# Питер Гамильтон. Пропущенный в переводе текст-2 (из "Обнажённый Бог. Финал")

Питер Ф Гамильтон

Между концом 25 главы и началом 26 у АСТ выпал кусок текста (довольно большой). Перевод простенький, но смысл можно уловить, я думаю.

Флюоресцентный жёлтый фрисби высоко взлетел над белым песком. Хейл изменила свою трансформ-руку в длинное щупальце, чтобы поймать его. Джей подпрыгнула, взволнованно захлопала в ладоши и пронзительно закричала:

- Бросай его назад, бросай его мне.

Щупальце обвилось вокруг обода, и Хейл быстрым движением запустила фрисби. Он полетел обратно в два раза быстрее, чем у Джей, следуя идеально ровной траектории.

Маленькой девочке пришлось прыгать, чтобы попытаться поймать снаряд. Фрисби резко шлёпнул ее по руке, и она свалилась на песок.

- Ой!

- Ты ощущаешь болезненность?

- Ещё как!

Джей вскочила на ноги, встряхивая зашибленную руку. Она бросила виноватый взгляд на здание клуба за чертой пляжа. Трейси укоряла её за неосторожность, узнав, сколько раз Джей обращалась к обеспечителю за медицинской помощью в тот раз, когда девочка отправилась на сёрфинг, и даже угрожала отобрать доску. И просьба к обеспечителю унять боль в ноющей ладони сейчас, скорее всего, приведёт к новым упрёкам.

- Время отдыха, - объявила Джей и плюхнулась на полотенце.

Хейл неуклюже потопталась, выкопала себе трансформ-рукой неглубокую лунку в тёплом сухом песке, затем уместилась в ней, испуская сильные мысли глубокого удовлетворения.

Джей пристально посмотрела на мини-холодильник, затем обернулась к клубу.

- За чем они сейчас наблюдают?

- Корпус показывает картинки с камер на Земле.

- Правда? Откуда именно?

- Из Лондона. Флетчер Кристиан приехал, чтобы помочь полиции найти Квинна Декстера. Трейси обеспокоена, что службы безопасности располагают оружием, разрушающим структуру жизнеформ.

Джей раздражённо вздохнула. Трейси твердила ей, какие важные события происходят в Конфедерации. Про себя Джей думала, что глупо уделять так много внимания и взвинчиваться из-за политических махинаций, как это делали старики-наблюдатели. Что она на самом деле хотела бы знать, так это когда же наконец всё закончится и она сможет увидеться с мамой. А множество политиков, спорящих о том, кто должен объединить планеты, вряд ли способно положить конец кризису.

- Друг Джей, что не так?

- Я хочу домой, - Джей ненавидела свой голос, так несчастно и плаксиво он звучал.

- Корпус просит тебя быть терпеливой.

- Ха! - страдания быстро превратились в острие гнева. - Как будто это его волнует.

- Конечно, волнует, - огорчилась Хейл. - Это волнует всех киинтов.

- Ладно. - Джей не хотела спорить с подругой, это всегда расстраивало обеих.

- Трейси приближается, - облегчённо сказала Хейл.

Джей увидела старую женщину, летящую к ним на аэроскутере цвета голубой металлик. Кое-кто из жителей посёлка пользовался для перемещения маленькими летательными аппаратами, каждый из которых был так же индивидуален, как и его владелец. У Трейси был летун скруглённой эллипсоидной формы с утопленным седлом посередине. Короткие стабилизаторы-крылья с красными габаритными огнями торчали из заднего плавника - для показухи, так считала Джей. А спереди красовались круговые фары из многогранного стекла - полный анахронизм. Трейса называла аппарат "моя Т-птичка".

Ещё одна вещь, которой Джей запрещали пользоваться. Она была убеждена, что обтекаемый летун мог развивать гораздо большую скорость, чем та, что выжимала из него Трейси.

Летун бесшумно скользил по воздуху, делая где-то 20 км/час, в добрых двух метрах над землёй.

Джей встала, стряхнула песок с купальника. Т-птица приземлилась рядом с ней.

- Извини, я опоздала, куколка, - сказала Трейси. - Хейл, моя дорогая, ты позаботишься о себе сама после обеда? Я собираюсь взять Джей на Агарн.

- Что такое Агарн?

Трейси пояснила, пока они шли обратно к шале, а Т-птица добросовестно следовала позади. Агарн был одной из планет, населённой небольшой группой киинтов. Они не вмешивались в ту жизнь, что бурлила на большинстве планет Дуги, предпочитая более философские занятия.

- Так что следи за своими манерами, - предупредила Трейси. - Это очень достойное общество.

- Зачем мы отправляемся туда?

- Киинты Агарна несколько отличаются от других. Я надеюсь, что они вмешаются в нашу пользу. Это на самый крайний случай, но дела в Конфедерации оборачиваются ужасно. Я беспокоюсь, что ситуация зайдёт в полный тупик. Ничто не разрешится, и это самое худшее, что может быть.

Она осмотрел одежду Джей, пару шорт цвета хаки и голубую футболку, и крепкие походные ботинки.

- Хорошо. Настоящий путешественник.

- Зачем ты берёшь с собой меня?

- Чтобы они могли посмотреть на настоящего человека.

- О. - Джей эта идея совсем не понравилась. - А они не могут смотреть на картинки из Конфедерации, как вы?

- В какой-то мере они посмотрели. Они не отгородились от Корпуса. Иначе не было бы никакого смысла в их посещении.

Джей только улыбнулась. Она все ещё по-настоящему не понимала, что такое Корпус.

С круга телепорта, куда они прибыли на Агарн, не было видно никаких строений. Обширная долина расстилалась перед ними, похожая на парк Ринайна, но будто оставленная без присмотра на пару столетий. Пышная изумрудная трава сплошным ковром покрывала землю. Деревья походили на переплетённые башни с гроздьями пурпурный шаров. Дюжина водопадов спускалась с высоких скал, окружавших долину, дробясь в расщелинах на ручьи, которые наполняли чаши озёр, ступеньками расположенными по склонам.

Трейси оглянулась, вытирая лоб кружевным носовым платком.

- Я и забыла, как жарко здесь, - пробормотала она.

Джей надела солнцезащитные очки, и они подошли к одному из озёр. Два киинта купались недалеко от берега.

- Здравствуйте, Фейвен, - сказала Трейси.

Киинт взмахнул тупым отростком трансформ-плоти и начал пробираться к берегу.

- Приветствую вас, Трейси Дин. Вы Джей Хилтон? Сомнение.

- Да, большое спасибо. Здравствуйте. - Джей приподняла солнцезащитные очки, как только киинт достиг берега и вышел на густую траву. Он очень походил на родителей Хейл, хотя Джей показалось, что дыхательные отверстия у него располагались под более острым углом, а ноги были более плоскими.

- Я благодарю вас за эту встречу, - сказала Трейси. - И хотела бы просить вас рассмотреть вопрос вмешательства.

- Я знаю. Зачем же еще наблюдателю посетить меня? После стабилизации Гебала, каждый раз, когда новый вид сталкивается с проблемой, меня просят проявить к ним расположение.

- Ваше просвещённость известна в Корпусе.

- Сам Корпус является постоянным напоминанием о Гебале. И я сомневаюсь, что будет разумно согласиться помочь. Такое понятие имеется в значительной степени в моем созерцании. Это отвлекает меня от более высоких мыслей.

- Гебал был уникальным случаем. Как и люди.

- Люди попали в неблагоприятную ситуацию.

- Тем не менее, мы можем достичь полного согласия. Обращённое население незначительно. Наш прогресс в направлении социальной зрелости, хотя, по общему признанию, и движется медленно, но постоянен. - Она указал на Джей. - Пожалуйста, обратите внимание на наш потенциал.

Джей выдала киинту свою лучшую улыбку.

- Некорректная попытка, Трейси Дин. Ребёнок любого вида - источник великого потенциала, хорошего и плохого. Я не могу оценить её личный путь, таким образом, логично обеспечить нейтрального свидетеля. К тому же, дети по своей природе невинны. Это позитивная предвзятость.

- Кроме Джей, здесь нет других людей.

- Что ж, - киинт обратил большие фиолетовые глаза на маленькую девочку. - Что ты желаешь прежде всего, Джей Хилтон?

- Я хочу, чтобы моя мамочка вернулась обратно. Я постоянно говорю это вашему Корпусу.

- Понятно. Я скорблю вместе с тобой о потерях, причиняющих тебе боль.

- Но вы не хотите помочь, не так ли? Никто не хочет. Я думаю, это ужасно. Все говорят, как мы не совершенны. Но знаете, что сказал мне однажды отец Хорст?

- Нет.

- Это очень просто и очень мудро. Если вы хотите знать, справедливо ли что-то, разверните наоборот. Так что, если вы знаете нас так хорошо, как утверждаете, то если бы у нас были тысячи планет, и обеспечители, и прочее, мы бы помогли вам, если бы могли?

