Помазуева Елена: другие произведения.

Сердце дракона

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 7.38*23  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ****
    ОСТАВЛЕН ОЗНАКОМИТЕЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ
    Окончено

    *
    Восточная империя захватила Северное государство. От своего отца из захватнической армии я получила не только необычную внешность для северян, но и магию. Только учитель принял меня такой, какая я есть, потому что у магии нет границ. Две школы - Драконов и Скорпионов - давно соперничают между собой. Самое большое достижение для мага-скорпиона добыть сердце дракона **

    Аннотация от Ольги:
    Одна древняя восточная легенда рассказывала про двух магов-друзей, которые постоянно между собой соревновались, кто лучше. И однажды их соперничество раскололо мир на два лагеря - драконов и скорпионов. Давно их ученики забыли истинную причину ссоры своих учителей и её последствия, и вот уже три тысячи лет длится эта вражда, и каждый скорпион мечтает добыть сердце дракона. И никто не догадывается, что только по-настоящему любящее сердце, познавшее боль потери, сможет вернуть в мир гармонию и прекратить тысячелетнюю вражду.**
    homepage counter счетчик сайта
    ***



Елена Помазуева

Сердце дракона

Роман-фэнтези

Пролог

   Судьбы простых людей очень сильно зависят от властителей мира сего. Большая политика, которая решает судьбы государств для процветания, часто больно ударяет по простым гражданам. Так произошло и в этот раз. Война, разразившая между Северным государством и Восточной империей, для крестьян началась неожиданно. Как раз начинался сбор урожая, и никто не думал, что Восточная страна может начать захватническую войну.
   Черный вихрь войск промчался над землей сопредельного государства, растаптывая посевы и будущий урожай. Крестьяне были разбиты и унижены, женщины плакали, а захватчики шли дальше, разрушая все на своем пути. Многие женщины подверглись насилию, а мужчины убиты. После опустошительного нашествия плач стоял над землями Северного государства.
   Пострадавшие от насилия женщины, рыдали над телами свои отцов и мужей, вымаливая прощение, что не смогли сберечь свою честь.
   Я была ребенком той войны. Моя мать готовилась выходить замуж, свадьбу собирались праздновать после сбора урожая. Жениха моей мамы убили, а так же всю его семью. Теперь в нашем государстве правила династия Цзен из Восточной империи.
  
   Начало
  
   Мать меня ненавидела. В чем-то ее можно понять. Я была для нее явным свидетельством того, что она, молодая и красивая девушка, стала жертвой насилия, при этом не было никаких надежд на будущее. Для молодых, оставшихся в живых, мужчин были молодые невесты, не пострадавшие от насилия девушки. Шансы моей матери выйти замуж, давно были забыты, мне шел семнадцатый год. Все, что могла для меня сделать семья, это отдать в ученицы продавщице цветов.
   Сегодня был жаркий день. В который раз мы выходили с госпожой Тенару, чтобы продать цветы лотоса, которые ранним утром, жутко торгуясь, купила моя учительница у бедняков. Моя задача была улыбаться прохожим, громко кричать, привлекая внимание, а так же предлагать цветы, что делала с великим удовольствием.
   Нежные, ранимые, они походили на меня. Ни в чем не повинные, сорванные в угоду прихоти, они напоминали собственную судьбу. Какой-то солдат из захватнического войска надругался над моей матерью, не думая о последствиях такого поступка. Теперь она и я жили в зоне отчуждения даже собственной судьбы, не то, что городка, где сейчас я старалась продавать сорванные цветы. Продать было необходимо до того, как они завянут, об этом моя хозяйка беспокоилась особо, а вот обо мне никто не беспокоился, даже я.
   Его заметила сразу же. Он выделялся в толпе. Высокий, мужественный и очень уверенный в себе мужчина одаривал равнодушным взглядом всех торговцев предлагавших высокому господину все, начиная от книг и заканчивая свежей рыбой, выловленной в водах Тенхуей-Эй.
   Мы с госпожой Тенару сидели в конце моста, через который шел незнакомец, презрительно посматривая на все вокруг. Видно было, что денег ему хватает, но покупать он ничего не собирается.
   - Господин! - выскочила ему под ноги, - купите цветы лотоса!
   Мужчина внимательно осмотрел меня, а не цветы, что держала в своих руках.
   - Дитя, ты знаешь, что цветы лотоса не могут жить, будучи сорванными? - он внимательно и строго смотрел в мои глаза, даже ни разу не взглянув на цветы, что сжимала в своих ладонях, предлагая ему.
   - Господин, купите, - упавшим голосом произнесла еще раз, понимая, что этот мужчина не расщедрится на покупку цветов.
   - Так нужно знать, когда собирать цветы, - поднялась со своего места грузная госпожа Тенару.
   - Женщина! Лотос не живет, если его сорвать! - резко бросил мужчина и прошел мимо, отбросив меня в сторону.
   - Вы правы, господин! - произнесли мы почтительно, присев в заученном поклоне.
   На наши слова мужчина никак не ответил, лишь уверенно прошел дальше. Его путь был нам неведом, а потому мы были лишь сорной травой на тропе жизни. Прицепились к нарядным сапогам, нас откинули и прошли мимо - так обычно бывает. Но что-то меня в этом мужчине зацепило, не понятное, не привычное и в тоже время самое обычное. Наверное, из-за своей одинокой жизни, где меня каждый старался ткнуть и попрекнуть происхождением, даже собственная мать из-за разбитых надежд, этот строгий господин был ко мне добр, назвал "дитя", пока не вмешалась госпожа Тенару.
   - Ты молодец, Риса, подкатила к богатому покупателю. Жаль, он ничего не купил, - похвалила меня хозяйка и цыкнула языком.
   Торговля в тот день шла вяло, лотосы успели завянуть прежде, чем мы их смогли продать. Госпожа Тенару поминала богатого, не состоявшегося покупателя, и кляла его, будто именно этот мужчина проклял сегодняшние продажи. Говорить что-либо против, не было сил, а возражать не посмела. По моему мнению, была виновата солнечная погода, уже который день устоявшаяся в Северной стране, но перечить не посмела, а потому по дороге домой выслушивала сетования моей доброй хозяйки о непосильных расходах на сегодняшний день.
   Нужно отдать должное, что за учебу госпожа Тенару с меня денег не брала, как остальные торговцы, а потому я старалась максимально приносить прибыль по мере сил.
   - Поберегись! - раздался голос рикши.
   Мы привычно отступили в сторону, давая дорогу богатому экипажу. В этот раз рикша вез гейшу. Ее бледное, прекрасное лицо мелькнуло на мгновение, покорив мое представление о красоте.
   Бледность, тонкие черты лица, маленькие алые губки и неимоверно сложная прическа из черных волос и еще богатый шелковый халат. Гейша запомнилась мне вся, до самых маленьких деталей.
   - Гейша, - презрительно фыркнула госпожа Тенару, - Я-то думала, кто важный.
   - Она важная, - робко произнесла я.
   Это на базаре моя активность перед покупателями приветствовалась, а потом я должна быть скромной и молчать, не задавая вопросов.
   - Важная! - ухмыльнулась моя хозяйка - Для некоторых мужчин.
   Больше мне ничего сказали, а я жадным взглядом провожала экипаж с рикшей, где ехала покорившая мое воображение женщина. Разумеется, я понимала, что она совсем по-другому зарабатывает себе на жизнь, не так как обычные бедняки под палящим солнцем гнут спину на рисовых плантациях, а рыбаки тянут свои тяжелые сети из глубин морских. И все же, гейша была красивой, ухоженной. Стоимость одних украшений в прически вполне могла обеспечить семью пропитанием на полгода.
   Но больше всего мне запомнилась красота и ухоженность женщины. Гладкое, без следа загара, с искусно наложенной косметикой, тонкие запястья ухоженных рук, едва видные под длинными руками богатого халата. О такой красивой и сытной жизни мне даже не мечтать.
   - О чем размечталась? - ворвался голос госпожи Тенару в мои мысли.
   - Ни о чем, - тихо отозвалась ей.
   Даже устыдились своих помыслов и смелости фантазии. Уже представляла, что это именно я еду в возке, который катит рикша, распугивая зазевавшихся прохожих. Одетая в роскошный, шелковый халат, даже чувствовала, как покачиваются тяжелые серьги в моих ушах. Высокая и тяжелая прическа заставляла держать лишь прямее спину. На ногах удобные сабо с высокой и красной платформой.
   Домой не торопилась. Злые слова со стороны матери, работа по дому. Готовка обеда на всю большую семью, где считали, что я достойна лишь прислуживать своим родственникам. Подковырки со стороны двоюродных сестер и презрительные пинки от мужчин. Но другой семьи у меня не было, потому рядом с госпожой Тенару я ощущала себя почти свободной. Добрая женщина не обзывала меня и даже старалась научить торговать, общаться с людьми, а не прятаться в тени домов при встрече с достойными гражданами.
   Наш город находился на берегу Тенхуей-Эй, что давало тем, кто не ленился пропитание круглый год. Крестьяне брали оттуда воду для своих полей, рыбаки вылавливали улов, а моя семья занималась тем, что предоставляла услуги перевозки товаров из нашего города в соседний. Мужчины часто отсутствовали, получая заказ на перевозку, и отправлялись на своих больших возах в путь. Я часто смотрела им вслед, стараясь узнать, какая там жизнь, за пределами нашего города? Но осмелиться, чтобы попроситься уехать с ними не могла. Лишь сидя за тонкой стенкой комнат, прислушивалась к рассказам о проделанной работе и пути.
   Глава нашей семьи, мой дед Итахау, всегда молчаливо выслушивал, а потом или одобрял, или порицал, а часто давал советы. Меня он никогда не замечал. И мне всегда казалось это справедливо.
   Женщины старались передать мне всю работу по дому, но все же предпочитали не видеть меня, отправляя на обучение к госпоже Тенару. Сестры, кто старше, кто младше не признавали себе ровней, потому никогда не делились своими новостями, как они это делали между собой. Но меня это даже не обижало, все же слушать о путешествиях мне нравилось больше.
  
   Время, после того случая на мосту, покатилось дальше. Торговля шла лучше, лотосы отцвели, наступил сезон ирисов, тюльпанов. Я улыбалась покупателям, предлагала им цветы, а госпожа радовалась возрастающим прибылям. Может быть, права была она, что в тот день богатый и красивый господин сглазил нашу торговлю. Иногда Тенару вспоминала о нем и цокала недовольно языком. Но продажи шли все лучше и лучше, а потому тот господин забылся.
   Однажды мне удалось очень выгодно продать несколько огромных букетов пионов, на них сезон только начался и покупатель расщедрился на оплату. Он был одет в темную одежду, средних лет, а темные глаза смотрели весьма доброжелательно.
   - Приходи еще, господин, - радостно улыбалась мужчине.
   Он ничего не ответил и широким, уверенным шагом направился в сторону улицы, продолжающей закончившийся мост.
   - Ты знаешь, кто это? - спросила меня Тенару, едва покупатель отошел на такое расстояние, чтобы не услышать ее слов.
   - Нет. А кто? - с любопытством спросила ее.
   - Господин Ситран, - и многозначительно поджала губы.
   О! Надо же! Сам господин Ситран пришел для покупки первых пионов на наш мост. Это был очень важный господин, один из первых лиц нашего небольшого городка. Ведь кроме префекта и мелких чиновников, считающимися практически знатью, жили еще и богатые люди. Чем занимается господин Ситран и откуда у него деньги, чтобы содержать дом, никто не знал, но ходили слухи о каком-то темном прошлом. Они были настолько странными, необычными, что верилось в них с трудом, по крайней мере, мне. Из разговоров, подслушанных мной, ни одной версии не верила. Кто-то господина Ситрана называл пиратом, награбившим в своей жизни достаточно у честных людей, ему повезло остаться в живых и вот теперь он живет на награбленное. Другие версии были даже хуже. Разбойник, наемник чужой армии, убийца из другого государства. Но никто ни разу не говорил о нем, что он может быть чиновником в отставке. Не соответствовала подтянутая фигура мужчины, всегда затянутая в дорогую, но черную одежду, представлению о государственном служащем. Очень он был похож на военного, но только ведь у них не бывает отставок, точнее, я о таком не слышала. Разумеется, к самому господину Ситрану никто с расспросами подойти не смел.
   Еще через несколько дней к нам на мосту подбежал мальчишка. Одет хорошо, сразу видно, что в достойном доме служит.
   - Мой господин просит прислать ему три букета самых лучших цветов! - громко сообщил парень и четко опустил голову вниз, приветствуя нас.
   От таких слов и поведения вышколенного слуги госпожа Тенару сначала обмерла и даже рот открыла. Обычно, наши покупатели средний класс, которые предпочитают заплатить небольшую цену за цветы, чем выращивать самим. А беднякам они вообще без надобности, им свои семьи прокормить надо.
   - Какие цветы ваш господин желает? - задала основной вопрос мальчишке и приветливо ему улыбнулась.
   - Пионы или другие, какие у вас есть в наличии, - спокойно ответил слуга.
   Мы с госпожой Тенару засуетились, собирая цветы в роскошные букеты. В наших мыслях не было подсунуть плохонький экземпляр, чтобы избавиться от вянущего товара. Наоборот, мы старались показать, что достойные торговки, чтобы привлечь такого богатого покупателя еще раз.
   - Куда доставить? - спросила я, создав целые клумбы из пышущих свежестью цветочной красоты.
   Посмотрела на мальчишку, ведь ему точно столько самому не отнести. Помнет же! Жаль будет потерять покупателя из-за такой оплошности.
   - В дом господина Ситрану, - был нам ответ.
   Мы с госпожой Тенару понимающе переглянулись. Теперь стало понятно, откуда взялся такой щедрый покупатель. Решение пришло сразу же.
   - Госпожа Тенару, вы позволите мне отнести букеты нашему покупателю? - вежливо поинтересовалась у своей учительницы.
   Ведь оставить ее одну я не могла, самые продажи начались, вечер опускался на город, молодые люди спешили на свидания, а почтенные мужья заглядывали на мост, чтобы что-то купить в подарок своим женам, ожидающим их дома.
   - Конечно, Риса, помоги доставить цветы, - благожелательно разрешила торговка.
   Мальчишка подхватил один букет, который получился самым большим, а я взяла в руки более изящные, но при этом не менее красивые. "Как раз получим деньги за них" - подумалось мне.
   - Постарайся оплату вперед взять. Это первое правило при торговле, - тихо шепнула мне Тенару.
   Я согласно кивнула, мол, поняла, так все и сделаю. Потом мы направились в сторону улицы, ведущей к центральной площади нашего городка. Дом господина Ситрану находился почти в центре. Нужно было пройти площадь с правой стороны, а потом был выход на другую улицу. Вот там и стоял огромный, в несколько этажей дом, в который мы направлялись.
   При виде богатства убранства фасада, сразу же вспомнились предположения о пиратстве. Крыша покрыта черепицей из обожженной глины, вздергивая свои углы вверх. Колонны со стороны главных дверей украшены резными барельефами. На окнах висели округлые фонари, которые ночью прекрасно освещали богатый дом. Широкие и низкие ступени будто приглашали по ним подняться. По сторонам от входа находились каменные собачки, своими размерами больше походившие на средних размеров львов. Но их магия, вложенная мастером-скульптором, позволяла охранять дом от гостей, задумавших что-то нехорошее против хозяев.
   Разумеется, мы не пошли через центральный вход, не предназначенный для слуг и торговцев. Мы обошли дом по краю, тем самым у меня была возможность разглядеть не только парадный фасад, но и остальные стены дома. Они были сложены из деревянного бруса. Очень надежный материал, если вдруг на хозяев решат напасть. Опять мысли о пиратстве не дают мне покоя. Кто в нашем скромном городе будет нападать на уважаемого господина Ситрану? О нем ходят разные слухи, но к бывшему военному, или пирату, или, и того хуже, наемному убийце, разве кто-то захочет залезть или напасть?
   Вход для прислуги был скромным и тоже с деревянной дверью, украшенной изображениями тех же сторожевых собачек. Оскалы зубов предупреждали заранее, что стражи находятся на посту, так что, если у тебя темные мысли, лучше не подходи близко.
   У меня же мысли были самые, что ни на есть радужные. Уже второй заказ от господина Ситрану. Так что в следующий раз мы можем закупить больше цветов и лучшего качества. А еще госпожа Тенару собиралась расширить свой бизнес и открыть небольшую лавку, где можно будет продавать цветы в прохладе, а не под палящим солнцем. Тогда можно будет весь день предлагать товар, а не только утром и по вечерам.
   Раздумывая над этими планами своей госпожи, я шла за слугой-мальчишкой, указывающего мне дорогу в этом богатом доме. На самом входе я вежливо поклонилась встречным слугам и сняла свои деревянные сабо на давно перетертых шнурках. Меня окидывали снисходительными взглядами, ведь платья мне выдавали лишь те, что относили мои сестры, а потому они часто были потрепанными и плохо сидели на мне. Я старалась их хоть немного подогнать по фигуре, но истертая ткань рвалась под иголкой, а потому чаще всего оставляла все так, как есть. Однако радужные мечты о том, что, услужив богатому господину, мы сами можем немного развернуть свою торговлю, придали мне сил и уверенности. Так что в этот богатый и сверкающий чистотой дом я вошла с гордо выправленной спиной и развернутыми плечами, не забывая при этом вежливо кланяться встречным. Ведь мне нужно заработать деньги, а вовсе не нажить врагов. Пусть лучше я запомнюсь простой и скромной, чем бедной гордячкой.
   - Вот сюда, госпожа, - произнес мальчишка, шагнув за перегородку.
   Я прошла за ним машинально, как проделывала все до этого, нисколько не ассоциируя себя с обращением "госпожа". Однако мальчишка сделал приглашающий жест, и только тогда до моего понимания стало постепенно доходить, что это именно ко мне впервые вот так обратились. Что-то возразить не посмела, но на сердце разлилось приятное чувство. Уже в третий раз от господина Ситрану получаю любезное отношение. Купил цветы по высокой цене, не торгуясь, после этого заказал еще три букета, а теперь его слуга обращается ко мне уважительно. После всех тычков и попреков в своем доме, это была маленькая и приятная радость, показывающая, что в мире все может быть совсем по-другому.
   Комната была по моим представлениям очень большой для своего предназначения. Это была спальня. Первый букет уже красиво стоял на полу в огромной фарфоровой вазе. Для принесенных нами цветов уже были приготовлены такие же красивые, изящные произведения искусства. Их округлые бока с узким горлышком были расписаны замысловатым рисунком, рассмотреть который очень хотелось, но не осмелилась.
   Постель была выдержана в коричневых и бежевых тонах, две узкие подушки выглядывали из-под одеяла, идеально расправленного. Красивые ширмы закрывали это место отдыха от любопытных глаз, и были того же тона, что сама постель. Натертый до блеска пол отражал вазы, будто продлевая их. В изголовье, на невысокой подставке стояли в ряд несколько широких свечей, сейчас они не горели. Но было видно, что ими пользуются. Рядом на низком столике лежали несколько свитков, стянутых тугой нитью, не позволяющей распуститься тонким дощечкам.
   Я присела на колени перед вазой и стала ставить цветы. Мальчишка с готовностью перехватил у меня второй букет и сейчас ожидал, когда я закончу. Эта обстановка, красота богатого дома, атмосфера спальни, по всей видимости, хозяйской, из-за того, что выдержана в темных тонах, просто подталкивала к тому, чтобы поставить цветы так красиво, как и первый букет уже выставленный в вазе и купленный у нас вчера.
   - А кто ставил те цветы? - скромно поинтересовалась у мальчишки.
   - Хозяин, сам. Он вообще никому не позволяет делать что-либо в его спальне, - ответил мне слуга.
   Рука дрогнула. А не позволяю ли я себе лишнего, и с тревогой посмотрела на парнишку.
   - Хозяин сказал, что если госпожа захочет, то может поставить эти цветы в вазы, - ответил на мой молчаливый вопрос он.
   Выдохнула и поняла, что теперь нужно приложить максимум усилий, чтобы оправдать доверие мужчины. Через некоторое время увлеклась любимым делом и уже забыла о своих опасениях. Цветы послушно укладывались, переплетались в красивые композиции. Я старалась не просто воткнуть стебли в вазы, а показать каждый цветок в отдельности, но в то же время, чтобы они смотрелись гармонично все вместе. Посматривала на букет, созданный хозяином, и меня переполняло вдохновение, композиции составлялись легко и очень красиво. Так же старалась рассмотреть рисунки на вазах, восхищаясь мастерством художника, передавшим свое видение мира, и старалась, чтобы мои построения и переплетения цветов были в гармонии с ними.
   - Прекрасная работа, - неожиданно раздался мужской голос за моей спиной, когда я уже почти закончила со второй вазой.
   От неожиданности рука дрогнула, и длинный стебель зацепил край вазы. Фарфоровое чудо на высокой длинной ножке покачнулось, и я с ужасом увидела, что она начала падать. Я постаралась подхватить ее, но хозяин дома оказался быстрее меня, хотя он стоял в трех шагах сзади. Господин Ситрану поймал падающую вазу, и только потом подхватила я. Вода щедро выплеснулась мне на колени. Наверное, если бы не вмешалась, то обошлось без этого, а так мое скромное и потрепанное, но тщательно подшитое, платье промокло насквозь.
   - Простите, господин Ситрану, - пролепетала я, поняв какую оплошность только что допустила.
   Теперь мужчина может не только не заплатить, но еще и обвинить меня в том, что я чуть не разбила бесценную вазу, настоящее произведение искусства, а так же испортила его постель. Вода не только облила меня, но и быстро заливала пол, рядом с кроватью. Покрывало по нижнему краю уже намокло.
   - Это моя вина, - неожиданно произнес хозяин дома, - Я напугал вас неожиданным появлением.
   - Чем я могу возместить сотворенное мной? - тихо спросила его, всеми силами души надеясь на то, что он не станет делать перерасчет в оплате за цветы.
   - Доделайте икебану, как задумывали, и будем считать, что мы в расчете, - мягко произнес мужчина.
   От его слов захотелось плакать. Значит, он не собирается расплачиваться за цветы. Госпожа Тинару будет расстроена. Ведь мы выбрали самые лучшие экземпляры для господина Ситрану, а теперь, из-за моей неловкости, остались без заработка. Но работу свою доделала, привычно стиснув губы. Дома приходилось и похуже, ведь каждый старался уколоть побольнее. Здесь же я подвела свою госпожу, и от этого становилось тоскливо на душе, ведь она очень доброжелательно всегда ко мне относилась.
   Букет получился красивым, только радости мне это уже не доставило. Хозяин дома стоял за моей спиной, внимательно наблюдая за моей работой. А мальчишка сразу же убежал, повинуясь приказу своего господина. Вскоре пришла служанка и стала вытирать насухо пол, а потом забрала намокшее покрывало с кровати. Я понимала, что мое нахождение в спальне хозяина дома большая милость, ведь в такие комнаты нет ходу посторонним.
   - Я закончила, господин, - поднялась на ноги и поклонилась ему.
   Глаза опустила вниз и старалась не смотреть в его лицо, чтобы не показать свое отчаяние.
   - Вот твоя оплата за цветы, а это за прекрасные икебаны. Ты их честно заработала, - произнес мужчина и протянул мне два кошеля.
   - Господин ... - потрясенно произнесла я и с изумлением посмотрела на него.
   Ведь он мог спокойно отказать мне в оплате, сославшись на то, что я испортила ему постель. В это время зашла служанка и стала застилать новое покрывало. Оно тоже было бежевого цвета, лишь небольшие белые лилии, почти незаметные, украшали его.
   - Ты отказываешься от оплаты за свою работу? - сурово спросил господин Ситрану.
   - Что вы! Я принимаю с благодарностью! - воскликнула в ответ и приняла оба мешочка.
   Положить мне их было некуда. У моих сестер были пояса, куда крепились кошели, но мне денег не давали. Даже торгуя цветами, я все передавала сразу же госпоже Тенару. Вот и сейчас я перебирала руками тяжелые мешочки, чувствуя пальцами уголки монеток, там находящихся.
   - Касиш! - коротко и очень строго произнес хозяин дома.
   На пороге спальни тут же возник мальчишка-слуга, что привел меня сюда.
   - Проводишь госпожу, куда она скажет, - отдал приказ господин Ситрану.
   Я распахнула глаза на него не в силах поверить в такое расположение мужчины к моей особе. Кто бы стал заботиться о продавщице цветами, тем более, после того, что она тут натворила? Однако это был не сон, мне действительно предложили проводить с деньгами через наш город.
   - К госпоже Тенару, - тихо промолвила в ответ.
   Мужчина лишь кивнул на мои слова и вышел из комнаты, оставив меня наедине со своими слугами. Мальчишка поклонился и произнес:
   - Госпожа, - вежливо показал рукой на выход парнишка.
   Опустила взгляд вниз, на свою юбку, она была мокрая и с подола иногда срывались капельки. Идти было неприятно, ткань прилипала к ногам, но это казалось такой мелочью, по сравнению с тем, что в руке я сжимала первые, заработанные именно мной, деньги. Конечно, госпожа Тенару доверяла мне деньги от продаж, но ведь это были ее заработки. А мне заплатили именно за мою работу, за то, что я составила букеты для господина Ситрану. Оглянулась на цветы. Действительно получилось красиво, хотя отличалось от того, что создал сам хозяин дома.
   Я шла за мальчишкой по красивому дому, было очень неловко оттого, что после меня оставались мокрые следы на чистом полу, но что можно сделать в такой ситуации, даже не представляла. Не просить же тряпку, чтобы вытереть за собой? Когда мы подошли к двери для прислуги, ко мне подошла девушка, одетая гораздо лучше, чем я.
   - Хозяин велел передать вам полотенце, - с вежливым поклоном протянула она мне сложенную ткань.
   - Спасибо, - потрясенно произнесла я и приняла еще один подарок от этого доброго к моей судьбе господина.
   Стараясь торопиться, чтобы не задерживать слуг господина Ситрану и его самого, быстро вытерла мокрый подол своего платья, подсушивая ткань. Девушка все так же с поклоном приняла от меня обратно полотенце и тихо удалилась, переступая бесшумными шагами по чистому полу.
   На сердце было радостно и тепло. Никогда еще обо мне никто не заботился, было очень неожиданно и приятно такое обращение со стороны мужчины. Возвращаясь в дом к госпоже Тенару, я улыбалась своим мыслям, одаряя встречных своим счастливым состоянием и радостью. Обычно я старалась ходить, не поднимая глаз, чтобы не обращать на себя внимания, а сейчас я смотрела вокруг, и мне казалось, что город выглядит совсем по-другому, преобразился, украсившись в лучах закатного солнца.
   Крыши из красной черепицы стали более насыщенного цвета. Фигурки, венчавшие острые, загнутые углы, раскрасились розовым, а люди, торопящиеся домой, выглядели не озабоченными своим трудовым днем, а радостными в предвкушении ужина в кругу своей семьи.
   Именно тогда я вновь увидела его. Того самого мужчину, что отказался купить лотосы. От неожиданности остановилась, хотя мальчишка-слуга, что провожал меня, прошел вперед. Я смотрела во все глаза на молодого человека, будто увидела его впервые и в то же время, угадала мужскую фигуру сразу же. Волосы стянуты в хвост на затылке, по лбу проходила темная полоска ткани, придерживающая стянутые волосы. Широкие плечи подчеркивались почти по-военному скроенной одеждой, а узкая талия затянута шелковым поясом, опоясывающим стан мужчины несколько раз. А еще у него был меч в очень дорогих ножнах, притом, что остальная одежда не выглядела богатой. Я замерла на месте, уставившись из простого любопытства на молодого человека, любуясь его статностью и красивым лицом.
   Все-таки добилась своего. Наши взгляды встретились на некоторое время, а затем мужчина внимательно осмотрел мою скромную фигурку. Вокруг будто все пропало, на улице остались только мы вдвоем. Не было спешащих и покрикивающих на прохожих рикшей, не было торопящихся домой горожан. Лишь только этот взгляд и мы друг напротив друга. Смутиться не успела, его, не выражающий никаких эмоций, взгляд прошелся по мне, а потом он просто перестал на меня смотреть.
   - Госпожа, - тихо позвал меня мальчишка-слуга, заставивший вернуться в реальность.
   Привычный шум города обрушился на меня внезапно. Я похлопала глазами, стараясь вернуть себе привычное зрение. А вокруг все было в движении, горожане торопились по своим делам, и мне тоже было пора.
   - Да, да, идем, - немного рассеянно отозвалась мальчишке.
   Оглянулась туда, где еще совсем недавно стоял молодой человек, не купивший лотосы, но там никого не было. Наверное, показалось.
  
