел к телеге, перед которой уже выстроились остальные.
   Возница тем временем копался в мешках извлекая из тех ножные кандалы. Рисковать, позволяя каторжанам разгуливать просто так, никто не собирался.
   - Подходите по одному и стоите смирно. После приказа отходите обратно и садитесь на землю, - продолжал между тем разоряться старшой, поигрывая дубинкой. И ткнул пальцем в крайнего. - Ты первый. Пошел.
   Сидевший первым, весь заросший черным, с изрядной уже проседью, бородатый мужик медленно поднялся и чуть прихрамывая поплелся к телеге. В этой толпе вообще кроме нас с Хоном других подростков не имелось. Все остальные были старше если не вдвое, то где-то около того, точнее сложно определить по заросшим и грязным лицам. Да мне и плевать, в общем-то. От общей работы в любом случае уклониться не выйдет, и скидку на возраст никто делать не станет.
   Гребанный торгаш!!! Кровь ударила в голову приступом ярости, как и всегда, когда я вспоминал об этом выродке. Вот уж кого, не сомневаясь ни секунды, удавил бы собственными руками, просто с неописуемым наслаждением!
   Резкий тычок в бок от Хона несколько отрезвил, помогая вернуть самоконтроль. Медленно выдохнув, успокаивающе кивнул под внимательным взглядом напарника. Незачем охрану нервировать, они и без того на взводе.
   Отвернувшись, вновь скользнул взглядом по деревьям на той стороне ущелья. Памятный раскидистый дуб, виденный еще в тот, первый раз, когда проходил этой дорогой вместе с караваном будущих каторжников, мы миновали пару часов назад. Так что действительно выходит, где-то здесь меня и выловили... Вышел из леса, называется! Так обрадовался, когда людей увидел, что все мозги из башки напрочь выдуло, хоть бы присмотрелся к ним сначала! Так ведь нет же. Еще и сам через реку перебрался, даже не разуваясь, придурок и только после этого соизволил заметить, что помимо повозок с охраной, присутствуют также и закованные в цепи оборванцы... Молодец, че.
   Неожиданно поймав себя на том, что опять начал чесаться, торопливо убрал руку, усилием воли пытаясь игнорировать зуд. Гребанная погода с этой вездесущей грязью! Как же меня все достало...
   Возница тем временем успел уже нацепить кандалы практически на всех каторжан и очередь дошла до меня. Но старшой охраны, поочередно ткнув пальцем в меня и Хона, кивнул на телегу.
   - Ты и ты, берете ведра и топаете за водой. Чин, Манур - проследите, - приказал он.
   Один из лучников кивнул и спрыгнул на землю, второй же остался в повозке, продолжая наблюдать за каторжниками. Возница, покопавшись в вещах, выудил оттуда два деревянных ведра, литров на десять каждое, добавил связку из семи пустых уже бурдюков. Отцепил еще одно ведро, висевшее под задним бортом телеги - для лошади, как я понимаю, и всучил все это добро нам.
   - На ту сторону идите, через завал, - махнул он рукой вперед, обращаясь к лучнику. - Здесь вода грязная вся, там почище должно быть.
   Оба выделенных нам охранника с кислыми выражениями на лицах оглядели перекрывший дорогу оползень, но возражать все же не стали. Река уже успела пробить себе путь сквозь завал из земли и камней и мутным потоком неслась дальше. Пить такую воду удовольствие то еще, а уж готовить на ней...
   - Ладно, шагайте, - кивнул нам лучник.
   Обвал случился вчера утром и земля, естественно, слежаться толком еще не успела. Ближе к краю ущелья высота была небольшой, едва ли пару метров всего, но ступать по этой мягкой, осыпающейся прямо под ногами куче было страшновато. Того и гляди снесет вниз и хрен тебя там кто откопает. Даже если захотят.
   Пройтись по дороге в поисках более-менее подходящего места для спуска к реке пришлось метров двести, но в итоге все же отыскали. Склон крутой и не очень удобный, но ничего лучше поблизости найти не получится. Правда, как будем обратно подниматься я не очень себе представляю пока.
   Спустившись к воде, осторожно пристроил ведра рядом с собой и, первым делом, вволю напился. Холодная! Аж зубы ломит, и какая же вкусная! Рядом с не меньшим удовольствием фыркал Хон, утоляя жажду - с самого утра, без остановок сюда топали. Хоть и горы вокруг, а духота как в парилке. И влажность такая же.
   Набрав пригоршню воды, растер по лицу, смывая въевшуюся в кожу грязь. И еще раз. Еще. Осторожно наклонился вперед, всматриваясь в ломающееся и ходящее ходуном от мощного течения реки, собственное отражение... Надо же, почти и не изменился, оказывается, только черты лица заострились, да грязные лохмы торчат во все стороны - камень с острой кромкой не лучшая замена ножницам. Да и в плошке с водой, в скудном освещении барака много не разглядишь. Уже и забывать начал, как выгляжу.
   Еще одежду снять да прополоскать хотя бы - нормально отстирать всю эту грязь вручную, без моющих средств просто нереально. Да только кто ж мне позволит этим заниматься-то, сейчас, на руднике прачечная есть, для таких дел. А еще, там есть баня... Поймав себя на том, что опять начал чесаться, раздраженно выдохнул. Хватит, надо уже успокоиться. И внимательно по сторонам смотреть.
   - Чего копаетесь, поднимайтесь! - раздавшийся сверху окрик заставил вернуться к реальности. Охранники спускаться вместе с нами не пожелали, да оно и не нужно по сути - куда здесь бежать-то. Стрела везде догонит.
   - Сам сможешь? - окинув долгим взглядом склон, негромко спросил Хона.
   - За себя переживай, - дернув щекой, произнес тот, также глядя наверх.
   Наполненное ведро парень держал в левой руке - правая, чуть вывернутая в локте неправильно сросшимся переломом, слушалась плохо.
   - Не торопись главное, иначе сорвешься, - предлагать помощь сразу, не стал. Гордый, порой до невменяемости, парень свою слабость воспринимал крайне болезненно.
   Не ответив, Хон покосился на меня и криво усмехнувшись, весьма шустро поднялся наверх, умудрившись нигде не споткнуться. После чего остановился на краю дороги и, обернувшись, издевательски поманил ладонью к себе. Акробат, тоже мне - вот пусть за третьим ведром сам и бежит, а с меня и этого вместе с бурдюками хватит. Еще раз оценив глазами предстоящий подъем, я вздохнул и поплелся вверх по склону. Не так быстро и ловко, зато надежно - улететь в ледяную воду, поскользнувшись на мокрой земле, последнее что мне сейчас нужно от жизни.
   К моменту нашего возвращения, работа на стоянке уже кипела вовсю. Каторжники копошились у основания завала, орудуя деревянными лопатами и кирками, скидывая землю и камни прямо в реку. Осыпь рыхлой кучей поднималась практически до самого верха обрыва, перекрыв метров десять дороги. Что тут могут сделать два десятка человек с нашими инструментами, понятия не имею, мы это все неделю разгребать будем. Но, видимо, начальство рудника считало иначе, раз уж решилось выдернуть на расчистку дороги бригаду Старика, славящуюся самой дисциплинированной и умелой. Что тот сейчас и доказывал на удивление четко и слаженно организовав работу своих подопечных... Но, экскаватор здесь все равно не помешал бы. Хотя нет, нахер тот экскаватор! Хочу автомат с бесконечными патронами...
   Сука, как же бесит все это...
   Возница успел уже выложить из найденных камней большое кострище, в котором сейчас горели привезенные с собой дрова. Распряженная и стреноженная лошадь стояла возле телеги, хрустя овсом из подвешенной у нее на морде торбы. Не будь рядом надсмотрщиков, корм у бедной животины давно бы уже отобрали, потому как жрать хотелось просто неимоверно. А потому вид установленного над костром здоровенного котла, обещавшего скорый ужин, вызывал исключительно положительные эмоции.
   Наше возвращение не осталось без внимания. Работу никто, конечно, не бросил, но оглядывались все, с нескрываемым нетерпением на лицах.
   - Господин Мунч, нам бы попить маленько, - спустя пару минут подал голос Старик, оторвавшись от работы. - Совсем мочи уж нет.
   В освобожденной от изрядной доли груза телеге теперь хватало места, чтобы с удобством там устроиться, что старшой и проделал, на зависть подчиненным. Еще и сапоги скинул, чтобы уж совсем здорово стало.
   - Ужин готов будет, тогда и напьетесь, - лениво отозвался Мунч, покосившись в его сторону. - Работайте давайте.
   - Так ведь с утра самого ни глотка во рту не было, - просительным тоном пожаловался Старик. - Совсем ведь замучила, жажда. А так и работать полегче будет.
   Мунч несколько секунд раздумывал, после чего махнул рукой.
   - Лим, напои их, - бросил он возившемуся с костром вознице. И добавил, кивнув на нас с Хоном. - Сначала этих двоих в кандалы упакуй, пусть работают.
   Халява закончилась. Мелькнула было мысль рвануть отсюда на полной скорости, но под внимательными взглядами обоих лучников, немедленно исчезла. Куда здесь бежать-то, в реку разве что. Концы в воду, ага. Не факт, что до края дороги даже добежать успею. Сдерживая невольно пробегавшую по телу дрожь, подошел к телеге... Выверт сознания какой-то, не иначе - к ошейнику привык давно уже, хотя первое время неслабо так колбасило, а вот кандалы носить еще не доводилось. Не нужны они на руднике.
   Лиму на мои переживания было глубоко похер, даже вниманием не удостоил - попросту защелкнул браслеты на ногах, провернул ключ в замке и все. Следующий. Хон, кстати, напряжен был не меньше моего, хоть и пытался не подавать виду, но по лицу все равно заметно. В какой-то момент даже показалось, что парень сейчас вознице затылок проломит, но нет, сдержался. Развернулся и вместе со мной двинулся в сторону Старика, поманившего нас к себе ладонью.
   Цепь кандалов была короткая, сантиметров пятнадцать всего. С ней не то, что бегать, просто ходить нормально получалось с трудом. Пока добрели к завалу, несколько раз чуть не навернулся - ноги по привычке пытались ступать шире... Как же бесит!
   Наблюдавший за нашим ковылянием, Старик покачал головой и усмехнулся.
   - Будете землю к обрыву стаскивать, - кивнул он на лежавшие рядом широкие и плоские корзины. - Только не спешите, не то сами вниз навернетесь. По первости оно всегда так, неудобно. Главное не отвлекайтесь и следите за собой, тогда привыкнете.
   Нахрен оно мне не сдалось, такое привыкание... Хон, судя по мрачному лицу, был такого же мнения. На языке крутилось много чего, ответить, но лучше промолчать.
   - Не раскисайте, до заката всего пара часов осталась, да еще ужин раньше поспеет. Никто нас по темноте работать не заставит, успеем отдохнуть еще, - улыбнувшись, отчего его морщинистое лицо и вовсе стало похоже на печеное яблоко, произнес Старик, неверно понявший наши переживания.
   А может быть, как раз-таки, верно - не зря ведь столько лет в бригадирах ходит, по любому научился в людях разбираться. Оно ему надо, чтобы двое малолеток дурь какую-нибудь учинили в такой ситуации? Вот и попытался переключить мысли на скорый отдых... Какой я умный-то оказывается, аж самому тошно.
   К слову, я ведь даже не представляю как его зовут на самом деле - "Старик" и "Старик" - никто к нему иначе и не обращался никогда. Невысокий, худенький и лысый, как коленка живчик, способный дать фору кому угодно из более молодых. Настоящий "дедушка - божий одуванчик". Спокойный и исполнительный, за что особо ценится начальством. При этом я ни разу не слышал, чтобы последнее вызывало у него какие-то проблемы с каторжниками. А вот как он приказывал другим бригадирам, и те послушно исполняли - видел собственными глазами. Авторитетный старичок.
   Работа, в общем-то, мало чем отличалась от привычной уже по руднику. Даже, скорее легче намного - не приходится тележку с пустой породой к рудничным отвалам толкать. Тем более, что корзины мы таскали на пару с Хоном, одному было бы не слишком удобно, очень уж они широкие. Главное состояло в том, чтобы действительно не сверзиться с обрыва, к чему приноровились довольно быстро.
   Каторжников по одному отправляли к телеге, чтобы сразу много не собирались в одном месте. Костер трещал дровами, вода в котле закипала, а Лим возился с продуктами, чем вызывал повышенный интерес не только заключенных, но и охраны. Жрать хотелось всем, и хотелось как можно скорее. Еще полчаса и желудки, наконец, заткнутся...
   - Берегись!
   Сбившись с шага, я бросил корзину на землю и вместе с Хоном шарахнулся прочь от края обрыва, до которого оставалось-то буквально пару шагов. Намертво уже вбитая на руднике привычка - сначала выполнять команду, а потом уже башкой по сторонам крутить. Чтобы этой самой башки не лишиться по собственной дурости. Одного раза, когда чуть не остался под землей навеки, хватило.
   В кандалах не очень-то побегаешь, но страх порой и не такие чудеса творит. Вот и сейчас я сам не понял, как оказался в десятке метров от края дороги и осыпи, только после этого обернувшись. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как огромный, тянувшийся почти до самого верха скалы, завал вдруг просел и, словно река, устремился вниз. Побросавшие инструменты, каторжники ломанулись прочь, кто бегом, а кто и на карачках успевая убраться с дороги... Да твою же ж! Двигавшаяся с кажущейся неторопливостью масса земли и камней, мгновенно расползлась в стороны чуть ли не вдвое от прежнего, слизнув попутно сразу троих неудачников.
   После короткой неразберихи и суеты, Старик все же сумел организовать своих подчиненных, загнав тех обратно к завалу. В немалой степени тому способствовал Мунч, выпрыгнувший из телеги прямо босиком и теперь искавший на ком бы сорвать злобу. Каторжникам получать в зубы от взбешенного надсмотрщика совершенно не хотелось, так что по своим местам они разбежались очень быстро. Брошенные инструменты разыскивать и откапывать засыпанных. Тем более, что изрядно уменьшившаяся осыпь повторными обвалами больше не угрожала.
   В итоге жертву себе обозленный начальник охраны все же нашел, и по зубам, от всей души, прилетело Лиму - за опрокинутый котел с уже почти готовым ужином. Сам возница постарался, торопясь убраться подальше от обвала или же случайно так вышло, хрен его знает. Да и не интересовало это никого, если честно, главное было в том, что этот самый ужин теперь предстоял еще очень нескоро. И вот за это несчастного мужика готовы были убить на месте не только каторжники, но и другие охранники.
   Думаю, не нужно объяснять, кого именно запрягли таскать воду.
   - Манур, - не очень внятно буркнул возница, потирая быстро расплывающийся по левой скуле синяк. - Сходи с ними за водой, присмотри.
   Как раз выбравшийся из-под навеса и отчаянно зевавший, охранник посмотрел сначала в сторону завала, после чего перевел взгляд на Лима.
   - Ты совсем дурной? Я туда не полезу.
   - Да что там страшного-то? Все, что могло уже обвалилось, - скривился возница.
   - Вот сам тогда и сходи, смелый ты наш, - неприятно осклабился Манур.
   Лима от этих слов натурально перекосило. Не знаю, в чем соль шутки, но, судя по раздавшемуся из-под навеса обидному ржанию остальных надсмотрщиков, это было что-то личное. Манур, прищурившись наблюдавший за ним, криво усмехнулся - невысокий и коренастый, на фоне щуплого возницы охранник казался почти квадратным, такому и дубинка не нужна, голыми руками сможет все кости переломать.
   - Веревку дай, так воды наберем, - сжалился, наконец, над мужиком парень. - Течение уже всю муть растащило, вода чистая будет.
   - А нету веревки, - злорадно отозвался Лим и развел руками. В драку он лезть не рискнул, а вот на перебранку смелости хватило вполне. - Так что придется тебе идти...
   - Тогда цепь к ведру привяжи, - лениво перебил его охранник.
   - Чтобы вы ее там утопили? А с меня потом спросят за потерю! - совершенно искренне возмутился мужик. И продемонстрировал собеседнику кукиш. - Хрен тебе!
   - Ты это, не борзей... - набычился парень, медленно двинувшись вперед.
   - Хорош лаяться! - отходивший по нужде Мунч вернулся как раз вовремя, окриком заставив спорщиков заткнуться. - На завал никто не полезет, опасно слишком. Там, шагов сто где-то, вроде спуск к воде был, - махнул он рукой назад по дороге. - Сходите, гляньте. Если не получится, цепь используем.
   Возражать никто не посмел, хотя Лим и скривился недовольно, но промолчал. А мы, подхватив ведра двинулись в указанном направлении. И даже нашли этот спуск, примерно там, где и сказал старшой. Только вот...
   - Вы это, оба сразу не лезьте, а то сорветесь еще, - подошедший вместе с нами к краю дороги, Манур глянул вниз и хмыкнул. Склон был явно покруче, чем в первом месте и казался менее удобным. Охранник перевел оценивающий взгляд на Хона. - Ты, вроде как половчее будешь. Попробуй спуститься.
   Хон, покосившись на него, неохотно кивнул и двинулся вниз. Спускался он не так ловко, как на том склоне, а вот обратно к дороге поднялся уже вполне уверенно - нигде не споткнулся, не поскользнулся. Правда, как оно там с тяжеленными ведрами в руках будет надо еще посмотреть.
   - Нормально, ты тоже сможешь, - сообщил этот акробат мне, усмехнувшись.
   - Тогда, топайте, - приказал Манур, отвлекшись от разговора с напарником.
   Ну, мы и потопали, деваться-то все равно некуда. А понимание того, что чем быстрее вернемся, тем раньше начнут готовить новую порцию ужина, добавляло прыти даже больше, чем окрики надсмотрщиков.
   Когда вернулись на стоянку, работы по разгребанию завала вновь шли полным ходом, а всех троих неудачников уже успели вытащить. Двое были в относительном порядке - перемазанные в грязи и изрядно ошалевшие от всего произошедшего, очухались они довольно быстро. А вот третьего откопали с разбитой головой и без сознания, видимо камнем задело. Лим, на попечение которого раненого и скинули сразу же, промыл и перевязал рану, однако тем его возможности и ограничились. Приходить в себя мужик не торопился, не смотря на предпринятые попытки его разбудить, так что в итоге бедолагу пристроили рядом с костром, под присмотром возницы.
   И в довершение всех бед этого дерьмового дня, начал накрапывать дождь. Теперь внимание каторжников в равной мере распределилось между котлом на огне и навесом, установленным в стороне от телеги, возле скальной стены. Сумерки, обещавшие отдых, сгущались неторопливо, словно издеваясь над измученными людьми или же оно так просто казалось. Но, в итоге успевший уже успокоиться Мунч не стал дожидаться темноты и объявил отдых раньше. Цепь вновь соединила ошейники, после чего нас загнали под навес и туда же перетащили раненого. Охрана разместилась под другим, метрах в двадцати от нашего, рядом с костром, а между ними то и дело сновал выставленный дежурить, неудачник.
   Так и сидели, сбившись в кучу и прижимаясь спинами друг к другу, чтобы хоть как-то согреться, прислушиваясь к перестуку капель дождя по навесу. Не знаю из чего он сделан, вроде бы не из кожи, но протекать пока что не собирается. Четыре метровых палки стояли по углам и еще одна, полутораметровая, в центре позволяя тем самым воде нормально стекать в специально для этого выкопанную вокруг, канавку, уводившую ее прямо в реку. Так что внезапное затопление посреди ночи нам не грозило. Еще бы кучу лапника под задницу, чтобы не так жестко сидеть, и станет совсем хорошо... А еще лучше сразу кровать, с мягким матрасом и подушками. И, желательно, как можно дальше отсюда, ага... Но, поскольку до ближайших деревьев не меньше десятка километров по дороге в обе стороны, ну или метров триста всего, зато через ущелье с бешеной рекой, придется обходиться без такой роскоши. Главное, что сухо.
   Лим, вконец задерганный постоянными окриками охранников, со второй попытки все же умудрился ничего не запороть, и ужин, наконец-то, был приготовлен. Правда, повар из возницы оказался никакой. Есть приготовленное им варево из сушеной рыбы и каких-то овощей, было можно, но вкус у него... он был, короче. Хотя, от второй порции я бы не отказался, одной как-то слишком уж мало оказалось.
   В медленно сгущающихся сумерках, перегородивший дорогу завал казался монолитным и надежным. Вот только... Окинув взглядом изрядно просевшую по высоте осыпь, я вздохнул про себя - ведь практически готовый мост до самого верха был! Как по нему в кандалах забираться это, конечно, тот еще вопрос, но сам факт. Досадно.
   - Забей, - выдал вдруг сидевший рядом Хон, успевший, пока я втыкал в пространство, уже выхлебать половину миски.
   Словечко это он, кстати, как раз от меня и подцепил в свое время. В языке хинну оно имело примерно те же значения, что в русском, а потому зашло идеально. Правда, конкретно сейчас я не очень догоняю, о чем он. Заметив мое недоумение, Хон закатил глаза и ткнул ложкой в сторону осыпи.
   - По ней все равно на гору не подняться было.
   - Так-то оно, конечно, да, но... - протянул я больше из чувства противоречия.
   - Без всяких "но", - отрезал парень, с сожалением оглядев опустевшую тару. И ухмыльнулся, покосившись на меня. - Думаешь, ты один такой умный? На этот "мост" здесь каждый облизывался, хорошо хоть ума хватило не соваться. Лучники только и ждали, чтобы какой-нибудь идиот решился.
   Оглянувшись на орудовавшего возле котла возницу, явно прикидывая шансы выпросить у того добавки, Хон скривился, решив не соваться к обозленному мужику. От Лима сейчас скорее не второй порции, а по морде схлопотать вероятнее.
   Все равно досадно. А кандалы... ну, как-нибудь, а там извечный "авось" вынесет.
   Спать устраивались уже в кромешной темноте, лишь костерок рядом с которым расположился часовой, маячил тусклым пятном, постепенно затухая.
  
   Получивший камнем по голове, каторжник до утра не дотянул.
   Когда зевающий в кулак возница приперся будить нас с Хоном ни свет ни заря, собираясь отправить за водой, мужик был уже холодный. Мунч, проснувшись, мрачно выругался и приказал сбросить труп в реку. Прямо в одежде, все равно уже изодранная, только ошейник сначала снять. Выполнять пришлось, сами догадываетесь кому.
   Настроение, и без того не блиставшее оптимизмом испоганилось окончательно. Прихватив ведра, двинулся вслед за Хоном по уже знакомому маршруту, старательно размахивая руками, чтобы хоть как-то согреться. А еще, прислушиваясь к организму - пока никаких признаков простуды не ощущалось, что весьма удивительно, учитывая в каких условиях пришлось ночевать. Хотя, сутки-двое такой жизни и я обзаведусь полным букетом всевозможных хворей.
   Но, бесило другое.
   Я не хочу сдохнуть, как этот мужик. А именно это рано или поздно и произойдет, если вернусь на рудник. Мне вообще невероятно повезло, что вместе с Хоном попался на глаза начальнику смены, когда тот отбирал рабочих на расчистку дороги. И впервые за гребанные четыреста семьдесят дней, сумел выбраться за пределы этого поганого места! Полтора года почти! Сука, как я этого торгаша ненавижу!! Тварь!..
   Медленно выдохнул сквозь зубы, заставляя себя успокоиться. Хон, с которым я уже успел поравняться, покосился неодобрительно и, скорчив страшное лицо, чуть качнул головой назад. Топающие следом охранники, вроде бы ничего не заметили, но лучше не давать им повода для подозрений. Иначе из кандалов потом не вылезем оба.
   Вопреки моему первому впечатлению, рудник оказался вовсе не рабской душегубкой, а именно каторгой - исправительным учреждением. Что, однако, совершенно не помешало приведшему караван с новыми каторжниками и провизией, торговцу каким-то образом меня туда продать. Предварительно обобрав до нитки. Урод.
   Детей на руднике не было, а вот подростков - пятнадцати-шестнадцати лет, оказалось не так уж и мало. Как понимаю, до светлой мысли о бесценности человеческой жизни в этом мире пока что не додумались. Максимум, на что местных законников хватило это не рубить головы попавшимся на воровстве или еще каким преступлениях, несовершеннолетним, а сплавлять тех на каторгу. Запрягать нас наравне со взрослыми даже не пытались, но вкалывать все равно приходилось немало, считай все подсобное хозяйство только на подростках и висело... Разумеется, с перспективой перевода в шахты по мере взросления. А оттуда уже не сбежишь.
   Я еще пару месяцев назад был вровень с Хоном, который великим ростом тоже не особо-то выделялся, однако, похоже порода сказывается даже не смотря на скудную еду. У нас в семье все были высокими, вот и я вверх потянулся. Если вернусь на рудник, в скором времени, уверен, меня направят к остальным рудокопам. Вот только в отличие от многих из каторжников, освобождение мне не светит вообще никогда! Понятия не имею, что проклятый торгаш тогда наплел - если вообще этим утруждался, гнида, - но срок мне определили пожизненный, как я выяснил, когда более-менее язык выучил... Ненавижу!
   Поэтому, если не хочу сдохнуть как недавний мужик, необходимо действовать. Причем именно сейчас, пока на рудник не вернулся, потому что другого шанса на побег, скорее всего уже не будет... Только вот что делать-то?
   - Ты плавать умеешь? - ледяная вода несколько взбодрила, разогнав сонливость.
   - Не очень хорошо, - отфыркивавшийся рядом, Хон на пару секунд замер, осознав суть сказанного и окинул взглядом реку. - Только, как выбираться будем? Стены ущелья крутые, долго в холодной воде не продержимся.
   Угу, а еще течение здесь такое, что легко сносит булыжники, которые мы с дороги сбрасываем. И из меня самого пловец тоже не сказать, что выдающийся, последний опыт почти два года назад был.
   - У нас есть выбор? - набрав в ведро воды, я аккуратно поставил его рядом с собой и взялся за следующее. - Еще пара таких ночевок и мы точно никуда не уплывем. Тупо сдохнем. Может даже прямо в лагере.
   Хон промолчал, тоскливо глядя на проносящийся мимо бурный поток. Лезть в эту воду ему определенно не хотелось. Как и мне, впрочем.
   - Мне нельзя умирать. Только не сейчас, - мрачно процедил, наконец, парень. - На руднике остались двое моих людей. Я обязан выжить и рассказать о них. Больше некому.
   - В смысле - твоих, у тебя свои люди есть? - растерялся я. Сбил он меня с толку таким заходом. - Это как... Ты кто вообще?
   Хон молча покосился на меня и поднялся на ноги. Встряхнулся, разминаясь и, подхватив ведро, двинулся вверх по склону к дороге. По-прежнему молча. Иногда он так бесит своими выходками, что сил никаких терпеть нет. А приходится. Как, думаю и ему с моими ничуть не меньшими заскоками... Да и не такой уж он плохой напарник, на самом-то деле, бывали и хуже.
   Вздохнув, я поднял ведро и поплелся следом за Хоном. Посмотрим, на вопрос мой он точно не обиделся, а значит, если надумает, сам расскажет. Лезть к нему с расспросами я больше не стану, хоть и любопытно.
   Спускавшийся за вторым ведром, Хон проскочил мимо, когда я был уже на середине подъема. Вот как он так умудряется, а? Не понимаю, тут ногу не туда поставишь и вниз полетишь, а он носится, как козел горный... И по осыпи, наверное, тоже легко смог бы забежать наверх, без кандалов, само собой... Зараза, у меня мысли сейчас только на одной теме крутятся.
   Выбравшись на дорогу, поставил ведро и, глянув на почти уже поднявшегося следом Хона, потянулся, разминая мышцы...
   Ощущение чего-то... непоправимого... жуткого, нахлынуло вдруг, вышибая из головы всяческие мысли, оставив один только животный ужас... А в следующее мгновение окружающие горы словно вздохнули. И я, буквально всем своим естеством ощутил, как вся эта неимоверная громада пришла в движение. Земля толкнулась в ступни сбивая с ног, и я грохнулся на колени, на автомате схватившись за мелькнувшую перед самым лицом руку Хона, уже заваливавшегося назад... И полетел вниз вместе с ним.
   Мощный рывок едва не выбил мне плечи из суставов. Я заорал от боли, но сумел удержаться за выступ, попавшийся под руку в последний момент. И с трудом, но потащил Хона наверх, мертвой хваткой вцепившись в его ладонь. Парень пытался упереться во что-нибудь ногами, хватался непослушными пальцами правой за траву и корни... И соскальзывал, каждый раз едва не сдергивая меня вниз!
   - Хватайся! - я сам бесполезно шарил ногами, пытаясь найти хоть какую-нибудь опору, на продолжавшем сотрясаться склоне. - Хватайся!!!
   Грохот забивал уши, и я попросту не слышал, что он там кричал в ответ. Да я даже себя самого не слышал. Зато отчетливо ощущал, как начинают соскальзывать пальцы на выступе, как с каждой секундой становится все тяжелее удерживать Хона. И как боль все сильнее простреливает плечи гарантируя, что я полечу с обрыва следом за ним...
   Высунувшийся над краем обрыва Манур, без слов вцепился в мою руку и одним рывком буквально выдернул нас обоих наверх. И, схватив за шиворот, отволок подальше, умудряясь не терять равновесие от продолжающихся подземных толчков.
   - Живы? - цепкий взгляд серых глаз обшарил нас с Хоном. Не обнаружив видимых повреждений, охранник кивнул сам себе. - Живы... Чин, надо проверить что в лагере творится, - обернулся он к напарнику, напряженно смотревшему в сторону огромного облака пыли, вспухшего сейчас на месте стоянки. - За этими двумя присмотри, чтобы не грохнулись обратно. И повнимательнее, а то еще деру да... хр-раа!!!
   Непонятно, когда успевший подняться на ноги, Хон вдруг плавно и очень быстро скользнул вплотную к попытавшемуся отшатнуться Мануру. Перекочевавший из ножен на поясе охранника в левую ладонь парня, тесак ударил бывшего хозяина под нижнюю челюсть, оборвав речь на полуслове. Подшаг вперед, и Хон врезался в мужика правым плечом, сбивая с ног. А выдранный из раны тесак промелькнул в воздухе, врубившись лучнику в грудь по самую рукоять. Безмолвно разинув рот, тот пошатнулся и рухнул на колени, медленно завалившись набок.
   Оху...
   - Луком умеешь пользоваться? - оборвал мой ступор Хон, торопливо сдиравший с Манура пояс. - Яр, не стой, забери оружие со второго!
   А? Тряхнув головой, я торопливо двинулся к охраннику, усилием воли задвигая как можно дальше панику и растерянность. Потом, все потом, сейчас надо взять оружие и валить отсюда... А куда, кстати?
   - Нет, не умею, - сообразил, наконец, ответить на заданный вопрос.
   - Плохо. Но, все равно возьми и его тоже, - приказал Хон.
   Блевать при виде еще сочившегося кровью трупа меня не тянуло. Брезгливость разве что шевельнулась где-то внутри. Очень глубоко. Вытравили за почти полтора года на руднике, в том числе и кулаками надсмотрщиков. И уж сожалеть, а тем более раскаиваться в смерти этих двоих я точно не собирался.
   Попытка вырвать нож из раны ни к чему не привела, очень уж крепко засел. Это с какой же силой надо было метнуть, чтобы пробить толстую кожанку, да еще и ребра - Хон ведь ему прямо в солнечное сплетение тесак загнал!.. Ну, вот пусть сам и достает теперь. Стащив с трупа перевязь с коробкой для лука - как она называется... неважно! - и колчан с десятком стрел, спрятал оружие внутрь и взялся за ремень. Нож, дубина, лук - я теперь вооружен и очень опасен. Хе-е... Боже, какая хрень в голову лезет!
   - Что дальше? - спросил я Хона, как раз вытиравшего нож о одежду лучника.
   - Дальше, нам туда, - махнул он рукой вперед по дороге. Облако пыли уже изрядно осело, а с места стоянки доносились крики.
   - Зачем? - соваться к, возможно, еще живым надсмотрщикам очень не хотелось.
   - Затем, что с дороги нигде не свернуть, до самого рудника, - покачав тесак в ладони, Хон сунул его в ножны и посмотрел на меня. - Через реку мы там нигде не сможем перебраться и на стену не влезем.
   Черт. Черт! Как же хреново-то!
   - Если придется драться - не сомневайся, бей сразу и насмерть, понял? - подойдя в упор ко мне, веско произнес Хон. А глаза бешеные. - Нас щадить не станут.
   - Понял, - выдавил я. Куда ж ты подевалась-то, злоба моя и готовность убивать?
   Страшно до одури, но парень прав. И я не хочу возвращаться на рудник. Ни за что! Лучше сдохнуть сразу... Все равно, больше одного раза не убьют.
   - Понял, - повторил уже увереннее. Я не буду сомневаться.
   - Хорошо, - он кивнул и двинулся вперед, не прекращая говорить. - Достань лук, и стрелу наложи. Когда скажу - выстрелишь. Даже если не попадешь, не страшно, может хоть напугаешь немного. Вперед меня не суйся, добивай тех, кого я не успею... Если меня убьют, просто убегай.
   Я молча кивал, запоминая и, одновременно, пытался правильно наложить стрелу на тетиву. В башке был полнейший сумбур и оставалось только надеяться, что ничего не перепутаю, не облажаюсь... и не всажу Хону стрелу в спину.
   Подземные толчки уже прекратились, а накрывавшее место стоянки пыльное облако почти осело, давая возможность увидеть огромный завал, накрывавший почти весь лагерь. Возле перевернутой и наполовину засыпанной телеги, вполоборота к нам, Мунч остервенело пинал валявшееся у него в ногах тело. А перед ним, почти у самого края дороги, замерли четверо каторжников, во главе со Стариком.
   - Бросили камни, суки! И на землю легли! - ощерившись, прорычал Мунч и, пинком отбросив от себя скрюченное тело, левой рукой выдрал из ножен тесак. - Мордами вниз, я сказал!
   - Господин, не надо, сейчас, они все сделают... не надо, господин, - испуганно вскинув перед собой руки и сделав несколько шагов вперед, запричитал Старик, бросив в нашу сторону быстрый взгляд.
   - Заткнись, гнида, и стой на месте! - рявкнул Мунч.
   - Сзади! - за повозкой возился еще один охранник, пытавшийся кого-то откопать прямо руками. Бросив свое занятие, он сейчас замер, напряженно следя за нами.
   Мунч резко обернулся, не выпуская при этом из поля зрения каторжников. И выглядел он в этот момент по-настоящему жутко - грязное, залитое кровью лицо казалось перекошенной яростью маской.
   - Оружие бросьте и мордами в землю! Иначе убью, - процедил он.
   Отвечать мы, понятное дело, ничего не стали. Хон так и вовсе снял с пояса дубину и, перехватив ее левой рукой, правой потянул из ножен тесак. Еще и шагу прибавил, не оставляя никаких сомнений в своих намерениях. Мунч прошипел что-то неразборчиво, а лицо у него в этот момент стало совсем бешеным.
   - Господин, господин, не волнуйтесь, они просто не поняли! - голос Старика ушел уже чуть ли не в ультразвук, буквально ввинчиваясь в череп, не позволяя себя игнорировать. А останавливаться он и не думал, короткими шажками приближаясь к охраннику. И, не оборачиваясь, буквально зарычал каторжникам. - Бросьте камни!
   И они бросили. Мунч рванулся в сторону, закрывая локтем лицо, и тут же с диким воплем покатился по земле, когда смачно влепившийся в правую ногу камень, перебил ему колено. Попытался подняться, одновременно отмахиваясь ножом от непонятно как успевшего подобраться в упор Старика, но тот легко уклонился, перехватив и до хруста вывернув руку. Еще один наполненный болью крик, и клинок сменил хозяина.
   Выскочивший из-за телеги второй надсмотрщик с невнятным воплем метнулся к Старику, замахиваясь дубинкой. Тот шагнул навстречу, обманчиво легко увернувшись от удара, и коротко двинул кулаком в открытый правый бок. Мужика буквально пополам сложило! Грохнувшись на колени, охранник с хрипом уткнулся лбом в землю, да так и замер, не способный защититься от добивающего удара в затылок.
   Выпрямившись, Старик неспешно подошел к неподвижному телу, которое не так давно пинал Мунч и, проверив пульс на шее, досадливо покачал головой. Скорчившийся возле телеги надсмотрщик заметно напрягся, когда каторжник присел рядом на корточки и, нехорошо улыбнувшись, молча протянул к нему раскрытую ладонь.
   Мунч, пару секунд смотрел на нее, после чего, поморщившись от неловкого движения, полез за пазуху и вытянул кольцо с парой ключей на нем. Раздраженно скривился, и с явной неохотой опустил его на протянутую ладонь Старика. Тот, быстро разобравшись со своими кандалами и ошейником, перебросил ключи подошедшим каторжникам. Кивнул на труп охранника.
   - Рун, шмотки с тела прибери и в телеге пошарь, что полезного есть, - приказал он одному из подчиненных, после чего перевел взгляд на двух других. - А вы гляньте, кого он там отрыть пытался. Если еще живой - добейте. И вообще, проверьте, может кто из наших там, где торчит... Ключи мне, - сделал он призывный жест ладонью, одновременно покосившись в нашу с Хоном сторону. После чего вновь обратил внимание на надсмотрщика.
   - Мунч, ты как умереть хочешь - легко или плохо? - поинтересовался он, совершенно спокойно, чуть нависнув над мужиком.
   - Ты что задумал? - прохрипел тот.
   - У меня есть к тебе несколько вопросов. Ответишь честно и полно - мучать не буду, - ответил каторжник. И взмахом ладони подозвал нас с Хоном поближе.
   Покосившись на меня, напарник помедлил, но все же двинулся вперед, правда уже не так уверенно и быстро, как прежде. Ну, а мне ничего не оставалось, как двинуться за ним следом. Хотя, будь моя воля, свалил бы куда подальше - молниеносная расправа над охранниками этим, с виду безобидным старичком, впечатляла.
   - Ну, а что насчет вас, ребятки? - поднявшись на ноги, поинтересовался Старик, дождавшись, когда мы приблизимся. - Пойдете с нами?
   Прищуренные, выцветшие глаза смотрели неожиданно цепко, а от сквозившего в голосе дружеского участия, натурально пробирало до самого нутра. Жуткий старик, ну его нахер, я лучше здесь останусь, чем с таким вместе хоть куда-нибудь пойду!
   - Нам есть куда возвращаться, - не знаю, испытывал ли Хон то же, что и я в этот момент, но виду не показывал. Но, скорее всего да, раз уж за меня все сразу решил.
   - Вот, как, - Старик провел пальцем по левой скуле, и подбросил ключ на ладони.
   Хон весь подобрался, словно перед прыжком, не спуская глаз с ключа. Да и я тоже напрягся, готовясь выстрелить - а ну как в реку его сейчас запулит, козел старый! Дед же, будто издеваясь, изображал задумчивость, не переставая подкидывать ключ.
   - Ну, добро. Держи тогда, - выдал он вдруг, перебросив железку Хону. - Шмотки с тех двоих можете себе оставить, едой тоже поделимся, что найдем... Убивать вас не буду, в память о совместном труде, просто разойдемся и забудем друг о друге.
   Хон медленно кивнул, настороженно глядя на старика, словно ожидая подвоха и расстегнул свой ошейник, после чего помог мне.
   - Ну, вот и славно, - усмехнулся Старик. И махнул рукой, разом утратив к нам интерес. - Идите пока отсюда. Незачем вам слушать, о чем мы тут разговаривать будем.
   Ну, мы и пошли - молча и не оглядываясь.
   А пока шли, в голове набатом стучала единственная, зато такая прекрасная мысль.
   Свободен!
  

