Попов Сергей Николаевич: другие произведения.

Новое начало

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Главный герой, потеряв работу в связи с сокращением на производстве, соглашается на предложение знакомого, поработать землекопами на кладбище... Ну по крайней мере до тех пор пока не найдет чего-то более стоящего... Вот только к сожалению это подработка окажется, для главного героя последней.

  
  
  Новое нчало.rtf
  НОВОЕ НАЧАЛО.
  
  Лучшему другу.
  
  
  
  Часть первая.
  
  
  
  -Вы можете зайти!
  
  -А? Что? -Я поднял голову и посмотрел на секретаршу.
  
  -Проходите. -Сергей Викторович готов вас принять.
  
  -А,да спасибо. -Я отложил старый потрепанный журнал, который листал уже битых 30 минут дабы отвлечься, от совсем невеселых мыслей, так нещадно терзавших мой мозг. А мысли были совсем не жизнерадостные, т.к. Сергей Викторович готовый меня принять, был непосредственно моим начальником, собиравшимся меня уволить. При чем за что именно я все еще не мог понять так как, работу свою на протяжении всех пяти лет что я трудился на ″ООО МедТрастФонд ″ я выполнял (по крайней мере по моему скромному мнению, а свое мнение я считаю поавторитетней всяких там Викторовичей) безукаризненно.
  В ″ООО МедТрастФонд″, я попал практически сразу после школы. Оттарабанив кое как одиннадцать классов средней школы, передо мной встал выбор, идти учиться дальше или двинуть работать грузчиком к старшему брату на склад, где он подрабатывал совмещая работу с учебой на заочном отделении ЖурФака.
  Только вот брат мой окончив институт, - в отличии от меня, решившего, что учебы с меня достаточно, - бросил это неблагодарное занятие. Уйдя работать по профессии и добившись немалых успехов на поприще журналистики, заработав тем самым уважение как всех наших немногочисленных родственников, так и своих коллег, начальства (то есть руководителей одного из центральных телевизионных каналов Петербурга) и самое главное родителей. Для них он был радостью и отрадой, гордостью семьи, ну а я, был именно тем, на ком природа как говорится отдыхает.
  Андрюха (или Андрей Андреевич как называли его родители ставя мне в пример), к своим 27 годам уже перебрался со своей красавицей женой (и по совместительству дочерью одного из продюсеров канала) в купленную - не без помощи родственников со стороны жены - двушку на петроградке, с отличным видом, раздельным санузлом и даже консьержкой восседающей на первом этаже. А я так и жил с родителями в их квартире, деля комнату с младшим - пользующимся вседозволенностью, вечно недовольным моим соседством - братом. Любимым занятием которого было курение травы и жалобы родителям обо всем на свете что касалось меня. Независимо от того, правда это или нет. Те же, на каждую его жалобу реагировали оперативно:
  -Олег! Почему нам Володенька снова на тебя жалуется? Почему ты опять вчера приперся пьяный и мешал ему спать? Почему днем смотрел телевизор и не давал отдохнуть? Почему заходя комнату включил свет? Почему убрал диски так что ему пришлось искать? А пароль на ноутбуке почему установил? Разве ты один здесь живешь? Мы и так смирились что в свои 23 года, ты до сих пор живешь с нами - при этом, пока тебе не напомнишь, даже не считаешь нужным вносить свою часть квартплаты - А РАЗ ТАК, БУДЬ И ТЫ ДОБР, НЕ МЕШАТЬ ДРУГИМ.
  На мои же жалкие попытки как-то все это оспорить, - приводя такого рода доводы, как например то что диски, которые я убрал, принадлежат мне, (в принципе, как и ноутбук), и куплены на мои деньги, а у Володеньки есть собственный компьютер, вами ему купленный, - разбивались в пух и прах, железной, и только им одним ведомой логикой; гласящей, что раз живу я с ними в одной квартире, значит и ничего "моего", в ней быть не может, - только общее!
  -Мы же тебя с купленной нами кровати не сгоняем! И остальные вещи по углам не прячем. А тебя если все равно дома нет, - чего жадничать?
  Ну, а что в этой квартире моего и купленного не на мои деньги было - кровать, полка да столетний ночник, особо не учитывалось, как в прочем и то что Володе мой ноут был нужен только для того, чтобы укурившись, не напрягаться сидя за компьютером, а спокойненько лежать на диване и тупеть за просмотром Губки Боба. Или под что там залипают наркоманы.
  Кстати и тот мой довод, что их младшенький уже который год забив на институт, тратил выдаваемые ему деньги на ″неделю″ и оплату учебы - на шмаль и жратву, и именно поэтому в любой мой будний выходной находился дома, и высказывал свое недовольство по поводу громкости телевизора, был отметен моими родителями напрочь, и на очень грубых, оглушительных и даже время от времени переходящими на визг со стороны матери тонах, мне было объяснено, что мое положение проживания в этом доме очень шатко, и ″просрав″ как соизволил выразиться отец свою жизнь, я и посметь не должен очернять тех, кому удается в жизни хоть что-то, кроме постоянного разочарования родителей.
  -Не все Олег, такие как-ты, пора бы уже это уяснить. А выехать за счет попыток оклеветать другого, как минимум низко. Хоть и в твоем репертуаре, резюмировал мой папаня. Мать же в очередной раз переходя на визг довела до моего сведения, что еще одна моя попытка очернить Вовчика, окажется для меня плачевной и скорее всего приведет меня к поискам нового жилья.
  
  
  Так что проигрывая все эти неутешительные мысли в голове, то обстоятельство что я могу потерять эту какую - никакую, а работу, приносящую хоть не большие, но деньги, - радости не доставляло совсем. Скорее наоборот, я готов был расплакаться, представив перспективу поиска новой работы с образованием в одиннадцать классов средней школы и постоянно преследующей возможностью пополнить ряды нашей доблестной армии.
  С этими невеселыми мыслями я постучал в дверь кабинета и услышав сухое:
  -Да, да!
  Вошел.
  Зайдя в кабинет, я очутился перед большущим Т-образным столом, во главе которого важно восседал мой руководитель. Уже практически лысый, с тронутыми сединой остатками волос, всегда дорогущем костюме (именно с ним, встретившись впервые, я увидел чем отличаются костюмы купленные в обычном магазине от сшитых на заказ и подобранных как надо пиджаков, рубашек, брюк и т. д.) и непременно таких-же дорогущих часов на запястье. Ему было уже под шестьдесят, но он был здоровенным, и рельефным, не смотря ни на возраст не на то что курил по пачке в день и редко отказывался от стопки другой. Последнее я воочию мог лицезреть на тех очень редких корпаративах, куда приглашали таких смертных как я.
  А добился он таких результатов, не пропуская и с солдатской дисциплиной, каждое утро перед работой посещая, так заботливо оплаченный Финнами спортзал. Купившими год назад у уже основательно спившегося и испугавшегося всех содеянных им, - для расширения и удержания на плаву, основанной им еще в далекие девяностые компании занимающейся покупкой и распространением формацевтики, - грехов. Расплата за которые его непременно ждет на том свете. Куда как он уже сам понимал, в ближайшие 5-6 лет ему, а именно Говорову Виктору Палычу 62 лет, придется отправится. Так что он, скупив все акции за бесценок у работников Открытого Акционерного Общества, не долго раздумывая спихнул их Финнам, а сам отправился на вырученные деньги застраивать деревни да окраины церквями. В надежде откупиться от так страшившей его гиены огненной.)
  Финны, как раз искавшие компанию с уже налаженной клиентской базой и полным штатом сотрудников, поставляющее формацевтическую продукцию на рынки нашей страны, с радостью отдав какие-то - я уверен жалкие для них - пять миллионов евро, встали во главе, с намерением в будущем переназвать компанию своим уже зарекомендовавшим во многих странах именем BioHealth comp. , ввести свои отлично показавшие себя в остальных филиалах правила, расшириться и грести огромные бабки в бескрайней России.
  Так что отслюнявив бывшему хозяину, а ныне практически опустившемуся пропойце его пятерку и под его радостные крики о скорейшем исцелении, за счет этих средств, души, взяли управление будущей BioHealth comp. В свои руки. Первым же делом уволив за счет сокращения всех людей пенсионного и близкого к нему возраста и взвалив их работу на плечи оставшихся более молодых сотрудников, предложив недовольным сим фактом оставшихся работяг написать заявление по собственному и искать себе иное место труда. Таких оказалось немного. С насиженного места уходить и искать с даже каким-бы то ни было образованием, на вечном пустом рынке занятости, новое место, дело мало приятное.
  Руководящий же штаб, за исключением стариков, был оставлен на своих местах, только расширился в двое за счет более-менее русскоговорящих Финнов, которые не делали ровным счетом ничего, кроме как диктовали исполняющим их же обязанности русским, как, по их мнению нужно выполнять ту или иную задачу.
  Ну и конечно начальник, оставленный, не смотря на возраст (отправленный для поддержания силы духа и здоровья в спортзал), т. к. единственный кто четко знал все нюансы работы фирмы и отечественного рынка.
  
  -Заходите Олег Андреевич, присаживайтесь.
  Я сел в огромных размеров и ужасно неудобное кожаное кресло, прямо напротив него, за другим концом стола.
  -Ну, как поживаете, как работа? -Он посмотрел мне прямо в глаза и поправил часы на запястье.
  -Все хорошо, работаю, вот с последним привозом почти закончил, осталось только по залу распределить. - Я отвел от него глаза и уставился на свои слегка поигрывающие руки сложенные на коленях, чувствуя явно не сулящий ничего хорошего разговор.
  -Олег, я думаю вы слышали о изменениях происходящих в нашей компании?
  -Да, конечно, все об этом знают.
  -Ну что ж замечательно, это значительно упрощает нашу беседу. - Его глаза просто буравили меня, я чувствовал это даже не поднимая головы. -Дело в том. Что со сменой руководства, во многих отраслях нашего производства произошли изменения и как мне не жаль, это коснулось и наших складов в том числе.
  Ну вот, началось! Я почувствовал, как моя голова начала наливаться кровью, а лицо багроветь. Результат этого разговора был очевиден, так что моим единственным желанием стало поскорей со всем этим покончить и отправиться в находящийся неподалеку ПАБ где мы с таким же как и я раздолбаем напарником частенько после работы спускали значительную часть зарплаты, и забыть хорошеньк4о поднабравшись обо всем этом. И о том что в связи со всем этим меня ждет.
  -Дело в том. Что новое руководство. Сочло лучшим для будущего BioHealth company будет отказ от живой рабочей силы и переход на использование погрузчиков и автоматических распределителей наименований товаров. У вас же насколько мне известно, нет опыта работы не с погрузчиком, не компьютером? - Он не отводил от меня взгляда.
  -Нет. - Сухо произнес я и поднял на него глаза. Решив что теперь мне
  бояться нечего и устремив взгляд на него. Но через секунду почему-то опять опустил глаза.
  -Очень жаль. - Он кашлянул и открыл ящик стола, выудив из него какую-то бумажку.
  -Вот, это акт о расторжении с вами договора. Он положил его перед собой и пододвинул в мою сторону. - Ознакомтесь и распишитесь. В кабинете повисла тишина. Я не сразу сообразил почему он замолчал и чего ожидает.
  А! Ну ясно, не понесет же его величество эту промокашку ко мне сам! Я должен еще и сам к нему подползти, чтобы подписать свой собственный приговор. Я молча поднялся, встал из-за стола, подошел к нему и потянулся за бумагой. Он взял ее левой рукой и протянул мне улыбаясь:
  -Олег, не падайте духом, все не так уж плохо! Рассматривайте это как новое начало.
  Я взял из его рук приказ об увольнении и сел на кресло рядом с его частью стола.
  -Ручка! -Он залез в потайной карман пиджака, выудил оттуда перьевую ручку и с гнусной ухмылкой протянул ее мне. -Только аккуратнее, это подарок. Он пододвинул ко мне рядом стоящую с ним чернильницу.
  Да, что тут скажешь, денег тонны. А пишет бля пером и чернилами! Вот тебе и ирония. Правильно говорят, у богатых свои причуды.
  -Аккуратней, только не напачкайте!
  Я мокнул перо в банку, отряхнул в нее лишние капли и аккуратно вывел рядом с галочкой свою подпись.
  -Ну вот и отлично! -Он сграбастал бумагу, и, словно боясь что я передумаю, аккуратно положил ее обратно в полку. За тем ничего не говоря взял у меня из рук ручку, вытер перо о платок и одев колпачок засунул обратно в карман. -Ну что ж, Олежа, как не жаль это говорить, я вынужден с вами попрощаться. -Он протянул мне свою огромную сухую лапищу.
  Я вытер взмокшую от волнения ладонь о штаны и вложил в его ручищу. Он еле ее сжал и снова расплывшись в ехидной гримасе пожелал мне всего наилучшего, в моих будущих начинаниях. Я ничего не говоря встал из-за стола поплелся к выходу.
  Когда я уже открывал дверь. Он меня окликнул:
  -Да, и не забудьте получить расчет в бухгалтерии.
  Расчет? -Я в недоумении уставился на него.
  -Ну конечно. По закону при увольнении вам полагается два месячных оклада, а мы с уважением относимся к закону и соблюдаем правила. -Всех благ! -Он достал дорогущий телефон и уткнулся в него потеряв ко мне всякий интерес.
  Хм, расчет, подумал я и молча выйдя в приемную направился в сторону выхода.
  До свидания! Хорошего дня! -Бросила мне секретарша. Я пропустил ее слова мимо ушей и не удостоив взглядом спустился по лестнице на первый этаж, - отправился в бухгалтерию. Она находилась как раз на первом этаже недалеко от выхода. Глупое место для расположения бухгалтерии как по мне, решившись обнести такую, до выхода будет рукой подать. И никаких тебе преград, за исключением камеры у выхода. Но кого она когда останавливала?
  Решил, что там ей самое место, еще основатель этого бизнеса, решив видимо по тем нестабильным временам, что вдруг что, первым делом прятать придется бухгалтерский учет и все что с ним связано, а раз так как можно ближе к выходу ей самое место. А деньги? Что деньги? Окромя зарплаты работяг. Других денег там держать незачем, а зарплата (кстати до сих пор, при всех новшествах в большинстве своем, по старинке выдаваемая в конвертах), кто о ней думает!? Не свое же. Свое у руководства не в конвертах, а в электронном виде.
  Я подошел к окошку, которое было врезано в стену бухгалтерского помещения, и поздоровался с Аленкой (Алиной Генадьевной), работающей уже лет пять в этой конторе женщиной под сорок, очень скучающей без мужского внимания и в связи с этим во время внеочередного совместного возлияния, случившегося в канун нового года, попросившей звать ее никак иначе. Кроме как Аленкой. А то, как она сама мне, одаривая меня парами уже толи восьмого, толи девятого бокала шампанского и копченого лосося (бутербродами с которым, так заботливо приготовила и завалила в качестве закуски всю бухгалтерскую, и куда пригласила всех желающих, изначально скинувших по 1000р Алена Генадьевна. Приняв, как денежный счетовод эту сумму как идеальную для того чтобы каждый пришедший не ушел разочарованным) заявила, когда ее называют по имени отчеству, она чувствует себя старой, а ведь ей еще лет-то всего-ничего (ну по крайней мере, так считала она)! Она еще даже, не нагулялась, перед тем как свяжет свой жизненный путь с каким-нибудь бесчувственным козлом, который в конец испортит ее жизнь.
  Ну, помогать ей насладиться такой прекрасной холостой порой (хотя я, - как впрочем и все остальные - знал, что холостяцкой ее жизнь перестала быть еще лет эдак "дцать" назад, о чем свидетельствовали замеченные многими 14-15 летние два спиногрыза, обоих полов, частенько наведовавшиеся дабы поклянчить денег, к своей мамане на работу. Плюс ко всему ее пьяные и сопровождающие каждые женские посиделки после работы, жалобы на охладевшего уже лет как несколько, а того и больше мужа. Ну и конечно кочующее то в карман, то обратно обручальное кольцо), я решил отказаться, о чем тонко намекнул - убрав с колена возложенную во время разговора, на него руку и удалившись на безопасное расстояние. Вот, так вот я не оправдал очередных возложенных на меня надежд. Но просто Аленой, звать стал, дабы еще сильнее не травмировать страдающую без тепла мужских рук (и судя по всему не только) женщину и девушку в душе.
  Привет Олежка! -Алена оторвалась от компьютера и увидев меня в окошке расплылась в улыбке. Она была довольна хороша собой, с длинными чернющими волнистыми волосами, курносым носиком и веснушчатым лицом. При желании, она могла бы получить все что угодно, от практически любого мужчины, но напор и переполнявшее, рвущееся наружу желание, как и безжалостное время отягощающее годами в купе с как правило наличествующими в этом возрасте детьми, отталкивали всех мужчин оказывающихся в ее окружении, не зависимо от возраста и всего остального. Но относился я к ней, не смотря ни на что хорошо. Так что в ответ, еле скрывая все тяготы жизни, я выдавил улыбку.
  -А ты чего это так рано? До зарплаты ж еще почти с месяц! Или никак на свидание, решился меня пригласить? -Хохотнув и с надеждой в глазах она уставилась на меня.
  -Эээ, на счет свидания, я обязательно подумаю, но пока я не за этим. Мне сказали получить расчет за два месяца.
  -Как так? -Улыбка покинула ее, сменившись сметением.
  -Ну, типо уволили. -Я постарался ободряюще ей улыбнуться, но все что удалось из себя выдавить, лишь жалкое подобие улыбки.
  -Да ты что? Как так? -Ты ж молодой еще! -Она недовольно вздохнула. -Мда уж, чувствую если уж и молодых погнали, недолго и мне тут рассиживаться.
  -Да нет, не то чтобы молодых, просто по их мнению рабочая сила не так эффективна как техника и новые технологии. Ну, а так как я не с тем не с другим не в ладах, в моих услугах они больше не нуждаются.
  -Ну еще бы! Конечно, компьютерам то платить не надо! Нанял одного умельца, он тебе и с погрузчиком управится и кнопки какие надо, где надо нажмет. Ох, скоты они все бездушные, что еще сказать, одни деньги да прибыль на уме! А как на что людям жить, на это им плевать! -Сквозь зубы проворчала она, глядя куда-то в сторону окна. -Мне очень жаль Олежка. -Грустно прошептала она, и высунув из окошка наманекюренные пальчики погладила меня ими по руке. -Сейчас гляну, по базе что там да как, а ты зайди пока, чаю хоть на прощание со мной попей.
  -Нет Ален не могу, собеседование у меня через 30 минут. -Соврал я. -Боюсь опоздать.
  Да? Ох какой ты молодец что не отчаиваешься! И чем думаешь заняться? -Она уставилась в компьютер и начала что-то искать.
  -Да вот, в порт думаю податься. -С ходу сочинил я. -Там вроде рабочие руки всегда нужны и платят хорошо. Если конечно и там уже всех на машины не заменили.
  -Отличная идея. -Не отрываясь от монитора произнесла она. -У Светки нашей, которая на телефоне сидит, продукцию в поисках новых клиентов всем впаривает, муж там вроде трудится. Давай. Если у тебя на собеседовании не выгорит, я с ней поговорю, а? -Она, оторвалась от монитора и подняла на меня глаза.
  -Да, конечно, если что я дам знать. -Подмигнув. Я облокотился на на полку для выдачи денег под окошком.
  Ну вот и договорились. -Она кликнула мышкой и распечатав какие-то бумаги, протянула их мне. Вот распишись там везде внизу где галочки стоят.
  Я взял документы и лежащей у окошка ручкой везде расписался.
  -Эти жадные скоты. Засчитали тебе только оклад, без месячных премий, так что там вышли копейки. Но я задним числом что могла там тебе начислила. -Она заговорчески мне улыбнулась. -Так что там примерно в две тебе привычные зарплаты как раз и вышло. Больше не стала, ты уж прости, а то пришлось бы кого-то премии лишать. Я бы с удовольствием, но ты надеюсь понимаешь. -Она виновато отвернулась к монитору и сделала вид что что-то печатает.
  -Конечно! Спасибо тебе огромное! -С чувством произнес я, протягивая ей листки. -Надеюсь из-за меня у тебя не будет проблем?
  -Ой, нет конечно! -Обрадованная моей благодарностью, радостно защебетала она. -Да и пусть только попробуют мне что-то предъявить! Меня тупой машиной не заменить, она им большую часть налогов не спишет. -Явно довольная собой, она достала деньги из сейфа и засунула их в счетную машинку. Удостоверившись в правильности суммы, она она передала мне деньги. -Вот, держи, надеюсь на первое время хватит.
  -Спасибо тебе огромное еще раз Ален! Я буду скучать. -Я убрал деньги в карман и еще раз ей подмигнув направился к выходу.
  -И я буду! -Кинула она мне в след. -Обязательно позвони рассказать о своих делах, а еще лучше заходи в гости.
  -Ок! -Не оборачиваясь бросил я и вышел на морозный воздух.
  Стояла зима. Люди скользя по обледенелым тротуарам спешили по делам, занятые каждый своими проблемами и не обращающие не на что вокруг внимания. Я постоя с минуту, наблюдая за этим человеческим муравейником, вдохнул морозного воздуха, поежившись поднял воротник у своей явно не зимней куртки, застегнул до упора молнию и побрел в сторону ПАБа, в надежде хорошенько напиться, оставив тем самым все свои проблемы на дне пивного бокала.
  
