Пон Альбина: другие произведения.

Тень Семилистника

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Для девушки, обладающей даром эмпата, не составляет труда узнать, что чувствуют окружающие люди. Но вот насмешка судьбы - в собственных чувствах Элли разобраться не может. Ситуация становится еще сложнее, когда младшая сестра Элли,первокурсница Магической Академии, вдруг решает пройти сквозь Туманную Занавесь, разделяющую собой Светлую и Темную стороны...


   Медальон, звякнув, ударился об пол. Я проследила за ним взглядом, но поймать не успела.
   Тана наклонилась и подхватила украшение за цепочку. Повертев в руках, засунула медальон в карман.
   - Ты всегда грустишь, глядя на него, - произнесла она,и решительно добавила: - Пора с этим завязывать, Элли. Ты не можешь продолжать цепляться за прошлое.
   - Воспоминания ценны для меня, - возразила я.
   - Грош им цена, если они заставляют впадать в депрессию, - Тана была непреклонна и наотрез отказалась вернуть украшение.
   Внутри меня зазвенели тревожные вибрации - я поймала эмоции Таны.
   - Хорошо, я постараюсь, - ответила я, про себя решив ночью выкрасть у Таны медальон, когда та будет крепко спать. Я понимала, что моя соседка по комнате, и, по совместительству, лучшая подруга, пыталась меня взбодрить. Однако, медальон родителей был дорог мне и я не хотела с ним расставаться.
   - Хорошо, - вторила мне Тана. Её взгляд был внимателен и чуточку подозрителен -- подруга не верила в такую легкую победу. Я же лишь улыбнулась. Тана не обладала даром эмпата, и потому не имела возможности считать мои эмоции, узнав, искренен ли мой ответ.
   Я вышла из комнаты, сжимая рюкзак, набитый книгами и тетрадями. Было время обеда. Коридоры Магической Академии заполнили гвалт, громкий смех и улюлюканье. Одаренные спешили в общую столовую, обсуждая прошедшие уроки, и строя планы, планы, планы...Я посторонилась, пропустив особо рвущихся утолить голод, и перехватила взгляд темно-серых глаз. Дрожь пробежала по телу, и я, упрямо вздернув подбородок, поспешила обойти Верса.
   Проталкиваясь сквозь толпу гомонивших первокурсников, я четко уловила исходящие волны презрения, причиной которого была я. Резко затормозив, я развернулась к Версу и прошипела:
   - Какие-то проблемы?
   Молодой человек медленно повернул голову в мою сторону. Неторопливо осмотрев мое рассерженное лицо, он произнес:
   - Если только у тебя.
   Неприятное чувство билось в груди, как попавшая в клетку птица. Я поморщилась, и раздраженно дернула плечами.
   - Мои дела в порядке. А тебе советую держать эмоции под контролем, как бы сильно я тебя не волновала.
   Верс приблизился ко мне почти вплотную.
   - Эмпат, ты позоришь свой дар. Или так и не научилась им пользоваться. Лично ты меня волнуешь не больше,чем пыль на пиджаке. Но одно меня всегда раздражало и будет раздражать - нытье, - он окатил меня взглядом холодных глаз, и уходя, добавил: - Любое горе имеет меру. Твое уже давно превысило допустимую отметку.
   Я промолчала. В глубине души приходилось признать - Верс имел право злиться и ненавидеть меня. Однако, этих вибраций я от него никогда не ощущала. Лишь презрение и раздражение. Уж лучше бы он меня ненавидел!
   - Вы опять с ним сцепились? - любопытный голос Таны раздался над ухом, и она появилась рядом, подхватив меня под локоток. - Элли, тебе не надоело?
   - Да чтоб он провалился! - в сердцах сказала я. - Тебе ли не знать, что я стараюсь его избегать? Но если уж встречаю... Тана, я не могу спокойно пройти мимо!
   - Конечно, он ведь такой красавчик, - мурлыкнула она, и засмеялась, увидев как перекосилось мое лицо. - Шучу, Элли, шучу. Знаешь, за столько лет вы могли бы спокойно всё обсудить и перестать друг к другу цепляться. Дети не должны отвечать за грехи родителей.
   Я лишь мотнула головой, не желая говорить на эту тему. Груз вины казался чем-то неотделимым от меня - за десять лет он въелся под кожу. Потому я и старалась избегать встречи с Версом - пусть даже по вине моего отца, но Верс остался сиротой, и это не исправить.
   За обеденным столом царило привычное оживление. Однокурсники спешно поглощали горячую пищу, стараясь успеть до начала следующих пар -- Ясновидения.
   Я подхватила бутерброд и задумчиво повертела его в руках. Есть не хотелось.
   - Тебя искала сестра, - обратилась ко мне Симена, высокая белокурая девушка, сидящая напротив.
   - Спасибо, - ответила я. Отложив бутерброд в сторону, сделала пару глотков чая и поспешила выскочить из-за стола. Благо, Тана на тот момент оказалась занята поглощением приличного куска курицы, и я выскользнула незамеченной.
   Викторию я нашла в общем зале отдыха. Младшая сестренка сидела в кресле, перелистывая книгу. Я уловила смятение, исходящее от нее, и поспешила обнять девочку.
   - Привет, малышка, - отстранившись, я ласково улыбнулась ей. Виктория отложила книгу, и легко чмокнула меня в щеку. От нее пахло яблоками и свежестью -- любимый аромат, напоминавший о юности.
   - Я думала, что ты на обеде.
   - Я уже пообедала. Как твои дела? Я слышала, как Учитель по Управлению Даром хвалил тебя - и это всего спустя неделю начала обучения! - мой голос был переполнен гордости. Виктория смущенно улыбнулась, и пожала плечами.
   - Да, вроде у меня все получается неплохо, - уклончиво ответила она. - Мне нравится учиться магии. Я очень хочу узнать, на что способна.
   - Узнаешь, когда придет время, - я подмигнула ей, - Ты просто соскучилась? Или хотела о чем-то поговорить?
   - И то, и другое, - Виктория встала, и протянула мне руку. - Ты не против прогуляться в саду? Я еще не видела Семилистник!А ведь ты обещала мне его показать.
   Я засмеялась. Легенда про дерево-Семилистник была любимой сказкой в детстве Виктории, и потому не удивительно, что она захотела увидеть это дерево воочию. Схватившись за руки, мы направились в сад.
   Сентябрьское солнце было по-прощальному жарким. Я подставила под теплые лучи бледное лицо, и обняла сестренку за плечи.
   - Расскажи мне легенду, - Виктория прильнула ко мне, ее светло-зеленые глаза довольно заблестели.
   - Ты ведь знаешь ее наизусть.
   - Ну пожалуйста!
   Она умела делать жалобное лицо. Я вновь засмеялась, кивнув.
   - Хорошо, уговорила. А вот и оно - твое любимое дерево.
   Виктория замерла, ее взгляд заскользил по высокому древнему дереву, разглядывая пышную крону и необычную форму листков. Я растянулась на земле, прижавшись спиной к стволу дерева. Подобрав упавший листок, я вытянула руку, и разглядывая каждый из семи лепестков на свету, заговорила:
   - Много веков назад шла Великая война между Светлыми и Темными одаренными. Обе стороны не могли прийти к компромиссу, у каждой было свое видение того, как следует использовать магию, что будет нормой, а что - нет. Война казалась вечной - ни одна из сторон не собиралась отступать, и одаренные гибли один за другим. Светлые и Темные были равны по силам. До той поры, пока не родился одаренный с семью магическими способностями.
   - Которого звали Свер, - Виктория села рядом со мной, аккуратно расправив подол юбки.
   - Правильно. Свер выбрал сторону Добра. Это был сильный перевес, который и решил исход вековой войны. Свер сумел создать то, что устроило всех - Туманную Занавесь и Переходный коридор, разделяющие собой Светлую и Темную стороны. Было заключено соглашение - одаренный, имеющий желание перейти на другую сторону, должен был пройти сквозь Туманную Занавесь и справиться с испытанием Переходного коридора.
   Так началась новая эра в Магии. Обе стороны теперь могли жить по выгодным им правилам, не притесняя друг друга. Свер прожил долгую жизнь, служа на благо Света, и после смерти, на его могиле выросло странное дерево с семью лепестками на каждом листе. Это дерево прозвали Семилистником, также, как и одаренного, обладающего семью способностями.
   - Но на этом история не заканчивается, - улыбаясь, сказала Виктория.
   - Верно, солнышко. Дети Свера не унаследовали его дар, и поначалу Магическое сообщество посчитало, что Свер стал исключением из правил, уникальным одаренным. Но спустя семьсот лет, когда память о войне и Семилистнике осталась запечатлена только на страницах учебников, родился новый одаренный, обладающий семью дарами. И вновь Семилистник оказался на стороне добра - он организовал Магические Академии, призванные обучать одаренных владению даром, и перенес Туманные занавеси под их охрану.
   - Это был Ламбус, - Виктория забрала из моих рук листок, и стала с любопытством вглядываться в его прожилки.
   - Да, ты наверняка видела его на картине в кабинете Директора. Его прах был развеян в этом саду, потому здесь и растет это дерево.
   - Ага. Элли, ведь уже прошло семьсот лет со дня его смерти...скоро родится новый Семилистник?
   Я улыбнулась и потрепала сестренку по мягким волосам.
   - Думаю, что да. Это загадка, ответа на которую ждут обе стороны с нетерпением.
   - Но...не может же удача постоянно быть на стороне добра. Что, если следующий Семилистник окажется Темным Одаренным? Он сможет сломать преграду между сторонами?
   - Виктория, что случилось? - я схватила её за руку, заставив отбросить листок, и посмотреть на меня. Светло-зеленые глаза были печальны, и я ощутила сильную тревогу в ее душе. - Милая, тебя что-то беспокоит...
   Сестренка отвела взгляд, и глубоко вдохнув, выпалила:
   - Мне пришло письмо с Темной стороны. От папы.
   Трава смешалась с небом, и перевернулась несколько раз перед моими глазами. Возникло ощущение падения, но моргнув, я поняла, что также сижу, вцепившись в тонкую ладонь Виктории.
   - Что?
