Поселягин Владимир Геннадьевич: другие произведения.

Особист. Отдельная ветка Истребителя. (Черновик)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
Оценка: 5.16*42  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Олег Анатольевич Бугров смог пройти порталом на Землю будущего, желая вернуться в своё родное время. Однако что-то пошло не так и первые подозрения что мир не тот появились сразу же. Итак, 41-й год, Западные области Советского Союза, за несколько суток ДО... Книга выложена на 34.3% Написана на 100%

  Название: Особист. Отдельная ветка Истребителя.
  
  Аннотация:
  Олег Анатольевич Буров смог пройти порталом на Землю будущего, желая вернуться в своё родное время. Однако что-то пошло не так и первые подозрения что мир не тот появились сразу же. Итак, 41-й год, Западные области Советского Союза, за несколько суток ДО...
  
  Пролог.
  
  Вынырнув, отфыркиваясь, выплюнув загубник трубки, я поднял на лоб очки аквалангиста, и громко высморкавшись, осмотрелся. Рядом всплыл мешок с моими вещами. Два надутых поплавка удерживали его, автоматически сработавший баллон надул их. Подплыв, я ухватился за мешок, а то тут в болоте держатся на воде тяжело, хотя и находился вроде как на открытой воде, и продолжил осмотр окрестностей, заодно умыв лицо горстью воды, зачерпнув её ладонью.
  - Что-то не так, - пробормотал я.
  Разрешите представиться, Олег Анатольевич Буров. Бывший офицер 'ФСК', которая потом была переименована в 'ФСБ', пока не ушёл на армейские хлеба, где и трудился, поднявшись по карьерной лестнице до начальника Особого отдела корпуса, пока не вернулся мой племянник Вячеслав Суворов. Тот пропал, я тоже подключился к поискам, нажал на некоторые рычаги и глухо. Два года не было. Но тот сам всё же объявился. История, рассказанная им, была ошеломительная, и несмотря на то что по долгу и опыту службы в подобное поверить я не мог, поверил. Всё же Вячеслав врать не умел и не любил. А тот побывал в прошлом, или в параллельном мире, как после долгих сопоров и обдумываний, решили я и отец Славы. Дальше решили отправиться в прошлое, раз есть действующий портал. Такой шанс упускать не хотел никто. Я изрядно архивы поднял, столько информации готовил коллегам с той стороны, много что было. Потом отправились, благо портал сработал. История с бандитами прошла фоном, тем более парни сами с ними разобрались, мы лишь довершили начатое. И ведь смогли по оккупированным территориям прорваться к своим. Красиво вышли. Дальше я отправился на Лубянку и завертелось. Причём так напрягли, что несколько лет прошли как один день. Кстати, в отставку в РФ, в родном времени я ушел подполковником, а у Берии, перед уходом, получил погоны генерал-лейтенанта. Надо сказать, в чинах я рос и в своём времени быстро, ещё бы, в тридцать пять лет уже начальник Особого отдела корпуса, и в тридцать восемь стать генерал-майором, а сороковую годовщину я в Москве мира Сталина отметил, это вполне неплохо.
  Так что сказать, мы решили вернуться, почему-то все скопом, и ведь отпустили, благо выдоили из нас всё что могли, отпустили за новой информацией, и вот результат. Понтона с мостками нет, деревни Брянской области вдали тоже, знакомое болото вокруг, понтона с учёными Союза, что исследуют портал, тоже нет. Одним словом, результат осмотра сразу дал понять, меня переместило, но в кое-то другое время. Что делать решу позже, пока нужно выбираться. Толкая мешок, я доплыл до ближайшей кочки и составил мешок у неё, отцепил ремень с ноги, мешок был привязан к правой щиколотке, и оттолкнувшись, поплыл обратно. Нужно проверить работает портал или нет. Я прекрасно понимал, портал не работает, он всегда после перехода на долгое время отключается, но есть такая человеческая черта, называемая - надеждой, что тот заработает, она и толкала меня вперёд, проверить, а вдруг? Когда я вернулся к месту нахождения портала, то раздался шум, и в небе появилось три точки. Проводив взглядом три мордатых истребителя, я узнал характерные силуэты 'И-16', то задумался на миг. Эти истребители знак. Именно о них рассказывал Вячеслав, первое что он увидел, когда в сорок первый перенёсся. Совпадением это не может быть. Где остальные парни не знаю, может быть отправились в будущее, это мне так 'повезло', но решать проблемы нужно быстро. И да, проверив место где был портал, пять раз нырял, так и не сработал, я вернулся обратно к кочке. И толкая мешок, направился к полосе леса, нужно выбираться отсюда. А координаты портала я запомнил, взял несколько ориентиров по сторонам.
  Почти два часа ушло на то чтобы добраться до берега. Выбравшись на сушу, я не стал отдыхать, мне сорок лет, но я был в отличной форме, так что вытащив мешок наверх, я бросил очки, ласты и трубку на траву, снял ремень, на нём ножны с ножом были, нож достал, протёр травой, пусть сохнет. Сам с некоторым трудом, но смог снять гидрокостюм. Он был из будущего, из моего времени. Конечно учёным выдали немало артефактов из будущего, но моего костюма это не коснулось. Так повезло мне, Славке-лётчику и Толику-танкисту, остальным пришлось довольствоваться обычными костюмами из прошлого. Они были куда массивнее и неудобнее гидрокостюмов из будущего.
  - Ух как хорошо, - пробормотал я, расстелив аккуратно мокрый костюм на траве, пусть сохнет.
  Обнажённое тело обдувало лёгким ветерком. Спустившись обратно в воду, покупался. Тут было 'окно' чистой, но чёрной воды, жутко смотрится, такая же вода была у портала, однако искупавшись, выбравшись на берег, я встал у мешка. Первым делом сдул поплавки, вентиль баллона я уже перекрыл. Потом вскрыл герметичный мешок, внутри всё сухо, и сначала достал оружие. Что находится в мешке я прекрасно знал, сам собирал. Места мало, поэтому оружия много я решил не брать, так, памятное только, можно сказать подарки. Да и зачем мне в будущем оружие из прошлого? Армейский корпус, в котором я служил, дислоцировался частично в Дагестане и частично в Чечне, у нас этого оружия хоть попой ешь. Это были реплики автомата 'ВАЛ', к нему три запасных магазина и полторы сотни патронов, потом пистолет 'Макарова' с глушителем, два запасных магазина и пятьдесят патронов. Знал бы что попаду в такую историю взял бы больше патронов. Но эти оригинальные скорее для моей оружейной коллекции, собранной на даче. Ну и нож-разведчика стреляющий, 'РНС-2'. Тоже реплика, созданная в одной из шарашек Берии, они там много что скопировать смогли, я как эксперт проводил ознакомление, давал свою профессиональную оценку. Вот и получил такие подарки. Не выпросил, сами дали, на всех единицах оружия дарственные таблички.
  Быстро собрав оружие, привинтив глушители, на автомат и прицел тоже, снарядил по два магазина. Зарядив оружие, автомат прислонил к стволу кривой ели, разложив приклад, а пистолет под руку положил. К сожалению, свою генеральскую форму взять я не мог, лимит веса. Основной вес занимали три железных ящика с бриллиантами. Да, в мешке у меня было сибирских бриллиантов и алмазов примерно на пятьдесят миллионов долларов. Причём по ценам прошлого, в будущем все триста будут. Эти средства должны были пойти на закупку разных материалов, технологий, для отправки в прошлое. Учёные говорили, что через портал даже станки можно было перетащить. Как-то слабо верилось, но задачу мне ставили и на это тоже. С результатом перехода похоже на поставленный приказ можно забить. Тут бы выжить, чем и займусь. Если догадки мои верны, то сейчас сорок первый год и до начала войны остались считанные часы, каких-то несколько суток. Тем более вести боевые действия с наличным оружием я долго не смогу, банально закончится боезапас и буду сидеть сосать лапу несколько десятков лет, пока такие патроны не изобретут и не возьмут на вооружение. Так что использовать своё оружие я мог только в крайнем случае, и дальше перейду на трофеи или отечественные образцы. Да и насчёт наличного боезапаса стоит серьёзно подумать, по использованию. Раз его так мало, то один патрон, один труп, именно такие должны быть результаты его использования.
  То, что я застрял тут похоже надолго, этот факт уже морально принял. Да и не считал я его проблемой. Конечно тяжесть войны будет тяжело вынести, но думаю справлюсь. В прошлом мире конец войны застать мне удалось, но дальше Лубянки я не бывал, даже шарашки располагались в Москве или рядом с городом. Так что повоевать я был не прочь. Жаль, как армейский командир я довольно слаб, другому обучен. А вот это моя специальность в начальном этапе войны как раз нужнее всего, так что поработаем. Всего в мешке было три железных шкатулки с бриллиантами и алмазами, запираются на ключи что у меня на шее на шнурке висели, потом оружие было, и небольшая водонепроницаемая коробочка, в ней мои награды из мира прошлого и документы на генерала НКВД. Всё же я был подчинённым Берии, один из его замов. Последняя должность, курировал новый отдел, что работал по пришельцам из будущего, и новым технологиям. Ещё помогал товарищам, что работали по предателям и вредителям, информацию по ним тоже я предоставил, из архивов из будущего. Так что я тут тоже не плавал. А многое знал. Память отличная, натренированная.
  Ещё в мешке была одежда, трёхцветный армейский комбинезон, камуфлированный, ну и десантные полусапожки, тоже из параллельного мира, откуда я прибыл недавно. Это на случай возвращения, если своих не будет, чтобы не мелькать обнажённым телом или гидрокостюмом, переоделся и можно ходить. В наше время в глубинке многие армейскую форму носили, она недорогая и носится долго, никто на меня внимания не обратит. У других в мешках тоже была такая одежда. Так что достав плотный рулон, развернул, поставив полусапожки, надел чёрные армейские трусы, синюю майку, сверху натянул комбинезон, тело уже высохло, потом носки, их всего две пары, вторая в запас, ну и ботинки. Зашнуровав обувь, прошёлся и попрыгал, всё сидело идеально, да и комбез не новый, я им уже пользовался. Подогнал по фигуре. И обувь растоптанная, сейчас как раз то что нужно. Дальше застегнул ремень, он тоже в рулон был скручен и тут лежал. На ремень повесил нож разведчика, он в ножнах, снарядил его, вставив патрон, их всего пять в запасе. На этом всё, для оружия у меня не было ничего. Ни ремня для автомата, чтобы на плече его носить, ни подсумков для магазинов, ни кобуры для пистолета. Это же можно сказать для меня экспонаты для коллекции, ни к чему мне было, да и лишний вес тоже учитывать стоит. Я вон патронов побольше набрал, чему сейчас и радуюсь. Так что я вот как поступил, коробочку с наградами и документами в нагрудный карман, он на пуговицу застёгивается, не потеряю, снаряжённые магазины к автомату и пистолету по карманам, оставшиеся патроны ссыпал по обоим носкам, завязав концы узлом, чтобы не просыпать и не потерять. У камуфляжного костюма было восемь карманов. Сам он состоял из брюк и куртки. У брюк карманы на бёдрах и в районе колен, а у куртки по бокам у талии, и нагрудные. Все они закрывались на пуговицы, так что потерять ничего я не опасался. Пистолет поставил на предохранитель и заткнул за ремень, автомат решил нести в руках. В сам мешок я убрал гидрокостюм, баллон с поплавками, трубку с маской, ключи от ящиков с ценностями, снова провёл герметизацию и притопил мешок в трёх метрах от берега, на глубине двух метров. Бросил его в то место. Когда купался, я присмотрел где лучше устроить схрон. Тяжести груза, тем более воздух в мешке я сдул, хватило чтобы тот камнем пошёл на дно.
  Ещё раз осмотревшись, хотя звуки леса показывали, что я тут один, быстро прибрал следы, и подхватив автомат побежал прочь от опушки. Пока я по болоту добирался до кромки леса и собирался, то обдумать свои дальнейшие планы вполне успел, так что задерживаться тут не стоит. Добежав до поляны, где стояли скирды скошенной травы, судя по следам часть уже вывезли, сама поляна пуста, выходить я не стал на открытую местность, оббежал по лесу и найдя лестную тропинку, дорогой её назвать сложно, хотя следы телеги и лошади были видны, побежал дальше. Похоже те двое поляков, коих Вячеслав уничтожил на поляне, а потом из их оружия устроил перестрелку с жителями и гостями хутора, тут ещё не появились. А так похоже всё схоже с рассказом племянника. Только встреча с поляками должна была произойти завтра, тот помнится мне уснул в скирде, и те разбудили его, выдернув наружу и пообещав убить. Дальше уже не важно. Задерживаться у поляны смысла не было, мне требовался хутор и приближающаяся ночь не помеха.
  - А вот и хутор, - тихо пробормотал я.
  А появился я хутора, когда уже окончательно стемнело. По пути я нарвал травы, одной очень пахучей травы, и стал втирать в открытые участки тела. Собак на хуторе хватало, нужно отбить запах. Думаю, с учётом гостей на территории, останусь для них незамеченным. Закончив, я опустошил карманы, не хватало чтобы что-то потерял в запарке, оставил автомат тут же. При мне пистолет, два запасных магазина, патроны к нему в один из носков ссыпал, ну и оба ножа. Так что дальше двигаясь по-пластунски, наблюдатель на хуторе был, приглядывал за окрестностями, пополз по картофельному полю к ограде. Что не удобно, полз через картофельные ряды, а не между ними. К счастью тут встретилась тропинка, видимо работники ходили, вот по ней и полз дальше, оставаясь незамеченным. Может показаться странным, аж цельный генерал, да всё сам, но я получив генеральские погоны тренировки не забросил, да и вообще любил работать 'в поле'. То есть, руки запачкать я не боялся. Да и нет тут подчинённых кому можно доверить подобное дело. Сам я тоже не хлюпик, хотя фигура у меня не сказать что атлетическая, средний рост, мускулистый, всё среднее, лицо сложно запомнить. Но это специфика работы. Крови я не боялся, бывший начальник как-то отучил и научил другому. Как-то двое парней из нашего отдела, особисты, попали в засаду к чехам, в общем как их пытали, было заснято на плёнку и нам подкинуто. В результате, пленных мы списывали как погибших в бою, и совершали с ними тоже самое что и те с нашими ребятами. После допросов, естественно. Головами бандитов, держа за бороды, играли в боулинг. Вместо кеглей, пустые бутылки. Я наловчился страйк выбивать с первого раза. Так что, если потребуется и пытать смогу и кожу снять так, что клиент не помрёт и ещё на вопросы сможет отвечать. Шикарный опыт. Правда, кто-то стуканул, начальника моего отправили на пенсию, заслуженную, замяли дело по тому что мы творили, время такое было, а я стал начальником Особого отдела корпуса. Однако бандитов убивать и зверски умерщвлять мы не прекратили, просто видео писать перестали и ушли в подполье. Око за око, зуб за зуб, это стало для нас девизом, а для меня ещё и смыслом жизни. Не прощать. Такие вот дела. Так что бандиты на хуторе - это мои клиенты. Заодно выясню верны ли мои догадки или нет. Ну и трофеи тоже нужны. Я понимаю, что рисковать своей головой, а тут знания о войне, о будущем, просто глупо и профессионал контрразведчика во мне требует, как можно быстрее отправляться в Москву, показывать и доказывать кто я и откуда, сообщить, указать. Не думаю, что это сильно поможет, генералы очень дубовые, дубы армейские, пока головы не расшибут слушать не будут, но думаю Сталин заставит, главное его убедить. Однако с пустыми руками появляться тоже не стоит. Всё равно, когда бы я не появился, в ближайшие три недели моя информация на ходе войны не особо скажется. Причём до Москвы придётся добираться самостоятельно, выходить на связь с местными коллегами, когда начнётся война, это изуверский способ самоубийства. Шлёпнут как шпиона и немецкого диверсанта и думать забудут. Нет, тут нужно действовать осторожно. И побыстрее покинуть будущую территорию боевых действий. Я не мальчишка у которых приключения в штанах заиграют, информация которой я владею на уровне государства слишком важна и её нужно сберечь как можно лучше. Так что, прорываемся вглубь территорий Союза, но перед этим позаимствуем трофеи и какой-нибудь транспорт. Именно из-за него, по большому счёту, я хуторян и навестил. Верхом я тоже отлично держусь, в седле немало горных троп за спиной оставил.
  Пока перебирался к ограде, услышал, как на территории хутора, с моего места не видно, вдруг взревел мотор, затарахтев на холостом ходу. Знакомый звук, похоже 'эмка', у меня такая служебная была. О ней Вячеслав ничего не говорил, но если машина ушла этой ночью, а тот тут оказался завтра днём, хм, забавно звучит, то не удивительно что тот о ней не знал. Это может быть интересным. Машина уезжать не спешила, что вселяло надежду её перехватить. Иметь свои колёса было бы здорово. Добравшись до ограды, я вскочил, прижавшись к ней, и стал красться вдоль плетня. Часового у хуторян не было, просто на сарае сидел наблюдатель, вооружённый, как я успел рассмотреть. Темно, но палку в руках, а скорее всего ствол винтовки, увидеть смог. Добравшись до проёма, калитки тут не было, я проник на территорию и подкравшись к бревенчатому сараю, прижался к нему спиной, достав нож. Тратить патроны на хуторян я не собирался, думаю ножом уделаю. А вот наблюдателя придётся снимать пулей, тихо я его не сработаю. Хотя и тут рискнуть можно, мотор тарахтел и создавала нужное звуковое сопровождение. Выглянув из-за угла строения, судя по звукам и запаху там свинарник, коровник дальше, оттуда мычание едва слышно доносилось, я рассмотрел тёмный силуэт 'эмки', там подфарники были включены, фигуру что суетилась у открытой двери водителя, и тёмный силуэт, на фоне ночного неба, наблюдателя на крыше сарая. Они на одной параллели от меня были.
  Обходя сарай, я подкрался к легковушке, и возникнув за спиной водителя, тот в красноармейской форме был, одним движением свернул тому шею. Потом придерживая конвульсивно дёргающееся тело, конвульсии начали стихать, мягко положил тело на землю. Кровь пускать нельзя, собаки учуют и вой поднимут. Дальше выйдя из-за укрытия сарая, у которой тарахтела мотором машина и мощным движением отправил нож в полёт, тот вошёл клинком в голову наблюдателю, это я по хрусту черепа понял. Тот мягко завалился на спину, я замер, ожидая будет шум или нет, клинок запер рану, крови должно быть мало, но всё было тихо, лишь звякнула цепь у собаки, богатые хуторяне, да наблюдатель исчез. И тут случилась неприятность, пустой казалось двор осветило лампой. На крыльцо жилого дома вышли двое. Старик, что и держал лампу, и неизвестный, в форме командира РККА. Фуражку и детали формы я рассмотрел хорошо. Собаки молчали, видимо приучили на чужаков не гавкать и не шуметь. С досадой скривившись, вот что значит работать без напарников, без подстраховки, никто не застрахован от случайностей, я достал из-за ремня пистолет и взял эту парочку на прицел, те покидать крыльцо не спешили, и о чём-то общались. Старик повесил лампу на крюк на крыльце, тот под потолком был, и вот говорили. Тарахтение мотора легкового автомобиля не дало прослушать о чём, а движения губ были в тени, я умел читать по губам, но тут умение не пригодилось. Да и сомневаюсь я что те на русском общались. А я кроме русского знал неплохо чеченский, в совершенстве английский, и неплохо китайский. В училище меня готовили к работе у китайской границы, я там в 'ФСК' три года и работал, пока не перевели с повышением к армейцам, и не отправили в Чечню, где шла как раз первая Чеченская. Так там и остался после этого. А английский я самостоятельно выучил, благо было с кем. Носителей этого языка хватало. А чеченский так, по делу службы. Начал учить арабский, всё понимаю, но говорю плохо, так что его не считаем. Вот немецкий я начал учить уже попав в прошлое в ведомство Берии, говорю с сильным акцентом, но главное владею им, вот письменность знаю лучше. Потому как с трофейными архивами немало работать пришлось после окончания войны и нашей победы.
  Стрелять я не спешил, подворье пусто, глаза давно адаптировались к темноте, да и подсветка от машины, лампы и Луны на небосклоне вполне помогали, поэтому у меня всё было под контролем. Однако старик, нет-нет да тревожно поглядывал на крышу сарая, видимо то что тот не видел наблюдателя, его начинало тревожить. Вот тот повернулся в сторону сарая, явно собираясь окликнуть наблюдателя, как я, скривившись, жаль тратить патроны на такую мелкую дичь, дважды нажал на спуск. Глушитель сработал штатно, хотя хлопки всё же были громкие в ночной тишине. Однако работающий мотор 'эмки' вполне заглушил их, чему я только порадовался. Те мягко повалились, после моих выстрелов, до них метров пятнадцать было, когда я рванул к ним. При этом держа оружие под рукой и сканируя всё вокруг на предмет таких же неожиданностей. Особого шума те не произвели, да и я, поднимаясь по деревянным толстым плашкам ступенек крыльца, старался не шуметь, ступая мягко, шума не проводил. Присев у трупов, а стрелял я в голову, тут сложно не попасть, с моим-то опытом, быстро осмотрел при свете лампы кого уничтожил. Командир оказался майором НКВД, уже звоночек, именно немецкие диверсанты любят выдавать себя за представителей этой конторы. Форма чистая, но жаль не мой размер, подгонять нужно. Кстати, если вам скажут, что кто-то там перебил несколько солдат противника и надев их форму смог среди других солдат противника не выделяться, то я скажу вам, что это полная дичь. Не может такого быть. Для начала, форма должна сидеть привычно, именно так, и быть подогнана. Если взять роту солдат, то максимум у одного вам форма подойдёт по размеру, и то если повезёт. Новенькая встречается только у новобранцев, у которых та сидит как на корове седло, пока те к ней не привыкнут и не подгонят. Чужая форма может иметь короткую длину рукавов, воротника, в общем подобрать форму сложно. Поэтому если такие окажутся среди солдат противника, в наспех одетой чужой форме, сразу станет ясно - ряженные. На этом диверсанте форма сидела как надо, что ясно давало понять, немцы тему секут. Ну а то что он ряженый, я проверил, изучил и документы, что достал из нагрудного кармана, и сапоги. Немцы его снаряжали, без сомнений. Это заметно меня успокоило. Ну а вдруг своего завалил?
  Осматриваясь, я стал быстро раздевать 'майора'. Все попадания в голову были, что у диверсанта, что у старика, но кровь всё же подтекала, а испачкать форму, которая может мне пригодиться, думаю ушить по фигуре я смогу, очень не хотелось. Так что подобрал отлетевшую после падения трупа фуражку и быстро всё снял. Хотя френч всё же слегка испачкал, он через голову снимался. Я у старика снял рубаху и предварительно обмотал голову диверсанта, но кровь всё же просочилась и слегка испачкала френч и нательную рубаху. Да и остальное нательное снял. Никто не мешал. Я даже сапоги содрал. Оставив обнажённое тело на крыльце, осмотрел старика, но тут трофеев нет, он даже босиком был. Сапоги и узел с формой убрал в сторону, дальше поднявшись на крышу сарая, там сбоку лестница прислонена была, вернул свой нож. Он конечно из комплекта аквалангиста, не стреляющий, что у меня на поясе висел, но всё же вещь ценная. Ну и оружие наблюдателя осмотрел. Карабин 'Мосина' оказался, на ремне подсумки. Всё снял и отнёс в машину. Первые трофеи. У 'майора' в кобуре 'Наган' был. Кстати, лампу погасил и убрал в салон, она керосиновой была, тоже пригодится. Форму на заднее сиденье. А теперь начнём зачищать все строения.
  Зачистка заняла едва полчаса. Оказалось, что взрослых мужчин было на хуторе всего трое, видимо те, с кем воевал Вячеслав, ещё не подошли. Двое батраков, думаю их он и уничтожил на той поляне, спали в отдельном домике, я их без сомнений на тот свет отправил, потом младший сын старика, лет двадцати. Проверил всё, баб и детей загнал в сарай, а сам связанного паренька начал допрашивать. Что меня порадовало, ни одного патрона больше не потратил. Всего два, на тех двоих на крыльце. Сломал я того быстро, жёсткого работал, не жалея. Как мы с чеченцами бывало, так что уже через пятнадцать минут знал весь расклад. Не ошибся, всё как я и предполагал. Сейчас ночь с двадцатого июня сорок первого года на двадцать первое, последнее уже наступило пока я на хуторе возился. Западные области, неподалёку Брест, сто километра это недалеко, до границы тоже рукой подать, не больше пяти километров. Болота вокруг. Одним словом, ситуация знакомая. Выпытав у бандита где находятся схроны на хуторе, тот даже перечислил их содержимое, я забрал часть оружия, даже пулемёт 'ДП' был, патронов к нему три цинка, из оружия два карабина 'Мосина', одну винтовку 'СВТ', шесть пистолетов 'ТТ' и четыре 'Нагана', всё убрал в салон машины. Я её заглушил, чтобы слушать звуки вокруг. Жаль гранат всего два десятка, из них девять 'РГД-33', остальные всякой твари по паре. Было немало медикаментов, видимо тут планировали своих лечить, что примечательно, перевязочные средства и лекарства немецкие и свежие. Тоже взял, ну и продовольствия. Пол мешка гороха, полмешка гречки, мешок макарон, судя по маркировкам советская, ящик тушёнки, вязанку лука, мешок картошки. Почти двадцать кило солёного сала в погребе нашёл в чугунке, и прибрал. Соли нашёл коробку, тоже взял. Посуды походной, включая котелок и чайник. Нашёл чаю, бочонок мёда, прибрал. Машина уже полная, но я не останавливался. Пару одеял прихватил, приметил тюк палатки, взял, плащ-палатку армейскую уже в машине нашёл. Две канистры с бензином были в машине, оставил, лишь бидон с керосинном прихватил, полный, для лампы.
  Ну и вещмешок красноармейских книжиц и командирских удостоверений, бандиты собирали с убитых ими бойцов и командиров РККА, видимо для отчётности. Также те видимо устраивали налёты, денег много было, почти полмиллиона рублей, часть золотыми монетами. Тоже всё забрал. Парня я уже умертвил, женщин и детей только не трогал, и сев в машину, покинул хутор. Забрал свои вещи на опушке и поехал прочь. Я планировал убраться за остаток ночи и следующий день как можно дальше от границы. В пути съехав с лесной дороги, встал на опушке, прихватил часть трофеев, в основном деньги и золото, ну и пару пистолетов с боезапасом, и удалившись вглубь леса, пехотной лопаткой вырыл яму под схрон, убрал туда деньги, оружие, и после недолгих размышлений, также убрал оба оружия из прошлого мира, с боезапасом, нож-разведчика, и награды с наградными корочками. Оставил при себе только удостоверение генерала НКВД. Кстати, настоящее удостоверение я сдал, это копия была. Для подтверждения что я из другого мира его вполне хватит. Всё завернул в плащ-палатку и закопал, замаскировав схрон. Вернувшись, погнал дальше. Удалился я километров на десять, скоро светать начнёт, проехав пару армейских летних лагерей, когда меня обстреляли с опушки леса. Работал пулемёт. И главное попали. В лобовом стекле образовалось два отверстия, и я почувствовал удар в грудь. Одна пуля пролетела мимо, вторая попала. Мне хватило сил, зажимая рану и давя на педаль газа, доехать до ближайшего армейского летнего лагеря, судя по силуэтам орудий, артиллеристы стоят. Подъехав к 'КПП', и открыв дверь, прохрипеть подбежавшему часовому:
  - Я из будущего, утром двадцать второго июня начнётся война...
  Что было дальше не помню, вырубило, и похоже надолго. Я ещё хотел добавить про польских бандитов, что в машине трофеи с них, но не успел. Как бы не добили, найдя тот сидор с документами бойцов и командиров РККА. Моё генеральское удостоверение ещё поди найди, оно в носке на левой ноге спрятано, голенище крепко держит. Ещё и форма майора НКВД и того бойца-водителя на заднем сиденье под грудой вещей. Хм, плохо может быть.
  
