Полякова Екатерина Львовна: другие произведения.

04. Хоть на край света!

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Даже от горячо любимого экипажа порой хочется сбежать на край света. Но проблемы найдут и там.

  Глава 4. Хоть на край света!
  
  1.
  28 мая 3054 года
  Рафаэль Нуарэ отложил электронную книгу. За стеной кабинета слышались шаги Эрика - брат получил несколько дополнительных дней отдыха и решил, что готовиться к выпускным экзаменам ему приятнее в родных стенах. Но на дворе стояла глубокая ночь, а Эрик, как в свое время и Рафаэль, был не из тех, кто сидит ночами, наверстывая упущенное за семестр. Нуарэ поднялся и пошел к брату.
  - Ну и чего ты не спишь? За экзамены переживаешь? Только не говори, что ты к чему-то не готов, в жизни не поверю. Я видел, как ты впахиваешь, ты уже всю программу наизусть должен был выучить.
  - Да это все ерунда, - с досадой махнул рукой Эрик. - Просто... ну я же буду офицером космофлота!
  - Так это же прекрасно. Вроде бы ты этого давно хотел.
  - Раф, ну ты не понимаешь. У меня крыша уезжает! Я - и стану офицером... как ты! Но где ты, а где я...
  Нуарэ вздохнул и сел рядом с братом, положив ему руку на плечо:
  - Эрик, ты считаешь, что я так и родился в этом мундире? Поверь мне, нет. Хотя шутку про картошку я прекрасно знаю.
  Эрик непонимающе взглянул на брата.
  - Ну как же. В чем разница между мужчиной Дома Нуарэ и картошкой? Картошка бывает в мундире и без, а Нуарэ без мундира не бывает!
  Эрик сложился пополам в приступе хохота. Рафаэль довольно кивнул - сработало.
  - Ну вот, на человека похож стал, - сказал он, когда Эрик наконец смог разогнуться и свободно вздохнуть. - Мне, конечно, лестно, что ты обо мне такого высокого мнения, но, поверь, ты ничуть меня не хуже.
  - Да-а... - протянул было Эрик, но Рафаэль жестом остановил его и повторил:
  - Ничуть не хуже. И если уж на то пошло, вот этот вот урожденный офицер космофлота, - он показал на себя, - еще совсем недавно был кретином, каких поискать.
  - Ты самокритичен.
  - В данном случае, Эрик, это суровая правда жизни. Раз уж все равно оба не спим, налей лимонника, что ли. Шизандра - друг студента, у вас тоже так говорят? - он подмигнул.
  - Ага, - засмеялся Эрик, передавая брату кружку.
  - Спасибо. Так вот, я этого никому не рассказывал и надеюсь, что это останется между нами. В общем, шесть лет назад, когда я только пришел на 'Сирокко' и познакомился с хорошо известной тебе Габриэль Картье, я влюбился, как мальчишка. Позорище, как любит говорить наш Асахиро. Я сам не знаю, что на меня тогда нашло - меня практически прямым текстом слали к чертям терранским, а я ничего не желал слышать. Нет, ничего неподобающего я себе не позволил, но как Габриэль меня тогда не убила - не знаю. Я же рехнулся до такой степени, что потащился за ней в отпуск! На другой конец галактики. Инкогнито. Тебе смешно? Мне сейчас тоже. А тогда я и думать не думал, что выгляжу как пацан, играющий в шпионов. Придумал себе важную задачу - проследить, чтобы с корабельным медиком что-нибудь не случилось. Кого я, спрашивается, обманывал? Я просто хотел быть рядом с ней. А в результате получилось так, что она же и спасла мне жизнь. Потому что за мои дурацкие игры в шпионов меня чуть не пристрелили.
  - Тебя? - Эрик широко распахнул глаза. - Но как?
  - Обыкновенно, из пистолета, - мрачно усмехнулся Рафаэль. - Лимонник еще остался? Долей мне, расскажу.
  
  2.
  16 января 3048 года
  Лусиано Мартинес, хозяин маленького отеля 'Краб', отодвинул чашку кофе и потянулся за сигарой. Отель почти пустовал - не сезон. Вода в море холодная, а что делать на маленьком островке без возможности купаться? Вот Лусиано и скучал за стойкой администрации. Андрес в баре, надо полагать, скучал не меньше. А может, отдыхал душой - в кои веки к нему не липли нетрезвые дамочки, решившие, что красавец Андрес - любовь всей их жизни и недаром именно им смешал такой красивый и вкусный коктейль. Хотя Андрес просто любил это дело. Сам, кстати, пил очень мало. Лусиано, наоборот, очень ценил виски из Шинедо, хотя, конечно, никогда не позволял себе излишеств. В конце концов, он в буквальном смысле слова жил на работе, какие тут излишества. Даже если работы порой и нет.
  Не успел Лусиано подумать эту мысль, как работа появилась. В отель вошла высокая девушка с короткой стрижкой, в темных очках-полумаске. Странно, солнце-то совсем неяркое... Впрочем, судя по мраморно-бледной коже, девушка была не местной. Алхорка? Лусиано широко улыбнулся и поздоровался на пиджине.
  - Добрый день, - девушка что-то проделала со своими очками, и они стали лишь слегка дымчатыми. Высунувшийся откуда-то Бенито, сын жены Лусиано от первого брака и незаменимый помощник в отеле, разинул рот. Лусиано был при исполнении, поэтому не мог проделать то же самое, хотя и очень хотелось. - Две недели назад в вашем отеле бронировали номер на имя Габриэль Карин Картье. Вот код заказа.
  Судя по произношению, она точно не с Алхора. Хотя Лусиано помнил эту бронь, там было вообще незнакомое ему название планеты... Однако! Из внешнего космоса на его памяти гостей не появлялось.
  - Все так и есть, - Лусиано широко улыбнулся. - Номер с балконом, прекрасный вид на море. Жаль, что вы застали Эним зимой.
  - Вы это называете зимой? - девушка рассмеялась. - Да тут же жара!
  Действительно, она была в шортах и легкой рубашке. Ноги, надо заметить, стоили того, чтобы их открыть. Лусиано улыбнулся еще более лучезарно:
  - Тогда надеюсь, что вам здесь понравится. Вы позволите ваши документы, сеньора?
  Девушка кивнула и протянула удостоверение. Ага, по ее жетонам со звездой и надписью 'Всегда на страже' Лусиано сразу заподозрил, что военная. Правда, очень уж руки ухоженные... может, медик? Во всяком случае, взгляд, который она бросила на сигару Лусиано, был точно как у его врача.
  - Космофлот? Сеньора, да с вами шутки плохи! Бенито, не стой столбом, проводи сеньору в номер 212!
  Бенито подхватил сумку девушки (небольшой чемоданчик она ему в руки не дала) и унесся. Лусиано проводил гостью взглядом. Красивая. Хотя, пожалуй, не на всякий вкус - немногим нравится, когда девушка выше их. Вот на Алхоре точно бы за свою сошла. А еще Лусиано почему-то чувствовал, что привычный стиль любезностей, кажется, стоит придержать при себе. Очень уж серьезная эта Габриэль Карин Картье. А Андресу надо сказать, чтобы соков закупил. Пригодятся.
  Бенито в пять минут провел настоящую экскурсию, объяснив, где что находится, и особо обратил внимание на календарь приливов, висящий на самом видном месте: 'Сеньора, у нас тут две луны, приливы бывают очень мощные, это нужно помнить!'. На пиджине, спасибо дяде Лусиано, он шпарил как на родном языке. Сгреб оставленные чаевые, восхитился щедростью гостьи и сбежал.
  Габриэль принялась раскладывать вещи. Все нужное было при ней, но по этой 'зиме' лосьон от солнца жизненно необходим, и он должен быть местным. В магазинчике при отеле Габриэль решительно отвергла все 'масла для изумительного загара' и попросила крем с самым высоким защитным фактором. Кожа станет максимум чуть золотистой, но большего и не надо. Намазавшись кремом с ног до головы, Габриэль отправилась бродить по берегу. Почти сразу же ей попалась громадная шипастая раковина какого-то моллюска. Пустая.
  Неизвестно откуда опять выпрыгнул Бенито. Кажется, это был его фирменный стиль - выскакивать как чертик из коробки и так же внезапно исчезать, ухитряясь быть одновременно на всей территории отеля.
  - Тут можно взять лодку и доплыть вон до тех скал, там всяких раковин столько! А вообще сегодня на ужин как раз вот такие моллюски с сыром, обязательно попробуйте, очень вкусно!
  Он по-мальчишески облизнулся. Только сейчас Габриэль заметила, что Бенито старше, чем кажется - ему было лет семнадцать, хотя по маленькому росту и повадкам она бы дала четырнадцать, не больше. Но забавный. Она улыбнулась ему:
  - А вы не подскажете, где можно было бы вот эту штуку покрыть лаком? Один мой знакомый профессор будет в восторге от такого пресс-папье.
  Бенито почесал в затылке:
  - А, наверное, в сувенирной лавке на том конце острова сделают! А не там, так в городе, это на катере где-то час надо ехать, да вы же знаете, это почти как до космопорта, только выйти раньше, тут все знают.
  Все это он выпалил одним махом и снова потерялся в пейзаже. Габриэль улыбнулась вслед парнишке. Эним ей уже нравился.
  
  3.
  20 января 3048 года
  Может быть, по меркам Энима это и была зима, но на Сомбре таким выдавалось не всякое лето, разве что в особо теплые годы. Даже странно, что местным вода казалась холодной, и купаться не рисковал почти никто. Габриэль устроилась в шезлонге поудобнее, подставляя солнцу длинные ноги. Вот уже три дня она бегала по пляжу, моталась по бесчисленным сувенирным лавчонкам, купалась в теплой как молоко воде - местные только пялили глаза и разве что пальцем у виска не крутили - а после принимала солнечные ванны. Никаких тебе флотских дел, никаких тебе забот, а главное, никакого тебе коммандера Нуарэ со своей любовью. Нет, с прошлого раза он больше не предлагал семейного союза, но запретить ему смотреть в ее сторону Габриэль не могла. А во взгляде коммандера читалась такая тоска и такое желание, что, право слово, тошно становилось.
  Определенно, это стоило двухнедельного пути - оказалось, тогда, после боя с пиратами, Деверо проложил более длинный маршрут, чтобы потрепанному 'Сирокко' не пришлось делать затяжных скачков. А на самом деле Старые Колонии были даже чуть ближе, чем казалось по тому перелету. Эта новость так обрадовала Габриэль, что она в самый первый день отпуска засела за домашний компьютер и начала рыться в межпланетной сети, вызнавая, как жители Старых Колоний попадают на хундианскую станцию 'Валькирия' и что они там делают для успешного взаимодействия с местными платежными и прочими системами. Через агента она сделала себе туристическое удостоверение личности и карту местного банка. Хундианские стандарты совпадали с теми, что действовали в Старых Колониях. Через того же агента Габриэль забронировала и оплатила номер в отеле. Теперь ничто не могло омрачить ее отпуска. Отель назывался 'Краб' и располагался в пяти минутах ходьбы от пляжа, что радовало еще больше. Персонал вежливый, сервис на уровне, в номере уютно и чисто, хозяин - милейший человек, а симпатяга-бармен от души хохочет над ее анекдотами и шутками о жителях Большого космоса. Шуткам тем хоть и лет триста, и это совсем не фигура речи, но местные-то их не знают.
  Словом, Габриэль предвкушала если не самый безмятежный отпуск в своей жизни, то точно один из самых спокойных. Море, солнце (не забывать про лосьон!) и никакого Нуарэ!
  От берега послышались неразборчивые крики. Испанского Габриэль почти не знала, тем более что здешняя версия сильно отличалась от сомбрийской, но и так было понятно, что что-то случилось, и случилось в воде. Сделав затемнение визора менее интенсивным, она увидела небольшую толпу на берегу и кого-то отчаянно барахтающегося не то чтобы вдали, но на изрядном расстоянии от берега. Габриэль подскочила с шезлонга и решительными шагами двинулась к толпе, где на разные голоса долдонили про холодную погоду. 'Он же утонет, мать вашу!' - подумала она и бросилась в воду. В несколько гребков она доплыла до незадачливого пловца, который в самый последний момент решил уйти на дно, подхватила его и, экономя силы, выволокла из воды на песок. К ним подбежали трое перепуганных парней.
  - В сторону! - рявкнула Габриэль.
  - Врача бы, - нерешительно вякнул высокий парнишка в допотопных очках.
  - Я медик. Отойди и не мешай, - сказала Габриэль уже спокойнее.
  Вмешалась она вовремя, но парень успел изрядно наглотаться воды. Впрочем, искусственное дыхание все же не понадобилось. Он закашлялся и открыл глаза.
  - Тихо, тихо, - как можно более дружелюбно сказала Габриэль. Парня ощутимо затрясло, он перестал кашлять, но съежился и застучал зубами. Габриэль показала пальцем в сторону шезлонга и сказала на пиджине: - Народ! Вот там большое полотенце. Тащите его сюда.
  Парень в очках метнулся за полотенцем, растолкав зевак.
  - Чего встали? - снова рыкнула Габриэль. - Как глазеть, так все, а как спасать, так никого.
  Толпа пристыженно расступилась.
  - Так вода же холодная, сеньора, - проговорил очкастый, протягивая полотенце.
  Габриэль заботливо укутала в него спасенного - довольно высокого и стройного молодого человека, который все еще ошалело таращился на нее красивыми карими глазищами, но вроде начинал отходить.
  - Ну, во-первых, для меня она еще какая теплая, - усмехнулась Габриэль, - а во-вторых, какая я вам сеньора, мне всего двадцать четыре. А зовут меня Габриэль. Можно просто Габи.
  - Я Альваро, - назвался спасенный, перестав отбивать зубами барабанную дробь.
  - С днем рождения, Альваро, - добродушно усмехнулась Габриэль.
  - Рамиро, - представился очкастый парнишка, кажется, самый младший в этой компании.
  Двое оставшихся парней назвались Рамоном и Хорхе. Компания оказалась добродушной и разновозрастной. Самым старшим был Альваро, ему было двадцать два. Самым младшим - действительно Рамиро, которому едва стукнуло восемнадцать. Хорхе и Рамону было по двадцать.
  Оказалось, что смельчак и хвастунишка Альваро решил произвести на друзей впечатление и поплавать в холодной воде. Впрочем, это для энимцев она холодная, а сомбриец то, что у них теплая, назовет супом. Так вот, начал Альваро хорошо, но решил прихвастнуть и заплыл далеко. И тут ему свело ногу, и он бы утонул, если бы не Габриэль. Плыть за ним никто из компании не рискнул, понимая, что утонет еще быстрее. Так что Габриэль была права насчет второго дня рождения.
  - К холоду, говоришь, привычная, - сказал изящный Хорхе. - Ты с Алхора?
  - На Алхоре никто так чудно не говорит, - возразил наблюдательный Рамиро, который, похоже, услышал легкий французский акцент Габриэль. - Я, конечно, не скажу за всю планету, но сами же слышали, как приезжие алхорцы говорят. Ничего похожего даже близко.
  - И то верно, - согласился добродушный здоровяк Рамон.
  - Нет, я не с Алхора. Хотя друг мой оттуда. А как мы познакомились - ох и долго рассказывать, - Габриэль поведала историю битвы с хундианскими пиратами, сокращенную и на ходу подвергнутую некоторой цензуре. Нет, история, конечно, не засекреченная, но флотские дела лучше выдавать по минимуму. Даже привела отдельные цитаты из воплей бандитов про мозги по стенам и про то, что лучше копать рудники одной лопатой, лишь бы 'этим отморозкам, которые с честными людьми такое творят', не отдавали. На 'честных людях' компания грохнула хохотом. Отсмеявшись, парни посмотрели на Габриэль с уважением. Они ей верили.
  - Расскажи кто другой, подумал бы, что враки, - сказал Альваро. - А тебе вот верю.
  - Альваро, ну ты что! - снова вскинулся умник Рамиро. Кажется, он был в этой компании за ходячую энциклопедию. - Столько терминологии просто невозможно из головы придумать. Я читал книжки по психологии, там рассказывается, как вычислить обманщика, так вот, взгляд и движения Габи говорят о том, что она не врет.
  А когда Габи показала свой наручный комм, последние сомнения рассеялись. Таких ни на одной планете Треугольника не делают. В комме были фотографии с сомбрийскими видами.
  - Точно не Алхор, - сказал Альваро, разглядывая пейзажи на голографическом дисплее.
  - И на Терранову не похоже, - сказал Рамон. - Мой отец туда пару раз по делам летал. Это точно не их города.
  - Это Штормград, - сказала Габриэль. - Мой родной и любимый город. И наша столица.
  В конце концов Габриэль сказала, что ей пора бы вернуться в номер и отдохнуть.
  - Чего и вам, парни, желаю, - добавила она. - Особенно тебе, Альваро. Отлежись в тепле и не лезь больше в воду.
  - Обязательно, - кивнул он. - Слушай, а давай завтра встретимся? Мы сюда же придем. Ты так интересно про Большой Космос рассказываешь! А мы тебе заодно покажем, где тут интереснее всего.
  - Договорились, - улыбнулась Габриэль.
  Ей нравились такие парни - вежливые, веселые, воспитанные, с приставаниями не лезут. Даже Альваро, явный плейбой, смотрел на нее с благодарностью и дружеским интересом.
  
  4.
  - Габи тебе понравилась? - спросил у Альваро Рамон, когда красивая гостья из Большого Космоса скрылась из виду.
  - А тебе разве нет? - ответил Альваро вопросом на вопрос.
  - Понравилась, но я не в том смысле...
  - Да нет, что ты, - вдруг смутился Альваро. - Я Маргариту люблю. Хоть она со мной уже три дня не разговаривает. А за Габи не приударишь. Она же сама как парень.
  Все остальные согласно кивнули.
  Вечером того же дня Габриэль сидела в баре отеля и неспешно попивала из высокого стакана какой-то разноцветный безалкогольный коктейль, смешанный барменом Андресом.
  - Сегодня в округе только и разговоров было, что о твоих подвигах, - сказал Андрес. - Мол, отчаянная девушка бросилась в холодную воду и спасла утопающего.
  - Хотела бы я знать, что вы теплой водой зовете, - сказала Габриэль. - Ну и не бросать же парня было, пока все остальные на берегу топтались.
  - Ну, теплая - это градусов тридцать, - ответил Андрес, немного подумав.
  - Да это же суп! - выпалила Габриэль.
  Оба расхохотались.
  Андрес любил, когда гостья из Большого Космоса заходила к нему в бар. Активная, всегда в хорошем настроении, заказывает только безалкогольные коктейли, вроде состоятельная и явно из тех краев, что будут побогаче даже Террановы, но деньгами сорить не стремится, всегда вежлива и учтива. Не то что некоторые дамочки, которые примут на грудь и лезут приставать, а у Андреса, между прочим, невеста есть. А еще Габриэль остроумная. От ее анекдотов Андрес чуть не покатывался со смеху. Эним ей явно нравится. Интересно, как они там живут на той планете, откуда она родом, без солнца-то? Тут в сезон дождей на два месяца и то тоска берет, а у них так почти всегда! И ветра такие, что люди даже летом в куртках ходят. Нет, Андрес бы точно так не смог.
  Его размышления прервало появление новых посетителей. Вернее, посетительниц. Их было три. Длинноногая стройная красотка лет двадцати с выразительными карими глазами и роскошной гривой черных волос и две девушки помладше. Одна сероглазая, с пышными формами и толстой темной косой до лопаток, вторая - худенькая, зеленоглазая, с каштановыми локонами до плеч. Длинноногая девушка, явно лидер этой компании, поискала кого-то глазами среди посетителей. Взгляд ее упал на Габриэль. Девушка подошла к ней решительным шагом.
  - Извините, это вы Габи?
  - Да, это я.
  Лицо девушки просияло.
  - Ура! Девочки! Мы ее нашли!
  Габриэль с недоумением посмотрела на всех троих.
  - Это же вы сегодня моего братика спасли! - пояснила длинноногая.
  - А, так вы сестра Альваро! То-то ваше лицо показалось мне знакомым.
  - Меня зовут Исабель. Это Мария, - она показала на подружку с косичкой. - А это Режининья, - она показала на зеленоглазую.
  - Очень приятно. Садитесь, выпьем чего-нибудь, если не торопитесь. Правда, я сама алкоголь не пью.
  Девочки заказали себе по легкому коктейлю, и вся компания устроилась за свободным столиком в углу. К тому времени они уже перешли на 'ты'.
  - Как дела у Альваро? - спросила Габриэль.
  - С ним все хорошо. Но я взяла с него страшную клятву, что больше он в холоднючую воду не полезет, - ответила Исабель. - Отругала его как следует. Ишь чего придумал! И кстати, он просил передать, что завтра мы могли бы все вместе покататься на папиной яхте. Посмотреть на кораллы и все такое, ты же, наверное, в море еще не выходила?
  Теперь глаза сияли уже у Габриэль.
  - Не выходила. Но буду очень рада. У нас на Сомбре это развлечение для сильных духом. А парусный спорт с нашими-то ветрами и вовсе становится экстремальным.
  - Что, так штормит?
  Габриэль улыбнулась и принялась рассказывать о сомбрийском климате. Новые знакомые слушали, иногда вставляя 'Огого!' или 'Вот это да!'.
  - Ладно, мне пора домой, - наконец сказала Исабель. - Завтра с утра мы с Альваро будем ждать тебя у входа в отель.
  За время прогулки Габриэль не то чтобы сдружилась с Альваро, Исабель и их друзьями, но добрыми приятелями они точно стали. Вместе жарили на решетке больших креветок, фотографировались на фоне моря, а Габи лихо нырнула прямо с борта, сорвав аплодисменты. Считать эту воду холодной она категорически отказывалась. Уже под вечер Исабель посетила идея:
  - Слушай, а ведь скоро на Радужном классный фестиваль! Вообще мы и так на Радужном архипелаге, - пояснила она, - но самый большой остров тоже так называется. И в январе там фестиваль этнической музыки, приуроченный к двойному полнолунию. Музыка, танцы и две большущие луны - красота, правда? Мы все туда собираемся, давай с нами?
  
  5.
  27 января 3048 года
  Фестиваль состоялся через неделю. Габриэль не танцевала, зато с удовольствием смотрела на танцоров (сюда, кажется, собрался весь Треугольник) и слушала музыку. Пару композиций даже засняла на комм. Многое напоминало то, что слушал Леон, и Габи уже решила, что привезет ему в подарок что-нибудь из здешних записей. Тем более что на фестиваль приехало несколько ансамблей. Они играли свою музыку и тут же продавали записи. Гитара, маракасы, кастаньеты, иногда скрипка - Леон говорил, что такое играли на родине его далеких предков еще на Терре. Габриэль была довольна. Кажется, никто не останется без подарков. Люсьену - снимок двойного суперлуния в красивой рамке, Ари - парусник в бутылке, Амалии Враноффски - небольшой рюкзачок-торбу с изображением дельфина, Алисе - бусы из ароматной древесины, Камилле и Луизе - нарядные шейные платки, профессору Враноффски - громадную шипастую раковину, найденную на берегу в первый же день. По просьбе Габриэль раковину покрыли лаком и написали на ней дату и название острова. Для Асахиро и Зои она припасла большущую банку зеленого чая, а для Снайпера - черного. И чайник с нарисованной на нем смешной электрической белкой. Хотя при личной встрече, если верить тому же Снайперу, она куда менее смешная. Он на них как-то нарвался. Убить человека, конечно, не убьет, но ощущения обеспечит феерические. Для Эжени - набор местной лечебной косметики, весьма неплохой, и большую книгу со снимками морских пейзажей. Дарти - огромный пакет с кофе (кажется, даже его гигантские запасы уже подходили к концу) и бутылку кофейного ликера. Ну и местный абрикосовый бренди. По паре бутылок для отца и Алека Враноффски. Одну выпить самому, одну - произвести впечатление на важного клиента. Бутылку для капитана О'Рэйли, ей понравится, бутылку для капитана Да Силвы - его любовь к экзотической выпивке была известна на корабле даже последнему технику. Ну и еще пару - себе, на случай прихода гостей. Жану - булавку для галстука с настоящей жемчужиной, на Сомбре для жемчужниц слишком холодные моря, а Жан большой любитель редкостей. А еще много чая и местных сладостей. И большую коробку шоколадных конфет в виде морских обитателей для Джона Аллена - парень обожает сладкое, а уж такому деликатесу, как шоколад, обрадуется вдвойне. Мысль о подарках приятно грела. На сердце стало совсем легко, и Габриэль даже станцевала пару несложных танцев с Хорхе. С Альваро не танцевала. Им с Исабель еле удалось помирить его с возлюбленной, и не помнящий себя от счастья юноша теперь не отходил от своей ненаглядной.
  - А где же Режининья? - спросила Исабель, не обнаружив подругу рядом.
  - К лотку с записями отошла, - сказала Мария. - Только что-то ее уже долго нет.
  Габриэль взяла себе еще мороженого. Сорбет со вкусом каких-то местных ягод, напоминающих малину, очень ей понравился. Она сидела на скамеечке, наслаждаясь освежающим кисло-сладким вкусом, когда рядом плюхнулась раскрасневшаяся Режининья с улыбкой во все лицо и восторженным взглядом. Даже не восторженным, а каким-то ошалевшим.
  - Что, ты наконец вырвалась потанцевать? - улыбнулась Исабель.
  - Да не то слово!
  Исабель вопросительно посмотрела на подругу. Режининья наконец выдохнула.
  - Ой, девочки! Он такой... такой кла-аассный! Он так танцует!
  - Он - это кто? - уточнила Мария.
  - Да вот встретила тут, - ответила Режининья. - Красивый как... ох, даже не знаю. Как бог! Светлокожий такой, точно не из наших. Высокий, стройный. Волосы темные, глаза серые. Он все время, что мы танцевали, смотрел прямо на меня и улыбался. А какие у него руки! А как он ведет!
  - Да ты влюбилась! - беззлобно подколола Исабель.
  - Ты бы тоже влюбилась! Я его звала сюда, но он сказал, что ему пора, и ушел. Такой вежливый. Никогда таких не встречала. Не мужчина, а сказка. Как же его зовут... Рауль, кажется... Или не Рауль, но похоже...
  - Габи, солнышко, тебе плохо? - тревожно спросила Исабель. Похоже, она и правда изменилась в лице. Габриэль судорожно сглотнула, едва не подавившись мороженым, и по возможности спокойно ответила:
  - Э... нет.
  Нет. Ну неоткуда здесь взяться Нуарэ. Но как похоже, лихорадка нордиканская! Они ведь как-то раз танцевали - по случаю пятидесятилетия капитана, которое отмечали в офицерском клубе. И за вычетом девчачьих восторгов Габриэль могла бы сказать о Нуарэ все то же самое, что сейчас изложила Режина. Свет дневной...
  'А это, дорогая, называется паранойя, - ядовито сказала она сама себе. - И если тебе под каждым кустом коммандеры мерещатся, то сдавайся-ка ты после отпуска доктору Темницки. То-то она рада будет. Или немедленно выброси дурь из головы!'.
  - Девушки, а что бы тут выпить некрепкого?
  - А ты крюшон уже пробовала? Отличная вещь, почти безалкогольная, как раз и освежиться и расслабиться, - Исабель уже успела разжиться большим бокалом, который и протянула Габриэль.
  Крюшон был действительно выше всяческих похвал, и остаток вечера Габриэль провела в отличном настроении. Как и всю следующую неделю.
  
  6.
  3 февраля 3048 года
  Свен Торстен смял в кулаке пластиковый стакан из-под пива и отправился к стойке пляжного кафе за добавкой. И куда это Мартин провалился? Их синяя форма вообще-то весьма приметная. Ладно, сам найдется, не маленький, да и куда он с острова денется. Свен заказал еще пива, не без удовольствия отметив, как на него посмотрел бармен. Ну конечно, сюда пожаловали плохие ребята из Сферы, которых на Планете было принято старательно бояться. Они же только и умеют, что устраивать пальбу и беспредел. Хотя Свен был готов поспорить, что многие боящиеся втайне только и мечтали на этот беспредел посмотреть, а если говорить о девушках - так и стать его жертвой. Кстати о жертвах - а вот и Мартин, уже кого-то охмуряет. Ну и пускай его. Свен сбросил куртку - жарко тут все-таки, а он привык к прохладному климату 'Сириуса'. Довольно ухмыльнулся, заметив пару встревоженных взглядов - пистолет, разумеется, был при нем, заморачиваться скрытым ношением Свен считал ниже своего достоинства. Откинулся на шезлонг, отхлебнул пива и прикрыл глаза. Пускай Мартин хвост распускает, а он пока просто отдохнет.
  Как Свен и Мартин за годы приятельства не поубивали друг друга - было загадкой для всей Сферы и, пожалуй, даже для них самих. Во всяком случае, Свен не раз и не два обещал свернуть Мартину шею за болтливость и неуместные шуточки, а Мартин смеялся и заявлял, что такой медведь, как Свен, попросту его не догонит. Хотя медлительность Свена была очень обманчива. Да, Большой Свен, как его прозвали еще на Алхоре, выглядел тяжеловесным и неповоротливым, но те, кто поверил этому впечатлению, вскоре очень об этом жалели. Если вообще успевали. Может, в ближнем бою он и уступал кому-то легкому и верткому типа Снайпера (вот куда он все-таки делся?!), но и тот признавал, что Свен весьма неплохой рукопашник, и не раз и не два летел на пол в тренировочных поединках. Впрочем, лезть в мордобой Свен не очень любил, предпочитая крыть издалека из чего-нибудь потяжелее и помощнее. Кулаками он намахался еще дома. Свен был не из самых задиристых, но вписаться за своих считал делом чести, а благодаря недюжинной силе вписываться его звали постоянно. Разумеется, позвали и тогда, когда кого-то посетила шальная идея 'вломить отморозкам из Шинедо'. Нет, якудзоиды, как остальное население Алхора прозвало японские криминальные кланы, много кого достали, но идти с ними драться было не лучшей мыслью. Один из тусовки Свена нарвался на нож, еще один позже умер в больнице, в общем, сам Свен, которого вырубили одним из первых, банально задавив количеством, еще относительно легко отделался парой сломанных ребер и свороченной челюстью. Что счастливо избавило его от каких-либо объяснений по поводу инцидента - говорить, дескать, не могу, да и увидеть ничего не успел. За следующие несколько месяцев Свен на всю жизнь возненавидел протертую пищу, а после выздоровления практически поселился в качалке. Тогда, собственно, он и стал Большим Свеном (хотя и раньше был немаленьким) и тогда же услышал про Сферу.
  Свен довольно быстро сориентировался в раскладе сил и отправился прямиком в 'Синюю Молнию'. Тогда группировкой командовал Мэтт Джарви. Хороший боец и хороший лидер. Но в первой же серьезной драке Свена впечатлил не он, а высокий светловолосый подросток, распоряжавшийся наравне с командиром. Ему было от силы семнадцать лет (самому Свену уже исполнилось двадцать), но дрался он как черт, стрелял без промаха, и в серых глазах полыхал такой азарт, что даже Свену стало не по себе. На вопрос после боя 'Парень, ты где такому научился?' он лишь усмехнулся: 'Где научился, там такого уже не дают'. Подростка звали Гордон, и он был одним из приближенных командира. Вплоть до того, что получил право сам набирать ударную группу. Ту самую, которую теперь знали как Чертову Дюжину. И Свен, вместе со своим другом Мартином, которого он же и затащил в Сферу, попросился туда. Со словами: 'Ты не подумай чего, я никаких фракций внутри команды не хочу. Только вот какое дело. Мэтт отличный парень, все такое, но я слушаюсь именно тебя'. 'Ты мне на Мэтта не гони', - нахмурился Гордон, но Свена и Мартина принял.
  Это было четыре года назад. А всего через несколько месяцев Мэтт погиб. Чертов 'Кошачий Глаз'. Вот за что Свен не любил нейтралов - болото болотом, но время от времени там заводились крайне опасные противники. Команда Фрэнка-Охотника пошла ни много ни мало на штурм 'Сириуса', и вышвырнуть их удалось только ценой больших потерь. Как вышло, что Чертова Дюжина разделилась, никто так и не понял, но те, кто остался с командиром, полегли все. Гордон прорвался в последний момент, сам раненый, вытащил Мэтта в буквальном смысле на руках, но оказалось слишком поздно. Смертельная потеря крови, до госпиталя Мэтт не дотянул. И когда встал вопрос, кому теперь возглавлять команду, Чертова Дюжина высказалась за Гордона. Ветераны, прозванные 'советом старейшин', были резко против - Гордон, по их мнению, был слишком юн и слишком уж не похож на сдержанного рассудительного Мэтта. Скорее уж они симпатизировали Гаю Флемингу, старому другу Гордона, но тот, к их большому удивлению, отказался сам. И вообще Чертова Дюжина, устав препираться, дружно заявила, что подчиняется только Гордону, а что там 'старейшины' решат - им плевать. И Свен с Мартином орали чуть ли не громче всех. 'Старейшины' раскола команды опасались еще больше, чем безбашенного командира, и сдались, предсказав, что через пару месяцев выборы лидера повторятся. Но они ошиблись. А через год, после атаки на 'Ариэль', ветераны и сами уже молились всем известным им богам, чтобы Гордон выжил...
  - Эй, Свен, заснул? Я не понял, тебе на 'Сириусе' плохо дрыхлось?
  Свен открыл глаза. Возможно, он и правда задремал. Смял второй пустой стакан и запустил им в рыжую башку Мартина, тот изящно увернулся.
  - Я прилетел отдыхать, я и отдыхаю. Куда свою даму уже дел, соблазнитель?
  - Ой, да ну ее! - Мартин махнул рукой. - Как услышала про Сферу, чуть прямо по воде на соседний остров не припустила. Я с такими не вожусь, пойду искать кого посмелее. Да и тебе советую. А то, я подозреваю, это из-за тебя ходят слухи, что алхорцы все отмороженные. Повсеместно.
  - Мартин, иди в пень. Я тебе не мешаю, и ты меня не доставай.
  - Безнадежен, - заключил Мартин и исчез. Впрочем, ненадолго - буквально через пару минут Свен услышал его предельно любезный голос:
  - Простите, а вы случайно не с Алхора ли будете? Если это так, мое мнение о родной планете сильно улучшится!
  'Что тут, спрашивается, алхорцам делать, кроме наших?' - хмыкнул про себя Свен. Он скосил глаза - Мартин подсел к высокой светлокожей девушке в темных очках, и правда похожей на их соотечественницу. Девушка, надо сказать, была весьма хороша собой - спортивная фигура, аккуратная стрижка, красивый рыжевато-каштановый цвет волос, чуть мальчишечьи черты лица. Она приветливо улыбнулась Мартину:
  - Алхор? Ах, нет, простите, я из куда более далеких краев, - нет, акцент определенно не алхорский. Девушка коснулась своих очков, и из темных они стали полупрозрачными. Мартин присвистнул, Свен чуть нахмурился. Это не просто мирный житель. Если бы подобные технологии были в Треугольнике, Сфера бы о них знала. Да и о женщинах в службе безопасности (а откуда еще, с такими жетонами на шее?) Свену слышать не приходилось. Ладно, пока пообщаемся, там видно будет. Девушка продолжала:
  - Впрочем... один мой друг как раз оттуда. И знаете, благодаря ему, я крайне высокого мнения о вашей планете.
  - Ух ты, так вы из внешнего космоса? - Мартину, похоже, длинные ноги затмили все на свете. - А...
  - Ты бы хоть представился, ухажер хренов! - вмешался Свен.
  - Зануда! - отчеканил Мартин, повернулся к девушке и, паясничая, расшаркался: - Позвольте представиться, Мартин Гриндберг. А это Свен Торстен, который опять возомнил себя моим старшим братом.
  - Габриэль Картье, - на перепалку Свена и Мартина она смотрела только что не с умилением. - Я с Сомбры.
  Ни название, ни последовавшие за ним координаты Свену ничего не говорили. Значит, он был прав - внешний космос. Два случая за полгода. Вряд ли это просто совпадение. Впрочем, пока он улыбнулся и протянул руку. Да, эта Габриэль явно держала в руках что-то потяжелее светового пера.
  - Рады знакомству, хотя о вашей родине и не в курсе, - Свен решил перехватить инициативу. В конце концов, он тоже умеет быть галантным. - Удивлен, что вы при этом знаете наши края - Треугольник, насколько мне известно, давно не имеет дел с внешним космосом. Вы бывали и на Алхоре?
  - Было бы что там делать! - снова встрял Мартин. - Лучшее, что Алхор может дать миру, уже в Сфере. Например, мы.
  Габриэль рассмеялась.
  - Нет, на самом Алхоре не была. Но довелось побывать... хм... почти в этих краях. Долго рассказывать. Тот парень тогда еще не был моим другом. В общем, я спасла ему жизнь, а он и еще двое парней спасли жизни экипажу сомбрийского корабля, на котором я служу старшим медиком.
  - Вы медик? Уважаю, - кивнул Свен.
  - Лейтенант медслужбы. Республиканский космический флот Сомбры. Мы летели эскортом дипмиссии, когда на нас напали пираты.
  - Пираты? В наших краях? Почему не знаю, почему еще морду не набили? - вклинился Мартин. Свен шикнул на него, хотя и сам непроизвольно потянулся к кобуре, и сделал Габриэль знак продолжать.
  - Целая эскадра атаковала три корабля, один из которых гражданский. Мы приняли удар на себя, пока второй корабль уводил из-под обстрела гражданский звездолет. А потом у нас не было иного выхода: или рискнуть и прыгнуть в нестабильную червоточину, или красиво полечь в неравном бою. И тут штурман наш говорит - прыгаем. И его даже никто не стал обзывать самоубийцей, потому что, конечно, скачок в нестабильную червоточину - это верная смерть, но тут... двум смертям не бывать, а одной не миновать.
  Свен понимающе хмыкнул, хотя вся эта тема с червоточинами ни о чем ему не говорила. По Треугольнику корабли и катера перемещались на гребне волны, которую они создавали в пространстве, впрочем, Свен и тут не слишком вникал в подробности - он пилот, а не механик, да и то, за штурвал 'Молнии' он последний раз садился в той истории с хундианским патрулем, а на Планету они выбирались в основном на катере Мартина. Габриэль тем временем рассказывала, как после прыжка по этой самой червоточине их корабль оказался у какой-то станции, где смог встать на ремонт (Мартин многозначительно посмотрел на Свена, тот ответил коротким кивком). Там сомбрийцы познакомились кое с кем из местных - имена она называть избегала, и Свен это отметил. Понятно, что их новыми союзниками могли быть только боевики Сферы - кто еще в такое ввяжется. Самое интересное - кто именно, но эту тему Габриэль старательно обходила. Очень старательно. Даже Мартин наконец отвлекся от ее фигуры и стал внимательно слушать, тем более что Габриэль дошла до главного - боя с этими самыми пиратами. Она, разумеется, не участвовала, зато лично откачивала одного из союзников.
  - Я на него три четверти запаса препаратов крови извела. Хорошо, что настолько серьезно раненных больше не было. А уж какими глазами на меня потом снабженцы смотрели... на их лицах так и читалось: 'Лейтенант, вы их там ели, что ли?'. А что бы они хотели, если человек в одиночку удерживал контроль над флагманом...
  Дальше слушать было уже не обязательно. Что с того, что Габриэль так никого и не назвала по имени, главное Свен услышал. Он снова переглянулся с Мартином.
  - Я знаю только двух человек, способных действовать в таком стиле и выжить, - проговорил Свен как будто в пространство. - Один из них - мой командир.
  Он чуть шагнул в сторону, Мартин - за ним. Едва заметное со стороны движение, но теперь они оба стояли между Габриэль и остальным пляжем.
  - Я ни в коем случае не хотел бы на вас давить, - Свен впервые посмотрел прямо в глаза Габриэль, - но у меня складывается впечатление, что командиру будет о чем с вами пообщаться.
  
  7.
  Габриэль мысленно прокляла себя последними словами. И ведь старалась быть максимально осторожной! Но этот белобрысый Свен явно соображал куда быстрее, чем можно было предположить по его виду. Настоящий нордиканский медведь - тяжеловесный внешне, но на самом деле быстрый и опасный. И Мартин, с его улыбочками и шуточками, другу не уступал. Ну что ж, влипла так влипла, стой прямо и говори правду, как ей когда-то советовал отец еще в пору школьных конфликтов. С тех пор там, где другие плакали или оправдывались, Габи выпрямлялась во весь свой немаленький рост и спокойно начинала раскладывать ситуацию по полочкам. Обычно работало.
  - Мы не враги, - произнесла Габриэль. - Собственно, враждуем мы только с терранами, это история давняя и к здешним краям не относится. Но, господа, Стивен не предатель, - Мартин недоуменно взглянул на Свена, тот одними губами произнес 'Снайпер'. - Если я могу судить - хотя я не то чтобы крутой военный психолог - вы рисковали его потерять. Я не знаю, чем и как его тренировали эти... терранские подражатели, на Терре такие вещи запрещены, а на Сомбре и Нордике и вовсе вне закона, но я бы посмотрела им в глаза.
  Свен уважительно кивнул:
  - Я бы тоже посмотрел, кто и как учил того, кто чуть не убил моего командира. Но за все время, что Снайпер был у нас, от него невозможно было добиться ни слова на эту тему.
  - Еще бы, - фыркнула Габриэль, скорее сама себе. - Так вот, сейчас эти парни проходят натурализацию на Сомбре, так у них больше шансов в качестве наших контракторов. Ваш командир может быть спокоен: мы не планируем нападать. Наша военная стратегия почти исключительно оборонительная. Официальная политика Республики. И, к слову, если вы потеряли Эжени, девочку, что была с ними, то она под надежным присмотром. Готовится поступать в Военную Академию.
  - Эти парни? - поднял бровь Свен. - Снайпер к вам не один подался? Еще интереснее...
  Габриэль в очередной раз обругала себя бестолочью. С этим Свеном нужно следить за каждым словом.
  - Тебе ж сказали, никто ничего не планирует! - вмешался Мартин.
  - Мартин, я тебя тут где-нибудь прикопаю! - огрызнулся Свен. - Дипломат из тебя такой же, как и кавалер!
  Он снова повернулся к Габриэль:
  - За Женю рад, честно. Думаю, там ей точно будет лучше, чем в Сфере. Поймите меня правильно, я готов вам доверять, но тут речь идет о делах, важных для всей Сферы. Да, раз уж пошел разговор - мы оба из 'Синей Молнии', лидера Синего сектора. Хотя, если вы в курсе наших дел, вы уже могли догадаться. Вы понимаете, что командиру нужны любые сведения по этой истории. И я был бы вам глубоко признателен, если бы вы согласились совершить небольшой визит к нам на корабль. Заставлять вас мне бы не хотелось.
  Он шагнул чуть ближе. Держался он по-прежнему спокойно и любезно, но во взгляде и голосе появился металл. Это уже был боевик, пусть и дружественно расположенный.
  - А правда, давайте вы это все командиру и расскажете! - поддержал Мартин. - Потому что пока мне кажется, что это скорее хорошие новости.
  - Или хорошие, или очень плохие, - буркнул Свен. Мартин отмахнулся и продолжил гнуть свое:
  - Наш катер недалеко. Наилучший прием гарантируем. Полетели, а?
  И он протянул руку - не столько намереваясь увести силой, сколько просто предлагая следовать за ним. Габриэль чуть отстранилась, но в следующее мгновение сама готова была ухватиться за Мартина, чтобы не упасть. Возникшую из ближайших кустов фигуру, даже в гражданском, она не перепутала бы ни с кем. Перед ней стоял коммандер Нуарэ.
  Свен и Мартин среагировали мгновенно, выхватив пистолеты и прицелившись. Габриэль встала между ними и Нуарэ, вскинув руку в останавливающем жесте. 'Идиот, ты же без оружия! Только не нарывайся, твою флотилию, я тебя сама потом убью, только сейчас не нарывайся!'.
  - Господа, не стреляйте, - Габриэль не без труда совладала с голосом. - Это уже упомянутый мною коммандер Нуарэ, второе лицо на корабле после капитана.
  'А как он здесь оказался - я не знаю и знать не хочу'. Если бы взглядом можно было убивать, стрелять Свену и Мартину уже было бы незачем.
  - Приятно познакомиться, - проговорил Мартин. Впрочем, убирать оружие он и не думал, лишь чуть опустил руку. А Свен даже придвинулся ближе к Габриэль, бдительно следя за Нуарэ.
  - Если речь идет об объяснении ситуации вашему лидеру, - наконец подал голос Нуарэ, - от меня будет больше пользы в этом деле, чем от лейтенанта Картье... впрочем, сейчас мы в отпуске и не воюем, так что могу называть лейтенанта Габриэль, - Габриэль скрипнула зубами, но промолчала. - Я Рафаэль. Габриэль больше времени провела в медотсеке, я же командовал операцией по нейтрализации хундианских пиратов и сам лично их допрашивал.
  - Хундианских? - переспросил Свен.
  - Этот собачий питомник на Сферу наехал? - подхватил Мартин.
  - Получается, наши противники нас же и спасают?
  - Гордон офигеет, - подытожил Мартин. Свен лишь сдержанно кивнул:
  - Будем знакомы. Свен, Мартин. В таком случае моя просьба, - он выделил это слово, - адресуется и вам тоже.
  - Думаю, рассказ Рафаэля будет красочнее моего, - усмехнулась Габриэль. - Медики обычно могут порассказать не столько о самой операции, сколько о ее последствиях.
  - Зато без вашего описания последствий мы бы Снайпера не опознали, - заметил Мартин. - Свен прав, тех, кто после такого может остаться в живых, в Сфере только двое. Второй - Гордон.
  - Что ж, это повод познакомиться, - улыбнулась Габриэль. Хотя она и продолжала крыть себя на все корки за неосторожность, приходилось признать - ей действительно было интересно увидеть еще одну легенду этой их Сферы. 'И понять, на каком запасном аккумуляторе им тут удается выживать!'.
  - Предлагаю воспользоваться нашим катером, - продолжал Мартин. - Места там не очень много, но тут и недалеко. Треугольник вообще штука небольшая.
  - Я только зайду в номер переодеться и захватить малую аптечку. Согласитесь, господа, перелет в таком... эээ... виде - все-таки не самый полезный вид экзотики.
  Мартин явно собирался что-то сказать, но Свен от души заехал ему локтем в бок и ответил вместо него:
  - Разумеется, никаких проблем.
  Впрочем, встал он так, чтобы по-прежнему держать под контролем Нуарэ. Потирая бок, Мартин пожаловался:
  - Я, может, комплимент хотел сделать!
  - Знаю я твои комплименты, - буркнул Свен. - Потом еще тебя из межпланетной передряги вытаскивать!
  Мартин только ухмыльнулся с довольным видом. Габриэль после короткого раздумья сняла с шеи жетоны и отдала ему со словами 'А вот гарантия, что я вернусь'. В сторону Нуарэ она старалась даже не смотреть. Быстро переодевшись во что ближе лежало и схватив аптечку, она снова вернулась на берег. Поймав недоуменный взгляд Мартина, она пояснила:
  - Это моя малая аптечка. Предпочитаю иметь ее под рукой.
  Мартин присвистнул:
  - Оу, вам точно надо познакомиться с нашим Парацельсом. Ну это его прозвали так. Наш главный медик. Мертвого поднимет, хотя сам и отнекивается.
  - Я специализируюсь по травматологии в экстремальных ситуациях. Думаю, обмен опытом пойдет нам обоим на пользу, - кивнула Габи, забирая свои жетоны. - Куда идти?
  Мартин показал на небольшую моторную лодку у берега.
  - Мы сели на соседний остров, он необитаем. Сейчас переправимся туда и полетим.
  
  8.
  По корабельному времени давно настал день, но Гордон только что проснулся. Это было не в его привычках - он старался придерживаться какого-никакого режима. Впрочем, что еще делать, если царит полное затишье? И очередной приступ мигрени наконец отстал, так что самое время отсыпаться. Парацельс говорил, что такие приступы будут всю жизнь, сделать с этим ничего нельзя, только пережидать. Ясное дело, когда твоей головой чуть не проломили корабельную переборку, хорошо этой голове не будет. Впрочем, Гордон искренне считал, что легко отделался - имел все шансы не выжить или остаться калекой, Снайпер чудом не успел его добить. Гордон машинально коснулся пряди волос, закрывающей шрам на лбу, хотя сам прекрасно знал, что замаскировать такое украшение нереально, и с досадой подумал: 'Да провались этот Снайпер!'. В конце концов, за полгода он ни разу так и не заявил о себе. Может, все-таки его наконец пристрелили, хотя половина Сферы была убеждена, что это сделал сам Гордон. Лестно, но незаслуженно. В общем, нечего портить утро, даже если оно уже не утро.
  Ирма все еще спала, чему-то улыбаясь во сне. Гордон улыбнулся в ответ и обнял ее - она прижалась к его боку, не открывая глаз. 'Ага', - тихо рассмеялся Гордон. Конечно, Ирма уже проснулась и теперь притворяется спящей, чтобы он ее как будто бы разбудил. Дважды намекать ей не пришлось. И только когда Гордон снова откинулся на подушку перевести дыхание, Ирма открыла глаза и улыбнулась.
  - И давно ты меня караулишь? - поинтересовался Гордон.
  - Я сплю! - Ирма демонстративно уткнулась в подушку, но тут же расхохоталась. Эта игра не надоедала им никогда.
  - Ну, раз ты спишь, то я пошел пить чай, - Гордон привстал, но Ирма поймала его за локоть. Понятно, что стряхнуть ее руку ему не составило бы ни малейшего труда, но не то чтобы он этого хотел. Чаепитие подождет.
  Чем приглянулся отличнице и красавице Ирме Срезневской белобрысый гроза района, не знал никто в Витхольме. Они были ровесниками и учились вместе - точнее, Ирма училась, а Гордон изводил учителей и дрался с местными подростковыми авторитетами. Потом он нашел тот самый клуб боевых искусств (во всяком случае, так эти ребята представлялись официально) и почти перестал появляться в школе, отдавая все время тренировкам и просто дракам. Хотя в большинстве таких секций мальчишки, наоборот, находили отдушину, чтобы выпустить пар, Гордон стал еще задиристее, если это вообще возможно. Ему пригрозили исключением - он сказал 'да и пожалуйста' и исчез совсем. Только Ирма да еще пара друзей знали, что он ушел в Сферу.
  Гордон звал Ирму с собой, но она не пошла. Спокойно доучилась в школе, определяться с институтом не спешила, да никто и не торопил - дело серьезное, надо все обдумать. На самом деле Ирма постепенно начинала понимать, что без Гордона ей на Алхоре скучно. Он прилетал к ней время от времени, но это все, конечно, не то. И три года назад, когда Гордон едва не погиб в поединке со Снайпером, Ирма решилась. Ни о чем не предупредив, она просто возникла на пороге его каюты и сказала: 'Не могу больше сидеть и гадать, жив ты или нет. Так что никуда я отсюда не уйду'. И осталась.
  Девушки в Сфере всегда были редкостью, и на 'Сириусе' не обошлось без шуточек на тему подруги командира. Но пресекались такие шуточки быстро и жестко. Одного из бойцов, попытавшегося пристать к Ирме, Гордон пристрелил лично и пообещал, что так будет с каждым, без разбора его заслуг в команде. Желающих повторить попытку не нашлось, а со временем команда сдружилась с Ирмой. Она со многими могла найти общий язык, хотя сама боевиком не была ни на грош. И, в конце концов, только она могла успокоить Гордона, как бы он ни был взбешен. Так что неудивительно, что вскоре в Синем секторе стали говорить: 'На борту 'Сириуса' простейший способ покончить с собой - отойти в сторонку и сказать что-нибудь грубое об Ирме. И с пистолетом возиться не придется, все за тебя сделает Гордон'. А многие бойцы 'Синей Молнии' добавляли: 'Или я'.
  Гордон потянулся налить себе вторую чашку чая, когда внезапно ожила внешняя связь. Он раздосадованно поморщился и нажал кнопку ответа. На экране возник Мартин.
  - Вы чего так рано, все тихо же? - удивился Гордон.
  Из-за спины Мартина отозвался Свен:
  - У нас тут двое из внешнего космоса. Они знают, куда делся Снайпер.
  Гордон ответил не сразу. Когда он наконец заговорил, его голос звучал совсем иначе.
  - Понял вас. Встречаю.
  От сонного благодушия не осталось и следа. В несколько быстрых движений Гордон облачился в свою синюю форму, водворил на место кобуру с пистолетом и направился в сторону ангаров. Ирма проводила его взглядом. Эти преображения до сих пор немного пугали ее. Хотя стоило признать - таким он ей и нравился.
  Гай обладал талантом всегда оказываться в нужное время в нужном месте. Вот и сейчас его даже вызывать не понадобилось, материализовался сам. Услышав про Снайпера, он пробурчал: 'Говорил же я, что это все так просто не кончится!'. Гордон только огрызнулся - Гай был, конечно, его лучшим другом, но его занудство порой переходило все пределы. Впрочем, у Гая было не меньше причин не любить Снайпера и опасаться подвоха с его стороны, чем у самого Гордона. В конце концов, это Гай вмешался в тот поединок, чем и спас Гордону жизнь. Почему в итоге выжил Снайпер - не знал никто. По-хорошему, Гай должен был числиться в его личных врагах, но за полгода на это не было и намека. То ли Снайпер действительно, как сам утверждал, ничего не помнил, то ли до поры до времени держал это при себе. В общем, после его исчезновения Гай отчасти вздохнул с облегчением, отчасти наоборот - ведь теперь ожидать можно было воистину чего угодно.
  Уже у ангаров Гордон краем глаза заметил Парацельса. Ему тут, скорее всего, делать нечего, ну да пусть будет, ничего секретного, в общем-то, не происходит. Поймав вопросительный взгляд, Гордон повторил сообщение Свена. 'Любопытно', - хмыкнул Парацельс и занял наблюдательную позицию. Вовремя - автоматика доложила, что гости прибыли.
  Двое - темноволосый мужчина, старше Гордона лет на пять, довольно высокий, хотя и уступавший ему в росте, и девушка, очень похожая на уроженку Алхора, с короткой стрижкой, на вид примерно ровесница Гордона. Взволнована, но держится без страха, по лицу мужчины какие-либо эмоции понять сложно. Оба в этих странных очках, про которые все твердили полгода назад. Без оружия, нет признаков сопротивления - значит, не захват, пришли добровольно. Уже неплохо.
  - Добро пожаловать в наши края, - проговорил Гордон с улыбкой. - Вы не из Сферы, так что представлюсь. Гордон Райт, командир 'Синей Молнии'. Со мной Гай Флеминг, мой друг и заместитель, а это любопытствует Парацельс, то есть, простите, Иван Сергеевич Сенкевич.
  Мужчина протянул руку:
  - Рафаэль Нуарэ. Республиканский космофлот Сомбры. В военной жизни коммандер Нуарэ, - Гордон нахмурился, - но, поскольку мы не воюем и, более того, в отпуске, то можно просто Рафаэль. Моя спутница - лейтенант медслужбы Габриэль Картье.
  - Достаточно Габриэль или Габи, - быстро добавила девушка.
  - Команда архангелов! - рассмеялся Парацельс. Гай хмыкнул, гости не отреагировали. - А я, между прочим, не так просто любопытствую. Гости к нам, знаете ли, разные заглядывают, а я здесь вроде как главный медик. И рад видеть коллегу, - он галантно поклонился Габи, державшей в руках аптечку размером с небольшой чемодан.
  
  9.
  Габриэль ответила на поклон Парацельса рассеянным кивком - ее вниманием полностью завладел Гордон. И было отчего, поскольку командир сильнейшей группировки Сферы оказался весьма колоритным персонажем. Очень высокого роста, не такой широкоплечий, как Свен, но вполне атлетического сложения, в нордиканской имперской гвардии с руками бы оторвали. Светлые волосы небрежно зачесаны на косой пробор, серые глаза смотрят дружелюбно, но изучающе. Так вот он какой, лидер сектора и живая легенда. Очень интересно, кстати, каким образом живая - через полголовы шел старый шрам, явно после очень серьезной травмы. Заметив или почувствовав взгляд Габриэль, Гордон чуть поправил волосы, как будто пытаясь скрыть этот шрам - хотя, конечно, это было бесполезно. 'Молодой человек, у вас череп запасной? Нет? Жалость-то какая, пригодится'. Шутки шутками, а ведь он младше даже Габриэль, не говоря о Нуарэ. 'И нас это не спасет, - мрачно подумала Габи. - Будем рыпаться - мы покойники. Улыбайтесь, коммандер. Говорят, идиотов не убивают'.
  - Свен и Мартин уже посвятили нас в курс дела, - сказал Нуарэ. - Вы обеспокоены пропажей Стивена Вонга, здесь известного как Снайпер. Поверьте, вам не о чем волноваться. Мы не вынуждали его лететь на Сомбру. Мы также не вынуждали его выдавать какую-либо секретную информацию. Скажу даже больше, мы вообще имели лишь общее представление о здешних порядках. А Стивену и еще паре местных бойцов мы обязаны жизнью и возвращением домой. Когда мы возвращались назад с дипломатической миссии, подробности которой я не могу разгласить в интересах Республики, на нас напала эскадра пиратов с Хунда.
  - Слова 'Снайпер' и 'вынудить' не сочетаются, тут у меня как раз ни малейших сомнений, - криво усмехнулся Гордон. - А вот кто на этот раз ему глянулся в качестве союзника и зачем - это вопрос очень интересный. Как и эти хундианские ребята. Но это явно не на пять минут, поэтому предлагаю переместиться ко мне в каюту. Свен, Мартин, свободны. Гай, если хочешь, присоединяйся.
  Гай молча кивнул и занял место за спиной Габи и Нуарэ, положив руку на кобуру пистолета. 'Вот еще конвоя не хватало. Ладно, раз уж вляпались, остается подчиняться местным порядкам'. Гай был полной противоположностью своего командира. Значительно ниже ростом (впрочем, похоже, Гордон в команде был самым высоким), ярко-синяя форма сидит не хуже военного мундира, мягкие темно-русые волосы аккуратно подстрижены, причем не по-армейски коротко, а так, чтобы элегантно обрамлять лицо. Да и весь он был аккуратный и правильный, даже непонятно, что он здесь забыл. Одеть его в гражданское да убрать с лица подозрительный прищур - будет мечта многих женщин. Но лично Габриэль, если о чем и мечтала в отношении Гая, то только о том, чтобы не чувствовать спиной его взгляд.
  
  10.
  Нуарэ придал лицу самое непроницаемое выражение, на которое только был способен. Он здесь почти что официальный представитель Сомбры и должен вести себя достойно. Жаль, конечно, что он в гражданском и без оружия - с другой стороны, кто знает, как здесь отреагировали бы на космофлотскую форму. Он помнил слова Деверо и Враноффски, что на 'Кашалоте' их вид привлекал внимание, и не всегда доброжелательное. А оружие - что от него проку при таком численном перевесе? Нуарэ был хорошим стрелком, но свои шансы оценивал вполне трезво. Свен - мордоворот ростом с самого Нуарэ и с полтора Нуарэ в плечах, Мартин несильно ему уступает, эти и без оружия отделают так, что мало не покажется. И, несмотря на слова командира, никуда деваться они не собирались, а последовали за Гаем. Этот самый Гай, при всем своем облике некомбатанта, имеет очень характерную манеру двигаться, его не стоит недооценивать. Что такое этот их Гордон - Нуарэ представлял довольно смутно, в основном по рассказам Вонга. Уникальный боец, склонен к рыцарственным жестам, но отличается крайне переменчивым настроением, и что ему взбредет в голову именно сегодня - неизвестно. Остается просчитывать все варианты, включая худшие.
  Этим Нуарэ и занимался, шагая по запутанным коридорам 'Сириуса' вслед за Гордоном. Тот молчал, лишь жестом указывал направление очередного поворота. Вообще, хотя встреча была скорее дружелюбной, Нуарэ не покидало ощущение, что юный командир 'Синей Молнии' не в лучшем расположении духа. Да, Гордон младше даже Габриэль, но никакая широкая улыбка не могла скрыть от Нуарэ жесткого пристального взгляда, выдававшего крайне опасного оппонента. Недаром даже такие бойцы, как Вонг и Фудзисита, отзывались о нем с уважением. Значит, разговор предстоит тяжелый, понадобится тщательно выстраивать аргументы. Размышления не самые радостные, но все лучше, чем заново переживать отвратительное ощущение собственной беспомощности под прицелом двух пистолетов. О том, как Габриэль шарахнулась в сторону при его появлении, Нуарэ запретил себе думать. У него еще будет время все разъяснить, когда они выберутся отсюда. Сейчас его задача - сделать так, чтобы точно выбрались. Потому что кто еще может с этим справиться, если не он.
  В следующие полчаса Нуарэ убедился, что был прав. Может быть, после всего Габриэль оторвет ему голову за вмешательство, но сейчас он нужен. Гордона интересовала скорее Габриэль, но у нее неполная информация об этой истории, к тому же она уже не раз сбивалась или поправляла сама себя, и каждая такая оговорка явственно накаляла обстановку. Нуарэ, по крайней мере, сложнее передавить. Хотя и он допустил ошибку, упомянув капитана Шварца из хундианского пограничного патруля - Гордон холодно усмехнулся:
  - Боюсь, я от Шварца получу разве что залп из всех стволов, а не подтверждение ваших сведений. Старые счеты, знаете ли. История давняя, но меня он, подозреваю, запомнил.
  
  11.
  Габриэль скрипнула зубами. Может, коммандер и привычен к психологическим дуэлям, а она - точно нет. И чувствовала она себя сейчас, как двоечница у доски, пытающаяся угадать нужный ответ. Хотя, ураган их забери, ей не в чем оправдываться! 'Хорошо, что Стив ушел от них. Нет, парни что надо, но рано или поздно вышло бы побоище похлеще того, что уже было'.
  - Мне казалось, что мы сейчас не о Хунде, - сказала она. 'Свет дневной, что за блеяние!'. Впрочем, Гай вполне ее услышал.
  - Именно, - кивнул он. - Потому что тут гораздо больше вещей, которые у меня лично в голове не укладываются. Я, конечно, простой боевик, - Нуарэ едва заметно хмыкнул, - но я не понимаю. Чтоб Снайпер, видя вас первый раз в жизни, бросил все и рванул на другой конец галактики? Да еще вписался за вас, рискуя собственной жизнью? Это он-то, который свою шкуру бережет в любых обстоятельствах и ценой любого количества чужих шкур? Или тут кто-то определенно съехал крышей, или тут что-то не то.
  Габи тяжело вздохнула. Ей встречались непробиваемые собеседники, но эти двое шли на рекорд. Впрочем, сейчас игра шла на ее поле, и она принялась было рассказывать про выгорание и про его возможные последствия. Но вскоре Гай перебил ее:
  - Что такое слетевший с катушек Снайпер - мне можно не объяснять, командиру тоже. И да, прошлый слет с катушек как раз и был единственным случаем, когда у него появились какие-либо союзники. У нас он оставался одиночкой, хотя с командиром они немедленно заделались друзьями до гроба, - Гордон сделал жест, весьма убедительно изображающий сворачивание шеи, хотя неясно, в чей адрес - то ли Гая, то ли отсутствующего Снайпера. - Что должно было произойти, чтобы его озаботило что-то кроме собственного выживания?
  - Выгорание, - повторила Габриэль. - Полное эмоциональное выгорание, как следствие - необратимые изменения психики. Выгоревшие не умирают просто так. Они даже не просто ищут драку, в которой можно сложиться, они ее сами себе организуют. И на фарш пойдут свои, чужие, все, кто под руку подвернулся. Стиву подвернулись хундианские пираты. В очень подходящий момент. Выгорание только началось, и нейтрализация пиратской банды его остановила. У Стива появилась цель. Последствия я сумела снять... правда, это стоило мне седых волос.
  Гай собирался еще что-то сказать, но Гордон жестом остановил его:
  - Я понимаю, о чем речь. Хотя признаков и не видел, но... ладно, положим, медику виднее.
  - Это все прекрасно, - все-таки вклинился Гай, - но вы сами говорите - все, кто под руку подвернулся. Если я правильно понял, первыми ему подвернулись вы. В смысле не лично вы, а ваша команда. Но вы с ним сумели договориться?
  Последнее слово он произнес с крайне нехорошей интонацией. Габи мысленно взялась за голову, но тут подключился Нуарэ:
  - Наш навигатор при этом рисковал жизнью. Его чуть не убили. Вернее, убили бы, если бы не чистая случайность в виде вовремя сказанных слов и предпринятых действий. Нас приняли за тех, кто на нас напал. Убедить господина Вонга было еще можно... если знать, как.
  - Всего-то и надо было действовать по-человечески, - подхватила Габи. - Говорить только абсолютную правду, ничего не скрывая, и даже не пытаться демонстрировать силу. Стив был еще в том состоянии, когда мирно настроенных людей он бы не тронул, но был явно на взводе.
  - Снайпера? Убедить? - усмехнулся Гордон как будто бы в пространство. Гай немедленно набрал обороты:
  - Вот поэтому мне очень интересно, что из этого выйдет! Одного снайперовского альянса нам на всю жизнь хватило, и там верховодил он. И ладно бы он просто свалил на другой конец галактики - но его новые союзники опять здесь!
  'Сомбра замучается нас вызволять', - мрачно подумала Габриэль, но тут, к ее удивлению, Гордон резко осадил своего заместителя:
  - Гай, остынь. Эти люди пришли к нам сами.
  Почувствовав удачный момент, Нуарэ перехватил инициативу:
  - Господа, тех 'новых союзников' здесь только двое. Причем один из них - явный некомбатант. Мы прибыли добровольно, без оружия и ничего не пытаемся вызнать о вашей организации и деятельности, зато рассказали немало о своей собственной. Вы нам чудовищно льстите, господа, но вдвоем мы ничего тут не захватим. хотя бы потому, что у нас просто нет таких намерений.
  - Не говоря уже о том, что мы спокойно отдыхали на планете, - добавила Габи. - Хороши захватчики.
  Гай не собирался так просто сдаваться:
  - Снайпер к нам тоже в свое время заявился один и добровольно...
  Голос Гордона стал ледяным:
  - Я еще раз повторяю: эти люди пришли ко мне по собственной воле. Это повод им доверять. И уйдут они отсюда без помех. И не надо припоминать мне Снайпера. Я по-прежнему считаю, что выиграл от союза с ним больше, чем проиграл.
  Габриэль была готова аплодировать. Нет, этот парень по праву на своем месте. А Гордон, снова развернувшись к сомбрийцам, продолжил уже спокойнее:
  - Я вас понимаю и я вам верю. Да, меня весьма удивляет, что Снайпер, известный на всю Сферу своей крайней недоверчивостью, так легко согласился вам помочь. И, признаться, это внушает мне уважение к вашей команде. Так все-таки, Снайпер к вам присоединился ради одной операции или окончательно ушел к вам?
  - Окончательно, - твердо ответила Габриэль. - Помощь Стива была неоценима, республика такое не забывает. Ну и подумайте сами, господа, вы хоть об одном военном корабле из внешнего космоса в этих краях слышали с тех пор? Да мы и сюда-то добирались на перекладных.
  - Не сочтите унизительным, господа, - подхватил Нуарэ, - но у нас сейчас отнюдь не те проблемы, чтобы прибирать к рукам небольшой конгломерат станций, тем более, таких отдаленных. У нас своя война за независимость, и сейчас нам еле удается сдерживать аппетиты терран.
  - Оч-чень утешает, - саркастически хмыкнул Гай.
  - Слушай, кончай уже играться в хорошего и плохого полицейского, а? - раздраженно бросил Гордон. Не без усилия совладав с собой, он продолжал уже в адрес Нуарэ: - Знаете, я как-то и сам догадываюсь, что внешнему космосу мы не особенно нужны с тех пор, как свернулась Экспансия. Но, не знаю, что и как вам рассказывал Снайпер, до нашего союза война у нас с ним была долгая. И меньше, чем трупом оппонента, ни один из нас удовлетворяться не собирался. Это чуть не стоило жизни мне, - он коснулся шрама, - с каким дьяволом договорился Снайпер, что он сам все еще жив - не знаю и знать не рвусь. Так что, если совместно с вами он нашел себе занятие где-то в другой части галактики - мне такой расклад вполне по душе. Лишь бы здесь на расстоянии выстрела не появлялся.
  - Он не появится, - сказала Габи. - Уж в чем, в чем, а в отсутствии мозгов Стива точно упрекнуть нельзя, впрочем, это вы не хуже моего знаете. Да и нет никакого 'дьявола'. Есть просто условия, в которых рассудок Стива точно останется на месте. Как только он понял, что эти условия ему предоставят, он примкнул к нам. Это весь секрет. Никаких подводных камней и подковерных интриг. А Республике нечего делить с теми, кто спас жизнь ее защитникам.
  
  12.
  Нуарэ заметил, как меняется тон разговора, и осторожно выдохнул. Гая они, похоже, все еще не убедили ('Парень, ты не боевик, ты долбаный СБ-шник!' - думал коммандер едва ли не при каждой его реплике), но Гордона скорее расположили к себе, это ценно. Во всяком случае, говорил он куда спокойнее и держался куда расслабленнее - до сих пор вся его поза выражала готовность как минимум к обороне, а скорее к нападению.
  - Ну что ж, уже неплохо, - кивнул Гордон. - Кстати о спасении жизни: я пока не все понял насчет этих пиратов. Что они на вас напали и вы укрывались у нас - понятно. Но по вашему описанию боя у меня ощущение, что Снайпер на них взъелся лично. Я все-таки неплохо его знаю, он не станет так нарываться, если не идет сводить какие-то личные счеты. Таким танком он в свое время пер на меня. Примерно сопоставимым образом он пер на Кевина Синко, который его тоже в свое время лично уел. Что за дело Сфере до пиратов, а пиратам до Сферы? Откуда их вообще черти принесли, что они про наши места знают?
  Нуарэ мысленно потер руки. Вот теперь настало его время.
  - Объясню как непосредственный участник событий и второй после капитана человек на 'Сирокко'. Эти... хм... деятели родом с планеты Хунд. Ранее подвизались на почве угонов. Потом осмелели и решили трясти транзитников между Хундом и Маринеском. Да чего я рассказываю, у меня в комм-линке сохранились файлы записи допросов. Сразу должен предупредить, мерзкое зрелище.
  - Экий вы запасливый, коммандер, - хмыкнула Габриэль.
  - Только сейчас вспомнил, что не удалил. На всякий случай продублировал к себе, потом навалились новые дела, да так все и осталось.
  Нуарэ положил свой комм на стол и включил режим проектора. Правда, начало записи смазалось - комм попытался подключиться к местной сети, разумеется, безуспешно. Так что первая реплика оказалась оборванной, но то, что Краус презрительно фыркнул 'петушок', было вполне понятно.
  'Он не петушок, он курочка, - произнес за кадром голос Да Силвы. Лицо Крауса выразило некоторое замешательство. А капитан после небольшой паузы пояснил: - Будешь много выступать - яйца тебе снесет'.
  Громовой хохот из-за двери показал, что Свен и Мартин не только никуда не ушли, но, похоже, еще и позвали товарищей. Гордон высунулся в коридор:
  - Я кому говорил - свободны! Комедия окончена, брысь отсюда!
  - Но командир... - этот голос Нуарэ не узнал. Впрочем, он и так видел, что за дверью стоит с десяток боевиков.
  - Защищать меня ни от кого не требуется. Что из происходящего касается команды - я сообщу. Еще что-то непонятно?
  Он захлопнул дверь и снова повернулся к стене, на которой голографический Краус вещал с сильным немецким акцентом:
  'Ну и ваш караванчик против нас бы не выстоял, да больно шустрые вы оказались. Повезло вам. Случайно. А Сферу эту мы хотели нагнуть, потому что нам нужно было логово, чтоб затаиться после рейда да починиться. Технологии у них, конечно, дерьмо, но надо же нам где-то прятаться между делами, а дикарей можно построить, чтоб чинили нас на халяву и на халяву нам наливали. Они ж и правда тупые, наслушались этих баек про Хозяев, уши развесили. А без наших технологий они голенькие, хоть бери да...'
  Конца фразы никто не услышал - Гордон с перекошенным от ярости лицом с размаху грохнул кулаком по столу. Счастье, что реакция у Нуарэ была прекрасная - он успел убрать комм. Стол явственно затрещал.
  - Рука в порядке? - участливо спросила Габриэль.
  - Что ей будет... - проговорил Гордон сквозь зубы. - Хозяева, значит. Баек наслушались, значит. Да, пожалуй, я Снайпера понимаю. Так, теперь скажите - это еще где-то шарится или раскатано по подпространству?
  Его интонации резко изменились, теперь происходящее напоминало уже не допрос, а военный совет. Наконец-то...
  - Как я уже говорила, Стив в одиночку захватил их флагман, - ответила Габриэль. - Чего ему это стоило - я расписывать не буду, скажу только, мы втроем с моими помощниками его еле откачали. Повторюсь, это стоило мне седых волос. В двадцать три года.
  Только сейчас Нуарэ заметил, что в каштановых волосах Габи действительно появились серебристые нити. Впрочем, нельзя сказать, чтобы ее это портило... Нет, сейчас не время.
  - А нам оставалось добивать остальную банду, - добавил он. - Дрались они как бешеные, им было что терять, но и наших солдат так просто не возьмешь. У них просто не было шансов. Разбили мы их наголову. Выжившие сдались на милость победителей и были переданы вместе с главарем в руки хундианских властей. Если кто-то и убежал, то сидят теперь в какой-нибудь глухомани и зализывают раны.
  - Не ожидал от Снайпера столь теплых чувств к Сфере, - фыркнул Гай с еще большим сарказмом. Гордон огрызнулся:
  - Уймись. Вы меня за эти полгода своими взаимными теплыми чувствами оба достали. Снайпер хоть их не показывает. Мне, знаешь ли, что Черный сектор, что иных нейтралов любить совершенно не за что, но если речь пойдет о существовании всей Сферы - это будет уже другой разговор.
  Он помолчал, затем обернулся к сомбрийцам:
  - Так, значит, в одиночку на флагман? Ну да, это на него похоже. Если очень припрет, он способен пойти один против команды и, черт возьми, выжить. Чего не скажешь об этой команде.
  - Да, - кивнул Нуарэ. - Понимаю, у вас есть общее прошлое, но факт есть факт. Если бы флагман не был захвачен, исход боя мог бы стать другим. Хотя не спорю, понятия господина Вонга о чести могут выглядеть... своеобразно.
  - Прямо скажем, сдал бывших союзников минимум единожды, да и теперь...
  - Да уймись ты, параноик! - рявкнул Гордон. - Тебе уже пять раз сказали: наши дела внешний космос не волнуют. Волновали бы - не факт, что нам было бы что противопоставить. А еще... Что бы ни говорили наши старожилы, в людях я немного понимаю. Эти двое говорят правду. И я могу только поблагодарить за избавление Сферы от этих уродов. И простите за резкость - прошлый снайперовский альянс моей команде и лично моему заместителю поныне в кошмарах снится, поэтому нам было необходимо представлять, чего теперь ждать.
  Его взгляд был уже чуть менее стальным, да и Гай, похоже, в большей степени не хотел сразу сдавать позиции, чем продолжал не верить. Тут не выдержала Габриэль. Глядя на Гая в упор, она холодно проговорила:
  - Стив вам в верности не клялся. В отличие от Республики.
  Гордон присвистнул.
  - Даже так? Вот это уже серьезно.
  - Да. Теперь Стивен Вонг - полноправный гражданин Сомбрийской Республики. И его это положение вещей устраивает в полной мере. Говорит, сохранение рассудка того стоило.
  - Меня оно, пожалуй, тоже устраивает, - усмехнулся Гордон.
  - Ну что ж... - сказал Гай. - Если все действительно так - кажется, если я еще раз произнесу эту фразу, меня пристрелят, но все же - если все действительно так, то это вполне неплохой расклад, и мы, похоже, избавились от двух проблем сразу. Ну разве что эти собачники все-таки еще наберут силу...
  - А с этим мы уже знаем, что делать, - закончил за него Гордон. И впервые за разговор Гай улыбнулся.
  
  13.
  'Ну наконец-то, - прокомментировала про себя Габриэль. - Парень, ты же не похож на идиота, тут последней заклепке на этом корабле должно быть понятно, что мы не врем!'. Но вообще она чувствовала глубокое облегчение. Она еще по первому знакомству прекрасно помнила, что в этих краях шутить не любят, и весь разговор ее не покидало ощущение: одно неверное слово, и им обеспечены как минимум крупные неприятности.
  - И кстати, - сказал Гордон, - буду признателен за копию данных про наших четвероногих друзей, на случай, если опять проявятся. Разумеется, если это открытая информация.
  - Я могу предоставить вам копию, - кивнул Нуарэ. - Правда, не прямо сейчас - у нас разные стандарты техники, мою карту ваш комм просто не распознает. Но на Сомбре в распоряжении космофлота есть совместимые терминалы, и при первой возможности я перешлю вам данные.
  Гордон жестом попросил комм Нуарэ, чуть нахмурился, вникая в незнакомый интерфейс, и стал вносить свои координаты. Потом оглянулся через плечо на Гая, все еще сохранявшего скептическое выражение лица:
  - Гай, кончай кривиться. Это не враги. Во всяком случае, один противник у нас точно общий. А еще ты прекрасно знаешь, как я ненавижу все эти шпионские игры. Придется драться - значит, придется драться. Но на жесты доброй воли по отношению ко мне я всегда отвечаю тем же.
  Из-за стены раздался мягкий женский голос: 'Гордон, ты там народ еще не насмерть заговорил?'. Только сейчас Габриэль обнаружила, что помещение, в котором они сидели, состоит из двух частей. Ближняя к двери, видимо, служила переговорной и вообще рабочим местом командира, а за ней пряталась, собственно говоря, его каюта. В стене бесшумно открылась дверь, и на пороге появилась стройная светловолосая девушка, державшая в руках поднос с чаем. Габриэль даже протерла глаза - обнаружить здесь женщину было уж очень неожиданно. Эжени все-таки была и остается изрядной пацанкой, а вошедшая девушка оказалась ее полной противоположностью. Льняные вьющиеся волосы распущены по плечам, пряди у лица красиво подхвачены заколками, и даже здешняя форма, хотя и явно велика, каким-то образом не прячет, а подчеркивает изящную фигуру. О статусе девушки в команде говорило моментально просветлевшее лицо Гордона. Он улыбнулся:
  - Ирма... Что бы я без тебя делал?
  - Как минимум, пил бы пакетированную фигню, - улыбнулась в ответ Ирма, ставя свой поднос на чудом уцелевший стол. При этом она едва заметно прижалась к Гордону.
  - Позвольте представить, - сказал он. - Ирма Срезневская.
  Габи и Нуарэ представились. Ирма захлопала в ладоши:
  - Наконец-то в этом мужском царстве оказалась еще одна женщина! Я услышала, вы медик, это так здорово! Безмерно уважаю эту профессию. В конце концов, сколько раз уже Гордона вытаскивали...
  Тем временем она успела раздать чашки с чаем. Габи вдохнула аромат:
  - Ох, да неужто с жасмином? Королевское угощение! - Ирма взглянула слегка удивленно, и Габи пояснила: - На нашей родной планете чай не растет, холодно. Ну, то есть что-то выращивают, но он золотым выходит.
  - Ой, какая жалость! Наш Алхор тоже холодный, но хоть Эним близко. А вы только жасминовый любите?
  Через минуту Габи уже болтала с Ирмой о сортах чая, перейдя на 'ты', и воспринимала ее если не как подругу, то как хорошую приятельницу точно. И даже достала свой комм и принялась показывать фотографии с Сомбры. Гордон, разумеется, тут же подобрался ближе. На снимках были сомбрийские пейзажи, виды космопорта и Штормграда - и, конечно, экипаж 'Сирокко' вместе с пополнением. Да Силва и Нуарэ в форме, смеющаяся Эжени и застенчиво улыбающийся Деверо, Дарти и Враноффски в обнимку, совместно над чем-то ржущие, и, наконец, сама Габриэль, разговаривающая с Асахиро.
  В этот момент к ним успел присоединиться Гай. Он увидел этот снимок, где на заднем плане в кадр попал Снайпер, и его лицо снова застыло:
  - Гордон, ты вот это видишь? Я же тебе говорил, что Снайпер тебя не просто так отговаривал помогать Дестикуру! Они же со Стаффордширцем давние приятели!
  Габи похолодела. Неужели опять все по новой? Повезло еще, что она не упомянула имя Асахиро в разговоре с Мартином... Да, насколько она помнила, этнических японцев в Сфере практически не водилось, а уж Асахиро, с его высоким ростом и неуставной прической, очень узнаваем. 'Да тут слова сказать нельзя, чтобы на чьи-нибудь старые счеты не нарваться! Будет нам сейчас вместо чая...'. Но Гордон не терпящим возражений голосом отчеканил:
  - А я тебе говорил, что не желаю ничего слышать про Феодала и не нанимался вытирать сопли каждому недобитому нейтралу! К тому же ты сам вечно жалуешься, что меня невозможно ни в чем убедить. Уж если ты, мой друг детства, этого не можешь, как бы это удалось Снайперу?
  - Ладно, - буркнул Гай, - в любом случае оба для нас недосягаемы. Но если я буду развивать эту тему, Гордон меня точно пришибет.
  - Как бы то ни было, - сказала Габи, стараясь, чтобы голос не дрожал, - теперь все они в союзе только с Республикой. В который раз: мы вам не враги. Рафаэль, расскажите об истории с Дестикуром. Все-таки, когда она произошла, вы были хотя бы кадетом, а я и вовсе в школе училась.
  Нуарэ бесстрастным голосом изложил биографию Дестикура до его появления в Сфере. Гордон с нескрываемым торжеством взглянул на Гая:
  - Видал? Ты мне предлагал вот это вот поддерживать? Честно скажу, мне плевать на тайные интересы Снайпера, но без Дестикура и его команды в Синем секторе стало почище. И да, - добавил он уже в сторону сомбрийцев, - Сфера отнюдь не едина, и Дестикура прикончили вовсе даже наши враги. Впрочем, лично я считаю, что по отношению к внешнему космосу наши внутренние разборки вторичны. И еще раз спасибо вам за этих хундианских отморозков. Хотя с капитаном Шварцем я по-прежнему надеюсь больше не встречаться.
  Гай улыбнулся и поднял руки, показывая, что признает свое поражение:
  - Ладно, командир, убедил.
  - Вот то-то же, - хмыкнул Гордон.
  - Тогда, я полагаю, инцидент можно считать исчерпанным, - все тем же ровным голосом произнес Нуарэ. Гордон и Гай кивнули.
  
  14.
  Ирма налила еще чаю, и Гордон жестом предложил Габриэль показывать фотографии дальше. В конце концов, он никогда не видел внешнего космоса, как и любой другой житель Треугольника. А эта их Сомбра была довольно красивой планетой, даже несмотря на вечные облака. Гордону понравились морские пейзажи, а еще виды города и местные флаеры, чем-то похожие на катера Сферы. Ради такого можно даже на Стаффордширца не обращать внимания, хотя он и маячил на каждой второй фотографии.
  Но тут Габриэль долистала до снимка, на который при всем желании невозможно было не обратить внимание. На нем были изображены Снайпер, Стаффордширец и незнакомый Гордону лохматый парень с перебитым носом - определенно, тоже из Сферы. И все трое были одеты в темно-синюю форму с гербом Сомбры - поднимающаяся из моря звезда на фоне черного неба.
  - Вот теперь я точно верю, что Снайпер ушел к вам с концами, - тихо произнес Гордон. - В 'Синей Молнии' он провел полгода, но все это время носил только свою черную форму.
  - Да и вообще, прямо скажем, творил что хотел, - вставил Гай.
  - Гай, ты задрал! - Гордон резко развернулся, но Гай прекрасно знал повадки своего командира и быстро отодвинулся подальше:
  - Молчу-молчу!
  - Вот и молчи дальше, - буркнул Гордон. Он повернул комм, чтобы лучше разглядеть фотографию. Ну да, темно-синий цвет на расстоянии казался почти черным, но знаки различия нельзя было перепутать ни с чем. Тем более что Гордон прекрасно помнил: Снайпер никогда не носил эмблем ни одной из своих многочисленных группировок.
  - Я еще раз прошу у вас прощения за то, что мы тут устроили, - проговорил Гордон с искренним сожалением. - Если бы я увидел это раньше, другие доказательства мне бы уже не понадобились.
  Он даже привычным жестом чуть приобнял Габриэль за плечи - просто в знак симпатии. Она едва заметно напряглась, но отстраниться не решилась. 'Понял, не дурак', - Гордон тут же убрал руку, и Габриэль благодарно кивнула.
  - У 'Синей Молнии' к вам больше никаких вопросов нет, - сказал Гордон. - Я рад, что все это не оказалось новым снайперовским альянсом. А еще - уже не как командир - я хотел бы немного исправить ваше впечатление о нас. Не хотите ли поближе взглянуть на наш корабль? А вас, Рафаэль, я бы лично пригласил в наш тренировочный зал, вы мне кажетесь интересным оппонентом.
  - Почту за честь, - сдержанно кивнул Нуарэ.
  Гордон шагнул в сторону двери и прислушался. Ну разумеется, группа поддержки как торчала там, так до сих пор и торчит. Ладно, сами напросились. Сделав знак Гаю не выдавать его, он бесшумно подошел к самой двери и в тот же момент, когда открывал ее, резко выбросил руку вперед. Мартин не увернулся.
  - Командир, за что? - запротестовал он, потирая плечо.
  - За невыполнение приказа, - отрезал Гордон. - А раз торчишь под дверью, так тренируй реакцию.
  - Нас тут много, а огребаю я!
  - Могу остальным тоже выдать, - усмехнулся Гордон. - Но не здесь, а в зале, поскольку мы с Рафаэлем именно туда.
  - Я с вами, не могу пропустить зрелище, - подал голос Гай. - И вообще, я, может, тоже подраться хочу.
  - Со мной или с ним? - Гордон показал взглядом на Нуарэ.
  - Да как пойдет. Хотя ты меня опять ровным слоем по стенке размажешь.
  - Судьба твоя такая.
  В зале Гордон стянул с себя футболку - куртку он еще раньше оставил в каюте - и чуть усмехнулся, услышав, как Габриэль пробормотала вполголоса: 'Нет, парень, тебе точно пару запасных жизней выдали!'. Практически теми же словами после каждого серьезного боя выражается Парацельс. Что делать - Гордон перестал бы уважать себя, если бы прятался за команду, да и просто не умел беречь себя и свои силы.
  Как и рассчитывал Гордон, его первая атака отправила Рафаэля в эффектный полет. Но он грамотно сгруппировался и моментально вскочил на ноги. В глазах появился азартный блеск. 'Ага', - улыбнулся про себя Гордон. Этого он и ждал. С самого начала было понятно, что Нуарэ закрывается. Ну что ж, словами и выражением лица можно управлять - но не движениями в поединке, пусть и тренировочном. Этот коммандер Нуарэ куда эмоциональнее, чем хочет выглядеть. Вот он пропустил удар, досадливо закусил губу и с удвоенной энергией полез контратаковать. И даже небезуспешно. Конечно, Гордон никогда не дрался в полную силу на тренировках, но и не поддавался. Тем приятнее встретить сильного оппонента. И интересного собеседника.
  Да, тренировки были для Гордона не только способом поддержать себя в форме, но и общением. Гай совершенно зря скептически ухмылялся, когда Гордон говорил, что неплохо знает Снайпера. Да, наверное, по-настоящему его не знал никто, но Гордон и не собирался докапываться до тайн и скрытых сущностей. Тем более что их и не было. В зале Гордон быстро понял, что сдержанность Снайпера - не маска, а истинное лицо. Ему незнаком боевой азарт, он не разменивается на красивую показуху, да и вообще крайне редко атакует сам, предпочитая вымотать противника постоянными уходами и уклонениями. С Гордоном, правда, этот номер не очень-то проходил. Но факт есть факт: в зале, как и за его пределами, Снайпер не показывал свои истинные возможности до последнего момента. И просто сбить оппонента с ног ему было недостаточно. У них двоих различалась не просто техника - различалось то, что каждый из них говорил оппоненту, пусть за тренировку они не обменивались ни словом вслух. 'Ты в моей власти', - говорил Гордон, припечатывая Снайпера к полу. 'Я могу убить тебя', - сообщал Снайпер, намечая обязательный добивающий удар. Гордон прекрасно понимал этот язык.
  Вот и сейчас за несколько минут он узнал о Рафаэле больше, чем за весь предыдущий разговор. Отточенные, очень рациональные движения, мгновенно ориентируется, очень трудно сбить с толку. Впрочем, драться умеет, но не то чтобы любит. И категорически не любит проигрывать. Даже не то что проигрывать - быть не на высоте. 'Я должен выглядеть достойно', - говорили его движения. Если Нуарэ случалось пропустить простую атаку или неудачно приземлиться в падении, на долю секунды его лицо искажалось гримасой ярости. Но почти сразу же он брал себя в руки и абсолютно спокойным голосом комментировал, где была допущена ошибка. 'Не жалею ни оппонента, ни себя', - Нуарэ не произносил этого вслух, но на нем это было буквально написано. Зато при особо удачном приеме он просто сиял. Звездный час Рафаэля настал, когда Гордон, вспомнив поединки со Снайпером, предложил продолжить при выключенном свете. В темноте сомбриец ориентировался не сильно хуже того самого Снайпера. Когда Гордон сказал ему об этом, он лишь пожал плечами:
  - На Сомбре специфический климат и сильная облачность. Иногда небо заволакивает свинцовыми тучами на несколько дней, и у нас сплошной вечер. Собственно, из-за этой темноты мы стали учиться к ней адаптироваться.
  - Однако! На моем родном Алхоре климат тоже не подарок, но хоть таких приколов нет. Да и в любом случае дело полезное. Нечасто встречаю новых достойных оппонентов.
  'Будь ты моим врагом - я бы легко победил. Но ты не враг, и я уважаю тебя'.
  - Благодарю. От вас это лестно слышать. С такими, как вы, лучше быть на одной стороне.
  - Солидарен. Продолжим?
  
  15.
  Пока Гордон и Нуарэ, вместе с присоединившимся Гаем, увлеченно вытирали друг другом пол в зале, Габи отозвал в сторону Парацельс, которому было очень интересно, как на далекой Сомбре обстоят дела с медициной. Сначала Габриэль было неловко, что на нее смотрит как на медицинское светило человек, который с виду старше ее чуть ли не вдвое, но мягкая улыбка и абсолютно мирный вид Парацельса располагали к себе, и она разговорилась. Сначала она обращалась к нему по фамилии, но он сам настоял, чтобы его называли по прозвищу: 'Привык уже, знаете ли'. Вскоре Габи уже рассказывала ему историю своего лейтенантства:
  - А потом меня хотели исключить из Академии за нарушение субординации. Ибо где ж такое видано, чтоб зеленая кадетка рычала на майора такими словами, истинное значение которых помнит только наша русская диаспора.
  Парацельс только тихо фыркнул.
  - Я сам русский, так что примерно представляю. Самому порой приходится выражаться... красочно.
  - А те слова мне потом наш Ари... то есть, энсин Враноффски объяснял. Оказалось, все так прозаично, - тут Габи и сама рассмеялась.
  В этот момент Гай, который попытался одновременно с Нуарэ атаковать Гордона, отлетел в сторону и приземлился явно неудачно. Парацельс проводил его озабоченным взглядом, но вроде бы Гай не пострадал.
  - Простите за любопытство, - спросила Габи, - а вы-то как сюда попали? Вы намного старше здешнего, эээ, населения...
  - А я просто старый псих, - неожиданно подмигнул Парацельс. - Сами видите, на боевика я не похож. Я даже стрелять не умею. Был обычным травматологом на Терранове, но однажды понял, что застаиваюсь и деградирую как специалист, и на пятом десятке подался в Сферу, латать местных героев. Это, конечно, тот еще вызов, условия работы несопоставимы, зато я вижу, что это делаю я, а не типовая программа, которой мог бы рулить любой хорошо выдрессированный стажер. И ребята меня чуть не богом считают, а это греет мои стариковские амбиции, - он усмехнулся.
  - Богом не богом, а волшебником и я бы вас сочла, - задумчиво проговорила Габи. - Практически в полевых условиях постоянно иметь дело с серьезными травмами... Положим, я сама так работаю, но я именно на это училась, а вот так, от практики на планете... Вы точно волшебник.
  Парацельс благодарно улыбнулся и кивнул на Гордона, который как раз поднимался с пола:
  - Наш несравненный командир - это и правда мое личное чудо. Я сам не вполне понимаю, как мне все-таки удается его откачивать при таком презрении к собственной безопасности и к режиму реабилитации. Потому что задержать его в госпитале можно, только намертво примотав к койке, и то ведь вырвется!
  - Ох, я вас так понимаю! - воскликнула Габи. - Представляете, как я со Снайпером мучилась, лишь бы лежал. Снабженцы потом смотрели квадратными глазами на меня, на отчет по потраченным медикаментам, потом снова на меня, потом снова на тот отчет... и не верили, что я те препараты не употребляла вместо завтрака, обеда и ужина! Так вот, в ход шли даже... вы не поверите, сомбрийские сказки. Представляете: заходит в медотсек Джонни Аллен, теперь уже энсин Аллен, мой помощник, а я сказку рассказываю!
  - Отлично представляю! - Парацельс даже положил руку Габи на плечо, и она не стала отстраняться. - Снайпер мне так и не дался, хотя доставалось ему неоднократно, но у меня сложилось впечатление, что с ним хоть договориться можно. А сказки да... когда я три года назад Гордона в чувство приводил после встречи с этим самым Снайпером, я готов был и сказки рассказывать, и песни петь, и на голове стоять, лишь бы он собственную пробитую голову поберег еще хоть немного. Тяжелейшее сотрясение, переломы, вообще непонятно, как жив остался, а он чуть глаза открыл, уже командовать рвется!
  Все это Парацельс говорил тоном доброго дедушки, жалующегося на неуправляемых, но любимых внуков. Габи понимающе кивнула:
  - Да-да. У Снайпера-то особого выбора не было - натурально сгребли с пола и на гравиплатформу. Кровищи было... Не отличишь уже, где его собственная, а где пиратская.
  - Ох да, - подхватил Парацельс, - наши герои в медотсек своими ногами не приходят, их только на носилках приносят. Но Гордон и тут всех превзошел. Пока в сознании, будет всех убеждать, что с ним все в порядке, даже если потеря крови близка к смертельной. Но самое удивительное - он действительно может драться в таком состоянии и выжить. Хотя после того поединка со Снайпером у меня в этом совсем не было уверенности...
  Габи покосилась на Гордона, на котором вся биография была написана не менее отчетливо, чем на Снайпере, и явственно поежилась. Парацельс проследил за ее взглядом и продолжал:
  - Когда мне его принесли после того боя, я сразу сказал: ребята, я знаю, что вы в меня верите, но меня зовут не Иисус и воскрешать я не умею. Сделаю что могу, сам командира люблю и уважаю, но надеяться остается только на чудо. Хотите - стреляйте, я не всесилен. Ребята поняли и прониклись. Там шансов на выживание был мизер, и еще меньше - на дееспособность. А вот же, встал. Кроме периодической мигрени, никаких последствий, и это настоящее чудо, хотя я как медик и не должен бы пользоваться такими понятиями.
  - Я буду вспоминать вас в самые отчаянные минуты, - серьезно сказала Габриэль. - А мне что-то говорит, что их будет... много. Впрочем, знала, на что шла.
  Парацельс улыбнулся:
  - Меня будет греть мысль, что отважной девочке на другом конце галактики поможет опыт старого доктора, который однажды рехнулся и подался к космическим отморозкам.
  Габи просто взяла его руку в свои и некоторое время не отпускала. Потом сказала с улыбкой:
  - Зато среди этих, с позволения сказать, отморозков у вас невиданный авторитет.
  - Еще бы командир меня не слал к чертям по двести раз на дню... - усмехнулся Парацельс. Но продолжил он совершенно серьезно: - А вообще, я действительно здесь нашел вторую молодость. Ребята зовут меня на 'ты' и по прозвищу, но уважают искренне. Иногда мне кажется, что половина моих успехов - от того, что они правда верят: я подниму любого, кого успели ко мне доставить.
  - А что, это не так? - внезапно вклинился Гордон, услышавший их разговор. Парацельс церемонно поклонился:
  - Командир, для тебя - именно так и никак иначе.
  
  16.
  Гордон жестом объявил передышку. Сам он даже близко не устал, но, в конце концов, хорошенького понемножку. Самоутверждаться за счет размазывания оппонента по стенке он считал ниже своего достоинства, да и самолюбие Рафаэля стоило пощадить. Сам он ничего не скажет даже на последнем издыхании, это видно. Гай к неравенству сил относился проще, так что еще несколько раундов назад сказал 'все, командир, с меня хватит' и теперь с полным правом отсиживался в углу. Сомбриец пока держался вполне неплохо, но было видно - скоро начнет сдавать. И судя по едва заметному вздоху облегчения, Гордон удачно выбрал момент.
  - Мне вот что интересно, - проговорил Нуарэ. - Капитан Шварц, действительно, упоминал о столкновении с кем-то из ваших краев, хотя детально рассказывать не стал. Так это были вы?
  - Я, - кивнул Гордон. - Тогда я только-только возглавил команду. И тут трое наших парней вообразили себя героями Экспансии и полезли на Хунд. А Хунд, это каждый школьник знает, гостей извне не любит. Про Сферу они там наслышаны и не любят ее вдвойне. Ну и попались эти герои точно в лапы патрулю капитана Шварца. Хорошо, успели нам сигнал послать. Естественно, я вместе с Чертовой Дюжиной полетел разбираться. Хунд превосходит нас по технике и оружию, так что единственный шанс - рвать все тормоза и идти напролом самому. Я до сих пор удивляюсь, что обошлось без потерь с нашей стороны.
  - Зато тебе досталось по полной, - вставил Гай.
  - Не хуже, чем от Снайпера, - Гордон коснулся шрама на виске. - Зато наших отбили. Правда, когда я из госпиталя вышел, я им все высказал, что думаю о таких приключениях...
  - Я им еще в полете тоже много чего высказал. Но ты был в отключке и не слышал.
  - В тебя я верю, так что примерно могу предположить, - усмехнулся Гордон. - Думаю, парни морально готовились минимум к расстрелу.
  - Это как Рафаэль с теми хундианскими пиратами общался, - вставила Габриэль. - Упоминание Снайпера сработало лучше всяких спецсредств. Рафаэль им честно предлагал рассказать все и сотрудничать как цивилизованные люди или продолжить общение уже со Снайпером. Камбале понятно, Снайпер в то время лежал в полуотключке в медотсеке, а я цербером следила, чтобы он не шевелил рукой, которую ему повредили... но зачем это было говорить пиратикам? А потом Рафаэлю пришлось усмирять кого-то из них, который орал, что лучше пойдет добывать уран в рудники, чем будет один на один с 'этим уродом' беседовать.
  - Могу представить, - хмыкнул Гордон.
  - На самом деле, господа, - продолжала Габриэль, - действительно лучше, что мсье Вонг теперь наш контрактор. Я подозреваю, где именно он проходил тренировку. Увы, не могу сказать многое, это засекреченная информация, но на Сомбре и Нордике эти методы объявлены вне закона. Эти программы свернуты даже на Терре, хотя, казалось бы, что остановит терран.
  На лице Гая крупными буквами было написано очередное 'а я тебе говорил!', но он предпочел промолчать, за что Гордон был ему весьма благодарен. Он кивнул:
  - Я бы сам многое дал, чтобы узнать, где и кто его учил, но Снайпер на эту тему закрывается наглухо. Хотя я не удивлюсь, если мои, так сказать, наставники тоже связаны с этой лавочкой. Но я до многого доходил сам и уже здесь, а Снайпер... ощущение, что он тренировался с раннего детства.
  - Не исключено, - медленно проговорил Нуарэ. От Гордона не ускользнуло, что он опять очень тщательно выбирает формулировки. Впрочем, сейчас Гордон точно не собирался выискивать подвох. Он и сам бы на эту тему высказывался аккуратно и сейчас поддержал разговор только потому, что уже считал Рафаэля своим. - Собственно, одна из моих наставников - терранка по происхождению. Она неоднократно говорила, что это варварство, которое должно преследоваться и караться. Кажется, она была связана с лобби против этих программ на Терре.
  - Ну, у меня все было просто. Мне было тринадцать лет, я хотел в Сферу и я хотел драться. Я нашел ребят, которые взялись меня учить и сказали, что у меня хорошие данные, вот только лет мне многовато. Хотя в паре других секций меня послали, потому что мелкий еще. Да и черт бы с ним, я не вникал. Три года я с ними тусил, потом пошли какие-то мутные разговоры про особую программу обучения, я всех послал и дальше уже тренировался сам. А то долетало до меня... управление сознанием, химия всякая, вот еще.
  - Да, капитан О'Рэйли говорила примерно о том же. Кончается, как правило, одним - искалеченная психика и гибель в молодом возрасте.
  - Н-ну, - с сомнением протянул Гордон, - у Снайпера-то крыша на месте. Я по сравнению с ним за буйнопомешанного сойду.
  - Как я уже говорила, редкая удача, - снова подала голос Габриэль. - Рано или поздно психика безнадежно выходит из строя. Стивен рассказывал про некоего Кевина Синко. Вот так обычно выглядит эффект от тех тренировочек. Может быть отсрочен на годы, зависит от устойчивости психики.
  - Кевин по жизни был психом, - ответил Гордон. - Пока был жив его брат, это его хоть как-то сдерживало, потом Кевин пошел вразнос. В итоге полез на 'Синюю Молнию' и лично на Снайпера. Врукопашную. Тело Кевина я видел, мне самому нехорошо было.
  Габриэль выразительно зажмурилась. Гордон понимающе хмыкнул:
  - Ну да, вы ж тоже имели сомнительное счастье наблюдать снайперовский стиль.
  В этот момент в дверь зала заглянула Ирма:
  - Гордон, ты Рафаэлем уже весь зал вытер или только половину? Габи, а хочешь, я тебе мою чайную покажу!
  - Кажется, мы сумели поделить зал поровну, - усмехнулся Нуарэ. Гордон промолчал.
  - Буду очень рада, - улыбнулась Габриэль. - Это как посетить пещеру с сокровищами. Кстати, Снайпера ведь к нам привел тоже чай. Точнее, тот, кто за ним пошел.
  - Моих бойцов не сманивать! - с напускной суровостью произнес Гордон. Гай тут же поинтересовался:
  - А это как? Если не секрет, конечно.
  - Ну, в общих чертах Рафаэль уже рассказывал. Наш навигатор, энсин Деверо, умница редкостный, хотя комбатант, прямо скажем, никакой, - мой друг еще с Академии. Он знает, что я люблю чай, и хотел... эээ... сделать мне приятное. На 'Кашалоте' того чая в баре огого сколько, вот Деверо и решил прикупить мне аж целый ящик. В пересчете на сомбрийские реали это не просто дешево, а невозможно дешево. В общем, идет себе Деверо до бара, а его хвать за плечо. Снайпер же сначала нас принял за тех, кто на нас напал. Теперь, зная ваши порядки, я его более чем понимаю. Сама бы так подумала! В общем, о чем они говорили, не так важно, но когда вернулись, на лице у Снайпера явно читалась озадаченность: 'Это что ж такое творится-деется, человек явно военный, а топает себе по нашим краям и НЕ БОИТСЯ!!!'. А Деверо что... 'Не боюсь аквамаринских гигантских акул, потому что никогда их не видел'. И ведь правда не видел же! А чай из того ящика мы потом в честь победы над пиратами впервые распили. Отличная штука оказалась!
  
  17.
  Тут рассмеялся даже Гай, о Гордоне и говорить не приходится - он хлопнул Нуарэ по плечу (тот слегка пошатнулся) и натурально сложился пополам от хохота. Вот теперь Габи выдохнула полностью - если Гордон при упоминании Снайпера смеется, значит, остатки льда взломаны.
  - Ваш Деверо - уникального везения человек, - проговорил Гордон, переводя дыхание. - Да еще и дипломатический талант. Налететь на разъяренного Снайпера, выжить и заманить его на свою сторону - это уметь надо!
  - Ну тебе это, положим, тоже удалось, - вставил Гай.
  - Я боевик, - парировал Гордон. - И ты сам твердил, что это не я Снайпера перевербовал, а он меня.
  - А ведь и правда повезло, - задумчиво проговорил Нуарэ. - Я долго думал над этой ситуацией. Это действительно то самое время, то самое место и тот самый человек. На любого из нас реакция была бы совсем другая.
  'Много вы над чем думаете, коммандер. Только не когда надо'.
  - Ага, это как с Женей, которую я заметил на ваших снимках, - подхватил Гай. - Команда на нее месяц обзывалась 'почетной военнопленной'. Не знаю, рассказывала ли она вам, но она из враждебной нам команды, мир их праху. Во время боя налетела лично на Гордона. Так вот, она была единственным членом той группировки, у кого были шансы выжить. С настолько более слабым противником командир просто не станет связываться.
  - С женщинами и детьми не воюю, - проговорил Гордон, выразительно взглянув на Габриэль.
  - И я о чем. Так что Женьку он просто привел к нам, чтоб кто другой не пришиб. А в итоге, кстати, именно она косвенно вывела нас на Кевина Синко.
  - А расскажите? - поинтересовалась Габи.
  - Тут все получилось хитро. Женька моментально законтачилась со Снайпером, не знаю уж, что они друг в друге нашли. Рыбак рыбака... молчу! Оказалось, что у них есть общие знакомые. Женю притащил в Сферу не кто иной, как Дэнни Синко, младший братец Бешеного Кевина. В отличие от старшего, был, как говорят, совершенно вменяемым парнем. Со Снайпером они, как оказалось, приятельствовали, но давно потерялись. От Жени Снайпер узнал, что Дэн Синко мертв. А сам он был в курсе, что в свое время Синко, жившие не разлей вода, капитально поругались. Судя по всему, Дэн после этого задепрессовал, а такие в Сфере долго не живут. А виноват кто? Кевин. А тут этот Кевин замаячил в наших окрестностях, что никому не понравилось. Снайпер когда-то был на его базе и, со своей феноменальной памятью, на голубом глазу предоставил нам все координаты и прочие данные. Покойся с миром, Кевин Синко. Прикончил его, понятно, тот же Снайпер.
  - Поучительно, - вздохнул Нуарэ. - Буду рассказывать тем, кто возомнит себя не в меру крутым.
  Тем временем Ирма остановилась у одной из дверей (Габи уже давно оставила надежду сориентироваться в этих лабиринтах) и широким жестом отодвинула ее. Там оказался импровизированный чайный домик с коллекцией чайной утвари и фантастическим, по мнению Габриэль, собранием разных чаев. Габи опять протерла глаза - вот уж что она в последнюю очередь ожидала увидеть на базе космической группировки! Но Ирма, кажется, способна была создать уют где угодно.
  - А это тебе, - Ирма сняла с полки один из ящичков. - На память. Здесь восемь сортов зеленого чая, и жасминовый тоже есть.
  Габи бережно приняла ящичек и тепло поблагодарила Ирму. Та просияла и принялась колдовать с водой и заваркой. Тем временем Нуарэ, видимо, в продолжение темы о не в меру крутых, рассказывал Гордону о противостоянии Сомбры с Террой и о терранской блокаде. Истории о прорвавшемся на Нордику катере Гордон готов был аплодировать. Имя пилота Нуарэ, как обычно, предпочел не упоминать. Но сейчас его чувства были последним, что Габи собиралась щадить.
  - А пилота того катера, который привел нордиканский флот, звали... - она выдержала паузу, - Жиль Нуарэ.
  Коммандер тяжело вздохнул, не очень удачно сделав вид, что дует на слишком горячий чай.
  - Представляете, каково было учиться в Академии? - буркнул он как будто бы сам себе. - Хорошо хоть на службе никто этого не вспоминает каждый раз.
  Гордон положил ему руку на плечо:
  - Знаете, у нас здесь не оглядываются на предков, да и не знают, кто откуда взялся. Мы смотрим на конкретного человека. Вы - человек достойный.
  
  18.
  Габриэль пила необыкновенно вкусный зеленый чай и болтала с Ирмой. Удивительно все-таки было встретить здесь настолько гражданского человека. Парацельс (Габи поймала себя на том, что уже и в мыслях называет его по прозвищу) все-таки медик, это другое. Ирма была абсолютным некомбатантом - и все же сумела устроиться здесь как дома. Впрочем, пожалуй, и без 'как' - здесь и был ее дом.
  - Гордон меня с самого начала звал с собой, - рассказывала она. - Конечно, без него было скучно, но я думала - что мне тут делать? Я ж не боевик все-таки. А потом он пропал. И слухи долетали понятно какие. Сфера все-таки не изолирована от Планеты, если надо, все про всё знают. Ну да ты сама видела.
  - Да уж, - вздохнула Габи. Только сейчас подумалось - ведь на берегу, кроме них четверых, вполне себе были другие люди. Но, видимо, Свена и Мартина, а тем более их пистолеты, местные предпочли не замечать. Ирма не обратила внимания на ее интонации и продолжала:
  - Ну вот. Так что я знала, что тут была настоящая война и что Гордон едва не погиб - а вообще говорили всякое, никто наверняка не знал. Я уже готова была все бросить и сорваться, но не представляла, куда и как. И тут он явился сам. Вот ты медик, ты оценишь - он же едва встал на ноги, а туда же, катером управлять!
  - Причем моим, - вставил Гай.
  - Да вообще. Он, конечно, отличный пилот и справляется с любой техникой, но есть же пределы. И ведь до последнего делал вид, что с ним все в порядке! Ага, с этаким-то шрамом. То, что сейчас - это ерунда, зажило, а тогда представляешь, на что он был похож? Нет, он меня даже почти убедил. Но у моей квартирной хозяйки был сенбернар. Очень дружелюбный. И Гордона он хорошо знал и пришел здороваться. А здоровался он понятно как - лапы на грудь и обнюхиваться. Гордон его манеру обычно выдерживал, даром что в песике весу, по-моему, как в нем самом. А тут не устоял на ногах. И встал не сразу, хотя пса я тут же отозвала. Пришлось все рассказывать как есть. Тем более что ладно бы пес, он при определенном настроении и здорового снесет, но Гордон же, как выяснилось, в принципе мог стоять только с опорой на стену! А ведь он сам вел катер.
  Негодование Ирмы было совершенно искренним, хотя эту историю она явно рассказывала не в первый раз. Габи чуть улыбнулась - хотя они с Гордоном были примерно ровесниками (Ирма уже говорила, что они учились вместе), сейчас Ирма выглядела старшей сестрой, распекающей брата. Гордон, впрочем, только рассмеялся и обнял Ирму. Зато снова подключился Гай:
  - Я ему, между прочим, ровно теми же словами говорил то же самое! Передвигается по стенке, правая рука не действует, нет, лезет за штурвал. А толку? Меня в очередной раз пообещали пристрелить за неуважение к командиру, только и всего. Зато по возвращении я кое-кого натурально на себе волок до каюты! Как он добрался - я не понимаю. Только Гордону такое и могло взбрести в голову! - Гай помолчал и добавил очень серьезно: - С другой стороны, только Гордон и мог с этим справиться.
  - Ну и чего ты тогда выступаешь? - усмехнулся Гордон.
  - Потому что я тебя не для того из боя вытаскивал, чтобы ты своими выходками осложнения нажил! Мне и так Парацельс тогда чуть башку не оторвал, что я тебя отпустил. А тебя попробуй не отпусти.
  - Нет, с одной стороны ты, конечно, прав, - задумчиво проговорил Гордон. - С другой стороны, за эту твою правоту я тебя когда-нибудь придушу.
  - Знаю.
  Габи смотрела на этих двоих и удивлялась перемене. Сейчас это были просто двое парней, привычно подкалывающие друг друга, но при этом готовые друг за друга рвать глотки. Гай перестал озабоченно хмуриться, Гордон и вовсе улыбался до ушей совершенно мальчишеской улыбкой. Но все же перед ней был командир сильнейшей группировки в этой структуре. И она слишком хорошо помнила тяжелый изучающий взгляд этих серых глаз, да и сейчас старалась лишний раз не смотреть Гордону в лицо.
  - Дальше заваривать нельзя, будет вода водой, - сказала Ирма, вытряхивая заварку из чайника. - Да и вам, наверное, надо возвращаться.
  - Именно, - подтвердил Гордон. - В конце концов, наши орлы вас сорвали с отдыха, и я не буду вас больше задерживать. Сейчас вызову Мартина.
  Он потянулся к комму, но Гай остановил его руку:
  - Не стоит, командир. Я сам их отвезу.
  - Ты-то чего подорвался?
  - В конце концов, это я тут устроил допрос с пристрастием. И хочу извиниться. Тем более что мой катер более скоростной, чем у Мартина.
  На прощание Габи подарила Парацельсу запас синтекожи из своей аптечки: 'На Сомбре это стоит... не то чтобы совсем гроши, но более чем доступно, а здесь не найти. Лучшее средство при серьезных ожогах'. Парацельс растроганно прижал подарок к груди. Ирма тепло обняла Габи и просила прилетать еще. Гордон пожал руку Нуарэ, еще раз поблагодарил за интересный поединок и сказал:
  - У Синего сектора к вам нет претензий. Но Снайперу и Стаффордширцу я бы в этой части космоса появляться не советовал, - на мгновение в голосе снова зазвучала сталь.
  - Не беспокойтесь, не появятся, - ответила Габи с чуть натянутой улыбкой. Но Гордон уже снова рассмеялся и коротко пожал ей руку.
  Нуарэ явно хотел помочь Габи сесть в катер, но тут его отвлек Гордон, решивший еще раз напомнить про копию записей, и за это Габи ему была крайне признательна. Гай, подсадивший ее, по крайней мере, не смотрел с немым обожанием и вообще был занят подготовкой к вылету. Габи вздохнула с облегчением, видя, что пассажирские кресла установлены на некотором расстоянии, а значит, сидеть бок о бок с коммандером не придется.
  
  19.
  - Я действительно хочу перед вами извиниться, - сказал Гай, когда катер взял курс на Эним. - Сам знаю, что могу вести себя излишне жестко. Но Гордон не только мой командир, но и мой друг. Я пошел в Сферу из-за него.
  - Вы тоже простите нас, если мы вели себя не вполне корректно, - улыбнулась Габриэль. - Просто мы очень любим свой дом. А без Стива мы бы туда не попали.
  - По меркам Сферы вы оба просто идеал корректности, - отозвался Гай. - А что до Снайпера... могу только повториться: я рад, что все оказалось именно так. Мне так спокойнее. С самого начала мне этот союз не нравился. К тому же... - он помолчал, как будто решаясь на что-то. - Я могу попросить вас не говорить Снайперу о том, что я сейчас скажу? Понимаю, что мы вряд ли когда-нибудь встретимся, но все же...
  - Если это не касается наших дел - обещаю, - сказал Нуарэ. Гай помолчал еще немного, собираясь с духом. Так признаются в том, о чем долго молчали. Наконец он произнес:
  - Это я стрелял в него тогда, - и Нуарэ, и Габриэль поняли, о каком 'тогда' идет речь. - Снайпер говорит, что ничего не помнит, но... вы понимаете, каково мне было эти полгода.
  - Стив знает, что его пытались добить. И только, - сказала Габриэль. - Он действительно не помнит серьезных боев.
  - Как и Гордон, - вздохнул Гай. - Поэтому я с ним. Впрочем, ни о чем не жалею.
  - Вы напомнили мне скорее офицера службы безопасности, чем комбатанта, - осторожно сказал Нуарэ. Гай рассмеялся:
  - Вот это проницательность! Вы почти угадали. Я должен был стать безопасником, вполне неплохо учился в нашей академии. Я же старше Гордона, мне сейчас двадцать шесть. Но... мы дружим с детства, и я привык за ним присматривать. И когда я узнал, что он всерьез собрался в Сферу... да еще этот его клуб боевых искусств, мутные все-таки ребята... в общем, я особо не раздумывал. Бросил все и ушел вместе с ним. В конце концов, стреляю я тоже неплохо.
  Он улыбнулся. Да, Нуарэ прекрасно знал такой тип людей. Гражданский облик Гая был только видимостью. С той же спокойной улыбкой он возьмется и за чашку с чаем, и за пистолет. Полная противоположность Гордону, у которого все эмоции написаны на лице. Вместе этот тандем должен быть невероятно опасен. И Нуарэ был горд, что сумел вести себя достойно. И помочь Габриэль. Он взглянул на нее - она выглядела усталой. 'Я останусь с ней'.
  Гай посадил катер на тот же необитаемый остров, с которого они стартовали со Свеном и Мартином. Моторная лодка покачивалась у берега на том же месте. Гай помог обоим сесть и направил лодку к пляжу отеля 'Краб'.
  - Приехали. Удачи вам... и простите еще раз.
  Габриэль с улыбкой помахала на прощание Гаю. Потом перевела взгляд на Нуарэ - и улыбка стала постепенно исчезать с ее лица. Нуарэ сделал шаг по направлению к ней и открыл рот для объяснений, но она его опередила. И от ее металлического голоса Нуарэ стало не по себе.
  - Отойдите от меня.
  Нуарэ неловко попятился, чего не делал почти никогда в своей жизни.
  - Дальше.
  Одно-единственное спокойное слово хлестнуло как кнутом.
  - Если не отойдете, я вас убью.
  Нуарэ понимал, что он боевой офицер и в реальном бою против него шансы есть у немногих, но в этот раз он поверил. И сделал еще шаг назад.
  - А теперь объясните мне, чем я провинилась перед Республикой, что за мной в мой собственный отпуск в самую задницу дальнего космоса, которой и на картах-то нет, тащится аж целая Тень?
  Ее лицо оставалось спокойным, но Нуарэ видел, как она дышит. Так дышат люди, еле сдерживающие ярость. Еще секунда, и она вцепится ему в глотку. Нуарэ молчал, чувствуя себя идиотом. Его загнали в угол.
  Габриэль посмотрела испепеляющим взглядом.
  - Что, от любви голову потеряли? Понадеялись на магию романтической обстановки теплых краев и морского побережья? Думали, если вести себя со мной так, как будто я уже упала в ваши объятия, то я в самом деле в них брошусь? Так вот, это так не работает. Я в одни ворота не играю. Это ж на какой помойке себя найти надо было... Рафаэль, какой головой вы вообще думаете? Значит так. Еще одно движение в мою сторону, и на 'Сирокко' останется один медик. Что вы скажете капитану, мне безразлично. Объясняйтесь с ним сами. Меня от вас уже блевать тянет.
  Нуарэ видел, что она на пределе. Еще миг - и сорвется. Ни к селу ни к городу он произнес:
  - Габриэль... дышите.
   Она посмотрела на него в недоумении. Потом горько произнесла:
  - Да идите вы в задницу, Рафаэль. Можете наложить на меня санкции за нарушение устава, мне уже не страшно.
  Не дожидаясь ответа, она развернулась и с гордо поднятой головой пошла в сторону отеля. Нуарэ грустно смотрел ей вслед.
  
  20.
  Был уже поздний вечер, но сна Габи не чувствовала ни в одном глазу. Она была зла как сто терранских чертей, которых так любит поминать капитан О'Рэйли. Нуарэ ей просто хотелось вкатать в бетон причала, но на саму себя она злилась немногим меньше. 'Вот скажи мне, Картье, кой хрен тебе моча в голову ударила корчить из себя бывалую космическую волчицу? Ты же сопля зеленая! Полтора раза пороху нюхнула, решила, что тебе теперь можно гнуть из себя невесть что? Хрен там было, дорогуша!'. Совершенно по-глупому проболталась Свену, тушевалась перед Гордоном, как школьница... И на Нуарэ вызверилась похлеще, чем на того инструктора. Габи вспоминала каждую свою реплику и чувствовала, что щеки заливает жгучий стыд. Нет, так дальше нельзя. Она рехнется, если будет вот так сидеть в номере и прокручивать в голове эту историю. Надо переключиться. Габи направилась в бар.
  - Габриэль! Амига! - просиял Андрес. - Целый день тебя не видно! Сока или мятного чаю?
  - Абрикосовый бренди, - сказала Габи. - Двойной.
  - Хм, как скажешь, - Андрес убрал с лица улыбку, быстро подал Габи ее заказ и старательно принялся наводить порядок в своем хозяйстве. Хотя все бокалы у него и так стояли по росту и ранжиру и сияли как солнце.
  Бренди уходил как вода, но опьянение так и не наступало. Габриэль поймала недоуменный и обеспокоенный взгляд Андреса.
  - Что случилось, амига? - спросил бармен. - Выглядишь так, как будто тебя в лагуну с акулами макали.
  - Да лучше б макали, - мрачно ответила Габриэль. - Акула хотя бы предсказуема и понятна. Это просто здоровая дурацкая рыба, которая вечно хочет жрать. Идиоты куда опаснее. Предсказать, что им взбрендит в голову, почти невозможно.
  - Обидел кто? - участливо спросил Андрес. - Только скажи. У Элены папаша - комиссар полиции, он их из-под земли достанет.
  Эленой звали невесту Андреса, миниатюрную и заводную девушку, которая любила потанцевать и от души посмеяться. С ней Габриэль тоже успела познакомиться.
  - Нет, не обидели. Долго рассказывать. Налей еще бренди, пожалуйста.
  - Слушай, амига, я понимаю, ты все оплатила, да и я тебе не мамочка. Извини, если сморозил глупость, - тут же поправился он - видимо, Габи перекосило окончательно, - но ты же обычно ничего крепче сока не пьешь. А тут уже больше полбутылки бренди приговорила в одно лицо, и даже без закуски. Этот бренди - подлая штука. Пьется как водица, а утром проснешься - башка дурная.
  - У меня в аптечке вивитон есть, - невесело усмехнулась Габи. - Поможет. Я не просто врач, я действующий офицер военной медслужбы. Но спасибо за заботу. Кажется, мне правда лучше остановиться.
  - Смотри, тебе виднее. Если утром все-таки будет плохо - я специально для тебя зеленый чай оставлю, подарок от заведения. Приходи.
  Габриэль поблагодарила его и пошла к себе в номер. Ноги несли ее ровно, но лучше бы запереться, чтоб не позориться перед кем бы то ни было. Габриэль повесила на ручку двери табличку 'Не беспокоить' и рухнула на кровать. Голова кружилась. А еще хотелось найти Рафаэля Нуарэ и от души набить ему морду. Интересно, станет ли он хлопать крыльями и применять свои любимые санкции? После такого она ждала от Нуарэ уже любой степени тупости. Впрочем, пусть себе налагает. Учитывая, сколько и чего он ей успел наложить в душу. Или даже накласть.
  От мыслей о Нуарэ замутило хуже, чем от выпитого бренди. Андрес был прав, Габи капитально перебрала. Чтобы отвлечься, она стала бездумно листать фотографии на комме. Даже яркие энимские пейзажи сейчас выглядели какими-то плоскими и тусклыми. Но видео с музыкального фестиваля получилось хорошо, что и говорить. Вдруг Габи вздрогнула, поставила запись на паузу и увеличила размер изображения. 'Нет, чуть раньше... сюда... так... еще... АХ ТЫ Ж ЗАДНИЦА РОГАТАЯ!'. Высокую фигуру в белой рубашке невозможно было не узнать. Она вспомнила радостный щебет Режининьи: 'Не мужчина, а сказка. Как же его зовут... Рауль, кажется... Или не Рауль, но похоже...'. Рафаэль его зовут, девочка. Рафаэль. И он туда не с тобой танцевать пришел.
  Нет, но каков же все-таки моральный урод. Ежу морскому ведь понятно, что в Старые Колонии он поперся за ней. То есть, на корабле он мог видеть ее каждый день, а в отпуске такой возможности лишился и не придумал ничего лучше, как потащиться отдыхать туда же, куда и она. И, выходит, так и шлялся за ней хвостом все это время. Вот же погань какая! Ты себе тут лежишь на солнышке в чем мать родила, думаешь, мол, хорошо-то как без его взглядов, а он, оказывается, рядом притаился. И ведь как хорошо спрятался, сволочь! Даром что Тень. Две недели ведь себя не выдавал, не считая перелета! Сидел себе, значит, в кустиках. Что он там делал? Впрочем, ясно, что. Кино смотрел. Хорошее такое, собственной режиссуры. С тобой в главной роли. Честнее было бы уже зажать в углу и... Ох, чтоб у тебя все отсохло, онанист проклятый! Габриэль изо всех сил сжала зубы и метнулась в уборную. Вернее, кое-как поползла. Так ее не выворачивало даже после того, как она надышалась всякой ядовитой дрянью на том пожаре, который оказался вместо учебного настоящим.
  На негнущихся ногах она встала, держась за стену, и спустила воду. С ненавистью сбросила одежду и швырнула в стиральный блок, а сама залезла под душ и принялась остервенело оттираться, пытаясь смыть с себя почти физическое ощущение от взгляда коммандера. Вроде и держался он почтительно, и маслеными глазами не смотрел, но почему не проходит ощущение, что она перед ним все равно что голая? А потом еще вся эта история с 'Синей Молнией'. И это мерзкое ощущение беззащитности, хотя единственным, кто к ней хоть как-то прикоснулся на 'Сириусе', был Гордон. Габи передернуло при воспоминании, как он обнял ее за плечи, даром что жест был совершенно невинный. Спасибо, что он все правильно понял и убрал руки. Он очень контактен, но и реакцию на свои прикосновения считывает моментально. Но все равно. Габи прекрасно отдавала себе отчет, что все эти парни видели в ней красивую девушку, а не просто лейтенанта медслужбы. И от этого хотелось взвыть в голос. Парни-то отличные, даже коммандер, с его идиотскими романтическими жестами. Только вот саму Габи никто из них не интересовал.
  Она вспомнила Люка де Фон-Рэо, своего одноклассника. Тогда он еще, конечно, не был сыном госпожи президента, Изабель де Фон-Рэо победила на выборах всего три года назад. Просто хороший парень, которому от матери досталась яркая красота и врожденное чувство стиля. К Габи он был неравнодушен, а сама она еще только начинала разбираться в своих предпочтениях, поэтому согласилась на свидание. И когда дело уже шло к финалу, Габи вдруг разревелась от осознания, что ничего не получится. И дело не в Люке, он по-прежнему был ей очень симпатичен. Дело просто в том, что он парень. Как же Люк тогда перепугался! Но когда Габи сквозь всхлипывания все объяснила, он успокоенно вздохнул: 'Ффух, я уж думал, тебе плохо стало. Ну, всякое бывает, я от этого точно не умру'. Отвел заплаканную Габи в душ, заварил чаю, отвез домой на вызванном флаере. С тех пор они стали хорошими друзьями, жаль только, после окончания школы почти перестали видеться, только созванивались по праздникам. И за этот эпизод Габи очень уважала Люка - совсем мальчишка, он понял и принял отказ. 'Не то что некоторые'.
  Габриэль с нажимом провела намыленной губкой по мокрой коже, рука сорвалась, и ногти оставили на чувствительном месте царапину с кровью. Габриэль отбросила губку, врубила ледяную воду, всхлипнула и закусила губу. Она стояла под холодными струями, пока зубы не начали стучать. Потом закуталась в пушистый халат так, словно пыталась спастись от лютого мороза на Нордике. Слезы рвались наружу. Габриэль кое-как добралась до кровати и позорно разрыдалась лицом в подушку.
  
  21.
  4 февраля 3048 года
  Лусиано Мартинес искренне считал Эним лучшим местом во Вселенной. Хотя на Терранове и Алхоре побывал всего по паре раз, а в последние годы и за пределы Радужного архипелага почти не выезжал. Да и чего он не видел за теми пределами? На Алхоре все моря подо льдом и несусветный холод, это ж разве жизнь? Терранова - планета богатая, но уж очень шумная. И неспокойно там. То ли дело Эним - тепло, хорошо, море шумит почти за порогом, и никаких сомнительных элементов. Кроме Сферы, понятное дело, ну так Сфера везде есть. Тем более что их боевики на Эниме вели себя, как правило, вполне прилично и исправно платили за пиво. Черт их знает, откуда они деньги берут, но пока эти деньги поступали Лусиано - его это мало заботило. Говорят, они какие-то из добывающих колоний крышуют... да черт бы с ними. Словом, даже без всяких коммерческих соображений Лусиано любил Эним и особенно Радужный архипелаг, где он утешился после неудачного первого брака, встретив Ортенсию, и открыл свое дело. Теперь у него есть любимая жена, неоценимый помощник Бенито, которому Лусиано стал, может быть, и не отцом, но старшим другом и наставником, и 'Краб'. Словом, Лусиано был счастлив и полагал, что на Радужном архипелаге иначе и быть не может.
  И тем более он был поражен, когда утром к нему спустилась сеньора Картье. Она ведь тоже влюбилась в Эним с первого взгляда, Лусиано сразу это понял. И видеть ее сейчас на грани слез - а это было именно так, несмотря на улыбку на лице - было просто категорически неправильно. Лусиано начал было подбирать слова, чтобы выяснить, не обидел ли кто его гостью - хотя кому, черт возьми, тут обижать? Но Габриэль заговорила сама:
  - Господин Мартинес...
  - Сеньора, ну право же, просто Лусиано!
  - Лусиано... простите... форс-мажорные обстоятельства. Мне надо возвращаться. Дома... без меня точно не разберутся.
  Это было так непохоже на ее обычную манеру говорить, что Лусиано на всякий случай уточнил:
  - Я надеюсь, это не из-за кого-то из местных? А то ведь найду и...
  Габриэль грустно улыбнулась:
  - Нет, что вы, вы ни в чем не виноваты, как вы могли такое подумать! Наоборот, буду помнить о вас только с добром и благодарностью. Любые неустойки...
  - Сеньора, какие неустойки? Еще не хватало! Средства за неиспользованное время вернутся на счет в течение пары дней, наши банки, к сожалению, ужасно медленная штука.
  - Да пусть так и останется, мне не жаль ни сантина, потраченного на отель, все было просто здорово, - теперь ее улыбка была чуть менее грустной, и Лусиано это несказанно радовало. Он улыбнулся в ответ:
  - Не волнуйтесь, сеньора, у меня ничего не пропадет, будет ждать вашего возвращения! Если надумаете еще к нам прилететь - все оставшиеся дни ваши! В конце концов, вы первая туристка из внешнего космоса на моей памяти, надеюсь, что мы вас еще увидим! А это вам в подарок, - он решительно направился к витрине с сувенирной продукцией, извлек оттуда бокал для коктейлей с изображением краба и вручил Габриэль.
  - Спасибо! - вот теперь это была почти прежняя сеньора Картье. - Буду вспоминать вас каждый раз, как буду из него пить.
  Когда Габриэль, сверившись с расписанием катеров до космопорта, вышла пройтись перед отъездом, ее догнал Бенито.
  - Дядя Лусиано сказал, вы уезжаете?
  - Да, Бенито, - Габриэль вздохнула. - Поверь мне, никто из твоих соотечественников в этом не виноват.
  - Это хорошо, а то я бы ему... - он сжал кулаки. Габриэль рассмеялась. Бенито стало чуточку обидно - что с того, что он маленького роста, он, между прочим, сильный! И ему уже скоро восемнадцать! Но, по крайней мере, она развеселилась. После некоторой паузы Бенито сказал:
  - И вообще. Я не хочу, чтобы Эним вам запомнился на такой грустной ноте. Вот.
  Он протянул Габриэль огромную шоколадную конфету, которую купил в прошлую поездку на Радужный. Это был его любимый сорт, но, в конце концов, он-то в любой момент поедет и купит еще, а сеньора Картье неизвестно, когда вернется и вернется ли.
  - Я слышал, у вас шоколад редкость, а он настроение поднимает. И вообще очень вкусно. Ну и... просто хочу сделать для вас что-то хорошее.
  - Уже сделал, Бенито, - улыбнулась Габриэль, принимая подарок.
  На прощание они вдоволь надурачились, фотографируясь на фоне моря и отеля и строя рожи в камеру. Габриэль пообещала прислать фотографии, как только доберется до совместимой техники, и отправилась на катер. Бенито грустно побрел в бар.
  - Эй, Бенито, что с тобой такое? - поинтересовался Андрес.
  - Сеньора Картье уехала. Такая грустная...
  Андрес только кивнул.
  - Хорошо хоть, не из-за нас, - продолжал Бенито. - А то я бы не знаю, что сделал. Вот бы она еще вернулась!
  - Эге, да наш Бенито влюбился! - подмигнул Андрес.
  - Да ну тебя! - разозлился Бенито. - Она же взрослая совсем! И вообще... и вообще не такая, вот! Просто добрая очень, и всегда улыбается, а тут вдруг так расстроилась...
  - Да ладно, не скромничай! Самое время.
  - Да ну тебя! - повторил Бенито, стащил у Андреса шоколадку и ушел на берег. Ничего Андрес не понимает, хоть и взрослый. Интересно, а эта Сомбра очень далеко?
  
  22.
  6 февраля 3048 года
  Рафаэль Нуарэ сидел на берегу моря и швырял в воду мелкие камешки. Со стороны его задумчивый вид мог показаться весьма романтичным. Если не знать, что творилось у него в душе. Рафаэля впервые в жизни тошнило от себя самого. Не покидало ощущение себя полным моральным уродом, а еще идиотом, которым командовало собственное влечение. Помнится, он как-то случайно уловил обрывок разговора Эрнандеса со Сьеррой - наш коммандер-де сохранит холодную голову и способность трезво анализировать ситуацию, даже когда в обмороке валяется. Ну и где сейчас был тот анализ и холодная голова? Фраза Габриэль 'Это на какой же помойке надо было себя найти? Рафаэль, какой головой вы вообще думаете?' жгла его мучительным стыдом. Нуарэ вспомнил свои ощущения, когда их взгляды встретились. Он не был трусом, но тогда его основательно пробрало морозом по коже. С такой злобой на него смотрели только враги. Снова всплыла картина, о которой Нуарэ до сих пор старался не думать: как Габриэль шарахнулась от него в сторону. Она не боялась Свена и Мартина, от которых он так героически собирался ее защищать - она готова была искать у них защиты от него. И теперь, когда любовная горячка поугасла и розовые очки упали - а точнее, были сорваны - коммандер смотрел в глаза неприглядной правде. И даже назвать ее был не в силах, потому что у него перехватывало дыхание при попытке сказать 'я совершил насилие'.
  А ведь никак иначе назвать происходящее было нельзя. Да, пока перед глазами плясали дурацкие розовые сердечки и радужные видения идиллического романа, аргумент 'Я слежу за безопасностью одного из офицеров нашего экипажа' был логичным и правильным. Да-да, разумеется, Габриэль можно доверять в выборе места отдыха, почему бы не полететь туда же... он отвечает за экипаж, мало ли, вдруг что случится... 'Рафочка, кому врем?' - говорила когда-то его русская одноклассница, редкостно вредная девчонка. Сейчас, говорят, тоже в космофлоте, в навигаторах служит. Да свет бы с ней. Правда действительно была такова, что он отчаянно врал самому себе. За безопасностью члена экипажа он следил, ага! Еще бы всему экипажу до последнего техника каждый день звонил наподобие любящей мамочки, если уж так волнует их безопасность. Интересно, что бы сказал Коул? Этот поток яда коммандер бы просто не пережил. А если бы пережил, еще капитан в запасе есть. Предлог настолько надуманный, что это последней здешней медузе понятно. На самом деле Нуарэ понял, что не сможет два месяца не видеть Габриэль. 'Дай мне еще дозу себя, иначе я не могу', - твердило его существо. Как большинство сомбрийцев, он презирал наркозависимых, но теперь сам вел себя именно так. От этого было вдвойне мерзко, но коммандер ничего не мог с собой поделать. Пусть так, украдкой, но все же быть рядом. А вообще-то картина со стороны получалась такая, что хоть иди к нацгвардам и пиши сам на себя заявление по обвинению в насилии. Или сразу стреляйся.
  Особо увесистый булыжник срикошетил от опоры сломанного причала и плюхнулся у самого берега, обдав Нуарэ брызгами. Коммандер вздрогнул и выругался. Кстати, насчет 'стреляйся' - ведь еще чуть-чуть, и за него это прекрасно сделали бы Свен и Мартин. Хорош герой, без оружия выскочить на двух мордоворотов. Они не пристрелили его только чудом. И это чудо зовут Габриэль Картье. Это она остановила их. Иначе валяться бы ему в море с простреленной головой. Или где-нибудь на 'Сириусе' с переломанными ребрами, что немногим лучше. Гордон и так-то был на взводе, а если бы он увидел признаки сопротивления - так просто они бы ни за что не отделались.
  'Защитник, тоже мне', - Нуарэ уже прицельно метнул камень в опору причала. Да, несомненно, его информация сыграла важную роль. Но если бы не Габриэль, которую он якобы защищал, он физически не смог бы эту информацию предоставить. Потому что был бы изувечен или мертв. Он бы этих двоих не остановил. Она - сумела. Фактически закрыв его собой. И после этого он будет считать, что она нуждается в какой бы то ни было защите? Тем более с его стороны?
  - Рафаэль Нуарэ, - произнес коммандер вслух, - ты контужен хреном по лбу!
  
  23.
  По пути на Эним стыковка рейсов была очень короткой, так что все, что Габриэль успела увидеть на станции 'Валькирия' - транзитный коридор и терминал, через который она проверила бронь отеля. А теперь выходило, что ей предстоит провести здесь несколько часов. Ладно, по крайней мере, здесь уж точно нет никакого Нуарэ! Хотя Габи уже не раз нервно оборачивалась, заметив краем глаза какого-нибудь высокого брюнета. Наконец она обругала себя истеричкой и отправилась к терминалу - во-первых, отвлечет, во-вторых, она кое-что обещала.
  Первым делом она послала Бенито фотографии, сделанные перед отъездом, а также поблагодарила его за конфету, которая действительно оказалась фантастически вкусной. Потом написала Альваро, извинилась за свое внезапное исчезновение и передала привет всей компании. Задумалась, писать ли на Сомбру. Хотелось побыть одной и никого не видеть. Но лететь и так две недели, и потом еще сидеть дома - нет, это точно не вариант. Тем более у нее с собой целая гора подарков. Так что она написала Ари и попросила предупредить парней. 'А отмечать мой приезд я нахально напрашиваюсь к тебе'.
  Времени по-прежнему оставалось много, и Габи отправилась в кафе. Хундианский чай оказался, строго говоря, не чаем, но на вкус был очень приятен. К тому же Габи как медик не могла не отметить, что этот напиток должен быть неплох при простуде. 'А с холодным душем я все-таки перестаралась'. Подумав, Габи купила пару пачек про запас, заодно и сувенир будет. Потом устроилась за столиком, сделала большой глоток и волевым решением запретила себе нервно оглядываться по сторонам. 'Или иди пиши четвертое письмо, доктору Темницки'. Чай всегда улучшал ей настроение, и Габи наконец почувствовала, что начинает выдыхать. Что бы ни вытворял коммандер, он все-таки не полный идиот. Сложнее было отвлечься от контингента станции - их ярко-синяя форма один в один совпадала по оттенку с той, что носили в 'Синей Молнии'. Все-таки Габи до сих пор потряхивало от этой истории, пусть Гордон и его гвардия и вели себя более чем корректно, а расстались они и вовсе друзьями. Шутить в Сфере не любят, она убедилась в этом многократно. Одно неверное слово, да что там, неверное движение - и они с Нуарэ уже не информанты, а попросту пленные. Да, наверное, не убили бы. Но точно изрядно потрепали бы нервы.
  От размышлений ее отвлекла желтая собачья морда, внезапно возникшая у самого плеча. Вот так песик, раза в полтора больше сомбрийских овчарок! Но с виду дружелюбный. Габриэль осторожно протянула руку - он обнюхал ее и лизнул.
  - Фриц! - укоризненно произнес молодой голос за спиной Габриэль. Она обернулась и в который раз невольно напряглась, видя ярко-синюю униформу. Но на шевроне был не круг звездного неба, разбитый молнией, а золотой пес, точная копия того, что сейчас подбирался к блюдцу с печеньем.
  Хундианец, веснушчатый парень примерно одних лет с Габриэль, что-то скомандовал по-немецки, потом перешел на пиджин:
  - Фриц, как не стыдно приставать! Прошу прощения за моего напарника, он еще совсем щенок.
  'Ого! Хорош щеночек! - изумилась про себя Габриэль. - Свет дневной, ну и громадина вымахает!'.
  Хундианец заметил ее удивление и пояснил:
  - Я хотел сказать, что он еще молод. Намного больше он не станет. Да, простите, мы не представились - это Фриц, а меня зовут Генрих. Мы следим за порядком на станции. Только что сменились с дежурства.
  Говорил он с заметным акцентом, но понять его не составляло труда. Габриэль отметила, что сначала он представил пса, а потом себя. Да, капитан ведь рассказывал, что собаки здесь играют совершенно особую роль... Она протянула руку:
  - Габи. Старший офицер сомбрийского космофлота. Медкорпус. Летала в отпуск в Старые Колонии. Обожаю путешествовать.
  - Вот здорово! - не без зависти воскликнул Генрих. - Про Сомбру нам немного читали в академии, но сам я дальше 'Валькирии' не был. Мы же закрытая планета. Сюда попасть - уже большая удача. Может быть, потом, когда выйду в отставку...
  - Зато мысли об отставке не будут гнетущими, - улыбнулась Габи. Генрих рассмеялся. Он и сам чем-то напоминал пса-подростка, такой же веселый и любознательный. Что, конечно, не значило, что в случае тревоги они с Фрицем не порвут нарушителя в клочья.
  Вскоре они уже перешли на 'ты' и болтали совершенно по-приятельски. Габи узнала, что Генрих недавно женился, и это, вкупе с блестящими рекомендациями, помогло ему получить назначение на 'Валькирию' - туда старались посылать людей семейных, которые точно не пойдут искать себе счастья во внешнем космосе. Конечно, он скучал по дому, но вахты щедро оплачивались, к тому же служить на этой станции было почетно. Но и требования предъявлялись соответствующие, в частности, отличное знание пиджина. Генрих несколько раз извинился за свой акцент, но Габи заверила его, что прекрасно все понимает, и он расслабился. Почти. Потому что, стоило ему в своих рассказах хотя бы приблизиться к информации не для всех - и в мальчишечьих голубых глазах словно вырастал стальной заслон. Даже Фриц как будто становился серьезнее.
  Зато о несекретных вопросах Генрих был готов говорить бесконечно. Очень заинтересовался коммом Габи, посетовал, что Хунд не закупает инопланетную технику - впрочем, его собственный комм был вполне неплох, хотя и грубоват на вид. Впрочем, по словам Генриха, хотя он и рад был бы посмотреть внешний космос, Хунд он не променял бы ни на что. Он всей душой любил свою планету и говорил о ней взахлеб. Габи узнала, что хундианские собаки - это местный вид, господствовавший на планете до появления колонизаторов. Они очень умны, слова 'хозяин' и 'питомец' к отношениям с ними неприменимы, поэтому хундианцы предпочитают говорить 'напарники'. А в правящей семье - вскоре после объявления об изоляции Хунд провозгласил себя монархией - есть целый ритуал знакомства наследника и щенка. При дворце кайзера есть парк, там живут на воле несколько собачьих семей. И в период, когда у них подрастают щенки, наследник престола отправляется туда выбирать того, кто станет его напарником - срок жизни хундианских собак сопоставим с человеческим. Возвращается облизанным с головы до ног и вывалянным в листьях, торжественно неся на руках того щенка, который ему приглянулся - или, точнее, которому приглянулся он.
  - При поступлении на службу все примерно так же, но не настолько... церемониально, - сказал Генрих и смущенно улыбнулся. - Конечно, если у кого-то уже есть напарник, то служат вместе. У меня не было. Фриц уронил меня в лужу, а я только впервые надел парадную форму. Вот скажи, Фриц, тебе не стыдно?
  Фриц негромко тявкнул, что, видимо, означало 'нет'. Габи расхохоталась, но, видя смущение Генриха, не без труда приняла серьезный вид. Он предпочел сменить тему:
  - Так ты, говоришь, с Сомбры? А у нас ведь были сомбрийцы с полгода назад! Правда, не у нас, а у пограничников, но нам вся информация от них идет. Представляешь, нашу же банду рецидивистов отловили и сдали практически в подарочной упаковке! Не знаешь, кто такие?
  - Как не знать! Это ж наши и были. Фрегат 'Сирокко'. Эскортировали дипмиссию, а эти придурки возьми да и напади. Я на фрегате старший корабельный врач. Так что про саму эту свалку я мало что порассказать могу, разве что про ее последствия. При допросе была наготове, на случай, если этим деятелям пришлось бы химию колоть, но обошлось. И слава солнцу, а то потом еще медотсек бы после них драить пришлось - загадили бы весь. Наш старпом и без всякой химии так допросит, что эти пиратики минут пять кочевряжились, а потом сами рассказывали про свой рост, вес и размер ботинок, какого числа они родились, какого года... и какого хрена.
  Генрих хрюкнул.
  - Ох, да. У меня же друзья в планетных службах. Тоже в лицах представили, как эти герои недоделанные им плакались про страшных-ужасных сомбрийцев, которые понабрали себе в экипаж диверсантов и обижают несчастных уголовников, - его окончательно разобрал смех, и он зарылся лицом в ладони.
  - Они поначалу перли напролом, орали всякие гадости, - продолжала Габи. - Главарь на старпома решил наехать. Мол, чего раскукарекался, петушок, соблюдай давай свои конвенции, а дальше непечатно. А рядом кэп наш стоит, стенку подпирает, мол, я чего, я ничего, время на вас тратить, помощник справится. И так невзначай: 'Он не петушок, он курочка', - сам понимаешь, такого поворота пират не ждал, а потому заткнулся. А кэп продолжает: 'Будешь выступать - яйца тебе снесет'.
  - Ты меня уморить решила? - простонал Генрих. - Я, между прочим, представляю элитные части гвардии Хунда! Практически неприкосновенная персона!
  Тут он уже не выдержал и расхохотался в голос. Габи, впрочем, и сама смеялась от души. Здесь хоть не приходилось следить за каждым словом, чтобы ни в чем не заподозрили.
  - В общем, недолго они в крутых парней играли. А уж как им 'железный снег' припомнили, так и вовсе сидели как крыса под метлой.
  - Еще и 'железный снег'? - возмутился Генрих. - Ну, красавцы! Он вообще-то запрещен как антигуманный! Где только запасы раскопали, такую бы энергию да на мирные цели. Ну ничего, ближайшую пару десятков лет им точно будет куда ее девать.
  Помолчав, он продолжал:
  - А вообще, я порой завидую космофлоту. На 'Валькирии', конечно, почетно и круто, сюда направляют после кучи проверок, но зато и сидишь тут как сыч.
  - Знаешь, Генрих, - очень серьезно сказала Габи, - это я вам в некотором роде завидую. У нас то терране возбудятся, лезут к нам доказывать, что мы им много всего должны, а они имеют право из нас делать вторую Деметру. То Лехана, чтоб на нее астероид грохнулся, свои делишки мутит. Жить на одном из самых оживленных узлов сети туннелей - это всегда сидеть на здоровом таком ящике со взрывчаткой.
  Генрих только понимающе кивнул. Тут наконец объявили посадку на рейс Габи.
  - Ох, ничего себе мы заговорились! А я еще думала, как время буду коротать! Мне пора идти. И... спасибо тебе. Вам обоим, - поправилась она.
  - Да я что... - смущенно проговорил Генрих. - Удачной дороги! И... если хочешь, вот мой здешний адрес. Переписываться нам можно.
  - Обязательно напишу! - крикнула Габи, направляясь к выходу на посадку.
  Как бы Генрих ни скромничал, им с Фрицем удалось почти невозможное - улетая с 'Валькирии', Габи улыбалась, уже не думая ни про какую Сферу и ни про какого Нуарэ.
  
  24.
  18 февраля 3048 года
  В космопорту Габи встретил Алек Враноффски. На ее смущение он лишь улыбнулся: 'У меня выходной, и я люблю ездить на машине. Не запихиваться же тебе в монорельс с этим монстром!'. Что правда, то правда, к той компактной сумке, с которой Габи улетала, теперь прибавился немаленький гравиконтейнер с подарками. Даже пришлось раскошелиться за перевес. Правда, странно, что не приехал сам Ари, кататься он любит не меньше отца...
  - Ари решил помочь бабушке с обедом, - словно прочитав ее мысли, сказал Алек. - Остальные тоже уже должны приехать, так что будет тебе встреча по первому разряду.
  - Вернуться к вам - уже праздник, - совершенно искренне ответила Габи.
  Действительно, у Враноффски уже собрались почти все, кто смог добраться. Капитана, понятно, уже поглотили дела, значит, будет одарен после отпуска, как и Альберта. Леон и Жан, наоборот, исчезли на вьентосских прибрежных курортах и собирались наслаждаться отпуском до последнего. Деверо приехал один и передал тысячу извинений от Эжени, которая сдавала промежуточные экзамены на курсах. Асахиро тоже оказался один.
  - Зои уже вышла из отпуска, и вчера у нее было сложное дежурство.
  Он развел руками. Габи проследила за его жестом и нахмурилась:
  - Так-так, вы руку-то не прячьте, дорогой друг. Я все равно увижу. Во что вы в отпуске-то ухитрились вляпаться?
  - О, так ты еще не в курсе? - ухмыльнулся подошедший Ари. - У нас тут на Нордике вышла история в лучших традициях Алискиных сериалов! Собственно, почему я сам за тобой не поехал - я тоже огреб, еще дает о себе знать, - он коснулся правого плеча.
  - Так! - Габи смотрела по-прежнему сурово, но про себя подумала: 'Парни, во что бы вы там ни влезли, как же хорошо, что вы живы!'. - Хватит кругами ходить, рассказывайте уже! На месяц нельзя без присмотра оставить!
  Ари, Дарти и Асахиро, перебивая друг друга, принялись рассказывать, чем обернулся их отпуск на Нордике. Оказалось, эти трое ни много ни мало вмешались в попытку государственного переворота, отбив наследника престола у похитителей. И, разумеется, Асахиро рванулся в бой, не глядя на численное соотношение. Габи не знала, то ли восхищаться, то ли хвататься за голову, потому что выжил он, откровенно говоря, чудом. И ведь мало было схватки с похитителями и полученных ранений - дальше был длительный допрос.
  - И тут этот самоубийца отодвигает меня, как тумбочку - можно подумать, это не он пять минут назад пластом валялся! - и лезет общаться с доблестной гвардией, - рассказывал Дарти. - Типа, вот он я, моих рук дело, все объясню. А держится-то на одних анальгетиках!
  Асахиро лишь пожал плечами:
  - Дарти, ты преувеличиваешь. Между прочим, с твоей перевязкой хоть дальше в драку можно было. К тому же эта самая гвардия упомянула применение химии. Я в курсе про специфику Ариэля, а про себя я ничего такого не знаю, ну и, в конце концов, положил тех деятелей именно я.
  - Угробленного Враноффски им бы точно не простили, - заметила Габи.
  - Только мне от этого было бы не легче, - хмыкнул Ари.
  - Во-во, - Дарти говорил, как всегда, иронично, но Габи прекрасно понимала, что за привычной манерой он прячет серьезную тревогу. - И вообще, спасибо за комплимент, но я уже не знал, каким богам молиться, чтобы моя поделка выдержала. У меня, знаешь ли, опыта никакого, это вы, герои, подлатались и дальше в бой, а я, если уж огребу - сразу в отключку. Так что научиться негде было.
  - Я могу научить, - сказала Габи. Дарти резко посерьезнел:
  - Кроме шуток, я бы с удовольствием. Ненавижу, когда ничего не могу сделать. Тут-то ладно, меня Ари инструктировал, а вот чуть раньше... - его передернуло. - Асахиро может сколько угодно говорить, что все нормально, а вообще он же чуть не погиб тогда. А я видел, как он упал, а сделать не мог ничего. Полезь я в драку - сложился бы вместе с ним и Эйнара не вытащил. Но черт, как же мне паршиво тогда было, пока Асахиро того урода не отшвырнул.
  Габи лишь понимающе кивнула. Асахиро положил руку на плечо Дарти:
  - Стаффордширец - псина живучая. Меня так просто не грохнешь. Я же учился в первую очередь драться против нескольких противников, а уж с чем они там - вопрос десятый.
  - Ни хрена себе 'просто', три плазмы да ножи! - фыркнул Дарти уже с прежней интонацией. Габи засмеялась:
  - Кого другого уже заставила бы не выпендриваться, но это же вы!
  - Стараемся, - Ари пародийно раскланялся. - Ты лучше расскажи, как сама отдохнула! Хочется же знать, что хоть у кого-то был нормальный отпуск.
  Габи удалось совладать с лицом, но не без труда. Все-таки она не готова рассказывать эту историю при всех... а некоторые детали вообще никто не должен знать.
  - Вообще, на Эниме мне очень даже понравилось, - сказала она, стараясь говорить предельно непринужденно. - Вот только медузы лютуют.
  - Ну так не зря там вся Сфера то и дело отдыхает, - подал голос до сих пор молчавший Снайпер. - Я не исключение.
  Тут Габи, видимо, все-таки не справилась с собой. Снайпер вопросительно взглянул на нее. Понизив голос, Габи проговорила:
  - А вот тебе теперь это место лучше десятой дорогой облетать. Гордон Райт и Гай Флеминг шлют приветы. Даже не знаю, чьи теплее.
  Снайпер чуть задержал взгляд на лице Габи. Да уж... при желании он даст сто очков вперед всей 'Синей Молнии'. Нет, она, наверное, все расскажет, ему можно доверять... но не сейчас, не при всех. Впрочем, Снайпер явно понял, что вдаваться в подробности Габи сейчас не намерена.
  - Я в курсе, что в личные враги меня теперь записала вся Сфера, - тихо сказал он. - Сейчас моя команда здесь.
  Габи благодарно улыбнулась ему. Он коротко кивнул и отошел. Тут, на счастье Габи, Враноффски принес бутылку вина, и она, к его большому удивлению, попросила себе бокал. И даже потом еще один. 'Полегче, дорогая, не надо устраивать вторую серию попойки в 'Крабе'. Но, по крайней мере, вино помогло расслабиться и рассказать про обворожительного Лусиано Мартинеса, неосторожный заплыв Альваро и музыкальный фестиваль. В конце концов, она действительно неплохо провела время. В основном.
  Тем временем Деверо собрался уезжать, Луиза уже отправилась спать, и в целом вечер подходил к концу. Враноффски пошел проводить Деверо, а рядом с Габи тут же возник Асахиро:
  - Вы не захотели рассказывать при всех, - не спросил, а просто констатировал он. - 'Синяя Молния' - очень опасные оппоненты. Я надеюсь, с вами ничего не случилось?
  Он чуть сжал кулаки - обычный его жест, говорящий, что если все-таки случилось - он лично готов свернуть оппоненту шею.
  - Нет, что вы. Все целы. И я... и коммандер Нуарэ. Да, он тоже участвовал в этой истории. Слушайте... может быть, поедем к вам? Тем более, я давно не видела Зои. Вы простите, что я так напрашиваюсь...
  - Нет, все в порядке. Зои будет рада. Сейчас я ее предупрежу.
  - Уже уходишь? - поинтересовался Ари.
  - Угу, решила все-таки Зои проведать.
  - Ну ладно, передавай привет!
  
  25.
  Во флаере Габи с облегчением убрала с лица дежурную улыбку. Пожалуй, Асахиро можно рассказать все.
  - Вы можете мне пообещать, что все останется только между нами? - спросила она, хотя и сама знала ответ.
  - Никому ни слова. Иначе не умею.
  Габи вздохнула с облегчением:
  - Я в вас не сомневалась. Просто... тут действительно не та история, которой я готова делиться со всеми.
  - Я ценю ваше доверие, - Асахиро коротко склонил голову.
  Габи принялась рассказывать. Асахиро слушал молча, но с явным интересом. Когда она дошла до появления Нуарэ, он чуть усмехнулся:
  - Не могу, конечно, не оценить храбрость коммандера. Полезть с голыми руками на бойцов Чертовой Дюжины - это чистое самоубийство. Но я вас прекрасно понимаю. Сам за непрошеную поддержку обычно как минимум посылаю очень далеко и очень надолго.
  - И если бы еще в поддержке дело! - тут Габи прорвало. Она высказала все, что думала о выходках Нуарэ, не особенно стесняясь в выражениях. И, конечно, процитировала сказанное на причале.
  - Говорить такое... вышестоящему офицеру. Как я ему в глаза смотреть теперь буду? Повела себя как истеричный подросток.
  - Вас можно понять, - Асахиро как будто бы так же невозмутимо вел флаер, но в его голосе была тревога. - Но... как вы теперь на 'Сирокко'?
  - Как-как... как все добрые люди летают. Выполняя свою работу и не разводя неуставных отношений. Я вот умею. Коммандер, надеюсь, тоже.
  - Я уверен, коммандер сумеет принять верное решение, - после некоторой паузы проговорил Асахиро. - Я чувствую себя в некотором роде в ответе за эту историю - мне надо было вас предупредить. Хотя вероятность такой встречи была крайне мала. Ладно еще, мое имя не всплыло... или всплыло? - быстро спросил он, услышав страдальческий вздох Габи.
  - В том и проблема. Имен я не называла, но я же рассказала, с чего началось наше знакомство. Этого хватило. А дальше у меня было несколько неприятных часов. Я вспомнила, как работают наши почти коллеги из сомбрийской контрразведки. Так вот, этим ребятам Гай очень бы понравился. Я чего-то блеяла, как будто стою у доски и урок не выучила. Сроду себя такой дурой не чувствовала. И ведь говорю же правду, а никто не верит. Ладно еще, Нуарэ куда крепче меня и знает, что и как отвечать. Но свет дневной, как же стыдно...
  - Мне, по счастью, личное знакомство с 'Синей Молнией' свести не довелось, - произнес Асахиро как будто в пространство, - потому я до сих пор и жив. Но я более чем наслышан и о самом Гордоне, и о его помощнике. Опаснейшие противники не только в бою. Про Гордона говорят, что он запредельно импульсивен и вспыльчив, но просто безбашенный подросток не удержал бы сильнейшую команду Сферы. Гай - его, так сказать, здравый смысл, дотошен и подозрителен, как десять ищеек. То, что вы смогли в разговоре с ними провести свою линию - уже достижение.
  - Спасибо на добром слове, - снова вздохнула Габи. - Но чего мне это стоило... Впрочем, Гордон в конце концов все же поверил, что мы не новый альянс Снайпера.
  - В здравомыслии ему иногда не откажешь, - криво усмехнулся Асахиро. - Впрочем, не тянет проверять - я в поле зрения любого из 'Синей Молнии' не проживу и минуты.
  - Вот и не надо вам туда попадать. Что вы, что Снайпер нам тут нужны живыми и невредимыми. И не только как контракторы Республики, но и как наши друзья.
  - Я и сам не рвусь, - ответил Асахиро, и Габи заметила, как блеснули его глаза на слове 'друзья'. - На родной планете мне семь лет как объявлен смертный приговор, так что здесь мне точно безопаснее. Кстати, мы почти приехали.
  Зои выглядела усталой после дежурства, но видеть Габи была искренне рада. Асахиро притворно ужаснулся, что сейчас его задавят медицинской терминологией, и демонстративно зарылся в свою коллекцию чаев. Пожалуй, не зря - вскоре Габи и Зои завели разговор именно о нем. Было видно, что рука у него еще не пришла в норму, а ведь до конца отпуска осталось совсем немного, кто знает, когда придется срываться и нестись на другой край галактики... Понятно, Асахиро никогда не подаст виду, что с ним что-то не так, но Габи нужно было твердо знать, что в ее экипаже все будет в порядке, поэтому к Зои она пристала, как на экзамене. Но та и сама была рада поделиться.
  - Думаю, эта схема была оптимальна, - сказала Зои, изложив свои соображения. - Совещалась с реабилитологом, он одобрил.
  - Еще бы не одобрил! - буркнул Асахиро, колдуя с чайником. - Я в медицине мало что понимаю, но меня прибрал к рукам личный врач императорского семейства. Еще и в лучшем стиле доктора Картье в три этажа разъяснил, что я совершенно неправ, что полез общаться с безопасниками в таком состоянии. А что делать, время дорого, наиболее полные показания дать мог только я.
  - Неисправим, - подытожила Габриэль и впервые за вечер безмятежно рассмеялась.
  
  26.
  28 мая 3054 года
  - Ну ты и наворотил! - сказал Эрик, ошалело глядя на брата. Ну, по крайней мере, стал смотреть как на живого человека, а не как на плакат с портретом кумира. Рафаэль мрачно усмехнулся:
  - Сам с себя в шоке. На самом деле, я и правда тогда был близок к тому, чтобы застрелиться. Или скорее утопиться, поскольку оружия при мне не было.
  - Дела-а... - протянул Эрик. И очень серьезно произнес: - Все-таки хорошо, что ты не стал этого делать. Мы же не терране какие. Это у них было: потерял честь - стреляйся. Интересно, как смертью можно вернуть честь? Сделал ошибку - так исправляй ее. А то бац, и пулю в лоб, а остальные потом пусть разгребают. Тоже мне честь. Ты абсолютно не такой.
  Рафаэль улыбнулся про себя - он вспомнил давний разговор с Асахиро. Тоже на тему чести и самоубийства. Видимо, судьба у него такая - вести душеспасительные беседы о высоком.
  - Вот эта мысль, пожалуй, меня и остановила, - ответил он. - Точнее, не совсем так - тогда я, понятно, ни на йоту не верил, что тут можно что-то исправить. Потому что хуже уже просто некуда. Но у меня были обязательства перед экипажем. Я же не частное лицо, которому можно пропадать куда вздумается, я офицер космофлота. Правда, в тот момент моя космофлотская карьера висела не то что на волоске - на паутинке. Думаю, тебе не надо объяснять, что если бы эта история стала кому-то известна... Но я решил: прятаться не стану. Вернусь, а там будь что будет. Если все-таки вылечу со службы - застрелиться всегда успею.
  - Но ты не вылетел. Значит, известно не стало?
  Вместо ответа Рафаэль взъерошил волосы Эрика и улыбнулся:
  - Знаешь... Габриэль в этой истории повела себя благороднее, чем я сам. Только смотри, кадет, мы с тобой почти до утра засиделись. Тебе все-таки нужна свежая голова на экзаменах, так что шел бы ты спать?
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"