- Достойный аргумент. Честный. Я знаю, это трудно, но есть более сложные моменты в этом деле, чем столь очевидные.

- Очень умно, - сказала Джей. Она в гневе сложила руки. - Я знаю, что возможно выгнать одержателей из тел, ими украденных. Я видела, как это делается. Так почему бы вам по крайней мере не помочь сделать это? Тогда бы мы сами разобрались, что нам делать дальше. Так вот чего вы на самом деле хотите, да? Чтобы мы сами встали на свою защиту?

- Оружие, разработанное вашими военными, не требует нашей помощи.

- Не то. Отец Хорст провёл обряд экзорцизма над Фрейей. Он выкинул одержателя из неё.

- Я заинтересован твоим сообщением. Корпусу ничего не известно об этом инциденте. Не могла бы ты сообщить мне обстоятельства произошедшего?

Джей пустилась в описание событий, имевших место в тот роковой день на небольшой ферме в саванне Лалонда. Этот рассказ заставил её осознать, как много всего случилось с тех пор, как много всего она повидала и совершила. И отодвинул образ её матери в прошлое, делая маму далеким воспоминанием. Джей закончила рассказ, и слеза скатилась по её щеке.

Рука Трейси легла ей на плечи.

- Тише, тише, куколка. Одержимые не смогут тебя достать.

- Да нет же, нет же, - завопила Джей. - Я не могу вспомнить маму. Я забыла, как она выглядит. Я пытаюсь, но не могу.

- По крайней мере, это я могу исправить, - сказал Фейвен. Шар-обеспечитель появился в воздухе рядом с девочкой. Из него выполз лист глянцевой бумаги. Джей осторожно взяла его. На одной стороне листа была напечатана фотография её матери. Джей улыбнулась, слезы были забыты.

- Это с её паспорта, - сказала она. - Я помню, как мы ходили в регистрационный офис вместе. Откуда вы это взяли?

- Изображение хранится в памяти вашего Терцентрала. У нас есть доступ.

- Большое спасибо, - с раскаянием сказала Джей. Она снова посмотрела на снимок, согретая взглядом матери. - Я думала, вы не пользуетесь вещами типа обеспечителей на этой планете. Что вы тут вернулись к природе или что-то вроде того.

- Наоборот, - сказал Фейвен. - Мы отвергли все, кроме нашей технологии. Постоянные физические структуры необязательны. Мы свободны, чтобы преследовать мысль в покое.

- Люди никогда не станут такими как вы, - с сожалением сказала Джей. - Получить всё сразу для нас было бы слишком скучным.

- Я рад. Ваши склонности уникальны. Дорожите ими. Будьте сами собой.

- Так вы поможете нам изгнать души?

- Я полагаю, что обстоятельства, позволившие отцу Хорсту провести экзорцизм, не будут многократно повторяться.

- Почему это?

- Как ты показала, у человеческих детей была очень твёрдая вера. Фрейя была воспитана на положениях христианской церкви, к которой принадлежали её предки. Когда отец Хорст начал обряд экзорцизма, Фрейя верила, что это сработает, что душа, овладевшая ей, будет изгнана. И в то же время, вторгшаяся душа пребывала в смятении. Она пережила некую форму чистилища, что означало, что священники того времени были во многом правы и обладали знанием некой фундаментальной духовной истины. И теперь душа столкнулась со священником, верящим в Божью помощь, верящим в изгнание духов. Три разных, но очень сильных убеждения соединились, оказывая на душу не только внешнее давление, но и действуя изнутри, в её собственных мыслях. Душа убедила себя в обоснованности церемонии. Её собственная вера обернулась против неё, и она сбежала, то есть, как она считает, ей пришлось покинуть тело Фрейи.

- Получается, отец Хорст не может сделать это для целой планеты?

- Нет.

- Ясно, - неохотно признала Джей. Она была побеждена приведёнными доводами.

- Какова ваша оценка? - почтительно спросила Трейси.

- Я признаю, что прорыв на Лалонде был событием посторонним. Но даже это не может оправдать масштабное вмешательство.

- Понимаю.

- Однако, потенциал вашей расы должен быть защищён. Вы можете инициировать вопрос о раздельном существовании.

- Спасибо, - прошептала Трейси.


- Я не понимаю, - жаловалась Джей, когда они вернулись в шале. - Чему ты так рада? Корпус не будет вмешиваться.

Трейси сидела в одном из шезлонгов на веранде, на этот раз нарушив собственное правило и заказав чашечку чая обеспечителю.

- Ты абсолютное чудо, куколка. Оценка Фейвен сразу станет политикой Корпуса. Это позволит нам основать совершенно новую человеческую колонию, если Конфедерация развалится.

- Почему это хорошо? Одержимые не смогут распространиться на все колонии, ты сама это говорила.

- Я знаю. Всё дело в знании, понимаешь? Люди узнали о душах прежде, чем были достаточно развиты социально, чтобы иметь дело с таким откровением. Теперь это знание будет действовать как духовный загрязнитель в каждой культуре. Это разделит человечество на тысячу ссорящихся группировок, что уже началось на Кулу с их идеей внутренней Конфедерации богатых миров. Восстановление после такой катастрофы займёт поколения, и даже тогда решение будет отягощено тем, что произошло прежде. А Корпус может основать колонию, скажем, из миллиона человек с нуля. Наблюдатели будут уполномочены купить или позаимствовать яйца и сперму, хранящиеся в ноль-тау, из медицинских и биологических институтов по всей Конфедерации. Начальное население новой колонии будет выращено в пробирках и отдано на попечение AI до взросления. Таким образом, информация, которую они получат, может быть тщательно отредактирована. Мы можем начать с высокотехнологичного общества уровня Конфедерации по научному знанию и развиваться естественным путём.

- Фейвен может всё это сделать?

- Любой киинт может это сделать. Хотя слишком многие из них заняты соглашательскими процедурами, если ты меня спросишь. По крайней мере, киинты Агарна сделают усилие, чтобы протолкнуть такое решение. Не как в случае Спящего Бога.

- А это что? - нетерпеливо спросила Джей.

Трейси мрачно улыбнулась.

- Что-то от старой расы, ушедшей давным-давно. Он создаёт настоящую дилемму для этой цивилизации так называемых мастеров философии. Не то, чтобы они могли что-нибудь сделать в такой ситуации. Я думаю, это то, что задевает их в принципе. Они были бесспорными хозяевами этой части вселенной так долго, что обнаружить нечто бесконечно превосходящее их стало шокирующим событием. Возможно, вот почему Фейвен был так расположен сегодня.

Трейси замолчала; у подножия веранды появился Галик.

- Ты сделала это, - сказал он.

- Определённо да, - улыбнулась Трейси.

Он подошел и сел в шезлонг рядом с ней. Вскоре другие отставные наблюдатели собрались на обсуждение новой колонии. Они пылали энтузиазмом, которого Джей не замечала в них прежде, и это делало их моложе. А раньше они чуть ли не целыми вечерами лишь вспоминали прошлое.

После наступления темноты, тусовка перебралась в гостиную Трейси, обложившись звездными картами и отчётами о планетарных исследованиях. Споры о достоинствах возможных местах новой колонии бушевали вовсю. Большинство хотело видеть колонию в той же галактике, где и Конфедерация, даже если она должна находиться на другой стороне от центра.

Где-то около полуночи Трейси поняла, что Джей заснула на диване. Галик взял ее на руки и отнёс в спальню. Она не проснулась, когда он накрыл ее одеялом и положил принца Делла на подушку с ней рядом. Галик на цыпочках вышел, закрыл дверь и вернулся к обсуждению.


* * *


Луиза бежала полмили вниз по Хеллоуэй-роуд. Начало улицы было узким, над дорогой нависали высокие кирпичные здания с выступающими подоконниками и желобами. Первые этажи занимали небольшие магазины и кафе, чьи серые и грязные фасады были наглухо закрыты. Звук её шагов громыхал по непреклонным стенам, как маяк для всех сигнализируя: тут есть кто-то живой.

Дальше дорога начала расширяться. Здания стали более опрятными, чистыми, в блестящей краске, и с более процветающими конторами. Узкие боковые дороги ответвлялись каждые сто ярдов или около того, заставленные привлекательными домиками с террасами. Белые берёзы и вишнёвые деревья в их палисадниках склонялись над тротуарами, даря округе подобие тихого предместья.

Наклон начал выравниваться, открывая по крайней мере милю прямой пустынной дороги впереди Луизы. Большие торговые помещения тянулись по обе стороны, их голографические объявления крутились над широкими тротуарами, образуя быстро переливающуюся радугу. Информационники транспортного контроля висели над полосами движения на пересечении боковых дорог с главной, вспыхивая отражениями на голом бетонированном полотне.

Луиза приблизилась к остановке, тяжело дыша от напряжения. Она не различала никакого движения у себя за спиной, но сзади было так темно, что вряд ли она сумела бы разглядеть преследователей раньше, чем они оказались прямо перед нею. Бегство под иллюминацией голограмм было ошибкой.