   Перемены
  
   Госпожа Тенару была счастлива, что нам удалось столько заработать за два дня. Может быть, для богатых людей это малая толика, но для нас, бедных торговок, это было настоящее состояние. Я честно рассказала женщине, что господин Ситрану заплатил мне отдельно за составление букетов, и показала деньги. Тенару подержала мой мешочек с квадратными деньгами в руке, а потом вернула обратно.
   - Это ты заработала сама, - решила женщина.
   - Ведь вы хотели деньги пустить в оборот, - произнесла я неуверенно, - может быть, вы возьмете мои деньги? Все равно дома, у меня, их заберут.
   - Хочешь стать моей компаньонкой? - улыбнулась женщина, - А что? Неплохая идея, мне нравится, - кивнула женщина.
   Домой не шла, а летела, окрыленная сегодняшними событиями. Господин Ситрану, госпожа Тенару, мое решение отдать деньги, чтобы стать компаньонкой, все было внове и странно чудесно! Немного удивляло и озадачивало странное видение молодого господина на улице, но мало ли что под горячим солнце не привидится? Забивать себе голову непонятным явлением не стала. Меня окрыляла перспектива стать компаньонкой в делах продавщицы цветов, и это было главное. Я часто слушала, как мужчины рассуждали о своих делах, и понимала их планы о расширении и процветании семейного бизнеса. Признаваться дома в том, что стала компаньонкой госпожи Тенару, не хотелось, но я понимала, что скрывать такое нельзя.
   Терзаемая противоречивыми мыслями и сомнениями: говорить или нет в семье о переменах в своей судьбе - я вошла в родной дом.
   - Риса, ты заставляешь себя долго ждать! - прошипела недовольная сестра, встретившая меня первой на пороге.
   Я спокойно поставила деревянные и поношенные сабо у входа, оправила привычным жестом нескладную юбку на себе, отметив, что ткань успела высохнуть, так что ненужных вопросов не возникнет. Хотя в этом доме до меня мало кому было дело.
   - Тебя ждут, - презрительно поджала губы девушка, внимательно наблюдающая за моими действиями.
   - Кто? - удивилась я.
   То, что меня ждали все женщины в нашей семье, было нормальным, но об этом вот так вот с порога никогда не говорили и не сообщали. Я просто проходила на кухню и мне вручали все домашние дела.
   - Тебя ждут в общей комнате, - произнесла сестра, презрительно поджав губы.
   К такому отношению мне не привыкать, но вот то, что кто-то меня может ожидать в общей комнате, куда я входила лишь, для того, чтобы обслужить семью за трапезой, а потом все убрать после нее, меня сначала сильно удивило, потом озадачило и напоследок даже испугало. Кто может ожидать лично меня там?
   Направилась в общую комнату нерешительно, отодвинула перегородку и вошла, низко поклонившись. Все, что успела рассмотреть, это деда, сидящего чинно перед гостьей. Вот ее мне было плохо видно из-за света окна, напротив которого сидела женщина. Лишь по силуэту догадалась о том, кто у нас в гостях.
   - Что же, вижу, что меня не обманули. Итак, господин Харитан, на каком из предложений вы решили остановиться? - проговорила немного хрипловатым голосом женщина.
   Поднять глаза на гостью было страшно. Может быть, дед решил к другой женщине меня пристроить на обучение? Тогда, наверное, поторопилась стать компаньонкой госпожи Тенару? Хотя если я скажу об этом, то меня могут у нее оставить?
   - Предпочитаю сумму единым вознаграждением, - произнес дед.
   - Вам виднее, господин Харитан, хотя я объяснила, что вам выгоднее получать прибыль еженедельно, - отозвалась гостья.
   - Мне не нужна прибыль от такого вида заработков, - презрительно произнес родственник.
   - Но, в то же время, не отказываетесь от моих денег в виде выкупа вашей внучки, - захихикала довольная женщина.
   Выкупа? Я вскинула глаза на гостью и вот теперь смогла рассмотреть, что передо мной сидела гейша. Самая настоящая! От изумления распахнула глаза и не могла произнести ни слова. Белоснежное лицо приветливо улыбалось мне, а длинные серьги весело искрились в солнечном свете, льющемся из окна, отбрасывая разноцветные зайчики на стены. Дед сидел чуть в стороне. Меня он не удостоил даже взглядом, его губы были презрительно поджаты.
   - Это лучший способ, который избавит наш дом от этой девушки, - отозвался дед, даже не поворачивая головы в мою сторону.
   Ждать от моих родственников, что ко мне будут хорошо относиться, уже давно перестала. Но сейчас эта ситуация меня совершенно поразила. Дед берет какое-то вознаграждение за то, что отдает меня гейше? Я буду у нее служанкой? Переводила недоумевающий взгляд с улыбающейся женщины на родственника, который во время всего разговора так и не удостоил меня ни единым взглядом, и ничего не понимала.
   - Тогда мой слуга принесет вам означенную сумму, а девушку забираю с собой сейчас, - поднялась на ноги гейша.
   Огоньки в серьгах погасли, перестав играть отраженными солнечными зайчиками, и она подошла ко мне ближе. Теперь я обратила внимание, что это не молодая девушка, видеть которых было привычно на наших улицах, а взрослая женщина. Кажется, даже старше моей мамы. Гейша подхватила мой подбородок своими пальцами и заглянула в глаза. От нее пахло терпкими и очень дорогими духами, такие могли себе позволить лишь богатые люди нашего города.
   - Зеленые, как он и говорил, - отметила женщина цвет моих глаз.
   Знаю. Именно из-за этого меня особенно не любила моя семья. Я старалась не смотреть в глаза родственникам, у которых цвет глаз был, как у всех жителей Восточной империи, карие. А вот мне достались такие же, как у того солдата, жителя востока, что подверг насилию мою мать. Цвет моих глаз лишний раз напоминал о трагедии, случившейся двадцать лет назад.
   Конечно, уже много времени прошло с тех пор, и все же при виде меня многие, кто потерял в той войне близких, вспоминали об этом. Хотя я тоже была частью страдания нашей страны от захватчиков, людям этого было не объяснить, они старались бросить резкое и обидное слово вслед.
   - Как твое имя? - ласково спросила меня гейша.
   - Риса, - ответила ей.
   Женщина кивнула и направилась к выходу, не оглядываясь назад, уверенная в том, что иду следом за ней. Я же в растерянности посмотрела на своего деда и помялась на месте, не зная, что мне делать дальше.
   - Для тебя так будет лучше, - это были первые слова, сказанные дедом мне. - Прощай!
   - Прощайте, дедушка, - поклонилась родственнику и направилась на выход за гейшей.
   Женщина как подошла к входной двери, ее сабо стояли на полочке и выделялись своим изяществом. Я быстро подошла, наклонилась и стала подавать ей, чтобы обуться.
   - Нет, Риса, ты больше не прислуга, - покачала головой женщина, приветливо улыбаясь, - Привыкай к этому. Теперь ты будешь госпожой, и уже тебе будут помогать обуваться.
   Я ошарашенно смотрела на нее во все глаза, сидя перед ней на коленях.
   - А пока обувайся и идем в твой новый дом, где я надеюсь, ты найдешь свое счастье и призвание, - протянула она мне руку, чтобы помочь подняться.
   - Госпожой ... гейшей? - переспросила ее.
   - Разумеется, - приветливо ответила она мне.
   Поймала любопытный взгляд от своих сестер, которые выглядывали из-за перегородки. Они же, заметив, что я увидела их, презрительно фыркнули и скорчили гримаски.
   В таком вот странном состоянии, то ли растерянности, то ли радости поднялась на ноги, обула свои поношенные сабо и направилась на выход из дома так и не ставшим мне родным. Больше не обращала внимания на то, что происходит за моей спиной. Меня ждала новая жизнь, и я даже не представляла, что она преподнесет.
   На улице нас ждал рикша. Гейша очень грациозно, несмотря на свою полноватую комплекцию, села в возок и показала рукой, что бы заняла место напротив нее.
  
   Мой новый дом
  
   Передо мной мелькал знакомый с детства городок, а я, впервые в жизни, ехала в возке, который катил за собой рикша, покрикивающий на прохожих. Женщина прикрыла глаза, будто она отдыхала.
   - Теперь в твоей жизни все будет по-другому, привыкай, Риса, - произнесла она, не открывая глаз.
   А я смотрела на знакомые улицы и старалась понять перемены, произошедшие в моей жизни. Но пока этого не получалось. Слишком странными были события этого дня, который клонился к своему завершению. Впереди меня ждал новый дом, другая постель и, как обещала, эта прекрасная женщина, новая жизнь.
   Рикша затормозил свой бег перед домом с огромными яркими, красными фонарями уже вовсю освещавшими фасад здания. Навстречу нам выбежал мужчина и с почтительным поклоном подал руку сначала госпоже, а потом мне. Три ступеньки, на которых по бокам стояли вазы с цветами, а дальше большая двустворчатая дверь, украшенная резьбой. Собачки с магией, вложенной мастером, надежно охраняли этот дом.
   - Ниса, определи девочку в комнату, а мне сделай ванную. Что-то я устала от разговора с этим стариком. Не просто ты мне досталась, - улыбнулась на прощание хозяйка этого дома и ушла вглубь своих владений.
   - Прошу сюда, - вежливо поклонилась служанка, показывая на лестницу, которая вела на второй этаж.
   Она была примерно одного возраста с ее хозяйкой. Я поклонилась в ответ и отправилась вслед за своей провожатой, рассматривая во все глаза свой новый дом.
   Узкая лестница вела в комнаты таких же молодых девушек, как и я, лишь покои самой госпожи находились внизу. Рассказывала мне Ниса, самая старшая из всех служанок. Она давно работала здесь, пережила войну, и оставалась по-прежнему преданной своей госпоже. Девушки готовились к приходу гостей, ими сейчас занимались молодые служанки, начиналась горячая пора для ночных жриц любви. Некоторые двери были приоткрыты, потому что девушки бегали между комнатами, передавая и принося друг другу необходимые шпильки, булавки, краски для макияжа. Потому Ниса была свободна, она ухаживала только за госпожой, и поэтому провожала в приготовленную для меня комнату.
   Я с интересом и любопытством поглядывала в приоткрытые двери, а Ниса немного рассказывала обо всем, при этом присматривая за молодыми служанками. Иногда покрикивала на них, иногда хвалила.
   Моя комната оказалась самой дальней, зато всего одна соседка, как сообщила мне Ниса.
   - Сегодня отдыхайте, а завтра подъем в восемь часов. Девочки, что будут с клиентами, просыпаются позже, а такие, как вы, встают рано, - на выходе сообщила мне служанка.
   - Спасибо, - поблагодарила ее.
   - Обживайтесь, госпожа, - снова поклонилась Ниса и закрыла за собой створку двери.
   Я прошла вглубь комнаты, вокруг были сумерки, лишь рассеянный свет из окна разгонял полумрак. С интересом подошла к оконному проему и посмотрела на небо. Скоро совсем стемнеет, нужно найти свечи и зажечь их, иначе рискну поднять шум среди незнакомой обстановки, натыкаясь на мебель. Быстрый осмотр комнаты показал, что искомые свечи находились в ящичке у изголовья кровати на невысоком столике для чаепития. Отодвинув крышку в сторону, достала округлую свечу, осмотрела еще раз ящик в поисках, чем бы зажечь огонь и не нашла. Идти вниз или отвлекать служанок от их занятия не посмела. Было слышно, что приготовления к приему гостей идут к финалу, а гейши переживают и уже прикрикивают на служанок.
   Тогда я сделала то, чего всегда опасалась делать. Зажгла свечи сама. Не знаю, откуда у меня такая способность, но стоит мне подумать о том, чтобы зажечь огонь, как какая-то сила вырывается из меня и пламя начинает танцевать свой танец, послушное моей воле. И так было не только с пламенем, которое вспыхивало как будто само по себе. Этой силой могла задернуть ткань или задвинуть перегородку между комнатами. Она была воздушной, легкой и ею было просто управлять, но в тоже время пугала меня до безумия. Ведь в нашей семье ни у кого не было магических способностей, получается, что они достались от отца, как и цвет глаз. Еще одно доказательство моего происхождения. Именно из-за этого всячески скрывала свои способности и старалась не применять. Только в случае крайней необходимости, вот как сейчас.
   Вокруг стали стихать звуки суеты, и дом стал успокаиваться. Вот тут меня обожгла неожиданная догадка. Комнаты гейш находятся рядом друг с другом, голоса хорошо слышны, что будет, если к ним придут мужчины? Мурашки пробежались по коже от таких вопросов. Мне ведь отлично слышно, как тихо напевает соседка, готовясь к встрече. Даже слышен звон бус на ее шее, именно их попросила одеть гейша свою служанку. Даже похолодела от этих перспектив на ночь.
   Неожиданно дом накрылся тишиной. Вот только что слышались разговоры, голоса в отдалении и чуть ближе, и вдруг стало так тихо, будто на уши упала пелена. Свеча осветила мое перепуганное лицо в зеркале, сглотнула и подошла к распахнутому окну. Ни звука. Странно, очень странно... Единственное объяснение, которое могла себе найти, это то, что госпожа Хариса использует магию тишины для своего дома. Что ж, на магию можно потратить деньги, тем более, если она в таком доме, приносящем стабильный доход.
   Всеми силами я старалась думать о чем угодно, о деньгах, о погоде, о своих родственниках, продавших меня в дом к гейшам, о госпоже Тенару, о господине Ситрану, в конце концов, о странном молодом человеке, не купившем лотосы, только бы унять дрожь от того, что мне предстоит самой стать гейшей и принимать в этой комнате мужчин.
   Разумеется, я знала, что мужчины и женщины спят вместе, и иногда мне даже слышны были тихие вздохи братьев и их жен, но сама была далека от всего этого. Я была твердо уверена, что мне такое не предстоит. Ведь никто не посватается к девушке, отцом которой был неизвестный солдат из вражеской армии. Пусть мы давно находимся под властью их императора, но люди в нашем городке все равно смотрят на чистоту рода невесты, как, впрочем, и жениха.
   Представить же себе такой вариант событий, что меня не просто отдадут замуж какому-нибудь нищему крестьянину, где я буду гнуть спину с утра до вечера, а буду настоящей гейшей, развлекая гостей-мужчин, просто не могла. Даже сейчас, находясь здесь и с испуганным видом оглядывая новое жилище, было страшно и очень одиноко в этом, полном жителей, доме. Может быть, как раз из-за этой тишины, окутавшей меня вокруг.
   Я старалась ходить по комнате, перебирала доставшиеся мне вещи, передвигала с места на место столик. Это хотя бы давало какие-то звуки. Дождавшись выхода луны на небе, посмотрев внимательно на звезды, поняла, что время наступило позднее. Я привыкла вставать рано, потому, несмотря на перевозбужденное состояние, после сегодняшнего дня, меня потянуло в сон.
   Умылась, вытерлась душистым полотенцем и прилегла на кровать. Потушила огонек свечи и прикрыла глаза, всеми силами надеясь, что завтра будет лучший день, чем сегодняшний.
  
   Проснулась, разумеется, гораздо раньше, чем было нужно. Дом вокруг по-прежнему был в полной тишине, ни одного звука до меня не доносилось. Но понять из-за чего не могла. То ли все еще спят и потому ничего не слышно, то ли потому, что вокруг еще царит магия. Ровно в восемь в доме все стало слышно. Значит, все-таки магия скрывала все вокруг.
   Осторожно отодвинула дверь и тихо выскользнула в длинный коридор. Некоторые двери были приоткрыты, другие наоборот очень плотно задвинуты. Вероятно, девушки там отдыхали, как вечером сообщила мне Ниса. Остальные только проснулись, и вид у них был сонный и не очень довольный. Служанки бегали между комнатами, стараясь угодить своим госпожам, капризным с самого утра.
   - Вы кого-то ищите, госпожа? - вежливо спросила одна из девушек.
   - Ниса сказала, что утром подъем в восемь, - растерянно произнесла я, потому что больше мне никто и ничего не объяснил.
   - Ниса прислуживает госпоже Харис внизу, она сейчас занята. Спускайтесь в общую комнату, там накрывают завтрак, - сообщила она мне и побежала дальше выполнять чье-то распоряжение.
   За столом собирались молодые девушки. Они выглядели совершенно обыкновенно. Не было привычного макияжа гейши, и они вполне могли сойти за членов огромной семьи, если забыть на время, где я сейчас нахожусь. Девушки приветливо здоровались, присоединялись к трапезе, во время которой перекидывались веселыми замечаниями. Не обходилось и без подколок, заставляющих других смеяться, но вот жертва гневалась и отвечала не менее хлестким словом, что вызывало новый взрыв смеха, а вот первую заставляло либо задуматься, либо обиженно сопеть. Эти гейши хорошо владели такими сложными оборотами речи, что я не всегда понимала, в чем тут подвох, хотя, скорей всего, просто не владела ситуацией.
   На внешность девушки были не красавицы. В городе я видела жен богатых людей, взявших себе в спутницы именно красивых женщин. Им не требовалась косметика, чтобы демонстрировать свою красоту, их лица были заметны в тени расписных зонтиков, с помощью которых они прятались от палящих лучей солнца. Здесь же девушки были разной наружности, но в основном прелестные в своей юности. Они с интересом поглядывали на меня, но пока только присматривались. Я же старалась поесть плотно, так как по заведенному правилу, обычно, вторая моя трапеза приходилась уже почти на ужин. Организм привык к такому распорядку, и я с удовольствием макала рисовые шарики в соус, отправляя их внутрь себя палочками.
   Постепенно беседа оживлялась, девчонки просыпались, слова становились веселее. Разговор крутился вокруг мужчин. Гейши перекидывались такими знатными именами, будто об обычных людях говорили, а я замирала, во все глаза, рассматривая веселящихся собеседниц. Они не обсуждали никаких подробностей, их пересуды сводились, в основном, к отношениям самих гейш и их избранников.
   Как оказалось, у каждой жрицы были свои мужчины, при этом они очень придирчиво присматривались к клиентам других девушек. Вот на этом они, в основном, и практиковали свое остроумие. Схожесть подхода с госпожой Тенару мне вполне напомнила конкурентную борьбу с торговцами цветами на мосту.
   - Уже познакомились? - доброжелательно спросила госпожа Харис, степенно выплывая в общую комнату.
   Меня как раз потихонечку втянули в разговор, и я отвечала односложно, в основном, но к месту, что привлекло внимание девушек. Хотя и носят звание гейш, но любопытны, как всякие женщины любого возраста.
   - Риса - новая гейша в моем доме, - представила меня госпожа Харис.
   Женщина была гладко причесана, но по-домашнему. Впрочем, все девушки, присутствовавшие за завтраком, были прилично одеты, ухожены и с легкой прической на голове. Они явно старались выглядеть всегда хорошо и красиво. И мне это очень понравилось.
   На лице госпожи Харис не было белил, потому можно было рассмотреть ее в нормальном виде. Доброе выражение лица, улыбчивые глаза, о чем подтверждала сеть мелких морщинок в уголках глаз, небольшой рот, привыкший повелевать, но и улыбаться тоже. От нее исходила уверенность и в тоже время доброжелательность. Женщина оглядывала зорким взглядом девушек за столом и небольшими замечаниями вносила гармонию в разговор. Прекратились колкие замечания, а вот похвала с ее губ срывалась вполне привычно, и гейши расцветали прямо на глазах. Завтрак закончился к всеобщему хорошему настроению. От этого становилось легко на сердце и приятно. Мне тоже хотелось улыбаться, и я не прятала глаза вниз, рассматривая свою новую семью.
   Девушки были разными не только внешне, но и характерами. Удивительно, как госпожа Харис легко справлялась со своими гейшами. Еще вот только что они делили господина Сунес, но с приходом хозяйки дома все эти разговоры мирно закончились.
   На какое-то время я совершенно забыла о предназначении этого дома, поддавшись всеобщему настроению за столом, но после того, как служанки убрали все стола, началось обучение. Вот тогда-то я вновь вспомнила о предназначении гейш.
   Сама же госпожа Харис очень подробно рассказывала о мужчинах, в основном делая акцент на их восприятии мира. Очень интересно было узнать об этом. Кроме моих подслушанных разговоров о торговле моих братьев и деда, совершенно ни о чем таком даже не подозревала. Госпожа Харис отвечала на вопросы девушек, которые они задавали с величайшей охотой. Не одну меня интересовали подробности. Темы сменяли одна другую, было очень интересно, но, в тоже время, мои щеки постоянно горели огнем, потому что госпожа Харис пользовалась очень красивыми фразами, часто аллегориями, но все они были очень откровенными, не оставляющими и тени сомнений в ее словах. А вопросы коснулись не только мышления мужчин, но и их физиологии. Девушки, не стесняясь, расспрашивали, тем самым, заставляя меня опускать глаза и краснеть еще больше.
   Вскоре мою реакцию заметили все и гейши стали хихикать надо мной. От этого становилось еще более неловко, но встать и убежать в свою комнату, смелости не хватило. Однако госпожа Харис строго выговорила девочкам за такое поведение, напомнив каждой об их первой реакции.
   Вторым уроком были манеры. К нему как раз успели спуститься остальные девушки. Танцы, пение, ведение беседы. Один урок сменял другой, плавно перетекая из одной темы в другую. В тот самый миг, когда у меня в голове все перемешалось и в висках стучало от напряжения, ко мне подошла Ниса и пригласила пройти к госпоже Харис.
   С одной стороны, обрадовалась, что немного отдохну от такого потока информации, а с другой - стало страшно от приглашения. Девочки даже не обратили на мой уход внимания, они очень старательно и прилежно занимались. Нужно отдать должное, много нового для себя узнала я не только на первом уроке, который вела сама хозяйка, но и на последующих тоже.
   - Риса, присаживайся, - тихо предложила мне госпожа Харис.
   На ее губах была улыбка, но я все равно поежилась, чувствуя, что разговор предстоит серьезный. Тихо подошла и присела рядом с ней. Женщина повела рукой, приглашая меня разлить чай в чашки. Я послушно взяла чайник в руки и разлила ароматный настой.
   - Как тебе первый день у нас? - мило улыбаясь, спросила госпожа Харис.
   - Трудно, - честно отозвалась ей.
   - Ничего, ты привыкнешь, - кивнула женщина, принимая мой ответ, - Тебе была не знакома тема, которую мы обсуждали с девочками?
   - Нет, госпожа Харис, - ответила ей и тут же покраснела, опустив глаза.
   - То есть у тебя не было мужчин? - полуутвердительно произнесла гейша.
   - Нет, госпожа, - тихо ответила ей.
   - Понятно. Получается, что я приобрела очень ценную девушку, - немного в задумчивости произнесла женщина.
   От этого разговора становилось неловко, страшно и совершенно непонятно, как реагировать на все это.
   - Риса, с этого момента твоим обучением буду заниматься я лично, - жестко произнесла гейша, - Когда ты будешь готова, мы сделаем представление моей новой гейши. И ты достанешься тому, кто заплатит больше.
   Внутри все похолодело. Представить себе, что моя судьба именно так повернется, не могла. Если даже мечтала о том, что я еду в возке в одежде гейши, то это были лишь мечты. Но вот признаться самой себе в том, что я хочу себе такую судьбу, пока не могла. Хотя в этом доме мне очень нравилось. Сама атмосфера теплоты, старания научить и научиться лучшему, легкое соперничество между девушками, выливающееся в стремление узнать еще больше.
   - Риса, мы гейши. И наши знания, умения представляют ценность для мужчин. Обычный бизнес, - женщина положила теплую ладонь мне на руку, - Ничего, это первый день, потом освоишься и с девочками подружишься.
  