   Не то, чтобы я её не расслышала. Нет, со слухом у меня всё было в порядке. Но произнесенное ею было настолько болезненно невероятным, что мне хотелось ослышаться, лишь бы это не было правдой.
   Я догадывалась, что когда-нибудь мы получим это письмо. Перешедшие на Темную стороны маги могли завлекать в свои ряды новых одаренных любыми способами -- за исключением насилия. Так было прописано в Общем Магическом кодексе, автором которого являлся Свер. И не мудрено, что родственными связями темные одаренные пользовались беззастенчиво подло -- для них не существовало такого понятия, как совесть и мораль.
   - Он написал, что скучает. И про маму... - губы Виктории задрожали и голос прервался. На тыльную сторону моей руки капнула слеза. Я постаралась как можно скорее взять себя в руки - обратная сторона владения даром эмпата заключалась в том, что если мои и считанные чувства совпадали, то получался эффект разорвавшейся бомбы. И к этому нельзя было привыкнуть.
   Когда я смогла заговорить, собственный голос казался безжизненным - внутри себя я выстроила стену между разумом и эмоциями, и горячо возблагодарила дар за такую возможность.
   - Виктория, помнишь ли ты день, когда родители покинули нас?
   Задавать такой вопрос было жестоко, но я не могла поступить иначе. Темные локоны закрыли лицо сестры, когда она едва заметно кивнула.
   - Тогда ты должна помнить, что сказал отец. "Придет время, и наша семья воссоединится. Но это произойдет только на Темной стороне". А мы с тобой поклялись, что этого не будет. Никогда! Ты помнишь нашу клятву?
   Виктория вновь кивнула. Её губы дрожали, вместе с ними дрожало и моё сердце.
   - Мама пошла за ним, потому что горячо любила отца. Этого оказалось мало для того, чтобы пройти испытание Переходного коридора - и она погибла. - я убрала локоны с лица Виктории, с нежностью стерла слезинки с её щек. - За плечами отца смерть не только матери, но и родителей Верса, которых он убедил идти за ним. Милая, ты должна сжечь письмо. Пообещай, что сделаешь это.
   Виктория вскинула на меня покрасневшие глаза, и в очередной раз кивнула.
   - Милая, вслух. Поклянись.
   - Клянусь, - еле слышно прошептала она, и вскочив с места, бросилась в сторону Академии. Я хотела было броситься за ней, но встав с земли, лишь устало прислонилась спиной к надежному дереву.
   Я хорошо помнила тот день, когда отец объявил решение стать Темным. Его глаза горели огнем тщеславия и гордыни, желания раскрыть дар в таких областях, применения которых не встретишь никогда на Светлой стороне. Мама разрывалась на части, она не хотела покидать нас. Она была эмпатом -- и, возможно, не захотела или не смогла разграничить собственные эмоции и эмоции отца. Мама слишком прониклась его идеями, мыслями и желаниями , что в итоге приняла их и послушно последовала за ним.
   Для семилетней меня их уход был чем-то невероятным. Я мало что знала о Темной стороне, но твердо осознавала одно - что-то для родителей стало дороже собственных детей. Виктория же была совсем малышкой, четыре года от роду. Она не сразу поняла, что случилось. Последующие годы, проведенные нами в детском доме, я старалась объяснить ей предательство родителей. И сейчас оставалось только надеяться, что мои труды не прошли даром.
   Серебристый браслет на руке потеплел. Я тряхнула волосами, пытаясь отогнать неприятные мысли, и нажала на кнопку приема сообщений на браслете. Их оказалось несколько.
   " Пропуск пары Ясновидения. Дополнительное домашнее задание. Получить у Магистра".
   "Напоминание о ночном дежурстве. Не опаздывать"
   Я громко чертыхнулась. Меня не столько волновало наказание за пропуск пары, сколько предстоящее ночное дежурство. Стена между разумом и чувствами рухнула, и удар эмоциональной волны снес крупную ветку за моей спиной. На меня посыпались листья и мелкие веточки. Несколько раз вдохнув и выдохнув, я погладила шершавый ствол дерева.
   - Извини. Больше этого не повторится - обещаю держать себя в руках.
   И, отсалютовав Семилистнику рукой, я поспешила в Академию.
  
  
   - Только не это!
   Фраза вырвалась одновременно у меня и Верса. Мы смотрели друг на друга, стоя в приглушенном свете зажженных на ночь бра.
   - После Вас, леди, - наконец произнес Верс, усмехаясь и открывая передо мной дверь в зал.
   - Надеюсь, эти слова будут последними, что я сегодня от тебя услышу, - ответила я, и проскользнула в зал. Едва переступив порог, я ощутила привычное для этой комнаты чувство опустошенности. Стараясь не смотреть на Туманную Занавесь, я прикорнула на край одного из стульев, стоявших по обе стороны от клубящейся субстанции. Напарник по ночному дежурству прошел вслед за мной расслабленной походкой, и расположившись на стуле напротив, сложил руки на груди.
   Наступила тишина. Я вздрогнула, когда Занавесь начала тихо шипеть и пощелкивать. Сглотнув, бросила взгляд исподлобья на Верса - тот был абсолютно спокоен, как по внешнему виду, так и по внутренним вибрациям.
   - Как ты можешь оставаться спокойным рядом с ней? - не выдержала я. Он вздернул одну бровь и промолчал. Я поерзала на неудобном деревянном сидении, пытаясь отвлечься воспоминаниями о чем-нибудь приятном. Но это оказалось не просто сделать. Занавесь издавала трещащие и причмокивающие звуки, так, что вскоре волосы на моем теле встали дыбом.
   - До чего она противна, - прошептала я, бросив взгляд в сторону Туманной извивающейся Занавеси.
   Молодой человек, чьи серые глаза в отблесках приглушенного света казались серебристыми, лишь усмехнулся. Я раздраженно фыркнула, понимая, чего он от меня ждет.
   - Ладно, хорошо! Поговори со мной, я готова на всё, лишь бы не слышать эти мерзкие звуки!
   Верс откинул темноволосую голову и его негромкий смех разнесся по полупустому залу. Занавесь вторила извращенным подобием хихиканья.
   - Так уж и на всё? - раздался наконец голос Верса, и поймав его изучающий взгляд, я невольно покраснела.
   - Ты понял, что я имела в виду.
   - Нет, отчего же. Объясни. - он упивался моим смущением.
   - Не собираюсь я ничего объяснять, - взвилась я, и отвернулась к входной двери, глядя на висевшие над ней часы. Они показывали десять минут первого. - Еще почти шесть часов впереди! Почему ставят дежурить именно нас, после всего, что произошло...
   - Я предполагаю, ты хотела скрасить эти часы светской беседой? - тон, с которым Верс перебил меня, был холоден. На этот раз промолчала я, не удостоив его и взглядом. Однако, он продолжал: - Чтож, беседу не обещаю, но отвлечение могу устроить. Встань!
   Я рывком вскочила на ноги. Сердце глухо билось в груди, ноги стали ватными, а сознание оставалось ясным только в той мере, чтобы слышать и видеть. Я сделала над собой усилие и пошевелила вмиг пересохшими губами.
   - Верс, прекрати...
   Он лениво разглядывал моё лицо, а эмоции, исходящие от него, холодили. Магнитис, он был необычайно силен и мог, в допустимых мерах, управлять поступками людей. Испытав на практических занятиях его дар на себе, я невольно обрадовалась тому, что он оставался на стороне добра.
   - За свои слова следует отвечать, - сказал он. - К тому же, ты права, стоит отвлечься - я не выдержу шесть часов твоего нытья. Подойди ко мне.
   Мои ноги послушно сделали порядка десяти шагов, и замерли у его стула. Я прожгла Верса убийственным взглядом.
   - Для чего нужен твой дар, эмпат? Ты ведь даже не можешь себя защитить, - его губы застыли в некоем подобии улыбки, и я с трудом, но смогла повернуть голову, уставившись взглядом в пол. - Нет, смотри на меня.
   Мой взгляд схлестнулся с его взглядом, и я ощутила, что начинаю злиться не на шутку. Да как он смеет управлять мною как куклой?! Стул под Версом задрожал, но его это лишь рассмешило.
   - Это всё, на что ты способна? Ближе, эмпат, еще ближе.
   Я дернулась, наклонившись так близко к лицу Верса, что смогла увидеть темные крапинки в серых глазах. Пушистые ресницы были единственным мягким штрихом на суровом лице.
   Выражение глаз Верса вдруг изменилось.
   - А теперь отвлечемся. Поцелуй меня, эмпат.
   Прежде, чем сознание заволокла красная дымка ярости, я ощутила, как мои губы коснулись губ Верса. В ту же секунду его вместе со стулом отбросило в сторону. Ударившись спиной о стену, он мгновенно сгруппировался и развернулся корпусом ко мне. Я стояла на том же месте, тяжело дыша. Он в секунду оценил мой напряженный вид, и неожиданно захлопал.
   - Браво! Ты наконец-то показала, что способна не только ныть, но и сражаться.
   Я не успела ему ничего ответить. Дверь в залу распахнулась, и на пороге возникла невысокая женская фигура.
   Сделав несколько шагов назад, я отвернулась от вошедшей. Дежурства устанавливались не для того, чтобы провожать уходящих. Мы принимали приходящих одаренных. Я не могла смотреть, как люди по собственной воле переходили на другую сторону, вступая в Туманную Занавесь.
   Вибрации, исходящие от вошедшей, заставили меня рывком обернуться. Она не ожидала меня здесь увидеть.
   Моя младшая сестренка, одетая в тонкую ночную рубашку, босиком стояла перед Туманной Занавесью и в ужасе смотрела на меня. Я чувствовала, как одни эмоции в её душе сменяются другими, но одно оставалось неизменным - решимость перейти.
   - Элли... - Верс в два прыжка оказался за спиной, его рука легла мне на плечо. Я отшатнулась, и бросилась бы к сестре, если бы не его железная хватка, словно пригвоздившая меня к полу.
   Он не использовал магию, но тем не менее, я не могла сдвинуться. Возможно, виной этому была вспыхнувшая в мозгу памятка, которую вбивали в наши головы с первого курса обучения - нельзя вставать на пути переходящего. Магические законы были просты и прозрачны, и пытаться их изменить значило обрекать себя на смерть.