Толлингтон-уэй был в пятидесяти ярдах впереди нее, в сторону от дороги расходился лабиринт переулков, как это свойственно каждой крупной лондонской улице. Держась за бока, чтобы унять боль при дыхании, Луиза трусцой пробежала сто ярдов вниз по ней, потом остановилась и сгорбилась в глубокой тени подъезда.

Ее намокшие леггинсы натёрли бёдра, футболка была отвратительно холодной и влажной, а ступни съёжились. Она дрожала всем телом от холода. Высоко вверху маленькие зеленые огни вспыхнули на оболочке купола.

- И что теперь? - выдохнула она в их сторону. Чарли должен был наблюдать за ней через сенсоры, видя ее уменьшенное инфракрасное изображение в маленьком шаре. Она послала запрос на общий доступ к сети. Никакого ответа.

Беги и прячься, сказал ей Чарли. Легко сказать. Но где? Никто не собирался открыть свои двери незнакомцу этой ночью. В неё, наверное, будут стрелять только за то, что она постучится и попросит укрыться.

Кот взвыл, спрыгнул со стены соседнего дома и побежал вдоль по улице. Луиза перекатилась по земле и плавно вскинула стержень анти-памяти прежде, чем осознала, что это был за шум. Кот, пушистый табби, подскочил, выгнулся, и наградил Луизу презрительным взглядом.

Она всхлипнула и обмякла. Программа управления оружием была все еще в приоритетном режиме. Она отключила прогу, с болью поднялась на ноги, стряхнула грязь с колен и спереди у жилета.

Кот еще виднелся силуэтом на фоне голограммной дымки, занавесившей конец Толлингтон-уэй, его хвост высокомерно рассекал воздух. Было очевидно, что она все еще слишком близко к Хеллоуэй-роуд; ее преследователи спустятся вниз, обшаривая обе стороны дороги. Флетчер говорил, что они могут чувствовать людей, даже не видя их.

Луиза обратилась к карте центральной части Лондона, которую она хранила в памяти своей нейронной сети, и отошла от света. Оружие анти-памяти скользнуло обратно в карман жилета. Она не могла разобраться, какой способ избежать поисковых отрядов лучше: оставаться на одном месте (при условии, что она сможет найти заброшенное помещение) или постоянно перемещаться. Определить шансы было невозможно, главным образом потому, что она не знала, с чем ей предстоит столкнуться: с организованной, систематической охотой или с парочкой одержимых, шляющихся кругами с безучастным видом.

Изучать карту было почти бессмысленно, это ничего не давало. Без цели, без пункта назначения одна улица была такой же, как и любая другая. Карта лишь предупреждала Луизу о ближайших пересечениях с крупными магистралями.

"Возможно, я просто должна найти где-нибудь место, чтобы спрятаться. Как предлагал Чарли."

Машинально она вызвала адрес отеля Ритц. Карте пришлось изменить масштаб, настолько отель был далеко от нее. Это было далеко, да. Жаль, никто не подумал охотиться на неё там.

- Энди, - прошептала она в шоке. Единственный человек, которого она знала в Лондоне. И кто никогда не отвернулся бы от неё.

Она достала его электронный адрес и прогнала через каталог Лондона, загруженный ей вместе со всем другим барахлом, рекомендованным в качестве основных инструментов личного выживания в аркологе. Некоторые люди не включают физический адрес в свои сетевые данные. Но не Энди. Он жил в Ислингтоне, где-то на Халтон-роуд. Крошечная синяя звезда зажглась на карте.

Две мили.

"Милый Иисус, пожалуйста, пусть он будет дома."


* * *


Они приковали Флетчера к алтарю наручниками, пропустив через них электрический ток, чтобы нейтрализовать его энергистическую силу. Они сорвали с него одежду и вырезали непристойные руны на его плоти. Они обрили его. Они сожгли кучу Библий и богослужебных книг на его ногах и пеплом намалевали пятиугольник вокруг его тела. Над его головой они повесили перевёрнутый крест на изношенной и гнилой верёвке.

Призраки скользили вокруг, демонстрируя свои безутешные выражения сочувствия.

- Сожалеем, - шептали они, - сильно сожалеем.

Ушедшие герои, приниженные и смиренные в их бессилии. Одержимые плевали на них, глумились, издевались, столкнувшись с ними.

Собор Святого Павла озаряли лишь бледный свет дымящихся жаровен и ряды свечей; своды купола оставались незримыми. Новым фимиамом стал запах потных тел и жареного лука. Молитвы вытеснил рок, ревущий из бумбокса, а между треками - звуки совокупления.

С головой, неловко вывернутой назад к камню, Флетчер видел нескольких молодых одержимых, что в обезьяньей манере карабкались по витражам и закрашивали стёкла липкой чёрной жижей. Тёмная фигура закрыла Флетчеру обзор. Квинн наклонился над ним.

- Приятно видеть тебя снова.

- Наслаждайтесь насмешками, пока можете, вы, бесчеловечное чудовище. Вам не издать их ни разу больше, лишь день этот минет.

- Ты хорош. Я восхищаюсь этим. Ты удрал с Норфолка, что было непросто. И ты спустился на Землю, а это было просто охрененно невозможно. Очень хорош. Что ты сделал? Заключил сделку с полицейскими шишками?

- Мне неизвестно ничего из того, что вы сказали.

- Хрень! Лады, я спрошу ещё раз, очень медленно, заторможенно медленно, спецом для тебя. Кто провёз тебя на Землю?

Флетчер не ответил. Квинн провёл рукой по железной полосе, сжимающей лоб пленника.

- Я могу приказать им увеличить напряжение. И станет значительно, значительно хуже.

- Только пока я остаюсь в этом теле.

- А ты не такой тупой засранец, в конце концов. - Квинн змеёй вполз на алтарь рядом с Флетчером и придвинул к нему вплотную свою накрытую капюшоном голову. - Прежде чем мы продолжим, - зашептал он. - Как она любит трахаться? Давай, ты можешь мне сказать. Она горячая штучка? Или она просто лежит как полено? Просто между нами. Я никому не скажу. Она хорошо сосёт? Нравится ли ей в попку?

- Вы недостойны жить, сэр. Я буду наслаждаться вашим падением, ибо это будет громадный путь с высоты вашей надменности.

- Только не говори мне, что никогда не пытался ей вставить! Луизе? Да она была с тобой несколько недель. Всё это время. Вы должны были. - Квинн смахнул камешек, слегка озадаченный. - Чёрт, да ты тогда не человек.

- Ваши суждения не имеют ни ценности, ни актуальности для меня.

- Да? Есть одно суждение, которое могло бы тебя заинтересовать. Я собираюсь выяснить, на что она похожа. Мои люди принесут её сюда, ко мне, и тогда ты сможешь наблюдать, как я и Кортни поработаем над ней. Я заставлю тебя смотреть. Увидим, как долго ты сможешь сохранить своё засранское превосходство. Чёртов ублюдок!

- Сначала вам придётся её найти.

- О, я найду, поверь. Даже если мои дебилы не найдут её сейчас, Его армия принесёт её мне. А тогда последняя маленькая ниточка надежды, что ты хранишь, оборвётся. Ты кричать, и умолять, и плакать, и проклинать своего дерьмового ложного Господа за его божественное бездействие.

- Неисповедимы пути Господа, которыми Его дары нисходят. И пусть время чудес в прошлом, но Его посланники ещё ходят среди нас. Вы проиграете. Так записано.

- Чушь. Нет никаких посланников. И книгу сжёг я ту, где было "так записано". И мой Господь придёт, не твой. И Он не ходит "неисповедимыми путями". Брат Божий прям и груб, как предстоит тебе узнать. Лишь, впрочем, если я не пощажу тебя.

- Я никогда не запятнаю себя вашей жалостью, сэр.

- Нет? А как насчёт бедняжки Луизы? Иди к нам. Будь на стороне победителей. И я подарю её тебе, сразу же, в тот же миг. Только не трогай волосы на её голове. Обещай. Их так много, много волос.

Флетчер издал короткий, горький смешок.

- Я серьёзно, - спокойно сказал Квинн. - Ты умный, жесткий. Я хотел бы иметь таких людей, как ты. Ты ведь какой-то там офицер, так? Половина этих говноголовых, которые работают на меня, не могут найти свою задницу обеими руками. Я могу поставить тебя во главе их всех. Ты сможешь делать всё, что пожелаешь. Жениться на Луизе. Жить во дворце. Что может быть лучше?

- Я сожалею, я ошибался. Я думал, вы опасны, но теперь я ясно вижу, что вы просто мелки. Господь Наш Иисус предложен был на царство, и отказался. Верю я, что в силах воспротивиться желанию чужой жены и лёгкой жизни тоже. Ужель не поняли вы до сих пор, что в состояньи нашем жалком, создать мы можем всё, что пожелаем для себя? И ничего иного предложить не в силах вы, лишь льёте пустых угроз поток.