   Госпожа Харис оказалась права. Прошло всего несколько дней и девушки приняли меня к себе в семью. Они старались где-то помочь, где-то поддержать, а где-то и поддеть беззлобно шуткой. Я отвечала на такие выпады в ответ, и мы смеялись уже вместе. Сама хозяйка присматривала за порядком в своем доме, не допуская склок и обид. При этом любая служанка обязана была докладывать госпоже о каких-либо неприятностях или назревающих конфликтах. Тем самым, госпожа Харис всегда была в курсе того, что происходит, и успевала внести мир между девушками.
   Днем моим обучением занималась хозяйка дома. Разумеется, я участвовала и в остальных занятиях. Мне очень нравились театральные подготовки, когда девушки разыгрывали сцены, готовясь к какому-то празднику у клиента. Очень нравились танцы, их нам преподавал профессионал, господин Ченсан. Он был строг и требовал неукоснительно выполнять его требования.
   Меня научили не только грамоте, каллиграфии, но так же стихосложению. Очень увлекательное занятие сочинять двустишье, в котором должен быть скрытый, глубокий смысл. Я настолько увлеклась чтением, что, даже падая вечером от усталости в свою кровать, зажигала невысокие округлые свечи и читала, читала, читала, пока свеча не гасла. Впрочем, иногда я засыпала гораздо раньше.
   Уроки госпожи Харис касались именно мужчин, где женщина, на мой взгляд, была самым большим специалистом. Гейша заметила, насколько я стесняюсь в присутствии остальных девушек, и потому вела со мной откровенные беседы наедине. Сначала говорила только она, задавала вопросы, а потом потихонечку и я сама стала расспрашивать. Мой интерес всегда поощрялся улыбкой и кивком головы, как будто госпожа Харис провоцировала на откровенность и дальнейшее любопытство.
   С каждым уроком мне становилось все интереснее и интереснее. Ее простые слова, без тени ложного стеснения, легко вводили меня в такую сферу, как отношения мужчины и женщины. У гейши было много иллюстраций, которые мы подробно рассматривали и изучали. Если в самом начале я очень стеснялась их, то постепенно привыкала к откровенным картинкам, нарисованным с таким мастерством, что рассматривала со вниманием.
   Пришлось признаться самой себе, если моя жизнь повернулась именно так и обратной дороги нет, то нужно смотреть вперед и учиться у лучших. Госпожа Харис приглашала для своих гейш только лучших мастеров музыки, танцев, актеров, художников, преподающих каллиграфию. И я впитывала неизвестные для меня прежде знания, как губка, с жадностью вливаясь в обучающий процесс.
   Мне вообще очень нравился этот дом и занятия, расширяющие мое восприятие мира. Госпожа Харис наедине со мной затрагивала и политику государств. Среди клиентов были представители не только северян, но из Восточной империи, а потому нужно было понимать, как общаться и с такими мужчинами. Конечно, гейши в разговоре не касались политики, стараясь ее не привносить в беседы об искусстве, но все же требовалось понимать, кто находиться перед тобой.
   Восточная империя навязала народу, чьими коренными жителями мы являлись, свою власть, а потому их богатые люди и чиновники находились в любом городе. Но для гейш национальность не имела значения, это были клиенты, и наша задача была в том, чтобы каждый посетитель захотел вернуться вновь в наш дом и все к той же девушке. Вот из-за этого, в основном, и были утренние перепалки. Девушки очень ревностно относились к своим мужчинам и переживали, если они уходили к другой гейше.
  
   Представление
  
   В одно утро госпожа Харис встретила меня словами:
   - Риса, я достаточно тебя подготовила, и теперь ты можешь принимать у себя мужчин, - все это было сказано с доброй улыбкой на губах.
   Я запаниковала тут же. Это, видимо, сразу же отразилось на моем лице, потому что госпожа тут же покачала головой, осуждая за то, что не смогла сдержать эмоций. "Гейша должна излучать только доброту и приветливость" - так всегда учила меня Харис.
   - Я не смогу, - выдавила из себя.
   - Твоих знаний вполне достаточно, - кивнула женщина головой, подтверждая свои слова. - Теперь нам осталось подготовить твое представление. И сделать это нужно, как можно более пышно.
   - Хорошо, госпожа, - склонилась в поклоне.
   Немного справившись с волнением, отправилась в свою комнату. Ведь для этого меня и готовили в этом доме. Если госпожа Харис считает, что я готова, то значит, так тому и быть. Только в себе не была уверена.
   - Риса, что случилось? - встретила меня вопросом Лила, ожидавшая меня в моей комнате.
   Девушка была моей соседкой, и мы быстро сдружились, часто спрашивая друг у друга шпильки, ленты и булавки. Нам досталась одна служанка на двоих, Сей была немного младше нас и очень покладистой. Как-то я разговорила ее, и узнала, что, работая здесь в услужении, девушка зарабатывала на то, чтобы помогать матери кормить младших братьев. Отец у нее погиб во время ловли рыбы. Подробностей не знал никто, но семья осталась без кормильца. Теперь же, Сей старалась изо всех сил понравиться госпоже Харис и прижиться в этом доме в качестве служанки.
   Лила, была родом из деревни, где в семье кроме нее было много других детей и потому предложение стать гейшей стало радостной новостью для всех. Я промолчала о своем происхождении, сказав, что меня купили у собственного деда. На этом разговоры на личные темы закончились, зато мы втроем часто садились за чай и старались демонстрировать все, чему научились на занятиях по чайной церемонии.
   - Риса, что случилось? - встревожилась соседка, заметив мой растерянный вид.
   - Госпожа сказала, что мне пора принимать мужчин, - с трудом ответила ей.
   - И что в этом страшного? - в недоумении хлопнула глазами подружка.
   Она уже год была в этом доме, попав сразу из деревни в богатый дом. Так что стремилась заработать деньги и открыть свое дело. Девушка мечтала о лавке по продаже дорогой одежды для женщин. По ее глубокому убеждению, женщины очень любят тратить деньги на одежду. Госпожа Харис выписывала иллюстрации с новинками моды из столицы, чтобы ее гейши всегда хорошо выглядели. Так что Лила очень вдохновилась, рассматривая новые платья для женщин.
   Ответить, что именно так меня испугало, не могла. Я лишь тихо опустилась перед столиком, где нашей служанкой уже были расставлены чашки и тарелочки с пирожным.
   - Ты боишься, что тебя могут не выбрать? - выдвинула свою версию Лила. - Не переживай! У тебя очень необычные глаза, такой редкий зеленый цвет, любой мужчина захочет посмотреть в них.
   В ее тоне было не только утешение, но и доброе веселье. Лила и раньше подчеркивала, что с моей необычной внешностью, у меня будет много клиентов. А что еще для гейши надо? Умом с ней соглашалась, ведь я здесь для того, чтобы освоить эту профессию, так что нет смысла играть в этом доме в скромность. Разговоры среди девушек только о мужчинах, многие надеялись, заработав здесь, уехать и удачно выйти замуж, имея хорошее приданное, или начать свое дело, что было не редкостью среди женщин в последнее время.
   С приходом Восточной империи привычный всем уклад жизни поменялся, и новые веяния в торговле позволяли женщинам самостоятельно вести торговлю, не оглядываясь на мужчин своей семьи.
   - Если бы у меня был такой цвет глаз, - продолжала щебетать Лила, - у меня было бы гораздо больше клиентов, чем сейчас. Мужчинам нравится диковинка, так что ты даже не думай. Выше нос! Ты будешь лучшей гейшей в этом доме!
   - Лила, я о другом, - запинаясь, проговорила ей, - Ты пришла опытной девушкой сюда, а я ...
   - Пф! Опытной! - Смеясь, проговорила подруга, - То, что мы миловались с соседским парнем, еще не говорит об опытности. И мы уже говорили на эту тему. Госпожа тебя прекрасно обучила ... - она помолчала, - Скажу тебе по секрету .... Если тебе встретится опытный мужчина, то ты получишь такое удовольствие от всего, как и он.
   Лила лукаво стрельнула в меня глазами и улыбнулась, опустив взгляд.
   - Мой господин Женчей очень опытный и приятный любовник, - чуть тихо проговорила подруга, - Именно с ним мне нравится быть больше всего.
   - Так вот почему ты не отказываешь от встреч с ним, - понимающе протянула я.
   - Он прекрасный любовник, - кивнув, подтвердила мои предположения Лила.
   - Но ведь он почти старик, - произнесла вслух.
   - И что? - пожала плечами подруга.
   Ее слова заставили задуматься. Господин Женчей не был лучшим клиентом, возраст не позволял ему приходить часто в наш дом. Господа Харис задумывалась о том, чтобы передать этого мужчину другой гейше, но Лила всегда мягко отговаривала хозяйку от этого шага. Теперь мне становились понятны ее мотивы. Ведь раньше мне казалось, что девушка просто жалеет старого человека.
   - Выкини из головы всяческие сомнения. Тебя обязательно выберут на представлении, - произнесла Лила уже выходя из моей комнаты. - Лишь бы господин Тхерай тебя не выкупил.
   - Почему? - в тот же момент спросила ее.
   Девушка выглянула за дверь, потом плотно прикрыла и подошла ко мне, склонилась к самому уху и очень тихо прошептала:
   - Он из Восточной империи.
   Ее слова мне ничего не объяснили, в недоумении уставилась на нее.
   - Я была с ним, когда Тинай не могла принять этого господина, - передернула плечами подруга, будто ей стало вдруг холодно, - Он очень жесток. Я потом долго лечилась от порезов и синяков.
   Ахнула на ее слова. В первый раз услышала о том, что мужчины могут причинить боль гейшам.
   - Ты сказала госпоже Харис? - спросила ее.
   - Сказала, - кивнула девушка.
   - И что она?
   - Попросила никому не рассказывать, - ответила мне Лила. - Но потом она поговорила с господином Тхерай, поставив условия, что если еще одна жалоба на него и ему откажут в приеме.
   - И? - продолжала расспрашивать я.
   - Во второй раз ... синяков не было, но ... он больно ударял словами, - закончила свой рассказ Лила.
   - А как же Тинай?
   - Она терпит, - вздохнула подруга, - А я не стала. Но, вроде бы, и к ней он стал относиться лучше.
   Я нервно стиснула пальцы рук, сложенные на коленях.
   - Не переживай. Вроде бы, он уехал из города по своим делам, так что он вряд ли появится на твоем представлении.
  
   Госпожа Харис задумала устроить настоящий праздник, а не скромное представление среди постоянных клиентов. Женщина наняла еще двух актеров, и мы ставили настоящее представление. Все девушки были задействованы в этом. Мы репетировали днем, забросив привычные занятия, потом я удалялась к себе в комнату, а девушки принимали своих мужчин. Все время было строго расписано. Ко мне в распоряжение перешла Ниса, именно она занималась моим внешним видом.
   Мои волосы на несколько часов обмазывались липкой смесью, это должно было придать сияние. Кожа получала свою долю масок и ухода. Еще ко мне был приглашен массажист, который каждый день проводил со мной процедуры в спа-салоне самой госпожи.
   Жизнь в доме бурлила. Дни проходили весело в репетициях, вечером все были заняты своим делом. Госпожа развесила по городу объявления о театральном представлении, которое будет проходить в нашем доме, за вход все любопытные могли заплатить три пияна (денежная единица) и посетить наш дом инкогнито, но для таких гостей шла запись. По мере поступления заявок, формировались зрительские места, где было невозможно рассмотреть гостя. Госпожа Харис сияла как новый пиян (денежная единица) и вообще была очень воодушевлена.
   Ее расчет был прост. Дело было не в том, чтобы представить новую гейшу в доме, а устроить настоящий праздник, чтобы каждая девушка могла показать себя и привлечь новых клиентов. Потому рекламные листы были развешаны по городу, приглашения разосланы, а девчонки очень воодушевились предстоящим событием.
   Нам, вообще, понравилась идея праздника. Ведь можно потанцевать, показать себя во всей красе, веселиться на репетициях, а потом в день события каждая получит клиента, а многие и несколько.
   Одним словом, было весело, интересно и мы старались изо всех сил на подготовке праздника.
   - Это все никуда не годится! - бушевала госпожа Харис, когда я спускалась утром из своей комнаты.
   Вмешиваться, разумеется, не собиралась и замерла на лестнице. Госпожа с кем-то выясняла отношения, что бывало крайне редко. Что такого могло произойти, что женщина, всегда улыбающаяся и приветливая буквально со всеми, ругается так, что даже стены сотрясаются? Ведь только сейчас исчез полог тишины, и ее хрипловатый голос разносился по всему дому.
   - Уберите это! Невозможно смотреть! - раздался до меня новый взрыв негодования.
   В ответ услышала какое-то бормотание. Слов не разобрать.
   - Мне все равно, что случилось с вашей продавщицей .... - еще несколько невнятных слов в ответ, - с поставщиком! Мне без разницы! Завтра на празднике цветы должны быть!
   Из интереса спустилась вниз и выглянула в общую комнату. Там, униженно кланяясь, стоял поставщик всех цветочных букетов в наш дом. Мне они не нравились, но сказать об этом госпоже не смела.
   - Если к вечеру у меня не будет того, что мне нужно, я найду другого поставщика! - крикнула мужчине госпожа Харис и тяжело опустилась на свою подушечку, заботливо заранее принесенную Нисой.
   Мужчина не произнес ни слова, все так же кланяясь, закрыл за собой двери с изображением собачек. И одна все же укусила его. Значит, поставщик в мыслях пожелал хозяйке недоброе, настолько, что охранная магия ответила ему.
   - Где я теперь найду цветы? - простонала женщина, понимая, что раз собачка укусила мужчину, значит, больше не впустит его в дом. Но, в тоже время, совершенно не собиралась бежать вслед и уговаривать поставщика продолжить торговлю.
   - Если госпожа позволит, я знаю хорошую торговку. У нее всегда цветы свежие, - робко шагнула в общую комнату.
   - Риса? Ах, да! Ты же была у Тенару, - вскинула на меня взгляд грозная женщина.
   - Мы с ней компаньонки, - честно призналась своей госпоже.
   Скрывать это не было никакого смысла. Госпожа Харис находила информацию быстро, потому, если бы она захотела, то узнала бы сразу же о нашем с Тенару решении торговать вместе.
   - Госпожа Тенару сама предложила, - скромно опустила глаза.
   - А икебаны? Кто мне их составит? - спросила, еще сомневаясь, хозяйка дома.
   - Букеты? - переспросила ее. Как правильно называются композиции, что собирала, не знала, - Я могу составить их.
   Госпожа Харис не отвечала, поднять глаза решимости не было, но я очень надеялась, что женщина решит вопрос в нашу пользу.
   - Хорошо! - решила хозяйка дома, - Я приглашу Тенару к себе, а ты поможешь с цветами. Но ты, надеюсь, понимаешь, что это не отменяет твоих остальных занятий?
   В ответ только кивнула. Лучше быть занятой и не думать о завтрашнем дне. Чем ближе приближался сам праздник, тем более противоречивые чувства меня разрывали. Хотелось показаться во всей красе, и, в то же время, было безумно страшно от предстоящего. Конечно, сама театральная постановка мне нравилась и я даже торопила этот день, но, в тоже время, отгоняла от себя все мысли о ночи, что последуют за праздником.
  
   Праздник
  
   Госпожа Тенару была очень польщена таким большим заказом и прибыла сразу же. Все переговоры госпожа Харис вела в моем присутствии, прекрасно помня, что я являюсь компаньонкой цветочницы. Сама Тенару была рада меня видеть, но не знала, что сказать. Я пожала ей руки и сообщила коротко об изменениях в моей жизни.
   - Итак, госпожа Тенару и госпожа Риса, я предлагаю вам украсить мой праздник цветами. От вашего усердия и профессионализма будут зависеть наши дальнейшие отношения, - хрипловатым голосом, но очень весомо сообщила нам хозяйка дома.
   Моя бывшая учительница удивленно посмотрела на меня, потом сообразила, что к чему и очень низко поклонилась.
   - Госпожа Харис, это честь для меня и моей компаньонки, - произнесла она в ответ, - Дело не терпит отлагательств, прошу меня извинить, но я должна сейчас же отправиться заказывать цветы. Думаю, у вас уже есть пожелания и наброски?
   Гейша солидно кивнула, подтверждая слова женщины. По выражению ее лица поняла, что такая готовность работать была очень по душе моей госпоже. Женщины разошлись очень довольные друг другом.
   - Госпожа Харис, могу я вас попросить разрешения привлечь девочек для помощи мне? - скромно обратилась к гейше я.
   - В чем? - повернула ко мне лицо хозяйка дома.
   - В составлении букетов. Нам будет весело, а я присмотрю за всем, - поклонилась чуть ниже, чем обычно, ожидая ее вердикта.
   - Приказывать им не буду, но, если кто захочет провести рядом с тобой эту ночь, запрещать не буду, - в итоге произнесла она.
   Прекрасно понимала ее решение. Во-первых, не все девочки имели склонность к составлению букетов, во-вторых, всем нужно было отдохнуть перед длинным днем праздника. Так что решение хозяйки были вполне справедливым.
   Сей рассказала о моем предложении другим служанкам, которые передали просьбу девочкам. Таким образом, я постаралась не ставить их в неудобное положение, если кто-то захочет отказаться, но в лицо это произнести не сможет. Точнее, гейши могли так завуалировать своей ответ, что оставалось только гадать, о чем они говорят. Так что я поступила проще, разослав простую весть: "Нужно украсить праздник цветами, если кто хочет, то может присоединиться к вечеринке".
   Результат оказался таким, как я и ожидала. Пришли все, даже сама госпожа Харис. Веселая ночь, проведенная за новым видом творчества, очень вдохновила девчонок, и мы почти под утро разбредались с неохотой. На сегодня вход для клиентов был закрыт.
  
   Утро началось поздно. Наша хозяйка разрешила нам отдохнуть после бессонной ночи, поставив тишину вокруг. Мы не слышали, как на краю города пропели петухи, глашатаи прошлись по улицам, рассказывая о готовящемся празднике в доме гейш, а так же мы не слышали, как госпожа Харис раздавала последние указания в подготовке праздника. Вот она на ногах была с раненого утра. Этот день обещал быть не только насыщенным, но и принести большой доход, потому женщина вкладывала саму себя в каждую частичку будущего действа.
  
   И вечер настал. Солнце закончило свой обход владений и с уверенным видом намеревалось отправиться отдыхать. Мы же, заспанные, но очень довольные, спустились к ужину, когда уже вечерние сумерки заполняли общую комнату. Девчонки почти не разговаривали, поглощенные едой. Никто не знал, когда предстоит поесть в следующий раз, а потому, все старались насытиться и привести себя в порядок до прихода зрителей или гостей. Никому не хотелось, схватившись за живот бежать от своего клиента в уборную. Для прислуги началась самая горячая пора.
   Для каждой девушки было заказано новое одеяние, украшение, а прически разрабатывались отдельно и очень долго. Нужно было, чтобы мы смотрелись гармонично все вместе и, в то же время, каждая в отдельности производила впечатление на мужчин. Госпожа Харис каждый день вдалбливала в нас основные принципы, один из которых гласил, что мы должны быть опрятными, красивыми и на пике моды. Именно гейша, по мнению нашей хозяйки, задает тон в одежде в нашем городе. Не знаю, как об этом узнают женщины-модницы, но мужчины точно тонко чувствуют высокий стиль.
   Первым делом после сна сбежала вниз и проверила все композиции, что мы сделали сегодняшней ночью с девочками. Госпожа Харис тоже пыталась, но лишь только поняла, что я понимаю, что делаю, отдала власть над составлением букетов мне. Когда одна из девушек заканчивала свою композицию, подходила и при необходимости, поправляла их творчество. Надо отдать должное, хотя приходилось вмешиваться в каждый букет, но сами девчонки старались сделать очень красиво. Мне нужно было лишь внести какой-то нюанс в их композиции, чтобы это заиграло. Девчонки соглашались, признавая мою правоту. В итоге общая комната, предназначенная для театрального представления, была украшена самыми лучшими букетами, или икебанами, составленными девушками. Цветочный аромат плыл по комнате, а вечерний ветерок разносил флер дальше. Хозяйка дома отдавала приказы, как генерал перед сражением с войском противника. Меня встретила дежурной улыбкой, вся поглощенная происходившим действом.
   Мне же еще нужно было сегодня пройти последнюю спа-процедуру. Окинула взглядом цветочное украшение в общей комнате, вдохнула привычный аромат и понеслась в свою комнату заканчивать приготовления. Из каждой чуть приотворенной створки двери раздавались взволнованные голоса. Девушки тоже с нетерпением ожидали сегодняшнего праздника.
   Я отдалась в руки Нисы, оставив Сей в полном распоряжении Лилы. Подружка возлагала большие надежды на сегодняшнюю ночь, но всегда подчеркивала, что это мой праздник в первую очередь. Если бы не особенность услуг гейш, то вполне можно было провести параллель между свадьбой. Невеста волнуется больше всех, а подружки тоже находятся в возбуждении, надеясь, что найдут себе достойного мужа или хотя бы приятеля на вечер. Так и девушки в доме рассчитывали завоевать сердца мужчин, при этом, прекрасно понимая, что именно я являюсь главным блюдом на этом празднике. Меня же от этого лихорадило только сильнее.
   Вчера нам удалось перемолвиться парой фраз с госпожой Тенару, и она постаралась подбодрить меня. Было лестно, но немножко грустно. И все же приятно было видеть, что глаза женщины горят восхищением при взгляде на обстановку, в которой мне приходилось сейчас жить. Бедной женщине нужно очень постараться, чтобы достигнуть такого достатка.
  
   Бум! Бум! Бум! Ударяли огромные барабаны, созывая всех любопытных на праздник. Сейчас никто не ставил тишину в доме. Девушки торопились закончить приготовления, а на улице толпился народ, готовый внимать хотя бы тому, что будет видно. Но окна были закрыты плотными, горизонтальными шторами, и лишь мутные силуэты проступали на них, не обозначивая владельцев.
   Барабанщик стоял обнаженный по пояс и размахивал огромными палочками. Он колотил в определенном ритме, привлекая внимание и разгоняя застоявшуюся кровь, если у кого такая осталась. Мне же и без этого хватало эмоций. Ниса спокойными, уверенными движениями доводила мой образ до совершенства. Я давно обратила внимание, что она все делает идеально, что говорило о полном спокойствии духа в любой ситуации. Я бы списала все на то, что ей приходилось множество гейш одевать к представлению, если бы не обратила внимания, что служанка во всем старается добиться самого лучшего результата. Именно поэтому отдалась в ее руки послушно и следовала за тихим голосом, отдающим мне приказания. Бум! Бум! Бум! - снова вздрогнула. Нервы были на пределе.
   - Успокойтесь, госпожа, - тихо посоветовала Ниса.
   Постаралась взять себя в руки. Сложная прическа, нитка жемчуга обвивала мои волосы. Две, ювелирной работы, шпильки пронизывали насквозь мои локоны. На лице уже давно нанесен макияж, а вокруг моего стана закручивалась широкая лента пояса. Одежду выбирала сама госпожа Харис, а за поставщиками присматривала Ниса. Все примерки проходили в ее присутствии, она же давала рекомендации. Перед тем, как выходить из моей комнаты, ко мне вошла сама хозяйка. Она бывала редко на втором этаже, довольствуясь докладом служанок о том, что тут происходит.
   Женщина внимательно осмотрела меня и одобрительно кивнула, после этого начала обход остальных комнат. Вот там уже она давала указания, советуя, как довести до совершенства облик девушек.
   Бум! Бум! Бум! - разорялись барабаны, набирая обороты и взывая к собравшимся, чтобы не скупились и платили за вход в дом, где обещается быть грандиозное празднество.
  
