Всё становилось понятным. Это генерал не о безопасности Максима заботился. И не из какой-то подлости или равнодушия оставлял в беде остальных агентов. В том числе и девушку. Просто там Максим был нужнее. Потому, что умирал Президент. Тогда умирал. А сейчас прощаться с ним съезжаются главы государств.
Президент... Максим вспомнил встречу с ним. Совсем недавно. Энергичный, моложавый, с крепким рукопожатием. Как он тогда к Максиму отнёсся! И к его отцу! И вообще, вроде нормальный дядька был. Почему он умер - по радио не говорили. Макс вскочил с койки, врубил капитанский ноутбук. В новостях тоже - не очень. Скоропостижно... Неофициальные сведения - обширный инсульт. С чего бы это... И недолго промучился... Не долго. Значит, когда Пал Палыч требовал его, Макса, возвращения, Президент был ещё жив. И Максим успевал его спасти. Ведь спас бы, да? А так... Вот, все флаги в гости к нам... Траурные флаги.
Максим вышел на палубу, стал у фальшборта, бездумно глядя на мелкую волну. Было грустно и как-то стыдно. Мог спасти и не спас. И не кого-нибудь там. Если бы выполнил приказ, то... Но тогда где-то на кладбище вот этого, появляющегося на горизонте города появилась безымянная могилка. Даже не так. Ничего бы не появилось. А исчезла бы из этого мира одна девчонка, встрявшая в игры взрослых отмороженных дядей. Просто плыла, плыла бы, пока сил хватило, а потом, где-то на дне какие-то падальщики устроили бы пир. Но это - девушка, а там - Президент. Ну и что - президент? Значит, пришла его пора. Значит, будет следующий... Придёт пора - и следующего будут величать Президент и кричать: "Ах-ах!" Незаменимых нет! А я здесь тоже, знаете ли, не прохлаждался. И ещё вопрос, кого следовало спасать на самом деле. Да-а, если бы ты вот перед таким выбором встал, то что тогда? Если бы сообщили - надо спасать Президента. И если бы знал, что здесь погибнет Лиля. Ну?
Макс потряс головой, отгоняя эти мысли. Вгляделся в появившееся на горизонте марево. Порт прибытия. Там, на похоронах, ему делать нечего. А здесь ещё есть делишки...
На этот раз его никто не встречал. К чести капитана следует сказать, что он пытался, было, выяснить, кого спас, но после долгого взгляда спасённого, уверился в полном ажуре и даже пожал Максиму напоследок руку. А команде это было вообще по барабану. Спасли и спасли. Кого? Человека. Пацана, в общем. А дальше дело капитана. И если кэп поместил его в свою каюту, значит, знает, что делает.
И Максим в интернациональной матросской форме растворился в многолюдном портовом мире. Растворился для чужих - пассажиров, туристов и случайных зевак. А "свои" сошедшего на берег юнгу приметили тотчас же.
- Русский? - поинтересовался улыбчивый полненький турок. - С какого корабля? Девочку? Мальчика? Есть твои земляки, есть другие, всё, что пожелаешь, есть. И цены не кусаются. Очень гибкий прейскурант. Ты ничего такого не думай! - затараторил он, увидев брезгливую гримасу на лице потенциального клиента. И, понизив голос, продолжил:
- А есть и необъезженные кобылки. За дополнительную плату, конечно...
- Пойдём! - тут же изменил решение, до этого молча продиравшийся сквозь толпу, Максим.
- Во! Знал, что клюнешь. Есть в твоём взгляде что-то... этакое... садистское. Но это, я сказал - отдельный прейскурант. Сам понимаешь, подбор, доставка, охрана... Они же дикие... Пока свыкнуться... Ты при деньгах?
- Русский откуда так хорошо знаешь?
- Да я сам из Казани.
- Не похож.
- Ну, это, смотря на кого. Так ты при бабках?
- Расплачусь, не бойся.
- Я вообще-то и не боюсь. Это тебе, в случае чего, побаиваться надо. Нравы здесь даже для России диковатые. Не заплатишь - отработаешь. Тоже телом. Здесь и на такой товар падких хватает. Ну, вот и пришли.
Невзрачный трёхэтажный обшарпанный дом.
- Главное, не внешность, а содержание, да? - улыбнулся, подталкивая Максима к входной двери, турок.