- Пустых?! - крик ярости заклокотал во Квинне. - Приидет Он, Господь Мой, а не твой. И если мне не веришь, у призраков спроси. Они-то слышат, как тёмных ангелов орда топочет ближе. И Ночь Его падёт. И это - единственное будет чудо.

- Нет. На смену ночи день приходит, так всегда и было, и так будет неизменно. Аминь.

Квинн оттолкнулся с алтаря и встал. Он держал оружие анти-памяти перед лицом Флетчера.

- О'кей, веселье кончилось, придурок. А теперь скажи, что это такое?

- Мне это незнакомо.

- Стрелял ты из него достаточно свободно прежде. Так это, значит, для меня? Вот для чего большие боссы копов тебя послали? Выследить меня? - Квинн обернулся и махнул рукой.

Френкель вышел вперёд и бросил тело Билли-Джо на алтарь рядом с Флетчером. Голова молодого человека была разбита, глаза открыты, взгляд не сфокусирован, но он ещё дышал.

- Мы нашли его в таком виде внизу под башней. Большому чёрному чуваку удалось попасть в него из такой вот штуковины, прежде чем мои войска одержали верх. Теперь я понимаю, что это. Это оружие, которое должно выгонять одержателя из тела хозяина. Каждый чёртов учёный в Конфедерации, небось, работает над этой проблемой прямо сейчас. Но этот образец немного более мощный, не так ли? Билли-Джо не был одержим, но выстрел вышвырнул его чёртову душу из тела. - Квинн улыбнулся и вжал клыки в белые губы, почувствовав струйку беспокойства в мыслях Флетчера. - Или оно делает нечто большее? А? Эти боссы полиции играют по самым высоким ставкам, какие только существуют. Они знают, что я могу просто вернуться назад в другом теле и начать весь крестовый поход заново. Потому что я не могу умереть, так ведь? Мы теперь все бессмертны.

Лицо Флетчера стало маской упорной решимости.

- Ах, - тихо сказал Куинн. Он поднял оружие, рассматривая его с уважением. - Давай поставим небольшой эксперимент, да?

Его рука сделал пас над Билли-Джо, открывая энергистической силой щель в потусторонний мир. Какая-то душа с усилием проникла в тело Билли-Джо. Он сел, свистящее задышал, жадно оглядываясь.

- Как насчет этого? - восхитился Квинн. - Нет напряжения, нет боли. Мы можем устроить целую игру из воскрешений. - Он посмотрел на Флетчера и усмехнулся. - И знаешь что? В неправильных руках эта маленькая игрушка, что ты принёс мне, может быть по-настоящему опасна.


* * *


Квартал на Халтон-роуд состоял из трёх недорогих жилых башен, предназначенных для бедных и пожилых людей. Треть жителей по-прежнему попадало в эту категорию, остальные работали в теневой экономике или жили на пособие по безработице, проводя свои дни под воздействием дешёвых программ-стимуляторов и синтезированных дома наркотиков. И больше никаких развлечений. Вся площадка между двадцатиэтажных башен была забетонирована и уставлена рядами небольших гаражей. Полустёртые белые линии отмечали места бейсбольных и футбольных полей, хотя корзины и стойки ворот были вырваны из земли несколько десятилетий назад. Несмотря на классический городской пейзаж упадка, это было идеальное место для Диско В Конце Мира.

Энди танцевал на истёртом бетоне с заката, охваченный общим безумием. Из всех лондонских обитателей, жители этого квартала теряли меньше всего, когда одержимые стройными рядами выйдут из тьмы. Это было так... запущено. Если вы без сомнения ожидаете, что будете схвачены злобными мертвецами, подвергнуты пыткам, ваше тело употребят упыри, и вы проведёте остаток вечности в качестве зомби-раба, то вам, несомненно, причитается одна по-настоящему достойная вечеринка прежде, чем это произойдёт.

Опустились сумерки. Устроители подпольных пати вытащили свои дряхлеющие стойки с усилителями и прочую аппаратуру, и когда солнце покинуло небо, стучащий ритм загремел в окна насмешкой в совершенно бесполезном вызове новым повелителям акролога. Все принарядились для вечеринки. Это нравилось Энди. Диско-дивы в своих блестящих микро-платьях, горячие фанк-танцоры в кожаных штанах и ослепительно белых рубашках, джив-мастера в крутых прикидах. Все скользили и покачивались как одна громадная густая масса разгорячённых тел, делая дурацкие движения под дурацкие старые песни.

Энди крутил бёдрами, махал руками и вообще оттягивался по полной, так, как он никогда не делал раньше. Теперь не нужно было быть застенчивым, и завтра люди не будут смеяться над ним и его координацией. Он отхлёбывал из бутылок, передающихся по кругу. Пообжимался с парой девчонок. Подпевал высоким писклявым голосом. Он делал свои собственные "крутые движения". Он веселился и смеялся, удивляясь, почему он, чёрт возьми, впустую потратил свою жизнь.

И там была она. Луиза. Стояла прямо перед ним. Растрёпанная, в мокрой одежде. С красивым и убийственно серьёзным лицом.

Среди толпы буйных танцоров она стояла в круге пустоты. Люди инстинктивно избегали её, понимая, что какой-бы персональный ад она не несла в себе, они не хотят даже малой его части.

Ее губы приоткрылись, крича ему что-то.

- Что? - крикнул он в ответ. Музыка была невероятно громкой.

Она беззвучно произнесла: "Помоги".

Он взял её за руку и повёл через двор. Через кольцо пожилых людей, стоящих по всему краю танцевальной толпы, радостно хлопающих и топчущихся на месте. Через холл из кирпичных стен, и вверх, по каменной лестнице, к своей квартире.

Когда дверь за ними закрылась, Энди подумал, что он спит, потому что Луиза была в его доме. Луиза! В последнюю ночь существования они были вместе.

Его окно выходило на улицу, а не во двор, так что музыка была приглушена до постоянного басового стука. Он потянулся за светопалочкой; электросеть вырубилась ещё ранним утром.

- Не надо, - сказала Луиза.

Без работающего кондиционера стёкла покрыл густой конденсат, но было достаточно цветомузыки от дискотеки, чтобы выявить контуры маленькой комнаты. Кровать в одном конце, с давно не стиранными простынями. Кроме одного стола из ПВХ, заваленного электронным оборудованием, из мебели были только картонные коробки. Кухня в арочной нише отгорожена пластиковой шторой.

Энди надеялся, что она не будет разглядывать его жилище слишком пристально. Даже в этом свете оно было захудалым. Его восторг при встрече её исчезал по мере того, как реальность его жизни требовательно просачивалась обратно.

- Это ванная? - спросила она, указывая на одну из дверей. - Я промокла и замёрзла.

- Хм, извини, нет. Это должна была быть спальня, но я использую её, чтобы хранить барахло. Душевая дальше по коридору. Я покажу тебе.

- Нет.

Луиза подошла к нему, обняла, прижалась головой. Это так поразило его, что он замер на пару секунд, а потом осторожно обнял её в ответ.

- Так много ужаса в моей жизни сегодня, - сказала она. - Так много гадости. Я была так напугана. Я пришла сюда, к тебе, потому что я должна. Не осталось никого другого для меня теперь. Но я хочу быть с тобой. Ты понимаешь?

- Вообще-то, нет. Что с тобой случилось?

- Это не имеет значения. Я - до сих пор я. Сейчас.

Она поцеловала его, настойчивость возбуждала её новым, никогда не испытанным образом. Доведённая до отчаяния, она нуждалась в защите, обожании и обещании, что весь мир - это прекрасное и доброе место.

Она потребовала всё. Всё, что Энди и его маленькая неубранная кровать могли ей дать. Всю ночь она была боготворима, слушая, как его восторженные крики вплетались в музыку диско, в то время как туманные яблоки радужного света играли по потолку. Воздух в маленькой замкнутой комнате стал неимоверно душным от жары и испарений пота с их тел. И они не обратили внимания, что гигантская система циркуляции воздуха вестминстерского купола отключилась.

К тому времени как первые усики тонкого тумана потянулись от Темзы, стелясь, к прибрежным зданиям, их взрывы оргазма вместо удовольствия стали походить на боль, так как запланированное совращение вынуждало уже перегруженную плоть продолжать. Наконец изысканный наркотик отчаяния был избыт, и они вцепились друг в друга, слишком опустошённые, чтобы желать знать, что снаружи тонкий слой облаков начал светиться красным над сердцем древнего города.


конец главы 25


начало новой главы 26


Лайол подвёл "Леди Макбет" к шару космодока на ободе диск-города, где был припаркован челнок, зафиксировав позицию метрах в двадцати зияющего люка. Джошуа твёрдо настаивал, чтобы они не залетали внутрь.


Разработка процедуры доставки Квантук-ЛОУ и пятёрки из его окружения внутрь корабля заняла всю поездку от прозрачного пузыря до шлюз-люка обода. В конце концов решили, что двое из команды Джошуа, Квантук-ЛОУ и ещё один моздва прибудут челноком на корабль первыми. Всего будет три рейса, и Джошуа должен полететь последним. Координатора ресурсов эта процедура устраивала тем, что в таком случае корабль не улетит, как только его капитан окажется на борту, бросив его самого снаружи. Мысль о том, что Джошуа, как командир, не оставит никого из своей команды, была ему, очевидно, чужда. Интересная точка зрения, люди согласились, и хороший указатель поведения в будущем.


Чужаков-ксеноков решили разместить в нижнем зале капсулы Д, которая имела свою собственную цепь био-изоляции среды. Сара изменила её, чтобы обеспечить сочетание газов в соответствии с атмосферой Тоджолт-ХЛ, которая содержала большую долю аргона, и ей пришлось полностью исключить углеводороды.


Когда Квантук-ЛОУ окажется внутри и Джошуа вернётся на мостик, моздва сообщат координаты места назначения.


Скафандры моздва были сделаны из плотно облегающей ткани и сплетения теплорегулирующих каналов. Только для двух пар верхних конечностей имелись рукава, нижние ноги были прижаты к телу, делая низ скафандра похожим на гигантский чулок. Шлем был приземистый, с выпяченными, словно бородавки, внутренними механизмами и с выступающим вперед стеклянным визором, имеющим несколько защитных опускающихся щитков. На спине находился конусообразный мешок жизнеобеспечения, вершина которого переходила в бахрому мелких струящеся-чёрных рёбер. Один толстый бронированный кабель связывал мешок со шлемом. К внешней обвязке скафандра крепились электронные модули и ёмкости тем же способом, что и на жилеты.


Болью и Эшли через сенсор на потолке смотрели, как ксеноки прошли через соединительный воздушный шлюз в зал. Моздва не двигались так же легко, как они это делали в городе - отсутствовали ветви, чтобы придать устойчивость. Но они быстро приспособились, цепляясь за скобы и межпалубные трапы.


Когда последний был внутри, Эшли закрыл люк и пустил новую атмосферу. Квантук-ЛОУ ждал в середине гостиной, пока другие проводили детальный осмотр. Большинство установок на этот полёт были убраны, оставляя салон спартанским. Что не давало ксенокам образцов технологий для исследования и не позволяло, конечно, повредить ничего критического. Моздва убедились, что помещение не враждебно активно, и подтвердили, что атмосфера приемлема, затем сняли скафандры и перенесли электронные модули с обвязки скафандров на их обычное место, на жилеты.


Болью воспользовалась детектором нейтринного рассеяния, когда ксеноки проходили шлюзовую камеру "Леди Макбет" для сканирования оборудования, что они с собой принесли. Алкад и Питер присоединился к ней в анализе функции различных компонентов. У моздва имелись небольшие цилиндры химического взрывчатого вещества, лазеры, катушка алмазной проволоки и устройство, которое Алкад и Питер определили как способное производить мощный электромагнитный импульс. Внутренние силовые генераторы молекулярного связывания смогли бы поддержать целостность оболочки зала против любого из этого оружия, вздумай ксеноки проявить враждебность.


Более интересным было то количество имплантов, которым каждый из моздва был нагружен. Центральный нервный столб, проходящей через всё тело, имел ряд вложений, сращенных с ним, искусственные волокна которых раскинулись по всей ткани с образованием вторичной нервной системы. Биохимические устройства были привиты на железы и систему кровообращения, дополняя функции органов. Компактные цилиндры оружия скрывались в мышцах конечностей.


- Оружие я могу понять, - сказал Рубен, когда Болью показала снимки по линии общей связи. - Но остальное мне кажется излишним. Возможно, их органы до сих пор не в полной мере эволюционировали для невесомости.


- Я не согласен, - возразил Кейкус. - Квантук-ЛОУ не имеет такой степени улучшений как пять других. Я бы сказал, что его эскорт является моздва-эквивалентом наших усиленных наёмников. Они смогут продолжить функционирование, даже если будут сильно повреждены.


- Замечу, что физиологическое состояние Квантук-ЛОУ во многом превосходит других, - сказал Паркер. - Его костная структура безусловно толще, и, из того, что мы можем понять, биохимические функции его внутренних органов имеют более высокую степень эффективности. Это позволяет мне полагать, что он является результатом направленной селекции. Пятнадцати тысяч лет недостаточно для полной эволюционно-генетической адаптации к невесомости, нужно внести слишком много изменений по сравнению с гравитационной средой.


- Если вы правы, это могло бы подтвердить аристократически основанную социальную структуру, - сказал Кейкус. - Тогда весь их административный класс - это элитная порода.


- Также у него большое количество процессоров, в живлённых в отросток коры головного мозга, - сказал Оски. - Гораздо больше, чем солдат. Они увеличивают его память и аналитические способности до аналогичного уровня нейронаноники.


- Физическое и умственное превосходство, - сказал Лайол. - Отдаёт фашизмом.


- Только в человеческих терминах, - упрекнул его Рубен. - Проецировать наши ценности на ксеноков, а затем намереваться судить их - это вершина самомнения.


- Простите, - пробормотал Лайол. Он посмотрел по сторонам и увидел Эшли и Дахиби, которые ухмылялись эденистскому снобизму, а Сара показала большие пальцы вверх.


- Исторически, аристократия высокомерна, - сказала Сиринкс. - Если все доминионы структурированы таким же образом, это могло бы объяснить, почему их разногласия так быстро переросли в войны. Административный класс рассматривает солдат как расходный материал, и, как и всё остальное, они лишь ресурс, который эксплуатируется для пользы доминиона.


- И где тогда наше место в в их аккуратной иерархии? - спросила Сара.


- То, что мы имеем, ценно для них, - сказал Паркер. - То, чем мы являемся, нет. Они будут иметь дело с нами только на этом уровне.


Джошуа скользнул через нижний люк палубы на мостик, и опустился в его противоперегрузочное кресло. Он датавизировал полётному компьютеру сделать обзор систем, и принял командные функции от Лайола.


- Мы готовы, - сказал он Квантук-ЛОУ. - Пожалуйста, сообщите нам координаты.


Один из электронных модулей моздва передал поток данных.


- Это одно из сплетений в сети, девятьсот километров, - сказала Болью. Она датавизировала строку инструкций спутникам-шпионам, приказав ближайшему провести подробное сканирование сектора. - Сам узел примерно четырёх километров в поперечнике, находится на высоте семнадцать сотен метров выше уровня диска. Много инфракрасного излучения в окрестности. Большинство труб узла мертвы. Теплообменные механизмы вокруг ещё функционируют, но с уменьшенным выходом.


- Кто-то всё ещё жив там, - сказала Сара.


- Похоже, что так.


- О'кей, координаты у нас, - сказал Джошуа Квантук-ЛОУ. - Какое ускорение вы можете выдержать?


Возникла небольшая пауза.


- Тридцать процентов ускорения, которое вы использовали, когда подошли к Анти-КЛ, будет приемлемым для нас, - сказал Квантук-ЛОУ.


- Понял. Обезопасьте сами, пожалуйста.


Джошуа выставил боевые датчики "Леди Макбет" и убрал заслонки. Экипаж перешёл в режим боевой готовности. Быстрая проверка датчиков зала показала, что шесть моздва легли ничком на подушкообразный настил, который Болью и Дахиби выложили для них на пол.


Не было смысла включать основной термоядерный двигатель. Джошуа использовал дополнительный, чтобы ускорить корабль на одну десятую g. Вычисленный курс выводил их на сто километров над солнечной стороной диска, затем изгибался по направлению к узлу.


- Газовые факелы полыхают и на этой стороне, - предупредила Болью. - Они всё ещё воюют там, внизу.


Джошуа связался к Квантук-ЛОУ.


- Мы видим еще много конфликтов на Тоджолт-ХЛ. Нам бы помогло знать, будем ли мы, скорее всего, атакованы, и чем.


- Нет. Доминионы Тоджолт-ХЛ не будет атаковать этот корабль, если им не покажется, что вы улетаете. Если я не обеспечу им вашу технологию межзвёздного привода, то их отчаяние увеличится.


- Какую форму примет атака? У вас есть корабли, которые могут перехватить нас?


- У нас нет других, кроме виденных вами солнцечерпательных, кораблей. Против вас будет использовано лучевое оружие. Я бы предположил, что многие доминионы будут строить быстрые автоматизированные транспортные средства. Скорость, с которой "Леди Макбет" может путешествовать, изучалась. Они будут быстрее.


Джошуа обернулся к команде.


- Я бы сказал, что нам не нужно беспокоиться о ракетах. Лазеры, вот что меня беспокоит. Доминионы имеют разновидность энергогенерирующих ёмкостей, что делает наши защитные платформы довольно слабыми.