   Девушки приготовились и выпорхнули на приготовленную сцену. Они раскрыли веера и под тихую, лирическую мелодию стали танцевать. Еще пару тактов и вышла я. Все же это было мое представление, потому определили мне место в центре.
   Нам очень нравился первый танец. Мы грациозно изгибались, распуская веера в руках, менялись, перестраивались рядами, и все же я была главной в этом танце. Гейши были нарядными, одеты по последней, столичной моде. Мы были ярко освещены свечами разной высоты, что позволяло освещать малейшие движения в танце, предоставляя на суд зрителей наше умение и таланты.
   А вот гости были в полумраке, в чем помогал вечер, скрывающий сам и других во мраке. Все ложи, указанные инкогнито, были заполнены. Мы танцевали самозабвенно, вкладывая душу в танец, не в силах рассмотреть того, что происходит за линией ярко горящих свечей. Вот он очень живо реагировали на наш танец, пламя послушно танцевало под легким воздушным движением. Большой барабан еще гремел на улице, а здесь музыка лилась нежная, стройная, заставляющая нас танцевать, как никогда на репетициях. Мы старались, и отклик не заставил себя ждать.
   Лишь только закончился танец, и мы замерли в последней фигуре, аплодисменты разразились тут же. Они лишь нарастали в своей интенсивности, а мы старались сохранить свою невозмутимость на лицах, но глаза каждой гейши горели огнем.
   Снова зазвучала музыка, и девушки перестроились. Я осталась стоять на самой середине. Теперь мой танец. Если до этого все наши движения были отточены в многоразовой репетиции, то сейчас я должна была показать все, чему меня научили. Я точно знала, что госпожа Тенару тоже присутствует здесь, хоть со стороны служебного входа, а не среди гостей, но было приятно ощущать ее невидимую поддержку.
   Мои движения были то плавными, то резкими, волосы, оставленные свободными вдоль спины, взметались вместе с тонким шелком одежды, завораживая и привлекая к себе внимание. Танец был недолгим, но достаточно быстрым, чтобы к его концу запыхалась. Когда остановилась, чуть растрепанные волосы рассыпались по плечам, а грудь глубоко дышала. Веера прикрывали мое лицо. На нем была белая краска, но кожа под ней горела огнем.
   Девочки выбежали вперед, закрывая меня собой, а я спокойно направилась к выходу. Так было рассчитано, чтобы дать возможность мне отдохнуть. Сейчас же на сцене среди огня свечей гейши творили свое мастерство без меня.
   - Он здесь, - сквозь зубы прошипела Лила.
   - Кто? - не размыкая губ в улыбке, спросила подругу.
   - Тхерай, - произнесла она отрывисто, будто старалась проклясть его одним произнесением имени мужчины.
   Пошатнулась. Кажется, я побелела не хуже белил, что были у меня на лице.
   - Воды! - подхватила меня под руки Ниса.
   Служанки кинулись выполнять ее распоряжения, а я механически переступала ногами в том направлении, что вела меня Ниса. Госпожа Харис сейчас находилась среди гостей, развлекая и отвечая на вопросы. Точнее сказать, она должна была принимать предложения на меня, но думать об этом было страшно. Здесь же, за ширмой общей комнаты, главенствовала ее служанка, распоряжалась, понимая, что необходимо для праздника.
   - Вам еще два выхода, - строго проговорила Ниса.
   Знаю, в ответ только кивнула. Девушки на сцене порхали, их веера раскрывались и составлялись в красивые композиции, а я старалась унять дрожь во всем теле. Даже красивая прическа и платье меня больше не радовали.
   - Выдыхай, не задерживай дыхания, - приказала мне Ниса.
   - Может быть, у нее не те дни? - робко предположила одна из служанок.
   - Неужели ты думаешь, что мы об этом не подумали. Все с госпожой Рисой в порядке. Переволновалась просто, - строго отчитала служанку женщина.
   Я постаралась послушаться совета и начала дышать - ровно, медленно, запуская в легкие живительный воздух. Служанки вокруг старались обмахивать меня веерами, не такими красивыми, что сейчас мелькали на сцене, но вполне годными.
   - Скоро твой выход, - предупредили Ниса.
   - Иду, - отозвалась ей.
   В танце я постаралась забыть обо всем, порхая, как бабочка, отдаваясь легкой мелодии. Пусть этот вечер останется в моей памяти, как самое лучшее воспоминание. Не знаю, что произойдет потом, но я постараюсь веселиться и петь, как последний раз в своей жизни!
   Именно с таким настроем я танцевала и пела, декларировала стихи и показывала невероятные движения с веерами, которым научилась на репетициях. Это мой праздник, только мой. У меня такого никогда не было, в моей жизни я всегда прятала свои глаза от встречных взглядов, а сегодняшним вечером наполнялась жизнью. Удивительно, но робость прошла, и со мной танцевала магия. Я не позволяла ей вырваться на свободу, но пламя свечей разгоралось ярче от моих движений, а воздуха мне хватало для того, чтобы петь и декларировать красивые стихи поэтов, не боясь, что у меня перехватит горло.
   Увы, мое время закончилось. Я очень долго была одна на сцене, чтобы все желающие могли оценить мои таланты. Пришло время уходить. Лично для меня праздник на этом закончился. Я шагнула со сцены в глубину дома, а меня подхватили руки служанок, чтобы поддержать. Выдохнула.
  
   Кто больше заплатит?
  
   Теперь на сцене царствовали девушки. Этот танец я всегда смотрела с удовольствием. Очень нравилось быть среди всех, двигаться в общем ритме музыки, но и посмотреть на настоящее искусство со стороны тоже было приятно.
   Я дышала глубоко, стараясь восстановить дыхание после последней кульминационной части танца, где двигалась очень быстро, почти летала над сценой. Ниса прикладывала влажные полотенца к вискам, стараясь помочь мне. Служанки вокруг обмахивали меня веерами, а я, прикрыв глаза, вспоминала потрясающее ощущение танца. О том, что будет дальше, старалась не думать. Страшные слова о том, что жестокий Тхерай может заплатить сегодня за меня больше всех, отгоняла всеми силами. Моя магия внутри послушно помогала мне в этом. Она пробегалась по телу, стараясь придать мне сил. Еще во время танца мы с магией стали единым целым, я приняла ее, признав факт, что она является моей неотделимой частью.
   - Теперь, госпожа, нужно подправить макияж на лице и вы будете полностью готовы, - рядом со мной раздались спокойные слова Нисы.
   Открыла глаза, сделала несколько вдохов. Делать вид, что весь этот праздник не для того, чтобы найти мне мужчину, заплатившего больше остальных, не имело смысла. Меня готовили долго к этому дню, и нужно брать себя в руки, ведь именно к этому моменту все было направлено.
   Умелые руки Нисы подправили краску на моем лице, прошлись по прическе, закрепляя ослабевшие пряди. И я вновь услышала тихий перестук бусинок в моих волосах.
   - Вот теперь просто отлично! - довольно сообщила мне Ниса, - Выше голову, госпожа Риса. Как сказала хозяйка, ставки идут повышенные на всех девушек из-за этого праздника.
   Расправила плечи, выпрямила спину, хотя казалось, куда уж прямее, и гордо подняла голову, вновь услышав бусинки в волосах. Ведь дело не только во мне, все девушки ждали этого дня и готовились, многие мечтали о хорошем заработке и новых клиентах. Так что не мне впадать в уныние, тем более что госпожа Харис сама выберет для меня мужчину. Почему-то я была уверена в нашей хозяйке.
   Встала и подошла к раздвигающейся ширме. В узкую щелку очень хотелось посмотреть на искусство гейш. Ведь сейчас они блистали во всей красе, это не репетиция, а настоящее представление, к которому очень долго готовились. Девочки двигались настолько грациозно без лишних движений, что это завораживало взгляд. Я узнавала каждую и не узнавала одновременно. Вроде бы вот Лила, подружка, с которой еще недавно весело болтали, и я выслушивала ее планы на будущее, а теперь это прекрасная гейша скользит по сцене, отточенными движениями раскрывая и складывая веер. На ее губах застыла легкая и очень приветливая улыбка, глаза в основном скромно опущены, но вот взмахами своих кистей рук она рассказывает гораздо больше.
   Я переводила взгляд с одного красивого лица девушек на другое, наслаждаясь их виртуозностью и мастерством. Когда глаза немного привыкли к освещению, смогла рассмотреть зрителей за полосой света из круглых свечей, стоящих по краю сцены. Если во время танца я была, как будто отрезана от гостей, то сейчас мне не бил в глаза свет и могла разглядеть больше.
   Ложи были задернуты полупрозрачной тканью, и рассмотреть сидевших там не удавалось, а вот тех, кто был перед сценой, вполне. Я приглядывалась к лицам мужчин, не сводивших взгляд с гейш, и многих узнавала. Это были постоянные клиенты, они приходили с разной периодичностью, но вот такой большой праздник пропустить не могли. Улыбнулась, поймав на их почти спокойных лицах блеск заинтересованности в глазах. Да, девочки творили красоту на сцене.
   Некоторые мужчины, это в основном те, что сидели чуть дальше, мне были не знакомы. Кроме одного лица. Даже вздрогнула, увидев его. Это был тот самый молодой человек, что не стал покупать лотосы на мосту. Я с ним раньше здесь не встречалась. Неужели это и есть тот самый жестокий господин Тхерай? Холодная дрожь пробежалась по телу. Как он выглядел, я ни разу не видела, о нем мне только Лила рассказала. Нет, не может быть. Ведь он очень тепло ко мне отнесся на мосту, хотя и отказался покупать цветы. Но ведь это ни о чем не говорит. В словах он может быть добр, а в делах ...
   - Госпожа Риса, хозяйка передала, чтобы вы выходили к заднему входу. Там ожидает возок, - подошла ко мне Ниса и сообщила новость.
   - Разве мне придется куда-то ехать? - нахмурилась от таких новостей.
   - Господин оплатил ваш визит к себе в дом, - с поклоном сообщила старая служанка.
   В этом не было ничего необычного, мужчины часто приглашали к себе гейш в дом. Это стоило дороже, но многие предпочитали такие встречи, чем посещать наш дом, где могут столкнуться с другими мужчинами.
   - Я думала, что буду в своей комнате, - произнесла в ответ, цепляясь за тень надежды.
   - Господин приглашает вас, госпожа, к себе домой, - еще раз повторила Ниса и позволила себе слегка покачать головой.
   Непослушание или упрямство у гейш не приветствовалось. Клиент оплачивает услуги, значит, необходимо выполнять договор. Мир торговли, пусть не цветами, предписывал строгое соблюдение правил.
   - Идемте, - произнесла Ниса, поняв, что я не тороплюсь выполнять распоряжение госпожи Харис.
   - Кто? - одними губами спросила старую служанку, поспевая за ней к заднему выходу.
   - Я не знаю. Имена клиентов не разглашаются, - тихо ответила мне женщина.
   Все верно. Это тоже одно из неписаных правил гейш. Никто не захочет иметь дело с теми, кто будет рассказывать о своих клиентах.
   Путь наш был недолгим. Задняя дверь была предназначена в основном для слуг и поставщиков, чтобы не отвлекать клиентов. Или вот, как в моем случае, гейшу приглашали в дом к мужчине, то именно сюда подавался возок. Рикша, при виде нас, поднялся с земли и с готовностью, ему тоже хорошо заплатили за этот заказ, и он готов был к работе.
   Ниса помогла мне сесть в возок, расправила на мне красивое платье, именно то, в котором танцевала. Ленты из легкого шелка с тихим шелестом пробежались по ткани и успокоились. Едва дверь была за мной закрыта, рикша тронулся с места. Я не знала, куда меня везут, кого там встречу, сердце стучало сильно, перегоняя кровь, и только магия старалась поддержать во мне равновесие, успокоить, прохладным ветерком остужая меня внутри. Бусинки весело позвякивали, отзываясь на все покачивания возка. Все же ямки и кочки ночью не легко рассмотреть. Я выглядывала в окно, стараясь рассмотреть направление, в котором мы движемся. О себе и своей безопасности не волновалась. Из-за праздника в доме гейш все полицейские были на своих постах, об этом особо позаботилась госпожа Харис. Опять же, она точно знает, кто мой клиент.
   Возок катился по улицам, а затем свернул в район богатых, а затем дальше на выезд из города. Заволновалась. Неужели мы покинем город? Именно так и случилось. Рикша резво бежал в сторону предместья. Я там никогда не была. Если в богатый район иногда заглядывала из любопытства посмотреть на дома, то так далеко от дома не уходила ни разу. Это предместье было закрытой территорией, где солдаты охраняли покой обеспеченных граждан. Посмотреть хоть одним глазком все равно бы не получилось.
   Темная масса деревьев лишь немного освещалась краешком луны, выглядывающей из облаков. Ворота заскрипели, без вопросов пропуская рикшу и меня в возке. По обеим сторонам мелькнули солдаты, которые проводили меня взглядом, но особого любопытства не выказали. Их лица были освещены факелами, бросающие блики на пластины их боевой одежды. Солдаты выглядели строгими, суровыми и не любопытными.
   Возок покатился дальше. Рикша точно знал, куда нужно меня доставить, потому задержек не возникало. Улицы освещались белыми фонарями, желтое пламя свечей было защищено от ветра, и ночной мрак отступал, теперь можно было хоть что-то рассмотреть.
   Это охраняемое предместье состояло из усадеб. Каждая отгораживалась от соседей невысокой стеной из зелени, были въездные ворота, на которых был нарисован герб владельца, и все это подсвечивалось белыми фонарями. Только благодаря этому освещению, можно было хоть что-то рассмотреть вокруг.
   Рикша свернул в распахнутые ворота, которые в тот же миг закрылись за нами. Возок покатился по дорожке из мелких камешков, на что тут же отозвались бусы в моей прическе. Дом, который находился точно перед нами, мне был очень хорошо виден. Широкий, в один этаж, он раскинулся в обе стороны от дорожки, ведущей к нему. Фасад здания был украшен белыми и желтыми фонарями, которые слегка колыхал легкий ветерок, бахрома снизу развевалась, рассеивая и без того неверный свет. На ступенях или перед дверьми никого не было.
   Рикша объехал круглую клумбу с цветами, и возок остановился боком перед входом. Ко мне подбежала служанка и, низко поклонившись, подала руку, чтобы помочь выбраться.
   - Господин просил вас подождать его в саду у пруда, - напевным голосом проговорила молодая женщина.
   Лица ее мне не удалось рассмотреть, но фигура и легкость, с какой она двигалась, подсказывали, что она ненамного старше меня. Женщина пошла вперед, указывая дорогу, а я, чуть помедлив, отправилась вслед за ней. Мне очень хотелось спросить, кто ее хозяин, но чувство неловкости не позволяло. Вскоре сама обо всем узнаю.
   В саду каждое дерево было украшено фонарями разных размеров, отчего казалось, что здесь поселилось волшебство. Прекрасно понимала, что это всего лишь игра света, но все было настолько красиво и искусно расположено, что не удивиться такому прекрасному саду не могла.
   - Господин специально украсил сегодня сад, потому что вас ждал в гости, - заметив мой интерес, произнесла служанка.
   В этот самый момент она оглянулась и я заметила, что оказалась права. Лицо молодой женщины было миловидно и привлекало внимание, приветливая улыбка послушной служанки играла на губах, отчего на щечках образовались ямочки. Странно, что, имея рядом с собой такую милую девушку, мужчина решил оплатить, за мой визит, дорогую цену. В том, что я обошлась по максимальной цене клиенту, даже не сомневалась.
   Пруд был небольшим, ухоженным и на маленьких лодочках, послушных ветерку, плавали небольшие фонарики.
   - Прошу вас, госпожа, располагайтесь, - с поклоном пригласила меня служанка в беседку на самом краю воды.
   Красота места, волшебство фонарей, так искусно подсвечивающие сад и пруд, захватили меня полностью. Я восторженным взглядом рассматривала деревья, подвластные руке умелого садовника, цветы, сложившие в ночь свои бутоны, но от этого пахнущие не меньше, беседку, будто зовущую войти внутрь и присесть у небольшого столика, и потрясающе красивый пруд, с фонариками, путешествующими по его поверхности.
   Кто бы ни был хозяином этого дома, но уже за все это волшебство в саду, была ему благодарна. В своей обычной жизни мне бы никогда такого не увидеть.
   Я стояла у самой кромки воды, которая была настолько спокойной, что даже ни одна волна, ни разу, не набежала к моим ногам. Руки опущены вниз, а пальцы перебирали ленты из легкого шелка. Тихий ветерок, подгонявший легкие кораблики по глади пруда, овевал мои щеки. Я просто наслаждалась этим моментом, тишиной, и боялась пошевельнуться, будто от этого может пропасть все это.
   Служанка ушла, я слышала за спиной ее шаги, и теперь осталась одна, вдыхая полной грудью свежий, ночной воздух.
   - Как вам мой сад? - раздался за моей спиной тихий мужской голос.
   От неожиданности резко обернулась и покачнулась, рискуя упасть в воду. Мужчина оказался проворнее и успел подхватить меня за талию. Я встретилась с взглядом темных глаз. Это был тот самый молодой человек, что не захотел купить лотосы у меня на мосту. Даже дышать боялась, испуганно заглядывая в бездонную темноту его глаз.
   - Как вам мой сад? - еще тише спросил он, не выпуская из своих объятий.
   - Волшебно, - честно ответила ему.
   Легкая улыбка тронула его губы. Мужчина сделала два шага назад, увлекая меня за собой, и сразу же отпустил, позволяя самой обрести равновесие. Он направился к беседке и сделал приглашающий жест рукой, чтобы последовала за ним. По густой траве в моих сабо было не очень удобно передвигаться, потому шла за ним медленно, впрочем, скорей всего старалась успокоиться от волнения, которое накрыло меня волной от этой встречи. Совершенно не ожидала, что мы встретимся вновь, и даже не знала рада этой встрече или нет.
   Молодой человек мне очень понравился, я старалась отгонять эти мысли от себя, как можно дальше. Ведь не его добрые слова запали в душу, а тембр голоса, темные, почти черные, бездонные глаза, и что-то неуловимое во всем его образе, заставляло вспоминать его каждый день. Хотя старательно изгоняла все эти мысли, понимая разницу между ним и мной. И вот сейчас он оплатил мой визит госпоже Харис, и именно он будет моим первым мужчиной.
   От осознания этого, сердце стало бешено колотиться, совершенно не желая успокаиваться. Магия помочь уже не могла, она тихо улеглась, предоставив все в мои неуверенные руки.
   Медленно шла по темно-зеленой траве. В то время, когда хозяин дома, уже был в беседке, я преодолела лишь половину пути, скромно сомкнув пальцы рук перед собой. На более откровенный жест, говорящий о моей неуверенности, не решилась. Сквозь опущенные ресницы заметила, что мужчина с интересом разглядывает мою фигуру. Именно таким же оценивающим взглядом он посмотрел на меня тогда, когда встретились на улице города.
  