  ***
  
  Не знаю сколько я находился в беспамятстве, кажется короткие мгновения прояснения сознания были, но кратковременные. Вроде мне задавали вопросы, я что-то отвечал бормоча, но что именно, в памяти не сохранилось. Одно радовало, не добили, выжил. Интересно, я в Москве?
  С некоторым трудом открыв глаза, я стал изучать белёный белилами потолок. Состояние было так себе, всё приходилось делать с усилием. Слегка ныла грудь, но то что лёгкие целы, я знал, пуля попала мне в плечо, выйдя в районе лопатки. Когда я к своим гнал, то изредка сплёвывал слюну на ладонь, чистая, без розовых вкраплений крови. Так что точно говорю, лёгкие не зацепило. Хорошо ещё что пуля насквозь прошла. Рану на спине я закрывал, прижавшись к сиденью, а на груди рукой, чем заметно снизил кровопотерю. Возможно это и помогло доехать до своих. Жаль дальше сознание потерял, не успел информацию нужную дать. С трудом подняв правую руку, ранение было в левое плечо, она сразу заныла от движения, я ощупал себя. Лежу обнажённый, под простынёй ничего, на груди плотная повязка. Живой, уже хорошо. Похоже в палате я оказала не один, в стороне скрипнула койка, и я услышал вопрос на вполне чистом русском, хотя что-то в нём было не так:
  - Хой, парень, очнулся?
  С трудом повернув голову, я посмотрел на неизвестного в полосатой пижаме, рядом с койкой у того было окно забранное решёткой. Это был плотный парень лет двадцати пяти на вид, русоволосый, с рукой в гипсе и старыми следами синяков на лице. Закончив осмотр, я спросил:
  - Где я? Какой сейчас день?
  Рана тупо ныла, но даже попытка пообщаться, а я хрипел сухим горлом, отдавало в неё. Тот молчать не стал и сообщил:
  - Это тюремная больничка в Минске. Сейчас шестое июля.
  Та информация что я смог собрать, уже прояснила ситуацию. Видимо меня посчитали диверсантом, отправили в тюремную больницу, хорошо хоть прооперировали и перевязали, выжил. Ну и то что Минск уже под немцем, я знал. Когда его сдали мне известно. Вон, даже канонады не было, значит наши далеко удрали. Делаю вывод, что сейчас вокруг немцы, возможно и сосед мой из них. Да точно из них. Интересно, он будет меня играть, пытаясь вывести на чистую воду? В это время сам сосед дошёл до двери и постучал. Та видимо запиралась снаружи. Потом что-то пошептал в открывшееся окошечко, и вернулся к своей койке. Окошко закрыли, и уже через минуту дверь, пощёлкав замкам, открылось, и в палату вошли трое. Играть видимо меня не собирались, один из гостей был в форме офицера Гестапо, я даже удивился, почему эта служба, а вот двое других явно русские, врач и медсестра, видимо медперсонал заставили на них работать. Те испуганно поглядывали на офицера. Гестаповец сразу же начал задавать вопросы на немецком, но я мог только хрипеть, меня мучила сильная жажда. Медсестра меня напоила, вся вода из поилки ушла, после этого можно было пообщаться. Правда, гестаповец дождался, когда врач меня осмотрит и уйдёт, после чего продолжил опрос. Пришлось отвечать:
  - Вторая рота первого батальона 'Бранденбург-Восемьсот'. Рядовой Бизоев. Выполнял задание, попал под обстрел ночью, что дальше было не помню.
  Тут дверь снова отворилась и вошли двое в форме НКВД. У обоих халаты наброшены на плечи. Тот что имел кубари старшего лейтенанта в петлицах, сказал гестаповцу:
  - Спасибо, Егор, дальше мы сами.
  'Гестаповец', молча козырнув, покинул палату, я же, мысленно костеря себя, такой дешёвый развод, внимательно осмотрел обоих сотрудников НКВД. Нет, не узнаю их. Хотя если я в Минске, то играют меня уже немцы, тогда не удивительна молчаливость 'гестаповца', тот мог и не знать русского. Так что будем играть в молчанку. Хотя один вопрос задать можно. А лучше два:
  - Война началась? И где я в действительности нахожусь.
  - Война началась и ваши германские армии, несут большие потери, - ответил всё тот же старлей, второй, у которого были шпалы капитана, то есть тот лейтенант госбезопасности, всё ещё молчал. - Вы находитесь в больнице города Минск.
  Этим тот расставил все точки над 'И'. Играли меня немцы. Так что дальше я общаться отказался. Полчаса те без силового воздействия пытались надавить на меня, кстати, сосед не уходил, слушал внимательно, а потом вернулся гестаповец, всё же похоже тот настоящий, и сообщил:
  - Ваши данные будут проверены по спискам батальона 'Бранденбург', а пока отдыхайте и лечитесь.
  Когда те ушли, сосед сказал:
  - Знаешь, я был уверен, что ты русский. Из диверсантов. Хотя для диверсанта у тебя возраст неподходящий. Проверили, вроде действительно свой. Скоро проверят по архивам, узнают, точно ты наш или нет. Я сам из другой роты. Жаль мы друг друга плохо знаем, опознать тебя не могу. С другой стороны, попав в плен мог дать внешние описания своих знакомых. Сам я в плен попал, когда мы устроили налёт на штаб одного из корпусов Советов. Крепко нам досталось. Половину ребят потеряли, я раненым в плен попал. Остальные вроде успели отойти. Потом наши захватили Минск и нас освободили. Сам я из Белостока родом, а ты откуда будешь? Вроде не украинец?
  - Чеченец. Меня ещё в сороковом завербовали.
  - Ясно.
  - Что там с войной, как началась? Мы действительно в Минске?
  - Началась та как запланировано, - оживился тот. - Советы так драпали, что мы Минск на шестой день захватили, тут сейчас глубокий тыл. Наши осадили Могилёв и добивают окружённых в Белостокском выступе. Ничего, скоро очистим наши земли, будем править. Я себе уже присмотрел деревеньку, мне за ратные подвиги её пообещали.
  Пока тот описывал красоты своей будущих владений, вернулась медсестра с подносом, нам ужин принесли, снаружи оказалось вечер властвовал. Покормила та меня сама с ложечки. Была манная каша на молоке. А хорошо немецких солдат снабжают. Сосед сам поел, правая рука у него вполне целая. Я же, поужинав, попив чаю, не сладкий, лежал и размышлял. Желудок немного бесился, видимо за три недели впервые еда попала в него, ещё в пот бросило, но вроде не критично. Стоит обдумать что делать дальше. То, что я в глубокой заднице, было понятно и так, но нужно найти выход. Интересно, куда дели моё генеральское удостоверение? Оно одно указывало на моё прибытие из будущего. Так проще сообщить, чем объяснять, что такое параллельные миры. Также хотелось бы знать, что написано в моём личном деле задержанного, которое наверняка завели? Думаю, оно тоже досталось немцам. В общем, пока ничего не ясно и не понятно. Кстати, температура спала после ужина, сил поднабрался, помогла калорийная пища, я даже смог сесть на койке. Голова от этого сильно кружилась, но ничего, терпимо. Сидя, привыкая к вертикальному положению, я прикидывал сколько у меня есть времени. Если поторопится местное 'СД', проверяя меня, через сутки двое уже будут знать... что рядовой Бизоев действительно числиться в той роте, да и данные командиров я назвал правильно, что видимо и сняло подозрения. Работая в параллельном мире, я изучал списки этого батальона, который в сороковом был переформирован в полк. Единственный чеченец в рядах привлёк моё внимание. Он уже служит, у нас он пропал без вести в сентябре на Брянщине со всей группой в составе которой был. Я не знаю где сейчас Безоев, и в ответ на запрос могут сообщить то тот жив и находиться на задании. Да ещё внешнее описание дадут, а тот реальный кавказец. Это я типичный русак, сообщивший что у меня гены такие и на кавказца поэтому я мало похожу. А вообще я чеченский князь, мать русская дворянка, в рядах батальона добываю справедливость. Ну там и остальная муть. Конечно версия придумана наспех, так и времени подобрать более серьёзную версию, у меня не было. Да ещё состояние такое, мысли плавают.
  Ночью, когда сосед спал, я стал изображать судороги, пена изо рта пошла. Тот всё же проснулся от шума. Включив свет, бегло меня осмотрев, тот стал стучать в дверь. Вскоре прибывавшие врач и медсестра, похоже те же самые, быстро зафиксировали мою тушку и начали спасать. Изображать эпилепсию я научился ещё в том мире, так что боролись за мою жизнь серьёзно, спасая. Наконец те справились, похлопав глазами я спросил:
  - Что это было?
  - У вас случился эпилептический приступ, - устало вздохнув сообщил врач, пока медсестра развязывала меня.
  - Ничего не помню.
  - Это нормально, - согласился врач, и застыл.
  Причина в этом у того была. Меня уже освободили, так что схватив из бокса, что стояла на подносе, скальпель, я метнул его в соседа. Тот как раз вставал с койки. Наклонился вперед и лезвие вошло ему в глаз. Сильный бросок, все силы приложил. Умер тот мгновенно. Посмотрев на медиков, я сказал:
  - Я русский диверсант. Если поможете мне, вытащу вас из Минска и доставлю до наших.
  Отреагировали те не так как я планировал. Медсестра прыгнула на меня и зафиксировала руки, хотя я тянулся за вторым скальпелем. Врач нажал на точку на шее и меня вырубило.
  
  ***
  
  Середина августа, вагон с решётками на мелких окнах, мягко покачивался, громыхая сцепкой и колёсными парами на стыках, и двигался тот в составе поезда, что вёз немало заключённых по этапу на Урал, где спешно строились новые зоны, эвакуированные из других областей к которым приближались немцы. Вот с такими эвакуированными зеками перевозили и меня.
  Я лежал на нарах, места мало, тесно, но наш вагон особый, охрана усиленная, так что найти место было можно. Надо сказать, я находился в ярости. Шок, изумление и всё остальное прошли давно. Меня недолеченного отправили в Москву, оказалось играли меня всё же наши и убил я оперуполномоченного НКВД, тот ранен был, лечился, ну и заодно играл меня. Так что я сразу перешёл в стан врагов, и допрашивали меня жёстко. Нет, я понимаю, немцы наступают, время такое, но меня ведь даже слушать не хотели. Я пытался объяснить, сообщая что я из будущего, что знаю как будет идти война. Даже давал описание, а те только смеялись. Держали в камере на Лубянке, и допрашивали. Четыре раза наверх таскали. Думаете меня о чём спрашивали? Как же, просто избивали, после чего спускали обратно. Не знаю, может доводили до кондиции, но вдруг отправили по этапу. Суд был, дали двадцать пять лет лагерей. Странно что не вышку, расстрелы тут проводились часто, изрядно народ угрохали. Кстати, дело оформили на меня, я дал свои данные, Олега Анатольевича Бурова. Так и отправили по этапу. Долдоны. В прошлом мире Берия в сорок втором изрядную чистку провёл в Наркомате, большую часть сотрудников отправил в Особые отделы армий, и стал набирать уже нормальных парней которых учили с нуля. Там качество работы поднялось на изрядную высоту, я с ними работал, знаю. Жаль мне так не повезло. Да и вообще с момента как в этом мире оказался, везение куда-то пропало. Ранили, теперь по этапу еду. По крайней мере было одно моё решение, что меня удовлетворило. На контакт с местными властями я больше не пойду. А выбили у меня всё желание на это. Поначалу держался, всё же понимал, люди работали, но увидев, что никакой работы нет, меня тупо забивали, а потом осудили и отправили на зону, как-то резко изменил своё мнение. Да и вообще, нашим я уже помогал, в прошлом мире, а здесь больше не буду. По крайней мере, пока не убедят меня в обратном. А для этого очень постараться нужно будет. Не стоит думать, что у меня там какие-то детские обиды, вот ещё, просто работать через Наркомат Берии я смысла уже не вижу. Моя репутация там изрядно подмочена, так что слушать не будут, шлёпнут и всех делов. Я вообще в изумлении что меня до сих пор не расстреляли. Такие случаи с осуждением и отправкой на зону единицы. Проще пулю пустить в лоб. Так что возможно выйду на армейцев. А выходить придётся, я побег измыслил. Точнее даже не я, а группа бандитов, которых наши причислил к диверсантам и шпионам. В большинстве тут были польские и украинские бандиты, за сутки пути я уже разобрался, что реальных диверсантов тут всего трое, остальная шваль просто стреляла в наших в прифронтовой зоне, была изловлена и отправлена по этапу. Глупость несусветная. Расстрел спасёт их, вот моё мнение. А тут народные деньги трать на содержание, а потом ещё и выпустить на волю после того как срок закончится. А если амнистия? То-то и оно.
  Те трое диверсантов, быстро скорешились, хотя похоже раньше друг друга не знали, вот и замыслили побег. Большая часть народа в вагоне их поддерживала, я тоже, хотя изображал сильно избитого. Да и чего тут изображать, я и так сильно избит был. До параши еле доходил, кровью ссал, так что если в побег и пойду, то на одной силе воле. Тут таких как я хватало. А как те решили всё устроить, не знаю, охрана у нас действительно двойная была. Одно радовало, вагон не специализированный, обычные теплушки у которых забили решётками и так небольшие оконца. Разбудили меня в полночь, оказалось соседи сломали пол, две доски как-то выломали, и по одному ныряли в тёмную пропасть. Решались на подобное не все, я прикинул, не так и много ушло, вагон всё ещё полный, однако я встал за следующим, шанс свой упускать я не хотел. Так что, когда тот нырнул вниз, причём, как я понял он не прыгнул, а удерживаясь за железные швеллера пополз куда-то в сторону площадки, ну и следом шагнул. Я на такой трюк был не способен из-за плохого физического состояния тела, поэтому оттолкнувшись, полетал под откос, сгруппировавшись. Долго катился, видимо тут пологий склон, пока не плюхнулся воду, подняв брызги. Это не речка, чем-то на болотце смахивало. Кстати, когда отталкивался, то рассмотрел на площадке борьбу. Похоже там соседи на часовых напали, но всё тихо было. Оружием те воспользоваться не успели. Вынырнув, я выбрался на сушу и стал прислушиваться, но выстрелов всё не было. Ночь была безлунной, тучи низкие висели, воздух сырой и влажный, но дождя пока нет.
  Эшелон уже ушёл, выстрелов я так и не дождался, неужели тихо сработали? Так вот, выбравшись на берег, я первым делом ощупал себя. Несмотря на то что работали надо мной серьёзно, два зуба выбили, я особо не пострадал. В принципе травмы имелись только у мягких тканей. Кости целы. Пулевое ранение в плече у меня зажило, хотя и по нему били, отчего я терял создание 'на допросах', кровило и долго не заживало, но сейчас вроде ничего. Одет я был не в робу заключённого, это у немцев всё по порядку, а у наших зеков в чём приняли в том и сидишь. Где мой камуфляжный костюм я теперь не знаю, поэтому выдали мне какие-то обноски. Брюки не по размеру, что воняли псиной, и рубаху с оторванным нагрудным карманом и без трёх пуговиц. Даже нательного белья не было. Обувь вообще кошмар, стоптанные боты, без шнурков, хорошо ещё мой размер. Кстати, а где боты? Пока летел те слетели с ног. Вот так закончив себя ощупывать, похоже мой полёт и кувыркания обошлись малой кровью, колено болело, стукнулся о камень, и рёбра с правой стороны ныли, по той же причине, стал высматривать боты, поднимаясь вверх по склону. Один ботинок быстро нашёл, другой пришлось поискать. Без обуви не побегаешь, хоть такие, но пусть будут. Так что выбравшись на шпалы я и побежал по ним прочь, в ту сторону откуда пришёл тюремный поезд. Я даже не знал по какой ветке мы ехали и где оказались за время пути, но проблем не вижу. Я на свободе, имею опыт общения с местными властями, и знаю отчего отталкиваться.
  Если проще, то я решил, что местные и сами хорошо справляются, а на мне задание висит из прошлого мира. Поэтому двигаю к порталу, переправляюсь в родное время и занимаюсь делами, закупкой технологий и промышленной информации. Те решили начать выпуск компьютеров и систем на их базе. Но не было нужных технологий, вот это нужно приобрести и отправить к ним. Не знаю как те станки будут ловить, но надеюсь справятся. Ладно, это дело будущего, мне главное до передовой добраться и оказаться на оккупированной территории, а там и до границы дойти. Надеюсь сделаю всё быстро, не хочу в холодной осенней воде нырять, или зиму пережидать. До утра дождя так и не было, о чём я жалел, тот бы смысл все следы. Сам я по шпалам пробежал, напрягая все и так невеликие силы, километров пять. Бежал особым манером, километр быстрым шагом, ещё километр бегом, придерживая ноющий бок. Мне повезло, со спины нагнал попутный состав, похоже с углём, мне удалось зацепиться за заднюю площадку одного из вагонов в центре, и проехать километров двадцать, спрыгнув, когда тот тормозить начал, въезжая на какую-то станцию. Пришлось обходить деревню что была у станции. Потом сошёл со шпал, впереди мост показался через речку, стороной прошёл, прямо в одежде, держа боты в одной руке, переплыл реку. Она не особо широкая, метров сто была, и побежал дальше, найдя тропинку. Так что утро застало меня в открытом поле. Хорошо тут пшеница росла, сошёл с дороги, примял место, и вскоре уснул. Голод крутил желудок, в камере тоже не особо сытно кормили, но пока терпимо. Вон, нарвал колосков и поел, пожевал. Морщился от боли в челюсти, в прорехах выбитых зубов больно, но главное чуть притомил голод. А пока нужно уйти из зоны поисков как можно дальше. На это все силы и тратил.
  
  Проснулся я ещё когда светло было. По железке ходили составы, до неё с километр было, там удобное место, поворот., где составы притормаживают, можно запрыгнуть и сократить путь, но я решил, что для меня это слишком опасно. Ведь это же ясно что так можно удалиться от места побега далеко и искать вдоль путей будут долго, проверить составы, так что как стемнеет, я наоборот уйду от железной дороги как можно дальше. Доберусь до ближайшего города, закуплю всё что нужно и двину к порталу. Где добыть денег, это дело десятое, тут я вообще проблем не видел, главное до передовой добраться.
  Встать я не мог, сразу могут увидеть. Не знаю есть ли кто вокруг, но рисковать точно не стоило. Так что лёжа отлил, в речке я напился так, что живот вздулся. Сейчас же срывая колоски растирал и забрасывал в рот зёрна, пережёвывая. Силы мне нужны, а как без них обойтись если желудок пуст? Так время и тянул. Голод исчез, видимо зёрна дали эту лёгкую сытость, но очень хотелось пить. От речки и моста я ушёл на километр, не больше, а мало ли впереди долго водоёмов не будет, поэтому, когда стемнело, выбравшись на дорогу, вернулся к реке, где снова напился, и снова побежал прочь. Просёлочная дорога уводила меня в сторону от железной дороги, дважды пришлось прятаться, деревенские на телегах проезжали, один раз пешком женщины с косами прошли. Даже стыдно, я почти здоровый мужик прячусь, а они тут вкалывают. Мужики на фронт ушли, и всё на них свалилось, и ведь терпят, занимаются колхозными полями, а ведь и свои подворья есть где тоже нужны силы. Так и бежал, стыдя себя, пока вдали не приметил блеск костра. Так-то я видел свет от ламп двух деревень мимо которых пробегал, особо светомаскировки там не соблюдали, да и кому они нужны?
  Подкравшись к костру обнаружил луговую машину, 'Газ-А', что фаэтон, и двоих мужчин у костра, один по виду из начальства, вёл себя по барски, другой видимо водитель, суетился много. С такими нотками подхалимства, которые обычно встречаются если те долго у начальства личными водителями работают. Те уже поужинали и готовились отойти ко сну. Тот что начальник, ругал водителя, они пропустили нужный поворот и ночь застал их в дороге. Хорошо хоть есть что покушать и на чём переночевать. Дождавшись, когда те затихнут, сам костёр уже погас, только угли краснели, и подкравшись, нанёс два удара, отправив тех в более глубокий сон. Дальше быстро раздел обоих и из двух комплектов подобрал себе одежду, брюки и кожаная куртка с водителя, с него же сапоги, мой размер, с толстяка-начальника свободная рубаха, и кепка. Документы их оставил, но все наличные деньги забрал. Особенно солидная пачка была у пузана, видимо за что-то расплачиваться вёз. При нём была квитанция на получение этих денег из кассы колхоза. У начальника также обнаружил 'Наган' с сильно потёртым воронением, и похоже давно не чищенный. Я пока доедал то что осталось, раздув угли костра, изучил его. Патронов к нему три десятка. Ну и поев, ничего не осталось, самому еле хватило насытится один раз, я накрыл бедолаг одеялами, чтобы ночью не помёрзли, запустил двигатель машины и погнал прочь. До утра проехал километров двести, пока бензин не закончился. Когда машина начала дёргаться, мотор заработал с перебоями, свернул в сторону рощи, и загнал ту на опушку. Замаскировав машину ветвями, топорик в машине нашёл, потом убрал в вещмешок с той мелочёвкой, что нашёл у хозяев техники. Ушёл от машины в сторону, бензина больше не было, я проверил, и накрывшись курткой, вскоре уснул. Я уже разобрался где нахожусь, до Москвы километров пятьдесят осталось. А катили мы по железной дороге на Ярославль.
  
  Выспавшись, я открыл глаза. Пока всё тихо. Прогулявшись до машины, её так и не обнаружили, обновил маскировку и уйдя на другую сторону рощи, искал водоём, но не повезло, не было, стал ожидать наступления темноты. С моей небритой рожей, которую покрывали синяки разной степени свежести, выходить к людям явно не стоило. Так что только ночь. А как стемнело я побежал по дороге дальше. План дальнейших действий у меня уже сформирован был, ему и буду следовать. Он был не сложен, если так посмотреть свежим взглядом. Да, я собирался добраться до портала и уйти в своё время, если мне повезёт и тот откроется в нужный мир. Однако просто так уйти я не мог, совесть офицера и контрразведчика не давала. В Наркомате НКВД знакомых у меня хватало, где жили те я знал, вот и собирался повстречаться с кем из них, и передать информацию. Немного, что я там успею за сутки, но хоть что-то, а потом портал и родной мир. Вот такой у меня был план. Ему я и буду следовать, в пути добавляя подробностей для его исполнения, обдумывая многие мелкие моменты.
  Чувствовал я себя всё также плохо, ещё когда восстановлюсь, но времени было мало, середина августа, а столько нужно успеть. Поэтому и двигался я фактически бегом, и к утру, когда светать начало, рассмотрел всё же вдали окраину столицы. Тут уже ховатся пришлось, вокруг Москвы действительно воинских частей хватало, три поста на дороге обошёл полями, повезло не засекли, так что ещё и в саму столицу пробраться нужно. В дороге мне два села и три деревни встретилось, что расположились на этой дороге. Вот в одном из сёл я запас припасов и пополнил. Там я нашёл столовую, что принадлежала колхозу, вскрыл окно и набрал припасов из кладовки. Кстати, заглянул в кабинет директора, или заведующей столовой. Не знаю, как правильно. Добыл писчих принадлежностей, чистую книгу учёта и две чистые тетради, больше у той не было ничего ценного. Это чтобы свои воспоминания выложить. На слух тоже надежды нет, что мой собеседник всё запомнит, а тут хоть что-то. Выспался я в кустарнике на берегу речки, проснулся часа в четыре дня, часы у того начальника, у которого я машину угнал, были, трофеем прибрал, теперь они у меня на кисти левой руки находились. Позавтракав, я устроился в кустах, и используя жёсткий переплёт журнал учёта, как столик у меня был, стал заполнять одну из тетрадей. До наступления темноты я успел заполнить одну тетрадь, описывая все известные мне сражения, особенно про блокаду Ленинграда дал развёрнутую информацию с количеством погибших от голода, все крупные поражения советских войск, почему и из-за кого они произошли. До сорок четвёртого года записи были. Дальше смысла нет, если в них поверят, изменения пойдут и ничего похожего не случиться, я это знаю по миру где Вячеслав повеселился. Надо же, до полковника дослужился, трижды Герой Советского Союза. И ведь за дело. Больше сотни сбитых.
  Когда стемнело покидать своё укрытие я не стал, а искупавшись в речушке, стал делать холодный компресс, и накладывать на лицо, нужно как можно быстрее свести синяки. С ними в город заходить не стоит, мигом внимание привлеку. А так, раз у меня есть запас продуктов на пять дней, две тетради и журнал, то займусь составлением мемуаров, всего что нужно, чтобы передать их, хм, нашим. Ну почти нашим. Да нет, ни хрена не своим, наши в других мирах остались. Однако помочь всё же нужно.
  
  Укрытие оказалось вполне неплохим. Пусть на третий день пришлось небольшой дождь пережить, всё ценное я завернул в куртку и не промокло, сам выстирал вещи, купался, да я вообще мало из воды вылезал, та реально лечила. Пусть синяки за пять дней окончательно не сошли, сильно пожелтели, но лицо уже не опухшее, потихоньку сходили. Исписал я всё, и обе тетрадки и журнал учёта. Дал список предателей, потом к чему стремиться после войны, указывая тупиковые направления, и где будет ожидать успех. Краткий обзор по месторождениям нефти, газа, угля, алмазов, золота и изумрудов. В общем, всё то что так нужно. За эти пять дней, как я ни старался, но всё же одежда помялась и кое-где порвалась, ладно хоть чистая после стирок, да и я оброс. Бритвы-то среди трофеев не было, не повезло мне с ней.
  На шестой день, ещё затемно, поправляя лямки вещмешка за спиной, я направился к городу. Когда на улицах оказался, окончательно рассвело, так что я уверенным шагом направился к рынку. Надо сказать, нож у меня был один, складной, который автолюбители использовали для нарезки припасов. Я его конечно наточил о камень как смог, острый, но всё же нормально побриться им не смог, ещё и порезался, но хоть частично соскрёб щетину. Нужно её совсем убрать, поэтому на первом месте покупка бритвы. Припасы тоже закончились, вчера ещё, они следующими по списку. Надвинув кепку на глаза, подняв воротник куртки, я так и дошёл до рынка. Тот уже начинал работать, это был Колхозный, тут чего только не было, всё мне необходимое можно найти, ну и стал совершать покупки. Купил бритву, новенькую, с помазком, мыло, зеркальце, чашку для взбивания пены. Потом купил комплект одежды, хочу сменить свою, походная жизнь не пошла трофейной на пользу. Вот так сделав покупки, я тут же успел поесть, пять ещё горячих пирожков с кружкой молока, ну и уйдя в ближайший парк, там развёл костерок бездымный, разогрел воды в котелке, это трофей от автовладельцев, подогрел воду, взбил мыльную пену, и отлично побрился. Потом переоделся. Денег не так и много удалось добыть с хозяев авто, но на отличную одежду хватило. Я купил чёрные крепкие брюки, два комплекта нательного белья, трусы и майки, тёплую рубашку, лёгкий свитер и куртку с длинными полами. Свитер и куртку убрал в вещмешок, до них ещё рано, август тёплый был, вон каждый день купаюсь. Признаюсь, с некоторым стыдом, это дело я очень любил. Вернувшись на рынок, я быстро продал трофейную одежду. Даже кожанку не пожалел, вещь приметная. Кепку и сапоги тоже продал. Вместо них отличные полуботинки, они на шнуровке были, три комплекта носков. Одежда ношенная, но и продавал я тоже не новьё, хотя выручил не так и много. Оставшиеся деньги я потратил на покупку необходимых вещей. Кстати, немногую утварь что взял трофеями там же где и другие вещи, также продал. Купил я армейский котелок, ложку с вилкой, глубокую тарелку и большую кружку. Из продуктов три кило солёного сала, в дороге это высококалорийная пища самое то. Два кило сухарей взял, три банки с тушёнкой, пачку макарон, крупы, овощей и немного картошки. Ну и считай на последние деньги купил армейскую плащ-палатку. За последние дни ночного путешествия и днёвок я очень высокого оценил эту необходимую вещь. Точнее оценил бы, если бы та имелась, очень нужна была, теперь есть.
  На этом закончив, и так вещмешок полный, скатку плащ-палатки сверху закрепил, я покинул рынок, поправив кепку, это другая, купленная тут, от трофеев с автомобилистов я практически полностью избавился, ну и направился по одному из адресов. Деньги были, мелочь в кармане, несколько рублей, но платить не пришлось за трамвай, тот переполнен, как и многие я на задней площадке доехал. Сойдя на остановке, и хотя тут с пересадкой, осталось недалеко, не стал на трамвай садиться и дошёл пешком. Время часов девять утра, когда я оказался по нужному адресу. В этом доме на втором этаже проживал старший майор государственной безопасности Павел Анатольевич Судоплатов, мой большой друг. В прошлом мире. Тот сейчас в Москве работает. Недавно стал организовывать разведывательно-диверсионную работу и партизанские действия в тылу противника. Супруга Павла тоже работает в Наркомате, так что сомневаюсь, что та дома. Сейчас у них запарка. Мельком осмотрев двор и вход в подъезд, дом не относился к особо охраняемым, но консьерж в доме был, и тот обязательно сообщит куда нужно о подозрительных личностях. А я пока со своим личиком к другим не относился. Синяки почти сошли, но всё же именно что почти. Если присмотреться, найти следы можно.
  Закончив проводить рекогносцировку, ничего не изменилось, я покинул этот район. Сначала избавился от вещмешка. Мешает и внимание привлекает, поэтому спрятал в укромном месте, потом занялся добычей средств, что заняло около двух часов. Тут тоже использовал знания по прошлому миру. Похоже, их идентичность полностью подтверждается. В прошлом мире в узких кругах, в основном по нашему наркомату, прошла информация о захвате хранителя воровского общака, когда шло перечисление того что было найдено, у многих количество находок вызвало изумление и шок. Пару танковых полков с нуля можно сформировать на эти деньги. Вот я его и посетил, ликвидировал двух охранников, и самого старичка допросил по жёсткому. Интересного было немало, брал я только самую ценную ювелирку. Сразу видно, что древность, всё дорого и красиво, значит стоит немало. Полный вещмешок набрал, его я тут же у старичка обнаружил. Ну и наличных, тысяч десять. Дальше вскрыл все нычки и схроны, взывал по уличному телефону милицию, и направился прятать трофеи. Убрал сидор к своему вещмешку с припасами. Кстати, трофеями ещё один 'Наган' взял и 'ТТ', ну и боезапаса солидно. Оружия там хватало, но я взял привычные образцы. Жаль 'Парабеллума' не было, хорошее оружие, мне он нравился.
  Я пообедал в городской столовой, поужинал там же, и перед самой темнотой во двор нужного дома свернула легковая машина. Салон покинул Судоплатов, силуэт не спутаешь. Машина уехала, а тот направился ко входу в подъезд. И когда открывал дверь, получил удар в лицо, что ошеломил его, попытался уйти от второго, а быстро среагировал, но второй его вырубил. Подхватив тело, я пробормотал:
  - Извини, Паша, но так нужно.
  Комендантского часа в столице пока не было, так что мне не помешали донести на загривке тело Судоплатова до угнанной мной машины, она на улице припаркованной стояла, это была 'полуторка', погрузить в кабину, мои вещи уже были тут, и поехать к выезду. Покинул я город не по трассе, там пост поставили, объехал по второстепенным улицам и по полевой дороге попылил уходя прочь. Я укатил от окраины Москвы километров на десять, не меньше, когда Судоплатов зашевелился, застонав, и поднял связанные руки к лицу. Осмотревшись мутным взглядом, тот посмотрел на меня и спросил:
  - Ты кто?
  - Друг твой. Между прочим, лучший. Сына твоего Толика в сорок шестом крестил.
  - Что за бред?
  - Паш, что ты знаешь о параллельных мирах?
  - М-м-м-?..
  - Ясно. Меня зовут Олег Буров, с сорок седьмого года генерал-лейтенант НКВД. Получил по личному представлению Берии. И да, это произошло не в этом мире. Я иномирянин, если ты не понял. Причём этот мир, где я сейчас нахожусь, уже третий в котором я побывал. Родился я в тысяча девятьсот семьдесят третьем в Москве...
  Остановив машину и заглушив двигатель, я за час довольно подробно описал историю своей жизни, службы, потом по приключениям племянника, кем тот стал в мире Сталина, как нас туда перетянул, как мы там работали, и для чего возвращались. Ну и как в этот мир попал, и что из этого вышло, вплоть до побега с тюремного поезда и сегодняшнем ограблении воров. О последнем тот как оказалось слышал, громкое дело было. Закончил я такими словами:
  - Как ты сам понимаешь, желания дальше сотрудничать с вашим правительством у меня выбили напрочь. Глупо всё как-то вышло, но хоть напомнили, что у меня другое задание, не менее важное. Так что я отправлюсь к порталу и ухожу в свой мир. Только уйти не мог просто так. Я там написал всё о воспоминаниях по этой войне, что потом будет. В общем, информация важна. Считай это прощальным подарком.
  - Да уж, накрутил. Неприятно узнать, как меня арестуют и придётся имитировать помешательство, как было в твоём мире. Значит, сын в сорок третьем родится?
  - Да, восьмого мая. Ладно, Паш, пусть ты меня и не знаешь, но я считаю тебя своим другом. Давай руки развяжу. Ты не смотри, я хоть и помят, ещё не восстановился, но шансов у тебя против меня нет, так что не пытайся что сделать, - развязав руки, и пока Судоплатов разминал кисти рук, я достал тетради и журнал, они вместе одной бечёвкой были связаны, и протянул, добавив. - Вот та информация что я мог выдать. Тут немного, но основные моменты описаны. Список предателей и кто развалил Союз в будущем тоже указаны.
  Тот взял протянутые тетради, и внимательно посмотрел на меня. В темноте рассмотреть сложно, так что я включил фонарик, и тот прищурившись, запоминал моё лицо. Подумав, тот спросил:
  - Может всё же со мной?
  - Нет, у меня задание, сам понимаешь, нужно технологии будущего переправить в другой мир, копию вашего, а портал мало того что в болоте и в воде, так ещё может в другой мир выкинуть. Нет, раз обещал Сталину всё сделать, нужно сделать. Думал вам тут помогу, вернусь в свой мир и выполню обещание, а тут вон оно как получилось. Ладно, держи свой табельный, патроны я высыпал тебе в карман галифе, там же боёк. Тут влево дорога уходит, километрах в пяти деревню найдёшь, за ней село, там телефон, свяжешься со своими и вызовешь машину. Бывай.
  'ТТ' тот убрал в кобуру, и подумав, всё же пожал мне руку. Мы вместе вышли из кабины машины, я одним движением кривого стартера запустил движок, и сев в машину, погнал прочь. Не знаю, как быстро тот собирает оружие, но свалить стоит как можно быстрее. Если оружие тот и собрал, снарядив, то стрелять всё равно не стал, расстояние большое стало, так что думаю направился он к деревне куда я указал, или в другое место, возвращаясь по дороге, а я гнал до самого утра, загнав грузовик в кустарник и замаскировав его. Бензин ещё был, в машине две канистры имелось, но дальше двигаться на ней только рисковать. Засветло я успел забраться на платформу с какой-то военной техникой и дальше в сторону фронта покатил с этим эшелоном. Оказалось, это были грузовые автомашины, новенькие 'Газ' из Горького. Забравшись в кузов одной из машин, там оказался тюк брезента, я укрылся за ним, и вскоре уснул. Всё же сутки бодрствую, а тут есть возможность выспаться, то отчему нет? Знаю, что рискую, но надеюсь проскочу, с этим эшелоном я экономил изрядно времени. Один вещмешок под голову, другой под боком, оружие если что под рукой, так и уснул.
  
  Эшелон встал у Смоленска, что ещё держался. Меня разбудил шум, началась выгрузка. Машина тентованной была, так что подобравшись к заднему борту, я сделал небольшую щёлку и осмотрелся. Похоже эшелон загнали на запасной путь, благо тут были эстакады чтобы сгонять технику. Чем и занималась принимающая сторона. Как я видел, водителей назначали на машины прямо на месте, а сгоняли их пять опытных шофёров, чтобы неопытные не побили технику. Там уже выстраивали в ряд и начали передавать одному из местных автобатов. Посмотрев на часы, время было семь вечера, я досадливо скривился. До наступления темноты осталось ещё два часа. С темнотой проще покинуть машину и затеряться в окрестностях, а пока сидим и ждём. Мою машину тоже согнали с платформы по эстакаде и поставили в ряд, всего было пять десятков новеньких 'полуторок'. На мою машину тучный воентехник второго ранга назначил совсем молодого парнишку. Тот в кузов лишь мельком заглянул, посмотрел на тюк брезента, который за каким-то чёртом находился в кузове, я за ним спрятался, с трудом, но смог это сделать, после чего тот стал изучать комплект инструментов, да кабину машины. Другие водители занимались тем же. Тут тот окликнул того воентехника и сообщил о брезенте. Тот тут же заинтересовался, хотя как я слышал ещё в трёх машинах были такие же находки, это были тенты для прицепов, но самих прицепов не было, и лично заглянул в кузов. Тот забравшись в кузов, замер, глядя в зрачок ствола моего 'Нагана'. Ах как не хотелось светится, но придётся.
  - Тихо, не шуми, - прошептал я. - Держи руки на виду. Молодец. Теперь скажи водителю, чтобы проверил машину на ходу, скатался до ближайшего леса. Там мы расстанемся. Если будешь себя вести как я скажу, ещё и подарок заработаешь.
  Воентехник хмуро на меня глядел, но всё же приказы выполнял, хотя и заметно что не хотя.
  - Васильев. Садись в кабину, проверь машину на ходу. Езжай до хозяйства Байбакова.
  - Что за хозяйство Байбакова? - сразу насторожился я.
  Водитель же, в это время запустил двигатель и хлопнув дверцей покатил куда-то.
  - Ремрота.
  - Сколько до неё?
  - Пять километров.
  - Меняемся местами, садись на тюк брезента, я у заднего борта.
  Перекинув оба сидора к заднему борту, мы разошлись с воентехником разными бортами, тот сидел на тюке как примерный школьник, положив руки на колени, а я у борта. Мы укатили километра на полтора от станции, местность вроде пустынная, так что я велел воентехнику стучать по борту кузова, чтобы остановить машину. Не хотя тот выполнил приказ. Машина встала.
  - Выходим, - держа того на прицеле, скомандовал я и первым покинул кузов. Оружие держал у бедра, чтобы издалека не рассмотрели.
  Васильев, что выглядывал из кабины, приоткрыв дверцу, замер. Его лицо начало удивлённо вытягиваться, когда тот увидел меня и револьвер.
  - Подойди, - приказал я тому.
  Водитель, испуганно поглядывая на меня, косясь на воентехника, подошёл. Машина продолжала тарахтеть мотором на холостом ходу. Пришлось пояснить, чтобы глупости не на делали:
  - Мне ваши жизни не нужны, так что расстаёмся. Водитель, Васильев, как я слышал, не ошибся?
  - Васильев, - кинул тот.
  - Вот, отвезёшь меня подальше и можешь вернуться. Бензина насколько хватит.
  - Километров на пять, бак пустой, мы привезли в канистрах, но я машину заправить не успел.
  - Ясно, - задумчиво ответил я, осматривая окрестности.
  С той стороны откуда мы приехали были видны строения железнодорожной станции и дым, судя по трём разным столбам, там было три паровоза. А в той стороне куда катили, виднелась какая-то техника и вроде зенитки. Лучше с ними не сближаться. А чуть в стороне видно опушку леса. Главное добраться до неё, а с наступлением темноты я затеряюсь на территориях. Дорога пока пуста, поэтому я принял решение.
  - Оружие есть?
  - В кабине, винтовка, - кивнул на кабину Васильев.
  Держа тех на прицеле, я подошёл к кабине и достав винтовку, вытащив штык. Примерился к переднему колесу, но подумав, покосившись на Васильева, сказал:
  - Камеру портить не хочу. Спусти колесо сам.
  - Есть, - обрадованно ответил тот, явно возится с проколом тот не хотел.
  Пока тот спускал колесо, я велел воентехнику достать оружие из кобуры. У него оказался 'Наган', я сам разрядил его и забросил в кузов, мол, достанет. После этого покосившись на водителя, разобрал винтовку, сбросив части в лужу, соберёт сам. После этого достав из кармана золотой мужской перстень и протянул воентехнику:
  - Это за моральные неудобства.
  После этого развернувшись, я побежал прочь. Один вещмешок за спиной, там ценности, тяжелый, второй нёс в левой руке. Бежал быстро, до опушки леса с километр было по полю, но уже на половине пути у машины зазвучали выстрелы. Хлопки явно 'Нагану' принадлежали. Стрелял воентехник не в меня, да и дальность запредельная, просто в воздух, чтобы привлечь внимание. Обернувшись, помахав ему свободной рукой, я добрался до леса и стал углубляться дальше. Время есть, нужно уйти как можно дальше. Думаю, передовую можно не переходить, скоро немцы, проломив оборону, двинут дальше и оккупируют эти территории. Так оно как-то безопаснее для меня будет. А вообще стоит подумать и найти подходящее лежбище.
  
  ***
  
  Вынырнув, отфыркиваясь, я выплюнул загубник трубки, и подняв на лоб маску, осмотрелся. Та же хрень. Разница в том, что уходил их прошлого мира я осенью, в конце сентября, а тут явное лето. Вода теплее стала, это чувствовалось, да яркая зелень кругом.
  Рядом всплыл мешок с двумя поплавками. Скорее даже два мешка. Один водонепроницаемый, плотно набитый, второй обычный армейский сидор с ценностями внутри. Ювелирка из столицы. Это мои личные трофеи, и я собирался их потратить на себя и свою семью. К слову, у меня жена и двое сыновей. С женой мы давно уже живём как чужие люди, не выдержала тягот жизни офицерской жены, не разводимся только из-за сыновей, так что имея ввиду семью, я говорил о сыновьях. По квартире и машине куплю, благо возраст подходит. Одному шестнадцать, другому тринадцать. Про машины я конечно загнул, но байки купить смогу. Один байк и один скутер, пусть порадуются. Да, тот схрон я достал с деньгами, и оружием-репликами, тоже всё в мешке. Брал по максимуму. К счастью, портал сработал, и я куда-то переместился. Именно куда-то. Мостков у деревушки Брянщины и понтонов у границы Брестского района опять нет.
  Тут раздался шум авиационных моторов и посмотрев на знакомую тройку 'И-16', что пролетели чуть в стороне, я промотал:
  - Что? Опять?!
  Надо сказать, ситуация в которую я снова попал меня взбесила, однако головы я не терял, матерясь, проверил работоспособность портала, тот, как и ожидалось, не работал, и стал толкать мешки к берегу. Жаль лодочка, на которой я добрался до портала в прошлом мире, там и осталась, с ней удобнее было. Всё те же два часа пути, и я оказался на берегу, где вплотную подходил лес. Дальше всё по стандарту. Единственно что одежды при мне не было кроме гидрокостюма, но я его снял, и убрал в герметичный мешок, а потом его с вещмешком притопил в болоте, пометив место. Так что при мне были только 'ТТ' и реплика 'Макарова' с глушителем, да с запасом боеприпасов. По два магазина на ствол. Я был обнажён, через плечо ремень перекинул, на нём ножны с ножом разведчика, второй был потерян вместе с камуфляжным костюмом. Так что я быстро собрался, оружие в руках, магазины сунул в немецкий подсумок, удобный, оттого и прихватил, на ремень его прицепил, и побежал в сторону хутора.
  Пока бежал успел обдумать что делать дальше, в ближайшее время портал не заработает, так что можно повеселиться, снять напряжение, скинуть злость. Вообще, как работает портал не понятно, он может заработать через пару дней, или через пару месяцев. Так что ждать сидя не стоит, тем более припасов у меня не было, а на подножном корме долго не проживёшь, поэтому однозначно хутор. Ну а пока бежал, решил, что можно развеяться. Добуду машину, форму сотрудника НКВД, и повеселюсь. Появилась тут одна идея, на грани фола, но желание провернуть эту аферу, а по-другому её не назовёшь, так и толкала к будущим приключениям. Да и в конце концов, я всё делал строго по правилам, работа с чеченскими бандитами не считается, можно мне совершить наконец что-то безумное? Правда, ранее я этим безумием считал отправку за Вячеславом в другой мир, но тут совсем другое. И вот пока бежал, решил окончательно, сделаю, проверну всё, вернусь к порталу, и попытаюсь всё же пробиться в мой родной мир. А то я такой правильный, что аж тошнит, как говорила жена, пусть и у меня в истории жизни будет безумный поступок. Потому что чую, если я его не совершу, буду всю жизнь жалеть об упущенной возможности.
  Добравшись до хутора, босиком это было ещё то испытание, но сэкономил время, уже знал дорогу, оказавшись у хутора даже раньше, чем в прошлый раз. Только начало темнеть, когда я вышел к опушке, и протерев открытые участки кожи нужной травкой, стал ползти по картофельному полю к ограде. Дальше сработал фактически также. Правда, когда я ликвидировал водителя и наблюдателя, то бегом добежал до домика, где отправил на тот свет работников, и занял позицию в засаде на крыльце, тут и замер ожидая, а когда те двое появились, старик и майор, то атаковал. Майора вырубил ударом по затылку. Старику свернул шею. Лампу, что покатилась по полу крыльца, я поднял и повесил на крюк. После чего скользнул в дом, где одним ударом убил младшего сына старика. Выяснять мне ничего не нужно, и так знал, что-где находится. Дальше женщин и детей под запор в сарай, майора вытряхнул из формы, которую аккуратным свёртком убрал в машину, самого диверсанта связал, собрал трофеи, не забыв иголку и нитку, буду форму подгонять по фигуре. Хм, а в доме швейная машинка имелась. Сходил к сараю, и выяснил что одна молодуха была неплохой швеёй, та сама вызвалась помочь, дальше та сняла с меня мерки и начала подгонять форму по фигуре, глядя как та ловко работала, понял, что она так форму подгоняла не раз. Чёрт, а обещал за работу в живых оставить. Ладно, пусть живёт тварь. По документам диверсанта, то я мог вполне пользоваться ими. Фальшивка, но очень даже высокое качество. Оформлены на майора госбезопасности Ковальчука Валерия Андреевича, тот был из Москвы, причём имелось направление для работы в Минске. При документах партбилет имелся, я отодрал фотографию, а то лица у нас разные, а так пользоваться можно, в командирском удостоверении вообще фотографии не было.
  Пока та работала, я сломал майора, допрашивая его, и выяснил что его задача проникнуть в столицу, и начать работать в республиканском управление НКВД. Документы у того такого качества, что тот неделю мог проработать, пока бы не выяснилось, что тот липовый сотрудник. Задача блокировать работу управления. Наводить боевые группы диверсантов, помогать им в работе. Как и ожидалось тот работал в первом батальоне полка 'Бранденбург-800'. В Минске тот должен был работать на свой страх и риск, это на него по паролям выходить должны связники, так что дальше я допрашивать его не стал. Добил, и стал мерить форму. Сапоги мне подошли другие, одного из работников, отличные сапоги, тоже командирские, тем более советский пошив. Нательное бельё и форма сели как влитые, девушка действительно оказалась мастером своего дела. Пусть потратила два часа, но сделала всё высококлассно. Застегнув ремень с тяжёлой кобурой, там 'Наган' был, я проверил, номер револьвера вписан в удостоверение, и проверив документы, убрав в нагрудный карман, отвёл девушку обратно в сарай. Раз обещал, пусть живёт.
  Дальше трофеи и припасы уже собраны, я покинул хутор, и отъехав, встал в лесу. Тут был схрон, о нём мало кто знал, в прошлый раз я не рискнул им пользоваться, старшие сыновья старика точно о нём знали, а тут решил, так что большую часть трофеев, оружия, часть припасов, спустил с тайник. Его и как укрытие можно использовать. Час потратил на всё, заминировал замаскированную крышку схрона, и вернувшись к машине покатил прочь. По той дороге, где меня обстреляли в прошлой реальности, я не поехал. А свернул в сторону Кобрина, до него тут было километров сорок.
  Машина фактически пуста была, из оружия винтовка 'СВТ', цинк патронов к ней, табельный 'Наган', и 'ТТ' в кармане, 'Макаров' в сидоре с припасами. Продуктов два вещмешка. Ну и две канистры с бензином в крохотном багажнике 'эмки'. На этом всё. Так и катил. Рассвело, когда я выехал на трассу и покатил к Бресту. Карта в планшетке у липового майора была. По ней и ориентировался. Приметив пункт досмотра впереди, не стал вставать в очередь, а проехал по обочине вперёд. Меня остановил боец НКВД, подняв руку, тут они работали, так что остановившись, я открыл дверцу, заглушив двигатель, и скомандовал:
  - Боец, командира поста сюда. Быстро!
  - Есть, - козырнул тот, мельком, но внимательно, меня осмотрев. Как рентгеном прошёлся.
  Вскоре подбежал лейтенант, козырнув. Действительно лейтенант, и кубари в петлицах. У бойцов и командиров дивизий НКВД воинские звания как у армейцев, какие видно те и имеют, не то что у нас госбезопасности, через задницу, майор, а по армейской табели, считай полковник. Так что для бойцов поста я имею уровень звания полковника.
  - Товарищ майор госбезопасности, старший пункта досмотра лейтенант Северов. Разрешите ваши документы?
  Я предъявил их, внимательно наблюдая как тот их изучает. Похоже, проверку я прошёл, потому как мне их вернули. Ещё бы, я знал какие сейчас метки используют, видел образцы удостоверений этого временного периода, их в трофейном удостоверении не было, пришлось заранее нанести. Поэтому достав из планшетки карту, расстелив её на капоте машины, я сказал:
  - Смотри и слушай, лейтенант. Сегодня ночью группа осназа в моём подчинении, атаковала вот этот польский хутор, где оказалось гнездо немецких диверсантов. Все они были уничтожены, как и мужское население хутора. У меня всего три бойца с командиром. Они ушли преследовать другую группу диверсантов, в форме бойцов НКВД те идут в сторону Лиды. Как удалось узнать, их задача уничтожить охрану одного из железнодорожных мостов и изобразить его охрану. Не дать подорвать до прихода своих войск. Да лейтенант, война начнётся завтра. Это точно. Меня направили в Минск, на усиление, но по пути развернули, выдали новые приказы и вот с вечера прошлого дня работаю. Сейчас в Брест, там другая задача передо мной стоит. А ты передай чтобы к хутору отправили опергруппу. Нет у меня людей выставить там засаду. Возможно на хуторе уже появились другие диверсанты и старшие сыновья убитого владельца. Пусть там всё внимательно прочешут.
  - Понял, товарищ майор госбезопасности. Карта трофейная?
  - Глазастый. Именно так. Кстати, на хуторе мои бойцы нашли тайник в доме, там сидор с красноармейскими книжками и командирскими удостоверениями. Бандиты убивали наших, и собирали их, видимо для отчётности. Прими по описи.
  - Есть, - козырнул тот и крикнув сержанта приказал принять у меня вещдоки, а сам убежал к деревне, где видимо был телефон. Мы на околице стояли.
  Передача заняла с полчаса, я ещё попросил рапорт передать по инстанции, быстро его написал на имя начальника республиканского минского управления НКВД, подписался и отдал сержанту. Лейтенант ещё не вернулся, я его ещё попросил передать чтобы усилили охрану мостов. Дальше сел в машину и погнал в сторону Бреста. До него километров пятьдесят было. Проехал около сорока, уже скоро Брест должен показаться, как приметил в стороне летние лагеря. Судя по противотанковым пушкам, выстроенных в ряд, стрелковая часть. Множество палаток, бойцы занимаются по расписанию, некоторые двигались строем в сторону реки. Видимо банно-прачечные дела начались. Повернув к ним, я доехал до 'КПП', и не успел остановиться, как уже подбежал помдежурного по части. Оказалось, тут стрелковый Сто Двадцать Пятый полк стоял лагерями, из Шестой стрелковой дивизии. Командир полка, майор, был на месте, хотя похоже куда-то собирался отбыть, ему машину приготовили. Когда дежурный командир сопроводил меня до палатки, мы на моей машине доехали, я попросил собрать командование полка. Когда это было сделано, то я сообщил:
  - Мне тяжело это вам говорить, товарищи, но завтра Германия нападёт на нас. Информация проверенная. Уже идут приказы вскрывать красные пакеты, но из-за действий немецких диверсантов, что режут связь, не везде доходит информация. До вас может дойти сообщение о возможной провокации завтра, но провокации не будет, именно война. Я знаю, что за вскрытие пакета последует расстрел, но в данном случае я напишу вам приказ разрешающий вскрыть его ровно в полночь с двадцать первого на двадцать второе, если не успеете получить такой приказ от своего командования. Советую быть наготове, и ночью занять позиции как вам положено по планам обороны. Немцы начнут в пол четвёртого утра. На рассвете. А сейчас я вас огорчу. Я заехал вас грабить. Мне случайно попался ваш полк, но мне нужно усиление, поэтому и завернул к вам.
  - Ясно, товарищ майор госбезопасности, - кивнул комполка, тот явно был не рад что в преддверье войны его путаются ослабить. - Что именно хотите у нас позаимствовать?
  - Пулемётную роту полного штата, с опытным командиром. Отделение бойцов разведвзвода. Грузовики для роты и отделения, пару машин для боеприпасов, и две зенитки на автомашинах. Я видел у вас такие есть. Желательно иметь с крупнокалиберными пулемётами, но у вас я видел только счетверённых батарею. И учтите, роту обратно вы не получите.
  - Товарищ майор госбезопасности?!.. - с возмущением начал комполка, пришлось объяснить.
  - Это не значит, что я её просто не верну. Война начнётся. Неразбериха, найти вас будет сложно. Я постараюсь, но уверенности у меня нет. Да и у роты задачи будут серьёзные, работы им предстоит много. На уровне действий самого полка. Да, у вас есть 'ДШК' на пехотных станках?
  - Нет, - ответил тот.
  Не знаю правду тот мне говорил или нет, но давать мне роту тот не хотел категорически, однако я приказал и тот был вынужден исполнять. Пока роту готовили, грузовики, в полку на стоянке их всего четыре десятка стояло, больше телег и лошадей было. Топлива запас и боеприпасов выделяли, сухпая на три дня, ну и меня покормили. Время полдвенадцатого, уже обед наступил, так что я с командирами полка и пообедал. Полк тоже пищу принимал. А пока суть да дело, приметил полевые кухни и одну отжал с поваром и машиной. На всё оформил документы у начштаба полка, поставив свои росписи. Бюрократия она такая бюрократия. Правда, выделить продовольствия комполка отказался, у них самих запасы невеликие, но тут рядом корпусные склады, можно заглянуть туда. Зенитный взвод я тоже получил. Ну и познакомился с командирами. Ротой командовал старший лейтенант Окунев, похоже действительно опытный командир, воевал в Финскую, награждён медалью 'За Отвагу'. Зенитками командовал младший лейтенант Гаврилов. А отделением разведки сержант Баринов. Выстроив их, и сообщив что их уже сегодня ждёт первый бой, пусть готовятся, велел грузится в машины, после чего возглавил колонну.
  Всего было пятнадцать грузовиков. На двух перевозились зенитки, ещё на двух везли боеприпасы и пять бочек с бензином, одна буксировала полевую армейскую кухню, на остальных пулемётная рота разместилась со всем вооружением, ну и отделение разведки. Я приметил что в некоторые грузовики бойцы грузили ящики с патронами, точно опытен командир. Они даже ленты и диски к пулемётам снарядить успели. Всё же в составе роты было двенадцать станковых пулемётов 'Максим' и восемь ручных пулемётов Дегтярёва. Личный состав насчитывал сто тридцать шесть бойцов и командиров. Солиднее подразделение. Моя машина, что возглавляла колонну, она была шестнадцатой. Кстати, её заправили, но за рулём всё также я находился. Воителя я в Бресте планировал себе найти. В общем, двигались так, первым я, за мной машина с разведчиками, потом с зениткой, там Гаврилов в кабине сидел, потом машины роты и обеспечения, а замыкала колонну вторая зенитка. Приказ зениткам был поставлен такой. На любую стрельбу в нашу сторону открывать плотный прицельный ответный огонь. Так что шли по-боевому, открыть огонь зенитчики могли в любой момент, бойцы роты свои винтовки тоже привели к бою. Пулемёты пока чехлами накрыты от дорожной пыли, их время ещё придёт.
  Мы доехали до корпусных складов, где я выбил продовольствия. Его загрузили в машину с кухней, повар сразу начал подготовку к ужину, часть продовольствия по машинам разгрузили, этим ротный старшина занимался. Тут я приметил другие склады и уточнил по ним у интенданта, что нам всё выдавал. Ротный как раз наряды закончил заполнять, так что заинтересовался что мне нужно.
  - Так это трофейные склады. От польской армии остались.
  - Отлично. Кто ими заведует?
  - У меня на балансе.
  - Вообще замечательно. Мне нужны польские противотанковые ружья в количестве десяти единиц и патронов, с учётом по двести штук на ствол.
  - Ружья были, - устало вздохнул тот. - Идёмте, выдам.
  Мы получили противотанковые средства, шесть ружей я отдал в роту, чтобы в каждом взводе было по два противотанкиста, и одно разведчикам. Остальные в запас. Ротный уже выделил бойцов и те изучали незнакомое оружие. Ну а мы, вернувшись на трассу, покатили к Бресту. Въехав в город, благополучно проехав пост на въезде, нас даже не остановили, я в пути уточнил у прохожего где находится местное управление НКВД, и подрулил прямо к зданию. Колонна грузовиков, что так и следовала за мной, встала позади, выстроившись на улице, припарковавшись у края дорожной части. Я же остановился у входа в управление. Заглушив двигатель, оставив машину, поправляя на ходу форму, я быстрым шагом прошёл в здание. Козырнув дежурному, протянул документы ему, чтобы тот внёс меня в журнал учёта, и уточнил:
  - Начальник управления у себя?
  - Нет, товарищ майор госбезопасности. Отбыл по служебным делам. Будет завтра.
  - Зам?
  - Да, старший лейтенант Осоловец на месте.
  - Отлично. Тогда проводите меня к нему и вызовете всех наличных сотрудников. Из отпусков тоже.
  - Товарищ майор?..
  - Да, сержант, завтра начнётся. Мы УЖЕ опаздываем. Пока всех сотрудников, что находятся в управлении, направьте к кабинету Осоловца.
  - Есть.
  Дальше свободный сотрудник сопроводил меня к заму начальника управления. Это оказался светловолосый невысокий крепыш, что встал из-за стола и подошёл, козырнув. Сказав, чтобы без чинов, и пожав тому руку, спросил, положив фуражку на стол:
  - Вам уже сообщили о бандитском хуторе и возможном захвате двух мостов стратегического назначения?
  - Да, информация в сводке прошла. Насколько я в курсе, к хутору ушла опергруппа из Волковыска. А по мостам работают части дивизии НКВД. Туда уже вышли усиленные бронетехникой группы.
  - Отлично. Значит, слушай новую вводную информацию, - расстелив свою трофейную карту на столе, сказал я.
  В это время дверь в кабинет открылась и к нам начали проходить сотрудники, их было семеро, быстро осмотрев их, слегка задержавшись на одном, я расправил углы карты и выпрямившись сказал:
  - Знаете, когда меня два дня назад вызвали в управление в Москве, и я выслушал вводный приказ от товарища Берии, то был направлен в Минское управление, однако по прилёту на аэродроме получил новую задачу, машину, группу бойцов осназа и занялся другим делом. Работать на земле. Перед вылетом я узнал одну интересную информацию. Оказывается, у немцев существуют диверсионные батальоны, обозначенные как инженерно-строительные батальоны 'Бранденбург-Восемьсот' и 'Нахтигаль'. В прошлом году Бранденбург был переформирован в полк. Что интересно, в одном из батальонов оказался наш разведчик, и тот смог скопировать архивы, включая фотографии военнослужащих полка. Архив уже в Москве, и я успел изучить его, уровень допуска позволял. Интересная информация, не так ли обер-ефрейтор Паулаускас?
  Тут пришлось резким ударом отбивать нож, тот вытряхнул его из рукава для удара, что отлетел и звякнув клинком о стену упал на пол, а я уже пробил тому в живот коленом и схватив голову обеими руками ударил того лицом о столешницу, чем ошеломил диверсанта в форме лейтенанта госбезопасности, но не вырубил. Дальше уже другие сотрудники не сплоховали, и скрутили того, после чего вынесли на руках, Осоловец приказал обоим сотрудникам начать допрос выявленного агента.
  - Спасибо, товарищ майор, пригрели суку на груди. Он у нас уже три дня... Чёрт, он же не один был, второй, лейтенант Павлов уехал с начальником управления.
  Тот снял трубку, взывал дежурного и поставил тому задачу связаться с селом, куда уехал начальник управления, передать приказ задержать выше названного сотруднике, коим оказался диверсант. Пока тот не положил трубку, я озвучил свою просьбу:
  - Мне водитель на машину нужен. Моего ранили, в госпиталь увезли, сам за рулём езжу.
  - Сделаем, - кивнул тот, и передав приказ, положил трубку.
  После этого сотрудники вновь сосредоточились вокруг стола, изучая мою карту, некоторые свои из планшеток достали, и я стал вводить их в курс дела:
  - Вернёмся к диверсионным полку и батальону. В их ротах служат литовцы, украинцы, националисты и другая шваль. Все отлично говорят на русском языке. Многие служили в Красной Армии. Их уже забросили на нашу территорию, и те начали действовать. Завтра, двадцать второго июня, в полчетвёртого утра громыхнёт, начнётся война, и нам нужно успеть многое. Вот эти четыре приграничные моста захвачены точно. Охрана уничтожена. Вот эти пять мостов и вот эти два объекта стратегического назначения немцы планируют захватить ночью, усильте там охрану, устройте засады. В этих трёх местах будут высажены воздухом десанты ночью, нужно устроить засады. Задействуйте для всех операций не только подразделении дивизии НКВД, но и армейские части. Если нужен приказ, оформите, я подпишу, и с генералами поговорю, если нужно. Дело серьёзное. Далее, оформите приказ об эвакуации семей командиров Красной Армии и НКВД. Нужно уже сейчас подать дополнительные составы, вплоть до теплушек, и отправить их глубоко в тыл. Также эвакуировать граждан и специалистов с разных организаций, и производств. Что делать вы и сами знаете на случай начала войны. Начинайте. Помните, даже минута влияет на то успеете вы вывезти родных и близких, или нет. Всю ночь должна идти эвакуация. И да, у меня хватит полномочий отдать приказ по эвакуации. Пока соедините меня со штабом Двадцать Восьмого стрелкового корпуса. Теперь по самому Бресту и крепости. Войска из крепости нужно выводить немедленно. Иначе они окажутся в ловушке, но об этом я поговорю с командиром корпуса. По диверсантам в городе. Где-то в пять часов вечера на железнодорожном вокзале появиться группа пограничников, около тридцати человек, те собираются отбыть служебным эшелоном в Высокое. Согласно информации, полученной от пленного офицера батальона 'Бранденбург', это диверсанты, два отделения под командованием лейтенанта Ланке. Выделите группу для их ликвидации. В плен брать не нужно, если только парочку для допроса. Их на нашу землю никто не звал. И теперь самое важное, сегодня днём, час назад, с территории немцев прибыл грузовой поезд, якобы со станками. Заявка на них действительно есть, поэтому внимания поезд к себе не привлёк. Его отогнали на запасной путь, поставив в очередь на отправку. Думаю, тут поспособствовали пособники немцев, его могли раньше отправить. В вагонах находятся диверсанты, около трёхсот, все одеты в форму НКВД. Сказать по правде, диверсантов там десяток, что охраняют вагоны от любопытных или случайных свидетелей, беря их на нож, остальные немцы из линейного пехотного батальона. Ночью их выпустят, под утро. Задача захват важных объектов, уничтожение правительственных здании, включая ваше управление НКВД. Блокирование оказаний помощи, уничтожение небольших подразделений РККА и НКВД. В общем, их задача состоит в помощи немецким войскам в бескровном захвате города и важных объектов. Стоит учесть, что немалая часть горожан их поддерживает и будет стрелять в спину. Миндальничать не стоит, заниматься арестами тоже. На огонь отвечать своим, закидывать гранатами бандитов. По ситуации, ложными пограничниками на вокзале займётесь сами, а вот немцами в грузовом поезде займусь уже я.
  На этом я закончил, и командиры отбыли, у них было ну очень много работы. Тут позвонили из Минского управления НКВД. Причём знакомый сотрудник, в позапрошлом мире познакомились, так что я пообщался с ним, сказав, что нас познакомили в Москве, я тогда ещё капитаном госбезопасности был. Дал ему некоторую информацию, узкого спектра о которой знало мало людей, чем подтвердил, что я свой. Не успел положить трубку как другой абонент на связи. Меня же прямо из кабинета Осоловца связали с командиром стрелкового корпуса, благо тот был на месте. Пришлось надавить, тот отказался выполнять мои приказы. Причём прямо сказал ему, что у меня имеется прямое распоряжение товарища Сталина, снимать командиров, вплоть до командующих армий. Всё же тот оставил последнее слово за собой, приказ тот выполнит, но вышлет ко мне командира из оперативного отдела штаба, чтобы я письменно отдал распоряжения, ну и сообщит о моих приказах выше по инстанции. Да на здоровье. Эх, а хорошо всё же что я отлично знаю, что тут происходило. Один из сотрудников НКВД, сейчас тот обычный особист в одной из дивизий, воевал тут и о многом знал, описывая мне первые дни войны. По ним и действую. Пока же выйдя наружу я отправил роту на окраину города, пусть пока там ожидают. У дежурного меня ждал молоденький боец в форме НКВД, с карабином за спиной, это мой водитель, так что велел ему принимать технику и пока тот осматривал 'эмку', да подняв капот изучал мотор, я вернулся в управление. Вскоре прибыл майор из штаба корпуса, быстро они среагировали, видимо приказы на бумаге уже были готовы, но никто не решался дать им ход. Гражданское население и семьи РККА должны начать эвакуировать немедленно, а вот войска выводить на позиции только с наступлением темноты. С ним был полковой комиссар, который всё выспрашивал и уточнял по началу войны. После того как подписи были поставлены, печати я взял у дежурного внизу на посту, и отбыли, сам стал прощаться. Пожал руку Осоловцу и сказал:
  - Надеюсь ещё свидимся. У меня большие планы на завтрашнее утро.
  - Товарищ майор, может возьмёте моего сотруднике для помощи?
  Тот указал на молодого сержанта госбезопасности, что стоял в сторонке. Осмотрев его, кивнул, сказав:
  - Почему бы и нет? Сержант, в машину. Кстати, старлей, что там с твоим начальником? Вроде информация по нему была в сводке.
  - Убит, а Павлов исчез. Оказалось, моё сообщение через него прошло, не доглядели. Уже начаты поиски.
  - Ясно. Принимай дела, работай. Удачи. Она нам всем пригодится.
  Осоловец пошёл узнавать, что ещё сообщил диверсант, взятый у них в здании, допрос продолжался, я же, покинув управление, сел в машину, на заднее сиденье, сержант и водитель спереди были, и мы покатили к выезду из города. Где встала пулемётная рота, водитель был в курсе, знал куда ехать. Добравшись до них, бойцы кто отдыхал, кто оружие чистил, противотанковые ружья изучали, но с нашим приездом ротный собрал бойцов. Снова используя покатый капот 'эмки', не очень удобный столик, но что делать, я расстелил карту, мне выдали карту города в управлении НКВД, и стал ставить задачи для командиров роты, что стояли рядом:
  - Значит так, тут на запасном пути железнодорожного вокзала, стоит грузовой поезд. В нём немецкие диверсанты, триста солдат с офицерами. Одеты в форму НКВД. Наша задача их уничтожение. Ротный, подгоняешь машины так, чтобы задки грузовиков смотрели на вагоны, дистанция в сто метров думаю будет подходящей. Одновременно другие бойцы покидают машины прыгая с правых и левых бортов, расчёты ручных пулемётов занимают позиции рядом машинами, падают задние борта, и расчёты из станковых пулемётов открывают огонь по вагонам прямо из кузовов. Когда станковые пулемёты расстреляют ленты, начинают вести огонь ручные пулемёты, пока идёт перезарядка у 'Максимов'. Думаю, трёх лент хватит чтобы уничтожить диверсантов. Зенитные пулемёты тоже участвуют в этом деле, отдаю их под ваше командование. Ещё у поезда должна быть охрана, что уничтожает любопытных или свидетелей, пряча тела поблизости, они могут быть одеты в армейскую форму или в форму НКВД. На подъезде присмотрись, если увидишь где неизвестную группу, держи их на прицеле. Если те по нам огонь откроют, уничтожай без сомнений. Вот что ротный, командуешь в этой операции ты. Уничтожить нужно всех, если пленные будут, конечно неплохо, но мне враги на нашей земле не нужны, их сюда никто не звал. Время есть, около часа, пока потренируетесь одновременно выезжать, разворачиваться и готовиться к открытию огня. Чтобы каждый командир, боец и водитель знали свои действия. Помните, нужно чтобы всё проходило быстро, и немцы ничего не поняли, и не успели отреагировать. Всё, тренируйтесь.
  - Есть, - козырнул ротный, и забрав командиров, стал командовать.
  Наблюдая как те действуют, иногда давая советы для ускорения проведения будущей операции, я приметил как на дороге остановилась 'полуторка'. Её покинул политрук и побежал к нам, придерживая планшетку, а машина двинула дальше к городу. За спиной у того был полный сидор. Вообще мы находились у дороги Брест-Кобрин, до неё не больше полукилометра было, так что движение тут довольно серьёзное. Сержант, которого ко мне приставили, выполнял работу особиста подразделения, поэтому направился на перехват, узнать кто это такой.
  Тут ротный забеспокоился и остановил сержанта, оказалось этого его ротный политрук, он отдыхал, имел пару дней отгулов, вот и воспользовался ими. А тут узнал, что его роту забрали, выяснив что уехали мы в сторону Бреста и решил нагнать. На попутке подъезжал к городу и вот удача рассмотрел нас на луге. Его ввели в курс дела, и тот присоединился к работе, наблюдая за тренировками. Когда подошло время, я оставил тут на луге обе машины обеспечения, и ту что с кухней, остальные, выстраивались в колонну, выезжали следом за мной на дорогу, и покатили к городу, к вокзалу. Карту города я изучил и вывел колонну к станции довольно быстро. На вокзале и на перроне толпился народ, молодцы, быстро эвакуацию организовали, уже первый пассажирский состав подали, на очереди обычный грузовой был. Видимо мои слова что даже в них можно вывозить, приняли к сведенью, и всё организовали. У здания вокзала я приметил два грузовика с бойцами НКВД в кузовах, ещё несколько присматривали за тупиком. Так и знал, что Осоловец состав с диверсантами без внимания не оставит. Старшим там был один из командиров, что был в кабинете у Осоловца. Тот внимательным взглядом провожал мою колонну. Меня тот тоже опознал.
  Мы проехали переезд через рельсы, тут трое путей было, я пронаблюдал как манёвренный паровоз подаёт вагоны формируя состав. Наша 'эмка' встала, у меня в машине кроме сержанта и меня был ещё и политрук, а колонна прошла дальше. Двигалась та также, как и раньше, впереди и замыкающей зенитки, между ними грузовики роты. Рядом с моей легковой машиной встала 'полуторка' с разведчиками. Их задача меня охранять, и выбивать охрану состава. Выглядело всё красиво, колонна резко, практически синхронно приняла влево, сразу остановившись, кузова начали покидать бойцы, и упали задние борта. Однако всё же первыми открыли огонь именно немцы. Не из состава, а из охраны. В стороне у костра несколько бойцов НКВД при командире отдыхали, оттуда и раздались первые выстрелы. Один боец как будто споткнулся и повис на борту машины, но зенитчики сразу открыли ответный огонь и в миг из четырёх стволов уничтожили тех. Раненого сняли и начали перевязку, а в это время станковые пулемёты уже успели выпустить по пол ленты, дырявя вагоны. Я посчитал, их было девять. Открыв дверь, я вышел из машины, внимательно наблюдая за расстрелом железнодорожного состава. Вот у двух вагонов сидельцы открыли створки дверей, трое выпали наружу пробитые пулями, ещё некоторые повисли, свесив головы, но с десяток выпрыгнули, стреляя в сторону грузовиков. Да по выстрелу и успели сделать, как их смели огнём. Станковые уже перезаряжались, так что тут ручники постарались. Даже пулемётчик из отделения разведки, поставив сошки на крышу кабины, кузов открытый был, выпустить один диск успел, и сейчас спешно перезаряжался. Бойцы, заняв позиции вокруг наших машин, внимательно поглядывали по сторонам. Тут 'Максимы' снова заговорили, их успели перезарядить, продолжая превращать вагоны в решето, а я вопросительно посмотрел на политрука. Тот тронул меня за рукав.
  - Сзади, товарищ майор госбезопасности, - с некоторым трудом, от грохота очередей, расслышал я.
  Обернувшись, я увидел те два грузовика, что стояли ранее на площади у вокзала, с бойцами НКВД в кузове.
  - Свои, - успокоил я того.
  Как только грузовики встали у наших машин, бойцы посыпались из кузовов, а лейтенант, что ими командовал, подбежав, козырнул.
  - Товарищ майор госбезопасности, зачем?!
  На этот крик души, я ответил достаточно прохладным тоном:
  - Их сюда никто не звал. Сейчас пулемётчики выпустят третью ленту, и мы сворачиваемся, уходим. Дальше работайте самостоятельно. Осмотрите вагоны, арестуете выживших, добьёте раненых. Уверен, что они будут, поганое семя везде выживет. Всё ясно?
  - Да, - кивнул тот.
  Не нравиться мне местный устав, все эти 'да', 'есть' и 'нет', а я привык к 'так точно' и 'никак нет'. Дальше, когда пулемётчики закончили, зенитчики на ходу перезаражали свои машинки, грузовики стронулись с места, одну машину взяли на буксир и выстроившись в колонну грузовики подъехали ко мне. Бойцы НКВД, уже выстроившись в цепь, направились к составу, несколько пулемётчиков с 'ДП' страховали своих. Там дальше их работа, я вмешиваться не собирался. А ко мне подбежал ротный, и козырнув стал докладывать, мы с политруком и сержантом внимательно слушали. Тот доложился по расходу боеприпасов, и перешёл к докладу по потерям.
  -... один боец убит, трое раненых. Санинструктор их уже перевязал. Пулей противника повреждён мотор одного из грузовиков. Это всё.
  - Обошлись малой кровью, - озвучил я свои мысли. - В вагонах отборные солдаты были. Товарищи командиры, хвалю за отлично выполненную операцию по уничтожению врагов нашей Родины. А теперь грузимся в машины, покидаем город.
  Сразу покидать город мы не стали, на вокзале толпился испуганный от близкой стрельбы народ, что косился в нашу сторону, стояла цепь из милиционеров, что внимательно нас рассматривали. В вагоны пассажирского поезда уже заканчивали погрузку пассажиров, я это приметил, и велел остановить машину. Наша снова во главе шла, сзади разведчики. Колонна встала. Открыв дверцу, я направился к милиционерам, где попросил вызвать коменданта станции, заодно ротного подозвал, приказав тому подготовить раненых к транспортировке. То есть, перенести в один из вагонов. А когда подбежал капитан, военный комендант станции, приказал тому принять трёх раненых, и отправить их в Минск, в госпиталь. Те должны дождаться помощи врачей. Так что толпившийся народ наблюдал как одного раненого несли на носилках, тот без сознания был, и двоих под руки ведут, обнажённые торсы у обоих были в окровавленных бинтах. К счастью, в поезде были обнаружены медики, они просмотрят за ранеными до прибытия в столицу Белоруссии. Не пришлось с ними санинструктора отправлять. Вот так отправив раненых в тыл, в Минск, надеюсь потом их дальше в тыл отправят, я снова вернулся в машину, и мы покатили прочь. На выезде из города забрали машины обеспечения и кухню, и поехали дальше. Вернувшись в расположение полка, где я роту позаимствовал, отдал приказ приступить к ужину, он уже готов был. Комполка не было, я пообщался с начштаба. Тот хмур был, погибшего бойца уже хоронили со всеми воинскими почестями, повреждённую машину принял, выдав мне другую. Я попросил того написать наградные на участников операции, на раненых на медаль 'За Отвагу', ротный и погибший были представлены к 'Красной Звезде', капитан оформил и завизировал их. Также я выбил у него ещё четыре грузовика и миномётный взвод, полковые миномёты. Их четыре в полку оказалось, батарея. Ну и по два боекомплекта на каждое орудие. Ну а после ужина мы отбыли. Бойцы и оружие за это время почистить успели. У машин, где работали бойцы пулемётной роты, толпились красноармейцы из других подразделений полка, выпытывая где те были, и где пострелять успели. Те и описывали, я молчать приказа не давал. Особенно жутко было слышать о ручьях крови, что текли из вагонов, из-за этих воспоминаний у многих пулемётчиков пропал аппетит, ели нехотя. Помнится, и я что-то подобное тоже видел, так что не брешут. У командиров свои группки общения были, тоже делились впечатлениями. Надо сказать, шокированных лиц хватало. Ротный успел рапорт написать на имя командира своего полка, после чего снова забрав всё те же подразделения, мы покинули расположение роты, и поехали прочь. А с командиром миномётного взвода я познакомился, лейтенант Гиреев, дагестанцем оказался. Но вроде специалист справный.
  Двигались мы вдоль границы, и когда начались леса, въехали на лестную дорогу. В этот раз изменили состав колонны. Впереди шла 'полуторка' с разведчиками, потом машина с зениткой, за ними моя 'эмка', ну и остальные машины. Бойцам я приказал быть внимательными, так что сжимая в руках винтовки те поглядывали вокруг. Мы проехали мимо двух хуторов, там для пригляда я оставил по разведчику, если что, двигаясь по дороге, те найдут нас и сообщат что видели. Как стемнеет, так и за нами двинут. Разведчики, добравшись до опушки, тут дальше луг, строения пограничной заставы и Буг, остановились. Колонна тоже встала. Покинув машину, я приказал ротному незаметно, особенно для немцев, оборудовать пулемётные позиции на опушке, чтобы поддержать наших. Хватит окопов для стрельбы лёжа, полнопрофильные не требуется. Пока бойцы, матерясь, копали лопатками, а разведчики следили чтобы их не засекали, да наш тыл охраняли, водители развернули машины, поставив их на дороге, и к позициям понесли цинки с патронами.
  Работа шла, и конечно же пограничники засекли возню у себя в тылу, так что вскоре командир разведотделения сообщил, что к нам направляются пятеро пограничников со старшиной во главе. Те добрались до позиций, а они почти готовы были, сейчас дёрном маскировали окопы, пообщались с ротным и политруком, и последний сопроводил их ко мне.
  - Старшина Буров, товарищ майор госбезопасности, - козырнув, сказал старшина. - Меня послал командир заставы, узнать, что тут происходит.
  С интересом глянув на однофамильца, он не родственник, мои на Южном фронте воевали, и один на Северном, я сказал:
  - Завтра начнётся война. Рано утром. Вижу для тебя, старшина, это не новость. Мы поддержим вас пулемётным огнём. Выманите немцев на луг, тут им укрыться негде, и уничтожим. Командиру скажи, что я приказал ему сюда прибыть, обговорим моменты совместной обороны. И ещё, пройдём со мной, подарок сделаю.
  Подойдя к одному из грузовиков обеспечения, я велел водителю достать из ящика одно польское противотанковое ружьё и пятьдесят патронов к нему. Раз своих нет, приходится трофеями пользоваться.
  - Держи, - протянул я тому ружьё. - Хоть какие-то противотанковые средства на заставе будут. А теперь свободен. Как стемнеет, пусть командир подходит.
  Командир заставы подошёл в полдесятого, с ним был политрук, и два бойца для охраны. Большая часть бойцов уже отбыли ко сну, я приказал дать отбой в девять, чтобы те выспаться успели, так что гости вышли на часового, а тот вызвал дежурного, который и сопроводил их уже ко мне. У 'эмки', в которой спал водитель, стояла палатка, которую я позаимствовал у хуторян. Палатка четырёхместная, так что ложе было подготовлено, но я не торопился ложиться. Ротный политрук ушёл к своим, со мной только сержант госбезопасности остался, он и будет у меня соседом. Сейчас же, встретив пограничников, пригласил за машину, где было удобнее общаться и ставить задачу. Тут был сбит стол, из двух бортов с грузовика, чуть позже их вернут на место, а пока я ими пользовался.
  - Вызовете командира пулемётной роты, командиров миномётного и зенитного взводов, - приказал я посыльному.
  Пока тот бегал, я познакомился с пограничниками, и указал на уже расстеленную карту.
  - Давайте изучим что нам завтра утром предстоит сделать. Я выскажу свои мысли и предложения, ваша задача найти в них огрехи, - тут подошли вызванные командиры, так что я продолжил. - Значит каковы будут действия немцев завтра на рассвете. Ударом артиллерии они уничтожат строения заставы, по плану похоронив основной состав заставы, после чего перенесут огонь по подразделениям, что должны вас будут поддержать в случае начала войны. Дальше на лодках переправляется рота пехоты, задача которой выискивать и уничтожить уцелевшие пограничные наряды. Благодаря удобным спускам с обоих сторон и наличию дороги, немцы планируют спустить на воду понтонный мост, и перевести в этом районе танковый полк и пехотную дивизию в первой линии, за ними пойдут дивизии второй линии, артиллерия, ну и тыловые части. Именно из-за понтонного моста, наличие которого принесёт много неприятностей для наших войск, я и решил именно тут встретить начало войны. Как видите, планы немецкого командования мне известны. Теперь слушайте что я решил по противодействию. Если что не так, сообщите, после того как я закончу. Воевать в основном вам, так что конструктивные предложения или критику я готов выслушать. План такой. В полночь, пограничники покидают заставу и занимают окопы, которые, как мне сообщили разведчики, у них подготовлены и хорошо замаскированы. После начала войны бой ведут только наряды, застава молчит, потому как после артналёта та 'уничтожена'. Немецкая пехотная рота на лодках переправиться на наш берег. Основная их задача обеспечить безопасность развёртывания моста, так что те займут оборону на берегу. Думаю, не больше одного взвода направят осматривать развалины заставы и выискивать уцелевшие наряды. Себя не обнаруживать, не демаскировать позиции. Наша задача, это понтоны, и пока их не спустят на воду, открывать огонь я запрещаю. Первый выстрел с нашей стороны сделают миномётчики по мосту, именно им ставится задача уничтожения понтонов, думаю, ваши 'подносы', лейтенант, с этим справятся.
  - Подносы, товарищ майор госбезопасности? - с некоторым удивлением спросил лейтенант-миномётчик.
  - Это общее прозвище миномётов, - был мой ответ, так что я продолжил, пока же командиры молчали. - Открытие огня миномётчиками будет сигналом для остальных. А именно пограничникам, которые обстреляют тот взвод что будет заниматься поиском. Немцы направят роту на помощь, наша задача выманить их на луг, желательно чтобы те видели, как пограничники отступают с позиций, думаю это и их спровоцирует на преследование. Тут уже работают расчёты пулемётной роты, уничтожая немецкую роту. Да, обе зенитки, когда немцы будут уничтожены, стоит выгнать на опушку и открыть огонь по вражескому берегу. Думаю, там столпиться немало солдат противника, расстояние до них полтора километра, добить должны. Выпустили боезапас, и укрылись в лесу. На этом всё. Миномётчики, уничтожив мост, поработают по противоположному берегу, после этого сворачиваются для отхода. После выполнения плана операции, мы сворачиваемся и уходим, наша задача тут будет выполнена и смысла задерживаться я не вижу. Да, лейтенант, как быстро немецкие артиллеристы обнаружат позиции ваших миномётов и накроют их?
  - Думаю, достаточно быстро, товарищ майор госбезопасности, - уверенно ответил тот.
  - Я тоже так думаю. А если накроют вас, то и нам достанется. Я отправил разведчиков пробежаться вокруг, и они обнаружили несколько полян, к одной так даже на машинах проехать можно. Сейчас вам выделят проводника и тот доведёт до нужной поляны, готовьте там позиции. На опушке, на дереве наблюдательный пункт устройте. Телефонные аппараты у вас есть, если провода не хватит, возьмёте у нас. Советую сразу после уничтожения моста сворачиваться, иначе накроют. Всё, берите разведчиков и занимайтесь оборудованием позиций, мины готовьте.
  - Есть, - козырнул тот. - Разрешите идти?
  - Свободны.
  Прихватив командира отделения разведки, что тут также присутствовал, миномётчик ушёл, а я обратился к пограничнику:
  - Старлей, у вас на заставе машины есть?
  - 'Полуторка' разъездная, и три телеги, шесть лошадей, включая ещё четыре верховых.
  - Отлично. А гражданские? Семьи?
  - Тоже имеются, товарищ майор госбезопасности. У меня жена с сыном, у зама супруга на сносях, первенца ждут, у политрука жена и двое детей. Ещё у старшины жена и тоже двое детей.
  - Плохо, но терпимо. Значит так, семьи и детей в грузовик со всем скарбом грузите. Обеспечьте их всем для походной жизни и продовольствием не меньше чем на неделю. Машину перегоните сюда. Завтра, когда будем отходить, доведём до трассы, и отправим в тыл. В одиночку отправлять, да ещё ночую, опасно, не доедут. Бандитов тут много развелось. Хотя должен признаться, что куда меньше чем на Украине, там с этим совсем бедствие. В телеги грузите продовольствие, боеприпасы и медикаменты, их с лошадьми сюда, хоть переживут обстрел. По поводу вас, мы старлей уедем, а у вас особое задание. Диверсионная деятельность на оккупированных территориях. Двигаясь следом за нашими отступающими войсками, не смотрите на меня так, именно так и будет, ваша задача наносить максимальный урон противнику. Я понимаю, что у вас нет опыта, но он есть у меня. Завтра, когда будем прощаться, я передам вам свои записи. По ним и будете действовать. А пока готов выслушать замечания или предложения.
  Как замечания, так и предложения у командиров были, но это всё рабочие вопросы, которые мы решили за полчаса. Дальше те разошлись, все приказы отданы, ожидаем утра, я прогулялся в сопровождении сержанта, тот изображал моего охранника, осмотрел как миномётчики устроились. Те уже выкопали небольшие окопы, выложив брустверы из земли и дёрна, установили в них миномёты, и сейчас вскрывая ящики с минами готовили их, снаряжая. На опушке командир взвода готовил пункт корректировки. Как я понял тот сам будет вести огонь. Связисты уже линию прокинули, проверяли качестве связи с позициями орудий. Все четыре грузовика миномётчиков тут же были, укрыты на опушке, в двух перевозили миномёты с расчётами и частью боезапаса, в двух других только мины. Для срочной эвакуации с позиций всё готово. А пока я изучал как миномётчики устроились, они расположились в трёхстах метрах от опушки и в двухстах от лесной дороги, вроде рядом, но и не с нами. Если только шальной снаряд к нам прилетит, чего тоже исключать нельзя. Так вот, пока я изучал позиции миномётчиков, от погранцов уже и грузовик подъехал с семьями, его в общую колонну поставили, а женщинам и детям выделили место для сна на обочине, ну и телеги прибыли с конями. В основном верховыми, они уже осёдланы были. Телеги перегружены припасами и медикаментами, но двигались вполне уверенно. Похоже старлей загрузил на них всё что мог. Для них тоже выделили место и включили в зону охраны, возницы под телегами там спали. Ну и наступил отбой. Я лёг получается в полночь.
  
  Подъём прозвучал в три часа утра, как я и приказал. Вокруг слышались шорохи, редкие матерки, звучали команды, бойцы поднимались и устраивались на позициях. Водитель 'эмки' сворачивал тюк палатки, чтобы убрать её в машину. Да и вокруг происходили сборы. Уже определились сколько боезапаса будет потрачено, так что часть ящиков с цинками отнесли обратно к машинам обеспечения, загружая их.
  Повар успел воды вскипятить в котлах, и сейчас разливал чаю. Завтрак будет позже, к чаю тот давал лишь кусок хлеба с повидлом и всё. Я тоже быстро прихватил. Едва мы успели сделать лёгкий перекус, что окончательно нас пробудил и взбодрил, как раздался в небе гул множества авиационных моторов, в светлеющем небе появились точки вражеских бомбардировщиков, и загрохотала артиллерия. Наблюдая как строения заставы разносят в пыль, я лишь довольно кивнул, всё идёт по плану. Всё что я сейчас совершал, всё это и было тем безумием, про которое я говорил. И знаете? А мне нравится. По плану вот эта операция с уничтожением понтонного моста была завершающим штрихом. Но я тут подумал. Чёрт, почему и не продолжить раз есть желание и силы? Вот стою, наблюдая за разрывами вражеских снарядов, и прикидываю, продолжить или нет? Потом решу, а сейчас команды розданы, роли распределены, начинаем игру. Нужно заставить поверить немцев что застава уничтожена и опасаться им тут нечего. Оттого на опушке и проведены подобные драконовские меры безопасности. Телеги и грузовик пограничников были по дороге отправлены чуть дальше, чтобы не мешались, они будут ожидать нас. Возницы вооружены, будут на охране.
  Ещё не успели упасть последние снаряды на заставе, как немцы на лодках уже пересекли середину реки, а это государственная граница, и по ним ударили ручные пулемёты нескольких уцелевших нарядов. Лодки надувные, сразу пошли на дно. Я предупредил старлея о них, что стрелять лучше по лодкам, тяжелонагруженные солдаты камнем пойдут на дно, вот и наблюдал за воплощением моего предложения. Чёрт, молодцы парни, они там чуть ли не взвод утопили. Те не многие немцы, сбросив всё тяжёлое с себя, включая оружие, смогли выбраться на берег. Были они мокрые и жутко злые. Один взвод окапывался на нашем берегу, устанавливал пулемёты и помогал выжившим, а третий довольно шустро стал прочёсывать берег, выдавливая наряды, направляясь в сторону заставы. Пока всё идёт как надо. Наряды, не обнаруживая укрытую в окопах заставу, смогли уйти в лес, чуть позже присоединившись к нам. Двух раненых те передали санинструктору, он ими занялся. Пограничников я отправил к телегам, их трое выжило, пусть усилят охрану своего обоза. Нам они без надобности.
  Артиллерия и гаубицы у немцев всё били и били, в тылу у нас вставали дымы пожарищ. Те били по разведанным координат и там гибли наши. А взвод немцев изучив развалины, и осмотревшись, направился к берегу. А вот там, радуя мой взор, уже суетились немецкие сапёры, спускались вниз тягачи, трактор, два крана было, грузовики с понтонами, и довольно шустро начали возводить понтонный мост. Ширина реки в том месте едва ли сто метров, так что справиться должны быстро. И верно, уже через час, мост был состыкован, с нашей стороны вбиты сваи, и мост был готов. Это и было сигналом для миномётчиков. Как только на мост въедет первая единица техники, они должны открыть огонь. Они и открыли. Два хлопка, и по бокам от моста, по которому двигался 'Ганомаг', встали два высоких пенных водяных столба. Промах. Хотя я бы сказал, что практически накрытие. Да такое, что мост 'заиграл', и бронетранспортёр скользнул в воду, нырнув в середине реки. А миномёты зачастили выстрелами. Стоявший неподалёку командир пулемётной роты, что также наблюдал в бинокль за результатами стрельбы, радостно воскликнул. Мины разрывались в воде и на понтонах. Вскоре будучи разорванным в центре, мост стал расходится, течение толкало его. Однако корректировщик не прекратил ведение огня, и накрыл понтоны привязные к берегу противника, разбивая, увеча их, и фактически уничтожая. Потом и по нашему берегу прошёлся. Да ещё по позициям пехотной роты, тоже заставил их побегать. Укрытий-то у них нет. Ну и по тому берегу. Загорелась техника, крупным огненным облаком сдетонировала машина с бензином, горело хорошо. На этом всё, миномётчики выполнили свою задачу и сейчас должны спешно грузиться в машины, чтобы встать в строй колонны. Судя по разрывам в лесу, в стороне поляны, немцы-таки вычислили их позицию и пытаются накрыть. Надеюсь парни успели. Немцы действительно неприятно быстро среагировали.
  Разозлённые пехотинцы, когда их собрали, а осталось чуть больше взвода, выстроившись в цепь, побежали к лесу. Старлей молодец, понял, что играть немцев не нужно, те и сами хорошо мотивированны. Отступление им не показал, так что когда те сблизились, то ударили не только пограничники, но и моя пулемётная рота. Пока те работали, на опушку выехали обе зенитки и стали бить по берегу противника, где действительно хватало техники и людей, что занимались пожарами, стараясь потушить их. Не думаю, что нанесли они большие потери, но всё же какие-то нанесли. Так что выпустив боезапас, машины сразу скрылись в лесу. Пехотинцев пулемётный огонь застал на открытой местности, у нас преимуществу, мы чуть выше были, так что, то что те залегли им не помогло, пулемётчики их видели и расстреливали. Может кто выжил, но проверять не когда было, расчёты уже катили свои машинки к грузовикам. Да и пограничники перекатами отступили. Когда мы покинули опушку, то по ней стала работать артиллерия, перемешивая там всё с землёй. Да было поздно, моя колонна уже уходила прочь, а пограничники, выстроившись в колонну, со своим обозом, пешком направились следом. Да, записи по действиям в тылу противника старлею я передал, как методичка по действиям получилась. Думаю, тот многое из неё узнает. Там много что было, как организовать обстрелы колонны, да так, чтобы уйти без потерь, засады устраивать, минировать дороги, откуда и где что добывать. Большая часть методички оформлена в виде советов, а как действовать тот сам решит. Ну и дал объяснение, что воюют люди, поэтому в первую очередь нужно выбивать не технику, а специалистов, офицеров, пулемётчиков, водителей, танкистов, лётчиков. В общем, тех кого нужно долго обучать. Ну и ночами уничтожать мосты, если немцы их захватили, деревянные жечь, каменные и железные взрывать, если там охраны нет. Сапёров пусть среди окруженцев ищут.
  Моя колонна покинула прикрытие леса, теперь зенитчикам нужно смотреть в оба, и неторопливо, раненые связывали нас, покатили в сторону трассы Кобрин-Минск. С нами было шесть раненых пограничников и семьи командиров заставы. Доберёмся до трассы, всё равно я туда направлялся, и попутным транспортом отправим в Минск. Должны же туда санитарные колонны идти, и если железка действует, санитарные эшелоны. Теперь по ситуации. Раз я поднял стрелковый корпус, а это похоже так, то изменения в истории уже есть, значит в районе Бреста мне ситуация не известна, а раз так, то и соваться туда не стоит. Да и нечего нам там делать, тем более куда ехать, и кто наша следующая цель, у меня и так на примете имелась, поэтому и двигались к трассе. Как я уже сообщил, нам тоже нужно именно туда. Шли хорошо, но всё же не избежали внимания вражеской авиации, два 'Лаптёжника', а я их опознал по не убираемому шасси, решили нас прочесать из своих пушек и пулемётов. Да не вышло. Перед тем как покинуть лес, я остановил колонну, выстроил бойцов и провёл краткий курс по противодействию налёту вражеской авиации. Так что когда те стали падать на нас, пикируя, то их встретил огонь не только двух зениток, но и всех ручных пулемётов, а также винтовок. Сбить не сбили, но прогнать смогли. А вскоре и плотно забитая техникой и беженцами трасса показалась. За ней лента железной дороги виднелась, по которой не спеша полз какой-то состав. Паровоз, отчаянно дымя, тянул явно перегруженный эшелон.
  Для раненых в колонне места фактически не было, поэтому их устроили на ящиках с боеприпасами или минами для миномётов. Расстелили шинели, несколько бойцов удерживали их, и так катили. Пережили тот налёт, и вот выехали к дороге. Грузовик с семьями командиров-пограничников сразу отправили дальше, включив в колонну снабженцев что катили в тыл, там зенитка была, прикроет, а раненых смогли устроить в санитарный обоз. Места там не было, но ротный приметив две телеги с местными, реквизировал их вместе с возницами, после чего на них погрузили раненых, военфельдшер их уже осматривать начал, и обоз направился дальше в тыл, к одному из госпиталей, а мы по своим делам. После того как балласт был сброшен, скорость колонны была повышена чуть ли не втрое. Несмотря на состояние дороги, а мы торопились, пришлось гнать, иначе по времени не успевали. Отдыхали всего полчаса, пустив его на завтрак. Тот готов был. Я сам каши поел, пшённая, вполне вкусная. Чай тоже был, даже с печеньем.
  Как видите я решил, что всё же стоит продолжать свою деятельность. Хотя бы до конца этого дня. Боями это не назвать, скорее я сыплю песок в отлаженный механизм Вермахта. Вот и сейчас я собирался ещё попортить их планы. Чуть дальше будет крупный железнодорожной мост. В три часа дня там будет высажен воздушный десант, охрана конечно попыталась отбиться, но была уничтожена, и немцы держали мост больше суток, пока не подошли их передовые моторизованные части. Вот я и собирался им попортить планы, думаю мои пулемёты для прореживания десанта там ой как пригодятся. Поддержим охрану моста. Так что после завтрака, время было девять утра, немного поздно завтракали, мы покинули трассу и двигаясь дальше по полевым дорогам, рядом с железной дорогой, продолжили движение. Ближе к обеду показались железные фермы моста. Когда до моста осталось меньше километра, я приказал водителю остановить машину. После чего покинул 'эмку', колонна тоже встала, зенитчики, как и полагается, бдили, и поднявшись по откосу наверх, встав на шпалах, посмотрев в обе стороны, со стороны границы приближался дым состава, достал из планшетки карту и стал изучать её, приказав сопровождающему меня сержанту позвать командиров подразделений. Задачу им ставить буду. Когда те подошли, я посмотрел на уже показавшийся состав, похоже пассажирский поезд, тут небольшой поворот, было видно купейные и плацкартные вагоны.
  - Значит так, товарищи командиры, слушаем вводную задачу. Сегодня в три часа дня немцы воздушным десантом планируют захватить этот железнодорожный мост. Его должен был охранять взвод из состава батальона железнодорожный войск. Шесть планёров с десантниками сядут вот на этот луг, его может обстреливать только один пулемёт из того бокового 'ДЗОТа', тем более авиационную поддержка атакует его с воздуха. Будут работать штурмовики, и постараются ювелирно погасить. На другом берегу, на том поле будут высажены на парашютах взвод десантников, атаковав охрану моста, со своей стороны. Наша задача не просто не допустить этого, а полностью ликвидировать десант. Действовать тут будет полноценная десантная рота. Я предлагаю, часть пулемётной роты, два взвода, разместить на опушке той рощи, оттуда будет отличный сектор для открытия прицельного огня и планёры можно будет расстрелять ещё при посадке и добить, когда те сядут. Третий взвод, вместе со всем транспортом по мосту перегоним на другой берег. Его задача уничтожение парашютистов. Для усиления обе зенитки. Их же задача отбить авианалёт, подержав зенитную защиту моста. Миномётчики пока в резерве. Итак, ваши предложения?
  Тут нам пришлось сойти вниз, мимо стал проползать состав. Когда он удалился, мы снова поднялись и довольно быстро приняли мой план, с некоторыми поправками, всё же пулемётчикам виднее. Дальше часть грузовиков, с ротным за старшего, двинула в сторону рощи, машины там и останутся под прикрытием деревьев, а мы, поднявшись на насыпь, благо железная дорога была пуста, направились к мосту. Прямо по шпалам. У моста моя 'эмка' остановилась, я с сержантом покинул машину, и та продолжая возглавлять колонну, продолжила движение. Подождав, когда грузовики перейдут на ту сторону и спустятся с насыпи, встав неподалёку от моста, а я подошёл к капитану, видимо начальнику охраны. У того были чёрные петлицы, что и выдавало в нём принадлежность к железнодорожным войскам. Козырнув друг друга, мы обменялись документами, проверяя их, после чего капитан уточнил:
  - Что-то не так, товарищ майор госбезопасности?
  - Именно не так. Про немецкие налёты диверсантов слышал? То, что охрану мостов уничтожают?
  - Да, мне прислали ещё один взвод, усилив нас.
  - Да? - даже обрадовался я. - Отлично. Тогда слушай капитан сюда. По разведданным сегодня в три часа дня немцы собираются устроить десантную операцию с уничтожением вас, и захвата моста, чтобы не дать нашим войскам его уничтожить. Действовать те будут так. Немцы сверху слегка по обороне пройдутся, пушками и пулемётами, несколько штурмовиков будут работать. Они же зенитные средства у вас проредят. Также сбросят дымовые шашки, чтобы между вами и десантниками было задымление, им это позволит собраться и атаковать, а вы будет слепыми как котята.
  - Поэтому вы и разместили в той роще своих?
  - Именно так, для них десантники как на ладони будут. Ещё один пулемётный взвод с этой стороны. Скажи своим, чтобы не высовывались, по сути мы частично по мосту бить будем, немцы между вами и нами окажутся, но лучше позиций не найти, так что от шальной пули никто не застрахован. Так что пока готовимся к десанту, маскируемся. О нас те не должны узнать, иначе всё отменят. Ну и напоследок, немцы диверсантов к вам пришлют, чтобы те в момент атаки ударили в спину. Были новички какие?
  - Пока нет, только свои.
  - Добро, по диверсантам мы с сержантом будем работать, это наши клиенты.
  - Хорошо, товарищ майор госбезопасности. Наша помощь какая нужна?
  - Нет, - хмыкнул я, кивнув в сторону нашей полевой кухни, намекая что обеспечение у нас неплохое.
  Там грузовик спустился к воде, и повар с помощником в вёдрах носили воду, сливая её в котлы. Это для обеда. Поздновато, обедать поздно будем, в час или полвторого, но главное было бы чем. Дальше капитан сопроводил нас через мост по пешеходному переходу, так как по мосту снова эшелон пошёл, тоже пассажирский, набитый людьми, от границы ехали, и мы разошлись. Колонну я отвёл почти на километр, тут отличное укрытие для техники было. Зенитки я отправил ближе к мосту чтобы те прикрывали его, ну и нас тоже. Кухня дымила, лейтенант-миномётчик приказал оборудовать позиции для своих орудий, и его связисты, их двое, стали прокидывать кабель, 'НП' тот обрадовал ближе к мосту чтобы вести корректировку. Ну и пулемётный взвод был отправлен на машинах к небольшой возвышенности. Сверху те смогут держать все окрестности у моста, так что стали там готовить позиции и маскировать их. Сержанта я отправил к мосту, дав примерные описания диверсантов, задача которых проникнув в зону охраны моста, бить наших в спину, ослабляя их. Ну и дал конкретную наводку, за час до десанта пропадёт связь, так что пусть почаще проверяют, есть связь или нет. Как связь пропадёт, значит вскоре жди диверсантов. Сам я устроился в палатке, водитель её поставил, и вскоре уснул. А что, задачи выданы, командиры справные, как я уже успел оценить, что делать знают, а поднимут меня, когда обед будет, так что пару часов точно перехвачу.
  
  Разбудил меня водитель как раз по причине готового обеда. Посмотрев на часы, время полвторого, я сделал короткую разминку, спустился в овраг, где протекал ручей, умылся, и вернувшись наверх, устроился у палатки, водитель уже принёс котелки, так что мы приступили к обеду. В шесть термосов погрузили горячее и понесли к возвышенности. Приказ был не демаскировать позиции, так что технику использовать нельзя, а покормить пулемётный взвод и зенитчиков необходимо. Это только два других пулемётных взвода роты, что остались на другом берегу, без горячего пока будут, но у них сухпай, так что думаю те уже пообедали.
  Ну а после обеда, где-то в полтретьего, бойцы из разведывательного отделения, что держали под охраной нашу стоянку, ну и наблюдали за окрестностями, сообщили что в сторону моста рядом с путями пропылил 'ЗИС-5', с десятком бойцов в открытом кузове.
  - А вот и диверсанты. Надеюсь сержант не оплошает, - пробормотал я.
  Вскоре от моста донеслась далёкая стрекотня нескольких пулемётов, грохнула граната и раздалось несколько одиночных явно винтовочных выстрелов, на этом всё стихло. А чуть позже наблюдатель сообщил что от моста бежит боец. Тот был лёгок на ногу, вскоре уже доложился по ситуации с диверсантами:
  - А мы им в кузов противотанковую гранату кинули. Там только командир что в кабине сидел, живым остался, он уже вышел наружу, потому и не убило его, и то оглушён дюже. Товарищ сержант госбезопасности его в чувство привести пытается.
  - А что за стрельба была?
  - Ловкие черти, товарищ майор госбезопасности, заметили засаду и двое стрелять начали с кузова, один из пулемёта, другой из автомата, вот и пришлось гранату кинуть. Двоих наших убили, гады, и троих ранили. Товарищ капитан просит машину к мосту отправить, грузовик диверсантов утащить.
  - Понял, - кивнул я, и сам на нашем 'Захаре', отправился к мосту.
  С собой взял пару водителей, они помогли взять на буксир машину с изувеченным кузовом и погнутой рамой, странно что машина не загорелась, точнее загорелась, но как мне объяснили, её сразу потушили, тела диверсантов, и то что от некоторых осталось, уже сложили в ряд, оружие их отдельно. Пока грузовик буксировал машину к нашей стоянке, я изучил состав диверсантов и их оснащение.
  - Рация разбита, - вздохнул капитан. - Две винтовки и один автомат повреждены, ещё три автомата, пулемёт и четыре винтовки целы. Ну и пистолеты, у каждого они в карманах были, гранат немало, в кузове целый ящик. Повезло что не сдетонировали.
  Пока мы общались, от засадных взводов в роще прибегал посыльный. Узнал, что у нас тут было, и убежал обратно, успокоить своих. Дальше заторопились, время подходило, вот-вот начнётся, так что я вернулся на машине, за мной грузовик пригнали, обратно к стоянке. Сержант и пленный диверсант, который так и не приходил в сознание, со мной были. Пока санинструктор осматривал диверсанта, я достал из своей 'эмки' винтовку, 'СВТ', и стал снаряжать магазины к ней. Немцы вот-вот появиться должны, а стрелок я неплохой, думаю пару тройку парашютистов в воздухе сниму. Тут как раз диверсанта в чувство привели, и сержант плотно им занялся, пара разведчиков помогали ему, ну и раздался очередной гул авиационных моторов, немцы тут довольно часто летали, и что странно, немало наших в воздухе было. Рубка страшная в воздухе шла, сам видел три воздушных боя. Однако сейчас точно были немцы. Выйдя на опушку, тут стоял на посту один из разведчиков, и посмотрев на три штурмовика, что стали штурмовать оборонительные позиции моста, я перевёл взгляд на три транспортника, что буксировали планеры, по два, также перевозя в себе парашютистов. Скоро начнём. По крайней мере планеры уже отцепились, и пошли на посадку. Судя по тому как засуетились миномётчики, те собирались накрыть минами место посадки. Мост уже скрывала белесая пелена задымления. Чётко работают. Поглядим как повлияет на ситуацию наше присутствие.
  Зенитчики уже работали. Красавы, смогли завалить один штурмовик, это не 'Лаптёжники' были, какая-то другая модель, и подбить один транспортный 'Юнкерс', который уже успел сбросить пассажиров и сейчас удалялся. Думаю, знай немцы что тут ещё зенитки есть, вряд и бы они устроили эту операцию. Да было поздно, наши до сброса огня не открывали, две зенитки из охраны моста только работали, чуть позже одна от атак штурмовиков замолчала, но вторая голос ещё подавала, а уж потом и мои присоединились, став неприятным сюрпризом. А потом и второй штурмовик сбили. Ещё, я так думаю, что 'Юнкерс' вряд ли далеко улетит, шёл со снижением сильно дымя, языки пламени в районе хвоста были. Это основное, а пока вскинув винтовку, поймав на мушку крохотную фигурку парашютиста, нажал на спуск, на каждого тратил по одному патрону. Попал или нет, неважно, переводил ствол на следующего. Тут их с четыре десятка опускалось, по ним пулемёты били, я стрелял, разведчики, даже водители пуляли из своих винтовок. Тут ещё миномётчики стали выпускать мины, видимо планеры сели. Когда парашютисты опустились, дальше их пулемётчики из 'Максимов' стали прочёсывать, но и так ясно, что там уже некому отбиваться. Так что мы прекратили огонь, и стали ожидать. Прочёсывание это не на нас, поэтому вскоре появилось два отделения бойцов железнодорожных войск, от моста шли, вот и стали прочёсывать местность, собирая тела, оружие, и раненых. Из тех, по кому мы работали, было всего двое раненых, остальные трупы. Посчитали по парашютам, тут все. Примерно та же картина и с теми, кто на планерах был.
  Пока три грузовика поднимались к возвышенности, забрать засадный пулемётный взвод, я велел своему водителю готовить машину и прошёл к парням что диверсантом занимались.
  - Почему у него лицо в крови? - поинтересовался я.
  - Товарищ майор госбезопасности, этот гад себе язык откусил и кровью захлебнулся.
  - Фанатик, - понятливо кивнул я. - Хрен с ним, добейте, а то эти твари живучи, и скатаемся к мосту. Хочу узнать, что там происходит.
  Разведчик, что стоял рядом с сержантом, стрелять не стал, штыком пригвоздил диверсанта к земле, и отошёл, вытирая штык, а мы направились к машине. В салоне сильно пахло сгоревшим порохом. Тут не только от моей винтовки, водитель тоже стрелял, редко, но похоже точно, тщательно целясь. Так мы и доехали до моста, проехав мимо хвоста сбитого штурмовика. Мои пулемётчики тоже как раз на грузовиках подъезжали к мосту. А у разбитых планерах, миномётчики там отлично поработали, возились бойцы из охраны. Капитан, у которого была перевязана голова, сияя лицом, подойдя, козырнув, сообщил:
  - Отбились, товарищ майор, убитых шестеро, восемь ранено. Да и то от авианалёта потери. Ваши десантников просто красиво уничтожили. Я уже отправил связиста восстановить линию, вызову машины вывезти раненых.
  Тут тот замолчал, по мосту переваливаясь на шпалах, двигались машины роты, с подножки передовой соскочил ротный, и козырнув, доложился:
  - Товарищ майор госбезопасности, задание выполнено, потрачен один боекомплект, потерь среди личного состава нет.
  - Молодцы, хвалю за проделанную работу. Сейчас выдвигайтесь к основному составу, скоро выезжаем. У нас на сегодня ещё одна работёнка предстоит.
  - Есть, - козырнув, тот запрыгнул на подножку замыкающей машины, та как раз проезжала, а я повернулся к капитану.
  - Помочь с вывозом раненых я вам не могу, места нет. Медик имеется?
  - Да, санитар уже перевязал раненых. Ничего, связь будет, вызовем наших, сообщим о десанте.
  - Добро. А теперь самое приятное. Делёж трофеев.
  - Ну-у, товарищ майор, - протянул тот.
  - Грабить не буду, не волнуйся. Мне нужно с десяток автоматов, с солидным боезапасом, в планерах должен быть запас, в тех что не сгорели. Один пулемёт, да с пяток пистолетов. Хочу своим командирам в качестве награды выдать. Автоматы им же. Пулемёт для ознакомления.
  - Понял, сейчас всё будет.
  Действительно вскоре всё принесли, как раз сержант от планеров вернулся, изучал их, погрузили в машину, стало тесно, но ничего, зато быстро доехали до наших, тут уже все собрались, включая зенитчиков. Расчёт одной возился со своей машиной, как оказалось скаты были повреждены огнём одного из штурмовиков, что их атаковал. Построив роту и другие подразделения, я выдал всем командирам взводов автоматы 'МП-40'. Не просто одно оружие, а были подсумки с запасными магазинами, ранцы в которых сложен запас патронов. Хватило ротному, его замполиту, всем трём взводным, командиру миномётчиков и командиру зенитчиков. Ещё два вручил своему сержанту и командиру отделения разведчиков. Последний автомат себе оставил. Ротному, командиру миномётного взвода, зенитного, и командиру третьего пулемётного взвода в качестве награды выдал пистолеты, в кобурах с запасом патронов, как отличившимся. Молодцы.
  Ремонт уже закончили, технику обслужили, заправили, так что выстраиваясь в колонну мы покатили дальше. В этот раз машина с разведчиками двигалась впереди, метрах в ста перед колонной. Потом зенитчики, моя легковушка, грузовики, и снова замыкает зенитка. Так и катили, кухня дымила, там ужин готовился. От железной дороги мы уже вскоре удалились, кстати, когда бой заканчивался через мост проходил очередной набитый пассажирами состав. Я как раз общался с капитаном, грузовики с ротой прямо перед составом по мосту проскочить успели. Тот тихо шёл, видимо машинист опасался, что пути повреждены, так что пассажиры насмотреться на результаты боя успели хорошо. Но это ладно, я планировал пополнить запасы топлива, последнее в баки слили, боеприпасов, и вернутся к Бресту. Тут Кобрин ещё нужно проехать, до него километров десять, а дальше уже как повезёт. Где нужный полк я без понятия, будем спрашивать, искать, узнавать. Всё же хочу парней вернуть в родную часть. Да, сказать откровенно, я решил, что хватит, повоевал с немцами, отвёл так сказать душу, даже какое-то облегчение почувствовал, не скажу, что камень с души упал, но стало заметно легче. К тому же все послезнания мои уже были использованы, и в ближайшее время где использовать подразделения я не знал. Нет, были пару моментов, но там ждать долго, от нескольких дней до недели. Лучше сообщу в НКВД, пусть сами работают. Так что возвращаю подразделения, и ухожу к порталу, там и попробую перейти в свой мир. Буду жить рядом с порталом и проводить попытки перейти, а как тот заработает, так и перейду.
  Вот так добравшись до трассы, а та забита была, я остановил пару транспортных колонн, и узнав у старших, где ближайшие склады, повёл свои машины туда. На складе 'ГСМ' заправил все машины и свободные ёмкости, пять бочек, потом заехал на склад боеприпасов, получил пулемётные патроны, несколько ящиков с ручными гранатами и мины для миномётов. Причём, подписывать ничего не пришлось, у ротного были наряды, получил в штабе полка, их вполне хватило чтобы всё получить. Мы уже проехали Кобрин, там шла спешная эвакуация, когда нас на дороге остановил полковник, армеец, правда быстро сдулся, увидев ромбы у меня в петлицах. По одному ромбу. Что тот хотел, я так и не понял, тот что-то мямлил. Документы у того были в порядке, я проверил, пока мои бойцы держали его охрану на прицеле. У того такая же 'эмка' как у меня была, и 'полуторка' с отделением бойцов. Их документы сержант проверил. Похоже, тот просто давил званием и заворачивал небольшие подразделения, чтобы усилить свою часть. А так те на трофейные автоматы с интересом поглядывали. Парни им объяснили, что мы десант побили, трофеи. А так автоматы могут на неприятность навести, тут трофеи пока не ценились, мало где увидеть можно. Ещё подумают, что мы немцы и обстреляют. Такое уже бывало. Пока не с нами.
  Чуть позже, в полседьмого вечера, мы стояли на обочине лесной дороги, две машины разом из строя вышло, у одной проблемы с мотором, чистили бензопровод, видимо засорился, у другой колесо пробило, меняли. Ну и заодно бойцы поужинали, тот готов был. Я уже поел, поэтому выйдя к дороге с кружкой в руке, рядом маячил один из бойцов-разведчиков, охранял, и изредка отпивая чаю, смотрел на уставших беженцев, что брели мимо, и редкие машины.
  - Товарищ командир, - ко мне подошли две молодые женщины, их окружали пятеро малолетних детей. - Дети голодны.
  - Ясно, - кивнул я и крикнул повару. - Игнатьев, накормить и обогреть.
  - Есть, - весело отозвался тот.
  Бойцы уже поели, но в котлах ещё что-то оставалось, если что, сухпай можно выдать. А так это шестые у кого хватило храбрости подойти и попросить хотя бы за детей. Вечерело, беженцев становилось всё меньше, а канонада явно приближалась, и как машины были починены, мы продолжили движение. На дороге и обочинах много остовов сгоревшей техники было, в основном автомобильной, явно страдали от ударов с воздуха, и чем дальше, тем чаще стали встречаться непогребённые тела, в большинстве гражданских, но были и в военной форме. Где нужная дивизия находится, у снабженцев я уже выяснил, так что с трассы мы свернули, и дальше покатили по полевой дороге пока нас на остановил заслон. К счастью тут были бойцы как раз из нужной нам Шестой стрелковой дивизии. Уже через полчаса мы подъехали к позиция нужного полка. Двое бойцов бегом умчались к штабу полка, а мы стали ожидать в низине. А то накроют, немцы близко.
  Пока я ожидал комполка, подозвал сержанта и вручил ему подготовленный пакет. Там немало информации было.
  - Это к утру нужно доставить в управление республиканского НКВД, после чего отправить в Москву. Берёте мою машину и 'полуторку' с бойцами-разведчиками для охраны. В Минске останетесь в распоряжении управления, разведчиков вернёте обратно. Выезжайте немедленно.
  - Товарищ майор госбезопасности, у меня приказ сопровождать вас.
  - Я отменяю этот приказ. Сержант, вы не слышали, что я вам приказал? Выезжайте немедленно.
  - Есть, - козырнул тот.
  Из машины я забрал свою винтовку с подсумками, и сидор с припасами. Подумав, трофейный автомат брать не стал. Вскоре легковушка в сопровождении грузовика удалилась. Уже темнеть начинало, так что думаю от авиации те укроются и за ночь хотя бы половину пути проедут, а то и в Минске утром будут. Тут подошёл начальник штаба полка, тот капитан, оказалось комполка был тяжело ранен два часа назад и отправлен в тыл, вот капитан пока и командует. От полка, за неполные сутки, осталось чуть ли не половина от состава что был сутки назад, но удар немцев выдержали, окапываются. Части из Брестской крепости ещё ночью вывели, оставили только для непосредственной защиты. Бои там до сих пор идут. Так что усилению, возвращению своих подразделений, тот искренне обрадовался. Сообщив, что я направляюсь в штаб дивизии, отказавшись от сопровождения, я попрощался с парнями, и ушёл в темноту, уже стемнеть успело. Мне нужно преодолеть почти шестьдесят километров чтобы добраться до болот где был портал. Надеюсь я смогу это сделать. Похоже миров-копий Земли множество и ходить по ним, попадая постоянно к началу войны, желания у меня не было никакого. Помощь небольшую оказал, думаю этого хватит. Основное сотрудничество у меня с миром Сталина, где генерала получил. Там всё серьёзно и перспективы карьерного роста огромные, так что идём к порталу, и переправляемся через него в родной для меня мир. Надеюсь, что тот всё же заработал.
  
  ***
  
  Вынырнув, я стал откашливаться, судя по крови на губах, в этот раз ранение было серьёзным, лёгкое зацепило. Я был в одних галифе комсостава, и нательной рубахе, босиком, да ещё с пулевым ранением в грудь. Даже особо и не радуясь, что портал сработал и я в родном мире, стал думать только о выживании. Осмотревшись, рана саднила, и дышать было тяжело, похоже через рану вода попадала в лёгкие, доплыв до мостков, я окликнул мальцов, что рыбачили чуть дальше:
  - Помогите мне. Я ранен.
  Как те зазывали мужиков из деревни, и меня в шесть рук подняли на мостки, я уже помнил смутно, а когда понесли к деревне, окончательно вырубило. Это точно мой мир, я успел пообщаться с мужиками. Оказалось, Толя Суворов тут, вот я и попросил его позвать. Да не сообщать о моём ранении властям. Этого ещё не хватало. Отлежусь. Надо позвонить одному военному хирургу, он мне должен, сейчас на пенсии отдыхает, приедет всё сделает. Однако думал я после перемещения в родной мир не только об этом. Дело-то серьёзное. Если проще, то до портала я дойти попусту не успел, всю ночь шёл, и перед рассветом на днёвку начал устраиваться, задневал у разбитого авиацией советского лёгкого танка, под ним устроился, а на рассвете на меня наткнулась немецкая разведка. Судя по рации, артиллерийские наводчики. Я обоих побил из пистолета, но у них охрана была, отделение солдат. Был короткий огневой контакт, я был ранен и сильно возжелал отправится домой, в результате я вместе с танком, за башней которого укрывался и отстреливался, оказался тут, танк камнем пошёл на дно, а я вынырнул. Вот что это такое было?! Жаль проанализировать не успел, вырубило.
  
  Вырубило меня похоже действительно капитально. Когда я очнулся, то обнаружил что лежу в деревенском фельдшерском пункте. Рядом на койке Толя спал. Я его сразу опознал. Пришлось пошуметь, ударив ногой по койке, чтобы разбудить того. Свет из окна шёл, значит или утро, или вечер. Да нет, утро похоже. Дёрнувшись, тот проснулся, и потянувшись, зевая, сел.
  - Доброе утро, Олег Анатольевич. Как себя чувствуете?
  - Как ни странно, вполне сносно, хотя говорить и больно. Меня прооперировали?
  - Да, вчера вечером. Хирург опытный, бывший военврач, в Афгане наших парней спасал. Тут у сына гостит. Повезло. Рана сказал чистая, антибиотики имеются, должны выкарабкаться.
  - Дай попить, - и когда тот меня напоил, я попросил телефон. - Хочу своим позвонить, узнать, как жена и сыновья. Всё же пять лет не виделись.
  - Да какие пять лет? - криво усмехнувшись, сказал Толя. - С нашего ухода прошло едва месяц. Я тут уже пару недель живу. Устал объяснять, как я так быстро постарел. Кстати, хирург сказал, что у вас свежее пулевое ранение в плечо. Заживление ещё идёт.
  - Попал в переделку. Бандиты подстрелили, - сообщил я и дал краткую информацию по своим делам, без особых подробностей и тому как смог вернуться.
  - Значит в двух мирах побывали, и в обоих с одного времени начинается, раз то звено истребителей видели? - задумчиво изрёк тот, и снова напоив меня, сообщил. - Знаете, Олег Анатольевич, а ведь со мной та же история произошла, только вот я в одном мире был, пока сюда не прорвался. Из наших больше никого, я так думаю, они тоже в этих мирах-копиях застряли, воюют с немцами. Уверен, из всех, только Славка этому будет рад, тот мечтает переплюнуть Вячеслава по количеству сбитых.
  - Мне вот не так везло.
  Тут нас прервали, в больничном халате зашёл пожилой мужчина, почти старик. Причём видно, что халат не его, не по размеру, мал. Это и оказался тот хирург что меня оперировал. За ним следом фельдшер сельский зашёл, те меня осмотрели, опросили, померили пульс, давление и температуру, сообщив что ранение хоть и серьезное, но динамика положительная, выживу, после чего хирург спросил, кто меня штопал? Это он о свежем пулевом ранении интересовался.
  - Любопытно. Такая штопка давно уже не применяется. Не знал, что кто-то ещё так шьёт.
  - Я участвовал в некоторых спецоперациях, был ранен, укрыт у деревенских в горах. Там и заштопали.
  - Хм, ясно.
  На этом хирург ушёл, о чём-то общаясь с фельдшером, Толик следом за ними. Разрешение на моё питание получили, а тот уже договорился с местной жительницей что та будет готовить кашки для меня. Вот и пошёл за завтраком. Кормил тот меня сам, с ложечки. Потом мы пообщались. К вечеру я уже узнал его историю, которая надо сказать меня поразила. Это каким же надо быль везучим наглецом, чтобы такое провернуть. Да уж, меня везунчиком на его фоне не назовёшь. Однако я хотя бы вернулся в свой мир, в чём также повезло.
  - Хорошо ты у немцев погулял, честно скажу, душа радуется, слушая тебя. Я не командир, контрразведчик, у нас другая специфика.
  - Но вы ведь тоже командовали, сколько дел за первый день войны во втором мире сделали.
  - Я больше отдавал приказы, а подчинённые выполняли, так что все заслуги на них. Чёрт, говорить больно стало. Давай завтра, у меня тоже новости есть. Есть что сообщить для размышлений.
  
  На следующий день, после обеда, когда меня перевернули набок, чтобы пролежней не было, я и сообщил Толику:
  - Проблема в том, что всё что мне выдали из Госхрана на закупку технологий, производств и информационных носители, всё осталось там, во втором мире. Как восстановлюсь, придётся вернутся и забрать.
  - Так осень скоро. Придётся зимние гидрокостюмы покупать. Это мы мигом, сами знаете, я с трофеями вернулся, средства есть. Хотя свой мешок и потерял. Интересно, в каком мире-копии он всплывёт и что немцы будут с ним делать, если найдут?
  - Ты погоди, тут другое дело. Понимаешь, я не пользовался порталом, чтобы вернутся в наше время.
  - Это как?! - тот в шоке сел мимо соседней койки.
  Вообще, я был единственным лежачим больным в этом фельдшерском пункте. Ещё трое лечились стационарно, приходили, получали лечение уходили.
  - Сам не пойму. Я у трассы между Кобриным и Брестом отдохнуть решил, под танком. Точнее передневать решил, устал сильно, и утром на меня немцы наткнулись. Хотя танк в стороне стоял, нечего им там делать было. Принял бой, уничтожив из пистолета троих, да меня подранили. А тут раз, я переместился к мосткам, причём верхом на танке. Тот в воду ухнул, и я за ним. Парнишкам деревенским рыбалку попортил, но хоть те увидели меня, вызвали помощь, подняли на мостки. Тут одно радует, реплика 'Макарова' в сидоре была, а тот утонул с танком, не достался немцам.
  - Охренеть, - взъерошив короткий ёжик волос, протянул тот в изумлении. - Такого даже со мной не было, хотя я и в Берлине побывал, покатался там на 'двойке'.
  - Дети танк вроде не видели, он появился над кромкой воды и сразу в воду ухнул.
  - Точно не видели, иначе по всей деревне разговоров было бы, - успокоил тот меня. - Значит портал вы сами открыли? Сами-сами, другого ответа в голову не приходит. Ну-ка...
  Я несколько секунд наблюдал как тот тужится, после чего с интересом уточнил:
  - Крепит? Сходи к фельдшеру, попроси слабительного.
  - Да нет, я попытался переместиться в другой мир. Хм, не получилось. А может перемещение спровоцировало ранение? Хм, что-то такой способ мне не нравиться. Каждый раз в себя стрелять? Нет уж, лучше привычным, через портал в болоте.
  - Согласен, Толя, согласен. Как этот портал работает, вообще не понятно. Тот что в болоте, после перехода может заработать сразу или через месяц, этот временной промежуток никак не угадаешь. Вон, целый отдел у нас в наркомате собрали, учёные все, головастые, и то понять не могут как тот работает и почему. Гипотезы совсем дикие. Интересно, как они смогут объяснить моё перемещение? Тоже с ранением свяжут? Или взять эту непонятную временную аномалию, прожили в том мире несколько лет, а тут чуть больше месяца прошло. Вот как так? Я думал у меня тут старшему сыну уже шестнадцать, а ему всё ещё одиннадцать, через две недели двенадцать исполнится.
  Сегодня утром я звонил своим, номер помнил. Шурин купил нам трёхкомнатную квартиру в Москве, там семья и жила, пока я служил в Чеченской республике. Штаб корпуса в Ханкале располагался. Трубку жена взяла, поворчала что после двухмесячной пропажи всё же соизволил позвонить, сообщил что старший где-то на улице, ну и позвала к телефону младшего, с ним и пообщались. Пообещал сыну что через месяц приеду, пообщаемся. Думаю, к тому момент ходить я уже смогу. Причём сын бесхитростно сдал мать, что к той мужик ходит, с цветами, и та где-то пропадать начала, да так, что тёща из Ростова приехала, следит за ними, хозяйство ведёт. Я особо на это не отреагировал, для меня супруга уже чужой человек, даже испытал некоторое облегчение. У меня в мире Сталина, мы его именно так называли, хотя как оказалось миров-копий по тому времени хватало, были женщины, одна даже постоянной стала. Сын отхватил от матери оплеуху, я хорошо её расслышал, и связь прервалась, подумав я позвонил своей старшей сестре, матери Вячеслава, и попросил начать бракоразводный процесс, попросив квартиру оставить жене, а детей мне. Нине я звонил ещё вчера, перед тем как отрубится на ночь. Сообщил, что у нас всё хорошо, сын её и муж будут чуть позже, успокоив таким образом. Та пыталась узнать где я нахожусь, но тут я настоял, мол, сам приеду.
  Толик выходил из палаты, пока я по телефону общался. Насчёт развода я ему сообщил, остальное того не касалось. Тот был в курсе что в мире Сталина у меня осталась любовница. Тот вообще был в недоумении, мол, такой пожилой, ха, едва сорок было, а любовниц меняет как перчатки. Сам Толя не сказать что как монах жил, но встречался только с одной девушкой, только я так и не понял, серьёзно у них или нет. Я даже не уверен, что у них до постели дошло. Похоже, те расставаться надумали, видимо характерами не сошлись. Толя, как я понял, однолюб, и подобрать под себя будущую супругу ему очень сложно. Тот всё какую-то Олю Смирнову поминал, видимо по душе пришлась. Тот с ней познакомился в мире-копии. Интересно, если вернуться в мир Сталина, тот её там найдёт? Правда, как я понял, особо назад тот не торопился из-за своей бабушки, а взять с собой тот её не мог, древняя старушка могла не пережить переход.
  Вот так время и шло, я потихоньку восстанавливался. Толя то домой ездил, то под окном в кабине своего грузовичка возился, тот 'шишигу' купил у армейцев по конверсии, магнитолу в кабине установил, ещё какие-то ремонтные дела проводил. Хирург уехал к себе домой через две недели, но сообщил что транспортировать меня уже можно, так что на носилках меня занесли в кунг и Толя привёз меня к себе в деревеньку, дорога чуть всю душу не вытрясла, хотя ехали очень медленно, где с соседом и занесли в дом. Там я с бабашкой Толи и познакомился. Я уже потихоньку сам садился, поражала такая скорость восстановления, вон, в мире-копии, где я в плечо пулю получил, восстановление шло обычными темпами. Может это тоже влияние портала? Всё же его изучение как началось, так и застопорилось, и находилось по факту на нуле. Я это точно знал, и хотя не курировал его изучение, но нарком Берия информацию не утаивал и на мои вопросы вполне отвечал. Правда, с вкраплениями мата, ладно хоть не на меня злился, а на учёных, что топчутся на месте.
  Толя мне привёз спецтелефон, у нашей службы такие имеются. Прослушать их можно, да всё возможно, но эти ну очень сложно, серьёзное шифрование связи было. Я знакомому позвонил, по бывшей работе, тот и выдал. Жаль из-за отсутствия средств, потерянных в одном из миров-копий, я уже сейчас не могу начать делать покупки, но предварительный заказ, без предоплаты и составления договоров, сделать мог. Вот так обзванивал подрядчиков, нужные контакты мне предоставили бывшие коллеги. Один сокурсник в 'ФСБ' работал, вот он и расстарался. Даже сообщил, что на некоторых складах имеются советские производственные станки, ещё в заводской упаковке и с технической документацией к ним. А снаружи осень началась, сентябрь в свои права вступил, листья желтеть ещё не начали, но уже заметно пожухли. Из новостей, Нина приехала и сняв комнату в соседнем домике, ухаживала за мной, ругаясь на меня что раньше о ранении не сообщил. Молодец она. Никаких истерики, вот что значит жена офицера, пусть и бывшего. По поводу развода, то всё прошло по обоюдному согласию, жене отошла квартира, но сыновей та любила и категорически отказалась их мне отдавать. Адвокат сообщил что шансы отобрать детей есть, но я махнул рукой, пусть с ней живут. Буду выплачивать скромные алименты. А так как официально я не работаю, то выплаты и небольшие. Насколько я в курсе, их вполне хватит на содержание детей и сборам их к школе. А вот дачу свою я оставил в личной собственности. Машину жене отдал, чтобы та на дачу не претендовала, по сути это особняк, там даже прописаться можно, что адвокат и сделал. А так, заботилась о сыновьях тёща, мировая женщина, а жена куда-то свалила с любовником, как только свободу получила. Кажется, на юга. В Турцию, как чуть позже я узнал, аж на целый месяц, видимо отдохнуть решила от быта. Вот так я и стал свободным. Поставил подписи на документах, адвокат пять дней назад в деревню эту приезжал, и всё, свободен как ветер. Нина из-за адвоката меня и нашла, отследила маршрут и появилась, свалившись на голову, как первый снег. Где мы были, та не знала и посвящать её я не спешил, то что у нас с Толей какие-то свои тайны, та заметила, но тактично молчала, особо не расспрашивая. Всем видом показывая, мол, созреете, сами расскажите. А ведь придётся. Где её муж и сын я вот так объяснить не могу, и версия, что те за границей по серьёзным делам работают, долго не продержится. Нина женщина умная, быстро разберётся что тут не так. Хм, кстати, я был младше её, но пять лет в мире Сталина сделали так, что по возрасту я теперь её старше на пару лет. Та приметила что я постарел, и седина на висках появилась, но промолчала, списала на ранение.
  Где-то пятнадцатого сентября исчез Толик. Не где-нибудь на дороге или ещё как, тот в сарае жестянку правил, хотел в трубу для водостока её свернуть, чтобы крыльцо не затапливало, отвод сделать, слышался стук молотка, а потом стихло. А когда Нина закончила готовить обед, и пошла за ним, в сарае пусто оказалось. Обе машины на месте, никуда не выходил, бабушка Анатолия сидела на скамейке у ворот, обещалась с двумя соседками того же возраста. Не выходил он на улицу. Всех встревожила пропажа, но я молчал, была у меня одна версия, пусть безумная, но как-то другого ответа не было. Будем ждать.
  
  Толя вернулся через три дня, когда его бабушка по-настоящему паниковать начала, даже мы её успокоить не могли, хотя жили душа в душу. Толя обычно ей всегда говорил если уезжал надолго, чтобы та не тревожилась, а тут пропал с концами. У нас бабское лето пришло, температура поднялась до плюс двадцати, так что надев рубаху и брюки я самостоятельно вышел ко двору и сел на лавку, благо та пока свободна был, грелся на солнышке, подставляя лучам лицо. Именно это время и выбрал Толя чтобы появится. Я сразу приметил его коренастую фигуру в конце улицы, шёл тот уверенно, держа за руку девушку, что крутила во все стороны головой, явно любопытствуя. Одет был Толя в комбинезон танкиста, голова не прикрыта, на ногах сапоги. Девушка в форме старшего военфельдшера. Изучая их, пока те спешно подходили, я кивнул в знак приветствия и поинтересовался:
  - Я так понимаю, это та самая Ольга? Приветствую милая девушка.
  - Здравствуйте, - с заметным смущением ответила та.
  - Да она. Еле нашёл. Сколько меня не было?
  - Неполные трое суток. Бабка твоя волновалась, иди успокой её.
  - А ТАМ я почти два месяца был. Не спросите, как ушёл ТУДА?
  - А чего спрашивать? И так ясно, попал по пальцу, боль и перенос.
  - Хм, точно. Только в обратную сторону не работает. Пришлось привычным манером через болото у Буга.
  - Иди к бабке. Потом расскажешь, а я пока посижу. Свежий воздух лечит.
  Тот со своей девушкой ушёл, похоже то что те нашли друг друга, было ясно даже им самим. Вернулся тот один через два часа, Ольга его была представлена и Нине, и бабушке. Нина той уже подбирала современную одежду, фигурами те практически схожи были, маленькие, аккуратные, ладные и фигуристые. Судя по поведению Нины скоро у нас будет серьёзный разговор, да и та задавала девушке некоторые вопросы, явно прозревая. Толя хоть и попросил невесту молчать откуда они прибыли, но как я уже говорил, Нина дурой не была, и выводы сделать вполне могла. Тот уже переоделся в свою одежду, и вернувшись, сел рядом и сказал:
  - Обед почти готов, как приготовят стол, нас позовут. Вы уже за столом кушаете?
  - Да, пару дней как.
  - Быстро восстанавливаетесь.
  - Это точно. Думаю, через пару недель дорогу до Москвы спокойно выдержу. Проблема только с ценностями что остались в том мире-копии, где я решил помочь защитникам крепости.
  - Так помогли же, вывели их из ловушки? Зачёт за помощь.
  - Так-то оно так, но ценности нужны для закупки немалого парка станков и разных производств. Я ещё планирую несколько инженеров завербовать и отправить их в мир Сталина. Нужно только отработать переход.
  - Вы не хотите узнать, что со мной было?
  - Время есть, ещё узнаю подробности, а пока доложи кратко что было.
  - Я действительно ударил по пальцу, тут вы угадали.
  - Это логично, если учесть, что ты работал молотком и пропал.
  - Точно. В общем, я с молотком в руках оказался в том мире, где повеселился, только шёл там уже сорок второй год. Как раз Харьковская катастрофа началась. Начал искать Ольгу, по её ведомству, нашёл одного снабженца в столичном управлении, тот проверил по картотеке и выяснилось, что она в медсанбате служит, уже старшего военфельдшера получила. А танковая дивизия, к которой приписан её медсанбат, оказалась в окружении. Я до неё добрался... Ну там ещё танковый полк под командование взял, командира у них убило, пара командиров из состава полка меня лично знали, по делам сорок первого, смог вывести из окружения несколько частей, почти двадцать тысяч человек, даже с тяжёлым вооружением. Потом забрал Ольгу и на угнанном самолёте, вы знаете, я умею управлять, добрался до болот, и мы порталом перешли. Потому одежда влажная была, не успела высохнуть на телах, пока до деревни добирались. Ещё и прятались от чужих глаз, чтобы в этой форме не увидели, а то потом вопросами замучают.
  - А что, уже проверенный способ перемещения не работает?
  - Да, товарищ генерал, не работает. У меня и в прошлых приключениях было, защемлял руку танковым люком, пальцы тоже, боль жуткая была, но не перемещался. И тут, когда случайно переместился, решил Ольгу найти и забрать, тоже пару раз ударялся, или зажимал пальцы, в танковых войсках это обычнее дело, и ничего. Потом, когда Ольгу забрал, пытался специально сюда уйти, вот, у трёх пальцев ногти почернели и слезают, боль жуткая, и не переместился.
  - Может нужно искреннее желание вернутся домой? Ты о чём думал, когда железо правил и по пальцу попал?
  - Об Ольге. Думал, что неплохо бы сначала с ней начать. Запала та мне в душу. Только я об этом тоже думал, что нужно искреннее желание для перемещения, поверьте я никогда не был так искренен, когда молотком по пальцам бил. И ничего. Пришлось болотным порталом пользовать.
  - Хрень какая-то. Такое впечатление что тот портал в болоте не природного появления, а инопланетяне создали и бросили, и у них мышление в корне отличается от нашего. Вообще логики никакой нет. Например, мы стали ходячими порталами, но почему? Потому что уже перемещались через болотный и нас пометили? И что теперь, стукнулся случайно коленом и здравствуй новый мир? Меня начинает бесить эта нелогичность.
  - Вы, товарищ генерал, педант, и по характеру, и по смыслу жизни. Всё у вас по полочкам должно быть разложено. Для вашей службы - это плюс, но если что идёт не так, вы теряетесь, я это заметил. Я вообще в шоке был, когда услышал ваш рассказ, как вы помогли парням из Брестской крепости. Это не в вашем духе так рисковать. А как дважды мужское население польского хутора вырезали? Я в курсе что вы любите держать себя в форме, но то что как спецназовец работать сможете, этого не знал.
  - Я когда в армейские особисты перевёлся, три года взводом быстрого реагирования командовал, спецназ по сути и есть. Там очень высокие требования к подготовке были. Да и не сидели мы на базе, бегали по чеченским горам, в бой не раз вступать приходилось. В основном работали в прикрытии наших агентов, или брали чужих. С бандформированиями редко когда бой вели, если только случайно где натыкались. Такое на моей памяти дважды случалось, троих парней потерял, дальше уже кабинетная работа была, но навыки я старался не терять. Так что генералы тоже кое-что могут. Тряхнул, как говорится, стариной.
  - Старина не отвалилась? - спросила Нина, выходя из ворот.
  - Всё слышала?
  - Многое. Но хоть разобралась что у вас порталы в другое время или миры. Идёмте обедать заговорщики. А ты, потом, мне всё расскажешь. И где Саша со Славой тоже.
  - Куда я денусь? - с некоторым трудом вставая, ответил я.
  - По попробуй мне попытаться вывернуться. Знаю я ваши привычки, уволился, а суть твоя не меняется, всё в тайне держишь. Я хочу знать всё, от начала и до конца.
  - Угу.
  Обед прошёл в тишине, счастливая возвращением внука бабка достала из подпола наливку, выпили все, даже я, так что напряжённость ушла и дальше обед уже спокойнее проходил. Мы лишь поглядывали на Толю с его невестой. А когда чай пили, на стол поставили самовар, с дымком чай, я спросил у парочки:
  - Ну что, когда свадьба?
  Съехидничать не получилось, хотя Нина и пнула меня под столом, чтобы не вводил молодых в смущение. Толя вполне серьёзно кивнул и ответил:
  - Хотим на днях расписаться. Мы уже обговорили. Ну и свадьбу тут в деревне сыграть. У нас принято всех созывать. Празднуем все вместе, в горести и в радости. Давняя традиция.
  - Отлично. Тогда погуляем и поедем в столицу.
  - Мы тоже? - уточнил у меня Толя.
  - Нет, у вас медовый месяц. Я сделаю документы для Ольги, и оправлю вас заграницу отдыхать. Там есть специальные туры для молодожёнов, думаю вам понравиться, заодно посмотрите, как на чужбине живут. Страну выберете сами. Кстати, Толя, научи Ольгу пользоваться интернетом, пусть изучит как медицина вперёд продвинулась, думаю ей будет интересно. Вы сами тут планируете остаться или со мной вернётесь в мир Сталина?
  - Вернёмся, но чуть позже, - покосившись на бабушку, ответил Анатолий.
  - А если там своя Ольга Смирнова есть? Хотя может и не быть, той Ольге нужно пережить нападение бандитов на машину её отца, плен и Харьковскую катастрофу, так что она могла и погибнуть.
  Ольга, что внимательно меня слушала, стрельнула глазами в сторону жениха, и дотянувшись, звонко поцеловала того в щёку, сказав:
  - Спасибо, мой спаситель.
  - Ну вот, одним всё, другим ничего, - пробормотал я с улыбкой, показывая, что это шутка.
  - Как развёлся, так сразу на девушек стал смотреть, - взъерошив мне волосы, сказала Нина. - Ничего, и ты найдёшь свою настоящую половинку. Лариска твоя мне никогда не нравилась. Сам знаешь, как мы собачились.
  Бабка Толи сидела и слушала, только вряд ли что понимала, хотя глазки с любопытством и поблёскивали. Да мы особо и не говорили на запретные темы. Ольга с Ниной стали убирать со стола, посуду на небольшой кухоньке мыть, с учётом что воду нужно с огорода носить, где был колодец, у Суворовых водяной насос сломался и тот решил съездить в город, купить новый, дело хлопотное, а ведь её ещё и разогреть нужно. Сам я снова устроился на скамейке, и где-то через час, когда Толя с невестой на 'козлике' уехали в город, рядом села Нина. Хозяйка дома ушла к соседке, кости нам перемывать, дело привычное, так что можно было поговорить.
  - Ну что ж, рассказывай.
  - Много говорить придётся, - вздохнул я. - А ты знаешь я быстро устаю.
  - Ничего, время есть, всё расскажешь.
  А придётся действительно всё рассказать, потому как если Нина говорит таким тоном, с ней лучше не спорить. Я её с детство знаю, родная сестра как-никак, женщина она замечательная, но жутко злопамятная. Один раз было, два года со мной не разговаривала, и повторения этой истории я не хотел. Так что, если та узнает, что я ей неправду или не всё рассказал, точно запомнит. А она узнает, у мужа выпытает, когда тот вернётся. А я уверен, что вернётся. Суворовы они такие, везде прорвутся и вернутся. Да и дружок его Раневский, из того же теста. Вернутся. Тут главное знать бы когда. В общем, я и рассказал, как её сын, мой племянник провалился в болото и через портал в воде оказался в другом мире, как тот воевал и выживал. Как вернулся и нас утянул в другой мир. Закончил на сегодня на том, как мы решили вернуться сюда, в родной мир, и как я оказался в другом мире, как и Вячеслав у Бреста перед самой войной. На сегодня хватит, время действительно есть, а от разговоров у меня грудь заболела.
  
  За три дня я всё Нине рассказал, и та согласилась со мной, что портал иномирное явление, где мышление его хозяев не совпадает с нашим мышлением. А так документы Ольге сделал, даже загранпаспорт, есть такие возможности, молодожёны от меня получили билеты и путёвки в Египет, пусть в водах Красного моря покупаются, там как раз сезон, и вот после росписи в городе, когда молодые вернувшись, и началась свадьба. Мы с Ниной участвовали, решили уехать после неё. Толя довезёт нас до железнодорожной станции. И вот, во время гулянки, один подвыпивший мужичок, тракторист местный из леспромхоза, со всей дури ударил меня ладонью по спине. А ведь ему сказали, что я лечу повреждения рёбер, но тот забыл спьяну. Вот так я и переместился куда-то в полубессознательном состоянии от боли.
  Сознание я всё же не потерял, мягко осел, ноги ослабли, и упал на пол, стукнувшись затылком по толстому ворсу ковра, у меня в гостиной. Гостиной?! Не показалось, а ведь точно, это гостиная в моей квартире. Её опечатали перед тем как мы отправились в наш родной мир. И что важно, мужичок, который меня отправил в мир Сталина, стоял рядом и стремительно трезвея осматривался, всё это с огромными глазами на лице. Как бы те не выпали из глазниц.
  - Помоги мне подняться, - прохрипел я.
  - Где мы? - продолжая осматриваться, и не делая попыток помочь мне, истерично спросил тот.
  - Ты не слышал, что я сказал? Помоги на диван лечь.
  - Да пошёл ты.
  Тот бегом покинул комнату, судя по хлопкам дверей тот искал выход, потом защёлкали замки входной двери, хлопок, и шум стих. С трудом встав, я весь в поту был, вот это адреналина хватил, я всё же сел и чуть позже встал. Пошатываясь, прошёл в кабинет, это в другой комнате. Квартира была чистенькой, и было такое впечатление, что в ней жили, многие вещи стояли не так, и личных вещей я не обнаружил, а так вся мебель государственная, с бирками и номерами. Даже ковёр в гостиной шёл в комплекте с квартирой. Сняв трубку, услышал щелчки, и вскоре отозвалась телефонистка.
  - Сорок два двенадцать, добавочный три, - сказал я той.
  - Минуточку.
  Надо поймать этого дебила деревенского, поэтому я звонил тому человеку, который точно мог помочь. Вскоре трубку с той стороны сняли, и я услышал такой знакомый голос Судоплатова. Тот должен был принять мой отдел после моего ухода. Поэтому ему и позвонил.
  - Судоплатов у аппарата.
  - Паша? Это Олег Буров. Плохо мне, пришли санитарную машину на мою квартиру. Нужно в госпитале под присмотром врачей полежать. Да, я не один, был ещё один странник, нужно его по Москве ловить. Лет пятьдесят, рожа типичного деревенского дурачка, от него несёт перегаром и соляркой. Тот тракторист, поэтому руки с въевшимся машинным малом. Одет в серый пиджак и чёрные брюки, летние туфли на ногах. Мы со свадьбы сюда переместилось, так что считай одет празднично. Вид должен иметь полубезумный.
  - Не понял. Вы кто? Что за Олег Буров?
  - Оп-па. А какой сейчас год?
  - Тысяча девятьсот сорок первый, двадцатое июня, - всё же уточнил тот.
  - Ясно. Извините, номером ошибся.
  Положив трубку на аппарат, я сел на стул с высокой спинкой, что в кабинете заменяло кресло, я кстати тоже им пользовался в своё время, всё служебное было, и задумался. Это не мир Сталина, очередная копия. Почему я тут оказался? Да потому что когда отходил с мужиками 'перекурить' в сторонку от столов, где и получил шлепок по спине, то в тот момент думал... А ведь я думал коробке леденцов, что у меня хранились в ящике комода в гостиной. Что-то захотелось их. И ведь сработало точно, как с Толиком. Тот вместе с молотком, а у меня мужичок был, видимо всё чего касаешься переносится, перенеслись. Толя в районе Воронежа оказался, это он потом узнал, что там рядом медсанбат стоял, а тогда рванул в Москву по архивам искать где его ненаглядная, разминулись, и встретились только через три недели в окружении. Но тот попал в свой мир, куда хотел, а я желал СВОЮ квартиру и СВОИ леденцы. Попал в квартиру, но не в свою и в другом мире. Это что, путь обратно в мир Сталина мне закрыт? Чёртовы инопланетяне со своими порталами, хрен поймёшь, как это всё работает, вообще всё шиворот на выворот и пользоваться порталами можно только используя принцип угадайки и на кого бог пошлёт. Похоже всё, даже я сломался на том чтобы понять, как эти порталы работают. Мало того, что отправляют в разные миры, так ещё чехарда со временем. В одном мире живёшь годы, в родном в это время проходит едва ли недели. Всё устал, возвращаюсь обратно, жду, когда шурин с его братом и другом возвратятся, и вместе будем думать. Одна голова хорошо, а пять лучше.
  Размышлял я, сидя на стуле пару минут, этого хватило хоть немного прийти в себя. И чего я на эту свадьбу пошёл? Ведь чуял что добром не закончится. Нина теперь переживать будет. Надеюсь Толя с Ольгой не отменят своего отдыха за границей. А я вернусь, это я им могу обещать. Пусть пока мысленно. Так вот, за пару минут я отдохнул так, что стал изучать ящики стола. Сейчас раннее утро, не знаю где жильцы квартиры, но то что Судоплатова на квартире застал, это повезло. Судя по настенным часам, сейчас семь утра, он как раз в семь и уходит, видимо на пороге его застал. На придурка деревенского мне уже плевать, мало того, что от него одни неприятности, нянькой я ему не буду, если встречу, проще ликвидировать, так что пусть местные им занимаются. Уверен, примут за психа и отправят в психиатрическую клинику, там ему и место, может белочку вылечат? Хоть узнает, что такое карательная психиатрия.
  В ящиках стола ничего особо ценного не было, нашёл перочинный ножик, два коробка спичек. Початую пачку табака для трубки, и немного наличности, рублей сорок. Встав, я прошёл в прихожую, тут была одежда, включая фуражку армейскую на полке, и шинель со знаками различия полковника, с общевойсковыми эмблемами. Мне нужна наличность, тот держатель воровского общака, это на потом, я сейчас не в том состоянии, чтобы взять его, хожу еле-еле. Вот в карманах висевшей на вешалке одежды, я и поработал. Ещё мелочью рублей двадцать набрал и банкнота в десять рублей была. Уже неплохо, семьдесят рубелей набралось. Сам я одет был вполне для этого времени нормально. Белая рубашка, брюки чёрные, туфли сверкали начищенные. Нина подобрал одежду для праздника. Из-за того, что было тепло на улице, то столы поставили в саду у Суворовых, там место было, всей деревней собирали на стол и гуляли тоже самозабвенно. Был ещё пиджак, но я его повесил на ветку яблони, жарко было. В нём телефон, документы, а я вернул свои. В общем, в карманах у меня пусто. Так что убирал в них всё что нашёл, надеюсь хозяева не обидятся. Точнее не сильно расстроятся. Потом прошёлся по квартире, искал в обычных местах где люди хранят крупные суммы. И ведь нашёл, две пачки, ещё в банковской упаковке, в постельном белье в шкафу. А неплохо полковники зарабатывают. Тут тысячи две, мне хватит. Кстати, судя по вещам в квартире, тут проживали трое, двое взрослых, видимо супруги, и девочка-подросток. Также нашёл саквояж, к сожалению, вещмешка не было, туда из кухонного комода сгрузил припасов, но не много, тяжести трудно мне пока носить, и покинул квартиру. Кстати, в шкафу нашёл куртку, серая, размер вполне мой. Только голова не покрыта была. Так я тихонько спустился вниз, квартира на втором этаже была. Там у консьержа пусто, а со двора доносился шум.
  Выглянув из парадной, я спокойно вышел, с интересом наблюдая как консьерж и один из жильцов, я его знал, инженер с завода, где выпускали грузовики 'ЗИС', с трудом удерживают бьющегося на земле того прощелыгу, из-за которого мы оказались в этом мире. Те были заняты им, тем более тот увидев меня и опознав, стал вырываться с ещё большим усердием, мыча. Во рту у того торчал кляп из нескольких носовых платков. Видимо тот так орал, что ему решили заткнуть рот. Вот к нему белочка пришла. А ведь с момента нашего расставания прошло едва ли пятнадцать минут. То, что тот запойный и часто ловил глюки, мне ещё Толя рассказывал, но не пригласить нельзя, этот хмырь имея весёлый и задорный характер исполнял роль тамады на всех свадьбах. Честно скажу, плевать я на него хотел. Да и не видел опасности. Никто ему не поверит, а как я уже говорил, на роль няньки я не гожусь, быстро его шлёпну, так что даже думать о нём не хочу. Всё, умер он для меня. Тот между прочим тоже меня бросил в квартире одного в том состоянии, что даже шевелится мог с трудом. Уверенно шагая, кто бы знал чего мне это стоило, так и хотелось прислонится к стене дома, постоять и передохнуть, а лучше лечь в мягкую кровать, но нельзя, я вышел на улицу и направился к трамвайной остановке. Она совсем рядом была. К счастью. А была бы дальше, точно не дошёл.
  Что меня радовало во всей этой ситуации, так это временной парадокс. Пока я тут нахожусь, в родном мире время течёт куда медленнее, пробуду тут полгода, а там пройдёт... Да чёрт его знает. От нескольких дней, до месяца. В общем, задержусь я в этом времени, долечусь, восстановлюсь, физическую форму свою верну, и отправлюсь к порталу, в родной мир перемещусь. Поэтому путь мой лежал к вокзалу, там доска для частных объявлений обычно имеется, можно найти где снять комнату. Я сел в первый же трамвай, а то арка входа во внутренний дворик дома, откуда только что вышел, отлично видно от остановки, как и меня от арки. Так что мне всё равно было куда тот ехал. Тем более в арку въехала 'полуторка', с тремя милиционерами внутри. Трамвай, как оказалось, проезжал Казанский железнодорожный вокзал, там я и сошёл. Представился командировочным из Горького, обратившись к одной из старушек, что тут ожидали возможных клиентов. Вообще в Москве с жильём проблемы, не хватало, тесно, но вот такие встречались. Обычно они предлагали койку, та могла стоять в одной комнате где ещё таких с десяток штук, с жильцами. А можно найти отдельную квартиру. Но их нужно искать. Вот я нашёл, и договорился что сниму её на месяц. Мог бы и казанцем назваться, но поезд, только прибывший, был из Горького, скорый, так что особо и выбора не было. Сказал, что инженер с автозавода. Та порадовалась, такие клиенты как я, что снимают комнату на долгое время, редки. Да и я был доволен, старушка эта не первая к кому я обращался. Другие сдают комнаты в коммуналках, а эта полноценную квартиру, небольшую, с дровяной кухонной печью, но санузел был в наличии, ванная, паровое отопление. Жить можно, и главное одному. Так что мы остановили бричку, все таксомоторы уже разобрали наглые и быстрые горьковчане, и покатили к дому где и находилась квартира. Это тут где-то рядом. Старушка всё пешком пытались сопроводить меня, но тут я стоял твёрдо. Знал, не дойду, так что только бричка. Дальше заселился, сразу уплатив за месяц вперёд, старушка обещала, что дров завтра подвезут, а то запас небольшой, после этого та отбыла. Квартирка действительно небольшая, две комнаты, гостиная и спальня, прихожая, совмещённый санузел, и кухня. Вот она довольно просторная, в центре стояла дровяная печка. Дымоход уходил в стену. Явно всё самодельное, даже любопытно как это всё сделали.
  Едва я запер за хозяйкой, как добрёл до кровати, раздеваясь на ходу, и рухнул на неё. Точнее и за-за раны аккуратно лёг, и вырубился. Всё, сил больше не было. А ведь ещё нужно обдумать о чём с участковым говорить. Ведь командировочные, что на короткое время снимают жильё, избегают их внимания, а те что приезжают надолго, обязательно изучаются ими, ставятся на учёт. Да скажу ему, что документы украли в поезде, пусть пока пробивает. Прыгать с квартиры на квартиру я не хотел, так что буду тянуть время, а как восстановлюсь, хотя бы ходить нормально начну, не задыхаясь каждые сто метров, то и буду менять место жилья, продолжая восстанавливаться. Пару месяцев в столице я планировал прожить. Потом забираю воровской общак, всё самое ценное из него, и отправляюсь к фронту, перехожу линию фронта, и дальше к порталу. Бить пальцы молотком, как это делал Толя, вон, гипс ему наложили, рука распухла, я даже и не думал. Здоровье важнее.
  
  Следующую неделю квартиру я практические покидал, лишь дважды, за продуктами на рынок ходил. Так что постепенно излечивался, сил прибавлялось, поэтому стал включать вечерние прогулки по Москве. Пока по кварталу, сил далеко уйти не было, но я видел, что на второй день больше прошёл и уже не так устал, значит, помогают прогулки. Сегодня тоже пойду. А так в мире всё происходит, как и обычно. Война началось точно в срок. Немцы наступают, наши драпают. Ничего нового не слышал. Репродуктор в квартире был, динамик почему-то на кухне находился, вот я и слушал. Сегодня наступило двадцать восьмое июня, день сдачи Минска, пока радио молчит, да и не сообщают о таком. Вообще, особых подробностей не было, мол, ведут тяжёлые оборонительные бои там-то, сбито столько-то, подбито столько, отличились такие-то. Вот и всё. Я же говорю, ничего нового. Вот и сейчас приготовив обед, суп сварил, мне жидкое нужно, так что лапша с курятиной самое то, особенно бульон, я устроился за столом и прибавив звук, у динамика к счастью подобная опция была, сел и стал слушать, приступив к приёму пищи. Я как раз половину тарелки одолел, когда от очередной новости суп пошёл не в то горло, и я его шумно выплюнул, забрызгав стол, кашляя, а диктор, закончив, уже перешёл к другим новостям:
  - Какое ещё на хрен контрнаступление?! - прохрипел я возмущённо.
  Диктор сообщил, что под Белостоком наши войска опрокинув немецко-фашистские силы, перешли границу, и окружили в районе города Брест и одноимённой крепости, две дивизии противника, включая ещё несколько отдельных частей, которые сейчас лихо добивают, сужая кольцо окружения. Тут и без анализа полученной информации стало ясно, что там действует кто-то из наших парней. Только пришельцам из будущего не даёт покоя Брестская крепость. Зная сколько там наших полегло, первая трагедия в начале войны и без сомнения самый первый подвиг и героизм наших воинов. Так что любой такой пришелец обязательно будет стараться помочь им. Да что далеко ходить, даже я не избежал этого, и ведь действительно вывели войска, не сгинули за зря, а воевали в окопах, подготовленных до начала войны, встретили немчуру как надо, свинцовым ливнем. Тут же похоже всё идёт совсем по-другому. Думаю, это кто-то из наших. Кто такое мог провернуть? Шурин вполне, дружок его Раневский? Не думаю, как бизнесмен тот неплох, как снабженец тоже, а вот как солдат, нет, кишка тонка. Брат-близнец шурина Евгений? Офицер-десантник? Вот этот точно мог. И кто из них там устроил всё это? Выясню, когда доберусь до места боёв. Но не сейчас, ещё не готов.
  Доев суп, я вытер и помыл стол, и попивая чай, размышлял. Да уж, сюрприз, думал я тут один, а тут вон какое дело. Что ж, зная, что и кого искать, думаю проблем не будет в поисках. Главное, чтобы выжил в боях тот, кто мне нужен. Вместе и вернёмся обратно. А вообще эта информация, полученная от диктора, послужила спусковым крючком. Так-то я расслаблен был, отдыхал, восстанавливался, благо повязки менять не надо, мне её сняли за три дня до свадьбы и ходил уже без неё. Так что на следующий день, выслушав новости по Минскому направлению, там бои у Бреста ещё шли, причём как я понял, в разные стороны были направлены группы 'РДГ', и танковые моторизованные группы. Иначе почему на территории Польше уничтожались склады, железнодорожные станции, мосты и небольшие армейские части Вермахта и Люфтваффе. Особенно последним доставалось. В том направлении, по сути, все фронтовые аэродромы были уничтожены. Причём с земли. Правильно говорят, танки, лучшие зенитные средства против авиации противника, особенно если они у них на аэродроме.
  Так вот, на следующий день, послушав утренние новости, я направился на рынок. Приобрёл походный вещмешок, довольно солидного объёма, раза в два больше обычных армейских сидоров, и стал закупать всё необходимое. Начал с одежды. Купил крепкие тёмно-серые брюки, рубашку коричневую. Кожаную куртку. В путешествие это то что нужно. Три комплекта нательного белья из трусов и маек. Крепкие сапоги, две пары портянок. Дополнительно взял армейскую плащ-палатку. В походной жизни та незаменима. Её как палатку можно использовать, поэтому специально по рядам ходил, искал, пока не нашёл. Вполне новенькая. Ну и скатку одеяла. Взял два полотенца, одно чуть больше, для лица и тела, второе для рук. Бритву брать не стал, купил ещё в первый выход за продуктами. Так что все бритвенные принадлежности имелись. Только полотенце было хозяйское, я им пользовался. Из утвари взял армейский котелок, большую кружку, глубокую тарелку, нож справный для готовки, большую ложку и вилку. Как показывает опыт, этого вполне достаточно. В котелке и супы варить можно, и каши, разогревать что-то. Если жаркое захочется, то на веточке над костром приготовить можно, так что лишнюю тяжесть в виде сковородки я не брал. А в кружке буду кипятить воду для чая.
  На этом всё, покупки убраны в вещмешок, я его за спину убрал, и прогулявшись, вернулся на квартиру. Удобно что от рынка до арендованной квартиры было минут десять быстрым шагом, или пятнадцать неспешным. Разложив покупки на столе в гостиной, переложил часть и убрал в вещмешок, одежду сложил в прихожей. Надену, когда покинуть решу столицу. Запас продуктов сделаю перед отъездом, сейчас покупать я смысла не вижу. Припасы для проживания есть, ещё дней на пять хватит. Да, надо озаботится оружием, а то кроме ножа ничего нет, и в квартире того военнослужащего также ничего не нашёл, а ведь мне ещё держателя общака посетить нужно, без оружия это сложно. Правда, в том состоянии в котором я сейчас нахожусь, всё равно выполнить задуманное не смогу. Тут ещё месяца два восстанавливаться и тренировки вести. Так что будем дальше лечиться. Вон, фруктов на рынке купил, витамины нужны. Хм, как бы дать знать о себе тому, кто устроил изменение истории? Скажем так, потоптался на бабочке? Надо подумать.
  
  Следующие три недели я квартиру не покидал. Как ни странно, участкового так и не было, видимо начало войны так повлияло, что не до командировочных стало. Это хорошо, документов у меня как не было, так и нет. Я продолжал гулять, постепенно восстанавливаясь, и чувствуя, что вскоре могу выдержать дорогу. Теперь я гулял по утрам, и по вечерам. Думаю, ещё пару недель и отправлюсь в путь. На улицах меня не останавливали, одет хорошо, стильно, так что внимания я не привлекал. По ситуации в зоне боевых действий, то изменения были заметны невооружённым взглядом. Если на Южном фронте, да и на Юго-Западном, особых изменений я не заметил, с Северным та же ситуация, то Западный фронт буквально во всём действовал на себя не похоже. Причём генерал Павлов продолжал командовать фронтом, и очень даже успешно. Тут два ответа на подобное, или в него вселился попаданец из будущего, да я читал книги по альтернативной истории, у Толика брал, скучно лежать было, примеривал действия героев на себя, или тот из наших кто в этом мире-копии оказался, вышел на него и стал советником. Причём таким, что комфронта ему в рот глядит, иначе таких ошеломительных успехов объяснить было невозможно. Конечно вся информация по радио не освещалась, я ещё покупал газеты, тут чуть больше было сведений, читал и анализировал. Так вот, Западный фронт, уже на третью неделю очистил свои территории от немецких дивизий, и встал в крепкую оборону. Да там же на границе. Прибалтов так прижали, две дивизии НКВД работало, что те не рыпались, расстрелы шли сплошным потоком. Обстрелы частей РККА быстро сошли на нет. Ещё пришлось передовую устраивать в сторону Украины. Наши там споро отступали. Как только оборона окрепла, множество танковых моторизованных частей ушли к немцам, уничтожать инфраструктуру. Я так понял, перейти немецкие окопы им помогли удары советской артиллерии и советские дивизии, что имитировали атаки. Так что те сейчас громили тылы немцев.
  Балтийский флот порадовал. Так как базы их не были сданы, да ещё усилена воздушная защита, атаковали те немецкие базы, подлодки активнее действовали. Финны из своих портов и баз не показывались, отбивались от налётов советской авиации, вот немцы ещё барахтались, пытались морские конвои проводить. По радио часто передавали что тот или иной конвой был атакован, и сколько общего количества тоннажа было потоплено. Это всё что было возможно выяснить из газет и радионовостей. Сегодня я направился в госпиталь, в ближайший, и там поспрашивав, узнал, что есть новички, прибывшие с Западного фронта. Один говорить не мог, ранение тяжёлое, у второго тоже, ноги прострелены, но этот бойкий, вполне легко пошёл на разговор. Я сказал, что брата ищу, тот именно на Западном фронте воюет, из старшего комсостава, мол, письма уже две недели не идут, так что смог вывести того на общение. Вот от него информации я получил куда больше чем от всех средств массовой информации в кубе. Я не знаю, как это можно было провести, но там был новый устав, ближе к сорок пятому похожий по содержанию. Этот сержант его видел и учил. У политработников власть отобрали, теперь те обычные замы по политработе. Много недовольных было, но их быстро прижали. Даже Мехлис, что примчался карать и миловать, ещё бы, на святое покусились, на их власть, и то был пинками отправлен обратно в Москву. Думаю, без поддержки Сталина тут не обошлось. Только он Мехлиса прижать мог и заставить замолчать. Лётчики летали звеньями по четыре самолёта, много реорганизаций и изменений было. Танкисты к троечной системе перешли, а это три танка - взвод, десять - рота, один танк командира роты, три роты - батальон, три батальона - полк. Став таким образом более мобильными. Сержант это точно знал, он командиром лёгкого танка был. Очень радовался тому что в их полку теперь все 'Т-26-е' с одного завода. Оказалось, детали с танков этого типа, но построенных на разных заводах, не совпадали по размерам, а теперь хоть донорами можно сделать, да и делали, если те не горели. В принципе, лёгкие танки во второй линии обороны использовали, новейшие для мангрупп. А из излишков техники сформировали ещё несколько танковых частей. Потери конечно на первом этапе войны были, но немыслимым образом их удалось нивелировать, от немцев отбиться, болота и леса Белоруссии помогали, они же теперь надёжный оплот обороны.
  Похоже такие изменения были только у Западного фронта, потому как у остальных всё по-прежнему. Я уточнял, общаясь с новичками с других фронтов. Всё это походило на эксперимент, и похоже он сработал, если Западный фронт хоть и с трудом, немцы давят со всех сторон, но держался. А раз успех налицо, думаю, что и на остальных фронтах это введут. Хотя это просто предположения, слишком многим в верхах успехи Западного фронта поперёк горла. Могут и поспособствовать его поражениям. Ну это если Сталин не сплошает, и не придавит их. В общем, интересная тема. А вот с кем Павлов общается, я так и не узнал, не было в госпитале тех, кто был подобным образом информирован. Оставив сержанту фруктов и других гостинцев, я же тоже не просто так пришёл, покинул госпиталь и дойдя до остановки, скорее даже на автопилоте, мысли заняты были анализом только что полученных сведений, стал ожидать свой трамвай. Нет, дом где я снял квартиру, в паре минут ходьбы, но я планировал на рынок заехать, а это дальше. Ничего страшного, прокачусь. Просто время экономлю. Втиснувшись в трамвай, тот полный был, рядом с площадкой стоял, я передал на билет и получил его на руки, стал ожидать своей остановки. И тут случилось то, что я никак не ожидал.
  Поглядывая в окно, я вытаращил глаза в шоке. Там у края проезжей части была припаркована новенькая чёрная 'эмка', та буквально блестела краской, а рядом с ней стояли три генерала. Александр и Евгений Суворовы, братья-близнецы, и с ними Раневский. Александр в форме генерал-майора авиации, Евгений, в форме генерал-лейтенанта РККА, и Раневский. Этот был в форме коринтенданта, что соответствовало генерал-лейтенанту. И эти трое, явно радуясь погоде и тому что жизнь хороша, стояли у машины и о чём-то общались. А неподалёку тележка мороженицы и там стоял в очереди боец за мороженым. Видимо водитель легкового автомобиля. Уверен, что все трое пломбир заказали. Протиснувшись к дверям, пассажиры грудь помяли, сволочи, я дождался остановки, и покинув трамвай, быстрым шагом, быстрее не получится, в рану отдаёт, направимся к этой тройке. Те уже получили пломбиры, кругляши с круглыми бумажками на торцах, и лакомились ими, не особо стыдясь что для взрослых людей это всё же по-детски. Прохожие на них с улыбками глядели, правда, по-доброму улыбались. А когда я приблизился, то обнаружил что у всех троих новенькие звёзды Героев. Их я не приметил ранее. Те ко мне в пол-оборота или спиной стояли, когда я мимо на трамвае проезжал. Награды видимо заслуженные, но у близнецов они вторые, в прошлом мире заработали себе Звёздочки. Сейчас этих наград при них не было, те их в мире Сталина оставили.
  - Ну здравствуйте, гады, - вырвалось у меня, уж слишком довольные были... рожи, у этих троих. - Мы вас дома ждём, не дождёмся, а вы тут прохлаждаетесь?!
  Все трое вытаращили на меня глаза. Вроде братья, одинаковые с лица, по старой армейской привычке контролировали окрестности, но я появился рядом как чёрт из табакерки. Отчего все трое аж подскочили и резко повернулись ко мне. Причём я отметил, как из машины, что стояла метрах в пятидесяти, выскочили двое бойцов НКВД, и замерли, пристально нас разглядывая. Охрана похоже.
  - Тише, у меня пулевое ранение в грудь, восстанавливаюсь.
  Парни конечно бросились обнимать, хотя шок с лиц ещё не прошёл, но делали это очень осторожно.
  - Давно ранили? - уточнил шурин.
  - Да уж два месяца как. У меня два ранения, плеча, ему с полгода будет, мне там ещё рёбра в застенках Лубянки поломали и два зуба выбили на допросах, а второму два месяца. Лёгкое зацепило, и одно ребро, приходилось страхующую повязку носить. Сейчас полегче. Но нагрузки всё ещё отдают.
  - Тебя что, свои побили? - с интересом уточнил шурин, не любивший госбезопасность. - Ты же один из них.
  - Я контрразведчик, а они внутренняя безопасность, не путай мужика с бабой, там системы разные. И то что я на Лубянке службу проходил, не значит, что я их любить должен. Теперь точно стараюсь с ними не связываться.
  - Погоди, Олег, - обратился ко мне Раневский, с явным недоумением в тоне. - Какие полгода? Мы расстались месяц назад.
  - Для вас прошёл месяц, а я побывал в двух мирах-копиях, этот третий. И да, в наш мир, не без приключений, только Анатолий вернулся и я, остальные сгинули. Точнее вас я нашёл, осталось узнать где Слава.
  - А что, сына не было? - напрягся Раневский.
  - Нет, не было.
  - Рядом с нами, когда мы перешли в этот мир, всплыло два мешка с обрезанными верёвками. Мы их вскрыли на берегу, один Анатолию принадлежал, другой Славе, - сообщил шурин.
  - Вас нашёл и Славу найдём, - успокоил я их. - Уверен, что и он в мире-копии сейчас, а зная, как тот к моему племяннику ревновал по количеству сбитых, уверен, что тот воюет и награды зарабатывает за сбитых. Всё же для сорок первого года тот очень опытный лётчик с наработками лётного мастерства будущего. Советую его пока не искать, а то обидится что повоевать не дали. Лучше подождём, как тот сам появится. Славе миры прошлого не нравятся, мальчик-мажор, навоюется и вернётся.
  Раневский вроде успокоился, тот сына лучше меня знал и понимал, что я во всём прав.
  - Что не лопаете? Растает мороженное, - сказал я с усмешкой.
  Те вернулись к мороженному с которого действительно уже капало, водитель сел в машину и нам не мешал, тот себе тоже купил холодного лакомства, однако парни продолжали задавать вопросы:
  - А как так вышел этот временной парадокс, что для тебя полгода прошло, а для нас месяц? - спросил Евгений.
  - А вот это будем анализировать вместе. Я пытался, чуть не сломался.
  - Ты и сломался?! - вытаращил на меня глаза шурин. - Тогда нам смысла нет устраивать мозговой штурм.
  - Я вас ещё больше удивлю. Мы прожили в мире Сталина почти пять лет, а в нашем родном мире прошло всего несколько недель.
  Те снова вытаращили на меня глаза в изумлении.
  - Как такое может быть? - спросил Раневский, выкинув мороженное в ближайшую урну, с той информацией что я на них вывалил, совмещать приём лакомства и думать у того явно не получалось.
  - Присоединюсь к вопросу, - сказал Евгений. - Ведь племяш два года провоевал, сотня сбитых на счету, и через два года вернулся.
  - Вот это и есть тот парадокс что выбивает меня из колеи. Портал работает как ему хочется, так и с временем играет, высчитать как тот работает, попусту невозможно, и пользоваться им можно только на удачу. Мне кажется, тот работал стабильно только рядом с Вячеславом, но племянника сейчас с нами нет, чтобы подтвердить эту гипотезу.
  - Чёрт, нам в Кремль нужно, запись на приём к товарищу Сталину на два часа дня, - глянув на наручные часы, сообщил шурин. - Столько новостей, голова кругом идёт. А пообщаться нужно. Ты где проживаешь?
  - Тут рядом. Вон за тем домом, второй в очереди, квартира шестая. Я думал тут кто-то один из вас, понял по изменениям истории. Уже закупил походные вещи, собирался искать отправиться в скором времени.
  - Искать уже ну нужно, - сообщил очевидную вещь Евгений, и спросил. - Слушай, может ты к нам пойдёшь? А что, я прямой зам Павлова, Сашка начальник авиации Западного фронта, Егор главный интендант. Контрразведка у нас неплоха, но ты же тот самый Буров, о котором в мире Сталина столько слухов ходило.
  - Да, имя я себе сделал, когда с сорок четвёртого по сорок пятый руководил отделом 'Ф', по поиску диверсантов и шпионов на территории СССР.
  - Настолько хорошо руководил, что генерал-лейтенанта за это получил.
  - Не за это, - отмахнулся я. - Я приказал своим сотрудникам, при возможности не брать националистов, диверсантов и шпионов в плен, а ликвидировать на месте. Брали только тех, кто действительно был необходим, для того же допроса. Потом ликвидируя 'при попытке к бегству'. До Берии информация дошла, кто-то стуканул, я этому кому-то потом наглую майорскую рожу набил. Мы как раз у тебя Егор на даче день рождения праздновали, шашлыки отличные были, вот Берия меня отозвал в сторону, и попросил снизить накал, мол, народу изрядно мои сотрудники перебили. Вот я и ответил, бил шваль, и буду бить. А на следующий день мне генерал-лейтенанта дали. Больше к тому вопросу Берия не возвращался.
  - Я предлагаю взять Олега с собой, представить его товарищу Сталину, постараемся уговорить его назначить начальником контрразведки фронта.
  - А что, вы в фаворе у Сталина? - уточнил я. - Он знает кто вы такие и откуда?
  - Знает, - подтвердил Евгений. - Мы через Павлова к нему пробились, получили полный карт-бланш и начали воевать как нужно, результат ты наверняка знаешь из газет. Так что мы у него в полном фаворе. Вчера награждение было, вызвали для этого в Москву, а сегодня встречаемся с ним. Вечером уже отбываем обратно на фронт.
  - Парни, оно вам надо? Вы домой когда собираетесь? - прямо спросил я.
  Те на меня та-а-ак посмотрели, что я понял, им это нужно. Вздохнув, я сел в машину, на переднее сиденье, генералы и сзади потеснятся, и велел водителю трогаться с места. Пока ехали, больше молчали, не при водителе же общаться на подобные теми. На въезде в Кремль меня тормознули и категорически отказались пропускать, у меня не было документов, и я не значился в журнале с разрешением на посещение территории Кремля. Даже заступничество парней не помогло, для капитана, что был начальником охраны, их звания ничего не значили, и тот стоял на своём.
  - Ладно, я к себе. Где живу, знаете. Как закончите, найдёте. Я пару бутылок куплю, посидим пообщаемся.
  - Лады. Нас часа три не будет, - сказал Евгений, как я понял именно он среди парней был главным.
  Те проехали на территорию кремля, а я, развернувшись, отправился прочь. Честно сказать, не думал что меня пропустят на территорию Кремля. Мне были известны меры безопасности, тем более в мире Сталина я помогал её усиливать, тут охрана пожиже, но инструкций всё также держатся. Мне повезло поймать свободную пролётку и на ней доехал до магазина у дома. В магазине всё что нужно закупил, из-под прилавка мне продали неплохое вино, и пару бутылок водки, после этого направился к себе. А там хозяйка квартиры ожидает, на лавочке у подъезда. Месяц закончился, та пришла узнавать буду я продлевать или нет. Сообщив что скоро отбываю, продлил на три дня, сразу выплатив сумму. Та довольная ушла, а я поднялся наверх, квартира на втором этаже была. Сидеть в квартире не хотелось, парни ещё когда будут, так что разложив всё, спиртное в прохладное место, чтобы охлаждалось, так что заперев квартиру я направился на прогулку. На выходе во двор столкнулся с управдомом, дом небольшой, на двадцать шесть квартир, два подъезда и три этажа, так что тот ещё у пяти домов управдомом был. А так мы знакомы, у меня как-то кран на кухне протёк, я через него сантехника вызывал, что и устранил неисправность.
  - Доброго дня, Ефим Самуилович, - поздоровался я.
  - И вам здравствовать, Олег Анатольевич. На прогулку собрались?
  - Да, с бумажной работой закончил, нужно ноги размять. Думаю, на часок прогуляюсь. Может в парк схожу, уток покормлю.
  - Что ж, удачной прогулки.
  - Благодарю.
  На этом мы разошлись, тот вошёл в подъезд и стал подниматься наверх, а я направился к выходу со двора. Управдому я ранее также сообщил, что инженер, но работаю на дому, много бумажной работы, так что особо меня не трогали и не удивлялись что я практически безвылазно нахожусь в квартире. Работает человек, тут уважали подобных людей. Когда я выходил на улицу, то во двор стремительно вылетела чёрная 'эмка', полная сотрудников НКВД. Опытными глазами я определил в ней группу захвата. Ну точно, вот и вторая въехала следом, с операми. Усиленная группа, что стремительно вбежала в подъезд, где я проживал. Чую, это за мной. Вряд ли парни их послали, но кто-то, узнав обо мне, в превентивных целях, вполне мог опергруппу послать. А как работают в Наркомате, я узнал ещё в первом мире-копии, ребра до сих пор ноют и двух зубов как не бывало. Всё времени новые вставить нет. Желание всё это повторять, как-то отсутствовало. Так что развернувшись на каблуках, я быстрым шагом направился прочь. Хм, а ведь те меня не опознали по внешнему виду, спокойно мимо проехали. Тем более перед прогулкой я переоделся. Точнее приметил что тучи на небосклон наползают, и надел вместо серой куртки, в которой с парнями встречался, кожанку. Ещё и кепку надел, видимо это и могло мне остаться неопознанным. Да и сотрудников, которые выскочили из машин, я не опознал. Не знакомы ни по этому миру, ни по миру Сталина.
  При мне кроме одежды был перочинный нож и примерно пятьсот рублей банкнотами. Остальное в квартире осталось, вместе со всеми вещами. Да, прогулка отменяется, тут валить надо. Встреча с парнями теперь вряд ли состоится. Где их искать я не знаю, да и подставляться, снова с ними встречаясь, не хочется. Служат те в Минске, при штабе, там и буду их искать, так что расходимся. Придётся документами озаботиться. Толя мне рассказывал, что в своей квартире нашёл всё необходимое для создания липовых документов, чуть устаревшего образца, но мне пойдёт. Думаю, и в этом мире в той квартире тайничок имеется, вот и стоит его посетить. А потом в Минск отправимся. Чёрт, опять закупаться на рынке придётся. Тут одно радовало, деньги на это имеются. Вот так размышляя, я сел на трамвай и с двумя пересадками добрался до нужной остановки. В пути дождь мелкий начался, как знал что он будет. Добравшись до нужного дома, а тот особый, под охраной, я вырубил сначала консьержа, и потирая ноющую грудь, спрятал тело в его коморке. А потом поднялся на этаж и постучал в дверь нужной квартиры, в которой, в параллельном мире, проживал Главный инспектор бронетанковых войск, старший лейтенант Анатолий Александрович Суворов.
  Открыли мне вскоре, ударом в горло обездвижив жильца квартиры, довольно тщедушного мужчину, повторным, по затылку добавил, когда тот наклонился от первого удара, хрипя, вырубив его таким образом. Хорошо вырубил, долго без чувств пролежит. Быстро смотрев квартиру, больше никого не было, хотя на вешалке женские вещи имелись, видимо супруга отсутствовала, я нашёл тайник, минуты три потратил, где он находиться мне было известно примерно, с устного описания Анатолия. Тут же у хозяев нашёл небольшой чемоданчик, опустошил его, убрав внутрь всё из тайника, закрыв его так, как будто не трогали, и покинул как квартиру, так и дом. А дождь снаружи уже перешёл в ливень. Добежав до остановки, я пропустил трамвай, там даже снаружи ехали, держась за поручни, и пешком направимся в сторону ближайшего вокзала. По пути забежал в магазин канцелярских принадлежностей, купил разные перья, тушь баночку. На вокзале нашёл стенд с объявлениями, сорвал пару бумажек и посетил ближайшие адреса. Вымок я насквозь, но по второму адресу снял комнату на двое суток, как командированный специалист из Ленинграда. Это коммуналка была, хозяйка тут же проживала, в соседней комнате, за питание я уплатил, это отдельно, и не сказать что дёшево, цены в столице с началом войны резко подскочили. Вещи мои та забрала, постирает и высушит, повесит сушиться, ну и ужин сготовит. Время ужина подходило.
  Я же у себя в комнате, завернувшись в простыню, трусы и майку тоже отдал в стирку, занялся документами. Отобрал бланки, они разные, тут были копии тех что выдаются в Москве, некоторые метки правильно стояли, другие тверские документы. Выбрал московский бланк, и начал творить. Час работы и паспорт был готов. Ради шутки адрес прописки написал тот где меня опергруппа хотела взять. Более того я ещё и написал справку, что я инженер московского автозавода, и нахожусь в служебной командировке, изобразив мутную плохо читаемую печать. Вполне нормальная справка, объясняющая почему я не в армии. После этого паспорт и справку убрал на шкаф, пусть чернила сохнут, остальные бланки и всё что из тайника обратно в чемоданчик сложил, а сам поужинав, вскоре отправился на боковую. Хм, а оперативники, что наверняка в засаде в моей снятой квартире сидят, выпили вино и водку, или нет? Кстати, вино я себе и Раневскому взял, мне водку нельзя, а тот любил вина, особенно грузинские. Тут конечно не грузинское, но и оно должно быть неплохое.
  
  Утром следующего дня, одевшись и забрав чемоданчик, я отправился на рынок. По пути забрался на чердак одного из домов и закопал там за печной трубой все принадлежности для создания фальшивых документа и сами бланки. Чемоданчик теперь пустой. Возвращаться к дому где я комнату снял на одну ночь, я даже и не планировал, так что после рынка направился на Киевский вокзал, где и сел на поезд что шёл в Киев. Билет купить было невозможно, всё распродано, так что договорился с проводником и ехал у него в купе. Киев ещё не прифронтовой город, так что желающих добраться до него, хватало. На рынке я приобрёл тот же набор путешественника, разве что одежду не покупал, хватит той что на мне, да нашёл плащ-палатку. Утварь приобрёл, припасов. Так что чемоданчик и новенький сидор были полны именно припасами, чтобы надолго хватило. А то что на Киев катил, тут был свой смысл. Минский вокзал будут прочёсывать, как и проверять отходящие поезда. Парни от недалёкого ума могут сообщить, что мы можем встретится на их месте службы, вот и будут искать, чтобы перехватить. Их идея поработать на местных, меня совсем даже не вдохновляла, так что я решил всеми силами избежать этого. Домой хочу. В Минске я что-нибудь придумаю, чтобы встреча с парнями прошла для неизвестного кукловода, что так желает меня арестовать, мимо внимания. Из Киева до Минска я планировал доехать на перекладных. Ну или пешком, если не повезёт с попутным транспортом. Такой план был.
  А так до Киева мы добрались за сутки, и это я считаю быстро. Конечно я почти всё время провёл сидя, лечь негде было, но главное доехал. Разминая ноги, я покинул вокзал и направился к ближайшему автохозяйству города. Конечно их изрядно армия пограбила, забирая технику вместе с водителями, но машины ещё были, там я и планировал найти попутный транспорт. И найти попутную машину удалось, тут повезло. Не сразу, но уже к обеду мы покинули город и попылили по дороге к Гомелю. Как оказалось, тому нужно было забрать что-то с местных складов. Я устроился в кузове, потому как в кабине сидел сопровождающий для груза, и так катили. Вполне удобно, я даже поспать смог в движущейся машине. В поезде сидя не вышло, постоянно просыпался. Так и добрались к вечеру до Гомеля, я сошёл на въезде в город, уже стемнело, и направился к железнодорожному вокзалу. Тут прямая ветка на Минск была. Узнал на кассах что ближайший пассажирский будет только завтра вечером, он раз в сутки ходит, а тот что сегодня был, я пропустил. Покинув вокзал, я направился на поиски жилья, мне сообщили что тут рядом пара гостиниц была. Вполне можно снять номер.
  - Дядя, закурить есть? - спросили у меня, и из подворотни, к которой я как раз подходил, вышло трое, если по силуэтам судить. Темень серьёзная, только силуэты и видел. По голосу, молодняк работает.
  Их позицию я сразу оценил, из подворотни хорошо видно вход в вокзал, меня видимо за приезжего приняли, что в принципе так и было, и решили ограбить. И фонарей нет, в городе затемнение работало. Странно что те не боялись патрулей, тут и комендантский час действовал. Меня на вокзале уже проверили и посоветовали быстрее дойти до гостиницы, объяснив где та находится. Отреагировал я мгновенно, тут промедление смерти подобно, швырнул довольно тяжёлый чемодан в грудь того что был массивнее, хекнув, тот, не ожидая летящего подарка, видимо не заметил моего движения, повалился на спину, а я уже вытряхнул из рукава нож, и метнул его во второго, худого, но высокого, нож тому вошёл в горло. Кидал наудачу, но не промахнулся. Также у меня на ремне висел охотничий нож, купил на рынке Москвы, ручная работа, не смог пройти мимо этого чуда. Выдернув тот из ножен, метнул в третьего. Ближний бой мне был не нужен. Тут рисковать не стал с броском в горло, и клинок ножа с хрустом вошёл в грудь третьего, который похоже ещё не понял, что произошло с его товарищами, слишком быстро всё закрутилось.
  Подойдя ко всем троим, я пробил в голову тому что получил чемоданном в грудь. Тот его уже сбросил с себя и пытался встать. Хрюкнув, тот снова повалился и затих. Я стал быстро обыскивать всю тройку, начав с этого здорового. Что-то у того в руке было. Ощупал и обнаружил 'ТТ', благо тот не был приведён к бою. Его я сразу убрал в карман, и продолжил обыск. Запасного магазина не было, но в карманах нашёл четыре патрона. Мелочёвку всякую собрал, часы наручные. Потом остальных обыскал. Трофеями стали три ножа, один на финку похож, 'Наган' с двенадцатью запасными патронами, денег около сотни рублей, карманная мелочёвка и трёхцветный вполне живой фонарик. У всех троих были наручные часы. Свои ножи я забрал, вытерев клинки о одежду трупов. Да-да, трупов. Всех троих я добил, мне свидетели не нужны. Потом вымыл руки в луже, видел её блеск, и добравшись до гостиницы, оформился, оплатив за ночь, и вскоре в четырёхместном номере устраивался на койке. Три было уже занято, я на последней разместился. Сидор и чемоданчик под койку убрал, разделся, сложив одежду на подоконник, все стулья заняты были, и вскоре уснул.
  
  Проснулся я вместе с соседями, те не особо смущаясь шумели, громко говорили, в общем, явное хамское поведение было. Причём видно, что знакомы друг с другом, видимо вместе прибыли.
  - А по тише нельзя? - спросил я.
  - Восемь утра. Согласно законам общежития, мы ничего не нарушаем, - ответил один.
  - Тоже верно, - нехотя признал я его правоту. - Однако элементарные правила вежливости тоже нужно соблюдать.
  - Где мы, шахтёры, а где вежливость? - отрубил тот и все трое захохотали.
  Сев, я взял одежду и оделся, потом забрал вещи и покинул гостиницу. Парни эти мне были неприятны и находится с ними в одном номере, а те явно не на один день заселились, мне было некомфортно. У администратора, когда сдавал койку, я узнал, что ночью неподалёку зверство произошло, убили подростков шестнадцати и семнадцати лет. Хм, зверство? Интересно, а сколько на них крови? Оружие-то скорее всего с жертв добыли. Позавтракал я в местном парке, сделал бутерброды с салом, развёл костерок и для чая воды вскипятил. К вечеру, используя старый способ, договорился с проводником и отправился к Минску. Прибывал поезд под утро, но до Минска я так и не доехал. А сошёл на станции перед ним. Мало ли вокзал там контролируют. Я сейчас уже ни в чём не уверен. Информация об иномирянах разошлась, так что охоту на меня могут устроить более чем серьёзную, весь аппарат госбезопасности страны задействовать. Хорошо, что в столице не остался, хотя собирался того держателя общака навестить. Если город начали прочёсывать мелкой сетью, то обязательно бы нашли. У участковых всё под контролем, получили бы ориентировки, прошлись по своим пенатам, и жильцы бы выложили, так и навели бы на меня. Схема рабочая, отработанная.
  Вообще мне эта чехарда с прыжками по мирам-копиям уже поперёк горла. Если бы не тот придурок, хм, я про него забыть успел и не вспоминал, я бы скорее всего родной мир не покинул. Только для поиска прямого хода с возвращением в мир Сталина. Так что если с парнями встретиться не удастся, их могут перевести в другие места, передам письмо обычной почтой, думаю дойдут, с сообщением что ушёл в свой мир... Если место портала не под контролем. А ведь это тоже может быть, парни могли рассказать. В ответ на сотрудничество. Сойдя с поезда, я до Минска доехал с мотоциклистом. До него никак попутку остановить не мог, хоть этот подвёз в коляске, и довольно шустро. Уже через два часа я был в столице Белоруссии. Сначала я снял комнату в частном доме на окраине, оставив там вещи, потом искупался в речке, и посвежевший пошёл на разведку. Уже к вечеру выяснил что никого из парней тут не было. Всех троих перекинули на Юго-Западный фронт. Чёрт, и ведь был в Киеве. Ладно, я написал письмо парням, мол, если хотят дальше развлекаться, то пусть их, а я ухожу в наш родной мир. Как закончат, пусть возвращаются, будем ждать. Ну и прямо сообщил что Нина всё знает. Письмо я передал майору из штаба фронта, попросил передать генералу-лейтенанту Суворову через секретный отдел. Представился как его личный агент, так что арестовать или задержать тот меня не пытался. Обычной почте я не доверял, а тут точно доставят. После этого, забрав вещи, покинул столицу, уже стемнело, и с колонной грузовиков к утру был у Барановичей. Пришлось на ходу покидать кузов грузовика. Тут особая зона, перевозить пассажиров запрещено, так что пришлось тайком забираться в кузов, когда колонна стояла у понтонного моста и ожидала своей очереди. Ну а дальше ночами и пешком двигался. А чтобы добраться до самого портала, пришлось красть лодку-плоскодонку. И да, портал охраняли, но не явно, наблюдатели в стороне находились, пришлось ночью, проводя изрядные маскировочные действия, подкрадываться к порталу. Там проверил грузиком на верёвочке, грузило срезало, портал работал, ну и перешёл.
  
  ***
  
  Покачиваясь в кресле-качалке на веранде своего дома-дачи, на ногах клетчатый плед был, я с интересом наблюдал как все трое проходимцев, а что через порталы ходим, проходимцы и есть, проходят ко мне во двор. Толя, который их привёз, стал открывать ворота чтобы загнать машину во двор. На улице холодно, середина ноября, уже первый снег выпадал. Правда, его ветром сдуло, но сам факт имелся, реки начали льдом покрываться. Я даже думать не хотел, как парни портал проходили и с нашей стороны лбами лёд снизу долбили. Толя сразу сообщил как те появились, именно он теперь курировал место портала. А он камеру поставил так, чтобы та держала в фокусе место где тот находился, вот и дежурили с супругой у экрана по очереди, так и узнали, что лёд проломили, наши появились, полтора месяца не было. Съездили за ними, те у деревенских отогревались, забрали, и вот привезли. Ольги, супруги Толи, с ними не было, осталась в деревне с молодой бабашкой мужа. Ту через портал перевели и омолодили. Об этом чуть позже. Толина была идея, я с новыми документами помогал. Сам Толя сменил свой 'козлик' на 'УАЗ-Хантер', новенькая машина, на ней и приехали гости. Ха, а 'козлик' я себе взял, на охоту на нём ездил, дважды. Отличная машина.
  Мы обнялись, всё же долго не виделись, парни изрядно постарели, у шурина шрамов прибавилось, на щеке как будто давненько кошка подрала, на шее ещё пятно ожога, у Егора шрам на брови.
  - Ну что, товарищи генералы, как вам игры в войнушки?
  - Ты, Олег, как будто нюхом чуешь, когда надо вовремя уйти, - с осторожностью обнимая меня, сказал Евгений.
  - Можешь не осторожничать, я в одном из миров-копий три месяца провёл, возвращал ценности что оставил, кстати, вернул, так что излечился. У вас как всё прошло, старички?
  Парни были одеты в новую зимнюю синтипоновую одежду, Толик в городе заранее купил, по размерам, так что когда парни переместились, то переоделись современную и вполне тёплую одежду. Мы ещё стояли на крыльце, не торопясь входит в дом. Толик уже загнал свою машину во двор и возился с воротами. Егор Раневский хмур был. Толя уже сообщил ему, что его сын Слава пока не появлялся.
  - Дела у нас так себе, - сообщил Евгений. - Отвоевали отлично, закончили войну в сорок четвёртом в декабре, как в мире Сталина, половину Франции освободили, пока союзнички не высадили десант и не помешали. Я генералом армии стал, дважды Героем, Сашка генерал-полковником авиации, трижды Герой, Егор генерал-полковник интендантской службы. В общем, после войны, нас взяли и поместили в шарашку. Нет, содержали хорошо, но по сути тюрьма, столько я давненько не писал, всё о будущем описывал. Год мы разрабатывали план побега, и смогли уйти, ты даже не поверишь как мы это сделали. Повезло. Хорошо ещё тебя с нами не было.
  - Это точно. Давайте в дом пройдём. Там Нина стол приготовила, ждёт. Я попросил её пока не выходить. Комнаты наверху тоже готовы, четыре спальни.
  - Погоди, - остановил меня Евгений. - У нас тут идея появилась. Портал имеется, может будем посещать разные миры Земли, помогать нашей Родине в самые острые моменты? Пусть в разных мирах, но меньше она нам Родиной не стала. Хотя там нашим поможем. Раз есть возможность. Например, Татаро-монгольское нашествие, Крымские войны, Турецкая, Русско-Японская, Первая мировая.
  - Предложение конечно интересное, тем более я тут уже заскучать успел, - пропуская парней в дом, тут и Толя подошёл, сказал я. - Только как вы это собираетесь провернуть, если портал всегда ведёт во времена Второй Отечественной? Уже проверено личным опытом.
  - А вот тут и есть у нас идея... - согласно кивнул Евгений, снимая шапку и куртку, вешая их на вешалку, как и остальные. - Видишь ли, после побега из шарашки мы оказали в другом времени, на Земле, но время совсем другое. Хорошо, что там портал был на том же месте, так в родной мир и перешли.
  - И где же вы были?
  - А были мы...
  Тут Нина налетела вихрем и стала всех обнимать, смеясь и целуя, так что где те успели побывать, я узнал уже только за столом. И кстати, их идея мне понравилась. Ну и я новости по новым способам перемещения между мирами сообщил.
  
  
Оценка: 5.16*42  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"