- Но не на этой стороне диск-города, - сказала Болью. - Объём данных с датчиков значительно снизился с тех пор, как мы перелетели через край. Девяносто процентов их систем установлены на обратной стороне.


- Они могут ткнуть лазер через фольгу достаточно быстро, - сказал Лайол.


- Мы будем следить за этим, - ответила ему Сара.


- Я всё же хотел бы понять расклад, - сказал Джошуа. - Квантук-ЛОУ, вы можете сказать мне, какие доминионы в союзе с Анти-КЛ?


- Кроме четверых наших главных союзников, ничего точно узнать нельзя. Ваш приезд нарушил структуру доминионов на каждом уровне. Доминионы края ищут союзников в центре. Центральные доминионы борются между собой, так как старые союзы начинали замещаться с помощью лжи и несдержанных обещаний.


- И всё это сделали мы?


- За всю нашу историю ресурсы были ограничены, и наше общество отражает это. Теперь вы пришли, и каждого ресурса вдруг стало бесконечно много. Теперь может существовать только один доминион.


- Как так?


- Мы находимся в балансе. Центральные доминионы имеют большую площадь, чем те, что у обода, но обод - это то место, откуда распространяется новая масса, собранная солнцечерпательными судами. Наша ценность, таким образом, равна. Каждый доминион обода снабжает союзников в центре массой, и количество массы, которое может быть доставлено, очевидно, зависит от количества солнечных черпаков. Количество солнцечерпательных судов, которые могут быть построены, зависит от размера альянса. Их конструкция поглощает страшное количество наших ресурсов. Когда солнечный совок не возвращается, количество массы, доступной альянсу, уменьшается, приводя к дефициту и трудностям среди доминионов. Тогда альянс становится слабым, так как доминионы борются друг против друга, чтобы получить требуемый им поток массы. Вот тогда координаторы в каждом доминионе переходят к установлению новых альянсов, которые позволят им вернуть свой старый уровень поставок.


- Я понимаю, - сказал Джошуа. - С нашей технологией, позволяющей вам принести новую массу из других звёздных систем, солнечные черпаки не могут конкурировать. Каждый центральный доминион Тоджолт-ХЛ за поставками массы обратится к Анти-КЛ, став его союзником. Без рынка сбыта другие доминионы обода падут и также будут включены в альянс.


- И я стану координатором ресурсов для всего Тоджолт-ХЛ.


- Тогда почему другие другие доминионы воюют с вами?


Квантук-ЛОУ поднял свои средние конечности на небольшое расстояние, преодолевая силу тяжести, и слабо похлопал себя по туловищу.


- Потому что я еще не имею технологии вашего двигателя. Как всегда, они ищут преимущество. Разрушив Анти-КЛ до руин, они лишат меня ресурсов для постройки звёздных кораблей. Вы будете вынуждены сделать обмен с ними.


- Но ты сказал, что союзы между центральными доминионами неустойчивы.


- Так и есть. Другие координаторы жадные дураки. Они уничтожат всех нас. Они уже нанесли Тоджолт-ХЛ такой ущерб, какой мы никогда не терпели раньше. Займёт десятилетия, чтобы восстановить всё.


- Так просто скажите им, у вас есть наш двигатель. Я верну вас обратно. А с деталями обмена мы разберёмся позже. Это остановит разрушение.


- Союзники Анти-КЛ знают, что я ещё не приобрел ваш межзвёздный двигатель. Я поддерживаю наш основной союз с четвёркой, уверяя их, что эта авантюра по приобретению астрономических данных окончится триумфом. В свою очередь, они обменивают эту информацию на получение преимущества, если я потерплю неудачу. Все на Тоджолт-ХЛ знают, что вы еще не обменялись со мной данными. Они следят за тем, каковы будут результаты этого полёта. После того, как я смогу сигнализировать Анти-КЛ, что у меня есть данные для постройки вашего двигателя, наш союз-четвёрка окрепнет ещё больше. У других доминионов не останется другого выбора, кроме как присоединиться к нам. Быстрее-чем-свет путешествие сделало наше объединение неизбежным. Все мы знаем об этом. Остаётся только решить вопрос о том, кто должен стать координатором ресурсов для Тоджолт-ХЛ. Если это буду не я, то это будет координатор другого доминиона. Именно поэтому они будут атаковать, если вы попытаетесь улететь из системы.


Джошуа выключил связь с залом.


- Мнения?


- Он очень хорош, - сказал Самуил. - Я думаю, он понял, что у вас есть совесть, или по крайней мере какой-то тип этического кодекса. Вот почему наше прибытие объявляется причиной войны в диск-городе. Мы также находимся под угрозой не попробовать их оставить, иначе мы будем расстреляны. Всё, что он сказал, это в его интересах.


- Экономическая структура Тоджолт-ХЛ, конечно, имеет смысл, - сказал Паркер. - Это придаёт правдоподобность остальным ситуациям.


- Это, безусловно, благоприятно для нас, - сказал Лайол. - Даже если Квантук-ЛОУ преувеличивает политическую нестабильность, каждый здесь хочет быть тем единственным, кто получит от нас технологию ноль-тау. Они готовы воевать для того, чтобы дать нам то, что мы хотим.


- Жаль, что мы не можем использовать это, чтобы договориться о некотором мирном урегулировании, - сказала Сиринкс. - Я не могу помочь, но чувствую себя очень неуютно из-за этого.


- Мы могли бы просто передать информацию лучом на весь Тоджолт-ХЛ, после того как мы получим копию дневника тиратка, - предложила Болью. - Даже если Квантук-ЛОУ достанет нам дневниковые данные, и мы передадим ему технологию ноль-тау, физический аспект их конфликта, вероятно, продолжится, поскольку консолидация в один доминион движется вперёд.


- Ирония всего этого изумляет меня, - сказал Рубен.


- Да что ты! - быстро ответила Сиринкс. - У тебя должно быть очень чёрное чувство юмора, чтобы найти это хоть немного смешным.


- Я не сказал, что смешно. Но разве вы не видите, что это дискуссия зеркалится? Это как киинты должны обсуждать наш вид, когда мы спросили их о решении проблемы потустороннего мира. Для моздва, быстрее-чем-свет перемещение, очевидно, ответ на все их проблемы; они смогут иметь бесконечные поставки массы, они смогут основать новые колонии, и они смогут уничтожить их старых угнетателей. Для них важно то, что мы поставляем, и они готовы рискнуть всем, чтобы получить то, что у нас есть. Тем не менее, для нас, с нашего полного понимания ноль-тау, дать им технологию означает выпустить крестовый поход геноцида по всему этому сектору галактики, а также возможность для Конфедерации вступить в войну против них в какой-то момент в будущем. Которую мы, скорее всего, проиграем, учитывая их число.


- Если тиратка не победят нас первыми, - громко пробормотала Моника.


- Вы хотите сказать, что мы не должны дать им ноль-тау? - спросил Джошуа.


- Подумайте, что произойдёт, если мы дадим.


- Мы уже прошли через это. Моздва, вероятно, получат быстрее-чем-свет технологию во всяком случае, ведь теперь они знают, что это возможно.


- Так же, как киинты продолжают говорить, что мы должны найти собственное решение для душ в потустороннем мире, ведь теперь мы знаем, что он существует.


- Господи! Что вы хотите от меня?


- Сейчас ничего. Мы были правы раньше: вопрос в сроках. Я думаю, мы получили неправильный ответ.


- Возможно, - сказала Сиринкс. - Хотя я не убеждена. Но это сделало наши будущие действия очень чёткими. Мы должны решить проблему одержания и потустороннего мира в первую очередь. Только тогда мы будем в состоянии справиться с проблемой тиратка - моздва. И единственный путь, которым мы можем достичь этого, это попасть к Спящему Богу.


Спутники слежения продолжали показывать войну на теневой стороне Тоджолт-ХЛ. Разрывы происходили с увеличивающейся частотой, стремительно посылая длинные струи паров и жидкостей в космос, выталкивая тела вместе с ними. Отряды моздва в бронированных скафандрах продолжали нестись по долинам и хребтам структуры обратной стороны диск-города. Почти всё движение поездов прекратилось.


Самые тяжёлые бои были вокруг границ Анти-КЛ и их ближайших союзников. Разрывы приводили к декомпрессии труб целиком, вооружённые моздва стреляли друг в друга из лучевого и стрелкового оружия. Они боролись, чтобы проникнуть территорию своего врага и отключить критичные системы. Спутники также подбирали мощные вспышки энергии среди высоких башен рассеивание тепла, и установленные оборонительные лазеры и мазеры сметали ряды наступающих солдат.


- Но не ядерное оружие, - сказала Болью. - По крайней мере, пока. Я забрала несколько небольших ракет малой дальности, но они используют химические ракеты и боеголовки. Они не очень результативны; лазеры, как правило, сбивают их. Что не удивительно, максимальное ускорение всего лишь семь g.


- Я удивляюсь, почему они используют химические системы? - спросила Моника. - Один точный ядерный удар вынес бы целый доминион. Они должны быть способны создать его. Квантук-ЛОУ сказал, что они используют термояд для перемещения вокруг астероидов, так же, как это делаем мы.


- Мы можем спросить Квантук-ЛОУ, если ты хочешь, - сказал Джошуа.


- Я бы не стал, - сказал Самуэль. - Я ненавижу вкладывать идеи в его голову. В любом случае, вы искажаете природу конфликта. Всё основано на ресурсах, даже война. Цель всегда заключается в том, чтобы убить население врага, но оставить их паутинные трубки нетронутыми. Взрывная декомпрессия будет происходить каждый раз именно как результат, давая победившему доминиону возможности для расширения. Ядерный удар уничтожит огромное количество структуры диск-города, а ударная волна ослабит его ещё больше.


- Хорошо, но они могли бы использовать нейтронные бомбы, - сказал Лайол. - Убить население и оставить структурную массу нетронутой.


- Я определенно не хотел бы упомянуть об этом Квантук-ЛОУ.


* * *


"Этчеллс" расширил свою область искажения для сканирования вокруг, как только он выскользнул из темноты пространственного туннеля в семидесяти пяти миллионах километров над поверхностью фотосферы Мастрит-ПД. Теплоотводящие панели выскользнули на полную длину от каждой капсулы жизнеобеспечения и от вспомогательной системы, чтобы избавиться от жары. Стручки электронных датчиков раскрыли лепестки своих сегментов, удлиняя антенны.


Красный свет струился через утилитарный отсек мостика, разрезающим насквозь тяжёлую защиту главного узла. Кира сморгнула влагу, попавшую ей в глаза, пока она сидела в противоперегрузочном кресле. Она была довольна тем, что просто любуется открывшейся панорамой, игнорируя различные графические дисплеи, на которых колебались и прокручивались сведённые в таблицы результаты разведки датчиков.


- Хороший вид, если немного пустынный, - сказала она. Пара солнцезащитных очков появилась у неё в руках, и она осторожно надела их на нос. - Можешь ли ты ощутить что-нибудь поблизости?


- Ничего, - сказал "Этчеллс". - Что значит, ничего. Поиск в целой звездной системе невозможно провести силами одного корабля. Даже предполагая, что они прилетели сюда.


- Ерунда. Они здесь. Это единственное место, где они могли бы быть. Это чёртова звезда глядела на нас с тех пор, как мы обогнули туманность. Это то место, откуда пришли тиратка, и это то место, откуда стартовали корабли поколений. Они должны быть здесь, вместе с тем, что они ищут.


- Да, но где именно?


- Это твоё ведомство. Держи датчики навытяжку. Найди их. И когда ты сделаешь это, я сдержу свою часть сделки.


- Шансы не в нашу пользу.


- Тот факт, что хоть какие-то шансы существуют, уже в нашу пользу. Если здесь есть что-нибудь, что осталось от тиратка, это должно быть на планете или астероиде. Ты должен начать обследование.


- Спасибо. Я бы никогда не догадался.


Кира даже не потрудилась издать вздох в качестве выговора. Не только она могла чувствовать его, но и он мог воспринимать ее психический тон. Не то чтобы они нервировали друг друга во время рейса, просто, они не были естественными союзниками.


- Выдержишь ли ты температуру?


- Думаю, да, - сказал "Этчеллс". - Хотя плотность частиц следует мониторить так же внимательно, как и данные по поступлению тепла. Технологические системы могут справиться с жарой; как и мой корпус. Я оцениваю, что мы сможем вытерпеть эту среду в течение трёх дней, потом мы должны будем свалить и остудиться.


- Хорошо. - Она встала и соблазнительно потянулась. Было слишком много часов, бесполезно проведённых сидя на мостике во время полёта. Это дало ей слишком много времени поразмышлять над тем, что же пошло не так на Монтерее, а также что она должна сделать, как планирует использовать оружие, за которым гонялась Конфедерация. - Я собираюсь принять душ. Дай мне знать, когда найдёшь что-нибудь.


* * *


Болью воспользовалась полноспектральной разверткой обращённой к солнцу стороны диск-города, когда "Леди Макбет" замедлилась в указанных Квантук-ЛОУ координатах. Паутинные камеры и их оболочка соответствовали остальной поверхности Тоджолт-ХЛ со стороны солнца по составу, но здесь они поднимались из середины небольшой полусферической насыпи, которая была похожа на выпуклости обратной стороны диск-города.


- Узел около трёх километров в поперечнике, девятьсот метров в высоту, и не могу сказать вам, что внутри, - сказала Болью. - Почти восемьдесят процентов узла и окружающих его тканей мертвы. Поверхность стекла с трещинами, а некоторые структурные гряды срезаны. Но это всё ещё оставляет достаточно массы, чтобы оградить внутреннюю структуру от всех наших датчиков.


- Не нравится мне это, - сказал Лайол. - Это более десяти кубических километров, и мы не знаем о нём ни черта. Они могут скрывать что угодно внутри.


- Ничего, что используется регулярно, - сказал Эшли.


- Да, как их самая большая-пребольшая пушка.


- Электрические и магнитные поля в норме, - сказала Болью. - Я не регистрирую каких-либо крупных источников питания на обеих сторонах диска.


- Не регистрируешь активных источников. Энергия взрыва может храниться уже готовой.


- Готовой для чего? - спросила Сара.


- Я не знаю. Мы не исследовали и одного процента этой звездной системы, мы не знаем, что еще скрывается где-то здесь. Флоты беженцев с других диск-городов. Ксеноки, которые живут внутри туманности Ориона. Одержимые моздва.


- Ой, да ладно.


- Замечание принято, - сказал Джошуа. - Мы должны быть осторожными.


- "Энон" может покрутиться рядом, - сказала Сиринкс. - И наше поле искажения будет способно исследовать внутренность узла.


- Нет, - сказал Джошуа. - Я до сих пор думаю, что мы ещё не готовы отдать наше самое большое приключение. Болью, я хочу постоянный мониторинг узла. Любое изменение в энергетическом состоянии, и мы сразу прыгаем. Тем временем, посмотрим, что Квантук-ЛОУ готов сказать нам.


Не дожидаясь вопросов, Джошуа очистил судовые схемы с изображения датчика. Даже теперь он беспокоился о Тоджолт-ХЛ. Не как о месте прибытия, исследования, признавал он, дело было в громадном размере диск-города. Он был сразу же поражён и впечатлён, как только сенсоры показали ему первый образ. Диск-город был непохожим, и их небольшой полёт внезапно показал ему перспективу. Они летели над городом-диском, чужим, непонятным, который был так плотно заселён, что акрологи в сравнении с ним были полупусты. Биотех-обиталища человека были сказочно огромными существами, но вы не смогли бы лететь над ними на космическом корабле, не минуты. А они даже не были на полпути к центру диск-города.


Визуальные датчики спектра показали ему крошечную черную точку, бегущую по полированной до блеска фольге и стеклу, из которых состояла поверхность солнечной стороны. Тень "Леди Макбет", меньше, чем ширина большинства паутинных труб. Много раз видел он тень Ганимеда, несущуюся по освещённым облакам Юпитера, чёрное пятнышко, меньше, чем завиток циклона планеты. Спутник, достаточно большой, чтобы его самого квалифицировали как планету, виделся настоящим ничтожеством на фоне великолепного газового гиганта. И сейчас точно так же.


- Мы планируем оказаться в обозначенном вами месте в течение нескольких минут, - сказал Джошуа Квантук-ЛОУ. - Я бы хотел обсудить условия обмена данными. В конце концов, ни один из нас хочет, чтобы эта сделка сейчас развалилась.


- Я согласен, - сказал Квантук-ЛОУ. - Я возьму мой эскорт в эту секцию Тоджолт-ХЛ и заберу необходимую информацию. Как и прежде, вам будут предоставлены индексы файлов. Если вы согласитесь, что это то, что вы хотите, мы выполним синхронизированный обмен нашей соответствующей информацией. И вы тогда немедленно покинете Мастрит-ПД.


- Отлично для меня, но вы не будете в опасности? Это долгий путь от Анти-КЛ, мы можем вернуть вас.


- После обмена я буду единственным членом моей расы, имеющим информацию. Это делает меня более ценным, чем солнечная масса в железе. Никто не будет вредить мне. Если я вернусь на "Леди Макбет", какие гарантии могли бы вы дать мне, что вы просто не улетите обратно в Конфедерацию, удаляя, таким образом, знания из моей расы?


- Я не в состоянии предложить гарантию, которая удовлетворила бы тебя, Квантук-ЛОУ. Тем не менее, я ничего не знаю о Тоджолт-ХЛ. Я не знаю, что находится в этой секции паутинных труб. Как я узнаю, что это не какое-то мощное оружие, каким можно уничтожить мой корабль, как только вы получите информация, что вы хотите?


- Это старая секция, доминион почти рухнул. Разве ваши датчики не показали вам, что он не представляет никакой угрозы?


- Да, мы ничего не видим на поверхности, но я должен знать, что находится внутри. Я предлагаю, чтобы два моих членов экипажа отправились с вами. Они будут только наблюдать, они не будут мешать вашей деятельности.


- Я принимаю.


Джошуа завершил разговор.


- Иона, твой выход.


"Леди Макбет" медленно приблизилась на поверхности солнечной стороны, используя ионные двигатели для манёвра в сторону приблизительной границы узла. Паутинные трубы ниже звездолёта были мертвы, как просил Квантук-ЛОУ. Также он настойчиво просил, чтобы Джошуа обеспечил способ доставки вниз. В результате два вооружённых и бронированных сержанта ждали в открытом шлюзе, готовые выпустить плазменную струю и защитить трос до поверхности трубы.


Иона смотрела длинные арочные сегменты стекла, возвышающиеся вокруг; ничего не было видно под потускневшей и изрытой поверхностью. Её сенсоры бронекостюма смогли только разобрать слабые линии внутренней спирали трубопроводов. Тень "Леди Макбет" нависла и затемнила покрытие из стекла и фольги, когда корабль скользнул внутрь. Она увидела мерцающие двигающиеся проблески через затемнённое стекло. Множество запутанных трещин расходились от края сегмента, как будто усики мороза обняли трубку.


- Это разрыв, - сказала она команде.


- Тепловой стресс, - ответил Лайол. - Это наша тень вызывает его. Не забывайте, что этот материал никогда не подвергался прерыванию поступления тепла до сих пор.


- Иона, - сказал Джошуа. - Я фиксирую наше положение... помечаю. Вы можете перейти всякий раз, когда вы будете готовы.


Искривлённое стекло было в семидесяти метрах от люка шлюза. Первый сержант отцепил свой линь безопасности от разъёма камеры и активировал маневровый ранец.


С прикреплением конца троса никаких проблем не возникло. Трещины стекла вышли из края металлической арматуры обруча, оставляя зазор, который она смогла обмотать. Как это было сделано, она сдвинулась в сторону. Джошуа хотел, чтобы моздва сократили свой путь.


Ксеноки буксировали себя вдоль троса с помощью механизированных рукавиц, что они носили на своих средних руках. Не было искусности в их способе входа. Один из них просто использовал лазер, чтобы нарезать круг через стекло и трубопроводы под ним.


Иона шла последней. Оба сержанта следовали за одним из моздва-телохранителей. Она подумала, что должно было пройти много времени с тех пор, как труба была заселена. Ветви окаменели, затем удалились прочь в вакуум, оставляя облако гранулированной пыли, засорившей трубы. И даже при этом было много ярче, чем в секциях, которые они посещали в Анти-КЛ. Без жидкости, защищающей интерьер, свет солнца был ужасен.


Моздва целенаправленно, по прямой, двигались к концу трубы. Они использовали отверстия в потускневших растениях как рукоятки, что давало им почти такую же степень подвижности как ветви в герметичной трубе. Иона просто использовала маневровые ранцы.


Когда они достигли конца трубы, один из телохранителей прорезал люк шлюзовой с помощью лазера. Они перебрались через порожек и проникли в следующую трубу с другой стороны, направляясь в узел.


* * *


Как только последний сержант оказался внутри, Джошуа использовал толчки химического двигателя, чтобы увести их с солнечной стороны поверхности. Болью сообщила, что девять малых спутников вылетели из всей Тоджолт-ХЛ. Все они излучали низкоэнергетические радарные импульсы, отслеживая "Леди Макбет".


- Похоже, Квантук-ЛОУ направляется к вершине узла, - сказал Самуэль. - Пока он остаётся в поверхностных трубах.


- Я анализирую сигналы, которые перехватывают боевые электронные блоки сержантов, - сказал Оски. - Моздва передают много импульсов, большинство из них идёт от Квантук-ЛОУ. Шифрование довольно высокого порядка.


- С кем он разговаривает? - спросил Джошуа.


- Я не думаю, что он с кем-то разговаривает. Это коротковолновая передача, и нет электронной активности в любой из систем труб. Я думаю, что это всё принимается его телохранителями. Я провёл корреляцию их движения и его сигналов, и, похоже, он практически дистанционно управляет ими. Данные, которые они отправляют обратно, совершенно разные, вероятно, данные сенсоров, так что он может видеть то, что видят они.


- Постоянный маленький отряд дронов, - сказал Эшли. - А я-то удивлялся, как он может им доверять?


- Немного поздно для нас начать беспокоиться о его статусе, - сказал Джошуа. - Оски, посмотри, сможете ли вы разобраться, как заморозить этих телохранителей, если возникнет такая необходимость.


- Я постараюсь.


Джошуа зафиксировал свою позицию в двадцати пяти километрах от поверхности солнечной стороны. Ожидание было тяжело для него. Он действительно хотел быть там с Квантук-ЛОУ, видя, что происходит. Это дало бы ему контроль и готовность немедленно среагировать на всё, что бы ситуация не бросила на них. Как он делал это на Айякучо и Нюване. Линия фронта была единственным местом, где он может быть уверен, что все будет сделано правильно.


Тем не менее, если Айякучо и Нюван и научил ему чему-нибудь, так это тому, что лучше командования может быть только хорошее пилотирование. Он достаточно доверял своей команде управлять системами звездолёта. Использование экспертов, которые его окружали, было продолжением этой школы. Второй раз в Анти-КЛ, когда Квантук-ЛОУ стал настойчивым, он сразу же понял, что не должен был находиться там лично. Так что теперь скорее вина, а не профессионализм стояла за решением направить сержантов в узел.


По крайней мере, никто не протестовал, что они должны быть отправлены. Он подозревал, что диск-город подействовал на других таким же образом, как на него.


Они удерживали позицию в течение пятнадцати минут, когда программы мониторинга датчиков Болью предупредили её, что солнцечерпательный корабль изменил свою орбиту. Массивные струйные двигатели горели, разгоняя его до верных одной пятидесятой g.


- В настоящее время он на траектории перехвата с нами, - сказала Болью команде мостика.


- Боже! Как много времени у нас в запасе?


- Примерно семьдесят минут.


* * *


Ионе выслушала новости Джошуа о солнцечерпательном корабле и сказала ему:


- Хорошо, я спрошу Квантук-ЛОУ.


Они были в другой мёртвой трубе, пятой по счёту, по-прежнему вспенивая прах, когда они неслись через неё. Помимо нехватки воздуха и жидкости, трубы все были, казалось, в хорошем состоянии. Она не могла видеть никакой физической причины для их отказа. Хотя в какой-то момент они, конечно, были лишены всего своего вспомогательного оборудования. Пара из переборок концевых труб были сохранены, оставляя открытые отверстия в переходах.


Она включила ее блок связи на частоте, который использовали моздва.


- Квантук-ЛОУ, капитан был в контакте со мной. Он хочет, чтобы вы знали, что солнцечерпательный корабль изменил направление и теперь направляется к "Леди Макбет". Вы знаете что-нибудь об этом?


- Ничего. Солнечный черпак принадлежит доминиону Данверси-ЮВ. Они не сотрудничают с нами ни на каком уровне.


- Представляет ли это угрозу нашему кораблю?


- Он не несёт никаких оружия. Их стратегией будет запугать "Леди Макбет" до заключения сделки с ними и поместить их собственную группу в этом месте в попытке блокировать мои достижения. У вас есть оружие, способное уничтожить его?


- Мы не уверены в том эффекте, которое наше оружие будет иметь. Капитан Калверт не желает стрелять в безоружный корабль.


- Его взгляды изменятся, когда струя двигателя слонечного черпака укажет на "Леди Макбет". Скажите ему, что доминион Данверси-ЮВ уже понёс потерю двух солнечных черпаков в последние пятнадцать лет. Они были намного ослаблены этим: их союз сократился, уменьшая их влияние. Они будут первым доминионом обода, который падёт, как только я получу быстрее-чем-свет двигатель. Это делает их наиболее отчаянным, чтобы получить его для себя.


- Поняла.


Моздва скользнули в большую переходную камеру с семью расходящимися из неё трубами.


- Это может быть интересно, - сказала Иона остальным. - Судя по положению двух из этих шлюзовых люков, трубы, стоящие за ними, ведут в узел. Если они трубы.


- У нас есть твоё положение, - ответил Лайол. - Ты только в ста пятидесяти метрах от жилой поверхности трубы.


Моздва бросились один за другим за край переборки, без всякого сомнения направляясь в первый люк шлюза, который вёл в узел. Они вырезали овальную дырку в углеродо-композите прямо по центру и исчезли внутри.


- Похоже, мы избегаем местных, - сказала Иона.


Было совершенно темно внутри трубы. Когда первый сержант проскочил через отверстие, его датчик на шлеме уловил шесть широких пучков ультрафиолетового света, идущих от моздва впереди. Они быстро двигались вдоль стенки трубы.