   Ночь
  
   Пол беседки был выстлан тонким ковром, явно дорогим, из шелковой нити. Лишь однажды видела такой в продаже, когда меня отправили расплатиться с продавцом. Сейчас же я робко ступила на такую красоту и замерла на входе. Сабо оставила на входе, как и хозяин дома.
   - Присаживайтесь, - приветливо улыбнулся молодой человек и показал напротив себя.
   Сделала несколько шагов и очень тихо опустилась на ковер под ногами. Роскошный наряд зашелестел плотным шелком, ленты рассыпались вокруг меня. Заученная улыбка приклеилась к губам, только и спасало это умение держаться, воспитанное госпожой Харис. Прямая спина, расправленные плечи, лицо показывалось мужчине, а не пряталось, потупив взгляд. Единственное, что не могла преодолеть в себе, это поднять глаза и смело смотреть на хозяина дома. Слишком волновалась в его присутствии, хорошо, хоть руки не дрожали от всего происходящего.
   - Предлагаю выпить за сегодняшнюю волшебную ночь, - произнес мужчина.
   Молодой человек сидел напротив, столик разделял нас, а нем были выставлены небольшие чашки и графинчик. Мужчины в моей семье иногда пили сакэ, но никогда не предлагали ее своим женщинам. Испуганно посмотрела на него. Разумеется, госпожа Харис говорила, что гейша может попробовать сакэ, если хозяин предлагает, это не возбраняется, но я ни разу не пробовала алкоголь.
   Мне полагалось развлекать хозяина дома, потому, протянула руку к графинчику с сакэ и налила в две приготовленные чашки. Хозяин взял свою и показал жестом, чтобы я тоже подняла емкость. Молодой человек поднес к своим губам и выпил одним глотком, при этом он старался не спускать с меня глаз. Медленно поднесла чашку с сакэ и сделала один небольшой глоток. Вкус был непривычным, и аромат винограда остался на языке. Посмотрела на мужчину, он улыбался. Его улыбку увидела впервые, она мне очень понравилась.
   - Еще? - вежливо поинтересовался он у меня.
   - Нет, спасибо, - отказалась в ответ.
   Он взял сам в руки графин и налил себе сакэ, поднес чашку к губам и снова выпил одним глотком. У меня даже вновь привкус винограда на языке образовался, при виде этого жеста, сглотнула и отвернулась.
   - Как вас зовут? - спросил молодой человек.
   - Риса, - ответила ему.
   - Мне очень понравилось твое сегодняшнее выступление. Твои движения были плавными, грациозными, - он говорил тихим голосом, и я верила ему.
   - У вас очень красивый сад, - улыбнулась ему в ответ.
   - Я его украшал для сегодняшнего вечера, - ответил он мне и в его глазах промелькнул отблеск одного из фонариков, плавающего в пруду.
   - Волшебство этой ночи необыкновенно, - произнесла я.
   - Это только начало, - пообещал он мне.
   От смысла его слов по коже пробежались мурашки. Опустила глаза и неожиданно для себя произнесла:
   - Еще сакэ?
   - Только если ты меня поддержишь, - мягко и как-то вкрадчиво произнес мужчина.
   - Хорошо, - отозвалась в ответ.
   Первый крохотный глоток, что сделала я, придал немного смелости. Я налила в чашку хозяина дома еще сакэ, и поднесла руку к своей чашке.
   - Как вас зовут? - спросила я, отпив половину из своей чашки.
   Огонь разбежался по телу, что придало смелости, и в тоже время, отпустив зажатость, скрутившую в ту минуту, когда Ниса сообщила, что мне нужно уехать.
   - Эджи, - ответил он мне.
   Красивое имя, и очень редко встречается. Означает твердость и огонь, или можно сказать несокрушимый огонь. Это имя удивительно подходило молодому человеку. В нем ощущался внутренний огонь и в тоже время твердость характера, слов и убеждений. Именно его имя раскрыло для меня полностью этого мужчину. Та самая загадка, что витала над ним, сейчас стала мне понятна и доступна.
   - Риса, станцуй для меня, - попросил хозяин дома.
   - Хорошо, господин, - поклонилась ему.
   - Называй меня по имени, - была еще одна просьба от него.
   - Хорошо, ... Эджи, - с небольшой паузой произнесла я.
   Это очень непривычно незнакомого человека называть просто по имени, не добавляя уважительного "господин". О его фамилии я не спрашивала, рассудив, что никто мне ее не назовет, да и ни к чему она мне. Госпожа Харис ее прекрасно знает.
   Поднялась на ноги. Музыкальных инструментов здесь не было, но если меня попросили, я должна станцевать не хуже, чем сегодня вечером. Повернулась лицом к пуду и прикрыла глаза, прислушиваясь к ночи. Фонарики медленно передвигались по темной глади, отбрасывая блики, а легкий ветерок едва шелестел листвой. Магия откликнулась на мой призыв, и я начала свой танец. Музыкой мне были ночные звуки, что рождались вокруг - легкий всплеск тихой волны, шорох листьев на деревьях, ночное небо с далекими звездами и мужчина, чей взгляд заставлял трепетать перед ним, рождая в моей душе непонятное волнение. Именно оно просилось показать все, чему научилась за это время, мне очень хотелось увидеть то же восхищение, что видела у других гостей на празднике, когда они смотрели на танец гейш.
   Легкий шелк взлетал, послушный моим движениям. Веер не стала брать в руки, надеясь, что смогу выразить свои чувства без него. Я кружилась под легкий звук ветра, шорох ткани подпевал, а огни фонарей мерцали в ритме танца, так мне казалось. Магия внутри разгоняла скованность, освобождая от замкнутости. Мужчина, чей восхищенный взгляд провожал каждое движение, с каждой минутой волновал все сильнее, притягивал к себе. Лишь опускала глаза вниз, стараясь не выдать те чувства, что сейчас рождались в душе и переполняли меня. Красивый мужчина любовался танцем, восхищался и не скрывал этого. Обстановка, волшебство этой ночи будоражили, побуждая вкладывать в каждое движение свою душу, чувства и немного магии. Получалось это непроизвольно, но мне очень понравилось это единение. Ведь магия была частью меня.
   Закончив танец, замерла почти в той же позе, в какой его начинала. Тихо опускались ленты вдоль длинной юбки, а я смотрела на легкую рябь пруда, покачивающую кораблики. Кажется, мы с магией своим танцем заставили разволноваться это тихое место.
   - Сними с себя платье, - произнес тихо мужчина за моей спиной.
   Тогда я поняла, что он так же, если не больше, взволнован всем происходящим здесь, не только пруд и озеро откликнулись на порывы моей души.
   - Мы здесь не одни, - произнесла ему.
   Ведь слуги остались в доме, они вполне могут увидеть нас. Я вовсе не собиралась обнажаться перед любопытными взглядами.
   - Здесь мы одни, - уже рядом, совсем близко за моей спиной произнес Эджи.
   Вокруг все вспыхнуло белым светом. Мы были в самом центре его, а потом он оставил нас и стал расходиться в стороны, постепенно освещая все вокруг. Магия, это была магия, но не моя, а хозяина дома. Удивительно, но свет был белым, нежным, с золотистым отливом. Едва магия касалась цветов, как они начинали распускать свои бутоны, вытягивая свои стебли вверх. Свет дошел до деревьев и остановился, яркость внутри этого круга убавилась, оставляя лишь золотистое сияние в воздухе, и в то же время, создавая уютный, мягкий полумрак вокруг.
   Я опустилась на пол у самого края беседки и услышала, что мужчина присел за моей спиной. Руки потянулись к широкому поясу, что перехватывал мой стан вокруг талии. Распустила маленький и очень хитрый узелок, державший весь замысловатый пояс. Потянула ткань в сторону, разматывая, и встретилась с руками мужчины. Молодой человек перехватил инициативу и начал освобождать меня из плена длинного пояса. Он наклонялся к моему плечу, когда необходимо было протянуть ткань впереди меня, и отклонялся назад, если пояс проходил за спиной. Его дыхание касалось моей щеки, а близость мужчины будоражила и волновала. Когда же эта процедура была закончена, а мужчина не торопился с этим, то на мне осталось лишь платье из плотного шелка. Молодой человек замер в ожидании.
   Медленно спустила широкий ворот с плеч и остановилась, обернулась в пол взгляда на молодого человека - правильно ли делаю? Горящий взгляд и напряженная фигура стали мне ответом. Отпустила ткань, и она с легким шорохом, под собственной тяжестью упала на пол, накрывая мои ноги.
   Мужские руки опустились на обнаженные плечи и мягко погладили. Не ожидала, что это может быть настолько приятно. Теплые ладони согрели и придали уверенности, они скользнули к шее и пальцы слегка помассировали у того места, где начинают расти волосы. Было очень приятно, после сегодняшнего вечера, тяжелой и сложной прически, именно в этом месте было напряжено. А потом мужчина быстрыми движениями избавил меня от всех шпилек в волосах. Тяжелые локоны упали на плечи, прикрывая мою наготу. Эджи перебросил их через левое плечо, и я почувствовала его губы на правом, руки скользнули под моими и обхватили полушария грудей. Он замер, будто давая мне возможность привыкнуть к его присутствию рядом, а потом губы нарисовали дорожку поцелуев к шее. Выдохнула и откинула голову назад, упираясь затылком в его плечо.
   Впервые моего тела коснулся мужчина. Это было волнующе и прекрасно. Эджи не торопился, я вообще заметила, что он предпочитает все делать медленно, наслаждаясь каждым моментом. Вот и сейчас его ладони обхватили мою грудь, губы дарили поцелуи, а мне оставалось лишь закрыть глаза и отдаться на волю мужчины, что будоражил не только мое тело своим присутствием, но и душу. В том, что Эджи опытный любовник у меня не оставалось сомнений, он сдерживал свой пыл, но в тоже время не отпускал меня, продолжая ласкать руками и губами. Сердце бешено колотилось в груди, и я совершенно забыла о той скованности, что была в начале вечера. Подняла руки вверх и дотронулась до его волос, выдернула шпильки из мужской прически, которую он сделал, чтобы отправиться на праздник в дом гейш, и с легким облегченным выдохом запустила пальцы в распустившиеся пряди.
   Мужчина опрокинул меня на спину, помогая выпутаться из ткани, и я поймала его горящий взгляд, которым он с жадностью осмотрел мою фигуру. Девочки говорили, что я хорошо выгляжу, ведь нам иногда приходилось принимать ванну вместе, и они могли оценить мои данные, что дала природа при рождении. Но сейчас красноречивый мужской взгляд был гораздо ярче любых слов.
   - Ты позволишь мне убрать краску с лица? - тихо спросил молодой человек.
   - Да ... Эджи, - чуть с заминкой отозвалась ему.
   Гейши, обычно, не убирают краску, все же это слишком личное, а макияж позволяет чувствовать себя хоть немного, но защищенной, отстраненной. Сейчас же я испытывала настолько сильные эмоции к этому мужчине, что гейшей быть мне совершенно не хотелось.
   Хозяин дома поднялся и скинул широкую рубашку с плеч, ткань прошелестела куда-то в сторону, а мужчина направился к пруду. Я смотрела на атлетически сложенную фигуру, любовалась рисунком мышц, играющих под кожей. Фонари и тот странный, белый, магический свет отбрасывали отблеск на статную фигуру, позволяя рассмотреть мужчину во всем его великолепии. Эджи наклонился к воде и обмакнул небольшое полотенце, прихваченное им около стола. Он здесь был хозяином положения, все было по его правилам, и мне это очень нравилось, чувствовать себя хрупкой рядом с уверенным в себе мужчиной.
   Он присел рядом со мной и облокотился на локоть, я не сводила с него глаз, мы встретились взглядами, и он улыбнулся. Мокрое полотенце прошлось по лицу и шее, вытирая кожу от макияжа. Эта забота мужчины заставляла улыбаться и быть послушной, отзываться на каждое движение, слово, взгляд. Лишь только была закончена эта процедура, как его пальцы тут же пробежались по влажным полосам, оставленным полотенцем. Эджи не отказал себе в удовольствии пройтись им по груди, животу и внутренней части бедер. Его пальцы холодили кожу, легко скользили по влаге и очень уверенно исследовали все потаенные места моего тела.
   Руки прошлись по груди, сжимая торчащие горошинки сосков, пропуская их между пальцев, затем спустились по животу, устремились ниже и, согнув мою ногу в колене, прошелся по внутренней стороне бедра. Я едва дышала, позволяя мужчине это уверенное исследование. Он чуть наклонился вперед и приник губами к груди, целуя вершину. При этом он коснулся своим боком меня, и я ощутила, насколько его кожа была горячей. Приподняла руку и обняла его за плечи, погладила, стараясь показать, насколько мне приятны его поцелуи.
   Наше дыхание уже давно было учащенным, а смущение и смятение покинули меня. Сейчас единственное чего хотелось, это принадлежать красивому мужчине, быть женщиной в полной мере. Его откровенные ласки были нежными и очень настойчивыми, губы в исследовании не отставали от его рук, волнуя и будоража все внутри меня. Я облизывала пересохшие от горячего дыхания губы, и выдыхала свое желание в полной мере быть с этим мужчиной, не осмеливаясь произнести эти слова вслух.
   Эджи покинул меня только раз, чтобы скинуть остатки одежды, а потом прижался всем телом, позволяя в полной мере ощутить жар его желания. Я почти уже готова была умолять его сжалиться надо мной и подарить свою любовь. Мои руки ласкали разгоряченного мужчину, чувствуя под ладонями, как его тело напряжено от обуревавшего желания. Но Эджи снова медлил, будто ожидал еще чего-то. Неужели он хочет, чтобы я сама попросила о любви?
   Неожиданно он приподнялся надо мной и подхватил на руки. Яркая вспышка света озарила нас. Я с волнением смотрела в глаза мужчины, не в силах понять, что происходит. Едва свет рассеялся, огляделась. Мы больше не были в той беседке у пруда, а оказались внутри дома. Эджи поставил меня на ноги, крепко прижимая к себе, не выпуская из своих рук.
   Раздвижные ширмы были распахнуты, можно было видеть тот самый волшебный сад отсюда. Рядом с нашими ногами была расстелена широкая кровать, даже покрывало гостеприимно откинуто в сторону. Слуги позаботились о том, чтобы хозяину было комфортно принимать в своем доме гостью.
   Одной рукой мужчина крепко обхватил меня за талию, а второй откинул мои волосы за плечи и, приподняв за подбородок, заглянул в глаза.
   - Мы здесь одни? - невольно спросила его, опасаясь, что у нас найдутся свидетели.
   - У тебя удивительный цвет глаз, - проговорил он вместо ответа.
   Повторять вопрос не стала, а вот неожиданная догадка пришла ко мне. Теперь, кажется, знаю, кто рассказал госпоже Харис обо мне. В то утро было очень солнечно, а я подбежала с цветами к Эджи очень близко, и он вполне мог рассмотреть цвет моих глаз.
   Шагнув к кровати, он уложил меня и вновь прошелся поцелуями, будя во мне чуть угасшее возбуждение. Разве сейчас важно, кто рассказал обо мне гейше, если сейчас со мной самый нежный, горячий и очень терпеливый мужчина? Он был настойчив и, в тоже время, не торопился, растягивая время этих ласк. Эджи лежал рядом со мной, я обнимала его руками и даже позволила себе смелость обнять ногой. Все же опытности в любви мне не хватало, несмотря на все обучение и разглядывание рисунков у госпожи Харис. Однако мужчину это не смущало, он продолжал дарить мне удовольствие от его поцелуев и смелых рук. Мне уже почти не хватало дыхания, и терпение было на исходе. Во всем теле пробегалась горячая волна возбуждения, я ловила горячий взгляд мужчины и не понимала, чего же он ждет? Почему оттягивает то, ради чего мы здесь оказались? Уже почти со стоном срывалось горячее дыхание с моих губ, я облизывала и их тихо шептала: "Да". А может быть, просто говорила об этом про себя, и мужчина этого не слышал.
   Неожиданно он оторвался от моей груди, взглянул мне в глаза. Такой жесткий взгляд был, будто острым лезвием полоснул по нервам. Вздрогнула от неожиданности. Мужчина чуть привстал, а затем одним движением навалился на меня, подмял под себя, зажимая не только телом, но и руками. Дернуться и двинуться не было никакой возможности. От неожиданности такой перемены в нем, распахнула глаза и поймала его взгляд. Жесткий, властный, подчиняющий. Тут же вспомнились слова предостережения Лилы о господине ... о господине ... имя вылетело из головы.
   Мои ноги обнимали мужчину за талию, потому что это было единственное положение, чтобы было хоть как-то удобно, и он ворвался в меня резко, сильно, мощно. Ахнула от его напора и нажима. Все мои знания были лишь теоретическими, потому не могла себе представить, что такое может со мной произойти. Мужчина поймал мой испуганный взгляд и глаза сверкнули.
   - Риса, - тихо прошептал он.
   И я поняла его. Он оттягивал этот момент, потому что знал, ему придется доставить эту боль, Эджи подготавливал меня своими ласками, чтобы я была готова, а он набирался решимости для этого. Вся его нежность, подаренная мне до этого, была как бы извинением за то, что сейчас, в этот момент, происходит со мной. Но сбежать от его напора, мне не удастся, мужчина очень крепко держал меня. Вцепившись судорожными ладонями в его плечи, чувствовала, как его колотит мелкая дрожь, и поняла, что он сдерживается изо всех сил.
   - Эджи, - прошептала ему.
   Протянула руку и зарылась пальцами в его волосы, а потом, не в силах сдержаться, притянула его лицо к себе, впиваясь поцелуем, заглушая им свои стоны. Это был первый поцелуй в моей жизни, и он произошел вот так. Я не отпускала его губы, целуя со всей силой мужчину, который сейчас властвовал над моим телом и душой. Старательно заглушая стоны, и не отпуская его от себя, прижималась всем телом к Эджи, доверяя ему и покоряясь мужской силе. Эта пытка на грани боли и наслаждения, страха и полного доверия, подчинения и необыкновенных чувств, что разбудил во мне этот мужчина, была недолгой.
   Напряженное тело, как натянутая стрела, еще несколько раз качнулось надо мной и замерло. Я разорвала наш поцелуй, и только тогда поняла, что воздуха мне не хватало. Эджи чуть отстранился и заглянул в мои глаза, в них было беспокойство и нежность. Сама не знаю, как смогла выдержать такой шквал эмоций, охвативший меня за это время. Мужчина наклонился и сам поцеловал. Нежно, трепетно и очень ласково.
  
   Искусник
  
   - Риса, - выдохнул он, отрываясь от меня.
   - Знаю, - отозвалась ему.
   По его взгляду я понимала все, что он хотел сказать. О том, как он старался не торопиться и не напугать своим пылом, о его желании, которое смог едва сдержать, чтобы довести меня до такого состояния, что готова была сама умолять о любви.
   Он откинулся на спину и привлек меня к себе на грудь. Я с благодарностью осыпала его кожу поцелуями. Эджи был терпелив, нежен и старался подарить мне удовольствие от близости с ним еще до нашего слияния.
   Все для меня было непривычно, не совсем понятно, но в тоже время к Эджи я испытывала нечто большее, чем просто благодарность за его трепетное отношение с такой неопытной и невинной девушкой. Потерлась щекой о его кожу, мои волосы прикрыли нас обоих.
   - Риса, - он чуть хмыкнул, - Ты мне очень нравишься, и ты будь немного осторожнее в своих движениях.
   - Не поняла, - приподняла голову и даже чуть подвинулась по его груди вверх, чтобы заглянуть в его темные, бездонные, как сама ночь, глаза, - А то что?
   Он улыбнулся в ответ, а потом взял мою руку и опустил ее вниз своего живота. Моя ладонь ощутила твердость его мужской силы, а от моего прикосновения стало становиться еще тверже.
   - Предлагаю искупаться в пруду, - улыбнулся он на мой испуганный взгляд.
   - Хорошо, Эджи, - ответила ему.
   Сказать по правде, меня с первого взгляда манила прохлада воды. Я так выкладывалась в танце в доме гейш и потом в беседке, что с первого же взгляда на пруд хотелось раздеться и окунуться в воду, а жаркая ночь лишь только сейчас начинала остывать. Плавать я умела, но без приглашения хозяина, разумеется, даже не помышляла об этом.
   - Мне нравится, как звучит мое имя в твоих устах, - произнес Эджи и легко поднялся, подхватив меня с кровати.
   Мы почти бежали до пруда, улыбаясь друг другу и этому волшебству ночи. Фонари вокруг вспыхивали ярче при нашем приближении, и я поняла, что мужчина вновь воспользовался своей магией. У кромки воды остановились, а потом все так же, не размыкая рук, медленно побрели в воду, образовывая полукружья маленьких волн, что сплетались между нами, а вокруг расходились, рассказывая о нарушителях спокойствия пруда. Кораблики с фонарями стали подпрыгивать, неся на своих бортах свой груз, отгоняемые от нас легким возмущением волн.
   Глубина у пруда была не большая, мы были почти на середине, а вода едва достигала мне до груди, на которую мужчина бросал короткие взгляды. Это мимолетное признание о вновь пробудившемся желании с его стороны, вызывало горячую волну, пробегающую во всем теле. С удивлением обнаружила, что, несмотря на то, что лишь только сейчас мои мышцы между ног начинают успокаиваться, напоминая о пережитом, мое тело вновь начинает волноваться рядом с Эджи. Удивительный мужчина.
   Рядом с ним я чувствовала себя не только желанной, но и красивой, какой-то необыкновенной. Мне хотелось прижаться щекой к его груди, обнять руками и так замереть навсегда. Тянуло к Эджи очень сильно, а так же вновь хотелось испытать его любовь, почувствовать страсть и мужской пыл.
   Кажется, он это понял и посмотрел внимательно в глаза, будто стараясь понять, что меня сейчас заботит. Эджи чуть присел в воде, чтобы окунуться, потому что глубина для него была недостаточная. Подплыла к нему и обняла за плечи, мне очень хотелось его поцеловать, даже губы горели от этого желания. Он прижал меня к своему телу рукой, а я обняла его ногами. Поцелуй получился долгим, я не могла оторваться, наслаждаясь этим моментом. Его губы ласкали мои, а я отвечала ему со всем пылом и возрастающим во мне желанием. Животом чувствовала, как его мужское достоинство становится тверже, упираясь в меня, а мое тело уже лихорадило от предвкушения вновь испытать мужскую страсть.
   В этом сумасшедшем поцелуе мы увлеклись настолько, что Эджи потерял равновесие, и мы оба ушли с ним под воду с головой. Пришлось разомкнуть объятия и всплыть. Отфыркиваясь и смеясь, мы выскочили над поверхностью воды. Мужчина поплыл ко мне, а я стала отступать, заливисто смеясь от этой погони. Я помогала себе руками, чтобы успеть увернуться и выскользнуть из рук Эджи. Уверена, что такой тренированный мужчина мог спокойно меня догнать, но ему тоже нравилась эта веселая погоня. Кораблики качались на волнах, что мы взметали между собой.
   Я пробиралась к спасительной беседке, а Эджи нагонял меня очень быстро. Так получалось всегда, едва я пыталась сбежать по прямой, то он быстро меня нагонял. А беседка стояла на достаточно глубоком берегу, здесь не было пологого спуска. Я подтянулась на руках и запрыгнула внутрь, все так же довольная собой и весело смеясь. Вот только не рассчитала немного. Сзади меня практически накрыл своим телом Эджи. Распласталась под ним, не в силах от смеха сделать ни одного движения, а, может быть, не очень хотела этого.
   Его руки упирались рядом с моими плечами, живот упирался в поясницу, а мои ягодицы сразу же почувствовали твердость его намерений. В этот раз он не отпустит меня купаться в пруд. Постаралась обернуться через плечо, но он придавил еще сильнее.
   - Попалась беглянка, - сообщил мне довольный мужчина.
   Его губы стали поцелуями покрывать мои плечи, потом спустились вниз, пройдясь цепочкой по спине. А затем он просунул руку под живот и приподнял меня. От касания языка по коже по мне разбежались мурашки. Руками он гладил, чуть сжимая полушария ягодиц. Лежать так было не очень удобно, но почему-то мне казалось, что все правильно, так и должно быть, Эджи точно знает что делает.
   Пальцы скользнули между ног, и нашли очень чувствительное место, теперь он целовал мою попку, а его рука массировала и возбуждала еще сильнее, чем до этого все его ласки. Это было очень откровенно и так нежно. Я вздыхала, совершенно не стесняясь своих эмоций. Учащенное дыхание Эджи говорило о том, что он сам уже крайне возбужден и находится на грани, но продолжал доводить меня до такого состояния, что чувствовала, еще немного и буду умолять его пощадить меня.
   - Эджи, - простонала ему, не в силах сдерживаться.
   Мужчина услышал мою мольбу, перевернул на спину и вновь прижал всем телом. Он чуть задержался, заглядывая в мои глаза.
   - Да, - тихо прошептала ответ на безмолвный вопрос.
   - Риса, - чуть глухим, с хрипотцой голосом отозвался он.
   В этот раз не было боли, а только сладкая нега от того, что мы вместе. Я улыбнулась и потянулась за его поцелуем. Теперь даже не старалась скрыть своих стонов, наслаждаясь его вторжением в себя. Каждое резкое движение доставляло такую радость, что готова была петь в его руках. Я, как музыкальный инструмент в руках мастера-виртуоза заиграла, раскрываясь навстречу его любви, отдаваясь во власть мужского пыла, снова покоряясь и подчиняясь. Эджи вел меня по пути блаженства, наращивая темп, заставляя терять голову, забывая обо всем. Сейчас был только он и я во всем мире, а еще наша любовь и страсть, заставляющая раскрывать свою душу перед ним, восторгаться умением моего мужчины любить, нежности и терпению, с которым он готов был сначала возвести меня на пик блаженства, лишь потом думать о себе.
   Он был неутомим и настойчив в достижении своей цели, меняя положение наших тел и вновь врываясь в меня с жаром и пылом. Я видела, как жарко горят его глаза, и отвечала откровенным взглядом, не скрывая того желания, что он возбуждал во мне. Мои стоны, вырываемые с каждым движением, заставляли туманиться его разум, и все же он держался, я видела, сколько прикладывает усилий, желая заставить испытать меня то, что сейчас готов испытать и он сам. Это противостояние наших тел было долгим, с каждой минутой подготавливая меня к чему-то. И все же я оказалась не готова, магия во мне гудела от напряжения. Мой мир распался на тысячу кусочков. В последний миг я услышала, что выкрикнула имя Эджи и потерялась.
   Нежные, ласковые губы вернули ощущение реальности. Он целовал мои щеки, глаза, шепча мое имя. Руки нежно гладили плечи, груди живот, спускались ниже прошлись ногам. Все тело изнутри вибрировало от только что испытанного, а кожа горела, как в огне.
   - Это было ... - облизнула сухие губы и не знала, как объяснить свои ощущения.
   - Волшебно, - прошептал Эджи, прижимаясь поцелуем к моим губам и даря саму нежность, чтобы утолить мою жажду.
   - Волшебно, - согласилась с ним.
   Эта ночь оказалась долгой, казалось, что маг раздвинул узкие рамки времени, позволяя нам обоим наслаждаться этой волшебной ночью, близостью друг друга, поцелуями. По его просьбе я вновь танцевала, подхватив легкие полоски ткани и привязав их к кистям руки. Обнаженный, красивый мужчина возлежал на полу беседки и любовался мной в отсветах фонарей, а позади меня мерцало вода, все еще не успокоившаяся после нашего купания. Даже луна вышла из своей пушистой постели из облаков посмотреть на нас.
   Я порхала на небольшом участке между краем беседки и лежащим мужчиной, видела его во всей своей мужественной красоте, улыбалась тому, как вновь в нем пробуждается желание, и загоралась в ответ.
   Новая волна любовного пыла подхватила обоих и понесла далеко от этого сада, оставляя лишь волшебство этой ночи. Мой неутомимый мужчина вновь добивался, чтобы доставить в первую очередь удовольствие мне, лишь затем следуя за мной. Я улыбалась ему, глядя прямо в глаза, подчинялась каждому движению и слову, и любила его со всем пылом неопытного сердца. Он был красив, нежен, трепетен и заставлял гореть меня в его руках.
   Вода ненадолго остужала наши тела, давая расслабленность, после испытанного наслаждения. А потом наш танец любви начинался снова.
   Меня начинала беспокоить мысль о возвращении. Гейша никогда не остается в доме мужчины дольше, чем на одну ночь. Скоро придет то время, когда мне нужно будет покинуть этого мужчину. Время длилось, предоставляя нам возможность постичь друг друга, потому что мы не скрывались, а были очень откровенными, раскрываясь полностью. И все же время расставания пришло. Об этом мне подсказала едва видимая серая полоска на горизонте. Скоро будет рассвет и мне нужно уходить из таких ласковых объятий, где мне дарили любовь и нежность.
   - Эджи, мне пора, - потерлась щекой о его грудь.
   Он стиснул меня в объятиях, но что-либо возразить не мог. Эта волшебная ночь позволила забыть, что я гейша, а он клиент, который оплатил мой визит в свой дом. Расставаться не хотелось, но реальность все возвращала на свои места, сметая жестокой рукой волшебство того, что произошло сегодня.
   Эджи не стал подниматься, а внимательно наблюдал, как я надевала одежду. Мне нравилось, с какой жадностью он рассматривает каждый изгиб моего тела, будто старался запомнить в мельчайших подробностях. Я не стала стесняться, а тоже смотрела во все глаза на его улыбку, чуть грустный взгляд, красивое мускулистое тело и даже ту мужскую часть тела, что возносила ночью на вершины блаженства. Эджи не стал проявлять ложной скромности и прикрываться, оставаясь в предутреннем свете таким же прекрасным, каким был передо мной всю эту ночь. Он не пытался меня остановить, понимая, что против реальности мы бессильны. Мне нужно возвращаться в дом гейш, а он останется в этом поместье.
   Расставаться было очень грустно, но, в конце концов, я ведь здесь лишь гостья, за визит которой щедро оплачено. Остается надеяться, что клиент оказался доволен моим визитом. Стиснула зубы и направилась к выходу. Волосы развевались за моими плечами, от встречного ветерка, который остужал горящие огнем щеки, шелк платья раздувался парусами, а я торопилась покинуть поместье, стараясь не думать о том, что, возможно, больше мы никогда не встретимся. Шагов за своей спиной не слышала, значит, мужчина не счел нужным проводить меня до ворот, перед которыми стоял возок, а рядом дремал рикша.
   - Уезжаем! - громко и заранее произнесла я.
   Оглянулась на дом. По фасаду все еще висели белые фонари, разгоняя предутренние сумерки, но хозяин так и не появился. В возок села сама, без посторонней помощи. Возможно, Эджи был прав и здесь никого из слуг, кроме рикши, не осталось. Что ж, предусмотрительно с его стороны. Если бы его не устроила гейша, всегда можно было ее выпроводить. А вот слуги, и в самом деле, могли помешать.
   Рикша покатил по улице возок, а из моих глаз тихо покатились слезы. Даже не знаю точно, что их вызвало. Может быть, напряжение этой ночи сказалось, может быть, от обиды, что мужчина так и не вышел проводить меня. Но скорей всего, потому что теплое чувство, что сегодня зародилось в моей груди, билось несчастной птицей, понимая, что я для Эджи всего лишь гейша, чей визит он оплатил, а больше никто.
   Праздник закончился, как и волшебная ночь после него, а теперь я должна буду вернуться в дом госпожи Харис и наравне с остальными девушками принимать клиентов.
  