- Это ты и про свой товар говоришь?
- Остряк! - расхохотался тот. - Входи, остряк. С товаром, как раз, наоборот. Со мной! - это уже стоящему внутри мордовороту.
По истоптанной лестнице спустились в цокольный этаж. Кабак. Грязный, людный, прокуренный. Пьяная матросня.
- Клиентам за счёт заведения. Что будешь?
- Не хочется как-то.
- Ну, ну, ну, дорогой. Это ширмочка такая. Хоть пива возьми. У нас хорошее пиво. А потом, когда вот тот молодец (турок кивнул в сторону бармена) тебе кивнёт, иди вон в ту дверь. Там уже проводят.
Пиво на самом деле было хорошее, хотя пить его в этой помойке не хотелось. Но бармен никаких знаков не подавал и Макс воспользовался паузой, чтобы собраться с мыслями. На кой он ввязался во всё это? Другие дела не ждут? Вот эта фраза "необъезженные". Если это бедняги, которых сюда притащили обманом или силой, то надо спасать. А если просто клоунада... Разберёмся...
В посольстве его приняли хмуро, покосились на двух сопровождающих его растрепанных и зарёванных девушек, но в отведенные ранее покои отвели. На вопросы, где принц и девушка, молча пожимали плечами. Более разговорчивым оказался посол - принц убыл домой и изволил взять с собой девушку. Что значит "изволил взять"? Разрешил ей ехать с собой. Толмач? Его держать никто не повелевал. Распоряжения насчёт вас? Никаких. Связаться с шахом? Это, молодой человек, только в экстренных случаях. Сотовый телефон? Это, пожалуй, можно.
- Это опять я. Ваше величество, тут недоразумение какое-то. Ваш сын...
- Знаю, мой юный друг, знаю. Но что поделаешь, такой он влюбчивый. А что у него было?
- Я вообще-то не про него, я про девушку...
- Славная девочка. Так что с принцем? Только правду.
- Ваше величество... Вопрос не в том, славная она или нет, а в том, что ваш сын её похитил. Силой вывез. А мы так не договаривались. В конце концов, она моя пациентка и значит, я за неё отвечаю...
- Что ты такое говоришь, Максим? С чего ты взял? Мой сын - уже настоящий мужчина и никогда не позволил бы такого позора! И она совсем не похожа на похищенную.
- Я хочу с ней поговорить!
- Хорошо, она позвонит. По этому телефону?
- Да. Он посольский. И скажите послу, чтобы он был немного поприветливее. Я, в принципе и сам могу его...
- Дай ему трубку!
Посол, начав слушать, согнулся в поклоне, и потом, вернув мобильник, уже не разгибался.
- Сын с девушкой немедленно выйдут на посольский канал связи. С послом мы это недоразумение уладили. Так что было с сыном?
- Никогда больше не позволяйте ему бывать в том районе.
- Какое-то колдовство? Вуду?
- Хуже. Капли Тьмы.
- Что?
- Не могу толком объяснить... Но теперь всё в порядке.
- Но это не мой старший...
- Нет. Думаю, нет.
- Благодарю, Максим. Будет время - обязательно приезжай.
- Сам пока не смогу, спасибо огромное, но тут две девушки в беду попали... Их бы приютить, а потом домой переправить...
- За ними ничего криминального?
- Нет, их самих выкрали, в бордели насильно держали.
- Понял. А что теперь с публичным домом?
- До сих пор горит... А персонал разбежался. Кроме этих двух бедолаг. Им просто некуда.
- До сих пор горит, говоришь? И потом найдут обугленные трупы?
- Немного, - поморщился Максим.
- Значит, разборки всё - таки будут. Поэтому этих твоих спасенных быстренько переправят сюда. Отдохнут, успокоятся, а уже потом - куда пожелают.
- Вы действительно, мудрый правитель.
- Не льсти. Тебе не идёт. Большой мудрости тут не надо. Приглашение остаётся в силе. Будет время - приезжай.
"Будет время" - усмехнулся Максим, возвращая сотовик послу. Тот, всё в таком же поклоне, сделал приглашающий жест. Вместе они поднялись на знакомый Максиму чердак. Макс уже тогда, промчавшись через него на крышу, обратил внимание на стоявшую там аппаратуру. Видимо во всех посольствах, даже самых дружественных, вот такие чердачки. С одной стороны - подсмотреть, подслушать, с другой - не дать этого сделать друзьям и врагам. Это про такой "посольский канал связи" и говорил шейх. Хорошо, посмотрим. Максим сел в предложенное кресло, посмотрел на довольно большой монитор. Тоже комната с двумя креслами. Но явно - не чердак. Да и кресла - не здешнему чета. А вот и они. Улыбается, тоже всматриваясь в экран. Ну, правильно, там же ты. В этой нелепой матросской форме. А она - в "лепой"? Уже - в их национальном костюме.
- Привет, Мишутка! Живой?
- Не имею чести, мадам Гульчатай. Вам их высочество даже позволили открыть личико?
- Перестань, Макс. честное слово, я так рада, что ты живой! А то говорили: "Молния, молния!". А я знала, что...
- Но обо мне речь. Ты-то чего там оказалась?
- Принц пригласил погостить, отдохнуть после потрясений.
- Угу. Погостить, отдохнуть. Вот так просто. Без визы, без разрешения...
- Да ты как маленький! Все эти визы принц вмиг сделал, а разрешение... После того, как отец... пропал, у меня только и остался один хороший дядя, да и тот только знакомый. Но я у Пал Палыча спросила и он посоветовал согласиться с приглашением. Пока отца не найдут... А Принц пообещал тоже посодействовать в поисках! Но ты то как? Чего такой хмурый? Найдутся наши папашки! Там посольские тоже должны помогать.
Вот так-то вот. Ай да Пал Палыч! Внедрил своего агента влияния в семью шейха! Да и Лиля, оказывается, не такая уж дурочка, чтобы просто так в гарем к принцу...
- Ты слышала, что у нас случилось?
- Да. Жалко, конечно, и всё такое... Так ты возвращаешься? Звони, не забывай. Запомни номер...
Максим успел ответить на улыбку, и экран погас. Ну что же, одной заботой меньше. Теперь - узнать о судьбе "папашек". Нет! Вначале надо, действительно, с отцом связаться. Но ещё раньше - разобраться с тем "компьютерным гением", который вышел на Макса. Может, не слил информацию? Если он напрямую подчинялся шефу или "серому кардиналу", то вряд ли.
- Девчата, вас отсюда отправят к одну тёплую сейчас страну. Ничего такого - просто отдохнёте, а там - сами решите, куда дальше.
- Только домой!
- Там шейх - парень порядочный. Домой, так домой. Обеспечит. Но сначала - к нему. По-другому пока не получится. А пока - отдыхайте.
Максим затребовал выход в Инет и вскоре сидел в своём номере с ноутбуком. Улыбаясь, прочитал в своей же почте сообщение Настюхи - она сообщила е-майл своей собственной почты! Тут же сообщил ей, что жив, здоров, скоро будет. Потом взялся за вычисление посетителей. Он, этот гений, конечно, знает, как замаскировать или даже удалить все следы контакта. А вот знает ли он, что такая сеть уже - как живой существо? И удаление чего либо для него столь же болезненно, как для нас? И память о боли всё равно остаётся. Максим решил попробовать - положил руки на клаву ноутбука, закрыл глаза. Вскоре он почувствовал, что его поле соприкасается с мелко пульсирующим полем прибора. Нет, не то. Глубже. Туда, где это поле порождает информацию. К самой информации. Вот этот тоненький лучик, уходящий куда-то вверх. Почему куда-то? Вот он спутник. Бедолага, в темноте, в таком холоде... А теперь - по такому же лучику вниз... А это уже твой комп. Сейчас он дремлет. Ничего, питание поступает вот отсюда... Ожил. Интересно ощущать работу компа изнутри. Нет, до мозга человека ещё далековато... Да и до мозга собаки, пожалуй, тоже... Но всё равно, словно живое существо. Вот он сейчас загружается, будто - бы ребёнок просыпается. Зевнул. Протёр глазёнки - включил зрение. Посмотрел на потолок. Вспомнил, что это такое. Сжал, разжал пальчики - тоже вспомнил, что это такое. Чихнул. Удивился этому, но потом тоже вспомнил... А теперь, когда пришла мама - он готов к работе. Готов, дружок? Давай-ка тебя посмотрим. Ну, не бойся, не бойся, это совсем не больно. Осторожненько посмотрим, кто что и когда убирал. Не так, как состригают у детей волосики и ноготки, а как вырывают зубки. Здесь, да? Хорошо, хорошо, я не буду трогать, я только посмотрю. А ты помоги, вспомни, кто и когда.
И комп отозвался, вспомнил чужака, который ворвался в его мир, скачал его память, а потом с корнем вырвал сведения об этом контакте. Максим улыбнулся, ласковыми импульсами своего поля успокоил своего друга. Нет, тебя дружок, я к расправе привлекать не буду. Он вышел из контакта, вернулся в реальность. Вот такие, значит, дела. И вот такие возможности проявились. Тогда попробуем! - решил Максим, набирая выявленный адрес.
Оказывается, "гений" был так уверен в себе и в своих возможностях, что не очень и осторожничал - копался в памяти Максимового компа через свой. Но этот уже был действительно, супер. Незамедлительно отреагировал на вторжение. Макс даже почувствовал, как тот, словно от комариного укуса, дёрнулся, затем решил ударить по самому комару. Нет, братец, тебе всё-таки со мной пока не тягаться. С любым другим компом - да. И даже с некоторыми людьми, наверное, но - не со мной!
В принципе, Макс мог уничтожить это компьютерное чудо, просто повыжигав все внутренности. Но он никак не мог отмахнуться от ощущения, что борется с мыслящим существом. И убить его... За что? Нет, его надо... покорить своей воле. И не только для того, чтобы скачать его память. Много, очень много можно с его помощью натворить. Он, улыбаясь, поглощал ответные импульсы противника. "Дитя! Пацан! Кого ты ими хочешь ударить? Ты знаешь, что такое разряд молнии? Куда тебе со своими укольчиками!". Максим погружался всё глубже и глубже в поле супера, подавляя, но не повреждая его защитные функции. Как вирус в клетку. А вот и главная программа - та же самая ДНК. Сейчас мы её немножко... угу... вот здесь. Только вот этот участочек...
Модифицировав программу, Макс получи если не друга, то исполнительного подчинённого. Проник в информационные поля, но считывать, понимать, переводить их непосредственно в конкретную информацию, долго не удавалось. Можно было переключиться на ноутбук и скачивать сведения обычным способом. Но Максим уже проник в комп, так почему же не пойти дальше, попытаться сделать то, о чём только мечтают фантасты - подключить его к своему сознанию? Может, не хватает информационной мощности контактного луча? Не всё же твоё сознание здесь в компе. Немного осталось и там, в родной головушке. А если попробовать... Нет, тело держит. Старая физическая сущность. Но тогда... Максим усмехнулся и погрузил руки в ноутбук. Нет. Всё равно мощности передающей антеннки не хватало, чтобы отправить его поле по лучу. Вот если бы из того, посольского транслятора... А почему бы и нет? Увлеченный новой идеей, Максим вышел из контакта и рванулся к послу. Чертыхнулся, увидев оставшуюся на полу одежду, быстро натянул её на себя, и через непродолжительное время вновь был в "шпионно-электронном" узле посольства. На этот раз его указания выполняли беспрекословно. ПравдаЮ одного не оставили - для "помощи" оставили дежурившего здесь же оператора. Пока грузился мощный посольский комп, Максим задумался. Куда? В принципе, к "гению" теперь не надо - вся его информация заблокирована. А если удастся, то он в любое время сможет его навестить. Поэтому... Ну конечно же, домой!
Максим набрал свой е-майл, обернулся к оператору.
- Если я сейчас... исчезну - не... пугайтесь. Так надо, - заранее успокоил он того, подбирая известные слова их языка.
Понял оператор или нет, сказать трудно, но согласно покивал головой.
Макс сосредоточился и вновь почувствовал свой домашний комп. На этот раз будить его не пришлось - с ним забавлялась Настюха. Ну что же, тем лучше. Экспериментатор погрузил руки в системный блок и рванулся по лучу. Впрочем, "рванулся" - не то слово. Просто выскочил из компа в своей квартире и, возвращаясь в обычное состояние, забился в спазмах боли.
- Ничего Максимка, ничего. Потерпи. Я помогу. Я сейчас, - услышал он голос Насти и, действительно, боль очень быстро стала отступать.
- Спасибо, Настюха, я сам, - просипел, отшатываясь, Максим. Он помнил, как доставалось ему, когда он переключал на себя чужую боль.
- Лежи- лежи. Я сейчас. Я уже. Ну вот и всё.
Оказалось, что у девочки это получается быстрее. И ещё она улыбалась.
- Привет, братик. Ты откуда? Из него, да? Классно! Я тоже так хочу!
- И не мечтай! Пока не подрастёшь.
- А ты, значится, подрос? Вон, совсем как дитё малое, голый неизвестно где шастаешь. На, накройся пока - набросила Настя на Максима покрывало с его кровати.
- Спасибо. И вообще - спасибо. И не обижайся. Я же... Ты сама видишь, как это больно.
- А вот так не больно? - девчушка ввернулась в стену и через секунду вернулась.
- Нет, так и мне не больно... Подожди! Когда это ты начала... И как это у тебя с одеждой получается?
- Вот когда ты в больнице лежал... Нет, ещё когда Пиастра оживляла... А уже потом, когда ты как бы обгорел... Я тогда здесь у нас была, а Света, когда позвонили, на кухне была... Она так страшно закричала, что я кинулась и прямо сквозь стенку. Сначала даже и не заметила, потому, что Света в обмороке на полу лежала. Уже потом, когда её и деток успокоила...
- Каких деток?
- Её, конечно. А ты что, сам не видишь? Вот, а потом я стою такая на кухне и думаю - а как я сюда попала? Вспомнила и попробовала ещё раз. Сначала страшно было, а теперь - привыкла.
- "Привыкла!" А с одеждой что?
- Да ничего с моим прикидом такого! Что ты к нему прицепился?
- Просто у меня всё время остаётся с той стороны. Не проходит со мной.
- И ты выходишь из стены совсем голый? Ах-ха-ха-ха!
- Совсем ничего смешного! Она ведь - не я!
- Я! Не я! Если я могу превратиться в призрака, то почему не могу превратить и одежду? И потом - наоборот?
- Не знаю почему, но у меня не получается.
- А у меня даже очень.
- Ладно. Потом поделишься опытом. Как здесь дела? О, привет, Пиастрище!
- Птичка!
- Ну да, птенчик.
Максим открыл свой шкаф, взял одежду, пошёл в ванную одеваться.
- Да все о президенте говорят. Жалеют... Почему меня не позвали? - из-за двери рассказывала Настя. - Я бы вылечила. - Или пускай - тебя. А где ты был? Почему так долго? И как это ты - из компа? - спохватилась она.
- Это взрослые дела.
- А я, значится, не взрослая!
- Нет, почему же! Ты, конечно, уже взрослая девушка, самостоятельная такая...
- Не смейся! - появилась из стены возмущенное личико Насти.
От неожиданности Максим вздрогнул, затем действительно рассмеялся - так странно и забавно это выглядело.
- Ах так! Тогда ничего не расскажу!
- И не надо! А подглядывать - стыдно!
Лицо возмущенно фыркнула и исчезло.
Когда же Максим, помывшись под душем, вышел, Настя хлопотала на кухне.
- Мне тут Света наоставляла всего, а я не хочу. Садись, ешь.
- Я тоже не очень. Давай вместе поровну. Ну, как они? Па давно приехал? Рассказывай.
- Грустные ходят. А почему - мне не говорят. Не болеют - я бы это увидела. А ты где был? К Светке своей летал, да?
- Хм! "Летал". Куда, спрашивается? Да и вообще тут другие дела, сестрёнка. Взрослые.
- Опять "взрослые". Ну и пожалуйста! Вот в следующий раз от твоих "взрослых дел" не буду тебя лечить!
- Подумаешь! И без тебя, малявка, справлюсь!
- Конечно, справишься! Лет через сто, когда паутина восстановится.
- Паутина?
- Ну да. Вокруг тебя такая паутинка светящаяся. Золотистая такая. Она порвана была, вот ты и обгорел.
- Может, знаешь и кто её порвал?
- Конечно, знаю.
- ???
- Ты сам и порвал!
- Глупости какие! Зацепился за что?
- Зацепился. За время.
- А это ещё как?
- Не знаю. Нет, знаю. Вот, когда у нас дома ёжик жил, он если колючки складывал, то под всеми диванами и шкафами пролезал. А когда колючки эти наставлял, то за всё цеплялся. А когда зацеплялся, то коробки там всякие на себе тянул. А шкаф не мог... Вот и ты - своей паутиной за время зацепился, чуть - чуть сдвинул, а потом она порвалась. Я потом её в больнице соединила.
- Спасибо Настюш. И объяснила интересно. Сама придумала?
- Я просто это видела.
- Неправда, тебя там не было!
- А я всё равно видела! В больнице, когда паутинку твою поправляла, всё и увидела.
- Та-ак. И что именно?
- Да я же сказала уже. Ты зацепился за время, дернул, немного подвинул и порвался. И поэтому был весь такой, как обгоревший...
- Почему "как"?
- Ай, ты сам знаешь. Это я, малявка, ничего не понимаю.
- Прости, Настюха.
- Прощаю. А где ты был?
- Вот же ... На тренировке.
- Ага! Все уже поприезжали. Даже папа приехал. И спортсменка эта, которая с тобой Ирка - тоже. А ты всё тренировался? Пока тебя из компа не выбросило. Я что тебе, совсем дурочка?
- Ду-урррочка!!! Дурро-о-чка!
- Сам ду... Такой.
- Пиастррр!
- Всё, Настюха. Не будем об этом всём... пока. Когда отец придёт?
- Он теперь раньше приходит. А сегодня суббота, так он сказал, что ещё раньше придёт. Они на балет собирались, только сейчас траур. А Света сейчас в больнице...
- Что с ней?
- Да ничего. На этой... Кон-суль-тации.
- Странно. Передышку ему дали, что ли? Ладно. Надо мне ещё кое- куда смотаться.
- А ты через комп!
- Нет уж. Здесь недалеко и... больновато всё-таки. И тебя не будет.
- А ты со мной!
- В другой раз.
- Максимка, а тут ещё знаешь, что такое смешное приключилось...
- Потом, сестрёнка.
Максим выскочил на улицу, поморщился, вернулся назад за курткой. Всё-таки здесь - осень. Настя сидела у компа.
- Тут тебе некоторые сообщения есть интересные
- Читать чужие письма нехорошо. Ты что, этого не знаешь?
- Не-а. Теперь знаю, и не буду.
- Хитрец ты, хитрец. Я потом с тобой разберусь.
- Хитрррееец!
- И с тобой тоже.
Макс на всякий случай помахал "пока-пока" зеркалу и вновь помчался вниз. Надо было обязательно наведаться к Пал Палычу. Куда? Нет, он в это время, конечно, на службе. Безвластие же. Или межвластие. Пойду, покаюсь. Если бы я знал... - вновь вздохнул Макс, глядя на приспущенный флаг над подъездом. Вот, тоже интересно. В обычные дни никаких флагов нет, а в траур - повесили и приспустили.
На остановке никого из знакомых не было, в маршрутке - тоже и Макс всю дорогу раздумывал над удивительными способностями Анастасии. Если в этом возрасте у неё такое... Нет, не так. Возраст здесь не причём. У тебя тоже всё не с возрастом развивалось... То есть, если уже развилось вот такое, то что будет дальше? И что с этой "паутиной"? Это она видела так твоё поле? Допустим. И оно было повреждено. "Зацепился за время... Подвинул время". Значит тогда, когда Светлана... Я сдвинул время назад и откинул её? И обгорел не от огня. "Как бы обгорел". Со временем не шутят. Эти "обрывы паутинки" и сказались на физической сущности. Теория, конечно, интересная. Значит, если сдвинуть подальше, то можно и вообще... того. В обоих сущностях? Нет, что-то не то. Что-то здесь не связывается...
Столица выглядела... нет, не мрачной и не траурной, а какой-то... настороженной, что ли? В принципе, народ, особенно столичный уже не отождествлял Президента с Богом. Умер. Жаль, конечно. Неплохой был - и как человек, и как руководитель. А теперь кто? И чего от него ждать?
Максим вычислил правильно - Пал Палыч был на службе и, узнав, что к нему хочет пройти " подросток без документов, называющий себя Маугли", дал соответствующую команду. Встретил он Максима холодно - кивнул в сторону приставки к столу, сел напротив.
- Как вернулся?
- А, мелочь... Но объяснять долго. И не поверите.
- Вот и надо было сразу, если мелочь. Ведь мог же спасти!
- Может, я расскажу?
- А! Ладно. Докладывай. В смысле - рассказывай.
Максим постарался рассказать-доложить кратко. Получилось минут двадцать, в течение которых генерал выкурил две сигареты и бросил трубки трёх некстати зазвонивших телефонов.
- А комп этого ихнего компьютерного гения я приручил. Давайте команду - скачаем всю информацию так, что хозяин и не заметит. И потом - тоже. В общем - ваш засланный казачёк там у них появился.
Пал Палыч мельком улыбнулся, затем вновь помрачнел.
- Наверное, уже не мой... И ничего удивительного. Новый лидер - новая команда.
- Но нового, наверное, ещё нет? Пока новые выборы, то да сё...
- Уже есть. И команда есть - молодые волки... Хотя ничего плохого сказать не могу... Да и не твои заботы, правда? Но на вот это место у них кандидатура есть. Этакий "железный Феликс".
- А вы?
- А я, по их мнению, слишком либерален. В "белых перчатках" работаю.
- Это вы - в белых перчатках?
- Они многого просто не знают... Но всё равно, дальше - без меня. Вот, обеспечим все вместе спокойствие и порядок, а потом - в отставку.
- А как же все эти наши... операции?
- Войну мы... ты развязал серьёзную. Если ещё те две базы уничтожишь, считай, оборот наркотиков процентов на... сорок уменьшим.
- Всего?
- Для начала неплохо. А дальше - под руководством нового...
- Без вас - не буду. Вы потерпите. Я этому новому всё объясню. Кто он такой? Где он сейчас?
- Сядь, сядь. Не надо. Не хочу. Есть у меня другая мыслишка. Соберу своих и других отставленных и поработаем во благо Родины, но в частном порядке. И уже тогда - без "белых перчаток". И за сына по полной программе. Но - как частное лицо. Ты как?
- А я и сейчас, во благо, в частном порядке и без всяких перчаток.
- Тогда тебя я им не передаю.
- А Лилию?
- Придётся. В принципе, можно было бы и считать погибшей... Как и ваших " отцов". Но последний контакт и разговор с ней зафиксированы.
- А вы - расфиксируйте. Я помогу. Не отвяжутся же. А если принц или тем более - шейх узнают, что шпионку пригрели - ей там мало не покажется. Лучше пусть будет вашим личным агентом!
- Сейчас же займусь. А ты, Максим, ты? Будешь моим личным агентом?
- Нет, Пал Палыч. Извините, но - нет.
- Хорошо. Задам вопрос по-другому. Поможешь?
- Конечно.
- Ну вот и договорились. Значит, услышав "Маугли"...
- Я обязательно с вами встречусь.
- Спасибо и на этом. До свидания, Максим. Очень много дел сейчас.
"Всё-таки обиделся" - думал Максим, выходя из мрачного здания. А, спрашивается, с чего бы. Я ему кто? Подчинённый? Друг? Соратник? Будет нормальным делом со своей командой заниматься - помогу. А если счёты сводить или, тем более - в политику полезет, то это уже пускай сам. А с наркотой я теперь сам. Без всяких руководителей. "На сорок процентов!" И то, если ещё те две базы разорить. Вот же махина какая! Постой, а куратор нашей программы теперь тоже новый будет? А с отцом теперь что?
В городке новости даже не разливаются - разбрызгиваются. Поэтому ничего удивительного не было в том, что возле КПП Макса ждала Белка.
- Привет! Где пропадал? - как-то жалко улыбнулась она. - Пройдёмся, или спешишь?
- Спешу, Зоя. Только приехал, ещё своих не видел. Давай, завтра?
- Ты, значит, ничего ещё не знаешь? Тогда, действительно, лучше - завтра.
- Да ты не обижайся, Зой. Я на самом деле... - догнал Максим быстро уходившую девушку.
- Это ты не обижайся... Нет... всё- таки до завтра!
Может, Макс и настоял бы на объяснении этих загадок, но на его пути встал "каланча" - бойфренд Безруковой. Саша, кажется? Было видно, что этот дожидался Максима давно. С самыми чёрными планами. Что-то узнал. И теперь у него оставалось только одно - месть! И в чём-то он прав. Не объяснишь же ему, что Ирина сама... Нет, не поверит. Да и слушать не будет.
- Пойдём - кивнул в сторону магазина старшеклассник. Между задней стеной магазина и оградой городка решались те же вопросы, что и "за сараями" в прежнем гарнизоне Максима.
"Надо доставить ему удовольствие" - придумал Максим новый прикол. Зайдя в полутёмное пространство, он прислонился к бетонной плите ограды.
- Ну, - навис над ним мститель. - Признавайся, что у тебя с Иркой было?
- Это ты у неё спроси.
- Я у тебя спрашиваю!
- Джентльмены о таком не говорят.
- Джент нашёлся! Скотина!
Прелюдия была закончена и распалившийся праведным гневом бойфренд ударил противника в лицо. Максим специально стал так, что уклониться было невозможно. И Александр, сделав ещё один удар, изумлённо всхлипнул и бросился бежать. А Макс, улыбаясь, быстро встал, оделся в съехавшую одежду и направился домой.
- Я убил его, убил! - не замечая никого, бродил в прострации по гарнизонным дорожкам ревнивец. То есть - уже не ревнивец. Страх убил ревность. С изумлением он рассматривал кровоточащие костяшки пальцев. Как же так? Проломил все кости насквозь! Как он упал! Аж одежда свалилась. Конечно, убил! Звать на помощь? Скорую вызывать? Так убил ведь. Не поможешь. А отвечать за убийство... Но я же неосторожно! И он сам... А что он? Это она сама... Теперь из-за неё - в тюрьму? И на всём - крест. Но не видел же никто! Разве что Белка. Но мы только пару словами перекинулись и разошлись. И следов никаких. А по одним мотивам. Нет у меня мотива. Ревность? Никакой ревности. Мы с Безруковой только товарищи. Всякий скажет. А Максим этот с местными болтался. Вот среди их и ищите. А у меня алиби. Был дома.
И поддавшийся подлой слабости парень кинулся домой.
Пришёл домой и Максим, тут же попав в крепкие объятия отца.
- Настюха уже доложила. Пойдём ужинать. Всё готово. Там и отчитаешься о своей "тенировке".
Светлана Афанасьевна встретила Максима улыбкой, но какой-то... неискренней, что ли.
" Действительно, проблемы" - вспомнил Максим слова сестрёнки. Но вначале всё шло нормально - Максим с юмором рассказал о "трудностях" их выживания, отец рассказал о деталях морских тренировок.
- А почему у вас экипаж поменяли? Поругались с Безруковой?
- Да нет, па... Просто... - замялся Максим, машинально покосившись на женщину. Та поймала этот взгляд.
- Пойду я, лёнь. Устала сегодня. И тебе, Настюш пора.
- Мужской разговор, да? - непосредственно прокомментировала Настя. - А Пиастр тоже мужчина, пуская остаётся!
- Ну, рассказывай, - предложил Максиму отец.
- Да так, па. Было одно поручение, с наркотой связанное. Склад один опустошили. Да так, что теперь все они передрались.
- Ну, про это СМИ все уши прожужжали. Молодцом! А я думал, что ты к Светлане урвал.
- Па, это всё мелочевка. Я же вижу - что-то случилось.
- Ты прав. Случилось. Меня вывели из экипажа.
- Это... как? То есть... почему? - изумился Максим.
- Климовских. Он теперь в полной боевой готовности.
- Я им выведу! Что, Президента только-только похоронили, и - уже... Они очень- очень пожалеют!
- Сядь, горячка. И подумай.
- И думать нечего! Делки! Кто там главный делок?
- Я что сказал? Сядь! Вот так. Посчитай до двадцати. Вслух!
- Ну, раз, два, три...
- Всё-таки это справедливо, Максимка. Разве ты, убирая его ожоги, не думал об этом?
- Нет! Шесть, семь, восемь...
- То есть, ты думал, что самое страшное для этого мужика - изуродованный фейс?
- Двенадцать, тринадцать...
- Что ему самая большая пытка - остаться у порога мечты и отправлять за этот порог других?
- Шестнадцать, семнадцать...
- И что после твоего чуда и он, и его друзья - товарищи ничего не предпримут по его возвращению?
- Двадцать... Но почему - ты? Почему - тебя?
- Я здесь новичок. И так считай - по головам прошёл. Блатной. Штрейкбрехер.