   - Виктория, - мой голос дрожал, в груди бушевал ураган эмоций - моих и не только. Сил выставить стену между разумом и чувствами не оставалось, и за неимением другой поддержки я облокотилась на стоявшего позади Верса. - Милая, не совершай эту ошибку.
   Она мотнула головой, длинные волосы рассыпались по неприкрытым ночнушкой белоснежным плечам.
   - Прости... - донеслось до меня.
   - Виктория, иди обратно в постель. Завтра мы обо всем поговорим...пожалуйста!
   - Элли, - предупреждающе зарычал Верс, ощутивший, как напряглось мое тело.
   - Отпусти меня! - заорала я, и в этот момент Виктория бросилась к Туманной Занавеси. - НЕТ!!
   Мгновение - и её фигурка исчезла, поглощенная густым туманом. Я заорала дурным голосом. С потолка посыпалась штукатурка, несколько бра грохнулись оземь, разбившись.
   - ТЫ НЕ ПОЙДЕШЬ ЗА НЕЙ! - голос Верса прозвучал ревом в моих ушах, но на этот раз желание вырваться из магических тисков было сильнее его дара. Я рванулась к клубящейся серой субстанции, Верс с той же силой потянул меня назад. Извернувшись на месте, я схватила его за руки, стараясь ослабить хватку, и споткнувшись, полетела в Туманную Занавесь, увлекая Верса за собой.
  
  
   Я перекувырнулась через голову и заскользила на спине по темной плитке. Зрение сфокусировалось моментально - еще в процессе падения я различила темно-позолоченные своды стены, уходящие высоко вверх и теряющиеся для взгляда. Меня окружала вычурная роскошь, и в тот момент, когда я прекратила скользить по плитке, мои глаза уже уловили странный, притягивающий взгляд, блеск десятков зеркал, висящих на стенах.
   Верса не было видно. Я смутно помнила, что его отбросило в сторону при прохождении Занавеси. Но едва успела подняться, как услышала саркастический, усиливающийся эхом Переходного Коридора, смех.
   - Я недооценил тебя, - Верс появился передо мной. Его волосы были растрепаны, а глаза...не сулили ничего хорошего. Я подобралась, готовая отразить любые нападки, однако, их не последовало. Его вибрации расходились с внешним видом.
   Я прикрыла глаза, понимая, что история повторяется. Да, я не хотела такого исхода событий, но важен был результат. Верс оказался здесь по моей вине, и ему грозила смертельная опасность - также, как и мне.
   - Верс, прости меня... - начала было я, и замолкла, не зная, что сказать. Что сожалела? Только о том, что он здесь. Решение найти сестренку было таким же твердым и окончательным.
   Верс ничего не ответил. Провел ладонью по взъерошенным волосам, и стал внимательно вглядываться оглядываться по сторонам. Понимая, что извинениями ничего уже не исправишь, я приступила к исследованию Переходного коридора.
   - Её здесь нет, - непонимающе произнесла я, когда осмотрела каждый угол этого странного места. Всякий раз, когда взгляд падал на любое из висящих зеркал, мои инстинкты начинали вопить об опасности. Хотя, это было излишним - я итак понимала, что вариантов выжить ничтожно мало, с Викторией или без. История не знала возвращений из Переходного Коридора назад, на ту сторону, откуда пришел одаренный. И потому выбор был небогат - пройти испытания Переходного коридора и оказаться на Темной стороне, или же умереть .
   - Если ты потеряла надежду, то уже мертва, - произнес Верс, вероятно, наблюдавший за выражением моего лица. Я пожала плечами, и вопросительно посмотрела на него. - Я знаю ровно столько, сколько и ты. И тоже не вижу Викторию. И еще кое-что...
   Он подошел к одному из зеркал и протянув руку, провел кончиками пальцев по его поверхности. Она засияла и пошла мелкой рябью, искажая отражение.
   - Это не просто зеркала. Думаю, за ними порталы. Другого выхода из Коридора нет.
   - Ты предлагаешь идти туда? - я недоверчиво покосилась на уже успокоившуюся зеркальную поверхность.
   - У тебя есть другой вариант? - Верс сложил руки на груди.
   - Нет. Но как выбрать одно из них? - я пробежалась взглядом по ряду зеркал. Они различались размером, обрамлением, узорами, вычурностью, простотой...
   - Понятия не имею, - донесся до меня раздраженный ответ. - Прислушайся к дару, возможно, он тебе поможет.
   Я вняла его совету, и медленно обошла каждое из зеркал. Вибрации улавливались,
   но настолько тихие, что они мне ни о чем не говорили.
   Одно из зеркал выделялось среди других. Его деревянное обрамление, некогда цвета слоновой кости, потемнело и было испещрено мелкими трещинами. Я невольно протянула
   руку и погладила одну из трещинок. Зеркало ответило теплом и напомнило о маме.
   - Я не могу быть уверена на сто процентов...но, кажется, нам сюда, - сказала я, завороженно
   глядя на то, как мое отражение плавно идет волнами. Не услышав ответа от Верса, я обернулась и увидела, как он замер в нескольких шагах от меня, глядя в зеркало овальной формы, обрамленное бронзовой рамой. - Верс?
   Он с трудом отвел взгляд и посмотрел на меня. Серые глаза казались почти черными из-за сильно увеличившихся зрачков.
   - Родители...
   - Что? - непонимающе переспросила я, разглядывая лицо Верса. Никогда раньше я не видела его таким - невероятно взволнованным.
   Верс нахмурился, встряхнул головой.
   - На долю секунды я увидел родителей в отражении. Я ощущаю их присутствие там, - Верс качнул головой в сторону зеркала, в которое до этого смотрелся.
   Я переводила взгляд с одного зеркала на другое. Я не улавливала ничего связанного с родителями Верса, но чувствовала его вибрации и боль. Впервые, я ощутила, как он страдал без них.
   - Верс, я тоже чувствую присутствие матери. И сейчас более чем уверена, что Виктория прошла через портал в зеркале за моей спиной. Потому я пойду за ней, но ты... - я замолкла, потом перевела дыхание и искренне продолжила: - Ты не обязан идти со мной.
   - И что же ты предлагаешь? Пойти за призраками, чтобы потешить сердце? - он усмехнулся, и решительно покачал головой. - Они умерли, и чтобы там, за зеркалом, меня не ждало, оно не принесет счастья. А я не из тех, кто упивается горем и иллюзиями, Элли.
   Он быстрым шагом преодолел разделяющее нас расстояние. Его теплая ладонь обхватила мою руку, и слегка сжала.
   - Вместе. - коротко сказал он. Мы одновременно глубоко вдохнули, и шагнули в зеркальную поверхность.
  
   Мое тело распалось на мелкие частицы. Секунда - и всё пришло в норму. Я глубоко вдохнула и ощутила, что Верс всё еще держит меня за руку.
   Зрение вернулось, и я увидела пурпурные, переливающиеся на свету, обои, мягкий ковер под ногами, широкий письменный стол из темного дерева. За столом, свободно откинувшись в кресле, сидела молодая девушка лет двадцати. Руками она приглаживала темные блестящие волосы, слегка накручивая их на пальцы, усеянные множеством колец. Приглядевшись, я поняла, что это не кольца, а татуировки - черные, обвивающие фалангу каждого пальца.
   Девушка молчала. Я ощущала, как воздух наэлектризован исходящей от нее энергией. Сомнений не оставалось - она являлась Темной одаренной.
   Края губ незнакомки дрогнули. Она усмехнулась, и подняла на меня светло-зеленые глаза.
   Кровь прилила к моим щекам, и я едва сдержалась, чтобы не ущипнуть себя за руку.
   - Виктория? - неуверенно спросила я.
   - Добро пожаловать, Элли, на Темную сторону, - грудной голос девушки заполнил тишину комнаты. Я встряхнула головой, не желая признавать в ней мою сестру.
   - А кого ты собиралась здесь увидеть? - Девушка встала с кресла, и обогнув край стола, подошла ко мне. Темные волосы доставали до самого пола, образуя шелковистый шлейф за её платьем. Высокая, стройная. Опасная. Всё в ней кричало о силе, и я терялась в собственных мыслях, пытаясь узнать в этой незнакомке младшую сестру. - Дай угадаю. Возможно, ты предполагала встретить здесь отца? Оскар появится с минуты на минуту. Я не хочу обманывать твоих ожиданий.
   Имя отца резануло слух. Я поморщилась, и только сейчас поняла, что Верс всё еще не произнес ни слова. Повернув голову в его сторону, я вскрикнула.
   - Верс! Что с тобой?!
   Он казался не живым. Замеревший взгляд, застывшее тело и совсем уже не теплая рука. Я отпустила его ладонь, и она осталась в том же положении, словно продолжая держать меня за руку.
   Проведя пальцами по его холодному лицу, я превозмогла дрожь и обернулась к наблюдавшей за моими движениями сестре.
   -Что с ним?!
   Виктория легко повела плечами, презрительная улыбка сменила спокойное выражение её лица.
   - Никогда не любила Верса. Что ты в нем нашла? - она подошла к нему поближе, заглянула в остекленевшие глаза. - Право, я не понимаю, Элли. Как ты могла выйти за него замуж? Он слишком упрям в желании отстоять свои принципы. К чему его это приведет? Умение адаптироваться к окружающей среде и распознавать сильнейших, чтобы к ним присоединиться - вот, что отличает настоящего великого одаренного.
   Её эмоции были подобны выжигающему яду. Я закашлялась, поспешно устанавливая стену между чувствами и разумом, и только после этого позволила себе отреагировать на её слова.
   - Мы не женаты. И я не верю твоим словам - моя младшая сестренка само олицетворение чистоты и света, не могла стать Темной. Ты не она. Это иллюзия Переходного коридора.
   Виктория сузила глаза и засмеялась.
   - Ты так наивна в нежелании видеть правду! Это будущее. Твое и этой застывшей статуи, которая станет твоим мужем. Ненадолго.
   Я невольно сжала руки в кулаки.
   - Я не позволю тебе причинить ему вред. И не собираюсь заставлять его переходить на Темную сторону - потому что сама останусь верна Свету.
   - Глупышка, ты не настолько сильна, чтобы остановить меня, - лениво произнесла Виктория. Поймав мой непонимающий взгляд, она слегка наклонилась и приподняла подол темно-бордового платья, обнажив колено. Мой взгляд выхватил маленькую темную точку на нем. Родинка? Но её там никогда не было.
   Когда Виктория повернула колено к свету, я смогла различить татуировку - а это была именно она. Знак Семилистника.
   Не может быть, - выдохнула я, покачав головой. - Не может быть! У тебя был один
   сформировавшийся дар - смотреть сквозь стены! И сейчас ты хочешь убедить меня в том, что на самом деле ты - Семилистник? Я не верю тебе!
   Она словно этого и ждала. Резко выпустив из руки подол платья, она щелкнула пальцами, и меня отбросило назад. Упала я на диван, извернувшись в полете и приземлившись на четвереньки. Тут же вскочив на ноги, я зашаталась от осознания произошедшего.
   Как? - выдохнула я, смотря на девушку, которая была моей сестрой и одновременно не могла ею быть.
   - Не с самого рождения. Остальные дары проявляются позже. Именно тогда на мне появилась эта темная отметина - самой судьбой мне было предначертано стать Темной, понимаешь? - Виктория коротко хохотнула, и вытянула вперед руку с татуированными пальцами. - Это более поздние знаки. Они появились, когда я полностью научилась управлять всеми семью дарами.
   Боковым зрением я заметила движение справа от меня. В дверях кабинета возникла фигура мужчины, которую, несмотря на прошедшие десять лет, невозможно было не узнать. Карие глаза, некогда теплые и лучистые, сейчас казались холоднее льда, и я поспешно отвела взгляд.
   - Оскар, - напряженно проговорила я, не желая называть его отцом.
   - Мои любимые девочки, наконец-то мы вместе - как я и предсказывал, - он подошел к сестре, обойдя застывшую фигуру Верса, и одной рукой обняв Викторию за плечи, вторую протянул мне. Не тут то было.
   - Виктория, он убил маму. Пусть и не собственноручно, но все же - он причина её смерти, - четко выговаривая каждое слово, сказала я.
   - Элли.
   Голос, произнесший мое имя, принадлежал человеку, который не должен был находиться здесь. Да и вообще этого человека не должно было "быть" - она умерла еще десять лет назад!
   Я в ужасе смотрела на маму, стоявшую в нескольких метрах от меня. Такой я её и помнила - стройная и невысокая, с короткими кудрявыми волосами цвета меди. Зеленые глаза, не тронутые ни одной морщинкой, смотрели со странным выражением, которому я не находила объяснения.
   - И ты будешь утверждать до сих пор, что это не иллюзия?! - взорвалась я, взмахом руки указывая на маму и до боли не желая на нее смотреть. - Она умерла!
   Виктория склонила голову набок, с любопытством наблюдая за моей реакцией. Она развлекалась.
   - Обними её, мам. Она в тебя не верит, - вдруг улыбнувшись, обратилась Виктория к матери. Та ответила ей улыбкой, и прежде, чем я успела хоть что-нибудь сказать, обхватила меня руками и прижала к себе.
   Я слышала стук её сердца, ощущала тепло тела. Невольно подавшись вперед, я уткнулась носом в волосы, вдыхая столь знакомый аромат её духов. Забылась боль, стерлось из памяти прошлое, словно его и не было. Я вдруг начала задаваться вопросом - а имело ли значение, на какой ты стороне, если рядом с тобой близкие люди? Живые, родные...
   Взгляд из под полуоткрытых глаз выхватил фигуру Верса. Внутри меня зазвенела вернувшаяся боль, и я с трудом, но высвободилась из объятий мамы. Посмотрела ей в глаза. Её взгляд был пустым. Абсолютно.
   - Мама? - ласково произнесла я, пытаясь поймать хоть одну из её эмоций. Она улыбнулась мне в ответ, но я не ощутила от нее ни одной вибрации. Ни радости, ни боли, ни волнения. Мертвая пустота.
   Я медленно развернулась к Виктории.
   - Объясни мне - что с ней.
   Сестра легкой походкой скользнула к матери, и погладила её по плечу. Та протянула руку, и коснувшись ладонью щеки дочери, села на диван.
   - С ней все замечательно.
   - Она мертва. - твердо произнесла я, избегая пустого взгляда матери. Виктория зло сузила глаза, и прошипела:
   - Была. Но я Семилистник, и обладаю, помимо прочего, даром оживлять мертвых. Ты понимаешь, что это значит? Наша семья всегда будет вместе. Родители больше не покинут нас, Элли, никогда! А теперь скажи мне - разве я могла бы сделать это на Светлой стороне? Нет! Меня бы скорей убили, чем допустили такое. Хотя, им пришлось бы постараться, - Виктория засмеялась, и смех неприятным звуком отозвался во мне. Я на секунду прикрыла глаза, собираясь вновь возвести стену между разумом и чувствами, и внезапно кое-что поняла. Распахнув глаза, я посмотрела на Оскара.
   Пустота. Никаких эмоций.
   Мерзкое чувство ужаса заставило кожу покрыться мурашками. Я сделала несколько шагов назад, пока не уткнулась спиной в стену. Виктория перевела взгляд с отца на меня, и потом холодно кивнула.
   - Да. Он умер за неделю до того, как я шагнула в Туманную Занавесь. То письмо было о его смерти. До этого мы переписывались почти полгода. Он знал, что я Семилистник - его дар предвидения вновь оказался прав.
   Я покачала головой, не понимая, как могла это упустить из виду. Милая и послушная Виктория превратилась в Темного жестокого одаренного, а я этого не заметила!
   - Но твои чувства...- беспомощно прошептала я.
   Виктория нетерпеливо передернула плечами.
   - Их можно блокировать, если знать как. Всё легко, если ты обладаешь силой.
   - Виктория, родители не живы. Они пусты...тени, - сказала я, кидая мрачный взгляд на тихо сидящую на диване маму.
   - Они не испытывают эмоций, и всего то, - фыркнула сестра. - Что такое эмоции? Без них гораздо проще. Никаких ограничений. Никакого связывающего руки сострадания, ни боли. Ты не зависишь ни от кого, а эмоции вырабатывают именно это - зависимость.
   - Эмоции делают нас живыми! И я предпочту смерть такой жизни! - я повысила голос, заставив Викторию посмотреть на меня. - Ты думала, я смиренно останусь на Темной стороне, видя, что она сделала из тебя монстра?
   - Темная сторона подарила мне свободу, помогла раскрыть собственные возможности! - голос Виктории звучал громче с каждым последующим словом. - Она вернула мне родителей, а также наделила бесконечной властью! Мне поклоняются, потому что я - сила. И вскоре я сделаю так, что и Светлые одаренные склонят передо мной головы! Я оживлю Свера и Ламбуса, и они, лишенные всех тех жалких эмоций, что делают человека слабым, подчинятся мне, помогая строить новую Империю.
   - Что с тобой стало... - я неверяще смотрела на Викторию, а та продолжала вдохновенно делиться мрачными планами. Внезапно она замолкла, и уставилась куда-то в пустоту. Несколько секунд прошли в тишине, а затем Виктория взмахнула рукой и в ее ладони сверкнуло лезвие ножа.
   - Слишком много разговоров, - сказала она, и развернув нож лезвием к себе, протянула его мне. - Наступило время решать. Пролей кровь, и она скрепит твое решение. Если ты хочешь остаться со мной и править миром - убей Верса. Ну, а решишь вернуться на Светлую сторону - убей отца. Третьего не дано.
   Наши взгляды пересеклись. На одно мгновение я смогла поймать её эмоции - как бы она не магически не старалась заглушить их голос, они всё равно были сильны. И это дало мне надежду. Во рту пересохло, и когда моя ладонь сомкнулась на рукоятке ножа, Виктория исчезла.
   Я моргнула, и осмотрела комнату, ожидая, что она появится. Но этого не случилось. Отец молча стоял у стола, мама сидела на диване, уставившись в пол. Верс все также высился посередине комнаты статуей. Я подошла к нему, и провела рукой по бледному лицу.
   - Ты был прав - любое горе имеет допустимую меру. Как жаль, что я не смогла это объяснить сестре.
   Нож холодил руку. Необходимость выбора повисла в воздухе предельно ясной угрозой, но я не волновалась, интуитивно придя к единственно верному решению. Я посмотрела на отца, его взгляд скользнул от оружия в руке до моего лица. Безразличный взгляд. Почувствует ли он боль, когда я всажу нож в его сердце?
   Я сократила расстояние между нами. Прижала ладонь к его лицу, затем поднялась на цыпочки и поцеловала в щеку. Он улыбнулся - бессмысленной, ничего не значащей улыбкой.
   Рука медленно поднялась, и прежде чем нож достиг цели, я успела прошептать:
   - Я простила тебя, папа. Я больше не хочу упиваться горем.
   В следующую секунду нож пронзил мое сердце.
  
  
   Вспышка боли - и я лежу на полу, глядя широко раскрытыми глазами на стену с висящими на ней бра. Их ровный свет освещает собой зал, который мне знаком. Я на Светлой стороне.
   За спиной раздается еле слышное шипение. Я поворачиваю голову и вижу Туманную Занавесь. Лежащие на полу стулья, осколки разбитых бра. И две человеческие фигуры, распростертые на полу у самой Занавеси.
   Я вскакиваю на ноги, краем сознания отмечая, что не ранена. Бросившись вперед, подхватываю одной рукой голову моей четырнадцатилетней сестренки, а другой рукой тормошу Верса за плечо. Они без сознания. Наконец, веки Верса вздрагивают, и он открывает глаза, непонимающе смотря на меня. Я радостно улыбаюсь. Ему предстоит многое объяснить.
   Виктория тоже приходит в себя. Я целую её, смеясь от счастья. И замираю, увидев обнаженное колено сестренки в задернувшейся ночной рубашке.
   Маленькое пятно, так похожее на родинку. Знак темного Семилистника.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Малюдка "Конфигурация некромантки. Адептка"(Боевое фэнтези) Д.Маш "(не) детские сказки: Принцесса"(Любовное фэнтези) Hisuiiro "Птица счастья завтрашнего дня"(Киберпанк) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров-2. Легион"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Священная война"(Боевое фэнтези) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Д.Деев "Я – другой 5"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"