   Нападение
  
   Дорога была ровной, а потому не сразу вспомнила, что свои украшения - шпильки и бусы из волос, оставила в той беседке. Рикша бежал торопливо, будто хотел до восхода солнца вернуть меня обратно, только я не очень к этому стремилась. Слезы сами катились по щекам и падали на дорогую ткань, даже мне не принадлежавшую, вытирать не было смысла. Казалось, что так станет легче, что душа выплачется, и сердце успокоится. Магия тихонечко подсушивала следы мокрых дорожек на щеках.
   Да, я понимала, что мне не на что рассчитывать от этой встречи. Но, в то же время, совершенно не ожидала, что мое маленькое, глупое, доверчивое сердечко влюбится в самого прекрасного на свете мужчину за одну ночь. А теперь я покидала свою любовь, удаляясь все дальше, благодаря быстроте ног рикши.
   Булыжная мостовая загрохотала под колесами, сообщая, что мы въехали на территорию города. Наш префект очень заботился о городских улицах, потому ямы заделывались сразу же. Город еще не проснулся, и горожане встречались очень редко, они поглядывали на мой возок, щурясь на утреннем солнце, которое светило уже ярко, но пока еще не жарко. Рыбаки торопились к реке, забрасывать сети, торговцы просыпались чуть медленней, распахивая свои лавки в ожидании первых покупателей, из пекарен шел аромат свежего хлеба, получивший отзыв в моем животе. За всю ночь даже не вспомнила о еде, даже не помню, когда последний раз принимала пищу.
   Улицы пошли чуть шире, мы приближались к центральной площади. Здесь было пока безлюдно. Торговые районы остались позади, а здесь жили, в основном, средней руки горожане, еще не торопящиеся просыпаться. В предутренних сумерках ярко выступали стены домов, окрашенные золотисто-розовым цветом от лучей солнца.
   Рикша остановился неожиданно, как вкопанный, а я полетела вперед, выставив руки.
   - Что случилось? - крикнула я мужчине.
   - Здесь человек лежит, - ответил он мне, потом стал сдавать назад, стараясь объехать человека, лежащего на земле.
   - Что с ним? - спросила, выглядывая из возка.
   - Наверное, напали, - крикнул мне в ответ рикша, - Не беспокойтесь, госпожа, мы сейчас отсюда уедем!
   - Стой! - приказала ему и неуклюже вывались на улицу.
   Ведь платье на мне было пышное, а выйти из возка никто не помог. Подошва сабо стукнулась о мостовую, а подол юбки едва не макнул в огромную лужу крови, набежавшую вокруг мужчины.
   Наклонилась и потрясла за плечо, в ответ услышала слабый стон, живой. Мне удалось перевернуть раненого, и ахнула, узнав его. Это был господин Ситрану. Лицо, конечно, испачканное в пыли и крови, но я его угадала сразу же. Кто мог такое сделать с одним из богатых горожан нашего города?
   - Помогите мне усадить его в возок! - приказала рикше.
   - Госпожа, не вмешивайтесь. Вдруг это разбойники? - с тревогой в голосе постарался предупредить мои дальнейшие действия мужчина.
   - Это господин Ситрану. Я знаю, где он живет. Мы отвезем его домой, - говорила отрывистыми фразами.
   Не могла я бросить в беде человека, тем более, если на него было совершено нападение. Что там мои глупые сердечные переживания, если здесь вопрос шел о жизни и смерти. После доброго отношения ко мне, не могла оставить истекать кровью господина Ситрану.
   Рикша еще немного помедлил, но все же подошел. Ему очень не хотелось во всем этом участвовать, было видно, что он готов катить возок мимо пострадавшего от нападения, но помогать раненному не горел желанием. Однако бросить меня в такой ситуации не посмел, все же ему платили за то, чтобы доставить меня обратно в дом гейш. Его помощь очень помогла. Мы приподняли господина Ситрану и стали усаживать в возок. На камнях, под мужчиной звякнул металл. Это был его меч. После того, как мы уложили мужчину на пол, я прихватила с собой длинное, и сверкнувшее в ранних солнечных лучах, оружие. Едва поместилась на скамеечке, сабо сбросила с ног, чтобы не мешали, а холодный меч положила уважительно себе на колени. Оружие внушало трепет, но разглядеть, толком, не получалось. На остром лезвии были бурые следы, значит, господ Ситрану ранил своего противника или противников.
   Мужчина был почти без сознания. Я видела, что он иногда приоткрывает глаза, и тихим голосом успокаивала, сообщая, что мы едем в его дом. Рикша поменял направление, когда сообщила, куда нужно приехать, и теперь бежал еще быстрее, чтобы избавиться от такого пассажира, от чего возок сильнее подпрыгивал на каменистой дороге.
   Подкатили мы к парадному входу. Рассуждать, что в такой ситуации, может быть, нужно войти через вход для слуг и позвать кого-то, не стала, слишком беспокоило состояние господина Ситрану. Рикша побежал к дверям и забарабанил в них со всей мочи, стараясь поднять весь дом, что было правильно, ведь раненого хозяина привезли, а не слугу какого. Шум поднялся сразу же. Слуги выглянули в окна, увидели возок и меня рядом с ним, ничего опасного, а потому к нам сначала вышел управляющий, чтобы узнать, что именно могло понадобиться богато одетой девушке в столь ранний час? Едва он узнал новости, то вокруг все сразу же закружилось, причем особой суеты и ненужных стенаний не было. Слуги тихо передавали новость, управляющий отдавал четкие приказы, больше похожие на команды, и дело двигалось очень быстро.
   Я отправилась внутрь дома, вслед за господином Ситрану. Мне, почему-то, было очень беспокойно за него, и я судорожно сжимала рукоятку меча мужчины. Рикша пытался меня остановить, напомнив, что нам нужно возвращаться. Отмахнулась, пообещав, что скоро вернусь.
   Каким-то боковым зрением отметила про себя, что весь дом обставлен хоть и богато, но вполне аскетично. Я торопливо шла вслед за слугами, несшими своего хозяина, но меня никто не остановил и не попросил покинуть дом. Уж, не знаю почему. Может быть, узнали меня, а может быть, не решились прогнать девушку, привезшую их хозяина.
   Господина Ситрану принесли в ту самую спальню, в которой я составляла свои букеты. Времени прошло достаточно, и моих цветов уже не было, но в одной вазе стояла красивая композиция, видимо, созданная самим мужчиной.
   Слуги аккуратно опустили хозяина на постель, и я присела рядом. Вокруг было темно, свечей еще никто не зажигал.
   - Несите воду и много сухих полотенец. Необходимо осмотреть раны, - начала распоряжаться я.
   Меч передала в руки управляющего и поймала его заинтересованный взгляд.
   - Господина Ситрану нашла сегодня утром на улице. Видимо, на него было совершенно нападение, - ответила на его молчаливый вопрос в глазах.
   Управляющий наклонил голову в знак того, что таких объяснений ему вполне достаточно. Дальше он передал мои распоряжения слугам. Я же принялась раздевать мужчину. Он приоткрыл глаза, и мы встретились взглядом.
   - Господин Ситрану, вы уже дома. Сейчас осмотрю ваши раны, - улыбнулась в ответ, обнадеживая раненого.
   Из-за бессонной ночи, событий, чередой врывающихся в мою жизнь, забыла об осторожности. Впрочем, может быть, еще виной было то, что магия всю эту ночь тоже бродила во мне. Одним словом, я зажгла свечи у изголовья кровати своей силой. Это (произошло)сделала настолько непроизвольно, даже не задумываясь. В это время как раз успела освободить грудь мужчины от одежды и теперь с тревогой осматривала глубокие раны. Я не лекарь и сказать точно не могу, насколько они опасны, но как только принесли теплую воду и полотенца, сразу же принялась оттирать подсохшую кровь.
   - Лекаря вызвали? - обернулась к управляющему.
   Мужчина стоял за моей спиной и с интересом рассматривал зажженные мной свечи. Вот тогда поняла свою ошибку, но было уже поздно что-либо исправлять. Потому просто сделала вид, что к этому не имею никакого отношения.
   - Скоро будет, - ответил мне управляющий.
   - Спасибо, - едва слышно произнес сам господин Ситрану.
   - Молчите. Скоро будет лекарь, и он вам поможет, - постаралась улыбнуться ему и стала смывать кровь со своих пальцев. - А мне пора.
   Действительно, все, что могла, уже сделала, время стремительно бежало. Если ночью оно казалось бесконечным, как будто тягучим, растягиваясь в длинные минуты, то сейчас старалось наверстать упущенное и теперь торопилось нагнать свой срок.
   - Спасибо, - еще раз произнес господин Ситрану и неожиданно с огромной силой ухватил меня за кисть руки. - Прости, но я не могу тебя отпустить.
   Мужчина постарался выдавить из себя улыбку, это получилось у него плохо, а вот странный темный отсвет, блеснувший на миг в глазах, заставил меня насторожиться. Что он под этим подразумевает? Что хотел сказать? Не смог перекупить меня у госпожи Харис и теперь хочет оставить меня здесь?
   - Господин Ситрану, мне действительно, пора идти. Госпожа Харис будет волноваться, - попыталась вырвать руку из цепкого захвата пальцев.
   Не тащить же мне его за собой через дом в надежде, что он оторвется? Человеколюбие сыграло со мной злую шутку. Всегда старалась идти навстречу тем, кому нужна была помощь, не дожидаясь зова, а получилось, что моей добротой здесь решили воспользоваться. Такое со мной случилось впервые. Бедняки были очень отзывчивы на доброту, а вот богатей, как оказалось, вполне способен воспользоваться своей силой, чтобы сделать, как ему взбрело в голову.
   Конечно, я помнила, насколько господин Ситрану был добр ко мне, заплатил не только за цветы и даже за их составление, не стал выгонять меня из своего дома, выговаривая, что испортила ему постель, разлив воду. И все же это не дает ему права распоряжаться моей свободой, несмотря на то, что я гейша. Сколько бы он мне сейчас не предложил, оставаться здесь не собиралась. Мне просто необходимо вернуться в свою комнату и побыть одной.
   - Сейчас придет лекарь, он вам поможет, - мягко, будто с больным или умалишенным, начала говорить я.
   При этом старалась освободить руку из захвата. Я слишком устала за этот день, мне требовался отдых, и вообще, эта ситуация настораживала и пугала. Внутри стало расти раздражение на мужчину, на себя, что пошла на поводу своей доброты, но старалась сдержаться и продолжала улыбаться заученной, приветливой улыбкой, не забывая выкручивать кисть руки. Получалось плохо, причем абсолютно все: улыбаться и избавиться от захвата.
   Да за что на меня так боги ополчились сегодня? Я же старалась быть примерной, обучалась в доме гейш всему, чему учили. И даже сегодня ночью старалась понравиться Эджи. Эджи ... всхлипнула. Это было последней каплей.
   Моя магия вырвалась, при этом освобождая меня. Шквалистый ветер разорвал наше "рукопожатие" и отбросил меня назад от господина Ситрану. Все же человеколюбие не до конца во мне погибло, магия раненому не нанесла вреда. Мне была нужна свобода, совершенно не собиралась атаковать обессиленного человека.
   Пролетела, сбивая несколько раздвижных ширм, и упала навзничь, пребольно ударившись головой о твердый пол.
   - Чжей! Держи ее! - неожиданно крикнул господин Ситрану.
   Вот и делай людям добро! Я еще только поднималась с пола, морщась от удара не только головой, но и спина заныла немного погодя, а вокруг творилось неладное. Вихрь закружился вокруг меня, трепя на мне одежду. Я с удивлением и опасением посматривала на то, что творится вокруг. Дома вокруг меня вдруг не оказалось, словно черный вихрь, в эпицентре, которого была я, отрезал от окружающего мира. Стало страшно и очень захотелось сбежать из этого дома, где творится что-то непонятное. Но как?
   Я не видела ни одного человека рядом, даже голоса до меня не доносились. Поднялась, придерживая на себе одежду, чтобы не остаться без нее, и попробовала подойти к стене из черного, плотного воздуха, который бешеной скачкой мчался по кругу, оставляя меня своим эпицентром. Я делала шаг и стена сдвигалась вместе со мной, в ту же сторону, с черным ветром происходило то же самое. Под ногами вместо привычного пола из деревянных досок - плотный туман, в котором по саму щиколотку увязали босые ноги. Протянула руку, стоя на месте, чтобы дотронуться до стены, но ничего не получилось, слишком далеко. Тогда оторвала ленту от платья, которая была пришита к ткани и сейчас бешено трепыхалась на порывистом ветру, и бросила в сторону. Ее в тот же миг подхватил ураган, срывающий на мне платье, и кинул на черный ветер. Едва легкая ткань достигла преграды, посыпались искры, и лента сгорела в один миг. Вот теперь я точно попала в крупные неприятности.
   - Госпожа, пообещайте, что не будете делать попыток убить моего господина, а так же убегать, пока он с вами не поговорит, - раздался тихий голос управляющего рядом со мной.
   - Я не нападала! - в отчаянии прокричала в ответ.
   - Если бы вы попытались напасть, то давно уже расстались с жизнью, - донеслось мне в ответ, - Я просто прошу вас пообещать не делать таких попыток впредь. Мой господин не причинит вам вреда.
   Я пыталась отчаянно задуматься. Если не считать того, что он ухватил меня за кисть руки и сказал, что не может меня отпустить, со стороны господина Ситрану не было агрессии. Вот и управляющий говорит, что его хозяин хочет только поговорить, но внутри меня все бунтовало, просто не могла позволить в очередной раз себя использовать. Вся моя предыдущая жизнь была сплошное подчинение, я пряталась от людей, от самой себя. Лишь только в доме госпожи Харис мой цвет глаз считался хорошим знаком, а моя магия за сегодняшние сутки из того замкнутого пространства, маленького, свернутого в тугой узелок раскрылась и теперь требовала своего права свободы. Удерживать ее уже не получалось.
   - Риса, мне просто необходимо поговорить с тобой. До того, как произойдет непоправимое, - едва слышно произнес господин Ситрану.
   - Оно уже случилось! - в отчаянии выкрикнула в ответ, подразумевая то, что творится вокруг.
   - Еще нет! - постарался докричаться до меня господин Ситрану, - мы сдерживаем твой напор, но нас надолго не хватит, и тогда ты разгромишь не только дом, но и город. Успокойся! Нам нужно поговорить и я постараюсь все тебе объяснить!
   В изумлении оглянулась по сторонам. Получается то, что сейчас носится вокруг меня, принадлежит мне? Это моя сила? Моя магия? Неожиданно захотелось пройтись по городу и домам тех людей, что унижали и подчеркивали происхождение, презрительно поджимая губы и отворачиваясь при виде меня. Вон, какая силища во мне заключена, ведь я, правда, могу разнести весь город. Разгромить, уничтожить все, что напоминает мне о горестях, полученных здесь. Уйти из этого места и никогда больше не вспоминать о том, что здесь было. Сколько боли и обиды пришлось пережить. И еще Эджи ...
   Успокоиться не получалось. Наоборот, с каждой мыслью, с каждым воспоминанием, ураганный ветер лишь наращивал свою бешеную скачку, перекрывая своим ревом любые звуки. Ветер трепал длинные волосы, закидывая их мне в лицо, одежда почти срывалась с меня, мне едва удавалось удерживать ее руками.
   - Риса! Успокойся! Просто позволь мне все объяснить! - еще раз крикнул господин Ситрану, - Тебе будет легче!
   Всхлипнула от всего пережитого. Мне казалось, что это моя душа, обиженная на жизнь, бешено скачет, подгоняя магию. Слезы текли по щекам, ураган подхватывал соленые капли и уносил их в свой водоворот. Я перебирала в памяти лица людей, которые старались ударить побольнее словом или поступком. Душа плакала от обиды на свою судьбу. Даже полюбила впервые того мужчину, что видел во мне лишь гейшу. Эджи. Это было последней каплей, сдерживаться больше не стала, рухнула на колени и расплакалась, отпуская свою боль и обиду через слезы. Ладони, прижатые к лицу, чувствовали, как слезы набирались, а потом стекали по рукам. Еще немного и мне стало немного легче. Слезы выносили из меня всю обиду на несправедливость, скопившуюся во мне за эти годы. Плакать давно себе запретила, в этом не было никакого смысла, никто не жалел зеленоглазую девочку.
   Я плакала и плакала, наконец-то выплеснув наружу свои эмоции. Внутри становилось легче, душа очищалась от темноты, с каждым днем там собиравшейся.
  
   Разговор
  
   Мне снился сон. Яркий, реальный. Пруд с корабликами и Эджи, обнимавший меня и дарящий прекрасные поцелуи. Просыпаться не хотелось, слишком было хорошо. Но я уже знала, что это лишь последние мгновения сна. Реальность решительно меня будила. Я старалась еще хоть как-то зацепиться за сон, вернуть его, но он начинал бледнеть, разум включился, а вокруг слышались звуки обычной жизни.
   Лежать было удобно и приятно, открывать глаза не хотелось. Память услужливо подсунуло последние мгновения перед сном. Я сижу на полу в доме господина Ситрану и плачу, он подошел ко мне, подскочила на ноги и с мокрым от слез лицом обняла за шею мужчину, спрятавшись на его груди. Мне тогда казалось это самое правильное, так мне будет лучше, спокойнее и безопаснее. Что произошло до этого, почти не помнила.
   - Проснулась? - тихо и очень по-доброму спросил господи Ситрану, при этом он погладил меня по руке.
   Вздрогнула от неожиданности и распахнула глаза. Я ожидала, что услышу голос Нисы или Лилы, в крайнем случае, скрипучий тембр госпожи Харис, но уж никак не этого мужчины.
   Что он вообще делает в моей комнате в доме гейш? или я все еще в его доме? А почему он не отправил меня обратно? Вопросы рождались один за одним, и беспокойство начинало расти во мне очень быстро.
   - Тише, - еще раз погладил меня по руке господин Ситрану, - Ты в безопасности. Все хорошо.
   Что может быть хорошего, что я до сих пор нахожусь в его доме? Осмотрелась вокруг. Нет, это не привычный моему взгляду дом. Здесь каменные стены, окон нет, зато все очень ярко освещено свечами. Именно поэтому мне показалось, что на улице давно день и светит яркое солнце. Только не было привычной для меня жары, скорее приятная прохлада, отчего хотелось накрыться теплым одеялом. Моя кровать стояла, упираясь изголовьем в каменную стену, пол выложен каменными плитами. Это, определенно, не дерево. Тогда где я?
   - Где я? - испуганно прошептала свой вопрос.
   - Самое главное для тебя, что ты здесь в безопасности, и никто не причинит вреда, - мягко улыбнулся господин Ситрану.
   Он отклонился в сторону к столику и налил в чашку из невысокого и пузатого чайника что-то очень ароматное. Легкий парок заструился вверх. Пить, в самом деле, хотелось, губы пересохли, облизала их языком, но попробовать предложенный напиток не торопилась, хотя протянутую чашку в руки взяла. Как оказалось, на мне была одежда, похожая на мужскую. Не было привычной рубашки, в которой я обычно спала, штаны до колена и короткая похожа на мужской фасон безрукавка. Именно из-за того, что руки были открыты, хотелось накинуть на плечи одеяло.
   - Кто меня переодевал? - осмотрев на себе одежду, спросила мужчину.
   - Сейчас это не главный вопрос. Риса, нам действительно нужно поговорить, - улыбка мужчины была по-отечески доброй.
   Наверное, так улыбаются своим детям мужчины, уговаривая их быть послушными.
   - А что главное? - нахмурилась я.
   - Выпей отвар, он придаст тебе сил, - взглядом показал на мою чашку господин Ситрану.
   - А вы? - спросила его.
   - Я тоже, - улыбнулся он моему недоверию и налил во вторую чашку жидкость из того же, с округлыми боками, чайника.
   Я дождалась, когда он сделает глоток, и только после этого поднесла к своим губам. Аромат тут же начал меня дразнить. Вкус шиповника, смородины настолько пьяняще ударил в нос, что сомнения у меня пропали. Господин Ситрану прав, обычный отвар для придания сил после долгой болезни. Кстати, о болезни.
   - Господин Ситрану, как ваши раны? Вас осмотрел лекарь? - поинтересовалась у него, прищуриваясь, когда подносила ароматный отвар к губам, чтобы сделать глоток.
   - Со мной все в порядке. Лекарь меня осмотрел, и уже все зажило, - ответил мне мужчина.
   Он приподнял рукав и продемонстрировал едва затянувшийся шрам на предплечье.
   - Я проспала столько времени? - удивилась я.
   Ведь чтобы затянуться ране, как минимум, должна пройти неделя, а то и больше.
   - Риса, - вздохнул господин Ситрану, - Давай начнем с самого начала. Кто твой отец?
   Ох, вот это начало! А еще говорил, что я тут в безопасности! Я медленно допила отвар из чашки, поднося ее к губам дрожащими руками. Теперь становилось все понятно, меня вновь начнут попрекать происхождением. Нужно отсюда выбираться, хотя бы к госпоже Харис, там мне не ставили в упрек ни цвет глаз, не упоминали, кто мой отец.
   - Молчишь. Ну что ж, тогда попробую сам предположить, - не дождавшись от меня ответа, произнес господин Ситрану, - Твой отец из Восточной империи и он маг. Я слышал твою историю, о том, как война прошлась по вашей семье.
   Я опустила глаза и вжалась в подушку. Мне очень не нравился этот разговор. Было совершенно непонятно, чем он может закончиться. Разумеется, маги были особой кастой в нашем обществе, но ведь я дочь неизвестного мужчины, за меня заступиться некому, так что неизвестно, что со мной собирается сделать господин Ситрану.
   - Еще в первую встречу на мосту у меня мелькнула догадка, что у тебя есть магия, - тем временем продолжил он, - Цветы рядом с тобой становились, будто наполненные жизнью. Кроме того, ты могла с помощью магии очаровывать покупателей, продавая больше.
   Это правда. Госпожа Тенару сразу обратила внимание, что из моих рук цветы расходились сразу и по высокой цене, покупатели почти не торговались со мной. Женщина все это списывала на то, что они очарованы моей молодостью и доброй улыбкой, с которой я предлагала "товар". Лишь только Эджи устоял перед моим обаянием, и теперь мне становилось понятно почему, ведь он тоже был маг.
   - Но ты не показывала свою силу, прятала, - говорил дальше господин Ситрану, - Я лишь догадался, что она в тебе есть, потому решил купить еще цветов. Очень интересно было наблюдать за твоим составлением композиций в вазах. Они мне о многом рассказали. Какая у тебя магия, что ты умеешь с ней делать.
   Я молчала, потому что настолько привыкла всегда прятать свои чувства эмоции, а уж тем более легкий ветерок, который жил в моей душе. Как-то комментировать слова мужчины не торопилась, предпочитая сначала внимательно выслушать то, что он мне скажет.
   - Это было очень интересно, - рассказывал господин Ситрану, - Но, так же было любопытно, как ты ей владеешь. Именно тогда подошел и обратился к тебе. Ты испугалась, и ваза стала падать. Любой маг, умеющий пользоваться своей силой, подхватил бы сосуд не только руками, но и магией. А вот ты этого не сделала, чем меня сильно удивила. Я задался вопросом - почему? Что заставляет тебя скрывать магию? Стал расспрашивать о тебе, о твоей семье. Тогда-то все и узнал.
   Я сжалась еще сильнее, даже старалась тихо дышать. Ведь мужчина, что сидел напротив меня все знал о моей судьбе, ему интересно, кто мой отец. Остается вопрос - зачем ему нужна я и вообще, к чему этот разговор?
   - Твой отец был из армии Восточной империи. Риса, он был магом, именно поэтому у тебя есть эта сила, - голос мужчины стал твердым. Теперь он не рассказывал, а ставил меня в известность перед фактами. - Узнав подробности твоей жизни, я понял, почему ты скрываешь магию. Не из-за того, что стараешься сделать черное дело и тебя не уличили в этом, а из-за своей семьи, для которой ты была нежелательным ребенком.
   Опустила глаза и боялась смотреть на мужчину, зато чувствовала, как во мне поднимается волнение, и магия с готовностью набирает силу, готовая вновь кинуться защищать.
   - Успокойся, - тихо проговорил господин Ситрану, - Я тебя ни в чем не обвиняю. Не нужно волноваться, нам прошлого раза вполне хватило, чтобы испытать на себе твою силу.
   Быстро подняла на него глаза, чтобы понять, насколько серьезно мужчина говорит, и встретилась с теплотой в глазах и пониманием, добрая улыбка была на губах мужчины.
   - Я пришел к твоему деду, чтобы поговорить о твоей судьбе, но, увы, опоздал, госпожа Харис выкупила тебя буквально накануне, - произнес господин Ситрану. - А у нее добиться твоего освобождения просто невозможно, сколько бы я не предлагал.
   - Я не знала, - тихо произнесла.
   - Старая гейша сразу же оценила твою красоту, потому расставаться с тобой не собиралась, - тихо засмеялся он.
   Его смех не был обидным, господин Ситрану тихо хихикал над житейской хваткой старой женщины, а не надо мной, потому в ответ улыбнулась. От госпожи Харис я видела только добро и хорошее обращение, однако, и меня повеселила ее прагматичность. Если мой товар был цветы, то у нее гейши, все те же законы рынка. Один продает, другой покупает.
   - Хитрая лиса Харис, - улыбнулся господин Ситрану, - Она ведь постаралась разузнать у меня, чем так привлекла именно ты мой интерес.
   - Вы ей сказали? - быстро спросила я и задержала дыхание.
   - Нет, разумеется, - ответил мужчина и забрал из моих рук пустую чашку, затем налил еще порцию отвара и подал мне.
   Может быть, на меня подействовал этот целебный отвар, может быть, настолько взбудоражил этот разговор, но я уже готова была подскочить на месте и бежать. Только вот куда? Ведь так и не выяснила, где я, и что происходит сейчас вокруг.
   - Мне надо возвращаться, - тихо произнесла я.
   - Вовсе нет! - взмахнул на меня руками мужчина.
   Он сейчас так был похож на благообразного старичка соседа, который всех встречал и провожал лишь добрым словом.
   - Ведь меня ждут в доме госпожи Харис, будут волноваться, - весомо ответила ему.
   - Уже не ждут, - успокоил он меня, - Я сообщил старой лисе, что тебя она больше не увидит.
   Ведь вроде бы солидный мужчина, а смеялся сейчас так, как напроказивший ребенок. Его глаза стали совсем невидны, а в уголках рассыпались лучики морщинок. Невольно и я улыбнулась, несмотря на тревогу, поселившуюся в моей душе после его слов.
   - Не понимаю, - произнесла, немного растягивая слова.
   Действительно, все было странно и непонятно.
   - Риса, у тебя магия скорпионов. Свою силу показала во всю мощь еще в моем доме, - отсмеявшись, стал дальше говорить господин Ситрану, - Если ты вернешься жить к обычным людям, то рано или поздно снова произойдет то, что произошло в прошлый раз. Тебе нужно учиться управлять ей, использовать по своему усмотрению, а не подчиняться выплескам магии. Я тебя научу всему, что умею сам.
   - Вы маг? Маг-скорпион? - спросила мужчину.
   Голова шла кругом от всего. Спросила, чтобы хоть что-то спросить.
   - Да, я маг и моя сила носит название "скорпион", - кивнул господин Ситрану, подтверждая мои слова, - у тебя такая же.
   Вспомнилось, что Эджи тоже пользовался магией. Даже мелькнула слабая надежда, а вдруг он на меня посмотрит совсем по-другому, когда узнает, что я тоже маг.
   - А как же госпожа Харис? - цеплялась своими мыслями хоть за что-то знакомое, понятное.
   - Да, ничего, - спокойно пожал плечами господин Ситрану, - Она столько заработала на том празднике, что вполне способна открыть еще два дома гейш, если ей самой сил хватит за ними присматривать. - Потом поймал мой обеспокоенный взгляд и все же ответил, - Я ей сообщил, что забрал тебя с собой, и выплатил компенсацию. Так что не переживай об этом. - Мужчина посмотрел на меня совершенно серьезно, - А теперь пойдем знакомиться с нашей школой "Скорпионов"!
   Название он произнес с гордостью. Было видно, что мужчина очень доволен тем, что будет показывать мне свою, как он сказал, школу "Скорпионов". Он подал мне руку и помог подняться с невысокой постели.
   - Кстати, это твоя комната, - обернулся на выходе и показал рукой на пространство вокруг.
   - А почему нет окон? - обернулась и уже с другой стороны рассмотрела помещение, доставшееся мне для личного пространства.
   - Скоро поймешь, - ответил мне господин Ситрану и гостеприимно распахнул передо мной деревянную дверь.
   Странно, что не было привычной раздвижной панели, а стояла именно такая дверь. Но лишь только шагнула за порог, как тут же стала понятна такая предусмотрительность, вокруг нас находился каменный коридор, скудно освещавшийся факелами. Они стояли наклонно в подставках, солнечного света не было видно по-прежнему.
   Господин Ситрану направился уверенно вправо, нисколько не сомневаясь, что я иду за ним. Здесь было прохладно, даже обхватила себя за плечи руками, пытаясь согреться. Пригодилась бы рубашка с рукавами, как у впереди идущего мужчины, а не такая, как у меня, безрукавка. Быстро догнала господина Ситрану и засеменила рядом. На ногах были обуты простые плетеные геты, так даже удобнее, чем в сабо, только холодно немного.
  
