N02far: другие произведения.

Сокрытый в Тени Крыла

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Читай и публикуй на Author.Today
  • Аннотация:
    Общий файл.
    Первый том завершен.

  
UINGUKAGE. СОКРЫТЫЙ В ТЕНИ КРЫЛА.
  
  Часто задают вопросы по поводу порядка, в котором нужно читать данный фанфик.
  Поэтому здесь будет размещено содержание в месте со ссылками на отдельные файлы.
  
  1. Арка 1.
  2. Арка 2.
  3. Арка 3.
  4. Арка 4.
  5. Арка 5.
  6. Арка 6.
  7. ОВА 1.
  8. Арка 7.
  9. Арка 8.
  10. Арка 9.
  11. ОВА 2 (часть 1) и (часть 2). Разделено, чтобы файлы не превышали 200 кб.
  12. Арка 10.
  13. Арка 11.
  14. Арка 12.
  15. ОВА 3.
  16. Арка 13.
  17. Арка 14.
  18. Арка 15.
  19. Арка 16.
  20. ОВА 4 (часть 1) и (часть 2). Разделено, чтобы файлы не превышали 200 кб.
  
  Ссылка на Второй Том: Крыло отбрасывает тень.
  
  От автора:Уважаемый читатель. Чтобы у тебя не возникало диссонанса в самом начале чтения, поясню одну вещь. Изначально этот объемный фик задумывался, как небольшая шутка и стеб. Вся 1-ая арка была шуткой и стебом, на волне угара, появившейся у меня от чтения первых фанфиков по Наруто и фанфиков вообще. Я и не думал продолжать рассказ после окончания первой арки. Но читатели сочли, что стоит продолжить, и фик продолжается и по сей день. К тому же это первый мой фанфик, так что изначально качество было не самым высоким. Поэтому относиться серьезно к первым двум или трем аркам не стоит, настоящий сюжет начинается намного позже. Это для понимания того, почему первая арка написана так... как написана. Желаю приятного чтения.
  
  АРКА 1.
  
  Глава 1.
  
  Умирать было чертовски болезненно. Нет, серьезно. Сейчас, болтаясь в мире Смерти, осознавать это уже не так больно и страшно. Но все же...
  И умирать было страшно. Сейчас я крайне смутно помню что-либо из своей жизни: в основном лишь смутные образы - сознание не может сосредоточиться на чем-то конкретном. Это логично: я лишь бесплотная душа, заброшенная в мир мертвых. Заброшенная, но мимо, не достигшая цели. Даже как-то глупо, но вместо того, чтобы делать то же, что делают все остальные души, я повис в легкой неопределенности. Вообще, тут страшновато, где бы это "тут" ни находилось. Огромная спираль невообразимых размеров, которая бесконечно тянется. Просто тянется откуда-то куда-то. Мне не дано что-либо осознать здесь. И по этой спирали бредут души, перемещаясь с одного конца в другой. А я болтаюсь в пустоте, как-то не особо желая к ним присоединяться. Ну не развит у меня стадный инстинкт, хоть убейте. Уже мертв, сам знаю, но это дело не меняет. В общем, повис. То, что меня вначале выплюнуло оттуда же, откуда идут остальные души - это я понимаю и возвращаться туда не вижу ни малейшего смысла. Но и лететь дальше желания нет. Нет, можно поверить, что это вроде как перерождение, и я должен забыть свою прошлую жизнь, что уже почти произошло, и начать новую с нуля. Это все просто замечательно, если это так. А если нет? Паранойя - она мое второе "я", а может, и первое - это как посмотреть.
  Но как оказалось, вечно терпеть мою бестелесную, хм, тушку в этой прекрасной обители не собирались. Нахальным образом некая пакость, на которой я не мог сфокусировать взгляда, взяла да и швырнула меня в направлении новой жизни. Я сопротивлялся, но это практически ничего не дало. Несколькими таким зашвыриваниями меня и дотолкали до врат новой жизни. Ну, врата - это весьма условно: просто туманная пелена, куда, собственно, и уплывали все души. Туда же запихнули и меня...
  Было больно. То есть, сначала вообще ничего не было, я даже самого себя осознавал с категорическим трудом. А вот потом стало невыносимо. Болело тело, которое без всяких нежностей вытащили на собачий холод, а когда укутали, все равно ничего не изменилось. Глазам, не привыкшим видеть, и ушам, не привыкшим слышать, так же было больно, да и всему остальному тоже. Теперь понятно, почему дети сначала плачут. Я тоже плакал, долго плакал. Сколько прошло времени, пока тело не перестало протестовать и успокоилось, я без понятия - часов мне никто не давал. Какое-то время заново учился смотреть и слушать. Нет, глаза открывались и видели прекрасно, но вот сфокусироваться получалось не всегда. Картинки были такими размытыми, что достаточно хорошо я различал только два лица, наиболее часто опускавшихся ко мне на расстояние вытянутой руки, моей коротенькой детской вытянутой ручонки. В упор, можно считать. Два лица, к которым я практически ничего не испытывал. Какой-то мужик лет тридцати, наверное, с бородкой, усами, растрепанными черными волосами и со стойким запахом дерева. И женщина, несколько моложе, с длинными темными волосами и ничем более выдающимся. Не красавица, сразу уточняю. Совсем не красавица, худощава, бледновата, черты лица неровные. То, что это моя биологическая мать, я отлично понимал, но вот никаких волнений это у меня не вызывало. Ну, родился, это даже хорошо. Жить - оно вообще лучше, чем мертвой душой болтаться в... так, я уже забываю, где я был. И что я был где-то до этого, забываю еще быстрее. Мозг маленький, чтоб его, надо срочно чем-то занять, а то со скуки точно стану ребенком.
  Но вот от этого чувства я никуда не делся. Это была не просто скука. Это была душераздирающая тоска!
  Безделье - это со-о-о-всем не так хорошо, как кажется на первый взгляд. Вот лежу я в своей ма-а-аленькой кроватке и ни-и-и-чигошеньки не делаю. Убиться об стену хочется, честное слово. Говорить со мной никто особо не пытается. На мой рев обычно лишь проверяют пеленки и, бросив пару фраз, оставляют без дела. Ахуеть! Жаль, даже повеситься нельзя - не на чем. День лежу, думаю, что делать. Второй. Пятый. Голова, вроде, что-то соображает, значит, надо себя чем-то занять. Лежу, дрыгаю руками, ногами, пытаюсь перевернуться, встать на четвереньки. Естественно, организм месяца примерно отроду на такие выкрутасы пока мало способен, но попытка - не пытка, только первые три-пять тысяч раз. Потом надоедает. Тело крепнет о-о-о-очень медленно, поэтому приходиться переключаться на окружающий мир. Говорят в этом мире мало и на непонятном языке. Но я все равно прислушиваюсь, мне еще самому тут жить и со всеми ими разговаривать на этом же языке. Фрагмент потолка над кроватью меня уже порядком начинает бесить. Деревянные доски и все. Большего мне ничего не видать, ну, разве что, когда мама берет меня на руки, покормить. Квартира маленькая, небольшая комнатка, через дверь которой видна кухня. Ничего привычного глазу нет. Кровати немного странные, слишком низкие, мебель тоже какая-то не такая. Вроде все шкафы, но все равно непривычно. И чего-то не хватает. Вот точно должно еще что-то быть, но этого нет, что-то такое родное и знакомое, но вспомнить никак не получается. На окне занавесь. Занавеской назвать не могу, это нечто иное. Маленькие тоненькие палочки, складывающиеся в цилиндр, связанные веревкой. Понятия не имею, как называются. Мать обычно в этаком халате, но не совсем на него похожем, что-то отдаленно знакомое, но названия тоже не помню. С отцом все понятно - тот ремесленник какой-то. Опилки на руках, фартук этот, который он отчего-то не оставляет на работе.
  И вот, что странно. Есть кое-что, что мне вообще категорически непонятно. Какая-то штука, к которой я все пытаюсь прислушаться, но не выходит: ну, вот есть она, это точно говорю, а что это - без понятия. Ничего подобного в скудных остатках воспоминаний нет. И вот лежу я большую часть времени, помимо дерганья конечностями, еще и прислушиваюсь к этой непонятной штуке.
  Долго прислушивался. Вставать на четвереньки научился куда раньше. Неуклюжее, слабое и неповоротливое тело держало меня плохо и с явной неохотой. С телом я боролся и заставлял больше шевелиться. Вот, что я нового ощутил, так это просто жуткий страх перед смертью - меньше всего на свете хотелось умереть еще раз. И этот инстинкт самосохранения давил на психику постоянным желанием саморазвития. До кучи ко всему мой мир - то немногое, что я помнил - был переполнен различной информацией. А здесь ее были крохи. И скука медленно перерастала в настоящий информационный голод, который с каждым днем становился все более и более сильным. Неспособность общаться заставляла меня повторять те слова, которые я слышал. Недостаток контакта с внешним миром заставлял шевелиться и развивать тело, пока способное самостоятельно проползти лишь пару метров, да и отпускали ползать меня крайне редко. К тому же это странное ощущение, не покидающее меня, идущее откуда-то из тела, тоже покоя не давало.
  Через какое-то время мои бесконечные попытки заговорить были услышаны, и теперь мама постоянно о чем-то со мной разговаривала, она по несколько раз произносила слова, а я, как мог, их повторял, абсолютно не понимая смысла. Вскоре разобрался с самыми простыми словами. Ну, там: мама - папа - кушать. Первичные желания удовлетворять, так скажем, но молчать я не собирался ни в коем случае. Доболтался, ага, мама начала жаловаться папе, что я ее уже достал. Ну, не так открыто, конечно, но довольно близко по смыслу. Теперь отец, приходя вечером домой, читал мне сказки. Точнее, он рассказывал легенды, которые до моего понимания доходили лишь отчасти. Примерно в то же время я начал вставать и пытаться удерживать тело на ногах.
  Первый раз пришлось задуматься об излишней нетерпеливости, когда мать пригласила врача, сказав, что ее ребенок ведет себя несколько необычно; встает, отпускает руки, шлепается мордой в пол, кряхтит, но не плачет, поднимается и повторяет все это заново. И так далеко не по разу. Ну, и еще ряд мелочей, непонятных на ее материнский взгляд. Этот, хм, врач - а одет он был как-то слишком странно для врача - подошел ко мне, и...
  Мать моя гвардейская кавалерийская дивизия!
  У этого недоделанного Гудини рука засветилась, и он мне свою эту конечность засунул прямо... Нет, благо в живот. Покопался там, пощупал, от чего мне сразу стало ну очень не по себе. Вытащил, и сказал что все нормально, ребенок здоровый, ну, это насколько я его понял. А еще есть что-то, что я не понял, и что надо будет потом еще проверить. Ох ты ж, мама, роди меня обратно. Куда это меня занесла нелегкая? Нет, живой - это, конечно, спасибо. Но вот так, голыми, непроспиртованными руками шариться в чужом тельце без наркоза и анестезии - это вам совсем не шутки.
  И почти сразу... Ну как, через недельку, наверное... Короче, осенило меня. Может, та самая неизвестная мне субстанция, которую я чувствовал, но дотянуться до нее никак не мог, и та не менее неизвестная мне субстанция, которой обволокло руки этого лекаря-самоучки, это что-то похожее? Ну, в теории, по крайней мере. Я, конечно, не спец по фокусам, никогда в это не верил, считая шарлатанством, но чем не шутит белый пушистый зверек.
  Короткий анализ, на который ушло минут пятнадцать, не более, привел меня к выводам, что попробовать обнаружить это - как называется я так и не понял - определенно стоит. Врач свое дело делал уверенно, мама тоже на его фокусы смотрела нормально, значит, тут так положено. Долгие дни вслушивания в собственный организм успеха не дали, а значит, нужна подопытная свинка для изучения. А что могут дать маленькому ребенку? Элементарно, игрушку. Только как эта игрушка произносится на местном языке, я, опять же, не в курсах. Ну, цель поставлена, дальше дело упорства и терпения. Пересказывать содержание разговоров с папашей, которому я хотел вдолбить, что мне нужно что-то, чем можно играть, я не стану. Со стороны половина моих слов была не более содержательной чем "агу". Желаемое я получил на маленький праздник. Мне полгода! Просто охуительные полгода, скажу я вам, но речь не о том. Мне дали поковыряться в чем-то, напоминающем торт, весьма отдаленно, как на вид, так и на вкус. Неуклюжие конечности, которые меня уже немного раздражали, ничего толком сделать не могли, и я измазался похлеще некоторых свиней. Но мне, что меня хоть как-то обрадовало, вручили долгожданную игрушку...
  Фу, ну и убожество. Серьезно, деревянная лошадка была бы более подходящим, чем... Это. Понятия не имею, что это. Фигурка какой-то... Нет, я действительно свихнусь в этом непонятном мире.
  Тем не менее это была фигурка, и она была моя. Моя прелесть, хе-хе-хе... так, отвлекся. Что мне это дало? Ха, да ничего, как заставить собственную ладошку светиться, я понятия не имел. Как повлиять на это чудище, которое мне вручили под видом игрушки, тоже. А после того, как мама застала меня за напряженным рассматриванием собственной ладони, то еще зрелище наверное, я решил немного успокоиться и еще раз подумать. Однако все исправил Господин Его Величество Случай.
  Лежу я в кроватке, ага, как неожиданно все и начинается. На расстоянии, несколько превышающем мою вытянутую, коротенькую, слабую, неуклюжую ручонку, лежит это чудище, гипнотизируя меня уродливой мордой. Я лежу, думаю, а это недоразумение продолжает внимательно на меня смотреть. Фу, гадость. Ну, я протянул к нему руку, чтобы куда-нибудь забросить, поздно вспомнив, что они еще коротки...
  А монстрик тут же притянулся к моей ладони.
  Сначала я ахуел. Нет, серьезно, телекинез в действии - это круто. А потом почувствовал такую боль, что заорал, как резаный. Ну, ощущение было очень похожее, боль шла от живота и до ладони, причем такая режущая, что слов не находилось. Примчавшийся на помощь медик... Ну, судя по времени, приехавший на самой неторопливой черепахе, осмотрел меня, и выдал следующее:
  - У вашего сына открылось что-то чего-то, теперь он станет кем-то с чем-то под чем-то и зачем-то. И еще надо, чтобы открылись все остальные что-то, потому что что-то еще, иначе полный что-то там.
  Весьма содержательно, надо заметить. Нда, проблемы с языком надо устранять в срочном порядке. Может, этот уже другой, к слову, Гудини чего путного рассказал, а я ничего не понял. Но кончилось все нормально, меня вернули на место и оставили в покое. И что, исходя из сложившегося положения, я сделал? Развернулся к этому монстрику другой стороной и продолжил эксперимент другой рукой. С одной стороны было страшновато, больно все же. Но остановиться после такого успеха я не мог. И у меня получилось! Ну... правда через неделю где-то. Во второй раз прошло несколько легче, и боли было меньше. Я даже удержался от пронзительного рева. Но счастья от проделанной работы были ну полные штаны просто. Я всех вас за ногу, просто ситх собственной персоной.
  Радовался я несколько дней, постоянно шевеля эту самую игрушку. Дистанционно, так сказать, пусть и дистанция такая, что плакать хочется. И очень быстро узнал, что мои манипуляции быстро сжирают запасы той, непонятной мне пока штуковины, которая и позволяет мне все это проделывать. А потом за мной пришли врачи... Ну, я думаю, что это были врачи, и потащили меня в больницу.
  Ура! Я наконец-то увидел город, в котором теперь живу. Или, точнее, деревню. Маленькой она, конечно, не была, но вот до полноценного города как-то не дотягивала. И что-то в ней явно не хватало. Таких больших громыхающих вонючих железных коробок, названий которых я не помню, но которые постоянно повсюду сновали. Хотя это только по моим скромным примеркам. Дома необычной формы, непривычные, с непонятными знаками и символами на них. Люди в странной одежде, хотя уже в привычной, наверное. Оказывается, все женщины, почти... Ну, большинство... Ходит в тех халатах. Но много народу шныряет в странной темно-синей одежде с зелеными жилетами. Забавно, конечно, но я бы так просто не согласился на себя это напялить. Ну, та же камуфляжная ХБ из прошлой жизни тоже красотой не отличалась, но все же выглядела не так отталкивающе. А некоторые из этих ребят в сине-зеленом, ничего не стесняясь, прыгали по крышам, нечасто, но все же. И никто на это внимания не обращал. Хорошо, заметка на будущее - всяким странностям вообще не удивляться. Мало ли, что тут еще есть...
  Принесли меня в больницу: ну, тут хотя бы врачи в халатах ходили, почти все. Меня осмотрели и оставили лежать, попытался пошевелиться - ан нет, не выходит. Кто-то из этих народных целителей приложил меня местным наркозом. Глазами хлопаю, а двигаться не могу. Брр. Никогда не доверял врачам. Лежу значит, гипнотизирую потолок. Так, стоп, а что это я просто так лежу? Меня же без дела никто оставаться не просил. Как-то меня парализовали, значит, как-то можно и обратно этот процесс пустить. Никаких заклинаний надо мной не читали, просто дотронулись несколько раз, и все. Так, сосредоточься, что-то в тебе сейчас не так, надо найти, что. Гм, проще сказать, чем сделать, однако...
  Я закрыл глаза и прислушался к той непонятной штуке. Ну, то, что она текла по моему телу, это я знал в подробностях, как и где именно она держала свой путь , я пока не различал. Но вот сейчас все действительно было неправильно. Ну, не все, но кое-что. И вот я сосредотачиваюсь на одном из тех мест, где обнаруживается "нарушение". И что делать? Как исправить? Очень напоминает ощущение, когда что-то чешется, а почесать лень, не хочется тянуться или неприлично на глазах у других. Вот и у меня очень чесалось в груди. Я напомнил себе ощущения, когда притягивал к ладони уродца, и повторил его, но уже обращая к тому месту,где чувствовалось что-то не то. И вуаля! В смысле пшик, и никакого эффекта. Почти. Двигаться я так и не начал, а вот чесаться перестало. Интересно. А если продолжить?
  Сестра зашла в палату и увидела спокойно шевелящегося на лежанке ребенка. Ну, а что они ждали? Мне положено по возрасту двигаться много и хаотично. Девушка тут же высунулась наружу и кого-то позвала. Зашли в палату уже мои родители, высокая женщина в очках и пара сестер. Сестер я определял по груди. То есть по табличке на груди, точнее по ее отсутствию. У женщины табличка была, и что-то на ней было написано. Я смотрел на врача, она на меня. Затем, подняв руки, женщина что-то поколдовала над моим телом, и я снова почувствовал паралич. Ах так! Я же обидчивый. Напрягся немного и описался, чтобы знали, с кем связались. Вот только ее это ничуть не возмутило. Она вернулась к моим родителям и что-то быстро негромко проговорила. Морды родственников наполнила неопределенность. Чему-то они были очень рады, а что-то их крайне возмущало и пугало. Врач снова вернулась ко мне, дожидаясь, пока я сниму паралич. Ну, мне так кажется. Повторить манипуляцию труда не составило, на этот раз точек с ошибками оказалось еще меньше. И я зашевелился, а женщина улыбнулась.
  - Молодец, Като-кун.
  Да. Именно так меня и звали. Не сказать, что я очень уж любил это имя, но выбирать не приходилось. Отвечать врачу я не стал, да и вряд ли смог бы сказать что-то вразумительное.
  
  Глава 2.
  
  Время медленно шло. Очень медленно. Ходить и говорить я все же научился, пусть второе и давалось с большим трудом. Так же тяжело было и с местным письмом, которое я пока только осваивал. Достаточно быстро я узнал, почему был такой переполох год назад, когда меня принесли в больницу. Оказалось, все не так уж и запутанно. В моей семье уже пять поколений не было тех, кто владел духовной энергией, а те, что когда-то были - это так, недоразумения только. Здесь ее называли чакрой. И местные милитаристы, синоби, захотели видеть меня в своих рядах. Вообще, это был мир победивших милитаристов, пусть и войска здесь как таковыми и не назывались. В академию ниндзя забирали рано, служить можно было только пожизненно, да и жили не сказать, что долго - ну, по моим первым прикидкам, когда мне все это объяснили. Есть академия, после обучения в ней детишек называют гэнинами - самыми мелкими синоби. Но меня это сейчас волновало мало. Мне не давал покоя сам факт. Здесь было полно этих самых ниндзя, и они активно друг друга уничтожали. Ну, про то, как тут воюют, мне пока никто ничего не рассказывал, но надо быть идиотом, чтобы не понимать, что такая сильная милитаризация вызвана необходимостью постоянных конфликтов. А раз меня собираются зачислить в этих самых синоби, то стоит крепко задуматься о своем будущем. Но сначала...
  Ходить я умею, болтать на местном языке тоже. Теперь надо разобраться с окружающим миром. Как и где? Элементарно! Нет, не в библиотеке, хотя это на втором месте. На втором, потому что читать сносно я пока не умею, и так для полуторагодовалого много где свой нос сую. Нет, первый источник - старики: можете не верить, но эти люди, если не впали в маразм, могут много интересного рассказать. И если особо не развешивать уши, вполне запросто можно вытянуть из их рассказов не просто зерно истины, а целый мешок картошки. И начал я приставать с расспросами к своим собственным дедушке и бабушке. Были такие, жили в этаком аналоге дома престарелых. До такого возраста синоби доживали редко, так что поддержку милитаристов не имели. Но тем не менее вполне себе существовали. И, даже догадываясь обо всех неприятных аспектах самого этого места и общения с людьми в преклонном возрасте, мне нужна была информация, необходимая, как воздух. Бабушка разговорчивостью, к сожалению, не отличалась, а вот дед моим расспросам был рад несказанно. Голова у него еще варила вполне себе резво, а поговорить было не с кем, так что внучек оказался спасением от самой не излечимой болезни на свете: нет, не старости - тоски. Старость это не болезнь, и есть люди в возрасте, которые дают фору многим молодым, тут уж от самого человека зависит. Дед с удовольствием рассказывал мне обо всем окружающем. Ну, так вот, обо всем.
  Живем мы на большом, но не особо спокойном материке, на котором все говорят на одном языке. Есть страны, пять из которых имеют бесспорное лидерство. Правда, названия слегка странные: страны Огня, Ветра, Молнии, Земли и Воды. Ну и еще мелкие с не менее странными названиями, вроде страны Чая. Ага, а я так и представил страны гармошки, балалайки, лаптей и самовара. В каждой стране есть вот такие деревни - Какурезато, скрытые деревни, в которых тренируются синоби. Военные городки такие. Между собой все деревни больше враждуют, чем дружат, а если и поддерживают отношения, то все равно друг другу ничего тайного не доверяют. Очко в пользу моей любимой паранойи. К слову, я еще не уверен, что деревни всерьез подчиняются главам стран, которых называют феодалами. Хотя бы потому, что ниндзя сами тащат деньги в свою деревню, причем эти самые синоби - самые крутые разнорабочие, о которых мне приходилось слышать. Возможные миссии, как здесь называют наряды на работу, начинаются грузоподъемными операциями и землекопательными работами и заканчиваются работой киллеров и террористов. Весь спектр трудового кодекса безо всяких видимых ограничений. Причем от друга деда, как оказалось, бывшего синоби, травящего байки, от которых наши бывшие контрабасы застенчиво бы прикурили и выпили, не закусывая, бывают и вообще хитро закрученные миссии. Страшно хитро закрученные или даже бредовые, что тоже не редкость. Миссии - да и сами ниндзя - делятся на разные ранги. Миссии - на ранги E, D, C, B, A, S. Синоби - на гэнинов, тюнинов, дзенинов, а выше только звезды - в смысле, Каге, главы пяти великих деревень. Нами сейчас управляет некто Третий Хокаге Сарутоби Хирузен. Причем был еще Четвертый, Намиказе Минато, но он уже отошел в мир иной, к слову, не так давно. За пару месяцев до моего рождения, во время нападения Девятихвостого Демона Лиса. Есть тут такие большие опасные чудища, но о них мне ничего особо не рассказывали. Лис успел сровнять с землей клановый квартал Узумаки, от которых остался всего один человек. Некий Наруто, с которым мне категорически запретили связываться. Ну, не больно и хотелось, если честно - мне пока не до сверстников.
  В общем, старики мне красочно и подробно описали жизнь в деревне, за исключением партийных тайн, то есть ничего того, что связано с синоби. Даже старый дзенин сказал, что я всему научусь в академии. На все эти рассказы я убил почти два месяца, зато теперь более и менее мог ориентировался в происходящем. Напрягали меня постоянные воины, вспыхивающие с периодичностью в несколько десятков лет. Малоприятная статистика, если учитывать, что подходило время для следующей масштабной потасовки синоби. Еще интересным моментом были кланы, особенно сильные, вроде Учиха или Хьюга. Все их дети становились ниндзя и имели полученные от кланов способности и техники, которые другим были недоступны. После короткого раздумья на эту тему я пришел к неутешительному выводу, что клановых тренируют с раннего детства, еще более раннего, чем когда поступают в академию. Это не есть гуд для меня, так как меня тренировать и обучать некому. Конфуз. И есть две причины не мириться с таким положением дел. Во-первых, слабаком быть вообще не айс, так как в этом мире мозги большой роли не играют. Ну нет, играют, конечно, но только приложенные к знаниям техник и прочего оккультизма, разведенного вокруг синоби. Так что я пока пролетаю мимо всех ворот. А вторая причина - все тот же инстинкт самосохранения говорил, что слабым быть нельзя - быстро отправят вслед за безвременно почившим Четвертым Хокаге. А оно мне надо?
  Перейдем к следующему: что я знаю о чакре? Верно - ничего. Как это исправить? Пока приступить к изучению второго доступного мне кладезя знаний, на этот раз библиотеки. Около месяца тяжелого сидения над местными закорючками, и я более-менее освоил письменность. Вру? Ага, как же. Может, мозг в этой мелкой черепушке детский, но вот разум вполне себе такой взрослый. Для того, кто уже неплохо изучил два языка, научиться еще одному с учетом, что все вокруг использовали только и исключительно его, раз плюнуть. Выговор у меня пока еще хромал, практики разговоров было не так много, но понимать речь и тексты я научился. И очень быстро обломался: в библиотеке было много разных, хм, ладно, пусть будет книг и прочей макулатуры, но вот интересующих меня вещей - нет. История деревни и всякие там интересности - это я, естественно, прочитал, пока было свободное время. И вы удивитесь - у детей НАВАЛОМ свободного времени. Знания, они нигде и никогда лишними не бывают. Но что мне давала история? Пока - ничего. Почти ничего, но для цепкого ума даже этот ворох оказался полезен. Я узнал некоторые действительно важные вещи, которые пока не имели практической пользы, но все же.
  Первое - чакра всему голова. Серьезно. Использовать ее возможно практически повсеместно, это правильный подход к делу. Физическое состояние организма, состояние органов чувств и еще ряд вещей, которые мне пока были недоступны, с приложением чакры развивались быстрее и лучше. Отлично. Почему бесполезно с практической стороны? Использовать чакру меня кто учить будет? Притягивать и отталкивать мелкие предметы - это одно. Нет, умение на самом деле полезное в плане общего развития способностей, вот только дальше крайне мелких предметов это не заходило, да и расстояние действия, мягко говоря, ограничено несколькими сантиметрами от моей ладони. И все. А как еще развиваться, я пока не знал. Экспериментировать с чакрой - дело весьма опасное для здоровья, так что от метода слепого научного тыка я отказался сразу. Это во всяких книгах самоучки становились гениями, на самом деле все совсем не так просто. На познание чего-то собственными силами уйдут как минимум годы. А вот объяснение преподавателя, хоть какое-то, сокращает это время на порядок. В идеале - до нескольких дней. Преподаватели - они и здесь преподаватели. Но я отвлекся.
  Второе - я неудачник. Ну, вот дальше просто не куда. Клана нет, врожденных способностей никаких. Это уже делало меня второсортным по сравнению с любым клановым, и дело не столько в клановых техниках, хотя и в них тоже. Любой Учиха или Хьюга раскатает меня в тоненький коврик и повесит на ближайший забор, причем с закрытыми глазами и не доставая рук из карманов. С членами семей ниндзя или более мелких кланов было чуть легче, но не намного. Более того - у меня не должно было быть способностей синоби вообще. Это из-за неспокойного пытливого ума чакра весьма болезненно прошлась по каналам, отозвавшись на требования разума. И я всю свою жизнь буду уступать другим синоби в физическим способностях организма. Да, мозги у меня варят - это маленький плюс, но проблема в том, что и клановые в большинстве своем далеко не дураки. К тому же им все разжуют и расскажут, и они будут на сто шагов впереди меня. Если я что-нибудь не придумаю.
  Первой мыслью было банально посмотреть на тренировки клановых. Ну, про тех же Учих, Хьюга, а также Нара, Абураме, Инузука или Акимичи я мог забыть сразу же. К их тренировкам меня не подпустят и на пушечный выстрел. Ну, вот никак. Но с более мелкими семьями синоби попробовать было можно, у них хотя бы не было собственных клановых кварталов. И тут снова в голову пришла интересная идея: попросту сдружиться с каким-нибудь будущим ниндзя, чтобы меня по дружбе за компанию чему-нибудь, да подучили. Где бы только найти подходящего парнишку - желательно парнишку, с ним будет куда проще.
  На всякий случай еще раз проведал деда, аккуратно задав интересующие меня вопросы. И вскрылось интересное. Оказалось в Конохагакуре, как называлось наше поселение, типа военный городок, или просто Конохе, был весьма специфичный аналог яслей. Крайне специфичный, надо сказать. Ходили туда по желанию, кое я сразу же изъявил, но ничему, в общем-то, не учили. Ну, там, писать и читать - это понятно. Еще кое-каким культурным заморочкам, но это меня не волновало. Главное - там собирались дети. И по большей части - дети синоби. Почему? Элементарно же. Родители их уходили выполнять свои наряды на работы, миссии, в смысле, а за детьми надо было присматривать да воспитывать. Вот и ходили те в этакие ясли. Или детский сад. В общем, учреждение при академии. Не сказать, что меня тянуло к сверстникам: все же возрастной порог преодолевать будет не то, что сложно - муторно. Хотя в милитаризованном обществе взрослеют быстро, этого не отнять. В общем, я пожаловал к родителям с желанием поступить в эти самые ясли. И встретил стену непонимания. Очень долго объяснял, почему мне, имеющему любящую семью, нужны эти самые ясли. И я сказал правду. Ну, почти. Правда - страшное оружие, а главное - действенное, просто так от нее не отвертишься. Я честно признался, что хочу познакомиться с другими будущими ниндзя, втянуться, может, чему и научусь. Мама долго причитала, а вот отец молчаливо обдумывал: к сожалению, меня частично раскусили во младенчестве, сказав, что у меня не в меру гибкий ум, так что со мной следовало держать ухо востро. Так что родители сомневались долго, половину ночи обсуждая этот вопрос. Ну, не совсем обсуждали: мама больше плакала, намекая на страшную смертность среди этих самых ниндзя, и то, что я не могу ее не понять. Отец же говорил, что чем больше я буду знать, тем легче мне будет жить. Вот, уважаю мужика. Что-что, а пропаганду разумного подхода милитаристы вести умели, дураков явно не держали. Или держали, но в местах, специально для них предназначенных. Это опять моя паранойя.
  На следующий день мне было выдано почетное право на поход в детский сад при академии.
  
  Глава 3.
  
  В середине третьего года своей жизни я пошел в детский сад.
  Мать моя гвардейская кавалерийская дивизия!
  Я поторопился. Нет, ну детский сад - он и есть детский сад, ничего другого и не ждал, но вот всерьез терпеть все это целый день - это надо было сильно постараться. Пока нас занимали заданиями вроде рисования, чтения или письма, а также байками или выходами куда-нибудь в ближайший парк, все еще было не так плохо: все сидели на местах и усердно чем-то занимались с присущей всем детям заинтересованностью процессом. Но меня больше волновало время игр, где с одной стороны можно было легко сойтись с кем-то из детишек, но с другой - правильно подбирать тему для разговора было сложнее, чем ходить по минному полю босиком. Честное слово.
  Тем не менее. Тех, кто был постарше, я отмел сразу: не успеваю - они в этом году поступают в академию. Тех, кто помладше, также отмел: когда их начнут хоть чему-то учить родственники-синоби, мне уже самому придет время поступления. Оставались приблизительно сверстники - всех непотенциальных ниндзя я также не удостоил своим вниманием, ибо нефиг. Кто у меня оставался? Сразу отказался и от девчонок. Сакура Харуно оказалась стеснительной и закомплексованной девочкой. Сколько я за ней ни наблюдал, понять причину комплекса так и не смог. Дети, они крайне впечатлительные и мнимые бывают, прям слов нет. Даже появлялось желание подойти и сказать, что она вообще-то девочка симпатичная и все такое. Ну, судя по шуткам в ее сторону, смеялись детишки над ее лбом - высоким, несколько более высоким, чем у сверстниц. Хм, дети жестоки. Второй потенциальной куноити - девушкой-ниндзя - была Ино Яманака. Приятная, в меру блондинка, но к клану мозголомов я со своей паранойей отношусь с опаской. Нет, против самой Ино я ничего не имел и держал дружелюбный нейтралитет, но ближе подходить не торопился. Из парней здесь ошивались вечно спящий Шикамару из клана Нара, толстячок Чоджи из Акимичи и молчаливый Шино из клана Абураме. Хм, не прокатило. К каждому из них соваться было бесполезно - везде чисто клановые тренировки, и мне там делать нечего. А если и не клановые, то все равно не пустят. Секреты сильных кланов - они везде секреты. Остальные возможные синоби очень быстро показали уровень, на котором находился я сам. То бишь, зеро.
  После двух недель оказался в странном положении: ближе всего мы сошлись - о, где же моя паранойя - с Ино. И не по моей инициативе, к слову. Шикамару вечно спал и, кроме как с Чоджи, не разговаривал, в общем-то. Шино появлялся далеко не всегда, да и сторонились его - все же жуки были мало кому приятны. С остальными не получалось нормально поговорить, так как я присматривался к оставшимся возможным синоби. Меня заинтересовал Ренган Курама, парнишка немногим младше меня. Но это, опять же, сильный клан, да еще и сильно завязанный на гендзютсу - одной из разновидностей техник, не той, в которой я сейчас хотел продвигаться. А Ино просто рассмотрела во мне интересного паренька, единственного, который не бросал в ее сторону глупые шуточки про разницу между мальчиками и девочками, и единственного же, кто никак не притеснял Сакуру. Вот так мы и сдружились с девчонкой.
  Сегодня детишек выпустили погулять и собирать гербарий. В смысле, композицию из букета цветов, что-то в этом духе. Я особо не вникал - это было больше для куноити, тем не менее помог Ино собрать некоторые интересующие ее цветочки и как мог давад советы по поводу веника - в смысле, букета. Ну, с моей колокольни она делала просто букет, пусть и сильно замороченный на значение каждого отдельного сорняка, что в него входил. Но я благоразумно не отпускал шуток по этому поводу, бесцельно глядя в небо. Мои знания никуда не продвигались, и это немного нервировало: надеяться только на курс академии я никак не хотел, но пока не видел никакого выбора для себя.
  - Като-кун? - позвала Ино.
  Они тут использовали разные приставки к именам, имевшие сложные значения. Но все же не всегда. К старшим нужно было обращаться почтительно, к наставникам в детсаду в частности. Для обращений друг к другу тоже были задуманы определенные частицы, но и их использовали не всегда, как оказалось. Я использовал их лишь, когда обращался к некоторым из ребят. Но не к Ино, которая так же легко разговаривала и со мной. Да и вообще на них почти не обращал внимания, произнося на автомате.
  - Да?
  - Как тебе?
  Надо мной появился тот самый веник, который она собирала почти половину дня, но пока он был на фоне солнца, я едва мог его разглядеть.
  - Ослепительно, - ответил я, не уточняя, что именно.
  Девочка ухмыльнулась и села рядом, поставив букет у ног.
  - Странный ты. Для тебя это просто букет, но ты все же сказал то, что мне хотелось услышать. Ну, почти.
  Ее проницательности я не удивлялся - скорее всего врожденное, клан, как-никак. Да и все равно она не задумывалась над этими своими просветлениями.
  - Като-кун?
  - Ум?
  - Что ты думаешь о Сакуре-тян? - что-то не нравились мне интонации в ее голосе.
  - Немного жалко ее. Правда, чем помочь, даже не знаю.
  - И все?
  - Ну да.
  Ино недоверчиво смотрела на меня, что я заметил краем глаза.
  - А почему ты иногда так пристально ее рассматриваешь?
  Я ухмыльнулся:
  - Все пытаюсь увидеть тот гигантский лоб, о котором все говорят, но не получается. Может, смотрю не туда?
  Будущая куноити удивилась, а потом засмеялась. И действительно, правда - отличный способ правильно ответить на щекотливый вопрос.
  Потом я уснул на траве, а как выяснилось чуть позже, Ино поговорила с Сакурой и смогла вселить в нее хоть какую-то уверенность, но я все проспал. А на следующий день мне не разрешили выходить из дома, объяснив тем, что сейчас это опасно. Вновь стало безнадежно скучно, ведь, как ни странно, среди ребят я хоть чем-то был занят, пусть и всякой ерундой. Я смотрел в окно, наблюдая, как синоби скачут туда и сюда, будто ищут кого-то, и лишь вечером следующего дня услышал в тихом разговоре родителей, что клан Учиха был полностью уничтожен за одну единственную ночь. Остался лишь один паренек нашего возраста. Вот так, в одно мгновение. Эта новость перевернуло все мое понимание этого мира с ног на голову. Один из самых могущественных кланов одной из самых сильных деревень был вырезан за ночь? Что-то здесь было явно не так, что пока не находило ответа в моем понимании.
  Что-то расслабился я за последнее время. Сейчас нужно хорошенько проанализировать все, что я знаю, и сделать выводы. Уничтожили целый клан, вырезали, за исключением одного человека - был ли убийца одиночкой, или же их было несколько, все равно следует кое-что учитывать. Клан на территории деревни, охраняемой территории. Дозоры и посты АНБУ (местный аналог спецназа НКВД) барьеры, всякая охранная хренотень, которой там должно быть, как шишек под сосной. Но клан вырезали. Клан, и это не десять или пятнадцать человек. Там квартал, и немаленький - да это просто по времени долго. Нет, лично у меня бы рука устала каждого по очереди убивать. Раз не разрушили, а просто вырезали, значит, резали по одному. Во всяком случае, мои окна выходят как раз в ту сторону, и разрушений я не наблюдаю: крыши стоят нетронутые - неужели кто-то развлекался всю ночь, и этого никто не заметил? Не верю, и паранойя моя не верит. Вывод только один. И далеко не самый приятный. Свои. Свои просто позволили вырезать один из сильнейших кланов Конохи. Что бы ни являлось причиной, а без нее и собаки не гадят, нашлось что-то, из-за чего наш мудрый Хокаге решил пустить под нож целый клан, а какие следует сделать из этого выводы? Правильно. Самой по себе Конохе как родному дому доверять совсем не стоит - ради пользы деревни меня пустят в расход на раз-два. А я себя расходной монетой не считаю, так что хрен вам. И распространяться про то, что я сейчас понял, тоже не стоит: пусть тут свой коммунизм, но пока я предпочту быть как все - оно и мне спокойнее, и для здоровья полезнее. И еще одно. Надо вернуться к тренировкам в абсолютно любой форме - чем я буду сильнее, тем более ценным кадром буду для деревни и тем больше вероятность, что дольше проживу. Только надо осторожнее: Учиха тоже были ценными, весьма ценными. И где они теперь в почти полном составе?
  Несмотря на хмурые мысли, уже через день мы снова вернулись к занятиям. Деревня была на удивление спокойна. Слухи ходили, конечно, но все делали вид, что ничего страшного не произошло. Это тоже можно понять - милитаризм, чтоб его. Все на благо деревни. Но все же.
  Я сидел на своем месте и неосознанно выводил на листке бумаги какой-то символ из моей прошлой жизни. Даже не помню, что это могло означать. Справа ко мне подсели, и я точно знал, кто именно, но все же бросил короткий взгляд, чтобы не попасть впросак.
  - Привет, Ино-тян.
  - Привет, Като-кун, - привычно ответила девочка.
  И после короткой возни, на которую я не обратил внимания, до меня добралось еще одно приветствие.
  - Привет, Като-кун, - не слишком решительно поприветствовала меня Сакура.
  Я немного удивился, но чуть улыбнулся и поприветствовал:
  - Привет, Сакура-тян. Тебе очень идет твоя новая прическа.
  Девочка тут же смутилась, а Ино неожиданно надулась:
  - Эй! А мне ты такого никогда не говорил!
  - Правда? - спросил я, снова переводя взгляд на листок.
  Девчонки о чем-то негромко шептались, но пока я слушал их лишь краем уха - ничего интересного для меня, всякая ерунда. На листке вырисовывался до боли знакомый символ, но вспомнить я его не мог. Прошлая жизнь окончательно улетучилась, оставив лишь жалкий набор слов, не имеющих здесь значения, каких-то образов, не приносящих никакой пользы, да и все, наверное. Не сказать, что я тосковал по прошлому, которого не помнил - уж скорее я опасался смотреть в будущее, не казавшееся даже спокойным, не говоря уже о безоблачности. Мне придется сражаться, много и насмерть, чтобы выжить здесь. И вместо подготовки к этому будущему я сижу и рисую глупый символ на бумаге, потому что не знаю, что делать.
  - А что это, Като-кун? - спросила Ино, рассматривая рисунок.
  - Символ моего клана. Я же первый синоби в семье, стану, очень скоро. Вот и подумал о символе клана.
  - Правда? - девочки неожиданно поддержали эту идею, даже Сакура включилась, - и ты уже выбрал себе жену?
  Она говорила с детской беззастенчивостью, и я бы, наверное, даже смутился... хотя вряд ли.
  - Да причем здесь жена, на это у него будет времени, - вставила свое слово Ино, - а что это за символ? Что он значит?
  Но я лишь пожал плечами, глядя на получившуюся у меня свастику. Когда неожиданно вспомнил, что он означает, едва не расхохотался. Нет, использовать ее не было зазорно - здесь этот символ не имел своей черной истории, и я ее возрождать не стремился. Но все равно было забавно.
  - Нет, этот символ мне не нравится, придумаю что-нибудь другое.
  Я скомкал лист и засунул его в один из карманов, на полном серьезе выдав:
  - А пока мне нужно тренироваться, ведь до будущего главы клана я сильно не дотягиваю.
  - Да, и правда, синоби из тебя бестолковый, - согласилась блондинка, - хотя теперь понятно, что ты вечно строишь из себя умного. Уже чувствуешь ответственность за целый клан.
  Ино как обычно, сама того не понимания, била прямо в точку, чуть выше мишени. В тот самый гвоздик, на который эту мишень и вешали. Сам бы куда-нибудь повесился от безысходности. Что делать, ума не приложу.
  - Ты ведь даже начальных тренировок с чакрой не знаешь? - тем временем спросила Ино.
  - Угу, - обреченно согласился я. - И научиться негде.
  Девочка о чем-то серьезно задумалась. Серьезное выражение на личике двухгодовалой девочки - это надо видеть, здесь и вправду взрослели как-то не в меру быстро, даже боязно становится. Через несколько лет мое шаткое преимущество оценки ситуации с колокольни взрослого человека канет в Лету, тут все быстро станут такими же взрослыми.
  - Я могу попросить своего дядю Санту. Он мог бы рассказать тебе о первичных тренировках.
  Я едва не выпал в осадок. Доигрался, блин. Не хотел же связываться с кланом Яманака, ну вот никак не хотел, а что получается? Да, мне предлагают ту самую помощь, которой мне так не хватает. Надо хвататься за эту соломинку, пока есть такая возможность. С другой стороны, именно эти Яманака могут на раз-два забраться мою голову и быстро определить причинно-следственные связи. То, что мой разум не соответствует своему возрасту, для них будет очевидно, и как это объяснять? А никак. Ничего хорошего меня в этом случае не ждет. И что делать? Ходить по лезвию бритвы? Хм, а выбор ведь весьма небольшой.
  - Правда? Ино-тян, я был бы тебе очень признателен за это, - внешне оживился я, - ну вот прямо совсем признателен.
  Девочка мило улыбнулась в ответ, слегка краснея, но быстро спохватилась, добавив:
  - Ну, это дядя. Я же не знаю, согласится ли он помочь или нет.
  - Все равно спасибо. Ты не представляешь, как это для меня важно.
  Время медленно утекало. Но через полтора года меня загребут в академию и столкнут лбом с клановыми, с которыми мне как-то придется соперничать. И это был мой шанс...
  
  Глава 4.
  
  Уже на следующий день Ино принесла с собой согласие своего дяди на объяснение мне самых основ, но вот только самого элементарного и не более. Эх, была бы она постарше, расцеловал бы руки. Была бы старше, на руках бы не остановился. Так, похоже, длительное воздержание тоже не всегда полезно, хоть тело пока не просит, из-за этого как-то легче. Но я не о том. Стараясь сохранить спокойствие, что теперь мне давалось довольно сложно, я сидел в предвкушении. Первую встречу с неким дядей Сантой, которого я уже за глаза представлял бородатым мужиком с огромным красным мешком, мне назначили на вечер через два дня. О, эти долгие и мучительные два дня. Болтать с Ино и Сакурой в таком состоянии было сложно, я постоянно останавливал себя на желании отвесить какую-нибудь шутку, которая тут была совсем не в тему. Заодно мысленно перебирая предстоящий разговор с дядей. Врать не следовало - это я решил сразу - хитрить тоже опасно, но тогда, где нельзя сказать правду, придется недоговаривать. То, что этот дядя хоть о чем-то меня да спросит, я даже не сомневался. Тут паранойя была профессиональной болезнью у трети взрослых синоби. А уж о существовании в природе специалистов по допросам, потомственных СС-овцев без такой болезни я вообще не слышал.
  Встречу назначили не совсем поздним вечером в одном из парков, как оказалось, вблизи цветочного магазина, принадлежащего их семейству. Я даже не удивился. Вот нисколько, честно. Клан дознавателей держит цветочный магазинчик. Мило.
  Темнело медленно, постепенно, и со стороны этого самого магазина ко мне приближался синоби. Профессиональный костюм: поверх синих штанов зеленый жилет, отдаленно напоминающий броник. Весьма отдаленно. В остальном ничего необычного. Коричневатые длинные волосы, собранные в узел, типичные для клана голубые глаза. На лице явная усталость, и это, как ни странно, мне показалось хорошим знаком. Если я не буду его нервировать, он не будет меня донимать всякими умными вопросами.
  - Здравствуйте, Санта-сан, - уважительное обращение я дополнил не менее уважительным поклоном.
  - А ты, значит, Минакуро Като-кун. Верно?
  - Да, это я, - вновь коротко кланяюсь.
  Санта проходит мимо меня и задумчиво смотрит на небольшой пруд, рядом с которым я только что сидел. Молчит партизан. Меня слегка распирает от нетерпения, но я тоже помалкиваю.
  - Так вы с Ино хорошие друзья?
  - У Ино-тян много друзей, - уклончиво отвечаю я.
  - Но вот с просьбой немного подучить друга она приходит домой впервые, - все так же задумчиво отвечает Санта.
  А я молчу. Тот еще фашист, надо быть осторожнее.
  - Моя подруга, Амаки-сан, кое-что рассказала о тебе. Случайно развеял наложенное на тебя гендзютсу.
  - Простите, но я не знаю, о ком вы говорите.
  И, правда, ведь не знаю, хотя могу догадываться.
  - Она ирьенин, которая обследовала тебя, когда у тебя проявились способности к контролю чакры.
  Ну, да, так я и понял.
  - Не думаю, что хорошо это запомнил. Ну, кроме боли, когда чакра прорезалась, - осторожно ответил я.
  Санта посмеялся, хотя я не совсем понял, над чем именно.
  - Теперь я понимаю, почему Ино с тобой сдружилась.
  Понимаю, конечно, чего он хочет - чтобы я спросил "почему", но вот я этого спрашивать совсем не хочу.
  - Значит, вы не будете мне ничего объяснять? - постарался я сменить тему. Надо от щекотливых тем вообще держаться подальше, особенно в разговорах с такими вот кадрами.
  - Почему же, объясню. Хотя я удивлен, почему ты, при твоем уме, сам не разобрался.
  Он все так же стоял ко мне спиной, но все же умудрялся улавливать интонации, которые я пытался скрыть. Глаза у него на спине? Или опять дело в чакре?
  - Первый мой самостоятельный опыт был весьма... болезненным. Я уже сказал об этом.
  Санта неожиданно развернулся и подошел ко мне, присев на колено, чтобы оказаться примерно на моем уровне.
  - Все очень просто, - он сложил руки в некоторое подобие замка, только указательный и средний палец обоих рук были не сложены, а выпрямлены, - сложи простую печать.
  Ага, это, значит, и есть ручная печать. Я в ауте, насколько же просто. Честно, ждал чего-то более сложного. Но, видимо, местная магия переведена в ранг общедоступной, поэтому основы проще, чем... пробка. Складываю печать, вопросительно смотрю на Санту.
  - Ну?
  - Что "ну"?
  Глупый вопрос. Но он же ничего и не показал, вот печать, а что дальше-то?
  - Пусти чакру.
  - Куда? И как?
  Нет, может, для местных это элементарные вещи, но я то с Луны шандарахнулся. Санта немного удивился, но терпеливо пояснил:
  - Ты помнишь, как пользовался чакрой в первый раз?
  - Смутно.
  - Вот и вспоминай - поверь, это просто.
  Не смог удержаться и не выразить весь свой скептицизм на роже, но все же кивнул. Ну, странное ощущение я помнил, сосредоточил такое же ощущение в ладонях и... Блин, как-то само получилось, но получилось. Чакра действительно просто подчиняется разуму. Именно подчиняется, как собственная конечность. Только вот для меня это, как крылья, которых никогда не было. Я жизнь прожил без них, и теперь мне было странно от того, что они у меня вдруг выросли. Тем не менее это была чакра, и я понял, как ее использовать. Так, все, с этим потом разберусь - в смысле, дома, а не под присмотром опытного психотерапевта.
  - Развивай каналы чакры и ее источник. Чтобы развивать его, на первых порах просто используй как можно больше чакры - на физические тренировки, скажем. Ты используешь ее, а источник восстанавливает. В академии вас научат более сложным тренировкам, а пока и этого достаточно.
  - Благодарю, Санта-сан, - вновь кланяюсь.
  - Давай, я дам тебе еще один совет, - предложил НКВДшник.
  - Эм... Да? - не отказываться же.
  - У тебя сейчас слабо разработаны каналы чакры. Оно и понятно - ты ею и не пользовался. Но это тебя и выдавало - не для всех, но для Ино или для меня, а также для большинства опытных синоби все твои эмоции тут же отражались в тех слабых потоках чакры, что пульсируют в твоем теле. Так что повышай свой уровень владения чакрой, а то как-то даже неловко.
  А-а-а-а! Палево! Так тупо спалился! Санта тем не менее улыбнулся, видимо, посчитав мои смешанные эмоции смущением. Оно и правильно - так и думай, дядя, а за совет спасибо. А, ну да, это можно и вслух...
  - Спасибо за совет, Санта-сан.
  - Да, да. Беги уже домой, а то поздно. И не забывай про тренировки.
  Вот так - так. Домой я не прибежал - примчался: наконец-то хоть какой-то прогресс, хотя и мизерный. Но велика беда - начало. Сразу в штатном режиме засел за прогон чакры по этим самым каналам. Думать вполне можно, совмещая размышления с такой вот простенькой тренировкой. Каналы на такую грубость отозвались непониманием, но на это мне было: самое главное - чтобы чакра, которая на данный момент по этим самым каналам ползала со скоростью сильно болеющей хромой улитки, могла циркулировать как можно быстрее. Источник? Ну, это завтра я отработаю после садика. А вот с маскировкой эмоций надо что-то делать, а то непорядок. Если даже Ино их чувствовала по циркуляции чакры... Хм. Не придумал ничего лучше, чем попробовать прогонять чакру по разным каналам с разной скоростью. Получилось не сразу, но это было не так уж и сложно. Очень напоминало, скажем, игру на барабане. Когда правая рука отбивала один ритм, а левая несколько иной. Так две руки ударяли с разной частотой. То же самое и с чакрой в разных каналах. Немного сложно с непривычки, но терпение и упорство, и дальше, вы сами знаете...
  
  Глава 5.
  
  Время набирало свой ход несколько быстрее обычного в основном потому, что каждый вечер я приползал домой, едва способный поесть и доползти до кровати, без сил падая на нее. После дневных занятий я стабильно уходил в наиболее безлюдный парк и практиковал садомазохизм с собственным организмом. Вообще, по предыдущей жизни я помнил один важный закон человеческого общества: насколько бы ты ни был хорош в каком-нибудь направлении - скажем, в танцах - всегда найдется тот, кто танцует лучше тебя. В принципе, это значило, что лучшим в чем-то стать практически невозможно, что вполне нормально, и я удивляюсь, что не все это понимали. И это совсем не значило, что стоит впадать в депрессняк, залезать под одеяло и ничего вообще не делать. Нет, это значило, что стоит правильно оценивать свои силы. Если разобрать конкретный пример, возьмем рукопашный бой: как стать в нем, ну, если не лучшим, то по крайней мере одним из лучших? Три важных фактора. Первое - врожденный талант и способности. Коротышка никогда и ни при каких условиях не сможет бегать быстрее двухметрового дяди. При равнозначности двух других факторов, естественно. Второе - упорство в постижении навыка и, собственно, уделенное ему время. Тренировавшийся много лет всегда будет превосходить новичка при равноценности двух оставшихся факторов. Третье - тренера и оппоненты. Об этом многие забывают, но это правда. Без хорошего наставника и хотя бы нескольких соперников развиваться очень сложно - никто не указывает на твои ошибки, что сильно замедляет процесс, и не с кем соревноваться. При наличии двух факторов и отсутствии одного можно достичь весьма внушительных результатов, однако... Если обратиться к математике, среднее арифметическое от ста, ста и ноля - шестьдесят шесть и так далее. Две трети, короче. Так что лучше все же иметь все три фактора хотя бы на среднем уровне. Почему? Научиться основам может каждый, дойти до среднего уровня может половина, достичь вершин мастерства - единицы. Достаточно быть выше среднего, чтобы превосходить половину возможных оппонентов. Ну, это лишь для начала.
  На практике же я опять имел полную дырку от бублика. Возьмем клановых: врожденные способности у них есть, и весьма хорошие. Оппоненты тоже всегда найдутся: тренировочные поединки наверняка для них - стабильная норма. Желание постигать мастерство - это в интересах клана. Там, где нет желания, будет пинок под зад. Что было у меня? Желание. Но на голом желании далеко не уплывешь. Способности ниже среднего, гораздо ниже. Наставников - ага, даже не смешно. Оппонентов? Та же малина. С рукопашной была та же проблема, хотя даже больше: без техник и школы боя я ничего не мог, так что и пытаться не стоило - эффекта никакого не даст, только время потеряю. Ниндзютсу и Гендзютсу также на нуле. Что мне оставалось? Гонять себя до изнеможения, чтобы хоть как-то соответствовать в физическом плане и в плане контроля чакры.
  Первые заметные результаты появились приблизительно через месяц: в начале тренировок я и километр пробегал с трудом, если вообще пробегал. Не хватало ни физической выносливости, ни дыхания, ни, хм, даже смешно, скорости циркуляции чакры. Странно, но без нее тут и физической подготовкой заниматься было нельзя. Даже малейшей. Все сводилось к пресловутой чакре, но месяц пыток - и обнаружились вполне неплохое продвижение в нужном направлении, и, как ни удивительно для меня, как раз в контроле чакры. Я вполне себе научился различать какой конкретный канал или какой узел за что отвечает. Нет, их было до хреновой тучи, и разделиться на все сразу я не мог физически, это верно. Однако же...
  Я создавал мелодию собственного организма. Слой за слоем ритмы течения чакры в разных каналах я делал подсознательным рефлексом. Учащается сердцебиение, дыхание становиться более тяжелым - перенаправить чакру в определенные каналы и к определенным узлам. Причем сеть каналов была сродни кровеносной системе, но с одним громадным недостатком: чакра должна была циркулировать, как и кровь, но если в кровеносной системе были вены и артерии, то каналы существовали для всего сразу же. Если в эту систему не вмешиваться, то все более ли менее работает, но мне-то нужен был больший эффект. Поэтому я создавал новые направления и потоки, так, чтобы по одному каналу не проходило сразу два разных потока, и уж тем более не встречались потоки с противоположным направлением. Получалось далеко не сразу, но я медленно совершенствовался, постепенно ощущая, что физические нагрузки становятся значительно более переносимыми. Но с бегом, коим я в основном и занимался, было просто. Толкание земли и пресс - это тоже мелочи. Как развивать весь организм в целом? Ха, в этот раз я все же просто подсмотрел за первогодками академии, у которых была физкультура. Или как она тут называется? Неважно - в общем, был у них вполне себе такой КВУ. Комплекс вольных упражнений. Три набора движений, которые следовало повторять определенное количество раз. Проверил все три набора на себе, по циркуляции чакры отметил, что напрягаются при этом практически все мышцы организма: в смысле, все узлы, кроме единичных, почти равномерно потребляли чакру. Ну и отлично. Контроль чакры - вещь незаменимая. Я и так это знал, но теперь убедился на собственном опыте.
  Время шло вперед. Ино болтала со мной чуть менее охотно - видимо, контроль чакры теперь все же скрывал мои эмоции, и она их уже не различала с прежней простотой. Ну, ничего не поделаешь: вечно ходить с душой нараспашку тоже нельзя. На занятиях лишь делал вид, что вообще присутствую, на деле же работал над контролем чакры. Никаких экспериментов, к слову. Как-то раз, подав ее не в то место, устроил себе несварение. Организм - штука хрупкая и одноразовая, если что-то сломается - пиши пропало.
  Прошло около трех месяцев с начала тренировок, когда я заметил, что уже не истощаю всю чакру за один день, как было раньше. Обрадоваться? Не-ет. Искать новые способы увеличить нагрузку. Чем больше я буду тратить, тем быстрее она будет восстанавливаться. Ну, со временем, естественно. После долгих раздумий сшил себе четыре плотных мешочка, в которых наложил камушков. Общая масса этак на килограмм. И развешал, на конечности, так сказать, для утяжеления. А двести пятьдесят грамм, как оказалось, не шутки. Снова начал выдыхаться, едва справляясь с тренировками, но это было временно. Еще через три месяца увеличил груз вдвое. На этот раз привыкание шло заметно быстрее. Но вот дальше опять встала проблема. До общего воинского призыва мне оставалось всего около полугода, а тренировки опять стали слишком простыми для меня. Увеличивать груз дальше было бесполезно, и полкило на руке - это немало: увеличивая, можно и суставы повредить. Самому обвешиваться такой лабудой? Но ответ пришел неожиданно.
  Бегу я с утра пораньше, думаю, что бы еще придумать для истязания этого хоть и собственного, но все же крайне щуплого организма. Бегу я, значит, никого не трогаю, а мне навстречу, как ужаленный, проносится странный парень в белом костюме. Так и не разобрался, как они называются и чем друг от друга отличаются. Прическа странная, брови густые, глаза такие, будто курил, и взяло его явно хорошо. Да и по скорости бега явно чем-то окуренный. Промчался мимо - ну и конь с ним, мне-то какое дело. Бегу дальше, смотрю, двое, странного вида синоби в кустах сидят. Один - ну вылитый папаша пацана: прическа такая же, да и морда похожа. Костюм по всем правилам, только нижний слой не синий, как у всех, а зеленый. У второго волосы белые, и маска лицо закрывает. А протектор - такая металлическая пластинка на тряпке, с символом Конохи, которую каждый уважающий себя ниндзя носит на лбу, остальные ниндзя носят, где придется. То же чучело, к примеру, в зеленом - на поясе. Так вот, протектор этот на один глаз спущен и как бы его закрывает. Не, ну если нравится - пусть носит, естественно, но повязка была как бы более логичной. С моей сугубо личной точки зрения. Сидят в кустах эти два бойца невидимого фронта, шифруются, типа их не видно. Ну, их действительно почти незаметно, разве что головы и торчат, но все же глупо как-то. Бегу, поравнялся с этими кустами, чувствую, надо тело размять, а бега пока хватит. Разминаюсь.
  - Ну, что скажешь?
  - Хм. Странный он. Уверен, что хочешь его тренировать?
  - В нем ключом бьет сила юности!
  - Хм. И никаких способностей к ниндзютсу и гендзютсу.
  - Я и без них обхожусь.
  - Хм. Ты по своей воле, к тому же еще не значит, что ты ими не владеешь вовсе, а тот не владеет ими напрочь.
  - Будет усерднее заниматься. Ведь в нем так и бьет сила юности!
  Я поднялся, почесал в затылке. Нет, если тот, что с белыми волосами, пусть и выглядит странно и хмыкает не в тему, но, вроде как, адекватен. Но вот кадр в зеленом меня искренне напрягает. Надо, наверное, сторонкой, подальше от них. Так оно лучше будет.
  - Хм. А это еще кто?
  - В нем тоже бьет сила юности!
  - Хм. Какие-то странные у него утяжелители. Чакры совсем не чувствую.
  - Что? А зачем он их носит? - излишне громко выкрикнул чудик.
  Я обернулся и вопросительно посмотрел на эти две наглые морды. Стою, смотрю на них, ожидая хоть какой-то реакции. Они, может, и синоби, но вот так в наглую обсуждать человека - это не есть правильно.
  - Хм. Мне кажется, или он нас видит?
  - А что, не должен? - удивляюсь я.
  - М-м-м, - задумчиво промычал одноглазый, - нет, не должен. И когда ты нас заметил?
  - Как бы сразу, - честно ответил я, - но если вы опустите головы пониже, и закроете ступни веточками, а так же перестанете громко разговаривать, то будет намного лучше.
  На лице странного типа в зеленом отразилось самое большое и яркое удивление, которое мне вообще когда-либо приходилось видеть. Мне казалось, что нормальные люди настолько удивлены быть не могут. На лице одноглазого, на котором я видел-то только, хм, глаз, тоже было удивление, пусть и не столь явное.
  - Кто развеял наше гендзютсу? - спросил удивленный.
  - М-м-м. Мне кажется, он его не развеивал.
  Мимо шел какой-то мужик, витающий в своих мыслях, и я исключительно из научного интереса остановил его.
  - Простите, вы что-нибудь видите в тех кустах? - указывая на две головы, спросил я.
  Мужик удивился, посмотрел на кусты, на меня, снова на кусты, снова на меня, наконец, ответив:
  - Нет, ничего. А что там?
  Я мило улыбнулся в ответ:
  - Да так, ничего. Спасибо большое за помощь.
  Мужик кивнул и побрел дальше. Я проводил его взглядом и посмотрел на две головы, все так же сидящие в кустах. Мимо пронесся тот же странный парень в белом со все теми же наштыренными глазами. И что это с ним? Кстати, я тут тоже не на прогулке.
  - Ну ладно, вы там можете дальше сидеть, а я побежал, - махнул я этим чудикам и уже собрался уходить.
  - М-м-м, подожди секунду. А что с твоими утяжелителями? Почему в них нет чакры?
  Я посмотрел на свою сумку с камнями, перевел взгляд на одноглазую голову.
  - А должна быть?
  На этот раз зеленый выскочил из кустов и прыгнул ко мне. Его гиперактивность меня немного настораживала, но сопротивляться я не стал. Это чудик стянул с меня один из мешков и полегал его.
  - Странно.
  Вскрыл и посмотрел на лежащие внутри камушки.
  - Что это? - спросил у меня этот чудик.
  И вот как я должен отвечать на этот вопрос? Помет яйцекладущей мохнатой свинокоровы? Какого ответа он ждет от меня?
  - Вы удивитесь, синоби-сан, но это... камни...
  Второй приступ недержания эмоций на лице этого чудика - правда, теперь это было нечто более сложное, нежели обычное удивление.
  - Ты что, идиот? Зачем ты носишь камни? - все же выдал он.
  - Это груз. Чтобы было тяжелее, - медленно разъяснил я.
  Одноглазый вырвался из куста и подошел ко мне, то посматривая на груз в руке коллеги-чудика, то на меня.
  - Хм, а почему не используешь тренировочный груз?
  Ага, потому что не знаю, что это такое. Как вам ответ?
  - А где я его возьму? - чуть более спокойно ответил я.
  - Хм, в магазине для синоби, - пояснил одноглазый.
  О-о-у-у-у. Как все просто, да? Знаю я об этом магазине, пытался зайти уже с десяток раз, посмотреть там чего интересного, но вот беда...
  - А кто меня туда пустит?
  Все же я рад, что встретился с этими чудиками. Этот одноглазый проводил меня до магазина, зашел вместе со мной и даже поговорил с хозяином, чтобы я мог покупать некоторые товары. Ничего особенного - на самом деле, тот же тренировочный груз, например. Все сколько-нибудь интересные товары оставались для меня под запретом, но я и малому был рад. Но все равно я имел возможность купить свитки для тренировки чакры - были-таки, этот одноглазый один мне подарил - и два тренировочных груза. Можно было купить некоторые части одежды, но такие же и в другом месте продавались. Бумагу чакры для определения своей стихии, о чем я пока и понятия не имел. Ну и еще кое-что из разряда малополезного, даже тренировочные кунаи мне покупать запретили.
  А вот тренировочный груз оказался весьма кстати. На самом деле надевался он только на ноги, но каким-то образом распределял свою массу на все тело синоби. Активировался подачей чакры, и каждый груз варьировался от и до. Мои, к примеру, от пяти и до десяти килограмм. Примерно. Каждый. Не торопился я их надевать, если честно, даже в минимальном положении - так сказать, это едва ли не четверть моего собственного веса выходит. Одноглазый не переставал меня рассматривать, но вообще молчал, в магазине дав мне немного осмотреться, а теперь не торопил и с изучением маленьких подарков.
  - М-м-м. Ты собираешься специализироваться на тайдзютсу? - спросил он.
  - Нет, просто тренируюсь, - честно признался я. Я вообще очень честный, заметили.
  - Хм, и когда поступаешь в академию?
  - Через полгода, синоби-сан.
  - Хм...
  Ну а как мне к нему обращаться - он же не представился. Я сложил все покупки в карманы, чтобы хоть не выпадали, повернулся в сторону одноглазого - ну надо же поблагодарить, как-никак... А он смылся уже. Вот и был, и нет. Бэтмен недорезанный. Ну, это, по сути, его проблемы - я свое получил. А час "хэ" все приближался.
  
  Глава 6.
  
  За полгода, которые мне оставались до академии, я успел сносно раскачать контроль чакры, да и физически подтянулся до неплохого уровня. Грузы, во всяком случае, работали уже на полную, и я их не снимал. Разве что на ночь. Но больших успехов я так и не достиг, хотя и старался еще что-нибудь умыкнуть до поступления, а к нему следовало подготовиться, и начал я с костюма. Ну, всякие принадлежности - это понятно, их я заранее закупил. Но вот одежда. Стоял я перед зеркалом и смотрел на свое лицо. Глаза небольшие, каких-то карих оттенков. Нос слегка курносый, как у отца, но губы узкие. Вообще-то, не особо складная у меня физиономия, но оно мне только на руку. Выделяться я не хочу совсем. На голове длинные волосы, связанные в пучкок. Просто забывал подстригать за тренировками. Что делать с этой мордашкой? Правильно, добавить отталкивающих деталей. Чем с меньшим желанием на меня будут пялиться, тем оно мне лучше. Первым же делом побрился на лысо. Вот так сходу. Среди синоби такого тут не видали, так что буду немного выделяться, но тут я преследовал и свои цели. Успел узнать о многих всяких неприятных штуках, которые есть в арсенале разных ниндзя, и длинные волосы - это не слишком полезно для защиты. Да и мороки в походах, если что, будет намного меньше. Также, памятуя на повсеместное использования разных видов газов и дымов, разжился респиратором и сделал себе плотную маску по типу той, что была у того одноглазого чудика. Только у него была маска ради понта, а у меня респиратор встроен. Постоянно я ее носить не собираюсь. Также сделал себе капюшон. Он с одной стороны, сужает обзор, но с другой - еще пригодится. Сразу озаботился о размерном синем костюме, но решил все же отказаться от него пока. Это, как-никак, часть обличия синоби. Не стоит так явно демонстрировать, что я уже таковым себя считаю. Но все же выбрал костюм, закрывающий все тело. Темно-серая с черным куртка: изначально она была другого цвета, но я умею перекрашивать вещи, а точнее избавляться от красителей, которые тут не ахти какие. Примерно такие же штаны. Вместо тех странных тапок, которые тут распространены, разжился некоторым подобием ботинок с высоким голенищем и комплектом ткани а-ля портянки. Частично помня родную армию, понял, что в путешествиях по пересеченной местности местная обувь, конечно, хорошая, легкая, и ноги не потеют, и все прочие достоинства, но вот от укуса всякой пакости она не защищает. Да и запнуться за какую ветку мне не так страшно, а в этих сандалиях можно и пальцы запросто свернуть. А оно мне надо? Вот и правильно - нет. К тому же тяжелый ботинок - это вполне весомый аргумент в рукопашном бою. На массу я внимания не обращал, так как груз в двадцать кило мне уже не мешал совсем. В куртке подразумевалось множество карманов - тоже не лишнее, хоть и жарковато слегка.
  И вот он наконец настал. День триумфа, чтоб его. Сопровождения родителей у меня не было, так как отец пропадал на работе, а мама повторно залетела и ждала малыша. Я был только рад: с одной стороны, ко мне меньше внимания, с другой - понимал, что буду урезан в финансовом смысле, а мало ли что может понадобиться во время обучения. Этот вопрос требовалось решать, пусть и не в срочном порядке. Но я отвлекся. В своем потоке я был младшим: еще бы немного, и попадал бы только на следующий курс. С одной стороны, можно было выпросить и отсрочку, с другой стороны, из самостоятельного обучения я и так уже выжал все, что мог. А академия - она и здесь академия. Приперся я при параде, в маске и с капюшоном. Дышать не совсем удобно, но зато солнце в глаза не бьет, а то многие, вон, жмурятся. Пристроился к уже знакомым по саду физиономиям, да так и стоял, пока меня не заметила Ино. Не узнала, а это хорошо. Если бы она меня по чакре определяла, вот тогда бы пришлось задуматься. Девчонка подошла ко мне, с интересом разглядывая.
  - А ты еще кто? - беззастенчиво спросила она.
  Вот теперь я стянул капюшон и маску, с ухмылкой глядя на нее.
  - А-а-а, Като-кун, - махнула она рукой, тут же язвительно добавив:
  - Что, понял, наконец, что твою морду лучше прятать от людей?
  - Вроде того, - не стал спорить я.
  Мы не поругались, просто я все меньше бывал в саду и все меньше с ней общался. А последний месяц и вовсе не появлялся. Так она, как ни странно, просто показывала, что соскучилась.
  - Привет, Като-кун, - махнула мне рукой стоящая неподалеку Сакура.
  - Привет, Сакура-тян.
  Вот на нее было приятно посмотреть, хоть при Ино я обычно предпочитал этого и не делать. Девочка похорошела, набралась уверенности. Ино тут же нахмурилась, отслеживая мой взгляд и ухмылку. С одной стороны, ко мне не лезла, как к Саске, который последнее время частенько появлялся в садике, пусть и держался особняком. На него все девчонки молились и воздыхали, тайно и не очень, но мне до этого дела не было. Так Ино, несмотря на внешнее обожание этого самодовольного Учихи, отчего-то крайне раздражительно реагировала на мой интерес к другим девочкам. Детский сад, конечно, - он и есть детский сад, серьезно я к этому не относился, но в тихом омуте - мало ли я чего не знаю в местной культуре.
  Натянув капюшон, я коротко огляделся. Всех бесклановых я пока обходил стороной: они даже не потенциальные синоби, как ни странно. Насколько я узнал, большая часть из них станет гонцами или порученцами. Ну, может, младшими ирьенинами, в лучшем случае, если талант обнаружится. Просто я тут выяснил интересную вещь: оказалось, что в деревнях практикуется некоторое подобие каст. Реальными синоби, в смысле, квалифицированными наемными солдатиками, становятся либо клановые, либо те, чьи таланты лежат сильно в боевой области применения чакры. Все остальные уходят на прикладные направления. Странно, но факт - из трех десятков детей своего потока даже половина не станет синоби. Я, Ино - это однозначно. Сакура, похоже, тоже, хотя я пока не уверен. Способностей за ней никаких - в этом мы схожи, оба из семьи простых смертных. С зазнайкой Учиха все однозначно. У этих на роду написано, кто они и чем будут заниматься. Нет, среди их клана тоже всякие были, но они там скорее исключения из правил. Этот определенно синоби. Пару раз видел его исполняющим клановое ниндзютсу - Катон, Высвобождение Огня. Приличного размера огненный шарик умеет выдыхать этот законспирированный дракоша. Ну, клановые техники - они и есть клановые техники. Еще успел разузнать о Шарингане. Это додзютсу Учиха - клановая техника глаз, передающаяся по наследству. Всех нюансов я не знал, но знал, что штука крайне мощная и эффективная. Ну и библиотеки, надо заметить, в этом мире - мнение автора о чем-то есть, а описания этого самого чего-то нет. Весьма ценное чтиво, ага. Саске, кстати, был один - он теперь сирота, единственный выживший, и, как мне кажется, с ним весьма основательно нянчатся. Странно это - клан похерить дали, а за последним выжившим следят во все глаза, пылинки сдувают. Чуть в стороне стояли полуспящий Шикамару Нара и совсем не похудевший Чоджи Акимичи с родителями. Вот уж где яблоко от яблоньки. Один в один собственные отцы, даже забавно. Кланы, правда, сильные - шутить я с этой парочкой не стану, от греха подальше. Хм, хотя с той же Ино все же связался, но тут другое дело. Идем дальше. Вон и старый знакомый Шино Абураме, тоже, видимо, с отцом. Знакомый из разряда тех, каких лучше и не знать - опасный тип, ходячее биологическое и бактериологическое оружие в одном флаконе. Нет, он, конечно, из моей деревни и все такое. Но все равно опасный. Еще чуть в стороне парнишка из клана Инузука с собакой на башке. Как зовут, не знаю пока. Но это клан потомственных кинологов, даже его то ли мать, то ли сестра, и та с собакой. Да не просто с собакой - это целый волк, наверное. Ближе к центру всего действа - высокий мужик в белом. Черные волосы и белые глаза - этот из Хьюга. Они, наверное, сейчас на подъеме, главный конкурент в деревне исчез, можно считать. А рядом с ним недоразумение. Ну серьезно, смотреть смешно. Отец этого недоразумения, насколько я понимаю, сама уверенность и гордость - лицо клана, несет честь и достоинство, да так, что я его даже уважаю, пусть и не знаю совсем. Видел уже таких когда-то: крутые мужики, друга не бросят, вытащат, как бы тяжело ни было, врагам глотки зубами перегрызут. У таких железные яйца, а все остальное еще прочнее. И это не напускная гордость, как у сопляка Учихи - этот человек другой. И девчонка - полная противоположность, вообще не представляю, можно ли быть более неуверенной, застенчивой и зажатой. Посмотрим, конечно. Сакура тоже особо не выделялась раньше, а сейчас, вон, глаз не оторвать, если одна блондинка не поможет. Ой, что же будет, когда они все повзрослеют, им же всем сейчас по четыре с небольшим. Страшно подумать. А вот девчонка Хьюга... ну даже смотреть на нее без боли в сердце тяжело. Стоп, а это что за шум? Так, и еще один кадр нарисовался. Точнее его нарисовали. Один из синоби притащил за ухо еще одно недоразумение. Невысокий блондин с удивительно тупым выражением лица. И таким же поведением. Говорит громко и несет всякую чепуху. Это я крайне мягко сказал - не хочется при будущих девушках выражаться.
  - Это Наруто Узумаки, - с почти нескрываемой ненавистью прошипела женщина рядом со мной.
  То, что паренька не любят почти все, кому не лень, я знал давно. А вот за что последнего представителя сильного и уважаемого в общем-то клана так не любят, узнать удалось далеко не сразу. Но узнал. Точнее у меня были только слухи - никаких записей об этом, естественно, не нашлось в общем доступе. Тем не менее, шептали, что того самого Девятихвостого Демона Лиса, Кьюби но Йоко, каким-то малопонятным мне образом запечатали в пацаненка. Я слушал и не верил. Потому что по рассказам Кьюби, ну, мягко говоря - громадина. Да к тому же обладает огромными способностями. Как его затолкали в тельце бедолаги Наруто - это большой вопрос. Такой архивации данных любой архиватор позавидует. С другой стороны, меня этот вопрос сильно заинтересовал: наверняка же не зря пацана при деревне держат - это что-то типа ядерной бомбы такой. Опасно, жжется, но не отдавать же в чужие руки. Однако быстро выяснилось, что за Наруто безустанно бдят местные спецназовцы. Мужчины и женщины в странных масках, обычно только один, конечно, но постоянно находится в обозримом радиусе от паренька. Я обычно делал вид, что этих психов в масках не замечаю, но понял, что, сближаясь с пареньком, автоматически получаю излишнее внимание от местных органов. А оно мне надо? Блин, хотя жалко. Паренек оказался смышленым. Нет, что-то с ним явно не так, потому что собранности и способности сосредотачиваться у него нет никакой. Память хромает, причем на все четыре лисьи лапы вместе с девятью хвостами. Тем не менее паренек упорно тренируется уже сейчас, что, кроме меня, вообще никто не делает. Клановые не в счет. Да, он бездарь. Без клановой способности Узумаки, благодаря которой у него чакры должно быть столько, что я едва не захлебываюсь слюной от зависти, больше ничего нет. А если учесть, что тренируется он бессистемно, то есть в ноль, то вообще беда. Правда, учитывая Кьюби внутри него, я подозреваю, что все это неспроста. Ну, понаблюдаем, лишним не будет. Присматриваясь к остальным, выделил еще парочку, которые стоили моего внимания. Первый - паренек с отцом, стоящий чуть в стороне. Данго, если я не ошибаюсь. Не сказать, что я определял его в синоби, но вот мозги у парня варили, мне даже стыдно стало. Видел его в библиотеке, читает много, но бессистемно, опять же. Я думаю, он станет каким-нибудь аналитиком или что-то в этом роде, но упускать его из виду не стоит. Еще мое внимание привлекла девчонка из клана Курама. Я сначала их клан ставил в один ряд с теми же Нара или Акимичи, но поторопился. По слухам, выходцы из Курама не становились синоби - им в деревне готовили совсем другую участь. Хоть я и не знал, какую. Но девчонка была интересная, также стоит взять на заметку.
  - Опять пялишься, Като-кун? - вынырнула откуда-то Ино.
  - Конечно. Примеряюсь, - кивнул я, даже не стесняясь говорить достаточно громко. - Мне нужно выбрать хорошую жену, чтобы основать сильный клан. Ты тоже в списке, кстати.
  Ино мгновенно покраснела, замешкавшись и не зная, как реагировать. Женщины рядом заулыбались: говорить глупости в этом возрасте было мило, особенно если говорить с такой уверенностью в голосе. Засмеялась и Сакура, от чего Ино покраснела еще больше, хотя я удивился - куда уж больше-то. Но в этот раз я решил встать на сторону блондинки:
  - Ты, Сакура-тян, там тоже есть.
  Девчонка заткнулась и тоже покраснела, а Ино немного расслабилась. А вот девочка из Курама, стоявшая не так уж и далеко от нас, и, как оказалось, наблюдавшая за разговором, мне мило улыбнулась, совсем не стесняясь этой темы. И я беззастенчиво улыбнулся в ответ - улыбаться вообще полезно, располагает к себе людей. И тут же получил неожиданный удар от Ино, не стерпевшей такого наглого предательства. Вот что со мной не так, почему в друзьях одни девчонки? Сам ведь понимаю, что доиграюсь так в один прекрасный момент.
  Тем временем гомон разношерстной толпы закончился, и на трибуне появился Хокаге собственной персоной. Посмотрел я на этого старика с доброй полуулыбкой-полуухмылкой и глубоко так задумался. Улыбался-то он с добротой, это ладно. Но вот по морде вижу, скелетов по шкафам у этого старика запрятано столько, что мне даже сравнить не с чем: не в каждый склеп столько поместится. Столько всего надо наворотить в жизни, чтобы хватало опыта разруливать ситуацию в военизированном городке. Его ведь признают все на полном серьезе. Вот, даже оловянный солдатик Хьюга смотрит с почтением и уважением. Наверняка это старичок пару десятков лет назад был тем еще головорезом. Тем не менее он беззастенчиво вешает жадной до зрелищ толпе пропагандистскую лабуду. У меня на нее уже иммунитет - наслушался по уши, но стою, делаю вид, что интересно. Ничего нового не услышал. Честь деревни... тра та та... друзья и товарищество... снова тра та та... трудитесь и разумно... ой, не так, развивайтесь. Правильные вещи, конечно, вещает, но элементарные. Хотя оно и ясно, учитывая аудиторию. Это всегда так. Умные люди любят говорить глупой толпе правду, особенно ту правду, которую и так все знают. Оно сразу сближает умных людей с этой толпой. Принцип приближения малого к великому в действии.
  Речь кончилась, нас еще немного пожурили малоинтересными мероприятиями и распустили до завтра. Наконец-то дождался. Занятия!
  
  Глава 7.
  
  Если честно, я был в ахуе. Нет, не подумайте, нас не нагружали чем-то нереально сложным. Почти. Вообще, от местной системы образования я был в восторге, десять баллов ее авторам. Сейчас у нас шла теория - немного смешная, но все же теория, - примерно с середины всего времени обучения в академии начнется практика, которая постепенно вытеснит все прочее. Однако же. Тут есть математика, хотя, скорее, это все же геометрия. Не поверите, кто-то всерьез придумал и написал формулы и графики расчета полетов метательных снарядов. Любых. А чуть позже мы дошли до геометрии в применении ниндзютсу. Вот же она, военная наука в действии! Нас всерьез эти формулы заучивать не заставляли, но я-то шибанутый на всю голову пришелец. Взял, пошерстил свитки, которые были вместо учебников, обратился к преподавателям, которые мне добросовестно выписали направление в библиотеку за нужными свитками. Библиотека в академии вообще оказалась доступна только по направлениям от преподавателей - сенсеев по-местному. Но это фигня - я всегда знал, как выпросить необходимое и мне положенное, видали бюрократию и похуже. Но я отвлекся. Засел я вечером за эти свитки. Изучил. Ладно, кунай и сэнбон. Первый ножик с двухсторонним лезвием с одной стороны и кольцом с другой. Второе - метательная иголка. Эти два приспособления для умерщвления меня пока не интересовали. Летали они строго прямо лишь с учетом отклонения из-за различных факторов. Но все же прямо. Меня интересовал сюрикен. Это хитроумное устройство - шучу, банальная четырехконечная звездочка - вращалась в полете. В теории, которую я почерпнул из свитков, траекторию сюрикена можно было отклонить до дуги. Три недели расчетов ушло на то, чтобы просчитать: максимальный угол отклонения от идеальной траектории, которой является прямая между точкой отрыва от ладони и точкой попадания в цель, - тридцать девять градусов. Расчет был сложным, но для человека, некогда познавшего высшую математику, вполне в рамках возможного. Что это значило? Что я могу закидывать сюрикен за угол или через забор, или высчитывать хорошую траекторию полета через густые заросли. Осталось потренироваться и довести до автоматизма. Вот только это был не предел. Я копнул еще глубже, дорвавшись до свитков, которые однозначно делали либо пришельцы, либо такие же залетчики, как и я. Почему? Там все было понятно и лаконично: никакой воды и голая теория геометрии расчета траектории полета сюрикена. В теории, при изменении заточки, можно было добиться нестабильной траектории полета. Зачем? Пф, элементарно же! Большинство синоби сбивали летящие в них орудия и прочие пакости брошенным навстречу сюрикеном - что сложного, если он один фиг по прямой летит. А вот тут летел по синусоиде - или, кто не знает, по спирали - причем не всегда полностью стабильно. Предугадать, где он окажется, чертовски сложно - не для стрелка, естественно, - и отбить сюрикен можно либо на расстоянии руки, либо вообще уклониться. Техники, бьющие по области, не в счет - несоразмерная трата сил. За изучением этого вопроса я едва не прозевал самое большое счастье в своей нынешней жизни. Вы не поверите. СОПРОМАТ!
  Я когда название увидел, чуть в аут не вывалился. Хорошо морда под маской, башка под капюшоном - никто не видит, насколько я удивлен. Едрить-колотить, сопромат. И здесь! Нам полагался один-единственный общепознавательный урок, на нем сенсей уверенно заявил, что эта тема для нас не так важна, но мы все же должны знать, что существуют материалы с разной проводимостью чакры. Я сидел и смотрел на эту обезьяну, возомнившую себя человеком и всерьез вещающую, что это бесполезная фигня. Нужна она, по их мнению, была либо медикам, либо кукольникам (были тут и такие, живых кукол делали), либо редким индивидуумам, вроде одного из наших дзенинов, у которого были специальные клинки. Они прикалываются. Нет, я не верю. Как можно быть настолько, ладно, скажем, недальновидными? Поднимаю руку и спрашиваю, что происходит с материалом, которому свойственная низкая проводимость, если на него подать чакру? Сенсей в ступоре. Я, чувствуя поднимающийся из глубины души бурный поток, тут же спрашиваю, какие вообще есть виды реакции материала на чакру? Третий вопрос мне задать уже не дали, вновь отправив в библиотеку с необходимыми направлениями. Библиотекарь долго и задумчиво изучал направление, затем долго смотрел на меня, а потом сказал, что чтобы получить свитки, которые, о чудо, можно было взять на руки, ибо объем большой, читать все в библиотеке нереально (да это нисколько не секретные свитки-то), мне потребуется мешок. Я не сбегал за мешком. Я слетал! Получил свою гору свитков и попал в райский мир, где мне не хватало лишь малого, но об этом чуть позже.
  Читая даже начальные перечни, я чувствовал, как моя челюсть, уже давно отвалившаяся, уползает куда-то на улицу - на прогулку, видимо. Это же охуеть можно. Чакра, она как электричество, ну, похожая аналогия. Нет, на самом деле подавляющее большинство материалов на чакру вообще не реагировали. Ну никак. Да, проводили, да, немного накапливали, чуть-чуть, но не более того. Но были и другие, относительно редкие вещества. Да такие, от осознания свойств которых я заливал слюной первый этаж нашего дома. Вещества с большей проводимостью, с меньшей проводимостью, способные накапливать - о чудо - отталкивающие, по разному реагирующие на разные стихийные чакры. Там кладезь был, целый кладезь! И весь мой. Потому что никто потенциала этой информации, похоже, не осознавал. Но нужны были эксперименты, и мой накаченный адреналином мозг выдал ответ на вопросы даже быстрее, чем я успел их задавать. Где достать материалы? Элементарно! Большая часть перечня относится составляющими медицинских препаратов, продаются в аптеке и есть в свободном доступе. Вот я и уперся в деньги. Пришлось быстро соображать, как заработать хоть сколько-нибудь деньжат, чтобы купить необходимое количество материалов - сначала для исследований, затем для... для... От самого представления того, что крутилось у меня в голове, я впадал в экстаз. Понимал, конечно, что гладко ничего не получится, и точно будут какие-то проблемы, но все же.
  Немного отрезвев, наведался в библиотеку, переворошив всю информацию о древних и не слишком доспехах, которые создавали синоби. Нашел много интересного. Например, материалы, отталкивающие пламя, действительно использовались, только доспехам почему-то приписывались больше мистические свойства, нежели просто физический факт. Эх, деревни, ну деревни же. Но пока ищем способ добыть деньжат, а заодно зубрим всю теорию: и ту, которую я уже раскопал - хитрые сюрикены никто не отменял, - и внимательно прислушиваемся к сенсеям - мало ли еще каких лежащих на поверхности, но никому ненужных тайн я тут открою.
  Вообще, если чуть отвлечься, я понимал причину такого отношения к этому вопросу: то что я собирался воплощать в жизнь, не было результатом тренировок и самосовершенствования, а значит, было доступно всем. Изобрету я, но не найду способ законспирировать способ производства, такими же чудесами будут владеть все, причем повсеместно. Оно не надо ни мне, ни, тем более, остальным. Но вот сделать, пока не знаю, как, но сделать способ изготовления труднодоступным, непонятным, тогда я смогу на что-то рассчитывать. Если не буду дарить свои изобретения всем направо и налево - а я хер кому что подарю, слишком много чести. Мне и так тут тяжело.
  
  Глава 8.
  
  Я всегда знал, что честность порой спасительна. Вот пришел вечером к отцу и честно объяснил, что хочу заняться неким своим исследованием, очень для меня важным, но мне для него нужны деньги. Просить их я, естественно, не собирался, а вот заработать - это другое ; репку чесал достаточно долго, спросив, а сумею ли я везде успевать, чтобы и учиться, и работать, и тренироваться, и еще своими тайными делами заниматься. И я, опять же, совершенно честно признался, что, естественно, не успею, поэтому расставлю приоритеты: сначала будем учиться и работать, пока денег не будет хватать на первую стадию экспериментов. Я заранее просчитал, чего и сколько мне потребуется, так что видел цель вполне досягаемой. Не так уж и дорого все это чудо стоило. Отец подумал, спросив, а справлюсь ли я с тяжелой работой? Так как ее мне никто доверять не будет, мал еще. Вот теперь я смог ухмыльнуться. Мешочек килограммов под тридцать поднять был вполне в состоянии, причем без усилий. Чакра, она реально расширяет возможности организма, даже такого убогого, как у меня. Отец подумал и пообещал попробовать поговорить со своим главным.
  Не сказать, что я питал по этому поводу много надежд: ну кто согласиться взять сопляка, где уверенность, что я буду стабильно весь вечер заниматься какой-нибудь совсем неинтересной ерундой? Или не ерундой, а важным, но все равно не особо интересным делом? А? Вот именно. Тем не менее через два дня отец все же разрешил мне прийти на его работу, так как туда иногда брали на подработку синоби, гэнинов, в основном, так что решили рискнуть. Лесопилка, причем такая не маленькая: это только выглядела она небольшой, но работы все равно было не особо много. Первые дни ко мне относились как: принеси, подай, отвали, не мешай. И я не нервничал по этому поводу, спокойно и с энтузиазмом выполняя всю порученную работу. Не лез под руку, пока не просили, и вообще создавал впечатление вполне адекватного мальчишки, которому действительно нужны были деньги. В мелких поручениях прошла неделя. Вторую неделю я продолжал заниматься всякими мелочами, но порой был и на подхвате. В криворукости замечен не был, так что ко мне перестали присматриваться и просто звали, когда нужна была лишняя пара рук. Примерно за два месяца работы я накопил половину необходимой мне суммы, но тут вышел конфуз. Ирука-сенсей вызвал меня для важного разговора. Я уже торопился на работу, поэтому не воспринял это всерьез, но, естественно, пришел в... как назвать комнату преподавателей? Учительская? Сенсейная? Не важно, в общем, притащился.
  - Ирука-сенсей, вы хотели меня видеть? - постучавшись, вошел я.
  - Да, Като, хотел, проходи.
  Вообще-то учительский состав старался меня особо не беспокоить, так как я со всем справлялся. Как говорится, не трогай кучу, пока не воняет. Потому как стоило им начать действовать мне на нервы, я начинал спрашивать то, на что у них не было ответов, в основном по теориям прикладных наук или всякие мелочи, не особо важные, но все же... В общем, не трогали меня. А тут - на тебе, даже вызвали. Ну, конкретно Ирука меня пока не донимал - адекватный, по большому счету, человек. Со своими тараканами, конечно, но кто же без них?
  - У тебя хорошая успеваемость, Като. Особенно в прикладных науках. Лучше, чем у тебя, оценки только у Данго.
  Да, знаю. Но с очкариком мы заранее договорились: он мне кое-где помогал, а я отдавал ему первое место. Мне оно все равно ни к чему, а ему приятно, ну, насколько я понимал этого меланхоличного и замкнутого парня.
  - Ну да. Ирука-сенсей, у вас что-то важное. А-то я немного опаздываю...
  Мужчина повернулся ко мне с серьезным лицом:
  - Кем ты собираешься стать, Като?
  Вопрос вогнал меня в легкий ступор. Какой он ответ хотел услышать? Хокаге, как вечно орал Наруто, или что-то в этом духе?
  - Э-э-эм. Синоби, Ирука-сенсей.
  - Тогда зачем ты ходишь на работу к своему отцу? - тут же последовал вопрос.
  Оп-па-па. Кто-то уже доложил? Или тут так не положено?
  - Ну-у-у-у... Мне деньги были нужны, хотел немного подзаработать, думаю, еще месяц-два и закончу.
  Сенсей удивился, задумчиво глядя на меня. Давайте же, учитель, долго там ваши шарики с роликами будут выстраиваться в предложения?
  - За столько времени можно неплохо заработать. Зачем тебе столько?
  И что я должен ответить? Элементарно! Правду!
  - Когда изучал сопромат...
  - Что? - не понял Ирука.
  Упс, я сопромат не на том языке произнес... Так, стоп, эту идею надо будет отложить.
  - Влияние чакры на вещества. У меня возникло несколько идей, которые я очень хотел проверить. Вот и решил купить немного в аптечной лавке, а потом...
  Невнятное объяснение, знаю, но так оно лучше. Меньше подозрений.
  - В академии есть лаборатория, которой все равно никто не пользуется. Ты бы мог поработать там...
  Я мысленно состроил скептическую мину.
  - Да, я знаю... Но в лаборатории нет и трети того, что мне нужно, - с милой невинной улыбкой ответил я. Хотя скорее ляпнул, потому что лицо Ируки искривилось от удивления.
  - Ты там что мастерить собрался? Бомбу? А, Като?
  - Ничего, что бы взрывалось или горело, - абсолютно честно признался я. Ну, только если случайно.
  - А в аптечной лавке хватит того, что ты собираешься купить? - задумчиво спросил Ирука.
  Тоже верно: надо будет наведаться и сделать заказ - оно так надежнее.
  - Не знаю, посмотрим, - пожал я плечами.
  - Я, пожалуй, поговорю с Хокаге по поводу твоего интереса к наукам, - так же задумчиво продолжил Ирука.
  - А может, все же не надо... - уже собрался отнекиваться я.
  Ну на кой мне Хокаге? Может, мне и подсобят с лабораторией и ингредиентами, вот только начальство, оно и есть начальство, приставит наблюдателей и заставит отчитываться по всем результатам. Оно мне надо? Ну вот хоть немного? Нет.
  - А что так? - удивился Ирука.
  - Зачем беспокоить занятого человека такими мелочами, - ответил я и сам себе не поверил. Блин, не прокатит. Ну вот никак не прокатит. Я обычно намного более воодушевленно лгу.
  - Ничего, думаю Хокаге-сама поймет важность твоей работы, раз тебе надо столько материала. И подключим к тебе Данго, а то он, бедный, не знает, чем себя занять по вечерам, - воодушевленно отрезал мои потуги Ирука.
  Чего это он так оживился? Что у него вечно шило в одном месте, спокойно не сидится. Навязывает мне тут всякое, хотя я был почти уверен, что Хокаге на такую фигню и внимания обращать не станет - что ему, заняться нечем, на самом деле?
  - Ну, я пока все равно продолжу работать, Ирука-сенсей. Если что-то интересное будет, рассказывайте, хорошо?
  - Да, конечно, Като, - с широкой, но глупой улыбкой ответил сенсей.
  По-моему, он сам больше рад, чем я. Это у него что на лице сейчас - чувство выполненного долга, типа? Поговорил с будущим выдающимся синоби? Тьфу, только проблемы. Все же не всегда верное решение - говорить правду, иногда стоит и помалкивать.
  Я вернулся на работу, что стала мне даже родней, чем академия. Смешно становится: может, и вправду лучше было быть простым работягой, и никуда не лезть? Ага. И стать расходным мясом во время войны. Нет уж, у профессиональных военных в военное же время выживаемость выше. Доказано. В общем, продолжаю усердно помогать всем сразу на лесопилке, параллельно обдумывая идею, пришедшую мне в голову во время разговора с Ирукой. Старый свой язык, оба, я почти забыл, но не полностью. А именно им можно было частично обезопасить материалы будущей работы. Просто все записи вести на языке, которого тут нет, думаю, местные шифровщики все же разберутся рано или поздно, если к ним в руки попадет. Но от случайных глаз точно будет надежно спасено мое творение. Воодушевленный такой идеей, я продолжил работу, надеясь хотя бы к концу обучения закончить свои изобретения.
  Вот только зря я думал, что Хокаге наш не опускается до простых смертных. Ой зря...
  
  Глава 9.
  
  Как оказалось, наш господин Хокаге ну очень незанятой человек - как еще объяснить, что он снизошел до внимания к моей маленькой тушке? Тем не менее пусть и через месяц после моего разговора с Ирукой, последний вновь пригласил меня на приватный разговор. Но стоило мне зайти в сенсейную, как он тут же потащил меня в направлении лаборатории.
  Нде... Лаборатория - это, скорее, одно название, чем, собственно, то, чем она должна являться. Ну, пара склянок а-ля пробирки здесь имелись, но все остальное было напрочь разворовано. Тем не менее меня уже ждали Данго, которого я как раз и ожидал увидеть, и Третий Хокаге Сарутоби Хирузен собственной персоной. Второму я не обрадовался: всегда был уверен, подальше от начальства, поближе к кухне - это к лучшему, а тут сам небожитель к нам спустился.
  - Здравствуйте, Хокаге-сама, - поклонился я.
  Тот, до этого задумчиво что-то рассматривавший, обратил свой тяжелый взор на меня. Ох ты ж е, прям ходячий сканер, я едва не вспотел. Первый человек в моем списке, которому не следует переходить дорогу. Вот прям первый. Ой же, моя паранойя. А вот Данго копошился с какими-то свитками за одним из столов, на нас и не обращал внимания.
  - Здравствуй, Минакуро Като, - вытащив трубку изо рта сказал Хокаге.
  Я чуть в обморок не упал, представив, как он сейчас скажет "расстрелять", причем с таким легким акцентом и обязательно по-русски - ну вылитый Сталин. Я его точно за глаза ИС звать буду. Хотя нет, не буду - страшно. Что я раньше за ним трубки не замечал?
  - Что-то не так? - не менее дружелюбно продолжил Хокаге.
  - Като просто смутился, верно? - постарался подбодрить меня Ирука.
  - Простите, все нормально, - справился я с дрожью.
  Если какой-нибудь местный крендель носит короткие черные волосы и челку, дебильные усы под носом и вскидывает руку вверх в приветствии, я его точно зашибу при встрече. Честное слово.
  - Ирука рассказал мне о твоем увлечении, - со все той же добротой на лице продолжил господин Сарутоби...
  Ого, я сам его уважать начал - зверь, а не человек. Мама, роди меня обратно.
  - Да, Хокаге-сама. Мне казалось, что это... может принести пользу деревне, - ответил я на полном серьезе, даже сам в это поверил.
  - Не расскажешь, что именно придумал? - спросил он.
  Я быстро огляделся вокруг, понимая, что тут и стола-то порядочного нет, что и показывать, не знаю.
  - Я пока не уверен... Даже не представляю, что у меня получится, - замешкался я, - Сначала необходимо провести опыты на всех доступных материалах... А затем еще...
  Неожиданно Сарутоби рассмеялся, причем так в голос. У меня едва снова коленки подкашиваться не начали: мало ли, чего он ржет...
  - Узнаю настрой первопроходца, - закончив смеяться, ну, почти закончив, еще немного всхлипывая, сказал он, - в тебе есть стремление к познанию и основательный подход. Ирука сказал, тебе не хватит ингредиентов... Пора кое-кого заставить выполнять свои обязанности.
  Ага, и в ссылку, в Сибирь, на каторгу. Если еще не расстрел.
  - А тебе, Като, я вот что скажу... Изучение окружающего мира - важный и полезный процесс, но есть вещи, которые должны оставаться за пределами нашего понимания... Ты понимаешь, о чем я?
  Так точно, товарищ Сталин!
  - Думаю, понимаю, - киваю.
  - Ну ты же не будешь изучать ничего запретного, верно? - нагибается он ко мне, пристально глядя в лицо, а лицо такое доброе-доброе.
  Никак нет! Служу Советскому Союзу!
  - Конечно нет, обещаю! - уверенно заявляю я.
  - Ну вот и хорошо, - Хокаге вновь затягивается из свой трубки, оглядывая унылое помещение лаборатории. - Вы сегодня уберите здесь все, почистите. А завтра тебе принесут все необходимое для работы.
  Полный отчет о проделанной работе каждый второй вторник, свободен.
  - Хорошо, Хокаге-сама.
  Сарутоби прошелся по помещению, и неторопливо побрел к выходу, позвав за собой сенсея:
  - Ирука, пойдем. Дадим нашим юным ученикам приступить к работе.
  - Да, иду, Хокаге-сама.
  Они вышли из комнаты, я продержался еще с минуту, ожидая, пока кто-то из них не вернется и не скажет, что это все была шутка, и лишь потом облегченно выдохнул. Честное слово. Если мне предстанет выбор: еще одна встреча с Хокаге или в клетку с тигром, я выберу тигра. Данго же все это время занимался своими делами и вообще на нас никак не реагировал. Вот железные нервы у паренька.
  - Тебе что, до Хокаге-сама вообще никакого дела не было? - спросил я. Ну правда интересно было.
  Тот запросто так пожал плечами, спокойно ответив:
  - А что я? Идея с лабораторией - она твоя. А я маленький человек, меня Ирука-сенсей привел. Сказал, что я буду тебе помогать.
  Клиника. Однозначно - клиника. Я его адекватным считал, а у него такие тараканы, какие Шино на завтрак кушают, не пережевывая. И как я с ним должен строить коммунизм? А?
  Тем не менее оглядел выделенное нам помещение, требовавшее определенных косметических изменений. Ну прибраться для начала определенно надо, к тому же кроме самих веществ для опытов понадобиться его много чего: письменные принадлежности, там, журнал надо вести, как-никак. Хокаге меня отчитываться не просил, пусть моя паранойя в такое счастье не верит совсем, но все равно. Первичные результаты отдам на руки Данго, а вот все сколько-нибудь нужные и важные заметки буду писать исключительно сам и всегда держать при себе. И на неизвестном здесь языке, естественно. Паранойя, она меня поддержит.
  - Слушай, Данго. Давай на самом деле здесь приберемся, а то свинарник...
  - Угу, - безропотно согласился парень.
  Черт, ну и чудик. Самое главное - никогда не поймешь, что у него в голове, ну, мне с ним работать еще, придется как-то адаптироваться. По смутным остаткам прошлой жизни, почти уверен, что чудики бывают куда более запущенные, и с ними вполне можно контактировать.
  
  Глава 10.
  
  Мое обучение двигалось вперед, вот только сам я чувствовал себя главным героем басни "Лебедь, рак и щука". Кем? Возом, который, несмотря на желание разорваться на три части, был и ныне там. Обучение в академии - это хорошо, но все, что я мог выжать по местной боевой геометрии в библиотеке, я уже выжал. Да, работал в этом направлении, но не особо много - времени не хватало, тренировался, усердно, как мог, даже купил еще пару утяжелителей и постепенно повышал нагрузку. Но это были мелочи хотя бы потому, что тайдзютсу нас пока учить так и не начали, а любой синоби, владеющий пусть и основами рукопашного боя, завалит синоби, этими не владеющего. Я не знал ничего в плане рукопашного боя, а до первых занятий еще было чесать и чесать. Лаборатория? Отлично продвигалась. Я сразу понял, что все вовсе не так просто и радужно, как мне казалось вначале. Я, конечно, был не удивлен проблемам, но проблем оказалось много: мы с Данго изучили свойства всего имеющегося у нас перечня веществ, которыми нас теперь исправно снабжали, выделили характерные особенности, которые, естественно, и так были описаны в справочниках. Ну, я этого не заметил, Данго отрыл и показал, но это была мелочь - капля в море, и времени много не заняло. Выявилась отвратительная каверза: при смешивании даже двух веществ вместе лишь в двух случаях из пяти нам удавалось предопределить результат. В остальных трех получалось что угодно, но не то, что нам было нужно. Ну, на скорый успех я и не надеялся, а поскольку до нас этим никто не занимался, или мы об этом просто не знали - во всяком случае, Данго ничего такого не нашел, и я был склонен ему доверять - пришлось идти методом проб и ошибок. Долго, муторно, малоэффективно, но альтернативы я не находил, как ни искал. Одно хорошо: при изменении процентного состава смеси, который обычно подбирался полтинник на полтинник - поровну, тобишь - уже полученные свойства слегка сдвигались по своей силе: что-то увеличивалось, что-то уменьшалось, но не получалось ничего принципиально нового, и то хорошо. На всю работу у меня было целых семь лет академии, должен уложиться.
  С чудиком Данго установить ровные отношение, хоть и со скрипом, но все же получилось. Отчего-то он при всех своих умственных способностях уверенно считал себя пустым местом, с этим надо было что-то делать, а то мне его банально жалко. Такие мозги пропадают, эх... так что пока он оставался чудиком, который, кроме меня (да и то только в лаборатории) больше ни с кем не общался. Ну что за мир такой? Куда пальцем ни ткни, у всех какие-то личностные проблемы. У кого какие. Мне только Ино вполне себе самодостаточной и казалась - ну не было у нее таких больших тараканов, разве что блондинка, но ей это даже идет. Легкая интеллектуальная неуклюжесть - это мило. Вот с остальными будущими коллегами было совсем тяжело. Шикамару на своей волне. Ему весь мир по барабану, абсолютно. Разговаривать с ним невозможно, потому что этот фрукт может запросто потерять нить разговора, улетев в свои мысли. Что он будет из себя представлять потом, я не знаю, но меня он начинает раздражать. На пару с Чоджи, который, кроме как о еде, вообще ни о чем не думает - говорить с ним тоже не представляется возможным. Не, я, конечно, человек терпеливый и могу простить людям очень многое, но эта парочка невыносима. Букашковод производит впечатление шизофреника: с ним можно нормально говорить ровно до того момента, пока тема касается насекомых, причем даже весьма отдаленно. Потом начинается абзац. Киба, правда, вполне себе забавный парень - ему бы поменьше измываться над другими, был бы совсем адекватным, а так у него самые жесткие шуточки из всей нашей дружной компании, даже меня подначивал несколько раз. Правда, даже самые обидные его высказывания вызывали у меня максимум ухмылку. Ну яйцеголовый, ну лабораторная крыса, хотя это я так сам себя случайно назвал, да и дела-то мне до его шуток не было. На Хинату по-прежнему больно смотреть, хотя я успел убедиться, что в клановых техниках она, ну, не полный ноль - это однозначно, не сказать, что большой талант, но вполне себе хороший рукопашник потом будет. Если говорить научится, а то даже я с ней нормально общаться не могу, мычит и мямлит. Я терпел это очень долго, стараясь наладить контакт, но месяц мучений успеха не дал. Даже удивительно, что в академии ее почти не трогают. Не понимаю, почему: была бы она парнем, я с удовольствием бы треснул по морде. Зато Саске - парень, и ему я двинуть действительно хочу, причем желательно ногой. Этот пупок земного шара только чуть-чуть не обгоняет другого клоуна. Да, того самого - если я еще раз услышу от Наруто про то, что он станет Хокаге, вот точно пойду в лабораторию и надышусь какой-нибудь гадостью. Давно уже хочу проверить, нет ли там какого наркотика случайно среди всего нашего перечня. То, что там есть какие-то травки - это однозначно, надо поинтересоваться у Данго - этот ходячий справочник, наверное, даже знает количество звезд на местном небе. И чуть не забыл про девочку из Курама. Снежная королева. Не в смысле красавица, хотя внешне вполне себе ничего. Черт, о чем я думаю, это же дети... Ну, не суть. В общем, Миина в академии старалась ни с кем не разговаривать. Совсем. Я даже подумал, что это еще одна клиника, но, порой незаметно наблюдая за ней, понял, что молчание - это не ее выбор. Поболтать ей так и хочется, да и она улыбается, если кто-то шутит, пока на нее не смотрят, естественно. А Сакура и Ино теперь почти постоянно крутятся вокруг Учихи. Я даже ревную слегка, хотя мне оно даже на руку - меньше постороннего внимания. Меня пока держат между изгоем Данго и всеми остальными. Ну, в смысле, пытаются. Мое обычное безразличие как к обидным словам, так и к каким-нибудь шуточкам, вроде подрезанной ножки стула, никого не вдохновляет на новые идеи. Нет, с ножкой было здорово, а я сам ржал громче других - весьма удачно навернулся. Не сразу, а уже во время урока. Сенсей скомандовал садись, я шлепнулся на пол, а тот, морда, вполне себе спокойно добавил: "я сказал садись, а не отдыхай на полу". Тут тоже комики есть, что надо.
  Сижу, смотрю на всю эту компанию. Собачатся. Почти все причем. Больше всего достается Наруто, который и ответить толком не может, воображения не хватает, но все равно бесится. Даже жалко парня, хотя характерный, упорно орет, что станет Хокаге. Черт, достал уже. Меньше других в своре участвуют спящий Шикамару - ну этого только разбуди, и он кого угодно переорет - и Саске, который просто грозится дать в рыло, и его побаиваются. Даже Шино ругается. Кстати, только его я и обхожу стороной. Получить кулаком в лицо - это, конечно, болезненно, но терпимо, но вот быть покусанным во всех местах - увольте. Ну Данго молчит, его вообще не замечают, как и Миину.
  - Эй! Лабораторная крыса!
  Медленно поворачиваю голову к кинологу.
  - Киба-кун, Собачий Курган, - ну что, фамилия у них такая, сами виноваты, - это ты сейчас тявкаешь, или твой щен?
  - Чего?
  Я даже выдохнул от разочарования. Ну что за реакция?
  - Ты глухой? Вашей породе положено иметь хороший слух, или я ошибаюсь?
  - Хочешь получить, яйцеголовый?
  Скучно. Даже поддерживаемый большинством парней, ничего интересного он придумать не может. Озарения бывают редко, так что просто сижу и смотрю на него с довольной ухмылкой. Бесится. Сильно бесится.
  - Ты успокойся, Киба-кун, побегай за собственным хвостом - это собакам полезно.
  Есть, аж пар из ушей пошел. Три ноль в мою пользу и аплодисменты зала, меня разве что напрягало, что тут все какие-то порядочные. Без нескольких месяцев год мы тут торчим, многие на взводе, но так никто и не подрался. Хм, может растормошить того же Кибу? Посмотреть на клановое тайдзютсу Инузука. Пару раз схлопотать в челюсть - может, и сам успокоюсь.
  Тем временем Киба вырвал кусок бумаги и скомкал его, запустив в меня. Даже не сдвинусь с места. Попадет - молодец... Не, промазал, комок пролетел мимо. Но врезался во что-то за моей спиной, отскочил, и приземлился мне на бритый затылок. Киба даже сам удивился. Бах, пять очков в его пользу, аплодисменты зала. Уважаю, мужик. Здорово вышло.
  - Не возьмут тебя сторожевой собакой, Киба-кун...
  Ох, как его скривило, он прям в ярости. Бросить еще одну фразу - и все, сорвется, лишь бы не обслюнявил. Так, теперь прикинуть время, расстояние, оценить действия предполагаемого противника. Ну, поехали, что ли...
  - Только лаешь, да не кусаешь. Что, цепь коротковата?
  Тадамс! В красном углу ринга взбешенный Киба Табуреточный Волк! В синем углу ринга Ваш Покорный Слуга! Бой! Ибо нефиг тянуть. Да и не ринг у нас совсем - судей нет определенно, зато полно зрителей. Киба сидел тремя рядами ниже меня, ближе к углу. Вскочив на парту он первым прыжком сократил расстояние в двое, я изготовился, вторым он собирался приземлиться на мою парту. Ага, щас, разбежался, распрыгался, то есть. Ты собака, а не кузнечик. Пинком опрокидываю парту вперед, сам отстраняясь назад, спуская всю чакру из утяжелителей. Скорость мне сейчас ох как потребуется. Кинолог все же понял, что может неудачно шлепнуться, поэтому, как заправская кошка, уже выставил вперед лапы. Руки и ноги, в смысле. Все быстро происходило, если что. Подставляю под правую руку свой стул, Киба поздно понимает, что что-то не так, его тело на инстинктах принимает неожиданную точку опоры, уже собираясь восстанавливать равновесие. Отлично! Я нисколько не ошибся в способностях парня, аж завидно. Дергаю стул вверх, разрушая равновесие, и Киба неудачно падает на бок, так, не теряя ни мгновения, наношу удар в солнечное сплетение - не слишком сильно, так, чтобы оклемался быстро, - второй удар костяшками пальцев в тормоза. Ну и чуть наступить своими тяжеленными галошами на пальцы - опять аккуратно, чтобы ничего не переломать. Я же не покалечить его хочу. Киба скривился: ну еще бы, самые простые болевые точки никто не отменял; краем глаза отмечаю, что наблюдают за нами весьма пристально, и вмешиваться никто не собирается. Свары мне совсем не надо - там уже бестолковый махач кулаками. Собираюсь дернуться в сторону, посмотреть, как он поднимется, но не успеваю. Опа-па, выдергивая руку из-под моей ноги, парень встает, не очень уверенно, но встает. Епс, куда быстрее, чем мне хотелось бы. Сразу отстраняюсь назад - я ему пока не соперник. И даже не знаю, стану ли. Киба дергается вперед, но морщится, прихрамывая на одну ногу. Прикинул дистанцию, отстранился еще немного. Вторым прыжком он меня все же настигает, сразу двинув кулаком по челюсти. Ай, млять! Что я респиратор не натянул? Я его так долго делал, чтобы в драке хотя бы зубы точно сохранить, он энергию ударов немного рассеивал, а тут такой прилет. Но и я дистанцию не зря прикидывал, воткнув ему колено куда-то под ребра. Морщится, но не падает. Елки же зеленые, ну и болевой порог у них. От второго его удара, я уклонился, что-то он замедлился слегка. Третий удар блокировал, странно, почему он только руками бьет, нога болит и боится потерять равновесие? Огрызнулся сам, надо и мне ему по собачьей морде съездить, а то нечестно выходит. Я буду с синей рожей ходить, а он чистеньким? Бац, моя рука в захвате, а мне тут же прилетает в глаз. Ой, звездочки. Я падаю на спину, болезненно приложившись затылком. Черт! Специально в капюшоне подушку в этом месте мягкую пришил, чтобы не больно падать было. Неувязок. Хотя когда бы я их надел, в момент, пока Киба на меня летел? Фиг бы успел. Сверху падает разъяренная собачья морда, едва не брызгая на меня слюной. Бах! Ох, мои ребра, но мне еще везет. Он взбешен и бьет бездумно. И удары вдруг остановились. Пара мгновений, чтобы сфокусироваться. Киба, а над ним сенсей, за руку держит. Фух, как раз вовремя.
  - Тебе повезло, - бросил кинолог, поднимаясь с меня и возвращаясь на свое место.
  Я даже удивился, как он сразу успокоился при учителе. Хотя насчет везения поспорю - зря я, что ли, время рассчитывал, как раз то, за которое сенсей дойдет до кабинета, стоит ему услышать шум? Парта-то упала совсем не тихо. Да, Киба поднялся на ноги куда быстрее, чем я предполагал, но смертные предполагают...
  - Возвращайся на место, - спокойно, но сурово сказал сенсей.
  Ага, разбора полетов не будет. Берем на заметку: мелкие потасовки между синоби неофициально разрешены. Ну и хорошо, убил двух зайцев. Лишь бы сотрясения моей бедной черепушки не было, она мне здоровая нужна. Поднимаюсь - покачивает, но тошнить не тянет. Нормально. Надеюсь, теперь тут интереснее будет после того, как я пример подал. Все же видели, что нас даже не поругали за безобразие, а безнаказанность заразна.
  Но он меня удивил на следующий же день. Я, естественно, был весь синий. Киба, выждав, пока я остался один подошел, сел на край подоконника рядом со мной и протянул какую-то баночку.
  - Вот, намажься.
  Взял банку, открыл. Пахло подозрительно, перевел взгляд на кинолога с его неизменным псом на голове.
  - Думаю, мне не стоит спрашивать, из чего это сделано?
  Тот ухмыльнулся:
  - Это моя мать передала. Когда я приплелся домой, она уже знала, что ты меня уделал.
  - Я тебя уделал? - удивился я. - А у кого сейчас лицо в синяках?
  Киба развел руками:
  - Да брось, твоей морде даже идет, спасибо бы сказал. Короче она, выслушав мой рассказ, дала мне подзатыльник и велела передать тебе мазь, снимающую ушибы.
  Если хотя бы болеть перестанет, я уже буду счастлив. Быстро, но аккуратно нанес неведомое зелье на кожу.
  - Я еще свой реванш возьму, но позже, Киба-кун. Пока признаю, слабоват, - развел я руками.
  Киба рывком забрал у меня мазь, ухмыльнувшись мне в лицо:
  - В следующий раз я никому не позволю себя остановить.
  И побрел дальше своей дорогой. Мы, естественно, не стали друзьями, но я все же начал понимать местную культуру. Был же прав по поводу соперников: они все друг другу соперники в пределах одной деревни. Тем не менее настоящей ненависти среди синоби нет. Немного необычно, но логично и вполне закономерно. Правильный способ воспитывать будущих бойцов именно психологически. Ниндзя...
  - Ай, жжется, - мазь, похоже, начала действовать. Чем-то злосчастную "звездочку" напоминает. Надеюсь, не такая же сильная, а-то я много нанес...
  
  Глава 11.
  
  Продвижение идет с переменным успехом. Первой большой помехой на моем пути стало осознание собственного физического потолка. Да, мои утяжелители прилично нагружали организм, вот только возникла проблема. Попытка снова поднять нагрузку вызвала микроповреждения: мышцы даже при попытке ускорить циркуляцию чакры начинали разрушаться. Я знал, что это не сможет продолжаться вечно, но не думал, что дотяну лишь до увеличения собственной массы чуть меньше, чем в два раза. На первых серьезных спаррингах после почти месяца тренировок рукопашного боя я уверенно вынес Шино, продул Кибе, а девчонка Хьюга вообще меня вырубила - в общем-то, я мог собой гордиться. Синоби из кланов с уклоном на рукопашную я уступал, да не слишком и сильно, и уверенно превосходил остальных. Уже хороший и уверенный результат. Начало обучения техникам ниндзютсу тоже дало немалое продвижение. Правда, низкий запас чакры особо резвиться не давал, но создавать приличного иллюзорного клона я научился довольно быстро. Да и не сказать, что были трудности - достаточно иметь хороший контроль чакры. Хотя бы одного клона создавали все, за исключением Наруто. При его запасе чакры и, учитывая его упорство, я удивлялся этому факту - почему его обучение пустили на такой самотек? Либо я был неправ с запечатанным в него лисом, либо я совсем ничего не понимаю. Если он потенциальное деревни, и за ним ведь приглядывают АНБУ (хотя не уверен - то было раньше), так почему на него все забили?
  А вот на первых уроках гендзютсу у меня начались проблемы. Нет, техника превращения также далась после некоторых тренировок. Но если технику применял кто-то другой, творилось что-то странное. Глядя, как Ирука в очередной раз демонстрирует превращения Наруто, я снова почувствовал резь в глазах. И силуэт Ируки казался мне каким-то неправильным. Черт, с этими техниками иллюзий не разберешь.
  - Като? Все нормально?
  Подняв ладонь от глаз, посмотрел на сенсея. Рядом все тренировались превращению, и с каждой секундой у меня все сильнее болела голова. Нда. У меня аллергия на гендзютсу, как вам?
  - Да, да, нормально. Просто голова немного болит.
  - Дойди до медблока.
  Хм, я даже удивился. Хотя раньше ведь я с уроков не уходил - на здоровье не жаловался. Отличный способ быть на хорошем счету у преподавателей, да? Вышел в коридор, чувствуя, как сразу становится лучше. Странно, весьма странно. До медика я все же дошел - боль меня самого начала беспокоить. Сколько я провел в этом мире, но такого не было.
  Ирьенин, по-моему, был чем-то очень занят, но все же оторвался от работы, посмотрев на меня:
  - Что-то случилось?
  Обычный синоби в одежде медика, молодой.
  - Да, голова заболела во время...
  - Сейчас посмотрю, - даже не дослушав, оборвал меня он.
  Местных ирьенин я встречал достаточно часто, особенно в последнее время: почти всегда они заживляли мне синяки и ушибы после спаррингов. Циркуляция чакры для самозаживления была почти непригодна, ну, разве что чуть-чуть помогала. А синяков было много, я усердно старался отработать техники тайдзютсу, и, естественно, в бою с живыми противниками. Так что и доставалось прилично. Теорию, коей было не слишком много, я изучил, оставалось практиковаться, но мне не хватало реакции, чтобы успевать за Саске, Хинатой или Кибой. Чоджи был помедленнее, но первый же его удачный удар в голову едва не отправил меня в нокаут - как Наруто выдерживал по десятку ударов, а потом еще силился продолжать, я ума не приложу. Выносливость у него зверская. Кстати, местные медики меня впечатляли: даже зубы могли поправить или собрать и поставить на место, если не потеряешь. Вроде как, даже вырастить новые могли, но я не стремился попробовать, почти всегда таская маску. Долго думал, можно ли совместить ее с телом, чтобы удар рассеивался и голове доставалось поменьше, но пока это было невозможно. В смысле, я вообще сомневался, что когда-нибудь такое сделаю.
  В общем ирьенин подошел ко мне, приложил палец к виску, отчего я почувствовал неожиданно резкое жжение. Что за? Когда залечивали синяки, такого не было.
  - Оу, жжет? - как ни в чем ни бывало спросил он.
  - Да, и сильно, - кивнул я.
  - Ложись, похоже, где-то повреждены каналы чакры - это иногда бывает при тренировках гендзютсу, когда на тебя ставит иллюзию неопытный синоби, а ты еще не умеешь защищаться, - неторопливо рассказывал он, проводя какие-то манипуляции, - или если получишь пару сильных ударов от Хьюга в голову.
  Я криво усмехнулся. После встречи с Хинатой я оказывался в лазарете достаточно часто. Сам просил ее использовать стиль мягкого кулака, наблюдал за действием. Были у меня кое-какие соображения, но после нее я почти всегда оказывался недееспособным. Она повреждала точку чакры, и я пускал чакру в обход. И так продолжалось, пока этот обход вообще был. Правда, это не особо полезно, но, как выяснилось, обратимо, и я уже сказал, что, в общем, уважаю местных медиков.
  - Хм, очень странно, - заявил ирьенин, продолжая что-то делать, - я тебя усыплю на всякий случай.
  Он сложил руки в какой-то технике, но очередной приступ боли заставил меня зажмуриться. Ох же ты черт! От резкой боли я сначала потерялся в пространстве, чувствуя сильную рвоту, а потом и вообще вырубился.
  Очнулся... Ну, видимо, не сразу. Голова еще кружилась, да и сфокусироваться на чем-то не выходило.
  - Я же не знал, что он что-то натворил со своей циркуляцией чакры,- оправдывался знакомый голос, - и уж тем более не предполагал, что он будет сопротивляться после того, как я его предупредил.
  - Все нормально, - ответил другой голос, тоже смутно знакомый. Женский, - думаю, он и сам не понимал, что делал. Расспросим, как только... А, ты очнулся.
  Моргаю, все еще пытаясь сфокусироваться.
  - Сейчас, это последствия травмы головы, потерпи. Должно уже пройти.
  Голова кружиться действительно перестала, а вот вместо нормальной картинки я видел что-то сильно урезанное со всех сторон пеленой.
  - Като?
  - Да, да, что?
  Так, вижу что-то. Грудь. Или это у меня еще глюки? Нет, передо мной стоит смутно знакомая женщина-врач. Ну, если мне не изменяет память, хотя и не уверен, то это та самая ирьенин, которая меня осматривала. Может, даже имя вспомню. Хотя нет, не помню.
  - Как себя чувствуешь? - спрашивает она.
  - Плохо, но становится лучше. Что произошло?
  - Ты мне расскажи, - отвечает она.
  Поморщился, бросая:
  - Вы тут ирьенин, вот и объясняйте.
  - А характер все тот же. Все еще не любишь, когда тебя парализуют? Не описался хоть?
  Отличное чувство юмора, да, мне очень смешно. Первым делом схватился за причинное место, но нет, сухо. Хотя в глотке паршивый привкус.
  - Меня стошнило?
  - Да, от боли. Такая боль возникает, когда на тебя воздействуют гендзютсу, а ты не умеешь его правильно развеивать, зато умеешь изменять циркуляцию чакры.
  - Мне прямо все понятно стало.
  Дверь открылась, и кто-то еще зашел в палату, но поворачивать голову было лень, а глаза пока видели только прямо.
  - Как наш пациент, Амаки-сан? - спросил голос Хокаге.
  Чего?! А этот-то что здесь нарисовался? Что за черт?!Поворачиваюсь к Хокаге, силясь приподняться.
  - Хокаге-сама...
  Получаю щелчок по лбу, падая на койку.
  - Лежать, тебе двигаться противопоказано, - тут же добавила Амаки, - Хокаге-сама, да, Като возвращается в норму.
  Хокаге подошел к койке, нависая надо мной, но сохраняя добродушную ухмылку.
  - Като, я разве не говорил тебе ничем запретным не заниматься?
  - Э-э-э... да я...
  - Думаю, это, скорее, моя ошибка, - неожиданно вставила Амаки.
  Хокаге, да и я сам удивленно посмотрели на нее.
  - Как так, Амаки-сан?
  Я перевел взгляд на того ирьенина, который должен был быть здесь, но его и след простыл. Это у них что, нормально - вот так незаметно исчезать? Или я просто не заметил, как он ушел, пока приходил в себя.
  - Като, ты менял направление движения чакры в своих каналах?
  Хокаге перевел взгляд на меня, а я так осторожно кивнул.
  - Да, есть немного.
  - Впечатляет, - улыбнулся Хокаге. Да что он все время улыбается?
  - Не особо, - тут же добавила ирьенин, - Позвольте объяснить. Для дзенинов или опытных тюнинов изменение направления и скорости циркуляции чакры - не особая проблема. Но обычно у гэнинов это вызывает затруднения. И специальная техника для противодействия гендзютсу как раз искусственно меняет направление течения чакры.
  - А, да, я помню, как сложно мне самому давалось это искусство, - признался Хокаге.
  Это он от старости тут в воспоминания ударился или что?
  - Да, Хокаге-сама. Но тут несколько иной случай. У Като, как и у меня некогда, малый запас чакры. Крайне небольшой. И количество чакры, циркулирующее в каналах, мало, благодаря этому менять направление ему намного проще, чем синоби с мощной чакрой. Като поменял направление течении чакры в голове и не только - не сильно, так же делают многие синоби. Головную боль вызвало гендзютсу, направленное как раз на эти потоки. Искусственно созданное сопротивление. Думаю, Като, для тебя даже привычно поддерживать свою систему циркуляции в определенном состоянии, и ты подсознательно сопротивлялся, когда ирьенин хотел тебя усыпить. Теперь большинство слабых техник иллюзий, направленных на тебя, не сработают. Более сильные техники могут вызвать примерно такой же эффект, как и сегодня. Ну, любой специалист по гендзютсу все равно пробьет твое сопротивление без какого-либо труда.
  - И-и-и? - спросил я.
  - Что "и"? - не поняла Амаки.
  - Вы сказали, что это была ваша ошибка, Амаки-сан, - напомнил я.
  Женщина задумалась, но кивнула:
  - Когда ты в детстве случайно развеял паралич, надо было сделать заметку и потом тебе все объяснить. При поступлении в академию, например. Но я забыла.
  Хм, женщины. Вроде бы есть, за что поругать, а даже обидеться не получается.
  - Если я правильно понял, тот, к примеру, Наруто, излишне уязвим для таких техник?
  Амаки чуть задумалась, но сразу кивнула:
  - Да. У него сильная чакра, что усложняет контроль.
  - Значит, с Като все нормально? - заключил Хокаге.
  - Да, Хокаге-сама, - ирьенин поднялась и шагнула к выходу, - меня ждут настоящие пациенты.
  Я едва не скривился. Кто же просил все это время тут сидеть? Если со мной все в порядке, просто вышло недопонимание. Тьфу на тебя.
  - Хорошо, молодец, можешь идти, - и, дождавшись, пока Амаки выйдет, Хокаге обратился уже ко мне, - надо быть осторожнее, Като.
  - Да, я просто не знал...
  Он отмахнулся от всех объяснений:
  - Как продвигается твоя работа?
  - Медленнее, чем хотелось бы, Хокаге-сама, - признался я, - но я двигаюсь в нужном направлении.
  Ага, весьма содержательный ответ. Хотя я все равно пока не собираюсь ничего передавать в деревню. Посмотрим сначала, как моя задумка себя покажет.
  - Тогда отдыхай. Сегодня у тебя выходной, - добродушно улыбаясь, сказал старик.
  Я покосился в окно, понимая, что уже вечереет. Н-да, день прошел зря...
  
  Глава 12.
  
  О чудо! Какое же счастье, когда долгие два года принесли первый действительно значимый результат. Я наконец получил хитрую ткань, имеющую свойство затормаживать проникающую чакру - правда, это уже попытка номер сорок далеко не первая, но получилось же! Хотя, если признаться, это второе по-настоящему удачное изобретение. Есть первое, но пока оно, несмотря на эффективность, признано нерентабельным, но вернемся к ткани. Чакру она, естественно, полностью не останавливает. Однако же, если я все правильно просчитал с техниками тех же Хьюга, мягкий кулак из-за этой ткани уже несколько теряет эффективность. Не принципиально, но вот достать до глубоких каналов будет чертовски сложно. Хьюга, если узнают, меня придушат, однозначно. Правда, ткань была далеко не конечным продуктом. Кроме того, я еще получил состав... ладно, признаюсь - Данго его получил, за что я ему благодарен от всего сердца. Короче состав, наоборот, ускоряющий течение чакры, хотя не очень сильно. Но зато какая задумка! Сложить два слоя с сопротивлением, между ними заложить каналы ускорения и, если я все правильно просчитал, если правильно понимаю законы этого мира, если повезет и еще много если... В общем, такая ткань действительно будет блокировать чакру, точнее - отводить ее в сторону по каналам проводников. Пока этот фокус не прокатывает со стихийной чакрой. Я не проверял, но в этом точно уверен. То же пламя сожжет, расплавит ткань на раз, но в теории эту проблему тоже можно решить. Хотя пока я переключился на другое направление. Есть у меня рецепт геля, способного накапливать чакру в неплохом количестве. С кожей лучше не контактировать, но в теории я создам батарейки, куда будет поступать чакра с защитной ткани. Нам начали рассказывать о запечатывающих техниках, на которые у меня тоже есть планы. Думаю, можно будет поставить некоторые печати на ткань, чтобы он и работали от "батареек". Вдруг получится? К тому же долго раздумывал над бъякуганом и его свойствами. Особенно над тем, что владельцы техники видят и через стены. Я так понимаю, эта техника тоже каким-то образом использует чакру. Знать бы, каким? Хотелось бы добавить в ткань непроницаемость и для техники глаз, но тут явно была пропасть. Насколько я смог узнать из свитков и бесценного справочника в лице Данго, бъякуган просвечивал все и вся, и ничто от него не скрывалось. До конца я в это не верил, паранойя подсказывала, что преувеличивают, но в том, что замаскировать себя от так называемых сенсоров будет невероятно сложно, я не сомневался.
  К слову, о втором изобретении. Первом по хронологии. Это был сэнбон. Да только не простой. Сначала на иглу наносился тонкий слой уже названного геля. На него, по двум спиралям, наносились слои веществ, имеющих разную проводимость чакры. Примерно раза с тридцатого я сумел подобрать состав материалов и угол нанесения так, что получил улучшенную иглу. В чем было ее свойство? После зарядки некоторым количеством чакры сэнбон тут же начинал выделять ее обратно, но с разной скоростью на разных слоях. С помощью чакры же придавалось первичное ускорение, а дальше срабатывало забавное физическое явление - аэродинамическое, я бы даже сказал. Игла вращалась, создавая вокруг себя слои с разной концентрацией чакры. Когда поверхность сэнбона с большей отдачей чакры попадала на более плотный слой, она отталкивалась, стремясь занять слой, где чакры было меньше. Кто не понял: потоки чакры создавали искусственную динамическую трубу вокруг иглы, придавая ей ускорение. Такая игла ускорялась так, что от придания стартового ускорения и до поражения цели проходили какие-то мгновения. Обычную иглу моя по скорости опережала в несколько раз. Но... Всегда есть но. Стоимость используемых материалов, так скажем, а точнее, их расход, делал сколько-нибудь массовое производство разорительным. Забавная игрушка, но слишком уж дорогая.
  - Данго-кун!
  - Что?
  Мы сидели в лабе, и я со счастливой рожей пялился на клочок ткани. Маленький клочок ткани. Работы было еще непочатый край, но сегодня мне хотелось как-то отметить долгожданный первый успех во всем мероприятии.
  - Как тебе идея умыкнуть из магазина бутылочку саке?
  Данго, сохраняя совершенно безразличное лицо, ответил:
  - Тебя поймают и накажут.
  Он киборг или пришелец. Или вообще не знаю что. В такие моменты хочется в него чем-нибудь запустить.
  - Эх... Скучно с тобой... никакого бунтарского духа.
  - И ты все равно не всерьез предлагал?
  - Почему? Надо же отметить наш первый грандиозный успех.
  Данго вернулся к своей работе, лишь через некоторое время вновь ожив:
  - Като-кун?
  - А?
  - Так на тебя не действует теперь гендзютсу?
  Я кивнул:
  - Слабое - да. Направленное не на конкретного синоби, а на площадь, почти всегда тоже. Правда Ирука-сенсей пробивает мое сопротивление за несколько секунд.
  - Вы с ним тренируетесь?
  - Да, немного.
  Почесывая бритый затылок, поудобнее развалился на стуле. Не очень удобно, согласен, но кое-как устроился. Сказать честно, устал. Долгая и монотонная работа, тесты, опыты, еще обучение. Выпить бы не отказался. Или дунуть. Сначала спарринги спасали, давали разрядку, но опять чувствую себя муторно. Работал над техникой клона - были у меня на нее планы, только вот никакого толку, если я больше двух создать не могу. Еще потратил много времени на изучение техники печати, стоящей на моем грузе. Я проверял, если грузы работают, масса моего тела все равно не меняется. Но как-то они создают сопротивление? Хитрая техника, и я желал ее изменить и перенести в другое место и в другой форме, но понятия не имел, как. Мне нужна была разрядка.
  - Данго? А ты случаем не знаешь рецептов каких-нибудь наркотиков?
  - Знаю, - признается он, хотя я почти не сомневался. - А тебе зачем? Хочешь оружие сделать?
  - Нет, для себя.
  Зря я, наверное, сейчас не смотрю в его сторону - занимательная должна быть морда. Хотя еще не факт - он такие вещи порой с каменным лицом выслушивал, что о-го-го.
  - Тебе для транса?
  Хм, если бы я знал, что он имеет в виду...
  - Угу.
  Звуки шагов, открылся какой-то ящик, снова шаги, и мне в руку попадает небольшой пакетик.
  - Засыпь немного под язык, - объясняет он и возвращается к своей работе.
  - Немного это треть пакетика? - решил все же уточнить. Пакетик и вправду был маленьким.
  - Да, думаю, хватит. Если не подействует - выплюнь, прополощи рот и засыпь побольше.
  В тихом омуте черти водятся. И киборги. И инопланетяне точно.
  - Спасибо.
  Засыпаю почти безвкусный порошок под язык, притягиваю второй стул и ложусь на два, чтобы случайно не улететь куда-нибудь, и закрываю глаза.
  Мать Моя Гвардейская Кавалерийская Дивизия!!!
  Давно я так не удивлялся. Сначала даже подумал, что все - каюк, окочурился с дури. То место, где я себя ощущал, очень напоминало то, что я видел в мире Смерти. Только тут не было спирали и других духов. С одной стороны (условно будем считать низом), потому что я опять болтался в пространстве с нулевой гравитацией, простиралась темная водянистая гладь, будто поглощающая свет. Сверху такая же гладь, только светлая и этот свет вырабатывающая. Я между ними повис, вроде, все нормально. Так, память? Ой ты ж елки... Все вспомнил, что плохо помнил - и то вспомнил. Из этой жизни, почти от рождения. Так, в сторону память, что у нас с сетью чакры? Вау! Так отчетливо я ее еще никогда не ощущал. А что с внешним миром? Открываю глаза, чувствую рябь. У звуки аж давят. Но, вроде, нормально - живой, целый. Медленно приподнимаю голову, находя глазами Данго.
  - Что это?
  - Тебе перечислить список ингредиентов? - ха, а у паренька есть чувство юмора.
  - Нет. Опиши действие. Что со мной?
  - Этот наркотик помогает сосредоточиться на чем-то одном, отрезав все остальное. Стимулирующее средство.
  Откуда ты его достал?
  - И что? Его не используют?
  - Используют, - все тем же спокойным ровным голосом ответил он, - но редко, да и гэнинам оно запрещено, в АНБУ по большей части. Если применить в бою, можно улучшить реакцию, сосредоточившись на поединке. Но ты перестанешь чувствовать боль, если не научишься расширять внимание. Насколько я понял, опытный синоби вполне в состоянии его использовать, но новичок, сосредоточившись только на поединке, даже не сможет здраво мыслить и реагировать на изменяющуюся обстановку. Опасное средство, в общем. Я пользуюсь, когда надо подумать или покопаться в памяти, чтобы в транс войти. Только дважды подряд использовать совсем не советую.
  Моя паранойя забила тревогу. Даже для Данго это было несколько чересчур. Ну-ка, как он выкрутится:
  - Откуда такие познания?
  - Мой отец этим занимается.
  - Чем, этим? - удивился я.
  - Создает яды и стимуляторы. Во многих кланах используют свои собственные, но кто-то же должен делать их и для деревни.
  Что я раньше об этом не спрашивал? Хотя это чертовски многое объясняет. Правда, паранойя так и не успокоилась, но...
  - Но мне, значит, употреблять можно? - уточняю на всякий случай.
  - Ты же сам сказал, что для транса, - безмятежно ответил киборг.
  - А есть такое же, только чтобы вдыхать?
  Данго повернулся ко мне, видимо, обдумывая ответ, кивнул:
  - Да, можно сделать. Только будет слабее.
  Еще один пунктик в мой конечный план.
  
  Глава 13.
  
  Конечный эскиз моего супергеройского снаряжения подходил к завершению, хотя я не представлял, как буду доводить его до ума, но после неожиданного открытия пришлось вносить поправки. Наблюдал я как-то за синоби, прыгающими по крышам и стенам, что заправские спайдермены. И стало мне жуть как интересно - а как они это делают? Сначала обратился к справочнику, но тот лишь сказал, что это как-то связанно с контролем чакры. Контроль у меня был на высшем уровне, ну... На хорошем таком уровне... Но я-то так не умел, мне нужен был сам принцип работы. Сначала начал ломать голову по поводу, где подсмотреть... Пока вновь не принял того чудодейственного наркотика - ой, хорошо, что он не вставляет, и зависимости нет, а то я бы тут прилично залетел по этому делу. Короче, залез в транс - пусть мой внутренний мир меня крайне напрягал, и в него я возвращаться лишний раз не стремился - и начал думать на эту тему. Параллельно прокручивая воспоминания и ковыряясь в системе циркуляции, но то и другое было просто для наработки навыка. Я хотел в последствии использовать наркотик в боевой обстановке и собирался научиться разделять внимание на два-три потока. Непросто, но дело, скорее, практики, чем сложности. В последствии понял, что это как музыку в фоне слушать - можно даже напевать, не отрываясь от основного занятия. Естественно, и внимания каждому отдельному потоку уделялось несколько меньше, но все же весьма удобно. В общем, медетировал я, пока не сообразил. Тот самый ужасный монстрик из моего детства, который все еще хранится где-то дома. Я его как-то к ладони притянул, да и сэнбон свой запускал, фактически его не касаясь, а раз могу притягивать и отталкивать разные мелкие предметы, может, и себя смогу на стенку повесить? Вдруг получится. Воодушевленный, подошел к стене, приложил руку, пустил чакру, наблюдая за результатом. Прилипла. Хм, офигеть. Принцип действительно абсолютно тот же. Приложил вторую руку и оторвал ноги от пола. Повис. Попробовал опереться ногами и провернуть тот же трюк, но свалился. Сначала даже не понял, в чем подвох. Лежа на полу приложил ногу к стене и попробовал снова. Ничего. Встал и приложил руку - все нормально. Если все должно работать, но не работает, значит, что-то мешает. Посмотрел на ноги. Во я дурак! Подошва-то толстенная, чакру пропускает слишком медленно, и нормальный контакт с поверхностью не получается. Черт!
  С огромной тоской в сердце отказался от толстой подошвы. Тот, кто после долгого ношения сапог, когда уже к ним совсем привык, почти сроднился, переодевался в кеды и случайно наступал на камушек, меня поймет. Раньше мне было пофигу, куда ступать и где идти - теперь придется посматривать под ноги. Печалька... Надыбал себе здешние ниндзийские тапочки и сидел в лабе вместе с Данго, придумывал, как бы прикрутить такие тапочки к остальному костюму. Новая способность изображать из себя спайдермена не впечатляла вовсе.
  Неожиданно дверь лаборатории раскрывается с силой удара ногой, и к нам в гости забегает... Миина? Девчонка, увидев нас, вскидывает руки для произнесения техники... Бах...
  Что за нафиг? Что сейчас произошло? Оглядываюсь. Дверь в лабу закрыта, Данго что-то там ковыряет. У меня иголка в пальце... Как я ее туда воткнул? И чем я вообще занимался? Приснилось, что ли? А что приснилось? WTF?
  Дверь с грохотом отворилась, и к нам залетел гость. Или у меня дежавю? Но сейчас перед нами стоял взрослый мужик, которого я, пусть и не сразу, но узнал. Этот мужик был с Мииной во время поступления, да и после я пару раз видел их вместе. Встал, чуть поклонился.
  - Здравствуйте, Курама-сама.
  И пнул Данго, чтобы он повторил за мной. Этот, который и на Хокаге-то не реагировал, а тут...
  - Здравствуйте, Курама-сама, - повторил он, хотя Курама Ерои, наверное, и не помнил. Блин, как склонять местные имена фамилии, порой ума не приложу.
  Тот бросил на нас взгляд, полный неприязни, обвел таким же взглядом нашу скромную обитель и, так ничего и не сказав, вышел. Забавный кадр. Такое ощущение, что он из местной аристократии, типа "Вы Все Говно!" Ну, у каждого свое - Данго, вон, тоже не самый приятный на первый взгляд паренек, и ничего же, мы с ним почти друзья, пусть я ему и не доверяю.
  Та-а-а-ак... Напоминаю себе про свой последний вопрос... WTF? Если это не моя паранойя и не приход от наркотиков, то...
  - Выходи, он ушел.
  Данго удивленно посмотрел на меня, а из-за дальнего стола появилась голова Миины.
  - Ты все еще под действие моей техники.
  - Я просто предположил... И угадал.
  Короткая вспышка легкой боли в черепушке, и все прошло. Ну, я и не сомневался, что спец сможет пробить сопротивление, причем так, что я даже не замечу. Ну, почти.
  - Ты понимаешь, что не самая лучшая идея - прятаться от своих родителей? - с таким серьезным тоном спрашиваю я.
  - А ты понимаешь, - вставляет свое слово Данго, - что использовать запрещенные средства тоже идея не из лучших?
  Вот жук навозный. Это он что, перед девчонкой нахохлился, или я его все же растормошил за столько времени?
  - Это для пользы дела, - отмахнулся я.
  Готов поклясться, он ухмыльнулся. Вот же... спиной чувствую.
  - Ты меня выдашь?
  - Еще не знаю, - пожал плечами. - А стоит?
  Миина нахмурилась. Надо как-то разрядить обстановку, только вот как?
  - Ты от него всерьез бегала? Или у вас игра какая?
  - Какое тебе дело? - огрызается она.
  - Ну, если он сейчас вернется, то тебе либо стоит снова спрятаться, предварительно вновь промыв мне мозги, либо бежать.
  Лицо девушки стало угрюмым и каким-то тоскливым.
  - Не вернется. Просто сегодня вечером меня снова накажут.
  Я повел бровью - даже точно не знаю, как это чувство называется:
  - Снова? Что, это у вас такая семейная традиция?
  Миина стрельнула в меня гневными глазками, и я поднял руки:
  - Прости, прости! Считай, что не спрашивал. Ну, если я чем могу помочь, скажи. В пределах разумного и возможного, конечно.
  Девушка огляделась, на лице ее играли сомнения, но все же она попросила:
  - Возьмите меня в свой кружок.
  Хм, интересное предложение, но...
  - А тебе не запретят родственники?
  - Нет, думаю нет. Ну, если запретят, хотя бы попробуем. Если ты хочешь помочь?
  Я кивнул:
  - Хочу. Но сможешь ли ты помочь нам? Хотя...
  Клан с техниками по гендзютсу. Опять же устраню еще один пробел, который меня сейчас сильно нервирует...
  - А очень хорошо разбираюсь в запечатывающих техниках! Смогу помочь. Ну, там, сюрикенами свитки наполнить...
  Есть контакт, то, что нужно.
  - Ты официально принята! - уверенно и торжественно произношу я.
  - Принята кем? И куда? - бурчит Данго.
  - А-а-а... Не слушай его, есть у меня к тебе ряд важных вопросов, специалист по запечатыванию...
  
  Глава 14.
  
  Миина - гений! И пусть моя паранойя орет во весь голос, что такие люди просто так на дороге не валяются, сейчас я готов это терпеть. Пока она делает то, что мне нужно, и не лезет в то, что я делаю, пусть хоть шпионом вражеской деревни окажется - даже не поморщусь. Ее познания в запечатывающих техниках помогли мне наконец завершить ткань, причем почти в таком виде, в каком она мне была нужна. В арсенале Курама нашлась техника... даже не знаю, как назвать... визуальной маскировки. Не суть важно - просто вариация на тему гендзютсу, способная скрывать объект от прямого обнаружения. Против синоби полезна не более, чем другие техники того же направления. Но Миина, хоть и убила на это почти полгода, написала печать, придающую объекту, на который она нанесена, то же свойство. Я едва не рыдал от счастья; еще почти полгода ушло на, собственно, пошив полного костюма из этой ткани. Пришлось продумывать вентиляционные клапаны и прочие мелочи, так как ткань вышла плотнее, чем я вначале рассчитывал. Естественно, невидимым она меня не делала - сейчас, разбежался. Даже на фоне стены костюм выделялся маслянистым пятном, но в листве его обнаружить было практически невозможно. А если учесть и сложности обнаружения сенсорами, эдакий диверсионный костюмчик выходил. В респиратор я встроил капсулы с пылью, что приготовил Данго: можно использовать, не снимая маски, и даже рукой касаться не надо -только чакру подать. Как оружие собирался использовать запечатанные сюрикены, бросками которых овладел весьма хорошо. И пусть брошенный по синусоиде снаряд попадал в цель восемь раз из девяти, я их собирался швырять пачками, чтобы наверняка. Вместо свитков с запечатанными в них снарядами заказал у Миины печать, нанесенную куда-нибудь на запястье, которую я мог неоднократно использовать. Последним штрихом мне хотелось устроить еще один финальный аккорд. Такой, мощный.
  - Ребята? Вы много знаете о технике Теневого Клонирования?
  - Это когда реальный клон создается? - спросил Данго. - Техника ранга B.
  - Угу. Только мне нужен не совсем свой клон. Я могу клонировать сюрикен?
  В этот раз голову подняла Миина, продолжавшая что-то там рассчитывать за своим столом.
  - Такой техникой владеет Хокаге-сама. А тебе зачем?
  - Да так, хочу научиться. Нет, неверно, - я поднялся и посмотрел Миине в глаза. - Ты сможешь сделать печать, в которой вместо запечатанного объекта появлялся его клон?
  Наступила короткая пауза, которая слегка затянулась, после чего мне в лоб прилетел какой-то увесистый свиток, уронивший меня на пол вместе со стулом.
  - Ты идиот! Конечно же нет! - проорала Миина, - Я и так сделала невозможное, переписав технику гендзютсу в печать!
  - А я прошу тебя переписать технику ниндзютсу в печать, - не вставая с пола, ответил я.
  Тут же прилетел новый свиток, причем по более замысловатой траектории, и приземлился на мой лоб сверху вниз. Блин, не девчонка - пушка! Гаубица целая!
  - Не просто переписать, а соединить с другой техникой! Ты спятил, Като!
  - Да я спросил просто.
  А вот Данго неожиданно встал на мою сторону:
  - Клан Узумаки славился своими техниками печатей.
  - Их квартал уничтожен, - напомнила Миина.
  Данго кивнул, но продолжил:
  - Мой дом стоит недалеко от архивов деревни. Там же рядом работает мой отец. Так вот после уничтожения Учих в архивы унесли несколько крупных свитков. Я уверен, что часть свитков с работами Узумаки тоже уцелела и хранится там же.
  Я даже с пола поднялся, когда дослушал.
  - Данго-кун? Это ты? Нас просто за твои слова наказать могут.
  Он смутился, неуверенно выдавив:
  - Ну мы же все вместе над этим работаем.
  Хм. Я почти поверил. Нет, серьезно, почти. Только вот даже сейчас ни он, ни Миина целиком не представляют всех свойств костюма, и вряд ли смогут его воссоздать. Нет, все материалы Данго знает на зубок, но вот как они применены, это ему неизвестно. У меня же все вышло далеко не с первого раза. Миина, естественно, знает печати, но не более. Так что это работа все же моя. И моя паранойя все еще никому особо не верит, но, они же мне помогают, так не отказываться же.
  - Архивы охраняются, - наполнила нам обоим Миина, - к тому же ты хочешь, чтобы Като приволок все эти свитки сюда?
  - Не придется, - ответил уже я, - мне достаточно увидеть, а с помощью наркотика абсолютно точно повторить то, что увижу. К тому же нам не нужны техники S класса, а именно они, как я понимаю, охраняются действительно серьезно.
  Данго кивнул:
  - Архивов несколько. Может, нам повезет, и того, что найдет Като в слабоохраняемом, тебе будет достаточно.
  - Но нам все равно нужна техника клонирования сюрикена, - напомнил я, - так что расслабьтесь. Идея снимается с повестки дня.
  Миина тем не менее задумчиво смотрела перед собой. Долго так сидела, что-то обдумывая, я даже забеспокоился. Надо ее отвлечь:
  - Эй! Миина-тян!
  - А, что?
  Я подошел к ней, отмечая, как она быстро закрыла какие-то бумаги бесполезными листочками. Ага, что-то скрывает, определенно. Подошел к столу и положил перед ней один из своих тренировочных грузов.
  - Знаешь, как это работает?
  - Ну, да, конечно. А что? - она даже замешкалась от неожиданного вопроса.
  - Вот скажи мне. Эта техника работает на массу тела, или увеличивает нагрузку на мышцы?
  Миина, до этого будто летавшая в своих мыслях, наконец сосредоточилась и так задумчиво посмотрела на груз перед ней, будто видела впервые.
  - Тут... Не все так просто... А что ты хочешь получить?
  - Обратить эффект наоборот, - пожал я плечами, - если я правильно понимаю, как это работает. Удар чтобы делать сильнее с помощью этой печати. Возможно?
  Она сначала задумалась, а потом тяжело выдохнула, с укором глядя на меня:
  - Ты опять просишь невозможного.
  - Но ты же у нас гений, - отвечаю ей с улыбкой.
  Есть, подцепил. Ей теперь самой хочется сделать невозможное - по глазам вижу, что хочется.
  - Давай так. Ты принесешь мне свитки Узумаки, и я попытаюсь что-нибудь сделать.
  Я перевел взгляд на свой костюм. По идее, он давал хорошую маскировку, так что у меня был шанс. Небольшой, но был. А если поймают? Ну, малоприятно, это естественно. Но тогда уже придется рассказывать, на кой мне эти свитки нужны, хотя ребят подставлять и не охота. Да только... Кого из них я подставляю? Данго, который у меня с каждым днем вызывает все больше подозрений? Или Миину, девочку-гения, будто случайно свалившуюся мне в руки? Выкрутимся - попробуем, во всяком случае. К тому же если костюм бесполезен, то я впустую угрохал все эти годы, и можно даже не плакать о потерянном. Дурак, сам виноват. Зато если прокатит...
  
  Глава 15.
  
  И что я делаю? А ведь достаточно далеко зашел, если сижу здесь. О своей прошлой жизни уже не задумываюсь, да и эта жизнь мне теперь куда ближе и роднее. Ага. И именно по этой причине я сижу на ветке и смотрю на несколько стоящих в стороне складских помещений. Вот он, архив. В смысле, это далеко не он сам и уж точно не весь. Все самое важное хранится в другом месте, вообще вряд ли кому-то, кроме единиц посвященных, известном. А еще где-то хранится все материально ценное. И тоже наверняка хорошо охраняется. Но где-то же нужно хранить и не столь важные записи? Переписи населения, купчие всякие, весь административный аппарат. Кроме того, есть старые тайны - те самые скелеты, вроде свитков Учиха. Почему бы ими не воспользоваться, даже не глядя на почти уничтоженный клан? Ага, не так все просто. Я чуть позже выяснил, что резню в их клановом районе учинил один из своих, более того, все важное наследие клана забрав с собой. Ну, кроме самой резни, все логично. Он теперь изгой, и, чтобы хоть как-то выжить, ему, по идее, нужно как-то купить право на жизнь. То, что этот маньяк-мясник должен быть просто невероятно сильным синоби, это пока не учитываем. Так вот, прекрасное объяснение: свитки ушли вместе с ним, а свитки Узумаки уничтожены при разгроме их квартала. Неспокойная деревенька эта Коноха. Два сильных клана полностью уничтожены всего за десяток лет. Наруто и Саске не в счет - это уже не кланы, так...
  Спинной мозг в самой нижней точке ныл и зудел. Я рисковал. Я очень сильно рисковал. Но и дальше просто сидеть без дела уже не мог, в том смысле, что вся эта возня мне надоела до чертиков. И сейчас я не чувствовал ни капли страха - только предвкушение от опасности. Вчера просидел на этой ветке почти весь вечер. Караулили этот архив из рук вон плохо: пара, сменявшаяся четыре раза за сутки; были места и с более плотной охраной, но я только радовался. Меня никто не замечал. Ни несколько дзенинов, прошедших прямо подо мной, ни несколько команд с тюнинами во главе. Даже парочка из спецкоманды, что-то забравшая из архива, а может, что-то оставившая (приходили и уходили они налегке), и та прошла мимо. Может, среди них просто не было сенсора, а может, еще что, но я приободрился.
  Как только немного стемнело, спустился из своего укрытия и подобрался ближе к сторожам, естественно, прячась в укрытиях. Болтают, пусть и не очень оживленно, но болтают. По сторонам поглядывают, но не особо серьезно. Посмотрел на вход. Дверь. Без замка. Это как объяснить? Нет, я серьезно чего-то не понимаю в этом мире. Печати? Скрытые техники? Это место - или тут просто ничего нет, и я приперся не по адресу? Обошел склад: блин, это реально склад простой. Данго меня на... обманул, в общем.
  Залез на крышу и едва с нее не свалился. От охуевания. Там оконце было, прикиньте, открытое. Секретный, млять, склад. Вентиляция, чтоб ее. Подполз, посмотрел. Хорошо так посмотрел - не верю в открытые двери. И правда, не все так просто. Если приникнуть лицом к одному краю и посмотреть на другой, можно заметить несколько печатей под рамой. Так, это не вход, однозначно. Переползаю на конец крыши, смотрю сверху на дозорных. Так, еще раз вблизи, как они открывают дверь. Пролежал примерно полчаса, пока не пришел какой-то мужик в забавном - чиновник, наверное. Предъявил какой-то то ли пропуск, то ли документ, один из синоби кивнул и, подойдя к двери вместе с мужиком - а они стояли метрах в тридцати, дозорные, мать их - и просто открыл дверь. Ндя. Моя паранойя в тихом трауре. Почти уверен, что ничего меня интересующего внутри нет. Вот уверен абсолютно. Вернулся к окошку и наблюдаю за чиновником. Он тащит с собой фонарик, так что мне неплохо видно содержимое полок. Свитки, свитки, свитки. Большинство слишком малы, но есть и крупные - эдакие обойные рулоны, а не свитки. На них знаки, но разобрать не могу - мелко. Однако несколько крупных свитков лежит в стороне. И, хм, на одном из них действительно знак клана Учиха, а на другом знак водоворота - это и есть Узумаки, насколько я понимаю. Хм, а я все же по адресу.
  Дождавшись, пока чиновник уйдет, а синоби вернутся на пост, осторожно спустился к воротам, еще раз их быстро осмотревшись. Но ничего не заметил. Эх, момент истины. Берусь за ручку и аккуратно тяну в сторону. Поддались, даже не скрипнули. Шмыгнул внутрь и закрыл за собой. Так, клановые свитки. Это Учиха, на них побоку. Еще какие-то свитки. А вот и искомый, даже целых три. Пытаюсь открыть первый. Ага, фиг. Не могу зацепиться за край. Запечатан, зараза. У этого клана, наверно, был особый сдвиг, запечатывать все и вся. А может просто защита. Короче мне все равно не открыть, едем дальше. Второй поддался, открываю, смотрю. Трамс, парарамс, не то, даже близко не то, не то. Описи, описи, земля, бюрократия в общем всякая. Третий свиток. Так-с, так-с...
  Шум открывающейся двери, и я тремя прыжками оказываюсь в темном углу. Естественно, положив все как было. На этот раз женщина какая-то, синоби. Что-то ищет, перекидываясь короткими фразами с одним из дозорных, оставшимся у входа. Давай, дамочка, мне тут, конечно, не западло висеть, но время то идет. Минут десять она что-то искала, затем меня снова оставили в одиночестве. Вернулся к свитку. Та-а-ак-с. А вот это уже ближе к нашей теме. Вообще, учитывая, как тут пишутся такие вот, хм, свитки, тяжело найти что-то конкретное. Однако тут много интересного, есть и по интересующим меня вопросам.
  Свиток был длинным, даже на беглый просмотр ушла прорва времени, чуть ли не час, наверное. Хотя я даже рад, что тут не мелкий текст, хотя и такой встречается, а все же больше всякие большие символы. Стоило закрыл свиток, раздались голоса снаружи. Едва успел добраться до заветного угла, когда внутрь зашел библиотекарь академии. А этот что здесь забыл?
  - И не надоедает вам регулярно переписывать эти свитки, Унаха-сан? - спросил синоби.
  - Ничего вы не понимаете, молодежь. Если не я, то кто станет это делать? Случись что, как выбудете восстанавливать все эти знания?
  - Ну... Ваша правда, - не стал спорить синоби.
  Хм. Библиотекарь принес два крупных свитка, оставив их несколько в стороне от клановых, и, продолжая переговариваться со сторожами, удалился. Я спустился к свиткам и заглянул в них. В первом поучения по обучению маленьких будущих ниндзя. Побоку. Во втором записи по истории, географии и прочая подобная информация, чуть превышающая то, что нам рассказывали. Можно было взять в индивидуальном порядке в библиотеке, но у меня никак не доходили руки. А тут в едином свитке - надо заглянуть. Еще около часа с куста. Все, максимум еще один свиток, и надо отсюда валить. Хватит уже злоупотреблять гостеприимством. Подобных свитков тут еще лежало с пяток, покопавшись, в них нашел один, посвященный нужному вопросу, пусть и немного не в том направлении. Тут что-то про взрывные печати и так далее. Так, архивируем-с. Все, по тапкам!
  Несколькими скачками добираюсь до двери и прислушиваюсь. Все так же переговариваются, в остальном тихо. Чуть приоткрыл дверь. Все спокойно. Выскользнул наружу и сделал два шага, когда что-то скрипнуло за углом. Замер, самым уголком глаза из под капюшона глядя на дозорных. Обернулись, поводили глазами по стене, к которой я прижимался, но по мне, как по пустому месту. Зачет! Синоби вернулись к разговору, а я поторопился смыться. Завтра начну переписывать увиденное, кроме свитка с географией. Он мне именно в голове нужен. А как без него? Мне в этом мире жить, да еще и воевать, и желательно как можно точнее знать дорожные сети и населенные пункты. Не надо объяснять, зачем?
  
  Глава 16.
  
  Поглаживая уставшую шею, откладывал очередную газовую гранату в сторону. Всяких химических порошков и прочего у нас осталось много, так что я с интересом готовился к грядущему. Нет, местные дымовые шашки меня вполне устраивали, но я разбирал их и дополнял кое-чем своим. Разными ядами, на самом деле, совсем не обязательно смертельными, или даже как-то калечащими. Слезоточивый газ, точнее, его аналог, только несколько более слабый - вот что я желал получить. К плотному респиратору, который пришлось совершенствовать, увеличивая количество фильтров как чакры, так и обычных - пришлось аж на спину частично перенести. Задник получался немного громоздким, но я должен был быть уверен, что не задохнусь от собственного яда. Так же добавил плотные очки, которые пока вообще не носил, но держал в запасе. Согласитесь, сложно атаковать противника в ближнем бою, если его окружает облако весьма неприятного газа. Мой костюм достаточно плотный, чтобы практически не пропускать газы. И, специально для жучков Абураме, добавил в прослойку каверзный яд от насекомых. Разве что с темным, верхним слоем надо было что-то придумывать: днем на открытом солнце становилось жарковато - если бы не очередная выдумка Миины, с помощью которой можно было чакрой выпускать тепло из костюма, была бы вообще беда. Правда, тогда терялась маскировка, и производить такие действия следовало не на глазах того, от кого хочешь скрыться. Хотя костюм вообще был скорее ночным - тогда не было сильных источников света, от которых маскировка становилась слишком маслянистой и заметной.
  Миина обещала все же закончить с печатью, клонирующей запечатанный объект. Что-то ей там пришло в голову, так что я ее не отвлекал. Ее, кстати, сегодня не было. Данго тоже не было, но он продвигался не менее бойко, даже обещал что-то придумать против огня. Ну, это мне уже было не так важно. Интересно, конечно, но дальнейшее увеличение слоев могло превратить пока еще гибкий и относительно легкий костюм в малоподвижный скафандр. А это был уже перегиб. Да и времени почти нет: выпуск через год с маленьким. Все, я на финишной прямой. Подрос физический порог организма, неплохо так подрос. Я почти держался против Кибы, если не подключался мелкий гад Акамару. Развил свой источник чакры, как мог - тренировался, в общем. Вот только терзало меня какое-то странное предчувствие. Нет, не нижней областью спины - паранойя пока помалкивала. Скорее, какие-то нехорошие предчувствия упорно не давали покоя. Подошел к окну: ранее утро, занятия еще не начались. Сколько же было моей радости, когда разрешили приходить пораньше. Перегонка яда - процесс долгий, но вмешательства не требующий. Обычно я ставил аппарат вечером, а после занятий приходил и получал яд. Зато теперь оставлял порцию вечером, приходил утром, сцеживал, вновь заправляя аппарат. Плохо представлял, как именно все это работает - это была больше область Данго, он этот процесс выучил на отлично.
  Спокойствию моему пришел полный и окончательный каюк, когда в лабораторию ворвался уже виденный мною Курама Ерои с бешенным взглядом, взлохмаченный.
  - Где Миина?!
  Я, понимая, что вроде как что-то произошло, решил не тянуть с приветствиями и вопросами:
  - Ее еще не было с утра, Курама-сама.
  - Как не было? А где она? Когда ты ее видел в последний раз?
  - Вчера вечером перед уходом. Она уже тоже собиралась уходить, но...
  - Она не возвращалась домой.
  Щелк! - переключатель в голове сработал. Вот то чувство, которое грызло меня все это время. Ерой, убедившись, что девчонки здесь нет, и мы не знаем, где она, выскочил из лабы и побежал дальше. Но я тоже не остаюсь на месте. Человек никогда не пропадает бесследно; взяв респиратор, пустил наркотик и сделал несколько вдохов. Мне нужно соображать, очень нужно. Подошел к столу Миины. Она уже пыталась что-то от меня скрыть - вполне возможно, что что-то еще здесь осталось: исписанные бумаги, какие-то печати, хлам. Не то, не то. В столе - ящики, записи. Листы, исписанные мелким почерком. Не то, не то, не то. Печати, скомканная бумага, какие-то зарисовки, карта... Карта? Страна Огня. Беру в руки и раскладываю на столе. Отметки. Много отметок. Всяких и разных: квадратики, треугольники, точки, кружочки, вообще непонятные фигуры. Слишком хаотично, бессистемно. Нет, что-то тут есть. Она умная девочка, но все же девочка - должны быть следы. Так, все фигуры разбросаны по всему листу карты. Нет. Не все. Точки. Все точки примерно в одном направлении. Так, так. Расстояние от Конохи до ближайшей точки. Немного меньше дневного перехода. Следующая, есть. Потом, тоже есть. Так, стол, еще зацепки, еще хоть что-нибудь, кроме примерного маршрута. В столе ничего, а в корзине для мусора? Ох, как хорошо, что я ее вчера не выбросил. Листки, листки. Свиток. Брошюра. Стоп, что? Сеть горячих источников с картинки фасадов. Семь, восемь, девять мест в Стране Огня. Карта. Раз. Два. Три. Четыре. Пять, есть пять совпадений. Маршрут и остановки есть. Как она будет двигаться? Днем или ночью? Идти к первой точке или сразу рвануть ко второй? А-а-а! Стой! Какого черта я собираюсь делать?! Мне надо лишь сообщить, кому надо. И что? Вдруг это побег (в чем я почти не сомневаюсь уже)? От кого побег? От чего? Дурак! Надо было внимательнее присматриваться к человеку, с котором сдружился - откуда мне теперь знать? Проблема в том, что она, может, и не бежит. Она может быть предателем.
  От одного слова тело прорезала ярость, в памяти всплыл едва различимый образ. Предатель. Ярость, которую я при этом испытывал, заставляла сжиматься кулаки до крови от ногтей. Я должен знать, что произошло! Если просто сдам ее... Нет, не хочу. Я должен узнать. Она ушла вчера. Вчера, вместе с рабочими, покидающими вечером деревню, вчера, вчера... Да, были такие. Слухи, с чужих рассказов. Большая строительная артель. Миина неплохо владеет превращением. Могла проскочить. Тогда она будет передвигаться ночью, а спать днем. Если ее преследуют, тем более, не зная, где искать, большая часть ищущих будут идти днем. Тогда я должен до вечера повторить ее путь.
  Хватаю костюм и быстро облачаюсь в него. Входит Данго, вопросительно глядя на меня:
  - Като-кун?
  - Слушай, некогда объяснять. Я собираюсь сделать огромную глупость, так что не мешай.
  Закончив облачаться, я выскочил наружу. Эх, как же плохо, что придется бегать под солнцем. Сторонясь других синоби, добрался до ворот. Увидев повозку, похоже, выезжающую из деревни, незаметно влез под нее и включил маскировку. Лишь бы не сопреть, пока тут повис. Повозка медленно подъехала к воротам. Синоби, один из дежуривших сегодня, подошел, коротко переговорив с возничим. Он даже немного осмотрел повозку, но махнул рукой, и мы поехали дальше. Выбравшись за пределы деревни и отъехав на некоторое расстояние, я выскользнул из укрытия и схоронился в кустах. Так, карта. В памяти "хранилась" карта Страны Огня, и я наложил на нее маршрут Миины. Так, так, все повороты запомнили. Переключив потоки чакры на длительный марафон, сосредотачивая внимание на окружающее пространство и аккуратный бег, я рванул с места.
  
  Глава 17.
  
  К первой отмеченной на карте деревушке добрался изрядно вымотанным. В пути пришлось повторно использовать наркотик, что мне еще аукнется в ближайшее время. Но я был здесь. Спокойная деревенька, ничего особо интересного. Фасад горячих источников я помнил. Маскировку пришлось снять примерно через несколько километров от Конохи, а то досюда добрался бы пустой. Сейчас я пробежался по крышам, выискивая знакомый образ. Оказалось не так сложно: не настолько большая была деревня, да и горячие источники - это и есть горячие источники. Нехорошо, но придется подглядывать. Снова замаскировавшись начал проверять одно окно за другим. К источникам прилагалась гостиница, чем и воспользовалась Миина, но днем комнаты, в основном пустовали... Нет, вот в этой совсем не пусто... Дальше, дальше. Есть.
  На глаза попалась знакомая сумка - пару раз видел ее на ней. Открываю окно и заскакиваю внутрь. Девочка, лежавшая на кровати, вздрагивает, удивленно глядя на открывшееся окно, но замечает и меня. В дневном свете не так уж и сложно.
  - Като-кун?
  - Миина-тян...
  В окно влетает кунай, загорается искра, и раздается мощный бах...
  
  * * * * *
  
  Открыв глаза, сначала не могу сфокусироваться. На груди стоит что-то тяжелое, а руки прижаты за спиной, но не связаны. Маску с меня тоже никто не снимал, когда все же сумел сфокусироваться, увидел нависшее надо мной лицо в маске АНБУ. Все, допрыгался. Тем не менее синоби даже не вытащил оружие, просто удерживая меня коленом. На кровати лежала связанная Миина. Глаза пустые и безжизненные - она уже сдалась. Еще один АНБУ осматривает комнатку, проверяя вещи Миины. Наконец он находит что-то в одной из сумок. Достает плотный свиток и подносит к лицу Миино.
  - Прихватила что-то лишнее? Миина Курама-сан?
  Вторым бойцом АНБУ оказалась женщина, но это значения почти не имело. Миина даже не отреагировала на показанные ей свиток, все так же глядя в пустоту посеревшими глазами. АНБУ вытащила из ножен свой клинок:
  - Согласно законам Конохи, тебя ждет...
  - Стой! - дернулся я, пытаясь высвободиться.
  Колено сильнее надавило на грудь, но женщина решила ответить:
  - Видишь этот свиток? В нем запечатано много предметов, ценных для Конохи и клана Курама. Она собиралась купить с помощью этого себе новую жизнь в другой стране. В другой деревне. Она предательница. Она предала свой клан. Она предала свою Деревню. Она предала и тебя.
  Глаза ее чуть дернулись, но она так и осталась лежать, не шевелясь. Она признавала свою вину. Глаза говорили об этом. Слова женщины вызвали в голове новый поток образов: ярость, злобу, гнев. Что-то мучило меня, что-то... Что-то из той, прошлой жизни... Что-то, что я уже забыл. Хотел забыть. Сильно хотел забыть, но сейчас чувствовал это, как никогда раньше. Месть. Желание убить. АНБУ снова занесла оружие над Мииной, но я вновь взбрыкнул:
  - Стой! Дай мне!
  Женщина посмотрела на меня. Не знаю, какие эмоции она испытала, маска скрывала лицо, да и не важно это было сейчас. Я прохрипел:
  - Она предала и меня... Дай мне нанести удар...
  Глаза Миины расширились от страха. Ей было не страшно умирать, но она так боялась, что именно я нанесу удар. АНБУ переглянулись, женщина кивнула, и удерживающий меня мужчина отступил. Я поднялся, чувствуя, как разгоняется сердце, как учащается дыхание. Женщина крутанула клинок в руке так, что лезвие оказалось на ее ладони, а рукоять направлена ко мне. Слегка дрожащей рукой я взял оружие и подошел к связанной. Я чувствовал многое. Будто все, что накопилось за прошлую жизнь, вылилось на меня сплошным потоком. Мне было обидно. Мне было больно. Но клокочущая ярость затмевала эти чувства ярко красной пеленой. Я помнил одну фразу из прошлой жизни. Одну, вырезанную на моей душе. Занося над ней клинок, я почувствовал, как перестала дрожать ладонь. Месть будет именно такой, какой желает этого мое прошлое. Она смотрит в мои глаза, и я чувствую, что этот взгляд мне знаком. Знаком до боли, въевшейся в мозг. Глаза человека, не ожидавшего такого предательства, но предатель она, а не я. Так почему она смотрит на меня этим взглядом? Но ярость клокочет все сильнее, заставляя двигаться.
  - Единственная милость для предателя, - клинок резко опустился вниз. Острейшее лезвие вошло между подбородком и шеей под сильным углом, что масло, прорезав кости черепа, и врезалось в мозг, - мгновенная смерть.
  Голова закружилась, и я отступил назад, прислоняясь к стене, а затем почти сразу оседая на полу. Миина не сделала лично мне ничего плохого, но почему я так отчетливо чувствовал сладкий яд наслаждения от мести? Откуда такая уверенность, что я поступил правильно? Что я наделал? Что такого случилось в прошлом, что сейчас я едва себя контролировал? Девчонка, уже безжизненное тело, даже не успела понять, как умерла. Взгляд ее так и застыл в ужасе и осознании. Ее предали... ее предали... я ее предал...
  
  Глава 18.
  
  Почти месяц меня не трогали. Вот просто не трогали, никто. Я по инерции продолжал что-то делать, но ждал реакции от руководства. Оставил костюм в лаборатории, сдал ключи, занимался только учебой и больше ни во что не лез. Рано или поздно за мной придут - страшновато, конечно, но когда я обдумывал свое положение, ухмылка то и дело проскакивала на моем лице: что могла мне предъявить Коноха? Смылся из деревни? Да, нехорошо, надо наказать, но это так - мелочь. А что дальше? Нагнал своего собственного друга - ну, пусть подругу - и вогнал клинок в черепушку? Не нравится - поцелуйте меня в зад. Самодеятельность, конечно, из разряда самовольного оставления с оружием. Да и черт с ним. Что еще? А вот ничего. Не докопаться. Костюм? Да забирайте. Жалко, конечно, не спорю. Но раз попался, надо и взятку какую сунуть. А костюмчик-то хорош. Кое-кого точно заинтересует. Выкрутиться еще можно, пока. В общем, месяц меня не трогали, а потом как-то раз уснул, но проснулся совсем не там, где хотелось бы...
  Комната. Я сижу на стуле, руки связаны. Стол, с другой стороны - копия моего. И сверху мощный источник света, я даже разглядеть его не могу. Свет делит комнату на небольшой круг, в котором я сижу, и на тьму, которая за его пределами. Сижу, жду. Из темноты на меня выходит женщина. Молодая, симпатичная. Темно-фиолетовые волосы собраны в конский хвост за спиной. Под бежевым пальто с карманами с обеих сторон длинная, до самых бедер сетчатая рубашка. Коричневая юбка. На шее небольшой кулон в виде змеи. Светло-коричневые глаза буравили меня пристальным, ухмыляющимся взглядом. Губы изогнуты в надменной улыбке. Она чувствует свою власть надо мной, и ей это нравится. Убийца. Вот, что я однозначно понял. Она прирожденный убийца. Зверь. Хищник. Я не буду задавать глупые вопросы. Где я? Что происходит? Лень.
  - Минакуро Като?
  Медленно киваю. В этой комнате она задает вопросы, а я только даю ответы.
  - Да, это я.
  Она выкладывает на стол мой костюм.
  - Узнаешь?
  Вновь киваю:
  - Маскировочный костюм. Хотите? Он ваш.
  Она надменно засмеялась, хищно скалясь.
  - Конечно мой. Он всегда был моим. Правда, размерчик маловат.
  Молчу. Она ничего не спрашивала.
  - Хорошо получился. Как тебе это удалось?
  - Рассказать обо всех этапах работы?
  Она чуть повела бровью, тоже насмешливо. Зря я, наверное, шучу.
  - Нет, как ты его сделал, мне и так известно.
  - Данго, - выдохнул я.
  - Не удивлен?
  - Это уже не важно.
  Теперь она кивает. Ее устраивают мои ответы.
  - Ты знаешь о Стране Железа?
  - Нет. Только место на карте.
  Она хмыкнула, будто разочаровавшись:
  - В этой стране нет синоби. Но ее защищают самураи, чьи доспехи способны поглощать чакру.
  Я чуть задумался, кивнув:
  - Я понял, о чем вы. Нет, с ними я никак не связан.
  Девушка поводила кончиками пальцев по темной ткани.
  - Так как тебе пришла в голову мысль создать этот костюм?
  Костюм ее действительно интересовал больше, чем то, что произошло Мииной. Или мне просто кажется.
  - Я изучал историю.
  - И? - она наклонилась вперед, показывая, что внимательно слушает.
  - Понял, сколько опасностей подстерегает меня на моем пути. И хотел защититься от них.
  Она кивнула:
  - Но обычно другие синоби начинают тренировки и совершенствуют свои техники.
  - Рано или поздно кто-то должен был попробовать сделать то, что сделал я.
  Мягкая ядовитая улыбка:
  - Пробовали уже не один раз.
  - Что мешало достигнуть результата? - не удержался я от вопроса.
  - Поспешность, - снизошла она до ответа. - Почти все... пытавшиеся... в конце концов приходили к выводу, что тренировать техники куда интереснее.
  Киваю, показывая на костюм:
  - Во многом они правы. Это... дорого. И далеко не везде можно использовать.
  На этот раз ее улыбка была более мягкой. Хотя отчего-то стала хищной:
  - А у тебя с твоей подругой получилось нечто весьма интересное. Я знала, что кто-нибудь когда-нибудь придумает противодействие даже сильным сенсорам. И у тебя это получилось. Мои ребятишки едва угнались за тобой, когда ты рванул из деревни. А один из них был Хьюга, но он видел лишь едва различимое темное пятно вместо тебя.
  Я опустил глаза, чувствуя боль от того, что не очень хотел вспоминать.
  - Я догадывался, что бъякуган... Все техники основаны на чакре. Даже эта.
  Она кивнула:
  - И стиль мягкого кулака, а также большинство стилей, завязанные на использовании чакры в рукопашном бою, становятся малополезными против твоего... костюма.
  Я дернул плечами:
  - Я не знал, насколько. Перестраховывался.
  - Молодец. Да и другие интересные детали мне понравились. Защита от жуков? Что, боишься букашек?
  - Очень, - кивнул я.
  Она усмехнулась, но, кажется, понимающе.
  - Респиратор у тебя забавный, даже защиту для носа поставил. Я, вроде, не припоминаю, чтобы тебе его серьезно разбивали?
  Киваю:
  - На одной из тренировок Саске разбил нос Наруто. Тот едва не задохнулся, пока кровь не остановили. Не хотел повторять его участь.
  Она засмеялась:
  - Учишься на чужих ошибках? Да? А очки? Хотя не отвечай, твой газ. Интересная вещь.
  - Рецепт есть у Данго, - отстранено бросил я.
  Снова хищный оскал:
  - Конечно же есть. Но, у меня тут еще кое-что. Тоже очень интересное.
  Она вытащила и положила на стол мой сэнбон.
  - Да, хорошо получился. Только дорого слишком. Не напасешься.
  Странная ухмылка. Она будто говорит, что знает больше меня. Хм, как будто это неочевидно.
  - Данго принес мне еще ряд интересных вещей, - продолжила она, - защита от стихийной чакры, к примеру.
  - Не думаю, что получится. Костюм плохо проводит электричество, плохо горит, не промокает. Думаю, пару лишних секунд против стихийных ниндзютсу он подарит. Если я продолжу лепить слои, станет доспехом, как у тех самураев. Громоздким и шумным.
  Девушка положила иглу, сложив руки в замок.
  - Знаешь, а своим появлением в лаборатории ты нам помешал. Я хотела тебя оттуда пырнуть.
  - Что меня спасло? Если не секрет.
  - Хокаге-сама. Он увидел в тебе... - еще одна ухмылка, - потенциал. И заставил меня тебя терпеть. А у нас были планы. Но как только Данго начал приносить первые результаты вашей работы, я немного пересмотрела свое к тебе отношение.
  Даже поежился немного от последней фразы:
  - Я стал... полезен?
  - Угу, - кивнула она. - Как синоби, конечно, уверенный середнячок. С перспективами. Но твоя работа интересовала меня куда больше.
  Да, как и следовало ожидать. Меня пасли почти с начала работы. Проблема в том, что у меня и выбора-то особого не было. Без Данго и ресурсов лабы я бы ничего не успел. Костюм стоит (по моим прикидкам), как небольшой дом. Снабжали нас весьма основательно.
  - И вы начали нам немного помогать?
  - Да? Когда это? - намеренно неестественно удивилась девушка.
  - Когда к нам ввалилась Миина.
  Еще одна хищная ухмылка. Ей это нравится, да?
  - Хорошо, догадался. Прямо перед ней наш человек пробежался и закрыл все остальные двери в коридоре. Мне было интересно, зацепишь ты ее или нет.
  Хм, без комментариев. Еще у меня были сильные подозрения насчет склада, который вроде архива. Но я решил промолчать.
  - Такой догадливый. А заметить, что подружка готовит побег?
  Я сжал зубы, едва справляясь с эмоциями. Да. Она права. Я мог это заметить, но просто не хотел. Весьма болезненное и неприятное чувство, когда знаешь, что мог что-то изменить, но уже поздно.
  - Но ее план ты вычислил быстро.
  - Повезло, - бросил я.
  Ухмылка - она мне не верит. Ну, твои проблемы.
  - Узнал, куда она отправилась, и рванулся за ней.
  - А вы сидели на моем хвосте.
  - Конечно. Твой друг прибежал, как ошпаренный, когда понял, что ты побежишь за ней.
  Поморщился. Я не держал зла на паренька - он делал свое дело, по мере сил помогал мне.
  - И ты ее выследил, - закончила она.
  Просто вспоминая этот момент, ее глаза, я вновь почувствовал тихую ярость. Дыхание стало глубже и чаще, сердце колотилось.
  - Что там произошло, Като?
  - Я убил человека, которого считал другом, - процедил я.
  - Почему?
  Я дерзко посмотрел в глаза девушки:
  - Лучше вы мне скажите, что там произошло?
  Она отстранилась, ее губы расплылись от удовольствия.
  - Она предала клан. Связалась с другой деревней. Предложила им тайны и ценности своего клана и частично Конохи. За что и понесла наказание. Приказ на устранение был отдан с самого начала.
  Все равно это больно - даже зная, что я поступил правильно, это чертовски больно.
  - Почему она захотела убежать?
  Глаза девушки блеснули жаждой крови:
  - Этот вопрос ты должен задавать не мне.
  Что-то тут не так. Что-то, что мне не хотят говорить. Девушка тем временем снова сверкнула глазами:
  - Но почему ты захотел убить ее? Сам? Вот что меня заинтересовало.
  - Не люблю предателей, - процедил я.
  - Настолько сильно? - с хитрой миной спрашивает она.
  Они ничего не знают о моем втором прошлом, как и я почти ничего не помню из него. У них ничего нет.
  - Да, сильно.
  Все же сумел успокоиться, взять себя в руки.
  - Мне понравилась твоя фраза, - с улыбкой призналась она. - "Единственная милость для предателя - мгновенная смерть". Думаю, взять ее своим девизом.
  - Берите, дарю.
  Смех, хищный.
  - И спрашивать не буду, - она вновь приблизилась, снова хитро улыбаясь, - жаль, я слишком поздно поняла, насколько талантлива была девчонка. Такой талант к запечатывающим техникам, а родилась среди Курама. Какая ирония.
  Болезненное замечание.
  - У вас все, что она успела сделать.
  И уж лучше смерть, чем вечность в каких-нибудь задворках.
  - Это верно. Но ты сам не знаешь обо всем, что она успела.
  Вопросительно смотрю на девушку. Она выкладывает несколько листков. И записку.
  - Хочешь прочитать? - хитро спрашивает она.
  Конечно, епт.
  - Можно снять путы?
  Дуновение воздуха за спиной, и путы спадают. Ну, мы тут определенно не одни. Тем не менее быстро осматриваю печати, и беру записку.
  "Като. Знаю, не имею на это права, но все же прошу прощения. Я скрыла от тебя, что уже закончила то, что ты у меня просил. Большая печать, она для нанесения ударов и блоков. Но лучше вшей в костюм что-нибудь плотное, иначе переломаешь кости. Там два способа подачи чакры - ты разберешься, я уверена. Первый для блока: он сможет остановить даже очень сильный удар. Второй для нанесения удара, но будь осторожнее - печать потребляет много чакры. Двухсторонние небольшие печати могут клонировать запечатанный предмет. Подача чакры на одну сторону создает теневого клона, запечатанного внутри. В трех печатях запечатаны сюрикены, а в двух - твой сэнбон. Но предупреждаю сразу: не создавай подряд много клонов - они очень быстро потребляют чакру. Хватает клона на несколько секунд, но достаточно, чтобы запустить его и поразить противника. При подаче чакры на другую сторону ты распечатываешь или запечатываешь свое оружие. Като, кроме сэнбонов и сюрикенов печать вряд ли что-то выдержит. Даже кунаи будут велики. Надеюсь, это поможет тебе. Прости, Като. Я правда не хотела, чтобы все так кончилось. Прощай, навсегда. Прощай".
  Я со злостью ударил кулаком по столу. Тем не менее буянить не стал. Сам виноват. Причем во всем, кроме самого побега Миины.
  - Что дальше? Вы хотите, чтобы я сделал для ваших людей таких костюмов?
  - Не торопись, малыш, - так мило и добро сказала девушка, что у меня мурашки по коже побежали. - Всему свое время. Тем не менее ты поступил правильно. Когда догнал ее и... Хм, убил.
  Отворачиваюсь в сторону, не особо желая с ней соглашаться.
  - Вот скажи мне, ты хочешь еще послужить своей деревне?
  Я удивился, даже очень. Но все же решил уточнить:
  - Я закончу академию и стану гэнином. Это разве не служба деревне?
  - Не строй из себя дурачка, тебе не идет. К нам иногда попадают дети с... особым талантом. Ты убил своего друга, хладнокровно. В порыве гнева, но твоя рука не дрожала. Этот талант нас интересует. Талант преданно служить и исполнять любые приказы.
  - АНБУ?
  Еще одна хитрая улыбка:
  - Не сейчас. Не сразу, но со временем. Тебе еще нужно подтянуть свой уровень. Я лишь не хочу, чтобы тебе мешали личные чувства.
  - Миина была моим другом, - я нахмурился, но уверенно закончил, - последним.
  На этот раз улыбка одобрительная, а затем - короткий кивок:
  - Так ты согласен?
  Вопрос, которого я ждал. Это мой мир. Теперь уже мой, и пути назад нет. Нет возврата. Только дальше. И пусть я все так же не верю в Коноху, как в свой родной дом, отказываться сейчас не вижу смысла. Стать одним из них. Стать таким же. Что мне делать дальше и к чему стремиться? У меня еще будет время ответить на этот вопрос. И я все еще хотел узнать, что случилось с Мииной. Но пока:
  - Да, я согласен.
  Синоби удовлетворенно кивнула, поднявшись, и уже сделала шаг во тьму, но остановилась и обернулась.
  - И знаешь, Като...
  - Что?
  - Отрасти волосы, тебе не идет.
  
  АРКА 2.
  
  Глава 19.
  
  Я был крайне удивлен, но мне вернули костюм, разве что носить разрешили только на миссии. Так что до окончания академии он вполне мог проваляться в дальнем ящике. Из лаборатории академии нас вместе со всем, что касалось нашей работы, выперли, однако тут же предоставили новое место в мастерской семьи Данго. Комнатка была поменьше, но мы вполне там разместились. Я сначала думал, что с этим стукачом работать вообще больше никогда не буду, но все же в чем можно было его винить? В том, что он выполнял ту работу, которую ему нужно было выполнять? К тому же и начальство у нас теперь было общее, и он, вроде как, теперь свой. Что бы случилось, если бы он не рассказал все своим старшим, и они бы не погнались за мной? Я бы точно так же нагнал Миину и постарался бы вернуть ее в деревню. Я думаю. У нее, конечно, могли быть веские причины бежать, и они наверняка были. Вообще, много непоняток с произошедшим, но у меня было два варианта: заставить ее вернуться или пойти за ней. Другого не дано: отпустить ее я не мог - сам бы стал предателем и не отвертелся бы. В сказку, что найти ее не ,просто бы не поверили - для профилактики прополоскали бы мозги. Уходить с ней? Я не знаю, что заставило ее бежать. Не знаю. И стало бы это причиной и для меня? Сомневаюсь. Бежать куда-то, пусть даже в другую деревню. Стали бы мне там доверять? Никогда: один раз предатель - навсегда предатель, такие вещи не смываются. Просто бежать, чтобы спрятаться? Нет, посвятить всю свою жизнь вечной погоне, да еще и в роли жертвы... Нет, ни за что. И если бы ее причины были бы вескими для нее, но не для меня, все кончилось бы точно так же. Нет, я сделал свой выбор. Однозначный выбор. Так что вины Данго в смерти Миины нет. По крайней мере прямой - моей собственной вины в этом ничуть не меньше. Но остались вопросы, на которые я должен дать ответы хотя бы самому себе, а дружить с маленьким шпионом меня никто и не заставлял. Так что у нас стоял подозрительный нейтралитет.
  Раз костюм мне все же вернули, я продолжил работу над мелкими косметическими изменениями. Естественно, сразу занялся расположением клон-печатей. После нескольких попыток удалось запихнуть в них, кроме сюрикена или сэнбона, газовую бомбу. Очень маленькую, правда, размером с грецкий орех. Радиус действия, естественно, сильно пострадал, сократившись буквально до метра. Однако я все же встроил в костюм восемь таких печатей, запускаемых с одной точки на костюме. Мне даже шевелиться было не обязательно - просто послать чакру по проводнику, и - бабах! - вокруг меня плотное слезоточивое облако. Если нет респиратора и плотных очков, слезы, горечь в носу и во рту обеспечены - дышать этой дрянью крайне проблематично. Но это была защита. На внешнюю сторону ладоней также было выведено по печати, чтобы выпустить дым прямо в лицо противника. В чем разница? Трата чакры: одна печать съедала терпимое количество, зато восемь печатей - в восемь раз больше соответственно. На ладони появились обычные, а не клон-печати с очень маленькими бомбочками со снотворным. Пригодятся, однозначно. Почему не клон? У клонированного техникой газа был крайне короткий срок действия, всего-то секунд десять, чего было достаточно, чтобы атаковать; потом просто исчезал - как сам газ, так и все его действие. Я даже подумал сделать такую печать со смертельным ядом: отравил, а следов почти никаких, если не считать того, что успеет натворить яд в организме - идеальное оружие диверсанта, ну а дальше на руки крепились печати с сюрикенами и сэнбон, включаемые прикосновением пальцем и передачей чакры через него, как и было задумано. На руках появились наручни от запястья и до локтя, а на ногах поножи от ступни до колена, не слишком плотные, но оснащенные второй печатью, и, естественно, спрятанные под маскирующей тканью. Хорошая штука, блокирует отлично, да и удары выходят мощные. Но поставить такую, скажем, на кулак или на колено уже не выйдет. Нужно достаточно прочное основание: корпус самого наручня и кости в руке, например, вполне справлялись. Делать громоздкий кастет не хотелось - это сильно ограничивает подвижность пальцев и рук в целом, а без него есть все шансы похерить все запястье при первом же ударе или раздробить сустав в колене. Ну и еще кармашков наделал, а то раньше их не хватало. Также я наконец перекрасил костюм снаружи. Светло-черный цвет был продиктован наличием единственного материала, с которым вообще могла работать печать маскировки. Но Данго все же нашел еще два материала с необходимыми свойствами и других цветов. О чудо! Серый и зеленый! Смешивать их было нельзя, так что костюм теперь станет пятнистый. Чем я в данный момент и занимался. И именно за этим занятием меня и застала новая, пока неофициальная, прямая начальница, которая во время нашей единственной встречи даже не представилась.
  Девушка залетела к нам в комнатку, как вихрь, уже собираясь что-то сказать, но, не видя никакой реакции с моей стороны, даже замешкалась. А вот Данго подскочил и поклонился, жук навозный. Каге ему, видите ли, по барабану, а тут вскочил.
  - И на кой ты с цветом ковыряешься, все равно же невидим почти? - задумчиво спросила она.
  - Черный слишком быстро нагревается на солнце, - пояснил я.
  - А пятна зачем?
  - Смогу сидеть в кустах без маскировки и оставаться незамеченным даже днем, наверное.
  Девушка хмыкнула и покачала головой:
  - Ну ты перестраховщик. Столько работы из-за таких мелочей.
  Но я так же безразлично постучал по ткани костюма костяшкой пальца:
  - Он весь целиком состоит из всяких мелочей.
  Ее выражения лица я не видел, но, думаю, она ухмылялась.
  - Тем не менее, тебе пора познакомиться с будущим сенсеем.
  Я вопросительно посмотрел на девушку:
  - В каком смысле сенсеем?
  - После окончания академии ты и Данго составят команду синоби под моим руководством, - с довольной, почти счастливой улыбкой выдала она.
  Я нахмурился, слегка теряя нить происходящего.
  - Но разве капитана команды не назначают уже после окончания академии? К тому же команды набирают из трех человек, а мы с Данго - это двое. Да и неужели вам больше заняться нечем, кроме как нянчиться с нами?
  Девушка зло сверкнула глазами и с улыбкой, не предвещающей ничего хорошего, сказала:
  - Като. Мне куда больше нравилось, когда ты сидел пристегнутым и не задавал глупых вопросов.
  Она выдвинула один из стульев и села, забросив ногу на ногу:
  - Меня зовут Митараши Анко. Можете обращаться ко мне просто Анко-сан.
  - Ко мне это тоже относится? - негромко спосил Данго.
  Девушка немного подумала, поморщилась, ответив:
  - Нет, для тебя все по-старому.
  - У меня есть вопрос, - сказал я.
  - Глупый?
  - Нет. Почему нас просто не оставят здесь собирать костюмы или придумывать еще какую подобную... - показал руками слово "лабуду".
  Анко хитро улыбнулась:
  - А у тебя есть еще какие-то идеи?
  Я призадумался, посмотрел на костюм, вспомнил то, что я знал о техниках, и честно признался:
  - Нет.
  Костюм был готов. Как еще повысить его полезность, не перегружая, я пока не знал. Да и больше ничего нового и интересного на ум не приходило. Так, всякие мелочи, не более.
  - Ну вот, если придет, - улыбка стала хищной, - самолично запру тебя в лаборатории. К тому же у вас будут весьма интересные задания, пусть пока и не в роли АНБУ, но...
  Я вскинул руки к небу:
  - Ура! Грядки полоть не придется!
  Анко повела бровью, выказывая неудовольствие такой реакцией, негромко пообещав:
  - Персонально тебе придется.
  Но я лишь улыбнулся - все равно в шутку выкрикнул. К тому же меня волновал другой вопрос:
  - Хорошо, я понимаю себя. Но это недоразумение вообще не синоби, - кивнул я на "напарника", - химик, конечно, гениальный, но...
  Какой из него синоби? Вот что он умел великолепно, так это смываться со всех практических занятий. Где он все это время пропадал, я не знаю, но в том, что он ни на что не годен в плане боя, я был уверен. Повернувшись к Данго увидел гневно нахмуренные брови:
  - Черт! Друг! Что с тобой! Я вижу на твоем лице эмоции!
  Он не перестал хмуриться, а Анко усмехнулась:
  - Это все забавно, конечно, но Като, твой напарник неплохой ирьенин.
  Чего? Как так? От удивления даже рот открыл.
  - А чего ты удивляешься, - не поняла Анко, - кто еще, по-твоему, должен так хорошо разбиваться в составляющих для целебных снадобий или энергетических пилюль. Его семья, конечно, в больнице не работает, но основы они знать обязаны. Так что мы его подтянем, и будет тебе поддержка.
  Я промолчал, но внутренне отметил, что вряд ли смогу ему полностью доверять.
  - Да и не беспокойся так, Като. До окончания академии еще много времени - успеют доделать костюмчик и для твоего напарника, а там все будет хорошо.
  Второй раз увидел яркие эмоции на лице мелкого шпиона, на этот раз удивление:
  - Я это не надену, ни за что!
  
  Глава 20.
  
  Как же скучно бездельничать. Несмотря на то, что я продолжал ходить в академию, делать там стало практически нечего. Вытянул из библиотеки (не без помощи Анко) все учебные свитки и переварил их, особенно долго изучая технику подмены, которую для себя называл "пенек". Вообще, геморроя с ней было много. Пеньки нужно по собственному весу заготавливать и запечатывать - без них никак, техника не сработает. Чакры, конечно, потребляла не особо много - моя полная газовая защита была куда более затратной, хоть и более эффективной. Для меня главный положительный эффект был в одном: прямо передо мной (а точнее, на моем месте, так как я тут же отбрасывался назад) возникало препятствие в виде запечатанного объекта. Эдакий вызов щита - лишней эта техника однозначно не станет. Ну и прочее по мелочи, опять же. Как вывернуться из веревок, например. Малоприятное искусство - выворачивать собственные суставы, но тоже не лишнее. Правда, на следующий раз, когда меня опять свяжут по рукам, я добавил пару печатей с кунаями как на спину костюма, так и в более укромные места, куда она вообще влезала. В тряпку, обмотанную вокруг запястья, например. Не в костюм - вдруг разденут, - а на руку. Я как всегда перестраховывался, но береженого...
  В академии же стало скучно. С Ино больше не поболтать: то ли она то ли обозлилась на всех, то ли еще что-то. С остальными я и раньше-то не особо общался, а уж теперь и подавно. От безделья много думал, и думал о том, о чем не следовало бы. Меня все больше беспокоили темные пятна с делом Миины. Я знал, кому задавать вопросы, но вот совсем не факт, что мне ответят, а согласившись с предложением Анко, я согласился и с молчаливым правилом - все во благо деревни. Идеалистом или романтиком не был вовсе, и, если прижмет совсем сильно, я скорее стану нукенином, чем погибну. Но это должно очень сильно прижать, потому что и участь беглеца весьма несимпатична. Может, когда-нибудь, когда дорасту до дзенина, смогу позволить себе и такую вольность, а вот сейчас... Проснуться в компании людей в масках, которым, если повезет, и деревне что-то от тебя нужно, силком приволокут обратно, а если повезет поменьше, быстро ликвидируют прямо на месте. Были и более неприятные варианты.
  С трудом высидев очередной день, отправился сразу домой. Выпускной медленно приближался, но я отчего-то даже не беспокоился по этому поводу. Но домой идти тоже не хотелось: я остановился на полпути, подумывая, как бы скоротать вечерок. Что за мир? Я считал, что мне не хватает времени, тренировался, тренировался, работал над костюмом, учился. А тут? Физические тренировки упирались в потолок, который все же немного повышался. Контроль чакры я освоил - куда уж дальше, если могу гонять свою энергию в произвольном направлении без особого напряжения сил. Не, можно и дальше самосовершенствоваться - предела нет, но пока в этом нет практической пользы, мне и так вполне хватает. Техники, которые для нас были обязательны, выучил. И понял, что делать нефиг. Сходить накушаться чего-нибудь, в смысле, местных кушаний? Можно, но где вкусно кормят, меня не пустят, а где невкусно, туда мне и не надо. Отца, что ли, потрясти на предмет сходить в ресторан? Мужик, вроде, разумный, поймет. Или нет?
  - Като?
  Я обернулся и увидел бредущую за мной... Черт, ее-то как принесло?
  - Вечер добрый, сенсей, - не особо вдохновленный встречей пробубнил я.
  - В чем дело, не слышу радости в голосе!? - не без своей хищной ухмылки издевалась она.
  - А-а-а, - просто отмахнулся я.
  Но девушка - молода она, кстати, как мне кажется. Ведь лет двадцать с небольшим. Ладно, я могу понять, что она дзенин. Но она же не последняя и в АНБУ, значит, скелет в шкафу тоже есть, если не несколько. А вот характер мне ее нравится, злые шутки - это хорошо. Без иронии совсем плохо, а такой черный юмор не позволяет расслабиться. А ироничное отношения почти к всему окружающему чаще всего показывает уравновешенность в непростых профессиях. Ну, у кого бывает черная ирония? У врачей, у пожарников, у спасателей, хотя те бывают очень суеверны... у убийц определенно. Да и внешность... Не повезло мне с телом лет эдак на десять. Хм. И со смертью тоже не повезло. Но я отвлекся... Девушка нагнала меня, засунув руки в карманы, кажется, по привычке, и спросила:
  - Что с тобой? Угрюмый, аж противно. Где твои глупые шуточки?
  Я пожал плечами:
  - Определитесь, сенсей, как вам больше нравится. Когда я будто привязанный и помалкиваю или когда наглый и отшучиваюсь.
  - Ум-м-мм, хороший вопрос, - Анко приложила руку к лицу, задумавшись.
  Всерьез ведь задумалась, будто я не в шутку спрашивал. Хотя, посматривая на ее задумчивую мордашку, я даже улыбнулся чуть-чуть.
  - А соединить никак нельзя? Чтобы и глупых вопросов не задавал, и шутил удачно? Загляденье, а не ученик, - неожиданно добродушно улыбнулась она.
  - Вы много просите от ребенка, Анко-сан. И там, и там мне успевать не положено по возрасту.
  На этот раз ухмылка и мимика стали заговорческими. У нее богатый запас эмоций на лице - залюбуешься.
  - А может, мы забудем, что ты ребенок? Будешь вести себя, как взрослый, может, и получится.
  Ага, раскидаю носки по квартире, напьюсь пива и наемся пельменей, уснув мордой в потную подмышку... Та-а-а-ак... Это меня куда-то совсем не туда потянуло.
  - Запросто, но у меня два условия.
  Анко нахмурилась, но было заметно, что в шутку:
  - Ах ты маленький шантажист, что за условия?
  - Первое. Вы проведете меня в бар Шушуя. Угощать не прошу, я вас и сам могу угостить.
  Девушка пожала плечами:
  - Пф... Не проблема.
  - Второе. Никаких сенсеев и -сан. Я к тебе обращаюсь на "ты".
  В этот раз она задумалась, будто снова что-то всерьез обдумывая. В этот раз смотреть на нее не стал - второй раз уже не так интересно.
  - Но ты все равно будешь подчиняться быстро и беспрекословно, как ученик?
  - Хм, у меня и выбора-то нет. Вам, сенсей, фиг откажешь.
  Я тут же получил подбадривающий удар по плечу:
  - Вот так мне больше нравится! Пока будешь хорошо себя вести, можешь звать меня просто Анко.
  - Ха. Зная тебя, я могу продолжать называть тебя сенсей.
  - Не надо так плохо обо мне думать, лучше пошли, поужинаем. Ты обещал меня угостить.
  Криво усмехаюсь, но не спорю. Женщины, они всегда понимают твои слова так, как хотят. Даже не удивлен, тем более, что сам бы не прочь с ней поужинать. Есть у меня пара щекотливых вопросов, для которых нужна определенная обстановка - явно не в темной комнате и со связанными руками.
  Мы зашли в бар, и Анко сразу отмела все попытки выставить меня наружу. Нашли столик поглубже и подальше - лишние взгляды никому не нужны. А что? Ей тоже не особо хотелось афишировать мою персону в таком месте. Я заказал два блюда, о которых даже не знал почти ничего, но, судя по реакции окружающих, все было вполне в норме. Анко махнула рукой, мол, то же, и еще взяла немного саке. Странное такое пойло. Как-то раз все же умудрился стащить полупустую бутылку, чисто попробовать, но не очень понравилось, хотя на любителя, наверное. Вот вино здесь делали великолепное - жаль, что я не питал к нему большой страсти, а вот выбор сенсея был даже к лучшему: саке, оно полезно для разговора. Посидели, Анко задумчиво молчала, я неторопливо ел.
  - Ты хотел что-то спросить? - неожиданно развеяла она тишину.
  - Как догадалась?
  - Считай женской интуицией.
  Ага, как же. В общем-то, мне-то какая разница, как она догадалась. Хотя что-то я давно не слышал своей паранойи.
  - Да, есть несколько вопросов.
  - О Миине? - неожиданно спокойно и безразлично предположила она.
  - Что? Неужели все на лице написано? - выдохнул я.
  - Нет, как раз наоборот. По тебе и не скажешь, что не так давно прирезал друга. Вы с ней быстро сошлись. Совместный труд отлично сводит людей, а? - спрашивала она, не обращая внимания на мой хмурый вид. - Я ждала, пока ты захочешь об этом поговорить.
  А вот хер, сенсей. Вам я доверяю не намного больше, чем тому же Данго, так что и говорить о душевных терзаниях я не должен. Хотя тебе, Анко, об этом знать совсем не обязательно.
  - Не совсем поговорить. Есть вопросы... по делу.
  - Като. Ты не первый, кто оказывается в такой ситуации. И у тебя два пути. Смириться и забыть или всю жизнь искать виноватого и в конце признать виноватым себя. Ты этого хочешь?
  Или третий вариант, смешанный: смириться и забыть, но виноватого все же найти. Нет, сам прекрасно знаю, что во всех ошибках своей жизни человек виноват только сам и отвечает за все только сам. Кто не верит - попробуйте. Что бы ни произошло, сначала нужно искать свои ошибки: где недосмотрел, где поленился, где еще чего. Намного легче жить становится, да и люди видят, что ты берешь на себя ответственность, и тянутся к тебе, потому что могут доверять. Стадный инстинкт, конечно, но что это меняет?
  - Виноватых искать не надо - их нет, кроме самой Миины разве что. Я вогнал клинок ей в голову. И принял это решение сам. Прибывшие на место АНБУ только сократили время на размышления, - в этот момент глаза Анко хищно блеснули. Ха, хищник почуял другого хищника. - Миина бежала из деревни, и это было предательство. Но... Кто отдал приказ о ликвидации?
  Она усмехается, но как-то грустно.
  - Зачем тебе это знать?
  - Я хочу знать, что там произошло.
  - Зачем?
  Мы сверлили друг друга взглядом. Долго. Она знала ответ на вопрос, который задала. А я не собирался произносить очевидное для нас обоих.
  - А если я скажу, что приказ отдала сама?
  - Не поверю, - отмахнулся я. - От ответственности ты не бегаешь - сразу бы бросила мне это прямо в лоб.
  - Что тебе известно о Корне?
  Есть зацепка. Кто-то, кто отдает приказы, и не является хокаге. Мало я еще знаю, ой как мало.
  - Ничего, - а что я должен был ответить?
  - Это правильно. Тебе не стоит о них знать.
  Мы сидели на разных сторонах стола, но я был уверен, что услышать нас со стороны почти невозможно. Анко просто проглатывала половину слов, заставляя читать по губам.
  - Но ты же мне все равно расскажешь.
  - Позже, Като. Позже. Спасибо за ужин.
  Она ушла, оставив меня с размышлениями. Но почти сразу и меня выперли вон - обслуживание, чтоб их. Нда. Вечер удался...
  
  Глава 21.
  
  Наутро через пару дней после нашего с Анко разговора я проснулся от стука в окно. Даже не удивился, увидев довольную ухмылку сенсе:, либо ей действительно нечем заняться, кроме как издеваться надо мной, либо ей это настолько нравится, что она специально выкраивает время. Открываю окно, сонно спрашивая:
  - Какие демоны тебя принесли с утра пораньше?
  Анко, уже наполовину влезшая в комнату, замерла, обижено глядя на меня:
  - Только попробуй сказать, что совсем не рад меня видеть.
  - Договорились, промолчу.
  Она все же забралась внутрь, сразу кинув мне мой костюм.
  - Одевайся, у меня для тебя работа.
  Помня об обещании без вопросов выполнять ее приказы, напяливаю костюм, все же спрашивая:
  - Что у тебя на уме, Анко?
  Она, коротко осмотрев комнату, хмыкнула:
  - Ты специально комнату вылизывал, как будто и не живешь здесь?
  Я не ответил. Комната действительно казалась покинутой просто потому, что я в ней почти и не находился. Утром уходил и лишь перед сном возвращался, даже прибегая на ужин домой, если об этом просила мама, все равно до сна смывался куда-нибудь. Меня немного тяготил дом, который так до конца и не стал мне полностью родным.
  - Ты не ответила на мой вопрос.
  - А ты на мой.
  - Твой был риторическим.
  Девушка ухмыльнулась, хотя я не знаю, чему - каким-то своим мыслям.
  - У меня для тебя миссия.
  Я даже замер, вопросительно глядя на сенсея.
  - И мне, наверно, даже не стоит упоминать, что еще мал для миссий и все такое прочее.
  Анко кивает, добродушно мне улыбаясь:
  - Расслабься, ничего сложного тебя не ждет.
  Так я тебе и поверил. Ну вот прям на слово.
  - Когда ты так говоришь, я начинаю нервничать.
  - Като, я же для тебя стараюсь. И так поняла, что ты от безделья начал лезть не в свои дела. А тут работа как раз подвернулась. Так, мелочи - доставить сообщение да сопроводить одного человека на обратном пути.
  Я, только продолжив облачаться, снова замер.
  - Но ты даже приволокла мне костюм. К чему я должен готовиться?
  На этот раз девушка нахмурилась и отвернулась, бросив:
  - Твое обычное занудство порой даже забавно, но вот не доверять мне да еще и говорить об этом через каждое мое слово - это уже слишком.
  Проверив, как сидит костюм - нигде ли ничего не перекрутилось - и как дышится через маску, я поспешил извиниться:
  - Прости, Анко. С утра плохое настроение.
  - Оно у тебя всегда плохое. Вот.
  Мне в руки прилетел конверт.
  - Не вздумай вскрывать.
  - Кто я, по-твоему? - обиделся я.
  - Маленький дурачок, - хитро улыбнувшись, ответила девушка. - Знаешь, где находится Храм Трех Холмов?
  Мысленно раскрыв карту Страны Огня, быстро вспомнил его местонахождение. Хм, недалеко - всего пару часов быстрого пути.
  - Да, знаю.
  - Это не храм, конечно, - зачем-то пояснила Анко, - но ты все равно найдешь старшего. Его зовут Шионе. Обращайся к нему почтительно и с уважением. Если у него будут какие-нибудь просьбы, выполнишь. Он познакомит тебя с человеком, которого нужно довести до Конохи. Вот и все.
  Я почесал затылок:
  - Насчет просьбы: надо полагать, ему будет что-то нужно, и я должен буду это сделать?
  - Я сказала: если у него будут какие-нибудь просьбы, выполнишь, - она чуть изогнула бровь, и я был уверен, что она хитрит, но произнесла слова строго. - Что-то, что по плечу молодому синоби. Что непонятного?
  Это будет проверка. Да, вспомнил, хоть и смутно, но уже встречался с таким трюком. Заслать в одиночку с неточным заданием, чтобы проверить, что я буду делать. Нет, сенсей, на старом трюке вы меня не проймете.
  - Все понятно, - киваю, - Сколько у меня времени?
  А вот теперь она задумалась. Хм, ну да, и я совсем не понимаю, что дело нечисто, ага.
  - Даже не знаю. Как получится. У человека, которого ты должен привести, могут быть еще дела, так что тебе придется его дожидаться. В общем, как сочтешь нужным, но не задерживайся сильно.
  - И как же протектор? Я без него...
  Мне в руки летит небольшой медальон с символом листа.
  - Что это?
  - Символ доверия. Его носят те, кто служат Конохе, но не являются ее синоби.
  Хм, временное удостоверение типа.
  - И с ним я легко выйду за ворота?
  - Да, конечно, - с улыбкой кивает Анко, нахально устраиваясь на моей кровати. Эй! А вот это уже плохо выглядит!
  - Но у меня все же есть два простых вопроса.
  Девушка вновь мрачнеет, недобро глядя на меня.
  - Ну, спрашивай.
  - Я иду один? - весьма не двусмысленно намекая на слежку.
  - Много чести отправлять с тобой еще кого-то.
  Ну да, так-то. Верность деревне я доказал, можно считать. Сам не убегу. А работка выглядит плево, хоть я еще и не синоби. Чем я, правда, отличаюсь от новичка-гэнина, кроме права на протектор? Тем, что иду один. И зря, кстати. Даже Данго бы не отказался с собой взять. Просто на всякий случай.
  - Второй вопрос. А какого ты зашла через окно? Дверь для кого создана?
  В меня полетела моя же подушка, которую я, естественно, поймал.
  - Чтобы не будить никого. Ты выходишь прямо сейчас, а я расскажу твоим родителям, что ты на пару дней исчезнешь. Верни подушку, быстро!
  - Ты собираешься спать здесь?
  - А что, жалко?
  Я криво ухмыльнулся:
  - Жалко здоровье моей мамы, когда она увидит тебя в моей кровати.
  - Като!
  - Что?
  - Пшел вон на миссию!
  
  Глава 22.
  
  Как я и думал, времени на дорогу до храма потребовалось не так много. Правда, выйдя из дома, я не сразу помчался кворотам Конохи, а сначала забежал в магазин для синоби, чтобы накупить всяких полезных мелочей. Благо теперь мне хотя бы самое обычное снаряжение продавали без вопросов. Лишь потом я добежал до ворот, где меня, поморщившись пре вида амулета, выпустили на волю. Хм, сколько живу здесь, второй раз выхожу за пределы деревни. До храма добрался в спокойном темпе, ничуть себя не напрягая. К месту прибыл где-то к полудню.
  Ну, не сказал бы, что это именно храм. Достаточно большое и красивое здание, одной стороной плотно прилегающее к стене, скорее, напоминало мне какой-то особняк. Не знаю, как должны выглядеть храмы, но этот особняк с ними у меня никак не ассоциировался. Вокруг него расположилась небольшая, но вполне приятная деревенька. Низенькие ухоженные домики, улыбчивые люди. Стянул капюшон, но маску убирать не стал - нефиг светить своим лицом направо и налево. На меня люди поглядывали с любопытством, но спокойно, без неприязни. Вот и гуд.
  Спокойно дошел до особняка, у дверей которого стоял мужчина лет тридцати в... хм, даже не знаю. Это был не костюм - просто ткань, намотанная вокруг тела, как будто одежда. Причем она, на мой взгляд, предназначалась для весьма активного образа жизни, так что на робы монахов не походила никак. Интересное место. Мужчина поднял руку, приказывая мне остановиться.
  - Кто ты?
  Я вытащил амулет и продемонстрировал ему. Мужчина, быстро взглянув на знак, кивнул и жестом пригласил внутрь. Какой немногословный. Внутри здание опять же походило именно на особняк. Просторная и неплохо обставленная прихожая, диванчики местного покроя, столики, факелы в стенах. Странно, почему не лампы? На полу ковер, большой такой, почти во всю длину гигантского холла. Много дверей, уходящих, видимо, в разные части особняка. И нет никого. Забавно, весьма забавно. Видимо, привратник подумал, что я здесь уже бывал.
  Из боковой двери выскочила девушка: чуть старше меня, в примерно таком же, как и у мужика у входа, одеянии. Длинные волосы синего оттенка собраны в тугую косу, на лице несколько небольших рисунков, примерно такие же на открытых участках кожи на руках и ногах. Девушка замерла, удивленно глядя на меня.
  - Прости, как мне найти господина Шионе?
  Девушка напряглась, будто пойманная на какой-то шалости, и дала деру в направлении центральных дверей. Что это с ней? Девчонка скрылась из виду, и все затихло. Я прошелся по холлу, посматривая на... черт, сказал бы "гобелены", но слова подбирались куда менее красивые. Рисунки на бумаге, где в весьма карикатурной форме изображались люди, совершающие какие-то не совсем мне понятные движения. Ко мне наконец вышел живой человек - снова мужчина, на этот раз лет эдак под шестьдесят, но в том же наряде.
  - Здравствуй, - с улыбкой поздоровался он.
  Все равно у меня ощущение, что он странный. Седые волосы, завязанные в конский хвост, морщинистое лицо - вроде, ничего примечательного. Но выражение лица такое, будто он усердно пытается что-то скрыть.
  - Здравствуйте. Я ищу человека по имени Шионе-сан.
  - Он перед тобой, - кивает старик.
  Меня просили вести себя вежливо, но вот о том, что я должен представиться, разговора не было. Тем не менее я поклонился и протянул ему конверт от Анко.
  - Мне приказали передать вам это. А также сказали, что вы познакомите меня с человеком, которого я сопровожу в Коноху.
  Старик вскрыл конверт, глянул внутрь, причем в этом момент глаза его стали довольными-довольными.
  - С человеком? - переспросил Шионе.
  - Именно, - терпеливо кивнул я.
  По его лицу пробежалось облегчение - старик совершенно не умеет скрывать своих эмоций.
  - Уважаемый синоби, - у меня даже мурашки по коже пробежались, - у меня к вам очень важная просьба.
  Он же видит, что я почти ребенок, но тем не менее считает, что я синоби. Допустим. И что это за обращение? Это же подстава, натуральная подстава. Анко, во что ты меня впутала?
  - Я не совсем синоби, - поправил я.
  - Оу, да, конечно, я понимаю. Но у нас есть проблема, которую можете решить только вы.
  Да ну?! Я уже верю, и моя паранойя - о, наконец-то проснулась - тоже верит. Вот прям каждому слову верит.
  - Недалеко от нашей деревни поселилась банда бандитов, и я очень прошу вас от нее избавиться.
  В такие моменты радуюсь, что на моем лице маска. Выражение лица "WTF?" скрыть достаточно сложно. А может, и зря ему не видно, насколько я удивлен этой просьбе - хоть бы сам понял, что спрашивает.
  - Обычно деревня должна отправлять такие миссии в Коноху, чтобы они назначали команду для выполнения, - осторожно напомнил я.
  - Но по нашему договору синоби Конохи выполняют наши маленькие просьбы, - на лице старика появились нотки неуверенности. Нервничает. Что ему нервничать?
  Маленькая просьба? Ну да.
  - Примерное количество людей в банде?
  - Не больше дюжины, - уверенно ответил он. Слишком уверенно.
  - Синоби среди них есть?
  - Определенно нет. Синоби бы не стали заниматься простым разбоем, - отвечает он.
  Логично, конечно, но мне все равно неспокойно. Передо мной непростой выбор. Послать его куда подальше, за что мне, естественно, спасибо не скажут и по головке не погладят. Или все же выполнить сомнительную просьбу, а уж потом лаяться с Анко по поводу подстав. И в чем проверка, кстати? Вариантов уйма - черт его поймет. Хочет видеть, что я буду делать? Так на, получи.
  - Где их искать?
  - Последнее нападение было на южной дороге, так что где-то в той стороне.
  - Хорошо, - я поднялся, - насчет того человека...
  - Он будет готов выдвигаться к вашему возвращению, - а морда такая, будто пакость хочет сделать.
  Выходя из особняка, я мысленно составлял список претензий к своему работодателю. Я злопамятный, а иногда и записываю.
  
  Глава 23.
  
  Нас обучили самым простым приемам охоты на бандитов, ни один из которых мне особо не нравился. Первый был обычным сопровождением каравана и, соответственно, просто защитой его от бандитов. Второй подразумевал прочесывание лесов большими группами синоби. Были и другие, но более экзотические, требовавшие либо большого количества народа, либо специальной подготовки. Прочесывать лес мне не хотелось - долго и малопродуктивно, а шанс наткнуться на лагерь почти никакой, а уж если они двигаются, то и вообще без шансов. Защищать следующий караван, который отправлялся аж через три дня, желания также не было - не мой профиль. Самым результативным мне казался свой вариант. Следить за караваном и, если на него нападут, проследить за уходящими бандитами. Труда особого не составит, если среди них нет синоби. А потом дождаться темноты и всех вырезать. Обычно бандитов вязали и вели местным властям, чтобы те отрабатывали на всяких черных работах, но я не хотел марать руки, предпочитая просто устранить всех. Нападали на караваны, как ни странно, больше днем. Ночью в темноте было много лишней суматохи и запросто можно было подрезать своего. А поскольку ни бандиты, ни охранники в большинстве своем (за редким исключением) опытными воинами не были, воспользоваться всеми преимуществами ночного нападения никто из них не мог. Да и в большинстве случаев караваны останавливались ночью на специальных стоянках, которые тоже становились лишней проблемой. Не сказать, что принципиальной: хлипкие стены и несколько лишних мужиков с яри - вот, в общем-то, и все. Про то, что караван отходит через три дня, я не знал и просто ждал чуть в стороне от деревни, засев в кроне деревьев. Три дня наблюдения - приятного мало, но все же.
  На третий день небольшой караван вышел из деревушки и отправился куда-то на юг. Иногда уезжали одиночные телеги, но у тех и воровать-то было нечего. Еще не факт, что на этот нападут, так что морока та еще. Здесь повозок десяток, плюс несколько всадников. Охранников десять человек, десять погонщиков, один старший. Для дюжины вооруженных людей не велика проблема. Я держусь чуть в стороне, чтобы не терять из виду и не наткнуться на засаду раньше самого каравана, а то будет смешно. Простое малополезное наблюдение на месте сменилось подвижным наблюдением, но от этого не стало намного интересней. И первые два дня пути прошли абсолютно спокойно. Черт, уже жалею, что согласился на это. Послал бы все к чертям, пусть сами разбираются. Так ведь нет, ввязался. Но и в стороне стоять как-то глупо - раз уж я решил, что это мой мир, надо как принимать посильное участие.
  Бандиты - о как я был им рад! - напали на третий день пути. Вот только было их никак не с дюжину, а целых три десятка. В остальном классика. Уронить бревно на дорогу, выбежать с обоих сторон со страшными криками. Несколько лучников стреляют по всадникам, остальные размахивают кто катанами, кто яри. Откуда столько оружия, кстати? Хотя если банда уже не первый день существует, могли и обзавестись. Но кроме оружия, это простые крестьяне в обносках и без всякой подготовки. Весь набег длился не больше десяти минут. Вырезали всех, кто сопротивлялся, хапнули, что могли унести, и разбежались. Вот и молодцы. Бросив взгляд на остатки каравана, пытающиеся прийти в себя, сел на хвост бандитам. А что? О защите местных торговцев никто ничего не говорил. Бандитов вырежу - это без проблем.
  Пробежка по лесу закончилась недалеко от небольшой полянки рядом с мелкой речушкой. Вот ты ж опилочная куча. Бандитов оказалось куда больше, чем мне хотелось бы. Так, спокойно, пересчитываем. Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Ух ты, шестьдесят три тушки. Кто же вас всех вместе-то собрал, да так близко к Конохе? Неужели совсем не страшно? Лагерь, пусть и по всем канонам временный, оказался достаточно крупным. Навесы для большинства, пара палаток, десяток костров, даже охранная система, пусть и вялая. Все чем-то заняты. Клетка стоит, правда, пустая. Хм. Заняв удобную для наблюдения позицию устроился на отдых. Вообще, не зря я костюм перекрашивал - сижу себе в кроне дерева и в ус не дую. На фоне веточек заметить практически невозможно. Теперь дождаться ночи и начать тихую резню. И вот именно теперь я чувствую, что занимаюсь именно тем, чем должен заниматься, вот уверен.
  Под вечер начался дождь, чему я только обрадовался. В темноте, под дождем, лепота - меня не увидят и не услышат, пока я сам на глаза кому не выйду. Осмотрелся, прополз по ближайшим кустикам. Такс, целых десять человек расставлены в ночном дозоре. Теперь десять бездыханных тел. Кунай весьма удобное средство в плане воткнуть в горло и убить бесшумно. Эх, бандиты, кто же ставит одного человека на пост. Дальше сам лагерь. Спят, касатики. Не считая нескольких человек, следящих за кострами, резать каждого по одному долго и не очень правильно: вдруг кто проснется, поднимет суматоху - мне потом со всеми драться. Ну и как я должен их оприходовать? Даже яда никакого подходящего нет. Эх, я уже обещал записать претензии к Анко, вот и еще добивались.
  На всех этих идиотов ушло не меньше получаса, пока все спящие под навесами бандиты не превратились в трупики. Кое-кто успел взбрыкнуть, но никаких трудностей не возникло. Осталась пара палаток, но дождик практически сошел на нет. Я уже развернулся к палаткам, когда из одной неожиданно донесся громкий голос:
  - Эй! Свиди! Тащи сюда свою задницу!
  Кто именно являлся этим Свиди, я не имел понятия, но вот в его текущем состоянии не сомневался. А значит, голос желаемого не получит.
  - Свиди! Если ты уснул...
  Из палатки показалась голова со шрамами, и, на удивление быстро разобравшись в происходящем, бросив на меня, стоящего почти посредине лагеря, гневный взгляд, исчезла внутри. Ну, одного-единственного бандита я не боюсь, так что можно не дергаться. Палатка снова открылась, и вместо бандита оттуда вывалилась деваха лет семнадцати, наверное, почти голая, в обрывках одежды - местного платья, измученная, в смысле, долгой ночью, с отсутствующим взглядом. На ее шее лежала рука того самого мужика, чья голова только появлялась из палатки. Ну и нож в другой руке, как и полагается - классика жанра. Заложницей решил закрыться, бандюга.
  - Синоби? Чтоб вас! А остальные где?
  Подошел чуть ближе, присматриваясь к мужику. Шрамы - это ладно. В остальном вполне такой здоровый мужик лет тридцати, по местным меркам крепкого сложения. Главарь, вот однозначно главарь.
  - Остальные где?!
  - Тебе какое дело? - грубо ответил я.
  - Отвечай! А то я ее прирежу!
  Взгляд девахи поднимается на меня. И такая мольба о помощи, что если б я не я, в лепешку бы разбился, чтобы помочь. Но есть одно "но"... Я это я.
  - Не прирежешь - просто не успеешь.
  Даже немного жаль, что на мне сейчас маска: я бы им обоим напоследок подарил милую невинную улыбку. Создаю свой клон-сэнбон, напитываю чакрой, чтобы пробить два тела, и метаю туда, где у бандита должно быть сердце. Бах! Игла врезается в плоть девушки и, не встречая сопротивления, пролетает насквозь. Да и второе тело так же пробивает навылет, оставив в обоих сквозное отверстие сантимов в пять диаметром. Ндя. В сердце можно было и не целиться - для обычного человека это и так смертельно. Два бездыханных тела падают на землю почти синхронно, девчонка даже не успела понять, что произошло - все тот же молящий взгляд.
  Напоследок собрал деньжат, которыми делиться я особо и не собирался. Это не миссия Конохи, так что всем хрен, а не процент. Затушив костры - не хватало еще пожар устроить - и запечатав монетки, удалился. Вот такая маленькая охота.
  
  Глава 24.
  
  Остаток той ночи проспал и лишь к следующему вечеру вернулся в особняк. Охранник на входе (даже не знаю, тот же или нет) снова попросил меня предъявить символ деревни, но я возражать не стал. Хочет - пусть любуется, мне не жалко. А вот внутри народа прибавилось, по крайней мере, не выглядело так опустошенно. Десяток детей лет пяти-семи повторяли за учителем в одеждах монаха какие-то движения, сразу несколько человек здесь же медитировали. Странный храм, весьма странный. Шионе, ошивавшийся поблизости, будто ожидавший моего прихода, сразу вышел мне навстречу.
  - Многоуважаемый синоби, как обстоят дела с бандитами, о которых я говорил?
  Он прикалывается надо мной? Ох, непростой же разговор будет у нас с Анко.
  - Проблема решена, - коротко ответил я.
  - Я слышал, на еще один караван напали.
  - Это было до того, как я разобрался с бандитами, - терпеливо продолжаю объяснение и возвращаюсь на интересующую меня тему, - так что там с человеком, которого я должен сопроводить?
  Лицо старика становиться искренне сожалеющим, и я понимаю, что подвохи еще не закончились.
  - Тут возникли некоторые проблемы.
  Да?! Почему я не удивлен.
  - Какого рода проблемы?
  - Тот, кого вы ищите, сбежал, - со скорбящим и в тоже время невинным лицом отвечает старик.
  Ну все, ты меня достал. Вспоминая навыки тайдзютсу, двумя почти молниеносными шагами оказываюсь рядом с ним. По росту мы благо наравне. И я достаточно высок, и он достаточно низок. Упираюсь своим взглядом в его глаза и так негромко, чтобы только он слышал, предупреждаю:
  - Не надо со мной играть, старик.
  К черту вежливость, надоело. Он даже не дрогнул - внешне, во всяком случае, виду не подал.
  - Не надо мне угрожать, - спокойно отвечает.
  И раньше, чем я успеваю задать свой вопрос, почти так же быстро, как я до этого, он отстраняется. Более того, по резким шагам за спиной понимаю, что спровоцировал их, кто бы там ни был. Ну, с бандитами была разминка, а вот сейчас начнется тренировка. Резко приседаю, чувствуя, как над головой проносится чья-то рука. Выпуск чакры и короткий хлопок защитных печатей. Кто-то кашлянул - есть, вдохнул дымка. Кувырком назад опираюсь на руки и ногой с усилением через печать прикладываю наглеца, недооценившего синоби, пусть и будущего. Не глядя, как отлетает тушка, сразу отскакиваю в сторону, так как еще один доброволец уже подходит с другой стороны. Этот из охранников, но безоружен. Быстрый обмен ударами и блоками, который показывает, что он от меня не отстает в плане техники рукопашного боя. Подал чакры на усилители на руках, и следующий удар выводит его из равновесия; подношу ладонь к лицу и спускаю печать со снотворным. Раньше, чем подходит следующий, использую клон-печати, вооружившись четырьмя сюрикенами в каждой руке и запрыгиваю на стену.
  - Хватит! - выкрикивает Шионе.
  - Жаль, я только разогрелся.
  - Если хочешь провести честный спарринг, любой из наших мастеров к твоим услугам, - тут же отвечает старик. - Твоя техника на неплохом уровне, но есть, куда совершенствоваться.
  - Если не скажете, куда убежал ваш подопечный, которого мне необходимо сопроводить, я продолжу развлекаться вне зависимости от вашего разрешения.
  Еще несколько мастеров, собравшихся вокруг меня, правда, на полу, напряглись, а старик лишь хмыкнул.
  - Не зазнавайся, мальчишка. Мы тренировали подобных тебе годами.
  Ха, три раза. Запускаю невидимость, с удовольствием наблюдая за удивленными мордами, соскальзываю вниз, и несколькими короткими ударами отправляю в нокаут сразу четверых мастеров. Еще одному досталось снотворное, а последнего, сумевшего все же уследить за моими движениями, приложил печатью усилителем. А вот сам Шионе мои движения видел, спокойно так наблюдал. Улыбнувшись, подскакиваю к нему, отлично зная, что он меня видит, или, по крайней мере, точно знает, что я делаю, уже готовясь контратаковать. И старик действительно атакует, да так быстро, что я едва успеваю заметить его удар. Правда, слишком прямолинейно, да к тому же я был к такому готов, так что выпускаю дым и перекатом прямо под его рукой ухожу чуть в сторону, оказываясь за спиной. Дым из клон-печати развеивается достаточно быстро, а я снимаю невидимость - чакры и так почти не осталось, - с усмешкой спрашивая:
  - И кого вы тренировали, старик? Вышибал для трактиров?
  Он поворачивается, глядя на меня, но молчит. Гордость? Ну-ну. В зал забегают еще несколько человек, но эти уже помладше тех, что я отправил спать только что.
  - Так что там с человеком? Мне наскучили эти игры.
  - Та девушка, которую ты встретил в первый день, помнишь?
  Короткое копание в памяти, и я четко представил ее лицо.
  - Да, и что?
  Старик хмурится, но отвечает, причем негромко, чтобы нас не услышали.
  - Это ее готовили для Корня. Но, видимо, передумали, и передали вам, - некоторые слова он проглатывает.
  Агась, снова этот Корень. И если сначала ее готовили для Корня, а потом просто сбросили в АНБУ, то это что получается? Правильно. Либо в Корне более узкие специалисты, либо специфические требования. Вообще, насколько я понял, это две схожие, но все же разные структуры - типа разведки и контрразведки. Вроде же, одно и тоже, ан нет - не все так просто. Но обо всех деталях расспросим у другого человека, а пока.
  - И она сбежала?
  - Я сам ее отпустил, - в лицо отвечает Шионе.
  Это у них что? Это как называется вообще? Мне в пору приколотить этого старика к стенке за предательство. Ах ты ж - снова это чувство ненависти в груди, да что же это со мной? Однако старик мою ненависть расценил иначе.
  - Я не заключал договоров с АНБУ, - все так же негромко и, проглатывая слова, продолжил он, - но ты можешь попробовать ее догнать, она ушла всего два дня назад. Правда, не уверен, что сможешь уговорить вернуться в Коноху.
  А кто сказал, что я вообще стану ее уговаривать. Перезарядить печати - благо все необходимое с собой, накачать снотворным и нести себе спокойно на плече. Ох, как же я люблю свою паранойю - запасся всякими полезными мелочами, не обращая внимания на Анко.
  - И куда она направилась?
  Старик промолчал.
  - Чем быстрее я ее найду, тем менее злым буду при встрече, если вы за нее беспокоитесь...
  - На северо-востоке есть скала, ее несложно заметить. Там у нас место для тренировок, думаю, вначале она отправится именно туда.
  - Как ее зовут-то?
  - Каору.
  - Спасибо и на этом.
  Разворачиваюсь и топаю к выходу. Эх, всегда знал, что самая любимая забава всех людей - испортить жизнь другим людям. Встречаются исключения, но чаще всего нагадить ближнему считается нормой. Черт, еще одна погоня.
  
  Глава 25.
  
  На перезарядку печатей ушла вся оставшаяся чакра. Гадство. Надеюсь, слишком уж серьезного сопротивления я не встречу. Хотя, судя по сложившейся тенденции все решать в поединках, надежда моя не особо велика. Скорее уж наоборот. Как обычно, в общем. Надейся на лучшее, а готовься ко всему, что только можешь представить.
  Скалу найти действительно было несложно - на горизонте она маячила весьма заметно. И, совмещая бег по веткам деревьев, прям как заправская обезьяна, размышлял по поводу всего на свете. Больше думал на тему АНБУ и Корня. И вот что забавно: о АНБУ знал каждый ребенок - спецкоманда и все такое. Да, всегда в масках, и их лиц не знал практически никто. Это все понять можно. Но вот есть Корень, и о нем вообще знают лишь единицы. Собственно, только те, кто имеет с ним какие-то дела. Та же спецкоманда, вот бьюсь об заклад, с ними контактирует. Может, и не в дружеских отношениях, но вот в изоляции друг от друга они не могут быть физически. Это все равно, что две руки, независимые друг от друга. Обмен информацией - это как минимум. Еще одна важная деталь, в которой я пока не уверен, но есть основания так предполагать. В АНБУ совсем не обязательно именно сильные и талантливые синоби - вполне возможно, что там именно преданные и исполнительные. Ведь взять хотя бы меня: тихое предложение и запрет на какие-либо разговоры по этому поводу я получил, но со мной учится тот же Саске Учиха. Сделали ему такое предложение? А вот черт его знает. Может, и сделали. Тут еще много вопросов. Но вот Корень, видимо, набирает людей несколько иначе. Целый особняк, вполне такой стоящий чуть в стороне от деревни. Рукопашной там тренируют однозначно, а чему еще учат, увидим при встрече с Каору. Еще вопрос: зачем Анко потребовалась эта девчонка? Точнее, зачем было посылать меня? Хотя... Меня послали ради проверки самостоятельности - это ладно. Ну, тогда, наверное, все объясняется.
  Когда добрался до скалы было уже за полночь. Спать хочется, да и силы восстановить надо. Прошелся, осмотрелся. Несколько небольших полигонов, пара пещер - подготовленная площадка для полевого тренировочного лагеря, в общем. Следы стоянки - свежие, кстати - нашлись достаточно быстро. Неужели решила идти ночью? Огонь был погашен три или четыре часа назад, она перекусила - крошки хлеба лежали тут же рядом. Встал неприятный выбор: бежать за ней сейчас, пока следы обнаружить большой сложности не было, или же выспаться и отправится завтра на свежую голову? По уму следовало лечь спать, ведь за ночь все равно особо далеко не убежать, днем идти проще. Да и если двигаться в разное время, вполне смогу нагнать в момент ее отдыха или даже сна. Но у меня было плохое настроение, совсем не располагавшее к ночевке, и большое желание поймать беглянку. Пошарившись в карманах, нашел пищевые пилюли. Вообще, побочных эффектов у этой штуки много, но мне сейчас было не до них. Закинув пилюлю в рот и проглотив, почувствовал прилив сил. Наркотики, чтоб их. Снова натянув маску, добавил еще и наркотик Данго для полного счастья и на радостях помчался в погоню. План был прост. Догнать, связать и лечь спокойно спать. Сосредоточившись на погоне, я отключился от времени.
  Следующие пара часов просто вывалились из памяти, пока я наконец не нагнал девчонку. Каору переоделась и теперь была больше похожа на синоби, нежели на монашку. Плотные черные шорты, поверх которых развивалась просторная тускло-фиолетовая юбка. Грудь и плечи закрывала, даже не знаю, что - короткая рубашка или как это еще назвать? В общем, живот и часть спины оставались открытыми. За спиной висит что-то вроде короткого посоха, на ногах сапожки синоби. Те же тапки, только закрывавшие ногу почти до колена тканью. В общем-то, у меня практически тоже самое, только ткань другая, хм, особая. Длинные волосы расправлены и лишь слегка перетянуты лентой на почти самом кончике. Небольшая сумка висит на поясе - не такая, как у синоби, больше раза в два. Идет быстрым шагом. Ну-с, посмотрим, как она на меня отреагирует. Не атаковать же сразу, правильно? Да и с моими-то текущими силами. Спрыгиваю на землю и зову ее:
  - Каору! Может, хватит бегать?
  Заметив меня, девушка резко выхватила посох и сделала им несколько замысловатых движений. Прямо перед ней возник водяной шарик, который резко выстреливает в меня. Мать ети! Едва успеваю отпрыгнуть в сторону, уклоняясь от, хм, плевка. Так, по-хорошему не получается. Девушка тем временем делает еще несколько движений, и перед ней возникает клон. Иллюзия? Сама Каору тут же дает деру, а клон продолжает размахивать посохом. Вот же магичка недоделанная, и на кой ей посох, если есть ручные печати? Тем не менее клон создает еще один шарик и выстреливает им в меня. Ага, уже поверил, всегда уклонялся от илл...
  Бах. Лежу, мокрый, но живой. Неплохо меня приложило. Не смешно. Это полноценный теневой клон, я впечатлен. Один ноль в ее пользу. Все же следовало выспаться перед погоней, но знал бы прикуп...
  Вскакиваю и бросаюсь вперед. Невидимость лучше не использовать - слишком быстро сосет чакру, а толку от нее сейчас немного. Вместо этого использую клон-печати с сюрекенами и, осыпаю теневого клона ими. Девушка взмахивает посохом, черт, почти танцевальное движение, сколько грации - залюбуешься, и сюрикены отлетают в разные стороны. Хвалю, крутая девочка. Было бы время, я бы с ней даже поиграл, но времени нет. Еще шесть сюрикенов летит снова в нее, но два облетают с разных сторон по очень большой дуге, а вокруг темно - заметить их у нее даже шансов нет. Снова взмах посоха, разлетающиеся сюрикены, но сразу за ними короткий звук "ах" и хлопок уничтожения клона. Прости, детка, я не просто так зубрил историю: там, если уметь читать, много интересного рассказано о тактике ведения боя.
  Снова бросаюсь в погоню. Если я правильно понимаю особенности теневого клона, то она уже знает, что ее клон уничтожен. Ждать ловушек? Естественно. Даже если она не успеет их поставить, все равно смотреть под ноги. Снова пробежка, на этот раз жертва тоже убегает, что добавляет определенный азарт в ситуацию, но не особо большой, ведь я двигаюсь не прямиком за ней, а чуть в стороне. Так удобнее, и я уже проскользнул мимо двух неплохих ловушек. Теперь только нагнать и использовать снотворное, а то я уже начинаю уставать. Нагнал. Запускаю сюрикены по большой дуге, чтобы попасть со спины и отвлечь Каору. И она отвлекается, отбивает атаку и готовится атаковать в ответ, но меня-то там нет - я совсем с другой стороны. Захожу, пусть не сзади, но сбоку, сразу выпуская снотворное в лицо. Девушка от испуга, вызванного моим неожиданным появлением, машинально вдыхает, и ее тело расслабляется. Баю-баюшки-баю.
  Уложив спящую красавицу (хм, а не дурна, к слову) спокойно спать, предварительно связав, раскладываюсь неподалеку. Надо бы поставить пару защитных ловушек, но слишком хочется спать...
  
  Глава 26.
  
  Проснулся, лежу, лепота. Руки и ноги связаны, девчонки поблизости, естественно, нет - отлично. То ли связал я ее плохо, то ли у нее, как и у меня есть свое средство на такой случай. Воспользовался клон-печатью, чтобы вызвать сюрикен и разрезал путы. Встал, размялся - куда теперь торопиться-то? Чакра более-менее восстановилась, пусть и далеко не полностью, но мне и этого хватит. Проверил карманы - все, вроде, на месте. Странно, связать меня постаралась, а вот обчистить... Ну да ладно. Осмотрел то место, где вчера оставил Каору: следы возни, долгой и упорной. Снотворное действовало несколько часов, затем она возилась, пытаясь выбраться из пут, значит, ушла не так уж и давно. Погоня, второй раунд.
  Если с техниками у нее было все в порядке - теневой клон и тот водяной шарик, это вам не пальцем в носу ковырять, - то вот со скрытностью были проблемы, хоть и небольшие. Конечно, вполне возможно, что дело во мне, а не в ней, ведь я как раз много времени потратил на изучение именно вопросов скрытного передвижения, а также на развитие навыков следопыта. В общем-то, только из-за доступности нужных свитков, так что теорию вызубрил, а потом долго бегал кругами по Конохе, выискивая свои собственные следы. Ну и чужие следы тоже изучал ради интереса - не сказать, что мастер этого дела, но принцип "выше среднего" работал и здесь. В общем, я обнаружил множество следов бегства Каору и последовал за ней. Почти сразу начали попадаться ловушки, но, как и раньше, слишком простые, и обходить их было не особо сложно.
  Через какое-то время вновь нагнал девушку, настроение у меня было намного лучше, так что можно и поиграть немного. Вызываю сюрикены и швыряю вперед, так, чтобы точно не попасть, но обратить на себя внимание. Звездочки смачно врезаются в ствол дерева прямо перед ее лицом. Девчонка резко останавливается, вновь начав размахивать своим посохом. Ага, как бы не так. Продолжаю кидать сюрикены, не давая использовать технику, хотя плохо понимаю, зачем ей этот дурацкий посох, тем временем сокращая дистанцию. Сюрикены она отбивать, естественно, успевает, а вот использовать технику до того, как я оказываюсь всего в паре шагов, не успевает, и я навязываю ей рукопашный бой. Девчонка умело размахивает посохом, от которого я едва уклоняюсь, пару раз даже словил удар, сначала по ребрам, потом по ноге. Ладно, сыграем по другому. На очередном ее замахе выпускаю дым, резко отпрыгивая в сторону, чтобы обойти ее, но Каору взмахивает посохом, и поток чакры разгоняет дым. Пф, бесполезная трата сил, тем не менее мой маневр раскрывается до того, как я успеваю его закончить. Взмах посоха, который меня уже раздражает, и мне навстречу летит водяной шарик. Ага, как же. Запускаю в ответ усиленный сэнбон, который нарушает целостность техники, и шарик выливается на землю. Пользуясь промедлением девчонки, вызванной передышкой после использования техники, сближаюсь, подавая немного чакры на невидимость. Совсем чуть-чуть, лишь на пару мгновений я исчезаю из ее поля видимости. Но в этот момент, уклоняясь от машинального взмаха посоха, прыжком оказываюсь за ее спиной и быстро повторяю использование снотворного, подхватываю быстро слабеющее тело и аккуратно кладу на землю. Зачем лишний раз вредить VIP-персоне. Сразу переключился на доставший меня посох. Хм, печати, печати, какие-то странные штуки. Достал чистый свиток запечатывания и упаковал посох туда, чтобы не мешал в пути, дабы предотвратить дальнейшие попытки побега, вколол ей слабый, но долговременный яд, вызывающий слабость в мышцах. В бою он неприменим - слишком мороки много, а вот в такой ситуации уже можно. Связал подопечную, забрав ее сумку и опустошив все содержимое карманов, забросил на плечо и неторопливо потопал в Коноху.
  Каору проснулась часа через три, и сначала несколько минут молчала. А я ее разговаривать и не просил.
  - Где мой посох?
  - В запечатывающем свитке, верну в Конохе.
  - Отпусти меня, я сама пойду.
  Усмехаюсь под маской.
  - Да лежи, чем тебе положение груза не нравится?
  Пусть она была направлена за мою спину, это не мешало мне догадаться, какое у нее сейчас выражение лица.
  - Мне не нравится, что ты меня лапаешь.
  - Придеться потерпеть, мне не хочется больше за тобой бегать.
  - Я же сказала, что больше не убегу, тем более, без своего посоха.
  К слову, если бы она шла сама, мне было бы, наверное, полегче.
  - Зачем он тебе, кстати? Что за техники в нем скрыты?
  - Так я тебе и сказала, - недовольно пробурчала Каору, - затем же, зачем тебе твой костюм.
  Логично. Понятнее его свойства от этого не становятся, но кое-что объясняет. В общем-то, костюма я так же окажусь весьма слабым и уязвимым.
  - Отпусти меня, - вновь повторила она.
  - Нет, - ответил я.
  - Отпусти меня.
  - Нет.
  - Отпусти меня.
  Я остановился, поправив ее на плече, сделал вид, что уже собираюсь снять, но сказал:
  - Нет, - и побрел дальше.
  - Отпусти меня! Я писать хочу!
  Ага, а это уже аргумент. Конечно. Спокойно себе иду дальше, не обращая на нее внимания.
  - Я серьезно! Отпусти! Никуда я не побегу! Ты уже доказал, что мне все равно от тебя не убежать! Отпусти! А-то я буду кричать! Слышишь!
  - Начнешь кричать, я снова тебя усыплю.
  - Агр! Ненавижу тебя!
  - Да мне все равно, - дернул я плечом, чувствуя, что надо перекинуть ее на другую сторону.
  - Ну отпусти же меня! Я сейчас описаюсь!
  Тяжело вздыхаю и аккуратно снимаю ее, опуская на землю. Достав из сумки кунай, срезаю путы и отхожу на шаг назад. Стою, внимательно смотрю на нее. Девчонка замешкалась, посматривая по сторонам.
  - Я что, должна это прямо тут делать?
  Стою, молчу, улыбаясь в маску.
  - Ну ты и извращенец! - выкрикивает она.
  Обидно, кстати - у меня такого и в мыслях не было, вот честное слово.
  - Да что ты кричишь, как дура?! Все, развязал, хочешь, можешь прямо здесь описаться, а можешь и в кустики зайти, я тебе, вроде, двигаться не мешаю.
  Хмурится, выражая всю ненависть и презрение, на которые способна, и уходит за ближайшее дерево. Шелест листьев, шелест листьев, и тишина. Секунда, другая, третья. Она же сбежала, да? Уважаю ее упорство. Бесполезное в данный момент, но все равно же упорство. Захожу за дерево, убедившись, что она действительно смылась, и, улыбаясь в маску, отправляюсь вдогонку. Минут через пять застал ее сидящую у дерева. Девчонка тяжело дышала, силилась подняться, но все также сидела на земле. Завидев меня, она постаралась нахмуриться, но даже это у нее не получилось.
  - Что... ты... мне...
  - Не беспокойся, через несколько часов все пройдет, но советую воздержаться пока от забегов.
  Подошел и забросил почти не сопротивляющуюся Каору на другое плечо. Разве что теперь я побежал быстрее, надоело уже. Девушка снова взмолилась:
  - Я так и не сходила... Отпусти меня...
  - Теперь терпи, мне надоело бегать туда сюда.
  - Эй! Я больше никуда не убегу. Просто не смогу.
  - Мне все равно.
  - Я же сейчас описаюсь!
  - Костюм водонепроницаемый, разрешаю.
  - Ты! Ты не посмеешь!
  Она задыхалась от возмущения и стыда одновременно. Я почувствовал, как напряглось, а потом расслабилось ее тело, и по плечу потекли тоненькие струйки. Блин, не забыть потом помыть костюм. Отвратительно конечно, с одной стороны, с другой - вы когда-нибудь в засаде лежали несколько дней? Так что, что естественно, то не безобразно.
  - Я тебя ненавижу, - как-то опустошенно прошептала Каору поникшим голосом.
  Ндя, вот это честное заявление. Надеюсь, видеться я с ней буду редко, раз года в три, не чаще.
  
  Глава 27.
  
  Сдав Анко VIP-персону со всеми ее пожитками, я вернулся в лабораторию. Следовало почистить костюм и вернуть его на хранение в тумбочку. Очень хотелось поговорить с Анко, но пока не представлялось возможным, ведь свидетели нам были не нужны. Занимаясь всякими мелочами, параллельно обдумывал, как буду строить диалог: честно - хотелось просто поругаться, но все мои наезды девушка отметет на раз два. Надо очень аккуратно выставить ее виноватой, иначе потом будет только больше проблем. А вот как это сделать - это уже другой вопрос.
  Сенсей явилась лишь на следующий день. Я прогуливал академию в лабе, Данго, естественно, был на занятиях, так что было тихо. Анко вошла, как обычно, с хитрым выражением лица, будто собиралась сделать пакость:
  - Почему не на занятиях? Кто-то разрешал тебе прогуливать?
  По интонации было понятно, что она шутит, но это не суть важно. Я хмуро посмотрел на нее: так, теперь главное - не заржать в самый не подходящий момент.
  - А ты что такой надутый? - Анко прошла по небольшой комнатке и плюхнулась на место, где обычно сидел ходячий справочник.
  - У меня вопрос есть.
  - Снова глупый? - театрально нахмурилась она.
  Настроение у сенсея было явно бодрое. Она, наверно, думает, что я собираюсь ругаться с ней из-за всех осложнений или жаловаться. Ну, в чем-то она права, но есть одно "но"...
  - Сенсей. Спасибо за предоставленную возможность прогуляться - я получил море удовольствия от глупых шуток со стороны Шионе, от необходимости бегать за этой девчонкой и от всего прочего. Это все мелочи - меня интересует другое. Я не знал, чего ждать от Шионе и его людей, не знал, что делать, когда меня попросили разобраться с бандитами, даже не знал, кого мне нужно привести в Коноху, и уж тем более был без понятия, что делать, когда мне сообщили, что этот человек сбежал.
  Анко была в некотором недоумении. Естественно, это было не совсем то, что она ожидала услышать.
  - Но ты неплохо справился. Каору привел, с бандитами разобрался. Кстати, что ты с ними сделал?
  - Глупый вопрос, - скептически ответил я.
  Анко напряглась:
  - Убил?
  - А что я должен был сделать? Поговорить с ними о аморальности бандитизма?
  - Обычно бандитов приводят...
  Но я отмахнулся, не дав ей закончить:
  - Как я, по-вашему, должен был отвести шесть десятков человек куда бы то ни было? Нет, с мертвыми меньше проблем. И у меня вопрос. Я могу вам доверять, сенсей?
  Анко уже открыла рот, чтобы ответить, но замерла, понимая подвох вопроса.
  - В следующий раз, когда вы меня куда-то зашлете, к чему мне готовиться? К штурму Сунагакуре? Должен ли я верить вашим словам, или не стоит доверять никому?
  - Мы договорились обращаться по имени.
  - По имени обращаются к тому, кому доверяют, сенсей, - последнее слово специально выделил.
  А Анко посерьезнела. Ага, проняло. То ли еще будет.
  - Ты можешь мне доверять, - разделяя слова, ответила она.
  - Хорошо бы, - не стал сразу соглашаться я.
  - Не верится?
  - С большим трудом, если честно.
  Хмурится. Давай, милая, еще немного, и я получу то, что мне нужно.
  - И как мне вернуть твое доверие? - наконец решается она.
  Есть! Я могу собой гордиться - манипуляция людьми в действии.
  - Расскажите мне о Корне и о его связи с Мииной.
  Анко снова хмурится. Возможно, даже поняла, что попалась на крючок. Тоже ведь не первый день живет. Но я выставил ситуацию под нужным мне углом, так, чтобы правда была удобна мне, и теперь либо она захочет вернуть мое доверие, либо даст понять, что до меня ей нет дела.
  - Из трех АНБУ, отправленных вдогонку за вами, один был из Корня.
  - Трех? Я видел только двоих.
  - Третий поддерживал гендзютсу, отводящее глаза посторонним. Тем не менее там был человек Корня.
  Я медленно кивнул.
  - И именно им нужна была ее смерть? Не взять живой, а именно убить?
  Анко кивнула:
  - Когда ко мне пришел Данго, вместе с ним пришел и человек Корня с запиской от их лидера. Он припоминал мне один должок и указывал, что Миину необходимо устранить во благо деревни. С самого рождения девочки Корень наблюдал за ней, но никак не вмешивался. Какие договоренности были между ними и Курама, я не знаю, но они были. Я привела ее к вам, чтобы проверить реакцию Корня, но они ничего не сделали.
  - А что за должок? - решил я уточнить.
  - Мы часто сотрудничаем с ними, они помогли мне как-то. Корень почти те же АНБУ, разница лишь в лидере и в выборе средств. Корень готов на все - или почти на все, - но они тоже действуют на благо деревни. Поэтому мы терпим их, сохраняя нейтралитет, - объяснила Анко. - И еще одно. Сразу после возвращения тела Миины в деревню, оно снова исчезло. Куда они его потащили, не знаю, но зная их методы...
  Киваю, понимая ход ее мыслей. Радикалы, значит, - вот, кто они. Ну, не так все плохо. Среди фанатиков и радикалов практически не бывает предателей, пусть с ними связано множество других опасностей. Не сказать, что меня это успокоило, но внесло хоть какую-то ясность.
  - Так что, Като, доверяешь мне? - спросила Анко.
  Лицо ее уже не выражало напряженности, только искренние извинения. Хм, актриса, я даже почти верю.
  - Да, доверяю, Анко.
  - Ну вот и отлично, - девушка поднялась, снова хитро улыбнулась, - тогда расскажу тебе радостное известие. Определился третий член вашей команды.
  Я вопросительно посмотрел на нее, но отчего-то чувствовал, что мне это крайне не понравится.
  - Каору. Она станет третей.
  На этот раз я вскочил, почти выкрикнув:
  - Да вы чокнулись, сенсей! Мы же друг друга задушим во время первой же миссии!
  Анко чуть удивилась:
  - Я догадалась, что между вами есть недопонимание, но когда ты успел превратить ее в своего врага?
  Я хмыкнул:
  - У нее есть причины меня ненавидеть, а у меня есть причины ей не доверять.
  Анко хитро ухмыльнулась:
  - А мне казалось, ты умеешь располагать к себе людей.
  - Не смешно. Ладно Данго - его я еще потерплю, но сразу двоих...
  Девушка снова села на место, терпеливо разъясняя.
  - Като, я отлично знаю, что ты не доверяешь Данго, как и Каору, в общем-то. Также мне известно, что Данго не доверяет ни одному из вас, у него тоже есть на это причины. А Каору, которая, естественно, не доверяет вам обоим, тебя, оказывается, вообще ненавидит. Это не ново. Пойми одну простую вещь. На миссии АНБУ может произойти все, что угодно, порой мы оставляем своих напарников на поле боя, а порой приходится собственноручно их убивать по тем или иным причинам. Ваше взаимное недоверие еще не значит, что ты, к примеру, готов подставить Данго или Каору. Я права?
  Задумавшись над этим, киваю. Я им не доверяю, но причин убивать хоть одного из них у меня нет никаких. Хотя Каору хотела смыться, и за ней стоит наблюдать, но там, скорее, детское сиюминутное желание, нежели серьезная попытка побега.
  - Понимаю.
  - То же самое у твоих напарников. У них нет причин убивать тебя. Ни-ка-ких, - с улыбкой продолжила Анко, будто рассказывала о чем-то веселом. - Не забывай о том, что я тебе говорила. Мы ценим способность хладнокровно убивать даже близких людей, ведь никогда не знаешь, что может случиться.
  И меня неожиданно проняло то, что я слышал о клане Учиха. Его вырезал Итачи Учиха - один из капитанов АНБУ, между прочим.
  - Итачи Учиха, - очень тихо произнес я.
  Анко мгновенно посерьезнела.
  - Ты...
  - Ничего не говорил, - сразу поправился я, - я понял тебя, Анко. Все во благо деревни.
  Все. Даже смерть близких и изгнание, что может быть куда хуже собственной смерти. Как много интересных вещей скрыто в этом мире.
  
  * * * * *
  
  Солнечный диск едва зашел за горизонт, еще напоминая о своем присутствии ярко-алыми отблесками на темнеющем небе. Неожиданно налетевший ветерок оказался на удивление морозным, заставляя людей зябко ежиться; порывы его срывали редкие зеленые листки, а их падающие движения создавали причудливый танец в воздухе. Где-то недалеко еще щебетала дневная певчая птичка, будто все еще сопротивляясь неминуемому наступлению ночи. Замок, возвышающийся на острие скалы, всем своим видом медленно погружался в сон, но внутри еще можно было уловить движение. Куда-то торопились бесконечные слуги, сменялись стражники - все жило в своем привычном и давно отработанном ритме. Кроме троих гостей - двух молодых людей и не менее молодой девушки, - носящих на лбу протекторы Деревни скрытой под камнями, которые просто прогуливались по многочисленным коридорам, переговариваясь о чем-то своем. В остальном в замке было спокойно и тихо. Девушка из тройки зевнула, прикрыв рот длинным рукавом:
  - Кто стоит на страже первым?
  Парень, который был немного повыше своего напарника, пожал плечами:
  - Могу и я, хотя не вижу большой необходимости - мы здесь уже достаточно давно, но все спокойно.
  - Это не значит, что мы не должны выполнять свои обязанности, - ответил второй парень. - Ты стой первую половину, а я тебя сменю.
  - А я? - спросила девушка, хотя уже догадалась, какой ответ услышит.
  Молодой человек улыбнулся напарнице:
  - Иди, спи.
  - Спасибо! - девушка мило улыбнулась ему в ответ и, уже убегая, бросила. - Вот за это я тебя и люблю!
  Оба парня улыбнулись, но высокий все же укоризненно покачал головой:
  - Ты слишком балуешь ее.
  - Завидуешь?
  Парни засмеялись и неторопливо побрели дальше. В этот момент стражник одной из внешних башен вновь поежился от непривычно холодного ветра. Очередной порыв пронесся пронзающим холодом по телу, заставляя непроизвольно зевнуть. Мимо пронеслась едва различимая тень, но стражник не заметил ее, сонно хлопая ресницами, пересиливая желание поспать. Новоприбывшие синоби имели привычку иногда проверять посты - нельзя посрамить своего господина и уснуть на посту. Такие мысли были в голове стражника, когда за его спиной промелькнул едва различимый, расплывчатый силуэт. Мужчина даже не заметил, как бесшумно приоткрылась дверь и как тень проскользнула в нее, осторожно прикрыв за собой. Внутри незваный гость быстро пробежался по переходам замка, будто знал его, как свой дом, без лишнего звука, без единого скрипа, невидимый и незаметный. Он направился на верхний этаж главного строения замка, поднявшись по единственной лестнице в холл, расположенный прямо перед покоями хозяина замка. Здесь, на главном посту, стояли двенадцать стражников, одних из лучших в охране господина. Гость бросился вперед, на бегу выхватив кунай, и, прыжком наскакивая на ближайшего солдата, вогнал лезвие ему под шлем. Короткий всхлип, и тело начиначало оседать. Остальные еще не успели понять, что именно произошло - заминка всего несколько мгновений, но приглушенно хлопает дымовая ловушка, и холл заполняется плотным дымом. Секунда, и новый звук вошедшего в плоть клинка, сдавленный выкрик одного из стражников. Хлопок сработавшей печати, свист летящего сюрикена и вновь два падающих тела. Еще секунда, соприкасаются лезвия, скрежет стали о сталь, удар, звук проникающего сквозь плотные слои доспехов остро заточенного куная, едва слышимый хруст костей и предсмертный вздох умирающего. Один из солдат вырывается из дыма, порываясь броситься вниз, поднять тревогу, но сразу вслед за ним из густой пелены вылетает сюрикен на натянутом жгуте. Орудие делает два оборота, затягивая струну на шее солдата, рывок - и тело, потерявшее голову, заваливается назад. Резкий звук вошедшего в дерево острия и шуршание тела в тяжелых доспехах, созвучное попыткам вдохнуть воздух через перетянутое горло. Чья-то попытка закричать, следует сильный удар и отчетливый треск переломанных костей. Снова хлопки от сработавших печатей, короткий свист летящих сюрикенов и звук падающих тел. Дым медленно развеивается, открывая вид одиннадцати мертвых солдат, лежащих на полу, и одного, подвешенного за шею на балке. В центре всего этого стоял человек в плотном пятнистом костюме, закрывающим все его тело. В руке он держал обнаженный и покрытый каплями свежей крови орудие ниндзя - то, чем выдавал принадлежность к спецкоманде. Быстрым движением клинок вернулся в ножны, и незваный гость двинулся вперед, к дверям в покои господина. Несмотря на небольшой шум, который устроили нежданный гость и охрана, в замке о его появлении пока не было известно, ведь поднять тревогу так никто и не успел. Он уверенно, ничего не опасаясь, подошел к двери и раскрыл створки. Хозяин замка сидел в своем кресле. Высокий мужчина, еще не старый, но уже далеко не молодой, длинные волосы убраны за спину, дорогое кимоно вышито золотыми узорами, на столе перед ним дорогие кушанья и вино. Мужчина переводит на незваного гостя задумчивый взгляд, и убийца замирает на месте. Уже занесший ногу для следующего шага, резко отскакивает назад, швыряя в мужчину сюрикены. На верхнем этаже главного строения раздался мощный взрыв. Забегали стражники, поднимая тревогу, но еще не осознавая, что именно произошло. А вот троица синоби уже бежала к месту взрыва. Они разделились: высокий парень пошел через улицу, двое других через внутренние помещения замка. Высокий добрался до места первым. Он сложил печати, произнося:
  - Высвобождение воды: Водяной поток.
  Синоби выплюнул плотный, но не слишком мощный поток воды, туша остатки пламени. На кресле все еще сидел манекен с восемью поразившими его сюрикенами, но тела убийцы он не видел. Двое синоби взбежали по лестнице, вопросительно глядя на высокого.
  - Ловушка сработала, но он ускользнул, - подытожил высокий.
  - Он все еще где-то в замке, найди его! - обратился второй к напарнице.
  Девушка сложила печати и негромко произнесла:
  - Хоган!
  Ее глаза покрылись белой пеленой. Она сосредоточилась, напрягая сенсорные способности, но почти сразу нахмурилась, сбрасывая действие техники:
  - Он поставил какую-то защиту, не могу пробиться. Не вижу никаких следов.
  Парень тоже нахмурился, пытаясь найти выход из положения.
  - Скорее, спускаемся вниз. Если он понял, что это ловушка, то все равно постарается завершить миссию.
  Все трое побежали по лестнице, не обращая на едва заметный мерцающий силуэт над их головами, прячущийся под самым потолком.
  - Вниз, значит? - одними губами прошептал незваный гость.
  Вдали от замка, так, чтобы оставаться незамеченными, но и наблюдать за происходящим, стояли еще двое. Оба в костюмах, напоминавших костюм незваного гостя, но все же отличавшихся. Девушка, державшая в руке посох, вместо плотных штанов носила свободную юбку и высокие сапоги, а капюшон и маска сейчас не были надеты; парень, сидевший рядом, так же снял капюшон и маску. Они сидели и ждали, внимательно наблюдая за замком. Наконец с его крыши вылетел едва заметный в вечернем сумраке кунай и тускло взорвался в воздухе.
  - Это условный сигнал, - напомнил парень.
  - Без тебя знаю, - ответила девушка.
  Она сделала несколько шагов вперед, взяв в руки посох, выбирая свободную площадку, и начала движение. Наконец причудливый танец был закончен, и девушка произнесла:
  - Высвобождение воды: Проливной дождь.
  Небо начало быстро закрываться тучами, и всего через несколько минут начался крупный ливень. Парень, натягивая капюшон, пожаловался:
  - Не перестаралась?
  Девушка не ответила, тоже закрывая голову капюшоном. Крупные капли звонко застучали по крышам. Шум дождя начал все глубже просачиваться в помещения замка, заставляя стражников беспокойно оглядываться. Синоби внутри тоже засуетились: они спускались по винтовой лестнице на нижние уровни замка, когда их застала техника.
  - Что это за техника? - спросила девушка из Камня.
  - Проливной дождь, - ответил высокий, - но я думал, что это Кеккей Генкай, известный только в Стране Дождя. Странно.
  - Как она работает? Это какое-то гендзютсу? - забеспокоился его напарник.
  - Нет, не совсем. Шум дождя заглушает любой другой звук вокруг - мы не услышим, если сработают другие ловушки. Кроме этого убийцы, есть кто-то еще, но они могут находиться и не в замке.
  Невысокий парень сжал кулаки, доставая из сумки на поясе взрывные печати.
  - Заминируйте лестницу, обвалившийся лестничный пролет мы определенно заметим. И попробуй снова найти его.
  - Хорошо, - кивнула девушка, - Хоган!
  Она оглянулась, и тут же выкрикнула:
  - Он здесь!
  Девушка тут же выхватила кунай и швырнула в едва видимый силуэт. Убийца, спускавшийся не по лестнице, а просто посреди пролета, двигаясь по стене, отбил кунай, сразу выпуская дым, и прыгнул вниз.
  - Он спрыгнул.
  Один из троицы запрыгнул на поручень лестницы, складывая печати:
  - Высвобождение земли: Каменный доспех.
  И сразу прыгнул за противником, рассчитывая навязать рукопашный бой. Тело синоби частично покрылось каменными защитными наростами, чтобы усилить атаку и защиту, но не слишком стеснять движения. Незваный гость, все же развеявший технику невидимости, создал два сэнбона, усилил чакрой и запустил в парня, оставив на каменных доспехах несколько глубоких трещин.
  - Поддержите меня! - крикнул синоби камня.
  Высокий одним прыжком оказался на краю, тоже складывая печати, краем глаза отмечая, что девушка так же спрыгнула вниз, пытаясь нагнать противника.
  - Высвобождение воды: Сильная водяная волна.
  Синоби выплюнул уже куда более мощный поток воды, огибающий его напарников и стремящийся угодить в гостя. Но убийца выпустил сюрикен с закрепленным на нем жгутом и швырнул в невысокого парня, чтобы обмотать жгут вокруг руки противника. До пола оставалось совсем немного, и на него грозились обрушиться волна и камень, чего он хотел избежать. Сюрикен был отбит и воткнулся в стену. Гость все равно дернул за жгут, меняя направление падения и резко сблизившись с парнем. Синоби Камня воспринял это как удачу и сразу бросился атаковать своими каменными кулаками. Но первый же удар врезался в деталь доспеха на костюме и будто наткнулся на непреодолимую стену. Гость положил ладонь на руку противника, создавая точку опоры, и, резко развернувшись в воздухе, ударил того другой частью костюма, так же снабженную таким доспехом. Синоби камня успел заблокировать удар, подставив под него свою броню, но удар вызвал неожиданную реакцию. Это не был удар, усиленный чакрой - парень почувствовал, как его телу передали гигантскую кинетическую энергию, пробивая защиту. Удар выбил из него дух, и нападавший, перевернувшись вместе с ним в воздухе, подставил его для удара о пол.
  - Нет! - только и успела выкрикнуть девушка.
  Но убийца все же впечатал ее напарника в пол и скользнул в сторону, прежде чем сверху обрушилась водная техника второго парня. Вода рассеялась быстро, высокий видел, что техника не поразила противника. Куноити Камня первая приземлилась рядом с медленно поднимающимся с пола напарником и тут же бросилась помогать ему вставать. Когда спустился высокий, тот уже стоял на ногах.
  - У него сильная техника тайдзютсу, я думал, только дзенины с уклоном в рукопашный способны пробивать каменный доспех без чакры, а чистой физической силой.
  - Как будем действовать? - снова спросил высокий.
  - Ты чуть сзади, в ближнем бою тебе против него не выстоять. Не разделяемся, втроем мы его сделаем, - и повернулся к девушке. - Видишь его?
  - Только примерно. Проклятый дождь, он создает фон из вспышек чакры, мне сложно сосредоточиться. Но он где-то там.
  Она указала направление.
  - Так, вперед.
  Невысокий парень и девушка побежали вперед, второй отставал от них всего на несколько шагов, но не пробежали они и двух десятков шагов, в коридоре рванули взрывные печати, как раз между высоким и его напарниками. Потолок почти сразу обрушился, а взрывы со стороны пары продолжились, заставляя их отступать от завала все дальше.
  - Скорее, обойдем с другой стороны и снова соединимся с ним, нельзя разделяться.
  Отделившийся синоби огляделся, понимая, что завал ему не пробить, тоже собрался обходить по другому проходу - благо на нижних уровнях было много ходов. Но стоило ему развернуться, как путь назад преградил неведомый гость, совершенно не опасавшийся открыто выйти в поединок один на один. Высокий быстро сложил печати:
  - Высвобождение воды: жалящая струя.
  Выплюнув тонкую, но быструю струю воды он с ужасом смотрел, как вода пролетает сквозь гостя.
  - Клон.
  Шаг за спиной, и он едва успевает блокировать руку с кунаем, направленным ему в шею. Понимая, что сейчас последует и второй удар, делает быстрый прыжок в сторону от убийцы, снова складывая печати.
  - Не думай, что я беспомощный, если остался один. Высвобождени...
  До того, как синоби заканчивает технику, в него летят сюрикены, заставляя уклоняться, а сразу за ними гость, вновь успевший сблизиться, атакует уже врукопашную, нарушая подготовку техники. Синоби Камня отбивает простые атаки убийцы, но, пытаясь блокировать очередной удар ногой, отлетает в проем, ведущий в какую-то комнату, ударяясь об косяк, и, запоздало понимая, что это та самая техника усиления ударов, синоби силится вновь собрать печати и использовать технику. Уже вошедший в комнату убийца пинком запускает в синоби Камня стол, вновь не давая сложить печати, подскакивает к столу, блокируя вялую атаку высокого. Хлопок сработавшей печати, и от убийцы распространяется какой-то газ. Синоби Камня, успевший сделать глубокий вдох до того, как вдохнул газ, почувствовал неожиданно сильную резь в глазах. Газ все же дезориентировал его, гость рывком садится на шпагат под столом, хватая высокого за ноги, тянет на себя. Синоби падает, не замечая даже, как его затаскивают под стол, инстинктивно пытается закрыть голову руками. Убийца прыгает на стол сверху, нанося удар коленом, хотя скорее именно усиливающей печатью, прижимая противника к полу расколотой столешницей. Использует вызов сэнбона, напитывая его чакрой и спуская вниз. Игла разрывает дерево и врезается в плоть, а из-под столешницы медленно расплывается лужа горячей крови.
  Пара из Камня уже почти добрались до места, где оставили высокого, когда к ним навстречу выбежали солдаты замка.
  - Капитан услышал шум и приказал нам спускаться...
  Синоби переглянулись, и парень неуверенно произнес.
  - Шум, но я, кроме дождя, по-прежнему...
  Солдаты уже приблизились к ним, когда девушка выкрикнула:
  - Нет! Стойте на месте!
  Но было поздно. Почти на каждом из солдат стояла скрытая взрывная печать, и сейчас они сработали почти одновременно - в синоби полетели окровавленные ошметки тел и доспехов.
  - Высвобождение земли: каменный доспех!
  Парень выскочил вперед, силясь закрыть напарницу собой. И почти сразу из пламени выскочил убийца, уже занося ногу для удара.
  - Слишком предсказуемо, - негромко произнес он, прежде чем нанести серию усиленных ударов по голове парня.
  Тот пытался защититься от взрыва и осколков и явно не ожидал такой атаки, так что и защититься не успел, и все удары достигли цели, сначала пробивая доспех, а затем и выбивая сознание из синоби Камня. Девчонка бросилась на помощь, но убийца швырнул в нее шашку с газом, создавая едкое облако между ними. Девушка, сначала просто задержав дыхание, совершила ту же ошибку, что и высокий. Газ достиг глаз, вызвав тем самым боль и жжение, заставляя ее отступить. Пользуясь моментом, гость вызвал сэнбон и швырнул его в незащищенную голову потерявшего сознание синоби. Голову разнесло на части, но он просто остался ждать. Куноити Камня прорвалась через завесу и хотела броситься в атаку, но замерла, увидев мертвого товарища. Доля секунды, и ее глаза наполнились слезами, а из горла вырвался крик боли и страдания.
  - Стиль касания лезвия! - выкрикнула она, бросаясь на убийцу в прямую атаку.
  Техника, чем-то отдаленно напоминавшая Мягкий Кулак, создавала вокруг ладоней девушки лезвия из чакры. Кеккей Генкай одного из кланов Камня, как понял убийца. Он не стремился проверять ее способности к рукопашному бою, поэтому снова быстро отступил, заводя девчонку в ловушку. Но потерявшая голову от невыносимой боли, сжигавшей ее изнутри, синоби бросилась на него, ничего не видя и ничего не замечая. Он завел ее в комнату, где заложил оставшиеся у него взрывные печати, но куноити его удивила: выхватив из мешка сэнбон, она слегка зарядила своей чакрой и бросила прямо в печати. Он заглянул в ее глаза и заметил, что пелена стала куда плотнее, чем видел в первый раз, когда она заметила его. Больше чакры? Времени думать не было, а ловушка не удалась - девушка бросилась в рукопашную атаку, и убийце пришлось отбиваться: от ударов он лишь уклонялся, не желая проверять, насколько остры ладони-лезвия. Уклоняясь, он перемахнул через стол, но девчонка одним ударом разрубила его на части. Следующий удар он встретил стулом, и рука, пробив доски сидения, немного замедлилась. Убийца бросил стул в сторону, пытаясь вывести разогнавшуюся девчонку из равновесия, но та другой рукой тут же разорвала стул на части. Она прижала его к стене так, что он едва успел уклониться от удара. Ладонь вошла в плотную стену почти до локтя, а гость успел сильно ударить девушку в живот, чтобы оттолкнуть от себя. Пользуясь передышкой, запустил в нее какой-то попавший под руку предмет, который был тут же отбит. Но убийца успел приблизиться и даже достал рукой до ее лица. Вспышка сработавшей печати, заставляющая девушку задержать дыхание и зажмуриться. Но ударить он не успел.
  - Вихрь клинков!
  Девушка завертелась на месте, грозя разрезать противника на части, и гостю вновь пришлось ретироваться. Чакры было слишком мало для активного боя, приходилось изматывать противника. А то, что девушка на пределе, было понятно из становящихся слишком неуверенными движений. Прекратив вихрь, она снова бросилась в атаку, но уже заметно медленнее, и убийца успевал отбивать или уклоняться от атак. Но один удар он все же пропустил: лезвие ладони едва не врезалось ему в плечо, но не меньше половины чакры в ладони развеялось в разные стороны от контакта с отражающей тканью. Пальцы все же вошли в его плоть, оставив глубокую болезненную царапину, но не настолько глубокую, чтобы вывести из строя хотя бы руку. А вот о газе следовало забыть - попади он в рану, будет очень больно. Поединок продолжился, убийца кидал в куноити Камня подручные предметы, отступал, изматывал. Девчонка остервенело кидалась на него, со злостью разрубая все, что в нее летело, но это не могло продолжаться вечно. Вновь сблизившись, она рубанула ладонью по противнику, но убийца спокойно принял ее руку своим доспехом. И вместо звука разрезаемой плоти она услышала хруст костей и почувствовала резкую боль в ладони. Пелена сошла с ее глаз - чакры больше не было. Девушка упала на колени, понимая, что это конец. Незваный гость, тяжело дыша, напоследок все же съездил ей коленом в подбородок, подбрасывая тельце девушки в воздух, и вторым ударом с разворота отправляя в полет до ближайшей стены. Вытащив кунай, он уже замахнулся для удара, напоследок бросив:
  - Будет тебе уроком не бросаться вперед, сломя голову...
  Он нанес удар и задумчиво добавил:
  - Хотя мертвым уроки уже не нужны.
  Он выбрался в коридор и потопал дальше, навстречу ему вышло несколько солдат, все так же не понимающих, что происходит в замке. Люди - что с них взять. Вытащив из сумки несколько сюрикенов, убийца швырнул их, убивая почти всех, но одного все же оставил в живых. Подойдя, он взял у одного из трупов яри и прижал им выжившего к стене; перед тем, как что-то спрашивать, он приложил его руку к стене и несколькими ударами раздробил кости в запястье и локте.
  - Скажи мне, где ваш господин. Или я поищу, у кого еще мне это спросить.
  Солдат не выдержал и указал направление. Хмыкнув, убийца надавил на яри, ломая шею солдата.
  - Не люблю предателей.
  Проходя, воткнул орудие в тело пока еще живого, пытавшегося уползти солдата. Хозяин замка сидел в одной из комнаток нижних уровней, когда убийца расправился с несколькими стражниками у входа и вошел внутрь, мужчина, очень похожий на того, кого изображал манекен, зажался в углу и трясся от страха за свою жизнь. Гость поморщился - у манекена было куда больше мужества перед лицом смерти, он быстро осмотрел стол, найдя искомый свиток. Подошел и простым движением свернул мужчине шею - его миссия на этом была почти завершена. Незваный гость поспешил покинуть замок и раствориться в ночи.
  
  Глава 28.
  
  Рана, оставленная на моем теле неизвестной мне девчонкой-синоби, затянулась уродливым рубцом, и остался заметный шрам. Я попросил его не удалять - хорошее напоминание о собственных ошибках. Нет, миссия, про само существование которой мне велели навсегда забыть, была успешно выполнена. Три синоби из другой деревни, два гэнина и тюнин не сумели меня остановить. Конечно, дерись я со всеми тремя сразу, там бы меня и похоронили, да и вообще, отправь меня на эту миссию сразу после торжественного получения протектора, быть мне трупиком. Но... Всегда есть "но". Я отлично знал... хотя нет, не так. Я смутно помнил методы подготовки спецназа перед важными заданиями еще в том мире. Помнил, что там их натаскивали пару месяцев перед отправкой на важное задание, поэтому даже не был удивлен, когда через три дня после церемонии окончания академии ко мне пришли Анко с двумя парнями из АНБУ и куда-то забрали. Накинули повязку на глаза и забрали. Затем какое-то время - даже представить не могу, сколько провел в том подземелье - меня натаскивали, жестко качали и плотно обучали. Да так, что вся академия по сравнению с этим была вообще... Ловил себя на мысли, что моя жизнь разделилась на "до" и "после". Нет, убийство Миины, конечно, оставило заметный рубец в памяти, но это... Все, что было до этого подземелья, воспринимается, как не свое, а как что-то чужое, как в тумане. Никогда не думал, что буду чувствовать себя таким опустошенным. Я потер шрам, как напоминание, и поднялся с кровати. Комната и раньше не казалась мне своей, а теперь стала по-настоящему чужой. Одежда сложена на стуле, на его спинке висит протектор. Смотрюсь в зеркало. Ха, смешно выглядит. Вроде обычный мальчишка, но стоит вспомнить о последней миссии, и лицо мрачнеет, хотя насколько я теперь знаю этот мир, очень много взрослых синоби имеют такие вещи в своей памяти. Хотя войн и действительно не было уже какое-то время, смерть на миссиях никто не отменял. Перевел взгляд на протектор. Символ. На мне не было его там, в замке. Никто не должен был знать, что кто-то из Конохи там вообще появлялся. Понятия не имею, в чем была вся подоплека дела, да и зачем мне это, но там я оборвал жизни многих людей. Не сказать, что меня сейчас мучила совесть или там еще что-то в этом роде. Вот уж дудки - из-за таких мелочей я раскисать не собирался. Но между теми тремя синоби и, скажем, бандитами, которых я так же вырезал еще до выпуска из академии, огромная разница. Бандиты были бандитами - они выбрали свою жизнь и во многом заслуживали своей участи, а та троица... Их наняли не для защиты от убийцы, а, скорее всего, просто для подстраховки. Не ждал тот мужик, что к нему ввалится такой, как я. Будь там дзенин, ничего бы мне не светило, да меня бы туда и не заслали, подобрав кого по уровню, но там были именно они. И на их месте могли быть, скажем, ребята из академии. Опять же, не скажу, что все они были моим друзьями и все такое. Нет. Меня беспокоило другое. Они были просто троицей молодых синоби, погибших в чужой разборке. Для меня они стали отличной тренировкой. Отдали жизни. Просто так. Просто за то, что им за это заплатили. Со стороны это сложно понять, но постарайтесь представить друга или даже просто знакомого, из-за небольшой суммы погибшего во время какой-нибудь драки. И все считают это нормой. Блин, что-то я загнался, а у меня были планы на сегодняшний день.
  Выскочив на улицу, обратил внимание на множество гостей из других деревень. Насколько я знал, скоро начинались экзамены на тюнина, так что беспокоится не стоило - у меня были заботы куда более насущные. Впервые за все время нахождения в этом мире устал от вакуума одиночества, в котором был вынужден находиться; само по себе это состояние было нормальным - кому я тут мог особо доверять? Нет, варианты сдружиться с кем-то были, но я выбрал совсем не ту кандидатуру. Что для нее закончилось фатально. Среди остальных не находил людей, с которыми хотел сойтись. Таких людей вокруг и не появилось, но вот совсем ни с кем не общаться меня уже откровенно затрахало. И, раздумывая на эту тему в редкие минуты отдыха в подземелье, пришел к выводу, что с одним человеком я все же смогу сойтись. С Каору. Девчонка все так же меня недолюбливала, пусть и не проявляла открытой агрессии, но за тот случай так и не простила. В остальном... Ее техника с посохом была искусственным Кеккей Генкай, которое придумали в застенках Корня. Посох позволял использовать мощные техники Суитон, даже если рядом не было источников воды. В смысле, она когда-нибудь да и научится применять действительно сильные техники, но пока тот дождик был ее пределом. Однако Корень в ней был более не заинтересован. В остальном. Сирота. Куноити Листа она чисто условно, хотя Стране Огня предана безусловно. Так что так, а у меня шило в одном месте играло после изоляции в застенках.
  Каору выделили маленькую квартирку малорентабельном домике, под ней всего этажом ниже жил Наруто Узумаки, который, по слухам, вернулся с миссии ранга А. Как он выкрутился... Хм, или надо спрашивать по-другому: как Хатаке и Учиха выкрутились и вытянули не особо талантливую Сакуру и неудачника Наруто? Я против него, конечно, ничего не имел, но после его выкрутасов на выпускных экзаменах сильно сомневался в адекватности данного субъекта. Запечатанный Лис - это, конечно, не шутки, но им на миссии, видимо, крайне повезло. А теперь еще этот экзамен. Не знаю, кто из наших собирается на него идти, но благо вся эта кутерьма обойдет меня и напарников стороной. За этими мыслями я дошел до дверей Каору и уже собрался постучать. Сердце предательски заколотилось, заставляя ухмыляться. Разум взрослого человека - это одно, но тело еще, по сути, ребенка - это даже забавно. Эх, испытывать смущение и неловкость - счастье-то какое. Дверь открывается, и с порога на меня смотрит Каору. Ну вот, не дала насладиться моментом. Хотя... Сейчас на ней было просторное платье, а волосы распущены, и часть локонов опадала на небольшую грудь. Ндя.
  - И долго ты тут собрался стоять? - тон недружелюбный, но и недовольства нет. Только настороженность: будто она пытается понять, зачем я приперся.
  - Если пригласишь войти, с удовольствием посижу у тебя в гостях.
  - С чего бы мне такое счастье?
  Хм. Надо аккуратно попросить у нее прощения. Так, ненавязчиво.
  - Признаюсь честно. Я пришел вымаливать у тебя прощение, - ага, очень ненавязчиво, да.
  На ее лице появилось удивление вперемешку с непониманием. Она уже собралась пропустить меня, но все же остановилась, спросив:
  - Думаешь, заслужил?
  Киваю, но отвечаю иначе:
  - Сомневаюсь. Но все равно хочу попробовать.
  Девушка все же отходит и пропускает меня внутрь. Епс. А квартира больше всего напоминает мою комнату. Ну, вообще все мило так обставлено, везде порядок, но ощущение такое, будто здесь никто не живет. Тем не менее не подал вида, что осматривался, стараясь смотреть больше в пол или на нее. Пусть считает, что я смущен.
  - Ну, попробуй, - явно демонстрируя, что на ее взгляд шансов у меня нет, разрешает Каору.
  - Я...
  - Ты ведь за тот случай хочешь извинится? - не дала мне даже начать напарница.
  - Именно, - чуть подумав, соглашаюсь.
  Она отворачивается от меня, будто именно мое присутствие вызывает неприятные воспоминания. Хотя, возможно, я не далек от истины.
  - А зачем тебе это?
  - Что зачем? - не понял я. Точнее, понял, но вариантов несколько, и лучше спросить разъяснения, а то не долго и вляпаться еще больше.
  - Зачем тебе мое прощение?
  Она снова поворачивается ко мне - вот теперь нескрываемое презрение. Н-да, не думал я, что настолько ей не нравлюсь. Ну... От любви до ненависти работает в обе стороны. Обычно.
  - Каору, я...
  - Дружба в команде и все такое прочее, да? - снова не дает мне сказать девушка.
  Хм, надо менять рельсы, а то мы договоримся, я чувствую.
  - Помолчи немного и послушай, хватит меня обрывать на полуслове. Дело не в команде. Я поступил по-свински. Ты этого не заслуживала. Тогда много чего произошло, я был выведен из себя, но это вовсе не было поводом вымещать на тебе свои эмоции. И вообще, должен был уже давно это сделать. Прости. Прости меня за мое отвратительное поведение.
  На ее лице играли какие-то эмоции, которые она пыталась скрыть. Ничего не проявлялось больше пары мгновений, и я просто не успевал что-то различить. Блин, женщины: одно слово, а они успевают сто раз принять решение и сто один раз передумать.
  - И?
  - Что "и"?
  - Что дальше? Станем лучшими друзьями?
  Н-дя. Не прокатило. Похоже, природное недоверие и паранойя у нее еще побольше моей.
  - Ну, я надеялся, что ты, по крайней мере, перестанешь меня ненавидеть для начала.
  Она выдохнула, снова подумав о чем-то своем и наверняка переиначив все мои слова.
  - Я поняла. Тебя просто грызла вина, и ты пришел, чтобы избавиться от этого чувства. Успокойся уже, Като. Я не подставлю тебя во время миссии, этого тебе хватит. Нам совсем не обязательно быть друзьями. Так что...
  Она подошла к двери и открыла ее, молча намекая, чтобы я выметался. Я, кивнув, подошел к двери, остановившись на выходе.
  - Не так все просто, Каору. И дело не в вине. Я устал от одиночества. Не настолько, чтобы ехать крышей, но достаточно, чтобы начать искать друзей.
  И побрел восвояси. Ну, это была попытка - возможно, знай я ее лучше, смог бы и переубедить, но...
  
  Глава 29.
  
  На обратном пути застал забавную сценку. Сакура, а рядом неугомонный энерджайзер Наруто - вечная батарейка чакры. Демон Лис, да еще и родство с Узумаки - мне даже обидно немного, что даже со всеми тренировками по количеству чакры я разве что не середнячок. Ну, зато в остальном я перепрыгивал его на две головы. И за Наруто полз... WTF? Что это? Что это за убожество?
  Подхожу к ним, просто не обращая внимания на коробку: нет, я сам собаку съел на всяких хитростях, пусть собственное тельце так никогда не маскирую, но вот поставить скрытый листок с взрывной печатью - это всегда пожалуйста. Но это была явно самая неудачная маскировка из всех виденных мной. Правда, судя по размеру, это были ученики академии, так что нормально - пусть учатся.
  - Сакура! Давно не виделись.
  Девушка посмотрела на меня, но узнала не сразу.
  - Като? Да, ты вечно где-то пропадаешь, - ответила она, но, судя по кислой мине, настроение у нее было ниже нуля. Намного ниже.
  Наруто потратил еще больше времени, чтобы меня вспомнить, но - отдам ему должное - все же вспомнил.
  - Ты что, волосы все же отрастил? А я думал, в монахи записываться собрался.
  Улыбаюсь в ответ, признавая, что шутка удачная. Не обижаться же, указываю на ящик:
  - Твои друзья? Сразу чувствуется - твоя школа. Страшная маскировка.
  Наруто покосился на коробку, недовольно промычав:
  - У меня маскировка была получше. Я догадываюсь, кто это...
  Мы все втроем уставились на коробку, ожидая, когда они перестанут валять дурака. Коробка замерла, и внутри нее послышались голоса.
  - Мне кажется, они нас видят.
  - Не может быть, мы сделали отличный камень.
  - Тогда почему они на нас уставились?
  Я ухмыльнулся:
  - Милые детки, сообразительность просто на высоте. Кого-то они мне так напоминают.
  Наруто сначала кивнул, а потом до него дошло:
  - Это что был за намек?
  Отвечать я не стал - шагнув к ящику, я занес ногу для удара, но не пинать же ее, правильно? Лишь зацепил краем носка ребро и рывком сбросил всю коробку. На свет божий явились три ученика академии. Ничего примечательного, кроме, разве что, очков - копии тех, что носил в академии Наруто. У меня в костюме, кстати, похожие, только немного другие. Да и центральный из них, если я не ошибаюсь, - внук Хокаге.
  - А, это ты, Конохамару? - присев рядом, произнес Наруто. - Э-э? Чего это вы очки напялили?
  Конохамару машинально провел пальцами по названному предмету одежды:
  - А это мы тебе подражаем! - ответил он с нескрываемой гордостью.
  - Поздравляю, Наруто, - ухмыльнулся я, - у тебя есть клуб фанатов. Это первый шаг на пути к становлению Хокаге!
  Впервые увидел на морде блондинчика скептицизм, даже забавно.
  - Ага...
  - Что еще за "ага"?! Ты стал таким неприветливым! - набычился Конохамару.
  - Ну да, ну да, - отмахнулся Наруто, - так что вам надо?
  - Как это, что вам надо!? - снова выкрикнул мальчишка - ну прямо копия Наруто, шумный и несдержанный. - Ты обещал поиграть с нами в ниндзя!
  Сакура, так и не вышедшая из своей меланхолии, спросила:
  - Зачем ниндзя играть в ниндзя?
  И так посмотрела на Наруто, будто он был источником всех ее бед. Что у них там в команде происходит? Хотя кто бы говорил...
  - Эй! А это кто? - беспардонно тыкая в розоволосую, спросил Конохамару.
  Наруто замялся, чувствуя на себе недобрый взгляд Сакуры. А вот достопочтенный внук, несколько секунд о чем-то думавший, неожиданно просветлел, будто что-то понял.
  - А ты молодец, командир! - с довольной миной негромко сказал он. Не громко, но мы все отлично слышали. - Она твоя... да? - сделал жест, означающий "подружка".
  Сакура от возмущения впала в легкий ступор, а я даже прыснул в кулак - давай, блондин, я верю в твою сообразительность. Скажи что-нибудь эдакое...
  - Ну ничего от вас не скроешь... - покраснев, согласился он.
  Бинго! Сакура - ого, не знал, что она так может - перевернулась, встав на руки, и с силой заехала наглецу ногой по голове, отправив его в недолгий полет до ближайшего забора. Ха, ребята, с вами не бывает скучно. Чего это я? Неужели старею, если с таким упоением наблюдаю за дурачащимися детьми? Хотя и вправду забавно.
  - Нет! Командир! - завопил Конохамару. - Как ты посмела! Уродина! Уродина, уродина, уродина!
  Н-дя. Может, уже пора вмешаться? Нет. Надо дать Сакуре немного размяться - пойдет на пользу. А вот Конохамару можно смело звать Наруто-младшим, ну вылитая копия. Ума ровно столько же. И по голове получает вполне заслуженно - нельзя такие вещи девочкам говорить, опасно для жизни, кхе-кхе. Закончив, Сакура уже направилась в мою сторону. Ну, тут улица, ей и идти-то, кроме как на меня, было некуда. Наруто и Наруто-младший поднялись, потирая шишки, и младший выдал в добавку:
  - Вот уродина толстолобая! Да это мужик переодетый! Правда, командир?
  А вот это уже слишком. Сакура, естественно, порывается развернуться и навалять кое-кому за длинный язык, а вся четверка уже срывается с места, чтобы убежать. Тем не менее вмешиваюсь, останавливая Сакуру.
  - Эй, эй. Ты уже взрослая, протектор носишь. Не стоит обращать внимания на этих детей... - и, усмехнувшись, добавил. - Всех четверых.
  Попал. К каждому (ну, почти к каждому) человеку есть лазейка, через которую им можно манипулировать. Она бросает на меня гневный взгляд, но, понимая, что если продолжит, покажет себя таким же ребенком, сдерживается. А этого ей не позволит гордость, которая у нее хоть и своеобразная, но все же есть, так что успокаивается, наверняка сама себе обещая позже навалять Наруто за... за все хорошее, в общем.
  - Ой! - доносится до нас.
  Это Наруто-младший наткнулся на какого-то синоби. Мы подходим к месту происшествия, а я пока присматриваюсь к гостям. Двое, у обоих протекторы Песка. Девчонка с... Веером? Большим веером? Хм, проводник, как и посох Каору. Техника ветра. Второй. Странный. Движения какие-то... Неправильные. Будто сами движения непривычны. Интересно...
  - Эй, больно же! - выдает парень из деревни Песка.
  - Конохамару! - это Наруто. Но орать зачем?
  - Мне больно, понял, пацан?
  Хм, да это же...
  - Эй! Кукольник! - выхожу чуть вперед - пусть полюбуется.
  А оба жителя песка тут же напряглись, бросая на меня гневные взгляды.
  - Не мели чепухи, кукле не может быть больно, - говорю с довольной улыбкой.
  - Э-э-э? Что ты несешь? - вмешивается Сакура, но я не обращаю внимания.
  - Кукольник, - продолжаю со все той же довольной миной, - у тебя палец дрожит во время движения руки, никак контролирующую нить где-то пережимает. Ты бы пошел, посмотрел, а-то ведь и разорваться может в самый неподходящий момент.
  Парень, явно обозлившийся от такой наглости, отпускает Наруто-младшего и убирает руку в карман. Ага, о маленькой поломке он и сам знает. Или это не поломка? Боевая кукла, видимо, не очень предназначена для изображения из себя человека.
  - Ты сам в этой чушке сидишь за спиной куклы? Как? Не жарко?
  Девушка ухмыляется:
  - А я думала, все синоби Листа слабы и глуповаты, а оказывается, есть исключения.
  На дерево рядом с нами запрыгивает Саске, правда мне его видно лишь самым краешком глаза.
  - Ну насчет глупости некоторых я бы не спорил, - бросаю взгляд на Наруто, с удовольствием наблюдая, как того перекосило, - А что касается слабости... Саске! Не продемонстрируешь нашим гостям, что бывает с теми, кто нас недооценивает?
  Окружающие удивляются и запоздало все же замечают устроившегося на ветке Учиху.
  - Что, Като, придумал очередной трюк, чтобы наблюдать за окружающим пространством? - недобро улыбаясь, спрашивает он. Я даже соскучился немного по этой усмешке, которую он натягивал в поединке со мной. Ему нравилось драться с тем, кто хоть и был слабее его, зато активно использовал любые уловки, чтобы уровнять шансы. - Хотя неважно. Давно тебя не видел, может, устроим спарринг? Без учителей, без правил - посмотрим, чего ты стоишь?
  Перевожу на него взгляд. Молодец, Учиха, давай сделаем вид, что нам нет дела до этим выскочек из Песка. Это их немного разозлит.
  - А не боишься, Учиха? Может, ты и последний в своем клане, я тебя жалеть не стану. Правила - это все, что спасало тебя все это время, без них тебе конец.
  Сакура недоверчиво хмыкает: по ее мнению, Саске, естественно, сильнее меня, хотя она так же знает, что я один из лучших синоби нашего класса. И нечему удивляться - оценки у меня действительно были отличные, а это пусть и субъективный, но показатель. Наруто бесится. Ну ему положено, его вообще всерьез мало кто воспринимает. Нет, я отлично знаю, что это ходячая бомба, но пока сомневаюсь в его навыках и умениях.
  - Какая у вас дружба, - ухмыляется девчонка из Песка: несмотря на то, что ее напарник явно на взводе, ей наша перепалка только понравилась. - Может, мы...
  - Канкуро, Темари, чем вы заняты? - спросил кто-то с того же дерева.
  Что? Почему я его не заметил? Может я и не сенсор, но после тренировок...
  - А... Гаара, - парень внутри мешка даже задрожал.
  - Мы... ничем, - тут же поддержала Темари.
  Сгусток песка переместился с дерева на землю и развернулся к нам.
  - Твои глаза, - он смотрел прямо на меня. - Скажи, ты убивал когда-нибудь?
  Клиника. У парня психоз, на морде написано. Недосыпание как минимум - да какое там. С такими синяками под глазами я намного лучше после выхода из подземелья выглядел. К тому же у него сильные техники.
  - Нет, с чего ты взял? - расслабляюсь, чтобы маленькая ложь выглядела, как правда.
  Вся троица песка смотрела на меня заинтересованно. Это у них что, знак уважения к убийцам? Ко мне спрыгнул Учиха, явно намереваясь поддержать - причин меня защищать у него не было, но просто встать против этих ребят, он был обязан из гордости. Гаара перевел взгляд на него:
  - Учиха? Тот самый последний Учиха? Надеюсь, мы встретимся с тобой в поединке. Меня зовут Гаара Сунахама, - представился он.
  - Учиха Саске, - невозмутимо ответил выскочка.
  Пустынник снова перевел взгляд на меня:
  - Можешь не стараться, я все равно все вижу. Твой взгляд. Такие, как мы, отличаемся от других.
  - Какие, такие? - спросил я.
  - Те, кто умеет хладнокровно убивать. Этого не скрыть за невинной улыбкой. Как тебя зовут?
  Я поднял руки вверх в знак примирения:
  - Эй, эй, не надо так беспокоиться. Вы же здесь для участия в экзамене на тюнина?
  Саске и Наруто напряглись, будто только сейчас об этом услышали, но я просто продолжил:
  - Я не участвую в экзамене, так что сомневаюсь, что мы в ближайшее время встретимся.
  - Так ты тюнин? - спросил Гаара.
  Саске фыркнул, настороженно зыркнув в мою сторону.
  - Нет. И не особо спешу им стать. Простите, но мне пора. Сакура, рад был встрече. Саске, как-нибудь позже мы обязательно должны провести спарринг. Всем пока.
  Помахав всем рукой, я поторопился удалиться. Не нравился мне этот красноволосый парень, Гаара. Предпочел бы держаться подальше от подобных психов.
  
  Глава 30.
  
  Утро, а проснулся я достаточно рано, в силу обстоятельств, и сейчас неторопливо разминался, но разминка моя закончилась влетевшей в окно Анко. Не сказать, что я был удивлен ее появлению - деревня готовилась к проведению экзамена, наверняка нашлась мелкая работка и для нас.
  - Сенсей, доброе утро, хотя когда ты так вламываешься, у меня сразу возникает плохое предчувствие.
  Девушка плюхнулась на кровать, заставляя меня поморщиться. Серьезно, не люблю, когда девушка - не моя естественно - валяется в моей кровати; была бы моя - был бы только рад, а так - нет, и ее эта привычка мне совершенно не нравится.
  - Что, неужели совсем не рад меня видеть?
  Посмотрел на нее скептически:
  - С чего бы вдруг? Есть работа?
  Анко сделала недовольную мину.
  - В чем дело, Като? Что за настроение? Что-то ты в последнее время всем недоволен.
  Я, к слову, в этот момент висел на потолке, качал пресс. Было бы, за что зацепиться ногами, зацепился бы, а так приходилось использовать потолок. В общем, я спрыгнул, продолжая подергивать разными мышцами на теле, проверяя, все ли в порядке.
  - Нет. Еще не отошел от... тренировки.
  Лицо сенсея смягчилось:
  - Согласна, редко кто проходит в твоем возрасте изоляционную тренировку. Я была старше на два года, например. А вот Какаши Хатаке был младше тебя на три, но тогда время было другое, в остальном же ее проходят уже будучи тюнинами или вообще дзенинами.
  - А Учиха Итачи? - спросил я.
  Анко напряглась, но, прежде чем она хоть что-то успела ответить, я резко приблизился и навис над ней, остановившись всего в нескольких сантиметрах от ее лица.
  - Он жил в мирное время, сенсей. Как и мы.
  Анко промолчала, а я, довольный собой, отстранился и начал одеваться, не обращая на нее внимания.
  - Так зачем ты пришла?
  - Что, и просто так заглянуть нельзя? - хищно улыбнувшись, спросила она.
  - Не в такую рань.
  Она поднялась с кровати и протянула мне листок. Я пробежался глазами по небольшой бумажке.
  - Разрешение на участие в экзамене?
  - Да. Зайди к своим напарникам. Встречаемся в беседке у купальни через час.
  - Я и Данго успеем запросто, а вот Каору...
  - Ничего не хочу знать, - снова хитро ухмыляясь, ответила Анко, уже выскакивая из окна.
  При первой возможности я его заколочу. Или поставлю ловушку. Точно. Данго должен был подготовить для меня парализующий яд - его и поставлю. И ловушку с путами, чтобы связать и парализовать, и сделаю фото. Чтобы неповадно было вламываться ко мне через окно и валяться на моей кровати.
  Идти до Каору было ближе, так что сначала я отправился к ней. Девушку оказалось на удивление легко разбудить, да и собралась она быстро. Даже на укладку длинных волос много времени не ушло, чему я был крайне удивлен. Девушка, которая не опаздывает. Нонсенс. Данго, хоть и повозмущался, но так же быстро собрался, и мы все трое потопали в названную беседку. Пришли, естественно, раньше времени, и теперь сидели и ждали. Говорить было особо не о чем, кроме разве что...
  - Твой яд готов, забыл отдать в суматохе, - Данго бросил мне свиток, - я запечатал столько, сколько тебе было нужно.
  - Отлично, парень, я твой должник, - убирая свиток в сумку, кивнул я.
  - Снова что-то химичишь, Като? Лучше бы развивал техники, - в укор мне сказала Каору.
  Ха, как будто я не пытался.
  - У меня проблема со стихией. Бумага чакры не реагирует, так что я по прежнему даже не знаю, какая стихия мне ближе. К тому же я посчитал среднее потребление чакры на ниндзютсу низких уровней. Меня хватит на десять использований максимум, а пищевыми энергетическими пилюлями выжму еще три-пять раз. К тому же на использование своих текущих техник я трачу меньше времени, чем в среднем требуется на применение печатей. В большинстве случаев я просто не позволю противнику использовать технику. Вкупе с ядами, способностью временно становиться почти невидимым и прочими уловками, я почти дотягиваю до уровня среднего тюнина. К тому же мой конек - скрытность и тактика ударов в уязвимое место. Если завязывается бой, я скорее отступлю, чем буду атаковать влоб.
  Она подняла руки, останавливая меня:
  - Да, да, я поняла. Можешь целую лекцию выдать. Ну, и что это за новый яд?
  - Он наносится на оружие, в случае Като - на сюрикены. Попадание в конечность вызовет ее кратковременный паралич.
  - А почему не использовать более сильный яд? - не поняла Каору.
  - Есть такое понятие, как излишняя боевая мощь, - продолжил уже я. - На примере: ты ведь не станешь бросать в воробья большой сюрикен? Но это крайность. В моем случае цель яда - выиграть кратковременное преимущество. Этот яд имеет очень слабую концентрацию, и он достаточно дешевый в производстве. Мелочь, можно считать.
  Данго кивнул, подтверждая мои слова.
  - А качественный яд, вызывающий полный паралич, дорогой, просто слов нет. Про смертоносные яды и речи не идет - они вообще малодоступны. К тому же этот срабатывает почти сразу, тогда как для полного паралича нужно время. К тому же этот практически не прихотлив, над чем и работал Данго все это время, тогда как многие яды могут не подействовать из-за каких-нибудь мелочей. К примеру, несколько капель дождя размоют яд или растворят его. А главное, я собираюсь использовать этот яд на клонах-сюрикенах, а значит, его действие все равно не продлится достаточно долго, чтобы убить или полностью парализовать. Семь-десять секунд - это достаточно, чтобы улучить момент и нанести смертельный удар. В моих условиях он наиболее удобен. Ну, если когда-нибудь стану очень богат, обязательно снабжу себя сюрикенами с ядом, убивающим мгновенно.
  - Надо будет запомнить, что нельзя прикасаться к твоим вещам, во избежание летального исхода, - выдохнула девушка.
  С ядами вообще кропотливый процесс. Мне еще повезло, что есть клон-печати. Нанес яд на сюрикен, запечатал, и вот тебе счастье. Тогда как таскать в сумке отравленное оружие просто опасно. Но это объясняет, почему яды повсеместно не используются - много сложностей с ними. С пресловутыми техниками ниндзютсу все намного проще - выучил, и все, используй, когда заблагорассудится. То, что делал я - долгая и упорная подготовка к любой вылазке. Стоит учитывать, что без всего своего снаряжения я не более, чем гэнин уровня выше среднего. Нет атакующих ниндзютсу, всего пара изученных защитных или отвлекающих техник, хорошее тайдзютсу, которое мне подняли на тренировке. Да, внимательность и гибкость мышления мне в помощь, но это не особо много. Тоже выше среднего. Но вот в полном снаряжении...
  - Данго, а накопители чакры? Вышло что-нибудь?
  - Дай мне время, чтобы все закончить.
  - Что за накопители? - вмешалась Каору.
  - Небольшие накладки для костюма, пришью изнутри. Могут накапливать и долгое время удерживать некоторое количество чакры. Все вместе, возможно, смогут обеспечить меня резервом в половину моего собственного запаса, - ответил я.
  - Негусто, - скептически отозвалась девушка.
  - Знаю, это временная мера, пока я не подниму свой уровень.
  Накопители были определенно плохой идеей. Точнее, не более, чем временное решение. Весили относительно много, да и место занимали. Многого из этого я выжать не мог, но половина своего запаса - это было что-то. К тому же у меня была одна отличная техника, которая требовала как раз около половины моего запаса. Одноразовая, так сказать, но для критической ситуации вполне подходила.
  Наконец появилась сенсей, как всегда, с хищной ухмылкой. Но я не против, ей эта полуулыбка очень идет. Бли-и-и-ин! Почему у нас такая разница в возрасте? Анко посмотрела на меня, а в данный момент мое недовольство своим положением очень отчетливо было написано на морде - не видел смысла скрывать, даже немного смутилась, вроде. Да, похоже и симпатия к ней тоже была написана там же.
  - Ваши разрешения на участие в экзамене, - сенсей протянула Данго и Каору листки. -
  Дата, время и место там указаны. Вопросы?
  - Зачем мне экзамен? - первым оказался Данго. Я даже удивился - первый раз на моей памяти он не согласен с Анко. - Мне проще пройти по обучению ирьенина и получить звание тюнина там.
  Анко нахмурилась, видимо, ожидая другой реакции.
  - Мне вообще дела нет до этих формальностей. Я выполняю приказы, и не важно, какой там ранг и все прочее, - добавила Каору.
  Сенсей нахмурилась еще больше и вообще начала откровенно злиться. Она перевела взгляд на меня, и я тут же ретировался:
  - А я со всем согласен. Выполню, нет проблем.
  Пусть у меня тоже были соображения, но сейчас для них было не место и не время.
  - Объясняю для тугих, - Анко начала цедить слова, так что настроение эта парочка ей испортила конкретно, - чем быстрее вы станете тюнинами, тем легче мне будет отписать вас от всякой ерунды и перевести полностью под АНБУ. Чтобы вы перестали быть командой из трех гэнинов, которых некуда ткнуть из-за специфической подготовки каждого из вас, с лидером-дзенином, которой и без вас есть чем заняться, - ой, что-то я сомневаюсь слегка в последнем. - В постоянный состав спецкоманд. И вам, и мне будет только проще. Так что плевала я на ваши отговорки. Считайте это миссией. Ясно?
  Я, а за мной и напарники поднялись, кивнув:
  - Конечно, Анко-сан, мы все сделаем.
  - Прочь с моих глаз! - отмахнулась девушка.
  Вот так в приказном порядке меня подписали на экзамены тюнина.
  
  Глава 31.
  
  Снова академия? Не сказать, что я желал туда возвращаться. Вокруг было достаточно много синоби, даже несколько больше, чем я ожидал увидеть. В большинстве своем это те самые середнячки, но это я знал о гэнинах листа - с остальными был большой вопрос. Из гостей можно было встретить песчаников, правда, интересовала меня только одна команда, остальные сразу пустил побоку. Есть ребята из Звука, и они меня как раз беспокоили. Парень с какой-то меховой штукой на спине, а лицо перемотано бинтами, второй обычный, еще девчонка с длинными темными волосами, хм, симпатичная. В отличие от остальных, они так же, как и я, скрыто наблюдали за присутствующими. Не знаю, кто они, но опыт у них есть однозначно. Несколько команд из страны Дождя. Команды из страны Водопада. Команда из деревни Травы. И еще команда гэнинов Листа чуть постарше нас - вот за ними тоже желательно посматривать. Во-первых, там Хьюга, а это уже что-то, во-вторых, тот парень с толстыми бровями, которого я видел несколько лет назад. Если он гэнин и еще жив и здоров, значит, умудрился как-то выползти на одном тайдзютсу. Но это была лирика. Гэнины начали заходить внутрь, и мы, выждав немного, тоже потопали вперед. Думаю, кто-то был уже внутри, так что я пока видел не всех.
  - Я раньше не бывала в академии, - призналась Каору.
  - Ничего особенного, - меланхолично ответил Данго.
  Я промолчал. Мы зашли внутрь и начали подниматься на указанный, то бишь, третий этаж. А на втором застали картину маслом. Нет, ну не перестаю удивляться таким вещам. О чем говорили в начале, я не заметил, но мы шли сразу за Учихой и его командой.
  - Вообще-то я с вами согласен, но меня вы пропустите. И снимите свое гендзютсу с этой комнаты.
  Я подошел ближе, глянув на табличку с номером комнаты, которая слегка рябила, потом на двух кадров под дверью. Они, кстати, тоже рябили - превращение, не иначе.
  - Что, Саске? Уже нашел, где выпендриться? - вставил я. - Подумаешь, кучка идиотов столпились рядом с кладовой, этажом ниже нужного, мог бы и мимо пройти.
  Но он не успевает ответить: вместо него один из парней у двери чуть смещается ко мне.
  - Значит, заметили? Но гедзютсу - это еще далеко не все...
  Он пытается нанести удар ногой, а Саске рядом со мной также начинает движение. Ну и я был почти не удивлен, когда двигаться начал еще и толстобровый парень из другой команды. Этот спец по дракам устоять в стороне определенно не мог. В рукопашной все трое меня несколько обходили, но и я не из капусты вылез. Сдвигаюсь чуть вперед, чтобы оказаться как раз между всеми, и едва успеваю использовать технику подмены - благо для нее не нужны печати, достаточно послать чакру в печать с пеньком. Нет, я естественно, не исчез в иллюзии и все прочее, но пенек-то появился. Саске и неизвестный мне псевдогэнин просто пнули по нему с разных сторон, потому что поздно заметили мой маневр. Зато отличился толстобровый, наткнувшийся на пенек лобешником и обнявший его руками и ногами. Хм. А я был уверен, что только Наруто умеет так чудить.
  - Знаешь, если тебе полюбился пенек, - обращаюсь к приходящему в себя бровастому, - дарю - не жалко.
  И, повернувшись к псевдогэнинам, добавляю:
  - Хорошая техника превращения. Почти незаметно. Вы же тюнины, верно?
  - Как ты заметил? - напрягся тот, что все еще стоял у двери.
  - Ха, так я и сказал. Ладно, забавно тут с вами, но... Саске? Идешь или хочешь еще попинать деревце?
  - Хочешь, я сейчас тебя попинаю? - фыркает Учиха.
  К нам подходит Хьюга.
  - Эй, вы, новички. Вы, кажется, сильные, - и краем глаза наблюдаю за резко потухшим Наруто. Бедный пацан. - Ваши имена?
  Толстобровый все же отлипает от пенька, правда, после шлепка по затылку от напарницы, и встает, как-то странно посматривая на Сакуру.
  - Если хочешь узнать чье-то имя, сначала назови свое, - отвечает Учиха. Ну и молодец, не фиг давать другим зарываться.
  - Вы же на экзамене впервые, сколько вам лет? - продолжает Хьюга.
  - Я не обязан тебе отвечать, - стоит на своем Учиха.
  Хьюга напрягся, переводя взгляд на меня, и получает довольную дружелюбную улыбку:
  - А что все такие недружелюбные? Что-то не помню, что между Учихами и Хьюга была такая явная вражда.
  - Ты сумел опередить Ли, - будто игнорируя меня, сказал Хьюга, - а это не просто.
  - Я его не опередил, парень, - со все той же улыбкой продолжаю я, - я оказался в нужном месте в нужное время. Тебе ли не знать, что скорость - это еще далеко не все?
  Если он в команде с Ли - так он его, вроде назвал - и не на последних позициях, раз говорит с таким пренебрежением, он либо быстрее, либо его техники более совершенны. Склоняюсь ко второму - они на то и клановые. Однако мои слова его как-то задели, и он, развернувшись, ушел. Никакой вежливости.
  Рядом со мной появились Данго и Каору, и девушка недовольно пробурчала:
  - Наигрался, можем идти?
  - Да, да, идем.
  Но напоследок нас ждало еще одно зрелище. Видимо, толстобровый очень хотел отыграться за объятия с пеньком и потому нагнал нас в холле третьего этажа.
  - Эй, коротко стриженный!
  - Тебе еще никто не говорил, что ты толстобровый идиот с дебильной прической? - выдохнул я. - Чего тебе?
  Сразу за ними шла и команда Учихи, так что они становились случайными свидетелями зрелища.
  - Я хотел сразиться с лучшим синоби выпуска и сначала думал, что это Учиха Саске, - вещает Ли. - но потом посчитал, что ты сильнее его. Давай сразимся. Меня зовут Рок Ли.
  А на морду Саске нужно было посмотреть. Бедняжку так никогда не унижали.
  - Рок Ли, значит? - снова натянув невинную улыбку, отвечаю я. - Меня зовут Нахуюге Вертюги, и ты не прав. Саске превосходит меня в рукопашной схватке. Вот он, кстати. Так что... Саске, я вижу, ты очень хочешь доказать толстобровому его неправоту?
  - С удовольствием! - а от него так и разило гневом. Вот и посмотрим - на обоих, кстати.
  - Зачем тебе это? - негромко спрашивает Данго.
  - Как "зачем"? Они же потенциальные соперники. Надо знать, с чем имею дело.
  - Как ты себя назвал? - с другого бока влезла Каору.
  - А... не важно, просто в голову взбрело.
  Мы отошли в сторону и с удовольствием понаблюдали как Саске... получил в щи. С ноги. Дважды. Так, этого Ли надо брать на заметку. Благодаря тренировкам его движения, хоть и с немалым трудом, я могу заметить, как и Саске, насколько я понял, но вот успеть что-либо сделать вряд ли сумею. Тайдзютсу у него внушительное. Но бой закончился, и дальнейшее нас уже не интересовало.
  
  Глава 32.
  
  Входим мы в кабинет, и опа. В смысле, с буквой "ж" впереди. Полторы сотни синоби из шести стран - это просто показательный балаган, чуть в стороне трутся и наши одногодки, но я даю знак своим, и мы тихо отходим в сторону. Сейчас злить кого-то из этих ребят я не видел никакой срочной необходимости. Отошли в сторону, сидим тихо, наблюдаем. Синоби идут в возрасте от новичков, вроде нас, правда, таких уникумов только наш бывший класс, а остальные как минимум слегка постарше. Но есть и старички, лет эдак под двадцать пять-двадцать семь. Хм, такие неудачники, что до сих пор не могут сдать экзамен? Или есть подвох?
  Появляется шумная команда и начинает, хм, шуметь - логично. Но на них я пока не обращаю внимания, продолжая наблюдать за всеми остальными. Ребятки напряжены: столько потенциальных врагов вокруг, с ума сойти можно, хе-хе. Примерные расклады я представлял, но вот на кой ляд нас собрали в аудитории? Это будет забавно.
  - МЕНЯ ЗОВУТ УЗУМАКИ НАРУТО! И Я ВАМ ВСЕ ПОКАЖУ, ГДЕ РАКИ ЗИМУЮТ! ПОНЯТНО, ДА? ПОНЯЛИ МЕНЯ?
  Стоит ли упоминать, чей это был ор? Хотя и так очевидно. Краем глаза проследил за синоби Звука, сорвавшимися наказать наглеца. Какие несдержанные. Понаблюдал за их техникой, ну, для них "звук" - это не просто название деревни, бьюсь об заклад. Железка на руке парня с мехом вполне слышно свистела, парня в очках он так и не коснулся, но очки разбил, да того еще и вырвало. Отличный прием. Звук, значит. Надо будет подумать, как если что от них защищаться. Звук, звук, звук...
  - Так, умолкли все!
  И в вихре дыма через окно в кабинет влетает команда экзаменаторов. Красиво, ребята, конечно, но вам не повезло, что я в этот момент как раз в окно смотрел. Спалились, гы-гы-гы. Не впечатляет. Нашему взору предстают два десятка человек со смутно знакомым мужиком во главе. Е! Да я же его видел. Он, пусть и косвенно, участвовал в моих тренировках. Опасный тип, очень опасный.
  - Добрый день. Я - Морино Ибики, экзаменатор первого отборочного тура на этом экзамене.
  Мне даже сдавать перехотелось, слишком уж неприятные воспоминания у меня с ним связаны. Тем не менее он осадил ребят из звука и приступил непосредственно к экзамену.
  - Начинаем первый тест экзамена. Сейчас вы все сдадите сюда свои заявления по порядку. Взамен вы получите номерок и сядете на указанное на нем место. После этого мы раздадим вам вопросы...
  - Что! Контрольная! - заорал Наруто.
  Н-дя, для него это будет тяжело, наверное. Мы расселись по своим местам, как и предполагалось, вперемешку. Мои ребята оказались от меня на максимально возможной дистанции, в разных углах, в общем-то. Но это фигня - мы с Данго в теории шарим отлично, а Каору как минимум не двоечница. Прорвемся.
  - В задания пока не смотреть. Всем слушать меня, - между тем продолжил Ибики. - Сейчас я объясню правила сдачи этого теста. Я запишу их на доске, и никаких вопросов! Слушать внимательно!
  Правила заключались в минусовой системе, ничего особо сложного. То, как меня гоняли в изоляции, было куда хуже. А тут ерунда. Десять очков, десять правильных ответов. Ошибка - минус балл.
  - Второе. Это командный тест, так что очки команды складываются. Результат будет суммой очков в команде.
  Дальше тоже ничего особо сложного, а все возгласы недовольства были посланы куда подальше. Но вот третье правило меня заинтересовало.
  - Третье правило гласит: У каждого, кто будет пойман на списывании или ином жульничестве, будет вычитаться два очка за каждое нарушение.
  - Мы за вами присмотрим, ребята, - с хитрой улыбкой добавил один из парней в команде экзаменаторов.
  - Неудачники, пойманные на списывании, - продолжил Ибики, - недостойны звания тюнина. Если вы хотите его заслужить, ведите себя, как положено настоящим синоби. И последнее правило. Потерявшие все начальные очки и не ответившие ни на один вопрос вылетают вместе со своей командой.
  Снова возгласы недовольства, задавленные в зародыше. И, не теряя времени, Ибики объявляет:
  - На все у вас один час! Начали!
  Сижу и понимаю, что я чего-то не понимаю. Слова Ибики были неоднозначными настолько, насколько это вообще возможно. К тому же правила. Пойманный на списывании не вылетает с экзамена с пинка, а лишь получает штраф. Что это значит? Что ты можешь попасться четыре раза. И, если я не дурак, в чем меня поддерживает моя шиза, в этом-то весь подвох. Тест не в том, чтобы правильно ответить на вопросы, а в том, чтобы грамотно списать и не попасться. Так, для порядка взглянуть на вопросы. Кхм. Даже мне тут придется покорпеть, чтобы написать все правильно. Сколько таких умных, как я? Правильно: единицы. Что делать остальным? Аккуратно так осматриваюсь и внимательно наблюдаю за теми, кто начал списывать. Некоторые делают это воистину красиво и незаметно, кто-то палится по-страшному. К кому мне присоединиться? К тем, кто пишет сам, или к тем, кто списывает? Или же...
  Улыбаюсь и смотрю на строчку с последним вопросом. Если я все понял правильно, сдадут те, кто не попадется. Сколько очков, всем по фигу, лишь бы не попасться. Сидеть и писать ответы, чтобы с меня списывали. А вот хрен. Отвечу ровно на один вопрос. Даже напрягаться не стану. На последний, в смысле. Поэтому сижу и расслабляюсь. Может я и не прав, конечно, но как-то все равно.
  Сижу, наблюдаю, как кто-то списывает, а кто-то попадается. Раз. Второй. Третий. Первая команда вылетает. Вторая команда вылетает. Третья пошла. Есть возмущающиеся, но их быстро затыкают. Даже забавно. Правда, одна вещь меня забавляет больше других: места для ответа на десятый вопрос на листе нет. Не придется ничего писать? Или снова подвох? Что же ты задумал, Ибики? Остается пятнадцать минут, и Морино громко заявляет:
  - Итак, время пришло. Оглашаю десятый вопрос.
  Наконец-то.
  - А перед тем, как его задавать, я оглашу несколько новых правил.
  В аудитории зависает напряженное молчание. Хм, я знал, что он что-то задумал - у этих ребят ничего просто не бывает.
  - Объясняю правила. И эти правила... Очень строгие. Во-первых, вы должны решить, будете ли вы пытаться ответить на десятый вопрос или нет.
  - Выбирать?! А что будет, если мы откажемся от вопроса? - спрашивает куноити песка, та самая симпатичная девица с веером. Большим веером.
  - Если вы откажетесь, ваши баллы обнулятся, то есть, вы не сдали.
  Гул недовольства среди гэнинов, а я все жду подвоха. Пока не совсем ясно, в чем он. Этот мужик меня уже тестировал, так сказать, по мелочи - для него это были пятиминутки отдыха, наверное, но для меня достаточно мучительная пытка. Так что пока он еще ничего страшного не сделал.
  - А теперь еще одно правило, - продолжил Ибики. - Если вы согласитесь отвечать на вопрос и ответите неправильно, вы навсегда лишитесь права сдавать экзамены на тюнина. Он навсегда останется гэнином.
  Снова ропот недовольства в зале. Бьюсь об заклад, что-то тут нечисто с этим вопросом. Дело не в его сложности. Ибики спец по психологическому воздействию, неужели все это лишь психологическая ломка? Фигня, я через это уже прошел, так что сижу на попе ровно. Данго и Каору тоже не трепыхаются. Он наверняка все написал, а она списала - с нее станется. Так что финал их ничуть не пугает. А самое смешное, что Данго все равно сможет пробиться по линии ирьенина, а Каору просто плевать. Молодцы, ребята, за это я вас и люблю.
  - Приступаем к десятому вопросу. Кто решил отступить, поднимите руку.
  Зал поредел сразу почти на треть. Забавно. Что же там придумал Ибики?
  - Я не собираюсь отступать! - выкрикнул Наруто. - И даже если я навсегда останусь гэнином, я все равно стану Хокаге! Так что плевать! Я вас не боюсь!
  Морино насупился, став еще страшнее, но после выкрика этого придурка он был как бледное пятно, не смотрелся совсем.
  - Спрашиваю в последний раз. От этого зависит ваше будущее. Еще не поздно передумать.
  - Я от своих слов не отказываюсь! Таков мой путь ниндзя! - стоял на своем Наруто.
  Отдаю должное, настырности ему не занимать. Да и трусом не назовешь, как ни крути. Интересно, он ответит на последний вопрос? Нас тут аж восемьдесят один человек, немало.
  - Ну что же, хорошо. Итак, все, кто остался... - Ибики глубоко вдохнул, прежде чем громко заявить. - Поздравляю! Вы сдали первый тест!
  Я чуть не заржал. Как и предполагалось, сдали те, кто не попались. Дальше Ибики о чем-то базарил с оставшимися, но я его даже не слушал. Зато через окно заметил Анко, к чему-то готовящуюся. Ох, сенсей, вы в своей стихии. Поднимаюсь, оставляя лист на столе.
  - Спасибо за приятное времяпрепровождения, но можно было и не приходить.
  - Эй! А как же следующий тест? - встает один из тюнинов.
  Улыбаюсь уже ставшей моей коронной наивной милой улыбкой:
  - С этим не будет проблем. Ведь экзаменатор второго теста - мой учитель.
  
  Глава 33.
  
  В аудиторию влетает Анко, предварительно разбив стекло, естественно. Да, сейчас она будет именно такой, какой я ее видел при первой встрече. Сенсей предстает перед нами, обводя всех хищным, голодным взглядом:
  - Так, малышня! Меня зовут Митараши Анко. Я буду вашим экзаменатором во время второго теста!
  - О, привет, сенсей, - приветливо машу я рукой, развеивая все ее очарование. Не одна она умеет прикалываться.
  Она смерила меня презрительным взглядом, но я ответил лишь все той же улыбкой, ибо нефиг меня пугать - уже пуганый. Анко подходит к моему месту и смотрит на листок:
  - Като! Какого хрена ты не ответил ни на один вопрос?
  - Все просто. Чтобы раскусить суть теста, мне потребовалось три минуты с его начала, - сохраняя улыбку, отвечаю я. Вру, конечно, но выходит круто. Сейчас пытаться съехать и выглядеть серой мышью бесполезно - Анко все равно привлечет к нашей команде излишнее внимание. С нее станется. А так хоть взял дело в свои руки, смогу выставить себя в нужном свете.
  - Погодите-ка! - встает Саске, возмущенный ситуацией. - Если она ваш учитель, не значит ли это, что она станет вам помогать во время экзамена?
  Синхронно с Анко поворачиваемся к Учихе и дарим ему хищный взгляд. Давно хотел над ним поизмываться, вот и повод. Он даже побледнел слегка - не ожидал увидеть двух волков, дерущихся из-за жертвы.
  - Ты ничего обо мне не знаешь, так, мальчик? - бархатным голоском произносит Анко.
  - Она скорее специально нас завалит, чем поможет, Саске. Так что не пыхти.
  - Так, хватит прохлаждаться! - будто вспомнив, зачем она вообще здесь появилась, встрепенулась Анко. - Все за мной!
  Арена номер сорок четыре. Лес смерти. Тридцать одна с небольшим тысяча гектаров со всякими хищниками и опасными тварями. Анко как-то рассказывала про него. Мельком. А учитывая собравшийся контингент, это огромное поле для битвы. Замечательно. Гэнины перешептываются между собой, поглядывая в сторону неприветливого леса и самой Анко.
  - Скоро вы узнаете, почему его называют "Лесом смерти".
  - Скоро вы узнаете, почему его называют "Лесом смерти" - передразнивает ее Наруто. Вот тормоз, нарвется же. - Что, напугать меня хотели? Не вышло! Я ничего не боюсь!
  - Ути-пути, какие мы смелые.
  Кунай пролетает мимо лица Наруто, оставляя царапину. Сама Анко тремя прыжками оказывается за его спиной, нежным, не обещающим ничего хорошего голосом, произносит:
  - Такие, как ты, идут в расход первыми... Ня-я, - она слизывает кровь из раны, - у них такая сладкая кровь.
  Поднимаю с земли ее кунай до того, как это делает какой-то синоби из деревни травы. Пусть он этого и не знает, но к сенсею лучше не приближаться.
  - Анко-сан, давайте вернемся к экзамену.
  Она бросает на меня недобрый взгляд, но при этом хитро улыбается. Точно что-то задумала.
  - Като, ты испортил мне все удовольствие, - но сразу переключается на свои обязанности. - Ну... Прежде чем мы начнем тест, вы должны подписать это.
  В ее руке появляется плотная пачка бумаг.
  - Это ваше согласие на участие. Ведь во время теста обязательно кто-то погибнет. Не хочу нести за вас ответственность. Ну?
  Синоби, пусть и неохотно, получили свои бланки, а Анко продолжила.
  - Итак, правила. В центре Леса Смерти стоит башня, на расстоянии десяти километров от нее по периметру арены находятся ворота, всего сорок четыре штуки. Вас ждет испытание на выносливость и... - она хищно ухмыльнулась, - силу, так как сражаться друг с другом вам однозначно придется. Без правил. Любое оружие и доступные вам техники. И делать это вы будете ради них.
  В ее руках появилось два свитка. На одном надпись гласила: "Небо", на втором "Земля".
  - Каждая команда получит один из свитков. Цель, через сто двадцать часов в полном составе и с обоими свитками находиться в башне. Нет одного из членов команды - дисквалификация. Нет одного из свитков - дисквалификация. Время истекло - дисквалификация. Попытаетесь открыть свиток - дисквалификация.
  - Сто двадцать часов? Это пять суток. Что мы будем есть? - спросила Сакура.
  Но Анко лишь отмахнулась:
  - Меня это не волнует. Тест на выживаемость: что найдете, то и съедите. Только помните, там полно всяких ядовитых тварей, так что осторожнее. Вернемся к свиткам. Вас здесь восемьдесят один человек. Значит тринадцать команд получат свитки земли, тринадцать получат свитки неба.
  - Подождите! - отозвался Саске, - восемьдесят один человек, это двадцать семь команд. А вы сказали только про двадцать шесть свитков.
  Анко хищно улыбнулась... Очень довольно улыбнулась, как улыбалась, когда задумывала пакость.
  - Моя команда пойдет без свитка. Их задачей будет найти оба свитка и доставить их в башню.
  На нашу троицу покосились: кто с сожалением, кто с пониманием, кто с усмешкой. Я и Каору тяжело выдохнули - тест предстоял интересный. Хотя...
  - Сенсей, напоминаю, что вы силой затолкали нас на тест, - решил попробовать я. - Мы вполне можем забить на все, прошататься на окраине пять суток и спокойно выйти с дисквалификацией.
  Но это ее лишь раззадорило:
  - Като. Если ты не сдашь тест, я запихаю тебя в такую дыру, что Изоляционная Тренировка покажется раем.
  Складываю руки на груди, возвращаю ей ее же улыбку и тон:
  - А кто сказал, что она мне не понравилась? Я с удовольствием ее повторю, полностью добровольно.
  - Ты меня понял, - закончила Анко и снова переключилась на остальных. - Еще одно. Пути назад не будет. После того, как войдете в ворота, пять дней в лесу вы так или иначе проведете. Теперь сдавайте разрешения и получайте свитки. Затем вас проведут к воротам. Живее!
  Я повернулся к своим напарникам:
  - Свитки со снаряжением с собой.
  Оба коротко кивнули. Ходить в костюме до того, как придется вступить в бой, было бессмысленно. Но теперь мы поиграем. Нет ни одного свитка с самого начала? Да плевать. Не знаю, сколько еще среди команд специалистов нашего профиля, но ни о каком честном поединке и речи не идет. А по части диверсий и неожиданных атак мы вполне можем поохотиться и сразу за двумя свитками. К тому же теперь можно и убивать. Валить ребят из Листа мы не станем - свои все же, глупо собачиться между собой. Но вот с остальными я даже церемониться не стану. К нам подходит Анко, сохраняя хищную ухмылку.
  - Еще одно условие лично от меня и конкретно для вас.
  Я ухмыльнулся, следовало ожидать каких-нибудь дополнительных ограничений.
  - Я серьезно, Като, - сохраняя то же выражение на лице, но меняя тон сказала Анко. - Есть задание.
  Мы напряглись. На нас посматривали, но слова вряд ли слышали. А читать по губам Анко было бессмысленно, она умело шевелила губами, не произнося ни слова, или говорила тогда, когда со стороны казалось, что она молчит. Мне бы так научиться.
  - Свиток с заданием получите у ворот.
  Коротко, едва заметно киваю. Уж не знаю, что там задумали экзаменаторы, но похоже, самое интересное еще только начинается.
  - Все получили свитки? Живо к воротам. Начало через час, ровно в полдень! - крикнула Анко.
  
  Глава 34.
  
  На воротах мы получили свиток, но не спешили его открывать. Отойдя немного в сторону, присели под раскидистым деревом, я прикрыл глаза, намереваясь подремать. Способность спать в любое время и при любых условиях оказалась весьма удобной.
  - Като? - позвала меня Каору.
  - М?
  - Расскажи об Изоляционной Тренировке.
  Я открыл глаза, посмотрев на девушку. Она сидела рядом, задумчиво глядя на лес за забором.
  - Я так-то не против, но можно узнать, откуда такой интерес?
  Она немного подумала, но все же ответила:
  - Причина, по которой меня не взяли в... Я ее не прошла. Тренировку. На второй день сломалась, так что... Почти и не помню ничего.
  Интересные вступительные экзамены в Корне. Рассказать? Что мне, жалко, что ли.
  - Ладно. Тебя переводят в темную прохладную комнату, единственный источник света - маленькое окошко в двери. Из мебели - раскатанный в углу матрас. Холодно, но спать можно. Сразу никакого режима. Разбудить могут в любой момент, так что чувство времени теряется сразу и напрочь. Тебя будят, ведут через коридоры, начинается физическая тренировка, недолгая. Потом прием пищи. Спрашивают, не заметил ли какого слова. Если нет, дают стакан горячей (но такой, чтобы можно было пить) воды. Затем тренировка, физические упражнения, совмещенные с монотонными лекциями, которые необходимо запоминать. Потом спрашивают, что успел запомнить. Насколько хорошо отвечаешь, настолько хорошо тебя кормят. Снова проводят по коридорам. Иногда спать, иногда на другую тренировку. Потом все повторяется раз за разом. Слова, которые нужно заметить, могут быть где угодно. На спине сопровождающих, на стенах, потолке, полу. Сложены из пыли, выскоблены лезвием, проведены пальцем по пыльной стене. На тренировках по рукопашной тебя больше избивают, чем, собственно, учат. Все повторяется раз за разом. Когда привыкаешь различать слова, они усложняют задачу. Фразы, целые предложения, вопросы, на которые нужно ответить. Прерывистый график сна сначала вызывает головные боли, но потом как-то свыкаешься. Тренировок становится все больше. К просто физическим нагрузкам, совмещенным с лекциями, которые намертво откладываются в сознании, но при этом порой просто сам не помнишь, что только тебе рассказывали, добавляются все новые изощренные тренировки. Пытки. Тебя сажают на стул и вначале просто при помощи гендзютсу начинают давить болевыми ощущениями, при этом так же читая лекции. Учат не отвлекаться на боль. В какой-то момент сознание срывается. Все вокруг превращается в круговорот. Тренировки, тренировки, лекции, даже не задумываясь, выполняешь все команды. Затем начинают жестко будить, с побоями. Чтобы спал чутко. Теперь, когда открывается дверь, ты уже сидишь и ждешь их. Потом вообще спишь больше сидя, так удобнее. Спарринги становятся все плотнее, а противники бьют все жестче. Каждый спарринг кончается у медика, вправляющего суставы и латающего свежие дырки. К ранам привыкаешь, относишься к ним, как к норме. Все чаще в бою применяешь это новое знание. Даешь сломать руку, чтобы нанести ответный удар, к примеру. Потому что по-другому соперников просто не достать. Никогда не теряешь внимания, постоянно наблюдая за всем, что происходит вокруг. Они уже не играют в слова, все чаще заставляя рассказывать вообще все, что происходило вокруг. Потом заставляют рисовать план помещений, по которым тебя водят. Когда план составлен, переводят в другое место. И все передвижения осуществляются с мешком на голове. И каждый день заканчивается с попытками нарисовать план. Привыкаешь к боли, к жуткому темпу. Ко всему. И когда достигаешь предела, потолка, они все ломают. Приводят в комнату, ставят перед человеком. У меня это был какой-то пацан лет восьми. И приказывают убить. Я к тому времени вообще над приказами не задумывался. И я воткнул ему кунай в горло. После этого меня долго избивали и держали без еды и сна. Дня три, наверное. К этому моменту мне вернулось чувство времени. А затем объяснили, что я не должен был его убивать. Что я должен думать своей головой, а не только исполнять все приказы. Уже после, когда все кончилось, мне рассказали, что это было гендзютсу, и я никого не убивал. Но осадок остался. Затем я несколько дней наблюдал за всеми, готовился. И в какой-то момент совершил побег. Не получилось - меня вернули и избили. После этого лекции уже не читали, больше спрашивали, что я помнил. Я помнил все. Все, что мне рассказывали. О том, как нужно проводить диверсии, как нужно убивать, как нужно наблюдать, что нужно делать, как находить слабые места противника, какие правила следует соблюдать в поединке. Не давать противнику полностью реализовать свой потенциал. Отступать, если противник сильнее, и атаковать со слабого места. Как нужно жульничать. Как и когда использовать собственные техники. Я все это помнил и готовил новый побег. Вторая попытка так же провалилась. Тренировки продолжались. А когда меня в очередной раз привели к человеку и приказали его убить, я оглушил охрану. Ну, они сделали вид, что у меня это действительно получилось, и совершил третью попытку. Удачную. На выходе меня ждала Анко, довольно ухмыляясь. Она сказала, что мне потребовалось на семь дней больше чем ей самой. На этом все и кончилось.
  - Понятно. Извини.
  Я пожал плечами:
  - Не извиняйся, не за что. Они меня многому научили. Жестоко, конечно, но я им в какой-то степени даже благодарен. Теперь я куда более уверен в своих силах.
  - Время! - напомнил Данго.
  Ворота перед нами открылись, и мы вошли в лес. Сразу схоронились в удобном укрытии. Первым делом распечатать из свитков свое снаряжение. Переодевались все вместе, и я краем глаза посматривал на Каору, которая, в общем-то, и не стеснялась. Н-дя. Мечты, мечты. Запечатали обратно в свитки одежду и засели над свитком от Анко. Раскрыв его, прочитали следующее... Миссия заключалась в том, чтобы команда с Учихой должна была пройти тест. Все втроем, вовремя и со свитками. Вмешиваться слишком активно было нежелательно, но мне разрешали действовать по обстоятельствам. Саске и Наруто должны были выжить. Обязательно и любой ценой. Все-таки джинчуурики и последний Учиха. На всякий случай в свитке были запечатаны как свиток неба, так и свиток земли. Из пожеланий было то, что нам лучше бы никого не убивать. И мы сами должны были успеть прибыть к башне, но необязательно со свитками. Также указывалось, через какие ворота вошла искомая команда и с каким свитком они стартовали.
  - А сразу сказать, зачем нас во все это втягивали? - негромко пробурчала Каору.
  - Все правильно. Задание лучше узнавать непосредственно перед исполнением. Так оно надежнее, - ответил я. - Ладно, поехали. Каору, нам нужен будет твой дождичек.
  Девушка кивнула. Это была, в общем-то, ее главная техника. Дождь. Когда-то это был Кеккей Генкай какого-то клана, ныне уже уничтоженного. Дождь позволял Каору чувствовать других синоби, попавших под него, а так же создавать фон, мешающий вражеским сенсорам. Она была куда более универсальным сенсором, чем те же Хьюга, пусть и более специфичным. За что те самые Хьюга некогда уничтожили этот клан. Но сейчас это было не главное.
  - Где их примерно искать, мы знаем. Но добираться далековато, да и нарываться на другие команды не стоит. Идем скрытно.
  Оба напарника кивнули, натянув капюшоны и маски. Миссия началась.
  
  Глава 35.
  
  Добраться до области, где должна была находиться команда Учихи, мы смогли, но потратили больше времени, чем хотелось бы. Пришлось несколько раз обходить стороной другие команды. На все ушло два с небольшим часа, но за это время и наша цель могла уйти.
  - Каору.
  - Я поняла.
  Рядом противников не было, и у нашей умницы было время использовать технику.
  - На небе мало облаков, - констатировал факт Данго, - у нее уйдет много сил.
  - Она справится.
  Причудливый танец, грациозные движения, взмахи посоха. Минута. Вторая. Третья. Небо начало медленно заполняться облаками. Все же она была очень сильна - устроить дождь в ясный день. Года через три-четыре будет дзенином, почти не сомневаюсь. Если отлынивать от работы не станет, кхе-кхе. Начал моросить мелкий дождичек, и Каору замерла. Она вслушивалась в него. Свист падающих капель. Удар каждой капельки о листок, ветку, землю.
  - Они недалеко. И не одни. Один человек быстро уходит от них, но трое других подходят. Эта троица, среди них очень сильный синоби.
  - Насколько? - насторожился я. Надеюсь, не тот песчаник.
  - Сильный. Опасный. Он почувствовал меня.
  Где-то впереди раздался грохот.
  - Они применили какую-то мощную технику. Като, они разделились. Команда Учиха разделились. И их противники тоже. Один движется к ним, двое к нам.
  - Твою мать, опять подстава. Данго, Каору. Попытайтесь отвлечь одного из них, пока я разберусь с другим. И Каору, продержи свою технику, пожалуйста.
  Один из противников запрыгнул на ветку всего в нескольких десятках метров от нас.
  - О... детишки хотят поиграть.
  На лице синоби Скрытой Травы была странная маска. Будто это была не маска, а он надел на себя второе лицо. Губы и глаза зашиты. На руках и ногах длинные ногти. В остальном обычная форма Травы: черный костюм перевязанный толстым поясом. Он быстро сложил печати, произнеся:
  - Техника Звука: Хор Мертвецов!
  На нас обрушился... хор. Стоны страдания и боли, льющиеся просто отовсюду. Напарников тут же прижало к земле, но я еще держался на ногах. Хор давил, но это было лишь гендзютсу, причем, несмотря на всю свою силу, не слишком сложное. Думать было тяжело, и я лишь выхватил сюрикен и швырнул его в противника, надеясь прервать действие звука. Запоздало вспомнил про клон-печати, но техника действительно сильно мешала нормально соображать. Синоби легко отбил несколько сюрикенов, но хор прервался, давая передышку.
  - Постарайтесь задержать второго. С этим я разберусь.
  - Разберешься со мной? Ха-ха-ха! Ну давай! Попробуй!
  Я уже бежал вперед, запустив маскировку. Надо было скрыться из виду, а заодно и увести его немного подальше, чтобы был простор для маневра.
  - Прятаться вздумал. Техника...
  Закончить я ему не дал. Вызвал сэнбон и, напитав его до предела чакрой, швырнул в основании ветки, на которой сидел противник. Ветка разлетелась в щепки, и не ожидавший такой подлянки синоби полетел вниз. Снизу я уже встречал его клон-сюрикенами, на которые заблаговременно был нанесен яд. Но синоби Травы (хотя, может, и Звука, судя по используемым техникам) не только вновь легко отбил их, но успел сложить печати.
  - Высвобождение Ветра: Воздушные Пули.
  Что? В мою сторону с огромной скоростью полетели сгустки воздуха, выбивающие небольшие кратеры в земле. Я едва успевал отпрыгивать, чтобы не попасть под удар. Снова ушел в невидимость, чтобы успеть отдышаться перед следующим заходом. Как же хорошо, что на включение и выключение техники необходимо всего ничего чакры. Синоби легко приземлился, бросившись примерно в мою сторону. Может, он меня и не видел, но я двигался шумно, да и задевал ветки - не было времени для скрытности. Собрал печати:
  - Клон.
  От меня отделилась иллюзия. Мы быстро разделились. Иллюзия двигалась в поле зрения противника, но он пока не торопился атаковать. Ага, сильная техника его немного истощила - откат, требовалась хоть какая-то передышка. Я запустил клон-сюрикены по очень большой дуге, чтобы казалось, что их запустила иллюзия, как раз повторявшая мой жест. Противник собирал печати для использования техники, а я заходил к нему с фланга.
  - Высвобождение Ветра: Воздушные Пули.
  Новая очередь сгустков воздуха разорвала иллюзию на части. Иллюзия действительно изображала разрывающееся на части тело - я долго тренировался, чтобы добиться такого эффекта. Она делала это беззвучно, но противник замешкался, вглядываясь во все еще летящие в него куски мяса. А я уже швырнул вперед бомбу с ядовитым газом. Взрыв. Используя печать усиления, наношу удар ногой в живот, второй с разворота в голову, третий снова в живот уже сверху вниз, так как его развернуло, чтобы впечатать в землю. Слышу звук удара тушки о землю, выхватываю взрывные печати, напитываю их чакрой и налепляю на тело. Сразу пять штук - этого хватит, чтобы разорвать его на части. И отскакиваю назад, выходя из зоны поражения. Раздается взрыв. Многовато чакры потратил за один присест, надо отдышаться, прежде чем возвращаться к своим.
  - Ха-ха-ха-ха-ха...
  Дым развеивается, и оттуда на меня смотрит медленно растекающийся силуэт.
  - Высвобождение земли: Подмена Земляным Клоном.
  Его тело окончательно расплывается грязевой лужей, а сам синоби вылезает из земли чуть за ним. Футон и Дотон? Неужели он дзенин? Какого черта он здесь забыл? Учиха? Или джинчуурики? Тогда я очень надеюсь, что спецкоманда где-то поблизости, потому что с ними двумя мы просто не справимся.
  - Неплохо, мальчик. Очень неплохо. Продолжим нашу игру?
  - Я был бы очень рад, если бы ты уже сдох, - признался я.
  - Хи-хи-хи-хи-хи... А мне понравилась наша игра. Давай продолжим.
  - Продолжим...
  Синоби быстро складывает печати, а я еще не передохнул после предыдущего захода, на атаку сил не хватит.
  - Высвобождение Ветра: Воздушные Пули!
  - Подмена.
  Хоть на нее мне сил хватило. Отскакиваю от бедного пенька, сразу разрываемого атакующей техникой. Так как его атаковать? Пытаться достать тело, пока у него не кончится чакра? Опасно, малоэффективно. Стоп. Подмена земляным клоном? Есть идея.
  Проглатываю пищевую пилюлю и почти сразу вдыхаю наркотик. Стараюсь пока держаться на расстоянии, напоминая о себе лишь редкими бросками сюрикенов по очень большой дуге. Только, боюсь, второй раз на иллюзию он не клюнет. Есть что-то вроде плана. Заготовить взрывные печати. Фух, поехали.
  Прыгаю в наиболее удобные для атаки кусты. В смысле, мне нужна точная дистанция. Бросаюсь вперед, бросок максимально заряженных сэнбон. Добавляю сюрикены, снова отправляя каждый по большой дуге. Противник уклоняется от сэнбон, отбивает сюрикены. Газ бросать бесполезно - в прошлый раз он вообще не подействовал. Сближаюсь, пользуясь маскировкой и тем, что он отвлечен сюрикенами, но вместо прямой атаки перекатываюсь ему за спину. Втыкаю в спину кунай со взрывной печатью. Тут же в голову прилетает мощный удар. Синоби не целился - просто махнул рукой наотмашь, но было больно, однако боль терпеть я умел. Падая на землю, ставлю вниз печать обманку, тоже взрывную, но чакры там почти ноль - так, лишь бы пыхнуло. Перекат, наношу удар рукой, он видит - легко перехватит, но это мне и нужно; вторая рука вгоняет второй кунай со взрывной печатью в бок. Синоби негромко рыкает от боли, резко сжимая мою левую руку, хруст костей, и голову пронзает резкая боль. Чакра, активация печатей, и бабах. Оба куная были поставлены так, чтобы меня от взрыва отгораживал своим телом синоби. Тем не менее мне тоже досталось, падаю на землю, чувствуя сильную боль в руке.
  - Высвобождение земли: Подмена Земляным Клоном.
  Разрушенный клон оседает, а синоби вновь появляется из земли прямо передо мной.
  - Ничему не науч...
  Как только он полностью выкапывается, запускаю чакру из накопителей, да и все свои остатки активизирую. Опираясь на здоровую руку, резко разворачиваюсь на земле и, (извини, Рок Ли, этот удар подсмотрел у тебя - пусть скорости на него мне сильно не хватает, компенсируем силой печатей) слегка перенаправив энергию в усиливающих печатях, наношу удар ступней снизу, чтобы подбросить противника вверх. Нога болезненно хрустнула, как я и предполагал, в таком направлении наносить удары без нанесения самому себе травм невозможно. Но сейчас выбора не было. Используя те же печати, сильно отталкиваюсь от земли и наношу серию ударов снизу, чтобы еще сильнее подкинуть противника в воздух. Здоровой рукой всаживаю ему кунай в горло - на сэнбон уже сил не хватает. Несколько заготовленных взрывных кунаев вместе с невостребованным третьим кунаем со взрывной печатью, отталкиваюсь активируя печати.
  - Гамбит ин Коноха, сука!
  Взрыв, на меня брызгает немного крови, даже успеваю обрадоваться, так как уверен, что в этот раз попал. Но запоздало понимаю, что был слишком близко к взрыву. Меня относит куда-то в сторону и вышибает сознание ударом.
  
  Глава 36.
  
  Очнулся достаточно быстро. В основном стараниями Данго, естественно. Эти парни были сильны, конечно, но все же не дзенины. Каору сумела справиться со вторым, хотя сама тоже выглядела потрепанной. Как и Данго, в принципе. Ирьенин сейчас латал мою бедную ручонку, Каору сидела рядом, поддерживая дождик.
  - Что сидим, почему прохлаждаемся?
  - Трио наших подопечных сейчас в относительной безопасности, - ответила Каору. - Противник ушел. К ним приблизилась другая группа, но не подходят близко, держась на большой дистанции. Сакура в сознании, двое других сильно пострадали, похоже. Если очнутся до того, как нападут противники, нам, возможно, и вмешиваться не придется.
  - Это почему? - не понял я.
  Каору зло ухмыльнулась:
  - Като. Анко приставила волкодавов смотреть за медведем. Во время боя чакра Девятихвостого проявлялась. А у Саске сейчас чакра ни чуть не лучше этого демона-зверя. Если они очнутся, нам там делать будет нечего.
  - А если нет? - спрашиваю я.
  Она посмотрела на меня с грустной ухмылкой:
  - У тебя переломана рука. У меня в теле с десяток новых отверстий. Чакры у обоих почти нет. За ночь что-то восстановится, но много ли? Какая будет битва?
  - Короткая, - кивнул я, - но у нас миссия. Если не можем убить, просто будем держать их, пока эта парочка не очухается. Другие синоби?
  - Никого поблизости, - отрицательно покачала она головой. - Тот, что сражался с ними, поставил какое-то гендзютсу, отогнавшее всех незваных гостей. Теперь тоже самое делаю и я, конечно, в меру сил. Так что все спокойно.
  Согласившись с доводами девушки, провалился в нервный сон. Рука болела, и, видимо, Данго все время, пока я спал, пытался как-то ее подлатать. Просыпался ночью, Каору дремала, а Данго не было рядом. Поменялись, он наблюдал за троицей противников. Когда вернулся, рассказал, что там ребята из Звука. Я даже не был удивлен. Надеялся только, что не такие крутые, какими были первые.
  Рассвет был паршивый. Рука, пусть Данго и срастил кости и восстановил большую часть повреждений, все еще болела. Ну, боль можно и потерпеть, лишь бы шевелилась. Каору плохо выспалась, но держалась неплохо. Правда, и троица Звука пришла в движение. Пришлось выдвигаться.
  
  * * * * *
  
  - Бессонная ночь? - с издевкой спрашивает Досу, выходя из укрытия. - Ничего, скоро отоспишься. Буди Саске, мы хотим с ним сразиться.
  Если бы не проклятый дождь, моросивший почти всю ночь и продолжавший лить и сейчас, настроение у троицы было бы куда лучше.
  - Что? - голос Сакуры предательски дрожит от страха, что она пытается выдать за ненависть. - Да вы что, рехнулись?! Я знаю, что за вами стоит Орочимару! Что ему надо от Саске?
  Вся троица рассмеялась, чувствуя предвкушение от предстоящего издевательства над группой слабых синоби. Они подошли к воткнутому в землю кунаю, и Досу уже протянул руку к скрытой ловушке, когда за ними раздался голос.
  - Это, троица Звука!
  За их спинами стоял синоби в плотном камуфлированном костюме. Костюм местами был порван и прожжен, левая рука сильно пострадала, даже кровь местами запеклась. Плотная маска и капюшон закрывали лицо и глаза, так что его нельзя было различить.
  - А ты еще кто? Тоже участник экзамена?
  - Можно и так сказать, - не стал отрицать синоби.
  Досу улыбнулся под своими бинтами.
  - Кин, займись девчонкой. Мы с Заку немного поиграем с этим выскочкой.
  - С удовольствием, - улыбнувшись, соглашается девушка из Звука.
  - Тебя не учили, что нападать нужно внезапно... - уже начал лекцию Досу, когда за его спиной раздался хлопок и звук удара.
  Оба парня из звука резко обернулись и увидели того же синоби, а под ногами у него в отключке лежала их напарница.
  - Учили. А еще учили начинать с самых слабых, - ответил он.
  Клон, - запоздало понял Досу. Из кустов выпрыгнул еще один синоби в такой же форме, но он сразу бросился к Саске и второму мальчишке.
  - Спокойно, я ирьенин, - быстро отстранил он Сакуру.
  Дождь резко усилился. Синоби выхватил сюрикены и запустил в Досу и Заку. Второй вышел вперед, успев отбить атаку:
  - Техника Звука: Звуковая преграда!
  Но противник уже сложил печати. Досу заметил, как замерцал силуэт синоби. Противник побежал прямо на Заку, тот ответил техникой:
  - Техника Звука: Режущая волна воздуха!
  В тело синоби врезались потоки воздуха, и оно разлетелось на части. Но Досу видел, что тело получает не те ранения, которые должно, да и происходит все беззвучно. Запоздало замечает едва различимый силуэт, приближающийся к напарнику чуть с фланга. Кидается ему наперерез, используя свою технику. Но, когда он поднимает рукав и открывает усилитесь, падающие с неба капли начинают резонировать с металлом. Техника не срабатывает, и Досу просто прорезает кулаком воздух без всякого эффекта. Синоби же, сбросив невидимость, вполне успешно атакует его в рукопашную. Но его левая рука дрожит от боли, и неплохой рукопашник Досу ему не уступает. Заку наконец понял, что произошло, разворачивается, готовясь использовать технику, но его руки прорезает боль.
  - А-а-а!
  Синоби противника быстро отступает назад, выхватывая сюрикены и готовясь к новой атаке. Досу оглядывается на напарника, руки которого, утыканные десятком сюрикенов, безвольно висят не реагируя на хозяина.
  - Это яд! Досу! Он использовал какой-то яд!
  Тот, кто назвался ирьенином, тоже стоял на изготовке, держа перетянутые жгутами сюрикены.
  - Вы зря обо мне забыли.
  Досу оглянулся. Троица оказалась опасной. А противников наверняка было трое, просто один контролировал дождь откуда-то из укрытия.
  - Стойте! Мы сдаемся! - произнес негласный командир команды Звука.
  - Что? Ты спятил?! - выкрикнул Заку.
  - Заткнись, дебил! Их трое. И это не простые гэнины. Дождь блокирует мои способности, не знаю, как, но... Видимо, вы уже видели мою технику. Там, на первом отборочном. Заку, твои руки повреждены. Не знаю, когда перестанет действовать яд, но до этого, обезоруженные, мы уже будем трупами.
  - Но у нас приказ!
  - Я сказал заткнись! Мы все равно ничего не сделаем. Без толку так умирать, а эти ребята убьют нас, не задумываясь. Верно?
  - Вам повезло. Нам приказали не оставлять много трупов, - без особой радости согласился синоби.
  Досу достал свиток земли и положил его на землю.
  - Вот. Он вам нужен? Забирайте. Только дайте нам уйти.
  - Валите, - разрешает неизвестный синоби.
  Синоби Звука медленно подошел к спящей напарнице и забросил ее на плечо. Заку стоял на ногах, но прямо-таки пыхтел злобой.
  - Извините, что так уходим... - хотел попрощаться Досу.
  - Валите, пока не передумал! - зло огрызнулся синоби.
  "Убийцы," - подумал Досу, прежде чем его команда отступила.
  
  Глава 37.
  
  Фьюх, пронесло. Мы, все трое, и так уже на пределе. С этими бы мы справились, и с еще одной такой же командой можно было бы потягаться, наверное. Но на сэнбон у меня уже нет сил. Пеньки почти на исходе, два вроде еще осталось. Печати со снотворным пусты. Каору вышла из укрытия, коротко сообщив:
  - Они уходят.
  - Нам тоже пора, - негромко заключаю я, - дальше пусть другие разбираются.
  - Но...
  - Мы еле живы. Я левой рукой в цель попасть уже не могу. А Каору...
  Дождь кончился, подтверждая, что чакры у нее чуть выше ноля. Данго был в лучшем состоянии, чем мы, но и боец из него не чень. Те же отравленные сюрикены, правда, яд он использовал более концентрированный, так что ближайшие полчасика-часик Заку из Звука побудет без рук.
  - Эм-м... Кто вы? - неуверенно спрашивает Сакура.
  Поворачиваюсь к ней и вижу напуганную и обескураженную девчонку. Теперь отчетливо понимаю разницу между АНБУ и всеми остальными синоби. Дело не только и не столько в Изоляционной тренировке. Данго и Каору пройдут ее, только позже, когда подрастут, так скажем. Я в прошлом уже взрослый человек, мою психику сломать не так-то просто. Но они оба - и Данго, и Каору - были спокойны и собранны. Нет страха, нет шока от произошедшего. Они едва не пожертвовали своими жизнями ради трех ребят, которых и друзьями-то не считают. И ничего. Такую психику можно натренировать. Но изредка рождаются люди, созданные, чтобы убивать.
  - Хм. Ну... мы участники экзамена.
  Сакура неуверенно кивнула. Кажется, она сейчас расплачется. Или нет, но нервы у нее однозначно на пределе.
  - Эта чакра, - напрягается Каору.
  За спиной Сакуры возникает столб почти видимой мощной чакры. Демон-лис? Нет, Учиха. Что? Какого хрена? Саске поднимается на ноги, а на лице и всей левой руке у него рисунок типа черного пламени. Что за?.. Он открывает глаза, обрушивая на нас шаринган. Малоприятное ощущение, надо сказать. Его лицо искажается в дикой улыбке, и раньше, чем я успеваю что-то сказать, Учиха складывает печати:
  - Высвобождение огня: Техника огня отшельника-феникса!
  Расталкиваю напарников в разные стороны, сам складывая печать:
  - Подмена!
  Отскакиваю от пенька, который тут же разлетается от первых огненных лепестков.
  - Подмена!
  Снова отскакиваю, пытаясь уйти с линии атаки. Лепестки пламени уносятся в разные стороны. Пока я бегал от пламени, Данго все же использовал свои сюрикены с тросами, швырнув их в Саске. Сюрикены обмотали его тело, а Данго быстро собрал печати.
  - Паралич!
  По тросам быстро промчалась чакра Данго, которая должна была парализовать или ослабить Саске. Техника завершилась, но Саске, покрывшийся все той же темной чакрой, с криком разорвал тросы. По ним в обратном направлении хлынула его чакра, и Данго едва успел отпустить их, чтобы не получить отдачу. Каору сформировала технику, но, когда уже собралась ее применить, Саске подскочил к ней, направив посох, уже отстреливающий мощные водные снаряды, куда-то вдаль мимо него. Сильный удар в грудь, и девушка падает - уж не знаю, от чего она пострадала. Бой нужно заканчивать, и быстро. Нам нельзя вредить Саске... Да какое там, я даже не представляю, как ноги унести!
  Ситуацию неожиданно спасает Сакура. Девушка обняла Учиху сзади, моля:
  - Саске! Остановись! Прошу тебя, прекрати!
  Он обернулся, сверля ее злым взглядом.
  - Прошу, не надо больше...
  Она плакала, но не рыдала. Черт, Каору в отключке, я даже не знаю, что с его чакрой. Чувствую, что она злая и ее много, но... Черная печать начинает двигаться, медленно сворачиваясь. Несколько томительных секунд, и черная печать скрылась где-то под одеждой. Шаринган тоже спадает.
  - Эй, эй! - решил я воспользоваться ситуацией. - Мы не хотим драться. Мы поняли, ты сильный, а один из нас серьезно ранен. Вот, держи.
  Я достал свиток неба и положил его на землю, как парень из звука до меня.
  - Теперь у вас два свитка. Видишь. А мы уходим.
  Я не слишком быстро, но и не особо медленно подошел к Каору и аккуратно взял ее на руки. Это пусть других девушек, как мешки, на плечи забрасывают. Каору у нас слишком ценная - не стоит ее травмировать еще больше, да еще неизвестно, какое у нее состояние. Так что я держал ее бережно и аккуратно.
  - Уходим.
  Данго кивнул и, включив маскировку, двумя прыжками скрылся в зарослях. Вот хвастун, хочет, значит, уйти красиво. Просовываю пальцы в костюм Каору - не, не затем, просто касаюсь сети проводников чакры костюма и включаю ее и свою маскировку. Несколько секунд мы будем невидимы - этого хватит, чтобы отойти в укрытие. Пусть это просто показуха, но... Да, я просто повторил за Данго... так что без комментариев.
  Отойдя на приличное расстояние, заваливаемся в укромном месте. Данго быстро осматривает напарницу.
  - Ей нужен отдых и покой. Хотя бы денек. А еще лучше помощь хорошего медика.
  - А ты плохой? - язвительно напоминаю я.
  Но он как ни в чем ни бывало пожал плечами:
  - Я устраню повреждение. Но этот Учиха нанес странную рану своей чакрой. Не знаю даже, закроется она сама или нет.
  Киваю и, чуть подумав, принимаю решение.
  - Час на отдых, а потом мухой в башню. Все, мы умываем руки.
  - А Учиха? - напоминает.
  - Ты его видел? Это нам от него защита нужна.
  - Он нестабилен, не думаю, что сможет самостоятельно использовать эту силу.
  - Плевать. После всего шума к нему приставят АНБУ или еще кого. Вот пусть они и разбираются. В остальном мы сейчас не бойцы. Так что нефиг трепыхаться. До конца экзамена еще три дня. Успеем отдохнуть в башне.
  - Как скажешь, - не стал спорить напарник.
  Вскоре мы добрались до башни.
  
  * * * * *
  
  Второй отборочный тур подошел к концу. Условно. Восемь команд собрались в небольшом зале. Двадцать четыре гэнина ждали предстоящего события. Перед ними стоял Хокаге, три дзенина-экзаменатора и капитаны команд. Анко была экзаменатором и капитаном по совместительству, но претензий, видимо, ни у кого не было.
  - Ну... Для начала поздравляю с успешным прохождением второго этапа! - объявил Хокаге.
  Он вещал какие-то умные речи, а оставшиеся синоби поглядывали друг на друга. Команда Анко, сейчас без масок и капюшонов, немного отдохнувшая, привлекала несколько больше внимания, чем остальные. Потрепанные, но явно довольные собой, они стояли немного в стороне от других. Тем не менее синоби и переглядывались друг с другом, многие уже успели выбрать себе желанных соперников. Наконец, вперед вышел экзаменатор третьего тура. Молодой синоби весьма болезненного вида, он, казалось, вот-вот сам упадет от усталости.
  - Меня зовут Гекко Хаяте. Я буду проводить третий этап и... Э-эм... Вам предстоит отборочный тур, который начнется прямо сейчас.
  Он быстро угомонил возмущающихся.
  - На третий этап экзамена прибудет много гостей. Мы не можем затягивать битвы. Видимо, в этом году первые два этапа были слишком простыми и... Осталось слишком много претендентов, поэтому перед тем, как приступить к третьему туру, вы в случайном порядке проведете спарринги. Правило простое: нельзя убивать соперника. Победители будут допущены к третьему этапу. Кто считает, что не готов, ослаблен или просто не хочет рисковать, можете выйти сейчас. На вашу команду это не повлияет.
  Гэнины начали переговариваться или просто задумались. Первым руку поднял высокий и, видимо, самый старший из претендентов.
  - Уммм... пожалуй, я выйду...
  - Ты Якуши Кабуто? Можешь идти.
  Гэнины переговаривались. Наруто перебросился с Кабуто парой фраз - они успели немного познакомиться. Сразу за ним руку почти одновременно подняли двое из команды Анко.
  - Хаяте-сан, - первой стала Каору, - я не хочу участвовать.
  - В чем дело, Каору? - насторожилась Анко.
  Девушка усмехнулась, открывая застежки костюма на груди. Она показала весьма красочную рану, оставленную ударом Саске.
  - Я так и не восстановилась и не могу управлять чакрой.
  - Я тоже выбываю, - поддержал ее Данго.
  Анко нахмурилась:
  - А ты-то с какого?
  - Все три дня я ее лечил, - кивая в сторону напарницы, ответил парень, - так что я без сил. Толкни - упаду.
  Като отмахнулся:
  - Я восстановился, сенсей. Одного тюнина на команду для начала хватит.
  Анко закрыла глаза рукой, фыркнув:
  - Проваливайте с глаз долой!
  Оба синоби поторопились ретироваться. Хокаге, улыбнувшись, шепнул молодой дзенин:
  - С учетом их задания, они отлично справились.
  Анко хмыкнула, не удосужившись ответить.
  - Если это все... - но Хаяте не успел закончить - еще один гэнин поднял руку.
  - Сакура? - удивленно выдохнула Ино.
  Девушка выглядела плохо. Хотя это еще мягко сказано: она была напугана, пусть и пыталась не подавать виду. Като смерил ее задумчивым взглядом, про себя ответив: "сломалась".
  - Да... я... Я не хочу больше участвовать. Моя команда дошла до финала, и теперь я могу... Я не хочу...
  - Хорошо, - кивнул Хаяте, - можешь идти.
  - Сакура! Подожди! - выкрикнул Наруто, - ты не можешь так просто отступить.
  Девочка посмотрела на него грустными глазами:
  - Прости Наруто. Я правда очень устала... и сил сражаться уже нет... И... дальше продолжайте без меня.
  Четыре отказавшихся ушли.
  - Итак, - продолжил Хаяте, - теперь мы можем начать отборочные поединки.
  На стене появился экран. И уже на нем высветились два имени.
  - Саске Учиха и Акадо Ерой. Остальные поднимитесь на балконы.
  Саске, пусть и с немалым трудом, победил Ерой. Като отметил, что, как и говорил Данго, Саске пока не в состоянии управлять новой для него силой. Дальше бои шли один за другим. Какие-то проходили быстро, какие-то немного затягивались. Темари без особых проблем победила Тентен. В бою между двумя выходцами из клана Хьюга верх, безусловно, одержал Нежди. Разыгралась небольшая сценка, как-то связанная со внутренними проблемами клана, но все быстро завершилось. Жуковод Шино разгромно победил паренька Казу из Звука. Канкуро со своей куклой легко одолел Тсуруги Мисуми. Шикамару Нара легко и почти виртуозно перехитрил Тсучи Кин. Последний гэнин из Звука вышел в бою против Яманака Ино, но девушка благоразумно сдалась без боя. Блондинчик Узумаки напоролся в бою на толстяка Чоджи. Бой был долгий, оба много ругались, но Наруто одержал верх. Хотя и покалечился немного. И вот осталось всего четыре претендента. Гаара. Рок Ли. Киба с Акамару. И Като. Киба напряженно шептал: "только бы не песчаный". Рок Ли строил клоуна, явно изнывая от нетерпения. Като стоял с абсолютно безмятежным видом, будто происходящее его вовсе не касалось. Гаара растворился в потоке песка и переместился вниз. Наконец на табло высветилось: "Гаара Сунахама против Кибы Инузуки". Кинолог спустился вниз, смерил Гаару гневным взглядом, но раньше, чем Хаяте успел что-то сказать, выкрикнул:
  - Я признаю поражение.
  Гаара нахмурился, но все же вернулся обратно на балкон. Майто Гай толкнул своего любимого ученика в плечо:
  - Отлично Ли! Теперь пришла твоя очередь! Иди и покажи все, на что ты способен!
  - Да, сенсей!
  Ли в порыве радости сиганул прямо с балкона вниз. Гай и Какаши, стоявшие рядом, сразу перевели взгляды на Като. Тот усмехнулся каким-то своим мыслям, повернувшись к своему учителю:
  - Ну, Анко, пожелаешь мне удачи?
  - Вали уже и не вздумай проиграть.
  Выдерживая томительную паузу ученик Анко Дремучей Змеи, неторопливо прошелся по всему балкону и медленно спустился вниз. Гай тяжело выдохнул:
  - Жаль. Ли так хотел показать все свои таланты. А ему достался такой слабый противник.
  Какаши усмехнулся под маской.
  - Не стоит недооценивать ученика Анко, каким бы он ни казался.
  - А это не тот парнишка, которого мы встретили тогда в парке? - вспомнил Гай.
  Под маской еле заметная улыбка:
  - Да, это он. Скажу по секрету. Среди всех гэнинов листа он первый претендент в АНБУ, - Гай немного насторожился, а Какаши решил сразу добить, - более того, он успешно закончил Изоляционную Тренировку. Единственный из гэнинов, опять же.
  У Гая на лице отразилось немалое удивление вместе с беспокойством. Като неторопливо дошел до своего места, все так же невинно улыбаясь. Только глаза выдавали хищный настрой молодого синоби.
  - Нам все же предстоит встретиться в поединке, Минакуро Като. При прошлой нашей встрече ты сказал, что Саске дерется лучше тебя. Я его победил. Значит, без труда одолею и тебя.
  Като абсолютно спокойно ответил:
  - Ты неправильно все понял. Саске действительно сильнее меня... в тайдзютсу. Но на самом деле я так же без труда могу его одолеть. Думаю, ты мне тоже не соперник.
  - Посмотрим.
  Хаяте, поняв, что приветствия и любезности кончились, объявил:
  - Рок Ли? Минакуро Като? Вы готовы?
  - Да! - уверенно кивнул Ли.
  - Секунду.
  Като медленно, с ленцой натянул на лицо маску, сразу используя пищевую пилюлю и наркотик, закинул на голову капюшон, чуть подвигался, тоже кивнул, что было едва заметно.
  - Готов.
  - Тогда... Начинайте!
  Рок Ли срывается с места, резко сокращая дистанцию. Короткая серия ударов и блоков подтверждает очевидное. Рок Ли быстрее и ловчее Минакуро Като. Если бы не печати усиления, Като проиграл бы сразу, но даже их Рок Ли не пробивал едва-едва, оставляя после каждого удара свежий синяк на руке соперника. Пользуясь моментом, когда Ли оказался за спиной Като, тот использовал газ. Хлопки сработавших печатей, и Ли инстинктивно отскакивает назад, еще до того, как успел вдохнуть газ. Не давая противнику ни секунды, Като швыряет в Ли клон-сюрикены, сразу много и по разным траекториям. Ли отбивает их один за другим, но не замечает, как едва различимый силуэт, который без труда замечают зрители, вырывается из газа, продолжая швырять клон-сюрикены, и, подбежав к противнику, ударяет ногой с усилением в живот. Ли отлетает в стену, но, демонстрируя невероятную стойкость, сразу отскакивает в сторону, так как сюрикены, пущенные на опережение, врезаются в то место, куда он только что упал. Внешне Като скидывает маскировку, но на самом деле, что прекрасно видели Неджи и Какаши, использовал иллюзию. Иллюзия бежит к Ли, чуть опережая самого Като, и наносит удар. Ли защищается от удара иллюзии, но вновь пропускает Като, второй раз отлетая от очень сильного удара.
  - Непло...
  Но Минакуро Като не останавливается. Когда убийца чувствует сильную жертву, он не отвлекается на мелочи. Маскировка спадает: держать ее слишком долго - непозволительная роскошь. Тем не менее вперед все так же летят клон-сюрикены, продолжая отвлекать Ли от самого Като. И снова комбинированная атака. Вслед за сюрикенами летит дымовая шашка, а сразу за ней - почти пустой сэнбон. Ли успевает отскочить в сторону, выскочив из дыма и уклонившись от иглы. Ему под ноги тут же летит вторая шашка, но следующая партия сюрикенов брошена уже на опережение с просчетом попытки Ли уклониться. Зеленый дьявол Конохи отскакивает и (все же реакция у него нечеловеческая) замечает сюрикены, успев отбить или уклониться от большинства. Несколько звезд все же достигают цели, застряв в руке и ноге. Ли опускается на одно колено. Като, уже собираясь вновь пустить в ход сюрикены перед тем, как сближаться самому, чувствует дрожь в руке. Слишком много чакры за раз - тело сопротивляется хозяину, нужно хотя бы несколько секунд передышки. Но, не желая останавливаться, пока инициатива в его руках, Като просто достает сюрикены из скрытых карманов, делая замах.
  - Они отравлены, будет тяжело прыгать некоторое время, но быстро пройдет.
  - Скрытый Лотос, - негромко шепчет Ли, прежде чем сорваться с места.
  Все сознание Като на инстинкте сужается до реакции, чтобы успеть уловить момент. Что такое Лотос, Като знал - успели поделиться. Сам, естественно, не умел - куда ему, но знал. Мгновение, глаза успевают ухватить даже не движение - только его тень. Ли делает первый шаг. Второй. Третий. Сейчас будет удар.
  - Подмена.
  Мощнейший удар ноги разносит бедный... кресло... пеньков под рукой не было, пришлось пользоваться подручными вещами. Кресло разлетается в щепки, Като отскакивает назад, переводя дыхание. Ли тоже отстраняется, чтобы чуть отдышаться.
  - Он... уклонился... - не верит свои глазам Гай.
  - Я же сказал, что его нельзя недооценивать, - напомнил Какаши.
  Гай явно занервничал.
  - Ли! - выкрикнул он, выставив руку оттопыренным большим пальцем. - Снимай!
  Парень быстро понимает, о чем идет речь.
  - Но Гай-сенсей, вы говорили, что это только если речь идет о спасении дорогих мне людей?!
  Гай лишь снова дернул рукой:
  - Все в порядке. Я разрешаю!
  Като собрался. Правило, вбитое на тренировке - по возможности не давать противнику драться в полную силу. Ли радостно улыбнулся и уже потянулся к ноге, когда Като запустил в него ускоренный сэнбон и начал новую атаку. От иглы Ли увернулся, сюрикены снова пришлось отбивать, а атаки Като в этот раз он не пропустил... Но... Теперь все было иначе. Като наносил удары, но делал это так, чтобы сохранять дистанцию и успеть отступить. Он, в общем-то, даже не пытался достать Ли, просто сдвигался чуть в сторону. Снова вспышка газа, на этот раз слабая, из печати на руке.
  - Теневой бросок...
  Ли отскакивает, запоздало замечая пронесшийся мимо сюрикен. Звездочка изначально не летела в него, поэтому он просто не обратил внимания, считая, что Като промахнулся. Дым развеялся, а его противник держал в руках восемь сюрикенов, связанных между собой паутиной тросов. Като ударил, и сюрикены полетели вперед, но сразу разделились, создавая ловчую сеть, которая должна была схватить Ли.
  - Обманная техника, - прошептал Какаши. Насколько он успел понять тактику Като, тот никогда не атаковал напрямую. Сначала отвлечь внимание, затем ударить из слепой зоны.
  Ли начал отскакивать, готовясь уйти от ловчей сети, но краем глаза отметил, что Като стоит на месте.
  - Иллюзия, - осенило Рок ли.
  - Обман, - поправил Като, улыбнувшись.
  Пролетевший мимо Ли сюрикен развернулся, управляемый движением троса, и врезался в ногу Ли как раз перед прыжком. Ли запнулся и упал. Сюрикены в сети резко полетели на него, готовые захлопнуть ловушку, но Ли выхватил свои сюрикены и бросил на встречу. До этого он не пытался так делать, потому что Като всегда запускал звезды по слишком причудливой траектории, но сейчас они летели прямо. Сюрикены Ли посбивали все клон-сюрикены Като. Но из тени клон-сюрикенов вызвались скрываемые теневой техникой звездочки. От этих Ли не успевал ни уклониться, ни отбить. Три врезались в пол, но пять пришлось принять на руки. Их Ли сразу вытащил и бросил на пол, пытаясь отдышаться.
  - Черт, - устало выдохнул Като, ухмыляясь, - ты заколебал со своей устойчивостью к ядам. Ведь уже и на ногах стоять не должен.
  Толстобровик медленно поднялся, чувствуя, как постепенно с ноги отступает онемение. Като перевел взгляд на Анко, сделав хитрую морду:
  - Сенсей. Мне надоело с ним играть. Можно я его немного покалечу? Совсем чуть-чуть. Может, даже обойдется без летального исхода.
  Хаяте насторожился, косо посмотрев на Анко. Но та хищно ухмыльнулась в ответ своему ученику, согласившись:
  - Валяй. Только кровью здесь все не заляпай. А то чистить заставлю.
  Ли, считая, что противник отвлекся, потянулся к ноге, чтобы снять груз. Но тут же отскочил от врезавшегося в пол сэнбон. Като устало стянул маску и капюшон, предварительно сожрав еще одну пилюлю, хоть и понимая, чем это ему обернется в самое ближайшее время:
  - Не думай, что я про тебя забыл.
  Неджи подошел ближе к своему капитану и Какаши.
  - Какаши-сан, вы видите это? - бъякуган Неджи был активен.
  Копирующий ниндзя поднял повязку и посмотрел на дерущихся шаринганом.
  - Оу... Так он все это...
  - Что? - не понял Гай. - Что ты увидел?
  Какаши немного нервно ответил:
  - Большая часть площадки покрыта скрытыми взрывными печатями. Если у него хватит силы подорвать все сразу...
  - Ли! - крикнул Гай.
  Рок Ли покосился на капитана, видя его волнение, и заволновался сам. Като расплылся в довольной хищной улыбке.
  - Давай, Ли, - усмехнулся он, - снимай, что ты там хотел снять. Попробуй меня достать.
  Рок Ли напрягся, но, когда потянулся к грузам, Като лишь продолжал смотреть на него насмешливо, не двигаясь с места. Ли медленно снял грузы и аккуратно положил рядом с собой. Он нутром чуял подвох, но не мог понять, откуда ждать следующего удара. Снова поднявшись на ноги, Ли замер. Он был напряжен. В не меньшем напряжении был Гай, смотревший за своим учеником.
  - Хаяте! Сделай что-нибудь! Он же грозился убить Ли! - выкрикнул Гай.
  Като еще шире улыбнулся, хищно оскалился, будто ждал именно этих слов. А может, действительно ждал.
  - За убийство соперника участник дисквалифицируется, - напомнил Хаяте.
  Но Като мотнул головой, выкрикнув:
  - Да плевать! Зато так интереснее!
  Он сложил печати, те, что должны были запустить взрывные печати. Рок Ли бросился на него, желая остановить.
  - Основной Лотос! - выкрикнул Ли, закружившись с бешеной скоростью вокруг Като, создавая кольцо.
  Но вокруг него, еще чуть дальше от Като, рванули свитки, создавая плотное кольцо огня. Ли замешкался. У него под ногами тоже начали загораться свитки, но не взрывались. В центре же Като взорвал дымовую шашку, чтобы скрыть свои действия от противника.
  - Искусство ниндзя: Смерч теней, - произнес Като.
  Он начал вращаться и двигать руками, посылая всю чакру из накопителей в печати-клонов. Вокруг него с каждым мгновением появлялось все больше и больше клон-сюрикенов, начавших вращение, но не летящих к цели. Этого не замечал Ли, но видели Какаши и Неджи. Когда их стало не меньше пары сотен, Като закончил свою технику:
  - Удар! - выкрикнул он.
  Плотная стена напитанных чакрой клон-сюрикенов разлетелась во все стороны. Зрители едва успели пригнуться. Хаяте скользнул к Хокаге, отбивая летевшие в него сюрикены. Шоу было коротким. Дым и пламя осели почти так же быстро, как и появились. В центре на коленях сидел Като, едва дыша. Чуть в стороне лежал Ли - в него угодило не меньше трех десятков сюрикенов. Он лежал, едва способный хотя бы дышать, не то, что двигаться. Сюрикены начали исчезать - в них было слишком мало чакры, чтобы держаться больше нескольких секунд. Като с звериным рыком прыгнул к Ли, выхватывая кунай и направляя удар в горло. Ли, которого медленно отпускал паралич, мог бы заблокировать удар, или отвести его в сторону, сделать несмертельным, но не успел...
  Рука Като с кунаем замерла в полуметре от лица Рока Ли, удерживаемая рукой Майто Гая. Стоп-кадр длился несколько секунд, прежде чем Като начал смеяться. Не злобно, не хищно. Просто смеялся, совсем немного, будто довольный отличной шуткой. Он отдернул руку и броском воткнул кунай в пол. Сразу же расстегнул и сбросил верхнюю часть костюма. Накопители расплавились, оставив на теле Като несколько заметных ожогов. Но парень был доволен, и смотрел он на Хаяте.
  - Ну, судья! Что вы должны сказать?
  Хаяте немного замешкался, но кивнул:
  - Рок Ли дисквалифицирован за вмешательство своего капитана. Минакуро Като - победитель.
  Като повернулся к обоим толстобровикам.
  - Вы уж простите меня за такой обман, Майто Гай-сан. Но без вашей помощи мне было не победить Ли.
  - Что? - не понял дзенин. - Как?
  Като усмехнулся:
  - Что, объяснить придется? Я намеренно спровоцировал вас на вмешательство. Зрителям - спасибо, что посмотрели мое представление.
  - Но...
  - Он прав, Гай, - поддержал Какаши, - обман был неплохой. Взрывных печатей было всего ничего. Остальное - подделки. В них было совсем чуть-чуть чакры, но на вид вполне обычные печати. Он не собирался их подрывать. К тому же он наверняка применил гендзютсу, верно?
  - Да, смешанное с настоящими взрывами оно отлично смотрелось.
  Като сел на пол, пытаясь отдышаться. Он потратил всю чакру, дважды ел пищевые пилюли, так что чувствовал себя отвратительно. Его тошнило, голова побаливала, да и кружилась уже от перенапряжения.
  - Но я не понимаю... - продолжал ошарашено смотреть по сторонам Гай.
  - Да все просто, - спокойным, усталым голосом сказал Като, - я видел бой между Саске и Ли. Знал, что вы с ним очень близки. Но победить Ли честно не мог. Когда понял, что буду драться с ним, уже однозначно знал, что нужно спровоцировать вас на вмешательство. Поэтому устроил представление. Анко-сан, спасибо за помощь!
  Девушка коротко кивнула, принимая благодарность.
  - Все мои атаки все равно были неэффективны. Яд уже давно не меняли, он стал слишком кратковременным, а свежего ни у меня, ни у Данго не было. Снотворное в печатях тоже уже выдохлось. Так что обездвижить Ли больше, чем на пару секунд, я не мог. А нанести этому придурку сильную травму прямыми атаками тяжеловато. Ведь Ли не умеет проигрывать. Не умеет сдаваться. Уважаю его упорство. Но, если не можешь победить напрямую, найди самое уязвимое место. Ли сам бы не сдался. Но был тот, кто готов ради него вмешаться в бой. Вы, Гай-сан. Значит, надо было заставить вас поверить, что я всерьез собираюсь его убить. Поэтому и развернул маленькое представление. Ли, на будущее - синоби редко дерутся честно. А уж если насмерть - так вообще никогда.
  Молодой синоби бросил взгляд на свою сильно потрепанную часть костюма:
  - Надо было более тщательно проверять технику до использования. Я уж думал зажарюсь прямо в костюме.
  Зал немного оживился обсуждая бой. Хаяте, откашлялся, привлекая к себе внимание.
  - Минакуро Като, тебе нужна неотложная медицинская помощь? - но синоби, щеголявший слегка поджаренным голым торсом, отрицательно покачал головой. - Итак. Поскольку отборочные бои закончились...
  - Стоп! - крикнул Гай. - Еще не все.
  Он подошел к Като глядя на него строго, с вызовом:
  - Я видел твои глаза, когда ты наносил последний удар. Ты готов был его убить!
  Като улыбнулся в ответ своей невинной улыбкой:
  - Конечно. В этом весь смысл. Вы бы по другому и не поверили.
  - Да как ты...
  Рядом появилась Анко.
  - Гай-сан. Като - мой ученик. И только мне решать, как его воспитывать, - одарив Гая такой же, как у ученика, невинной улыбкой, сказала она.
  Хокаге вышел вперед:
  - Претенденты, встаньте все передо мной, пожалуйста, - дружелюбно попросил он.
  Гэнины встали в одну линию, глядя на Хокаге.
  - В первую очередь я всех вас поздравляю с прохождением на третий этап экзамена. Он состоится через месяц, чтобы вы все успели подготовиться и показать все, на что способны. Но перед этим мы определим очередность боев.
  Хаяте подошел к гэнинам с небольшой коробкой.
  - Эм. Доставайте каждый по одной бумажке.
  Через минуту был составлен план поединков. Первая пара: Узумаки Наруто - Неджи Хьюга. Вторая пара: Гаара Сунахама - Учиха Саске. Третья пара: Канкуро Сунахама - Абураме Шино. Участники четвертой пары определялись двумя поединками: Темари Сунахама - Минакуро Като, и Шикамару Нара - Кинута Досу.
  Второй этап экзамена на этом действительно подошел к концу.
  
  АРКА 3.
  
  Глава 38.
  
  Проходя мимо палаты Саске, мельком заглянул внутрь. Парень уже вышел из комы, но сейчас спал. Хм. Я и остальные немало рисковали из-за него, но не успели опередить Орочимару. Анко лишь мельком поведала о проклятой печати, нервно потирая плечо. Похоже, тема знакомая и наболевшая. Тем не менее из леса все мы трое вышли на своих двоих. Из их команды этим мог похвастаться только Наруто. Саске валялся в коме. А Сакура... Жаль ее, с одной стороны, с другой - может, ей будет лучше вдали от всего этого. Пока она еще гэнин, но мои смутные воспоминания, показывающие красочную аналогию, ясно дают понять - она сломалась. Ставлю десять против одного, она не продержится долго в рядах синоби.
  Что же касается меня, Амаки-сан, одна из лучших ирьенинов деревни, ругалась долго и достаточно проникновенно. Перегрузил свою тушку я основательно. Ожоги были мелочью, а вот кости в левой руке пришлось ломать и собирать заново. Данго собрал их неплохо, но несколько блоков, которые я ставил против толстобрового, оставили множество микротравм. Был еще букет всяких мелких проблем типа мелких трещин в костях, растяжений мышц, ушибов и так далее, и тому подобное. Но вот тренироваться по крайней мере три дня мне было запрещено. Строго запрещено. Ага. Пищевые пилюли сильно ударили как по системе циркуляции чакры, так и по самому источнику. Но передо мной по-прежнему висел третий этап экзамена. А я, как назло, продемонстрировал почти все свои способности. Хитрить, конечно, мне никто не запрещал. А обскакать меня в тактическом плане мог только Шикамару. Но все равно следует придумать что-то новенькое, а то будет совсем грустно. Так что тренировки, хоть какие-то, мне были просто необходимы. В идеале какая-нибудь новая техника не помешала бы. Да, только какая? Единственный выход, который пока казался наиболее доступным: положить на все большой такой х... Прийти на экзамен, попытаться вывернуться, но быть готовым к провальному поражению. Выход для лентяев, ха.
  С невеселыми мыслями я вышел на улицу. Больничный воздух начал раздражать, и немного свежести было как раз вовремя. Кроме экзамена меня беспокоила еще одна неприятная тема. Странный сон, который начал повторяться как раз с конца второго этапа. Я не мог вспомнить, что там происходило, но просыпался всегда в странном смятении. На этом фоне все чаще начал вспоминать Миину. Хотя с чего бы? С ней все было предельно ясно. Как-то перебежала дорогу Корню, за что впоследствии и расплатилась. Подробности мне ни к чему, без них спокойнее живется. Момент ее смерти. Тот самый, когда я потерял над собой контроль. Было смутное ощущение, что сон как-то с этим связан, вот только желания во всем разобраться не было совсем. Как было замечательно жить, просто выполняя приказы, стараясь сохранить свою шкурку целой и желательно неповрежденной. Навязчивые воспоминания к добру не приводят. К шизофрении - запросто. Мне легкой паранойи на фоне общего недоверия к людям хватает за глаза. Она как раз в последнее время все больше отошла к постоянным инстинктам, не дающим расслабляться, но и не надоедающей больше необходимого. А тут опять мрачные мысли. Тьфу на них.
  - Чего плюешься? - спросила Анко.
  Сенсей обещала встретить меня в больнице, но сидеть и ждать ее мне не хотелось категорически. За время моего маленького отпуска она меня посещала всего раз, и то мельком, сказав лишь, что есть идеи по поводу моего самосовершенствования. При этом она даже не выглядела счастливой от предвкушения пакости, так что был маленький лучик надежды, что ей в голову пришло что-то дельное и не слишком опасное для меня.
  - Сенсей, - коротко поклонился я, приветствуя капитана, - больше не буду.
  Анко хмыкнула, пожав плечами. Пугать меня ей уже надоело, так что вела себя она поспокойнее, чем с остальными. Точнее, все от ее ауры хищника шарахались - ну почти все, - а мне как раз наоборот даже нравилось.
  - Почему меня не подождал?
  - Надоело в больнице.
  - А приказы тебе уже до лампочки? - скосилась на меня капитан.
  - Ты ничего не приказывала. Только сказала, что встретишь. Не придирайся. Так что у тебя была за идея? Еще одна тренировка в застенках?
  Девушка поморщилась:
  - Звучит так, будто ты туда рвешься.
  - Не исключено.
  - Нет. Ты закончил тренировку, больше она тебе пользы не принесет. Может, позже, когда расслабишься и станешь слишком самоуверенным.
  Я улыбнулся:
  - Я очень самоуверен и уже расслабился. Я же вынес Рок Ли в поединке.
  Анко покосилась на меня, давая понять, что не настроена на шутки. Ха, как же, так я ее и послушал.
  - Хокаге-сама похвалил тебя за успех. Ты, Нара и Хьюга - самые перспективные молодые гэнины Конохи.
  Я немного замешкался:
  - А Учиха? Да и Узумаки был неплох.
  Девушка выдохнула, будто я напомнил ей о просто огромном ворохе проблем.
  - С одним-то мороки хватало. А теперь оба на особом контроле. Если бы были свободные синоби, с них бы глаз ни днем, ни ночью не спускали.
  Я нахмурился:
  - А что у Саске с его печатью? Неужели никто ничего не будет делать по этому поводу?
  В этот раз Анко посмотрела на меня очень нехорошо, всем видом обещая много проблем.
  - Слишком много вопросов задаешь, Като.
  Киваю:
  - Значит, даже тебя в детали не посвятили? Что-то они там мутят.
  Девушка даже остановилась, ошарашено провожая меня взглядом:
  - Не надо было тебя допускать до тренировки, слишком умный стал.
  Но я лишь отмахнулся:
  - Да, да. Да только поздно спохватилась, - и, устало выдохнув, понимая, что могу в очередной раз нарваться на миссию по защите драгоценного Учихи, продолжил, - ладно, проехали. Что там у тебя была за идея? Хочется узнать что-нибудь новое перед третьим этапом.
  Анко нагнала меня, копошась в карманах. Наконец на свет появился обычный свиток.
  - Вот, - протянула она его мне.
  Свиток, ничем особо не примечательный. Открываю. Хм...
  - Техника вызова?
  - Не совсем, - уточняет капитан.
  - Связи с близким по родству животным-хранителем. Это те, которые собаки у Какаши-сана, черепахи у Майто Гай-сана, хм, змей у тебя?
  Анко кивнула:
  - Да, верно.
  - А просто связать меня со змеями? Я бы даже не отказался.
  Но девушка развела руками:
  - У меня нет свитка договора. И я почти уверена, что никто, у кого он есть, одолжить его тебе для заключения контракта не согласится. Так что будешь договариваться сам.
  Продолжаю неторопливо изучать свиток. Какие печати, то се, всякие важные мелочи.
  - Мне сил-то хватит на призыв?
  На что капитан лишь пожала плечами:
  - Зависит от того, на кого ты натолкнешься. Если верить древним свиткам, животных полно, причем самых разных. Не со всеми еще заключены договора. Так что можешь наткнуться на кого угодно.
  Я мечтательно задумался:
  - Вот бы на скорпионов попасть. Может, научат делать яд, а?
  - Или сожрут на месте, - хищно улыбнулась Анко. Вариант со скорпионами ее не слишком вдохновлял.
  Закончив читать свиток, я напомнил капитану:
  - Здесь сказано, что я могу надолго улететь.
  - Я возьму немного твоей крови, чтобы иметь возможность произнести обратный призыв, - ответила девушка, - Так что не беспокойся.
  Закрыв свиток и спрятав его в кармане, я все же спросил:
  - А ты точно уверена, что мне стоит попытаться? Я-то не против, но...
  Девушка нагнулась ко мне, чтобы ее лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего, хитро ухмыляясь:
  - Я сама тебя ничему не научу. А если ты свалишь, не надо будет о тебе беспокоиться целый месяц. Почти.
  - И ты совсем не будешь скучать? - улыбнувшись, спросил я.
  Анко на секунду задумалась, снова хищно улыбнулась, уже начав отвечать:
  - Конечно же н...
  И остановилась, будто вспомнила о чем-то. Посерьезнела и выпрямилась:
  - Завтра утром на полигоне, как обычно. И будь в костюме - новый лежит у тебя. Мало ли, на что ты там нарвешься.
  Я даже удивился ее несколько неожиданному поведению.
  - Хорошо. До завтра, Анко.
  - Ага, - и девушка исчезла во всполохе дыма.
  Клон? Что-то не помню, чтобы она присылала вместо себя клонов. Неужели на работе?
  
  Глава 39.
  
  Дождь. На лицо падали холодные тяжелые капли. Бег. Бегство. И жгучее чувство преследования. Погони. Попытка убежать. Шум падающих капель. Рев сирены. Шелест, такой привычный, но давно забытый. Шелест металла и пороховых хлопков длинной очереди. Шорох врезающихся в камень кусков свинца. Свист невидимых стрел. Такой забытый, но так болезненно врезавшийся в мозг. Шаги, бег. Свинец врезается в ногу, запоздалая боль, падение. На фоне дождя, неба, капель, силуэт. Знакомый до боли, но не узнаваемый. И последние его слова, врезавшиеся в память сильнее любых других. Слова. И щелчок. Выстрел, и боль. Но не конец. Снова бег. Но все иначе. След, чувство преследования. Но теперь там, впереди, добыча. Догнать. Успеть раньше других. Вот, уже, наконец. Снова та боль. Боль режет сердце, но рука уже сжимает рукоять. Короткий удар. Жажда избавления. Но снова боль. Лишь боль...
  Вскакиваю в холодном поту. Глаза болезненно режет ярким светом, во рту все пересохло. Попытка закричать вызывает лишь хрип. Полная дезориентация. Не могу понять, где я. И этот яркий свет, заставляющий закрывать лицо рукой. Наконец рядом появляется едва различимый на фоне света силуэт.
  - Где я?
  - Это неважно, - отвечает незнакомый голос. - Важно другое - кто ты?
  - Что?
  Глаза все так же жжет от яркого света, к которому никак не получается привыкнуть.
  - Кто ты? - терпеливо повторяет вопрос силуэт.
  - Минакуро Като, - отвечаю я.
  От яркого света начинает гудеть голова. Силуэт подходит ближе.
  - Да. И нет. Не только.
  Попытка встать заканчивается падением. Все чувства сходят с ума. В глазах только яркий свет. Руки касаются твердой поверхности, но в следующую секунду кажется, что они проваливаются под воду. В ушах какой-то шум, все сильнее давящий на психику. Тело бросает то в жар, то в холод. Что за дерьмо?!
  - Высвобождение Света: Иллюзорная Реальность.
  Поверхность, земля - не знаю, что-то, на чем я барахтался, пытаясь вернуть себе чувство равновесия, - начало изменяться. Руки наконец ощутили твердую, почти привычную землю. Шум прошел. Я наконец определился, где низ, а где верх, тогда как до сих пор голова еще и кружилась, чего я просто не замечал на фоне остального хаоса. И я начал хоть что-то видеть. На фоне света, по-прежнему болезненно бьющего в глаза, начали проявляться очертания. Какие-то стены, койка, на которой я только что лежал. И я смог хоть как-то рассмотреть силуэт. Птица?
  - Зови меня Оракул. И ты все еще не ответил на мой вопрос. Кто ты?
  Приподнимаюсь, опираясь на стену.
  - Минакуро... Минакуро Като. Синоби, гэнин деревни, Сокрытой в Листве, - повторил я, - я использовал печать...
  - Мне это известно, - оборвал меня Оракул, - но это не вся правда.
  Кажется, я догадываюсь, о чем он.
  - Я не помню остального.
  Оракул отошел, вышел на улицу, кажется.
  - Это не так. Твои воспоминания сокрыты. Ты не видишь, возможно, не хочешь видеть.
  - Хорошо, хорошо, не вижу. Что это за место? Где мы?
  Творившийся беспредел меня сильно напрягал. Собственные чувства будто взбунтовались против меня, стоило отвлечься - и я снова проваливался в полнейший хаос ощущений.
  - Это Долина Солнца. Совсем не то место, куда следует приходить смертным.
  - Согласен. Полностью. Если отправишь меня обратно, буду весьма благодарен.
  Оракул отошел, ожидая меня. Пришлось топать за ним, едва не падая. Стена кончилась, мы были в какой-то совсем маленькой лачуге и теперь, по идее, вышли на улицу. Но ничего, кроме земли в метре от меня и этого силуэта, я не видел на фоне яркого света.
  - Ты уже здесь, это судьба. Это значит, ты попал сюда неслучайно. За сотни лет ни один смертный не попадал сюда.
  Делаю еще несколько шагов, не справившись с непослушным телом, падаю на землю.
  - Это нормально? То, что со мной творится?
  - Да. И нет, - издевается Оракул, - я не издеваюсь. Я говорю правду. Твоему смертному телу не место здесь, оно страдает. Так что в твоем состоянии нет ничего удивительного. Но это не нормально. Ты должен научиться смотреть на свет, иначе всегда будешь блуждать во тьме.
  Ага, все очень понятно. Снова поднимаюсь на ноги, продолжаю топать за постоянно отходящим от меня Оракулом.
  - Ты делаешь успехи. Будь ты обычным, уже давно был бы мертв.
  Ха, очень ободряет. Когда использовал печать, я совсем не этого желал.
  - Мы получаем то, что заслуживаем, а не то, чего желаем. Но если ты научишься смотреть на свет, я дам тебе то, чего ты желал.
  Ха, три раза. Вот очень просто сказать, а как это сделать?
  - Если будешь слушать, я попытаюсь тебя научить.
  Так, надо бы свыкнуться с мыслью, что он читает мои мысли, а то еще и от этого мурашки по коже, будто всего остального мало. Мы шли. В белой пелене яркого света мы шли по узкой тропе. Он начал говорить, а я просто слушал, потому что не имел ни какой возможности что-то изменить сейчас. Он говорил, но я был так сосредоточен на движении, что едва успевал слушать. Я слушал, но слова не откладывались в сознании, сразу проваливаясь куда-то вглубь. Куда-то глубоко.
  Начали возвращаться ощущения, но они были какими-то странными. Снова этот проклятый холодный дождь. Под ногами мокрая трава, я пытаюсь убежать. Скрыться, хотя отлично понимаю, что мне это не удастся. Бежать уже не выходит, а сзади все ближе доносится шелест металла и пороха. Знакомая и почти привычная боль в ноге. Падение. Силуэт, нависший надо мной. С моих губ срываются какие-то слова, мольбы - умирать так не хочется. Но силуэт отвечает. Те самые слова, что проникли в самую глубину моей души: "Нет, Саша. Единственная милость для предателя - Мгновенная смерть". Щелчок и боль.
  
  Глава 40.
  
  Просыпаюсь, но чувствую мучительную усталость во всем теле. В глазах рябь, пелена белого света. Но я все же кое-что вижу. Шалаш. Маленький домик, будто выращенный в кустах. Лежанка из травы прямо на земле, с которой я с трудом поднимаюсь. Я почти голый, но здесь очень тепло. И сейчас мои чувства не сходили с ума - я вполне смог стоять на ногах и даже выйти на улицу. Свет шел не с неба, а откуда-то с горизонта. Или его источник находился прямо на земле. Вокруг, среди высокой зеленой травы? росли редкие, но достаточно высокие деревья. Я уже сделал несколько шагов к свету, когда меня настиг знакомый голос.
  - Тебе пока не стоит приближаться к солнцу, - предостерег меня Оракул.
  Обернувшись, увидел крупного красивого павлина. Он был выше меня на две головы. Шея и тело яркого синего окраса. Крылья, сложенные сейчас по бокам, и хвост, едва не касающийся земли, более яркие, оранжевые, зеленые цвета и их оттенки. Оракул смотрел на меня желтыми глазами без зрачков.
  - Оракул. Можно сказать, что я рад с тобой познакомиться.
  Он кивнул:
  - Взаимно. Вижу, тебе лучше.
  - Да, значительно лучше. И... Я узнал свое имя. Старое имя, если это имеет какое-то значение.
  Павлин опустил голову ниже, заглядывая в мои глаза.
  - Имеет и не имеет. Для меня это не важно. Но важно для тебя. Теперь ты не слеп и не глух. И пусть ты не стал одним из нас, но ты уже можешь находиться здесь, незащищенный моим гендзютсу.
  Подумав немного, я поклонился:
  - Спасибо за помощь.
  Оракул кивнул, выпрямился, сделав несколько шагов в сторону.
  - Давай пройдемся, тебе сейчас полезно ходить.
  Мы пошли куда-то, сохраняя дистанцию от источника света. У меня было много вопросов, но я не знал, стоит ли их задавать, а если стоит, с какого начать?
  - Я не отвечу на все твои вопросы, но на некоторые - пожалуй, - продолжая беззастенчиво читать мои мысли, ответил Оракул. - Мы - Павлины. Жители Долины Солнца. Птицы Бессмертия. И мы действительно бессмертны. Некоторые из нас. Как именно мы этого достигли, не так уж и важно сейчас. Что еще? Да, я, как и обещал, кое-чему тебя научу.
  - Несколько пространное объяснение. И про бессмертие можно подробнее? Хоть немного? И почему меня так корячило первое время?
  Оракул задумался, отвернувшись к источнику яркого света.
  - Эта долина. Она переполнена чакрой природы. Не только ей, но для тебя именно это было опасно. Те, кто не могут защитить себя от энергии жизни, погибают. Но ты сумел и теперь можешь находиться здесь. Однако свет, который ты видишь, - источник силы, о которой тебе рано знать. К нему тебя приближаться опасно. Погибнешь сразу и без шансов. Наше бессмертие? Тебе известно, кто такие сеннины?
  Киваю:
  - Мудрецы. Я знаю о троих.
  Оракул остановился, задумчиво посмотрев в небо:
  - Я полагаю, ты говоришь о Джирайе, Орочимару и Тсунаде. Отшельники путей Жабы, Змеи и Слизня. Каждый из них умеет использовать природную чакру. И каждый делает это по-разному. К примеру, жабы собирают в своем теле природную энергию и уравновешивают ее со своим Инь и Янь, телесной и духовной энергией. Они называют это Режимом Отшельника.
  Я слишком мало знал о природной чакре, чтобы делать какие-то выводы, поэтому просто слушал.
  - Мы пошли по иному пути. Мой учитель вступил на опасную тропу, но именно она сделала его бессмертным.
  Мы пошли дальше, но Оракул молчал. Обдумывал свой ответ, возможно. Или вспомнил своего учителя.
  - Мой учитель потратил годы на медитации и тренировки. Долгие десятилетия. Он считал свое слабое тело самым уязвимым местом. Несмотря на всю свою мудрость, он не мог ничего сделать со своей телесной энергией. Тело его старело, и сила природы так и оставалась сложным и опасным искусством, которому он не мог обучить своих учеников.
  Павлин вновь остановился и развернулся спиной к источнику света, указывая мне в противоположную сторону. От легкой белой пелены в глазах я не мог видеть четко, и мы подошли ближе. Перед нами стояла внушительная гранитная статуя. Это был Павлин, большой, застывший в каком-то грациозном мистическом движении.
  - Это твой учитель? - спросил я, восхищенно рассматривая фигуру.
  Оракул кивнул:
  - И да, и нет. Это его изображение в молодости.
  Упс, неудачно выразился:
  - Прости. Так что произошло? Он все же придумал что-нибудь? Смог подчинить себе чакру природы?
  - Да. И нет.
  Оракул обошел статую, и за ней стояли еще восемь статуй, правда, мраморных и поменьше. Это были еще восемь таких же красивых павлинов, так же застывших в разных грациозных движениях.
  - Все они были его учениками, как и я. Некоторые из них были мне друзьями. Один из них был мне братом, а одна сестрой.
  Он подошел к одной из статуй и едва коснулся ее крылом.
  - Одна из них была моей любовью.
  Оракул отошел от статуй, дойдя до небольшого источника. Выложенный камнями ключ бил из-под земли и весело журчал прозрачной водой.
  - Учитель перед смертью рассказал нам единственный известный ему способ научиться контролировать энергию природы. Он предостерегал нас от попыток, но не мог не рассказать своим ученикам. А среди нас были те, кто не мог не попробовать, несмотря на предостережения.
  Оракул замолчал, проводя кончиками перьев по воде в ключе. Он какое-то время размышлял, прежде чем продолжил.
  - Чтобы стать отшельником, мы должны были смешать свою телесную энергию и природную чакру. Сделать нашу слабость силой. Иначе говоря, отринуть слабость живого тела. И все они попытались сделать это. Все мои друзья. Один за другим они начинали тренировки. Но, когда сила природы смешивалась с телесной энергией, все они тут же теряли над ней контроль. И все они обращались камнем.
  Я с ужасом осознал, что все те фигуры были живыми л... павлинами, в смысле. Вот так-так. Павлин склонил голову над источником, будто пытаясь рассмотреть в кристально чистой воде что-то, чего там не было.
  - Один за другим, пока не остался только я, - продолжил Оракул, - пока не остался я один. Прошло несколько лет, прежде чем и я предпринял свою попытку. Многое произошло. О многом я успел подумать. Я винил своего учителя за то, что он рассказал нам обо всем. И винил за то, что не попробовал обучить нас этому при жизни. Пусть он сам и не решился попробовать, но, возможно, мог бы спасти своих учеников. Я хотел бросить все это, забыть. Но забыть всех своих друзей, свою семью, свою любовь. И я попробовал. И, как видишь, у меня получилось.
  Оракул выпрямился, гордо глядя на меня.
  - Я Оракул - Бессмертный Отшельник пути Павлина. Я поклялся себе не брать учеников, но для тебя я готов сделать исключение, смертный. Ты хочешь стать моим учеником? Като из Конохагакуре?
  Ощущения были смешанные, но все же...
  - Да, Оракул. Учитель.
  Павлин кивнул:
  - Хорошо. Идем, у нас много работы, а у тебя, как я понимаю, не так уж много времени.
  
  Глава 41.
  
  Мы шли в другую часть долины. Здесь нам попадались другие павлины, но их были единицы. Они были меньше Оракула и не такими яркими - в их окрасе преобладали в основном белые и серые цвета. На нас не обращали внимания (хотя, скорее, на меня), лишь коротко кланяясь Оракулу.
  - Все они бессмертны? - спросил я.
  - Нет. На самом деле истинно бессмертен лишь я. После познания пути отшельника я больше никого не обучал этому. Тем не менее я передавал знания своего учителя другим. Никто из Павлинов долины не смешивал свою телесную энергию с природной чакрой, тем не менее ее они использовать умеют. Никто из них не знает болезней, легко излечивается от ран, может жить очень долго - не вечно, но долго. Кроме использования природной чакры, учитель передал нам еще одно особое умение.
  Оракул кивнул в сторону источника света.
  - Вы, синоби, назвали бы это Кеккей Генкай. Стихия Света. Но на деле это не совсем так. Свет - это не стихия, это метод контроля.
  Посмотрев на яркий свет, я задумчиво спросил:
  - И я смогу научиться использовать этот... метод?
  Оракул задумчиво посмотрел в небо:
  - Ты - да. Кто-либо другой - нет. Во всяком случае, я не могу это себе представить. Любой другой смертный не сможет находиться здесь, не защищая себя техниками, как делаешь это ты. А под защитой техник никто не сумеет познать тайны света. Закрытые глаза не могут увидеть истину. Но изучением стихии Света мы займемся в другой раз, Като. Сначала основы.
  В другой так в другой. Если в конечном итоге я могу рассчитывать на бессмертие, скупиться на время для получения знаний не стоит. Оракул остановился:
  - Я передам тебе знания, Като. И помогу тебе встать на путь отшельника. Но у тебя, как и у моих друзей, может ничего не получиться. И ты, как и они, закончишь свою жизнь в камне.
  Киваю:
  - Верно. Но я все равно не отступлюсь, пока не попробую. Либо победа, либо гибель.
  Не сказать, что меня радовало такое положение дел, и я не собирался рисковать, пока не буду уверен, что готов к этому. Научиться у учителя всему, что только возможно. И дело совсем не в техниках. Он сумел постичь этот путь, не благодаря умениям, и, возможно, даже не благодаря знаниям. Оракул кивнул, продолжая путь.
  - Молодец. Полагаю, опыт предыдущей жизни помогает тебе принимать взвешенные и рациональные решения.
  На этот раз я отрицательно покачал головой:
  - Воспоминания из прошлого заставили меня сделать нечто, чего я делать, в общем-то, не хотел. Не сделал бы, если бы у меня был выбор. Но я потерял контроль, поддался эмоциям.
  Мы немного помолчали. Оракул дал мне время выкинуть неприятные воспоминания. Хотя я лишь заталкивал их в дальний угол, чтобы не мешали по крайней мере сейчас.
  - Тебе придется привыкнуть к некоторым вещам, - продолжил Оракул. - Это место. Оно имеет множество различных свойств. Я должен предупредить тебя о некоторых из них. Свет, что наполняет долину. Под ним тебе не захочется есть. А чуть позже, после первых же тренировок, ты не будешь испытывать необходимости во сне. Но именно по этой причине тебе не следует находиться здесь долго. Пока ты не постигнешь путь отшельника, каждый день после, - он ненадолго задумался, - четырнадцатого или пятнадцатого будет тебе вреден. Но все это время я буду плотно обучать тебя.
  Я удивился:
  - Мы куда-то торопимся?
  Оракул остановился, глядя на необычное дерево, растущее у самой скалы, окружавшей долину плотным кольцом.
  - Да и нет. Мне некуда торопиться. Но тебе есть. И, я думаю, ты раньше не обучался так, как это принято у нас. Так что скоро ты все поймешь. Есть какие-то вопросы перед тем, как мы начнем?
  Я почесал затылок. Вопрос был, и я решал, стоит ли его задавать.
  - Да, всего один. Он не особо важный, но меня съедает любопытство. Где мы? Я не видел солнца, а...
  Оракул провел крылом, как бы говоря мне замолчать.
  - Я отвечу. Как и все долины, созданные всеми мудрецами, как теми же жабами или змеями, наша создана на отдалении от людских государств. Мы находимся в жерле потухшего вулкана. Или точнее будет сказать, что вся энергия вулкана уходит на наше маленькое Солнце и ауру этого места. Вулкан этот в море, в трех десятках дней полета от ближайших земель людей. Я удовлетворил твое любопытство?
  Охренеть. Вулкан, значит. Ну, вулкан так вулкан - раз сотни лет здесь живут, значит, ничего страшного.
  - Да, учитель.
  Оракул кивнул.
  - Теперь слушай. Я буду показывать тебе движения, и ты должен как можно точнее их повторять. Движения повторяются, но их много. Однако как только ты их запомнишь, закрывай глаза и продолжай их выполнять. Это медитация тела. Она подготовит тебя ко всему тому, на что обычное смертное тело неспособно. Я буду читать текст, но ты не услышишь его ушами. Это нормально. Я буду говорить не с твоим разумом, а с твоим телом. Все изменения, которые это за собой повлечет, тебе пока знать нет никакого смысла, но о некоторых вещах скажу сразу. Возрастет твой контроль чакры, ты сможешь использовать за короткий промежуток времени намного больше энергии. К тому же твое тело будет намного быстрее восстанавливать потраченную телесную энергию, и чакра тоже будет восстанавливаться быстрее. Ты сможешь продвинуться в тайдзютсу. Это будет первой стадией для тебя. Позже мы поработаем и с духовной энергией. А сейчас запоминай...
  
  Глава 42.
  
  Это было нелегко. Комплекс движений и позиций, в которых необходимо было замирать буквально на мгновение, содержал в себе две с небольшим сотни поз. Только на запоминание ушло не меньше шести-восьми часов. И, как и обещал Оракул, никаких сна и отдыха и вообще перерывов мне не полагалось. Да и не нужны они были, если говорить честно. Физической нагрузки на деле минимум, и как только я разобрался с движениями, это стало медитацией. Я закрывал глаза и двигался. Движения были великолепными, не ощутить всей их мощи было очень сложно. Удивляться особо нечему - у Оракула были годы, десятилетия и не меньше сотни учеников, на которых он мог отработать каждую деталь, отточить их до совершенства. То, что с каждым следующим кругом во мне со все большей скоростью бурлила энергия, я чувствовал хорошо. Но не имел достаточных знаний, чтобы понять, что именно происходит с моим телом. Я повторял движения, а рядом Оракул что-то негромко нашептывал. Я прекрасно слышал его слова, но, как он и предупреждал, смысла уловить не мог. Учитель говорил с моим телом, отбросив лишний придаток в виде моего сознания. Несколько обидно, но если будет результат, я легко с этим смирюсь. Ощущение времени исчезло напрочь. Сколько я продолжал медитировать, слушая однотонный голос учителя, понятия не имею. Но этот павлин знал, что делал - я никогда не чувствовал себя лучше, чем в тот момент.
  - Като.
  Я не остановил движение, но приоткрыл глаза. Оракул все так же стоял рядом, будто прошли не часы или даже дни, а всего лишь минуты. Ничего не изменилось - вокруг, но не внутри меня. Ощущения были... странными.
  - Остановись, с этим мы в данный момент закончили.
  Я послушно остановился, прислушиваясь к телу. Чувство такое, будто недавно проснулся и сделал зарядку. Тело так и рвалось продолжить движение. Но, учитель сказал стоять - буду стоять, задавать глупые вопросы не время и, тем более, не место.
  - Это заняло больше времени, чем мне хотелось бы... И куда больше сил... - задумчиво произнес он. - Хотя, мы неплохо продвинулись. Если бы не моя техника, тебе пришлось бы так медитировать несколько недель, может, чуть больше месяца.
  - А это не опасно, ускорять процесс? - решил спросить я. Насколько я понимал, стимуляция - дело хорошее, если в меру.
  Оракул кивнул:
  - Опасно и нет. Ты несколько отличаешься от всех остальных моих учеников. Ты испытал смерть, но живешь. В этом ты походишь на меня. Я могу все объяснить, но там, как бы ты выразился, много мистики и мистицизма, которые тебе сейчас совсем ни к чему. Главное, знай - ты, чтобы ни произошло, не сойдешь с ума. И никто ни какими методами не сумеет изменить твой разум или характер. Ну, и если продолжишь развиваться, воздействовать на тебя гендзютсу будет все сложнее и сложнее. Да ты и сам, наверное, знаешь.
  Киваю:
  - Понимаю, но я думал, моя защита - результат изменения течения чакры в своем теле.
  Оракул... улыбнулся?
  - Тело и без всякого вмешательства имеет почти идеальную гармонию. Но для твоего разума гармония была несколько... неточной. Благо синоби из твоей деревни понятия не имеют, что именно ты изменил, подстраивая под себя свое новое тело. Сам процесс им известен, но неизвестен результат. Сейчас все это не так важно. прежде чем отправлять тебя домой мы проведем еще одну... тренировку.
  - С духовной энергией? - предположил я.
  Оракул задумчиво посмотрел в небо.
  - Да и нет. Идем за мной.
  Долгая прогулка по краю долины, и каким же было мое удивление, когда мы остановились у спуска куда-то под землю. Куда он может вести, если мы находимся в жерле вулкана? Оракул остановился, задумчиво глядя на меня.
  - Куда? Хороший вопрос. Под долиной в вулкане есть большая полость. Она даже больше самой долины. Полость образовалась, когда магма, остуженная техниками моего учителя, отступала с поверхности. Я удивлен, что ты этого не понимаешь, так как почти все слова я взял из твоей памяти.
  Ндя. Чувствую себя идиотом. Надо как-то привыкать не удивляться. Ага, легко сказать - долина в жерле вулкана и огромное подземелье в его недрах. Супер, совсем нечему удивляться. Оракул не стал комментировать мои мысли, и мы начали спускаться вниз. Спускались достаточно долго, перед тем как одна из стен кончилась, открывая нам пещеру. Полость оказалась... огромной. Серьезно, сюда бы, почти наверняка, поместилась большая часть Конохи. Да и по высоте охренеть размерчики. Но размеры - это полдела. В центре стоял толстый монолитный столб, шедший с самого пола, ровный, к слову, будто специально выровняли, и до самого потолка. Причем наверху он упирался в какую-то линзу, из которой шел достаточно яркий свет.
  - Это озеро под нашим Солнцем. Оно прозрачное и освещает это место, - пояснил Оракул, - ты чувствуешь разницу между этим местом и долиной?
  Да, разница была. Пещера не была так переполнена энергией, хотя природной чакры и энергии света тут было все равно очень много.
  - Здесь я смогу научить тебя самой простой нашей технике использования чакры природы, - продолжил Оракул.
  Мы спустились вниз и подошли к одному из редких камней. Камушков таких, раза в два меня повыше.
  - Тебе известен стиль Мягкого Кулака?
  Киваю:
  - Клановое мастерство Хьюга.
  Оракул тоже кивнул, задумчиво глядя на камень.
  - Не знаю, известна ли тебе эта истина, но все равно скажу. Самые простые техники подчас наиболее эффективны. Чем сложнее в исполнении и применении техника, тем больше возможностей ее прервать или внести в нее ошибки. Наиболее простые техники же прервать практически невозможно. И, несмотря на то, что их эффект почти всегда намного меньше сложных техник, в умелых руках они бывают весьма эффективны. Техника Мягкого Кулака проста, дальше уже некуда. Всего лишь контроль чакры. Искусный контроль, конечно, но это ничего не меняет. Блокировать удар этого стиля можно, лишь приложив тоже количество чакры для блокировки, что весьма неэффективно. Твой костюм, к слову, очень удачная идея, разве что его защиту можно преодолеть, всего лишь приложив большее количество чакры. Тем не менее это эффективно, если ты тратишь на защиту меньше сил, чем противник на атаку - значит, у тебя преимущество.
  - А если ты тратишь на атаку меньше сил, чем противник на защиту, это огромное преимущество, - улыбнулся я.
  Оракул перевел на меня взгляд, медленно кивнул и продолжил, вновь повернувшись к камню.
  - Я вспомнил про Стиль Мягкого Кулака, потому что то, чему я собираюсь тебя научить, по своей сути очень напоминает этот стиль. Правда, конечной целью твоих атак, естественно, будет не танкецу. Но об этом чуть позже. Речь пойдет о природной чакре. Обычно для ее использования необходимо поместить ее в свое тело, поглотить, сделать своей. Это и есть путь Отшельника. Но до того, как открыть этот путь, мой учитель придумал уловку, позволяющую контролировать очень малое количество природной чакре. Изменив свойства танкецу можно концентрировать небольшое количество природной чакры. Но ее необходимо практически мгновенно использовать, так как на удержание контроля с каждой секундой тратится все больше духовной энергии. Хм. Чтобы тебе было понятно, затраты чакры по отношению ко времени можно изобразить в геометрической прогрессии. С каждой следующей секундой на контроль уходит вдвое больше силы.
  Молодец, Оракул, ты просто гений. Зато все сразу понятно.
  - Спасибо за столь высокую оценку моих знаний, - бесстрастно ответил учитель, но я ничуть не смутился, лишь улыбнувшись. - Поэтому для техник, скажем ниндзютсу, такой... фокус не применим. Да и измененные танкецу становятся более ни на что не пригодны. Поэтому чуть позже он придумал технику, которой даже не стал давать названия. Оно ей не особо нужно. Во время твоей медитации я изменил свойство твоих танкецу на внешней стороне ладони, чтобы они могли концентрировать природную чакру. Техника заключается в том, чтобы сконцентрировать небольшое количество чакры - природной, естественно, - в (как там это слово?) точке.
  Оракул провел крылом у самой поверхности камня. Раздался короткий звук удара камня о камень. И, когда он отвел крыло в сторону, в камушке образовалось маленькое, всего пару миллиметров, отверстие, от которого шли многочисленные трещины.
  - Используя эту технику, ты сможешь пробивать вот такие отверстия. В камне, металле или теле человека. Хитрость в том, что ты используешь природную чакру, и, чтобы ее заблокировать, противнику потребуется достаточно большое количество своей обычной чакры. Нужно ли говорить, что попадания в определенные места...
  - Скажем в сустав, - продолжил я, - практически обездвижит конечность. А попадание во внутренний орган будет многократно опаснее попадания иглой или кунаем, так как оставит открытое отверстие...
  - Которое далеко не сразу заживет, - закончил Оракул. - Природная чакра обжигает неподготовленную плоть. У тебя есть примерно пять-семь дней, чтобы научиться хотя бы концентрировать немного чакры. Если ты не научишься делать этого здесь, то не сможешь и у себя дома. Зато, если научишься, тебе останется лишь практиковаться с контролем, чтобы чакры была сконцентрирована. Вторая хитрость в том, что природной чакры требуется очень мало, а чем меньше энергии, тем ее легче контролировать.
  Он прошелся вокруг камня, напоследок сообщив:
  - И не беспокойся, кстати. Даже если тебя препарируют, - слов-то каких набрался, павлин, - узнать секрет изменения танкецу не сумеют. Тут дело не в конечном результате, а в правильном изменении. Так что техника останется моим секретом, пока ты не будешь готов, чтобы принять ее. Да, чтобы начать концентрировать природную чакру, пошли свою духовную энергию на измененные танкецу - они предназначены специально для этого. Естественно, сначала не будет получаться, и ты будешь уставать. Медитация быстро восстановит твои силы. Это не так уж и сложно, так что мое постоянное присутствие не требуется, а мне и самому неплохо бы отдохнуть. Да и подкрепиться. Занимайся, ученик.
  
  * * * * *
  
  На улице стояла прекрасная погода, и необходимость просиживать весь день в стенах кабинета удручала. Хирузен потягивал трубку, наслаждаясь и смакуя каждый момент. Дел было еще много, но его все больше одолевало желание сбежать из кабинета. Обычно это желание изливалось в побег на крышу резиденции, с которой он подолгу смотрел на гору Хокаге. Однако в этот раз побегу не суждено было состояться. В дверь постучались, и в кабинет зашел синоби в форме АНБУ. Короткий взгляд, и Хирузен безошибочно определяет помощника - своего старого, но все же неблизкого друга. Корень. Их с Данзо общение уже давно практически не требовало никаких слов. У Хирузена не было причин всерьез не доверять Данзо. Его друг, пусть зачастую и совершающий поступки, о которых даже знать не хочется, заботился о деревне. По-своему, но заботился. Жестко, но все же. И порой делал то, что не смог бы сделать сам Хирузен. Пришедший безмолвный АНБУ тут же удалился - и так было понятно, что Данзо приглашал старого друга на разговор. Третий Хокаге не горел желанием сейчас разговаривать с ним, но нашел в приглашении свою пользу - возможность уйти из кабинета, пройтись, размяться.
  У Данзо тоже был свой кабинет, пусть тот и не обременял себя обязательством постоянно в нем находиться. Хирузен спустился на нижние уровни резиденции и без стука зашел. Все как обычно. Строгие, но удобные диваны, столик, несколько закрытых шкафчиков. На столике уже привычная пепельница, а рядом мешочек с хорошим табаком. Маленькая традиция, которую уважали оба давних, но совсем не близких друга. Хокаге задумчиво закурил. Данзо сидел напротив него и мельком просматривал бумаги.
  - Я хотел поговорить о тех гэнинах, что были допущены на третий тур, - сообщил Данзо.
  Хирузен несколько секунд смотрел на его лицо, заранее решая, чего тот хочет. У Данзо всегда был свой интерес, что же его привлекло сейчас?
  - Хорошо.
  - Давай по порядку. Что ты думаешь о мальчишке Учиха?
  Неужели это? Нет, действия Орочимару они уже обсудили. А информация, собранная троицей Анко, заставила Хирузена настоять на увеличении охраны на третьем туре экзамена, а если чуть точнее, на привлечении к охране людей Корня.
  - Для своего клана он неплох, - осторожно ответил Хирузен.
  - Он, к сожалению, глава клана, - не глядя на собеседника, продолжил Данзо, - его можно было бы привлечь в АНБУ. Или в Корень.
  Старая песня. Это они так же уже обсудили.
  - Мы оба знаем, что это невозможно, - спокойно ответил Хирузен.
  Данзо кивнул, откладывая листок.
  - В остальном у него все шансы победить соперников. Мне известно, что Гаара является сосудом для Шукаку. Но, кроме жажды крови и расстройства психики, ему особо нечем похвастаться. Казекаге все же пообещал, что в случае проблем с Шукаку, он сам или учитель Гаары сразу примут меры. В остальном... Саске учится у Хатаке и может продемонстрировать Чидори во время поединка.
  Хокаге улыбнулся - его радовали успехи мальчика. Шаринган и Чидори - отличное сочетание, что не раз демонстрировал сам Какаши.
  - Неджи Хьюга, - продолжил тем временем Данзо, будто уже позабыв про Саске, - сильнейший Хьюга в этом поколении. У него талант. Но он слишком самоуверен и слишком заносчив. Вместе с излишним честолюбием, слишком большим даже для Хьюга, он уже стал объектом насмешек у моих людей.
  Хирузен выдохнул большой клуб дыма:
  - Мальчик еще перевоспитается.
  Данзо поднял взгляд единственного глаза на старого друга:
  - Он явно продемонстрировал свою несдержанность на отборочных поединках. Если так продолжится, он станет изгоем. И если в другой ситуации я бы этим воспользовался...
  Да, тот единственный способ, которым Данзо перетягивал сильных клановых синоби в Корень. Их характер, при котором от них отворачивался собственный клан. Порой он даже сам подстраивал это. Но Данзо старался не раздражать глав кланов больше необходимого, очень редко прибегая к таким мерам.
  - Но он мне не нужен, - заключил глава Корня.
  Сарутоби задумался. Вот так отказываться от талантливого Хьюги? Видимо, кроме таланта к клановым техникам, Неджи больше ничем не выделялся. Сама по себе сила для АНБУ не была решающей. Всего скорее, люди Данзо исследовали Неджи со всех сторон... И отбраковали. Хм, тогда кто же ему нужен?
  - Я также не считаю, что у него сейчас есть большие шансы на успех. Его первым противником будет джинчуурики, которого сейчас учит Джирайя. И шансов у Хьюги не то, чтобы много. Прямолинеен, не изобретателен, предсказуем. Даже джинчуурики на его фоне выглядит внушительнее.
  Глава корня отложил еще один листок.
  - Наруто Узумаки.
  Еще одна очень старая тема. Данзо считал, а возможно, и все еще считает, что Наруто - неудачный сосуд для джинчуурики.
  - Если он победит в поединке с Хьюга, я соглашусь, что он может быть полезен деревне, - неожиданно высказался Данзо.
  Сарутоби удивился, хоть и не показал этого. Его старый друг смирился с выбором Четвертого Хокаге? Нет, определенно нет. Просто уже придумал лазейку, благодаря которой Наруто ему уже ни к чему. Что же. По крайней мере, мальчик может спать спокойно - Корню он в ближайшее время будет неинтересен. Данзо отложил листок:
  - Шикамару Нара, - произнес он очень нехорошим тоном. Его интересовал парнишка.
  - Даже не надейся, Данзо, - отрезал Хирузен, - он ленив, но воля огня в нем сильна.
  - Я знаю, - даже не стал отрицать тот. Глава Корня практически всегда был на шаг впереди Хокаге, за редкими исключениями, и вполне мог предвидеть реакцию Хирузена, - Хотя отрекомендовал бы его в спецкоманду. Не на передовую - там ему не место.
  - Пусть сначала наберется опыта, - ответил Хокаге, чувствуя, что беда, вроде, миновала. Драться за мальчишку Нара ему сейчас совсем не хотелось.
  Данзо вновь бросил на него задумчивый взгляд.
  - Лишь бы он дожил до того момента, - не угроза, даже не предупреждение. Но его правда - парня нельзя упускать из виду и уж точно нельзя подставлять под удар, для этого есть менее перспективные синоби, гэнины и тюнины, - хотя он первый претендент на ранг тюнина.
  Очередной листок ушел в сторону.
  - Об Абураме мы уже говорили, они меня не интересуют, - сразу еще один листок ушел в сторону.
  Хирузен лишь поморщился - в Корне было уже три Абураме, причем талантливых. Проблема была в характере синоби из этого клана, в общем-то, и без постороннего вмешательства располагавшем к службе в АНБУ или Корне.
  - А те, что не прошли отборочные, среди них тоже были интересные синоби, - попытался сменить тему Хокаге. Он был вовсе не прочь откупиться каким-нибудь бесперспективным, но неплохим гэнином.
  - Девочке Хьюга нужно менять характер, талант у нее есть. Но АНБУ ей не быть, - ответил Данзо, он, естественно, уже подумал над каждым из ребят. - Девочка Харуно, думаю, поняла, с чем ей предстоит встретиться в будущем, и, если еще не сделала выбор, то до этого уже недалеко. Яманака меня не интересует, да ты ее и не отдашь. Остальным еще набираться опыта как минимум год, потом можно будет посмотреть. И это недоразумение, специализирующееся на тайдзютсу, - Дано редко проявлял эмоции, но Рок Ли его всерьез раздражал, - может, он сумеет стать хорошим синоби, полезным для Конохи. Когда-нибудь.
  Он отложил листки. Поднял взгляд одного глаза на Хокаге.
  - А вот ученик твоей Анко меня порадовал. Встретился с тюнином звука в бою и, не моргнув глазом, отправил того в мир иной. Пока еще он слишком честолюбив, любит продемонстрировать свое превосходство, хотя во время обучения в академии он отлично держался в тени. Он единственный, кто за время обучения набрал всего десять нарушений.
  Да, всего десять. И это за несколько лет. А в академии ограниченные драки хоть и не поощрялись, но и не запрещались особо. Да у любого другого ученика десяток нарушений запросто мог набраться за пару месяцев. Минакуро Като единожды спровоцировал на драку мальчишку из своего класса, затем как-то неожиданно потерялся. Его даже учителя порой теряли из виду - было много других забот. А ведь он с завидной периодичностью тренировался со всеми хорошими рукопашниками своего курса, но всегда во время тренировок и уроков. У него не было настоящих друзей, но не было и врагов. Все относились к нему либо с нейтральным дружелюбием, либо с легкой симпатией, либо вообще никак. Даже сам Ирука трижды просил проверить ученика, не шпион ли какой, ведь таких гибких в общении людей еще надо поискать. И вот теперь он прошел на третий этап экзамена.
  - Он мне кое-кого напоминает, - без всякой радости признался Хирузен.
  Данзо позволил себе едва заметное движение морщинок у глаза. На его лице это было почти яркой счастливой улыбкой. Ему парень тоже кое-кого очень напоминал. Напоминал себя, когда-то давно. Еще немного наивного, но уже хитрого и жесткого.
  - Где он сейчас, к слову?
  - Анко показала ему печать призыва. Думаю, у новых учителей, кто бы ему ни попался.
  Легкий налет радости тут же исчез с лица Данзо:
  - И ты ей позволил?
  - Она не спрашивала у меня разрешения, Данзо, это ее ученик, - ответил Хирузен, почувствовав маленькую победу. Было что-то, где Данзо недосмотрел, и не продумал наперед, - и я сильно сомневаюсь, что ему место в Корне.
  - Это мы еще посмотрим, Хирузен, - недобро ответил глава Корня.
  
  Глава 43.
  
  Естественно, я не успел. Когда сила печати вырвала меня обратно в деревню, я все еще учился контролировать природную чакру. То количество, которое я мог направить на удар, оставляло даже не отверстие - всего лишь маленький след. Н-дя. Совсем не густо. Но, по крайней мере, я мог концентрировать природную чакру, так что тренировка для меня продолжится и здесь.
  Я стоял, задумчиво рассматривая свои ладони, на которых появилось огромное множество мелких ожогов от природной чакры, не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Почти две недели медитации, и я уже успел несколько отвыкнуть от необходимости общаться с кем-то.
  - Като? Почему ты в одних трусах? - спросила Анко, глядя на меня. - И такой худой. Чем ты там занимался? И вообще ел?
  Желудок предательски заурчал, и я наконец огляделся. То же место, из которого и я отправился в Долину Солнца. А в организме с каждой минутой нарастало сразу два желания: пожрать и поспать. Одно вывалилось в почти болезненных спазмах, второе в легком головокружении. Да, Оракул предупреждал об этом, но не о том, насколько все будет плохо.
  - Я есть хочу. Сильно.
  Девушка несколько секунд рассматривала меня, решая, стоит задавать вопросы сейчас или подождать, пока я хотя бы покушаю.
  - Используй превращение и дуй домой. Я принесу что-нибудь перекусить.
  Ну, я и превратился в нее - в памяти был небольшой кавардак, и представить кого-то другого достаточно отчетливо я сейчас не мог. Анко поморщилась:
  - Мог бы и не так точно... - она отмахнулась, - все, бегом.
  Я не стал разбираться, что именно скопировал слишком точно, сразу отправившись домой. От того, чтобы сразу завалиться спать удерживало только желание покушать. Зевая, забрался в комнату через окно, развеял превращение, и, не торопясь, оделся. В комнату поднялась мама, но я был слишком уставшим, чтобы нормально разговаривать. Тем не менее убедил ее, что все хорошо, и что мне просто надо отдохнуть... и поесть. Ляпнул, не подумав, потому что меня сразу стащили вниз, в столовую, где я тут же с радостью начал поглощать... что-то. Даже не знаю, что, какой-то суп вроде. Учитель появилась, когда я уже доедал вторую порцию, поставив на стол пакет с едой. Они с мамой начали о чем-то разговаривать - видимо, Анко лишь мельком объяснила, куда это я вдруг исчез, так что мама сейчас высказывала все свои претензии по поводу моего текущего состояния. Разговор неожиданно замер, когда обе заметили, что я уплетаю еще и все то, что принесла Анко, не делая никаких различий к содержимому баночек и коробочек. А что вы хотели, я две недели в самом прямом смысле питался святым духом. Наконец, наевшись (наверняка Оракул что-то подправил в моем теле, иначе от всего съеденного мне было бы крайне хреново), я, никого не спрашивая, свалил в комнату и уснул, вроде, даже доползти до кровати не успел.
  Когда проснулся, на улице было темно. Выспался неплохо, но ощущения все равно были не самые приятные. В Долине было намного лучше, а тут как будто мало воздуха, чтобы дышать, но с чакрой. В общем, проснулся, немного размялся - организм отозвался приятным нетерпением. Какой сегодня день я, если честно, не знал, но время до экзамена ну, как минимум, денек-другой, у меня были. Оделся и отправился тренироваться.
  Сначала медитация, которая здесь была не настолько продуктивна, но все равно начать следовало с нее. К слову медитировать, чтобы восполнять чакру, было совсем не обязательно. Говоря технически, у меня появилось пассивное свойство, тянущее чакру из окружающего мира. На полное восстановление резерва должно было уйти около четырех часов. А это значительно лучше почти двух суток. Приятный такой бонус. Правда, и запас у меня не сказать, что большой, и если будет увеличиваться, скорость восполнения от этого не изменится, но все равно.
  Теперь же я плотно насел на удар чакрой. Надо, что ли, как-то это назвать. Какое-нибудь звучное название для простой техники. Разящая Игла? Ага, очень смешно. Игла Чакры? Тоже не то. Хм. Ладно, потом придумаю. В общем, подыскал подходящий камушек и начал тренировку. К слову, насколько я знал теорию, техника относилась к изменению формы чакры, а это немаленький такой уровень. Опять же, фокус в простоте - просто сконцентрировать собственную чакру в одной точке не проблема, точка и есть точка. Именно так, без природной чакры, я и начал тренировку. Получалось достаточно легко, но такое количество чакры даже следа на камне не оставляло. Если я правильно понял то, что вытворяли два Хьюга на отборочных, чакры они концентрировали на порядок больше. Остается только дивиться мощи природной чакры, даже в таком маленьком количестве оставляя столь заметный след. Да, тоненькое отверстие в пяток сантиметров глубиной. Однако же...
  Анко появилась немногим после рассвета. И была явно чем-то недовольна. Сильно недовольна. И взволнована. Причем ее недовольство не было направлено на меня, что неслабо так удивляло.
  - Рассказывай, - без приветствия потребовала она.
  - Уточни, пожалуйста.
  Девушка поморщилась:
  - Что произошло, почему ты вернулся в таком состоянии?
  - Особенность обучения, - пожал я плечами. - Тем ребятам, на которых я напоролся, и есть-то особо не нужно.
  Она подняла бровь:
  - Что это значит? Что там ничего не ел все это время?
  Киваю:
  - Не ел и не спал.
  Ответ ее поставил в тупик. Лишь через некоторое время она выдавила:
  - И ты после этого не полный кретин? Чем вообще думал?
  Уточнять, кто именно предложил мне отправиться неведомо куда, я не стал.
  - Где костюм? - продолжила она.
  - Ты вытянула меня прямо во время тренировки, а там было жарко, вроде как, так что я его не носил.
  Анко нахмурилась:
  - Призыв сработал только с пятого раза. Кто-то мешал мне первые четыре.
  Ну... Не сказать, что я как-то удивился. Видимо, Оракул дал мне время, иначе бы последняя тренировка таки не дала бы результата.
  - Отлично, - кивает учитель, - ты, похоже, даже не сомневался, что так и было.
  - Я не знал, что Оракул мешал тебе, но не удивлен.
  В меня уставился вопросительный взгляд.
  - Оракул?
  - Он обучал меня.
  - Он что, видит будущее? - с немалым сомнением спросила Анко.
  - Нет, но мысли читать умеет. Это просто символичное имя, не более, - уточнил я.
  - А призыв?
  Отрицательно качаю головой:
  - Павлины его не поддерживают.
  - Павлины? - удивилась девушка, - серьезно? И чему он тебя обучал?
  Я продемонстрировал технику. Ну, она все еще была не завершена, так что я не мог наносить быстрые удары. Но если сконцентрироваться, то вполне мог выдать ровное красивое отверстие с множеством трещин рядом. В бою пока неприменимо, но техника получается, осталось только совершенствоваться.
  - Это изменение формы, - Анко результат, похоже, впечатлил, - но чакра. Это...
  - Да, мой маленький секрет, - усмехнувшись, согласился я.
  Девушка махнула на меня рукой. Ей было интересно, но, похоже, были проблемы, куда более живые и насущные.
  - Я разговаривала с Хокаге-сама.
  - Правда? И как это ко мне относится? - спросил я.
  - Мы говорили о тебе.
  Она остановилась, раздумывая о чем-то. Не очень отчетливо, но в ней все же читались сомнения и волнение. Хм, я вроде нигде не напортачил, так что это там наверху что-то задумали.
  - И что вы там говорили?
  - Хокаге-сама... - она замешкалась и сказала явно не то, что хотела вначале, - передал, чтобы ты был осторожен.
  Я смерил ее скептическим взглядом:
  - Анко, сказала "А", говори "Б".
  - Чего? - возмутилась учитель.
  - Того. То, что сберечь себя для меня важнее результата экзамена, это и так понятно. Дался мне ваш экзамен. И раз уж вы с ним говорили, то явно не об этом, а о чем-то важном. Так что либо вообще ничего не говори и иди лесом, либо рассказывай, что там случилось, - что-то я разнервничал. Хотя ясен пень, Анко так не волновалась, когда отправляла меня на миссию по защите тушки Учиха. А тут все куда опаснее, если я правильно понял.
  Девушка сначала возмутилась, и даже подумывала отвешать мне звездюлей за наглость, но по большому счету сама понимала, что облажалась.
  - Прибить тебя мало, мелкий манипулятор. Свалилось же счастье на голову - не в меру сообразительный ученик.
  - Какой есть, - развел я руками.
  Она покачала головой, и все же рассказала:
  - Тобой заинтересовались люди из Корня.
  - В каком плане заинтересовались? - насторожился я.
  - В плане вербовки, - как-то легко ответила Анко, - так что после экзамена, в не зависимости от его результатов, тебя ждет разговор с кем-то из Корня. Предупреждаю сразу - не стоит рассматривать это как шанс. У них очень жесткие методы к людям, ко всем без исключения отношение, как к расходному материалу.
  Учитель стояла, молча глядя на меня, и даже не понимала, насколько это плохо для моей тушки. Если умельцы из Корня во время вербовки узнают, что у меня есть второе прошлое, их желанию покопаться в нем наверняка не будет предела. И пусть большинство технологий и знаний в этом мире будут бесперспективны, это их не остановит, я почти уверен. К примеру, я вполне себе мог представить устройство атомной бомбы. Шутка? Ага, сейчас, как же. Оружие, не требующее техник. Может, в течение лет этак двухсот они ее изобретут. А что сложного, если путь известен - осталось по нему пройтись, да и материалы наверняка найти можно. Да, есть здесь те же демоны немаленькой силы. Но демон - это одно, с ним еще как-то договориться надо или подчинить. К тому же демон - вещь штучная. А бомба - это бомба, их можно клепать, лишь бы материалов хватало, а потом нажатие кнопки - и все, абзец всему живому в округе, никакие техники не защитят. Да, это все ерунда, не о том вспомнил. Просто мне в любом исходе светит только насильственное многократное промывание мозгов. Пусть павлин и говорил, что сломать мой разум невозможно, легче от этого не становится.
  - Не расстраивайся слишком сильно, - все же сжалилась Анко, - я и Хокаге-сама не хотим тебя передавать, так что, может быть, еще обойдется.
  Буду надеяться, ага. Проблема была еще и в том, что от меня пока ничего не зависело, ну почти. Разве что попытка побега во избежание верной смерти. Да далеко ли я убегу? Пока нужно было отвлечься. Тренировки и еще одно.
  - Анко, научи меня технике Теневого Клонирования.
  
  Глава 44.
  
  Как много народа, да и еще и неместного. Стадион практически полон, правда, Хокаге и Казекаге пока нет, так что мы просто стоим посредине арены и... пинаем баклуши. У меня возникают некоторые подозрения насчет педантичности здешних ниндзя. Я, конечно, пришел чуть раньше, чем все остальные... не просто так, но это не главное. Сейчас из десятерых участников третьего этапа экзамена, который мне нравится куда меньше, чем два предыдущих, всего пятеро. Неджи Хьюга также пришел чуть пораньше, и троица песка уже была на месте. Я хотел аккуратно сжульничать - все же мой бой, как сказала Анко, был первым. Оказалось - хрен мне, такие фокусы не прокатывали. Даже закопать скрытую печать нельзя. Но это ерунда, я умудрился половину поля завалить печатями, когда дрался с Ли. Парень быстр, но невнимателен. И правила экзамена мне всерьез не нравились. Банальный поединок лоб в лоб. Мы синоби или показушники? Я искренне предполагал, что наше дело тихо ударить и уйти без следов. Видимо, сама культура этого мира предполагала какие-то иные правила, хотя вполне возможно, изначально все техники были заточены как раз на скрытность. Похоже, из-за отсутствия альтернативной мощной армии именно ниндзя стали основными вооруженными силами стран. А сейчас мне предстояло лобовое столкновение. Поле боя - площадка, под ногами земля, местами покрытая редкой травкой. Пара деревьев на краю арены. Ладно, прорвемся.
  Вскоре подошли Шикамару, Абураме и Досу. Учиха и джинчуурики пока не появились. Наруто, я почти уверен, не увязался. Придет сам, или кто пинками поможет придти. Учиха пропустить это зрелище не способен физически и даже не по своей воле. Столько ставок сделано на их с Гаарой бой, почти пятая часть от всех ставок вообще. А это немало, ведь ставки идут не только на первые бои, но и на последующие, и, например, на тех, кто выйдет в финал. Правда, учитывая условия игры, чтобы получить звание тюнина, побеждать всех совсем необязательно - необходимо определенным образом себя проявить. В любом случае, меня это волновало мало. Я сделал крупную ставку на самого себя, не от своего имени, естественно, и на победу, ясен пень. Вчера полдня изучал все особенности использования игрушек вроде посоха Каору или веера Темари. Полезная вещица, не лишенная своих недостатков. Остатки времени потратил на проработку всех деталей поединка. Предусмотрел множество вариантов, вплоть до самых невероятных. Это лишь кажется, что поединок - штука непредсказуемая. Предусмотреть и заранее продумать множество деталей вполне возможно. К примеру, ветер, которым Темари отбрасывала все колюще-режущие игрушки Тен-Тен вполне себе преодолим, нужно лишь вкладывать определенное количество чакры в сюрикен перед броском. Темари об этом, естественно, знает, и так просто я ее не достану, но идеи у меня уже появились.
  В общем, я хотел одним боем показать свои способности, а дальше - по ситуации. Хотя не так - не способности. Шиш, а не способности. Тактика и умение с минимальными затратами достигать максимального результата. Что-то я самоуверенным становлюсь, надо быть аккуратнее. Кстати, у нас сменился судья. Что случилось с Хаяте, я не знал, но снять его без веской причины не могли. Нового судью поединков звали Ширануи Генма - не сказать, что я хорошо его знал, но все же был знаком. Наконец на своем месте появился Хокаге с парой сопровождающих. Пока все было тихо. Пока...
  За воротами раздался грохот и топот копыт, и в них, словно от хорошего пинка, залетел Наруто. Говорил же, не сам придет, так пинками пригонят. Ну, клоун - он и есть клоун. Отстраненно наблюдаю за легкой неразберихой, вызванной появлением Узумаки. Наруто оглядывается, будто пытается увидеть, не спрятался кто-то между десятью присутствующими. Его вполне можно понять - куда-то потерялся напарник.
  - Похоже, Саске унаследовал привычку своего учителя опаздывать, - хмыкнул Шикамару.
  - Он придет, - уверенно произносит Наруто.
  Не придет сам, так притащат. Хотя Хатаке я не понимаю принципиально. Насколько я успел узнать о нем от Анко, он действительно опаздывает и порой крайне сильно. Пара часов - это совсем не то, что можно терпеть, тем более постоянно. И даже причина его вовсе не оправдывает. Торчать каждый день часами у мемориала своих друзей - это, как говорится, уже заскок. И никаких скидок на душевные терзания - он кто, тряпка или опытный дзенин?
  Мои размышления прервались, когда Генма шикнул на нас. Казекаге поднимался на свое место, а значит, представление очень скоро начнется. И никаких шуток. Все происходящее не столько экзамен, сколько представление, самореклама деревень или все, что угодно. И пусть у этого были причины, причем весьма основательные, я бы предпочел закрытый тест без свидетелей.
  Хокаге поднялся, чтобы толкнуть на удивление коротенькую речь. В этот момент Генма обернулся к нам, уточнив правила:
  - Сражения будут проходить так же, как и на отборочных поединках. Убивать противника крайне нежелательно, но здесь вы не будете сразу дисквалифицированы. В остальном никаких ограничений. А я в любой момент имею право остановить поединок, это ясно?
  Наруто отозвался:
  - А что с Саске? Его еще нет.
  - Если не появится к началу своего боя, вылетает, - спокойно ответил Генма. - Первый бой: Темари Сунахама против Минакуро Като. Остальные - ваши места на балконе для участников.
  Хокаге как раз закончил, и Генма жестом приказал лишним проваливать. Ну вот, не сказать, что я ждал этого, но некоторое предвкушение скрывать не стану. И я же сделал ставку на этот бой...
  
  * * * * *
  
  Остальные неспешно покидали арену. Темари, смерив противника взглядом, усмехнулась про себя. На лице Като замерла легкая ухмылка: внешне он расслаблен, но на самом деле спокоен и сосредоточен. Внешность неприятная: неправильное лицо, слишком неровные скулы, впалые глаза, растрепанные короткие волосы, тонкие губы. Сейчас он отчего-то не натянул капюшон и маску, давая рассмотреть свое лицо. Правда, Темари видела его предыдущий бой, победу над тем зеленым чудиком. Когда Като в конце сбросил часть одежды, ожоги на его теле были очень серьезными, и то, что он не обращал на них внимания, говорило о неплохой выдержке. Да и он показал себя хорошим тактиком - постоянные обманные маневры, отвлечение внимания, активное использование иллюзий и обманок. Даже манипуляция. Но и слабостей было достаточно. Малый запас чакры и отсутствие сильных ниндзютсу как самые заметные. Желание поиграть с жертвой. Это тоже слабость, которой грешила и Темари. Ей не обязательно было участвовать - все равно скоро все кончится. Но как отказать себе в удовольствии поиграть с такой замечательной добычей. Не красавчик, разве что, жалко. Хотя нет причин сдерживать себя: можно как следует его покалечить, чтобы не совался на экзамен раньше времени.
  Судья посмотрел на обоих гэнинов и скомандовал:
  - Бой начинается!
  Темари выхватывает веер. Атаковать первым, значит захватить инициативу, а уступать этому Като никак нельзя - слишком скользкая тварь. Взмах веера:
  - Ветер-коса!
  - Подмена.
  Коса не успевает пролететь и половины дистанции, когда Като запрыгивает на пенек и подпрыгивает вверх. Странно, он уже в маске - у него были лишь доли секунды, чтобы ее надеть. В его руках появляются знакомые сюрикены-клоны. Отравленные, надо понимать. Видимо он, как и Канкуро, обожает такие игрушки. Бросок, и восемь сюрикенов летит в нее. Взмах веера, но два сюрикена продолжают приближаться, не сбитые порывом воздуха. Ага, значит, маленький секрет ему известен - напитанные чакрой сюрикены сбить куда сложнее. Но девушка лишь хмыкает, сложив веер и легко отбив им две мелкие железки. Пусть она этим почти никогда не пользуется, но в тайдзютсу у нее достаточно высокий уровень.
  Вдогонку уже летят новые сюрикены. Проверять, есть ли среди них заряженные, нет желания, и она просто отбивает все восемь веером. Като приземляется, но тут же скрывается во всполохах дыма. Ага, скрывает технику иллюзий, сейчас появится вместе с иллюзорной копией. Из дыма вылетают новые сюрикены, причем сразу больше десятка, естественно, по замысловатым траекториям. В этот раз девушка взмахивает веером, вкладывая больше силы, но все равно четыре сюрикена продолжают лететь на нее. От двух она уклоняется, два отбивает, видя, как из дыма действительно вырвалось сразу два противника. Оба обходят ее по небольшой дуге, готовя метательное оружие для атаки. Кто из них? Кто из них? Если ошибется, может пропустить удар от настоящего, и сейчас на сюрикенах наверняка свежий яд, который обязательно подействует. Оба замирают, оба бросают свои сюрикены. Взмах веера для защиты, но все сюрикены продолжают лететь дальше. Что? На иллюзию взмах не подействовал, но и неиллюзорные все заряжены. Правда, все сюрикены летят практически прямо на нее, и Темари быстро делает несколько прыжков назад, сосредоточив внимание на обоих противниках, ожидая повторной атаки. Но удар настигает ее неожиданно. Перед лицом проплывает едва различимый силуэт руки. Печать со снотворным! Он сам говорил о нем в бою против толстобрового парня. Темари резко выдыхает, чтобы не вдохнуть газ, уже замахивается для удара веером. Использовал сразу две иллюзии, а сам зашел сзади в невидимости. Но снотворного так и не появилось - вместо этого Като перехватил ее руку с веером на взмахе и нанес сильный удар, как раз между запястьем и локтем. Хрустнули кости, и резкая боль прорезала сознание Темари, на глазах непроизвольно выступили слезы. Но она перехватила веер другой рукой и все же закончила взмах. В тот же момент Като ударил по ее ладони, техника сработала, но и веер выпал из ослабленных рук, отлетая в сторону. Порыв ветра, сильный, но не достаточно сконцентрированный, ударил по Като. Его отбросило, но не ранило - техника не пробила слабую защиту костюма. Като вскочил почти мгновенно, сразу выпустив дым. Темари, приходя в себя, стараясь игнорировать перелом в руке, внутренне усмехнулась - парень не празднует победу раньше времени, относится к ней серьезно даже сейчас. Понимая, что ее могут просто закидать сюрикенами, даже не подходя ближе, он сложила печати. Получилось плохо - переломанная рука разве что не висела, и складывать ручные печати в таком положении было неудобно и больно, но она сложила.
  - Высвобождение Ветра: Ветер Коса! Ветер Коса! Ветер Коса!
  Атаковать таким способом было неудобно, намного сложнее концентрировать и направлять чакру - в общем-то, за этим и нужен был веер. Но и так коса, хоть и с третьего раза разогнала дым. Все, теперь она была по-настоящему серьезна. Даже с одной рукой она вполне могла использовать сильнейшие свои техники. Мимо действительно пролетело несколько сюрикенов, сбитых ветром. Като не ожидал, что она сможет использовать технику, хотел сэкономить чакру - не так у него ее много. Он отступил, уклоняясь от атаки, а ее веер лежал достаточно близко, всего в паре прыжков - куда ближе, чем был сам Като. Он мог пустить сюрикены на опережение, ведь прекрасно это умел. Темари снова сложила печати:
  - Высвобождение Ветра: Ветер Коса! Ветер Коса! Ветер Коса!
  Под защитой атакующих техник она добежала до своего главного оружия и сжала его здоровой рукой, запоздало понимая, что что-то не так.
  Внимательно наблюдавший с балкона за коротким поединком Неджи, сразу же включивший бъякоган, сжал кулак. Он умел оценивать противников и сейчас видел очень опасного врага.
  - Она проиграла, - сказал он то ли себе, то ли остальным. На него бросили короткие вопросительные взгляды, но Неджи не обратил внимания.
  Темари держала веер, но не чувствовала его. Като уже бежал к ней, а она никак не могла понять, почему ее оружие не откликается на призывы. В следующую секунду превращение развеялось, и ее руку перехватили, уперев другую руку в спину и заломив. Девушка, крикнув от болезненного спазма, упала на колени. Это была не иллюзия - противник использовал клона и совместил его с превращением, запоздало поняла она. Тот же фокус, что применил Наруто во время своего поединка.
  А подбежавший настоящий Като без заминки ударил ее ногой по лицу сначала справа, разбив скулу, а затем, когда она подняла на него гневный взгляд, добавил еще и слева, разбив губу. На землю упали капли крови. Темари повесила голову, едва сохраняя сознание. Като вызвал сэнбон и напитал его чакрой, будто готовясь нанести последний удар. Одно из правил, которым его учили - не оставлять за спиной недобитков.
  - Стой! - выкрик Генма. - Минакуро Като - победитель!
  Сэнбон исчезает, сразу развеивается и клон, девушка падает на землю.
  - Хочешь стать тюнином? Будь готова терпеть боль и сражаться с нами на равных, - достаточно громко выговаривает Като.
  С отдельного места за поединком наблюдали два непримечательных человека. Со стороны они напоминали отца и дочь. Мужчина, немного за сорок, казался простым ремесленником. Его отличали лишь плотная повязка на правом глазу и перемотанная и висевшая у груди правая рука.
  - А я немного ошибся в нем. Никакого честолюбия. Быстро и эффективно достичь цели, вот и все. И никаких сомнений и сожалений. Не находишь, Миино?
  Сидевшая рядом девочка, ровесница участника, внимательно наблюдала за боем и лишь поморщилась в ответ на вопрос мужчины.
  - Остальные бои для него будут бутафорией, - продолжил мужчина, - он уже тюнин, однозначно им станет.
  
  Глава 45.
  
  Я спокойно вернулся на балкончик для участников, а вниз уже спускались Нара Шикамару и Кинута Досу. Делать ставки на победу одного или другого я даже не рискну. Темари унесли медики - в ближайшее время ее ждет реабилитация, но не слишком долгая. Рука сломана аккуратно, не вдребезги, вполне можно восстановить. Да и по голове я ее лупил, скажем так, мягко. Без сотрясения и переломов, а пару синяков вполне можно свести. Когда поднялся на балкон, кукольник очень зло на меня зыркнул, всем своим видом показывая, что горит желанием намылить мне шею. Ну, флаг ему в руки - у него, возможно, будет шанс попробовать. Гаара смотрит спокойнее и даже с некоторым уважением, что ли... хотя нет. Скорее, с признанием.
  - Я же говорил, что ты зря прибедняешься, - сказал он ровным голосом. - Правда, я не понимаю...
  - Чего именно? - спросил я.
  - Я не чувствую жажду убийства, - ответил песчаник, - ты будто...
  Усмехаюсь:
  - Не хочу убивать? Я же сказал, не сравнивай нас. Жажда убийства сама по себе ни о чем не говорит - ни о силе, ни о способностях.
  Он задумался над чем-то.
  - Я хочу сразиться с тобой, Минакуро Като. Чтобы узнать, кто из нас прав. Ты? Или я?
  Пожимаю плечами. Анко предупредила меня по поводу этого парня, а также о его секрете. Отвечаю негромко, маскируя свои слова под шумом трибун, и если не прислушиваться специально, меня не услышать:
  - А я бы хотел избежать этого боя, джинчуурики. У меня сейчас попросту нет возможности тебя убить, так что я обречен. А умирать я совсем не стремлюсь.
  Разговор был закончен, а внизу уже начинался бой. Мне было не особо интересно, но все же смотрел я внимательно. С одним из них мне в ближайшее время предстоит сражаться. Бой несколько затянулся, зрители наблюдали за происходящим с большим интересом, но в какой-то момент стало ясно, кто выйдет победителем. Точнее, стало ясно, что победителей будет двое. Шикамару был умнее и хитрее, но, в общем-то, уступал Досу по силам. В конце концов, звуковой попал в ловушку, но вместо победы Нара просто сдался. Красиво - с одной стороны. На нем ни царапины - Досу его так и не достал, хотя запыхался порядочно. Шикамару сдался, но был победителем. Досу победил, но выставлен проигравшим. Мне во втором раунде предстоит с ним сражаться, и есть основания считать, что победа достанется мне. Хм, даже немного жаль, что Шикамару так сдался - я мог бы повторить его ход, но покажу себя просто подражателем. Нара ушел на трибуны к зрителям, а Досу, задумчивый и невеселый, поднялся к нам.
  Следующими ушли Узумаки и Хьюга. Их бой тоже затянулся. Хотя вполне возможно, это я был исключением, закончив все так быстро. Вообще, мне казалось, что Хьюга уложит блондинчика, но Наруто раз за разом поднимался и продолжал сражаться. Оба продемонстрировали несколько новых техник, но вот восторга я не почувствовал. Оба как-то слишком зациклены больше на техниках, а не на их применении, и весь их поединок мне напоминал мордобой вечерком рядом с каким-нибудь баром. Бой продолжается, пока первый не потеряет способность стоять на ногах. Скучно. Один раз даже прерывались, чтобы что-то обсудить. Синоби, блин. В общем, без видимого перевеса последним на ногах остался Наруто Узумаки. Он же и вышел победителем.
  А вот и кульминационный момент. Саске еще нет, а Гаара уже спускается вниз. Ну и правильно, либо смахнется с Саске, либо сразу с Наруто. Было бы забавно посмотреть на сражение двух джинчуурики. Судьи вообще такое допустят? Они же тут запросто пол стадиона разнести могут, если на пару, а может, и весь целиком.
  Но Саске все же появляется, естественно, в паре с Какаши Хатаке. Наруто так и не доходит до балкона - похоже, где-то заблудился. А все взгляды приковывает к себе парочке на поле. Судья дает старт, и Саске срывается с места. Хм, скорость почти как у Ли, хотя даже лучше. Гаара тут же пропускает серию ударов. У песчаника какая-то защитная техника, но она не спасает - просто не успевает за скоростью Саске. Но как-то быстро бой глохнет. Гаара закрывается в плотном песчаном шарике. Учиха, после пары неудачных попыток через него пробиться, отступает и готовит какую-то технику. Молния? Похоже. Удар, и его рука пробивает защиту. Изнутри доноситься крик, Саске отскакивает. Но в этот момент на весь стадион опускается какое-то гендзютсу, а где-то вдалеке раздается подряд несколько взрывов.
  И, если это не взрывы от фейерверков по поводу нашего общего праздника, то, готов биться об заклад, на нас напали...
  
  Глава 46.
  
  Гендзютсу, достаточно мощное, к слову, заставило поморщиться. Правда, применять защитную технику мне даже не пришлось. Так, мурашки по спине пробежались, чем все и кончилось. Стоявший в другом конце комнаты Досу покачнулся, но применил защитную технику. Стоящий у перил Шино последовал его примеру, бросив на меня вопросительный взгляд. Да, Шино, я тоже хочу понять, что происходит. А вот кукольник Канкуро происходящим удивлен не был, причем абсолютно. Его интересовало то, что сейчас происходило внизу.
  - Гаара! - выкрикнул он, вставая ногой на поручень.
  Отсюда было видно трибуну с Каге - именно там раздался взрыв. А на крыше уже стояли Хокаге и Казекаге. И они собирались сражаться. Также раздалось несколько взрывов на трибунах зрителей, и там тоже началась борьба. Так, приоритеты расставлены - песчаники на нас напали. Выхватываю сюрикен с тросом и швыряю вперед. Канкуро уже собирается свалить, но трос затянул петлю на его шее, и я резко рванул его на себя. Кукольник свалился на спину, но по инерции снова перевернулся на ноги, успев достать кунай и срезать трос. Ловок.
  - Отвали, мне не до тебя! - выкрикнул он.
  - Ага, как же, - негромко ответил я.
  Но в наш еще только начинавшийся бой тут же попытался вмешаться Досу, собравшийся применить какую-то из своих техник, уже открывал свою свистульку. Хм, Звук тоже не на нашей стороне. Зачешись, блин.
  - Шино! Кукольник твой, звуковой мой! Не зевай!
  - Тебя я понял, с выбором соперников согласен.
  Два сюрикена улетели в Досу, которые он тут же блокировал свистулькой. Но технику он пока использовать не успел. Рядом жуки Шино уже атаковали Канкуро, которому пришлось отступить, но не на арену, от которой сообразительный жуковод его отрезал, а вглубь коридоров.
  - Дай мне минуту, и я помогу тебе с кукловодом, - создавая клона и входя в маскировку, крикнул я.
  - Справиться в состоянии сам я, - ответил Абураме, скрываясь вслед за кукловодом.
  - Не надейся, что я просто сдамся тебе, - запоздало отвечает звуковой.
  Он применил технику, но по клону, и я успел отстраниться. У его техник был серьезный недостаток - дистанция. Стабильно поражать цель он мог только с трех, максимум пяти метров. Клон развеялся, а Досу уже вслушивался, сосредоточившись на моих действиях. Я успел сделать всего пару шагов, когда он швырнул в мою сторону кунаи. Взрыв-печати на них я заметил слишком поздно, уже отбив один из них. Взрывом меня едва не выкинуло с площадки, но все же успел зацепиться за поручень. Левую руку немного обожгло, перчатка и пара печатей оплавились, частично снизив мою боеспособность. Кожу обожгло горячей тканью, прожгло несколько дырок, но боль пока пускаю побоку. Все, парень, я злой. С небольшим шипением в маску впрыскивается наркотик. Досу уже сам подбегает ко мне, чтобы использовать технику. Перехватываюсь левой рукой, подтягивая себя и заодно вызываю сэнбон, напитываю его чакрой, сколько успеваю, и зашвыриваю навстречу. Досу уклоняется, слегка ударяя по своей свистульке. Уже после первой встречи с ним, когда узнал, что он мой потенциальный противник в поединках, я поставил что-то вроде наушников, которые в теории ослабили бы действие техники. Да и костюм сам по себе ее не пропускал, не должен был. Но голова все равно закружилась. Так, не раскисать. Защитные печати. Вместо дыма срабатывает яд, и собственную руку, где костюм немного поврежден, обжигает болью. Твою ж... но и противник отскакивает, не горя желанием испытать на себе действие ядовитого газа. Немного неуклюже заскакиваю на площадку, создать клона. Техника срабатывает, а в меня ударяет приступ тошноты. Наркотик и расшатанная система равновесия - адская смесь. Сам погружаюсь в маскировку, предварительно швырнув наугад пару дымовых шашек. Клон обходит Досу, закидывая его сюрикенами, но тот лишь отступает. Правильно, ему нужно ждать моей ошибки. Так, резерв чакры? Норма. Второй клон, сразу иллюзия. Тошнота усиливается, но если будет невтерпеж - проблююсь, ничего страшного. Иллюзия под прикрытием двоих швыряющих сюрикены клонов совершает отвлекающий маневр. Ага, как же. Если клоны (которые, кстати, сами не знают, что делают - у меня такая каша в голове) как-то стоят на ногах, то иллюзию надо контролировать. Она начинает расплываться почти сразу. Так, изменим тактику. Иллюзия расплывается, но так, будто я использовал маскировку. Клоны уже с разных сторон, Досу умело уклоняется и отбивает атаки, но они не подходят в радиус поражения. Так, теперь что-нибудь неожиданное и нелогичное. Досу применяет технику - видимо, поверил, что я в иллюзии где-то рядом. Я поднимаюсь, и, чуть пошатываясь, бросаюсь на него. Ага, услышал шаги, а с иллюзией что, перестраховался? Неважно, он встречает меня второй порцией техники... Эх ты же млять... Бросаюсь на его руку, хватая свистульку. Он не сразу понимает маневр, но все же пытается меня сбросить. Удар по голове, сразу коленом в живот. Все, сейчас он увидит мой завтрак. Но на него уже прыгнули сообразительные (ну как же - мои, все-таки) клоны. Звуковой поздно понимает, что я попросту лишил его маневра и техники своей едва дееспособной тушкой, пропускает сразу с десяток сюрикенов. В этот раз паралич срабатывает отлично. Один из клонов вкладывает всю свою чакру - немного я им и давал - и использует мою новую технику, так пока и не названную, проделывая отверстие в горле противника. И тут же развеивается. Ну не дебил ли я после этого? Из дырки неплохо так хлещет кровь, но мгновенной смерти это не приносит, Звуковой еще брыкается. Второй клон оказался сообразительней и все же вогнал кунай куда-то под ребра, в область сердца. Резать горло ему было не с руки - я ему своим телом все закрывал. Досу чуть подергался, и наконец сдох. Клон тут же исчез, а я стянул маску и очистил желудок прямо рядом с трупиком противника. Ничего, если что, все на него свалю.
  Стало чуть легче, и я бросился - ну ладно, поплелся - на помощь Шино. В его силы я верил, но двое на одного всегда лучше, чем один на один. А время сейчас тянуть нельзя - деревня в опасности. Сзади раздался кри, или даже вопль гнева и злобы, и меня обдало мощным потоком чакры. Умеете складывать два плюс два? На арене сейчас два джинчуурики, а на меня обрушивается такое количество этого дерьма. Посчитали? Один из хвостатых, а может, и оба, буйствуют. В прошлый раз это стоило Конохе пары кварталов и жизни четвертого Хокаге. Не считая всего прочего. Что же все так быстро катится в...
  Так, быстро к жуководу. Техника, похоже, начинает отпускать - ко мне возвращается чувству равновесия. Пробежка, и я едва не нарываюсь на несколько сэнбонов, врезавшихся в стену передо мной. Оглядываюсь. А, это не в меня целились - Шино скачет туда-сюда, а из куклы летят разные колющие предметы. Канкуро тоже неплохой знаток своего дела, и жуковод просто в несколько неудобном положении. Кукольника сейчас не обойти - он занял удобную позицию, снизу от лестничного марша. Его кукла отстреливается, но далеко не отходит, чтобы не оставить без защиты хозяина. А Шино не может подойти ближе, и жуки не могут незаметно подобраться. На стенах пара следов от огня - видимо, кукольник отбивался от них взрывными свитками или чем подобным. Так, маскировка. Ага, уже. Почти вся левая сторона тела мерцает - печати сильно повреждены, а левая рука так и вообще не маскируется. В поединке с Досу я на это не обратил внимания, не до того было, а теперь что делать? Осмотреться и применить шансевый инструмент. Чуть в стороне стояла скамейка с достаточно толстой сидушкой, толщина древесины сантиметров семь или даже все десять - что-то у меня глазомер немного фалит. Не суть важно. Подбегаю, вырываю скамейку, ее хватит, чтобы меня в полный рост закрыть, напитываю чакрой. Много уходит, зараза. Но этого хватит, чтобы остановить всякие пакости, вроде сэнбона или сюрикена. В других условиях было бы бесполезно, но сейчас самое оно.
  - Шино, прикрой!
  Ага, крикнул, а что ему надо делать - сам не знаю. Сам перехватил скамейку и рванул вперед, прямо на куклу. Ну, надеюсь, жуковод догадается воспользоваться моментом и атаковать Канкуро. Кукла среагировала быстро, в скамью воткнулось сразу с десяток каких-то железок. Сразу за ними прилетела газовая граната. Ага, как же, так это меня и остановило, хотя руку слегка обожгло волной боли. Марионетка быстро сдвигается в сторону, собираясь просто обойти мой импровизированный щит чуть сбоку. Пинком отправляю скамейку дальше вперед, создаю клона, а сам тоже резко меняю траекторию движения. Швыряю сюрикены в куклу, она что-то швыряет в меня. Оба мажем. Точнее, она мажет полностью - неудобно на такой скорости да на дистанции брать упреждение для метательных атак, читал я о кукольниках. Я же просто попадаю туда, где мои железки вреда не причиняют. А теперь кульминация. Клон забрасывает все вокруг нас дымом, хватает скамейку и сближается с куклой. А дальше простое знание теории. Если один объект, пропитанный чакрой, сильно приложить о другой объект, так же пропитанный чакрой, выдержит тот, в котором больше чакры. В теории. Сейчас в куклу, опасность для которой Канкуро заметил слишком поздно, летела с хорошего замаха скамейка, напитанная чакрой. Кукла сгруппировалась (это просто рефлекс самого Канкуро), выпустила в клона несколько игл, а дальше удар, треск и всполох развеявшегося клона. Кукла падает на ступени, осколки скамьи летят в разные стороны. Так, похоже, пострадала изрядно - все руки вдребезги, да и контроль, похоже, оборвался.
  - Ха, думаешь, это все?! - выкрикнул кукловод. - Даже сейчас я все еще могу...
  - Оглянись, - прерываю я его.
  Канкуро удивляется, уже натягивая новые нити контроля. И естественно, противник крикнул "оглянись", с чего бы ему оглядываться? Ну, это его проблемы. На парня налетают жуки, и тот кричит, пытаясь смахнуть их с себя.
  - Что так долго, Шино?
  Парень подходит ко мне, держась за грудь.
  - Все же задело куклы оружие. Атаку сформировать сразу не сумел я.
  А я спустился к барахтающемуся в жуках Канкуро, создал сэнбон, напитал чакрой.
  - Убери жуков.
  Насекомые быстро отступили. Канкуро, покусанный, поверженный, побежденный, успел повернуть лицо в мою сторону, уже собрался что-то сказать. Короткое движение, и заряженная игла врезается в лицо.
  - Стоило ли? Мог стать он пленником ценным.
  - Слишком много мороки с пленным, - ответил я, задумчиво глядя на тело. - А оставлять за спиной недобитков... Я так не делаю.
  
  Глава 47.
  
  В левой руке появилось странное ощущение холода. Неужели тот яд? Стянул перчатку и закатал рукав. Так, ожоги, но это сейчас не проблема. Я, конечно, не медик, но не зря же столько времени штаны просиживал вместе с Данго в лаборатории. Достал из скрытого кармана свою коробку с противоядиями. Интересная особенность: ядов в этом мире было придумано великое множество, но все равно все они делились на несколько групп. И не сказать, что противоядие, но средство, сильно замедляющее распространение яда или его эффекты, было универсально для ядов одной группы. Объяснялось это просто: основным ингредиентным составом. А если еще точнее, то способом смешивания и приготовления. Разные химические составы получилась примерно одинаковыми способами. И в зависимости от способа существовал состав ингибитор, который замедлял или временно сводил на нет действие яда. Различить способ было не сложно. В коробочке лежал пузырек, каплю из которого я капнул на кожу, подвергшуюся действию яда. Так, капля стала фиолетовой. Берем соответствующий шприц и вгоняем его содержимое в руку. Все, несколько часов у меня есть, а потом сразу в больницу - с этой дрянью шутить опасно. Наличие универсального антидота, ну, нескольких, было причиной низкой эффективности ядов в целом и узкой сферы их использования. На самом деле, ну кто, кроме меня и Канкуро, ну еще Данго, всерьез пользовались ядами? Вроде, больше никого из знакомых мне синоби. Правда, наши с Канкуро яды сильно отличались. Он больше рассчитывал на эффект, растянутый на три-пять минут. Цель слабела, и марионетка легко побеждала противника. Ему было проще - в кукле можно спокойно хранить заряженный яд, только обновлять периодически. Я, естественно, рассчитывал на мгновенный кратковременный эффект.
  - Тебе вколоть?
  - Не подействует. Жуки мои нейтрализовать заразу сами должны.
  Ндя. Что же, у всех свои заскоки.
  - Като! - доносится до меня крик.
  По стенам арены то и дело проносится грохот - бой, похоже, в самом разгаре. Но здание крепкое, возможно, рассчитано на такие злоключения. Голос, принадлежащий Каору, доносится откуда-то сзади. Так и есть - оттуда же, откуда совсем недавно прибежал я, с балкона для участников экзамена, бегут мои напарники.
  - Я здесь! - откликаюсь я.
  Каору немного осмотрелась, оценивая обстановку, а Данго сразу подошел ко мне, указывая на руку.
  - Ранен?
  - Яд, нормально, время есть.
  Ирьенин перевел взгляд на Шино:
  - А ты?
  - Отдых нужен мне, не помощь, - ответил жуковод.
  Данго пожаловался сам себе:
  - Ну и зачем нужен медик, если никому не нужна помощь?
  Каору пнула слегка тело Канкуро и перевела взгляд на нас.
  - Хватит прохлаждаться. Нас ждет Анко.
  Насчет прохлаждаться я бы еще поспорил. Тем не менее киваю, и наша троица срывается с места. У Шино своя голова на плечах - вот пусть сам и разбирается, что ему делать. Уходили мы, естественно, другим путем, через проходы в здании сразу наружу.
  - Что происходит в Конохе? - спросил я о насущном.
  Ответила мне Каору, даже не сбавляя скорости.
  - Нас атаковали Суна и Ото. Правда, синоби Песка не так много - больше людей из Звука. Несколько крупных змей прорываются через периметр деревни. Самая большая проблема - Шукаку.
  - Джинчуурики потерял контроль? - уточнил я. Плохая новость.
  - Да, с ним сражаются парнишка Узумаки и те, кто не гоняет по арене прихвостней Звука.
  А это, наверное, еще хуже.
  - Наруто тоже потерял контроль?
  Каору ухмыльнулась:
  - Удивишься, но нет. Он призвал гигантскую жабу. Они сумели отвести Шукаку немного в сторону, чтобы не разнести всю Коноху, пока сражаются.
  Мы выбежали из здания и быстро отошли в сторону. Запрыгнув на крышу, я сумел рассмотреть Шукаку и жабу. Отдаю должное Наруто - силен. Жаба произносит какую-то технику в ответ на технику Шукаку. Песчаный демон плюется воздушными снарядами, жаба - водными. Один из снарядов жабы весьма неудачно летит прямо в нас. Е-мое, да там воды на целый бассейн хватит! Каору вскидывает посох и использует свою технику. Плевок разлетается на чести, и вместо концентрированной водной пули нас слегка обливает дождичком. С другой стороны тоже доносятся взрывы, и там маячат три гигантских змеи. Даже завидно как-то - мне огромного павлина призвать не судьба. Ладно, не до того.
  - Вперед.
  Мы продолжаем путь. Пробежка по крышам, один раз пришлось маскироваться и пройти мимо группы синоби Суны, за которыми гнались наши. А что, у нас был приказ прибыть, а не вмешиваться во все разборки по пути. Вполне возможно, что наше присутствие вот прям необходимо совсем в другом месте, а мы тут по мелочам отвлекаемся.
  На одной из неприметных крыш, единственным отличием от остальных было лишь наличие трех синоби в масках - нас уже ждали. Кивком указали на дверь и пропустили в полевой штаб. Ха, естественно, штаб обороны находился не в резиденции Каге и не где-то еще. Ну, может, он там и находился, но вот АНБУ тусовались именно здесь. Несколько комнат, у каждой третьей - синоби, всем видом показывающий, что внутрь заглядывать нельзя. Одна комната под небольшой госпиталь. В самой большой комнате стол с подробной картой Конохи, несколько фигурок, среди которых я узнал и Шукаку с жабой и змей, пара флажков и прочие мелочи, до которых мне сейчас не было дела.
  - Като! - Анко о чем-то говорила с парнем из АНБУ, но при моем появлении отослала его.
  Какая честь. А девушка немного преобразилась. Полный комплект формы АНБУ, разве что маска снята. Либо здесь все свои, либо ей скрываться не с руки. Мы подошли к столу.
  - Рана? - она коротко кивнула на руку.
  - Ерунда, - отмахнулся я.
  Не удивляйтесь - это не забота о моей персоне, это профессионализм. С Данго ясно - он медик, ему положено. А Анко собирается нас куда-то отправить, и ей нужно быть уверенной, что я в боевой готовности.
  - Есть миссия, - тон сухой, фразы короткие. На пороге война, не время рассусоливать. Она указала точку на карте, - здесь находится скрытый архив с копиями документов. Контракты, векселя...
  Я кивнул, махнув рукой, мол, продолжай.
  - Охрана - два человека. Связь не поддерживают. Высылала посыльного - не вернулся. Задача - пойти и проверить. Если что украли - вернуть.
  Агась, все просто. Различная финансовая документация. В бюрократическом мире она в стократ ценнее самих денег. Договора с разными торговцами, документы о кредитах в банках и прочее, прочее, прочее. Имея все это на руках, можно нанести огромный ущерб экономике деревни и самой деревне в целом.
  - Суна или Ото? - уточняю я.
  - Сомневаюсь. Их люди сосредоточены на сражении.
  Тоже верно. Это какие-то пакостники, оказавшиеся в нужном месте в нужное время. Кто бы ни одержал победу в сражении, бумажки все равно останутся весьма ценными. И с них можно будет получить немалую выгоду.
  - Ясно. Но нам нужен следопыт.
  Каору, конечно, сойдет за сенсора, но если гости уже ушли, она не сумеет их выследить. Анко кивает в ответ, крикнув:
  - Хана!
  В комнату входит молодая девушка, немного младше Анко. Стандартный костюм тюнина, почти стандартный - шорты вместо штанов и нет рукавов. На лице отличительный знак клана Инузука, за ней заходят три пса приличного размера.
  - Анко-сан?
  Сенсей указывает на нас.
  - Это моя команда. С миссией ты уже знакома.
  - Поняла, - кивает Хана.
  - Все, вопросы есть?
  Я быстро смерил следопыта взглядом.
  - Да, один. Кто командует?
  Щекотливый вопрос, надо заметить. Мы - три гэнина, следопыт - тюнин. Вроде как, все очевидно. Но не так все просто. Хана ничего не знает о наших техниках, ну, разве что о моих, и то не обо всех. Она не из АНБУ, отличительного символа на плече нет. В отряде она - следопыт, возможно, поддержка или отвлекающий маневр. Я и Анко несколько секунд буравили друг друга взглядом, после чего сенсей отмахивается:
  - Ты старший. Все, вперед.
  Хана сначала удивленно смотрит на Анко, затем переводит взгляд на меня. Ожидал увидеть на ее лице презрение или что-то подобное, но она смотрит с некоторым уважением. Хорошо, значит, проблемы с субординацией не будет. Жестом показываю ей идти за мной.
  - Все, пошли.
  Девушка кивает, как и напарники. Хм, похоже, стоит всерьез привыкать командовать.
  
  * * * * *
  
  Жаба прыгнула, взмахнув своим клинком. Удар. От силы и мощи сражающихся дрожит земля. Битва синоби на этом фоне выглядит мелочной, незначительной. Девушка, чья одежда почти не отличалась от костюма АНБУ, наблюдает за боем, но иногда переводит взгляд на крышу, где за преградой сражаются два сильнейших синоби.
  - Значит, Орочимару пожаловал в гости собственной персоной, - озвучил свои мысли мужчина, стоявший рядом, - не побоялся все-таки. Когда я заключал с ним договор, не думал, что он пойдет на такое.
  Девушка покосилась на него, но тактично промолчала - не ей комментировать действия руководителя, а уж оценивать - тем более.
  - Он перешел границу. Хотя это того стоило, чтобы увидеть своими глазами поединок джинчуурики. Мальчишка освоил призыв и смог призвать не кого-нибудь, а именно его. Но они дерутся не в том месте. Иди, Гамабунте должен понравиться наш маленький подарок.
  Девушка удивилась:
  - Жаба вряд ли согласится вернуть его, когда бой закончится.
  - Неважно. Нам эти куски железа больше не нужны. А после этого сделай что-нибудь с барьером. Сейчас не время терять Хирузена. Иди.
  Девушка немного помедлила, но все же скользнула вперед. Она быстро обошла всех дерущихся, по большой дуге обошла и Шукаку с Гамабунтой. Трижды даже пришлось резко менять направление - эти гиганты разносили все вокруг в мгновение ока. Выбрав достаточно большую площадку, она встала в центре, начав собирать чакру. Техника переноса столь крупного объекта была сложной и затратной. Сконцентрировав чакру, она сложила печати и активировала технику. С шумным хлопком на поляну вывалились два гигантских кастета. Отдышавшись, синоби Корня осторожно запрыгнула на жабу, пока та отступила на передышку.
  - Что это еще? Что-то часто в последнее время всякие букашки лезут мне на голову, - возмутился Гамабунта.
  - Эй! А ты еще кто? Что? Спецкоманда? - блондин немного замешкался, рассматривая форму девушки.
  - Посмотри влево и вниз! - крикнула синоби.
  Жаба повернула голову, увидев лежащие на поляне кастеты.
  - Что? Не может быть, откуда они у вас?
  - Возвращаем, - не стала отвечать девушка, - отведите его подальше от деревни.
  Он спрыгнула и тут же скрылась где-то среди деревьев. Жаба сразу подняла кастеты и примерила их на лапы.
  - Сам знаю без всяких... Отлично. Вот теперь мы повоюем, - она снова развернулась к Шукаку. - Ну! Тушканчик-переросток! Иди сюда! Сейчас я тебе каждую песчинку пересчитаю!
  Девушка уже возвращалась к полю боя. Пробиться через четырехсторонний барьер? Это было почти невозможно... Если бы не ее семья некогда сама придумала его. Вновь обходя начавшие постепенно затихать поединки, синоби Конохи перехватывали инициативу - скоро бои совсем стихнут, и добралась до печати. Сначала троица из АНБУ, которая и должна была защищать Хокаге, едва не кинулась на нее, но вовремя передумали.
  - Корень?
  Она не ответила, доставая простенькие принадлежности для рисования. Ей был известен один способ обмануть барьер, но слишком уж много сложностей было с ним связано. Она быстро, насколько смогла, нанесла половину печати с этой стороны барьера. Линии были грубые, местами неточные - отец бы не одобрил такой работы. Но его не было рядом, а значит, не было смысла обращать на это внимания. Теперь сложить правильные печати рук.
  - Техника печати: Зеркальный перенос.
  На другой стороне барьера образовалась точная копия нанесенного ей рисунка. Новые печати, новая техника.
  - Техника печати: Обман барьера.
  Оба рисунка взмыли в воздух, и повернулись на девяносто градусов, соединяя свою плоскость с плоскостью барьера. Когда рисунок соединился, внутри печати темный барьер разошелся до ее краев. Обессиленная девушка, упала на колени.
  - Идите! Делайте то, что должны! - рявкнула она на сидящих рядом синоби.
  Троица АНБУ тут же кинулась на помощь Хокаге. Сразу за ними просочилась и пара синоби Корня. Девушка отдышалась и быстро отступила. Она вернулась к своему хозяину, заняв место рядом с ним.
  - Я все сделала.
  - Хорошо. И еще - твой старый знакомый жив и почти невредим. Записал на свой счет еще двоих человек, один из них - старший сын Казекаге.
  Девушка промолчала, показывая, что ее это не интересует.
  - Как знаешь. Мы достаточно сделали, возвращаемся.
  Она тяжело выдохнула, мысленно подгоняя хозяина. Две сложные печати отняли у нее огромное количество сил, а теперь еще и обратный призыв? Но приказ есть приказ. Девушка складывает ручные печати, и две фигуры исчезают во всполохе дыма.
  
  Глава 48.
  
  Как и следовало ожидать, мы опоздали. Тело одного из синоби Конохи лежало прямо у входа, еще один лежал в коридоре, третий обнаружился внутри помещения. Спрятано оно и вправду было неплохо - неприглядный такой подвальчик, сто раз пройдешь мимо и не подумаешь, что здесь что-то важное. А вот большим его никак не назовешь: всего с два десятка шкафов с аккуратными полками, заложенными свитками разной формы и размера. И одна из полок пустовала.
  - Данго, найди учетную книгу. Я хочу знать, что именно они унесли. Каору, осмотрись, не пропало ли еще что. Хана, берите след.
  Все, всех озадачил - хорошо быть главным. Лишь бы после этого полным составом обратно вернуться - вообще замечательно будет. Собаки обнюхали полку и вышли наружу. Каору быстро вернулась, отрицательно покачав головой. Ирьенин себя ждать тоже не заставил, найдя на единственном столике в подвале банальный журнал; он взял его в руки и подошел к полке, сверяя что-то. Нда, все же это не мой старый мир - здесь пока еще торговцы не стали полными хозяевами положения, хотя уже имеют огромное влияние, пусть и сами этого не понимают. Насколько мне известно, треть работы, которую выполняют синоби всех стран, это различные мелкие пакости, связанные как раз с этой денежной войной. Жертв в ней почти нет, но для Дайме и других держателей власти эта война куда важнее, чем мелкая грызня между синоби. Правда, и на такие задания отправляют не всяких - больше, так сказать, специалистов. Насколько я знал, почти треть личного состава спецкоманд как раз из разряда специализированных дзенинов с отточенными навыками незаметного проникновения. Украсть ценные бумаги или подменить их, а лучше всего - внести ошибки в реальные документы. Ведь ошибочная информация хуже отсутствия информации вообще. Думаю, мне стоит прибиться именно к этой группе работников. От сражений подальше, а платят хорошо. Конечно, на такие задания синоби редко берут протектор деревни и в случае провала полагаются только на себя. Но везде свои риски.
  - Нашел, - отвлек меня от размышлений Данго, - украдены бумаги, принадлежащие клану Сарутоби.
  - Хокаге-сама? - это Хана.
  - Дело не столько в самом Хокаге, сколько в его клане. Не забывай, - уточнил я, - что этот клан является одним из самых крупных торговых домов Страны Огня, да и за ее пределами имеет немалое влияние.
  Мне много интересного рассказали в подземелье АНБУ. Большинство кланов синоби, помимо собственно самих синоби, включают в себя различные сторонние, скажем так, предприятия. Торговля, какое-нибудь небольшое производство: выращивание, к примеру, табака, магазинчики или что-то в этом роде. Сарутоби вообще больше большой торговый дом, нежели клан синоби, хотя в Конохе, вроде как, с десятка два синоби Сарутоби, пусть почти все из побочных семей. Вообще, в Конохе только Хьюга и некогда Учиха были кланами именно синоби, где лишь редкие единицы не становились ниндзя.
  - Откуда такие сведения? - насторожилась Хана.
  - Это моя специальность, - отвертелся я. Слишком долго сейчас объяснять все нюансы, - твои псы взяли след?
  Она самоуверенно ухмыльнулась:
  - Уже давно.
  Это, вроде как, камень в мой огород: типа "долго соображаешь"? Хотя неважно.
  - Вперед. Под прикрытием битвы далеко не убежишь - им приходится опасаться встречи что с нашими синоби, что с противниками.
  Погоня была резвой, но вскоре мы покинули черту города. Либо времени прошло уже много, либо воришки были очень наглые и ничего не боялись. Но псы держали след хорошо, а противник не знал, что за ним хвост - ха, целых три хвоста! - так что не пытался сбить нас со следа.
  - Мы приближаемся, скоро настигнем их, - сообщила Хана.
  Не хотелось сильно затягивать, я все же был ранен. Желательно все же сегодня вернуться в госпиталь.
  - Като. Как тебе удалось добиться такого доверия Анко? - спросила девушка, сблизившись со мной, насколько позволял бег по веткам деревьев. - Обычно она детей на дух не переносит.
  - Ты ее подруга? - надо же понимать степень доверия.
  Хана кивает:
  - Считала себя такой. Пока не узнала, что у нее есть своя команда, а она ничего мне не рассказала.
  Значит, и мне распространяться не стоит.
  - Все дело в моем великолепном обаянии. Разве так не ясно?
  Девушка лишь усмехнулась в ответ.
  - Ответ в ее стиле. Мне знать не положено, да?
  - Вроде того, - не стал я отрицать, - хватит болтать. Сколько их?
  Хана перевела взгляд на одного из своих псов, будто слушая его ответ. Хотя кто сказал, что собачки не могут быть разумными? Павлины же могут.
  - Четверо.
  Блин, не комильфо. Можно, конечно, изловчиться, но лучше сделать по уму.
  - Действуем, как обычно? - вставила свой вопрос Каору.
  - Нет. Сегодня у нас специальный гость, так что меняем тактику. Хана, ты вместе со мной изображаешь массированную атаку. Я использую клонов, ты со своими питомцами действуешь врознь.
  Один из псов недовольно гавкнул на меня.
  - Не подставляться, мы просто отвлекаем на себя их внимание. Данго и Каору, вы определяете и выбиваете из общего стада главного. Цель - схватить старшего. На остальных и свитки лучше забейте.
  Мои напарники, естественно, кивнули, но Хана удивилась:
  - Не поняла.
  - Я же сказал, что это моя специальность. Свитки мы им подарим - это все равно копии. У главного мы хорошо так поспрашиваем, кто заказал бумаги. Вернемся и расскажем Сарутоби, а те предпримут меры. Устаревшая информация ничуть не менее опасна, чем просто неверная. Сарутоби смогут выиграть куда больше, если мы отдадим свитки, но узнаем, кто против них играет.
  Девушка несколько секунд пилила меня взглядом, затем выдохнула:
  - Теперь ясно, почему тебя поставили главным.
  - Все будет отлично. Все равно не тебе отвечать, случись что, - усмехнулся я, а Хана хмыкнула, не оценив шутки. - Далеко еще до них?
  И через пару секунд я получил ответ:
  - Они остановились. Пять минут, и мы встретимся.
  Глубоко вздохнув и на всякий случай проглотив энергетическую пилюлю, командую в стиле почти забытого прошлого:
  - К бою...
  
  Глава 49.
  
  Два клона, совмещенные с техникой превращения, были пределом моего контроля чакры. Как это делает Наруто, у которого, конечно, чакры до одной матери, но не слишком хороший контроль, я вообще не представляю. Оба моих клона превращаются в тех синоби, чьи трупы мы недавно нашли. Хороший психологический эффект еще никто не отменял.
  - Давай, Хана, вы сразу за клонами.
  Оба живых мертвеца сорвались вперед. Не самый рациональный способ траты чакры, но я заведомо передал им совсем немного. Коротко киваю Хане. Все три пса подскакивают к ней, чтобы использовать технику:
  - Иммитация зверя: Техника зверя-человека.
  Три приглушенных хлопка, и рядом с девушкой оказываются три ее копии, правда, на четвереньках, но все равно отлично выходит. Я использую превращение уже на себя, приняв облик последнего из убитых синоби.
  - Начинаем.
  Три копии Ханы рванули вперед, сразу начав вращаться.
  - Пронзающий зуб!
  Впереди раздалось несколько взрывов. Хана напряглась, порываясь сорваться вперед.
  - Засада! Нас ждали!
  А-то я сам не понял, какого хрена они остановились.
  - Все нормально, действуем по плану.
  Снова хлопки взрывов. Да-да, именно так, побольше грохота и дыма. Один из клонов, отойдя из зоны видимости противников, развеялся. Так, двое наверху, двое внизу. Четверо, один явно старше других. Формы синоби и протекторов нет. Старший активно пользуется техниками огня, еще один использует землю, но куда меньше. Девчонка старается держаться в стороне - похоже, медик или вроде того. Еще один парнишка со странной татуировкой во все лицо - рукопашник, он и вынес клона. Земляной и девчонка внизу. Старший наверху, татуированный прыгает повсюду.
  - Так. Мужик, использующий техники огня, цель Каору и Данго. Псы - татуированного. Надо его занять, чтобы не мешал остальным. Хана, на тебя парень, использующий землю. Я разберусь с девчонкой и сразу переключаюсь на него же.
  Раздается взрыв, и мне приходят воспоминания второго клона. Не сумел уклониться от огненного шара. Так, псы там одни остались, пора и нам прыгать в пекло. Хана первой срывается вперед, уже на ходу принимая обличие человека-зверя. Я чуть запаздываю, но не намного. Мы появляемся в поле зрения противников. И я, и Хана сразу забрасываем старшего сюрикенами, лишь немного опережая его технику, еще добавляется дым. Старший перескакивает на другую ветку. Я резко меняю курс, устремляясь вниз. Сбоку выскакивает татуированный, собираясь атаковать меня, но не обращаю внимания. На перехват выходит один из псов, заставляя рукопашника отвлечься. Я бросаю вниз сюрикены. Земляной закрывает своим телом напарницу, и железки отлетают от него, не причиняя вреда. Хана атакует его пронзающим шипом с фланга, давая мне время сместиться в сторону и напасть на свою цель. Тактика проста: сначала вышибать самых слабых. Но земляной оказался не промах и сумел блокировать лобовую атаку Инузуки. Девушка отскочила назад, едва успев прыгнуть, прежде чем под ее ногами взорвалась печать. Ага, вот, что делает девчонка в команде противника - подрывает мины. Запрыгиваю на дерево, чтобы не наступить на ловушку. Но проворный парень начинает закидывать меня земляными шипами. Ясно, у него зона поражения высоко - у самой земли не достать, иначе нужно будет использовать другую технику, а это время. Девчонка прикрывает его в мертвой зоне, дергая за нити в руках и зажигая свитки. Приходится резко отступить. Сверху доносится несколько взрывов, падают капли воды. Каору и Данго вступили в бой. Но не успеваю я начать новую атаку, как на меня сваливается татуированный. Да откуда он...
  Едва успеваю блокировать три удара - больно, зараза, все приходятся на усиливающие печати, которые едва выдерживают, к нам присоединяется один из псов. Зверь атакует противника, и тот переключается на него. Так, у меня свои задачи. Краем глаза вижу, что псу сильно достается от татуированного. Он пропускает несколько мощных ударов, да еще и кунай в живот напоследок, но это его проблема - где-то должны быть еще двое.
  Сбрасываю превращение - только мешает, возвращаясь к парочке, вновь атакую их сюрикенами. Уклоняюсь от шипов, краем глаза наблюдая за напряжением девчонки. Сейчас, будет и тебе праздник. Отскакиваю за ствол дерева, создавая иллюзию, сразу за ней - клона. Только бы сил на все хватило - Оракулу огромное спасибо за прокачку моего тела. Иллюзия и клон разбегаются в разные стороны. Теперь мне нужно очень хорошо удерживать свою иллюзию, я над ней долго работал. Жаль, что пока настоящее гендзютсу творить не получается, чтобы напрямую на противника. Моя подделка в бою, конечно, справляется с возложенными обязанностями, но она беззвучна, и требует постоянного контроля. Нет, если просто бегающий силуэт, для этого просто краешка сознания достаточно, но вот что-то посложнее, и уже требуется сосредоточиться и четко контролировать общую картинку. Клон продолжает скакать по деревьям, постреливая сюрикенами в земляного, но чакры у него почти нет. Секунд пятнадцать - и все, капец. Иллюзия делает несколько прыжков, так же уклоняясь от шипов земли, но как будто бы делает неаккуратный шаг и сваливается на землю. Девчонка дергается, тянет одну из нитей. Иллюзия прыгает в сторону. Ба-бах! Иллюзии очень красиво отрывает руку, несколько часов отрабатывал эту деталь, разве что кровь сделать так и не удалось. Девчонка тянет еще за две нити, ба-бах уже намного громче. Все, к черту иллюзию. Маскировка, млять, рука не скрывается, и чакры мало. Я специально отвел и иллюзию и клона подальше от себя, чтобы атаковать из слепой зоны. Прыжок, второй. Бросок сюрикенов, уже обычных - использовать клоны сейчас жирно, экономия, чтоб ее - в земляного. Но сам прыгаю к девчонке. Есть у меня еще одна действенная штука, почти не требующая сил. И как бы ее назвать, а-а-а, не о том думаю. Девка успевает меня заметить, пытаясь ударить локтем с разворота. Левой рукой блокирую ее удар, правой используя технику. Короткая прикидка анатомии, чтобы куда-нибудь попасть, и удар.
  - А-а-а!
  Раз так больно, значит попал. Девчонка складывается пополам, зажимая незапланированное отверстие рукой, но кровь все равно хлещет знатно. Я же быстро отскакиваю назад. Никакого желания проверять на прочность шкурку земляного. Вот только он не собирается меня так просто отпускать. От шипов я сразу увернулся, но он уже меняет технику, складывая печати. Очередной мой прыжок, и земля под ногами расходится в стороны. Ох, ты ж млять. Едва успеваю зацепиться за край, чтобы не свалиться в искусственную и не слишком глубокую пропасть, когда она начинает сходиться. Выпрыгнуть я успел - техника не слишком быстрая, но ко мне уже подбежал противник. Парень замахнулся окаменевшей рукой, и уклониться я уже не мог. Блок, кости руки жалобно хрустят. Второй удар я уже не блокировал. Зажмурился и даже не понял, чем меня таким приложили напоследок. По ощущениям - шпалой. Потому что сначала был ужасающей силы удар спереди, благо почти нейтрализованный наручами, а затем удар о ствол дерева. Ну, и напоследок удар о землю. Кажется, я сломал ребро. Нет, вообще все ребра. И не только. Черт, черт, черт! Левая рука практически болтается, не подавая признаков жизни. Правой лезу в карман и вытаскиваю пилюлю, нейтрализующую боль. Опасная дрянь, можно себе весь организм убить, если буду так продолжать. Но боль отступает, а рука уже снова в кармане. Взрывная печать или дым. Но с неба начинает капать дождь, а это хороший знак. Значит, они отступают или разделились, и Каору поддерживает дождь, чтобы не упускать их из виду. Так, привязать руку к телу, чтобы не болталась. Ха, оторвется еще. Это не хвост у ослика Иа, обратно не прилепишь. Так, у меня истерика начинается. Сейчас бы еще энергетическую пилюлю, но я ее просто не перенесу. Несколькими неуверенными прыжками поднимаюсь наверх. Мимо проносится еще один огненный шарик, но какой-то совсем неуверенный, слабый. Похоже, не я один истощен. Осторожно двигаюсь в сторону схватки. Боец из меня сейчас минусовый, но мало ли.
  В общем-то, я вовремя. Противник, оставшийся один, пока отбивался от атак Каору, пропустил сюрикен с тросом от Данго, который использовал технику паралича. Вокруг слегка пылали деревья, но дождь не давал им сильно разгореться. Хана что-то колдует над одним из псов чуть в стороне. Подошел к Каору.
  - Дождик, чтобы лес не палить, или...
  - Или, - не дает мне закончить девушка, - остальные отступили. Этот приказал бежать, сам собирался задержать нас.
  - Хм, наивные. Если бы они понимали, что едва нас не перебили...
  Каору мельком осмотрела меня, быстро оценив мой внешний вид.
  - Данго! Ты хотел кого-нибудь полечить, давай, к тебе пациент.
  Парень подскочил ко мне, сразу начав лечение. Блин, меня так каждый раз оприходовать будут под конец, или когда-нибудь я все же научусь выходить живым и невредимым из боя. Правда, и Каору с Данго досталось. У девушки имелось крупное кровавое пятно на боку, у парня перевязана рука и тоже наличествовали кровавые подтеки.
  - Данго, сыворотку правды.
  Он скосился на пойманного нами мужика, кивнул. Неприятная вещь, не спорю. Но действенная. Все же личный химик в группе - это находка! Не надо тащить пленного, можно узнать все прямо на месте. Да мне и нужно-то всего одно слово. Парень вколол ему желеобразный состав. Мужчина начал мычать, открыл глаза, которые тут же принялись затравленно метаться из стороны в сторону. Ой, не позавидуешь ему, совсем не позавидуешь. Не знаю, может, он и так бы все сказал, если чуть надавить, но мне не до того. Подхожу к нему, хватаю пока еще здоровой рукой за волосы и заставляю смотреть на меня.
  - Кто заказчик? Кто вас нанял? Кому ты служишь?
  - Дайямо... - успевает выдавить он, прежде чем изо рта пошла пена.
  Сыворотка правды. Жертва ответит на любой вопрос, но только на один.
  - Что он сказал? - не поняла Каору.
  - Клан Дайямондо. Из страны облаков. Хм, - я пошерстил память, - они, вроде как, не конкуренты Сарутоби. Ладно, это не наши проблемы.
  - Като, - раздался голос Ханы.
  Я обернулся, получив сильный, но без замаха удар в лицо. Кулак у нее был крепкий, я даже шлепнулся на задницу по инерции.
  - Да как тебя вообще поставили старшим? Что ты творишь?
  - Я делал то, что должен был! Как и ты!
  - Ты заставил своего подставиться под удар! Не прикрыл, не помог, когда его избивали!
  Я поднялся, придерживая поврежденную руку. Она и ее псы, один из которых уже был перемотан бинтом, стояли напротив, живые. У Ханы тоже перемотана рука и на ногах красовались несколько свежих ожогов.
  - Сдерживать татуированного было их задачей, Хана! Как вы ее выполняли, меня не интересует!
  - Какой из тебя может быть тюнин, если ты не заботишься о своих напарниках?! Если ни во что не ставишь их жизни?! Мне пришлось помогать твоим напарникам драться с огненным и татуированным!
  - Если бы твои псы держали татуированного в стороне, моим напарникам помощь бы не потребовалась! Зато мне пришлось внизу справляться без тебя.
  - Ты не можешь быть капитаном. И даже тюнином. Не заслужил, - зло процедила она, - не осознаешь ответственности.
  - Это не тебе решать. Все, разговор окончен. Мы сделали то, что должны были, теперь уходим.
  
  Глава 50.
  
  Лежать и бездельничать. Лепота. Ну, почти, скучновато немного. Если бы не ставшее почти привычным бурчание Амаки-сан (хотя все еще недовольной состоянием, в котором я обычно к ней попадаю, но уже более спокойно относящейся к моим ранам), было бы совсем кисло. А так она появляется почти три раза за день, интересуется самочувствием... и как-то странно на меня смотрит. Нет, не в том смысле, совсем не в том. На ее лице читается какая-то странная жалость, причину которой я никак не могу понять. Ну, покалечили меня в очередной раз, особенно я сам себя всякими совсем не полезными пилюлями. Но это еще не повод, скорее, наоборот, повод лишний раз меня встряхнуть, чтобы больше думал головой. Так что меня несколько нервировала эта ее жалость. В остальном все не плохо, но и не хорошо.
  Сразу по возвращении после короткого, но содержательного отчета, я угодил в госпиталь, где и нахожусь уже третий день. Из окна видать немного, Анко не приходила, новостями делиться со мной отказываются. Информационный вакуум, чтоб его. Будто про меня все разом забыли. Печалька. Одно знаю - не так далеко от меня отлеживается Темари, отращивает новые косточки: я слегка перестарался, так что ей придется потерпеть. Все же интересно, чем все кончилось. Раз свежих раненых в госпиталь не наваливает по сто человек в час, так, один-два за день с серьезными травмами, то война закончилась. Вяло, конечно, на мой сугубо личный взгляд, но я только "за". Всегда бы так воевать, ага. А еще лучше вообще не воевать, но для профессиональных военных вообще не воевать - нонсенс. В общем, я лез на стену со скуки, занимая себя различными размышлениями и уже собираясь строить план побега, когда меня все же навестила сенсей.
  - Все прохлаждаешься? - в своем обычном тоне спросила она.
  Хмыкаю:
  - Отнюдь. Запоминаю время, с которым мимо палаты проходят сестры, готовлю план побега. Устал от больничного пайка, хочу горячий, родной домашний суп.
  Но вместо ответной ухмылки лицо Анко резко посерьезнело, и в глазах промелькнуло... сочувствие? Да что происходит?
  - Как все прошло? - осторожно начинаю я. - Разрушений не слишком много?
  Девушка кивает:
  - Нет. На восстановление уйдет какое-то время, но ничего непоправимого, - сказала и отвернулась.
  - Мне ничего не будет из-за смерти Канкуро? Он же сын Казекаге, если я не ошибаюсь.
  - Все нормально. Суна сейчас не в том положении, чтобы хоть что-то нам предъявлять. С этим им придется смириться.
  Ну, не удивлен. Победителей не судят, вроде, так. Хотя мне следует отныне вести себя осторожнее с ними. Но, были и другие вопросы:
  - А Хокаге-сама? Я видел, как он сражался с Казекаге.
  Вновь короткий кивок:
  - Это был Орочимару, скрывался под личиной Казекаге. Хокаге жив, но был серьезно ранен. Люди Корня успели вмешаться, но... В общем, никому не говори, но он больше не сможет полностью выполнять свои обязанности. Совет деревни решает, кто станет Пятым Хокаге. Кстати, за выполнение миссии тебе отдельная благодарность от клана Сарутоби. По их мнению, ты отлично справился.
  Ага, вот и первый камень в мой огород.
  - По их мнению?
  Анко кивнула.
  - Когда я посылала с вами Хану, не думала, что так все повернется.
  Я насупился, промолчав.
  - Като, - сенсей завелась, - когда ставила тебя главным, я надеялась, что ты приведешь всех обратно живыми.
  Но я лишь отмахнулся:
  - Если бы каждый из нас делал то, что должен был, мы бы все вернулись даже не поцарапанные.
  - Какой ты простой. Думаешь, так легко? Отдал приказы, и все само собой сложится? Иногда нужно действовать по ситуации...
  - Из-за того, что кое-кто действовал по ситуации, и начались все проблемы!
  Анко с небольшого замаха влепила мне пощечину. Я напрягся, отвечая ей злым презрительным взглядом.
  - Она написала рапорт, Като. Мне тоже предстоит его написать. И от этого может зависеть, станешь ты тюнином или нет. Что я должна написать?
  - Что должна, то и пиши.
  Мы еще несколько секунд играли в гляделки, но Анко первая отвела взгляд. Что-то я ее не узнаю.
  - Като. Есть еще кое-что, что я должна рассказать, - и, едва сдерживая раздражение, добавила, - и это единственное, что сейчас тебя спасает.
  Хмыкаю в ответ:
  - И за что мне такая честь? За какие заслуги?
  Анко чуть дернулась - было видно, что она напряжена.
  - Ты знаешь, что бой между Наруто и Шукаку проходил почти в самом городе.
  Я молча ждал продолжения, но болезненная игла понимания уже ударила в затылок.
  - Несколько воздушных ударов попали прямо по домам. Один из них - в твой дом.
  Я чувствовал, как из груди выходит воздух, но не мог сделать новый вдох. Неужели... только не это...
  - Кто? - выдохнул я остатки воздуха, боясь услышать ответ.
  - Никто, Като. Никто не выжил.
  Я закрыл глаза, пытаясь осознать это. Разум никак не хотел принимать эту мысль, отгонял ее. Пытался вывернуться. Пытался найти лазейку, чтобы защититься от боли. От мысли "кто они мне?" стало тошно, противно от самого себя. С этими людьми я прожил десяток лет. Они считали меня частью своей семьи. Мы справляли мои дни рождения. И пусть для меня все это было немного натужно, но это была моя семья. Я называл свою маму - мамой, а папу - папой. А от братика порой был в восторге. И вот теперь... Их больше нет... Их больше нет...
  - Като?
  - Извини, ты можешь оставить меня одного?
  Девушка поднялась, немного рассеяно отступив к дверям, через силу улыбнулась:
  - И не вздумай сбегать. Не хочу ловить тебя по деревне и...
  Я покачал головой:
  - Не вовремя, Анко. Мне не до шуток.
  - Да, ты прав, извини, - девушка еще немного помялась у дверей, сказав напоследок, - скоро состоятся общие похороны всех погибших.
  Я машинально кивнул, отвернувшись к окну. Весь оставшийся день я так и просидел, переваривая эту мысль.
  
  * * * * *
  
  Сарутоби Хирузен не сразу смог участвовать в совете деревни. Сейчас он передвигался только в коляске, которою толкал Шикаку Нара. Остальные члены совета уже ждали их, что-то обсуждая между собой. Когда Хирузен и Шикаку зашли в комнату, они замолчали. Первым отозвался Хомура:
  - Я рад, что Сандайме Хокаге все же сумел почтить нас своим присутствием.
  Шикаку напрягся. Он не всегда понимал, когда Митокаду Хомура говорил серьезно, а когда отпускал неуместные шутки в сторону других. Да, Хокаге был когда-то его напарником по команде, но это был уже перебор.
  - Мне не до твоих обычных любезностей, Хомура, - спокойно ответил Хирузен, - я и так прекрасно понимаю, что больше не могу быть Хокаге. И это собрание созвано только для того, чтобы выбрать кандидата на пост Годайме Хокаге.
  Хирузен кивнул Шикаку, и тот сел на свое место. Он был самым молодым членом совета Конохи, но это еще не значит, что самым малозначимым.
  - Кандидатов не так много, - то ли ответила, то ли перешла к сути Кохару, - среди ныне живущих мне не известно дзенинов, готовых занять этот пост.
  - А как же Хатаке Какаши? - сразу вставил Шикаку. - Он унаследовал волю огня у четвертого Хокаге и является одним из сильнейших дзенинов Конохи.
  Между Шикаку, Хомурой и Кохару завязалось вялое обсуждение. Хирузен и Данзо встретились взглядами. Орочимару. Как же не вовремя. Данзо уже строил планы, связанные с операцией, которою должен был провести отшельник пути змея. У него были глаза Шаринган. Но плоть первого, так ему необходимая, все еще находилась у Орочимару. Сейчас Данзо куда больше занимала мысль о том, где именно искать главную нору змеи, чем выбор пятого Хокаге. Он сам был еще слишком слаб для занятия этой должности, хотя это и входило в его планы в дальнейшем. А ставить на пост молодого и недостаточно опытного Хатаке? Хирузен все равно не даст ученику четвертого попасть под влияние Данзо. Да и сам Какаши был неглуп - не обладал достаточной дальновидностью, но все же неглуп.
  - Думаю, сам Орочимару подсказал нам возможных кандидатов, - сказал Хирузен. - Пусть они и не являются синоби Конохи.
  Советники сразу замолчали. Они так обсуждали Хатаке, будто их мнение действительно было решающим. Нет, Третий был по-прежнему жив, а они могли лишь согласиться с ним или оспорить его мнение.
  - Кого ты имеешь в виду? - спросил в ответ Данзо.
  - Сеннинов.
  Хомура и Кохару переглянулись, и Кохару уточнила:
  - Джирайя сейчас в Конохе. Он помогал защищать деревню.
  - Джирайя - хороший человек, - ответил Хирузен, - но не тот, кто может носить титул Хокаге.
  - Ты хочешь сделать Сенджу Тсунаде Хокаге? - спросил Данзо.
  - Ты не против? - спросил в ответ Хирузен.
  Данзо кивнул. Этот вопрос его сейчас мало интересовал, и Хирузен, возможно, успел хорошо обдумать этот вопрос.
  - Я согласен с кандидатурой Сенджу Тсунаде, - поднял руку он.
  - Поддерживаю, - так же поднял руку Шикаку.
  - Поддерживаю, - поднял руку и Хирузен.
  Хомура и Кохару вновь переглянулись. Выбора им уже не оставляли.
  - Большинством голосов Сенджу Тсунаде выбрана Годайме Хокаге Кохо, - заключил Данзо. - Как нам ее найти?
  - Думаю, с этой задачей справится Джирайя, - ответил Хирузен. - Есть ли еще важные вопросы?
  - Есть, - кивнул Данзо, - твое желание помириться с Суной мне понятно. Но вот отдавать обратно джинчуурики однохвостого? Не считаю, что это разумно.
  - Если мы этого не сделаем, союза не будет. Возможно, будет уже настоящая война. При таком исходе Казекаге, где бы он сейчас ни был, наверняка попытается использовать Шукаку. Снова воевать в собственной деревне у меня нет никакого желания.
  Хокаге поддержал и Нара:
  - Мы все равно не сможем, просто не успеем использовать силу Шукаку. Нам этого не позволят.
  Данзо покачал головой.
  - Успеем. И всем вокруг вовсе не обязательно об этом знать. Если вы сможете выбить у Суны отсрочку с возвращением джинчуурики, я все подготовлю.
  - Это опасно, Данзо, - напомнил Хирузен.
  - Я знаю. Не беспокойтесь об этом.
  После недолгого молчания, Хирузен кивнул.
  - Хорошо, сделай то, что сочтешь нужным. Но не рискуй, я тебя прошу.
  - Я не поставлю Коноху под удар, Хирузен, обещаю.
  - Что же. На этом собрание закончено.
  
  Глава 51.
  
  На выходе из госпиталя меня встретил Хатаке Какаши. Точнее, он просто разговаривал о чем-то с врачом, а я проходил мимо, когда дзенин окликнул меня.
  - Эм, Като.
  - Какаши-сан? - я вопросительно посмотрел на него.
  - Ты выписался?
  Киваю, указывая на перебинтованную руку, висящую в перевязи:
  - Да, придется еще поносить повязку, но в остальном я здоров.
  Он смерил меня взглядом и хмыкнул, предложив:
  - У меня есть для тебя небольшая работка. Вернее, не совсем для тебя, конечно, но больше предложить некому.
  - Не думаю, что я сейчас способен работать.
  - Эм, да, конечно, - кивает одноглазый. - Вообще-то будет достаточно, если ты можешь ходить.
  Подхожу к нему - не сказать, что есть желание, но это лучше, чем идти к руинам собственного дома.
  - Что нужно сделать?
  - Мне нужно отвести Темари Сунахаму на место встречи с людьми Песка. Передача заложника. Наруто и Сакура здесь - они были ранены в бою. Кроме меня и Саске, идет еще Рок Ли, но нужен четвертый для полной команды. Прогуляемся?
  - Это будет увеселительная прогулка? - саркастически спросил я.
  Но Какаши кивнул:
  - Эм, почти. Суна сдалась, они хотят договориться о мире. Но сначала просят вернуть им пленника. Так что... составишь компанию?
  - Да, когда?
  На рассвете мы стояли у главных ворот Конохи. Троица тюнинов привели Темари, передали Какаши в руки ее веер, коротко переговорили о чем-то. Саске задумчиво смотрел в небо и на разговоры был не настроен. Рок Ли терся неподалеку, но меня как будто бы сторонился. Наконец с Темари сняли наручники, и мы двинулись в путь. К вечеру должны были встретиться с группой синоби Суны, уже ожидавшей нас. Девушка посмотрела на меня, криво ухмыльнувшись.
  - Какой позор, дали инвалида в сопровождение.
  Я нахмурился. Было желание вдарить ей, а вот на словесную перепалку я был совершенно не настроен.
  - Лучше замолкни, - вставил свое слово Саске, - ты никому из нас не ровня, если на то пошло.
  - Саске, будь сдержаннее, - попросил его Ли.
  - С чего бы вдруг? Они атаковали нашу деревню и проиграли. А мы теперь нянчимся со слабаками.
  Подошедший Какаши немного остудил его:
  - Эм, Саске, спокойнее. Она - знак соблюдения нового союза с Суной. Союза в нашу пользу, так что успокойся.
  Учиха хмыкнул, отвернувшись в сторону, но замолчал. Так мы и шли молча, в тишине. На мне была обычная одежда синоби: синие штаны и рубашка, которые плохо смотрелись без жилета. Но костюм надевать не хотелось. В тишине прошла половина дня. Мы остановились на обед в небольшом придорожном заведении. Но у меня не было аппетита, так что весь обед составила чашка зеленого чая. Темари тоже не ела. Девушка сидела тихо, понурив голову. Ли вышел на улицу, а Саске и Какаши стояли у стойки, о чем-то споря с хозяином.
  - Почему? - тихо спросила Темари.
  - Что почему?
  - Почему ты убил Канкуро?
  Я перевел на нее взгляд, она тоже подняла голову. Лицо исказила ярость.
  - А почему вы напали на Коноху?
  Она скривилась, будто ощутила боль.
  - Я отомщу тебе за него.
  В моей груди тоже начала клокотать ярость. Тихо и спокойно я ответил:
  - Ты знаешь, что Гаара убил моих родителей и брата?
  Гнев сменился удивлением.
  - Может, и мне отомстить ему? И начать с сестры?
  Резким движением хватаю деревянные палочки из чаши с рисом и заношу руку для удара. Не самое лучшее оружие, но в шею воткнуть вполне возможно. Дерево останавливается в паре сантиметров от кожи. Две руки сдерживают мою, Рок Ли с одной стороны и Какаши с другой. И только на лице Саске понимание и поддержка. Зато Темари успела испугаться, всерьез испугаться за свою жизнь. И осознать, на каком тоненьком волоске она висела.
  - Хочешь мести? Приходи. Посмотрим, кто из нас хочет этого больше.
  Моя рука расслабилась, и ее отпустили. Палочки вернулись в чашу, а я вышел на улицу. На место встречи мы добрались аккурат до заката. Три взрослых синоби из Сунагакуре ждали нас. Вперед вышли Какаши и лидер людей из Суны, неизвестный мне. Они коротко переговорили. Какаши вернулся, передал Темари ее веер, сказав:
  - Иди.
  Девушка приняла оружие и пошла к своим. Когда она подошла к синоби Суны, старший с размаха влепил ей пощечину. Она упала на колени, но голову не подняла, будто знала, за что, и считала, что эта кара обоснованна. Она поднялась, и синоби песка быстро удалились.
  - Что это было? - спросил ошеломленный Рок Ли.
  - Не думаю, что хочу знать, - ответил я.
  Мы развернулись и побрели обратно.
  
  * * * * *
  
  В бесконечных каменных коридорах было холодно. Поправив очки, синоби продолжил читать донесения, неспешно двигаясь в кабинет господина. Плохо, очень плохо. Вторую половину плана можно считать полностью проваленной. Пусть несколько важных пунктов они сумели закрыть, но общий результат... не удовлетворял желания господина. Поправив пепельного цвета волосы, он зашел в большой, просторный кабинет, являющийся сразу и лабораторией, и еще много чем.
  - Орочимару-сама.
  Синоби резко уклонился от летящего в него хирургического ножа. Господин был сильно не в духе.
  - Как он посмел! - прорычал синоби с бледной белой кожей и длинными черными волосами. - Как он посмел вмешаться!
  Парень с пепельными волосами сдвинул очки, негромко сказав:
  - Синоби Корня находились там с самого начала. Они готовились к нашему нападению. Судя по докладам, именно один из людей Корня преодолел барьер, использовав сложную технику печати. Также синоби Корня захватили джинчуурики Шукаку. Сейчас Коноха ведет переговоры с Суной о новых условиях союза. АНБУ обоих деревень разыскивают и добивают наших людей. Отогакуре объявлена вне закона, все договоры с нашей деревней разорваны, наши синоби объявлены нукенинами. Третий Хокаге не может ходить и потерял руку, но выжил.
  - Данзо! Этот ублюдок! Он нарушил наше соглашение! И использовал ее. Эту сучку! Да, кто же еще мог обойти самую совершенную технику барьера, придуманную Узумаки, кроме них самих...
  Орочимару прошелся по своему кабинету и остановился у большой стеклянной емкости, заполненной раствором. Внутри плавал неопределенный кусок плоти.
  - Что с нашими убежищами? - спросил он.
  - Все скрытые убежища на территории Страны огня успешно уничтожены. Никто не сможет найти это место, даже если разберут Ото по камушку.
  Лицо Орочимару исказила страшная гримаса.
  - Данзо. Ты хотел получить клетки первого Хокаге? Можешь забыть о них навсегда. И... Проклятый, однорукий ублюдок. Ты узнаешь, почему не стоит становиться моим врагом. Моя месть... Ты проклянешь тот день, когда перешел мне дорогу.
  Он приложил ладонь к холодному стеклу.
  - Кабуто. Собирайся. Я хочу навестить нашего питомца Джуго.
  Кабуто напрягся, но кивнул. Когда его господин просто был в ярости, это было привычно и нормально. Но когда его желание убить кого-то перерастало в хладнокровное вдохновение научного гения, на свет появлялись такие чудовища, что даже Кабуто становилось страшно.
  - Вот бы не подумал, что когда-нибудь захочу создать модифицированный Джуин.
  
  Глава 52.
  
  Впервые за все время, что живу в Конохе, обратил внимание, что здесь два кладбища. Одно - для синоби. Второе - для всех остальных. Торжественная церемония (хотя какое уж торжество) шла на первом. На втором тоже прибавилось новых могил, но все же меньше, чем на первом, и людей здесь сейчас было мало. Всего трижды Шукаку промахнулся, угодив прямо в постройки. И дважды это были пустые здания. Правда, змеи снесли несколько домов на окраине, там тоже были погибшие. Да все это не так уж и важно. Смерть людей, особенно близких, совсем не то, что можно сравнивать. Сложнее всего было преодолеть желание мести. Кому мстить? Шукаку? Смешно. Гааре? Еще смешнее. Всей Суне? Ага, прям так всей. Искать виновного? Да с чего бы вдруг. Это был бой. Маленькая война. На войне не бывает виноватых, а точнее, виноваты все. На мою совесть легло еще три человека, и три же человека я потерял. У меня права на месть ничуть не больше, чем у Темари, находящейся сейчас в заключении. И нам теперь стоит убить друг друга? Нет. Я не буду сжигать себя изнутри навязчивыми идеями. Все, что мне остается - принять эту боль и смириться с ней. Это нелегко, и, возможно, что у меня вообще не получится сделать это. Эти люди были для меня гораздо большим, чем я думал. Я не ценил их, пока их не стало. Я не первый, кто совершает эту ошибку.
  Сзади послышались шаги и легкое поскрипывание. Не оборачиваюсь, хотя и не знаю, кто там.
  - Твои родители были хорошими людьми, - знакомый голос старика Хокаге.
  - Вы не были с ними знакомы.
  - Като...
  - Не надо. Я знаю, что вы хотите сказать. Спасибо за сочувствие. Но слова поддержки - это совсем не то, что мне сейчас нужно, Хокаге-сама. Лучше отправьте меня куда-нибудь подальше, чтобы я был занят и не вспоминал какое-то время о случившемся. Время лечит.
  - Суна? - тяжело выдыхает старик.
  - Нет. Никакой мести. Я не собираюсь загонять себя в замкнутый круг.
  Мы немного постояли в молчании. Ну, я постоял, а Сарутоби Хирузен сидел в коляске, придерживая единственной рукой трубку. Я видел его мельком, и он постарел. Сильно постарел.
  - Твои родители гордились бы тобой.
  - Я был ужасным сыном. И Мама не разделяла мое желание быть синоби. Но да, вы правы, они мной гордились.
  Коляска развернулась, но отъехала не сразу.
  - Возможно сейчас не лучшее время, но я поздравляю тебя с присвоением ранга тюнина.
  - Верно, обстановка не самая торжественная. Да и сомневаюсь я, что заслужил это.
  - Вот и хорошо, что сомневаешься. Ты неожиданно оказался капитаном. Выполнил миссию и вернулся вместе со всеми своими подчиненными. Ты это заслужил.
  - Ну, если так. Спасибо, Хокаге-сама. Я буду стараться на благо деревни.
  Легкое поскрипывание и неторопливые шаги постепенно отдалялись. Однако ушли не все.
  - Знаешь, у меня чувство, что если я тебя не уведу, ты так и будешь здесь стоять.
  Поворачиваюсь. Хм, Каору. Траурный наряд. Но в ее глазах нет жалости, которая мне сейчас неприятна.
  - Еще немного. Я сейчас не хочу спешить.
  Она подошла ближе и положила небольшой букет. Всего два цветка, как и мой. Всего два букета. От моей семьи остался только я, бабушка и дедушка умерли еще года три назад. Есть однофамильцы, какие-то дальние родственники через колено, но они мне не важны.
  - Я хочу сказать, что понимаю тебя, но чувствую, что не имею на это права. Я тоже потеряла семью, но я не хоронила их. Вообще их не знаю, если быть честной. Но знаю одиночество, так что...
  - Спасибо, - прервал ее я, - правда, спасибо. Жалости не нужно, а вот немного понимания. Да, это весьма кстати. Идем?
  Она кивает, и мы неторопливо уходим с кладбища.
  - Я тебе даже завидовала. Ну, немного. Ты первый человек, из моих друзей, у кого была нормальная обычная семья. До этого я разговаривала только с другими сиротами, понимаешь. Все мы мечтали об этом, кто-то в тайне, кто-то вслух. Истории. Небылицы. Иногда было так интересно поговорить о том, кто и как представлял себе семью. Настоящую. Теперь мне немного стыдно за себя, за эти мысли.
  Отрицательно качаю головой.
  - Не знаю. Не думаю, что этого стоит стыдиться. Во всяком случае, не передо мной. Я не стану упрекать тебя в том, что ты - это ты.
  - Прекрати, - с усмешкой ответила Каору.
  - Что? - не понял я.
  Девушка смотрела на меня, а на щеках появлялся румянец. Нда, выбрала она момент, конечно. Если бы не произошедшее, я бы ее подколол, не удержался бы. А так лишь с легкой горечью выдохнул:
  - Нашла момент.
  - Сам виноват. Знаешь, почему мы с Данго на ножах?
  - Нет. Почему, кстати?
  Кору хмыкнула, будто это было очевидно.
  - Он меня жалеет. Может, и не хочет, но жалеет. А ты всегда смотрел, как на равную. Требовал, как от равной, как требовал бы от себя. Но, кроме этого, молча подставлял плечо, если я не справлялась. Там... раньше. Были те, кто нас жалел. А были те, кто требовал невозможного. И первых, и вторых почти все из нас тихо ненавидели.
  Мы ушли с кладбища и зашли в ближайший парк, выбрав безлюдное место.
  - Значит, мстить ты не собираешься?
  - Следующий, кто об этом спросит, получит в рыло, - устало выдохнул я.
  Девушка улыбнулась, оживилась.
  - Ну вот, наконец-то я тебя узнаю. И у меня к тебе предложение - стань моим соседом.
  Я облокотился на дерево, задумчиво глядя в медленно темнеющее небо.
  - Не вовремя ты с этими предложениями.
  - Как же, не вовремя. Из госпиталя тебя пырнули, а уж извини, но твой дом лежит в руинах. Да и куда тебе на одного столько места? А я присмотрела квартирку, компактную, но вполне себе такую. И уже договорилась. Ум?
  Ну, что сказать. Вечно же скорбеть не будешь. Надо жить дальше. А если собираешься что-то делать, начни прямо сейчас. Да и будет хорошо сменить обстановку - чем меньше напоминаний о прошлом, тем лучше. Вот только...
  - Очень заманчивое предложение. Правда.
  Каору насторожилась:
  - Но?
  - Но ты уверена, что готова жить в одном доме с человеком, который заставил тебя описаться ему на плечо?
  Ее лицо тут же кардинально изменилось. Все, сейчас голыми руками задушит, а у меня еще повязки не сняты.
  - Я тебе говорила, чтобы ты навсегда забыл тот день?
  - Вроде бы нет, - пытаясь вспомнить такие слова, ответил я.
  Она прорычала, аки тигр, и отвернулась.
  - Все, забудь. Ты не достоин такого щедрого предложения.
  - Каору...
  - Нет, я сказала. И еще...
  Сзади раздались шаги, и голос Анко язвительно протянул:
  - Воркуете, голубки?
  Раньше, чем я успел что-то ответить, Каору резко прижалась ко мне, в тон ответив:
  - Ревнуете, сенсей?
  Вышедшая из укрытия Анко так и излучала злой сарказм:
  - Знай свое место, девочка. И Като, не обольщайся, ты ей совсем не за симпатичное личико нужен.
  Что-то много событий для одного дня.
  - Кто-нибудь объяснит, что происходит?
  - Ты знаешь, какое жалование получает тюнин? Да еще и пенсию? - просветила меня Анко.
  Каору оторвалась от меня, ворчливо протянув:
  - Анко, так нечестно! Это не по правилам.
  Появившийся вслед за учителем Данго, наконец, объяснил:
  - Они поспорили. Кажется, на то, как быстро ты выйдешь из депрессии. И Каору нарушила правила, так как спор начинался только завтра. Всех деталей не знаю, но, там что-то пошлое задумано...
  - Еще б ты знал, - еще более ворчливо пробурчала Каору.
  Эх, команда, блин.
  - Ну вот, а я вас друзьями считал. А вы подослали самую милую, чтобы подшутить. Тьфу, на вас. Да, кстати, что с жильем? Квартира, я так понимаю, отменяется?
  Каору удивилась:
  - Почему это? Все в силе.
  Данго вставил:
  - Но, если ты опасаешься жить с этой дикой кошкой, я могу выделить тебе комнату.
  Ага, отличные предложения, прям оба и сразу. Я перевел взгляд на Анко, но та хмыкнула:
  - Что уставился? На меня не смотри, слишком жирно будет.
  - Тогда Каору, - решил я.
  Но вот она уже была сама не рада:
  - Это что получается? За не имением лучшего, что ли? Я так не согласна!
  Я все же улыбнулся, глядя на эту троицу. Пусть и своеобразные, но они мои друзья. Может, все же, не так все плохо?
  - Анко, ребята, - остановил я разгорающийся спор, - предлагаю всем завалиться в ресторанчик. Плохой повод собраться, просто отвратительный, но сегодня я не хочу оставаться один.
  Идею поддержали. И пусть мне пришлось уговаривать Каору, у меня появился новый дом.
  
  АРКА 4.
  
  Глава 53.
  
  Быть тюнином - однозначно благо. Разница с бытностью гэнина просто огромна, как натуральная пропасть. Причем сразу в стольких аспектах жизни, что вызывает невольную ухмылку. Все крутилось вокруг одной единственной истины: тюнин - это признанный совершеннолетним синоби. Вот так просто. Вообще, учитывая жизнь среднего синоби, ничего удивительного. Академию заканчивают примерно в одиннадцать лет, плюс-минус год. Практически сразу с этого момента, ни о каком детстве и речи не идет. Первое время синоби занимаются всякой мелочью, миссиями "D" ранга. Но вскоре каждая вторая миссия становится как минимум опасной для здоровья, а зачастую и для жизни. Защитная реакция психики - ускоренное взросление, как тела в целом, так и самой психики. Почти всегда это ведет к небольшим ошибкам в сознании, выражающимся в виде заскоков. Ну, какой синоби лет в двадцать и чтобы без заскоков, тараканов или скелетов? Так что все закономерно. Судя по статистике, тюнинами становятся подростки от четырнадцати до семнадцати лет - это в среднем: кто-то позже, кто-то раньше. Мне и Нара Шикамару сделали исключение, дав данный ранг несколько пораньше. Что касается минусов, их нет. Ну, то, что в пределах деревни, пока не на миссии, мне желательно таскать стандартную форму тюнина - это так, даже не рассматривается. В остальном.
  Я могу отказываться от некоторых миссий. Есть определенные условия, но от большинства миссий "D" я просто умывал руки. Угу, как будто до этого я на них часто бывал, ха. И теперь у меня полный доступ к информации, за исключением мелких клановых секретов и специальных архивов АНБУ. Но в случае со вторым, и туда мне можно будет спокойно ходить, как только на руке появится специальная татуировка. Какая информация? Всякие секретные специальные техники и приемы? Ха-ха-ха-ха-ха. Ясен пень - нет. Информация, которая действительно важна для выживания и успешного выполнения своей работы, особенно учитывая мою специальность. Список всех преступников, разыскиваемых во всех деревнях, и их основные техники. Особенности отношений между кланами/деревнями/странами. Кое-что об экономике, финансовой системе, товарном обороте. Большую часть времени в будущем мне предстоит участвовать в финансовой войне на различных уровнях, и нельзя упускать общих знаний в этой сфере. Ну, это, что касается рабочей сферы деятельности. Но была и бытовая.
  С получением ранга тюнина я получил полное право спариваться по собственному разумению, и никто не мог мне в этом помешать. Ну, не так громко, естественно. Домогаться до гэнинов запрещено, в смысле, наказуемо. Да и к кланам лучше не лезть - чревато многочисленными физическими травмами. Ну и общие законы деревни, естественно, нарушать было нельзя. В остальном - полная свобода действий. Для гэнинов за такие действия полагались штрафы и наказания, но тюнины от них освобождались. С чисто физической точки зрения я пока несколько сомневался в способностях организма. Выполнять все свои функции он, естественно, мог, но вот получить от процесса полный спектр ощущений и удовольствия по понятным причинам было проблематично. Это все равно, что желать, к примеру, напиться вусмерть, а иметь под рукой только жалкие полбутылки саке. Глупо же. Извращение в чистом виде. Поэтому пока я утешал себя журнальчиками характерного содержания, запретить читать которые мне не мог даже Хокаге. Мелочь, а небольшая разрядка для мозгов и, хм, организма, была приятна.
  С похорон прошел почти месяц. Осадок никуда не уходил, но что такое месяц. Третий Хокаге выполнял свои обязанности, Анко шепнула, что несколько групп уже разыскивают весьма известную Сенджу Тсунаде, чтобы предложить ей стать пятой. У нас было несколько миссий как раз в области экономической войны. Всякую ерунду, вроде охоты на бандитов и сопровождения караванов, поручали синоби из общего числа. Как же приятно быть специалистом. Мы жили вместе с Каору, в большой двух комнатной квартире. А жалование у Тюнина действительно было на порядок выше, чем у гэнина, хотя оно и понятно - если рангов всего три, то и разница между ними сродни пропасти. А вот в сожительстве возникли определенные проблемы. Мы оба привыкли существовать обособленно и самостоятельно, Каору во время жизни в своем приюте, я еще в той жизни. И если пространство личных комнат было в ведении хозяев, то все остальное пространство квартиры неожиданно оказалось ничейным. Особенно это сказалось на кухне.
  Первые дни никто из нас ничего не готовил, предпочитая закусочные или что-то в этом духе. Но стоило нам трижды появиться дома поздно после миссии, когда закусочные уже не работали, возник вопрос с питанием. Каору готовила отвратительно. Видимо, ей это никак не давалось, и при любом воспоминании об этом своем недостатке девушка начинала беситься. Готовить начал я. Без изысков, но съедобно. Но вот тот факт, что вместе с готовкой мне перешла и вся кухня, за которой я теперь должен был следить, меня не устраивало. Точнее, сначала устраивало - убрать за собой не лень. Но вот когда сожительница приобрела привычку мусорить на кухне и не убирать за собой, терпеть я не собирался. Разговор эффекта не дал, и в какой-то момент весь оставленный ей хлам резко перекочевал в ее комнату. Месть была страшна. Придя на следующий день домой, я обнаружил бассейн в собственной комнате. Ответная месть последовала в этот же день. Простая печать, содержащая дымовую и светошумовую хлопушки, сработали в ванной. Зрелище чихающей и ошеломленной девушки, выскочившей из ванной комнаты в чем мать родила, было весьма милым. Жаль, нет фотоаппарата. Я был облит водой, даже удивился, что она способна контролировать столько воды без посоха и печатей, обруган, но оно того стоило. Да, банально. Но ее бассейн был куда обиднее. Во-первых, спать в комнате еще два дня было практически невозможно. Во-вторых, два дня я так наводил порядок. Столько книг и бумаг испорчено, столько вещей. А мой прикол был больше обидный. Правда, я немного недооценил ее. Да, то, что я ее напугал - это было плохо. Но все остальное ее не смущало совершенно. Интересная же жизнь была у них в приюте.
  Нет, все же мне нравится в этом мире. Подавляющее большинство куноити - писаные красавицы. Объясняется все просто - правильное питание, физические упражнения, чистая природа, правильная медицина. К тому же сам по себе контроль чакры в определенной мере способствовал оздоровлению организма. В общем, мы развлекались по полной, пока это не надоело соседям. Потом пришла Анко и отчитала. Меня. Конкретно меня. Ну как же, тюнин, все такое прочее, должен вести себя подобающе. А у самой смешинки в глазах. Сошлись на том, что соседям мешать мы больше не будем. Теперь я носил при себе свитки с запечатанными в них комплектами одежды, потому что дома могли ждать мелкие пакости, и вообще старался с крайней осторожность передвигаться по жилой площади. Напоминал сам себе сапера на минном поле. Правда, мы смогли придти к некоторым соглашениям. Например, в комнаты друг к другу больше не заходили. Ну, без разрешения. Простая сигналка - без всякой чакры, чисто механическая, постоянно показывала, что Каору была в моей комнате, но никаких ловушек я не находил.
  А позавчера сожительница мне снова удивила. Когда я привлек ее к готовке, просто задолбавшись все делать своими руками, девушка сразу согласилась. И помогала. Делала то, что я ее просил, спрашивала, интересовалась. Я до последнего ждал подвоха, но его так и не последовало. Ну, первая проблема с ее неспособностью готовить была мне понятна - ее никто ничему не учил. Вообще. Только в сказках человек всему может научиться сам, на деле метод проб и ошибок применим далеко не везде и не во всем. Да и чтобы экспериментировать, надо уже иметь определенную базу знаний. Начинается все с подражания, как с самого эффективного способа обучения. И не говорите, что когда-то люди научились всему сами. У них на это ушли сотни поколений и тысячи лет. В общем, я осторожно учил Каору готовить, так как сам умел это весьма относительно. Даже хорошо сделать мясо у меня не выйдет, так что буду надеяться, что напарница вскоре меня превзойдет.
  Мы стояли на кухне, и теперь уже я был на подхвате у Каору, которая увлеченно что-то готовила. На улице уже стемнело, а я успел вынести остатки первого ее самостоятельного эксперимента. Вышло нечто ужасающее, и мне стоило определенного усилия и сдержанности, чтобы не отпустить по поводу этой бурды ни одной шутки. Сухое: "Хм, не вышло. Попробуем еще раз?", и Каору, уже начавшая беситься из-за неудачи, сумела успокоиться и с довольной мордочкой кивнуть. Деньги на продукты были, ей это нравилось, а клон сидел спокойно в комнате и штудировал очередную книгу. Лепота. Еще немного времени, и я вполне смогу соблазнить сожительницу, собственно, именно для этой конечной цели предназначались все мои старания.
  Дверь квартиры открылась без стука, и на кухне появилась сенсей. Интересно, откуда такая тактичность? Ко мне она через окно всегда вваливалась. Оглядев творящуюся вокруг идиллию, она ухмыльнулась:
  - Меня пригласите на свадьбу?
  - Смиритесь с поражением, сенсей, - без всякого смущения ответила Каору.
  А у меня сложилось впечатление, что она своими женскими инстинктами понимает, что я очень скоро всерьез начну ее соблазнять, но спокойно играет в эту игру. Не против? Ага, как же. Может, и не против, но это как раз значит, что мне придется постараться, чтобы добиться ее согласия. Женщины, блин.
  - Жаль нарушать семейное благополучие, но у вас миссия.
  Судя по тому, что вступать в перепалку с Каору она не стала, времени на это попросту не было.
  - Пять минут есть? - спросил я, уже смывая руки.
  - Три, - ответила Анко. Ну как же, ей всегда нравилось быть маленьким тираном. - Собирайтесь и к воротам, объясню все там.
  
  Глава 54.
  
  Анко, а точнее, ее клон, стоял у ворот, дожидаясь нас. Данго был здесь, судя по внешнему виду, полностью готовый к бою. Я и Каору подошли к сенсею, коротко кивнув Данго вместо приветствия, он ответил тем же.
  - Времени мало, поэтому соображай, - Анко обратилась ко мне, как бы отстраняя на место мебели остальных - странный ход, - поместье Бурагурасу - знаешь, где оно?
  Заминка секунд в семь, кивок.
  - В окрестностях поместья вы должны найти человека, имя - Синдзи Узумаки. Ему за пятьдесят, но он когда-то был неплохим синоби. Найти, проводить в поместье, защитить до прихода подкрепления.
  Я выразительно посмотрел на Анко, и она кивнула, отходя чуть в сторону.
  - А теперь чуть подробнее.
  - Это задание пришло из Корня. Старик ранее работал с ними. Насколько я знаю, он большой спец в фуиндзютсу. И не из тех Узумаки, что жили в Конохе. В Корне считают, что его хотят то ли поймать, то ли убить. Предположительно - наемники-нукенины. Заказчика Корень не выдал, но они клялись, что у него не хватит денег даже на полноценную команду тюнинов. Как только придет свободная команда, я отправляю ее вслед за вами.
  - В окрестностях поместья?
  - Он сам должен направляться туда на встречу с нашими людьми. Но откуда он придет, - девушка пожала плечами.
  Снова киваю. Каору найдет, у нее охват приличный. Глупые вопросы можно не задавать. Дело срочное, посылать, кроме нас, особо и не кого. Коноха лишь начинает оправляться от сражения, свободных людей впритык. А мы еще на свою голову отлично показали себя на экзамене, что лишь добавило работы. Это же объясняет, почему не четверо, а трое. Я и так был фактическим командиром, а уж теперь. Да и Корень - это Корень. Кроме людей АНБУ или близких к ним они могут послать лишь своих. А своих у них на данный момент меньше, чем половина состава АНБУ. Они, конечно, ребята серьезные, но не особо многочисленные. Многочисленность вредит секретности. Что знают двое, то знает свинья.
  - Гвардия, бегом марш, - окликнул я ребят.
  Клон Анко рассеялся, и мы побежали. Даже по меркам синоби побежали. Поместье "Голубые травы", причина такого названия мне неизвестна, но наводит на определенные неприятные мысли. Не думаю, что аналогия здесь в ходу, но...
  Мы шли в хорошем темпе, максимально возможном. Еще немного быстрее, и выдохнемся до того, как доберемся до обозначенного поместья на юго-востоке от Конохи. Но даже так на весь путь уйдет не меньше суток, так что останавливаться на ночлег все равно придется. Осталось решить, когда. За ночь и день прошли большую часть пути. Населенные пункты обходили - так быстрее. На полноценный ночлег вставать не стали, нашли несколько удачно стоящих камней. Данго набрызгал какой-то смеси, чтобы отогнать живность. Данго дежурил первым, затем я, последней Каору. Два часа дежурства, четыре часа сна.
  Можно было, конечно, оставить клона, но это не по правилам. Клона можно уничтожить тихо, а тогда его хозяин не проснется. С одной стороны, мы на территории своей страны, чего волноваться. С другой - дисциплина наше все. Есть правила - будь добр выполнять. Когда меня разбудил напарник, а сам завалился спать, я над этим и задумался. После одной хорошей ночи сна дома, часов так восемь, я мог несколько дней работать на износ. Напарники тоже, но меньше. Изоляционную тренировку они не проходили, Отшельник Павлин им в организме не ковырялся. Два часа прошли спокойно, что было ожидаемо. Я чуть толкнул Каору, ухмыльнувшись.
  - Будешь вставать?
  Девушке понадобилось несколько секунд, чтобы отойти от сна.
  - Есть выбор?
  Роль принца на белом коне мне претит, но начинать все равно следует с маленьких знаков внимания. Осторожных. Зная ее характер я уверен, что обычные ухаживания девушка встретит в штыки.
  - Мне не спится.
  К тому же, я не слишком обманывал. Сидеть с закрытыми глазами, ничего не делать - это тот же отдых, пусть и без сна а лишь в полудреме. Клон сидел выше и усердно бдел. Поднять меня из полусна он сможет даже просто развеявшись, да я и сам проснусь - сказывались тренировки. А вот спать по-настоящему мне мешали неприятные мысли. Сложился ряд факторов. Корень, легкая настороженность Анко, срочность. И неудачное сложение обстоятельств. Я не забыл, что некто из Корня заинтересовался моей бойкой персоной, так что мысленно уже давно ожидал встречи.
  Каору перевернулась на другой бок и теперь лежала ко мне лицом, если можно так выразиться. В тусклом свете луны ее глаза давали едва заметные блики.
  - Откуда такая щедрость?
  - Это мелочь, не обращая внимания.
  Скажи я что-нибудь другое, обязательно начнет пререкаться.
  - Это ты так хочешь намекнуть, что тебе самому захотелось, а я совсем не причем? Совсем-совсем?
  Я даже не сомневался. Знаю, что девушке важно не то, что ты что-то сделал, а сам факт, что ты сделал что-то для нее. Тьфу, не о том думаю.
  - Считай это знаком внимания.
  Каору хмыкнула, но не ответила. Я сидел в тишине, глядя на звезды, иногда пробивающиеся сквозь кроны. Запах лета стал настолько мне привычен, что я уже не обращал на него внимания, только сейчас вспомнив, что такого чистого воздуха в мире, откуда я пришел, было не найти.
  - Что тебе сказала Анко?
  - Предостерегла.
  - Темное дело?
  - Дурно пахнущее.
  - М-м? - вопросительно протянула она.
  Клон в ветвях дерева развеялся, кончилась чакра. Я создал нового и отправил на прежнее место.
  - Корень.
  Девушка смолкла. В самом по себе сотрудничестве с этими радикалистами беды не было, но неприятный осадок оставался. Я все еще мало о них знал, кроме радикальных методов и полного отсутствия каких-либо эмоций, ребята отличались и профессионализмом, а также невероятным упорством в достижении поставленной цели. Среди полноценных членов Корня не было тюнинов, которые составляли почти две третих АНБУ. Миссии они выполняли не часто, но все же выполняли. Зато тюнины и гэнины были разбросаны по мелким убежищам, вроде того, где я подобрал Каору. Однако и их было не так уж и много, вдвое меньше, чем в АНБУ. Информацией, идущей на пользу деревне, они делились весьма охотно, своих, как людей Корня, так и любого синоби Конохи, без веских обстоятельств не бросали. А вот планка этих веских обстоятельств была намного ниже, чем подразумевала Воля Огня, о которой много говорил Хокаге. Относиться к ним однозначно было нельзя. Без людей, способных сделать самую грязную работу, свалить на себя большинство грехов государства, ни одно правительство бы не устояло. Но вот каждый раз связываясь с ними всегда можно было искупаться именно в той специфической гадости, в которой они постоянно обитают. Смутные воспоминания из прошлого отчетливо твердили, что мне не в первый раз работать с такими людьми.
  - Като?
  Это снова Каору. Что ей не спится-то.
  - Что?
  - Я могу тебе доверять?
  Встречный вопрос: насколько? Как другу, напарнику, товарищу - да. В остальном...
  Я перевел взгляд на Данго - тот, вроде как, сопел. Каору сенсор, на таком расстоянии она, вполне возможно, способна это различать. Ирука сенсей рассказывал, что опытный дзенин чувствует опасность: подслушивание, наблюдение. Чушь. Скрыть проявление чакры, звуки, стать невидимым - все, хрен заметят. Проверено, лично лазал в женские душевые. Две женщины, дзенин и тюнин, меня не заметили. Другое дело сенсоры. Сверхчувствительность, результат психологического или физического влияния, генов, прочих факторов. Они, в зависимости от индивидуальных способностей, действительно способны ощутить чужое присутствие почти интуитивно. Да и то не на сто процентов. Неожиданное беспокойство можно расценивать как угодно. Проблема была в том, что Каору чувствовала ложь. Я сидел рядом с ней, даже руку протягивать не надо, так что врать нельзя. Но можно недоговаривать.
  - Да.
  - Спасибо.
  Больше она не говорила, а я не спрашивал.
  
  * * * * *
  
  Не успело солнце подняться из-за крон деревьев, как с неба полил слабый дождичек. Старик, до этого неторопливо шагавший по пустой дороге, остановился, подняв немного голову. На нем был большая соломенная шляпа, неплохо защищавшая от влаги, и просторный плащ, под которым была одета обычная деревенская одежда. Капли падали на шляпу и сразу стекали вниз, не впитываясь в одежду.
  - Хм...
  Старик пожевал губами, протягивая руку и ловя несколько капель. Он растер влагу между пальцами, и так же задумчиво и неторопливо побрел дальше. До старого поместья, затерянного в этом холмистом лесу, оставалось еще полдня пути, и он не видел смысла останавливаться сейчас. Дождь держал пыль на земле, и дышать стало намного легче, чему старик был несказанно рад. Через какое-то время сквозь спокойный шум дождя до него начали доноситься шаги, и старик обернулся. По дороге вслед за ним шли три путника. Все трое были похожи на обычных путников в простой одежде, но у двоих к поясу крепились ножны, у третьего через плечо был переброшен лук, а из-за спины торчало оперение стрел. Старик остановился, задумчиво глядя на них. Дорога эта вела всего в одну сторону, и либо путники заблудились, либо...
  - Эй, старпер! Ты пойдешь с нами. Можешь по-хорошему, сам, а можешь и по-плохому. Что выбираешь?
  Старик почесал густую бороду, посмотрел по сторонам, после чего ответил.
  - Я выбираю третий вариант. Вас троих по-плохому закидываю в кустики у дороги, а сам иду дальше.
  Но троица лишь растянула губы в довольных ухмылках.
  - Хорошо, нас такой ответ устраивает.
  Двое выхватили катаны, но ринуться в бой не спешили. Третий неторопливо, с ленцой, взял лук, вложил стрелу, натянул тетиву.
  - С чего начнем? С ноги? Может с руки?
  Старик незаметно, под плащом, сложил печати, готовясь защищаться. Тетива свистнула едва заметно, стрела в доли секунд вдвое сократила разделяющую хищника и жертву дистанцию, когда старик резко опустился на одно колено, прикладывая ладонь к земле. Стрела пролетела выше, а старик негромко произнес.
  - Техника печати: Контроль массы.
  Лучник уже вложил следующую стрелу, вновь спустив тетиву. Но на земле проявилась печать не меньше десяти метров радиусом, и стоило стреле достичь печати, как она резко опустилась вниз и почти перпендикулярно воткнулась в землю. Троица удивилась, но снова начала улыбаться.
  - Отлично, а то я уже боялся, что все будет слишком просто.
  Он вложил в лук сразу три стрелы.
  - Искусство ниндзя: мастерство лучника.
  Старик нахмурился, меняя направление течения чакры в печати. Следующая выпущенная стрела ушла в небо, еще одна, летевшая прямо за ней, в сторону и врезалась в дерево. А затем полетел шквал стрел, синоби закладывал новую тройку в лук меньше, чем за секунду, и колчан казался бездонным. В этот момент два нукенина бросились вперед, чтобы окружить старика с двух сторон.
  Откуда-то из леса вылетели сюрикены и угодили в то место, где только что стоял лучник. Из-за спины старика выскочил едва различимый силуэт и бросился на одного из мечников, но тот встретил его клинком.
  - Иссен!
  Это уже второй мечник пытается атаковать дистанционно, но синоби взрывает дымовую шашку и резко выходит из поединка. Однако самурай, с которым он только что сражался, тут же взмахивает мечом:
  - Иссен!
  Техника врезается в тело синоби, и тот разлетается дымом. В этот момент второй подобный силуэт уже атаковал лучника, и между ними завязался поединок. Лучник пытается отступать, синоби нападает, используя сюрикены и собственные руки. Оба мечника, хмыкнув и не обращая внимания на товарища, снова устремились к старику. Силуэт взорвался ядовитыми испарениями, которые вдохнул лучник, сразу закашлявшись. В мечников полетели сюрикены, среди которых проскакивали иглы, летевшие с впечатляющей скоростью. Оба самурая тут же ретировались, отступая из области атаки. Лучник прокашлялся и, кажется, спокойно встал. Яд был кратковременный. Из леса вышел синоби с плотном костюме, совмещавшем зеленые пятна разных оттенков. Лица старик не видел - его скрывали капюшон и маска-респиратор, но за спиной был закреплен ниндзято.
  - Видимо, у нас пат. Предлагаю на этой печальной ноте разойтись.
  - Не зазнавайся. Кем бы ты ни был, синоби мы не боимся.
  Синоби расслабился, пожал плечами:
  - Ну, я предложил.
  Из земли вокруг троих нукенинов поднялись столбы воды. За спиной старика раздался голос:
  - Высвобождение воды: водяная клетка.
  Столбы соединились сверху раньше, чем противники успели выпрыгнуть из ловушки. Самураи начали бить мечами по воде и использовать свои техники, но бесполезно. Только лучник начал натягивать тетиву, но опоздал - ему в спину прилетел кунай. Клетки резко сомкнулись, разрубая своих жертв на части. Будь это синоби, они могли бы выбраться, приложив достаточное количество чакры, правильно ее приложив. Но самураи знали только один способ высвобождать чакру - иссен, а как раз направленные удары клетка удерживала хорошо, не ломаясь от распределенного давления чакры. Синоби развернулся к старику, из кустов вышло еще двое. Девушка с посохом и еще один парень. Все трое в одинаковых костюмах, разве что ниндзято был только у одного.
  - Думаю, нам не стоит останавливаться. До поместья уже не далеко, - сказал синоби с клинком.
  Старик подал чакру на печать, и всех троих придавило к земле.
  - Я собираюсь идти один, без вас.
  - Хороша благодарность, старикан, - огрызнулась девушка.
  Старик вытащил из ножен на спине синоби клинок и приставил к его шее.
  - Я не желаю иметь дело с Корнем.
  - Полностью с вами солидарен, - ответил синоби.
  - Не претворяйся. Я знаю, кто вы.
  Синоби хмыкнул:
  - Старик. Вчера я получил миссию. Сопроводить тебя до поместья и защитить. И я не из Корня, сам бы держался от них подальше, - парень недоговаривал, но все равно был убедителен.
  Старик поморщился - вся эта затея ему не нравилась с самого начала, а теперь разонравилась окончательно.
  - Назови свое имя.
  - Исак, - врет.
  - Странное имя.
  - Скажите это моим родителям, - странная горечь в словах.
  Старик нахмурился. Знакомая горечь, очень знакомая.
  - Вам известно, кто я?
  - Только имя. Узумаки Синдзи-сан, - это правда, или он очень умело недоговаривает.
  Старик бросил клинок на землю и развеял печать.
  - Идем, Исак, - старик бросил это имя с презрением. - Думаю, вы еще пожалеете, что связались со мной.
  
  Глава 55.
  
  Старик оказался опасным. По словам Каору, его запас чакры был в несколько раз больше, чем у нас троих вместе взятых. Хотя я не удивлялся - он ведь Узумаки. И волосы характерного цвета. Наруто, к слову, исключение - у него отец блондин. Был. Больше старик не дергался. Наших имен не спрашивал, ничем не интересовался. Вообще с нами не разговаривал, шел чуть впереди, будто нас с ним и не было. Каору держала дождь, но никого рядом не было. Во второй половине дня мы добрались до поместья. Приличный, хоть и пустой домик среди холмов. Большой такой домик, три этажа и метров сто пятьдесят в фасаде. Дом действительно пустовал: несколько окон разбиты, всюду запустение, грязь, пыль. Мы вошли внутрь, оказавшись в просторном фойе. Чем-то мне этот дом напоминал особняки европейского стиля из прошлого. Парные красивые лестницы, уходящий наверх, картины, выцветшие и сейчас пустые. Орнамент, мелкие детали декора. Даже рисунок паркета на полу. Коротко осмотревшись, я приказал:
  - Оставайтесь рядом с ним, защищайте. Я осмотрюсь.
  Оба молча кивнули, а я пошел осматривать дом. Верхний этаж отводился под жилые комнаты - об этом свидетельствовала старая мебель, кровати и шкафы, столики и кресла. Дом имеет 'Т'-образную форму с третьего этажа, но первые два имели форму квадрата. Поэтому из всех комнат, выходивших на крышу второго этажа, были сделаны двери. А на крышах устроены просторные балконы, когда-то служившие хозяевам площадками для обедов на свежем воздухе и прочего, сейчас же давно заброшенными. Было лишь несколько кабинетов, из которых не было дополнительных выходов на балконы. Зато имелись когда-то потайные выходы на нижние уровни, сейчас разбитые и разломанные. На втором этаже было несколько кухонь и пара помещений хозяйственного назначения. Первый этаж имел много пустых помещений, слишком больших для комнат, а некоторые были высокими и забирали с собой часть второго этажа. Я не сразу понял, что когда-то здесь было мелкое производство, хоть и неясно, что именно производили. Не думаю, что что-то техническое, скорее, связанное с сельским хозяйством. Затем я через окно сумел рассмотреть поля, которые начинались с тыльной стороны поместья и простирались достаточно далеко в этом направлении. Хмыкнув и поняв, откуда берется название этой земли, я продолжил осмотр. В подвале, кроме вполне закономерных хранилищ, обнаружилось несколько тоннелей, ведущих в неизвестных направлениях. Немного подумав, я послал по ним клонов, а сам продолжил осмотр. На заднем дворе обнаружились несколько дополнительных хозяйственных построек, несколько домиков типа 'халупа', старое стойло, но ничего интересного. Вскоре 'вернулись' клоны, закончив разведку. Все ходы уводили к тайным выходам в разных направлениях от поместья. Кто-то превратил это место в настоящую крепость. Не сразу обратил внимание, но стены, почти все, были каменными и толстыми. Окна достаточно узкими, двери прочными, а сам дом был довольно большим и с нелинейным расположением лестниц и коридоров. Натуральный лабиринт, иначе и не скажешь, пусть маленький. Но вот держать тут оборону, если враг не синоби, можно достаточно долго. Следует считать, что место встречи было выбрано не просто так. Разместив несколько печатей ловушек, я вернулся к своим.
  Старик сидел в кабинете, прямо на полу, так как мебели здесь не было. Напарники в стороне от него, молчали. Н-дя, весело.
  - Лапочка, как у нас с дождем?
  В глазах девушки промелькнула хитрая усмешка. Имена мы не называли, значит, я мог придумать любое прозвище на правах капитана, так сказать, и ей придется терпеть. Правда, прозвище было воспринято, как шутка, и негодования не встретило. Думаю, можно начинать баловать ее всякими красивыми прилагательными, раз их больше не воспринимают в штыки.
  - Никого поблизости. Несколько диких зверей - это все.
  Киваю.
  - Медик, приготовь ужин. Но будьте начеку, мне не нравится это место.
  Данго кивнул, а вот Каору недовольно повела бровью:
  - Не доверяешь мне?
  - Доверяю, как самому себе, - ну, почти не соврал - не сказал же, в чем именно. - идем. Я хочу тебе кое-что показать.
  Старикан хохотнул, но промолчал. Каору сначала недоуменно посмотрела на меня, потом смерила старика холодным, немного презрительным взглядом, затем снова посмотрела на меня, уже задумчиво. Но пожала плечами и покорно пошла вслед за мной. Мы прошлись по коридорам и поднялись в комнату, с которой открывался отличный вид на поля. С балкона тоже было бы неплохо, но сейчас был еще день, и легкий полумрак куда больше расслаблял, чем открытая ветреная площадка. Мы подошли к окну, я пропустил ее вперед. Девушка до последнего момента не понимала, зачем я ее сюда привел, а затем забыла обо всем. Она заворожено смотрела в окно, а я стоял чуть позади за плечом и ждал. Нашему взгляду открылись огромные поля с цветами небесно-голубого цвета. Когда-то это было окультуренное растение, но сейчас бесконтрольно заполонили все доступные пространства. Нда, романтики во мне мало, надо было бы сказать, что цветы напоминали воды какого-нибудь озера, колыхаемые порывами ветра, и при каждом порыве бутоны цветов действительно колыхали, создавая заметные разливы. Изредка с земли взлетали птицы, будто вырывались из воды и уносились в небо. Хотя даже не так - мы своими глазами увидели другое небо, будто перевернутое, здесь, внизу. Бутоны цветов имели разные оттенки, различались не сильно, но были более светлые и более темные, более того они росли группами, а изредка встречались и группы с белыми бутонами, будто застывшие на месте облака. Все эти поля напоминали отражение, застывший момент чистого бескрайнего неба. 'Голубые травы' было слишком простым и безликим названием для такой красоты. Но я не был романтиком и мог лишь показать девушке все это, не способный ко всяким красивым словам. Я вообще не чувствовал ничего, глядя из окна, интерес вызывало лишь тело той, кто стоял в шаге от меня.
  - Потрясающе, - выдохнула Каору, стягивая с головы капюшон и маску, - это так красиво.
  - Да, красиво, - согласился я.
  С горечью заметил, что голос был пустым - я не разделял восторга напарницы. Однако сделал шаг вперед, негромко продолжив:
  - Может, куплю себе это поместье. А тебе отдам эту комнату.
  Она хмыкнула. Нет, усмехнулась. Нет. Она одобрила предложение, одним коротким выдохом признавая всю иронию предложения, но одобряя его уместность и своевременность. Ну, может, стоит попробовать? Я сократил оставшееся расстояние и положил ей руки на плечи. Девушка напряглась, резко обернулась. На ее лице было отвержение, готовность сбросить мои руки, оттолкнуть меня. Но я ответил ей спокойным взглядом, терпеливо дожидаясь ее ответа. Она свободна, достаточно сильна, чтобы решать за себя. По крайней мере, она так считает, и я не вижу смысла разочаровывать ее в этом маленьком заблуждении. Если она захочет, я уберу свои руки. А если нет... Лицо немного смягчилось - она ждала подвоха, ждала очередной глупой шутки, чего угодно.
  - Я не стал бы приводить тебя сюда, чтобы обидеть. Даже я не настолько бесчувственная скотина.
  Она потупилась, кивнула.
  - Да, наверно.
  Перевел взгляд на окно. Это было предложение. Я предлагал свою заботу или что-то в это роде. Каору расслабилась и чуть подалась назад, облокотившись на меня спиной, и тоже перевела взгляд на окно. Мы стояли, достаточно долго стояли. На улице моросил легкий дождичек. И солнце медленно опускалось к горизонту. Когда голубых полей коснулись первые алые лучи света, бутоны начали закрываться. Цветки медленно сворачивались, и их внешние лепестки оказались ало-красными, и все поле из небесно-голубого медленно переходило в алое.
  - Небо в огне, - тихо прокомментировал я.
  - Фу на тебя, - недовольно фыркнула Каору, - весь момент испортил.
  - Прости.
  - Угу, - она хитро улыбнулась, - с тебя должок.
  Это был ответ. Полунамек. Моя маленькая игра принята благосклонно, и она ждала продолжения в будущем. Просто таки обязывала меня продолжать.
  - Согласен.
  Солнце продолжало медленно опускаться, и вокруг так же медленно темнело. По-настоящему темно здесь так и не станет, лишь полусумрак, но все равно пора было готовиться ко сну.
  - Сегодня опять будешь дежурить за меня?
  - Если ты мне разрешишь.
  Краем глаза отметил ее улыбку.
  - Может быть. Я подумаю.
  - Идем, Лапочка. Поужинаем.
  Как бы извиняясь за прерванный момент, нежно провел ладонями по ее рукам, насколько это вообще было возможно, учитывая костюм. Но Каору кивнула, и мы вернулись к Данго.Лишь бы не переиграть, а то еще привыкнет.
  
  * * * * *
  
  Проклятый дождь не затихал. Неша предупреждали, что дождь - техника сенсора, но поделать с ней он ничего не мог. Они все равно заметят приближение его людей. Троица Зака была одной из лучших в его банде, за что они и поплатились, взяв на себя слишком много. Он предупреждал, что ни старик, ни те, кто будут его защищать, вовсе не являются слабаками. От них требовалось только наблюдать, но нет, гордость Зака не позволяла остаться в стороне. Плохо, очень плохо. Неш рассчитывал на эту троицу. Они должны были стать костяком удара, когда всякий сброд полезет на убой. Теперь придется действовать так. Рядом сидела Юби, уже готовившая свои иллюзии. Когда-то Нешу очень повезло получить эту отступницу в свою банду. Правда, пришлось мириться с ее характером, да и заранее отваживать всех желающих к ней приближаться, но он ни разу не пожалел. В техниках гендзютсу она была лучшим, на что вообще мог рассчитывать бандит вроде Неша. Самураев в его банде, если не считать Чена, его телохранителя, больше не было. А по своему опыту он отлично знал, что даже пара тюнинов запросто раскатают даже большую банду. Если драться честно. Но кто дерется честно? Точно не Неш. И мощное гендзютсу - это еще далеко не все, чем мог похвастаться опытный бандит. Сейчас все его люди пили специальное зелье, получить которое стоило ему огромных трудов. Он понятия не имел, как называется эта штука, но в ее эффективности успел убедиться уже много раз. Зелье напрочь отбивало чувство самосохранения, страха и боли. Более того, слабые ниндзютсу, направленные на выпивших зелья, были уже не так эффективны. С учетом той толпы, которую бандит умудрялся незаметно, не без помощи Юби, таскать с собой, у него были все шансы взять строптивую добычу. В любой другой ситуации он бы не стал лезть на этих синоби, но плата, которую ему предложили... Она покрывала любые риски.
  Итак. Еще час до рассвета. Самое удачное время для нападения.
  - Пошли!
  Девушка послушно кивнула и запустила технику. Вместе с ней вперед ринулись все подчиненные Неша, являющиеся просто толпой, необученным скотом, мясом. Практика задавить количеством работала и против синоби, а у Неша сейчас не было особого выбора.
  Первая группа бандитов, слетевших с катушек, рвалась в парадной двери. Возникло небольшое столпотворение - на массивных дверях висел засов. Банда была ошалевшей, но все же как-то соображала. Тройка самых крепких мужиков тут же приложилась к двери, раз за разом толкая в плотные ставни. Удар, второй, третий. На четвертом ударе раздался взрыв. Дверь с грохотом разлетелась, выбрасывая на нападавших ударную волну, осколки и щепки от дверей и засова, а самое противное - мелкую железную крошку. Последнее оказалось самым страшным: кого не отбросило взрывом и кому не оторвало конечности летящими обломками дверей, обдало россыпью металла, легко проникавшего в кожу, разрывавшего связки и сухожилия, поражая глаза. Те немногие, кто остался стоять на ногах, начали размахивать клинками во все стороны, желая зарубить противника, которого даже не было рядом. Те, кто еще мог видеть, вскоре сообразили, что попали в ловушку, и ринулись дальше в дом. Лишь несколько человек, лишенных глаз, продолжало размахивать оружием и даже рубанули нескольких своих, пока их не убили другие бандиты.
  Другие бандиты подбежали к стенам и начали закидывать веревки с якорями в окна второго и третьего этажей. Первые из них уже начали заползать внутрь, когда с крыши начали падать мебель и просто тяжелые предметы, сбивавшие смельчаков вниз и давя на земле. Груза на крыше было мало, хватило лишь отбросить первую волну, так что это не останавливало нападавших.
  Еще одна группа обошла крупный особняк сбоку. Они выбили задние ворота и ворвались в темное помещение, где стояли какие-то странные железки. Всего в этой группе было не меньше двух десятков человек, они медленно шли вперед, держась друг друга. Не было страха, но все равно надо было держаться вместе. Дверь с грохотом закрылась. Над головами рычащих бандитов зажглось тусклое голубоватое свечение чакры.
  - Искусство ниндзя: танец слепой смерти.
  Тень спрыгнула прямо в центр толпы. Первый сюрикен, направленный снизу вверх, врезается в челюсть бандита у самой шеи, не прекращая быстро вращаться, погружается все глубже, брызгая во все стороны кровью и мелкими ошметками плоти. Второй сюрикен, так же бешено вращаясь от подпитки чакры, срезает второму бандиту кусок черепа. Мгновенно умершее тело не успело упасть. Разъяренные бандиты взмахивают клинками наугад. Несколько мечей врезаются в уже мертвое тело, отрубая руку, голову. Несколько задевают друг друга, нанося раны, но тень уже ушла в сторону. Танец лишь разгонялся. Четыре сюрикена. Первый улетает в сердце ближайшему бандиту, оставляя сквозную дыру в груди. Второй, спущенный с другой руки, врезается в шею замешкавшемуся бандиту, сбоку, заходя в заднюю часть. Сталь натыкается на слабую преграду в виде позвоночника, и частично срубленная голова заваливается вперед, не отрываясь, но вися на оставшихся коже и каких-то сосудах, извергая из глубин тела пульсирующие струи крови. Третий сюрикен не сразу отправляется в полет. Сначала тень проводит рукой у самого живота следующего бандита, разрезая кожу, но почти не касаясь внутренних органов. Второй удар на крест, и живот бандита расходится в разные стороны, вываливая свое содержимое наружу. Лишь после этого сюрикен улетает между глаз еще одному бандиту. Но на этот раз тень заметили. Сразу два клинка летят в его сторону. Одно четкое резкое движение, ладонь с сюрикеном отражает сталь о сталь клинок в сторону. Вторая свободная ладонь ложится на руку, сжимающую рукоять оружия. Легкое давление, приложенное в нужном направлении, и лезвие меняет направление. Острие с усилием влетает в лицо хозяина чуть левее носа и выходит из затылка. Сюрикен тут же улетает в того, чей клинок он только что отражал. Несколько тел, провожаемые горящими безумным гневом глазами других бандитов, опадают на пол. Несколько коротких мгновений тишины и тьмы. Затем в темноте появляются еще шесть сюрикенов, по три в ряд, бешено вращающиеся и излучающие едва заметное голубоватое свечение. Бандиты, яростно взревев, бросаются на противника.
  Группа, обшаривающая второй этаж, натыкаются на еще одну ловушку. В этот раз взрыв слабый, но несколько десятков игл гарантированно убивают еще четверых из них. Они ревут, рычат, но, понимая, что видимых врагов вокруг нет, продолжают идти вперед. Первый из них выходит в длинный коридор, поворачивается, увидев в другом конце человека в плотном костюме с посохом. Он рычит, зовя остальных, но человек стоит спокойно.
  - Давайте, суки, подходите.
  Вся компания выбивается в узкий коридор и бросается на одиноко стоящего человека. Несколько взмахов посоха, уверенных и достаточно ловких, учитывая размер коридора, и негромкие слова:
  - Высвобождение воды: Ярость первичной стихии!
  Бандиты замирают, начинают медленно трястись. Затем движения становятся конвульсивными. Еще через несколько мгновений из тел жертв начинает вырываться воды, отрывая за собой куски плоти, а затем врываясь обратно, чтобы повторить процесс заново. Тела быстро опадают на пол грудой невнятного фарша, над которыми висело несколько окрашенных алым цветом пузырьков. Из другой комнаты вырвались еще бандиты, и тоже кинулись на своего противника. Но девушка в костюме лишь кровожадно оскалилась, сделав короткое движение посохом. Уже высвобожденные сферы полетели на следующих жертв, так же принявшись рвать их на части.
  Перешагивая тела в парадной двери бандиты уже рвались вперед. На вершине лестницы сидел подросток в костюме. Он выхватил сюрикены с закрепленными на них тросами, но бандиты все равно бросились вперед. Парень замахнулся и швырнул свое оружие. Все сюрикены врезались в одно тело, но именно этого и добивался синоби.
  - Техника медика: живая кукла.
  По тросам прошлась чакра, и тело бандита начало двигаться иррационально. Суставы выгибались под неестественными углами, все тело трещало ломающимися костями и рвущимися сухожилиями. Голова развернулась задом наперед, и на соратников уставилось лицо, с застывшей на нем гримасой ужаса и страдания. Живая (пока еще) марионетка бросилась в атаку, разрывая других бандитов с неожиданной для них ловкостью и сноровкой.
  Количество членов банды сокращалось не просто быстро, катастрофически быстро. Неш смотрел вперед, сохраняя приличную дистанцию от особняка. Подействовали ли гендзютсу? Почему кончился дождь? И почему стало так тихо, хотя еще несколько минут назад оттуда доносились крики боли и страданий? Да и как можно было заставить кричать человека, лишенного боли и страха, так кричать? Идти вперед и смотреть самому не было ни малейшего желания.
  - Твоя техника сработала?
  - Откуда мне знать? Я не сенсор.
  - Черт!
  Было все так же тихо, но никто не возвращался, чтобы доложить об успешном взятии поместья или о потерях. Конечно, зелье еще действовало, но мышления полностью оно не лишало. Что же там происходит? Среди густой зелени крон деревьев начало пробиваться солнышко. Отсюда было плохо видно, только верхний этаж, но поместье казалось пустым и безжизненным.
  - Зато я сенсор. И эти ребятишки успешно перебили всех твоих людей, - произнес незнакомый женский голос.
  Неш хотел развернуться, но почувствовал холод клинка на основании черепа.
  - Не беспокойся так, - произнес уже другой человек, - у тебя будет шанс им отплатить. Ха, еще какой шанс. Хотя одного оставьте мне!
  - Начинай технику, - отозвался уже третий, - сейчас самый удобный момент, чтобы атаковать.
  Но Нешу было уже все равно - клинок продолжил движение, и острие лезвия вышло у него изо рта.
  
  Глава 56.
  
  Гендзютсу, которым нас накрыли, было откровенно слабоватым. Хотя Каору и Данго под него все же попали, но старику Узумаки оно было нипочем, а у меня вызвало лишь слабую головную боль и тошноту. Каору держала дождичек прямо во сне - уж не знаю, как она так ухитрялась, но техника должна была ее разбудить. Не сработала. Зато я почувствовал гендзютсу и сразу рванулся к своим напарникам, сводя с них технику. Очухавшаяся девушка предупредила о противниках, которых было много. Мы даже успели испугаться, но девушка тут же добавила, что настоящих синоби вроде как нет, чакры в них слишком уж мало. В общем, нас ждало развлечение. Оставалось только включить 'спящие' ловушки и рассредоточиться, чтобы особо не мешать друг другу. Каору так же обещала предупредить, если поблизости окажется кто-то более серьезный. А дальше было избиение младенцев.
  Я наконец сумел опробовать в бою свой новый стиль тайдзютсу, который медленно и вдумчиво разрабатывал с того момента, как стал тюнином. Сложнее всего было научиться инстинктивно манипулировать сюрикенами и чакрой в них, что получилось не сразу. Очень не сразу. Но все же получилось. А дальше просто подобрал наиболее удобный стиль, совместимый с клон-сюрикенами. Со стилем помогла Анко, научив необходимым движениям и связкам. Вообще, на совершенствование уйдет ой как немало времени - не все приемы выходят на чистых инстинктах, еще многое нужно прорабатывать, но стиль был, причем был эффективен. Пусть моими врагами и была куча неучей, но их было много, и они меня даже поцарапать не смогли. Правда, еще необходимо было тестирование на более серьезных противниках, но это не срочно.
  А вот техника Данго меня немало удивила. Когда уже после боя я пришел в холл, зрелище стоявшей в центре разрубленных тел бесформенной куклы меня впечатлило. Тело этого человека уже умерло и сейчас поддерживалось только чакрой ирьенина. Да, техника не сможет захватить синоби, у которого чакры больше, чем у использовавшего. Но уж если захватит... стоило мне появиться, как кукла тут же упала на пол, а Данго сел, тяжело выдохнув. Тем не менее он улыбался.
  Мы поднялись к Каору и старику, повсеместно перешагивая через свежие трупы. Девушка стояла у двери и внешне выглядела не раненой, правда, на посохе появилось несколько отметин от клинков.
  - Ты как?
  Она кивает, показывая, что все в норме.
  - А дождь?
  - Устала, - признается поморщившись.
  Еще раз убеждаюсь, что не стоит торопиться с изучением стихийных ниндзютсу. Народу я положил все же побольше, а сил потратил куда меньше - легкая усталость не в счет. Да и моя усиленная регенерация чакры тоже погоды не делает: чакра-то восстановится, но усталость от ее чрезмерного использования заставит совершать ошибки и промахиваться. Я пока лучше по старинке.
  - Не вижу радости от победы на лицах, - вставил свои пять копеек старик.
  - Победа над кучкой крестьян - не победа, так, развлечение.
  Синдзи хмыкнул, но больше ничего говорить не стал.
  - Как думаешь, это все? - спросил Данго.
  Ха, если бы я знал.
  - Оставайтесь здесь, я обновлю некоторые печати и ловушки. После таких гостей что-то мне не внушает энтузиазма ожидание подкрепления.
  Синдзи вновь лишь хмыкнул, молча в очередной раз напоминая нам о своем предупреждении. Да, да, старик, я про тебя не забыл.
  Спускаюсь вниз. Снова выставляю печати, в общем-то, в тех же местах. Сработают они так или иначе, главное, чтобы я узнал о вторжении. А уж кто к нам вторгся - это потом будем разбираться. Брожу по дому, хаотично выставляя печати в удобных местах - лишним не будет, а запас достаточно большой. Компенсирую таким способом отсутствие ниндзютсу: чакры ест меньше, эффективность почти та же. Да, ниндзютсу сильнее, и я обязательно начну их изучать, когда в этом будет смысл.
  Шум где-то в конце коридора, похожий на шуршание разбитого стекла. Ну, как шум, так, едва на грани слышимости - не будь здесь так тихо, и не заметил бы. Что делать? Сразу отступить к своим или все же посмотреть сначала, кто там шуршит? После недолгих сомнений было выбрано второе. Я, конечно, сомневаюсь, что это ветер или какое-то животное, залетевшее на огонек. Тут такой запах крови, что живность и близко не полезет. А вот какого-нибудь недобитка я вполне ожидал встретить. Снова шорох в комнате в конце коридора, теперь я точно знаю место. Сюрикен, заряженный чакрой, шаг к порогу. Осторожно заглядываю внутрь. В окно светит едва поднимающееся из-за горизонта солнце. Стекла разбиты, но никаких тел нет. Выходов отсюда два. Мой и еще один. Заглядываю уже глубже в комнату, озирая всю мебель, представленную старыми столом, стулом и шкафом. Дверки шкафа выбиты, нигде никого живого, как и тел. Странно. Прохожу по комнате и выхожу через другой поем. Снова коридор, ведущий уже в другую часть поместья. Блин, чтоб его побрал этот лабиринт. Здесь снова тихо. Ага, я бы даже сказал подозрительно тихо, если бы это и так не было очевидно. Под ногами слегка поскрипывал старый пол, но всякий хлам я старался не наступать, что было сложно, учитывая его количество. Прошелся и по этому коридору, но дошел до развился. Один путь вел прямо, второй куда-то налево. Что-то я такой развилки не помню, хоть убейте. А ведь в подземельях АНБУ я ориентировался с закрытыми глазами и план в голове рисовал на раз два. Так вот этой развилки не было, и бокового коридора быть просто не должно. А оттуда еще и слабый хруст стекла доносится. Так, все предельно ясно, гендзютсу. Качественная пространственная иллюзия. Принцип их работы я представлял смутно - одна из причин, по которой я пока сам их не учил. Но эту технику я знаю, одна из "стандартных", если можно так выразиться, для дзенина, вообще разбирающегося в гендзютсу. Но я тюнин и вообще обязан знать хотя бы о ее существовании. Но была и проблемка - моя сопротивляемость молчала, голова была ясной. Неужели она просто так прошла защиту? Складываю печати, негромко произнося:
  - Кай!
  Внешне ничего не изменилось, но я рванулся в обратном направлении, чтобы вернуться в комнату с окном. Техника привязывается к месту, а не к конкретному синоби: стоит выйти за пределы действия, и все, считай, свободен. Ага, уже. Вернулся в комнату, а окна в ней вообще нет, как и не было никогда. Все, попал. Какие минусы у этой техники? Да простые. Первый - активировавший сам должен находиться в зоне поражения, иначе хрен что выйдет - пространственные техники, они всегда странные. Второй - все, кто теперь войдут сюда, тоже попадут под технику, потому что защиту она пробивает неплохо. А вот если войдет тот, кто сумеет ей сопротивляться, то техника развеется. Одно хорошо - зараза, которая наложила технику, не может сидеть в глухой запертой комнате: пространственные техники не могут создавать отдельное закрытое пространство. В такой технике вообще закрытую комнату создать почти невозможно. Раздумывая над всем этим, шел в ту сторону, где должна была быть лестница. Гендзютсу создавало закрытое пространство, чаще всего с комнатами и коридорами - для леса или другого антуража подходили другие техники. Были входы извне внутрь, через один такой я и проскочил, даже не заметив. Но не было выходов, кроме уничтожения использовавшего или приложения достаточного количества чакры для повышения сопротивляемости. Вот только эта техника ранга "A", если не "S", учитывая размеры. А значит, где-то поблизости сильный дзенин. Н-да, счастья в этом мало. Ну, мины еще при мне, а они сработают даже и здесь. Надо пытаться найти своих, может, старик что-нибудь придумает. Хотя, если бы мог, он бы уже наверняка что-нибудь сделал. Энтузиазма от возможного сражения не испытываю - надо разбить технику и валить отсюда, желательно тайными проходами.
  Снова раздался треск стекла, на этот раз совсем рядом. Лестницу я так найти и не мог, блуждая по коридорам. Я запоминал проходы и уже был уверен, что лабиринт физически существовать не может: разные комнаты просто пересекаются в одной точке пространства. Тем не менее обернулся на треск. Вновь ничего. Это пространственная техника, которая не создает иллюзии живых существ или звуков. А создать одну сложную технику внутри другой, проблематично, мягко говоря, всего скорее, обе развеются. Так что, несмотря на то, что я никого не вижу, рядом кто-то определенно есть.
  Треск снова раздается позади. Но на этот раз треск дерева в полу. Оборачиваюсь, но тут же новый источник звука сбоку. Затем еще один и снова в другом направлении. Да какого хрена? Они что меня, пугать так решили? Пока только злят. Почему не нападают? Звуков вокруг становилось все больше, они все приближались, и меня все это только больше бесило.
  - Какого дьявола?! - процедил я, и звуки мгновенно стихли.
  Если бы я заранее знал ответ на этот вопрос, молчал бы, как партизан на пытке. Но кто же знал, что твари ориентируются по звуку?
  
  Глава 57.
  
  Твою же суть. Из-за ближайшего поворота на меня выскочил. Нет, это явно гендзютсу, а значит, плод чьей-то фантазии, но все же. Вот уж кого я точно не думал здесь встретить. Хотя почему не думал - именно это должно было быть вполне ожидаемым. Зомби. Ну, если утрированно. А так - какая-то марионеточная техника, поднявшая одного из успокоенных нами недавно неудачников. Н-дя, что-то я слышал в прошлой жизни про фантастическую науку - Некромантию. И что она по сути недалека от врачевания. Вот и дождался. Сначала собственныйкомандный медик хвастается техникой мальчика на веревочках. Теперь это.
  Но праздные мысли в сторону: эта штука держала в руке меч и бойко топала в мою сторону. Интересно, он сейчас меня видит или тоже по звуку? Узнал я это быстро, бросив сюрикен в стену рядом с противником. На достаточно громкий стук он никак не среагировал, продолжая уверенно переть на меня. Все, проверка закончена, в атаку. Ага, легко сказать.
  Сюрикены проткнули тело, не дав видимого эффекта. Даже несколько сюрикенов, выпущенных так, что в теории отрубить гаду руку, просто пролетели насквозь, опять же, без ущерба. Не есть гуд. Проверять, на что способна иллюзия вблизи, и способна ли она меня вообще ранить, желания не было. Так что я развернулся и дал деру от шустрого зомби. Естественно, он был не один, и мне то и дело начали попадаться новые, которых я старался обходить. Пару раз пришлось перепрыгивать и проскальзывать мимо, ребята были нешустрыми. Вот только само метание по бесконечным иллюзорным лабиринтам меня напрягало. А как вырваться?
  И добегался. Все, приехал. После очередного поворота меня встретил синоби, одетый на манер тюнина Конохи. Но протектора нет, и мне что-то совсем не кажется, что он пришел нам помочь. На лице синоби появилась улыбка предвкушения.
  - Парень, скажи, ты дзенин?
  Я напрягся. За спиной уже пыхтели зомби, но до них было еще далеко.
  - Нет? Может ты тюнин?
  Готов поклясться, я чувствовал его жажду убивать. В груди било желание бежать, но еще откуда-то извне шел едкий страх, пытавшийся сковать мои движения. Нет, я не боюсь. Все, что должен делать страх, это подстегивать инстинкт выживания. Но не мешать в бою.
  - И не тюнин? Может тогда ты гэнин?
  Приподнимаю руки, готовясь послать в них чакру. Печати усиления, клон-печати, запечатывающие техники - мой арсенал невелик, но и так просто я не сдамся.
  - Мне все равно. Ну, мальчишка, повесели меня.
  Синоби срывается с места, бросаясь в атаку. Почти на инстинкте швыряю вперед группу сюрикенов, все должны лечь в цель. Но противник перепрыгивает на потолок, не снижая скорости. Снова сюрикены, на этот раз по площади, чтобы не сумел просто уклониться. Он и не уклоняется, отбив их правой рукой. Наручень? Возможно.
  Он сближается, сразу бросаясь в рукопашную. Ни техник, ни приемов, чистое тайдзютсу. Связка ударов руками, уклоняюсь. Вторая связка сложнее, удары руками, комбо вместе с ударами ногами. Причем удар коленом был неожиданным, и если руки я блокировал, то его пропустил. Почти пропустил. В этот момент я отпрыгивал от стены, запуская свои сюрикены, и удар пришелся на печать, поглотившую его. Драться отказалось нелегко: я менял плоскость, изображая из себя Нео, то сражаясь на стене, то на потолке, то снова на полу, противник от меня не отставал. Его лицо отражало интерес, наслаждение, предвкушение - он получал удовольствие. Мне же требовались все свои навыки, чтобы не отставать от него. Быстрые, на грани моих возможностей удары рук и ног разбавлялись бесконтактными запусками сюрикенов и кратковременными выбросами дыма. Удар справа, блок, еще блок, отпрыгнуть на другую стену, уклониться от удара ногой, не забыть пустить сюрикен, блок, удар, второй сюрикен, снова блок. Я скрывался в маскировке, выбрасывал дым, но противник игнорировал все уловки, уклонялся или отбивал сюрикены. Тем не менее он не мог меня достать, хотя я и не мог достать его.
  Отбив очередную атаку он резко разорвал дистанцию, продолжая улыбаться. Даже не запыхался, тварь. Я же тяжело дышал, надеясь, что успею перевести дух, пока он не нападет вновь. Благо чакры пока потратил относительно немного и чувствовал, как она набирается вновь.
  - Хорошо, очень хорошо. Мне весело! Мне нравится!
  Синоби качнул рукой, и на пол вывалилась цепь с крупными звеньями, закрепленная где-то на руке с одной стороны и завершенная наконечником с другой. Черт. Личное оружие, спец в тайдзютсу. На вид метров пять длинны - он же меня сейчас затыкает до смерти. Бежать? Или...
  Противник бросился на меня, сразу запулив свою цепь вперед, но я уклонился.
  - Искусство ниндзя: Вихрь сюрикенов!
  В замкнутом пространстве контролировать эту технику будет проблематично, но выбора остается немного. Создаю сюрикены сразу пачками, начиная вращать их вокруг себя. Пока они заряжены моей чакрой, я могу держать их во вращении в полуметре от себя. Правда, недолго - техника быстро проедала чакру. За несколько секунд вокруг меня образовалась область с активно вращающимися по орбите сюрикенами, штук этак сто. Делаю бросок десятком сюрикенов. Противник размахивает своей цепью, сбивая их, и сразу посылает ее острие вперед. Черт, как быстро. Наконечник болезненно врезается в правое плечо, а-й, больно! Все, теперь только не сплоховать. Запускаю вперед больше половины сюрикенов, а сам обхватываю цепь рукой, посылая чакру на печать в наручне. Противник отвлекается на сюрикены, начиная размахивать цепью, не обращая внимания на то, что ее конец все еще торчит в моем плече. Большая часть железок разлетается в стены, но несколько все же достигают цели. Секунда, и руки синоби безвольно обвисают. Все, у меня не так много времени, пока не исчез яд. Усиленный печатью дергаю цепь на себя что есть силы. Противника (почти взрослый мужик) все же сдергивает с места, и он летит на меня, понимая, что руки сейчас бесполезны. Он группируется, готовясь принять удар ногами. Чакру на левую руку, удар сбоку. Синоби не ожидал, открывается. Теперь чакру в ноги, удар снизу вверх, припечатываю к полу, а хотя к потолку, мы вверх ногами. А теперь оставшимися сюрикенами наотмашь: сил поддерживать технику уже нет, и часть улетает мимо даже с такого расстояния. Но все же не меньше трех десятков воткнулось в тело вызвав лишь еще более довольную улыбку на лице психа.
  - Отлично! Просто замечательно!
  Пока он еще должен лежать в параличе, выдергиваю из плеча наконечник цепи, уже достаю кунай, чтобы закончить начатое, но синоби оживает, в смысле, сбрасывает действия яда. Еще один Ли на мою голову. Он пинком отправляет меня в полет по коридору, начав глупо смеяться. По пути я пролетаю насквозь нескольких зомби, убеждаясь, что они иллюзорны. Или нет, один из мертвяков вгоняет мне свой меч в ногу, и я ощущаю реальную боль. Вот же...
  Достаю взрывную печать в надежде, что она хоть как-то их дезориентирует, ставлю, куда дотягивается рука, и вскакиваю сам. Маньяк уже топает в мою сторону, но пока не особо бодро. Разворачиваюсь и бегу от него со всех ног, насколько позволяет проткнутая нога. Сзади хлопает взрыв, а я использую дым и маскировку: все, лишь бы удрать. Обертываю вторую печать вокруг куная, заряжаю, насколько удается, и бросаю примерно в противника. Еще один мощный взрыв, изрядно встряхивающий пространство внутри гендзютсу. Пол подо мной трещит, и я проваливаюсь вниз.
  Один ноль в пользу неизвестного синоби с цепью.
  Удар о пол следующего этажа оказался достаточно сильным, чтобы выбить из меня дух, но, судя по звукам вокруг, прохлаждаться было пока рано. Черт, с ними надо что-то делать, а тот как-то затягивается этот бой. Вскакиваю, чтобы оглядеться. Среди небольшой толпы из пары десятков иллюзий мертвецов стоял еще один. Причем я отчетливо почувствовал запах разложения. Этот трупак выглядел иначе. Для проверки я создал сюрикен и запулил в него. Труп выхватил кунай и запросто отбил мою атаку. Но этот, похоже, был более реальным, чем остальные. Более того...
  Труп неожиданно начал складывать печати:
  - Высвобождение огня: огненный шар! - прохрипело мертвое тело.
  Труп попытался выдохнуть струю огня, и у него почти получилось. В меня полетел не слишком плотный поток пламени, я даже двигаться не стал, принял на костюм. А вот трупик начал гореть изнутри. В этот момент в голову ударила сильная головная боль, напоминавшая боль от гендзютсу. Или... Черт, как все просто, хотя я пока и не понимаю, где тут связь. Вызвал две иглы, напитал чакрой и тоже запулил в труп, сразу меняя позицию, чтобы убежать от остальных доморощенных зомби. Обе иглы пробивают тело, и изнутри вырываются уже более мощные струи огня, заливая все вокруг, а боль в голове усиливается.
  - Кай!
  Техника частично разошлась, я увидел трупы под ногами, и более знакомые и правильные очертания окружающего пространства. Но гендзютсу и не думало спадать совсем, просто этот трупак был как-то с ней связан, и, атаковав его, я слегка нарушил стабильность техники. Сориентировавшись, быстро потопал туда, где должны были быть союзники. В голове зрел простой план спасения: лишь бы успеть и лишь бы было, кого спасать...
  
  * * * * *
  
  Пятая Хокаге встала из-за стола и развернулась к окну. Когда ей предлагали стать главным синоби деревни, она, конечно, знала, что ее ждет много бумажной работы, но не подозревала, что насколько много. Если бы знала, еще подумала, стоит ли соглашаться. Мальчишка Наруто был убедителен - вспомнив о нем, женщина даже непроизвольно улыбнулась. И вот, из всех бумаг, в которые она зарылась, дошла очередь и до личных дел синоби и молодых гэнинов в частности. И сейчас на столе лежало сразу три открытых дела.
  Нет, то, что она просмотрела до этого, тоже было весьма интересным. Команда из джинчуурики, последнего Учихи и куноити с самым лучшим контролем чакры на потоке, из которой вышел бы отличный медик, да еще и с таким капитаном. Интересно, очень интересно. Команда из трех отличных следопытов, в обозримом будущем, по крайней мере, тоже неплохо. Классическое трио - Ино/Шика/Чо. Но со всеми этими командами все было понятно. Миссии ранга 'D', тренировки, все в таком духе. Но вот с командой, чьи дела лежали на столе, было нечисто. Совсем не чисто. Парнишка из семьи изготовителей лекарств и ядов, Данго. Он не должен был стать синоби, к тому же ирьенином. Куда больше ценности он бы представлял рядом со своим отцом, с которым Тсунаде даже была мельком знакома. Но он синоби, гэнин, и не только. Судя по записям в личном деле, он еще и сильный синоби, который вполне получит ранг тюнина, причем не по пути медика, что для него было бы проще. Несколько странно. А эта девчонка, взявшаяся будто из неоткуда. Каору. Приют? Где ей подарили такой посох? Как минимум необычно, подозрительно. Значит, либо этот приют изначально, скорее, прикрытие, либо она туда попала уже обученной и из другого места. Но как-то это уже слишком сложно. Ну и безусловный лидер, Минакуро Като. В семье сильных синоби не было вообще. С кланами, насколько хватало информации в генеалогическом древе, не пересекались. В Коноху семья переехала еще до последней войны, когда в младшей дочери открылись небольшие способности к контролю чакры. Правда, девочка вскоре стала гейшей. Тсунаде поморщилась: самая малоприятная участь для куноити - стать постельной разведчицей. И детей у нее не было, а следующий синоби появился уже через два поколения, но даже тюнином стать не сумел. И что теперь? Като. Что с этим парнем? И еще один важный вопрос: почему такая разница в количестве выполненных миссий? У Каору и Данго в личном деле прописаны уже три миссии ранга 'A' и два десятка миссий ранга 'B'. И все. На миссии 'D' ранга команду не привлекали в принципе. И что получается? Три бесклановых синоби, пропустивших этап тренировок и накапливания опыта на 'D'-шках, зато сразу начавших выполнять особые поручения? И, что самое смешное, статистика Като расходилась со статистикой напарников. Две миссии 'S' ранга! Как?! Где он успел в них поучаствовать? Семь миссий 'A' ранга! Да когда!? Он тюнином-то стал недавно! Как такое возможно!? Единственной пометкой, которая несколько объясняла сложившуюся ситуацию, были записи, сделанные в отчетах о миссиях. Кроме нескольких 'B'-миссий, не представлявших никакого интереса для Хокаге, все остальные отчеты имели абсолютно одинаковый вид:
  'Миссия проходит по категории АНБУ, информация засекречена. Отчет передан в библиотеку S2. Миссия выполнена'.
  И все. У АНБУ были несколько иные миссии и критерии их оценки по сложности. То, что обычных синоби было 'S' рангом, для них было всего лишь 'B', но тем не менее. Тот же Какаши имел за плечами уже с сотню специальных 'S'-ок, но где Копирующий Ниндзя, с его-то опытом и шаринганом, и где этот Като. Парень трижды проникал на охраняемые объекты вне селения? Вне территории Страны Огня вообще? Или сумел прибить какого-нибудь дзенина-отступника собственными руками? Иначе как еще понимать такие показатели? К тому же, он действовал в отрыве от команды, раз в их делах этих миссий нет. Да и о его костюме не следует забывать. Если вспомнить, с чего в свое время начинал Орочимару...
  Тсунаде непроизвольно поморщилась. Растить рядом с собой еще одного безумного гения ей совершенно не хотелось. Да и темная история с Миино Курама наводила на мысли. Парень попал в оборот, первому встречному 'спец'-миссии не поручают, кем бы этот встречный ни был. Тот же Майто Гай, пусть и умеющий изредка вести себя серьезно, никогда бы не получил такой миссии. А здесь какой-то гэнин.
  - Бито!
  Стоящая рядом Шизуне чуть вздрогнула то ли от голоса Хокаге, то ли от внезапно появившегося бойца АНБУ.
  - Да, Хокаге-сама?
  - Я хочу поговорить с Митараши Анко.
  - Будет исполнено.
  И боец испарился. Анко точно сейчас была в селении, так что найдут ее быстро, можно и подождать. А девушка оказалась пунктуальной, прибыв всего через десять минут.
  - Вы хотели меня видеть, Хокаге-сама? - в голосе почтение, но не уважение.
  У Анко явно были предубеждение по поводу компетентности сеннинов. Когда Тсунаде развернулась, девушка стояла в несколько расслабленной позе, а глазах играли ехидные огоньки. Анко признавала власть Пятой Хокаге, но пока не уважала ее.
  - Да, хотела.
  Женщина села на свое место и снова пробежала глазами по делу Като. Но вместо обычного в такой ситуации мандража, который Тсунаде ждала от Анко, та лишь ухмыльнулась, слегка оскалившись. Да, опыт общения с Орочимару, да еще и с Марино Ибики знакома совсем не понаслышке - после этого такие мелочи ей нипочем.
  - Как ты это объяснишь? - Тсунаде развернула папки к Анко.
  Та лишь бегло на них взглянула.
  - Что именно, Хокаге-сама?
  - Не, прикидывайся, будто не понимаешь, - поморщилась Хокаге.
  Спросить напрямую, значит, показать, что ей самой ничего непонятно. Так хоть оставался шанс сохранить лицо.
  - Отчеты находятся на хранении, дела заполнены верно. Что вас заинтересовало, Хокаге-сама? - даже не стесняясь ехидной улыбки, спросила специальный дзенин.
  - Минакуро Като. Рассказывай, с самого начала.
  Анко вздохнула поглубже, набрала в легкие воздуха и начала:
  - Синоби Конохагакуре. Ранг тюнин, получен по завершении последнего экзамена. Родился в семье...
  - Анко! Прекращай балаган! Почему у вчерашнего гэнина две миссии высшего ранга, да еще и у единственного в команде? Объясни!
  Девушка хмыкнула, но все же стала серьезней.
  - Като проходит как кандидат в АНБУ. Условно он уже туда зачислен, просто с этим не торопятся.
  Она на секунду замолчала. Тсунаде все поняла, ну, почти все. Парень выполнял поручения узкого круга заказчиков. А если учесть, кто такая Анко, то заказчиком выступал Хирузен.
  - На чем он специализируется?
  - В основном - проникновение, - будто смакуя это слово, отозвалась Анко. - Скрытно проникнуть, скрытно уйти, и никаких следов. Его выпускным экзаменом было проникновение на территорию клана Хьюга с целью выкрасть церемониальный чайный сервиз Хиаши.
  Тсунаде подняла бровь, с упреком глядя на наглую куноити. Анко, абсолютно не смущаясь под грозным взглядом, добавила:
  - Через три дня он вернул тот сервиз. Никто, кроме меня, его самого, и Третьего Хокаге, не знает, что это был именно Като. Также он неплохой боевик, но прямого боя не любит. Насколько мне известно.
  Да, теперь все вставало на свои места. Тсунаде едва сдержала ухмылку: бедный Хиаши, главное, чтобы такой экзамен не стал традицией для АНБУ. И ведь наверняка весь клан все три дня на ушах стоял, так что если украсть еще можно было, то вот забраться туда повторно... Скрытые операции, значит. Не слишком часто встречаются такие спецы. Сенсоров обмануть достаточно сложно, такие способности - почти редкость. Дело не только в обмане собственно бъякугана, там все намного сложнее. А раз парень это умеет, то без работы явно не просиживает. Остался лишь вопрос: насколько он сам предан Третьему? Ведь если предан, то при любых телодвижениях Тсунаде, о которых ему станет известно, сразу сообщит, кому следует. А у нее и так сейчас верных людей единицы. Но некоторые планы и мысли все же были.
  - Как он забрался так высоко в таком возрасте?
  - Талант, здравое мышление, осторожность и предусмотрительность, изоляционная тренировка. Ну и полное пренебрежение жизнями противников. Он умеет убивать и сражается на уровне, - девушка не скрывала гордости за ученика.
  Тсунаде поморщилась, не в первый раз за вечер.
  - Как только вернется с миссии, сразу отправь ко мне.
  - Конечно, Хокаге-сама. Что-то еще?
  - Нет, свободна.
  Анко удалилась, а Пятая устало выдохнула. Интересно, Хирузен просто использовал вовремя подвернувшегося мальчишку или готовил его к чему-то интересному?
  - Чем вас так заинтересовал этот Като, Тсунаде-сама?
  - У меня остались незаконченные дела, с которыми он мог бы мне помочь, - честно призналась последняя из Сенджу.
  У нее было много дел, с которыми такой спец мог бы помочь. Оставалось лишь проверить, можно ли ему доверять. На фоне Учихи, умудрившемся получить проклятую печать Орочимару, и Наруто, которым заинтересовались те, о ком пока вообще ничего неизвестно, парень казался белой полосой. А вспоминать про вновь начавшуюся возню между кланами и кучу прочих мелких неприятностей вообще не хотелось. Неужели еще есть люди, которые умеют решать проблемы, а не только создавать их?
  
  Глава 58.
  
  Почему-то снова поднялся наверх, хотя, вроде как, должен был быть там (или не должен?) и тут же уклонился от водной техники. Что-то вроде водянистой летающей пиявки промчалось мимо и прилипло к одному из иллюзорных трупиков. Каору. Все же посох, кроме всего прочего, позволял формировать куда более замысловатые техники, нежели обычный контроль. И дело вовсе не в силе или сложности исполняемого ниндзютсу, просто не всякий дзенин сможет использовать технику, основанную на стихии воды и направленную на одну единственную цель - сгустки чакры, формирующие иллюзии. Несложная, в принципе, техника, не требующая больших затрат, видимо, была весьма эффективна против очень сильного гендзютсу. Хм, я всерьез задумался о создании техник противодействия, но не сейчас.
  Короткая прогулка по коридорам сначала выявила наличие сразу нескольких пиявок, и лишь после этого я нашел напарников и старика. Странно, что поблизости не обнаружилось противников. Когда я попал в поле зрения сокомандников, короткий обмен взглядами и жестами подтвердил, что они - свои. Подойдя ближе, я понял, что старик удерживает какой-то барьер, толи делающий их незаметными для техники, толи просто отгоняющий иллюзии. А вот поспорить, что он удержит еще и того хмыря, от которого я недавно улизнул, я бы не решился.
  - Как вы? - вопрос ко всем сразу.
  Кивок от Данго, кивок с едва заметной улыбкой от Каору - все же она рада меня видеть, чуть-чуть. Старик хмыкнул.
  - Что будем делать? Не вечно же мне барьеры держать?
  Гендзютсу изменило структуру, и со всех сторон снова послышался треск стекла. Теперь, когда цели собрались воедино, плотность техники возросла: можно ждать второго удара. Да и наверняка где-то здесь еще синоби противника.
  - Мы смываемся, - ответил я.
  Две удивленные мордашки и ухмылка старикана.
  - Нам приказано ждать помощи! - напомнил Данго.
  - В пизду такие приказы, - я лишь отмахнулся, шагнув вперед. Барьер без труда пропустил меня внутрь защитного круга, - взрывные печати направленного действия по периметру. Мы спускаемся в подвал. Оттуда по потайным выходам подальше отсюда. Старик, можешь устроить прощальный фейерверк?
  Узумаки кивает, одобрительно глядя на меня.
  - Уже уходите? - снова типан с цепью.
  - Данго, печати, живо. Каору, прикрой.
  Наконечник цепи летит в меня, но налетает на подставленный кунай. Я же в момент его броска отправил в полет сэнбон, и пусть попробует уклониться. Кидаюсь вперед, не глядя назад. Плохо, но с таким противником приходится сосредотачиваться. Плечо, да и ногу, прожигает всплеск боли, но это цветочки - можно и потерпеть, лишь бы не замедляли. А поскольку укол острием прошел весьма удачно, не оборвав ткани, а боль в ноге была вообще фантомной, хоть и весьма ощутимой, драться я мог.
  Раунд номер два. Из-за спины вылетают... брызги? Водная техника накрывает целую область, а замешкавшийся из-за атаки скоростной иглы противник отойти не успевает. Дождик видимых повреждений не наносит, но я не я, если Каору не устроила какую-то пакость. Сближаюсь, но на рефлексах откатываюсь в сторону, уклоняясь от цепи, использованной на манер хлыста.
  - Искусство ниндзя: танец слепой смерти.
  Улыбка на лице противника становится шире - он рад, пока еще рад. Сюрикен в лицо, уклоняется, чуть отстранившись в сторону. Взмах его руки, а сразу за ней цепь, способная впечатать меня в пол. Опора на руку, переворот, сюрикен в голову, чтобы отвлечь, второй в руку, чтобы замедлить ход цепи, третий в тело, лишь бы ранить. От первого снова лишь уклоняется, второй не дает результата, хоть и попадает, третий отбит второй рукой, в которой уже зажат кунай. Нет, не зажат - летит в меня. Заканчиваю кувырок, успевая сместить точку приземления, чтобы уйти от оружия; чакру в ноги, толчок. Ступня вырывает из пола щепки, перекат под боком противника, чтобы оказаться за спиной, в движении запускаю сюрикены почти наугад, лишь бы не дать атаковать сейчас. Но он успевает развернуться, вновь замахиваясь цепью. Краем сознания отмечаю мастерство и умение. Хлопок дыма, иллюзия, почти на рефлексах, почти на чистом контроле - так затратнее, но быстрее. Вновь перекат, иллюзия в одну сторону, я - в другую. Синоби улыбается, переводя взгляд с меня на мою копию. Копия атакует, я подпрыгиваю. Противник усмехается, забивая на иллюзию и нападая на меня. Но левой рукой, без цепи. Блок доспехом, одной рукой, кунай со взрывной печатью второй рукой врезается прямо в его ладонь. Только так, вблизи только так. Он просчитал мой маневр, но и я предусмотрел контратаку. Чакру в ноги, толчок, печать концентрации, теневой клон, взрыв. Сюрикены летят уже с четырех рук, но бесполезно. Он ранен, ладонь оторвана, но он вращает цепь перед собой, отбивая мои железки. Как быстро, а ведь мы еще в полете от сильного толчка. Синхронно с клоном запускаем свой металл по хитрой траектории, в обход его защиты. Но он меняет вращение, и цепь вращается уже вокруг всего его тела, отбивая все сюрикены, со всех направлений. И в этот момент до меня доносится голос Каору:
  - Высвобождение воды: Замедление.
  Мы оба замечаем плотный рой капелек, будто застывший вокруг противника. Цепь, врезаясь в них, замедляется с каждым ударом. В глазах удивление и... восхищение. Такая простая техника, но как вовремя.
  - Искусство ниндзя: Направленный смерч теней! - выкрикиваю я вместе с клоном.
  Несколько сотен сюрикенов набрасываются на вражеского синоби. Клон развеялся сразу от слишком затратной техники, я сразу развеял иллюзии - и так выложился. Передо мной стоял утыканный сюрикенами, которые почти сразу развеялись, пенек. Подмена - в последний момент успел, гад. Один - один, силы равны.
  - Каору?
  - Переместился. Като, он отступил.
  Киваю. Бой длился не больше минуты, ну и скорость. Запрыгиваю в центр барьера, когда наш медик запускает печати. Бабах! И мы уже этажом ниже.
  - Повторить печати.
  Отовсюду полезли зомби, но барьер их не пускал.
  - Вот, держи, - старик протянул мне листок.
  - Что это?
  - То, что ты просил, - ухмыльнулся дед.
  Отдаленно напоминало взрыв печать, причем Каору смотрела на нее с едва скрываемым ужасом. Так, не трясти, чакру не пускать, не пытаться порвать. Эту штуку сделал Узумаки. И если он говорит, что рванет, у меня нет причин сомневаться, что это не разнесет все в округе.
  - Хорошо! Просто замечательно! Великолепно! Поразительно! Исключительно!
  Сквозь толпу иллюзий к нам шел противник. На лице уже не была и следа разума. Безумие. Жажда схватки. Вот же псих. Черт!
  - Продолжайте спускаться. Я отвлеку его.
  - Като! - хм, а забота со стороны девушки все же приятна. - Не будь идиотом, ты ему не соперник.
  Хмыкаю, собирая печать концентрации.
  - Не собираюсь я с ним драться. Теневой клон!
  Рядом появляется мой клон и выпускает в окружающее пространство дым, а я использую уже Хенге, превращаясь в мертвеца. Хорошо сражаться с безумцами. Клон срывается с места, атакуя противника сюрикенами, а я растворяюсь в толпе. Иллюзии натурально тупят, хоть и не признают меня за своего, но и накидываться скопом не торопятся, просто пытаясь порезать, пока я рядом. Синоби, держащий технику, уже наверняка выдохся и держится на чистом упорстве и упрямстве. Несколько раз меня все же царапнули, но фантомные боли приходилось смиренно терпеть. А слетевший с катушек синоби бросился на клона: пришлось набирать ходу, чтобы поспевать за ним. Сзади грохает взрыв, и команда скрывается из виду. Еще один этаж, и они почти на месте. Но противник уже нагнал моего клона цепью, развеяв его, и тут же развернулся, выискивая меня настоящего. Немного раньше, чем хотелось бы. Гендзютсу, все такое же слабое - простая иллюзия, мой силуэт, несущийся параллельно моему курсу, чуть опережая. Иллюзия добегает первой, синоби успевает среагировать, отмахиваясь от нее, но успевает остановить и меня, перехватив мою руку с кунаем. Его лицо вновь искажает ухмылка. Переворачиваюсь, используя его захват как опору и пинаю ногой в лицо. Но он не только отклоняет удар но и успевает резко пнуть меня в душу. Все же не та весовая категория - он раза в два больше и тяжелее. Да и разозлили мы его, вроде как, зря.
  Но приземлился я все же удачно. Пристенился, ха. Впечатался так, что едва ноги не захрустели при посадке, хоть и использовал чакру. Синоби резко кинулся ко мне, но я ринулся дальше по коридору. Здесь гендзютсу уже не работало и приходилось перепрыгивать окна, так как бежал я все так же по стене, а стекло могло и не выдержать. Вот развилка: коридор ведет прямо, но есть дверь в сторону. Прыжок с переворотом в сторону противника, запуск сюрикенов, хлопок дыма, еще клон, а я в маскировку и в поворот. Клон с минимумом чакры уносится по коридору, а я - в сторону. Противник, легко отбив сюрикены, замирает на той же развилке. На лице уже дикая улыбка. Маньяк, мля.
  - Я рад. Я так рад. Я доволен, да, я доволен.
  И помчался за мной. Какого? Он что, сенсор? Синоби вскидывает руку, и его цепь неожиданно удлиняется почти втрое, обмотав мне ноги и уронив на пол. Цепь тут же отскакивает назад - техника кратковременная, но я едва успеваю перевернуться и заблокировать следующий удар. Сука, шустрый.
  - Убью! - прорычал синоби.
  А вот хренушки.
  - Подмена.
  Острие цепи врезается в дерево. Пинок, максимально усиленный печатью, сбоку по голове, запускает противника в короткий полет до стены, и он пробивает ее своей тушкой. Не один ты так умеешь. Но, зная живучесть данного индивидуума, срываюсь с места. Так, поворот, еще один. Пробить вот эту стеночку взрывной печатью, твою суть, быстро расходую. Это столовая, а в ней технический канал прямо в подвал. Бегом к нему. Сзади раздается грохот, и за мной в столовую врывается и противник. Да что же ты такой шустрый. Противник рвется ко мне, снова запуская вперед свою осточертевшую мне цепь. Острие врезается в руку, на этот раз куда болезненнее - похоже, задета кость. Эх, почему только в кино в самый ответственный момент появляется помощь и всех спасает? Я бы сейчас не отказался от такой банальности, хм. Все, ребята, надеюсь, вы успели. Напитываю печать старика, клею к ближайшей стенке и срываюсь вниз по узкому каналу, слыша вверху гневный рык.
  Пробежка до первого входа, и тут меня уже ждут все трое, в целости, разве что слегка закопченные.
  - Уходим, иначе на себе узнаем, что за печать дал мне Синдзи-сама.
  Старик ухмыльнулся и первым рванул в проход. Лучше бы кого другого послать, но сейчас было не до того, и мы просто побежали за ним. Миссия продолжала скатываться в полную задницу, хотя уже сейчас была не фонтан.
  
  Глава 59.
  
  Взрыв раздался, когда мы были уже в тоннеле. Черт, что за параноики делали этот особняк? Хотя я готов их расцеловать. Где-то за спиной рванул, ни много ни мало, тактический боеприпас, а на нас лишь слегка пыль сыпалась с каменного потолка. Хорошо построили, на совесть. Проход за нами плотно завалило, и все, не сговариваясь, прибавили ходу. Успокоились только тогда, когда достигли выхода, скрытого какой-то мелкой хатой в глубине леса. Светает, неплохо повоевали, ага. В голове вертелось много эпитетов, обращенных почти ко всему миру, но высказывать их было просто лень. В какой-то момент Каору заметила рану на плече и подошла ко мне, внешне сохраняя отстраненный вид.
  - Ему нужна помощь.
  Данго кивнул, отдышался немного и принялся за лечение.
  - Ну как, детишки, еще не проклинаете тот день, когда со мной связались? - не упустил возможность поехидничать старик.
  Но его просто проигнорили. В сравнении с характером Анко, его подколки - детский лепет.
  - Интересная техника. Иллюзии, причиняющие боль.
  - Не только боль, - покачал головой Данго, - не будь на нас защиты, свалились бы от истощения. Они вытягивают нашу собственную чакру и направляют ее на разрушение организма. Это сильное гендзютсу. И я почти уверен, что оно клановое.
  Старик снова хмыкнул:
  - А он прав. Я даже могу сказать, какому клану эта техника принадлежит, - три вопросительных пары глаз были ему ответом. - Это одна из высших техник клана Курама.
  Данго напрягся, я перенес интересную новость легче. Еще ничего не известно.
  - Обязательно быть членом клана, чтобы использовать эту технику?
  Синдзи кивает:
  - Обязательно быть членом ядра клана. Старшая ветвь или особо приближенный. Делайте выводы.
  Каору с Данго переглянулись и уставились на меня. Хм, что вы так разнервничались?
  - Отступник. Или дружеский огонь, но маловероятно. Итак, Синдзи-сан, что в вас такого ценного? Кроме секретов вашего клана, конечно.
  Узумаки ухмыльнулся. Черт, а ведь и не скажешь, что старик улыбается, ухмыляется - грустно он все это делает.
  - А что, секретов клана недостаточно?
  - Чтобы схватить - да. Чтобы убить - нет, - поясняю я.
  Каору кивает:
  - Первые были отморозками. Так, пушечное мясо, не более. А вот вторая атака... Она была на убой. И мне кажется, что оба нападения были скооперированы. Правда, первым не объясняли, какая им уготована роль. И тот синоби, который напал на К... На нас. Я бы сказала, брать в плен не в его стиле.
  Но старик лишь отвернулся, не желая развивать тему. Мы переводили дыхание. Немного времени у нас есть, но как раз немного, а затем надо что-то делать. Оставался вопрос - что? У меня были варианты, но не сказать, что радостные.
  - Синдзи-сан. Наш разговор не окончен. Нам нужно двигаться, но сначала стоит решить, куда.
  - А как ты сам думаешь? - хмыкнул старичок.
  Каору напряглась - а ведь она всецело на моей стороне. Приятно все-таки. Данго просто продолжал меня лечить.
  - Самым простым вариантом будет попытка добраться до ближайшего опорного пункта. Там нас и защитят, и с начальством связаться можно.
  Логичный и почти правильный выход. Мог бы быть.
  - И что тебе не нравится в этом варианте? - продолжил больше спрашивать, чем отвечать старик.
  Пожимаю плечами:
  - Он очевиден. И оставшиеся противники первым делом проверят именно его. Да и это не в ваших интересах, если я все правильно понимаю.
  По совокупности микровыражений, которых просто дохрена, и перечислять все влом, скажу лишь, что при достаточном опыте на них обращают внимание чисто инстинктивно, он со мной полностью согласен. Задумался.
  - А если и так?
  Вновь беззаботно пожимаю плечами.
  - А вот здесь все в ваших руках. Расскажите, что именно вам нужно, возможно, мы найдем способ вам помочь.
  Узумаки задумался. У меня тоже было время подумать, хотя думать пока было рано. Старик явно владел техниками своего клана. И владел неплохо, возможно, таких же опытных мастеров, как он, уже и не осталось. А самое смешное, я ведь отлично понимаю, что его 'боевое' фуиндзютсу - мелочи, цветочки. Сложное искусство, адаптированное для активного боя. Может, сравнение про гвозди и микроскоп будет несколько перебором, но аналогия просматривается. Их искусство, клана в смысле, куда более тонкое и долгосрочное. А эти мелкие фокусы - так, показуха. Тем не менее его хотят убрать. Варианта здесь всего два - свои и чужие. Если чужие, то уверены, что захватить не могут, а так не достался нам, так не доставайся никому. Несколько радикально, но эффективно. Ну, и чужими руками через нукенинов, конечно же. Это наиболее правдоподобный вариант. Второй менее правдоподобен. Свои. Своим он был бы нужен, если из него уже не вытянули все, что только можно. Тогда только убрать, чтобы, опять же, не достался никому. И вот тут странность. А мы тогда зачем? Правильно, нестыковка. Оба варианта просто рабочие, все куда сложнее, но у меня пока нет достаточного количества фактов. Захват, как уже сказано, не рассматривается. Захват генов с трупа тоже. Узумаки - это не Учиха. Сами по себе гены и Кеккей Генкай в этом случае малополезен, куда дороже здесь знания и наработки.
  - Ладно, я ничего не теряю, если подумать, - решился, наконец, старик.
  Данго закончил врачевание. Мне даже пришлось сделать отдельный кивок Каору в благодарность и еще один в знак, что дополнительная забота пока не нужна. Н-дя, девушка попала. Геройство на поле боя с риском для жизни, оно способствует. Хм, эффект от всплеска адреналина и прочих гормонов, мысли так и прыгают совсем не в ту сторону. В общем, мы с интересом начали слушать.
  - Не так давно доверенные люди сообщили, что меня ищут. Я связался с теми, кто обещал мне защиту, - чуть подумав, добавил, - в Коноху.
  Неправда или не совсем правда. Что-то он скрывает.
  - Мне обещали новое имя, чтобы я смог снова исчезнуть из виду. Ну, а дальше вы и сами догадываетесь.
  Очень познавательный рассказ. Прямо-таки проясняет все и сразу.
  - Миссия усложнилась, - выдохнул я.
  Нас ждали в точке рандеву. Или предали свои же, что сомнительно, или есть крот. Почему не свои? Да все элементарно. Меня бы послали не защищать, а устранить. К чему такие заморочки, которые мы имеем сейчас? Крот более правдоподобен. Более сложные варианты с хитрыми комбинациями сейчас не рассматриваются - они картины не меняют. Дальше простой выбор. Либо мы просто умываем руки, что даже логично. Задачка, на первый взгляд, нам не по зубам. Оценили опасность и отступили. И никто нам никаких претензий предъявлять не станет, правда, и запас доверия упадет. Но был второй вариант. Как говорится, мы подумали, и я решил:
  - Есть временный выход из положения. Инсценировать вашу смерть, а вам под шумок отправиться в другую деревню. К чайникам, к примеру, там относительно спокойно. Полумера, но у вас будет время.
  Ребята идеей загорелись.
  - Инсценировать сможем? - это Данго.
  Киваю.
  - Используем еще раз такую печать, - кивок в сторону особняка, - и пусть сколько угодно тела ищут.
  - Я владею техникой мертвой копии, - напомнил Данго, - могу создать достоверный труп.
  - Тем более. С остальным... - многозначительный взгляд в сторону Синдзи, ребята, вроде как, не заметили, - разберемся по ходу дела.
  Про гипотетического крота пока молчу. Догадаются - молодцы. Нет - ну, меньше знаешь - крепче спишь. А вот на самого старика у меня виды. На будущее, так сказать. Он не так уж и стар, по меркам Узумаки, проживет долго, если хорошо спрятать, может еще пригодиться. Ха, живой, обязанный тебе Узумаки, знающий техники своего клана. Это же сокровище просто, как он вообще по улицам просто так расхаживает? А в голове зрел интересный план. Меня ввязали в какую-то хитрую интригу, но есть у меня идея, как всех обломать. А что, зря, что ли, так долго натаскивали на подобные выкрутасы?
  - Тогда какой план действий? - это уже Каору.
  - Идем на север, тут город недалеко. Относительно недалеко, по сравнению с другими городами. Дальше переодеваемся в гражданских и косим под, - я покосился на старика. Черт, его чакру будет сложно маскировать: вот почему среди "скрытых" специалистов АНБУ не было клановых - малое количество чакры маскировать в разы проще, - крестьян. Старик, ты умеешь закрывать свою чакру?
  Кивок:
  - Да, но только временно. Больше двух дней защита не продержится.
  - А мы так задерживаться и не собираемся.
  Моему спектаклю нужны были зрители, а значит, преследователей все равно привлечь придется. Но это позже.
  - Вот вам и план. Доберемся до границы. А дальше видно будет, что делать.
  Каору и Данго серьезно кивнули. Ну, вообще, мы уже не в первый раз по Стране Огня, как по вражеской территории ползаем. Конспирация, она такая. В последний раз работали против одного из важных советников Дайме, а это было чревато. Родина родиной, но на нас, причем на своей же территории, напали несколько сильных синоби, и еще не ясно, свои или все же чужие. Так что уходим в подполье. Похоже, мне добавят еще одну "S" в статистику. Хм, если доживу.
  
  Глава 60.
  
  Небольшой... даже не город, так, большая деревня. Скорее всего, просто местный административный узел. Несколько улиц, большой рынок, крупное административное здание, лавки, мелкие забегаловки, прочее, прочее, прочее. Для торговцев это была, так сказать, конечная остановка. Крестьяне охотно покупали то, чего здесь никто не делал. Красивая одежда, хорошие изделия из металла да и из прочих материалов. Специи. Торговцы брали по заниженным ценам сельхоз продукцию. По меркам синоби город располагался относительно недалеко от Конохагакуре. Ну, подумаешь, пару дней пути (на высокой скорости, естественно). Но для простых смертных это была дыра, до которой еще надо было добраться. Тем не менее на нескольких заведениях висели символы кланов Конохи. Сарутоби, Яманака, Акимичи, одно заведение с символом Нара. Их мы, естественно, обходили стороной. Было несколько заведений со скрытыми символами - не проходи я тренировки АНБУ, не знал бы. Но их мы сначала тоже обошли. Я потом туда наведаюсь, в одиночестве. Аккуратно разделились. Данго ушел вместе с Синдзи. У него была самая малая ударная мощь из нашей четверки, а у старика наиболее высокая, так что пока разделились поровну. Ага, ну и другой интерес у меня тоже был. Выбрали дешевую гостиницу. Выглядела она неплохо. Все же торговцев здесь останавливается много, так что деньги в городе водились. Сговорились быстро, оплатили на ночь вперед и за питание. Комнатку нам дали одну с двумя кроватями - такими были вообще все дешевые комнаты в этом городке. Для экономных торговых партнеров, наверное. Каору в простом кимоно, крестьянских сандалиях, с соломенной шляпой на голове смотрелась... забавно. Я не лучше. Один кусок ткани на поясе, закрывал тело почти до колен. Второй обматывал плечо и руку. Дешево и сердито. Таких вокруг бродили десятки. Краем сознания вспомнил, как выглядел мой старый мир, и усмехнулся. Нет, теперь я синоби, так что это не более, чем повод ухмыльнуться.
  Зашли, сели, сидим, ждем. Каору не решилась сама вызывать дождь, но он и так должен был начаться ближе к вечеру. Тогда она сможет почти не светить своей чакрой, да и "натуральный" дождик затронет куда большую площадь, так что не станет бельмом: "смотрите, здесь используют дзютсу!" Правда, радиус способностей девушки это не изменит, но проверить город все же будет не лишним. Синоби здесь точно есть, парочку я уже видел, но того, кто наслал технику, она могла вычислить, а большего мне и не надо.
  - Чем займемся до вечера? - спросила Каору, проверяя, не заметны ли ее кунаи на поясе под кимоно.
  Я сидел у окна и всматривался в прохожих. