# Земля Лишних - Прода. Глава 27 (от 08.08.2018)

Алексей Сергеевич Платковский

## Глава 27


Год 27, 1 апреля, воскресенье, полдень


Алекс Северов


Номера в "Льве и ягнёнке" оказались светлыми, просторными. На счёт лучших не знаю, но определённо хороши, даже пара больших белоснежных халатов нашлась. Никогда такие не носил и не понимал, но сейчас, после освежающего душа, они оказались как нельзя кстати. Мягкие, тёплые, нежные, словно объятия девушки, они расслабляли и дарили покой. Почти.


- Как на счёт потереть мне спинку? - из ванной комнаты показалась Хелен в одежде Евы.


Я поднял руку, ладонь параллельно полу. Пальцы едва дрожали. Глядя на то, как рука слегка трясётся, я почувствовал, что чувство неустроенности, страха, который испытал сегодня в ночной перестрелке, никуда не делись, лишь затаились, забились поглубже, словно пара мурен в холодные и тёмные норы моей души.


- Не сегодня, - вымученно улыбнулся я девушке.


Хелен понимающе кивнула и скрылась в ванной. Через секунду раздался шум воды, сквозь который пробивалось едва различимое пение девушки. Я посидел, некоторое время слушая её звонкий, чистый голос, не вникая в слова: песня была на французском, в котором я ни бум-бум, что, впрочем, не мешало оценить талант Хелен. Поёт она чертовски красиво, надо отдать должное.


Чувство неустроенности погнало меня на улицу. Оно было словно огромный маховик, что накручивал нервы внутри меня, стоило только остановиться и сесть, чтобы отдохнуть, как он снова набирал свой ход. Но если двигаться, что-то делать, то на этот невидимый механизм не оставалось сил и энергии, так что лучший способ хоть как-то унять нервы - прогуляться. Сменил халат на джинсы и футболку. После мягкой махровой ткани повседневная одежда казалось грубой и неказистой, пахла потом, но, как ни странно, в ней я почувствовал себя лучше. Люгер в поясной кобуре добавил "+3" очка к спокойствию, маховик ещё немного замедлил свой бег. А стоило спуститься в лобби и выйти на улицу, как его бег стал почти незаметным.


Полуденное солнце придавило плечи, я нырнул в горячий воздух, словно муха в кисель: двигаться стало тяжелее, но эта тяжесть была приятной, "вкусной". Я стоял на выходе из гостиницы, словно богатырь на распутье: направо пойдёшь - в салун (магазин "1000 мелочей" или оружейный, в скобяную лавку или в бордель, нужное подчеркнуть) попадёшь, налево - школа, мэрия, церковь и прочие достопримечательности города. "Прямо" было самым скучным направлением - на ярмарку. Точнее, туда, где она ещё была с утра. После налёта, народ спешно упаковал вещи и по большей части разъехался. Остались только самые стойкие да пара десятков купцов. Лагерь ужался до дюжины палаток и пары фудтраков, вот и всё, что осталось от "Большой Ежегодной Ярмарки Южного Техаса". Смотреть в городе нечего, загородного отдыха с меня хватит, оставался один вариант - салун, он же бар. Не по магазинам же ходить, право слово.


Движение - жизнь. Сегодня я согласен с этим на все сто. Пока разбирались с последствиями боя, собирали трофеи, занимались пленными бандитами, хоронили убитых (своих - на местном кладбище, налётчиков - в общей яме где-то у дороги, и разровняли бульдозером, чтобы и следа не осталось), возились с Унимогом и Тойотой, нервы не шалили. Я был при деле, голова была забита другим. Но стоило только чуть остановиться, как ночной страх начинал брать своё.


- Тоже нервишки пошаливают? - на плечо опустилась тяжёлая рука Маршалла.


- Простите?


- Да ладно, я же вижу, что ты сам не свой, старика не обманешь!


- Мандраж после боя это нормально, - из дверей гостиницы вслед за техасцем появился Антон. - Надо расслабиться, не держи в себе. Лучше выпивки и секса для этого ещё ничего не придумали. Но, как я понимаю: "доктор, у моего друга не стоит", - вернул мне мою же подколку парень. - Мы как раз собирались выпить по паре стаканчиков с Маршаллом, пойдём с нами.


Не успел я открыть рот, чтобы отказаться - не то чтобы я трезвенник, но всегда считал, что выпивка не выход, да к тому же ещё и невкусная она, - как фермер меня чуть приобнял за плечи и тряхнул:


- Тебе это надо, не возражай.


- По стаканчику, и всё, - предупредил я.


- Кто ж спорит, - улыбнулся Маршалл как пушер, уговоривший ботана "затянуться косячком всего разок", и по опыту знающий, что этим дело не ограничится. - Пойдём к Фрэнки, там лучшее пиво в этой дыре.


Фрэнки оказалась жгучей тридцатилетней брюнеткой, среднего роста, одетой по последней техасской моде: джинсовые шорты, расстёгнутая на три пуговицы сверху (жара, вы же понимаете) красная фланелевая рубашка, подвязанная под рёбрами и оставившая голым идеально плоский, покрытый золотистым загаром, живот, и белый, словно первый снег, стетсон. Хозяйка бара лично стояла за стойкой, шустро наполняла бокалы и рюмки, смешивала коктейли и успевала перекинуться фразой-другой с клиентами. Думаю, не только за самым лучшим пивом в округе сюда забредал народ, хорошенькая барменша явно добавила баллов бару в личном рейтинге любого местного половозрелого самца.


- Вы только гляньте на этих кобелей! Сделали стойку, словно учуяли суку во время течки, - с крестьянской простодушностью прокомментировал Маршалл открывшуюся картину. - Полдень, а бар уже битком, приличные люди начинают пить после пяти. О, и Стью МакКонахью здесь. Полгода как женился, а до сих пор налево посматривает.


- Маршалл, привет! Рада тебя видеть, давно не заходил! Какими судьбами? - Фрэнки заметила нашу компанию, приветливо махнула из-за стойки, белозубо улыбнулась, словно увидела старых знакомых.


- Да так, на ярмарку решил заскочить, на людей посмотреть, себя показать, - Маршалл весь подобрался, грудь колесом, подбородок вверх, куда-то пропал живот, а вот в росте, кажется, каким-то чудом прибавил пару дюймов. Взгляд стал высокомерно-небрежно-рассеянным, словно у лондонского денди, уставшего от роскошной жизни, денег и женщин. - Тут купить, там продать. Деньги на деревьях не растут и сами себя не заработают.


Я прямо услышал, как техасец мысленно добавил в конце своего спича "крошка". Антон заметил мой удивлённый взгляд и легонько усмехнулся. Значит, не мне одному показалось.


- Здорово, что ты нашёл время заглянуть к старушке Фрэн, - барменша подалась вперёд, облокотилась о стойку, открыв шикарный вид на пару золотистых полушарий.


"Третий", - на автомате отметил я, с трудом отведя переведя взгляд выше. Встретился глазами с Фрэнки, которая всё так же белозубо улыбалась, только теперь улыбка была не столько дружелюбной, сколько... ехидной? Девушка явно знала, какой эффект производила и что притягивало взгляды всех окружающих, и нисколько этого не стеснялась, наоборот, во всю пользовалась. Смутившись, я решил переключиться на разноцветные бутылки за спиной барменши, и покраснел второй раз за пять минут: в огромном, в треть стены, зеркале за барной стойкой отражалась упругая попа, туго обтянутая короткими мини-шортиками, размерами больше похожими на нижнее бельё, чем на верхнюю одежду.


Во всём этом великолепии, с охотой демонстрируемом Фрэнки, кроме эстетического удовольствия, был и ещё тот плюс, что почти все посетители бара толпились у стойки или занимали ближайшие к ней столики, поэтому мы легко могли найти место в углу, где было потише и не так людно.


- Что вам налить, парни? - напомнила о своём существовании барменша.


- Э-э-э... - Маршалл чуть тряхнул головой, приходя в себя. - Есть "Джонни Уокер"?


- "Дабл Блэк" и "Голден Лэйбл".


- Тогда бутылку "Дабл Блэка", пожалуйста. И чего-нибудь перекусить.


- Кухня ещё закрыта, есть только крылышки, с гриля.


- Пойдёт.


- Бутылка "Джонни Уокера" и тарелка крылышек, замётано. Пара минут и вам принесут ваш заказ, располагайтесь, парни, - одарив нас очередной улыбкой, Фрэнки переключилась на других посетителей.


- Надо было взять колу, - запоздало вспомнил я, когда мы уже заняли столик подальше от толпы.


- Я думал, любой русский умеет пить!


- Умеет и хочет это две разные вещи, - отмахнулся я. - Да и водка это не ваше это виски.


- Хочешь сказать, что это пойло хуже вашего "Смирноффа"? - Маршалл схватил бутылку "Уокер" с подноса подошедшей официантки.


- Это пойло даже хуже нашего самогона, - Антон облегчил ношу девушки на три бокала, ухватив их одной рукой. Толстое стекло трижды звякнуло, опускаясь на столешницу, Маршалл умело свернул пробку и щедро наполнил бокалы.


- Ваше здоровье!


- Вздрогнули! - поддержал тестя Антон.


- А кола... - я с мольбой посмотрел на Сару, как значилось на бейджике девушки.


- Сейчас принесу, - официантка испарилась.


Сдвинули бокалы, звякнуло. Виски янтарной волной ударило в стекло, а через секунду, пробежав огненной волной по пищеводу - в голову. В черепной коробке приятно зашумело, а тугой узел нервов в районе живота чуть ослаб.


- Не морщись, ты же мужик! - Маршалл заметил мою гримасу. Я остро чувствую спирт в любом алкоголе, какая-то особенность вкусовых рецепторов, что ли, поэтому не особо жалую пьянки. - Бери пример с Антона, даже бровью не повёл.


- Он просто не различает вкуса, - не подумав, сдал я товарища. - Ему что виски, что вода, один фиг.


- Что, правда?


- Не совсем. Вкуса я не чувствую, это да, но пьянеть-то пьянею. Ну, и запахи, само собой, - наёмник поднёс бокал к носу, шумно втянул воздух. Замер на пару секунд, а затем сделал небольшой глоток. - Ладно, беру свои слова обратно. Вроде бы этот вискарь не хуже нашего самогона. Но и не лучше, прости, Маршалл.


- Чёрт, знал бы, взял бы что подешевле: один нос воротит, второй вкуса не различает, а мне, старику, много не надо. Только зря продукт переводим, - техасец задумчиво покрутил бутылку "Уокера" и тут же плеснул по второй. - Повезло моей малышке! Готовит она так себе, но для тебя, я так понимаю, проблемой это не будет. За совместимость и взаимопонимание!


Тосты у Маршалла ёмкие и короткие.


Принесли крылышки и - фанфары! - колу. Спешно, пока Маршалл не обновил содержимое моего бокала, долил шипучки. На некоторое время за столом воцарилось молчание, все активно работали челюстями.


- Странный вкус, вроде курица, а вроде и нет, - обглодав с полдюжины крылышек, я запил мясо коктейлем и откинулся на стуле. Сытость в купе с алкоголем делали своё дело, организм требовал заползти в тёмное и прохладное место да поспать пару часиков, пока обильная пища не переварится. - И размер у них крупнее. Индюшка?


- Почти, - Маршалл вытер руки и потянулся за бутылкой. Хмуро глянул на мой бокал, неодобрительно цокнул языком, но ничего не сказал, налил только себе и Антону. - Это индюшка, только эдемовская. Экспедиция Томми Франко в пятом году наткнулась на этих пташек недалеко от Дикой Сельвы. С ними был этот, как его... специалист по птицам...


- Орнитолог?


- Он самый, точно! Выпьем за парня, не помню его имя. Великий человек, я вам скажу! - мы звякнули бокалами, заработали кадыки. - Староземельная птица плохо прижилась в Эдеме. Особенно по первой. Они ж ума невеликого, жрут всё, что шевелится. А тут хватает ядовитых гадов и растений. Вот птица и дохла, разводить кур или обычных индеек сложно и дорого выходит. Но благодаря этому парню, орнитологу, у нас теперь есть вот это, - Маршалл кивнул на полупустую тарелку крылышек. - По вкусу почти тоже самое, только размером чуть больше. Говорят, в Китае приручили местных кур, у русских утки есть, тоже местные. Европейцы где-то гусей нашли, правда, недавно, года три всего как.


Приручали не только птицу, но и скот. Уж больно хлопотно содержать в Эдеме староземельных коров и лошадей, нет-нет, да сожрут какой цветок ядовитый или покусает кто с фатальными последствиями. А ведь были ещё и хищники, и инфекции, и паразиты, и непривычная жара, странная смена сезонов, что не самым лучшим образом влияло на гормональные циклы животных и их желание размножаться. Пожалуй, только свиньи прижились легко, вот уж точно неприхотливые и всеядные. С названиями особо не заморачивались, на бытовом уровне животных зовут на старый лад, без приставки "эдемский". Чего усложнять жизнь и речь, если две трети домашней скотины - эндемики или их помесь со староземельными видами?


Похожая ситуация сложилась и с флорой, разве что не так чувствительно. Всё же пшеница, кукуруза там или картофель не так чувствительны к ядовитым насекомым и травам, как корова и баран. Да, селекционерам пришлось постараться, да и до сих пор немало сил уходит на выведение новых, засухостойких, сортов. Да, что-то не прижилось, причём, не всегда это что-то чувствительное. Например, неприхотливый подсолнечник почти не прижился. Не из-за климата нет. Просто нашёлся местный вид муравья, который посчитал данную культуру очень "вкусной", и буквально истребляет её, когда встречает. А так как эти муравьи одни из самых распространённых в Эдеме, то и мест, где подсолнечник выживает, не так уж и много.


Правда, история знает и обратные примеры, когда, наоборот, инвазивные виды (т.е. не свойственные данной территории) становятся причиной чуть ли не экологических катастроф. Несколько таких примеров знает Старая Земля, в частности, Австралия. И, пожалуй, самый известный из них - кролики.


Когда в 18-19 веках англичане начали активно заселять этот континент, они брали с собой не только домашний скот и утварь, но и свои привычки. В 1859 году фермер Томас Остин, большой любитель охоты, решил выпустить две дюжины диких кроликов в принадлежавший ему Бэрвон-парк, дабы наслаждаться своим любимым хобби по отстрелу ушастых по выходным и в праздники. Некоторые фермеры последовали его примеру, и уже через десять лет эти безобидные, на первый взгляд, пушистики стали настоящей головной болью. Кролики, известные своей плодовитостью, давали в Австралии приплод круглый год, из-за мягких зим. Произошёл взрывной рост их дикой популяции, что привело к большим проблемам и вымираниям целых видов. Они губят молодые деревья, не давая им развиться, едят саженцы, оставляя верхний слой почвы беззащитным и уязвимым для плоскостной эрозии, что ведёт к образованию оврагов и выветриваний. В итоге австралийцы были вынуждены прикладывать огромные усилия для сдерживания популяции пушистых: строили высокие заборы, протянувшиеся на сотни километров, перепахивали сотни гектаров, чтобы разрушить кроличьи норы, и многое другое. Пробовали даже биологические методы борьбы. В частности, завезли лис, однако те предпочли охотится на местную фауну, и почти не повлияли на популяцию ушастых. В середине двадцатого века на кроликов была произведена вирусная атака, их популяцию заразили какой-то гадостью, завезённой из Южной Америки. И это даже на время сработало, с 600 миллионов особей численность упала до сотни, в шесть раз! Но уже в 90-х годах прошлого века популяция начала восстанавливаться, так как выжившие приобретали иммунитет и передавали его потомству. А, как вы помните, потомства у кроликов всегда хоть отбавляй.


Эдем пока что такой участи избежал, местная флора и фауна даёт прикурить как самому homo sapiens"у, так и экспортируемым им видам, но Орден вкладывает немалые деньги в исследования влияние того или иного "мигранта", чтобы не получилось, как в Австралии. Ведь там не только с кроликами облажались, были ещё и кошки, и крысы. И даже с мухами австралийцы намучались, но это уже другая история.


- Слушай, Маршалл, а откуда ты всё это знаешь? - пока суть да дело, мы уговорили почти весь вискарь. Под истории про перипетии и трудности фермерской жизни во все времена и на всех континентах пилось легко и незаметно.


- Так я родом из Австралии, у нас про этих чёртовых кроликов знает каждый!


- А так и не скажешь.


- Мои предки переехали в Техас, когда мне было восемь лет. Отец решил, что в Штатах заниматься фермерством будет проще, да и детям легче получить образование и пробиться в жизнь.


- И как в итоге?

- Ну, так-сяк. Я, как видишь, пошёл по его стопам, а выращивать кукурузу или коров без разницы, где. Пожалуй, дома, в Австралии, было бы даже чуть проще, всё таки людей там меньше, а пастбищ больше. Сестре моей повезло, выскочила замуж за какого-то яйцеголового ещё в колледже. Программист, как ты, только успешный. Основал чего-то там, какую-то то ли игру для мобильников удачно выпустил, то ли что, я не вникал. Раскрутился, продал бизнес одному из этих АйТи-монстров, и теперь они колесят по миру парой малышей. Дом в Калифорнии, Испании, Италии. Вроде даже подумывали прикупить небольшой замок во Франции, хотя на кой чёрт он им сдался? А вот брату моему не повезло. Тому не хватило пары баллов для поступления, решил пойти в армию, чтобы потом получить стипендию в каком-нибудь приличном университете. Попал в Ирак, - Маршалл надолго замолчал, задумчиво крутил бокал, гоняя виски от стенке к стенке. - В одном из выходов его колонна угодила в засаду. Хамви, в котором ехал Том, подорвался на фугасе. Говорят, машину на сотню ярдов вокруг разбросало. Гроб закапывали почти пустой, собирать было нечего. Такая она, Америка. Разная. Как повезёт.


- За тех, кто не с нами, - негромко, но чётко произнёс Антон, и мы выпили, не чокаясь.


Над столом повисла давящая тишина, одна из тех, когда чувствуешь себя неловко, если молчишь, и одновременно понимаешь, что чтобы ты не сказал, это добавит ещё больше неловкости. Я никогда не знал, как разорвать этот порочный круг, оратор из меня не ахти.


Тишину первым нарушил Маршалл. Залпом опрокинув в себя остатки виски, он громко жахнул бокалом о столешницу. Стекло протестующе звякнуло, но уцелело.


- Кстати, про тех, кого нет рядом. Там моя дочь одна, скучает, а ты тут пьянствуешь, - техасец австралийского разлива уставил указательный палец на Антона. - Какого лешего, я тебя спрашиваю?


- Ну... - замялся парень. - Есть некоторые сложности...


- Бабы испугался? Сосунок! В баре он прячется, герой. Как в драку, так он первый, а от юбки сбежал. Что? Не смотри на меня, словно телёнок в забое. Всё я прекрасно понимаю, чего ты от неё бегаешь. Дай бабе чего она хочет, будь мужиком!


- Я хотел подождать свадьбы... - начал было защищаться Антон, но Маршалл его не стал слушать, перебил, набросился с пылом, который сложно было заподозрить в таком спокойном и уравновешенном человеке, каким до этого представлялся мне фермер.


- Да кому нужны эти условности! Уж точно не мне. Ты ей нравишься, она - тебе, так вперёд, чего ждать! К ней подбивали клинья десятки парней. И побогаче тебя, и покруче были, разные. В прошлом году, на осеннем празднике урожая, на танцах у неё отбоя не было от желающих потанцевать. Прям золотая рыбка, такой у её хвост из кавалеров был. Некоторые даже попробовали позволить себе лишнее, пришлось разукрасить им лица, а одному Ариэль проткнула ладонь вилкой, когда тот начал лапать её под столом. Это я всё к чему. Как говорят, "если сука не хочет, кобель не вскочит", а моя девочка хочет тебя, и никого больше. И какая разница, успел ли местный пастырь вас обвенчать или нет. Не это делает мужчину мужем, а женщину - женой, нет, парень, не это. На счёт Гретты не беспокойся. Она не всегда была такой благочестивой. Я отнюдь не первый мужчина у неё, нет сэр, не первый. И даже не второй. И ничего в этом плохого нет. Так что иди и сделай мою девочку счастливой, и это всё, что я от тебя жду, как и моя жена. Если тебе нужно было моё благословение, считай, я тебе его дал!


Казалось, Маршалл вот-вот вскочит со стула, обойдёт стол и потащит Антона к Ариэль силком. Парень, не дожидаясь столь позорного для себя развития событий, споро поднялся, полез за бумажником, но фермер замахал на него руками, и наёмник, кивнув, пошёл, почти побежал, на выход.


- И не вздумайте предохраняться, сукины дети! Я хочу внуков, и как можно скорее! - проорал на весь бар Маршалл в спину Антону, довольно осклабившись.


А я-то думал, что это я пить не умею.


- Знаешь, Алекс, - ничуть не смущаясь, что привлёк к нашему столику внимание половины бара, фермер разлил по бокалам остатки "Уокера", - в Эдеме жизнь не сахар. Кондишены редкость, хорошая медицина на вес золота, тебя то пытаются съесть, то подстрелить, то ограбить... Но, чёрт подери, воздух тут чище, а краски - ярче. Так давай выпьем за то, чтобы дышалось в полную грудь и жилось нескучно!


Кажется, я знаю, с чего вдруг Маршалл чуть ли не силком положил Антона в постель Ариэль. Здесь действительно живётся не так спокойно, как на Земле, и шансы сыграть в ящик раньше срока на пару порядков выше. Поэтому, как говорил паровозик из Ромашково: если мы не увидим рассвет, то мы опоздаем на всю жизнь.


Что в переводе значит: не откладывай на завтра то, что может принести удовольствие сегодня.


- Пожалуй, Маршалл, я тоже пойду, - поднимаюсь из-за стола и лезу за бумажником.


- Оставь, - фермер отмахнулся от моих экю, словно от назойливой мухи. - Вы уже дважды спасли меня и Гретту от необходимости заказывать катафалк. Это меньшее, что я могу для вас сделать.


- Спасибо.


- Ты чертовски везучий сукин сын, Алекс, - Маршалл, прищурившись, хитро посмотрел на меня. - Отхватил такую девчонку, не хуже моей малышки, а в чём-то даже лучше. И что она в тебе нашла?


- Ошибаешься, это не я её отхватил, а она меня, - сдержать улыбку, глядя на пьяного фермера, было сложно.


- Не думай, что я перебрал и несу чушь, парень, - техасец словно прочитал мои мысли, посерьезнел. - Я, может, не самый умный в округе, и даже в этом баре. Но пожил достаточно, и повидал много, так что поверь моему опыту, я вижу, когда девушка от парня без ума, а когда просто так.


Я не нашёл, что ответить, просто кивнул, и вышел на улицу.


Солнце клонилось к горизонту, оказывается, мы просидели почти до самого вечера. В хорошей компании время летит незаметно. Воздух стал прохладней, но был ещё достаточно тёпл, чтобы не чувствовать дискомфорта в одной майке. До заката ещё примерно час, можно прогуляться, размять ноги и развеять голову.


А также обдумать слова Маршалла. Надеюсь, он ошибается.


- Может, ну его в баню? Она сама меня поцеловала, так что.. - попробовал я отмахнуться от проблемы, реальной или мнимой.


"Только попробуй мне, - радостно потёрла руки Совесть. - Я тебе устрою, ох, устрою! Ночная перестрелка покажется детским утренником!"


Одно хорошо: комок нервов и холода моментом рассосался, словно его и не бывало.


"Рефлексия - страшная штука! И это только жалкое начало! - довольно кивнула Совесть. - Так что давай, ищи выход из ситуации, чтобы никто не остался обиженным! Ты же программист, поработай, для разнообразия, головой!".