   Школа Скорпионов
  
   Холод каменного коридора закончился почти сразу, едва господи Ситрану распахнул деревянную дверь с рельефным изображением скорпиона в центе круга. Солнечный свет больно ударил в глаза, прикрыла их рукой и замерла на месте, чтобы хоть немного привыкнуть.
   - Какая красота! - выдохнула я.
   Вокруг были белоснежные вершины гор. Теперь было понятно, откуда такой холод в коридоре, ведь он вырублен в скале. Но вокруг нас была зелень. Небольшой садик с лужайкой и привычным фонтанчиком, выложенным из камня, весело звенел прохладной водой. Правда, подойти и окунуть туда руку не возникло желания, зубы до сих пор еще стучали от небольшой прогулки по коридору. Синие, маленькие цветочки расцвели под тенью деревьев, радуя глаз. Сад вдалеке заканчивался невысокой стеной, за которой простиралась безбрежность высоких гор. Лишь только облака величественно проплывали мимо вершин. Выглядело все тихо, умиротворенно и очень величественно. Создавалось впечатление, будто мы находимся на каком-то корабле, а вокруг проплывает остальной мир. Вместо моря у нас были облака, вместо островов - вершины гор, под ногами не шаткая палуба, а высокий выступ на скале, и в моем распоряжении не просто каюта, а удобная комната.
   - Очень люблю это место, - шумно и очень глубоко вдохнул горный воздух господин Ситрану. Помолчал и добавил, - Здесь все просто. Вот тут, - он махнул куда-то вправо, - зал для тренировок. Та-ам, - еще один взмах рукой туда же, только чуть в сторону, - Можно прогуляться. Здесь, хозяйственные постройки. Баня, где можно помыться, прачечная и остальное. В общем, ты обживайся, а если будут вопросы, обращайся ко мне. Моя комната почти в конце коридора.
   Он вопросительно на меня посмотрел. Конечно, под жарким солнцем я сразу же согрелась, но очень хорошо помнила тот холод, что испытала в коридоре, а ведь еще вечер впереди, здесь горы и ночью должно быть очень холодно.
   - Как быть с моей одеждой? - спросила, раз уж разрешили.
   Конечно, кроме старого потрепанного и заплатанного платья, в доме госпожи Харис ничего не осталось, а то, что мне выдавала гейша, все равно только ей принадлежало. Но с другой стороны, я ведь не могу остаться без сменного белья и одежда потеплее мне тоже нужна. Это же горы!
   - Как-то я об этом не подумал, - озадаченно произнес господин Ситрану, - Но у нас есть женщины в школе, так что я думаю у них можно раздобыть все, что нужно.
   Радостный тон последних слов меня несколько пугал. Если женщины примерно такого возраста, как он, то вряд ли они поймут мои потребности. Но разубеждать мужчину не стала. Господин Ситрану выглядел сейчас совсем по-другому, моложе что ли. Вся солидность богатого человека, что флером летала над ним в нашем городе, сейчас развеялась, как ненужное, и он стал таким, каким был на самом деле, веселым, добродушным и по-детски непосредственным. Мужчина будто бы внешне помолодел, и даже седые волосы сейчас смотрелись скорее белыми.
   Господин Ситрану увлек меня за собой вправо, туда, где пояснял, будет зал для тренировок. Конечно, мне было любопытно, и в то же время очень хотелось осмотреться, но неужели женщины в этой школе могут находиться в там, где тренируются маги? Для меня привычнее было бы поискать у хозяйственных построек. Однако действительность меня сильно удивила.
   Наши шаги были тихими. Если господин Ситрану всегда меня удивлял своей особенностью тихо передвигаться, то я сейчас в своих плетенках тоже бесшумно шла рядом с мужчиной. Может быть из-за того, что нас не было слышно, может быть, в этой школе вообще это было принято, но картина раскрылась передо мной совершенно неожиданная. Женщины стояли с огромными луками, натягивали тетиву и стреляли стрелами, при этом точность их попаданий меня просто изумила. Я замерла на месте и не могла отвести взгляда от точных и уверенных движений женщин. Воительницы, по-другому назвать я просто не могла, были разного возраста. Кто-то старше меня, кто-то примерно моих лет, но, в основном, натягивали тугую тетиву подростки, девчонки, которым еще в куклы играть положено, а они уверенно стреляли в цель.
   Женщины были одеты одинаково. Светлые рубашки, туго стянутые поясом на талиях, и длинные темные юбки-брюки. Сразу же оценила удобство такой одежды. Тепло и в то же время в таких брюках можно заниматься любым физическим трудом, не заботясь о том, что платье собьется. Фасон рубашек мне тоже понравился. Широкий крой на груди позволял двигаться свободно, ничто не стесняло, а вот рукава наоборот зауживались и на талии ткань плотно обтянута поясом. Все было нацелено на удобство и комфорт при движении, при этом было нарядно, красиво и шло к женской фигуре. Интересно, мне тоже такую одежду дадут?
   Поле для стрельбы находилось на открытом пространстве, а вот мужчины занимались в зале. Солнечный свет проходил сквозь широкие окна и падал не только на тренирующихся воинов, но и высвечивал все пространство вокруг. Благодаря этому смогла рассмотреть, что это помещение тоже находилось в скале, пол выложен разноцветными плитами. Мужчины на нас не обратили никакого внимания, занятые отработкой приемов. Каждый повторял като настолько сконцентрировано, что не обращал внимания на остальных. Сам же господин Ситрану с гордостью показывал свою школу.
   Одежда была похожа на ту, что носили женщины, но только цвет ткани был темным, скорее черным. Рубашки такого же покроя и широкие брюки, которые на девушках смотрелись длинными юбками, не мешали движениям.
   - Сен, - подошел к нам мужчина, одетый так же, как господин Ситрану.
   - Чжей! - обернулся к нему мой сопровождающий, - Показываю Рисе нашу школу.
   В подошедшем узнала того самого управляющего, который был в доме господина Ситрану. Сейчас он выглядел спокойнее, а вот взгляд более холодным, чем при нашей первой встрече. Впрочем, это было понятно, тогда я привезла раненого господина Ситрану, и он беспокоился о его здоровье.
   Тот, кого считала управляющим, осмотрел меня внимательно и кивнул, даже не произнеся ни единого слова. После этого повернулся и направился к молодым ребятам, что стояли немного в стороне. У них, насколько поняла, като были чуть проще, и движения слаженные. Молодые парни старались отрабатывать одновременно выпады и блоки защиты, причем делали это все синхронно.
   Даже не представляю, откуда у меня такие знания вдруг всплыли в голове. Раньше мне никогда не приходилось видеть боевых магов. Даже драки, что случались на моем веку, были среди простых рыбаков и походили на обычный мордобой. А в семье все мужчины были заняты развитием торговли, а вовсе не боевыми искусствами.
   - Можешь сама здесь походить и посмотреть, - положил мне руку на плечо господин Ситрану, - Здесь ты в полной безопасности.
   Мужчина оставил меня и быстрым шагом направился вслед за своим управляющим. Парни встретили его дружным поклоном. Он что-то начал им говорить, улыбка была на его лице. А вот парни смотрели на него с каким-то обожанием и восхищением, прислушиваясь к каждому слову.
   Получив свободу передвижения, решила воспользоваться такой возможностью. Первым делом вышла из зала и направилась туда, где стреляли девушки. Меня очень заинтересовало, как они это делают. Но там уже никого не было, остались стрелы в длинных колчанах, воткнутых в землю и три лука, аккуратно уложенных в тени. Немного помялась и направилась к ним, интересно было подержать это оружие в руках. Луки были очень тяжелыми, и натянуть тетиву с первого раза у меня не получилось. Я пыхтела, старалась, тянула, но сил явно не хватало. Тогда позволила себе небольшую хитрость - выпустила магию и с ее помощью помогла себе. Тетива послушно натянулась, а пальцами едва удерживала окончание стрелы. Тугая струна в руке задрожала от напряжения и с громким "брям!" запустила оперенную летунью мимо цели.
   - Фух! - громко выдохнула, опустила тяжелый лук на землю и отерла еще дрожащей от напряжения рукой лоб, откидывая упавшие на него волосы.
   Как только эти девочки-подростки справляются с этим оружием? Я старше их на несколько лет, всегда занималась физической работой и считала себя достаточно сильной, но мне это оружие не поддалось с первого раза. Может быть, нужно еще раз попробовать?
   С сомнение посмотрела на тяжелый лук в моих руках, и, почему-то, желания поднять его и вновь прицелиться не возникло. Отнесла оружие на место и пошла за стрелой, которая вонзилась в землю за мишенями. Не хотелось показывать свою неумелость перед учениками школы, потому нужно достать стрелу и поставить ее обратно в колчан.
   Когда подошла к мишени, до меня донеслись голоса и приближающиеся шаги. Насколько успела заметить, здесь вообще все стараются ходить бесшумно, но в этот раз никто особо не стремился к тишине.
   - Тхей, ты этого все равно не сможешь сделать! - донесся до меня громкий голос.
   - Лучше сам покажи свое умение! - раздался грозный ответ.
   - Тхей, как всегда, победит! - послышались слова поддержки.
   - Джун намного искуснее! - кто-то вступил в спор.
   Я быстро спряталась за мишень в надежде, что спорщики пройдут мимо и не заметят моего присутствия. Тем более если они спорят о мастерстве, то мне уж никак не хотелось показывать свое неумение. Уверена, для этих мужчин то, что я в этой школе всего первый день, не будет оправданием, потому притихла за толстым деревянным щитом, прижимая стрелу к груди, очень надеясь, что меня никто не заметит.
   - Нужно лишь подтвердить свои слова делом! - снова грозно сообщил кто-то из мужчин.
   - Поединок! - радостно воскликнули несколько голосов.
   Не очень слажено, но достаточно эмоционально. Выдохнула с облегчением, сейчас они пройдут в зал, а я смогу спокойно выйти из своего укрытия, верну стрелу в колчан, и никто меня не заметит. Стояла, прислушиваясь, в надежде услышать удаляющиеся шаги, но спорщики почему-то не торопились. Они переговаривались, обмениваясь короткими фразами, но голоса были тихими, и расслышать толком ничего не могла. Затем они о чем-то договорились, и наступила тишина. Прислушалась, точно, какой-то отдаленный шум, видимо, все ушли.
   Я сделала шаг в сторону, чтобы выйти из-за мишени. Дальше все произошло одновременно: звон дрогнувшей тетивы, громкий вскрик парней, увидевших меня. Я расширенными от ужаса глазами смотрела на летящую ко мне стрелу. Время бесконечно растянулось, а мне оставалось жить буквально несколько коротких мгновений, потому что треплющая на ветру оперением стрела направлена была точно в грудь. Но и это еще не все! Двое других парней натянули луки и тоже выстрелили в мою сторону.
   От страха и ужаса, охватившего меня, ноги приросли к земле, не позволяя сделать и шагу. Магия вырвалась и понеслась навстречу моей смерти. Голоса до меня доносились, как сквозь туман, слов я не разбирала. Все, что могла сделать, это выставила руку вперед с намертво зажатой в ней стрелой.
   Время текло настолько медленно перед моими глазами, что я увидела, как магия из прозрачного ветерка окрасилась в черный цвет, стараясь остановить летящую ко мне смерть, но стрела пролетела насквозь, лишь затормозив свою скорость, расколола мою стрелу и из-за этого немного изменила направление, вонзившись не в грудь, а в плечо. Охнула и тихо опустилась на землю. Вот тебе, Риса, здесь ничего не угрожает. Посмотрела на стрелу в своем плече, она прошла насквозь.
   - Кто это?
   - Откуда она здесь взялась?
   Парни бежали ко мне. Кажется, пристрелить меня у них не получилось, потому меня просто растерзают или выкинут с горы.
   - Джун, держи ее. Я вытащу стрелу, - раздался грозный голос рядом со мной.
   - Не надо! - шарахнулась от него в сторону.
   Не хватало мне еще такого издевательства над собой. Но парни меня не слушали. Парень, подбежавший вторым, внимательно осмотрел и присел за моей спиной, при этом пребольно ухватив за плечи своими руками. Дернулась, не собираясь так просто сдаваться, но ему на подмогу пришли еще несколько человек.
   - Отпустите меня! - закричала на них негодующе.
   - Царапается, как кошка! - воскликнул один недовольный пострадавший.
   - А меня укусила! - вторил ему другой.
   А они что хотели? Чтобы я так просто сдалась? В конце концов, это они меня подстрелили, а не я их. Так что так просто расставаться с жизнью, чтобы скрыть их промашку, не собиралась.
   - Успокойся! - грозно приказал мне один из них, тот самый, что выстрелил в меня, - Я просто вытащу стрелу.
   - Так я тебе и поверила! Сначала убить хотел, а теперь добить пытаешься, - выкрикнула ему.
   Укусить или вцепиться ухоженными ногтями, которые мне старательно сделали в доме гейш, не получалось, парни сдерживали меня, а боль от раны становилась сильнее. На меня опустился серый туман, окутывающий разум, но я не сдавалась. Затрясла головой, а моя магия вновь вырвалась на помощь. Чернота окружила меня, отшвыривая всех вокруг.
   - Риса! - донесся до меня встревоженный голос господина Ситрану, - Риса! Что здесь происходит?!
   Услышав знакомый голос, немного успокоилась, магия тоже стала прозрачной, но прятаться обратно не собиралась. Тогда-то я и увидела, что на меня направлено все оружие, которое имелось у парней, а у некоторых в руках перекатывались различных оттенков вихри. Их я угадала сразу, у меня часто такие получались, едва мне необходимо было зажечь свечу. Подпалить хотят? Магия вновь сменила цвет на черный.
   -Что вы здесь устроили? Риса! - подбежал к моей стене из магии господин Ситрану, - Риса, успокойся. Позволь я тебя осмотрю.
   Последние слова он произнес тихо, почти ласково. От этого мужчины для себя ни разу не видела ничего плохого. Даже, когда так подумала в его доме, он, оказалось, заботился обо мне. Потому потянулась к нему всей своей испуганной душой, магия вновь стала прозрачной, скорость моего ветра стала тише, а потом начала успокаиваться. Я настороженно поглядывала на парней, оружие они опустили, а всполохи в руках погасли.
   - Как она здесь оказалась? - грозно произнес все тот же молодой человек и шагнул ко мне.
   Невольно отползла назад, сохраняя то же расстояние.
   - Тхей, не пугай девочку, - махнул рукой парню господин Ситрану и тот послушался, остановился.
   Я внимательно смотрела на всех, готовая вновь выпустить магию на свободу.
   - Риса, как это произошло? - заботливо присел рядом со мной господин Ситрану.
   - Я побоялась, что меня увидят, и спряталась за мишень. А когда думала, что все ушли, вышла оттуда, - мотнула головой из своего ненадежного укрытия.
   Мужчина покачал головой и стал осматривать мою рану, потом строго посмотрел на собравшихся и спросил:
   - Кто стрелял?
   - Моя стрела попала, - хмуро отозвался Тхей.
   - Остальные тоже стреляли, чуть позже, - наябедничала тут же я.
   В конце концов, меня убить хотели, так что нечего мне покрывать их.
   - Мы хотели отвести стрелу, - воскликнули те два парня, что тоже в меня выстрелили.
   Я мрачно на них посмотрела.
   - Тхей, и давно ты стреляешь мимо мишени? - спросил господин Ситрану самоуверенного парня.
   - Я стрелял в мишень, а она вышла неожиданно. Рука дрогнула, - с претензией ответил он.
   - А дрогнуть не должна была! Тогда бы Риса не была ранена, - строго выговорил ему маг.
   Парень опустил голову в знак признания правоты слов мужчины, но я видела, как он сверкнул глазами в мою сторону. Если выживу, то это будет ненадолго. Вон, какого врага себе успела нажить.
   - Риса, стрелу надо вытащить, - повернулся ко мне господин Ситрану, - Джун, помоги мне.
   Тот же парень, что пытался меня удержать в первый раз, и был покусан за руку, мужественно шагнул ко мне. Я посмотрела на него снизу вверх, одним только взглядом предупреждая, что если он сделает что-то плохое, то вновь получит от меня магией. Умирать пока не собиралась.
   - Риса, Джун придержит тебя, пока я буду ломать стрелу и вытаскивать, - попытался успокоить господин Ситрану.
   - Она меня в прошлый раз покусала, когда хотели помочь, а потом магией всех раскидала, - чуть обиженно нажаловался парень.
   - Правильно сделала! Вот научу ее боевым заклинаниям и приемам, тогда вообще близко не подойдете, - пригрозил немного шутливым тоном мужчина Джуну, - А тебе, Риса, разрешаю его еще раз укусить, если сильно захочется.
   Он тихо посмеивался и отвлекал словами, в то же время ощупывал пальцами рану вокруг тонкого древка. Парень обижено засопел за моей спиной, но обхватил мои плечи вновь. Господин Ситрану, одним четким движением сломал стрелу, а затем быстро вытащил обломки из меня. Заскрипела зубами, рука Джуна чуть дрогнула. Видимо парень решил, что укушу его, стараясь перетерпеть боль. Но я и это выдержала.
   - Джун, неси Рису в ее комнату, - последние слова раздались сквозь шумную пелену в ушах.
  
   Новые и старые знакомые
  
   После моего такого немного неудачного знакомства со школой Скорпионов, жизнь постепенно налаживалась. Несколько дней провалялась в кровати, за мной ухаживала девушка, помогая подниматься и ложиться, приносила еду, одевала. Мы с ней познакомились, она не была магом, но с интересом обучалась военному делу. У нее неплохо получалось стрелять из лука и метать звездочки. На мой любопытный вопрос, что это такое, Тайша показала это оружие. Металлические звездочки с заостренными краями могли нанести серьезную травму.
   Тайша много интересного рассказала о школе. Она была с легким характером и очень красочно описывала людей, характеры события. Так я узнала, что господина Ситрану здесь все называют Сен. Это его имя, но тут так принято. Он здесь обучает владению мечом. Почему господин Ситрану оказался в нашем городе, Тайша не знала. Иногда скорпионы уходят из школы, часто на ночные задания, но иногда вот так на долго, как в этот раз Сен. Но вернулся он вместе с Чжей, который нес меня на руках. Вот тот как раз был опытным бойцом. Чжей не просто обучал молодых скорпионов, но и сам уходил на ночные операции. Удивительно, я ведь считала, что господин Ситрану просто богатый гражданин, а Чжей его управляющий, и вдруг оказалось, что они старые приятели, да еще маги-скорпионы. Такие перемены в моей жизни были еще более удивительные, чем когда попала в дом гейш.
   Дальше я расспросила о том, как так получилось, что парни в меня стреляли. А вот тут рассказ вообще стал интересным. Тайша хихикала долго, потом извинилась за несколько неуместное веселье, а потом уже рассказала. Два верных друга и соперника во всем - Джун и Тхей - вновь поспорили о своем мастерстве. Один поддел на том, что соперник не сможет пробить уже воткнутую в мишень стрелу. Тхей естественно принял вызов. Никто не знает, смог бы он такое сделать или нет, но факт оказался очевидным. Лишь я вышла из-за своей мишени, где искала защиту от любопытных глаз, рука у скорпиона дрогнула, и он выстрелил в меня, промазав мимо цели. А ведь это был первый выстрел.
   Я поворчала на тему "промазал", от всей души жалея себя и обещая отыграться на парнях за мои страдания, чем немало повеселила хохотушку Тайшу.
   - Скорпион не должен отвлекаться во время выстрела, - пояснила мне девушка. - Вот если бы я стреляла, то не отвлеклась и попала бы туда, куда целилась, - с гордостью добавила она.
   - А в стрелу тоже сможешь попасть? - заинтересовано спросила ее.
   - Нет, в стрелу пока не умею, - вздохнула новая подружка, - Но я тренируюсь каждый день.
   После слов Сена о том, что Тхей промазал мимо мишени, парень стал посмешищем для всей школы. Бесконечные подковырки, намеки, и даже просто улыбочки, выводили из себя и так горячего скорпиона. Уже состоялось несколько поединков по этому поводу, но учителя об этом не знают, тихим голосом сообщила мне Тайша.
   Конечно, Тхей и Джун были лучшими учениками, они давно ходили на задания скорпионов вместе с Чжей и исполняли все просто замечательно. Так что такой промах действительно был обидным для парня. Новая дуэль назначена на завтра. Тхей кинул вызов Лиджу, а тот выбрал оружием стрелы, добавив, что у него есть все шансы выиграть у такого мазилы. Расцепили парней чудом после этих слов.
   - Может быть, мне извиниться перед ним? - робко предложила девушке.
   Чувствовала свою вину в таком положении парня, когда его все дразнят и веселятся за простую оплошность.
   - Что ты! Ты здесь совершенно ни при чем! Скорпион должен не просто следить за своими эмоциями, но и действиями. А если бы кто-то вот так неожиданно вышел на задании, а Тхей случайно убил невиновного человека? Даже не думай о таком. Твоей вины нет! - авторитетно заявила мне подруга.
   Раз в день обязательно заходил Сен, иногда один, иногда вместе с Чжеем. Они вдвоем осматривали рану, делали перевязку, лечили магией, снимая воспаление и обезболивая, при этом, не забывая веселить меня рассказами. Часто вспоминали госпожу Харис и ее хитрые уловки для привлечения клиентов. Откуда им самим это было известно, мужчины не признавались, оставляя мне самой размышлять на эту тему.
   Однажды господин Ситрану похвалил мои цветы, что были на празднике, устроенном в доме гейш. Оказалось, он тоже там был. Впрочем, там, наверное, половина мужского населения была.
   - Почему же только мужского? - хихикнул довольный Сен, - Богатые горожанки тоже посетили этот праздник.
   - Женщины? - сильно удивилась я, - Среди гостей были женщины?
   - В закрытых ложах, - кивнул на мои слова мужчина, - Для них это тоже развлечение в таком провинциальном городке. Кроме того, им было очень интересно посмотреть на своих мужей, пока те не знали, что их супруги за ними наблюдали.
   Я от удивления, кажется, даже рот открыла. Надо же, сколько всего интересного прошло в тот день мимо меня.
   - На следующее утро столько было скандалов в благородных и чинных семействах, - веселясь, сообщил мне господин Ситрану.
   - Кстати, о том утре, - вспомнился мне вопрос, который уже давно меня мучил, - Сен, кто на вас напал в то утро?
   - Драконы, - ответил мне просто мужчина и пожал плечами, будто это само собой разумеющееся.
   - Ка-какие драконы? - захлопала на него глазами.
   Конечно, я слышала сказки, которые рассказывали мои тетки своим детям. Все же спала я вместе с остальными детьми. Так вот о драконах были самые замечательные и интересные рассказы. Но ведь это лишь сказки! О каких драконах Сен говорит?
   - Маги-драконы, - посерьезнел сразу же мужчина.
   - Есть другие маги, кроме скорпионов? - продолжала удивляться я.
   - Конечно. - Кивнул мне Сен, - Две школы Скорпионов и Драконов уже давно соперничают между собой в мастерстве.
   - Они из Восточной империи? - сдвинула брови, чтобы хоть как-то разобраться в этих отношениях.
   - Нет, Риса. Для магии вообще нет пределов или границ. Она либо есть у человека, либо нет. Только наша магия имеет черный цвет, она стихия воздуха. А у драконов огненная и цвет от белого до красного. Вот как у тебя, ветер может быть прозрачным, а может окраситься черным, под цвет грозовых туч. Из-за этого разница в способах обучения, - пояснил Сен, - Ведь ты согласишься, что воздух и огонь это разные стихии?
   Молча кивнула, стараясь понять и уложить новые знания в своей голове.
   - Потому заклинания разные, способы стихиями управлять тоже различаются, - закончил свой недолгий рассказ мужчина.
   - А почему соперничают школы, если у них магия, пусть и разная? - потерла лоб, стараясь понять.
   Ведь это глупо, так мне показалось. Хотя вон, например, Тхей и Джун между собой соперничают, а тут разная магия.
   - Это долгая история. Не мы начали эту почти войну между школами. Если тебе интересно, я дам прочитать книги об этом, - предложил господин Ситрану.
   - Конечно, интересно! - с азартом воскликнула я.
   - Ты умеешь читать? Знаешь каллиграфию? - поинтересовался маг.
   - Знаю. Меня госпожа Харис научила, - ответила ему.
   - Старая лиса, - снова развеселился мужчина при упоминании имени гейши. - Знала, как повысить цену своему товару. Извини, Риса.
   Меня покоробила такая постановка вопроса. Ко мне очень хорошо относились в доме госпожи Харис, обучали пению, стихосложению, каллиграфии, танцам. Мне очень нравилось, что дают знания, и я впитывала все для себя новое, как губка. И только сейчас посмотрела на всю эту ситуацию с другой стороны, осознав, какие цели преследовала старая гейша, давая образование. Что же приходиться признать, Сен прав, госпожу Харис я интересовала только, как товар, который можно продать подороже. Если до этого иногда беспокоили сомнения по поводу того, что господин Ситрану забрал в школу скорпионов, то сейчас, посмотрев на ситуацию с другой стороны и признав правоту вырвавшегося откровенного выражения от Сена, чувство благодарности, которое испытывала к старой гейше, стало притухать.
   - У нас есть библиотека, самая древняя во всех царствах, - с гордостью сообщил мне маг, - там много мудрости собрано. Пока выздоравливаешь, можешь посветить себя чтению, а потом начнем с тобой тренироваться.
   Тон при этом был такой, будто добрый дядя разрешил мне незапланированный отдых. Немного поежилась от таких слов. Получалось, что нежиться в постели мне осталось недолго. Но, в то же время, обрадовала мысль, что могу погрузиться в чтение. Конечно, основные иероглифы знала и понимала, но была еще далека от совершенства владения каллиграфией. Часто встречались такие символы, что мне приходилось спрашивать пояснений у Лилы, Нисы или самой госпожи Харис.
   Свитки их тонких дощечек принесла Тайша. Она радостно рассказывала, как здорово опередить или обмануть мага-дракона, выйти победителем из битвы с ним. Я такого наивно-позитивного отношения к жизни не одобряла. Все же мне виделось, что нужно будет тренироваться, работать над собой. Простой пример с луком, который смогла согнуть лишь с помощью магии, наглядно показал, что все не так просто. А про холодное оружие и говорить нечего. Я, кроме кухонных ножей вообще ничего в руках не держала. Так что до звездочек и мечей мне было очень далеко.
   - Зачем тебе все это старье? - удивилась Тайша, сгрузив мне на колени деревянные дощечки, - Я пока их очистила от пыли, апчихалась вся.
   - Так принесла бы мне, я сама их бережно протерла, - посочувствовала девушке
   - Не, Сен был категоричен. Утверждал, что тебя нужно беречь от любой грязи и пыли, - замахала руками Тайша.
   В ответ улыбнулась подруге и прижала к груди старинные свитки, в которых были написаны легенды времен давно минувших лет, когда наших государств еще и в помине не было.
  
   Легенда
  
   В своем предположении, что углублюсь скорее в сказку, чем в быль, оказалась права. Автор искусно владел каллиграфией, многие символы были мне не знакомы, за переводом обращалась к Сену. Это были старинные иероглифы, значение которых сейчас изображали совсем по-другому. Но это придавало особое очарование прочитанному. Вскоре перевод мне не требовался. Когда встречались неизвестные мне знаки, скорее догадывалась о значении, а потому легенда получилась еще загадочнее и интереснее.
   Два друга однажды весь день провели на охоте. Уставшие они прилегли отдохнуть под сень раскидистого дерева. Они старались друг друга перещеголять в количестве добыче, гоняясь по лесу за дичью. Немного переведя дух, оба друга поняли, что в их фляжках вода закончилась, а пить хотелось снова. Мужчины поднялись со своих мест, бросив добычу в тени и побрели на поиски хоть какого-нибудь родника. Искали долго, но старались не отходить далеко от камня, где побросали добытых зверей.
   Поиски увенчались успехом. Родник слабо сочился из-под огромного валуна. Подгоняемые сильной жаждой друзья все же смогли сковырнуть огромный камень и перекинуть на бок, давая тихому роднику бежать свободно. Но, увы, покинутый валун зашатался и вернулся на свое место, только родник за это время набрал силу, и вода из него побежала гораздо сильнее. Только теперь она разделилась на ручейка. Парни немного дождались, пока взбаламученный песок осядет, и припали каждый со своей стороны.
   Вода оказалась там не простая, а магическая. Не просто так валун ее скрывал от посторонних глаз, уберегал от любопытных. Сила в этом источнике шла от самого бога, который даровал такую благость своим созданиям.
   Парни, ничего не подозревая о качестве выпитой воды, расправили плечи, наливая новыми силами, и отправились к своей добыче. По дороге домой они заметили, что ношу нести стало легче, а потом и вовсе странные вещи стали твориться. Один ветер нечаянно вызовет и крышу снесет с дома, второй рядом подожжет ее. Воздушник взлетит почти к небесам на своем ветре, огневик огненной птицей воспарит. И начали парни опять соперничать, хвалиться приобретенной силой. Красуются друг перед другом, бахвалятся.
   Вот однажды тот, что владел огненной магией и говорит:
   - А я, если захочу, могу в дракона обратиться!
   - Что мне твой дракон? Он большой, я вот могу в скорпиона перекинуться и ты меня никогда не найдешь! - ответил ему второй.
   Долго ли до нового спора? Один воспарил драконом в небо, второй обернулся скорпионом и скрылся меж камней. Дракон летает, летает, высматривает своим зрением мелкого насекомого, а не видит ничего. Зато скорпион все из своего укрытия видит, как мечется в его поисках огромный дракон по небу, и молчит, выжидает момента.
   Только дракон стал снижаться, чтобы на земле поискать своего друга, скорпион вылез из-под камня, где все это время прятался и приготовился атаковать. Дракон плюхнулся на землю и начал поливать пламенем землю, испепеляя даже камни. Скорпион ответил воздушной магией и в первый раз между друзьями завязался настоящий бой. Они боролись своей силой, стараясь победить, применяя умение, которое развили в себе за это время. На окружающий мир они мало обращали внимание, оба были серьезно ранены, но не останавливались. Их соперничество переросло в нечто большее, война пронеслась тогда над миром. Маги дрались не на жизнь, а на смерть, доказывая друг другу, кто из них лучший.
   Мое сердце замирало от описываемых событий, будто сам автор находился во время битвы. Вполне возможно, что он просто фантазировал и придумал этот бой, но меня это вдохновляло, заставляло сердце замирать, а дышать чаще.
   - Друг! - неожиданно вскричал скорпион, - Посмотри, из-за нашего боя сгорело полмира.
   Оба мага замерли и огляделись. Дракон махал крыльями рядом со скорпионом, который парил рядом на своей воздушной магии.
   - Ты прав, - произнес второй, - Что же мы наделали? Наше соперничество перешло границы и навредило мирным людям к этому непричастным.
   Друзья грустно осмотрелись вокруг, мягко спланировали на землю и обернулись людьми. Они горестно смотрели на дело магии своей. Выжженные поля с посевами, разрушенные города и деревни. Даже многие реки поменяли свое русло в расколотой земле. А ведь все началось с простого соперничества двух молодых и сильных мужчин.
   Маги договорились, что каждый займется восстановлением того, что разрушил. Парни поделили мир пополам и принялись за созидание, восстанавливая реки, поля с посевами, деревни. Только во вновь построенных домах будет жить? Кто будет собирать урожай, впрягая мулов в свои плуги?
   Парни старались, только те люди, что уцелели, не торопились показываться им на глаза, не доверяя вдруг подобревшим магам. Уцелевшие крестьяне прятались среди почти уничтоженных лесов, в глубоких впадинах и не верили в неожиданно установившийся мир.
   Грустные друзья встретились на условной границе, разделившей мир. Они не торопились хвастаться своими достижениями. Никто не верил, что вокруг воцарился мир. Теперь им бы соперничать в созидании мира, но они этого не умели, только разрушать, а в глаза другу смотреть было совестно от сотворенного во время соперничества.
   Грустные друзья встретились на условной границе, разделившей мир. Они не торопились хвастаться своими достижениями. Никто не верил, что вокруг воцарился мир. Теперь им бы соперничать в созидании мира, но они этого не умели, только разрушать, а в глаза другу смотреть было совестно от сотворенного во время соперничества.
   Парни засели за сакэ в грустных раздумьях. Тихо было вокруг, лишь стрекозы летали на улице, весело стрекоча крыльями. Неожиданно раздался веселый девичьих смех вдалеке. Крестьяне не торопились возвращаться в эту деревню, потому этот звук услышали оба парня и встрепенулись. Маги переглянулись и быстро направились на выход, чтобы узнать о причине смеха.
   Наверное, боги решили подкинуть еще одну проверку для друзей и послали им навстречу девушку. Она была красива и прелестна в своей юности. Наивные темные глаза взглянули с любопытством на друзей и моргнули на ярком солнце. Стройный стан был обтянут скромной одеждой и все равно не смог скрыть всех прелестей. Нужно ли говорить, что девушка покорила сердце обоих парней?
   Друзья, только что помирившиеся и осознавшие свои ошибки, вновь превратились в соперников. Каждому хотелось, чтобы взгляд карих глаз достался только ему. Маги старались привлечь к себе внимание прелестницы, она же лишь скромно опускала глаза, смущенная таким внимание.
   Только боги знали, что этой девушке парни нравились одинаково, не могла она сделать выбор. Сердце рвалось то к одному, то к другому. Маги же поняли эти сомнения девушки по-своему. Они стали кидать горячие взгляды в сторону соперника, слово за слово и вновь вспыхнул бой, даже более жестокий, чем прежде. Земля горела, трескалась, а парни никак не могли остановиться.
   Сколько времени длилась та битва никто не может сказать. Может быть, мгновение, которое требуется, чтобы закрыть глаза, а может быть, долгие века. Когда же маги смогли спокойно взглянуть на дело рук своих, то земля давно превратилась в пепелище, реки пересохли, а время давно забыло течь привычно.
   Друзья вновь ужаснулись содеянному. Девушка, как причина нового соперничества, давно была забыта, розыски ее не дали никаких результатов. Все погибло от магии. Земля раскололась пополам и все родники, речки и речушки бежали в эту расщелину, образовывая огромное море своими водами. Оба мага опустились на иссушенную землю под своими ногами, каждый с разных сторон от раскола. Их вражда не улеглась, каждый считал себя правым.
   Бывшие друзья не взглянули больше друг на друга, они развернулись и ушли каждый в свою сторону. С тех пор драконы и скорпионы никогда не были друзьями.
   Обе школы жили своей жизнью, но при этом не забывали вызывать друг друга на поединки. Следующие свитки рассказывали об этом. Много жизней было закончено во время в этих сражениях. Когда-то побеждали скорпионы, когда-то драконы.
   Читала эти увлекательные сказки, как сказала бы в детстве, и с трудом представляла, что все это происходит на самом деле, точнее со мной. Ведь во мне тоже живет магия воздуха, которой мне еще придется научиться.
   Я раздумывала над этими легендами, прохаживалась в комнате, магия бродила во мне от полученных знаний, пламя свечей волновалось. Мне требовался воздух. Оделась потеплее и вышла из комнаты. Ночью в горах всегда холодно.
   Погода как будто ждала меня сегодня. Ветер успокоился, даже листики на невысоких деревьях не шелестели от его движения, облаков не было видно, небо распростерло надо мной звездное одеяло, а шаловливая луна висела огромным апельсином над нашей горой, служившей нам укрытием. Лунный свет заливал траву под ногами, делая еще гуще тени под деревьями, но они меня не пугали. Воздух был прохладным и очень свежим. Благодаря заботе Тайши на мне была теплая одежда, а ноги перемотаны тканью и веревочки плетенок крепко прихватывали ее. Куртка была немного широковата в плечах, но зато на меху, а потому было очень тепло. Штаны сели, как влитые, а на голову нацепила меховую шапку, спрятав под ней свои волосы. Мне сейчас было не важно, как выгляжу, мне хотелось простора. Направилась туда, где Сен в первый день сказал можно прогуляться.
  
   Мост
  
   Только я совершенно не ожидала, что это будет мост! Каменный с невысоким бордюром по обоим краям. Каменная кладка была не очень ровной, а выгибалась будто кошка, изогнувшая свою спину. Вид отсюда во все стороны был потрясающим. Удивительно, как только могли люди, пусть даже маги, построить такое чудо здесь в горах?
   Широкие арки поддерживали горбатый мост на высоких уступах двух противоположных склонах гор. Под ногами распростерлась темная бездна, где наверняка глубина была достаточная, чтобы сердце замерло и перестало биться еще во время полета вниз. Я закрыла глаза, прижимая к груди свиток со старой легендой, и перед моим взором вновь проплывали из настолько далекого прошлого, что оно давно стало сказкой, и никто не верил, что такое могло произойти на самом деле. Однако, маги-драконы и маги-скорпионы существовали, разные школы двух стихий продолжали соперничать между собой, усовершенствуя свое искусство.
   Научиться владеть не только своей магией, но и оружием, было очень привлекательно, но мне не давала покоя старая легенда. Зачем владеть силой? Чтобы хвастаться ею перед соперником? А может быть ... додумать мелькнувшую было мысль не успела.
   - Что ты здесь делаешь? - раздался рядом со мной грубый голос. Да и сам тон вежливостью не отличался.
   Вздрогнула от неожиданности и покачнулась. Руки грубияна тотчас же меня подхватили и удержали от незапланированного падения. Точнее никто и не думал падать, просто я долго стояла на мосту, у самого края с закрытыми глазами, а от резкого окрика пошатнулась. Сердито отпихнула "спасителя" от себя.
   - Не нужно было меня спасать, - буркнула ему недовольно чуть хрипловатым голосом, уверенная в своих силах.
   - Решил сигануть с моста? - насмешливо спросил парень.
   И вот сейчас я его узнала. Это был Тхей. Закутанная в теплую одежду фигура парня в темноте почти не опознавалась, но грубоватый тон и надменность, просквозившая в нем, подсказали владельца.
   - Нет, - односложно ответила и отвернулась.
   Парень помолчал, затем подошел вновь и молча остановился. Выждав немного и, не понимая, что происходит, бросила косой взгляд. Тхей стоял примерно в такой же позе, что я перед этим и с закрытыми глазами. А еще меня обвинял, что собираюсь сброситься с моста.
   Спокойная поза Тхея немного успокоила. Он меня явно не узнал в этих теплых одеждах, приняв в них меня за парня, так что можно было потихоньку уходить, не разжигая конфликта. Мои тихие шаги за его спиной все же были услышаны.
   - Сбегаешь? - резкий вопрос заставил замереть на месте, - Даже не будешь острить?
   - Нет, - резко выдала ему, постаравшись понизить тембр голоса.
   Еще пара шагов в сторону спасительной площадки, а там уже можно и в комнату бежать без оглядки. А то кто знает, что со мной сделает обиженный парень на этом мосту.
   - Что ты тут делал? - чуть помолчав, спросил Тхей.
   - Смотрел на звезды, - ответила ему.
   - С закрытыми глазами? - с откровенным сарказмом в словах спросил меня парень.
   Кажется, я начинаю понимать всех тех, кто теперь с удовольствием подкалывает и язвит этому высокомерному магу. Наверное, он считает себя здесь выше всех, вот остальные и дорвались до слабого места.
   - Что там у тебя за свиток? - сделал шаг ко мне Тхей и протянул руку.
   Он был настолько уверен в своем праве задавать мне вопросы, что вполне мог и силой отобрать старинный свиток. Сделала шаг назад, опасаясь нападения.
   - Не хочешь говорить? - еще шаг в мою сторону.
   - Не хочу, чтобы покушались на мою свободу, - глухо проговорила я, готовая в любой момент к отражению атаки.
   Тхей остановился, кажется, поняв, что есть пределы его, за которые не следует ему переходить. Парень опустил протянутую руку и сделал шаг назад.
   - Ты мне скажешь, что это за свиток? - поборов в себе властность, спросил Тхей.
   Я колебалась. Ничего секретного в этом не было, библиотека находилась в школе скорпионов, где парень вполне мог сам свободно взять свиток, так что причин скрывать, что я прижимаю к груди, у меня не было. Просто мне не хотелось говорить именно ему о том, что я читала и какие вопросы, сомнения возникли в голове. Просто образы, воссозданные автором свитка, были настолько живы, что мне не спалось, а прийти ночью к Сену совесть не позволяла.
   - Легенда о маге-скорпионе и маге-драконе, - ответила ему, поколебавшись.
   Тхей хмыкнул в ответ, повернулся лицом в том направлении, в котором я стояла, и втянул воздух.
   - Восток. Да-а, именно там школа драконов, - задумчиво протянул парень. - Тоже мечтаешь достать сердце дракона?
   В последних словах просквозила насмешка. Даже не знала, как на это реагировать.
   - Сердце дракона? - переспросила я.
   - Да. Самое большое достижение для мага-скорпиона добыть сердце мага-дракона, - мечтательно произнес Тхей.
   - То есть убить его? - уточнила я.
   - Убить всегда можно, а вот завладеть его сердцем может не каждый, - отозвался он в какой-то задумчивости.
   Решила этот непонятный вопрос оставить на потом. Меня несколько нервировала близость парня. Он был слишком самоуверен, груб и я постоянно опасалась с его стороны атаки. Нужно уходить, пока он не понял, кто перед ним. Только тихо, чтобы он больше не остановил меня.
   - Да. Самое большое достижение для мага-скорпиона добыть сердце мага-дракона, - мечтательно произнес Тхей.
   - То есть убить его? - уточнила я.
   - Убить всегда можно, а вот завладеть его сердцем может не каждый, - отозвался он в какой-то задумчивости.
   Решила этот непонятный вопрос оставить на потом. Меня несколько нервировала близость парня. Он был слишком самоуверен, груб и я постоянно опасалась с его стороны атаки. Нужно уходить, пока он не понял, кто перед ним. Только тихо, чтобы он больше не остановил меня.
   Уверена, что как бы я не старалась ступать аккуратно, маг слышал меня, несмотря на его задумчивость. Теперь он горящим взглядом прожигал пространство, будто видел ту самую школу драконов и выслеживал для себя цель. Жутко как-то стало. "Добыть сердце дракона", передернула плечами. Теперь на этом мосту стало неуютно. Никогда скорпионы и драконы не смогут договориться, сейчас поняла с особой ясностью это. Ведь я здесь недавно и многие, привычные скорпионам, парадигмы кажутся вполне нормальными, но меня они страшат. Как например, страшило разделить постель с мужчинами в доме гейш, но опытная госпожа Харис помогла преодолеть мой страх, спокойно рассказывая о всем, что знала сама. Может быть я чего-то еще не знаю, ведь мной прочитала лишь одна легенда, в которой ничего не говорилось о "сердце дракона". Нужно будет завтра расспросить Тайшу подробнее об этом.
   В своей задумчивости брела вдоль моста и уже ступила на скалистый выступ, служивший садом у выхода школы, когда меня снес штормовой ветер с ног. Точнее сказать сначала мне так показалось. Меня отбросило к стене, а темный ветер промчался мимо в сторону Тхея. С тревогой оглянулась на парня все еще стоящего у опасного края моста, ведь этот порыв может запросто его опрокинуть в пропасть. Мои ноги понесли меня обратно. Ведь Тхею не желала ничего плохого.
   - Тхей! - успела я выкрикнуть.
   Два клинка скрестились с лязгающим звуком металла. Когда только маг успел выхватить свой меч, настолько было быстрым его движение? А кто тогда второй? Тайша вроде бы говорила, что у парня должен был состояться очередной поединок. Сегодня? Что-то я с чтением свитков совсем во времени потерялась.
   - Сколько раз говорить тебе?! - взревел парень, налетевший черным ветром.
   Голос не показался мне знакомым, настолько в нем клокотало бешенство, что даже если бы слышала раньше, то не угадала бы. Парни ходили вокруг друг друга, готовые в любой момент начать бой.
   - Тайша - моя невеста! - почти зарычал нападающий.
   Ух, ты! А я даже и не знала об этом. Нужно будет обязательно подружку расспросить о подробностях. Маг и вдруг выбрал девушку без магии. Это возможно? Эти мысли промелькнули и где-то потерялись. Сейчас не это было важным.
   - Она своего согласия тебе не давала, а, значит, свободна, - жестко и очень высокомерно ответил Тхей.
   - Тайша ведь тебе не нужна. Ты на нее внимания не обращал, пока я не стал за ней ухаживать, - взбешенным тоном отозвался соперник.
   Лунный свет упал на его лицо, и я опознала в нем Джуна. Вот, значит, как. Опять старые друзья-соперники встретились. Только если раньше предметом спора было их умение владение оружием, то сейчас они пытаются поделить девушку. А ведь Тайша даже ни слова обо всем этом не сказала. Чтобы это значило? Ей не нравится ни одни, или она не может сделать свой выбор? Из любопытства вернулась обратно на мост, смотря во все глаза на двух приятелей, готовых сразиться.
   - О чем ты говоришь? - с насмешкой произнес Тхей, - Это я стал за ней ухаживать, а ты тут же решил отбить девушку у меня.
   Клинки скрестились и больше слов не было. Парни дрались молча, делая выпады и нанося рубящие удары. Они были настолько легки в своих движениях, будто шагали по воздуху, переворачивались в нем и возвращались на каменный мост, чтобы атаковать вновь. В ночной мгле отчетливо были видны лишь сверкающие клинки, а смутные тени тихо скользили на мосту и над ним. Странно и очень страшно. Неужели парни бьются серьезно? А если из них кто-то будет ранен? Вопросы мелькали в голове, но самый главный "Что делать?" бился в висках. Принять хоть какое-то решение не могла. Что я могу сделать? Вклиниться между их мечами в надежде, что они меня не проткнут ими? Побежать к Сену и рассказать о том, что происходит? Но мне почему-то казалось, что парни не хотят, чтобы об этом знали. Ведь они дерутся из-за девушки, наверняка, это не будет правильно, если об этом узнают.
   Я по-прежнему прижимала свиток к груди и не могла ни на что решиться. Бежать обратно в комнату и сделать вид, что меня это не касается? Искать наобум Тайшу? Разбудить Сена? Или ...
   Даже решение принять не успела, моя магия взорвалась грозным ветром на мосту. Все же Сен прав, мне нужно управлять своей силой. Парни дрались, и не понятно было, на чьей стороне перевес, а моя магия разразилась грозными молниями между ними. Рванулась вперед, подозревая, что если не вмешаюсь, то мой заряд сражающихся может убить. Сама не знала на что способен грозовой вихрь.
   Соперники от неожиданности замерли лишь на мгновение, а потом продолжили бой.

Оценка: 7.38*23  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"