Глава 2

  
   - Стой уже, - прохрипел я, тяжело привалившись к дереву. И тут же сполз по нему на землю - ноги просто не держали.
   Прежде я считал себя очень выносливым, и не без оснований - когда день за днем толкаешь к отвалу битком забитую пустой породой тележку, то либо сдохнешь, либо сам станешь двужильным. А я эту проклятую тележку почти год таскал! Последние шесть месяцев так и вовсе вместе с этим вот гадом. И все равно, ноги будто отваливаются от усталости, а ему хоть бы хны, даже уставшим не выглядит. А ведь у него за спиной еще и мешок висит, как и у меня - Старик не стал жадничать, поделился неправедно нажитым скарбом. Мертвым-то оно все равно уже без надобности.
   Хон, не отвечая, покрутил головой, осматривая небольшую поляну, на которую мы выбрались. Постоял, а потом и вовсе зачем-то обошел ее по кругу, внимательно глядя себе под ноги и прислушиваясь. И только после этого подошел ко мне.
   - Ты неправильно дышишь, - прислонившись плечом к дереву, сообщил он. - Прерывисто, невпопад с движением тела. От этого каналы забиваются, усталость копится быстрее. Тоуки должна свободно циркулировать по телу, равномерно снабжая энергией все внутренние органы.
   - Какая еще... нахрен... тоуки? - простонал я. Левый бок дергало так, словно там почки в узел пытались завязаться.
   - Средоточие жизни - энергия тоуки, - удивленно хлопнул себя по животу Хон. - Ты что, правда не знаешь? Из какой глухомани ты вылез вообще?
   - Тебе лучше не знать, - огрызнулся я в ответ, и прикрыл глаза, прижавшись спиной к дереву. - Вранье все это.
   - Ну, на меня это "вранье" действует, - хмыкнул тот. И, коротко глянув на скрытое листвой небо, продолжил. - Через пару часов начнет темнеть уже, нужно до того успеть найти место для ночлега и воду. Отдыхай пока, я пробегусь вокруг, посмотрю.
   Я устало кивнул, не открывая глаза. Отдых сейчас будет в самый раз.
   - Кстати, сильно не расслабляйся, - уже двинувшийся было прочь, Хон обернулся ко мне. - В горах много хищных зверей - волки, медведи. Если учуют, могут напасть. Хуже только манур, от этого и на дереве не спасешься.
   - Манур? - удивился я, вспомнив надсмотрщика.
   - Ну-у... большой, полосатый, - замялся, подбирая слова, Хон.
   - Тигр, что ли? - теперь настала очередь напарника удивленно таращиться в ответ, потому как произнес я это по-русски. М-да, а как оно на хинну-то будет, я и не знаю... Чувствуя себя идиотом, растопырил пальцы "кошачьими лапами". - Мяу?
   Хон пару секунд смотрел на меня, а потом заржал.
   - Не, "мяу" - это лурим, - он развел руки в стороны. Существо, по размерам, выходило примерно с кошку, может она и есть. Да и плевать, не до того мне сейчас. - А манур, вот так, где-то, - чиркнул он себя ладонью по ребрам.
   - Это он сидя такой? - зачем-то уточнил я, нервно глянув по сторонам.
   - Ага, щас, - злорадно оскалился Хон. Но, видимо не удержавшись, тоже огляделся вокруг. Мотнул головой и уже без усмешки, продолжил. - Это они стоя на всех лапах такие. Правда, не все только матерые, но тебе и однолетки хватит. Так что внимательно по сторонам гляди и ори громче, если кого заметишь. Может услышу и успею помочь.
   Я только хмыкнул на последнее утверждение - выходить против тигра, пусть и молодого, с одним лишь тесаком, учитывая, что он и сам далеко не взрослый мужик? Это самоубийство. Проигнорировав мой скепсис, Хон махнул рукой и ушел.
   А я остался на поляне, старательно отгоняя поганую мыслишку о том, что напарнику попросту осточертело возиться с "балластом", и он решил избавиться от меня таким вот макаром. За все полгода нашего знакомства, Хон ни разу не дал поводов думать, что он способен на подобное. Может, оно и наивно, но хочется верить в лучшее. И не только потому, что один я отсюда вряд ли выберусь. Посмотрим, в общем.
   Кстати. Подняв голову, я осмотрел деревья на поляне и решительно перебрался под соседнее, с куда более раскидистыми и удобными нижними ветвями. Хоть залезть на него успею, если и правда какой зверь припрется. А там, Бог даст, даже от тигра тесаком отмахаться смогу, на дереве-то он не такой проворный, как на земле будет. Надеюсь. Но, лучше бы без такого экстрима обойтись. И мешок надо скинуть, а то ведь не влезу с ним.
   Не забывая чуть прислушиваться к лесным звукам, - и ни хрена в них, по большей части, не понимая! - задумался о том, что теперь делать дальше.
   Я ведь, до сих пор так и не смог понять куда меня вообще занесло! И как? Вышел из дому в магазин, хлеба купить, свернул за угол и оказался посреди леса. Не было никаких порталов, голосов и явлений разнообразных сущностей, никто не удосужился объяснить, хоть словом, хоть намеком... Двое суток по чащобе мотался, пока не вышел к той злополучной дороге, как раз, когда торгаш со своим караваном по ней ехал. Если бы тогда воды в реке как сейчас было, а не по колено всего, может этот козел так мимо и проехал, решив не тратить время на возню со мной. Э-эх...
   Подняв голову, уставился в затянутое плотными серыми тучами, небо. Дождь весь день помаленьку накрапывал, а к ночи, похоже, непогода и вовсе разойдется вовсю. Без навеса, да в мокрой одежде я долго не протяну, и тряпки эти окровавленные, в мешке не спасут. Повезло еще, что Хон во всех этих лесных делах шарит, в одиночку мне тут не выжить. С другой стороны, будь я один и в лес вовсе не поперся бы, а по дороге шел... Вопрос только в том - куда?
   Здешняя Луна очень похожа на земную - ну, насколько я могу судить, потому как ни разу не астроном. А может просто дурак невнимательный, ведь столько раз ее за свою жизнь видел, но толком-то и не запомнил, оказывается. Созвездия на здешнем небе, вроде бы, знакомы, но тоже не поручусь, в сумерках после смены их еще не очень видно, а по ночам каторжников никто из бараков не выпускает. Да и нет никакого желания в небеса пялиться после целого дня в шахтах, там все мысли только об ужине и как бы побыстрее спать завалиться.
   Подростки, среди которых и проводил большую часть времени на руднике, были сплошь неграмотны и о местной географии имели весьма смутное представление. Даже название этого мира никто не знает, пытался, поначалу, выведать, а потом попросту забил. Единственное, что могу уверенно сказать - климат здесь теплый, температура даже зимой редко ниже нуля опускается, судя по тому, что снега практически не бывает, только на горных вершинах и увидишь. Так что, может быть это действительно Земля, только в каком-то другом времени. Или параллельный мир. А может и не параллельный вовсе - может я в какое-нибудь аниме попал.
   Стянув сапоги, размотал портянки и с удовольствием пошевелил пальцами ног. Повезло, что они мне почти по размеру оказались, столько часов бегал, а нигде даже не натерло ничего. Поднявшись, немного прошелся по поляне, не забывая вслушиваться в ставший уже привычным фоном, шум леса. Все-таки успел я отвыкнуть от нормальной обуви, на руднике либо босиком, либо в сандалиях с деревянной подошвой приходилось бегать... Теперь бы еще грязь эту смыть с себя, да с одеждой разобраться, от собственных лохмотьев меня уже воротит, так хочется нормальную надеть!
   На то, чтобы отпустить нас вперед, оставив без присмотра, притворного добродушия Старика уже не хватило. Пришлось ошиваться в лагере еще с полчаса, помогая откапывать вещи и трупы. Одного из охранников даже живым откопали, но оставался он таковым недолго - раздели и тут же прибили, а труп в реку скинули, следом за Мунчем и вторым его бойцом. Уж не знаю о чем они там со Стариком шептались, но по итогу выглядел дедок довольным. Он, кстати, и убитых Хоном приказал туда же отправить - обобранные до исподнего трупы самое очевидное доказательство того, что кто-то из каторжников выжил. А так, пока докопаются, времени немало пройдет.
   Лук пришлось отдать, все равно ни я ни, тем более, Хон пользоваться им не смогли бы. Жалко, конечно, но не спорить же со Стариком из-за этого, спасибо хоть ножи нам оставил и едой поделился. Я до последнего ждал какого-нибудь подвоха, а то и стрелы в спину, но ничего такого не случилось - прошли вместе по дороге несколько километров, до ближайшего поворота, где и распрощались. Старик со своими направился на восток, а мы с Хоном по мосту через реку и на север двинулись. Недолго, правда - минут через десять в лес свернули, да так и перли через него несколько часов.
   Я потянулся, зевнул и оглянулся на валявшийся рядом с деревом мешок. Сгрызть, что ли, сухарь - их там пара штук еще осталась. И рыбина сушеная, но эту гадость всухомятку жрать невозможно, варить надо, благо и крупы Старик нам отсыпал. Только вот котелка нет, но эту проблему не так уж сложно решить, благо тесак под рукой есть. Или, все-таки ужина дождаться, недолго ведь уже, тогда и поедим нормально... Тяжко вздохнув, вернулся к дереву и вновь уселся на землю, прислонившись спиной к теплой, шершавой коре. А дождь, на самом-то деле, вовсе не так уж и плохо. Когда свободен.
   Теперь главное, чтобы никакие хищники рядом не нарисовались, пока мы по этим лесам шастаем, а то ведь обидно будет сдохнуть вот так, после всего пережитого. К людям выбраться, а там уж как-нибудь да устроюсь. Сам или с помощью того же Хона, время покажет. Посмотрим.
   Объявился тот минут через десять, да еще и не с пустыми руками.
   - Камнем сбил, - продемонстрировал он мне тушку какой-то небольшой птицы. И махнул рукой. - Пойдем, тут рядом совсем.
   Молча кивнув, я торопливо обулся и, подхватив мешок, потопал следом за напарником. Вот так-то. Может, я и наивный, но зато не ошибся в друге, и это просто словами не передать, как радует. Глядишь и наладится, жизнь-то.
   Найденное Хоном место для ночлега оказалось действительно удобным. Четыре дерева росли практически в упор друг к другу, на относительно небольшой, но почти без уклона площадке. Еще и множество сушняка поблизости валяется, а значит далеко бегать не придется. В сотне метров ниже по склону перескакивала на камнях мелкая, едва ли по щиколотку, горная речка. В нее и отправили отмокать ворох окровавленной одежды, снятой с охранников, придавив на всякий случай камнями, чтобы течением не унесло. Учитывая, что вода в ней просто ледяная я вообще не представляю как будем все это отстирывать вручную, да еще и без мыла.
   Пока Хон возился с костром и ощипывал свой трофей - оказавшийся местным дятлом, я притащил несколько тонких стволов и обрубил мешавшие сучья. После чего, уже вместе соорудили из них навес, закрепив между деревьями и накрыли срезанным дерном. Похожие на еловые, ветки в качестве подстилки и готово. Выглядит неказисто, но от непогоды убережет, а большего и не требуется.
   Нам бы еще котелок сюда, но его вполне можно заменить прямоугольным куском коры. Полукругом надрезаешь верхний слой на торцах, от одного угла к другому, после чего аккуратно загибаешь их внутрь. На дно получившегося корытца уложить парочку толстых, широких листьев с ближайшего куста, залить воду и переложить раскаленный камень из костра. Видел как-то давно такую штуку, по телеку, а теперь вот вспомнилось, очень кстати... Не такой уж я и беспомощный, выходит.
   Со всей этой возней и не заметил как сумерки очень быстро сменились темнотой, а следом и дождь начал потихоньку накрапывать. Костер неплохо прикрыт нависающими сверху ветвями деревьев, так что его не зальет, а под навесом и вовсе замечательно - тепло, сухо и даже, где-то уютно. Кусочки мяса, нанизанные на воткнутые рядом с огнем прутья, постепенно обжаривались, распространяя вокруг одуряющих запах. Каша тоже медленно доходила, обещая скорый ужин. Даже погрузившийся в непроглядную темень окружающий лес не вызывал никакого страха... Если закрыть глаза и просто слушать шорох капель дождя в листьях, легко можно вообразить, что всего этого кошмара с перемещением в другой мир, рабством и трупами, никогда не было. Ты просто выбрался на природу с семьей, отдохнуть и шашлыки пожарить, как оно не раз уже бывало...
   Я щурился глядя в пламя костра, а на душе было так тоскливо, что хотелось выть. Только ведь не поможет это. Ничто и никто, кроме меня самого - получить свободу, в моих обстоятельствах, лишь первый шаг на долгом пути. Ее необходимо еще и удержать. И выжить. А значит, надо собраться и выгрызать свое будущее у этого проклятого мира!
   Тем более, что есть с кем посоветоваться. Я покосился на Хона - устроившись вместе со мной под навесом, тот пытался оттереть присохшую кровь с куртки Манура. Получалось так себе, даже с помощью горячей воды из второго корца стоявшего рядом с ним. Кстати, на доспехи эти кожанки не очень-то похожи, слишком уж тонкие. Впрочем, я особо и не интересовался этой темой никогда, могу ошибаться. Да и не важно.
   - Куда мы направляемся? - во время всей этой беготни было не до разговоров, а вот сейчас в самый раз прояснить дальнейшие планы и определиться, что к чему.
   - Камхур - город на севере этой провинции. Там моя семья живет, - не отвлекаясь от своего занятия, отозвался Хон. Но тут же покосился в мою сторону. - Или ты против?
   - Нет, - покачал головой я и вздохнул. - Мне все равно некуда возвращаться.
   - Я прежде не спрашивал, - помолчав, осторожно произнес Хон повернувшись ко мне. - Твой говор слишком необычен для этих мест. Откуда ты родом?
   - Это потому, что язык ваш уже на каторге выучил, - хмыкнул я. И продолжил с затаенной надеждой. - А где мой дом я и сам не знаю... Россия - слышал когда-нибудь?
   Парень молча покачал головой, даже не задумываясь. И на все прочие названия стран, на всех языках какие я только смог вспомнить, отвечал точно также. Что ж, я и сам не верил, что повезет, но как же хреново оказаться правым!
   Помолчав, собираясь с мыслями, решил, что трепаться о других мирах лучше не стоит. Мало ли как он отреагирует, дикое средневековье же, а то и вовсе древность какая. Может у них тут принято всех попаданцев убивать на месте или инквизиторам сдавать. Ну его нахрен такие эксперименты - очнулся в лесу, как попал туда и сколько времени прошло, не знаю. Правду можно и потом, когда-нибудь рассказать, если понадобится.
   - Торгаш этот... - я заскрипел зубами чувствуя как к щекам приливает кровь. Одно лишь воспоминание о старом выродке приводило в ярость, и ничего с этим сделать не получалось. Боюсь, повстречай я его где-нибудь на улице - кинусь без раздумий.
   - Торгаши - зло, - согласно вздохнул Хон и устало потер глаза. - Даже не знаю, что тут предположить-то... На западе, за морем, есть какие-то земли оттуда нередко торговцы приходят на кораблях, и мы сами с ними торгуем. Ткани какие-то, специи - я никогда не интересовался точно. Может ты с ними к нам попал? Ближайший порт... Матахира, кажется, на лошади за несколько дней добраться можно. Правда, неясно как ты в лесу один оказался...
   Он замолчал, что-то обдумывая. Интересно, таких подробностей я больше ни от кого не слышал на руднике. Единственное, что попавшие на каторгу беспризорники могли верно определить, так это название здешнего государства - империя Хинну. Вроде знакомо звучит, ассоциации с чем-то китайским вызывает, хотя на азиатов местные... Я покосился на Хона - черные волосы, лицо чуть смуглое с прямым носом и широкими скулами, глаза черные и слегка прищуренные... что-то азиатское во внешности определенно есть, но так себе. Точно не китаец.
   - А на севере у вас что? - если судить по климату, то мы, наверное, где-то в тропиках. Китай, не помню, подходит или нет... Надо было географию учить лучше.
   - Царство Матонг у нас на севере, - проворчал тот недовольно. И пояснил, глянув на меня. - За последние лет двадцать, три раза пытались провинцию Камшер отобрать. Наглые до изумления.
   Названия вот тоже какие-то... азиатские, что ли. Или мне так кажется просто? Да и какая разница, все равно никогда про них не слышал прежде.
   - А дальше на север? - продолжал я упорствовать. Уже просто из упрямства, хоть что-то новое вызнать об окружающем мире хочется.
   - А дальше - пустыня, - хмыкнул Хон. Мое любопытство ему не мешало, похоже.
   - Пустыня. Э-э... песок? - не знаю как на хинну степь будет.
   - Ну, да, - отложив кожанку в сторону, парень подобрал валявшуюся рядом щепку и схематично изобразил горы, после чего поставил кружок чуть севернее. - Это Камхур, по прямой через лес, до него неделю где-то добираться если не больше. Но, мы так не пойдем, слишком опасно. По дороге дней десять-двенадцать выйдет.
   Объясняя все это, Хон продолжал увлеченно рисовать и постепенно на земле проступали очертания чего-то, отдаленно напоминавшего... сапог? Италия что ли? Откуда хинну тогда? Да и, больше на валенок какой-то похоже... Хотя, с запада и востока тоже моря есть... Хрен пойми что, короче. Следом появилась вытянутая на север и восток широкая клякса, на границе империи, а слева от нее, вдоль северного же, побережья моря, еще одна, вдвое меньше.
   - Княжество Тун, формально считаются независимыми, на деле же платят дань царству, - он поочередно ткнул во второй и первый рисунок. - По сути ничего весомого из себя не представляют, но послушно гавкают, на кого им хозяин укажет. Зато у них сразу шесть морских портов и большой торговый флот... Не помню кто на западном побережье, - он нахмурился и качнул головой. - Зарум, Зерам... что-то такое. Не помню.
   Я вот тоже таких названий не помню. И ассоциаций никаких они не вызывают.
   - Дальше, на северо-запад, ханство Шухэ, - еще одна клякса, граничившая с первой парой. - А потом, равнины с кочевыми племенами. Мелкие, крупные - много их там, и все нищие да наглые. Между собой режутся постоянно, иногда на соседей лезут... А за ними уже пустыня начинается. В нее никто и не суется почти, кроме диких этих, опасно слишком - ни воды, ни деревьев.
   Замолчав, Хон выбрался из-под навеса и, проверив успевшее зарумяниться мясо, довольно кивнул. Выдернув шампуры, вернулся обратно и торопливо скинул кусочки ножом на заранее подготовленные широкие листья. Каша тоже уже поспела, так что на время беседа затихла сама собой... Соли не хватает, да специй каких-нибудь. Мясо бы еще протушить хорошенько, а то жестковатое получилось, но и так, в общем-то неплохо, особенно по сравнению с сушеной рыбой, которой на руднике кормили. Главное, нажористо, после целого дня беготни самое то.
   Расправившись с ужином, я глубоко вздохнул, чувствуя себя почти счастливым. Еще бы кружку чая, да выпечки какой. И шоколада! Целую вечность уже сладкого не пробовал, конфет всяких... Эх.
   - А на юге кто? - остановил я уже вновь было потянувшегося к кожанке, Хона.
   - Острова Кунту, - отозвался тот. Не вставая, пяткой провел широкую дугу с юга на северо-восток, почти соприкасавшуюся верхней частью с материком, фактически запирая тем самым "правое" море. - У них там на каждом острове несколько князьков сидят, а на самых больших и вовсе десятки. Лет сто уже между собой за власть режутся - как последнего императора удавили, так и не могут порядок навести никак. Торгуют, пиратствуют, наемников всем соседям иногда поставляют - как очередной князек помрет, его вассалы разбегаться начинают, чтобы следом не отправиться. Последнее время немного успокоились, всего пятеро претендентов на верховную власть осталось, по числу крупнейших островов.
   Смотрел я на этот рисунок, смотрел... И, чем дольше смотрел... как же он там выглядит-то... Подобрав брошенную напарником щепку, наклонился вперед и нарисовал протянувшийся вдоль северной оконечности дуги, остров. Второй по длине в этом архипелаге. Сахалин. И никакой не валенок - Корея это. А справа и слева Японское и Желтое моря, соответственно. Вот так вот.
   - Верно, - удивленно произнес Хон. И окинул меня задумчивым взглядом. - Только вот, не похож ты на кунту.
   Да и ты на корейца не очень-то. Низкорослый, разве что.
   - Видел как-то, на карте. Их у нас называли японскими островами, - вздохнул я, и ткнул пальцем над пустыней. - А жил я где-то здесь.
   - И как в лесу оказался, не помнишь, - протянул тот, с каким-то даже восхищением.
   На что я лишь молча кивнул. О том, что и пустыню эту долбанную, - если верить рисунку отхватившую еще и не маленькую часть Китая, - тоже не помню, говорить не стал. Очень уж странным будет такое заявление. Она там явно не вчера образовалась.
   - По суше туда, как я уже говорил, не добраться, - Хон потер подбородок, что-то прикидывая. - Морем... не знаю, я не особо интересовался этой темой. Когда доберемся надо будет отца спросить, может ему что-то известно.
   Это обнадеживает, очень уж хочется выяснить, куда меня на самом деле занесло, получить, пусть даже призрачную, но надежду, что есть хоть что-то знакомое в этом, совершенно чужом мире.
   А еще очень интригует. Хон явно не прост - вспоминая повальную безграмотность наших сверстников на руднике, это просто-таки бросается в глаза. Но, при этом все равно не торопится рассказывать что-либо о себе. Впрочем, я и сам в этом отношении не лучше, а потому приходится сдерживать любопытство. В любом случае, рано или поздно узнаю, а там, глядишь и своими секретами решу поделиться.
   Вернувшийся к своему занятию, Хон вновь зашоркал по кожанке изрядно уже изгвазданной тряпицей, впрочем, без особого результата. Сомневаюсь, что куртку вообще удастся привести в более-менее приемлемый вид. Я посмотрел на разложенную рядом с костром вторую - вот убейте меня, но не похоже это на доспех. Единственное, чем отличается от привычных мне, так тем, что застегивается не пуговицами по центру, а крючками на боку, длиной до середины бедра где-то - ну, на надсмотрщиках было так. Наклонившись, ковырнул пальцем оставленную тесаком дыру.
   - Если с такой дырой на людях появимся, к нам сразу вопросы возникнут, - глянув на остервенело скребущего присохшую кровь, Хона сообщил я. Тот покосился мельком и досадливо поморщился. - Как ты ее вообще пробить умудрился?
   Ладно кожа спереди не очень толстая, но он ведь и ребра сумел проткнуть. И не ударом, что еще хоть как-то можно понять... Хотя, у меня бы и так не получилось.
   - Тоуки, - как будто это все объясняло, отозвался Хон пожав плечами. И повернул голову в мою сторону. - Ты и правда ничего не знаешь?
   - Сегодня первый раз услышал, - кивнул я. Может, конечно, и слышал уже, просто не в таком контексте, потому и не обращал внимания.
   Хон озадаченно оглядел меня и хмыкнул, переложив куртку с колен на землю. Так понимаю, в копилку к прочим моим странностям, добавилась еще одна. И ведь тоже ни о чем расспрашивать не торопится. Прям как я. Даже интересно какие выводы он обо мне из всего узнанного сделает.
   - Тоуки - энергия жизни. Она есть в каждом живом существе, даже в животных и птицах, - он, как и в прошлый раз, коснулся своего живота. - Различие лишь в том, что кто-то может управлять ее средоточием, а другим этого не дано. Тоуки укрепляет тело, делает сильнее, быстрее... Как-то так, - снова хмыкнул он, разведя руками.
   Сила, скорость... Это, типа, как в комиксах - супер-способности и все такое? Или, скорее уж аниме, учитывая, что мы вроде как в Азии... О! Я чуть не подскочил на месте, от пришедшей вдруг в голову мысли. Боевые Искусства! Внутренняя энергия, Ци, Ки, Секретные Техники и прочая хренотень! Хочу!
   - Научи меня! - выпалил, не успев даже толком осознать эту мысль.
   Хон удивленно поднял брови, явно подивившись такому энтузиазму. Усмехнулся.
   - Да я сам только ученик, практически ничего не умею еще... - он вдруг резко помрачнел и уставился в пламя костра. - Потому и оказался на руднике, а не гнию в могиле, вместе со всеми остальными.
   Оу. Радостное возбуждение, охватившее было меня, после его слов испарилось мгновенно. Словно холодной водой окатили. Как-то, очень резко вспомнилось, что я тут не один сижу, а вокруг отнюдь не детский мультик и, тем более, не игра, а совершенно реальный, чужой, и при этом ни разу не добрый, мир. С кровью, трупами и рабскими рудниками. Среди надсмотрщиков, тоже вполне могли быть владеющие этой самой... тоуки. Только вот не помогла она им выжить, все сдохли.
   - Ты говорил, что на руднике двое твоих людей остались? - осторожно произнес я.
   Хон помолчал, вороша угли в костре длинной палкой.
   - На нас в дороге бандиты напали - навалились толпой со всех сторон, никаких шансов отбиться, всех, кто хоть как-то мог сопротивляться на месте убили. От меня там вообще толку не было, потому, наверное, и пощадили. Только руку сломали, чтобы не дергался, - он покосился на меня и злобно усмехнулся. - А потом продали торговцу, поставлявшему товары на рудники.
   - Торгаши - зло, - хрипло отозвался я, помолчав. Когда-нибудь, непременно доберусь до того выродка. - Может быть это один и тот же?
   - Может, - уже спокойнее произнес Хон. Дотянувшись, подбросил в костер веток из заранее заготовленной кучки. - Давай спать ложиться, устал я что-то. Звери к огню не полезут, а люди тут не ходят, обойдемся без дежурства.
   - Угу, - согласно промычал я. Переложив подальше дырявую кожанку, поудобнее устроился на лапнике, пристроив мешок под голову. - Спокойной ночи.
   Хон отозвался коротким смешком, эта моя привычка всегда его забавляла, здесь подобные пожелания на ночь были не приняты. Но, все же повторил. Видимо не одному мне мешала расслабиться укутавшая окружающий дикий лес, ночная темень. Не страшно, но на нервы давит, вызывая подспудное ощущение тревоги.
   В кронах деревьев шелестели капли дождя, все никак не желавшего перерастать в полноценный ливень. К счастью. Ночная прохлада растекалась в воздухе, но отсутствие ветра и пышущий жаром костер не давали замерзнуть. Хотя, какое-нибудь покрывало не помешало бы, если к утру станет совсем свежо, но придется обходиться так. А вот что неимоверно радовало, так это отсутствие всякого гнуса - особенно клопов! На руднике от этой мерзости никакого спасения не было.
   Подпорченное недавними мыслями настроение постепенно исправлялось. Только сейчас, уже в полудреме практически, я вдруг окончательно осознал и поверил в события этого длинного, утомительного дня. Каторга закончилась. Я свободен! Смог! Вырвался! Впервые за почти полтора года жизни в этом мире, я по-настоящему свободен...
   - Хон, - вслушавшись в дыхание напарника, боясь разбудить, но просто не в силах сдержаться, позвал я. - Нас смогут выследить?
   - Да кому мы нужны, по лесам за нами гоняться. Максимум, объявят в розыск по описанию внешности, - буркнул он. И хмыкнул. - Если вообще найдут того, кто сможет вспомнить как мы выглядим... Вот Старика будут искать, точно.
   Это да. Понятия не имею, что он за тип, но явно опасен, да и знать о нем должны больше, чем о паре подростков... Вот пусть и гоняются за ним, сколько влезет. Заложив руки за голову, я молча уставился в огонь. Танцующие в каплях дождя языки пламени завораживали, но отступившая под грузом навалившихся вдруг и разом, мыслей сонливость почему-то не возвращалась. Уже и не припомню когда в последний раз вот так вот лежал, просто размышляя - обычно к вечеру никаких сил не оставалось, отрубался сразу же, едва лишь голова касалась лежанки...
   Странно все это. Весь этот мир, чужой и странный. Параллельное измерение или прошлое Земли, хрен знает сколько тысяч лет назад? А может и будущее - после третьей мировой. Пустыня там, где ее быть не должно. Тоуки еще эта, непонятная. Не знаю... Да и какая в общем-то разница. Неважно, каким образом и куда меня закинуло - жить теперь предстоит именно здесь. Разве что найдется какой-то способ вернуться... Только, не верю я в такую удачу.
   Зажмурившись, подавил тяжелый вздох. За полтора года мысли о семье хоть и утратили былую яркость, по-прежнему вызывали тоску. И грусть. Я очень надеюсь, что они справились. Отец сильный, он сможет поддержать и маму, и Ленку... Как же я хочу их увидеть, рассказать, что жив и, наконец, свободен! В первые, самые тяжелые месяцы, часто видел сны о доме, разговаривал с ними, а когда просыпался... это было страшнее всего. Вновь осознавать, что ты по-прежнему бесправный раб, даже не способный хоть с кем-то поговорить, было просто невыносимо. Думал что рехнусь, не выдержу...
   Привычным усилием заставил себя переключиться с тяжелых мыслей на более насущные. Нельзя раскисать, особенно теперь. Ничего еще на самом деле не кончилось, только начинается и если сейчас дать слабину, то может статься, что никакого будущего у меня уже и не будет. Я должен справиться! Не хочу сдохнуть просто так, ни за что. Я обязательно найду свое место в этом мире, зубами выгрызу если потребуется! Здешняя магия - тоуки, чем бы она ни была на самом деле, способна сделать меня сильнее.
   Ярослав Николаевич Гнедин - мастер тоуки... Или нет, не так, лучше - Великий Мастер! Звучит ведь. Попаданцы просто обязаны быть читерами, иначе на хрена мы вообще кому-то такие сдались...
   А вот теперь, действительно пора спать. Пока бредить не начал.
  
   На этом месте пришлось задержаться еще на сутки, весь следующий день посвятив стирке. Как и ожидалось, данный процесс оказался сущим мучением, но в итоге, кое-как, справились. Конечно, полностью отстирать все следы с рубах и штанов не удалось, но, по крайней мере, опознать в них именно кровь теперь уж точно не смогут.
   В мешках надсмотрщиков нашлись иголки с нитками, так что рубаху получилось аккуратно заштопать. В чистой одежде, умытые и причесанные, даже на людей стали, наконец, похожи. Во всяком случае, отвращения при взгляде на свое отражение в воде я больше не испытывал.
   Учить меня тоуки Хон отказался наотрез, отбрехавшись тем, что дело это нудное, долгое и заниматься им на ходу не получится. Даже теорию нормально объяснить не сумел, но это скорее оттого, что и сам ее толком еще не понимал. Из того, что я понял... да ни хрена я там не понял, на самом деле, так что пришлось смириться и отложить на будущее. Максимум, на что удалось развести напарника, так это научить меня правильно дышать - сам же кривился от моей никудышной выносливости, вот и помогай исправить. Тяжко вздохнув, Хон все-таки сдался.
   Не сказать, что изучение дыхательных техник такое уж увлекательное занятие, но мне все равно было интересно. Ведь правильное дыхание, как с важным видом заявил напарник, является одной из основ дальнейшего овладения и развития тоуки. Так что все эти упражнения я проделывал с неизменным энтузиазмом. Тем более, что такое занятие неплохо помогало отвлекаться от собственных, не всегда радостных, мыслей.
   А через двое суток продвижения на северо-восток, мы наткнулись на обугленные развалины небольшой хижины. Даже по первому взгляду было понятно, что сгорела она уже очень давно - месяцы, а то и годы назад. Черный, весь какой-то оплывший, остов строения торчал из разросшейся вокруг него травы на свободном от деревьев участке горного склона. Немного в стороне, судя по длинному ряду высоких кустов с какими-то ягодами, видимо находился огород. От грядок с посадками уже и следов никаких не осталось, так что сложно судить.
   Куда более неприятной находкой стал частично засыпанный обвалившейся крышей и наметенным за прошедшее время сором, скелет, покоившийся в углу хижины.
   - У вас так хоронить принято? Или он просто выбраться не успел?
   - Да сам, скорее всего - лежит слишком правильно, - удостоив костяк короткого взгляда, отозвался озиравшийся вокруг, Хон. - Какой-нибудь старый отшельник, понял, что умирает и озаботился. Чтобы зверье кости не растащило.
   Углядев что-то в зарослях травы, неподалеку от кустов, он направился прямиком в ту сторону. Я, постояв несколько секунд, размышляя о том, не следует ли похоронить останки, двинулся следом.
   - Смотри, - привлекшим внимание Хона предметом оказалась небольшая бочка. Вся почерневшая и прогнившая настолько, что непонятно, как не развалилась еще. - Ну, точно, отшельник. Заранее вещи свои вынес и здесь оставил. Ну, ка...
   Крышка, некогда сидевшая довольно плотно, рассыпалась в труху прямо у него в руках. Внутри обнаружился прикрытый обрывками не опознаваемой уже шкуры, хлам. Нож, топор, какие-то инструменты, одежда, пара небольших черных тубусов для свитков - все ржавое, сгнившее и абсолютно бесполезное. Подобрав один из футляров, Хон отстегнул крышку и попытался извлечь содержимое, но отсыревшая бумага, - или из чего они там, - просто расползалась в руках. Со вторым все произошло точно также.
   - Сгнило все, - раздраженно констатировал он, отбросив футляр. - Жаль, думал, может интересное что найдется. У таких вот отшельников, порой хранятся действительно ценные вещи и рукописи - мудрецы, на старости лет, частенько уходят в добровольную изоляцию... Хотя, в большинстве своем это просто сумасшедшие, не желающие жить вместе с другими людьми.
   - Что делать будем? - окинув взглядом выпавшее из развалившейся бочки "добро", я оглянулся на хижину. - Похороним его?
   - Даже не знаю, - Хон ковырнул носком сапога землю и поморщился. - Без лопаты мы тут до вечера провозимся, а ночевать на пепелище... плохая примета, в общем.
   - Можно просто скелет мусором завалить, - я был, в общем-то, с ним согласен, но и уйти просто так, оставив мертвеца непогребенным, казалось неправильным. В другой ситуации, может и прошел бы мимо, но сейчас-то все равно особо не торопимся.
   - Ну, можно, - глянув на давно уже перевалившее зенит солнце, неуверенно отозвался тот. Похоже его тоже смущала вся эта ситуация. - Здесь и перекусим тогда.
   Различного сора внутри хижины было полно - наметенные ветром прошлогодние опавшие листья, ветки и прочее, но возиться с ними не пришлось. Осмотрев развалины, мы просто обвалили остатки стен внутрь. На полноценную могилу такое, конечно, вряд ли тянуло, но уж как есть.
   Ягоды чем-то напоминали крыжовник, с плотной кожурой и без косточек. Разве что кислые до ужаса - то ли сорт такой, то ли просто не зрелые еще. По отдельности их есть было просто невозможно, но с остатками завтрака зашли вполне неплохо, разбавляя отвратительный вкус сушеной рыбы. Последнюю даже добавление при готовке пучка ароматной травки, найденной вчера Хоном, не смогло улучшить. Вот только выбирать больше не из чего - крупа уже закончилась, сухари тоже, а с охотой, после того дятла как-то не заладилось. Еще пара дней и жрать станет вообще нечего.
   - Завтра-послезавтра на дорогу выйдем, - тоскливым взглядом проводив улетевший в развалины, опустевший корец, Хон завернул ложку в тряпицу и убрал обратно в мешок. После чего призадумался. - До Камхура останется... Не знаю, смотря как далеко мы забрались. Неделя, наверное, вряд ли меньше. Надо будет где-то еду раздобыть.
   - Денег купить не хватит? - уточнил я.
   - Пообедать, на раз, да и то... - Хон поморщился и махнул ладонью.
   Лучник, как выяснилось, оказался мужиком запасливым - в потайном кармашке у него на поясе мы нашли пару серебряных монеток. Квадратные, с дыркой посередине и истертые настолько, что чеканку уже не разобрать. По словам Хона, серебряные монеты у них тут все такой формы. Золотые делают в виде прямоугольных пластинок со сложным рисунком - вдвое большие по размеру и довольно увесистые. Первые называются - рен, независимо от номинала, а вторые - кин. Четкого курса, вроде как нет - официально сто рен идут за один кин, но на деле многое зависит от состояния самих монет, и насколько сумеешь договориться с менялой. Таких, как доставшиеся нам, могут и пару сотен запросить, а то и вовсе не возьмут. Медь вообще не используют.
   - Что-то не тянет меня путников на еду грабить, поймают ведь сразу же, - обдумав ситуацию, честно высказал я. Меня, так уж точно выловят - слишком приметный для местных. - Разве что огороды обносить...
   - Собак спустят, - криво усмехнулся Хон, потер лицо ладонями и встряхнулся. - Но, что-то надо придумать, иначе никуда мы не дойдем.
   - А подработать не выйдет? - предположил я. - За деньги или еду хотя бы.
   Хон как-то странно покосился на меня, словно впервые увидел. Или, может ему такая мысль попросту в голову не пришла? Я только плечами пожал, выжидающе глядя на него, по мне так самый безопасный вариант, и куда лучше чем заниматься грабежом, а потом трупы прятать.
   - Пожалуй, - задумчиво протянул он, отвернувшись. И потянулся, щурясь в небо.
  

Глава 3

  
   Этот торговый тракт, по словам Хона, являлся главной артерией, связывавшей юг страны с северными провинциями и тянувшийся до самой границы с царством Матонг. Круче были только морские порты, которых в империи насчитывалось аж восемнадцать, но там вообще разговор отдельный. Ценность же конкретно этого тракта, лично для меня, заключалась в том, что имперские власти, понимая стратегическое значение, не пожалели в свое время сил и средств, замостив его камнем. В ином случае, участившиеся дожди уже превратили бы его в непроходимое болото. Шагать по каменным плитам было куда приятнее и быстрее, чем ковылять по грязи. Ну и оживлению движения это тоже весьма способствовало - за тот час, что мы шли по дороге на север, встретили народу больше, чем я видел за все время пребывания в этом мире.
   По пути миновали уже пару деревень, но заходить туда, чтобы попытать счастья с поиском работы, напарник не захотел.
   - Мы там скорее на драку с местными нарвемся, - раздраженно пояснил он. Надо думать, припомнил что-то из собственного опыта. - Деревенские вообще чужаков не жалуют. А попрошаек в особенности.
   Не скажу, что выглядеть в глазах других нищим попрошайкой доставляло мне хоть сколько-нибудь радости. Очень, знаете ли, по собственной гордости больно бьет. Но, на Хона все это давило, пожалуй куда сильнее, отчего парень тихо бесился, умудряясь при этом как-то держать себя в рамках. Не знаю уж, с чего он так себя накрутил, но вопросов я на эту тему не задавал и вообще старался помалкивать, чтобы не раздражать еще больше.
   - Постоялый двор нужно искать, там проще будет работу найти, - закончил он свою мысль после недолгого молчания.
   Вот и топаем по тракту, то и дело поглядывая в затянутое тучами небо и гадая, успеем ли убраться под крышу, прежде чем в очередной раз польет. Укрываться-то все равно нечем. Да, даже если бы было - видел я местные пародии на плащи, из сена сделанные, и шляпы такие же. Толку от них в ливень... Что, однако не мешало сожалеть об отсутствии даже такой защиты - мокнуть под дождем, даже в теплую погоду, то еще удовольствие, особенно когда ночевать приходится на открытом воздухе.
   Искомый постоялый двор, оказавшийся здоровенным доминой на пару этажей, окруженный крепким, бревенчатым забором, появился весьма вовремя - добежали мы до него уже с первыми каплями начавшегося дождя. Дорога опустела просто в момент, все, кому повезло находиться поблизости немедленно устремились под крышу.
   Внутренний двор, за распахнутыми настежь воротами, не был замощен и, по сути, представлял собой то самое грязевое болото. Вдоль левой стены располагались навесы для телег, справа, под такими же навесами - открытые, без стен, конюшни. И те и другие не пустовали. За самим главным зданием просматривались еще какие-то постройки, но приглядываться к ним не было никакого желания.
   Кое-как проскочив залитый грязью двор, и умудрившись при этом не сильно обляпаться, мы вломились внутрь. Привязанные к перекрывавшей вход занавеске из каких-то деревянных висюлек, колокольчики мелодично зазвенели. Правда, за царившим в просторном зале шумом их вряд ли кто-то услышал. А вот народу внутри оказалось на удивление немного - среди пары десятков столов еще оставались незанятые. В основном, по самым дальним и темным углам помещения, отчего их и не облюбовал никто, но хоть так. Даже с учетом явившихся вместе с нами путников, свободные места были, так что торопиться занимать их мы не стали, сначала нужно с делом разобраться.
   Несмотря на царившую снаружи из-за туч, темень, в зале было светло - висевшие на опорных столбах стеклянные фонари с горящими внутри свечами, давали достаточно света, чтобы не спотыкаться в потемках. В стенах имелась пара больших окон, без стекол, ставни которых поднимались наверх и сейчас были полуоткрыты, мешая каплям дождя проникать внутрь.
   Лавируя вслед за Хоном мимо столов, я исподволь рассматривал что-то жующих, выпивающих и общавшихся между собой, людей. В столовой на руднике подобной суеты никогда не было, все тихо, спокойно и очень быстро - замешкаешься и вылетишь наружу, даже если не успел доесть. Так что я слегка растерялся от всего этого многоголосого гомона, с непривычки... Но, тут же вновь собрался, едва только зацепился взглядом за сидевшую возле одного из окон группу из восьми человек. Обряженные в одноцветную, черную одежду, они красовались еще и длиннополыми кожаными куртками, с нашитыми на груди металлическими пластинами, и мечи в ножнах у каждого на поясе. Причем, в отличие от подавляющего большинства собравшегося здесь народа, эти появление новых посетителей не пропустили, удостоив вниманием каждого вошедшего.
   - Забей, - коротко глянув в ту сторону, буркнул Хон. - Это наемники. Охрана кого-то из купцов, скорее всего.
   А я уж было подумал, что стража. Хрен с ними, с наемниками этими, тем более, что мы уже пришли. Противоположную от входа в зал стену занимала длинная стойка, с выставленными на ней бочонками. Слева от нее дверь на кухню, судя по снующим туда-сюда разносчицам с подносами, справа - лестница на второй этаж, под которой еще одна дверь, во внутренние помещения. А за самой стойкой разместился рослый, широкоплечий парень лет двадцати, щеголявший бритым налысо черепом, аккуратной шкиперской бородкой... и мощным брюхом, выпиравшим из-под синей рубахи, как барабан. Борец сумо, натуральный. Нет, серьезно - я таких амбалов среди местных ни разу еще не видел, он же метра под два ростом!
   Заметивший наше приближение трактирщик повернул голову и изобразил на лице вежливое внимание, приветливо улыбнувшись.
   - Добрый вечер, уважаемый, - переговоры взял на себя Хон, потому как моя речь все еще далека от идеала. - Вам работники нужны?
   Показное радушие во взгляде парня немедленно поблекло, уступив место подозрительности. Черные глаза цепко обшарили нас обоих с ног до головы и не похоже было, чтобы увиденное ему понравилось.
   - Не нужны, своих хватает, - отозвался трактирщик, после недолгой паузы и отвернулся, потеряв к нам всякий интерес.
   - Да нам бы на несколько дней всего, - по лицу напарника и не скажешь, насколько его напрягает выглядеть попрошайкой в глазах других - добродушный, улыбчивый. - Мы в Камхур идем, но с припасами не рассчитали маленько и деньги почти закончились...
   - Плохо слышал? - раздраженно поморщился толстяк. - Не нужны нам тут бродяги. Заказывайте что-нибудь или выметайтесь, пока...
   - Киин, в чем дело? - перебил его сухой, старческий голос.
   Мы разом обернулись к появившейся из дверей кухни невысокой и худенькой старушке, в синем платье - хотя, как по мне, это скорее плотный халат с кушаком. Коротко глянув на меня с Хоном, она вперила требовательный взгляд выцветших, серых глаз в занервничавшего жирдяя. Чего это он вдруг - хозяйка, здешняя что ли?
   - Эти попрошайки на работу просятся, - неохотно выдавил парень, отводя глаза. - Нам ведь хватает людей уже, а если надо будет из деревни еще вызовем. Я и отказался.
   - Слышала я, как ты отказался, - насмешливо фыркнула старуха. И тут же сварливо добавила, назидательно подняв указательный палец. - Если будешь хамить незнакомым людям, тебя когда-нибудь точно пришибут за наглость. И глупость! - припечатала она ему кулачком по лбу. После чего обернулась к нам, уже безо всякого веселья на лице. - Что же до вас... новые работники нам действительно не нужны, но вы ведь ненадолго хотите устроиться, я правильно поняла? Денег вам платить, у меня нет, но можем сделать так - за каждый день работы расплачусь продуктами в дорогу, тоже на день.
   Коротко переглянувшись со мной, Хон согласно кивнул.
   - Тогда, добро пожаловать. Можете называть меня бабушка Мори, - приветливо улыбнулась старушка. Покосилась на недовольно засопевшего толстяка, и усмешка стала еще более веселой. - Меня все так зовут.
  

* * *

  
   - Яр? - долетел с улицы звонкий девичий голос, а через пару секунд на пороге объявилась и его обладательница. - Вот ты где! А я тебя по всему двору ищу.
   - Что случилось? - придирчиво осмотрев лопату, я повернулся к ней.
   - Там телега приехала, с продуктами, - склонив голову набок, сообщила Паюми, наматывая на палец кончик длинной косы, перекинутой через плечо. - Бабушка Мори приказала, чтобы ты помог с разгрузкой.
   Я поставил лопату на место - вроде чистая, а если и нет, то очень скоро об этом узнаю. К железным инструментам у местных отношение очень трепетное в силу совершенно запредельной их стоимости и уход за ними требуется не в пример более аккуратный, чем я привык дома. На руднике-то с ними дела особо не имел, потому и не подозревал даже насколько они здесь дороги. Так что за небрежение можно запросто получить нагоняй от бабушки Мори. Или в ухо от Киина - этот козел, любит руки распускать по любому поводу. В нем и без того дурной силы немеряно, а учитывая, что он еще и ученик в этой их тоуки, то вообще хрен увернешься.
   - Пойдем, - кивнул я рассматривавшей меня девчонке и двинулся к выходу.
   - Скучный ты, - надулась та, но тут же вновь улыбнулась и, изобразив грустный вздох, плавной походкой устремилась к дому, махнув мне на прощанье.
   Может и скучный, зато не дурак. Пообжиматься с красивой девчонкой было бы, конечно, прикольно, только ведь не получится ничего. Уж не с Паюми, точно. Это она просто вид делает и дразнится, да только попробуй сунуться... как там в фильме говорилось: "Она не одна придет. Она с кузнецом придет". И какая мне радость, что вместо самого кузнеца сынок его, с которым эта красотка нынешней осенью свадьбу справлять будет? Познакомились уже - вчера приперся, как только узнал о новых работниках на постоялом дворе. На пару лет меня старше, крепкий, ревнивый и наглый - до драки у нас с ним не дошло только из-за бабушки Мори, с ходу просекшей намерения этого придурка. Но, думаю, все впереди, вряд ли он просто так успокоится... Я глянул вслед убежавшей Паюми и вздохнул - если бы это еще хоть какой-то смысл имело. Жаль.
   Потянувшись, глянул вверх и с раздражением поморщился - прояснившееся было с утра, к обеду небо вновь начали заволакивать тучи. Сезон дождей такая морока. Пока на руднике сидел не особо и замечал, так уж повезло мне, а теперь вот прочувствовал за все полтора года, разом! Два дня из трех, что мы здесь торчим, шел бесконечный ливень. Я как представлю, что пришлось бы в такую погоду переться хрен знает куда, а потом еще и ночевать без крыши над головой... Дай Бог тебе здоровья, бабушка Мори!
   Заперев дверь пристройки на щеколду, я оглянулся. Ведущие на задний двор ворота были распахнуты настежь и возле них суетился Нори, - еще один внучок замечательной во всех отношениях бабушки, - пытаясь запереть створки обратно, не искупавшись при этом по уши в грязи. Поймав мой вопросительный взгляд, мальчишка раздраженно махнул рукой в сторону амбара, к которому как раз подкатила запряженная гнедой кобылой, телега. Ну, как хочешь. Продукты на постоялый двор доставляли из ближайшей деревни, там же набирали дополнительных работников, если собственных рук не хватало. Насколько я понял из скупых объяснений, деревня имела свою долю в этом бизнесе, отчего все договоренности выполнялись очень скрупулезно.
   - Яр, поди сюда! - махнула рукой стоявшая там же бабушка Мори. И, дождавшись, когда я подойду, указала на телегу. - Мешки с мукой нужно занести внутрь, только на полу не бросай! Там в конце полки есть специальные, на них складывай. И корзины вот эти, с вяленой рыбой, туда же. Что в бочках? - повернулась она к вознице.
   - В этих четырех - пиво, - невысокий, заросший чуть не до самых глаз густой, черной бородой, мужик ткнул в бочонки литров по сорок, примерно. И кивнул на другой, вдвое меньший по размеру. - А в этом ягодное вино. Все, как вы и заказывали.
   - Угу, - кивнула та, оценивающе меня рассматривая. - С бочками справишься?.. Хотя, не важно. Сейчас Киина пришлю, сам перетащит, - и, взглянув на небо, добавила, нахмурившись. - Заканчивай быстрее, пока дождь не пошел.
   - Понял, - вздохнул я кисло, оценив фронт предстоящих работ.
   Бабушка Мори, конечно, мировая старушка, только вот это совершенно не мешает ей эксплуатировать нас с Хоном по полной, заставляя отрабатывать каждую крошку будущих припасов. Не то, чтобы я жаловался, она ведь вообще не обязана была нам хоть чем-то помогать, но и восторгаться такой предприимчивостью, как-то не тянет.
   Вообще-то, в целом, здесь не так уж и плохо - работы, конечно, хватает, но оно в любом хозяйстве так. Зато кормят от пуза и очень вкусно, спишь в нормальной кровати - безо всяких клопов! Никакого сравнения с рудником... Но, оставаться здесь я бы не стал, даже если предложили. Все-таки отношение к чужаку иное, чем к своим, пусть и не явно, но это чувствуется. Да и такая жизнь вовсе не предел мечтаний для меня.
   А еще, впервые с момента как попал в этот мир, я почистил зубы! Щеткой! С зубным порошком! На вкус - дрянь полнейшая, зато какой кайф ощутить во рту забытую уже свежесть, вместо ставшей привычной, "помойки".
   Повозиться с разгрузкой телеги в одиночку пришлось изрядно - возница сразу же умотал в общий зал таверны, а заявившийся через несколько минут Киин только мрачно зыркнул и без разговоров занялся бочками. Помогать мне он явно не рвался. Да и плевать, сам управился, после чего, наконец, отправился обедать.
   Уже ближе к вечеру, в самый ливень, пришлось заняться дровами для кухни, хорошо еще поленница под навесом стоит. Но, все равно промок до нитки, пока туда-сюда бегал. Обычный, в общем-то, день. Ничего интересного... Надоело уже.
  

* * *

  
   Тугие струи разошедшегося в полную силу дождя, мутными стенами рушились с небес, ограничивая обзор жалкими десятками шагов. Дренажные канавы по краям дороги попросту не справлялись с таким потоком и та буквально утопала в огромных лужах. Как бы ни хотелось всадникам пустить лошадей галопом, чтобы поскорее оказаться в тепле и сухости, приходилось сдерживаться - соскользнет подкованное копыто на какой-нибудь выбоине в каменной плите и хорошо если только из седла вылетишь, можно ведь и шею свернуть, запросто.
   Мерзкая погода. Грязь и слякоть вокруг, мир становится блеклым и таким маленьким - куда ни посмотри, всюду взгляд натыкается на нескончаемые потоки воды, хлещущие с неба и текущие по земле. И, под стать унылому миру вокруг, становится так же тоскливо на душе. Поневоле начинаешь желать, чтобы хоть что-нибудь произошло...
   Отвлекшись от раздражающих мыслей, Ахман Досул настороженно всмотрелся в фигуры приближающихся всадников, едва видимых в потоках дождя. Но, почти сразу расслабился - это возвращались отправленные вперед дозорные.
   Поравнявшись с командиром, оба всадника развернули коней, пустив их рядом.
   - На постоялом дворе наемники клана Шитогэ, - чуть склонив голову, заговорил Минкар. - Полтора десятка. Сидят там уже больше часа. Выпивку не заказывали, ведут себя спокойно. Вроде как ждут нанимателя, но это неточно.
   Сотник нахмурился. Насколько ему было известно, клан Шитогэ вел какие-то дела с его господином и угрозы от их воинов можно не ждать. Но, это еще надо проверить, что там за наемники такие сидят на самом деле - нацепить ради маскировки чужой герб много ума не надо. А драки очень хотелось бы избежать.
   Не то чтобы бывший командир первой сотни Камшерского полка сомневался в том, что его бойцы смогут справиться с какими-то там наемниками, если тем взбредет в голову проявить дурной норов. Просто именно сейчас не отказался бы иметь под рукой больше людей - десять против пятнадцати, не самый лучший расклад. Так ведь они еще и не одни едут.
   Ахман поднял взгляд к небу, пытаясь сориентироваться по времени, после чего оглянулся на запряженную четверкой лошадей, карету. И раздраженно качнул головой. Нет, добраться до следующего постоялого двора, до наступления темноты, они точно не успеют. А вынуждать юную госпожу ночевать в карете, под проливным дождем без веских на то оснований он не может. И не хочет. К тому же, что помешает наемникам, если они действительно выбрали своей целью их маленький отряд, направиться следом? Принимать бой посреди дороги, под дождем и уступая противнику в численности... Нет.
   - Едем на постоялый двор, - нарушил затянувшееся молчание сотник. И приказал. - Всем быть в полной готовности к бою.
   Новичков в этом отряде не было, только опытные, прошедшие не один десяток сражений, бойцы. Ахман сам выбирал их для предстоящего путешествия и не сомневался, что свой долг они сумеют выполнить, не допустив угрозы для юной госпожи. Но, все-таки жаль, что он решил ограничиться лишь десятком. Большим числом было бы проще.
   Генерал Чжун Бан, командовавший войском империи на границе с царством на протяжении последних пятнадцати лет, личностью слыл незаурядной и, во многом, даже легендарной. Достаточно сказать, что именно благодаря ему попытки царства Матонг прибрать к рукам провинцию Камшер, закончились неудачей. А в последнем сражении закончившейся всего-то полтора года назад, короткой войны, генерал и вовсе наголову разгромил войско матонгов, захватив в плен командующего. Которым оказался не кто иной, как двоюродный племянник самого царя. Переговоры о его выкупе все еще идут, и есть все основания полагать, что зализывать раны после такой оплеухи, матонги будут еще очень и очень долго.
   А вот то, что в награду за верную службу император решил назначить Чжун Бана даймином провинции Сурум, наверняка удивило многих. Как самим выбором нового наместника, так и тем, что доверили ему не Камшер, для которого прославленный генерал сделал столь многое.
   Отправляясь на новое место Чжун Бан не забыл и верных телохранителей, за долгие годы не раз доказывавших свою надежность. Из всей первой сотни не нашлось ни одного, кто отказался бы от предложения генерала перейти на службу теперь уже лично к нему. Произошло это три месяца назад и, обустроившись, господин решил перевезти к себе дочь, для чего и отправил Ахмана с его воинами в столицу империи. Конечно, сезон дождей далеко не лучшее время для путешествий, особенно с ребенком, но они действительно рассчитывали успеть. И ведь почти получилось, до Хиньяра - столицы провинции осталось всего лишь каких-то три дня пути. И сотник, теперь уже гвардии даймина, был полон решимости выполнить волю своего господина наилучшим образом.
   Ворота постоялого двора были распахнуты и никого лишнего там не наблюдалось.
   - К дому правь, - приказал Ахман вознице, указывая на невысокое крыльцо. - Лошадей не распрягай пока и сам здесь сиди.
   Карета, описав по двору крутую дугу, остановилась точно напротив входа. Навеса там не было, как и подходящих по размеру зонтов в багаже, чтобы прикрыть госпожу от дождя. Придется обойтись без них. Минкар, вместе с еще тремя воинами спешились и отведя лошадей в сторону, чтобы не перекрывать путь карете, направились внутрь дома, потеснив склонившуюся в уважительном поклоне, старуху, вышедшую им навстречу. Несколько секунд спустя один из них вышел обратно, подав знак остальным.
   Спрыгнув на землю, Ахман поспешил к карете и распахнул дверцу представ перед взглядами четырех пассажирок. И если служанки с сопровождавшей юную госпожу наставницей смотрели с облегчением, уже предвкушая скорый отдых, то вот на лице самой девочки читалось любопытство и веселье. Утомительную даже для взрослых, поездку десятилетняя дочь прославленного полководца воспринимала как приключение. И ужасная погода ничуть не убавляла ее энтузиазма.
   - Мы приехали, госпожа, - коротко поклонившись произнес сотник и протянул руку. - Позвольте я помогу вам.
   Подхватив девочку на руки Ахман быстро преодолел несколько шагов до крыльца и аккуратно поставил ее на пол, только перешагнув порог. Быстрый взгляд по сторонам подтвердил слова десятника о наемниках - все они были здесь и рассматривали новых посетителей без особого интереса.
   - Комнаты готовы? - повернул он голову к вновь склонившейся в уважительном поклоне, старухе.
   - Да, господин. Прошу за мной, - отозвалась та и засеменила вперед.
   Уговаривать госпожу не маячить в общем зале, в отличие от самого первого дня, не пришлось, та спокойно двинулась следом за хозяйкой. Шагавший справа, загораживая девочку собой от любопытных взглядов наемников, Ахман постоянно держал тех в поле зрения, зная, что подчиненные также настороже, готовые действовать в любой момент.
   Они уже практически пересекли зал, приближаясь к лестнице на второй этаж, и сотник понадеялся, что все пройдет спокойно... Когда тренированный слух опытного воина уловил звук, который он смог бы распознать даже посреди многолюдной толпы.
   Тихий шорох стали, покидающей ножны.
  

* * *

  
   Сбросив охапку дров на приступку возле печи, я зябко поежился и торопливо прижал ладони к ее горячему, каменному боку. Как же холодно! Вот пока дрова рубил даже и не чувствовал ничего, а стоило только в тепле оказаться, как буквально колотит всего. Эти гребанные, бесконечные дожди у меня уже в печенках сидят! Простыну ведь...
   - На-ка вот, выпей, - бабушка Мори протянула мне исходящую паром, большую глиняную кружку. Чай? - Согревающий отвар, из целебных трав. По нынешней погоде самое то, чтобы не заболеть.
   Я осторожно попробовал сделать глоток, но тут же зашипел, обжегшись.
   - Не спеши, присядь вон, - вернувшись к плите, на которой стояла здоровенная кастрюля с этим отваром, старушка указала мне на стол. - И хлеба возьми, мяса вареного из миски - до ужина-то далеко еще, а ты поди оголодал уже, на холоде-то.
   - Спасибо, - пробормотал я. Стараясь не стучать зубами о кружку, обжигаясь, сделал несколько глотков. Приятный вкус - кисло-сладкий, с какой-то знакомой ноткой. Ягоды, что ли? Но, действительно согревает.
   Ответить, если и собиралась, бабушка Мори не успела - дверь ведущая в зал бухнула о стену и на пороге возник Нори, весь какой-то взъерошенный и напуганный.
   - Приехали, - крикнул он, уставившись на бабку.
   - Иду! Паюми замени меня! - крикнула та, сбросив с себя фартук. - Отвар скоро снимать нужно будет, смотри, чтобы не перекипел. И за остальными блюдами не забывай присматривать. Я сейчас Майю сюда пришлю еще.
   И убежала. Выглянувшая из кладовки с корзиной в руках, девушка с удивлением оглядела опустевшую кухню и, сгрузив свою ношу на ближайший стол, послушно направилась к плите.
   - А где остальные? - полюбопытствовал я сообразив, наконец, что кроме бабушки Мори здесь, собственно, никого больше и не было. Обычно-то на кухне не протолкнуться.
   - Комнаты в порядок приводят, - отозвалась Паюми, проверив булькавшие своим содержимым, кастрюли на плите. - Там какие-то важные гости едут, охрану вперед себя прислали и сразу пять комнат затребовали представляешь?
   - А наберется у нас столько, свободных-то? - припомнив сколько народу сейчас ошивается в зале, уточнил я.
   - В том-то и дело! - радостно воскликнула девчонка. - Сразу из двух пришлось постояльцев переселить в другие. И они даже не пикнули!
   Какие необычные гости. И как же хорошо, что не мне их обслуживать придется. К труду-то я уже привычен и не особо брезглив, но изображать из себя слугу прогибаясь под местные порядки... может, когда и придется. Жизнь штука сложная, а выбирать мне особо не приходится. Но, не прямо сейчас, что весьма и весьма радует.
   Додумать мысль я не успел. Огромное здание таверны вдруг содрогнулось, едва ли не до самого основания. С грохотом обрушилась на пол развешенная по стенам и полкам, посуда, а с потолка целыми клубами полетела пыль. А дальше я уже не думал.
   Выронив из рук миску, я подскочил к удивленно замершей на месте, девчонке и дернул ее на себя, разворачивая лицом к выходу. И изо всех сил толкнул в спину. Она даже пикнуть не успела - быстро-быстро перебирая ногами, в попытках сохранить равновесие, буквально вылетела в дверь и, споткнувшись, покатилась по земле. Вбитый намертво еще на руднике рефлекс, при землетрясении максимально быстро выбираться наружу, сработал быстрее мозгов... И только уже двинувшись следом, я сообразил, что никакое это было не землетрясение. А из зала уже вовсю летел грохот, отчаянно кричали люди и звенело оружие.
   Замешкавшись, обернулся ко входу в зал, пытаясь сообразить, что делать. Где-то там сейчас должен быть Хон, но соваться в мясорубку безоружным... тьфу, идиот! Толку от меня даже если с топорами в руках туда полезу! А напарник, если сразу не прибили, и сам вполне сможет выбраться, я ему только мешать буду...
   Дверь ведущая в зал вдруг с треском распахнулась, грохнув о стену и повисла на одной петле. А на пороге возник рослый мужик в залитом кровью доспехе и мечом в руке, прижимавший к себе мелкую девчонку в вычурной одежде. Взгляд его уперся в меня и я попятился, не ожидая ничего хорошего... Воин вдруг резко присел, оттолкнув девчонку от себя и крутанулся на пятках, вскидывая руки... Прилетевшая из зала мутная клякса ударила в него и сбила с ног, протащив через половину кухни по полу. Врезавшись спиной в стол, воин прохрипел что-то невнятное и резво вскочил, подхватив выпавший меч левой рукой - правая выглядела так, словно ее через мясорубку пропустили. Секунда и он уже рубится с выломившимся из зала наемником.
   - Уведи госпожу! - бешеный крик ударил по ушам и я не сразу понял, что это однорукий орет. Мне. - Быстро уведи...
   Меч противника нашел лазейку в защите и вспорол ему левое плечо, заставив выронить оружие. Мгновение и черноволосая голова слетела с плеч срубленная мощным ударом. Заливая все вокруг кровью, труп повалился на пол. А наемник повернулся ко мне... Раскаленная кастрюля обожгла не защищенные ничем ладони, но боль пронеслась где-то мимо сознания. Зарычав от натуги я размахнулся и окатил кипятком стоявшего всего лишь в нескольких шагах от меня убийцу.
   Он дернулся в сторону пытаясь закрыть локтем лицо и, не удержавшись, рухнул на пол захлебываясь отчаянным криком. Я невольно попятился, но тут же опомнившись развернулся и ломанулся к выходу, на бегу сцапав так и стоявшую в ступоре девчонку. Выскочив наружу лихорадочно закрутил головой, соображая куда бежать дальше, успев мимоходом отметить, что Паюми уже куда-то испарилась... Ошпаренный, судя по раздающейся с кухни бешеной ругани, подыхать не собирался, ворота на задний двор закрыты и открыть я их не успею, забор слишком высоко, не перелезу, значит надо бежать к главным воротам и там уже... куда-нибудь...
   - Убью-у-у! - у меня волосы на голове дыбом встали от раздавшегося буквально за спиной, совершенно не человеческого воя.
   Подхватив на бегу с поленницы топор, я развернулся, пытаясь отцепить от себя девчонку... и увидел как в затылок выскочившему из кухни убийце врезался тяжеленный стул. Наемника мотнуло вперед и, поскользнувшись в луже он рухнул на землю.
   - Добей его! - заорал откуда-то со второго этажа Хон.
   Я послушно качнулся вперед, но вцепившаяся в меня реально мертвой хваткой, девчонка завизжала так, что на секунду оглох. Приближаться к наемнику эта дура не желала, и не собиралась позволять этого мне. Пока пытался отодрать ее от себя, наемник зашевелился и начал медленно подниматься... а из кухни на улицу выскочил еще один мечник, мгновенно рванувший к нам. Твою же мать, откуда их столько?!
   Выставив перед собой топор, попытался оттолкнуть девчонку за спину, отчаянно пытаясь сообразить, что делать. Он же меня сейчас на куски порубит и не заметит!
   - Яр, нет! - Хон крикнул что-то еще, но я не разобрал.
   - Брось топор, - пролаял мечник, даже не оглянувшись на его вопли.
   Медленно отведя руку в сторону, я разжал пальцы уронив колун на землю. И вовсе не потому, что испугался этого психа, буравившего меня совершенно жутким взглядом. Просто, проходя мимо попытавшегося отползти в сторону бандита, мечник двинул ему пяткой в затылок, не замедлившись и даже не сбившись с шага при этом. А я только сейчас осознал, что доспехи его точь-в-точь, как на убитом охраннике девчонки... Эй!
   Эта самая девчонка вдруг юлой вывернулась из моей хватки и со всех ног рванула к мечнику, заливаясь слезами и что-то бессвязно крича.
   - Госпожа, все хорошо, все уже закончилось, - неловко приобняв разрыдавшуюся девочку, произнес тот мягким, совершенно непохожим на прежнее лязганье стальных зубьев капкана, голосом. - Ахман с вами, не нужно плакать, госпожа.
   Покосившись на подошедшего к нам Хона, - тот просто спрыгнул из окна, - воин поднял девчонку на руки и направился к главному входу в таверну, напоследок указав по-прежнему обнаженным мечом, на наемника.
   - Этого связать и в дом. И кляп ему вставьте, чтобы язык себе не откусил, если очнется. Головами за него отвечаете.
   И свалил. А я медленно выдохнул сквозь зубы, пытаясь справиться навалившейся вдруг дрожью. Похоже, начинался отходняк.
   - Он точно живой? - спросил я, просто, чтобы не молчать.
   - Точно, - присевший рядом с телом, проверить пульс на шее, Хон выпрямился и глянул на меня. - Ты в порядке?
   - Наверное, - передернувшись от осознания, насколько же близко я разминулся со смертью на этот раз, потер лицо ладонями. Надо взять себя в руки. - Спасибо. Еще чуть-чуть и он бы меня точно зарубил.
   - Я так и подумал, когда вопли на кухне услышал, - усмешка у напарника вышла нервная. - К окну подбежал как раз, когда этот урод на улицу вывалился, ну и схватил первое, что под руку подвернулось. Повезло тебе.
   Да уж, это точно.
   - Принеси веревку, я посторожу его, чтобы не очнулся раньше времени, - подобрав с земли колун, предложил Хон. Он попытался протереть лезвие рубахой, но без толку.
   Припомнив, где можно найти веревку, я сбегал в пристройку на заднем дворе и притащил целый моток. Киин, конечно, вопить будет, но мне как-то уже похрен, пусть вон этому Ахману все претензии предъявляет. Да и не факт, что жирдяй выжить сумел.
   Вдвоем, мы замотали бессознательного наемника так, что тот стал напоминать гусеницу. Черта с два теперь вырвется, даже используя тоуки. А вместо кляпа оторвали кусок от его же собственной рубахи, после чего поволокли в дом. Раз уж мечник госпожу свою туда потащил, надо полагать, что с наемниками уже покончено... И чего те вообще к ним полезли-то, спрашивается?
   - Что дальше будет? - с трудом удерживая выскальзывающее из рук, тяжелое тело, я покосился на пыхтящего рядом Хона. Тот глянул непонимающе. - Ну, стражу позовут, допросы там, свидетелей опрашивать будут... Что в таких случаях положено делать?
   - Стражу позовут, - кивнул Хон. - И делать те будут то, что им Ахман прикажет, а уж чего ему в голову взбредет после такого, я даже представлять не хочу... Эти тупые наемники напали на людей наместника. Дальше сам сообразишь?
   Сообразишь. Ничего хорошего. С одной стороны, мы вроде как помогли спасти эту мелкую, а она явно не "мелкая" шишка, простите за тавтологию. А с другой - беглые каторжники, которых, по закону следует вернуть на место. И мне совершенно не хочется проверять, как поступит мечник, если наш маленький секрет раскроется.
   - И чего делать будем? - бежать на ночь глядя у меня нет никакого желания.
   - Сидеть на месте, делать, что скажут и не дергаться раньше времени, - Хон глянул на меня. - Мы ничего плохого не совершили, так что и суетиться не нужно.
   В главном зале таверны царили бардак, разгром и смерть. Перемолотые буквально в щепу, столы и стулья, дыры в стенах, полу и даже потолке. И кровь повсюду. Помимо наемников и людей наместника, когда начался бой там находилось еще больше двух десятков человек. Воины дрались не особо обращая внимание на посторонних, так что пострадавших было много, раненые в основном, но и погибшие тоже нашлись.
   Киин выжил, к слову. Правда его чем-то все же зацепили, но не сильно, к нашему приходу уже бегал по залу с перемотанной какой-то тряпкой, рукой. А вот бабушка Мори не пострадала вообще, при том, что находилась буквально в самом эпицентре, когда все началось. И сейчас спокойно, без суеты, руководила людьми организуя помощь раненым. Железная старушка, просто.
   К нашему появлению Ахман уже умотал наверх, вместе с девочкой. И правильно - нечего ребенку на весь этот кровавый ужас смотреть. Я бы вот тоже с удовольствием не стал смотреть, да только кто же меня спрашивал... М-да. В общем, тело у нас принял один из телохранителей. Другой в этот момент также находился на втором этаже, вместе с начальством и это, по сути, все - считая самого Ахмана, - кто сумел пережить бой. Трое из десяти. И при этом как-то умудрились помножить на ноль пятнадцать наемников... ну, четырнадцать - одного можно на наш, с Хоном счет записать. Но, все равно круто.
   С разгребанием последствий чужих разборок, провозились до глубокой ночи, а уж сколько времени уйдет, чтобы привести таверну в полный порядок, даже не представляю. Нас к тому времени здесь точно уже не будет. Пусть и несколько малодушно радоваться такому обстоятельству, но лично меня еще на руднике достало батрачить задарма на совершенно чужих людей. Бабушка Мори, конечно, хороший человек, но взваливать на себя еще и ее проблемы нет никакого желания.
   Тут со своими-то не знаешь, как разобраться.
   Утром Ахман вызвал нас обоих к себе.
   Обосновался командир изрядно поредевшего отряда телохранителей в комнате по соседству со своей маленькой госпожой. У двери последней, к слову, неподвижно замер один из бойцов, а второй безустанно маячил на улице, под окнами. Не знаю уж, положено им так или же обжегшись на молоке, Ахман теперь на воду дует, перестраховываясь. Сомневаюсь, что враги девчонки появятся так быстро, но ему, безусловно, виднее. Да и наплевать мне, по большому счету. Гораздо сильнее беспокоит внезапно проснувшийся интерес к нашим персонам с его стороны.
   Мечник, с удобством расположившийся в плетеном кресле, стоявшем возле стола, уставшим совсем не выглядел. Учитывая вчерашние события, не думаю, что ему удалось этой ночью толком поспать, так что выносливости мужика можно только позавидовать. Уже полностью вычищенные от крови, доспехи были разложены на кровати, невольно притягивая внимание. Кожаный нагрудник, с металлическими пластинами, наплечники, наручи, поножи, шлем - выглядело все это очень красиво, а судя по оставшимся на них после боя зарубкам, было еще и весьма качественным. Длинный, прямой меч в ножнах стоял рядом с креслом, прислоненный к подлокотнику. Сам же Ахман был обряжен в нечто, напоминавшее китайскую, - ну или корейскую, - одежду темно-синего цвета.
   - Я разговаривал с хозяйкой постоялого двора, - произнес мечник после недолгого молчания. Нам он присесть не предложил, да и негде тут, в общем-то. - Она сказала, что вы не здешние - временно работаете у нее, за еду. Назовитесь, откуда вы родом?
   - Я Хон, сын Карса. А это мой дальний родич - Яр сын Мирна, господин, - с секундной заминкой поклонившись, ответил напарник за нас обоих. Легенду мы себе придумали еще когда по горам бегали, так что неожиданным вопрос не стал. - Родом мы из деревни Восемь Полей, что к югу от Минкама.
   - Далековато вы забрались от дома... А с речью у твоего родича, надо полагать, от рождения все плохо, что он так слова коверкает? - издевательски усмехнулся мечник. Это он тоже из расспросов узнал, что ли? Я ведь при нем еще ни разу не говорил.
   - Нет, что вы. Ему пару лет назад, в драке, камнем по голове досталось. С тех пор вот и говорит так, и соображает медленно иногда, - выдал заготовленное объяснение Хон.
   - Пойманный вами наемник с последним утверждением вряд ли бы согласился, - хмыкнул мужчина. - И куда же вы направляетесь?
   - В Камхур, господин, - вновь поклонился напарник. - У меня там двоюродный дядя живет, он на торговый Дом Белой Лилии работает, старшим помощником одного из их караванщиков. Он давно уже нас к себе звал, обещал помочь устроиться к нему. Вот мы и решили попробовать. Заодно и денег на женитьбу подкопить.
   - С лошадьми, значит, обращаться умеете, это хорошо, - задумчиво покивал своим мыслям Ахман. - Нашего возницу вчера убили, так что замените его и поедете вместе с нами. А уж в столице, даю слово, смогу подыскать для вас работу не хуже.
   Вот... же ж. Выругаться хотелось совсем другими словами, но под пристальным и давящим взглядом мечника, все они куда-то потерялись. Чего ж ты к нам докопался-то, других дел нет, что ли?
   - Э-э, прошу прощения, господин, - Хон ощутимо напрягся, лихорадочно пытаясь подобрать слова для ответа. - Благодарю за заботу, но нам бы хотелось в Камхур...
   - А родич твой что думает? - усмехнулся этот козел, глядя на меня. Похоже вся эта ситуация его просто забавляла. Вот только нам ни разу не смешно с таких перспектив.
   - В Камхур, - осторожно произнес я, опустив взгляд в пол.
   Молча кивнув, Ахман протянул руку, взяв со стола небольшой кошель из черной ткани, отозвавшийся тихим звяканьем и, взвесив на ладони, перебросил его Хону.
   - Я понимаю, что благодарить деньгами за бескорыстно оказанную помощь, не лучший жест с моей стороны. Но, думаю сейчас они будут для вас предпочтительнее всего остального, - сообщил он, улыбнувшись. Правда, смотрел все так же пристально, что весьма нервировало. - Если есть что-то еще, что я могу для вас сделать - говорите.
   - Благодарю вас, господин, денег будет достаточно, - вновь склонил голову Хон. И я вместе с ним, уловив злой взгляд напарника - не привык ко всем этим условностям, вот и торможу не к месту.
   - Ну, это ваш выбор, - мечник равнодушно пожал печами. - Однако в Хиньяр вы в любом случае отправитесь вместе с нами, так что заканчивайте со своими делами здесь и готовьтесь к отъезду. Как только прибудет отряд стражи, так и выдвинемся - пара часов, думаю, у вас есть. Сейчас можете идти.
   Дружно поклонившись, послушно вымелись из комнаты и направились на первый этаж, провожаемые внимательным взглядом стоявшего в коридоре бойца. Обеденный зал был темен и пуст - большинство постояльцев, за редким исключением, еще отсыпались после вчерашних приключений. А вот работникам такой роскоши не полагалось, на кухне уже вовсю гремели посудой, предвещая скорый завтрак. Что было весьма кстати, потому как жрать хотелось уже неимоверно.
   - Слушай, чего мы вообще задергались-то? - озвучил я крутившуюся в голове мысль. И продолжил, понизив голос. - Что такого, если стражники нас увидят? Чего они нам сделать-то могут - о побеге не факт, что уже известно, будем вести себя аккуратно и никто, ничего не заподозрит. До столицы доберемся в комфортных условиях, а дальше уже своим ходом двинем, благо деньги есть теперь.
   Вылезать на улицу, под дождь мне совершенно не хотелось. Но, еще меньше было желания топать пешком по такой погоде целую неделю. Настолько, что даже компания стражников и этого настырного Ахмана уже не казалась слишком пугающей.
   Не торопясь отвечать, Хон, остановившись на последней ступеньке, прислонился спиной к стене, задумчиво глядя на меня, словно бы подбирая слова для ответа.
   - Плохая идея. Я... - он замялся, но, качнув головой, тяжело вздохнул. - Просто поверь мне. Нечего нам делать в Хиньяре.
   Нам или, все же тебе? Вопрос крутился на языке, однако выпытывать ответ на него я не стал. Недоверие друга, конечно, обижало, но я не ребенок уже, чтобы устраивать истерики только оттого, что он не желает делиться со мной своими тайнами. Его право, в общем-то, захочет - расскажет.
   - Ладно, будь по-твоему, - я пожал плечами. - Тогда нужно поторопиться, пока стража не приперлась... И одежду с накидками прикупить у бабушки Мори не помешает.
  

* * *

  
   Стук в дверь раздался когда сотник уже заканчивал облачаться в доспех и сразу же, не дожидаясь разрешения, в комнату зашел Минкар. Мокрый, бледный, продрогший и явно измотанный, с запакованной в лубок левой рукой висевшей на перевязи - ночное дежурство под окном юной госпожи далось ему нелегко. Но сейчас настала очередь Тулима мокнуть на улице, давая напарнику передышку.
   - Хреново выглядишь, - констатировал Ахман. - Как рука?
   - Нормально, - хрипло отозвался десятник. И продолжил, не желая развивать эту тему. - Они сбежали. Полчаса назад - открыли ворота на заднем дворе и смотались. Как ты и приказал, я не стал вмешиваться.
   - Вот как, - без особого удивления протянул Ахман, цепляя меч на пояс. - Понятно. Приводи себя в порядок, завтракай и можешь отдохнуть, немного времени еще есть.
   Минкар на последнее утверждение только криво усмехнулся. Но, тут уж ничего не поделаешь - в сложившихся обстоятельствах, полноценный отдых, до возвращения в Хиньяр им точно не светит. Расслабиться и доверить охрану госпожи стражникам было бы запредельной глупостью. Так что придется терпеть.
   Подхватив с кровати шлем, но не став пока что надевать его, Ахман вышел в коридор вслед за десятником. Только для того, чтобы остановиться перед дверью комнаты в которой поселилась юная госпожа. Острый слух уловил тихий шепот проснувшихся уже служанок, значит, скоро придет время будить и хозяйку.
   Прислонившись к стене, Ахман задумчиво уставился в стену напротив, размышляя о случившемся. Он и сам не понимал, какой бес его дернул повести недавний разговор именно так, вместо того, чтобы просто отдать мальчишкам деньги. Однако интуиция не подвела. Мысль привлечь их вместо погибшего возницы действительно мелькала, и сотник даже всерьез планировал так и сделать... до того, как пообщался с этой парочкой лично. Сопляки врали о своем происхождении, пусть неумело, зато очень старательно. И после вчерашней бойни, подпускать к юной госпоже настолько мутных типов слишком рискованно. Очень и очень сомнительно, что эти двое являются убийцами, но Ахман не собирался рисковать даже в малом. Только не сейчас.
   А вот то, что парни решили попросту сбежать, стало для него неожиданностью. И вызывало сильный интерес - позже нужно будет обязательно попытаться выяснить кто они такие на самом деле. Главное только, чтобы не померли по дороге, наверняка ведь теперь не рискнут на постоялых дворах ночевать, опасаясь, что их в розыск объявят. Не хотелось бы стать, пусть и невольной, причиной смерти этих идиотов.
   Ахман вздохнул, прислушиваясь к раздавшимся из-за двери голосам. Новый день начинается. Теперь бы только домой добраться.
  

Глава 4

  
   Тяжелые черные тучи еще недавно проливавшиеся обильным дождем, медленно расползались, истаивали в кои то веки открывая взору синеву чистого неба. Такая погода радовала намного больше. Правда, стоявшее в зените солнце начинало уже ощутимо припекать, чувствую, еще немного и я в своей соломенной накидке просто изжарюсь. Но, таскать ее в руках слишком неудобно, а потому придется терпеть.
   - Яр, не отставай! - закончивший переругиваться с торговцем, Хон сунул мне в руку медовую булочку и, закинув мешок на плечо, махнул рукой, указывая направление.
   Проталкиваясь следом за ним сквозь заполонившую рыночную площадь толпу и с удовольствием поглощая вкуснейшую, свежую булку, я с любопытством вертел головой по сторонам. Здешние рынки, в общем-то не особо отличались от тех, где мне доводилось бывать - точно такое же столпотворение, шум, прилавки под широкими навесами. И запахи. Особенно здесь, в продуктовых рядах, где торговали, в том числе, уже готовой едой и разными закусками... После умопомрачительной готовки бабушки Мори, шесть дней давиться откровенно хреново приготовленной на костре пищей, стало тяжелейшим испытанием для моего желудка. Так что, прямо сейчас я себя чувствовал словно ребенок оказавшийся в магазине сладостей - попробовать хотелось всего, сразу и много... И булка как-то уж очень быстро закончилась.
   Хиньяр большой город. По слухам, не меньше трехсот тысяч населения - и это только внутри стен. Сколько народу обитает в пригороде, широким кольцом окружившем столицу одной из крупнейших провинций империи, вряд ли точно известно хоть кому-то. Я поначалу даже растерялся, оказавшись в самом настоящем людском водовороте - на руднике-то обитателей куда меньше, вот и отвык уже, на радость Хону, не упустившему возможности позубоскалить за мой счет. Однако опыт жителя земного мегаполиса быстро взял свое, так что веселиться ему пришлось недолго. Даже жаль, что в самой столице нам делать нечего, было бы интересно посмотреть на средневековый город изнутри.
   В очередной раз врезавшись в кого-то, я торопливо извинился, получив в ответ невнятную ругань и огляделся, высматривая успевшего уже куда-то подеваться, друга. Надо бы завязывать с посторонними размышлениями, а то и впрямь заблужусь, бегай потом ищи его... А, вижу.
   Хон обнаружился возле прилавка скобяных изделий - вертя в руках небольшой котелок, он о чем-то спорил с худощавым, бородатым торговцем. И, судя по ироничной усмешке последнего, попытка сбить цену прошла так себе. Не умеет Хон торговаться, как я успел уже убедиться за этот час блужданий. Впрочем, лично у меня подобного опыта не было вообще, так что хвастаться тут нечем.
   - Да что же ты такое говоришь, уважаемый! - услышал я, подойдя ближе. Продавец буквально вырвал у Хона котелок и щелкнул по нему ногтем. - Ты только послушай, какой чистый звук! Какой качественный металл! Работа настоящего мастера, не только тебе - этот котелок еще и детям твоим служить будет, и внукам. Покупай, не пожалеешь, от сердца отрываю, такой товар - всего лишь пять двойных рен!
   - Да какое у тебя может быть сердце с такими ценами? - возмутился Хон, упрямо мотнув головой. - Я до внуков не доживу, если буду так деньги тратить...
   Он сбился, закашлявшись. Я же просто стоял рядом и молча охреневал от такой непосредственной наглости торгаша. Двойной серебряный рен - монета самого крупного достоинства, дороже уже только золото. Запрошенных мужиком пяти хватит, чтобы купить небольшое стадо овец, ну или пару недель зависать на постоялом дворе для благородной публики, абсолютно ни в чем себе при этом не отказывая. Даже при здешних ценах на железные изделия, все равно слишком дорого. Мы, конечно, именно за котелком на рынок и приперлись, очень уж надоело каждый раз возиться с раскаленными в костре камнями. Но отдавать практически все полученные от Ахмана деньги только за него, чересчур.
   - Нехороший у тебя кашель, парень, - мгновенно растеряв всю веселость, торговец оглядел Хона цепким, внимательным взглядом. - Да и выглядишь ты нездоровым. Тебе бы к лекарю наведаться не помешало.
   - Обязательно. Если деньги останутся, - откашлявшись, хрипло отозвался Хон. И ткнул пальцем на развешенные за спиной мужчины товары. - Пара двойных за котелок и вон тот половник в придачу. Или я пойду покупать у кого-нибудь другого.
   - Эх, только из сочувствия к тебе, парень, - состроив кислую мину, вздохнул тот. И погрозил пальцем. - Но, к лекарю обязательно сходи... Не хватало еще по городу заразу всякую растаскивать.
   - Угу... Эй! А ну стоять! - шаривший у себя на поясе под накидкой, в поисках кошелька, Хон вдруг схватил за плечо стоявшего рядом мелкого, чумазого пацана... - Ах, ты ж урод! Стой ворюга!
   Полоснувший его по руке зажатой в пальцах тонкой, заточенной пластинкой, мальчишка вывернулся из ослабевшей хватки и юлой ввинтился в толпу, легко проскакивая между людьми. Хон, сдавив окровавленное запястье правой рукой, рванулся следом. Ну и я за ним.
   Словить юркого воришку, если кто и пытался, то неудачно, слишком уж ловок оказался, зараза. На одном дыхании проскочив забитые народом торговые ряды, он вырвался из толпы и тут же нырнул в узкий, извилистый переулок. Матерящийся Хон несся следом, умудряясь как-то не терять мелкого засранца из виду. Но, он-то ладно, а вот как я сумел не отстать от них, совершенно непонятно.
   Влетев в узкую кишку переулка, сдавленного нависающими над ним каменными трехметровыми заборами, я споткнулся, каким-то чудом устояв на ногах, проскочил его насквозь... и замер рядом с Хоном, настороженно глядя вперед.
   Мелкий гаденыш, подбрасывая на ладони украденный кошелек, злорадно скалился спрятавшись за спину невысокого крепыша, лет двадцати, мрачно таращившегося на нас. Стоявший справа от него и чуть впереди жилистый парень, выглядевший лишь чуть старше, щеголял непонятной, цветной татуировкой на бритом налысо черепе. Склонив голову набок, он демонстративно медленно вытащил из-за отворота стянутой широким поясом, верхней рубахи короткую дубинку, и улыбнулся. Нехорошо так.
   - Бросайте мешки, выворачивайте карманы и можете проваливать, - лениво кивнув на землю перед собой, процедил вожак.
   Бросив на меня короткий взгляд, Хон сместился немного в сторону, одновременно вытащив из-под накидки тесак. Вытерев окровавленную левую ладонь о солому, он перехватил ею клинок, сверля мгновенно напрягшегося лысого злым взглядом.
   - Деньги верни, или я тебя твоими же кишками удавлю, - негромко произнес Хон.
   Я молча достал свой нож и встал рядом с ним. Страх ворочался где-то в глубине души, но медленно накатывающая ярость просто не оставляла для него места... Главное, не убить никого, не отмоемся же потом. Во всех смыслах!
   - Борзые, да? Не хотите по-хорошему, суки, - вожак ощерился совершенно безумной ухмылкой и вдруг рванулся вперед, одновременно с Хоном. - Кончайте обоих!
   Услышав топот ног за спиной, я резко обернулся, но не успел ничего сделать - вылетевший из-за угла растрепанный толстяк врезался в меня, умудрившись не напороться на тесак и попросту впечатал своей тушей в забор. Я задергался, пытаясь вырваться и врезал ему лбом в лицо с хрустом сломав нос. Хлынула кровь, но урод лишь глухо зарычал, еще крепче вцепившись мне в горло и сбил с ног повалив на землю. Еще и коленом умудрился в живот заехать, сбивая дыхание.
   - Стража! Валим!
   Размахнувшись, толстяк саданул мне в грудь кулаком и вскочил, разворачиваясь... Куда собрался?! Я вцепился ему в ногу и рванул на себя, не давая сбежать. Прохрипев что-то невразумительное, тот развернулся и тут же пнул меня в голову, но промахнулся. Злобно рыкнув, толстяк шагнул вперед, примериваясь уже кулаками, когда выскочивший откуда-то сбоку стражник в кожаной броне сбил его с ног и навалился сверху, выкручивая руки, прижимая к земле... Жирдяй заорал и рванулся так, что не маленького мужика просто снесло, и начал подниматься.
   - А ну, цыть! - подоспевший второй стражник врезал ему дубинкой по башке и тут же добавил ногами по ребрам. К нему присоединился еще один и вместе они скрутили бешено дергавшегося толстяка, спутав ему конечности веревками. - Эй, парень, ты как там, живой, не ранен? Лун, глянь, что со вторым.
   Я не сразу сообразил, что обращаются ко мне и запоздало промычал что-то утвердительное - горло отчаянно болело, сдавленное толстяком. Как он мне только голову не оторвал, амбал хренов! С трудом отодрав себя от земли сел и только тогда заметил Хона, неподвижно лежавшего лицом вниз. Твою же мать! Я попытался вскочить, но тело неожиданно повело в сторону и едва не рухнул обратно, успев опереться о стену.
   - Позвольте я гляну, - склонившегося над Хоном стражника мягко тронул за плечо непонятно откуда появившийся невысокий, седой старик с каким-то шкафом за спиной.
   Быстро проверив пульс, он аккуратно осмотрел кровоточившую рану на голове и нахмурился, прикоснувшись тыльной стороной ладони ко лбу Хона.
   - Царапина на левом запястье, уже не кровоточит, рана на голове - по виду, обычный ушиб, просто содрана кожа. Кости черепа и шейные позвонки не сломаны, других повреждений не вижу, - сообщил он и обернувшись, посмотрел на меня. - У него высокая температура, давно заболел?
   - Вчера днем начал кашлять, - собрав мысли в кучу, отозвался я. - Что с ним?
   - Он заразный? - одновременно со мной спросил стоявший рядом стражник.
   - Скорее всего, обычная простуда, но без обследования не возьмусь утверждать. Вы ведь не местные, - оглянувшись на меня, утвердительно произнес старик. Получив в ответ кивок, задумчиво нахмурился, после чего глянул на стражника. - Здесь недалеко, при храме Манури, есть бесплатная лечебница для бедных. Думаю, стоит проводить молодых людей туда.
   - Ну, это вы уж как-нибудь сами, уважаемый господин Шин Мо. Нам еще эту тушу придется в управу тащить, - подошедший последним седоусый стражник, видимо главный в их четверке, легонько пнул лежавшего на земле толстяка. Злобно ощерившись залитой кровью рожей, тот прохрипел что-то но, получив еще один пинок, заткнулся. А мужчина обернулся ко мне. - Тебе тоже лучше бы с нами пойти, чтобы оформить все как полагается, раз уж приятель твой не сможет.
   С некоторым трудом выпрямившись, придерживаясь за стену, я с сомнением глянул на успевшего уже поставить свой шкаф на землю старика, что-то в нем искавшего. Выглядел он стопроцентным азиатом, как их еще в фильмах показывают - благообразный седой старец, с длинными, белоснежными усами и бородой. Даже "узел" из заколотых спицей спадающих до лопаток, волос на затылке, есть. И одежда похожая, этот их халат без пуговиц, темно-синего цвета, подпоясанный широкой лентой, мягкие штаны из серой ткани и обмотки на ногах. Ну и имя его тоже в копилку. Возраст только с ходу не определишь - от шестидесяти до, не знаю, девяноста? Или меньше. Да, не важно. Не знаю уж почему, но он с первого взгляда вызывал какое-то подспудное доверие... хотя, возможно, все дело в подчеркнутом уважении, с которым обращались к нему стражники? В любом случае оставлять Хона одного мне совершенно не хотелось, но и какого-то другого выбора, похоже, попросту нет - стражники явно не отстанут, а злить их на пустом месте будет совсем уж глупо. Придется, видимо, довериться старику.
   - Не беспокойтесь молодой человек, я не причиню вашему другу вреда, - угадав, какие мысли бродят в моей голове, мягко улыбнулся тот. Вытащив, наконец, из "шкафа" какую-то склянку, он открыл ее и поднес к носу Хона... и придержал за плечо, когда тот вскинулся, очнувшись. - Спокойно, все уже закончилось. Давай, помогу встать.
   Опираясь на руку старика, Хон с заметным трудом поднялся на ноги. И, судя по тому, как его шатало при каждом движении, очень сомневаюсь, что он способен дойти хоть куда-нибудь самостоятельно.
   - Вы лекарь? - не зная, что еще сказать, спросил я. А кто еще он может быть, со всеми этими баночками, пакетиками и травками, которыми оказался набит "шкаф".
   - Верно, - улыбнулся тот и осторожно перекинул руку Хона через плечо. - Мы пойдем, пожалуй. Как закончишь, тоже подходи в храм он недалеко от управы находится.
   - Я объясню ему, как пройти, - заверил лекаря седоусый стражник.
   Кивнув, тот развернулся и, аккуратно поддерживая Хона, медленно побрел дальше по переулку. Стражники тоже времени даром не теряли, вздернув толстяка с земли, ему чуть распутали ноги, чтобы мог топать сам и погнали обратно к рыночной площади. Ну, и я следом за ними, старательно припоминая подробности нашей "легенды". Нужно ведь будет как-то объяснять, откуда мы такие замечательные в столице объявились.
  

* * *

  
   Из путаных, неохотных объяснений я так и не понял, кто такая эта Манури на самом деле - то ли почитаемая в древности святая, то ли какая-то местная богиня. Да и не важно, в общем-то. Храм ее находился в небольшой роще на северной окраине пригорода и представлял собой, собственно, сам храм - громоздкое, деревянное строение, с легко узнаваемой крышей-пагодой. Перед ним располагалась вымощенная каменными плитами площадь, зажатая справа и слева парой одноэтажных зданий, выполненных в той же стилистике, что и главное. Общую картину дополняли каменные статуи каких-то зверей, напоминавших одновременно львов и собак.
   Никаких посетителей в этот час не наблюдалось, но блуждать по всей территории мне не пришлось. Встретившийся перед входом на площадь невысокий, пожилой монах, облаченный в красно-белое одеяние, молча выслушав сбивчивые объяснения, жестом пригласил следовать за ним и двинулся по выложенной камнем дорожке, в обход храма.
   Лечебница располагалась в глубине рощи, позади главного здания, не видная с улицы. Представляла она собой такое же одноэтажное строение, разделенное внутри на несколько помещений, самым большим из которых являлась общая палата на полтора десятка коек. Единственное окно было забрано какой-то мутной пленкой, пропускавшей, на удивление, достаточно света с улицы. Плюс висевшие на опорных столбах стеклянные фонари со свечками, сейчас не горевшими.
   Занятых коек оказалось всего лишь три, - и слава богу, а то ведь мое воображение такие ужасы нарисовало, что хоть вешайся! - на одной из которых расположился уже спавший Хон. Ну, или же он просто снова отрубился. Разглядеть, кто обосновался на других кроватях я не успел, да не очень-то и старался, находившийся здесь же лекарь молча указал на дверь и вышел вместе со мной на улицу.
   - Что с ним? - выпалил я, опередив уже собиравшегося что-то сказать старика.
   - Легкое сотрясение мозга и простуда. Сейчас твой друг спит, - спокойно ответил тот. - Если не возникнет осложнений, через неделю будет здоров. Думаю, настоятель не станет возражать, если ты останешься на это время при храме. Я вас познакомлю попозже.
   А вот это очень даже в тему, буду только рад если не придется мотаться сюда с постоялого двора каждый день. Правда, все упирается в цену, переплачивать за такое сомнительное удобство тоже не вариант. Мы медленно двинулись по дорожке к храму.
   - У тебя остались еще деньги? - перевел тему в как раз интересующее меня русло, лекарь. Однако, получив в ответ молчаливый кивок, продолжил совсем о другом. - Тогда я выпишу тебе названия лекарств для твоего друга. В кладовых храма кое-что имеется, но нужно понимать, что здешняя лечебница существует в основном на пожертвования и, если есть такая возможно, часть расходов лучше взять на себя. Монахи помогут тебе их приготовить... Прости, совсем забыл спросить - ты обучен грамоте?
   - Нет, - словно в собственном дебилизме признался.
   - Не страшно, запомнишь названия на слух, там немного, - совсем не обидно улыбнулся старик. - Неподалеку отсюда есть аптека. На случай, если возникнут какие-то проблемы, можешь сослаться на меня в разговоре с ее владельцем.
   - Проблемы? - осторожно уточнил я. На что лекарь заулыбался еще шире.
   - Почтенный Лим превосходно разбирается в лекарственных растениях. Сказать по правде, лучшего специалиста в данной области и не найти. Однако характер у него... - он покачал головой и хмыкнул. - Вредный старикашка.
   Я с сомнением глянул на усмехнувшегося каким-то своим мыслям, лекаря и пожал плечами. Наплевать мне, в общем-то, у кого там и какой характер. Главное, чтобы цену на лекарства слишком уж не задирал. Вот, кстати...
   - Скажи, как давно твой друг... - опередил он меня, сбив с мысли.
   - Его зовут Хон, - перебил я. Вот ведь болван, со всей этой беготней и суматохой даже представиться забыл. Коротко поклонился. - Прошу прощения, что перебил. Мое имя Ярослав, но можно просто - Яр.
   - Ну, мое имя ты уже слышал, однако представлюсь еще раз. Шин Мо - лекарь, - склонив голову в вежливом поклоне, ответил старик. И окинул меня задумчивым взглядом. - Ярослав... весьма необычное имя для наших краев.
   - А для каких обычное? - насторожился я.
   - Ты мне скажи, - развеселился тот, при виде моей невольной растерянности. И пожал плечами. - Я таких имен и не слышал прежде никогда.
   - Если б я сам еще знал, - вздохнул я, и осекся, сообразив, чего только что ляпнул. Хотя, он-то ведь придуманную Хоном "легенду" еще не слышал, так что и не страшно. Однако, под пристальным взглядом старика все равно стало как-то очень неуютно. - Как родители назвали, так и зовут... Вы хотели что-то спросить?
   - Да, действительно, - улыбнулся тот на такую очевидную попытку перевести тему. Но взгляд при этом остался серьезным. - К сожалению, твой друг Хон был не в состоянии отвечать на вопросы, поэтому пришлось дожидаться твоего прихода... Расскажи мне, за что вас отправили на каторгу?
   Я замер, уставившись в лицо спокойного, как удав, старика.
   - Не советую пытаться сбежать - догоню и сломаю ноги, будешь потом на соседней койке, рядом со своим приятелем дожидаться стражников, - равнодушным и оттого еще более пугающим голосом, предупредил он.
   Глядя в серые, словно выцветшие глаза лекаря, отчего-то ни разу не усомнился, что именно так он и сделает. И сил ему хватит. Потому хвататься за нож даже и в голову не пришло - вряд ли такое зрелище сможет его напугать, скорее уж заодно и руку мне сломает. В назидание. Да и неправильно это, хорошему человеку оружием грозить... м-да.
   - Как вы узнали? - задавив нахлынувшую панику, все же спросил я. И запоздало попытался отдернуться, когда мягко скользнувший вперед лекарь коснулся моей шеи.
   - Такие следы оставляет кожаный ошейник, если носить его слишком долго. Со стороны, практически, не заметны, да и не всякий сможет понять, что именно он видит. Однако вам не повезло встретиться именно со мной, - произнес он, также легко отступив назад. И прищурился. - Я жду ответа.
   Помолчав, собираясь с духом, я рассказал все. Ну, почти - о моем происхождении лучше будет вообще не заикаться, а то ведь кто этого лекаря знает, как он на такое отреагирует. Я бы на его месте точно подумал, что меня обдурить пытаются, и ладно если просто ребра пересчитает в наказание, а ну как и правда стражникам сдаст?
   - Что ж, я верю тебе, - задумчиво произнес Шин Мо, после недолгого молчания.
   - Вот так просто? - удивился я ощутив, как вполне себе весомая тяжесть свалилась с плеч. Добрый дедушка совершенно не стеснялся давить меня своей яки на протяжении всего разговора. - Вы поверите мне на слово?
   - А, что не стоит? - усмехнулся тот, на что я предпочел не отвечать. Здоровее буду.
   - В любом случае, приношу свои извинения за вынужденную грубость и подозрительность. Я не мог позволить находиться в этом храме беглым преступникам. Настоятель Кимон верит в людей и никогда не откажется дать шанс даже самым отпетым негодяям. А я, в свою очередь, - прищурился он, глянув мне за спину. - Не могу допустить, чтобы недостойные личности пользовались добротой моего друга.
   - Который, вообще-то, умудрился прожить не самую короткую жизнь, и прекрасно осознает, что именно он делает. И почему, - в раздавшемся позади меня мужском голосе легко можно было различить укор.
   Обернувшись я увидел подошедшего к нам невысокого монаха, в уже знакомом красно-белом одеянии. И вот как раз его, в отличии от лекаря, с полным на то основанием можно было назвать старым. Даже, очень - желтоватая кожа, покрытая пигментными пятнами, полностью лысый череп и глубокие морщины избороздившие лицо... и цепкий, пристальный взгляд черных глаз, совершенно не вязавшийся с внешним обликом. А еще, передвигался он совершенно бесшумно, я ведь даже и не подозревал о его присутствии, пока не заговорил. К слову, получается следовал он за нами от самой лечебницы. И как много услышал? Хотя, какая уже разница.
   - Так ведь я никогда и не пытался разубеждать тебя в правильности выбранного пути, - легко пожал плечами Шин Мо. - Просто счел необходимым предупредить юношу от совершения необдуманных поступков.
   Монах неодобрительно покачал головой, после чего перевел взгляд на меня.
   - Мое имя Кимон, и я являюсь настоятелем этого храма, - коротко поклонившись, произнес он.
   Торопливо представившись, я повторил уважительный поклон.
   - Прошу прощения за то, что невольно подслушал часть вашего разговора, - монах, располагающе улыбнулся. - Однако могу заверить, что тебе не о чем беспокоиться - почтенный Шин Мог вовсе не такой безжалостный человек, каким порой хочет казаться.
   Лекарь бросил на него какой-то странный взгляд, но промолчал.
   - Тебе требуется моя помощь? - продолжил настоятель.
   - Он приятель того парня, которого я привел сегодня, - опередил меня Шин Мо.
   - Вот как, понимаю, - задумчиво кивнул монах. - Вы ведь не местные, успели уже где-то остановиться?
   - Нет, - вздохнул я. Спрашивать, как он о том узнал, учитывая стоявшего рядом лекаря, смысла не было, тот и рассказал, скорее всего. Ну или, на край, сам сообразил. - Как раз думал о том, чтобы напроситься в ваш храм, на то время, пока Хон не поправится.
   - Не вижу проблемы, - улыбнулся Кимон, бросив короткий взгляд на лекаря. Тот демонстративно заложив руки за спину, рассматривал украшенные белыми цветами деревья, окружавшие дорожку. - Правда не могу обещать того же удобства, что и на постоялом дворе, но место для тебя всяко найдется... Обсудим все чуть позже, а сейчас, если не возражаешь, я хотел бы поговорить с уважаемым господином Шин Мо наедине.
   - Да, конечно, - чуть растерявшись от такой резкой смены темы, я неловко поклонился и поспешил обратно к лечебнице.
   Странное у меня впечатление от этих двоих сложилось. С одной стороны, вполне нормальные деды - сами предложили свою помощь, не остались в стороне, хоть и могли. Даже устроенный мне Шин Мо допрос особых вопросов не вызывает, я бы и сам на его месте отнесся с подозрением к таким мутным персонам. Правда и того, что казавшийся простодушным и добрым, старик вдруг может оказаться настолько жестким типом, я тоже не ожидал. С другой же стороны... не знаю, как толком сформулировать свои ощущения от этой парочки, но... странные они, одним словом.
   Когда, где-то спустя полчаса, настоятель вновь нашел меня, я сидел на лавочке перед зданием лечебницы и размышлял... да, в общем-то, ни о чем. Нескончаемая череда событий за проведенные в бегах две недели достала меня настолько, что размышлять обо всем этом не было уже никаких сил. Хотелось просто посидеть в тишине и спокойствии, да погреться на таком редком в последнее время, солнышке.
   На руднике задумываться о будущем не имело смысла - все равно от меня там ничего не зависело, а перспективы оно сулило самые безрадостные. Дальнейшая жизнь была распланирована вплоть до самой смерти, и спрашивать моего мнения на этот счет никто не собирался. Тем больший шок принесла с собой внезапно обретенная свобода - помимо осознания самого свершившегося факта, она добавила еще и немало головной боли. Оказывается это ни фига не просто, быть свободным в мире, где все зависит только от тебя самого, потому что ты - один. Как жить, где жить... Кем быть? Сдохнуть в канаве никому не нужным, нищим бродягой, участь совершенно не привлекательная. Во всяком случае, не более, чем перспектива окончить свои дни в забое под землей.
   Все эти размышления, как ни старался отстраняться от них, упрямо лезли в голову, каждый день, каждый час. И, чем ближе была цель - добраться до Камхура, тем страшнее становилось, потому что... а что дальше? Молчание Хона, старательно нагнетавшего тайну и вообще очень неохотно отвечавшего на вопросы, бесило просто неимоверно. И заставляло по новой "пережевывать" осточертевшие уже мысли.
   Такая вот фигня. Удивительно, как я еще с нарезки не сорвался из-за всего этого.
   Пришел настоятель не один, а с какой-то девчонкой, лет шестнадцати в зеленом платье с цветочным орнаментом на поясе и по краям рукавов. Невысокая брюнетка, с заплетенными в три коротких, едва достающими до лопаток, косицы волосами. Черные глаза смотрели внимательно и с легким любопытством. Ее вполне можно было назвать если не красивой, то уж миловидной точно, но все впечатление портил шрам от ожога, обезобразивший ей левую щеку и часть шеи. Не повезло девчонке.
   - Яр, познакомься - это Уруми, - представил свою спутницу монах. - Она сирота, живет при храме и, несмотря на юный возраст уже демонстрирует поразительные успехи в искусстве врачевания.
   Последнее было произнесено с явной гордостью, на что девчонка молча склонила голову в поклоне. Поднявшись на ноги, я коротко поклонился в ответ.
   - Почтенный Шин Мо, к сожалению, вынужден был нас покинуть, - вытащив из рукава свернутый в трубочку лист плотной, серой бумаги, продолжил настоятель. - Он и без того слишком задержался, учитывая, что прибыл в Хиньяр для решения важных и срочных дел. Шин Мо очень сожалел, что не может попрощаться с тобой лично и попросил меня сделать это за него. Надеюсь, ты простишь ему такую поспешность и не станешь таить обиду.
   - Да, конечно... То есть, никакой обиды, я все понимаю, - я даже несколько растерялся. Наезжать на старика по такому мелкому поводу после всего, что он для нас с Хоном сделал, это я даже не знаю, кем надо быть. - Очень жаль, что я не успел выразить почтенному Шин Мо свою благодарность лично. Надеюсь, вы передадите ему мои слова.
   - Безусловно, - улыбнулся настоятель. И, покончив с обязательными церемониями, развернул свиток. - Мой друг не забыл о своем обещании и выписал названия лекарств для твоего спутника. А, поскольку, нам тоже кое-что требуется, я попросил Уруми сходить в аптеку вместе с тобой. Так и тебе проще будет, и мне спокойней.
   Продемонстрировав мне исписанный мелкими, аккуратными закорючками лист бумаги, монах указал на четыре последние строчки и произнес названия вслух, заодно объяснив для чего эти лекарства требуются. Убедившись, что я запомнил, он назвал примерную цену, на которую стоит ориентироваться. К сожалению, здешняя письменность была представлена не буквами, а весьма сложными иероглифами, которых было просто до неприличия много. Хон, которого я допек своими требованиями научить меня читать-писать, как-то признался, что всех знаков и сам не знает.
   - Почтенный Лим довольно упрям и не любит торговаться, поэтому не пытайся сбить цену. Если не хватит денег, лучше обратись к Уруми, я выделил ей достаточную сумму, - серьезным тоном произнес монах.
   - Думаю, моих денег хватит, - отозвался я, прикинув по цене - выходило даже с запасом. Монеты мы с Хоном разделили пополам еще на подходе к городу как раз на случай, если у кого-то смогут спереть кошелек.
   - Ну, хорошо если так, - согласился настоятель. После чего бросил взгляд на все также безмолвно стоявшую рядом с ним девчонку и, казалось, тихонько вздохнул. - Яр, хочу попросить тебя - присмотри, пожалуйста, за Уруми, пока вы будете вместе. Она девушка умная и взрослая, но, как ты сам имел возможность убедиться сегодня, случиться может всякое... И еще, не обижайся за молчание - к сожалению, давняя травма лишила ее возможности говорить.
   Я согласно кивнул, молча посочувствовав девчонке. Думал и вслух что-нибудь произнести, но встретился с ней взглядом и понял, что не нужно. Уж в чем-чем, а в каких бы то ни было утешениях эта спокойная и серьезная девушка точно не нуждалась. Даже стыдно вдруг стало за недавние размышления, о себе несчастном.
   Заверив обоих, что ни о каких обидах и речи быть не может, я напомнил монаху свой недавний вопрос. Возражений со стороны настоятеля не последовало и по итогу договорились на том, что я могу проживать и даже столоваться в храме совершенно бесплатно, пока Хон не поправится. Единственным условием была помощь по хозяйству - воды натаскать, дров нарубить, двор подмести. Да и то это по большей части я сам настоял, а то неуютно было себя приживалой ощущать, тем более, что работа несложная и хорошо знакомая... М-да. Вот уже и профессией обзавестись успел, так что в любом случае теперь не пропаду - хоть дворником, да смогу устроиться... Охренеть просто!
   В общем, закончив с разговорами, все направились по своим делам - настоятель утопал куда-то в храм, ну а мы с Уруми - в аптеку. И, есть такое подозрение, что во время этой недолгой прогулки, неловко себя чувствовал только я один. Сам не знаю, чего так дергался, но просто молча шагать рядом казалось странным и неправильным. Говорить же... ну, понятно. Но, когда вконец достало заморачиваться, просто выкинул все эти мысли из головы и успокоился. В немалой степени тому способствовали взгляды Уруми, которые та периодически на меня бросала - похоже, девчонка просекла мое состояние, что ее немало забавляло.
   А вечером очнулся Хон.
   Выглядел напарник измотанным и разбитым, чувствовал себя примерно также и, как оказалось, плохо помнил, что случилось после нашей драки с ворами. Да и о той имел весьма смутное представление - видимо сказывался удар по голове, а может и общее поганое состояние здоровья. Да, неважно. Пересказать ему события минувшего дня много времени не заняло, после чего Хон надолго умолк, о чем-то задумавшись.
   - Сколько мне здесь торчать придется? - негромко поинтересовался он, наконец, покосившись на своих соседей по палате.
   - Неделю где-то, пока не поправишься, - отозвался я, глянув в ту же сторону.
   Обе расположенные возле самого окна, койки были заняты какими-то заросшими, лохматыми мужиками, в данный момент бодрствовавшими, что-то тихо обсуждая между собой. На нас они внимания, вроде как, не обращали да и находились в противоположном конце помещения, что позволяло спокойно шептаться.
   - Слишком долго, - раздраженно пробормотал Хон, откинувшись на подушку.
   Ну, так-то да. Даже пешим ходом из столицы в Камхур можно добраться дня за четыре, максимум пять. Фактически, последний шаг сделать осталось и ты, наконец-то, вернешься домой. И вот в такой момент застрять неизвестно где еще на пару недель, а то и дольше... есть от чего обозлиться или впасть в уныние.
   - Деньги еще остались?
   - Один двойной и еще двенадцать рен - пришлось потратиться на лекарства.
   - Должно хватить, - задумчиво произнес Хон и посмотрел на меня. - Тебе нужно сходить на городскую голубятню и отправить письмо в Камхур... сообщить главе рода Ма, что его младший сын нашелся.
  

* * *

  
   Солнце припекало макушку, уже второй день радуя своим присутствием на небе, вместо надоевших туч и дождя. Тихо шелестел ветер в листве деревьев, чирикали птицы, воздух был напоен утренней свежестью и ароматом цветов - природа тоже радовалась наступлению нового дня... А у меня в животе, в такт дыханию, мерно пульсировал комок живого, золотого огня. Вдох - и он разрастается бушующим пламенем. Выдох - и вновь опадает, отпуская собранную энергию во внешний мир. Бесконечный цикл наполняющий тело силой, снимающий усталость и позволяющий еще чуть-чуть раздвинуть границы собственных возможностей. Обрести могущество...
   Ну, по крайней мере, так оно должно быть.
   - Прости, если я тебя отвлекаю, но... что ты делаешь?
   - Пытаюсь медитировать, - вздохнув, я открыл глаза и, потянувшись с некоторым трудом поднялся на ноги. Чтобы так подолгу сидеть, без неприятных последствий, привычка нужна, а откуда ей у меня взяться-то. - Добрый день, настоятель.
   Умудрившийся в очередной раз подобраться ко мне в упор незамеченным, монах степенно кивнул на приветствие. Сложив руки на груди так, что ладони спрятались в широких рукавах его одеяния, настоятель несколько секунд смотрел на меня, после чего чуть склонил голову набок и с нескрываемым любопытством в голосе, спросил:
   - И как, получается?
   - Если честно, не очень, - признался я безо всякого энтузиазма. На самом деле все обстояло, если так можно сказать, "совсем не очень". - То есть, в мыслях-то у меня все отлично получается, только вот почувствовать то, что нужно, никак не выходит.
   - Хм... Заранее прошу прощения за свое любопытство - я ни в коей мере не намереваюсь выведывать твои секреты. Но, если объяснишь, что именно ты пытаешься сделать, возможно смогу что-нибудь подсказать, - на мой взгляд чересчур витиевато попытался донести до меня свою мысль, настоятель. Но, смысл я уловил.
   - А вы разбираетесь в тоуки? - если честно, до этого момента как-то и не задумывался о такой возможности. Хотя очевидно же - монахи, скрытая сила и прочее...
   - У меня была насыщенная жизнь, - улыбнулся в ответ Кимон, и замолчал.
   Ну, я и не рассчитывал услышать какие-то особые откровения о его прошлом. Так, легкое любопытство... Неважно. Собравшись с мыслями, объяснил, как сумел, смысл этой медитации и для чего она служит.
   - Ты ведь прежде не занимался изучением тоуки? - выслушав мои косноязычные объяснения, спросил вдруг монах. И, получив в ответ молчаливый кивок, хмыкнул. - Тогда понятно, почему у тебя ничего не выходит. Данное упражнение предназначено для развития средоточия, но оно совершенно бесполезно без развитого умения ощущать саму тоуки. Грубо говоря, это как если бы младенец пытался бегать, не будучи способным еще даже ползать самостоятельно.
   Оу. То есть, попросту говоря, один идиот повелся на отмазки другого, такого же... Вот ведь, Хон, учитель хренов. Хотя, он ведь сразу предупреждал, что сам еще ни черта не умеет. Но ведь не настолько же!
   - А какой у вас ранг? - сбившись с мысли, неожиданно спросил я. - То есть, прошу прощения за нескромность, я...
   - Ничего, все в порядке. Я "посвященный", - ответил настоятель. - А что?
   - Нет, ничего такого, просто... - смущенно протянул я, пытаясь подобрать слова.
   - Ты подумал, что я "мастер"? - закончил он за меня.
   - Ну, да. Вы так уверенно объясняли, - пожал я плечами.
   А еще, этот монах оказался на диво проницателен и, похоже, за минувшую пару дней успел изучить меня лучше, чем я сам себя знаю. То ли возраст дает такие преимущества, то ли - та самая, "насыщенная жизнь". А может и все вместе.
   - Для того, чтобы знать многое, вовсе не обязательно быть "мастером", - напомнил тот очевидное. И хмыкнул. - Но, ты почти угадал. В молодости я изо всех сил стремился получить этот ранг. И, возможно смог бы достичь этой цели, даже скорее всего - мой талант отмечали очень многие. Но, в итоге получилось так, что выбрал совсем иной путь, а постижение тоуки отошло на второй план... Разочарован?
   - Нет, что вы, - разве что капельку, все-таки "мастер" это очень круто.
   - Правильный подход, - одобрительно кивнул настоятель. - В погоне за силой и рангами очень легко утратить саму суть учения. Ни к чему хорошему это не приведет.
   Я пожал плечами. Вдаваться в философские рассуждения, настроения не было.
   - А вы можете показать мне правильные техники развития тоуки? Ну, раз уж эта медитация не подходит, - озвучил я внезапно пришедшую в голову мысль.
   Все равно от Хона толку никакого, а попусту терять время, дожидаясь когда доберемся в Камхур... И еще неизвестно, как оно там все получится. Да меня просто разорвет к тому времени! От одной лишь мысли, что я бездарно упускаю возможность овладеть местной магией, тяжко становится. Это ведь... просто слов нет, как круто!
   - Мог бы, наверное, - монах, похоже, растерялся от неожиданного вопроса и с сомнением покачал головой. - Однако проблема в том, что я никогда и никого не обучал - в смысле, именно тоуки, и даже как подступиться к этой теме не очень представляю. А без наставника отрывочные знания скорее навредят, чем принесут пользу.
   Не то чтобы я был не согласен с таким утверждением. Вот только в моей ситуации с выбором особо не разгуляешься - собственных ресурсов на то, чтобы самостоятельно обустроить свою жизнь в этом мире, попросту нет. А овладение тоуки вполне себе шанс. На ту самую, лучшую жизнь, на силу и, в какой-то мере, независимость. Оставаться до конца своих дней приживалой в чужом доме или гробить здоровье работая за копейки, а то и вовсе лишь за еду... Нахрен! Довелось уже и совершенно не понравилось.
   - Хотя бы основы. То, с чего все начинают? - выпалил я, не сводя взгляда с монаха.
   - Основы, - пробормотал тот, явно колеблясь. Посмотрел на меня, задумчиво, и вздохнул. - Хорошо, я подумаю что можно для тебя подобрать... Только на многое не рассчитывай, тебе в любом случае будет очень сложно догонять тех из своих сверстников, кто начинал изучать основы с самого детства.
   - В детстве? Но, это ведь опасно, - вспомнив, что рассказывал о тоуки Хон, я удивился еще больше. Информацию из напарника порой приходилось чуть ли не силой выбивать, такой уж молчун, но на этом моменте он заострил внимание специально.
   - Ты не совсем прав - опасно именно использовать саму тоуки пока организм еще недостаточно окреп, - поправил меня старик, улыбнувшись. Как я заметил, он вообще любит улыбаться и мимика у него весьма живая, располагающая. - Заниматься развитием тела, подготавливая его к предстоящим нагрузкам, можно с самого раннего возраста, главное делать это правильно. Ну и про знания тоже не следует забывать - понимание того, что именно, как и - главное! - зачем, ты делаешь, очень важно. Тело, дух и разум - базис, на котором строится все обучение...
   Он замолчал, обернувшись в сторону главного здания - судя по доносившемуся шуму, на храмовой площади происходило что-то... шумное. М-да, я умен, особенно с утра. Нахмурившись, Кимон извинился и торопливо направился выяснять, что же там такое случилось. Ну и я следом, не торчать же здесь занимаясь совершенно бесполезной медитацией. Да и любопытно все-таки.
   Как выяснилось, на площади перед храмом случились всадники - два десятка человек в пропыленных доспехах практически полностью заняли не такую уж и великую территорию. В тот момент, когда мы с настоятелем вырулили из-за угла главного здания, двое из них как раз о чем-то спорили с стоявшим перед входом Луримом. Занятие, как по мне, совершенно бесперспективное - заместитель Кимона отличался на редкость упертым характером и последовательностью в достижении намеченных целей. Его, по-моему, даже сам настоятель немного побаивался, а это уже о чем-то да говорит. Впрочем, во всем, что не касалось его прямых обязанностей, немолодой уже монах был вполне спокойным и приятным человеком, в чем я имел возможность не раз убедиться за прошедшие дни. Да, собственно, другие здесь и не приживались, как мне кажется - Кимон подбирал себе подчиненных во многом похожих на него самого и это было хорошо заметно, особенно со стороны. Ни от одного из четырех монахов, исполнявших в этом храме службу я не видел и не слышал в свой адрес ни малейших проявлений высокомерия или чего-то подобного... К слову, постоянно проживали на территории только Кимон и Уруми, у прочих имелось собственное жилье в городе и на ночь они оставались здесь по очереди.
   Появление настоятеля несколько разрядило успевшую уже изрядно накалиться атмосферу - Лурим, требовавший вывести лошадей с территории храма, чуть успокоился, да и гости слегка притихли. А вот чего они так упирались, я не расслышал - отвлекся, разглядывая украшавшие их доспехи очень знакомые, по описаниям, гербы. Быстро они добрались, однако, всю ночь лошадей гнали что ли?
   - Мое почтение, настоятель, - проигнорировав раздраженно поморщившегося от столь демонстративного пренебрежения Лурима, споривший с ним мужчина поспешно направился в нашу сторону.
   Невысокий, коренастый, с трехдневной щетиной на лице и небрежно забранными в длинный хвост, черными волосами, выглядел он лет на сорок. И, если я еще не ослеп, в его лице действительно прослеживались родственные черты с одним упертым типом из-за которого весь этот бардак, в общем-то, сейчас и случился. Следом за ним шел более рослый, седой мужик возрастом где-то под шестьдесят.
   - Мне сообщили, что в этом храме находится мой сын, - чуть ли не прорычал первый, подойдя вплотную к настоятелю. Умеет же Лурим людей до бешенства доводить.
   - Сын? - удивился Кимон, покосившись на меня.
   - Господин Ма имеет в виду Хона, - подсказал я.
   Аристократ бросил на меня подозрительный взгляд и снова обернулся к монаху.
   - Вот, как, понятно, - кивнул настоятель. - Юноша с таким именем действительно присутствует здесь - он сейчас в лазарете. Я сопровожу вас к нему... Только, сначала распорядитесь, чтобы ваши люди увели лошадей с территории храма.
   - Минк, лошадей на постоялый двор отправь, - глянув на молча стоявшего рядом, спутника распорядился Ма Ён. А сам, в сопровождении Кимона направился по дорожке в обход здания храма, к лазарету.
   Не услышав на свой счет никаких распоряжений я пожал плечами и двинулся следом за ними. Все равно сейчас заняться нечем. Вернее, дело-то всегда найти можно, вот только не хочется. Хотя, наверное, не стоит мешать воссоединению родственников, лучше я на скамейке там посижу, подумаю. Успокоюсь маленько! А-то уже как-то нервничать начал, притом, что ничего такого и не произошло пока. Если кому захочется пообщаться со мной, сами найдут.
  
   Знакомство с отцом Хона вышло каким-то невнятным и торопливым. Видно было, что ему сейчас совершенно не до меня. Как оказалось, Ма Ён вообще поначалу собирался перевезти сына из храма в город - то ли у них там собственный дом есть, то ли еще что, я при разговоре не присутствовал, а потому не очень понял. Однако Кимон уперся, настаивая, что больному противопоказано в таком состоянии мотаться по улицам, а следует лежать в постели и не рыпаться. Спорили они недолго и, по итогу сошлись на том, что Хон останется здесь, однако вместо общей палаты займет отдельную комнату в жилой части храма. Благо, свободного места там предостаточно. Так что, по соседству с Хоном поселился и его отец, отправивший своих бойцов на постой в ближайшую гостиницу. Но, не всех - четверо воинов, с разрешения Кимона, остались нести охрану.
   Я же весь день шатался по храму, пытаясь хоть как-то отвлечься работой по хозяйству. Получалось не очень. Башка натурально пухла от лезущих в нее мыслей, на тему: "А что, если... Ма Ён плевать хотел на всяких там плебеев и, дождавшись выздоровления сына, просто свалит, оставив меня здесь. Или выделит от щедрот своих несколько монет, после чего, опять же уедет... А может чуть расщедрится и предложит работать слугой - и чего мне отвечать на такое, спрашивается? Предел мечтаний просто! Правда, будет куда хуже, если за всеми своими заботами он обо мне тупо забудет. А даже если все пройдет гладко и меня возьмут с собой - кем я там буду? Приживалой-попрошайкой в чужом доме?"
   И ведь понятно, что большая часть этих домыслов - глупость полнейшая, но вот не получается никак переключиться. В итоге так себя накрутил всеми этими измышлениями, что в какой-то момент осознал - еще чуть и я просто сорвусь на кого-нибудь. А потому забил на все и свалил успокаиваться и приводить мозги в порядок на уже знакомую поляну в храмовой роще.
   Где Кимон меня и отыскал спустя минут сорок.
   - Вновь решил заняться медитацией? - я невольно вздрогнул от раздавшегося буквально над ухом, голоса. - Ох, прости, не хотел напугать.
   - Вот, умеете же вы подкрадываться, - вяло огрызнулся я. Открыв глаза, глянул на стоявшего в паре шагов настоятеля, и поднявшись на ноги, отряхнулся.
   - Оно как-то само так получается, по привычке, - смущенно признался тот.
   Что это еще за привычки такие, интересно... Хотя, нет. На самом деле ничуть не интересно, мне собственных забот по горло хватает, чтобы еще и чужие тайны ворошить. Даже если ничего тайного и страшного там нет, все равно - плевать.
   - Неважно выглядишь, Ярослав, - произнес вдруг Кимон внимательно глядя на меня. - Тебя что-то беспокоит?
   Правильно выговаривать мое имя у него получалось на удивление легко. Обычно-то аборигены его как только не коверкают, умудряясь порой такое выдавать, что хоть сразу по морде бей. Оттого и предпочитаю сокращенный вариант. Впрочем, для меня самого большинство местных имен звучат ничуть не менее странно и дико, так что особо и не придерешься.
   - Просто немного устал, - я отрицательно мотнул головой. Изливать душу монаху не тянуло совершенно, как и жаловаться кому бы то ни было на свою разнесчастную жизнь. Сам справлюсь, как-нибудь. - Ничего страшного.
   Настоятель продолжал молча смотреть на меня и под его пристальным, изучающим взглядом я уже начал чувствовать себя весьма неуютно. И чего привязался, спрашивается?
   - Ярослав, я не собираюсь выведывать, какие у тебя дела с родом Ма, - продолжил он, наконец. Вот только совсем не то, чего я ожидал. - Меня это не касается и, до тех пор пока ты сам не попросишь, я не стану навязывать тебе свою помощь. Однако... Если когда-нибудь, вдруг, случится так, что тебе некуда будет пойти, знай - в этом храме ты всегда сможешь рассчитывать на приют и поддержку.
   Кимон вновь замолк, спокойно глядя мне в глаза. Странный человек. За минувшие дни он ни разу не пытался меня расспрашивать или каким-то иным способом вызвать на откровенность. А ведь Шин Мо наверняка поделился с ним своими подозрениями на наш счет. Без малейших вопросов принять в своем доме беглых каторжников, помогать им...
   - Вот так просто? - мыслей в голове роилось много, но я уже просто устал от всех этих размышлений, не приводящих ни к чему. - Взвалите на себя заботу о совершенно чужом человеке... А если я вор? Или убийца.
   - А зачем усложнять? - усмехнулся Кимон. - Совершенное добро никогда не исчезает бесследно - оно делает окружающий мир и людей в нем живущих, чуточку лучше. И даже не важно, несет ли поступок выгоду тебе лично, в конечном счете это ничего не меняет. Что же до прошлого - пока ты жив, есть время, чтобы измениться и исправить совершенные ошибки. Или постараться их искупить... Кроме того, я достаточно хорошо умею разбираться в людях и, уж извини, но на злодея ты не тянешь.
   - Почтенный Шин Мо говорил, что вы верите в людей, - пробормотал я. И тряхнул головой, отгоняя навязчивое желание вывалить на мудрого и взрослого человека все свои проблемы. - Спасибо за предложение, я этого не забуду.
   - Если тебе не понадобится моя помощь, я буду только рад, - улыбнулся настоятель. Огляделся вокруг и, покачав головой, вздохнул. - Если у тебя нет вопросов, то я пойду. С приездом нежданных гостей столько дел образовалось...
   И ушел, оставив меня в одиночестве на медленно тонувшей в надвигающихся сумерках, поляне. Неужели только затем и подошел, чтобы просто подбодрить увидев, что я впал в уныние? И правда, странный. Но, думаю, хорошему человеку простительно. И понятно теперь, отчего лекарь о нем так печется. М-да.
   Недолго постояв, раздумывая, я двинулся к храму. Этот короткий разговор с монахом, на удивление, помог взять себя в руки. Злость и раздражение никуда не делись, но вот устраивать истерики и ругаться со всеми подряд больше не тянуло.
   И, как оказалось, успокоился я очень вовремя, потому как выбравшись из рощи на дорожку ведущую к храму, едва не столкнулся с отцом Хона, направлявшимся в ту же сторону, в компании все того же седого воина - Минка, вроде бы. Коротко глянув на меня, аристократ поднял ладонь, прервав что-то тихо говорившего мужчину.
   - Здравствуй... Яр, - с легкой заминкой произнес он, похоже решив не ломать себе язык, пытаясь выговорить полное имя. - Я как раз собирался найти тебя и поговорить. Если, конечно, ты не против.
   - Да, конечно... то есть - не против, - чуть сбившись под внимательным взглядом Минка, отозвался я.
   - Отлично, тогда подожди меня там, - указал он чуть в сторону, где среди деревьев виднелась небольшая беседка. - Я сейчас подойду.
   Отходя буквально кожей ощущал буравивший мой затылок, взгляд седого, отчего невыносимо хотелось обернуться. Может, решил, что я пытался их подслушивать? Кстати, странно, он ведь вместе с остальными воинами ушел. Выходит, вернулся зачем-то. Впрочем, неважно.
   Долго торчать в одиночестве мне не пришлось, Ма Ён появился уже буквально через минуту. Выглядел мужчина уставшим, но отнюдь не измотанным, как можно было бы ожидать после многочасовой скачки верхом и бессонной ночи. И, это чувствовалось при первом же взгляде на него - весьма довольным. Что и понятно.
   - Прости, что смог уделить время только сейчас, - улыбнулся он, устроившись на скамейке, положив локти на небольшой, круглый столик, стоявший между нами. - День выдался... непростой.
   - Как Хон себя чувствует? - немного неловко спросил я. За всеми своими переживаниями совсем забыл про него сегодня, даже не зашел ни разу.
   - Хорошо. Теперь уже точно все будет хорошо, - отозвался Ён, усмехнувшись. - И все это лишь потому, что ты спас жизнь моему сыну.
   Когда это... а, ну да, во время землетрясения, когда он чуть в реку не свалился.
   - Я - ему, он - мне. Поодиночке мы бы не выбрались, - я так уж точно.
   - Возможно, но это совершенно не отменяет моей к тебе благодарности, - заметил Ён. - Однако я хотел поговорить о другом. Что собираешься делать теперь? По словам Хона ты родом откуда-то с севера - из земель находящихся за большой пустыней.
   - Наверное, так. Если я правильно понял карту, которую он нарисовал.
   - И как оказался в наших местах, не помнишь - просто очнулся в лесу, - продолжил мужчина, пристально уставившись на меня.
   - Вы мне не верите? - осторожно спросил я. Как-то возможность подобного мне и в голову прежде не приходила, а стоило бы задуматься. Я ведь даже удрать сейчас не смогу, если ему в башку взбредет допрос устроить!
   - История, конечно, весьма необычная, - хмыкнул аристократ, явно разгадав, о чем я сейчас думал. - Даже, я бы сказал, невероятная. Однако мне приходилось встречать людей утративших память, - полностью, либо частично, - в результате различных ранений или потому что их чем-то опоили. Подобное вполне могло произойти и с тобой... Боги и духи любят шутить над смертными. Так что, я тебе верю.
   Ох, сомневаюсь. Но, раз не собирается выбивать информацию силой, то и ладно.
   - Тем не менее, вопрос остается прежним - что ты собираешься делать теперь? - продолжил Ён. - Скажу честно, я никогда и ничего не слышал о тех землях. И сомневаюсь, что хоть кто-то из знакомых мне купцов забирался так далеко. Хотя, конечно, еще поспрашиваю на этот счет, но не жди многого... На крайний случай, могу снабдить тебя деньгами и помочь добраться до границы с ханством Шухэ, а там уже можешь попробовать сам поискать возможность пересечь пустыню.
   В которую даже местные кочевники не очень-то рискуют соваться? Будь мой дом действительно там еще имелся бы какой-то смысл, а так... не факт, что в той стороне вообще есть хоть что-то, кроме этой самой пустыни. И радиации, до кучи. Как-то же она появилась. А если там еще и мутанты всякие водятся... Нафиг, нафиг!
   - Сомневаюсь, что у меня получится, - я мотнул головой.
   - Мне вот тоже так кажется, - согласно кивнул аристократ. - Однако тогда вновь встает вопрос - что ты собираешься делать дальше?
   - Научиться владению тоуки, - вот уж с этим я определился давно. - И найти какую-нибудь работу, чтобы самому себя обеспечивать.
   Второе - первому, конечно, очень мало способствует в плане наличия свободного времени в достаточном количестве, однако зависеть от кого бы то ни было, для меня куда неприятнее. И без того все непросто, чтобы еще должником становиться.
   - Тоуки, значит... весьма оригинальное решение, - хмыкнул Ён с непонятной интонацией. То ли одобряет такой выбор, то ли, наоборот осуждает. - Я подумаю как тебе можно помочь с этим. Насчет работы же... ты обучен грамоте?
   - На своем языке умею читать и писать, еще знаю счет. На хинну, пока могу только говорить, но я быстро учусь, - ответил я, внутренне напрягшись. Если он мне сейчас начнет должность слуги предлагать...
   - Какой ты, однако, образованный, - усмехнулся мужчина. - Нечасто в твоем возрасте такое можно встретить, но тем лучше. Я подумаю, - повторил он и облокотился на стол, чуть наклонившись вперед. Прищурился. - Но, это все позже, время еще есть. А пока расскажи о себе.
   - Что вы хотите узнать? - надо думать, предшествующий разговор был лишь формальностью, а настоящий допрос начнется сейчас.
   - Ну, для начала, расскажи о своих родителях. Кем они были? - предложил Ён.
   Расскажи... легко сказать. Да я без понятия, как на местный адекватно перевести, например, должность начальника компьютерного отдела! Старший архивариус? Или это совсем другое... Без понятия, короче. И увиливать от ответов тоже не получится. Ох-хо-хо... Главное теперь не завраться, чтобы потом на нестыковках не словили.
  
   Мальчишка уже давно ушел, но Ён все также сидел за столом обдумывая даже не сам разговор, а те выводы, которые напрашивались из полученной информации. И не только по результатам общения с этим... Яром. Парень, очевидно, весьма многое не договаривал, особенно в том, что касалось его семьи. Но это было, в принципе, ожидаемо и не страшно. Семейные тайны вообще дело такое - щекотливое. К тому же Ён и не ставил себе целью заставить парня выложить все свои секреты прямо сейчас. Ни к чему, пока так серьезно давить на него.
   В любом случае, до выздоровления Хона никто и никуда отсюда не уедет, а потому и торопиться не следует. Будет еще время выведать, что же такого интересного может скрывать пришедший вместе с его сыном мальчишка. Равно как и определиться, стоит ли вообще приближать Яра к себе или же безопаснее будет аккуратно избавиться от него, отослав куда-нибудь подальше... Пока что главе рода Ма было откровенно не до него.
   Прямо сейчас у него гораздо более серьезное беспокойство вызывала вся эта неприглядная история с попыткой похищения дочери даймина. В которую, ко всему прочему, как-то умудрился вляпаться Хон... А вот к добру оно так случилось или же к худу, предстоит еще очень крепко подумать.
   Человек, не знакомый с политическими раскладами, сложившимися ныне в северных провинциях империи, изрядно удивился бы такой постановке вопроса. Вот только среди аристократов здесь проживающих, таковых не имелось. Равно, как и единого мнения насчет продолжающихся уже более полувека и весьма продуманных действий императорского рода в отношении этих самых провинций. И последнее сулило серьезные проблемы, в свете недавних событий.
   Откинувшись на спинку скамейки, мужчина закинул руки за голову, задумчиво уставившись в сгущавшуюся вокруг беседки темноту. Как бы ни хотелось сейчас забыть обо всем и просто радоваться возвращению сына, которого никто уже и не чаял увидеть живым, жизнь диктовала свои условия. Даймин, насколько удалось узнать, пока никак не отреагировал на случившееся - официально, конечно же. И Ма Ёну очень бы хотелось находиться как можно дальше от Хиньяра в тот момент, когда это все же произойдет.
   - Господин, - неслышно подошедший ко входу в беседку Минк кивнул в ответ на вопросительный взгляд. - Сахем вернулся. С новостями.
   - Это хорошо, - пробормотал аристократ и, пристукнув ладонями по столешнице, резко поднялся на ноги. - Пойдем.
   Раз уж он все равно оказался в столице провинции, стоит заняться неотложными делами, пока есть такая возможность. Визиты кое-какие нанести... А заодно разузнать как можно больше о том, что вообще сейчас происходит в Хиньяре.
   Об участии его сына во всей этой истории никто не знает, вот пусть так дальше и остается. И мальчишек обоих нужно предупредить, чтобы трепаться не вздумали. Так оно будет спокойнее.
   А торговца, продавшего Хона на рудник, обязательно нужно будет найти. И кожу с него содрать, живьем! Только сначала выяснить, что это за разбойники такие, сумевшие справиться с четверкой опытных "посвященных". Нанимателя их отыскать. А еще, своих людей с рудника выкупить... много дел.
  

Глава 5

  
   Деревянная створка бесшумно отъехала в сторону и, коротко поклонившись, служанка повела рукой, указывая на вход:
   - Прошу вас, господин.
   Неловко кивнув в ответ, я торопливо перешагнул порог и остановился, оглядывая просторную комнату. Квадратов сорок здесь точно будет, аж неуютно стало на секунду. Привык уже к тесноте гребанного барака, в котором обитало сразу полсотни подростков - нас селили отдельно от остальных каторжников, во избежание... всякого. Да и после побега как-то не сложилось с подобными хоромами. На постоялом дворе вообще чуть ли не в подсобке ютились, а в храме, пусть и уютно, но все равно комната раза в два меньше этой была... Зато на природе этого самого простора было хоть завались, ага.
   Круто в общем. Хоть человеком себя, наконец, почувствую.
   Пол был застелен чем-то похожим на японские татами, но не частями, а сразу весь, сплошным покрытием... И мне сразу стало весьма неуютно в своих запыленных сапогах, под внимательным взглядом служанки. Но, не разуваться же перед ней.
   Слева от входа, у самой стены, разместилась огромная кровать с настоящим балдахином... или как там эти занавески правильно называются? Да, плевать. По обеим сторонам от нее невысокие тумбочки, вдоль стен какие-то шкафы и здоровенный камин в правой стене! Сейчас его частично закрывала складная перегородка, а внутри никаких следов сажи и в помине не наблюдалось. Что и не удивительно - летом в здешних краях и без отопления не знаешь куда от жары деться, а вот зимы бывают весьма холодными. Ну, опять же по местным меркам.
   Напротив входа, едва ли не половину стены занимало широкое окно, набранное из небольших, квадратных стекол. Впрочем, ожидать от поместья богатых аристократов чего-то иного вряд ли стоило, даже притом, что цены на подобную роскошь здесь очень даже "кусаются".... Наружные ставни были распахнуты, открывая вид на залитый солнцем, цветущий сад. А перед окном располагался широкий и низкий стол без кресла, зато с предусмотрительно уложенной подушкой, на которой и предполагалось сидеть, видимо. Местные аборигены, как я заметил, вообще предпочитают именно такую, низкую мебель, как и азиаты в моем мире. При этом кровати, в большинстве, вполне себе нормальные, а не матрасы на полу. Уж не знаю, чем такое вызвано...
   Черт надо будет потом окно открыть, а то в комнате уже не продохнуть от жары.
   - Ваша одежда, господин, - аккуратно проскользнув мимо меня в комнату, служанка подошла к кровати, указав на разложенные поверх расшитого цветочным узором, синего покрывала вещи. - Помочь вам переодеться?
   Я с подозрением покосился на девушку, ожидая увидеть насмешку, но понять что-либо по ее лицу было невозможно. Прямо-таки воплощение спокойного равнодушия.
   - Сам справлюсь, - только вот еще девицы всякие меня и не одевали.
   - Как вам будет угодно, - она вновь поклонилась. Выпрямившись, шагнула к изголовью кровати и приподняла свисавшую с одного из столбов, ленту. - Если вам что-нибудь понадобится, позвоните в колокольчик, прислуга немедленно явится. Старую одежду можете оставить вот в этом сундуке, ее заберут и почистят.
   - Вот, кстати, а где здесь можно помыться с дороги? - поинтересовался я. Три дня в седле, да еще по такой жаре - от меня сейчас такой духман стоит, что даже сам чувствую.
   - К возвращению господина Ма была приготовлена купальня. Я могу проводить вас, если хотите, - ответила служанка.
   Хм, если к возвращению, то прямо сейчас купальня уже занята скорее всего. Не то чтобы я стеснялся, но и вваливаться без приглашения тоже как-то неудобно будет. Но и ждать неизвестно сколько, вынуждая слуг суетиться... С другой стороны, это их работа, так что не перетрудятся.
   - Пока не нужно. Пусть меня предупредят, когда купальня освободится, - попросил я, несколько стушевавшись под ее внимательным взглядом. - Можешь идти.
   - Как вам будет угодно, - повторила служанка.
   И удалилась. Не забыв поклониться напоследок, ага. А я только после ее ухода позволил себе немного расслабиться. Слышать обращение "господин" в свой адрес от ровесницы - ну, максимум на пару лет она меня старше, оказывается очень напрягает. Не привык я к подобному. И, к слову, это вообще нормально, что даже имени ее не знаю? И спросить-то не у кого - шататься по чужому дому, разыскивая Хона будет немного нагло. Да еще и размеры этого особняка... заблужусь тут, нахрен.
   Отогнав упрямо лезущие в голову дурацкие мысли, подошел к кровати глядя на разложенную поверх покрывала, одежду. Фасон уже знакомый - длинная, почти до колен верхняя рубаха черного цвета с таким же поясом-кушаком, и мягкие, темно-серые штаны. Очень напоминает китайскую, какой ее в фильмах показывали, только там еще чешки-тапочки обычно были, а здесь на полу плетеные сандалии имеются и плотные, белые носки к ним, с выделенным большим пальцем. По качеству все это заметно выше той одежки, что досталась мне от лучника, как бы даже и не шелк. Хотя я в тканях не особо разбираюсь, да и есть ли он вообще в этом мире, шелк? Почесав затылок, раздраженно отдернул руку - поскорее бы уже в порядок себя привести, да переодеться.
   Обойдя комнату по кругу, с любопытством заглянул в шкафы и ящики стола, но все они оказались пустыми. На столе, правда имелись принадлежности для письма и пустая чернильница, но в остальном ничего интересного. И при этом, везде идеальная чистота, без единой пылинки. Изучив оконную раму, нашел защелку и, откинув ее, сдвинул левую створку в сторону, впустив в комнату свежий, напоенный ароматами растений, воздух. За окном ухоженный сад с деревьями и кустами каких-то цветов, между которыми петляли выложенные каменной плиткой дорожки. Только людей не видно. Мне здесь однозначно нравится.
   Присев на кровать, невольно поморщился от неприятных ощущений. Лошадь, это ни разу не мотоцикл - спина у нее широченная и ноги уже через полчаса езды словно из суставов выворачивать начинает. Плюс жесткое седло. Если бы не предусмотрительность настоятеля Кимона, выдавшего мне баночку с какой-то мазью, я запросто мог себе ляжки до мяса стереть, наверное. А так, пусть и болезненно, но живой. Благо еще, не желая излишне напрягать только поправившегося Хона, лошадей никто галопом не гнал. Потому и ехали трое суток, вместо пары дней, максимум.
   Впрочем, все это уже неважно. Я прикрыл глаза и глубоко вздохнул, заставляя себя расслабиться. Понимаю, что еще слишком рано так говорить и неизвестно, как все обернется в будущем, но... я справился. Полтора года рабства и затянувшийся на почти целый месяц, побег - позади. Выжил, вырвался, заставил этот поганый и жестокий мир вернуть мне свободу! Да, я в чужом доме и не имею за душой ничего своего, но прямо сейчас это не так уж и важно. Освоюсь, никуда не денусь - зубами выгрызу свое право жить! Или сдохну, пытаясь - третьего не дано. Быть рабом я больше не желаю, а потому остается двигаться только вперед. Главное, руки не опускать и все у меня получится.
  
   Чистый, обряженный в новую одежку и даже, кое-как, причесанный, я неспешно прогуливался по саду, бесцельно петляя между деревьев и кустов. Купальня находилась в стороне от главного особняка, рядом с еще какими-то строениями. Не знаю, что там, не интересовался. Возвращаться обратно в комнату особого желания не было, все равно заняться нечем, а ужин еще нескоро, лучше уж здесь побродить-осмотреться.
   Вообще, поместье главы рода Ма было очень даже немаленьким. Помимо самого особняка - огромного, квадратного здания в азиатском стиле, имелись и другие строения. Конюшня, казарма, амбар, те же самые купальни, коих оказалось сразу две, плюс еще какие-то хозяйственные постройки. И все это было очень гармонично вписано в общий пейзаж ухоженного сада с его дорожками, беседками и небольшим прудом, через который был перекинут мостик. В воде даже какие-то рыбы плавали.
   Находилось все это раздолье за в северо-восточной части пригорода, за пределами стен, в окружении таких же утопающих в садах особняков. Этот район, как я понял со слов Хона, по мере приближения к дому становившегося все более разговорчивым, был облюбован аристократами клана Мугэн давно и прочно. Всем остальным не то чтобы запрещали селиться поблизости, но относились к таким попыткам с явным неодобрением.
   Вообще же, ситуация с Камхуром получалась весьма непростая. Город, формально, оставаясь под управлением имперских чиновников, фактически находился под властью клана Мугэн. Свое влияние тот распространил далеко за пределы одной провинции, но именно здесь располагались главные резиденции входящих в него родов. В немалой степени как раз из-за торгового тракта, соединяющего север и юг империи... О!
   - Как ваше самочувствие, больной? - с усмешкой поприветствовал я сидевшего на краю открытой, залитой солнцем, террасы особняка, Хона. - Глюки больше не мучают?
   - Сам дурак, - лениво отозвался тот. И похлопал ладонью по нагретым доскам пола рядом собой. - Присаживайся.
   Болтая ногами в воздухе, он медленно потягивал какой-то напиток из фарфоровой кружки. Возле него, на подносе стоял такой же закрытый кувшин и вазочка с остатками каких-то орехов. Опознать в парне недавнего нищего бродягу было уже невозможно - отмытый, причесанный и даже уже подстриженный, облачен он был в такой же наряд, как и на мне, только серого цвета и из явно более дорогой ткани. Настоящий молодой аристократ, ага.
   Не успел я усесться рядом, как дверь дома у нас за спиной бесшумно сдвинулась в сторону и на террасу выскользнула служанка. Заменив вазочку с орехами, она поставила на поднос еще одну кружку, быстро наполнила ее из кувшина и, все также бесшумно удалилась... Ничего себе тут сервис.
   - Чего ты здесь-то сидишь? - в кружке оказался сок, и весьма вкусный.
   - А где мне еще сидеть? - жмурясь на солнце, отозвался Хон.
   - Ну, не знаю, - я осмотрелся вокруг. - В доме, например... Тебя как вообще наружу-то выпустили?
   - Ничего ты не понимаешь, - Хон с каким-то странным выражением на лице глянул себе под ноги и вздохнул. - Я, может, полгода мечтал вот так вот посидеть, на сад посмотреть... Отвяжись, короче. Не мешай мне мечту исполнять.
   М-да. Вот уж, что мне очень даже понятно... Весь благостный и веселый настрой, воцарившийся на душе после бани, как-то очень быстро испарился, уступая место тоске. Мне бы вот тоже свою мечту исполнить...
   - Забей, глупость я сказал, - встряхнувшись, Хон хлопнул меня по плечу и серьезно посмотрел в глаза. - Ты живой, а это главное, так что, рано или поздно, все образуется. Но, даже если у тебя не получится вернуться домой, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь и поддержку. Обещаю.
   - Ну, спасибо, - хмыкнул я, усилием воли задвигая грустные мысли подальше.
   - И, к слову, о той самой поддержке, - продолжил вдруг Хон, после недолгого молчания. - Хочу тебя предупредить - в общении с моими родственниками, да и вообще, любыми аристократами, будь добр проявлять должное почтение. Я-то ладно, привык уже к тебе и не обращаю внимания, но вот кому другому твои манеры могут не понравиться.
   - А что не так с моими манерами? - удивился я.
   - Наглый ты слишком, - усмехнулся Хон. - Для простолюдина. Они прекрасно осознают всю разницу в статусе и никогда не позволят себе панибратства в общении с аристократами... Слушай, а ты точно простолюдин?
   - Ну, так-то да, - задумчиво отозвался я.
   Была у меня мысль, еще в разговоре с его отцом, приписать себе в предки бояр-князей. Но, подумав, решил не зарываться. Быть аристократом, конечно, куда приятнее, однако мало ли какие у них тут заморочки имеются в общении между благородными. Только проблем на ровном месте, для полного счастья и не хватало.
   - А если бы я аристократом назвался? - не сдержал любопытства.
   - Для аристократа ты, порой, бываешь слишком бесцеремонным, а при незнании наших обычаев, такое поведение почти наверняка закончится ссорой. Которую ты, гарантированно не переживешь, - произнес Хон и покачал головой. - Притом, ведь заметно, что какое-никакое, но воспитание у тебя точно имеется, это-то и сбивает с толку.
   М-да. А ведь сам я бы и не подумал никогда, что привычное для меня поведение, здесь кому-то может показаться верхом наглости. Как дома с друзьями общался, так и тут себя вел - со старшими, конечно, куда вежливее и уважительнее, но мало ли... Разница культур в типичном своем проявлении, ага.
   - К тому же, пойманного на такой лжи простолюдина ждет мучительная казнь. Даже его родственникам достанется, - серьезно глядя мне в глаза, продолжил Хон. И хмыкнул. - Лучше уж оставайся простолюдином... Главное, про вежливость не забывай, особенно в общении с моими родичами - убивать за проявленное неуважение, конечно, не станут, а вот приказать слугам тебя выпороть, могут.
   - То есть, местные законы и традиции нужно будет изучить в первую очередь, - пробормотал я, после недолгого молчания. Быть поротым из-за какой-нибудь ерунды, - по моим меркам, - мне совершенно не хотелось. Так, стоп, не понял! - Подожди... Это что же получается, кто-то другой меня и убить может, если ему вдруг что-то не понравится?
   - За убийство простолюдина аристократом, по закону, положен штраф, и оскорбление должно быть действительно серьезным, - кивнул Хон задумчиво. - Портить себе репутацию по мелочам мало кто захочет. Но, тут уж как повезет - не будешь следить за языком, можешь и нарваться.
   - А если простолюдин сам убьет аристократа? - уже догадываясь, каким будет ответ, произнес я медленно.
   - Его казнят, - парень равнодушно пожал плечами.
   Добро пожаловать в сословное общество во всем его поганом великолепии. И кто-то еще на полном серьезе мечтает стать попаданцем в средневековье? Ну, вперед, что тут еще можно сказать-то.
   - Даже если простолюдин защищал свою жизнь? - все же уточнил я.
   - Знаешь, после подобных вопросов мне все больше хочется узнать, откуда же ты взялся, такой наивный, - протянул Хон задумчиво. На что я только плечами пожал. - Причина не имеет значения, Яр - если простолюдин покусится на жизнь аристократа, наказанием может быть только смерть. Таков порядок. И тебе, с твоим несдержанным характером, стоит это запомнить.
   Действительно, стоит. Вот только осознавать, что любой урод, которому повезло родиться в семье благородных, запросто может вытереть о тебя ноги, а ты обязан будешь кланяться и терпеть... Как-то нет во мне желания учиться подобному.
   Разговор заглох сам собой. Да и, если честно, развивать дальше поднятую Хоном тему, совершенно не хотелось, равно как и обдумывать все им сказанное. Для этого еще будет время, когда раздражение и злость поостынут. А пока лучше переключиться на что-нибудь отвлеченное и поберечь остатки хорошего настроения. Благо, Хон тоже не торопился продолжать разговор, задумчиво щурясь на солнце.
   - Ну, как тебе тут, у нас? - неожиданно сбил меня с мысли Хон.
   - Замечательно, - совершенно искренне отозвался я, скользнув взглядом по залитым солнцем, ухоженным деревьям и кустам.
   И вовсе не потому, что мне позволили здесь жить нахаляву. Поместье Рода Ма и в самом деле поражало мой не привыкший к подобному разум своей неброской красотой и неброской, но хорошо ощущавшейся, законченной гармоничностью.
   - А почему мы приехали именно сюда? Ты, вроде бы говорил, что у вас есть дом в городе, - вспомнил я.
   - Это поместье - основная резиденция главы Рода, - отозвался Хон. - А в городе у нас именно, что дом - территория там и в половину не такая большая, как здесь. Туда мы лишь во время каких-то важных событий или праздников перебираемся.
   Понятно, надо будет как-нибудь прогуляться, посмотреть. Не на дом, в смысле, а сам город. Раз уж в столице провинции не довелось побывать.
   Так мы и сидели в тишине, размышляя каждый о своем...
   - О чем молчим?
   Я вздрогнул, одновременно с Хоном обернувшись на раздавшийся буквально за спиной, голос. Позади нас, всего лишь в паре шагов, стоял высокий, худощавый парень лет двадцати, в запыленной дорожной одежде. Заложив руки за спину, он склонил голову набок, отчего по плечам мотнулись небрежно забранные в длинный хвост, черные волосы и довольно прищурился, неотрывно глядя на Хона.
   - Ну, и чего же ты ждешь, пропажа? - неподвижно простояв несколько секунд, парень широко улыбнулся и демонстративно развел руки в стороны.
   - Брат! - Хон прыжком подорвался с места, мгновенно стиснув того в объятиях. Но, сразу же отстранился, нахмурившись. - У тебя шрам на лице, откуда?
   Правую щеку парня, от скулы и почти до виска, перечеркивал хорошо заметный на смуглой коже, кривой, белый рубец. Явно не случайная царапина.
   - Ты бы, для начала, меня другу своему представил, - вздохнув, попенял тот брату.
   - Ох, точно. Знакомься - это Ярослав, он мне жизнь спас, когда с рудника бежали, - спохватился Хон, обернувшись в мою сторону. - А это мой старший брат и наследник Рода Ма Сун Ги.
   - Можно просто - Яр, - не дожидаясь, пока тот начнет коверкать мое имя, вставил я и, поднявшись на ноги, хотел уже по привычке руку протянуть, но вовремя опомнился. Вместо этого просто коротко поклонился.
   - Необычное у тебя имя... Яр, - помедлив, произнес тот и улыбнулся, склонив голову в ответном поклоне. - Прими мою благодарность за спасение этого балбеса...
   - Чего это я балбес? - возмутился Хон.
   - Матушка тебе потом объяснит, - глянув на него, усмехнулся Сун Ги.
   - Ты это сейчас о чем? - с подозрением спросил заметно насторожившийся парень.
   - Вот, заодно и узнаешь, - еще шире ухмыльнулся его брат. Но, сразу же посерьезнел. - Так, что за рудник такой ты упомянул?
   - Вместо того, чтобы просто добить, нападавшие продали меня, Кина и Маури торговцу, который преступников на каторги свозит, - Хон криво усмехнулся, и кивнул на меня. - Там и познакомились - несколько месяцев вместе вагонетки к отвалам таскали.
   - Вот, как. Рудник, значит, - внешне спокойно произнес Сун Ги. - Отцу рассказал?
   Хон молча кивнул, едва заметно поежившись под внимательным взглядом брата. Да и мне тоже стало как-то не по себе - от парня, сейчас, в буквальном смысле перла чистейшая и ничем незамутненная, злоба. Недолго, правда - уже через пару секунд он взял себя в руки, но все равно, ощущения были очень неприятные.
   - Кин и Маури тоже, выходит, живы. Это хорошо, - задумчиво протянул Сун Ги. И улыбнулся, хлопнув брата по плечу. - Что ж, потом обязательно все мне расскажешь... Ладно, пойду я. Мне еще перед отцом отчитываться, да в порядок себя нужно привести с дороги. А вы отдыхайте пока, не буду мешать.
   - Откуда шрам? - напомнил Хон.
   На неодобрительный взгляд брата он лишь упрямо набычился, явно не собираясь отступать. Хмыкнув, Сун Ги пожал плечами.
   - Это со мной лучник один из кустов поздоровался, - машинально проведя пальцем по рубцу, парень зло усмехнулся. - Не ожидал гаденыш, что увернуться смогу, иначе бы в спину бил. Но и так, едва успел, только стрела все равно наплечник зацепила и в лицо срикошетила. Чуть глаз мне не выбила, зараза.
   - Отец мне ничего об этом не говорил, - мрачно произнес Хон.
   - Волновать тебя лишний раз не хотел, видимо, - отозвался Сун Ги.
   - Подожди, а почему ты вообще в доспехе был... и где? - прищурился напарник.
   - Да было тут, одно местечко, - покосился на меня, явно не желая откровенничать в присутствии постороннего, его брат. - С твоего исчезновения еще месяца не прошло, весь Род на ушах стоял, следы выискивая... Вот меня и подловили.
   - Выходит, на меня в тот раз тоже не случайно напали? - мельком глянув в мою сторону, все же спросил Хон. А у меня возникло непреодолимое желание немедленно свалить куда подальше, от таких разговоров.
   - Кто знает, - обтекаемо отозвался Сун Ги, пожав плечами. И решительно прервал уже открывшего рот для нового вопроса, брата. - Все, мне пора. Если будут еще вопросы, обращайся к отцу, он больше моего знает.
   - А ты где был-то, кстати? - вновь не дал ему спокойно свалить Хон.
   - В Чунтаре, - мученически вздохнув, ответил Сун Ги. Но тут же хмыкнул. - Мне пришлось вместо отца туда переться, иначе бы вместе с ним за тобой приехал. Обратно торопился, как только мог, надеялся раньше тебя домой успеть, чтобы здесь встретить, да вот не получилось... Еще вопросы будут?
   - Нет, можешь идти, - Хон вальяжно махнул рукой.
   - Ну-ну, - его брат ухмыльнулся и посмотрел на меня. - Был рад познакомиться с тобой, Яр. Еще пообщаемся.
   - Взаимно, господин Ма, - поклонился я в ответ.
   Потрепав на прощание брата по плечу, тот кивнул и удалился, продолжая чему-то посмеиваться. Проводив его взглядом, я выдохнул и покосился на Хона, в задумчивости подпиравшего спиной опорный столб террасы.
   - И часто у вас... так? - кивнув вслед его брату, спросил я.
   Очнувшись от своих размышлений, Хон недоуменно проследил за моим взглядом, но тут же кивнул, сообразив.
   - Случается, - вздохнул он и пожал плечами. - Убить врага из засады, тоже вполне себе способ... Хотя, чаще просто объявляют войну, а проигравших вырезают под корень. Впрочем, одно другому тоже не мешает.
   - Подожди, то есть, аристократы из одного государства спокойно могут воевать между собой? На законных основаниях? - не поверил я. - И император не вмешивается?
   - А зачем ему вмешиваться? - удивился Хон. - Пока междоусобица не затрагивает посторонних она остается внутренним делом родов и кланов, которые в ней участвуют. У вас разве не так же?
   - Нет, не так, - пробормотал я.
   Дурдом какой-то... Как у них государство еще не развалилось при таком подходе?! Или, может быть, просто я чего-то не понимаю?.. Вроде же и в нашем мире случалось что-то похожее - та же Япония с ее кланами и сегунатом, Китай эпохи семицарствия. Или это все в период смут было? Не помню.
   М-да. Весело живут здешние аристократы, ничего не скажешь. Так вот посмотришь со стороны, да и задумаешься, а надо ли оно тебе - встревать во все это... Хотя, поздно уже метаться, когда влез по самые уши. Может и хорошо, что простолюдином назвался?
   Подавив рвущийся из груди тяжелый вздох, - очередной, ага, - решительно загнал все эти мысли куда подальше. Ну их нафиг, в самом-то деле. Лучше о чем-нибудь приятном и интересном поразмыслить... О, кстати!
   - У твоего брата какой ранг? - даже если тот лучник далеко находился, все равно, суметь увернуться от стрелы весьма впечатляет. Хотел бы я такое вживую увидеть.
   - "Посвященный", - отозвался Хон. И добавил, с нескрываемой гордостью. - Через год-два, наверняка уже "мастером" сможет стать.
   - А такое вообще возможно? - усомнился я. - Ты же, вроде бы говорил, что обычно годам к сорока "мастерами" становятся. И то, если повезет.
   - От таланта в основном зависит, - Хон неопределенно махнул рукой. - Бывает, что и всей жизни не хватает, до высшего ранга добраться, а случается и в двадцать умудряются. Но, таких мало. Сун Ги у нас гений.
   - Интересно... А наследственность влияет?
   - Какое-то преимущество оно дает, но не слишком сильное, на самом деле, - Хон оттолкнулся от столба и покрутил шеей, разминаясь. - Разве что доступ к знаниям и техникам получить легче, а в остальном, опять же - талант решает. "Мастерами" и в первом поколении, бывает, становятся... Так что, у тебя тоже есть шансы, - улыбнувшись, хлопнул он меня по плечу.
   Я молча кивнул. То, что шансы не нулевые, очень даже радовало, ибо другого пути для себя в этом мире, кроме тоуки, я не видел. Из тех, которые меня самого бы устроили, понятное дело, пусть и звучит это слишком нагло для моего нынешнего положения. Как там, в будущем все сложится заранее не угадаешь, но ползать у самого дна, попросту пытаясь выжить, перспектива так себе. А пользователей тоуки не так уж и много, чтобы пренебрегать даже самыми слабыми из них. Не покорится высший ранг - останутся еще "адепт" и "посвященный".
   Долго молчание не продлилось - бегущие по нескончаемому кругу, мои мысли прервал тихий шорох отодвигаемой двери, и на пороге появилась служанка, уже другая.
   - Прошу прощения, господин, - поклонилась она сначала Хону, а после, уже не так низко, и мне. - Госпожа Икуми желает вас видеть.
   - Угу, - как-то разом поскучнев, промычал тот, взмахом руки отпустив женщину.
   - Уже чего-то натворить успел? Вроде же только сегодня приехали, - я усмехнулся.
   Оглянувшись на меня, Хон презрительно фыркнул.
   - Ты моего братца слушай больше, он тебе еще и не такого наплетет, - и, наставительно подняв указательный палец, продолжил предельно серьезно. - Чтоб ты знал - моя мама очень добрая и заботливая женщина.
   - Даже не сомневаюсь, - покивал я. Совершенно искренне, между прочим.
   По приезду меня представили обеим женам главы рода и госпожа Икуми, - мать Хона, - произвела самое приятное впечатление. Впрочем, нельзя сказать, что и со стороны Мию - второй жены, почувствовал в свой адрес хоть какой-либо негатив, но она показалась мне более строгой и сдержанной.
   - Кстати, а почему служанки меня "господином" называют? - тормознул я уже двинувшегося прочь друга. - Я ведь простолюдин.
   - В первую очередь, ты - гость главы Рода Ма, - наставительно и очень серьезно произнес тот. - К тому же, накоротке общаешься со мной. Даже если до них довели информацию о твоем происхождении сам подумай, как еще им к тебе обращаться?
   Понятно. Странно у них тут все устроено с этими сословными различиями. Хотя, есть в этом что-то притягательное, когда к тебе обращаются - "господин". Неслабо так самолюбие тешит.
   - Ладно, пойду я, - вяло махнув рукой на прощанье, Хон скрылся в доме.
   Постояв еще с полминуты, собираясь с мыслями, я тоже двинулся к себе.
   Зайдя в комнату, дошел до кровати и повалился на нее спиной, уставившись вверх. Полупрозрачный, из казавшейся невесомой, белой ткани, балдахин чуть заметно колыхался под порывами залетавшего сквозь приоткрытое окно, ветерка. Расфокусировав взгляд, постарался вызвать то незабываемое ощущение, когда ты словно бы паришь над кроватью... Когда-то получалось легко и просто, достаточно было просто расслабиться, а вот сейчас, не выходит. Умом понимаю, что здесь безопасно, но буквально вбитые в меня, долгой жизнью на руднике инстинкты никак не хотят отпускать.
   Недавняя бодрость как-то незаметно и быстро уступила место усталости. Вроде ничего такого уж выбивающего из колеи и не произошло, а все равно перенервничал я сегодня. Новая обстановка, новые люди и абсолютно неясные перспективы на будущее. Хон еще со своими откровениями - и без того неуютно себя в чужом доме чувствовал, так теперь и вовсе возникло желание плюнуть на все и свалить куда подальше. Может и глупо, но ощущать себя в полной зависимости от доброй воли совершенно посторонних людей, изрядно напрягает... Ох-хо, тяжко.
   Шевелиться совершенно не хочется, да и, если так подумать, заняться-то все равно нечем. Впрочем, думать тоже не хотелось.
   Вздремнуть, что ли?

* * *

   Утро началось с разминки. До попадания в этот чертов мир я, практически и не занимался ею, разве что на уроках физкультуры в школе. Да и то, без особого старания. Как, наверное, подавляющее большинство моих сверстников. Ну, да речь не об этом.
   Оказавшись на руднике, - в первые самые страшные недели, - после бесконечных драк с соседями по бараку, постоянных унижений от надсмотрщиков, вытягивающей все силы работы... Я, вдруг, как-то очень четко осознал, что если все это продолжится, то попросту сойду с ума. Не выдержу, сломаюсь, исчезну навсегда! И от понимания того, что я бессилен что-либо изменить, хоть как-то повлиять на происходящее - становилось настолько жутко, что буквально выть хотелось. Сам не знаю, как я удержался, но мысли о том, чтобы наложить на себя руки и покончить со всем этим кошмаром раз и навсегда, посещали очень часто.
   И, во время очередной драки, в голове у тихого, доброго и домашнего мальчика Ярослава, конкретно так перемкнуло. Подробностей того, что именно произошло тогда, я до сих пор не могу вспомнить - "включился" уже в дальнем углу барака, придавленный навалившимися сверху пацанами. А мой недавний противник неподвижно замер в центре освобожденного для драки пространства изломанной, окровавленной куклой.
   Драться я, к счастью, толком не умел, а потому забить парня до смерти у меня не вышло, но лицо и пару ребер ему поломал основательно. Повезло еще, что под рукой у тех, кто рискнул меня от него оттащить не оказалось ничего тяжелого, а может быть попросту не успели сообразить с перепугу, иначе уже я сам так легко не отделался бы. Хотя, как легко - от надсмотрщика потом кнутом по спине прилетело совсем не слабо. И в следующий раз тоже, всего-то через пару дней после того, как немного оклемался после порки. Тогда очередной придурок вздумал до меня докопаться, и я опять "слетел с нарезки". Третьего урока не понадобилось, потому как желающих связываться с невменяемым психопатом больше не находилось.
   Вот после того случая я и начал заставлять себя просыпаться каждое утро до начала побудки и делать зарядку. Понятия не имею, что именно там в моей голове переклинило в очередной раз, но почему-то считал это очень важным и нужным. Мой личный способ удрать от сумасшествия, если хотите. Не знаю уж насколько действенный.
   Сначала были простые упражнения, памятные еще по школе, а уже после, когда в напарники ко мне приставили Хона, подсмотрел у того более продвинутый комплекс, как теперь понимаю, предназначенный для пользователей тоуки. Но и без использования внутренней энергии, он помогал неплохо так взбодриться перед началом нового дня.
   Во-от.
   А после утреннего моциона меня пригласили к завтраку - как и вчера, в компании хозяев дома. Хотя, будь моя воля, я бы предпочел спокойно поесть в одиночестве. Нет, ничего такого в мой адрес никто не проявлял, скорее уж наоборот - отношение было подчеркнуто доброжелательным. Но, очень уж неловко мне было сидеть за одним столом с совершенно чужими людьми... И, в немалой степени из-за придурка Хона с этими его заходами на тему аристо и плебеев! Постоянно следить за каждым своим словом и жестом, стараясь при этом выглядеть естественно, изрядно утомляет. Потому, неудивительно, что я себя там реально лишним и вчера, и сегодня чувствовал.
   К слову, помимо двух сыновей у Ма Ёна имелась еще и дочь - Нали, пятнадцати лет. Хону, как я с удивлением узнал недавно, шестнадцать исполнится только осенью, так что он младше меня на полгода выходит - мой-то день рождения в начале весны был. Это притом, что дома - в июне. Такая вот фигня с этими мирами получается.
   Вообще, Род Ма весьма даже немаленький - в общей сложности аж восемнадцать человек набирается. Где все остальные сейчас, понятия не имею - как я понял, в этом особняке только сам глава со своей семьей проживает. Ну, да еще будет время выяснить.
   А после завтрака Ма Ён пригласил меня к себе в кабинет - довольно просторное помещение, с открытыми шкафами вдоль стен, на полках которых во множестве лежали свитки и папки с бумагами. И низкий стол, один в один с тем, что у меня в комнате, тоже возле окна. Только этот, в отличие от моего, явно использовался по назначению.
   Усевшись спиной к окну, мужчина указал мне на место с подушкой, напротив.
   - У меня было время поразмыслить над высказанными тобой пожеланиями, - начал Ма Ён. - И с поиском работы нет никаких проблем - Роду Ма принадлежат несколько мануфактур и иных предприятий - устроить тебя на любое из них не составит труда. Правда, для начала придется хоть немного обучиться грамоте, но и это вопрос решаемый.
   - Благодарю за вашу щедрость, господин Ма, - поклонился я, когда он замолчал. - Для меня это многое значит.
   Особенно учеба, да... Впрочем, если серьезно, то я даже по школе соскучился за эти полтора чертовых года. Хоть какое-то разнообразие после бесконечных, заполненных монотонной работой, дней. Да и польза для меня несомненная.
   - Ну, значит не напрасно я себе голову ломал, - кивнул он. И продолжил. - А вот с изучением тоуки не все так просто, как хотелось бы. Свободных мастеров - из тех, что берут себе учеников, не так уж и много, а в Камхуре их и вовсе нет.
   - Свободных?
   - Не состоящих на службе у кого-либо, - пояснил мужчина. - Как правило, такие люди основывают собственные школы и обучение в них стоит очень дорого. Во многом из-за того, что там предоставляют весьма разностороннее образование. Многие выпускники таких школ впоследствии становятся государственными чиновниками или поступают на службу в имперскую армию. Даже кланы нередко отправляют наиболее одаренных детей из своих, на учебу в эти заведения.
   Понятно, то есть мне такой вариант не светит в любом случае... Хотя, на его месте я бы тоже вряд ли захотел выбрасывать на ветер кучу денег - не факт, что у меня вообще есть талант к тоуки, а даже если так, все равно не получится заманить к себе на службу.
   - А в вашем Роду есть наставники? - осторожно спросил я.
   - Есть, но обучаться у них ты не сможешь, - спокойно ответил Ма Ён. И под его жестким взглядом мне сразу стало очень неуютно. - Ты, похоже, на самом деле никогда не имел дел с аристократами, а потому не понимаешь, о чем сейчас просишь. Любой Род, насчитывающий хотя бы сотню лет, имеет собственные уникальные техники, наработки и секреты, демонстрировать которые посторонним никто не станет. Чтобы заниматься твоим обучением - всерьез, без поддавков, наставникам придется полностью перекроить весь график тренировок для всех остальных. Чтобы твое присутствие не мешало никому.
   Ну, допустим. Хоть я не очень понимаю, в чем тут сложность - организовать для меня отдельные, ото всех, тренировки, ему виднее. Но, как-то начинает напрягать, куда этот разговор стал заворачивать. Если он сейчас начнет втирать про слуг, от которых у аристократов нет никаких секретов...
   - Из сложившейся ситуации, для тебя, я вижу два выхода, - продолжил Ма Ён, не дождавшись от меня вопросов. - Первый - стать слугой какого-нибудь Рода. Возможно, даже нашего, если возникнет такое желание. Однако должен тебя предупредить - Слуги Рода это не просто обслуживающий персонал. Смыслом всей их жизни становится служение своему господину, что подразумевает абсолютную преданность. Такие люди больше не принадлежат себе. Они хранят нас и все наши тайны и, если приходится - умирают за нас. И за все их действия, за любые ошибки несет ответственность именно господин. Соответственно и отношение к ним совершенно не такое, как к обычным наемным работникам.
   - Не думаю, что из меня получится хороший слуга, - стараясь, чтобы голос звучал ровно, выдавил я, отведя взгляд. Ну, как знал ведь...
   - Если честно, у меня на твой счет сложилось такое же мнение, - неожиданно усмехнулся мужчина. - У тебя слишком прямой и независимый характер - весьма редкое качество для простолюдина, между прочим. А такое далеко не всем понравится, учитывай это, на будущее. С другой стороны, если стремишься забраться как можно выше, в этой жизни, иначе и нельзя... Главное, не свернуть себе шею на полпути.
   Не зная, что сказать в ответ, я просто молча кивнул. Все-таки прав был Хон - надо следить за своими манерами и, особенно, за языком. Не знаю, где я успел накосячить в очередной раз, если даже его отец счел нужным поднять эту тему, но лучше такого не повторять. Иначе реально ведь выпороть могут, а то и вовсе прибить.
   - А второй вариант? - видя, что он не торопится продолжать, спросил я.
   - Клан Мугэн содержит собственные школы боевых искусств, - ответил Ма Ён. - Ты можешь обратиться в любую - в Камхуре расположены сразу три из них.
   - Вот так просто? - недоверчиво воскликнул я.
   - Совсем даже не просто, - усмехнулся он в ответ. И уточнил. - Для других. Но, в твоем случае хватит и моего поручительства. Сам должен понимать, что для клана нет никакой выгоды обучать чужаков, которые не связаны никакими обязательствами и в будущем могут оказаться на службе у кого угодно. Включая наших врагов. Поэтому школы предназначены только для своих.
   - Вы предлагаете мне войти в ваш клан? - мысль была настолько неожиданной, что я даже не сразу сообразил, к чему он ведет.
   - Верно, - кивнул мужчина. - А ты против?
   - Не знаю, - я даже растерялся под его насмешливым взглядом.
   - Забавно, - хмыкнул он покачав головой. - Никогда не думал, что мне придется уговаривать простолюдина вступить в клан. Обычно-то все как раз наоборот происходит - от желающих отбою нет.
   И вот эти вот его слова заставили меня, наконец, собраться и включить мозги. Тут, вообще-то, мое собственное будущее решается, а я веду себя... даже слов-то цензурных не подобрать. Стань уже серьезным, придурок!
   - Какие обязательства наложит на меня вступление в клан? - осторожно подбирая слова, начал я. - Не сочтите за дерзость, но хотелось бы прояснить этот вопрос заранее. И, какие преимущества я могу получить в клане?
   Ма Ён настолько удивился прозвучавшим вопросам, что даже не сразу нашелся с ответом. Надо думать, для местных все эти нюансы просты и понятны едва ли не на уровне инстинктов. В отличие от неизвестно откуда взявшегося варвара, ага.
   - Преимущества, - медленно, словно пробуя слово на вкус, повторил мужчина, и усмехнулся. - Что ж, вопрос действительно важный. Присоединившись к клану, в первую очередь ты получишь новый статус. На данный момент, уж прости за откровенность, ты - никто. У тебя за спиной нет ни семьи, ни Рода, ни ресурсов - ничего. Ты даже подданным императора не являешься... просто бродяга, с которым любой встречный безнаказанно может сотворить все, что угодно.
   Я молчал, давя поднимавшееся в душе глухое раздражение - выслушивать такое, даже притом, что все именно так и есть, было очень неприятно.
   - В обычной ситуации, такому как ты - не обладающему никакими ресурсами или талантами, вступить в клан было бы попросту невозможно, - спокойно продолжал Ма Ён, прекрасно видевший, какую реакцию вызвали у меня его слова. - Такие люди, никому не нужны - все и всегда заботятся в первую очередь о своих. И это правильно, именно так и должно поступать. Однако именно в твоем случае, ситуация далека от обычной. Как я уже сказал - моего слова будет достаточно, чтобы тебя приняли в клан. А дальше... Все будет зависеть только от тебя самого. Прояви целеустремленность и упорство, и сможешь подняться в иерархии клана.
   - В иерархии? Я ведь простолюдин, - не понял я. На что он лишь усмехнулся.
   - В клане Мугэн состоит более тридцати тысяч человек, чтобы ты знал, - произнес он наставительно. - И аристократов, вместе с их слугами, едва ли треть. Все остальные - простолюдины, и прав у них ненамного меньше, чем у благородных. Полностью равными нам это их не делает, конечно, но и возможностей открывает значительно больше. К тому же внутренние законы клана надежно защищают от произвола аристократов. Своих, я имею в виду - но и чужие десять раз подумают, прежде чем обидеть кого-то из наших, потому как безнаказанным подобное не останется.
   Это... надо обдумать. Нет, я знал, что в кланах есть простолюдины, но почему-то думал, что отношение к ним где-то на уровне прислуги, а получается совсем даже не так. По сравнению с жизнью обычных крестьян, здесь куда больше свободы и безопасности. Понятно теперь, почему все так стремятся попасть в кланы... Допускаю, что не все так благостно, как он тут расписал, наверняка есть какие-то нюансы и сложности. И это надо будет обязательно прояснить.
   - Теперь насчет обязательств - разумеется они есть, - продолжил Ма Ён. - Самое важное - верность. Не предавай, помогай своим, и клан будет заботиться о тебе в ответ. В случае войны тебя могут призвать на службу, но, учитывая твое стремление обучаться тоуки это не должно стать проблемой. Десятую часть своих доходов, - когда они появятся, - ты должен будешь выплачивать в клановую казну. Отдельно оговариваются ситуации, когда этот налог может быть увеличен, например, во время той же войны.
   Он замолчал выжидающе глядя на меня. А я... Очень хотелось попросить времени на раздумья, но думаю мужик попросту не поймет такого захода. Да я и сам, на его месте, точно разозлился бы от подобного пренебрежения. А значит, надо решаться.
   - С благодарностью приму вашу помощь, господин Ма, - поклонился я, не вставая.
   - Хорошо. Завтра сходишь с моим человеком в представительство клана, там тебя и зарегистрируют, - кивнул тот, улыбнувшись. - Заодно и вопрос с твоей учебой решим. А пока можешь спокойно отдыхать. Иди.
   Коротко поклонившись я покинул кабинет и неторопливо побрел к себе, обдумывая прошедший разговор. Если так посмотреть, вроде и неплохо все, на самом-то деле, во всяком случае не сравнить с моими мытарствами на руднике. Еще и перспективы вполне себе привлекательные вырисовываются... только уж больно резко как-то. Я даже и не задумывался толком о вступлении в клан - пределом мечтаний было в себя прийти после всех приключений, в тишине и безопасности. Потому и не знаю почти ничего...
   Я остановился, посреди пустынного коридора, прикидывая, у кого бы выяснить, где сейчас Хон. Раз уж духу не хватило вытягивать подробности из отца, придется озадачить вертевшимися у меня в голове вопросами, его сына. Надо же выяснить, во что я такое ввязался-то.

* * *

  
   Рабочий кабинет даймина был, на удивление, невелик - всего лишь пара шкафов для наиболее важных документов вдоль стен, да массивный стол с удобным креслом. Для посетителей никаких сидений и вовсе не имелось. И дело было отнюдь не в отсутствии подходящих помещений - совсем рядом располагался большой зал предназначенный для встреч и совещаний с чиновниками или иными посетителями, сумевшими пробиться на прием к наместнику. Кроме того, от предшественника остался весьма просторный и удобный кабинет, выходивший своими окнами на красивейший дворцовый парк.
   Просто Чжун Бан предпочитал работать именно в такой обстановке и не видел смысла изменять своим привычкам. Ну, и кроме того этот кабинет обладал еще одним важным достоинством - из него были видны горы. Родившись на южном побережье империи, он почти две трети своей жизни провел именно здесь, всей душой прикипев к угрюмой, величественной и могучей красоте древних гор. И вид, открывающийся за окном непременно радовал, помогая успокаивать разум и настраиваться на рабочий лад. Ради такого можно и потерпеть мелкие неудобства.
   Впрочем, прямо сейчас даймину было не до любования ставшим уже привычным, пейзажем. Слушая сотника своей гвардии, он все больше хмурился.
   - По словам местных жителей подходящий под описание человек действительно проживал на постоялом дворе более недели, но съехал за два дня до прибытия наших людей, - стоя навытяжку перед столом, докладывал Ахман Досул. - Выяснить, куда он направился дальше не удалось. Командир отряда принял решение возвращаться, оставив в деревне дознавателя-кэсина, но сомневаюсь, что тому удастся разузнать что-то новое.
   - Упустили, значит, - пробормотал Чжун Бан и досадливо скривился. - Проклятый наемник, ну как же не вовремя!
   - Моя вина, господин, - немедленно склонился в поклоне Ахман. - Если бы...
   - Да ты-то здесь причем? - рыкнул даймин, взмахом руки заставив его замолчать.
   Захваченный на постоялом дворе пленник оказался на удивление упертым типом, чего обычно никак не ожидаешь от подобных ему, ни в какую не желая выдавать заказчика. И это только укрепляло во мнении, что никакой он не наемник, несмотря на явную примесь крови островитян кунту. Разговорить его удалось только через трое суток интенсивных пыток и этого времени как раз хватило, чтобы посредник успел удрать.
   Но, самое поганое заключалось в том, что выпытать имя хозяина так и не смогли. Гаденыш успел сдать только посредника, ожидавшего прибытие его отряда в неделе пути от постоялого двора. После чего умудрился насмерть разбить себе голову - сам, никто ему в том не помогал, это проверили в первую очередь. Охрана расслабилась посчитав пленника окончательно сломленным, и вот результат. Виновных, конечно, наказали но поздно уже - единственный след оборвался.
   Также примечательный факт - неподалеку от городка, в котором ждал посредник, находится крепость клана Шитогэ. По большей части ее используют как перевалочную базу для своих торговых караванов, но гарнизон там имеется. Неведомый организатор провалившегося похищения приложил максимум усилий, чтобы подставить под удар дружественный клан и направить следствие по ложному пути... Либо же, - и даймин вполне допускал возможность подобного, - никакой подставы на самом деле и не было, а все это действительно организовано давними союзниками его Рода. Увы, там, где властвуют политические интересы и амбиции, дружба значит немного.
   Кстати, представитель клана Шитогэ уже поторопился заверить от имени своего господина, что клан никоим образом не имеет отношения к случившемуся. Правда и как-либо помочь с поиском виновных тоже не очень-то способен, но приложит к тому все усилия. Чжун Бан в ответ заявил, что и не думал сомневаться в давнем союзнике. Портить отношения, выказывая недоверие, особенно в такой момент, явно не стоило.
   - Ладно, с этим еще разберемся, - пробормотал даймин задумчиво, и поднял взгляд на сотника, ожидавшего разрешения продолжить доклад. - Что у нас там дальше?
   - Пришли новости из Камхура, - немедленно сообщил Ахман.
   - Камхур? - Чжун Бан нахмурился, вспоминая, но тут же понимающе кивнул. - Ты про тех двоих. Их нашли?
   - Не совсем. Как я и предполагал, история о родственнике-караванщике, оказалась ложью, - отрицательно мотнул головой сотник. - Однако при этом обнаружилось кое-что интересное - полгода назад, в результате нападения неизвестных лиц, пропал без вести младший сын главы рода Ма из клана Мугэн. Нападавшие по какой-то причине забрали тела с места боя и отыскать всех погибших впоследствии так и не смогли. История вышла очень громкая но, несмотря на все усилия, выяснить личности нападавших не удалось и парня сочли мертвым, - Ахман сделал паузу, взглянув на господина. - Двенадцать дней назад Ма Ён внезапно покинул город в сопровождении сразу двух десятков воинов своего Рода. Вернулся он только через неделю, и уже вместе с пропавшим сыном.
   - Продолжай, - заинтересованно кивнул даймин.
   - Событие само по себе вызвало интерес, поэтому, когда выяснилось, что описанные мной возраст, внешность и даже имя подростка совпадают, я приказал собрать всю возможную информацию, - Ахман кашлянул в кулак и продолжил. - Они находились здесь, в Хиньяре - храм Манури. Опрос монахов подтвердил.
   - Ну, вот. А ты, помнится, утверждал, что вы этих детях нет ничего необычного, - усмехнулся Чжун Бан, глядя на сотника.
   - Моя вина, господин, - склонился тот в поклоне.
   - Да, какая там вина, - отмахнулся от него даймин. И уже безо всякого веселья, покачал головой. - Однако, клан Мугэн это уже очень интересно.
   И даже более чем! Генерал побарабанил пальцами по столу.
   Старые, сильные и очень влиятельные, особенно здесь, на севере... и находящиеся в давних неладах с кланом Шитогэ. До открытых столкновений между ними дело, пока не доходило, однако возможности сделать недругу пакость ни один не упускает. Добром такое очень вряд ли закончится. Может ли быть так, что именно клан Мугэн причастен к неудавшейся попытке похищения?
   Многие недоумевали, по какой причине император назначил даймином одной из крупнейших и очень непростых в управлении провинций именно Чжун Бана. Однако тот, кто стоял за нападением нацепивших гербы клана Шитогэ наемников, точно знал причину. И, судя по решимости пойти на самые крайние меры, оная ему очень не нравилась. Но, судьба распорядилась иначе. Ахман очень сильный боец, он уже почти достиг уровня "мастера", но в той ситуации, - сотник честно признался в этом, - без вмешательства двух мальчишек, точно не успевал защитить дочь своего господина.
   Чжун Бан был благодарен богам за то, что не пришлось испытывать на прочность свою верность императору, делая выбор между честью и жизнью единственной дочери. Потому и распорядился отправить в Камхур дознавателя-кэсина, чтобы прояснить судьбу двоих незадачливых беглецов. И, как выяснилось, очень даже не зря.
   Случайные, на первый взгляд, события подобно нитям сплетаются между собой в единое полотно, неразрывно соединяясь друг с другом. Потяни за одну и на свет может появиться многое из того, что прежде казалось надежно скрыто от чужих глаз.
   Не факт, что за нападением стоит именно клан Мугэн, есть и другие, не менее сильные и влиятельные, кому может быть выгодно устранение настолько неудобной, в местных раскладах, фигуры нового наместника. Да, не факт. Однако... разглашение информации о том, кто именно помешал осуществлению столь дерзкого плана, главе одного конкретного рода может стоить очень дорого. Даже если клан Мугэн непричастен.
   - Род Ма из клана Мугэн, - задумчиво произнес Чжун Бан. И усмехнулся, кивнув своим мыслям. - Это можно будет использовать.
  

Часть вторая

Глава 6

  
   Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.
   Мерно пульсировавший в такт замедленному биению сердца, золотистый комок живого огня, тончайшими нитями разбегался по всему телу. Повинуясь моей воле, живительная энергия проходила сквозь кости, мышцы и суставы, смывая накопившуюся после изнурительной тренировки усталость. И мощным, ровным потоком устремлялась из тела через раскрытые ладони...
   По крайней мере так оно должно было быть.
   Открыв глаза, я посмотрел на пальмовые листья лежавшие у меня на ладонях - пара неровно оборванных кусков условно квадратной формы. Плотные, зеленые и не успевшие еще пожухнуть... и совершенно, полностью, абсолютно неподвижные. Чего ж вам не хватает-то, заразы? Вроде же все правильно делаю и движение тоуки чувствую, а заставить эти огрызки хотя бы пошевелиться, не получается. Вот, прям, совсем.
   Покосившись на сидевшего в паре шагов справа от меня Ильмана, в очередной раз почувствовал укол зависти. Нехорошей такой, прям чернейшей - чертовы листья парили в сантиметре от его ладоней, словно на невидимой леске подвешенные...
   Хотя, ориентироваться в собственных достижениях на Ильмана бессмысленно, он тут почти на год всех старше и обучаться еще дома начал, пусть и не с раннего детства, как иные из аристократов. Понятно, что с такой форой лучшим учеником в нашей группе считается. Но, тут кого ни возьми, у всех лучше выходит! Тот же Лин, дружбан его закадычный, с этими гребанными листьями вполне справляется уже, пусть и не идеально. А ведь, всего-то на пару недель раньше меня в школу эту поступил...
   Я пошевелил плечами, разминая затекшие мышцы - сидеть скрестив ноги на утоптанной до каменной твердости земле, не сказать, чтобы так уж приятно. Солнце еще шпарит, как сумасшедшее несмотря на то, что еще и полудня нет. Отчего огороженный трехметровым, каменным забором внутренний двор школы, в котором мы все и сидим уже пару часов, превратился в натуральную духовку. Наставнику-то хорошо, он в тени, под навесом расположился, а вот нам приходится на самом солнцепеке торчать.
   Прикрыв глаза, попытался вновь погрузиться в медитацию, но скопившееся за эти часы раздражение и злость не отпускали, мешая сосредоточиться. И это бесило ничуть не меньше, чем постоянные неудачи с тренировкой...
   Громкий хлопок в ладоши сбил меня с мысли.
   - Закончили с медитацией! - приказал покинувший свое уютное плетеное кресло, Камун. Выйдя на середину двора, он окинул внимательным взглядом поднимавшихся на ноги учеников и кивнул. - Начинайте разминку.
   Выпрямившись в полный рост, я с удовольствием потянулся и, вместе со всеми, приступил к разминке. Размять затекшие от долгого сидения мышцы и связки, убирая сонную одурь, разогнать по телу тоуки, возвращая ему бодрость и силу. Четверть часа на все про все, и утренняя тренировка закончена.
   - Свободны. Яр, подойди сюда, - подозвал меня наставник, взмахом руки указав всем остальным на выход. - У тебя проблемы с концентрацией, постоянно сбиваешься во время медитации и теряешь контроль. Упражнения, которые я показывал, делаешь?
   - Каждый день, - кивнул я. - Только, все равно не получается...
   - Значит, хреново делаешь! - рявкнул он, не дав договорить. И наклонился вперед, приблизив свое лицо к моему в упор. - Если так и будешь дальше сопли жевать, окончательно отстанешь от группы. Еще две недели тебе даю, не освоишь к тому времени - выгоню нахер отсюда. Понял?
   Он больно ткнул меня указательным пальцем в грудь, заставив попятиться назад. Невысокий, коротко стриженный, с плоским, будто по нему лопатой врезали, лицом этот тридцатилетний мужик напоминал перекачанного культуриста - такой же мощный и несуразный. И обладал при этом весьма поганым характером.
   - Понял, - отозвался я, потерев ноющие ребра.
   - Тогда проваливай.
   Постояв секунду, глядя в спину направившегося ко входу в тренировочный зал Камуна, я двинулся в обход здания. Козел. Всего-то "адепт" рукопашного боя, а гонору как будто уже "посвященный" - минимум... Правда, наставник из него все-таки неплохой, во всяком случае объяснять доходчиво умеет.
   Всего, школ боевых искусств в Камхуре было три - две в самом городе и вот эта, самая крупная - в пригороде. По размеру территории сказать сложно, очень уж много здесь всяких полигонов, тренировочных залов и прочих строений понатыкано, но штук пять футбольных полей точно влезет. В основном здесь тренируются уже более-менее опытные пользователи тоуки, обитающие в пригороде, а вот подобных нам новичков едва ли сотня наберется. Моя группа, к слову, самая многочисленная - восемнадцать человек, уж не знаю с чем это связано. Зато наставников хватает на всех.
   За тренировочным залом находился один из полигонов, на котором как раз сейчас тренировались шесть человек - бойцы из клановой дружины, судя по гербам на одежде. Притормозив, я, через пару шагов и вовсе остановился, с интересом наблюдая за представлением. Хоть и видел уже такое не раз, а все равно зрелище просто завораживает - врытые в землю мощные каменные столбы буквально сотрясались от прилетавших в них техник. Причем, даже мне было понятно, что бьют мужики далеко не в полную силу, иначе разнесли бы уже эти "манекены" в хлам.
   Вообще, в использующих тоуки боевых стилях крайне мало дальнобойных атак, да и те, что есть... десять-пятнадцать метров. "Мастера", вроде как, и на полсотни могут шарахнуть, но сам я этого не видел, потому утверждать не берусь. В основном техники завязаны на контактный бой - рукопашный или с использованием холодного оружия, а то и вовсе разнообразной "экзотики", вроде кнутов, серпов, боевых кос и прочего. Даже для стрелкового боя, - луков и арбалетов, - есть свои техники, причем они и составляют большую часть дальнобойных. К ним же относят и разнообразный метательный хлам, от ножей до всевозможных сюрикенов и всяких там игл со спицами, но эти я вообще не понимаю как работают, несмотря на все объяснения.
   Что примечательно, нашу группу натаскивать на использование техник тоуки и приемов рукопашного или же боя с оружием, никто даже и не думает. В первую очередь идет физическая подготовка, изрядно приправленная разнообразными медитациями и, разумеется, теория. Последней, впрочем, тоже не сказать, чтобы много. Объясняется такая неторопливость тем, что боевые стили преподаваемые здесь заточены именно под тоуки и до минимального овладения последней, учить им даже не бессмысленно, а вредно. Тупо не поймешь, где налажал и хорошо, если впоследствии не придется переучиваться.
   И такое положение дел еще пару месяцев будет сохраняться, до максимального закрепления базовых знаний и умений. С одной стороны, вроде и долго, а с другой, учитывая мои нынешние "успехи"... М-да. Ну, хотя бы с "физикой" проблем нет.
   Поглазеть на тренирующихся бойцов было интересно не только мне - тут больше половины парней из нашей группы сейчас отирались. Благо, прогонять нас никто и не думал, будь в их техниках что-то секретное, мужики ушли бы на закрытый полигон, а не маячили у всех на виду. Да и не факт, что у них за душой вообще есть подобные знания, все-таки эту школу посещают, в основном, рядовые бойцы. Аристократам и собственных полигонов хватает.
   - Яр! - окликнул меня Ильман, приглашающе махнув рукой. И, когда я подошел к их компании, продолжил. - Мы сейчас на поле, в фут-бор играть. Ты с нами?
   - Футбол, - привычно поправил я. Понятия не имею, что у них там в башке клинит постоянно, в своих-то словах не ошибаются с буквами. Но, как раз потому и предпочитаю сокращенное имя. - Нет, мне на работу сейчас.
   Свои игры в "ногомяч" у местных пацанов имелись, так что футбол, с моей подачи тоже зашел на ура. Просто лень было чужие правила учить, да и привычнее так. Хотя, сшитый из обрезков кожи и набитый травой, мяч был так себе, но получать от игры максимум удовольствия это не мешало.
   - Опять, - разочарованно протянул Ильман.
   - Халява кончилась, - вздохнул я. Сам тоже не в восторге от своей затеи с работой, но куда деваться-то, нет у меня желания до конца жизни приживалой в чужом доме быть. - Теперь придется каждый день туда мотаться и до вечера.
   - Не хочешь, так и не надо, без тебя обойдемся, - фыркнул Лин и ткнул приятеля в бок. - Пойдем уже, надоело торчать здесь.
   Ильман демонстративно закатил глаза, а я просто промолчал. У нас с этим козлом отношения с первых дней знакомства не заладились. Невысокий, - хотя, они тут все такие, - и костлявый, но при этом дико выносливый и сильный. Один раз мы уже успели подраться, только окончательно разобраться, кто есть кто, не удалось, подоспевший очень невовремя Камун растащил и надавал обоим по шее. После чего предупредил, что если повторится еще раз, выгонит нахрен из школы. Обоих. Такая вот фигня.
   Но, главное в том, что берсерк-мод у меня в тот раз не включился. И это просто словами не передать, как здорово - рисковать в каждой драке искалечить кого-нибудь, а то и проломить череп насмерть, ни фига не круто. Ну или самому калекой остаться, что тоже вариант, здесь все же не каторга и подростки вполне серьезно учатся использовать тоуки. С моими-то, пока скромными успехами, неслабый такой риск нарваться...
   Я обернулся, проследив за взглядом как-то очень резко посмурневшего Лина... ага, вот и причина его поганого настроения. Похоже, успели уже поцапаться сегодня.
   - Пошли отсюда, - буркнул он. И направился прочь, оттерев плечом приятеля.
   - Увидимся еще, - едва заметно поморщившись, махнул мне рукой Ильман и вся компания потянулась следом за Лином в сторону главных ворот школы.
   А я остался, прикидывая про себя, что если и дальше все так пойдет, то очередной драки с этим идиотом точно не избежать. Знает ведь гаденыш, что обоим влетит, но все равно нарывается, а у меня терпение тоже не бесконечное. И без того уже с трудом сдерживаюсь каждый раз, только нежелание объясняться потом с Ма Ёном и унижаться, выпрашивая второй шанс и останавливает. О том, что обучение в клановой школе боевых искусств отнюдь не бесплатное, сообщить мне во время того нашего давнего разговора, он тактично позабыл. И, за чей счет я тут "развлекаюсь" выяснилось совсем недавно.
   - Чего он от тебя хотел? - подошедшая Номи хмуро кивнула вслед парням.
   - Ничего, просто болтали, - пожал я плечами.
   - Да неужели? - скептически хмыкнула девчонка, изогнув тонкие брови. - Знаю я, как он "просто" болтать умеет - если будет донимать, сразу говори мне, я отцу расскажу.
   Я на это предложение только криво усмехнулся, не желая произносить вслух все то, что вертелось сейчас на языке. Ее отец - старший-наставник в ранге "посвященный", пристроивший свою шестнадцатилетнюю дочурку в эту школу на работу по хозяйству, и в самом деле мог устроить Лину развеселую жизнь. Не имеющему серьезных покровителей сыну небогатых крестьян просто нечем ответить на такое - конечно, формально простолюдины в клане равны, однако некоторые все же "равнее". Однако, во-первых, Ном Ли мужик серьезный и к мелким пакостям совершенно несклонный. Ну, как минимум без серьезного повода. А, во-вторых... Да я скорее язык себе откушу, чем начну просить о таком! Вот уж чего мне совершенно точно не надо, так это сомнительной славы трусливого мудака, прячущегося от проблем за спиной папаши знакомой девчонки. Сам справлюсь. Тем более, что проблемы эти возникли во многом из-за меня самого... Вернее, как, из-за меня - Лин на нее еще с самой первой встречи запал, это даже слепой бы понял. Только вот Номи мелкий гном оказался не интересен, вот он и бесится каждый раз видя нас вместе. А происходит такое в последнее время все чаще... наши с ней встречи, в смысле. Наедине... Знаете, мне тут сейчас такая странная мысль в голову пришла...
   - Ты на фестиваль собираешься? - спросила вдруг Номи.
   - Куда?.. А, ну да, собираюсь, - думая о своем, заторможено отозвался я. - А что?
   - Мне папа разрешил пойти туда не вместе с семьей, - протараторила она, вдруг разволновавшись. - Пойдем вместе?
   - Пойдем, - медленно кивнул я.
   - Отлично, - улыбнулась девчонка. - Ты ведь сейчас домой, да?
   - Угу, - снова кивнул я. И зачем-то пояснил. - Переодеться нужно и обед забрать.
   - Тогда, нам с тобой по пути - мне как раз на рынок нужно, - качнула она висевшей у нее на правой руке, большой корзиной.
   До работы еще больше часа времени, так почему бы и не прогуляться с красивой девчонкой? В своем синем платье, напоминавшем японские кимоно, с собранными на затылке в небольшой пучок и сколотыми парой деревянных спиц, длинными, черными волосами, ниспадавшими на спину - Номи выглядела просто потрясно. А чего еще надо?
   И, сдается мне, что идиот у нас здесь вовсе даже не Лин... Это ведь действительно то, о чем я подумал? То-то он в последнее время так откровенно на драку нарываться стал... Ну, да его проблемы, как нарвется, так и получит.
   Школа боевых искусств располагалась в южной части пригорода - этот район являлся самым старым и густонаселенным. Одно-двухэтажные дома были понатыканы здесь безо всякой системы, образуя узкие и кривые улочки, заблудиться в которых было раз плюнуть. Сейчас-то я уже более-менее ориентируюсь, хоть и не рискую удаляться от изученных маршрутов, а весь первый месяц приходилось просыпаться аж на час раньше, чтобы не опаздывать.
   А еще здесь же находился самый большой рынок Камхура, на который стекались товары со всей провинции. И не только - значительная часть грузов везомых по торговому тракту, что с юга империи, что с территории царства Матонг, что из морских портов на западном и восточном побережьях, также оседала именно здесь. По сути, Камхур являлся огромным грузовым хабом, через который проходила львиная доля товарооборота империи Хинну и прилегающих к ней земель. И данное обстоятельство вполне себе наглядно демонстрировало силу и могущество клана Мугэн, сумевшего захапать такой важнейший город, в практически единоличное пользование. И никого другого они сюда не пускают.
   Неловкое молчание затягивалось и я лихорадочно пытался придумать, как же его прервать. Но из башки, такое ощущение, все мысли попросту выдуло... О!
   - Ты знаешь, что было время когда наш клан чуть не выдавили из Камхура? - я посмотрел на удивленно обернувшуюся ко мне Номи... Офигеть просто, умник! Дебил!
   - Нет, - осторожно произнесла девушка. И улыбнулась. - Расскажи.
   Обязательно... Ну, хоть что-то в голову пришло... М-да.
   Клану было крайне непросто - сохранить, а в чем-то даже и приумножить влияние и могущество, после смены правящей династии. Ведь именно Мугэн, шестьдесят лет назад, одними из первых поддержали создание коалиции кланов в поддержку наследному принцу, бежавшему сюда, на север страны, от уничтоживших правящий род заговорщиков.
   Страна тогда, по сути, раскололась надвое - объявивший себя императором глава Рода Танмин полностью контролировал южные провинции, и останавливаться на этом не собирался. Впрочем, иного выбора у него и не было - либо он сумеет-таки добраться до беглого принца Чиена, либо же тот сам когда-нибудь насадит голову предателя на пику. Так что междоусобной войны было не избежать - все это прекрасно понимали, и активно к ней готовились.
   А за всем этим с нескрываемым интересом наблюдал царь Матонг, стягивавший войска к границе с провинцией Камшер, на которую облизывались многие поколения его предков. Княжество Тун тоже не собиралось оставаться в стороне. Да и с островов кунту неслись одобрительные вопли пиратских князьков, предвкушавших скорую поживу в оставленных без защиты прибрежных городах и селениях.
   В общем, перспективы в грядущей мясорубке, что у северян, что у бунтовщиков, выглядели так себе - кто бы ни стал победителем в междоусобной войне, отбить вторжение соседей он уже не сможет. Попросту раздавят...
   И вот в такой момент, когда войска с обеих сторон уже собраны и готовы выступать, а планы грядущих кампаний составлены - неожиданно для всех приходит известие, что новоявленный император убит, вместе со всей своей семьей. Да еще и украден меч Танджин - реликвия правящего рода, по преданию завещанный первому императору богом-драконом Ханму и, за две тысячи лет правления ставший олицетворением императорской власти, ее символом.
   Казалось бы, вот он шанс уничтожить мятежников пока они растеряны и лишены единого руководства. Тем более, что те и сами даже не пытались демонстрировать былое единство, немедленно сцепившись между собой за власть. Младший брат узурпатора, заикнувшийся о своих правах на престол, был убит прямо в Зале Совета императорского дворца. А вслед за ним без голов остались практически все взрослые мужчины рода Танмин находившиеся на тот момент в столице. Оставшихся женщин и детей надежно изолировали, обеспечив тем самым послушание армии и вассалов рода.
   Казалось бы... но, нет, северяне так и не воспользовались этой возможностью. Как позже выяснилось, практически одновременно с узурпатором неизвестные убийцы умудрились добраться также и до принца Чиена. И враждующие стороны разом лишились своих лидеров. Правда, оставалась еще малолетняя сестра принца, но женщины не могут наследовать престол, а ждать, когда она вырастет и родит детей и, самое главное, кто именно заполучит в свои руки опеку над девочкой на все это время... В общем, единства среди аристократов севера уже не было.
   - А ты много знаешь, - удивленно произнесла Номи, все это время с нескрываемым интересом слушавшая мою трепотню.
   - Просто мне с учителем повезло, - усмехнулся я криво. - Более образованного и умного человека еще поискать.
   И долбанутого, что уж там! Наставник Туним, занимался обучением детей главы рода Ма и, понятное дело, отказать тому в просьбе взять в нагрузку еще одного балбеса ну никак не мог. Восторга по данному поводу он отнюдь не испытывал, о чем прямо мне сообщил при первой же встрече. Что, однако не мешало ему подойти к выполнению своих обязанностей со всей ответственностью. Целеустремленный и увлекающийся, по-другому он просто не умел. Так что за два месяца занятий сумел не только обучить меня здешней грамоте и истории государства, но и вдолбить, - в буквальном смысле, бамбуковой палкой, - в мою голову знания по традициям и законам империи Хинну. Несмотря на сомнительные методы я ему все же благодарен за науку.
   - А дальше что было? - поинтересовалась Номи.
   - Заговорщики выбрали нового императора - им стал Ардал Саеш, - отозвался я. И, уже привычно сложил ладони перед грудью, пробормотав намертво вбитую в память, мантру. - Да пребудет душа его в покое и мире.
   Номи, ожидаемо, поспешно повторила за мной. В этом мире отношение к словам, особенно в адрес власть имущих, далеко не такое благостное, как в моем. Вякнешь что-нибудь не то и запросто могут язык вырвать. Так что, либо молчи в тряпочку, либо восхваляй. Но, лучше молчи, здоровее будешь.
   - Ты что, правда всего этого не знала? - иначе мне станет совсем уж неловко.
   - Мне с учителем не повезло, они слишком дорого берут за свою работу, - усмехнулась Номи и развела руками в стороны. - Конечно же я знаю, чей Род правит империей, но всех вот этих подробностей и не слышала никогда.
   Даже не знаю, что сказать-то... Блин, выглядит так, будто я хвастаюсь перед ней!
   - Продолжай, ты интересно рассказываешь, - пихнула она меня в бок кулачком, опять заставив сбиться с мысли. А, может быть, просто угадала, о чем сейчас думал.
   - Дальше, - вздохнул я, и пожал плечами. Все равно другую тему не придумаю.
   Новый лидер мятежников Ардал Саеш, не желая усугублять и без того непростую ситуацию, предложил недавним противникам мир. Учитывая все нарастающую суету на границе с провинцией Камшер, участившиеся нападения пиратов-кунту, а также рейды изрядно осмелевшего флота княжества Тун на западное побережье, у северян и выбора-то особого не было. Гибель наследного принца позволила многим сомневающимся выйти из коалиции без потерь для репутации.
   Тогда, самого худшего - гражданской войны с угрозой вторжения соседей, удалось избежать. Северная аристократия, пусть с неохотой и не без эксцессов, но прогнулась, а в Хармине воцарилась новая династия. Даже к принцессе Алмири проявили снисхождение и позволили вернуться на родовые земли ее семьи. С полным отказом от всех претензий на престол, разумеется - как за себя, так и за всех ее потомков.
   Вот только, сдается мне, что ни Ардал, ни его ныне правящий сын, ничего не забыли и какие-то выводы из той, давней истории, сделали. Закручивать гайки, пытаясь ослабить северную аристократию, не стали, вместо этого аккуратно и постепенно... приручая, что ли. Не знаю, как по-другому выразить сложившееся у меня впечатление. Уроки истории все эти процессы затрагивали крайне скупо, а наставник предпочитал рассказывать о событиях непосредственно затрагивавших клан Мугэн.
   В котором я имею честь состоять, да.
   Ну, а дальше мы уже пришли.
   - Мне туда, - сообщила Номи, указав в сторону продуктовых рядов. - Спасибо за рассказ, мне правда было очень интересно... И не забудь, послезавтра идем на фестиваль вместе, ты обещал.
   Улыбнувшись, она помахала рукой на прощание и убежала.
   Задумчиво посмотрев ей вслед, я почесал в затылке и хмыкнул. Молодец, конечно, офигеть какую интересную тему для разговора, во время прогулки с девчонкой придумал. Умник, блин. Спасибо Номи, пожалела идиота, а могла бы и высмеять - как она язвить умеет, сам не раз наблюдал, на примере того же Лина... Теперь, главное, послезавтра так же не облажаться.
   Постояв еще пару минут, размышляя... да, по сути, ни о чем, решительно забил на все эти глупости и направился домой. Если я не ошибся в своих догадках, то и хорошо, а нет - так и нет. И плевать на Лина.
   До поместья Рода Ма я добрался минут за двадцать, хоть и пришлось сделать большой крюк, но так все равно проще, чем напрямую через рынок переться. Очень уж много там народу в это время дня, по любому бы дольше вышло. Пройдя сквозь распахнутые ворота, вежливо кивнул стоявшим на страже двум воинам в легкой броне, получив в ответ такой же кивок от старшего. Вот уж кому я не завидую, париться на солнцепеке по несколько часов в день, пока не сменят, удовольствие никакое.
   По дороге в свою комнату завернул на кухню где застал самый разгар подготовки к уже скорому обеду. На протянувшихся вдоль сразу двух стен, длинных, дровяных плитах стояли целые ряды кастрюль, сковородок, котлов и разномастных горшочков, в которых что-то варилось, булькало, тушилось, жарилось и бог его знает, что еще делалось. Жара тут стояла просто несусветная и носившимся между всем этим добром "запаренным" поварихам, можно было только посочувствовать.
   - Госпожа Кёю, - окликнул я стоявшую у плиты и помешивавшую что-то в одном из котлов, дородную женщину, заправлявшую в этом царстве ложек и поварешек.
   - Не готово еще, - не отрываясь от своего занятия, бросила та коротко глянув в мою сторону. - Минут через десять подходи, как раз соберем все.
   - Да, мне бы просто перехватить чего, по-быстрому, - попросил я.
   Неодобрительно покачав головой, - не любит она, когда "кусочничают" перед едой, - женщина все же не стала противиться. После тренировок с тоуки всегда хотелось жрать, несмотря ни на какую жару - энергия вовсе не бралась из ниоткуда и голодный обморок, после чрезмерных нагрузок, вовсе не был чем-то невероятным. По мере того, как будет повышаться контроль, проблема станет не такой острой, но полностью все равно никогда не исчезнет.
   - Мори, сооруди ему кусок хлеба с копченым мясом, - окликнула женщина одну из поварих. - И запить дай чего-нибудь... там, свежий сок яблочный был где-то.
   Через пару минут здоровенный ломоть ржаного хлеба, с куском ароматного мяса оказался у меня в руках. Плюс большая кружка с прохладным соком - что еще надо для полного счастья? Много чего, на самом деле, но вот прямо здесь и сейчас, все круто! Мгновенно смолотив выданную мне порцию, от всей души поблагодарил насмешливо отмахнувшуюся тетушку Кёю и удалился.
   Добравшись до своей комнаты, быстро стянул тренировочное ифу и облачился в повседневную одежду. Завязав на поясе кушак, оставил концы болтаться с правого бока и придирчиво осмотрел себя.
   Увиденное мне определенно нравилось. Длинная, почти до колен, верхняя рубаха синего цвета - в холода под нее обычно надевают еще одну из более грубой ткани, но по нынешней погоде и в такой-то весьма жарко. Мягкие, серые штаны с тесемками вместо неизвестных в этом мире резинок. Серые же, носки таби с выделенным большим пальцем, специально для плетеных сандалий. В таких носках, на крайний случай, можно вообще без обуви по улицам рассекать - не по грязи, конечно, очень уж у них подошва плотная. Легкие, удобные, единственный минус - жарко в них, но босиком шляться будет уже чересчур, местных крестьян не просто так "черноногими" называют.
   С обувью здесь вообще беда, очень уж она дорогая, а потому в повседневной жизни даже аристократы предпочитают обходиться чем попроще. Так что сапоги мои, пока погода не испортится, а то и вовсе до наступления холодов будут стоять в углу, отмытые и начищенные воском, для сохранности.
   В общем, выгляжу я сейчас вполне себе молодцом - девчонки, по крайней мере не отворачиваются, а это уже о чем-то да говорит. Еще бы зеркало, чтобы причесаться как следует, но это уже из разряда невыполнимых мечтаний, цены на них не просто высокие, а натурально заоблачные. Так что, подобная роскошь в этом мире доступна исключительно богатеям. К тому же, вместо привычных мне, здесь используют начищенные до блеска серебряные пластинки.
   К слову, я ведь знаю процесс изготовления настоящих зеркал - вычитал как-то в одной из книг о приключениях очередного, увлекающегося "прогрессорством", попаданца. Он там неслабо подняться сумел за счет своих знаний, между прочим. Вот только не помню я ни хрена, почти! Что весьма печалит - продал бы технологию тому же Ма Ёну, за малую долю от прибыли, да жил себе припеваючи.
   Вообще, если так подумать, в моей голове хранится просто уйма всяческих знаний, которые вполне могут быть востребованы в этом мире. Телевизор, интернет, книги - все это предоставило совершенно немыслимый для здешних аборигенов объем информации. Проблема лишь в том, как все эти знания извлечь. Я себе для этого дела даже подобие дневника завел - записывать, как вспомню что-нибудь. Может и пригодится когда.
   Между делом выдвинул правый ящик стола и проверил лежавшую там тоненькую стопку желтоватых листов. На самом деле, просто привычка, непонятно откуда взявшаяся, нежели настоящее беспокойство - воровать у меня в этом доме никто и ничего не станет, уж об этом точно можно не переживать. А если кто и заинтересовался, чего там такое накарябано, так все равно на русском прочитать не сможет.
   Здесь же, кстати, и кошелек лежит с остатками выданного еще Ахманом серебра. Я честно предлагал Хону разделить эти деньги, но он лишь отмахнулся, заявив, чтобы не парился на этот счет. В него же добавилась и зарплата за прошлую неделю, так что теперь я вроде как и не совсем нищий даже.
   Оглядев просторную комнату убедился, что ничего лишнего, нигде не валяется, оставлять после себя бардак мне воспитание не позволяет. Потому, наверное, служанки и косятся так странно, когда прибираются здесь. А может еще в чем дело... Не важно.
   Забежав по дороге на кухню, прихватил небольшую деревянную коробку со своим обедом. К полудню надо быть уже на работе, так что поесть дома просто не успеваю, вот и приходится с собой таскать. Впрочем, готовка госпожи Кёю и ее помощниц вкусна в любом виде - хоть горячей, хоть уже остывшей.
   Ма Ён пристроил меня на принадлежавший его роду... не знаю - перевалочный пункт, склад, оптовый магазин. Все сразу, короче. Даже в розницу торговали, пусть и не так активно. Комплекс сразу из трех больших зданий, в которых хранились и продавались самые разные товары, начиная с тканей и заканчивая железной рудой. Разве что кроме продуктов. Этакий средневековый универмаг. Двадцать шесть работников считая, уже вторую неделю, и меня самого. Не то чтобы я успел полностью выучить местную грамоту и письменность, - как по мне, так ее и сами аборигены, кроме разве что отбитых на всю голову мудрецов-отшельников из каких-нибудь храмов, всю не знают. Но, более-менее понимать, если потребуется, текущих знаний хватает. Правда, требуется как раз-таки не часто, в основном я тут на положении "принеси-подай", ну и грузчикам еще помогаю...
   И, к слову, о них - между распахнутыми настежь воротами главного склада и стоявшими перед ним сразу четырьмя фургонами, мотались взмыленные, полуголые мужики, перетаскивавшие какие-то мешки, бочки и ящики. Присматривал за всей этой суетой управляющий Квим расположившийся прямо в проходе, с писчей доской, подвешенной на груди. Невысокий, плотный и полностью седой старичок лет шестидесяти, с широким, скуластым лицом, выглядел, как и всегда, чем-то недовольным.
   - Явился, наконец! - буркнул он при моем появлении и, обернувшись, заорал куда-то вглубь склада. - Танрим, замени меня!
   Передав доску подбежавшему помощнику, Квим взмахом руки приказал мне следовать за ним. Поплутав по складу, среди возвышавшихся едва ли не до потолка стеллажей с мешками и штабелей разномастных ящиков, бочек и свертков, мы добрались до отгороженного занавеской закутка, служившего управляющему кабинетом. Крохотное оконце, расположенное под самым потолком, света практически не давало, поэтому на одном из опорных столбов висел зажженный масляный фонарь.
   - На-ка, глянь тут, - подойдя к своему столу, заваленному свитками, Квим выудил откуда-то исчерканную записями писчую доску и протянул мне. - Не сходится у меня почему-то. Пересчитай.
   Помедлив, соображая, что тут к чему, я взялся за мел и, под внимательным взглядом уставившегося мне через плечо, управляющего, быстро провел несложные, в общем-то вычисления. Квим вполне мог бы и сам справиться, просто не привык еще.
   - Ага! - выхватив доску, старик отпихнул меня от стола и, схватив перо, принялся что-то записывать в одном из свитков. - Цифирь на доске перепиши заново, Танрим, дурак криворукий затер там все.
   - Не в первый раз уже, - хмыкнул я, оглянувшись на висевшую под окном черную доску, исписанную малопонятными мне пометками и значками. - Проще на бумагу все переписать и не мучиться.
   - Бумага денег стоит, - буркнул, не отрываясь от своего занятия управляющий. - А ты под рукой всегда... Еще бы вовремя приходил!
   - Так я и не опоздал сегодня, - чисто из вредности возразил я. Учитывая, кто меня сюда на работу определил, бояться увольнения за излишнюю дерзость точно не стоит. Вот я и обнаглел малость.
   - Иди, давай, - отмахнулся Квим.
   Взяв лежавший рядом с доской мелок, я быстро поправил выписанные в столбик, напротив друг друга, цифры - привычные мне арабские и, совершенно монструозные, здешние. Понятия не имею, как аборигены умудряются с ними работать, у меня мозги чуть в трубочку не свернулись, когда в первый раз сам попытался. По-моему даже с римскими и то проще было бы, чем с этими. Но, как-то вот справляются и вполне себе успешно. Хотя, Квим, когда я показал ему принцип умножения-деления в столбик с арабскими цифрами, простоту и удобство последних оценил мгновенно. Он вообще старик очень умный и вполне мог все это сам посчитать, просто не успел еще освоиться толком, вот и сбивается.
   Так вот и двигаю прогресс на отдельно взятом складе чужого мира, ага. Еще бы на пользу, в первую очередь, самому себе это делать начать и вообще станет замечательно.
   Усмехнувшись последней мысли, оставил управляющего в одиночестве и двинул к Танриму, выяснять, к кому в помощь меня определили на сегодня. Хотя, чего там гадать-то, фургоны эти долбанные до сих пор грузят. Сныкаться бы где-нибудь, да только видел он меня уже, знает, что я пришел... И почему сегодня так жарко?
   - Яр, - перехватил меня уже у самых ворот Бивем, старший над грузчиками. И тут же всучил какой-то тяжеленный ящик. - На-ка, вот, в кузню утащи и помоги там, Ло опять какой-то хренью мается, бездельник, один не справляется видите ли! Передай, если он до обеда не закончит, я ему уши оборву.
   Перехватив ящик поудобнее, я двинул на внутренний двор, где под навесом и располагалась кузня. Хотя, как по мне, это скорее мастерская, с маленьким горном, который на моей памяти жгли раза два-три всего. Да и сам Ло - двадцатилетний, худой как щепка и жилистый парень, на кузнеца не очень тянул, занимаясь в основном мелким ремонтом и, чаще всего, именно в помощь к нему меня и ставили. А я и не против, в общем-то - все лучше, чем ящики с бочками тягать по такой жаре.
  
   Скинув верхнюю рубаху, я пристроился под навесом, на стоявшей возле стены здания, лавке разложив у себя на коленях сверток с обедом. Рядом, вообще-то стол имелся, специально установленный на внутреннем дворе склада, для удобства работников, но места за ним было не так чтобы много. А потому, большинство, как и я, предпочли устроиться в сторонке, чем толкаться локтями с начальством, тоже явившимся отобедать на свежем воздухе.
   Так, что тут у нас... рис с мясной подливой, салат из овощей, и свежая хлебная лепешка. Еще даже теплая. А уж пахнет это все просто обалденно - что ни говори, а иметь собственных поваров, на самом деле, круто. Особенно таких, как тетушка Кёю.
   Достав завернутую в тряпицу ложку, я приступил к еде, лениво прислушиваясь к болтовне работников. Обсуждали, в основном, предстоящий фестиваль, что и понятно, в средневековье не так много развлечений, а праздники такого уровня и вовсе лишь пару раз в год случаются. Вернее, мне так сказали, сам-то я в этих делах не разбираюсь. Что-то там с духами связанное... Не помню, надо будет уточнить у кого, а то неловко получится.
   За неспешным поглощением вкуснейшего обеда, мысли с грядущего праздника, незаметно свернули на события сегодняшнего утра. Ну, с Номи понятно... вернее, ни черта не понятно, но пока что и не важно... Не хочу загадывать, чтобы не обломаться вдруг... Короче, там видно будет. Меня сейчас другое беспокоит.
   Тоуки, м-да.
   Простое упражнение на концентрацию и контроль, основа основ можно сказать, а вот поди ж ты, никак оно мне не дается. Вернее, с первым-то никаких проблем нет, что бы там Камун ни говорил, даже самому удивительно. Но вот контроль...
   И ведь чувствую я ее, эту внутреннюю энергию - могучий, неосязаемый "поток" живого огня, проносящийся сквозь мое тело. Даже такое, мимолетное касание вызывает ощущение безудержной силы, кажется, стоит лишь протянуть руку и вся эта мощь покорится... но, словно в бетонную стену утыкаюсь каждый раз. "Вижу", чувствую и ничего не могу сделать! Еще и придурочный Лин со своими насмешками не затыкается просто - у него-то прогресс, на моем фоне, очень даже заметен... Нет, добром у нас с ним точно не кончится, нарвется этот урод однажды.
   Поднявшись с лавки, я потянулся и, встряхнувшись, направился к бочке с чистой питьевой водой, стоявшей тут же, под навесом. Чья каждодневная обязанность наполнять ее, бегая с коромыслом к далекому колодцу, думаю, объяснять не требуется... Заодно сполоснул коробку вместе с ложкой, после чего убрал их обратно в мешок. Закончив с обедом, работники неторопливо разбредались по своим местам - Квим с Танримом умотали разбираться с очередными фургонами, подкатившими к главному входу склада.
   Вообще, если так подумать, может дело как раз во мне самом? В смысле я ведь из другого мира и никакой тоуки или еще чего-то подобного у нас никогда не было. Правда, тогда не очень понятно откуда у меня взялось средоточие... Ладно бы в тело кого-нибудь местного попал... в смысле, ни хрена не ладно! - но, допустим, тогда бы хоть понятно было. А так... не знаю. Все одно без толку голову ломать - есть у меня средоточие тоуки, значит буду ею пользоваться! А вот подумать о том, что здешние методики обучения в моем случае могут дать сбой, определенно стоит. Может, нужно делать не так, как мне объяснял Камун, а по-другому... Только вот как?
   Остановившись, попытался выловить мелькнувшую было в голове мысль. Как же там было-то... сконцентрироваться на средоточии, ускоряя движение тоуки в теле, направляя поток к правой ладони и мгновенно, единым импульсом высвободить энергию вовне. Нет, не то... Я медленно поднял правую руку, пытаясь вновь вызвать в памяти мимолетное ощущение, не раз возникавшее во время медитаций и тренировок, готовой подчиниться моей воле энергии...
   И вздрогнул, мгновенно теряя концентрацию, когда стоявший на бочонке со смолой ящик для инструментов, вдруг с грохотом слетел на пол. Какого...
   - Яр, что там у тебя? - поинтересовался внезапно вынырнувший откуда-то из бокового прохода между стеллажами, Бивем.
   - Инструменты упали, - торопливо ответил я, бросившись собирать.
   - Тьфу, балбес! Я уж думал ты убился тут, - сплюнул бригадир и указал на ящик, один из углов которого треснул от падения на пол. - В кузню его отнеси, вместе с Ло чинить будешь. И смотри мне, аккуратней будь, если ты товар так вот грохнешь, Квим тебя без соли сожрет.
   - Угу, - промычал я, даже не пытаясь делать вид, что слушаю, чего он там несет.
   Как я это сделал?! Зараза... Это ведь я сделал? В смысле ящик ведь ровно стоял, надежно... Да не мог он сам упасть! Значит, я некому больше. Как?!
   - Эй! - прилетевшая затрещина чуть не сбила меня с ног, зато мозги прояснились. Я попятился от уставившегося на меня знакомым, раздраженным прищуром бригадира.
   - Когда с тобой говорят старшие, изволь слушать внимательно, - без особой злости в голосе, произнес Бивем и продемонстрировал мне свой увесистый кулак. - Иначе буду воспитывать ремнем, а оно тебе надо?.. Вот и я думаю, что нет. Все, иди работай.
   И, отвесив мне напоследок щелбан, ушел, бурча на тему охреневшей молодежи - один игнорит начальство, другой доверенный ему инструмент где попало бросает. А я остался, потирая лоб и втихомолку благодаря всех богов, что у бригадира нашего такой отходчивый характер. Кто другой и впрямь мог бы начать вразумлять оборзевшего щенка ремнем и кулаками. В этом мире с его патриархальными устоями, к проявлению неуважения со стороны младших относятся куда как строже чем в моем родном. И пора бы мне уже привыкнуть к этому.
   Покидав инструменты в ящик, схватил тот в охапку и направился обратно во двор. А на душе у меня в этот момент творилось такое... Словами не передать, короче! Как бы ни пытался убеждать сам себя, что все на самом деле в порядке и просто нужно стараться усерднее, постоянные неудачи с тоуки давили на мозги со страшной силой. И получить наглядное доказательство того, что оно действительно так, было... офигенно! И просто нестерпимо хотелось шарахнуть тоуки еще в какой-нибудь ящик, чтоб с грохотом и на куски сразу... Заставить себя сдержаться, оказалось дико сложно.
  
   - Говоришь, сумел технику Воздушного Кулака выполнить, - Камун задумчиво поскреб щетину на подбородке и насмешливо прищурился. - А ну-ка, покажи, - и кивнул на врытый в землю столб для отработки ударов, в нескольких шагах от нас.
   - Да я сам не понял, как оно так получилось, - вздохнул я, покосившись на парней из нашей группы, прислушивавшихся к разговору. - Несколько раз потом пробовал повторить, но не выходит.
   Сколько ни пытался, украдкой ото всех, чтобы не огрести заново от начальства, так ни хрена и не получилось. И понять, что же именно я делаю неправильно, моих знаний теории было явно недостаточно. В итоге пришел к единственно возможному варианту - спросить совета у наставника.
   - Опиши, что ты сделал, - приказал Камун.
   Сбиваясь и путаясь в словах, попытался объяснить свои действия и ощущения в тот момент, которые, в общем-то и сам не до конца понял и запомнил. Звучало это все настолько косноязычно и бредово...
   - Бредятина, - категорично прервал меня наставник. - То, что ты описал, и правда похоже на технику Воздушного Кулака, но твоего нынешнего контроля на нее просто не хватит. Да и резерва, наверное, тоже.
   Он хлестко ударил перед собой правой рукой и сорвавшийся с нее мутный шарик, размером с тот самый кулак, врезался в столб заставив его содрогнуться. Думаю, попади такая хрень в тот злополучный ящик и тот бы просто разнесло в щепки.
   - Слабость, истощение, голод и сонливость не испытывал после использования? - перечислил Камун, и удовлетворенно кивнул, когда я помотал головой. - Ну, вот, что я и говорил. У тебя получился направленный выброс тоуки вовне, это не техника и в бою совершенно бесполезно - слишком слабое и медленное воздействие получается. Впрочем, от ситуации зависит, - задумался он, но тут же встряхнулся и ткнул меня указательным пальцем в лоб. - Но, даже в этом ты умудрился наделать ошибок. Идиот!
   - Запомните все, - обернувшись, он обвел замерших парней тяжелым, неприятным взглядом и веско, словно гвозди заколачивая, продолжил. - Внутренняя энергия тела - опасна. И, в первую очередь, для вас, бестолочей! Упражнения и техники для развития придумали не вчера - сотни поколений мастеров оттачивали и совершенствовали их, чтобы ученики не калечили себя и других в процессе обучения. А вовсе не для того, чтобы косорукие идиоты с ними эксперименты ставили, даже не понимая их сути!
   Я поежился с трудом подавив желание попятиться, когда наставник повернулся ко мне. Вроде и невысокий, он, казалось, нависал надо мной, натурально подавляя сейчас одним лишь своим присутствием. Все посторонние мысли и возмущение из башки выветрились мгновенно - о том, чтобы возражать или оправдываться, уже и речи не шло.
   - То, что у тебя получилось направить движение тоуки, пусть и не осознанно, хороший знак... Если не врешь, конечно, - произнес Камун, прищурившись, на что я торопливо замотал головой. - Ну, вот, значит сможешь и повторить, рано или поздно... Но, если еще хоть раз узнаю о подобных выкрутасах с твоей стороны, дальше учиться будешь самостоятельно. И не в этой школе. Понял меня?
   Я молча кивнул, отведя взгляд. Блин, отчитал как ребенка... И даже оправдаться-то нечем - Камун не раз предупреждал, что с тоуки нужно обращаться осторожно. А болтать о причинах, которые меня на эксперименты подвигли, стремно.
   - Все, балаган закончился, - наставник хлопнул в ладоши и кивнул на площадку со столбами. - Начинаем тренировку.
   И все равно, - двинувшись вперед вместе со всеми, - я едва мог сдержать царившее в душе ликование. Мой прогресс, наконец-то, сдвинулся с мертвой точки и это радовало просто не передать словами, как!
  

Глава 7

  
   Опрокинув полный ковшик себе на голову, я с удовольствием встряхнулся и провел ладонью по короткому ежику волос на макушке, сгоняя с них воду. Одно время подумывал хвост отрастить, как и многие из местных, но быстро одумался - по здешней жаре только лишняя морока. Вроде и тон - первый месяц осени уже скоро закончится, а с погодой совершенно никаких изменений - жарко, душно и влажно.
   Выпив воды, повесил ковшик обратно на край бочки и, накрыв ее крышкой, вышел из-под навеса, не забыв прихватить рубаху... И тут же раздраженно вздохнул. Гребаная жара! Даже на руднике с этим полегче было - горы вокруг, с ледниками. Понятия не имею, как Квим умудряется такую погоду выдерживать в своем-то возрасте - внутри склада сейчас духовка натуральная, а он там почти безвылазно сидит весь день. Монстр какой-то, а не человек...
   Может, на речку сходить, вечером, после тренировки в школе? Подговорить кого из пацанов, да и смотаться гурьбой, благо там не особо и далеко...
   Шум донесшийся от внутренних ворот главного здания склада, прервал мои вялые размышления. Оглянувшись, увидел въезжающий на внутренний двор большой, крытый фургон, сопровождаемый четверкой всадников, с гербами Рода Ма на доспехах. А вслед за ними уже торопился и Квим. Еще и Бивем показался с парой мужиков, так что здесь сразу же стало людно и шумно.
   Едва фургон остановился, как Бивем, откинув полог, немедленно забрался внутрь, после чего передал ожидающим грузчикам узкий, окованный железом ящик с навесным замком. А следом еще один, и еще. Под внимательным взглядом что-то записывавшего в очередной свиток, Квима и спешившихся бойцов, мужики аккуратно составляли ящики на земле в небольшой штабель. Похоже, опять что-то ценное привезли. Подобное случается достаточно часто - на втором складе, специально для таких грузов, даже часть пространства выделили, поставив мощную дверь. Ключ от нее только у Квима имеется.
   - Последний, - сообщил бригадир, поставив на борт фургона очередной ящик.
   - Как, последний? - вскинулся Квим и, оттолкнув грузчика, сунулся к самому борту фургона. - Там еще должен быть!
   - Там еще один, - одновременно с ним произнес стоявший рядом воин. - Посмотри под мешками, в дальнем углу.
   - Под мешками? - оглянулся Бивем. Пропал на пару секунд из виду, но почти сразу же вновь заговорил. - Ага, точно есть.
   - Ты меня так не пугай больше! - возмутился Квим. - Я же чуть... ы-ых!
   Небрежно поставленный в штабель, верхний ящик соскользнул и рухнул прямо на ногу старику. Подавившись воздухом, Квим дернулся в сторону, споткнулся но не упал, вовремя подхваченный под локоть воином.
   - Тупица! - простонал старик зажмурившись и неловко удерживая ногу на весу. - Криворукий... Ох, Богиня, как же больно-то!
   Старика аккуратно переместили под навес, где усадили на лавку, а воин опустился рядом с ним на колено, осматривая ногу. Правда, стоило ему только прикоснуться к стопе и Квим дернулся, зашипев от боли.
   - Не дергайся, - буркнул воин и, выхватив нож в несколько движений срезал таби вместе с сандалией, открыв распухшую стопу. - Пальцы сломаны, может еще какие-то кости. Тут целитель нужен.
   - Вот, ведь, - процедил Квим. Минк под его свирепым взглядом аж попятился, заметно побледнев. Вытащив из-за пазухи связку ключей, управляющий перебросил ее Бивему. - Бери этого идиота и тащите ящики на склад.
   - Мы должны еще кое-какой груз забрать, - вновь подал голос воин.
   - Я знаю, - Квим поморщился и кивнул. - В дальнем, правом углу ящики стоят - четыре дня назад их привезли, Бивем помнит... А, если нет, не беда, прибежит сюда с ними вместе и я посмотрю!
   Бивем на это только кисло скривился, но тут уж ничего не поделаешь - Танрим еще с утра умотал куда-то по делам и заменить начальство больше некому. Вздохнув, бригадир отвесил Минку легкий подзатыльник и указал на штабель. Подхватив сразу по два ящика каждый, грузчики двинулись на второй склад, в сопровождении воина. А Квим, с каким-то болезненным интересом разглядывавший свою ногу, вдруг повернул голову в мою сторону.
   - Так, ты! Не забыл еще, где господин Чон Ли живет? - проскрипел старик.
   - Помню, - кивнул я, ничуть не удивившись вопросу.
   Работа грузчиком не самая легкая и различные ушибы, а то и переломы, как вот у Квима, случаются, пусть и не часто. Самому мне пока что везло с этим, но пару раз уже приходилось бегать домой к целителю и вызывать его сюда.
   - Вот и давай, шуруй за ним, - приказал Квим и, прислонившись спиной к стене, закрыл глаза, выдохнув сквозь зубы. - Бегом!
   Нацепив рубаху, я прошел через главный склад насквозь мимо суетившихся на погрузке работников. Мимолетно порадовавшись, что не придется самому на такой жаре пахать, вышел на небольшую площадь перед зданием... Куда как раз выруливал очередной фургон. М-да, не повезло Квиму, даже представлять не хочу, как он со своей калечной ногой будет сейчас за всем этим следить. И Танрим неизвестно когда вернется.
   Покачав головой, я припустил вниз по улице в сторону рынка возле которого и находился дом лекаря. Минут за десять доберусь, если нигде не задерживаться. Главное, чтобы Чон Ли уже не смотался куда-нибудь к пациенту очередному, а то ищи его потом. И никого из других целителей я не знаю. Квим же меня потом без соли сожрет.
   И, кстати об этом. Продуктовые ряды я проскочил по самому краю, но все равно чуть слюной не захлебнулся, настолько одуряющие запахи там стояли. Многие готовили снедь прямо здесь, на улице и сразу же ее продавали всем желающим. А я еще не обедал... Блин, будь с собой хоть пара монет, обязательно бы купил что-нибудь! А так пришлось торопиться дальше, утешая себя тем, что готовка тетушки Кёю ничуть не хуже...
   Притормозив, я вернулся обратно ко входу в проулок, мимо которого только что пробежал. И раздраженно вздохнул убедившись, что не показалось. Двое парней моего возраста прижали к стене дома мелкого пацана и чего-то активно ему втолковывали, несмотря на все попытки того вырваться. И будь это кто-то незнакомый я, скорее всего, прошел бы мимо, но, младшему брательнику Мирта сегодня повезло. А еще, очень надеюсь, что повезет и мне, против двоих-то...
   - Какие проблемы? - вывернув из-за угла, двинулся к обернувшимся парням.
   - Ты еще кто? - раздраженно рыкнул ближайший ко мне. - Вали отсюда...
   - О, а вот тебя я знаю, - оскалился я и не думаю останавливаться. - Какого хера речные караси в наших кварталах забыли? Пацана отпустили, быстро.
   - Не твое дело, падла! Куда хотим, туда и ходим, - мгновенно завелся второй. Но, ворот рубахи мелкого, как я втайне надеялся, не выпустил. - Клановый выкормыш...
   - В прошлый раз мы вам мало насовали что ли? - оборвал я его, демонстративно хрустнув пальцами рук. - На мелком решили отыграться, раз на старших наскакивать яиц уже не хватает? Так иди ко мне, добавки навалю.
   Драки точно не избежать, а потому можно и не сдерживаться провоцируя их, глядишь не так четко действовать будут, на адреналине-то. Что мне только на пользу. Будь это кто другой еще был бы шанс разойтись миром, но только не с речниками из рыбацкого поселка на южной окраине пригорода. С этими придурками у нас противостояние не одно поколение уже длится и вряд ли когда-нибудь окончится. Мы - клановые, а они под городской управой ходят и дико нам от того завидуют, в чем, конечно, ни за что вслух не признаются. Драки, по любому поводу, происходят регулярно, несколько раз и мне довелось поучаствовать за эти два месяца.
   Ближний не выдержал первым - хрипло выдохнув что-то матерное, он рванулся ко мне. Ложный замах в лицо, вынудив его притормозить, закрывая руками голову, и тут же лоу-кик в бедро с правой ноги. И еще один. А дальше пошатнувшийся парень сам налетел мордой на мой кулак и грохнулся на землю.
   Тьфу, лошара! А я уж приготовился битым быть - реально испугался, что они меня тут сейчас раскатают, вдвоем-то... Встретившись со мной взглядом, замешкавшийся было приятель стонущего на земле неудачника вдруг резко взмахнул рукой. Вылетевшая у него из рукава небольшая гирька кистеня перехлестнула через мой вскинутый локоть и долбанула по голове. И тут же, резкий рывок вперед едва не сдернул меня с ног.
   Забытый всеми мелкий, отчаянно заорав, вцепился в руку уже замахнувшемуся второй раз гаденышу. За что и получил немедленно локтем в лицо. И кулаком. А больше урод не успел, я рванулся к нему и, споткнувшись о недобитка, навалился всем весом, почти случайно врезав ему лбом в лицо. И еще раз, уже прицельно, одновременно прижимая его руки, чтобы не вырвался. Бить в третий раз побоялся у него и так уже вся харя в крови из разбитого носа, хотя у меня самого не лучше, наверное.
   С трудом поднявшись с вяло пытавшегося шевелиться придурка, врезал ему ногой по ребрам. Оглянулся на мелкого, размазывавшего по лицу слезы пополам с кровью и, схватив его за шиворот, поволок за собой к выходу из переулка, не обращая внимания на что-то там себе хрипевшего, второго. Если тут еще речники шастают, то лучше свалить подальше, пока не нагрянули, а то ведь точно не отмахаюсь. И без того башка кружится.
   - Спасибо, - просипел мальчишка и закашлялся.
   - Фигня вопрос, - буркнул я, пытаясь стереть с лица кровь, чтобы хоть как-то видеть. Суки, всю рубаху мне испоганили, еще и рукав порвался! - Ты тоже молодец, вовремя ему помешать успел.
   Использовать в обычной драке оружие, это надо совсем без мозгов быть. Он ведь реально мог мне череп проломить, и что бы тогда делал, с трупом на руках? А мелкого, что тоже в расход, как свидетеля? Дебил! Надо пацанов будет предупредить, а то вдруг у речников он не один такой, мудила.
   - Тебя как звать-то? - брезгливо осмотрев вымазанные в крови ладони, запоздало спохватился я.
   Вот хоть убей, не помню. Пацану вообще повезло, что я его узнал - виделись-то один раз всего, с месяц назад где-то. А мог бы и мимо пройти... наверное... не знаю. И не хочу сейчас гадать об этом, как вышло, так и вышло!
   - Ким, - откашлявшись отозвался тот. - Мне домой надо, и...
   - Не кипеши, - на всякий случай придержал его за плечо, пусть тот и не рвался никуда бежать, вроде бы. - Тут, недалеко, лекарь живет, я как раз к нему и шел. Умоешься хоть, да и пусть глянет тебя, мало ли что...
   Колени внезапно подкосились и меня повело в сторону. Так и грохнулся бы, но пацан успел поддержать, откуда только силы у него взялись - совсем мелкий ведь, десяти лет не будет, наверное, а поди ж ты. Опираясь на него я остановился, зажмурившись пока бешено крутившийся мир не успокоился чуток. Ох, блин, как херово-то...
   - Ты как? - с тревогой спросил мальчишка.
   - Хреново, - голова болела и кружилась, но хоть блевать не тянуло, может и нет у меня сотрясения. Очень надеюсь. - Сейчас уже дотопаем и подлатают меня.
   Так мы и двинулись дальше в обнимку, народ оглядывался, пару раз даже помощь предложили, но идти и правда было недалеко. Всего через несколько минут показался окруженный каменным забором, небольшой особняк с зеленой крышей. Рядом с калиткой в мощных воротах висел молоток, на стук которого, меньше чем через минуту, вышел пожилой слуга. Нашему виду он ничуть не удивился, думаю, в этом доме подобное не в новинку. Выслушав, спокойно отворил дверь и пригласил за собой.
   Господин Чон Ли оказался дома. Невысокий, полный мужчина лет шестидесяти, с длинными, заплетенными в косу седыми волосами и роскошными, вислыми усами, выделявшимися на широком, плоском лице. А еще - чрезвычайно добрый и отзывчивый человек, безо всяких уговоров согласившийся помочь нам обоим, причем бесплатно! Не знаю, все они здесь такие или это мне везет на хороших людей, но он уже третий лекарь, с которым знаком лично и которого всецело уважаю. А может свою роль сыграло еще и то, что он, как и мы, тоже состоит в клане Мугэн. Не важно.
   Помещение, в котором он нас встретил, было чем-то средним между привычным мне медицинским кабинетом и лавкой травника. Довольно просторный, круглый зал, с выстроившимися вдоль стен заваленными всевозможным "хламом", столами и шкафами на полках которых красовались баночки, коробочки, пакетики и просто пучки каких-то растений. А множество разнообразных колб, склянок и непонятных приборов, намекали на занятия алхимией. Через приоткрытое, раздвижное окно, забранное небольшими квадратами прозрачного стекла, проникал свежий воздух, а росшее снаружи ветвистое дерево давало хорошую тень, защищая от палящего зноя. В самом центре помещения разместился огромный круглый стол, также не пустовавший.
   К счастью, никаких швов мне накладывать не пришлось. Я хоть и с уважением отношусь к здешним лекарям, но некоторое предубеждение относительно доступных им возможностей, свойственное жителю куда как более развитого мира, все же присутствует. Как-то вот везло мне до сих пор не попадать в руки местных эскулапов по серьезным поводам, пусть оно и дальше так будет.
   - Тоуки используешь? - аккуратно промыв рану, спросил вдруг лекарь.
   - Только учусь еще, - немного растерявшись от смены темы, ответил я.
   - Да? Ну, значит, хорошо учишься, - хмыкнул он, заставив меня повернуть голову к свету и внимательно разглядывая. После чего удовлетворенно кивнул.
   - Вы это о чем? - я покосился на застывшего безмолвной статуей, в паре шагов от нас, слугу. Не знаю почему, но меня его присутствие почему-то сильно нервирует.
   - А ты еще не понял, куда тебе кистенем прилетело? - удивился старик.
   Взяв со стола стеклянную баночку, он выдернул пробку и, аккуратно подцепив деревянной лопаткой немного находившейся внутри черной мази с резким, неприятным запахом, распределил ее по моему левому виску... Ох, ты ж, сука!
   - Височная кость тонкая и пробить ее очень легко, - кивнул лекарь увидев, что до меня дошло. - Не умей ты использовать тоуки для укрепления и твое тело, скорее всего, сейчас остывало бы в той подворотне.
   Это получается, мне неосознанно удалось сделать то, что никак не выходило на тренировках - укрепить тело настолько, чтобы выдержать такой удар... От запоздалого страха по спине пробежали мурашки - реально ведь помереть мог! Это что теперь у меня в обычном состоянии вообще ничего получаться не будет? Да, ну нафиг! Я ж так сдохну раньше... Что за дурдом, вообще...
   Пока я пытался справиться с осознанием просвистевшей мимо могильной плиты, лекарь наложил повязку и заставил меня сделать несколько глотков из поданного слугой кувшинчика с мерзкой на вкус настойкой. Мозги после нее не сказать, что особо прояснились, зато штормить стало чуть меньше. Ким же, как выяснилось, и вовсе отделался только разбитым носом и парой синяков, так что времени на него Чон Ли затратил куда меньше, после чего отпустил пацана домой.
   - А тебе нужно полежать, отдохнуть немного, - сообщил он наставительно, когда я тоже засобирался прочь. - Час-другой, пока жара не спадет. Тун за тобой присмотрит, а начальство твое я сам предупрежу, не волнуйся. Завтра после обеда зайди сюда, проверю как заживает и повязку сменю. В ближайшие дни постарайся не напрягаться слишком, если, конечно, не хочешь получить какие-нибудь осложнения.
   И, кивнув слуге, удалился.
   - Рубаху сними, - произнес оставшийся со мной наедине Тун. - Я постираю, пока отдыхать будешь, и рукав зашью.
   - Да, я и сам могу, мне не трудно...
   - Господин сказал - отдыхать, - не терпящим возражений тоном прервал он меня. И взмахнул рукой. - Снимай и пойдем со мной, умоешься.
   Ну, было бы предложено, мне же лучше. Скинув рубаху прошел вслед за ним на кухню где и умылся. Самочувствие было пусть и не идеальным, но хоть не шатало больше и голова перестала кружиться. Слуга проводил меня в комнату где из всей мебели присутствовала только кушетка, стол, да пара стульев. Раздвижное окно, как и в кабинете лекаря выходило на внутренний дворик и даже тень от дерева его закрывала. Подождав, когда Тун выйдет, я сдвинул раму, впустив в комнату свежий воздух, постоял, глядя на улицу, после чего доплелся до кушетки, на которой и вытянулся во весь рост.
   И отрубился.
  
   Работу я самым позорнейшим образом проспал. Вообще, проснулся уже только к вечеру, чувствуя себя совершенно разбитым и, притом, просто дико голодным. Голова гудела, в висок стреляло короткими уколами боли и в целом состояние было такое себе. Лучше бы, наверное, и не спал вовсе, чем вот так вот.
   Впрочем, настроение значительно улучшилось после того, как меня накормили обильным, вкуснейшим ужином. Сразу как-то дышать легче стало и перспектива жить дальше уже почти и не пугала. От всей души поблагодарив лекаря за гостеприимство, а Тона за приведенную в божеский вид рубаху, я покинул этот замечательный дом.
   На складе меня выцепил взмыленный и злющий Танрим. Рекомендации свои, на мой счет, лекарь до него довел однако вынужденно взваливший на свои плечи помимо собственных, еще и обязанности временно выбывшего, покалеченного начальства, мужик на то плевать хотел. И с ходу заявил, чтобы я даже не думал завтра прогуливать. Правда, уточнил, что приставлять к грузчикам меня не собирается - буду помогать ему с учетом, подсчетом и прочим. Да и ладно, в общем-то. Все равно к началу фестиваля освобожусь.
   Прихватив свой мешок, в котором так и лежал не съеденный обед, я попрощался с как раз закончившими смену работниками склада и двинулся в школу. Нужно с Камуном посоветоваться насчет произошедшего, может подскажет что, да и просто похвастаться хочется, чтобы перестал меня ущербным считать. Впрочем, он нас всех такими считает... да, и плевать. Заодно предупрежу, что пару-тройку дней буду отсутствовать.
   Разумеется мое появление не осталось без внимания - толпившиеся на полигоне в ожидании наставника, пацаны разом замолкли и уставились на меня. Судя по удивлению на лицах, о произошедшем они еще не в курсе? Ну, мне же лучше, будет чем похвастаться - не каждый может записать на свой счет такую крутую драку. Лин от зависти удавится!
   С ним, кстати, отдельный разговор предстоит, причем в ближайшее время. Уж не знаю, кто ему растрепал о том, что я под ручку с Номи по рынку прогуливался вчера, но утром этот гаденыш разве что из штанов не выпрыгивал, так старался на драку нарваться. Его даже Ильман угомонить не смог, чего прежде не случалось. И, судя по вылезшему на его морду при виде меня, радостному оскалу, недомерок явно собирается продолжить...
   Только не успел он ничего ляпнуть. Пихнув возмущенно вскрикнувшего что-то недомерка плечом, вперед вышел Мирт и остановился в шаге от меня, протянув руку.
   - Брат мне все рассказал, спасибо, - очень серьезно произнес он. - Я твой должник.
   - Да, ладно, не чужие люди все-таки, - хмыкнул я, ответив на рукопожатие. Все-таки правильно сделал, что вмешался, есть чем погордиться.
   Такое приветствие в мой адрес со стороны второго по успеваемости, после сами-догадайтесь-кого, вызвало еще больший ажиотаж. Всем сразу же захотелось выяснить что же такое произошло... Вот только появление наставника вынудило пацанов засунуть свое любопытство куда подальше. Камун тип вредный и за малейшее нарушение дисциплины карает с удовольствием, а бежать лишний десяток кругов вокруг школы, в наказание никому не хотелось.
   - Эк тебя разукрасили-то, - удивился при виде меня наставник. Быстро глянул на Лина и, убедившись в отсутствии на физиономии того следов драки, расслабился. - С кем подраться успел? И где?
   Не вдаваясь в подробности, коротко пересказал дневные события, упомянув так же и слова лекаря насчет укрепления тела тоуки, вместе с рекомендациями на ближайшие несколько дней. Без видимого интереса выслушав про драку, - в отличие от столпившихся вокруг пацанов, - Камун почесал затылок.
   - Вот же ты странный, все-таки, - задумчиво протянул он, и нехорошо прищурился, глядя на меня. - Ты бы на тренировках такие успехи показывал... Слушай, а может, так и надо? Выставим против тебя пару балбесов, с палками и пусть гоняют по полигону. Так, глядишь еще что полезное освоишь. Не хочешь попробовать?
   - Лучше не надо, - отказался я под тихие смешки парней.
   - Да? Жаль, было бы забавно, - вздохнул наставник, и не поймешь всерьез он это или просто издевается. Впрочем, одно другому ничуть не мешает. - Ладно, проваливай. Пару дней можешь здесь не появляться, главное про медитации не забывай - активно тоуки использовать тебе пока не стоит... Только учти, мое обещание по-прежнему в силе - начнешь слишком отставать от остальных, выгоню нахрен... И вас это тоже касается, - оглядел он мгновенно напрягшихся пацанов. - Уши развесили - бегом на разминку!
   Махнув на прощанье всем сразу, я поспешил удалиться, пока Камун на других отвлекся. Все-таки гад он, злой. Но, другого наставника мне никто не предоставит, так что придется терпеть... Впрочем, чья бы корова мычала - я и сам далеко не подарок, со всеми своими странностями и непонятным статусом. А потому буду утешаться хотя бы тем, что учить Камун умеет, и неплохо, даже у меня вон чего-то получаться начало.
   По дороге домой ничего интересного не произошло, что было только к лучшему, мне сегодняшних приключений уже по горло хватит. Последние дни в поместье Рода Ма царила непривычная суета подготовки к празднику, но это еще ладно, тем более, что результат стоил всех затраченных усилий. Куда больше меня напрягали съезжавшиеся в главную резиденцию представители Рода. Местный этикет я успел более-менее изучить, вот только привычки правильно и, главное, вовремя его применять, не было. А потому старался держаться от аристократов подальше, чтобы случайно не нарваться на проблемы. Так что в свою комнату приходилось добираться осторожно...
   - Яр, здорово, давно не... виделись. Ты с кем-то подраться успел, что ли?
   Обернувшись на знакомый голос, увидел вывернувших из-за угла коридора, Хона с каким-то парнем, на пару лет младше.
   - Это тот самый Я-рос-лав, о котором я тебе рассказывал, - явно для спутника, по слогам произнес мое имя Хон. - Но, лучше не ломай себе язык, а зови его просто - Яр... А это мой младший брат Юн.
   - Господин Ма, - аккуратно поклонился я сначала старшему, после чего повторил уже для младшего. Ох уж мне этот их этикет, долбанный. - Как ваша рука?
   - Болит и чешется, зараза, - понимающе ухмыльнувшись моей вежливости, Хон качнул висевшей на груди правой рукой, закатанной в лубок. - Зато, когда заживет, смогу нормально ею пользоваться, наконец. И ты даже представить себе не можешь, как меня это радует!
   Я улыбнулся. За тот месяц с небольшим, что мы не виделись, бывший напарник заметно почти не изменился, разве что в росте чуток прибавил. Все это время Хон обитал в городском особняке где, под присмотром семейного целителя ему сначала разломали неправильно сросшийся локоть, а затем поставили кости на место. Меня от одной только мысли о подобной операции - в исполнении здешней медицины, всего передергивало!
   - Ты, давай, не увиливай, - спохватившись, возмутился Хон. - С кем подрался?
   - О! Это была эпичная битва, - я закатил глаза и покачал головой под ухмылки обоих парней. - Я один, а их двое и с оружием. А еще, там был ребенок. Чуть не помер, м-да... Ладно, пойду я - в порядок себя приведу и все такое.
   - Вот, видал, какой наглый? - обернулся Хон к ухмылявшемуся брату. - А мне его несколько месяцев терпеть приходилось. Как только выдержал, сам не понимаю...
   Я на такую предъяву только усмехнулся - терпел он, как же. В первые недели как Хон попал на рудник, страшно было даже просто рядом с ним находиться. Взвинченный, дерганный и предельно агрессивный, он приходил в дикую ярость по малейшему поводу. И, от осознания собственного бессилия, казалось, был способен на любую глупость. Очень знакомо, не правда ли?
   До драк у нас с ним не доходило исключительно потому, что мне приходилось тянуть на себе основную нагрузку. Переломанный локоть у него только начинал заживать и пахать в полную силу Хон был просто не способен. Что, впрочем, вовсе не означает, что он не пытался - откуда, собственно и взялись проблемы с неправильно сросшимися костями. Наверное... В общем, нарываться на меня ему совесть не позволяла, а цепляться к другим каторжникам, отсутствие у тех энтузиазма в этом направлении. Подозреваю, дело было вовсе не в том, что его боялись - скорее не хотели со мной лишний раз связываться, все ж таки мой напарник, мог и вступиться.
   - Ладно уж, топай, - отметив мою усмешку, ответно ухмыльнулся Хон. - Мы тебя в саду подождем, наверное. Только недолго давай. Интересно ведь.
   - Как вам будет угодно, - шутливо поклонился я и двинулся прочь.
   Добравшись до своей комнаты, скинул мешок на кровать и, схватив стоявший на столике кувшин с водой залпом выхлебал сразу половину. После чего подошел к окну и открыл его во всю ширь. Вот только прохладнее в комнате не стало - ни малейшего дуновения ветерка на улице! Эта чертова жара меня когда-нибудь доконает.
   Налив в кружку воды, полюбовался на свое отражение и раздраженно вздохнул. Рожа бледная, распухшая, в синяках и царапинах, еще и башка вся бинтами перемотана. И ведь непонятно совершенно, когда они меня зацепить-то успели, уроды? Не подставлялся же вроде бы - только кистенем и прилетело, один раз... Ох-хо-хо, и вот как я такой весь красивый завтра на свидание-то пойду?
   Скинув рубаху, внимательно осмотрел ее. Пятна крови, понятное дело, никуда не делись, хоть и стали не такими яркими, но рано или поздно отстираются. Наверное. А вот на рукаве, несмотря на все старание Туна, ну или кто там мою рубаху штопал, швы все равно видно. И это даже не удручает, а натурально бесит! У меня и так всего лишь три рубахи, причем две из них дареные, и папы с мамой, чтобы новые купить, в отличие от тех двоих, нет - самому приходится вкалывать и деньги зарабатывать!
   Медленно выдохнув сквозь зубы, заставил себя успокоиться. Слишком часто в последнее время беситься начал, надо себя в руках держать, пока до беды не дошло. Хрен с ними... но, при случае, обязательно припомню обоим козлам.
   Бросив рубаху на кровать, достал из сундука чистую и натянул, поморщившись от, в очередной раз, прострелившей голову вспышки боли. Надо будет с госпожой Намири - старшей горничной, поговорить, может и удастся в порядок привести. Отстирать, хотя бы, а то ведь в заляпанной кровью даже на работу стыдно ходить будет.
   Осмотрев комнату, вытащил из мешка коробку с обедом, - надо в ледник отнести, чтобы не испортилось, - прибрал вещи и вышел, затворив дверь. Пойду аристократам сказки рассказывать, да подвигами своими хвастаться. Все какое-то развлечение на вечер.
  

* * *

  
   Погода, несмотря на жару, все же радовавшая своей стабильностью последнюю неделю, именно сегодня решила подложить свинью. Еще ночью сбившиеся в огромные тучи, облака уже к полудню пролились мелким и коротким дождем, но рассеиваться и не подумали, обещая вечером настоящий ливень. И очень повезет если это случится не в самый разгар праздника.
   М-да. Разгуливать под дождем, даже в такой приятной компании удовольствие то еще, да и сомневаюсь, что Номи согласится на такой экстрим... Впрочем, пока что ничего подобного не случилось, а значит, можно будет просто гулять и не париться на этот счет.
   Но, сначала придется еще как-то "выцарапать" Номи из компании родни...
   С ее немногочисленным семейством я пересекся перед входом на территорию храма Ханума. Вернее, как, пересекся - не меньше получаса здесь проторчал, чтобы не упустить случайно, ищи ее потом.
   Благо хоть скучать в ожидании не пришлось, скорее даже одергивать себя, благо посмотреть вокруг было на что. Во время фестиваля храмовая территория из приятного но тихого местечка превратилась, фактически в продолжение ярмарки, организованной на прилегающей к ней площади. Устроено здесь все было, конечно, более чинно и организованно, но не менее притягательно.
   Впрочем, пропустить появление Ном Ли, было затруднительно при всем желании - ростом под два метра, широкоплечий, коротко стриженый и бородатый мужик возвышался над толпой словно башня. До приснопамятного Киина, чтоб ему икалось, правда, чуток не дотягивал по габаритам, но жена и дочь на его фоне все равно, буквально, терялись. Ну и тот маленький факт, что в отличие от толстяка, этот сорокалетний верзила уже достиг ранга "посвященный".
   - Ну, что, герой, слышал ты неплохо так повоевал вчера, - усмехнулся Ном Ли, представив меня своей жене. - Как самочувствие?
   - Благодарю за заботу, все хорошо, - отозвался я, коротко поклонившись. Быстро, однако слухи по школе разбежались.
   - М-да? Ну, тебе виднее, - демонстративно оглядев меня, с сомнением протянул наставник. И покачал головой. - Однако позволить всего лишь паре речных сопляков так себя отделать... Но, хоть победил и то ладно. Не уронил честь предшественников.
   Мне вот интересно, а сколько из наших наставников, в свое время, как и мы тоже с речниками "повоевать" успели? Сейчас-то все взрослые уже, остепенились и открыто поощрять детишек, вроде как и не солидно... Вот только, судя по тому, что нас ни разу за драки с речниками не то что не наказывали, а очень старательно игнорировали, гадать на чьей стороне симпатии этих "остепенившихся", не приходится.
   - Ладно, молодежь, гуляйте, - под неодобрительным взглядом жены, ухмылка с лица наставника мгновенно исчезла. - Только особо не увлекайтесь, до темноты чтобы вернулись по домам. Надеюсь, ничего подобного вчерашнему не произойдет.
   Взгляд Ном Ли из веселого мгновенно стал угрожающим, еще и яки своей сверху припечатал, не оставляя иных вариантов ответа. Только, мог и не стараться даже.
   - И в мыслях не было.
   Я что, дурной драки затевать во время свидания с красивой девчонкой? Не за тем на этот праздник явился, чтобы самому же его себе и портить... Морды недоумкам, если таковые найдутся, можно будет и после разбить, благо опыт имеется.
   Получив таким образом разрешение, мы поторопились удалиться, пока грозный родитель еще что-нибудь не придумал.
   Ради праздника Номи принарядилась в темно-синее платье с цветочным узором. Выполнено все было с таким мастерством и искусством, что и аристократке не стыдно было бы надеть. Ну, на мой непритязательный вкус - правда, оглашать эту мысль вслух я не рискнул, во избежание. Длинные волосы девушка собрала в аккуратный пучок на затылке, сколотый спицами оставив открытой тонкую шею... Единственное о чем можно жалеть, шагая рядом с такой красавицей, так о том, что здесь не принято ходить под ручку. Вот это было бы полное счастье, на зависть всем встречным парням.
   Впрочем, учитывая повязку на голове и разукрашенную следами вчерашней драки физиономию, завидуют мне очень вряд ли. Скорее уж усмехаются. Но - плевать! Потому как похвастаться тем, что пришли на праздник не с друзьями-приятелями, а с красивой девчонкой, среди встречных парней могут очень немногие. А я, могу. И хвастаюсь, пусть и молча. Так что, все очень даже круто.
   Повидаться у нас с ней вчера вечером не получилось, так что и о приключениях моих Номи знала только с чужих слов, без подробностей. Которые и стребовала с меня сразу же, как только мы оставили ее родителей. А я, что - я совсем даже не против, благо есть чем похвастаться.
   - Действительно, молодец, не испугался сразу против двоих выйти, - задумчиво покачав головой, произнесла Номи. И улыбнулась. - Храбрец.
   - А то ж, - довольно ухмыльнулся я в ответ, старательно давя желание взять ее за руку. Дурацкие местные обычаи, ведь такой момент! Блин.
   А вообще, такой спокойной реакции я как-то не ожидал, словно нечто само собой разумеющееся ей сообщил... Хотя, с таким отцом и не удивительно, наверное.
   Широкая аллея, проходившая насквозь окружавшую храмовый комплекс, рощу тянулась метров на сто с лишним. Удивительно но крупнейший из храмов Камхура, - а всего их насчитывалось восемь, не считая дорожных святилищ, - находился не в самом городе, а за его стенами. Не знаю уж как так вышло, но жители окраин таким раскладом были весьма довольны.
   Выложенная каменной плиткой дорожка тянулась по пологому склону холма, на вершине которого и располагался храм Ханума. В обычное время здесь было спокойно и тихо, но сегодня все изменилось - вместе с нами и на встречу двигалось множество людей в ярких, праздничных нарядах. А по обочинам дорожки то и дело встречались лотки с выложенными на них разнообразными амулетами - на удачу, здоровье и прочее. Многие покупали сразу по несколько штук, обмениваясь с родственниками или друзьями. Мне тоже парочка таких перепала, как и от меня - Номи.
   И повсюду во множестве были развешены большие бумажные фонарики, красного и белого цветов, с красовавшимися на них символами "жизнь", "душа" и "покой". День поминовения предков - один из двух крупнейших праздников в империи Хинну. Считается, что в этот день границы миров истончаются и души умерших могут, ненадолго, вернуться к своим потомкам. И поэтому сегодня все идут в храмы - воздать должное предкам, помолиться за них и испросить благословения.
   Ну, так я понял из того, что мне рассказывали. На деле же этот праздник соединяет множество самых разных традиций и ритуалов, в которые вот так, с ходу и не вникнешь. И очень жаль, что я не заинтересовался этой темой еще раньше, потому как слова о "истончившихся границах миров", в моем случае обретали вполне конкретный смысл.
   Номи свернула к стоявшей у края дороги стойке с молитвенными барабанами. Украшенные незнакомыми мне, сложными иероглифами, красные цилиндры беззвучно проворачивались под легкими прикосновениями проходивших мимо людей.
   - А ты не хочешь? - обернулась ко мне Номи.
   - У меня другая вера, - ответил я, шагая рядом с ней.
   За что стоит отдельно поблагодарить этот дикий и жестокий мир, так за отсутствие религиозных войн. Поводов, чтобы убить ближнего своего, здешним обитателям и без того было предостаточно. Аборигены с удовольствием резали друг друга за ресурсы, земли, власть - за что угодно, но выяснять, чья вера правильнее им и в голову не приходило. И это, безусловно радовало.
   - Расскажи? - попросила Номи, улыбнувшись. - Мне интересно.
   Рассказать... О том, сколько шансов у оказавшегося в другом мире, подростка хотя бы просто выжить? Не отравиться здешней пищей, не загнуться от какой-нибудь местной заразы, к которой у меня нет иммунитета. А то и самому устроить аборигенам эпидемию занесенными из другого мира микробами. Выжить - и вырваться! Получить свободу и тот самый шанс на лучшую жизнь...
   До того как "попал", - во всех смыслах, - к религии я относился с полнейшим равнодушием. С трудом мог бы припомнить пару молитв и несколько праздников, без точных дат. Но, сейчас... Оказавшись в другом мире, поверишь во что угодно.
   - Как-нибудь в другой раз, - я покачал головой.
   - Ну, как хочешь, - с заметным разочарованием протянула девушка, отвернувшись.
   На что я лишь молча кивнул, не испытывая никакого желания продолжать тему. Это мое, личное, вот пусть оно таковым и остается. Меня очень навряд ли можно назвать истинно верующим, - как я сам это понимаю, - но ту пару молитв, что сумел вспомнить, произносить трижды в день не забываю. И крестик себе вырезал, из дерева, в первый же день, как избавился от рабского ошейника... И очень хорошо, что аборигенам плевать на чужие религии, потому что менять веру, даже если предложат, ни за что не стану. Ведь не просто же так именно мне выпало оказаться в этом мире и выжить, несмотря ни на что. Тоуки овладеть...
   - Пойдем, глянем, что здесь еще интересного есть, - улыбнулся я Номи, кивнув вперед. Здесь и в обычное-то время есть на что посмотреть, а сейчас и подавно.
   После короткого раздумья меня все-таки решили простить и в общении вновь появилась прежняя беззаботность. Что еще нужно для хорошего свидания? Правильно - отсутствие унылой рожи Лина в пределах видимости!
   В какой-то момент толпа буквально вынесла нам на встречу этого недомерка с его приятелем. И, честное слово, мне даже жаль стало парня, когда тот увидел Номи... но, ненадолго! Через секунду он перевел свой взгляд на меня и желание сломать ему лицо взыграло с новой силой - столько злобы и натуральной ненависти на нем сейчас отразилось. Нет, миром мы с ним точно никогда не разойдемся.
   - Лин, - на плечо уже открывшего рот, чтобы явно ляпнуть чего-то в мой адрес, парня опустилась ладонь Ильмана. Бросив на меня короткий, нечитаемый взгляд, он рывком развернул своего друга спиной к нам и потащил куда-то в сторону.
   - Вот, ведь, - с раздражением процедила Номи, проводив взглядом скрывшихся в толпе парней. Но, секунду спустя на ее лице возникло какое-то хищное выражение и она ломанулась вперед, сцапав меня за руку. - Кайни! Айхи!
   Обернувшиеся на ее окрик, девушки радостно заулыбались. Лет шестнадцати, в таких же, как у Номи платьях, только цветочные узоры отличаются, красивые и, кажется, где-то я их уже видел... Ну, да, вместе с Номи и видел несколько раз, только познакомиться прежде не довелось. Каковое обстоятельство она немедленно и исправила.
   В завязавшемся следом, коротком разговоре я не участвовал - просто молча стоял рядом с Номи и изображая вежливое внимание, с трудом пытался вникнуть в тот поток информации, которую они умудрились вывалить друг на друга за пару минут. Стараясь при этом не краснеть под насмешливыми взглядами чертовых девиц.
   Уж лучше с Лином подраться, ей Богу.
   К счастью, особого желания затягивать общение у девчонок не возникло, так что они довольно быстро распрощались и мы вновь остались наедине с Номи. Впрочем, вряд ли надолго - праздник ведь, здесь сейчас народ со всех ближайших кварталов собрался, по любому кого-нибудь знакомого еще встретим. И не одного.
   А дальше мы просто гуляли по ярмарке, общались и наслаждались ощущением царившего вокруг праздника. И это было офигеть, как круто! Давно я уже так не отдыхал душой и даже сам не замечал, насколько меня гнетет усталость, копившаяся в попытках распутать этот бесконечный клубок проблем, в которые превратилась моя жизнь. А тут, словно глоток свежего воздуха, да еще и в такой приятной компании.
   К сожалению, продлилось удовольствие недолго - хмурившееся чернеющими тучами, небо начало ронять на землю первые капли дождя. Гулять по такой погоде явно не стоит, как бы ни хотелось обратного... Но, отказывать себе в удовольствии проводить Номи до самого ее дома я, конечно, не стал.
   - Спасибо за приятный вечер, - улыбнулся остановившейся перед калиткой в монументальном, каменном заборе, окружавшем небольшой особняк, девушке.
   - Мне тоже очень понравилось, - улыбнулась та в ответ. Быстро огляделась вокруг и, придвинувшись вплотную, поцеловала меня в щеку. - Спасибо.
   И убежала, помахав рукой на прощание. А я, недолго постояв с глупой улыбкой на лице, потопал домой не обращая внимания на разошедшийся ливень. На душе царило такое... не передать словами, просто! И вправду, замечательный день.
   - Эй, парень! - занятый своими мыслями, я не сразу допер, что обращаются ко мне.
   Обернувшись, с удивлением увидел здоровенного мужика в дождевой накидке и шляпе, умудрившегося неслышно подобраться ко мне буквально в упор...
   И мир погрузился во тьму.
  

* * *

  
   Придержав начавшего заваливаться назад мальчишку, мужчина аккуратно взвалил его на плечо и неторопливо направился обратно в переулок из которого только что вышел. Залитая дождем улица давно уже опустела и свидетелей можно было не опасаться, разве что случайный кто попадется. Но, если таковые и были, вмешиваться они не стали.
   Свернув за угол, мужчина осторожно уложил бессознательное тело на землю и отступил в сторону, уступая место склонившемуся над тем, спутнику. Невысокого роста, закутанный в очень просторную соломенную накидку и с закрывавшей лицо конусообразной шляпой - с первого взгляда сложно было понять, мужчина перед тобой или женщина.
   Присев на колено рядом с телом, невысокий выпростал из-под накидки обе руки и пробежался тонкими, длинными пальцами по лицу мальчишки. Аккуратно ощупал лоб, скулы, прикоснулся к вискам и темени.
   - Годится, - глухо прозвучал из-под шляпы мужской голос. Выпрямившись, он махнул рукой. - Забирай его и уходим.
   Так и не произнеся ни слова, высокий вновь взвалил на плечо по-прежнему пребывавшего в беспамятстве мальчишку и двинулся по переулку вслед за спутником.


Популярное на LitNet.com О.Рыбаченко "Императорская битва - Крах империи"(Киберпанк) И.Громов "Андердог"(ЛитРПГ) К.Вэй "Филант"(Боевая фантастика) О.Герр "Заклинатель "(Любовное фэнтези) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Боевик) У.Михаил "Знак Харона"(ЛитРПГ) Э.Никитина "Браслет. Навстречу своей судьбе."(Любовное фэнтези) Р.Прокофьев "Игра Кота-7"(ЛитРПГ) А.Лоев "Игра на Земле. Книга 3."(Научная фантастика) А.Эванс "Мать наследника"(Любовное фэнтези)
Хиты на ProdaMan.ru Песнь Кобальта. Маргарита Дюжева��ЛЮБОВЬ ПО ОШИБКЕ ()(завершено). Любовь ВакинаЗаписки журналистки. Сезон 1. Суботина ТатияПортальщик. Земля-матушка. Аскин-Урманов✨Мое бесполое создание . Ева ФиноваПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаНочь Излома. Ируна БеликКоролева теней. Сезон первый: Двойная звезда. Арнаутова ДанаКнига 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная КатеринаТитул не помеха. Сезон 2. Возвращение домой. Olie-
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"