  
  
  
  
  Часть 2.
  Новое начало.
  
  
  Иногда, только потеряв что-то кажущееся
  тебе самым важным на свете, ты
  осознаешь, что без этого,
  твоя жизнь стала лучше и легче.
  Попов С.Н.
  
  
  Я толкнул тяжелую дверь и вошел в прокуренный зал. Изливать душу знакомому бармену, не было никакого желания, так что я сухо поздоровался, заказал кружку Гиннесса и сел в углу у окна. Бар был непривычно пуст, что в принципе не удивительно, для начала дня в середине недели. Люди работают. Для посиделок в баре нужны деньги, а это будь - то хорошо или плохо, как правило подразумевает наличие работы и в такие часы твое непосредственное на ней присутствие.
  Ну что ж, меня больше это не обременяло, как в прочем и единственную окромя меня посетительницу, потягивающую кофе и наслаждающуюся десертом блондинку, видимо сделавшую перерыв, чтобы отдохнуть от такого не простого занятия как трата, явно не самозаработанных денег. Мои мысли прервала официантка, поставившая передо мной бокал.
  -Спасибо. -Я уставился на бокал и стал наблюдать за тем как пена преобразуется в пиво. Обычная для меня процедура, коей я неизменно предаюсь с того самого дня, когда впервые попробовал этот божественный напиток.
  -Приятного отдыха. -Она метнула заученную фразу и отправилась заниматься привычными для этого времени суток делами, а именно, за не имением клиентов, вливанием всякой женской чепухи бармену в уши. Кстати тоже не особо напрягавшемуся и играющем в онлайн покер.
  Я только сделал первый глоток, как кто-то неожиданно, из-за спины чуть приподнял поднесенный к губам бокал и небольшая часть пива пролилась на стол и мне на еще не снятую куртку.
  -Чо сидишь в помещении в верхней одежде?
  Я поставил пиво на стол и взглянул на своего обидчика. На меня глазела лыбящаяся физиономия моего как это не прискорбно осознавать, но уже бывшего напарника по имени Кирилл. Это был рыжий, двадцати шести летний и уже порядком не смотря на возраст облысевший парень, в неизменной черной кепке, под которой тот скрывал значительный - в первую очередь по его личному мнению, - внешний изъян, - с добродушным лицом.
  У нас, - что в свое время нас и сблизило, - были одинаковые взгляды, на использование наших финансов, а именно практически полное их сливание на радость алкогольным магнатам. Единственное наше различие, заключалось в том, что он предпочитал исключительно (по неведанным мне причинам) водку, полностью отвергая любой другой алкоголь. Ну, а я пиво и изредка виски.
  -Не смешно блин. -Еле скрывая радость встречи, проворчал я, снимая куртку и от греха вешая на спинку стула.
  -Да ладно, не кряхти как дед. -Он хлопнул меня по спине и уселся на против.
  -За пиво сам платить будешь, раз такой умный. - Не меняя тона, снова пробурчал я.
  -Да без проблем, я сегодня на лаве. Меня только что рассчитали. В свой же выходной, ты прикинь!? Так что вот я и решил, зайти пропустить стопарь другой, отметить так сказать обретенную свободу. А ты какими судьбами? Ты ж вроде работать сегодня должен.
  -Рассчитали? -Я в недоумении уставился на него.
  -Ага, говорят не тяну я свою должность. Перемены мать их.
  -Мда, дела! А когда успели то?
  -Да вот, только что. Главный к себе вызвал, начал мне пытаться впарить что-то вроде того что это не конец, а начало нового пути, и все в таком духе. Но я отправил его гулять лесом, подписал эту сраную подтирку, залив ее всю этими его долбанными чернилами на память, получил расчет и в результате за какие-то 5-10 минут стал свободным человеком. -Он довольно потянулся, достал сигареты, и перевел взгляд на бармена:
  -Сань, налей водочки пожалуйста! И оливок. Покрупнее!
  -Ща. Бармен нехотя оторвался от игры, толкнул задремавшую видимо от скукоты и отсутствия внимания к ее тирадам, официантку. -Оливок принеси. -И принялся наливать водку.
  -Ну так, а ты то что здесь делаешь? -Киря закурил и снова устремил свой взор на меня.
  -Не поверишь, та же херня. Оказалось, что мои услуги неэффективны и обходятся слишком дорого. Теперь всем будет заправлять техника и новые технологии.
  -Ну как же не поверю, поверю еще как! Я как раз думал, о том, что если меня с моими навыками и стажем погнали, то уж тебя оболтуса малолетнего на кой хрен им держать! Так оно все и оказалось, выпездили раньше моего. -Он громко заржал и подавился дымом.
  -Так тебе и надо собака высокомерная!
  -Ахахах, правда глаза заколола? -Откашливаясь прохрипел он.
  Ой, да срать я хотел на правду. -Отмахнулся я. -Тем более что сейчас это уже не имеет никакого значения.
  Официантка водрузила на стол и выставила между нами заказанную водку, в объеме 300мл (Кирилл всегда начинал с трехсот, а за тем непременно брал еще 200, а на вопрос почему не взять сразу полкило, отвечал:
  -Дурак ты, и ничего в культурном потреблении благородного напитка не понимаешь! ОНА остынет, а это уже не то) запотевшую рюмку и блюдце с оливками.
  -Спасибо! И это... -Быстро протараторил он, пока официантка не смылась. -Налейте мальчику двойной Джемисон. Со льдом.
  -Мальчику? -Она перевела на меня взгляд и посмотрела на мою недельную щетину и помятое лицо.
  -Ага, с улыбкой выдавил Киря. -Он всегда, заказывая что-нибудь для меня, называл меня мальчиком, вызывая тем самым улыбку у официанток. Но видимо не в этот раз.
  -Хорошо, сейчас. -Она отвернулась и стуча каблуками направилась к барной стойке.
  -Хм, видимо с утра девушку никто не порадовал, вот и страдает. Ну что, какие планы на будущее Оленя? -Он опрокинул стопку и не поморщившись затянулся уже истлевшей до фильтра сигаретой, за тем затушил ее и отправил в рот оливку. -Ну окромя того чтобы хорошенько набраться конечно!
  -А кто тебе сказал, что я собираюсь набраться? И с какого хрена ты взял что у меня есть деньги на виски?
  -Ну как с какого, а расчет, я один скажешь получал? Хоть жадные засранцы решили мне кроме единого оклада в конвертик больше ничего не класть, я и этому рад, так как, на то чем я намерен заняться в ближайшее время, и этого вполне достаточно! Или тебя скажешь и без того вышвырнули?
  -Да нет, все с точностью как у тебя (про подгон от Аленки, я решил умолчать, решив пока об этом не распространяться).
  -Ну! Как я и думал! А потому, что-то мне подсказывает, что оба наших потока их слива, впадают в одну реку!
  -Угу. -Я взял из рук подошедшей официантки свой напиток и попросил принести еще пива, так как мое уже подходило к концу. -Королева столов и подносов, явно была недовольна тем что ей приходится таскаться туда-сюда, проворчав в очередной раз что-то нечленораздельное схватила остатки моего пива (видимо чтобы не пришлось потом лишний раз возвращаться за опустевшим бокалом), и закатив глаза удалилась.
  -Никогда этой хрени не понимал! -Кирюха махнул рукой в сторону удаляющейся официантки. -Ну не нравится тебе работа, на хрена страдать? Да еще и остальным настроение портить! Ну уж явно же, не ради денег.
  -Это да. -Пробормотал я, вертя в руках стакан с виски, в ожидании пива. -В ближайшее время, я твои планы понял и даже готов их поддержать. Ну, а дальше что? Зарабатывать чем думаешь?
  -А тут то все как раз просто. Меня дядька уже давно к себе приглашал, за хороший прайс прийти к нему трудиться, да мне все срываться не хотелось. Да и работа у него не из легких! Еще и с проживанием. При чем не в лучших условиях. Кстати, если ты не суеверный, могу и тебя вписать! -Он налил себе вторую.
  -Суеверный? -Я смотрел на него не отводя глаз. -Это еще что за работа такая?
  Официантка поставила на край стола мое пиво и все с тем же выражением лица, поспешила скрыться из вида.
  -И меню принесите пожалуйста! -Прокричал, подмигивая мне, Киря, и опрокинул стопку. Снова закурив, он закинул ногу на ногу и откинулся на спинку стула. -А вот такая. Какая есть. Мертвых желательно чтобы тоже не боялся! Ну и к чужому горю равнодушен был.
  -Чего? Это что еще твою мать за работа такая? Людей валить что ли собрался?
  -Чо? Да ну, не неси херню! -Он разогнал перед собой клуб дыма и наклонился ко мне: -На кладбище! -Не вынимая сигареты прошептал он.
  -Кладбище? Бляха-муха, вот чего-чего, а работником кладбища я себя ни разу в жизни не представлял! Даже сегодня готовясь к увольнению!
  -Ага, это ясно, зато бабло там хорошее платят, так как у нас в стране помирать удовольствие не из дешевых, сам знаешь. А хоронить, то есть капать могилы и устанавливать плиты кто-то должен и зимой и летом. Бизнес этот нескончаемый, а рук не хватает, сам понимаешь. Короче работы достаточно, такое дело техникой нихрена не заменишь! Но работа тяжелая, особенно зимой когда земля промерзает, и плюс ко всему проживать на территории надо, так как когда клиент появится не всегда заранее знаешь, всегда нужно быть наготове. И следить чтобы ночью уроды всякие оградки медные и поебень всякую позолоченную не таскали, да мародерством, вандализмом не занимались!
  -Мда уж, перспектива. -Я залпом опрокинул большую часть виски и пригубил пива. -Эта уж сколько за такое платить то должны?
  -Хорошо! Очень хорошо, поверь не обидят! Вспомни сколько ты в нашей шарашке при лучших временах получал! Ну так вот там, в самый неудачный месяц, ты минимум в три раза больше заколачивать будешь! Ну, а в удачный, в шесть раз и больше! И оплата, с каждой сделки. Тоесть подготовил, закопал-получи.
  -Ого! -Я выдохнул и добил порцию, закусив оливкой. Это ж я однушку так в ипотеку взять смогу и лет за десять, а того и меньше выкупить! Наконец от родителей вместе с их малолетним наркоманом съехать, а ежели и нет, как минимум там контоваться буду. Соседство конечно на любителя, но что-то я сомневаюсь, что будет хуже, чем сейчас. -Я оглянулся в поисках вновь затихарившейся и забывшей о нашей последней просьбе официантки. Найдя ее уткнувшейся в монитор и встретившись с ней глазами, так до сих пор не утратившими недовольства и отвращения ко всему происходящему, поднял пустой стакан, намекая тем самым на то что не плохо было бы это дело повторить.
  -Ну так что - решено? -Кирюха начислил очередную стопку и поднял ее, готовый опрокинуть.
  -Решено! -Я улыбнулся, и развалился на стуле в ожидании заказа. -Хуже уж точно не будет!
  -Это точно! Преступаем в понедельник. -Он опрокинул стопку и это было последнее что мне запомнилось в тот вечер, впрочем, как и в последующий, вплоть до пробуждения, в тот роковой понедельник, давший отсчет последним семи дням моей жизни. Эх, если бы я только знал к чему приведет мое согласие работать на том чертовом кладбище! Если бы я только знал...
  
  
  День первый.
  
  
  Утро понедельника меня разбудило хорошей затрещиной, подаренной мне ни кем иным, как не так давно потерянным и так же быстро вновь обретенным напарником.
  -Вставай козлодоев, пора трудиться! -Киря, только что отвесивший мне хорошую затрещену, теперь ожидал от меня хоть каких-нибудь признаков жизни.
  -Да шел бы ты огородами, изверг! -Я потер зудящую голову. -Нельзя так в тяжелую минуту с людьми! -Я еле разлепил глаза и с ненавистью уставился на него. Со всем презрением во взгляде, на какое был способен, в этот тяжелый и тяготивший меня похмельный миг.
  -Ну ка, резко поднялся и в душ! Тут тебе не ночлежка! -Он сдернул с меня одеяло, и попытался за ногу стащить к кровати.
  -Ирод! -Я вцепился в диванную подушку, но она как оказалось не была ни чем закреплена к дивану, и я вместе с ней плюхнулся на пол. Ну вот, так и начинаются самые худшие дни! Я перевернулся на спину и подложил подушку под голову.
  -Это еще что! Мне Иваныч звонил, нас уже ждут. Там гонщика какого-то хоронить собираются, деньги уже засланы, так что к девяти утра завтрашнего дня его последнее пристанище должно быть готово!
  -Ну и? Сейчас то еще сколько? Времени ж еще вагон! -Я с недоумением уставился с низу вверх на своего нового партнера по никогда неиссякающему загробному бизнесу.
  -Около шести! Времени в обрез! Старик сказал, чтоб успеть еще придется постараться. Повезло хоть, что погост недалекий, в черте города! Ехать от силы минут тридцать, радуйся тому что есть возможность подготовиться! Но это не значит, что ты можешь тут разлеживаться! Этот гад пнул меня ногой и протянул взятую со стола бутылку минералки. -Вот. Пей, за тем бегом в душ и погнали!
  Я взял из рук этого поганого надзирателя бутылку и открутив трясущимися руками пробку, впился в горлышко. Жидкость разлилась по так соскучившемуся по обычной воде желудку и придала мне немного сил. Нехотя, я поднялся и побрел в ванную. Кирюха тем временем, рыскал по кухне в поисках хоть чего-нибудь из чего можно было бы сварганить завтрак.
  Зайдя в ванную, я включил душ. Так как не белья, не верхней одежды я не менял уже третий день, и знал, что кроме этой облички, ничего другого у меня нет, то и в душе особого смысла я не видел. Но, не смотря на это, - в надежде хоть как-то привести себя в чувство, - я разделся и встал под прохладную воду. Струи воды ударили мне в лицо, и я почувствовал, как по телу пробежали мурашки. Хороший знак подумал я, - холод освежает. Я сделал воду еще прохладнее и закрыл глаза, надеясь, что она смоет с меня все тяготы, так обременяющее мое существование. Нуждался я в этом как никогда еще и на фоне ожидавшего меня полного тяжелого труда - дня.
  Но чуда так и не произошло (хотя самочувствие незначительно, но улучшилось). Так что я выбрался из ванны обтерся висящим здесь же и явно давненько не видевшим стиральной машины полотенцем, выключил воду, облачился во все тот же, на фоне явно излишних возлияний, не свежий прикид и поплелся на кухню.
  Там словно заправский шеф-повар говяного ресторана, Кирюха лепил из видавшего лучшие времена сыра (но ведь это сыр, как выразился мой товарищ, от времени он только лучше) и довольно таки черствой, не пойми откуда нарытой им булки и масла - бутерброды.
  -Садись, жри! И не затягивай, уже пора выдвигаться! Иваныч, уже начинает беспокоиться, опять на трубку мне долбил. Он поставил передо мной кружку с растворимым кофе.
  -Фу блин! Не могу я, с похмелья кофе пить, и так давление на приделе!
  -Это потому что мешать не надо. Взял моду, вискарь пивом запивать! -Он со смаком отхлебнул из своей чашки. -Вот чо-то, я все могу, и кофе и какаВО с чаем! А все потому - что употребляю чистый продукт, а не всякую самогоноподобную бурду, как некоторые. -Он откусил от бутерброда и указал на меня пальцем: -Так что ничего не знаю, пей и ешь давай, силы тебе сегодня понадобятся.
  Я нехотя взял сыр с булки, откусил и сделал маленький глоток кофе. Желудок отреагировал незамедлительно, и попытался вернуть все обратно на стол, так заботливо собранный моим другом.
  Я чертыхнулся, и отодвинул чашку и бутерброды.
  -Ну, как хочешь. -Киря запихал в рот целый кусок булки с сыром и сделал большой глоток кофе. -А теперь стартанули! -Пробурчал он жуя, и направился в прихожую.
  Я двинул за ним, и под звуки не смотря ни на что урчащего живота, принялся натягивать кеды.
  -А что хоть было-то? А то я ни хрена не помню.
  -Да ни хера не было! Последнее деньги пропили! Даже оказавшиеся у тебя хрен знает откуда, сверх оклада бабки! Ты спросишь, как это возможно? Ну так, - бухая двадцатилетний виски и коллекционную водку, в связи с принятым решением хорошенько гульнуть, проводя все старое, перед началом нового жизненного пути, возможно и такое. Да и насрать. Это уже в прошлом, так что забудь! Впереди - новое начало! Глянь по карманам, на проезд там у тебя как?
  Я одел куртку и залез в карман. Он отозвался звоном монет, и я вытащил горсть мелочи.
  -Ну и заебись, главное до места добраться, а бабки старик сказал, за работу будут уже завтра днем.
  -Ммммм. -Протянул я, выходя на лифтовую площадку и пока Кирюха запирает дверь, нажал на кнопку вызова. Лифт со скрипом поднялся на этаж и распахнул двери, осветив темную этажную площадку. Мы жмурясь зашли в кабину.
  -Далеко ехать-то? -Я ткнул на кнопку первого этажа.
  -Не, до старухи (ст. "метро старая деревня"), а там пешком малясь.
  -Это "Серафимовское" что ли? -Только сейчас я понял, что согласившись на эту работу, я так ни разу и не удосужился поинтересоваться, где именно нам предстоит трудиться.
  -Угу, так что, если что до дома рукой подать! Ну, шмотки там постирать, помыться и тому подобное. Но в первое время, особо на это не рассчитывай. Иваныч сказал платить будет хорошо, но на первое время о выходных можно и не мечтать. Пока нам сменщиков не найдет. А это не так-то просто, так как последнее время землекопы долго на этом месте не задерживаются. Как и их предшественники. Еще и пущенная ими молва, мол каждый кто там могилы роет, дольше недели не тянет... Вот и те, к кому мы сменщиками прийти должны были, пропали с концами. Но дед говорит, что хрень все это, белка самая обыкновенная, от их пьянства беспробудного, да созерцания горя людского, одолевает, вот они даже по среди ночи на лыжи и встают, а потом пойми где их искать!
  -Ну не за неделю же.
  -А никто о неделе и не говорит! Ты россказням верь больше!
  Выйдя из подъезда, мы шли сквозь морозную утреннюю темень к остановке.
  -Да и мы то с тобой Олежа, ведь не трусливых кровей, а? -Он хлопнул меня по спине, от чего меня проняло холодом и я засунул руки поглубже в карманы, надеясь что в них хватит тепла, на то, чтобы согреть меня целиком.
  -Пох вообще, главное чтоб лаве платили!
  -Ну, а я о чем! -Он еще раз легонько толкнул меня локтем и побежал к только что подъехавшей маршрутке.
  Я последовал его примеру, и отсчитав на ходу от своей пригорошни монет 70 рублей, влетел в теплый, наполовину забитый людьми, - салон автобуса. Высыпав отсчитанную часть своих сбережений в раскрытую ладонь водителя, мы протиснулись к окну и прильнули лбами к холодному стеклу в ожидании начала движения.
  До места назначения, мы доехали молча. В прочем как, и не говоря ни слова, дошли до ворот кладбища. И только зайдя внутрь, Киря предупредил меня о том, что дядька его, проработав много лет (но ни единого раза за все это время, не притронувшись, к могильной лопате) на этом месте, бывает очень своеобразен, и чтоб я ничему не удивлялся. Мы пошли по прямой тропе, идущей мимо огромного количества захоронений, пока не дошли до внушительных размеров церкви, рядом с которой стоял ларек, где продавали всякую церковную утварь, недалеко от которого, спрятавшись под ветвями старых деревьев, стояла сторожевая избушка.
  -Нам сюда! -Мой друг развернулся, и зашагал к уже покосившемуся от времени строению, из маленького окна которого, сквозь темноту зимнего утра пробивался слабый огонек. Он распахнул дверь и уверенно зашел внутрь. Я зашел следом. Мы прошли по скрипучему деревянному полу, в единственную, размером со строительный вагончик комнату. В трех углах комнаты, стояли две раскладушки и один самодельный топчан, укрытые может когда-то и бывшие белыми, но сейчас серо-черными простынями, со свернутыми вместо подушек ватниками и заменяющими одеяла - разорванные на куски и сшитые между собой - старые свитера и неподдающиеся с первого взгляда опознанию предметами одежды. По среди комнаты стоял довольно большой стол, с судя по всему сохранившейся еще со сталинских времен, горящей керосиновой лампой; одиноко стоящей по средине стола в окружении видавших те же нелегкие времена трех стульев. На одном из которых восседал, довольно потрепанный, бородатый, на первый взгляд уже преклонных лет старик. Он сидел не двигаясь и пустым взглядом смотрел на уже до половины початую бутылку путинки, рядом с которой стоял грязный граненый стакан.
  -Все съебались мать их! ВСЕ! Даже уборщики снега и мусора! Их то, что спугнуть могло? Не черти же рогатые? Мусульмане разве во всю эту чепуху верят?! -Он ворчал, не сводя глаз с бутылки.
  -Здарова Сергей Иваныч! -Кирюха произнес это так громко, что он аж вздрогнул.
  -А ну, не ори мать твою за ногу, будь ты не ладен! -Иваныч оторвал наконец свой взгляд от бутылки и устремил мутный взор, сначала на своего родственника, а за тем на меня. -Явились! -Недовольно прохрипел он и тяжело дыша поднялся. -Вот рабочая одежда. -Он махнул рукой с сторону одной из так называемых кроватей, под которыми смятыми лежало явно уже хорошо кем-то отработанное тряпье. Переодевайтесь и принимайтесь за работу! Скоро люди приедут, из морга тело привезут. Спиди гонщика, мать его за ногу будь он трижды неладен! Дед сильно прокашлялся и выудил из кармана пачку беломора.
  -Как, скоро привезут? Ты ж говорил, до завтра управиться надо? И то сказал еще постараться надо! -Кирюха обескураженный уставился на старика.
  -Мало ли что я говорил. Было до завтра, а стало прям щас. Крутитесь как хотите, мне похеру! Заодно и посмотрим на что вы годитесь! Лопаты у входа возьмете, как выйдите сразу увидите. Чай не полные надеюсь дебилы. -Старик снова зашелся в кашле, и хрипя прикурил беломорину.
  Кирилл смотрел на него, не говоря ни слова, решив видимо, что спор уже мало что поменяет.
  -Место 1423. Это недалеко от сюда, на свежей аллее, недалеко от церкви. Кладбище уже под завязку, а они все хоронят и хоронят, будь они не ладны! Ну, а хули, - деньги! Кто ж откажется!? Сейчас здесь места только блатным предоставляют. Этот то, по ходу из богатеньких! Шумахер хуев! Мало того, что себя на тот свет отправил, так еще и несколько человек, ни в чем не повинных, что на его гребанном пути в ад оказались, - прихватил. Ну ничего, родственнички ему и отпевание и все как надо устроили. -Старый в очередной раз закашлял и затянувшись папиросой продолжил причитать. -Думают мать их, что это его от суда Божьего спасет. А ВОТ ХРЕН ИМ! Гореть их сучонок за содеянное вечно будет и никакие бабки там ему не помогут! -Он издал какой-то странный грягтяще-булькающий звук и направился к выходу. -Ладно, не наше это дело, наше дело чтобы с удобствами его на тот свет отправить, да капусты с этих гаденышей срубить. -Ладно пойду перепроверю чтоб там в порядке все было, а вы давайте в темпе переодевайтесь и за работу! Не хер здесь стоять и таращиться на меня как два барана. -Он отворил тяжелую деревянную дверь и вышел на улицу.
  -Ну, как я и говорил, старайся ничему не удивляться. От этого старого хрена чего хочешь ожидать можно.
  -Да уж, он это яснее ясного только что дал понять. -Я прошел в угол комнаты, пододвинул себе стул и усевшись начал переодеваться.
  -Ну, что сделаешь, работа оставляет свой отпечаток. -Он последовал моему моему примеру.
  -Мда, не радужная перспектива. -Вздохнул я, и стянув одежду, принялся облачаться в грязную робу, надевая поверх трусов и футболки.
  -Да лан, не боись, не всегда же нам здесь горбатиться. Найдем что получше, да свалим не оглядываясь! А пока и так сойдет.
  -Ну да, ну да. -Я вытащил из кармана старые перчатки, но этот нахал заметил их и резко выхватил.
  -Во, вот это заебца. -И натянув их с довольной рожей ринулся к выходу.
  Я обулся, и направился следом.
  Выйдя на улицу, мы сразу наткнулись на лопаты, и схватив их пошли искать место 1423.
  Следующие четыре часа, мы провели, раскапывая замершую землю. Нам повезло что оплакивающее задержались в морге, так что в конец вымотавшись мы успели как раз к их приезду.
  Но оказалось, что это еще не конец, и что после отпевания в церкви, в нашу задачу входило опускание гроба в могилу. Проклиная все на свете, не успев даже толком отдохнуть, мы раз пять чуть не опрокинув ящик (хорошо хоть, уже поддатые родственники были больше увлечены поминанием, чем провожанием своего ненаглядного в последний путь), опустили его на дно ямы. И так как внимание тетей, дядей, отцов, матерей и дедушек с бабушками было приковано к пластиковому стаканчику, за наполнением которого, непрестанно следил каждый, несущий эту тяжелую ношу потери.
  Мы же предпочли тихо удалиться и укрыться в сторожке.
  Зажгя лампу, мы уселись за стол и переведя дух, принялись искать чем бы подкрепиться, так как из дома мы ясное дело, по дурости своей (ну и конечно благодаря пустому холодильнику Кирюхи) ничего не захватили. Но порыскав, пришли к выводу что оказались лишены не только еды, но и каких-либо элементарных удобств, в плоть до электричества. О чем свидетельствовала, стоящая на столе лампа, работающая на керосине. Изначально, мне казалось, что она зажжена для антуража (как бы глупо это не звучало), но теперь все встало на свои места. Добавив тягостных мыслей, и пищи для размышления по поводу дальнейшего существования, в сложившейся ситуации.
  -Да уж, засада. -Грустно протянул киря. Без хавчика то, это нам тяжко придется. Еще и денег как назло нет, хоть до продуктового сбегать. Надо бы у Сереги аванс запросить. О! А вот как раз и он!
  -Сергей Иваныч! Помяни черта...
  -Рот прикрой! -Резко прервал его только зашедший начальник. -Нехрен мне здесь такими словами бросаться!
  -А ты никак суеверный стал? -С улыбкой, не обращая внимания на враждебный тон, усмехнувшись спросил Кирилл.
  -Станешь тут. -Бормоча себе под нос, старик засунул руку под допчан и достал из-под него, бутылку с остатками водки. -Вот поработаешь здесь с мое, я на тебя посмотрю! Пить будете?
  Меня передернуло, от воспоминания о алкоголе.
  -Нет, спасибо. Нам бы пожрать дядь Сереж! -Кирюха с надеждой уставился на своего родственника.
  -А с собой, что нет ничо? Ну балбесы же где безмозглые. Что не знали куда ехали? Думали тут буфет бесплатный и кармешка три раза в день? Хрен вам, ослы сторожевые! Теперь ждите, пока эти, отгуляют, нажрутся в сласть, да на квартиру продолжать поедут. Эти скоты богатые, за собой убирать не привыкли, уверен после них и жратвы и запить горами рядом с могилой навалено будет! -Он налил себе пол стакана и с грустью взглянув на хорошенько уже початую бутылку, выдохнул и опрокинул залпом содержимое стакана. Не поморщившись закурил беломорину и глядя мне в глаза заявил:
  -Там после таких похорон, бывает такое на могилах оставляют, что не в каждом ресторане отведаешь. Вот пойдете плиту устанавливать, заодно и пожрете. -А денег все равно до утра не будет, они не мне платятся, а хозяину бюро. А он уже мне отстегивает. Ему то они явно уже проплатили, но он здесь до утра вряд ли появится, не любит он всего этого.
  -Да не, с могилы жрать, это даже для меня как-то стремно! -Кирюху передернуло.
  -А плиту тоже нам? - Я ошарашенный новым известием уставился на выливающего, с грустью, остатки водки в стакан Иваныча.
  -А ты здесь еще много желающих видишь?
  Я не успел ответить, как в дверь постучали, и дед отставив стакан вышел на улицу.
  -Бляха-муха, ну что за день!? Нет у меня сил еще какой-то камень водружать!
  -Да не боись ты, там всего и делов-то, пару раз лопатой махнуть. Лучше думай, что с хавкой делать! Да и выпить душа после тяжелого рабочего дня просит.
  -Сейчас выпьешь! И закусишь! Ты у нас парень без предрассудков.
  -Не, на хер! Не в кайф мне с могилы жрать!
  -А у тебя выбора не шибко то и много, либо так, либо никак.
  Он не ответил. Через несколько минут вернулся дядя Сережа и залив в себя содержимое стакана, констатировал:
  -Короче, они уезжают, надгробие можно ставить. На девять дней мамаша сказала приедут - проверят.
  -Ну так может и торопиться не к чему? -Глядя в пол с надеждой произнес я.
  -К чему! Умник хренов! Откуда ты знаешь, что завтра будет?
  Я молча сверлил взглядом пол.
  -Вот, то-та-же! А деньги уже уплачены, так что работа должна быть сделана! Хватит здесь сопли жевать, лопаты в руки и работать! Камень рядом с местом. Скажите спасибо родственничкам, это они его на машине к месту притарабанили, а так бы тащили от самого морга, благо у нас здесь их лепить некому.
  Мы молча встали и отправились отрабатывать "уже уплОченные деньги". Только мы дошли до места, как с неба повалил снег с дождем.
  -Ну блять, вот только этого мне сейчас и не хватало! -Я плюнул и взялся за низ плиты.
  -Да лан, не обращай внимания! Зато смотри сколько всего оставлено! -Кирюха взялся за другой край и мы потащили камень к могиле.
  Мы дотащили эту тяжеленную махину до могилы, и с облегчением опустили рядом с ямой. Мой напарник осмотрелся вокруг.
  -Слушай Олег, надо бы все это дело, что нам судьбой подарено, в камору отнести, а то при такой погоде пропадет же. -Он наклонился и поднял с земли запечатанную бутылку "русского стандарта". -Ты глянь, не открытая даже! Тут еще и икра есть. -Он начал копошиться, в оставленных недалеко от нас пакетах. Да ну нах! Олежа, тут горы жратвы! -Давай, я быстро метнусь, снесу все это в сторогу, а потом быро все это дело закончим и посидим как белые люди!
  -Удачи! Быстро же ты передумал на счет такого вида пропитания! Ты как хочешь, а я к этой хрени все-равно не притронусь!
  -Разберемся! Главное все это под крышу пока убрать.
  -Вперед и с песней! А я пока работать начну. -Я поднял одну из принесенных нами лопат и вонзил в мокрую землю.
  -Я мигом! -Он схватил пакеты, поднял что-то с земли, рассовал по карманам, и побежал в сторону сторожки.
  Я нехотя продолжил капать. Снег с дождем падали мне за шиворот, от чего мое и так совсем не легкое занятие, становилось еще более мерзским.
  Вдруг сверкнула молния. Она осветила все вокруг, от чего я застыл как вкопанный.
  Молния? Гроза? Зимой!? Что-то я не припомню чтобы до этого мне приходилось наблюдать такие эксцессы природы. Мне стало не по себе.
  Тут снова в небе раздался гром. Да такой, что мне чуть уши не заложило. Вокруг все снова озарило ярким светом. Это длилось не больше секунды, но за этот короткий миг, мне показалось что передо мной, метрах в трех, стоит старуха. Она не двигалась и молча смотрела на меня.
  Все снова погрузилось в темноту. Но от страха, я боялся даже пошевелиться. Не знаю сколько я так простоял, вглядываясь в темноту, в попытках разглядеть свою гостью. В чувство меня привел хлопок по спине.
  -Ну, уснул что ли? -На меня смотрел запыхавшийся напарник. -Харе проебываться! Гляди, и снег идти перестал! -Он подтащил надгробие к начатой мною рытвине и капнул пару раз поднятой с земли лопатой, после чего удостоверившись что для установки этого достаточно, взялся за плиту.
  Кое как придя в себя, я, не говоря ни слова последовал его примеру. Спустя двадцать минут, когда работа была закончена, он притоптал землю вокруг установленного надгробия и с чувством произнес:
  -На века! -Еще раз окинул все вокруг взглядом, поднял с земли инструмент и со словами:
  -А теперь заслуженный отдых! -направиться в сторону сторожевой, но поравнявшись со мной, заметил, что у меня трясутся руки.
  -Ты чего это? Переработал?
  -Пошли! -Я проигнорировал его слова, взял у него из рук лопату, водрузил ее на плечо, и пошел прочь от этого места.
  Мы уже подходили к избе, когда Киря схватил меня за плечо.
  -Смотри! -Он указал в темноту.
  Сначала, я ничего не разобрал, но приглядевшись увидел человека. Огромного роста, в черном капюшоне. Он не двигался и запрокинув голову смотрел на небо.
  -Это чо за хрень? -В изумлении, уставившись на незнакомца прошептал Кирюха.
  -Я не мог ничего ответить, лишь тяжело задышал, чувствуя, как меня снова охватывает страх.
  -По ходу больной какой-то. Ладно двинули внутрь, спросим у Сереги, много ли здесь таких.
  Он схватил меня за локоть и потащил в каморку. Мы зашли внутрь и застали Иваныча за откупоренной и уже слегка опустевшей бутылкой "стандарта".
  -Ну, как успехи молодежь? -Он был явно уже в более дружественном настроении.
  -Не понял? Старый! Так не пойдет! Без спросу чужое брать, это не дело!
  -Угу. -Он зачерпнул пальцами икру из открытой банки. - И я о том. -Ты это за чем все сюда притащил? Кто тебе разрешал?
  -Так, ты ж сам сказал, что можно.
  -Вооот. Я разрешил, я и беру. -Он вытащил не пойми от куда еще два пластиковых стаканчика и разлил водку. -Садитесь лучше, выпейте. И не забывайте щенки, с чьей руки кормитесь!
  Мы сели за стол, Кирилл достал из пакета упаковку нарезки, открыл и протянул мне два тоненьких ломтика колбасы. Я, чуть поколебавшись, плюнул после пережитого на все, взял их, и мы молча выпили, закусив свалившимися на нас дарами. После чего, я спросил у старика:
  -Мы тут только что человека видели, высоченного, в черном плаще с капюшоном, не знаете кто бы это мог быть?
  -А хрен его знает! -Он снова разлил по стаканам. -К родным мож приходил, или дорогу коротал, по кладбищу до метро шибко быстрее выходит, чем в обход.
  -Да странный он какой-то. Стоял столбом и на небо таращился. Да и для посещений поздновато вроде как уже.
  -Ну и хрен ты с ним! -Он не чокаясь выпил. -Мало что ли здесь дебилов ходит!? Я пока работаю, чего только не повидал, и наркоманов и психов всяких разных, - шибанутых! И могилы оскверняли и чего только не делали. Вы, лучше это, вечерами если какую работенку делать будете, ну или по нужде кого приспичит, там рядом со входом шкаф небольшой стоит, я вам от него ключ дам, так вы там по рации беспроводной возьмите, и чтобы без оной, ночами по территории не шагу!
  -Договорились. -Киря, тем временем, выложил на стол все что было в пакетах. Мы допили водку, поели и даже как-то само-собой забылось то, откуда все это взялось. Разговор больше особо не клеился, тема встречи со странным незнакомцем себя исчерпала, так что прикончив все запасы мы отправились спать. Иваныч же последовал нашему примеру, даже не выходя из-за стола.
  
  
  
  
  День второй.
  
  
  
  Проснулся я по утру с дикой головной болью. Вроде и выпито намедни было не много, а башка гудела так будто танком проехали. Я сел на кровати и оглядел комнату. Сереги уже не было, а Кирюха еще спал. Я хотел было подняться и отправиться на поиски хоть какой-нибудь жидкости, дабы утолить жажду, как вдруг меня охватила дикая ненависть. Лютая злоба, словно пробравшаяся в меня и завладевшая каждой частичкой моего тела. Я посмотрел на друга, и так мне захотелось его придушить что помутнело в глазах! Вот так, именно так просто, взять и придушить, пока спит! А что, место для этого идеальное, схороню после труп в очередной могиле и дело с концом. Спрашивай потом, где он да что! Ушел! А куда не знаю. Не выдержал тяготы кладбищенской работы, вот и дезертировал! Я поднялся и на ватных ногах уже подошел к его кровати, как скрипнула дверь и вошел старик. Я посмотрел на него и в голове резко прояснилось. Я глядео на него, не зная как себя вести дальше. Я настолько был ошарашен этим наваждением, что теперь пребывал словно в ступоре.
  -Ну, чего уставился, словно смерть увидел? Главный приезжал, будь он не ладен! Деньги завозил. Только вот не все! Закрысил часть, морда волосатая! На тридцарик уговор был, а он падла только чертветуху заслал! Времена видите-ли тяжелые. Скотина скупая, мать его за ногу! -Ладно, вот ваша доля. -Он протянул мне три пятитысячных купюры. -Сразу не проябите только! Купите жратвы себе, да одежду сменную. Работы сегодня много будет. Хоронки две приготовить надо, завтра двух девчонок привезут, отпевать не будут - сразу в землю! Самоубийцы они, с высотки взявшись за руки сиганули. Грех это! Таких не отпевают... Пойду пока хоть изгородь им наварю, потом установите. А вы не рассиживайтесь, час вам чтобы в магазин слетать, за тем сразу за работу! Старик шаркая по полу ногами удалился, а я постепенно пришел в себя и взглянул на деньги которые все еще держал в руке. 7500 за один день. Не дурно! Этак если и дальше пойдет, можно будет начинать откладывать на ипотеку. Настроение мое улучшилось, а утреннее недоразумение я сослал на похмелье, и умывшись на улице ледяной водой из стоявшего у входа ведра, принялся будить товарища.
  -Вставай ленище, бабло прилетело!
  Он разлепил глаза и я продемонстрировал ему зарплату за вчерашний день.
  -Неплохо. -Зевнув протянул он. -Очень даже. -Почесавшись он поднялся с кровати, и, как и я умывшись, сел на стул и спросил: -Ну, какие планы на сегодня?
  -У нас час чтобы смотаться в магазин, а после надо рыть две могилы и установить две плиты.
  -Ну что ж, работа есть работа. -С этими словами он поднялся и начал собираться.
  Для похода за покупками нам хватило чуть меньше часа, так что мы вовремя вернулись в наш новый и на ближайшее время единственный дом, купив все необходимое вплоть до железного чайника, найденного нами на ближайшем рынке, в котором мы на костре намеревались кипятить воду. Разложив покупки, мы перекусили и принялись за работу.
  Каждый принялся рыть отдельную яму. Когда мы дошли примерно до середины, начало темнеть, и мы сев передохнуть, открыли по заготовленной заранее банке пива.
  -Пиндец работенка! -Кирюха тяжело вздохнул и сделал большой глоток.
  -Ну, оно того стоит. -Я ему подмигнул и тоже принялся за пиво.
  Так мы просидели еще минут пять-десять, молча попивая пиво. Вокруг становилось все темнее и к нашему общему недовольству холоднее. Я поднял воротник бушлата, и застегнул верхние пуговицы.
  -Ладно надо продолжать копать, а то так совсем окоченеем.
  -Твоя правда. -Киря поднялся, залпом осушил банку, и откинул ее в сторону.
  -Ща бы хоть музыки, а то как-то уж совсем тоскливо. -Я тоже поднялся и отшвырнул недопитую банку.
  -Ну это как раз легче легкого! -Мой напарник залез в карман робы и выудил оттуда мобильный телефон, обмотанный наушниками. -Я его специально выключил, держал на всякий! Так как заряжать его здесь все равно негде, то пришло его время. -Он с улыбкой нажал кнопку, и его лицо озарило светом экрана. -Ну на долго конечно не хватит, но закончить не в кромешной тишине, думаю, как раз сгодиться. -Что предпочитаешь? -Он поднял на меня глаза.
  -Да что угодно, главное не "тыц-тыц-дыц" типо рекорда.
  -Ну, тогда "дорожное"! -И он пару раз щелкнул кнопкой на наушниках, и телефон захрипел, заглушая все вокруг (в тишине кладбища, звук ощущался довольно громко) голосом Лепса, затягивающим о неизменной рюмке на столе.
  -Эх, вот грамм пятьдесят сейчас были бы как никогда кстати. -Произнес я и подняв лопату, спрыгнул в уже внушительных размеров ров.
  -Ничего вот закончим, будет и на нашей улице праздник. Я там одну из купленных нами литрушек, у дома, на улице в шкафчик приныкал, так что она на такой погоде уже дошла как раз до нужной температуры, и тока нас готовая к подаче на стол и дожидается. -Он мечтательно закатил глаза и тоже принялся за работу, растворившись в темноте. Хотя расстояние между нами было сантиметров 50-60, но темень стояла такая, что этого хватало, чтобы уже на таком расстоянии не видеть друг - друга.
  -Хорошо бы, если конечно твой родственничек, раньше нас до нее не доберется! -Произнес я, втыкая в начавшую покрываться коркой льда землю. -Кирилл ничего не ответил, видимо уже вовсю орудуя лопатой, и наслаждаясь новым творением Танюхи Булановой, льющемуся, из оставленного им на горке земли между нами, телефоне.
  Я вытащил еле вошедшую в отвердевшую от холода землю лопату, и снова попробовал зачерпнуть земли, но лопата со звоном, словно ударившись об бетон отскочила от земли и чуть не вылетела у меня из рук. Я с недоумением уставился вниз. Что за чертовщина? Двадцать минут назад, хоть и с трудом, но земля поддавалась. Я пробовал снова, и снова, но все тщетно. Когда я уже начал выбиваться из сил, вокруг все затихло. Включая голос звезды девяностых, и мне в нос ударил резкий, зловонный запах. Я хоть и находился среди могил, но раньше я этого запаха (тем более так отчетливо) не замечал. От отвращения у меня закружилась голова, и я облокотился на край ямы. Запах становился все сильнее и сильнее, и когда я уже думал выбираться (так как единственно здравое объяснение, окутавшей все неописуемой вони, пришедшее мне в голову, гласило о том, что я просто наткнулся на старое захоронение, из-за не востребованности в течении многих лет которого родственниками, - хозяева кладбища, дабы свято место пусто не бывает, решили пустить в дело, убрав конечно заранее все что напоминало бы о старом "постояльце" и удостоверившись что недовольных сим действием нет, перепродали его по новой), меня оглушил громкий и зловещий детский смех. Я не сразу сообразил, что происходит, и не в состоянии двинуться с места начал озираться по сторонам, в поисках источника смеха. Оглядевшись, я развернулся и увидел Кирин телефон, экран которого ярко горел. Я понял, что смех доносится оттуда. Это был смех, словно потешавшихся над чем-то маленьких девочек. Голосов было два, и они сливаясь, разносились по застывшему в темноте кладбищу. Не в силах больше это терпеть, я в два прыжка выскочил из рва и кинулся к телефону.
  -Эй, не вырубай! -Смех резко прекратился, и я ощутил запах свежей земли. -Ты чо, Круг же!? Кольщик! Заебись тема!
  Я быстро оглянулся, - все еще не придя в себя, - на донесшийся до меня голос, и смотрящие из уже внушительно вырытой, и обредшей четкие очертание могилы, глаза моего друга.
  -Что? -Мое сердце билось так быстро, что казалось, меня вот-вот, свалит инфаркт.
  -Хрен через плечо! Песню говорю не переключай. Хорошая же!
  Я перевел глаза на телефон и уставился на потухший экран из которого доносилось лишь:
  "КРЕСТ КОЛИ ЧТОБ Я ЗАБРАЛ С СОБОЙ! ИЗБАВЛЕНИЕ, НО НЕ ПОКОЯНИЕ"!
  -Ты, ты, тты, что, только что, ничего не слышал?
  -Чего? -Глаза отошли от света экрана, и я различил силуэт моего товарища, потирающего рукой в грязной перчатке нос и уставившегося на меня, все еще не понимая, что я имею ввиду!
  -Ннну, ну... -Я заикаясь пытался связать хоть пару слов.
  -Аааа, то что музыка стала тише! Так это от того что он садиться, типо экономия энергии, тут уж ничего не поделаешь, можешь даже не пытаться. Да и тем более в такой тишине, как по мне, и этого вполне достаточно. Ладно давай заканчивать, а то "однако время", а мы еще "посидеть" вроде хотели перед сном. -Он отвернулся от меня и продолжил копать.
  Я медленно положил трубку на место, и на подкашивающихся ногах, еле шагая направился к оставленному мною могильнику.
  ЧТО ЭТО ЕЩЕ БЫЛА ЗА ХЕРНЯ? Что за адский смех? Я встал у окопа не в силах спрыгнуть обратно. Мысли продолжали скакать в моей голове, не находя ответа и отталкивая одна другую. Что за запах? Что вообще блин происходит? Ничего подобного со мной не приключалось, до момента появления на этой чертовой работе!
  Не знаю сколько я так простоял, но не найдя ответа ни на один вопрос, я хоть и нехотя, но был вынужден спуститься и продолжить работу, так как время поджимало, а отложить работу, не смотря ни на что, было нельзя. Трясущимися руками, я поднял лопату, и уже на автомате воткнул ее в землю. Железный лоток на удивление с легкостью вошел в землю. Я зачерпнул земли, и не смотря на холод захватив большую горсть, швырнул ее за пределы рва. С каждым заходом, почва становилась все более мягкой и послушной. Я с головой окунулся в работу и забыв обо всем, закончил даже чуть раньше напарника. Уставший я вылез наверх и подошел к уже заканчивающему товарищу.
  -Я все!
  -Молодец. -Он обстучал лопатой края ямы, приводя ее в идеальное, ровное состояние и схватив протянутую мною руку, выбрался наружу.
  Мы быстренько установили привезенные днем надгробия, и с чувством выполненного долга, водрузив на плечо лопаты, побрели к манящей своим теплом сторожке.
  Зайдя внутрь, я, даже не раздеваясь и почти не проронив ни слова, опрокинул четыре стопки принесенной с улицы холодной водки, и забив и забыв обо всем - завалился спать на дедовскую кушетку, так как сам он по непонятным мне причинам дрых на моей.
  В 1.30 зазвенел будильник, заведенный на 6 утра. Я по привычке с гудящей головой и сильнейшим сушняком, поднялся и уже было хотел будить напарника, как заметил, что на утро совсем не похоже, вокруг стоит не подобающая утру тишина. Я посмотрел в окно и увидел, что сквозь кромешную тьму и угольную черноту ночи в щели окна сочится какая-то сине-зеленая жидкость. Я попытался подойти поближе, но не смог, хотел крикнуть спящему товарищу, но язык меня не слушался, и я так и остался сидеть на месте, молча уставившись на окно.
  Тем временем жидкость уже растеклась по подоконнику и образовала какую-то фигуру, противоречившую всем законам физики. Края ее были остроугольные, но в тоже время она не была твердой. А в ее центре с определенной последовательностью появлялись какие-то символы, напоминавшие английские буквы. Эта масса не стояла на месте, она передвигалась по подоконнику, перетекая отдельными частями. На краю подоконника, она на мгновение задержалась, повиснув в воздухе и рухнула на еще догорающую, оставленную нами керосиновую лампу, стоящую на столе рядом с окном. И тут же произошел взрыв! Меня отбросило к противоположной стене и прижало с такой силой, что я не мог сделать вдох. Комнату наполнила какая-то субстанция, не позволяющая мне двигаться. Ощущение было такое, как при погружении под воду. Обезумев от страха, я начал пытаться отбиваться руками и ногами изо всех сил. Но мои руки сдвинулись разве что на сантиметр.
  Но этого хватило, чтобы субстанция перестала давить на меня. Я сделал глубокий вдох, и вся она мгновенно вошла в меня и ударила в живот. Тут же, я перестал ощущать свое тело. Я упал на пол, и руками начал пытаться вытащить это из себя, царапая пальцами горло, стараясь вызвать рвоту. Меня всего жгло изнутри, мозг кололо словно иголками! Боль стала невыносимой, и я потерял сознание.
  Очнулся я от того, что кто-то пытается меня поднять и разбудить. Я открыл глаза и увидел перед собой лицо друга.
  -Ты чего, чувак? Хер ли на полу развалился? Сходил отлить, а до кровати не дошел? -Он поднял меня и усадил на стул. -Оно кстати, не удивительно, на пустой желудок, да на усталость, да без закуси, пол пузыря засадить! Мозги то, есть? -Он отвел от меня взгляд и осмотрел комнату. -А лампа чего на полу? Это ты в потьмах что ли? Бля, хорошо хоть потушить догадались, а то сейчас представляю, что было бы.
  
  -Киря! Киря! Кирюнь! Братишка! -Я вскочил со стула и схватил его за плечи. -Валить нам надо отсюда брат! -Я силой притянул его к себе и глядя в упор шепотом произнес: -Здесь черт знает что творится друг! Правда! Хрень полная! Я вчера такое пока работали слышал! А ночью!? Этой ночью! Вот тока, вот! Я... Короче... Как... Нууу, как проснулся... -Я заикался, не в состоянии подобрать слова.
  
  -Так! -Он с силой снова усадил меня на стул. -Поверь первое что тебя действительно сейчас надо, это почистить зубы! А не извергать, все что у тебя скопилось за ночь во рту, мне в лицо. И второе это хорошенько проспаться. Так как ты по ходу еще синий. Ты чо дерганный то такой?
  Я только хотел ответить, как он снова меня прервал.
  -Ага, ну все ясно. -Он поднял лежащую в полуметре от меня пустую бутылку "журавлей". -Олеж, ты охренел? То, что мы ее вчера даже не откупоривали, я точно помню. Мы "абсолютом" расслаблялись! Я ее даже на холод не выносил! -Он вопросительно посмотрел на меня, крутя пустую тару в руке.
  
  -Я? Да нет, ты не понимаешь! Не из-за водки это! Это другое! Правда! Это полный пиздец братишка! Выслушай ты меня на конец!
  
  -Да ну нах! Чувак, белка у тебя. Нехер водяру по ночам в одно жало жрать! Продолжишь в том же духе, и за тобой скоро черти явятся! Я в свое время на папашу своего насмотрелся, поверь он чего только не видел. -Ладно ложись спать, у нас еще час слава Богу остался. -Он поставил бутылку на стол, и отправился в постель. -И не вздумай больше по ночам украдкой жрать! -Ложась в кровать, серьезно произнес он.
  Неужто дело и впрямь в водке. Я уже сам начинал сомневаться в своей "нормальности". Перебирая в голове варианты, хоть насколько-то логического объяснения происходящего со мной, я просидел в темноте минут тридцать. Не найдя не единого объяснения, я в отчаянии решил выйти на улицу проветрится, так как находиться рядом с тем местом где все это произошло у меня уже не было сил. Я поднялся, натянул на так и не снятую со вчера грязную робу - бушлат, взятый с дедовской лежанки, и идя к выходу взглянул на часы:
  5.35
  Блин, но я точно помню, что проснулся в 1.30! Это ж я без сознания считай больше трех часов провалялся.
  Я вышел на улицу и ощутил дикое желание закурить! Я бросил больше года назад, даже сам не помню почему, но одним прекрасным утром, я просто перестал курить и все. И до сего момента, даже не вспоминал об этой пагубной привычке, а тут вдруг накатило. Не на что не надеясь, я обстучал карманы дедовского бушлата, и к своей радости обнаружил там смятую пачку беломора и вложенную в нее зажигалку.
  
  
  
  День третий и последующие за ним.
  
  
  
  Я уселся на стоящую неподалеку, рядом с церковью скамейку, и закурил. Горький дым, с трудом пройдя сквозь, сопротивляющаяся от непривычки горло, наполнил мои легкие. Я, отметив неприятие - вызванное дымом поморщился, и, удивившись тому что это не доставляет мне никакого удовольствия, собрался было выкинуть сигарету, но от чего-то передумал и откинувшись на спинку скамейки, продолжил травить себя дымом. Только я начал обдумывать как мне поступить дальше, как неожиданно, с права от себя, со стороны церкви, услышал голос:
  -Не крещенный ты. -Я обернулся. На меня смотрела женщина лет под шестьдесят, в старом, - какие носят бабульки в деревнях, - платке, из под которого выбивались тронутые сединой волосы. Лицо ее еще не казалось таким старым, как могло бы показаться из далека, только платок да виднеющаяся из под него, часть седых волос, старили ее еще на удивление почти не тронутое морщинами лицо. Она смотрела на меня грустными зелеными глазами, цвет которых без проблем был виден даже в темноте.
  -Что вы имеете ввиду? -Стряхивая пепел спросил я.
  -Не угостишь старуху, папиросой?
  -Конечно! Присаживайтесь! -Я смахнул рукавом со скамейки снег, очистив место рядом с собой.
  -Спасибо сын родной! -Она присела. -Я достал пачку, вытряхнул папиросу и протянул ей. Она продула ее, и прикурила от зажженной мною зажигалки. -Не крещенный ты сынок! А таким делом занимаешься! От того и беды твои.
  -Да я как-то, не по этой теме если честно.
  -Не по этой теме значит. -Она с улыбкой затянулась и выпустила в темноту огромное облако дыма. -Это по какой такой теме, позволь узнать?
  -Ну там церковь, и все дела. Песнопения всякие. Они меня еще с детства пугают.
  -Это потому что ты бога не слышишь! А слышал бы, они бы тебе райскими звуками казались.
  -Это? Райскими звуками? Извините, но то что я слышал, уж точно не оттуда!
  -Это потому - что ты бесовскими ушами все слышишь. Он сидит в тебе, и все как ему надо крутит-воротит! А окрестился бы, стал бы к Господу ближе, он бы тебя заметил, и изгнал бы всю бесовщину из тебя. Просветлел бы, покаялся в грехах своих, и обрел бы мир и покой в душе! А сейчас одинок ты. И помочь тебе некому. Не видит тебя Боженька, от того и помочь не в силах. А помощь тебе нужна, по глазам вижу, не спокойно тебе!
  -Мда уж, не спокойно. -Я с грустью затушил о ботинок окурок, и оглянувшись, не найдя поблизости урны, положил его в карман.
  -Могу я тебе кое что рассказать?
  -Конечно.
  -Дело в том, что когда-то, еще не обретя веру, не познав Бога, я тоже жила ни о чем не подозревая, и даже дожила так до тридцати лет. Пока, как-то раз в 1992 году, я не разошлась с мужем. Однажды, он приходит ко мне и говорит, что ему сказала женщина с которой он встречается, будто я его приворожила и потому у них ничего не получается. И еще сказал, что они наведут на меня порчу и я умру. Сказал это все мне с такой злостью, что мне, человеку никогда в это не верившему, сделалось страшно. Я слышала от людей, что бывают такие истории, и, не долго думая, решила себя обезопасить, пока не поздно. Купила книгу по черной магии - их тогда везде продавали - нашла там подходящее к моему случаю заклинание, и сделала все так, как там написано.
  Короче говоря, я наменяла мелочи и поехала на кладбище. Нужно было найти три могилы, со своим именем, прочитать молитву, положить мелочь и уйти домой, не произнося ни слова по пути. Две могилы, я нашла сразу и все сделала как надо, а вот третью никак не могла найти. Я несколько раз обошла кладбище, искала довольно долго и наконец набрела на заброшенную могилу с памятником, на котором ничего не было видно, только одно четко выведенное мое имя. Я все сделала как было написано. Положила деньги, прочитала молитву и быстро пошла домой. Но добираться надо было на транспорте, и, когда я выходила из трамвая, в толкучке случайно у меня вырвалось слово.
  Придя домой, я умылась, вещи в чем была выстирала. После этого прошло две недели, и приходит телеграмма-умирает моя тетя от инсульта. Только мы ее похоронили, я не успела переступить порог своего дома, прибегает сестра и сообщает что убили брата. Тут мне почему-то сразу пришло в голову, что все эти беды не с проста, что это как-то связано с тем, что я сделала. Значит надо ждать еще чью-то смерть, а что делать дальше, я не знала. Куда идти? Кому сказать?
  Она перевела дыхание, и не взглянув на меня снова попросила закурить. Я протянул ей пачку, и закурив она продолжила.
  Прошло пол года, и опять приходит телеграмма: повесился зять! И что же получается, во всей этой истории все складывается так как на кладбище. Две могилы я нашла сразу. Друг за другом, с разницей в пять дней умерли два моих родственника, а третий через пол года, так как третью могилу я долго не могла найти. Все трое можно сказать, приняли неестественную смерть! Вот и выходит, что откупилась я, за счет их жизни. Или на самом деле муж ничего не делал, а только напугал меня, и я зря сделала этот обряд? Или сработало что не так? А может это простое совпадение?
  Я не ответил.
  -Может и совпадение. -Она сжала потухший окурок в кулаке и поднялась. -Да только что-то мне говорит, что не совпадение это вовсе. -Я посмотрел на нее и снова увидел, ее грустные зеленые глаза, вокруг которых как мне показалось появились несколько глубоких морщин. -Вот и замаливаю грехи эти, уже много лет и одно знаю, пока Боженька меня оберегает, больше бояться мне нечего. Чего и тебе желаю! -Она вздохнув затянула платок. -Надеюсь ты все же обретешь покой, не на этом свете, так хоть на том. -И с этими словами она ушла. Я даже опомниться не успел, как она скрылась в темноте.
  Я сидел уставившись во мрак и обдумывая ее слова. В чем-то она была права, я ведь и правда не крещенный. Родители в свое время, оставили мне выбор, за что я был им безумно благодарен, так как считал не правильным, решать за кого-то, с самого рождения, во что ему верить.
  Я время от времени, задумывался о том чтобы пройти скажем так, этот обряд. Но каждый раз меня что-то останавливало.
  Может быть сейчас самое время? Может и в правду поможет? Со мной творилось что-то явно ненормальное, и сил чтобы выдержать все это и не сойти с ума, у меня уже почти не осталось. Сейчас любая помощь, мне была бы кстати!
  Можно было бы конечно сбежать, и надеяться, что все странности происходившие со мной за последнее время, меня покинут и останутся здесь, среди безликих могил и внезапно оборванных жизней. Жизней тех, кто недавно был чьим-то Отцом, Матерью, сыном и дочерью, а теперь лишь гниющими и поедаемыми опарышами останками, в деревянных коробках, погребенных в грязи вперемешку с землей.
  Ну, так я поступить всегда успею (тем более, еще не ясно что хуже, то что творилось в моей жизни сейчас, или то что ждало меня за периметром. Начиная с возвращения в ненавистную мне квартиру, и продолжая всем что всему этому присуще), а пока я решил прислушаться к данному мне совету, и полный решимости, разузнать все об этом процессе, я пройдя несколько метров, поднялся по деревянным ступеням, - взялся за рукоять двери, ведущей в храм Божий, когда услышал громкий глухой стук и чертыхания. Обернувшись, я вгляделся в темноту, из которой исходил яркий свет, сочившейся из нашей сторожки, сквозь настеж распахнутую дверь, удар которой о стену, и заставил меня оглянуться. На лужице света, растекшийся у порога, в одних трусах, что-то ворча, стоял Иваныч.
  
  -Ну бля, поймаю яйца оторву! -Хрипя прокричал он, шаря по еще не освещенным, - не успевшим еще подняться утренним солнцем, - закоулкам кладбища. -Куда сдристнул сученок!? -Он сделал шаг вперед и босыми ногами встал на мокрую землю. -Все равно найду же! Лучше сам объявись! -И он, шлепая босиком по изрядно растаявшему снегу, выкрикивая на ходу разного рода угрозы, направился в сторону стоящей неподалеку от него церкви.
  Поняв, что ищут судя по всему меня, я спустился со ступенек и сделал пару шагов в его сторону.
  
  -Ааа, вот ты где гад ползучий! -он со скоростью молодого спринтера в считанные секунды одолел, разделяющее нас несколько метров, и схватил меня за ворот телогрейки. Я от неожиданности, дернулся назад, но он с непонятно откуда взявшейся у него мощью, рванул меня на себя и дыша мне в лицо перегаром, прорычал:
  
  -Признавайся падла, ты папиросы мои стянул, пока я спал.
  
  Я инстинктивно сунул руку в карман, в котором лежала пачка. Дед, заметив это, выдернул из кармана мою ладонь с зажатыми в ней сигаретами. Схватив их левой рукой, правой отвесил мне такую оплевуху, что у меня зазвенело в ушах. Я отшатнулся в сторону, разжав ладонь, из которой тот аккуратно забрал пачку.
  
  -Вот, так-то лучше! А то ишь что удумал, - воровать, пока другие спят. -Он вытряхнул из пачки папиросу, и с улыбкой закурив, пошел обратно в сторожку. -Пуздуй работать, хватит прохлаждаться!
  Я потер, ушибленный затылок. Ну что ж, видимо, что-то явно не хочет, чтобы я обрел спасение, а потому я не стал сопротивляться и побрел вслед за стариком. Мы зашли внутрь и застали уже завтракающего Кирю.
  -Привел ты напарничка, молодец! -Бросил в его сторону старик и прошел мимо него к своей лежанке.
  -Чего? Ты чего это с утра пораньше? -Жуя бутерброд, оглянулся в его сторону Киря.
  -Да нихрена, вор твой товарищ оказался!
  -Ты чо несешь старый? -Он отложил бутерброд и развернулся на стуле на 90 градусов, к нему лицом. Старик не ответил, лишь что-то пробурчал себе под нос.
  -Кирюх. Я подошел к нему, и шепотом спросил: -У тебя есть курить?
  -А сам как думаешь? Вместе же покупали!
  -Дай пару пачек!
  -Ты чо, с горя закурить решил? Эко тебя проняло-то! -Он с улыбкой глянул на меня и поднявшись, вышел во двор. Через пол минуты, он вернулся и вручил мне 2 пачки легкого винстона. -На, кури на здоровье. Но в следующий раз, свои купишь.
  Я взял из его рук сигареты, подошел к молча лежащему на кровати старику, и протянул ему курево.
  -Вот. Я не хотел брать без спроса ваши, просто они лежали в кармане тулупа, который я одел, так как на моем спали вы. А будить, мне вас не хотелось. Прошу прощения.
  Он взял сигареты, и кинул их на стол.
  -Ничего. Но в следующий раз имей ввиду.
  -Хорошо. Я бы не стал так делать, но ночью тут творилось черти что, вот я и сорвался.
  -А здесь вечно, черти что творится! Ты еще хрен с ним беломор мой упер, а предшественник твой, вот так же как ты допился, и сначала избу спалить ночью пытался, а потом напарника своего во сне чуть не придушил.
  У меня пересохло во рту, и внутри словно что-то зашевелилось.
  -А что помешало? -Я почувствовал, что у меня словно замерло сердце в ожидании ответа.
  -Я помешал! Что ж, еще! Он не первый, не он последний! Тут постоянно ухо в остро держать надо. Не выдерживают на этой работе люди долго. Давит на них соседство с мертвыми, вот шарики за ролики и заезжают. Эти, что до вас были, тоже быстро кончили, уж прости всевышний за выражение. Один то ничего, а вот второй... Помню, ночь на пятую, как они предшественников своих сменили, когда с дому воротился (ездил как обычно раз в месяц езжу, денег там жене отвезти, помыться, да еще чего), уставший, да и не раздеваясь спать завалился. Просыпаюсь среди ночи, чую дымом пахнет, глядь, а этот придурок стоит в окно уставился, а под ногами лампа керосиновая валяется, и керосин разлитый огнем уже задался, да к столу подходит. Ну я одеяло с лежака быстро сорвал, на пламя бросил, а этому, пару затрещин хороших. Что ж ты говорю гад окаянный вытворяешь-то? А он за горло схватился и давай в рот пальцами лазить, словно вытащить оттуда что хочет. Я только испугаться успел, мало ли что с ним, а он бац в обморок, и тишина... Я пасть ему открыл пока он на полу валялся, подумал мало-ли что, мож языком подавится или еще что, рвотой там захлебнется, ну я, язык ему хвать, сижу жду. Со временем, приморгался, прислушался, вроде нормально все, дышит. Ну я его водой ледяной для полной уверенности окатил, смотрю задергался, ну значит все путем! И больше не трогал. С утра просыпаюсь, крик на всю хату стоит, а этот балбес уже на ногах и напарнику в глотку вцепился. Морда злющая, глаза выкатились и бормочет что-то не по нашенскому, не по русски, а второй под ним лежит, рожа уже синяя, в руки ему вцепился, вены раздались, того и глядишь лопнут! И из последних сил сопротивляться пытается, ногтями кожу ему рвет, а тот словно и не чувствует, только горло сильнее сжимает. Ну, я не долго думая, табуретку схватил, и точно по затылку ему шандарахнул! Он хватку ослабил и снова отключился. Я к кровати, смотрю вроде в себя начал приходить, воздух ртом хватает. Я его усадил, воды принес, вроде оклемался.
  -Это что говорит было?
  Ну я так как уже не в первой раз, заученной фразой, которую в подомных ситуациях применяю и отвечаю:
  -Белочка! Докатился товарищ твой! Сразу мало кто верит, но не найдя лучшего объяснения, всегда в конце - концов соглашаются.
  -В конце - концов соглашаются? Не найдя лучшего объяснения? А что есть варианты?
  -Да хрен его знает, есть они или нет, я этим себе голову не забиваю! -Но с другой стороны, почему думаешь тут народ дольше пары месяцев, а то и того меньше не задерживается?
  -Так, кто ж такой работой заниматься то захочет?
  -За такие деньги говно ковшами сутки на пролет жрать, очередь выстроится, а ты говоришь! Только вот не выдерживает долго никто, и никакими деньгами их не удержишь! Эти вот последние, дней десять продержались. Тот что в товарища то спящего вцепился, как в себя пришел, так вскочил, сумку из под кровати хватанул, да деру. Прям так, в чем был, и удрал. Друг его, подумал что тот возмездия с его стороны испугался, или мусоров, потому особо и не удивился. Но потом и за ним последовал. Одному на такой работе никак. Бывало конечно, что оставались, не смотря не на что, и даже новых напарников находили. Но как правило, все равно у одного, крыша со временем да съезжала.
  -Почему? -Киря закурил, и я заметил как он со страхом начал на меня коситься. Я же стоял не шелохнувшись, и вслушивался в каждое слово.
  -А я знаю? Поменьше глупых вопросов задавай. -Он взял со стола, пачку и достав оттуда сигарету и закурив, продолжил:
  -Как правило тот что оставался, и находил себе нового напарника, увидев, что и с ним что-то похожее происходит, уже в никакие истории о Белочке и слышать не желал, так что и он уходил. Долго тут никто давненько уже не задерживался.
  -И чо, каждый раз прям один придурок душил другого?
  Я вспомнил про то утро, когда сам чуть не набросился на друга.
  -Грубо говоря да. То с окнами разговаривают, то ночами по избе ходят, ну или да, чаще всего спящего на тот свет отправить пытаются. Я сегодня - то проснулся, гляжу этот там в темноте елозит, ну думаю вставать надо, да очередного дурика в чувство приводить, хоть и тяжко со вчерашнего что сил нет, и тут гляжу ты сам поднялся. Ну и хорошо думаю, так и ты в безопасности и этого чудика в себя приведешь.
  -Слушай дед, а не выдумываешь ли ты случаем? -Кирилл наклонился к старику. -Так чисто, со скуки ради?
  -Мож и выдумываю, кто его знает, поживем увидим. Ну, а пока бегом за работу, я пойду гляну что там да как, а вы оба не заставляйте меня больше злиться, или я ждать пока один из вас с катушек слетит не стану, вылетите от сюда и моргнуть не успеете. -С этими словами, он как обычно с хрипом кашлянув, и сплюнув на пол удалился.
  -Я ж тебе говорил! -Я так и стоял, не сдвинувшись ни на миллиметр.
  -Еще бы! А то ты думаешь, у него самого мозгов хватило это все выдумать?!
  -Говорю Киря, здесь неладное творится! -Я сделал шаг и сел рядом с ним за стол. Он кинул на пол окурок, затушил его носком ботинка и продолжил завтракать.
  -Ну так я и не спорю. Ты водку жрать в том же темпе по ночам в одну харю продолжай, тебе и не то привидится!
  -Кирюх братишка, но ведь я как-то тоже тебе чуть в глотку не вцепился! Помнишь на второй день? Хорошо Серега пришел, бабки принес.
  -Слышь душитель! -Он рассерженно отодвинулся от стола и встал. -Во первых чтобы я такой херни больше не слышал, а во вторых если тебе долбоеб свихнувшийся, такая мысль еще хоть раз придет в твою затуманенную водкой башку, знай если хоть на пол метра пока я сплю ко мне приблизишься, я не посмотрю что мы друзья! Поверь, я выбью из тебя все говно! И гарантирую, после этого ни такая, не еще какие либо похожие мысли тебя уже посещать не будут! УЯСНИЛ?! -Последнее слово, он почти шепотом процедил сквозь зубы.
  Я понял, что продолжать этот разговор не имеет смысла и сдался.
  -Уяснил. Извини, видимо я и в правда с непривычки, сил не рассчитал! Я потому-то как правило к пивку поближе. Ну или в крайнем случае...
  -Вот потому-то, крепче пива ты больше ничего и не употребляешь! И не слушай ты этого хрыча, он тут уже стока времени в этом крутится, что у любого чердак потечет. Мелет от скуки чушь всякую, а ты в серьез воспринимаешь! Сам же говорил не суеверный? А тут вдруг на те, здрасте! Хватит с тебя белой! Не умеешь пить, вот и не надо. Пивом обойдешься. Ладно, ешь да пошли работать. Завтра старик говорит очередные похоронки, так что надо все готовить.
  Есть мне не хотелось. В голове крутилась, одна и та же мысль, не выходившая все последнее время у меня из головы - А может и правда, с водки меня так? Хотя я ж и трезвый, и даже без глотка, во время работы, а повидал то всякого! Ладно, в церковь схожу, а там видно будет. Я сказал товарищу что не голоден, и мы отправились работать.
  Следующие несколько дней мы работали почти не останавливаясь, и это занимало почти все мои мысли. Почти все вроде казалось нормальным. За исключением того, что я постоянно испытывал странный голод, и время от времени проходя мимо некоторых могил слышал голоса. Они либо пытались мне рассказать о своей прошедшей жизни либо просили о помощи. Но я со временем привык и к этому и даже перестал обращать на это внимание. Платили нам так, как я даже не мог и мечтать, а потому это было единственным, что должно занимать мои мысли!
  По крайней мере, я так думал...
  
  Ночь перед последним днем.
  
  В ночь с шестого дня на седьмой, я увидел сон:
  Будто стою я рядом со старшим братом, он держит меня за руку, вокруг толпа народу, а метрах в десяти от нас, стоит гроб, в котором лежит тело. Я стараюсь разглядеть покойного (вернее покойную, так как мне откуда-то известно, что зовут почившую Елизаветой Марковной), но с такого расстояния вижу только ярко - синюю ленту, на лбу размытого силуэта.
  Подойти же поближе я не могу, потому как любые потуги сделать хоть шаг вперед, прерываются моим братом, каждый раз с силой одергивающим меня назад.
  Но я раз за разом, повторяю попытки, обуреваемый любопытством и желанием узнать, что же там такое творится, совершенно не обращая внимание на становящиеся все грубее "рывки".
  Когда в очередной раз, Андрюха дергает меня с такой силой, что я ударяюсь о его бок, а его локоть врезается сквозь плотную ткань накинутого поверх шапки капюшона - за счет которых мои родители сочли необходимым обезопасить меня, от поджидающей меня семилетнего, по их мнению на каждом шагу простуды, которой даже не смотря на минус десять градусов совсем уж не оставили шансов, подкрепив это дело повязанным плюс ко всему шерстяным шарфом - в мой весок, я поднимаю голову, и с недовольством спрашиваю о причинах, его столь непонятного для меня поведения.
  
  -А не хера тебя там делать! -Он переводит на меня полный раздражения взгляд, в котором без труда читается скрываемый им изо всех сил - страх. -Сказано же было стоять здесь, вот и стой, а то скажу мамке с папкой, что ты не слушаешься, будешь потом знать!
  
  -А я тогда скажу, что ты слова плохие называешь! -Парирую я.
  -Посмотрю я, как ты с красной жопой от папкиного ремня, об этом рассказывать будешь!
  После секундного раздумья, я нахожу чем ответить:
  -Ты нас с Вовкой все время стукачами обзываешь, если мы родителям хоть о чем-то ябедничаем, а сам вон, оказывается не лучше!
  -А ты меня не учи! -Он снова дергает меня за руку. -Я тебя старше, мне лучше знать, как надо! Мелкий еще...
  -Зассал просто, так и скажи! -В раздражении выпалил я. А прежде чем он успел, на это как-то отреагировать, добавил: -Боишься, что она тебя за собой под землю утащит, вот и прячешься тут.
  Только я договорил, как почувствовал, что мой брат разжал кисть правой руки, высвобождая мою взмокшую в вязаной рукавичке ладонь; но воспользоваться обретенной вдруг свободой, я не успел, так как прилетевшая сзади затрещина, почти сразу сбила меня с ног.
  Боли сквозь ткань, я почти не почувствовал, но, как и большинство детей, отреагировал на это, с немалой толикой драматизма.
  Короче, тут-же начал реветь...
  -Быстро заткнись, а не то убью! - Со смесью злобы и волнения в голосе, сквозь зубы процедил Андрюха, одним рывком поднимая меня с земли, возвращая в вертикальное положение. При этом, лишь вскользь удостоив меня взглядом, сосредоточенно рыская глазами по окружающим нас людям, в поисках невольных свидетелей воспитательного процесса, обстоятельства последней части которого он не особо хотел, придавать огласке.
  -Не сможешь, при всех! -Продолжая всхлипывать промямлил я, но все же не решаясь разреветься в полную силу.
  -Да? Ну хорошо, тогда посмотрим, дома, когда...
  -Чччто когда?
  -Когда папка с мамкой на работе будут! Запру в "холодной комнате" и пусть тебя духи утащат...
  Произнеся это, он замолчал в ожидании моей реакции.
  Я тут-же прекратил хныкать.
  Еле дыша, мы оба застыли в оцепенении.
  Хоть я был уверен, что вновь оказаться в том месте о котором сказал мой брат, он на тот момент боялся побольше моего, все же была причина, по которой страх быть запертым там, присутствовал и внутри меня. А виной тому были события, об обстоятельствах которых, мое сознание теперь решило мне напомнить, спустя полтора десятка лет, по средствам этих сновидений.
  "Холодной", в нашей квартире, называлась самая дальняя из комнат. Там проживала делившая ее с нами семья, которая какое-то время тому назад, была вынуждена перевести в нее, парализованную внезапной болезнью, мать, жившей с нами по соседству женщины. Они положили ее в детской, а сами втроем (муж с женой, и их второклассница дочка), обосновались в бывшей некогда родительской спальне.
  Другие две комнаты, занимала наша семья.
  Никаких неудобств, в связи с поселившейся рядом, больной женщиной мы не испытывали, со временем, даже забыв, о ней.
  До тех пор, пока, пожилая обитательница "холодной комнаты", находящаяся там день за днем, месяц за месяцем, лежа в кровати и глядя в одну точку, не имея возможности даже пошевелиться, не начала сходить с ума.
  Вряд ли, тот кто никогда с подобным не сталкивался, способен понять, какого это оказаться запертым в собственном теле, не в состоянии даже подтереться, когда тебя кормят с ложечки, так как самостоятельно ты не можешь даже почесаться.
  Что уж говорить о детях...
  Когда из-за двери, "холодной комнаты" начали доноситься мольбы о помощи, мы по велению родителей старались не обращать на это внимания. Они как могли объяснили нам с братьями с чем это связанно, и как себя следует в данных обстоятельствах вести. Но этого оказалось достаточно, лишь на первое время.
  Очень скоро завывания из дальнего конца нашей квартиры, начали обретать все более ужасающие формы. Хриплый голос погружавшейся в пучины сумасшествия обитательницы когда-то бывшей детской комнаты, пугал нас с братьями все сильнее, а чем безумнее было то, о чем она кричала, тем сильнее становился этот страх.
  Первым же, после пустых призывов помочь, стало ее сообщение о том, что изображения на обоях перед ней, в виде диснеевских персонажей начали двигаться... За тем они принялись корчить ей ужасные рожи, вид которых она была не в силах стерпеть. Умаляя днями напролет родственников побыть с ней рядом, так как бесовские отребья, пляшущие в стене, страшатся других людей, оставляя ее в покое только на то время, пока она не одна.
  Но чтобы покупать лекарства вкупе со многочисленными средствами по уходу за обездвижимой больной, ее дочь должна была, как и муж, работать с восьми утра и до пяти вечера, а внучка дольше получаса рядом с бабушкой по очевидным причинам не выдерживала.
  А потому очень скоро, обитатели обоев начали покидать свое убежище, и, по ее словам, всячески измываться над ней. А любимой из забав их было; скинуть ее на пол, и пытаться затащить под кровать, в обрыв, где адские пламя горят, от которых даже пол словно сковорода раскаляется.
  Вот только вместо рук у них копыта, а такими как надо не ухватишься, вот и не удается им пока, ее в гиену огненную стащить.
  Только с койки пока сбросить, да к самому краю придвинуть сил у них и хватает, а дальше все, только и остается, что наблюдать как она на раскаленном полу корчится.
  О последних обстоятельствах "черная вдова" - как кем-то из нас троих, к тому времени была названа обитательница "холодной (в ней всегда, не смотря на время года, были приоткрыты окна, так как тепло способствовало развитию пролежней, являющихся одним из неизбежных последствий лежачего без движений положения тела. Но в первую очередь, этого было вызвано необходимостью круглосуточного проветривания данного помещения, чья непрерывность была обусловлена рядом, понятных даже далекому от медицины человеку, - причин) комнаты" - рассказала мне лично.
  Случилось это после того, как отчаявшись безвыходностью своего положения, - только усугубляющегося прогрессировавшим с каждым днем сумасшествием больной матери, - наша соседка обратилась к моей матери с просьбой... Ответить отказом на которую не смотря, на все обстоятельства та не могла. Вынужден был согласиться с ней и наш отец, а потому этим же вечером, уложив младшего спать, меня и старшего брата родители отвели к себе в спальню, где и поведали о том, что мы должны будем на протяжении какого-то времени делать, приходя домой со школы.
  Они объяснили нам, что Лерина бабушка (так звали соседскую девчонку, на пару лет постарше меня), очень больна, и ей требуется наша помощь. Отказать в которой мы не можем.
  Заключается она в том, что мы должны будем по очереди (один день я, один день Андрюха), после учебы заглядывать в комнату где лежала больная, и, хотя бы часик (в идеале до прихода кого-то из старших), разговаривать с ней. Либо же просто читать ей...
  Стоит ли говорить, о том, что подобная новость, нас мягко скажем не обрадовала.
  Но родители были непреклонны, а потому уже на следующий день я стоял не в силах совладать с переполняющим меня ужасом, у двери "холодной комнаты" (внутри которой, тем же утром, мне уже довелось побывать, когда нас с братом родители с соседской туда отвели для знакомства, с той, кого мы обязаны будем развлекать), из-за которой испуганный голос (звучавший так, будто, хозяйка этого голоса, перепугана еще больше моего) тараторил:
  -Кто там? Кто там? Кто там? Дочееенька! Доченька это ты?! Ктооо? Кто там? -И т.д.
  Не выдержав этих криков, я дернул ручку и отворил дверь.
  Но в тот день внутрь, я так и не вошел... Открывшаяся мне картина, меня так перепугала, что я почти сразу убежал в свою комнату, и долго сидел там, пока не пришел домой старший брат. После чего, я заикаясь поведал ему обо всем.
  -Ссыкло! -Констатировал он. -Изо всех сил стараясь скрыть схожие с моими эмоции, вызванные услышанным. -Если бы все было, так как ты говоришь, это бы означало, что вся та ересь, о которой старуха орет - правда! А тебе уже сто раз говорили, не бывает такого!
  -Раз ты так в этом уверен, пошли тогда и вместе посмотрим!
  Несколько секунд, Андрюха перебирал в голове варианты, но в конце концов вынужден был признать, что единственная возможность сохранить лицо, это пойти и воочию убедиться в том, что рассказанное младшим братом, лишь плод его воображения.
  -Ладно, пошли! -С напускной уверенностью, он развернулся и вышел из нашей спальни.
  Я последовал за ним. Пройдя в дальнюю часть квартиры, он остановился у конца стены, за углом которой, из-за оставленной открытой двери, тут-же раздалось:
  -Доченька? Доченька, это ты? Доченька скорей! Бесовские, чертей себе на помощь призвали, они скоро придут! Я уже слышу топот копыт - доченька! Вместе им сил хватит...
  Слушать дальше мой брат не стал, резко шагнув за угол.
  Я остался стоять на месте.
  Мне не требовалось, повторных подтверждений того, что увиденное там Андреем, будет точно схоже, с тем что увидел я.
  А именно распластанную на полу, у кровати, пожилую мать нашей соседки, чье сморщенное тело, было таким белым, что казалось светилось в сумраке комнаты. Еще утром накрывавшая ее простыня, большей частью осталась лежать на постели, лишь слегка свесившись с края, уголком чуть задевая плечо лежащей на спине, почти седой женщины.
  При этом поразившим меня тогда, не меньше остального, был тот факт, что моему взору открылось то ее место, которое у людей принято скрывать, и там у нее кроме копны почти седых - точно, как на голове - волос, больше ничего не было. Это было последним, из там увиденного мной в тот день.
  А так как, спустя те-же пару секунд что и я, оттуда вылетел и мой брат, вряд ли ему довелось, лицезреть нечто большее.
  Это только подтвердила, наша с ним, последующая беседа. Из которой следовало, что, убедившись в правдивости моих слов и увидев все своими глазами, он плюс ко всему теперь не сомневался и в том, что все, о чем стенала все это время "черная вдова", - никакой не бред сумасшедшей.
  Не смотря, на то, что он был старше меня аж на три года, увиденного им тогда, оказалось достаточно, чтобы поселить внутри него подобное убеждение, которое еще очень долгое время не могли разрушить ни наши родители, ни кто бы то ни было еще.
  В отличии от меня, вынужденного принять бразды правления по развлечению больной, в полной мере, в связи со взятым Андрюхой самоотводом. Каким макаром ему это удалось, для меня осталось загадкой. Вот только факт оставался фактом, теперь я каждый день, после уроков обязан был (любые отговорки, жестко прерывались отцом) проводить в обществе "черной вдовы".
  Неизбежность свершения этих встреч, удивительным образом помогли мне справиться с сопутствующими им страхами. Лишенный права выбора, а вместе с ним и возможности хоть как-то повлиять на ход дальнейших событий, я решил плыть по течению, чье направление изменить почти не мог.
  Не прошло и недели общения, с той, кто еще недавно порождал внутри меня дикий ужас, - во время которого я мог за ней наблюдать, - и я сам не заметил, как все мои страхи начали сменяться смесью отвращения и призрения, к ней. Я мог лишь поражаться тому, как это существо, будучи настолько беспомощным и жалким, умудрилось еще не давно, заставлять меня с головой накрываться одеялом перед сном, лежа в своей кровати, и содрогаться каждый раз, когда, из дальнего конца квартиры до меня доносились звуки, которые теперь охарактеризовать кроме как блеяньем, я не мог.
  И что хуже всего, плюс ко всему, я с каждым днем все больше злился.
  Злился от того, что вынужден был тратить свое время на беседы с теряющим остатки связи с реальностью существом. Особенно в те моменты, когда сознание сумасшедшей старухи, вдруг исключало мое с ней рядом присутствие и она уверенная, что находится в комнате одна, вновь начинала видеть вылезавших ото всюду чертей.
  В этот момент, все мое сознание во противилось продолжению, созерцания порождаемых сном воспоминаний.
  Я захотел проснуться! Так сильно, как только было возможно!
  Но этого так и не произошло, и я очень скоро вынужден был вернуться на много лет назад, к забытым как мне казалось событиям.
  
  Когда я в первый раз сделал это, не в силах был напомнить, даже завладевший моим сознанием сон. Перенеся меня сразу в тот вечер, через двое суток после которого мучения обитательницы "холодной комнаты" наконец прекратились...
  По крайней мере на этом свете.
  
  -Они снова корчат свои поганые рожи! -Уже не кричала, а страдальчески выдавила лежащая по левую от меня руку старуха. Я же сидел рядом с ней, уже давно привыкший к коктейлю из запахов, которые полностью не способен был выгнать оттуда даже самый сильный сквозняк.
  -А как при этом визжат! -С нотками садистского веселья добавил я.
  -Ай как громко. -Ее лицо исказилось словно от боли. -Забавляет вас сучьи создания, за моими мучениями наблюдать. -С нотками злости, еле слышно прошептала она. - Да так, что и сдержаться не можете, аж блеете словно скотина животная. Кто по ослиному, кто по козлиному, а кто и по свинячьи. Но только не дождетесь вы, не стану я бояться вас.
  -Еще как станешь! -Произнес я, с вызовом. -А когда вниз потащим, так еще и петь начнешь! С этими словами я дотронулся до лица (единственного места прикосновение к которому, она была еще способна ощутить) парализованной и не причинившей мне никакого вреда женщины, - зажатой в руке ножкой от стула.
  -Не троньте меня черти проклятые! -Тут-же, отреагировала она, чем-то, что, видимо подразумевалось - как крик, но прозвучало все так-же тихо; лишь презрение в голосе, стало более отчетливым.
  -Я снова провел лакированной деревяшкой по ее щеке. Она что-то заблеяла, но разобрать ее слов было уже нельзя. Забавы ради, я еще пару раз тыкнул в лоб забавно - как мне тогда казалось - вертевшую из последних сил головой, несчастную, - после чего удалился, оставив прозванную мной когда-то "черной вдовой" старуху, наедине с ее бесами.
  Практически точно так же, прошла и наша следующая встреча.
  Когда же я пришел на третий день, она уже была полностью поглощена безумными галлюцинациями.
  Мне даже не было нужды, подпитывать их.
  -Нашлись значит, как своего добиться, адские от родия! Изнутри душу выдрать задумали! Но ничего, не успеете вы меня в сатанинские подземелья затащить, я прежде того дух испущу...
  Еще как помешает! -Вела она с кем-то видимым только ей спор. -Так как...
  Перебив ее, я решил влиться в беседу:
  -Сопротивляясь неизбежному, ты лишь затягиваешь свои страдания, на этом свете!
  -Откуда тебе знать это?
  -Кому-же как не мне, знать об этом?
  -Мне все голоса едины, не разобрать мне... Только всевышний может знать, а он со мной говорить не может, не крещеная я, а потому и от страданий при жизненных не уберег он меня, так как не видит он таких как я... И не слышит... Но после смерти быть может он примет, воспарившую к небесам, мою никчемную душонку, может простит за тяготы на земле перенесенные. А нет, тогда и сдамся вам бесовским тварям, на радость сатане. И хоть навсегда пусть дух мой себе забирает, если позволит в чистилище сколько мне надо пробыть, до той поры пока дела свои на земле, закончить шанс не подвернется. А до той поры, не дождетесь!
  Только к концу фразы, я вдруг заметил, что ее глаза больше не смотрят в пустоту. Они смотрели на меня. Абсолютно ясный взгляд, - без намека на "сквозной" взор сумасшедшего - теперь казалось прожигал меня. Злобный блеск в них, так перепугал меня в тот момент, что я замер не в состоянии даже шелохнуться.
  -Нравится ощущеньяце? -Проговорила старуха, не сводя с меня взгляда, в то время как ее губы растянусь в улыбке, от вида которой я чуть не потерял сознания, прочитав в ней, грядущее возмездие. -Вижу ты от него в ужасе! Странно, ведь это даже сравниться не может, с тем, что чувствовала я. Когда ты счел эти страдания не достаточными, решив сделать их еще более невыносимыми. -Тут на мгновение огонь в ее глазах погас, но тут же вспыхнул вновь, правда уже заметно слабее. -К сожалению, у меня нет ни возможности, ни времени, чтобы воздать тебе по заслугам, но знай, окажись ты вдруг там, где я смогу добраться до тебя с того света, и я сделаю все чтобы заставить тебя испытать хоть часть из того, что довелось мне. И не будет тебе прощения, чтобы не делал ты!
  После этих слов, жизнь, окончательно потухла в ее взгляде.
  Я вдруг снова перенесся, к месту где начался мой сон.
  Я стоял глядя на старшего брата, стоя в десяти шагах, от могилы женщины, которую звали Елизавета Марковна Рублева, а ее дочерью была Светлана Рублева, которая состояла в гражданском браке с мужем по имени Эдуард, от которого у нее была дочь, с которой они проживали в той же квартире что и я со своими родителями и братьями, а еще несколько дней до того, там же проживала (если можно так выразиться) лежавшая в гробу Елизавета Марковна, обитательница "холодной комнаты", прозванная мной "черная вдова", она очень скоро будет погребена под землей.
  И я знал, под землей какого именно кладбища...
  
  
  
  День седьмой.
  
  Я проснулся от сильного толчка. Разлепив глаза, я увидел перед собой сморщенное дедовское лицо. Он что-то кричал обдавая меня слюной, но я не мог ничего разобрать, так как в голове у меня снова жутко гудело, а уши были словно забиты ватой. Он снова ткнул меня чем-то в бок, что мне сильно не понравилось и я вскочив с кровати и с силой схватив его за грудки, повалил его на стол и рукой сжав горло, пояснил что так поступать было явно не очень правильно.
  Дед, ошарашенный столь резким поворотом, вытаращил на меня глаза, и словно рыба, выброшенная на берег, хватал ртом воздух, не в состоянии произнести не слова.
  Не знаю сколько я так его продержал, но со временем гул в моей голове начал проясняться, а я начал слышать окружающее звуки, и тяжелое, редкое, хрипящее дыхание старика, который с трудом вдыхал через сдавленное мною горло.
  Придя в себя и осознав происходящее, я резко отдернул руку от обезумевшего со страху Сергея Ивановича, и шокированный своим поведением отступил в глубь избы, не сводя с постепенно приходящего в себя старика глаз. Так мы простояли еще какое-то время, пока наконец он не поднялся, и потирая горло не произнес:
  -Последний заказ доделываете, и чтобы завтра вас здесь не было! -И не смотря в мою сторону, пошатываясь вышел на улицу.
  Перепуганный содеянным, я, не шелохнувшись, только смотрел ему в след.
  Это что была еще за херня? Ну и дела блин! Чего это я опять? Вроде ж все наладилось. Да, то чему я так и не находил объяснение, конечно еще сопровождало меня, но мне казалось на фоне до того случившегося, это скорее побочным эффектом выздоровления, нежели наоборот чем-то о чем мне надо было беспокоится!
  Тут меня словно накрыло волной, всего того, что я столь долгое время, хранил взаперти, глубочайшего закутка, своего сознания. В самой его дальней комнате. Дверь в которую, отворил увиденный мною, этой ночью сон. Обрушив на меня все это, в одно мгновение. А вместе с тем и
  сожаление и стыд за содеянное много лет назад.
  Но почти сразу, все это, резко затмила начавшая заполнять меня, растекавшаяся по венам словно яд, взявшаяся невесть от куда - злость. В мгновение ока, это чувство почти что целиком, овладело моим разумом, не оставляя там места ни на что другое.
  -Чтобы завтра нас здесь не было? Ну уж нет! Извини дядя, что-то мне подсказывает, что здесь я еще не закончил!
  Я попытался усмирить возрастающую во мне агрессию, и попытаться найди хоть какую-то надежду на выход из сложившейся ситуации, но все мысли в моей голове перекрывала, лишь одна и самая главная: -Просто на просто взять лопату, да к чертям снести башку эту старому алкоголику, после чего подселить его к очередному "клиенту".
  Пытаясь не дать себе, в конец тронуться рассудком, я на сколько смог взял себя в руки, и решил, что прежде всего надо хотя бы попытаться со стариком поговорить и извиниться.
  А так как, очереди из желающих тут круглыми сутками копаться в земле, что-то не наблюдается, при том, что работы по-прежнему валом, и делать ее кому-то надо, это может сработать.
  Данного заключения, хватило, чтобы, я смог соображать чуть более осмысленно.
  -Ладно, для начала надо одеться и может посоветоваться с Кирюхой, он точно знает - как быть! Наверняка он встанет на мою сторону и, не смотря ни на что, все поймет!
  Я уже было направился к его постели, как заметил, что она пуста.
  Взгляд, на вид его пустой кровати, отозвался у меня внутри неприятным холодком.
  Он то куда мог деться? Неужто загулял и устроил себе выходной, отправившись по телкам, сливать заработанное?
  Мысли в голове снова устроили пляски, и единственное что я сквозь них мог чувствовать, это сильнейшую ярость, и еле ощутимый страх приближавшегося, неотвратимого возмездия, за все то зло, что я когда-либо, совершил...
  Я как мог уверял себя, в том, что все еще наладится и образуется, но это не производило сильного эффекта, особенно когда я смотрел на пустую постель своего напарника.
  Чтобы полностью, не погрузиться, в темную пучину безумия, нужно продолжать двигаться! Я принялся искать одежду.
  Но перерыв все вокруг, не смог найти даже майки...
  Хм, интересно, а где Кирино шмотье, не поехал же он в город в робе.
  Я подошел к его лежанке, и заметил что его матрас (а вернее то что его заменяло) топорщится буграми. Сунув под него руку, я извлек оттуда комбинезон, футболку и свитер. Ботинки как оказалось были на мне, и даже блестели будто их недавно тщательно вымыли и начистили.
  Я натянул Кирюхины вещи, отметив про себя что поиск по приезду рабочей одежды, теперь его забота, так как не хер, вот так просто покидать, - после всех его слов о нашей обязанности бессменно тут находиться, - свой пост.
  Не хватало мне только бушлата, но и эту проблему я решил, схватив с дедовской кровати его телогрейку, заменявшую ему как обычно подушку. Днем все равно спать не положено, а опосля видно будет.
  Уже полностью одевшись, неожиданно я понял, что на мне, никакие не чужие, а мои собственные вещи. Интересно, какого хрена этот дезертир их к себе приныкал, и куда тогда дел свои собственные. Обычных то его вещей, так же не где не было видно, что наводило на довольно-таки странные мысли. -Хотя наверняка, куда поглубже припрятал, чтобы никто в его отсутствие их не прибрал. -Проворчал я. -Не понятно только за каким, мои-то вещи к себе зарывать надо было!?
  Я одел бушлат, застегнулся и с этими мыслями вышел на воздух. Поежившись, я сунул руки в карманы, и снова нашел там пачку папирос.
  Отлично! Обрадовавшись находке, вытряхнул из пачки одну, и оглянулся в поисках огня, - так как в этот раз старикан зажигалку мне на радость, вместе с куревом не оставил - я заметил, не далеко от себя, в паре метров от избы, на расчищенной от снега земле - костер. Отлично, то что надо. Интересно, кому голову пришло ночью жечь костер?
  Ну да это, было не самым важным для меня в данный момент вопросом, - из тех, на которые я не мог найти ответа, - так что я просто подошел к нему и наклонился чтобы взять огарку и прикурить. Взяв одну из тлеющих деревяшек, я заметил, что под ними виднеется, кусок синей ткани.
  Прикурив, о почти ставший угольком, кусок древесины, и отбросив его в сторону, я извлек и того что недавно было костром - кусок материи.
  На первый взгляд, мне показалось, что это часть телогрейки; такой как сейчас была на мне и какие мы носили с первого дня работы здесь. Приглядевшись, я удостоверился что первоначальное впечатление меня не обмануло и внутри у меня снова что неприятно екнуло.
  -Это ты придурок, додумался здесь ночами костры жечь?
  Я обернулся. На меня горящими от ненависти глазами, потирая опухшее горло смотрел Иваныч.
  -Все тут, придурок недоношенный, спалить решил, да?
  В голову мне тут же ударила кровь!
  Еле сдерживаясь и стараясь фильтровать слова, я с трудом ответил:
  -Прошу прощения, Сергей Иванович, - не доглядел видимо. -Я как мог старался придать словам извиняющийся тон.
  -В очко себе свои извинения засунь, понял!? Недоносок свихнувшийся! Небось ночью, не только костерком баловался!?
  -Затрудняюсь ответить. Но думаю, ответ вам и так известен. Ведь вы как говорили, - ночью на чеку!
  -Угу, уж в этом будь уверен! А ты то дебил психованный, уже провалами в памяти обзавелся? Небось и не заметил даже, что меня несколько дней не было! Не в курсе типа, что я тещу хоронить ездил!? -Хоть как-то отреагировать на этот вопрос, старик мне не дал, тут-же продолжив: -Тебе же обезьяна ты мартышечья, когда деньги-то выдавались авансом, русским же языком сказано было, чтобы жрать себе купили, - И ВСЕ! Вам же дебилам, столько денег-то, выделено было, под будущую работу! Ты же придурок кричал что тебе домой заслать надо! Что-ж вы скоты столько бабла то у меня выудили, если кроме водки ни на что их тратить, не намеривались? И только скажи мне - вы-пердеж ты влагалищный - что вы такие деньжищи все пропить умудрились, пока меня не было!
  -На этот раз, он прервался, давая мне возможность ответить, но я не знал, что ему сказать, так как абсолютно не имел, ни малейшего понятия, о чем шла речь.
  -Вас же, твари вы конченные, за главных здесь оставили! И что теперь? Один дом поджечь пытается, потом кидается на тебя за зверь голодный, а другого так и вообще след простыл! Поработали, молодцы! Не долго вы держались. Ну да и этого с вас достаточно, хватит с вас ребятки. Для вашего же блага.
  -Сергей Иванович не надо! Я жалобно заскулил, как нашкодивший в школе ребенок, стоящий перед держащим в руке ремень, отцом, вернувшемся с родительского собрания.
  -Что, чего ты там блеешь? Он наклонился в мою сторону, но подойти ближе не решился, так и оставшись на - судя по всему определенных для себя безопасными, - в трех шагах от меня.
  -Мне жаль, на счет случившегося утром! Я правда по ходу, перебрал в ваше отсутствие, и очень сожалею об этом! Снова прошу прощения! И за костер простите.
  -Чхать я хотел на то что тебе жаль! Ты мало того, что двинутый, так еще и опасный как оказалось! Я хрен с тобой в четырех стенах, спать лягу! Никто не знает, что в твою психованную башку взбредет!
  -Этого больше не повториться, обещаю!
  -Это я тебе обещаю! Я сейчас пойду проверю, все ли там готово из того что я вам перед отъездом наказывал, и вот если хоть часть работы не выполнена, пеняй на себя! Я тут-же набираю шефа, и мы посмотрим на сколько ты смелый! Глянем, как ты на него кидаться осмелишься! -С этими словами он развернулся и направился к аллее, отведенной под свежие могилы.
  Я посмотрел ему в след и в очередной раз, сдержал желание догнать его, и вырубить ударом по башке, а за тем отправить ждать соседа. Уверив себя, что лучшее что я сейчас могу, это просто затихнуть и ждать дальнейшего развития событий.
  Я присел на забор, и прикурил затухший за время нашей беседы окурок. Хоть бы Кирюха уже объявился, будь он неладен! Думая об этом, я все сильнее удивлялся сопровождавшему эту мысль чувству, гласившему, что этого не произойдет.
  И тут на удивление, я услышал его голос.
  -Олежа! -Я оглянулся и посмотрел в направлении того места, от куда мне показалось я слышал голос.
  -Олежа, друг! -Я поднялся, и попытался найти место от куда исходит звук. Голос был глухим, словно доносился из-под земли. Уже привыкший к такому, я направился в сторону голоса.
  -Олежа, пожалуйста! -Голос был непривычным, словно умоляющим меня о чем-то. На улице было светло, вокруг уже бродили посетители, так что я не испытывал особого беспокойства, и шел на поиски источника голоса. Пройдя метров тридцать, я остановился и прислушался.
  И тут я понял, что голосов два. И оба они исходят из какой-то из могил.
  В голову начали лезть нехорошие мысли, но я как мог старался их отталкивать, не позволяя им отвлекать. Как мог, я сосредоточился на доносящихся до меня звуках. Но сколько бы я не метался от одного захоронения к другому, четче он не становился.
  В конце концов, я вернулся к тому месту откуда начал поиск. Отойдя от него, в противоположном предыдущему направлении где-то двадцать метров, я увидел толпу людей, стоящую над свежей, недавно выкопанной могилой. Они о чем-то спорили, перебивая друг - друга.
  -Олежа, не место мне здесь! Не спокойно мне тут!
  Я застыл примерно в десяти шагах от могилы, не смея приблизиться ближе.
  -Надеюсь теперь ты хорошо слышишь - Олежа? Это твой друг молит тебя о помощи! Он пока еще не осознал, что мертв и изменить это не по силам никому! -На этот раз, ко мне обращался не Кирюха. И хоть, этот голос так-же казалось исходил, из под земли, я без труда узнал его. Не смотря даже на то, что не слышал его уже более пятнадцати лет...
  
  ***
  
  Меня охватил страх и внутри вновь что-то неприятно зашевелилось. Странное чувство безумия, не напоминавшее о себе уже несколько дней и сидевшее внутри, накапливая словно все это время силы, для новой атаки и не показавшее себя, рухнуло на меня. Я просто обезумел от страха и бросился прочь! Я добежал до сторожки с желанием спрятаться внутри, но дверь оказалась запертой. Я с силой ее дернул еще раз, но она не поддалась.
  Старый ублюдок! -Пронеслось у меня в голове. Надо было тебя кончить еще когда ты был у меня в руках! Страх переполнял меня, мешая адекватно мыслить! Плюс ко всему голоса замолкали лишь на считанные секунды, с каждой секундой становясь только громче.
  -Не хочешь рассказать бывшему товарищу, кто именно отнял у него жизнь?
  Я пытался выть про себя, пытаясь их заглушить и метаясь вокруг казавшейся мне спасением сторожевой избы.
  -Олежа, прошу спаси меня! Не дай им меня забрать! Олежка умоляю... Я очень боюсь Олежка!
  -Я завывал все яростнее, но голоса становились только отчетливее и громче, уже целиком заглушив и мое мычание, и звуки вокруг.
  -Вряд ли, то что ты делаешь, поможет твоему товарищу! А ведь он так надеется! Он, не смотря не на что, верит в того - кого еще недавно считал своим другом! Того, кто как он думал, был не способен поступить с ним столь кощунственно, чтобы... - Именно этот голос вызывал во мне дикий страх! И я не хотел ему позволять и дальше сводить меня с ума, а потому решил вытащить его из своей головы! Я впился ногтями в уши и начал раздирать их. Теплая кровь начала выступать из разодранных ран и потекла сквозь пальцы.
  Когда я уже содрал с себя значительную часть кожи и волос, а уши разорванными лохмотьями свисали с висков, все резко прекратилось.
  Я открыл глаза. На улице было темно, а вокруг не было ни души. Я стоял весь перепачканный кровью у окна сторожки. Посмотрев на руки, я заметил, что кровь у меня была слегка зеленоватой. Я стоял разглядывал свои руки, когда понял, что за окном, внутри сторожки, кто-то есть. Я заглянул в окно, и увидел сидящую за столом перед зажженной лампой старуху. У нее были почти полностью седые волосы, а морщинистое (хоть, и, не достаточно - "для старухи", как на первый взгляд мне показалось) лицо, походило на мраморную маску с абсолютно безжизненными, словно стеклянными глазами. При этом сохранившими зеленый цвет, который на белом лице теперь, без труда я мог заметить, даже стоя в нескольких метрах от нее за серым и мутным от грязи окном.
  В ней - кем бы она не была - я в тот момент с уверенностью опознал обитательницу "холодной комнаты", чей голос еще недавно заставил меня, собственноручно обезобразить свое лицо.
  Боясь повторение случившегося, я забарабанил в окно, пытаясь привлечь ее внимание, чтобы она пустила меня внутрь, где я смог бы вымолить у нее прощение. Странное желание, если брать во внимание, последние события... Но мне тогда, это виделось - шансом на спасение! Единственным из всех возможных...
  Только как бы сильно я не стучал, стекло мне отзывалось лишь глухим, еле слышным звуком. Не обращая внимания, на тщетность попыток я продолжал колотить руками в окно, от чего кровь из свежих ран, заструилась еще сильнее. Как не странно, но чем больше я ее терял, тем яснее становилось у меня в голове, возвращая старые привычные ощущения, скрытые все это время, поселившейся внутри меня нечистью, - требующей чтобы я сеял зло! Моря меня голодом, которому я все это время не мог найти объяснения.
  Старуха, не двигалась с места, не обращая на меня никакого внимания. Не моргая она смотрела на пляшущее пламя лампы. Наконец я бросил попытки, и оглянулся решая, как быть дальше.
  -ЦЕРКОВЬ!
  Да! Там спасение! Я знаю, там выход! Там я буду в безопасности! Я рванул в сторону храма, веря что там мне помогут, и избавят от поселившейся во мне нечистой силы! Обрывки, оставшееся от ушей обдало холодным ветром и на глаза выступили слезы. Перейдя на быстрый шаг, я вытер тыльной стороной ладони, единственное не покрытое запекшейся кровью место, всматриваясь в темноту. Перед Церковью слегка паря над землей в несколько рядов, преграждали мне путь, светящиеся светом фигуры. Головы их были покрыты капюшонами, а головы опущены. Сквозь свечение, словно через них я видел дверь в храм. Я знал, что там спасение, но в тоже время понимал, что если приближусь к ним все кончено.
  Я остановился, и на глаза вновь выступили слезы. Но уже не от ветра, а от отчаяния, навалившегося на меня и парализующего все остальные мысли. Самая страшная депрессия, сейчас показалась бы мне самым радостным чувством, настолько охватившее меня ощущения были ужасны! Постепенно я начал смиряться и страх начал отступать, сменяясь упокоением.
  Вдруг я осознал, что был готов умереть! Лишь бы все это закончилось.
  Мысленно я начал просить закончить с этим побыстрее, чувствуя как страх, все больше сменяется душевным спокойствием. Я знал, что эти силы не хорошие, не мне почему-то было все равно. Я выпрямился и устремил свой взгляд на этих существ. Я не сводил с них глаз, и мысленно требовал закончить все это!
  Среди них, ели уловимый пронесся словно звук похожий на шелест листьев. Они начали слегка, ели заметно двигаться из стороны в сторону, словно не зная как поступить.
  Небо резко осветила молния и они все поочередно, постепенно начали растворяться в воздухе. Смотря на все это, я увидел, как сквозь них ко мне приближается черная фигура, огромного роста в черном плаще, с покрытой такого же цвета капюшоном головой. Силуэт, мне показался очень знакомым! И когда он приблизился ко мне я вспомнил, что видел его уже прежде! Этот был тот, кого я видел в начале недели, тот кто стоял не двигаясь под дождем и смотрел на озаряемое зимой вспышками грома, - небо.
  Казалось, с того момента прошла целая вечность. Не смотря на это, его я помнил четко, и знал что ошибки быть не может.
  В руке он держал, что-то на подобие длинной палки, зажатой в длинных костлявых пальцах. Он (ну или все таки-оно), приблизилось ко мне и пронзив меня взглядом своих чудовищных, горящих красным огнем глаз, произнес:
  -Ты не должен так себя вести. -Его тонкие, почти не видимые губы не шевелились, но я отчетливо слышал, его похожий на звериный, голос. -Страх естественен, без него ничего не имело было смысла. Его глаза, начинали полыхать все сильнее, а он в плотную приблизился ко мне.
  Я почувствовал, как меня снова начинает наполнять ужас. Что делать, я не знал, так что решил молиться! В надежде оказать хоть какое-то сопротивление, дабы хоть напоследок не упрощать этим мразям их блядскую задачу. Молитв я не знал, так что просто мысленно обратился к Богу, прося прощения за все плохое что натворил. Я не просил ничего взамен. Просто молил о прощении, не прося даже спасения.
  Эта зверюга, (с чьей помощью "черная вдова", я не сомневался и добралась-таки до меня, спустя столько лет) судя по всему этого никак не ожидала, и на мгновение его глаза погасли. Увидев это, я тут-же рванул назад.
  Не знаю почему, но мне казалось, что потеряв этот шанс, единственная возможность спастись, меня ждет там, где я ее искал, до этого! Так что я побежал к сторожке, надеясь что в этот раз мне удастся в ней укрыться. Я бежал сломя голову, не обращая внимания на разрывавшие все вокруг раскаты грома и бьющие тут и там, - оставляющее в земле глубокие отметины - молнии.
  Оглушенный и полностью одичавший от всего происходящего, за считанные секунды, я добрался до двери с последней и единственной, таившейся внутри надеждой, рванул ее на себя!
  Дверь распахнулась и я ввалился внутрь.
  Внутри, не смотря на сметающий все на своем пути, - со оглушительным шумом - град молний, было тихо. Я захлопнул дверь, и поднялся на корточки, так как завалившись внутрь я без сил рухнул на пол. Дотянувшись до засова, - служившего единственным средством, предохраняющим от не званных гостей изнутри, - я запер дверь. Не знаю от куда, но я знал, что этой твари сюда не зайти, словно бы это строение охраняла какая-то невиданная сила. НУ ДА, КОНЕЧНО! Я все понял! Сторожка стояла, рядом с Церковью, ее явно осветили!
  Я сидел облокотившись о дверь и тяжело дышал, слыша как стук моего сердца разносится по комнате. В середине помещения, на столе, по прежнему тускло горела лампа, но старухи за ним уже не было. Я поднялся и еле волоча ноги, уселся за стол. На нем лежала огромная тетрадь, а рядом с ней старая шариковая ручка. Я отодвинул их, и уже было хотел устало положить голову на стол, когда сторожка начала медленно, словно при землетрясении ходить ходуном. Внутри все начало заполняться тихими голосами. Детский смех сменялся на плач, тот на блеяние овец, а оно сменялось звуком похожим на ржач осла и так далее. Каждый сменяющий звук был громче и отвратительнее предыдущего! Сквозь отверстие из которого торчала старая люстра, так не разу и не подарившая этой комнате света, начало невероятным образом словно просачиваться черное воронье, сороки и еще несколько неизвестных мне, отвратительных птиц. За какие-то пару минут они покрыли собой почти все вокруг. Их гул, смешивался с окружавшим меня шумом, и со временем стало не понятно, от кого и от куда какой звук исходит. Птицы клевали друг - друга, выклевывая глаза, из которых тут же вылезали отвратительные черви. Заполнив все вокруг, они на удивление оставляли вокруг меня пространство, не смея приблизиться ко мне.
  За тем, из тех мест, откуда изначально начали звучать, мерзкие звуки, а именно как оказалось из стыков потолка и стен, начало вылезать множество отвратительных рож. Свиных, львиных, ослиных, собачьих, еле похожих на себя. Все они смотрели на меня, разнося по дому адский рев!
  Сквозь весь этот шум, до меня донесся странный выделяющейся из всех остальных звучаний, звук. В нем не было слов, лишь набор мягких звуков, проникающих в меня сквозь весь набор самых отвратительных шумов, заполнявших все вокруг. Он был прекрасен, словно голос любимой, шепчущей вам на ушко, по утру слова любви. Только вот нес он, совсем даже не прекрасные вещи. Мне было сообщено, что как только деревянная сторожка рухнет, под натиском нечистой, схватят меня и утащат в холодные кладбищенские земли, где я так никогда и не обретя покой буду заперт. Но мне даровано время, донести до других все обстоятельства, случившегося со мной, дабы они учились на моих ошибках.
  Поэтому, Силы добра оберегут меня, и сдержат натиск, но ровно до того момента, как я закончу писать эти строки, в лежащую передо мной тетрадь.
  Звуки отошли для меня на задний план, и я словно бы абстрагировался от них.
  То, что находилось внутри меня, покинуло мое тело, так же как желудок покидает не свежая пища. Но так как пищи, я не принимал уже достаточно долго, я отрыгнул лишь бесформенную зеленую субстанцию, тут-же скрывшуюся в одной из щелей.
  Наконец полностью освободившись от этой гадости, я с облегчением вздохнул и пододвинул к себе тетрадь и ручку, с намерением описать последние дни своей жизни.
  Сейчас дописывая эти строки, сидя за столом, во вновь обретшей тишину ночной сторожке, и прислушиваясь к каждому звуку, я благодарю Бога, за возможность написать это, и тем самым попрощаться, ну, или предупредить, всех тех, кого люблю.
  Хотя таких и не так уж много. А вернее совсем почти и нет.
  Дверь, уже распахнувшись, шатается на ветру, а с улицы доносятся леденящее кровь звуки. Так что за мной вот, вот придут...
  И я уже жду их!
  Я больше не боюсь! Хоть и сожалею, о многом! Как сделанном, так и нет. Но теперь, это не имеет значения...
  Главное, что Я НАКОНЕЦ ГОТОВ...
  
  
  
  Эпилог.
  
  Так страшен холод мертвеца,
  Так бледность мертвого лица,
  Закрытый взор, сомкнутый рот
  Наводят взгляд на ум. А вот
  И гроб-и тело в нем
  Закрыто крышкой и гвоздем,
  Три раза крепко по бокам
  Заколочено... Душно там
  В могиле душно, под землей...
  Ничтожество! И вот конец,
  И вот достойный венец
  Тому, кто силен мыслью жил,
  И кто желал, и кто любил,
  Страдал и чувствовал в свой век
  И гордо звался: Человек!
  
  
  Иваныч, тихо курил во новь отстроенной сторожке. Вот уже как несколько дней, вернувшись из дома. Он думал, о событиях, не так давно встряхнувших его жизнь. Прошло уже не мало времени, с того самого дня, как к нему по его просьбе приехал племянник, чтобы сначала работать на него, а за тем быть задушенным во сне психом которого он считал своим другом, и быть закопанным, в чужой могиле.
  Он чувствовал на себе вину, за случившееся.
  Хотя кто мог знать? Это ведь был Кирин друг! Он должен был сам думать, с кем дружить, а с кем нет; вроде уже не пацан был. Он знал, что работа, сложная, и всякое может случиться...
  Но кто ж знал, что случится такое!
  Хорошо хоть, - с горькой улыбкой, подумал Сергей Иванович, - что сам спасся!
  От того психа, всякого можно было ожидать! Свезло, тогда домой нужда заставила сорвался, а то ведь, в сожженной этим маньяком избе, - когда он за собой следы заметал, - мог спать и он.
  Ну ничего, он хорошенько отдохнул, пока заново строилась сторожка, и был даже рад, снова сюда вернуться, так как проведя около месяца с женой, - понял, что здесь, единственное место, где он чувствует себя гармонично.
  Тут не было, не пиления, его, уже, не вызывавшей ничего кроме отвращения жены, - как в его родной квартире, когда он только соберется расслабиться. Не было, бессмысленных требований сделать что-то по дому, которые были вызваны не чем иным, как сексуальным неудовлетворением, терзавшим эту морщинистую пиранью (от одной мысли от прикосновения к которой, его тут-же в отвращении передергивало), вцепившеюся в его горло в первый же день, как он вернулся домой, после всего здесь случившегося. Ей он сказал, что приехал на пару месяцев - в отпуск.
  Так что теперь он был, очень рад снова оказаться на своем месте. Тем более, что он наконец-то, оказался вдали от того к чему привело все случившееся здесь. Мать, его племянника, каждый день спрашивала у него где ее сын, - а он же не мог ей так запросто взять и рассказать о своих подозрениях, так как это обязательно вызвало бы кучу вопросов и ему пришлось бы разъясняться с полицией, а ему не хотелось рисковать на старости лет, провести последние годы жизни в тюрьме, по ложному обвинению - так что он просто отвечал, что оба парня не выдержали нагрузки, и ушли, а что было потом он не знает.
  Но если что вдруг узнает обязательно даст знать!
  Сейчас же ему хотелось только одного - хорошенько напиться и забыть обо всех этих, мучивших его столь долгое время - мыслей.
  Но сделать это, в полной мере, ему теперь мешало, одно обстоятельство...
  Один из двоих ребят - которых в этот раз нанял шеф лично, - пожаловался, что каждый раз отправляясь работать, и проходя мимо одного из захоронений, слышит голос какого-то Олега, который молит о помощи и упокоении...
  Ну ничего, и с этим справлюсь. -Подумал он, и, налил себе, очередную порцию - стянутой, у новых рабочих водки...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"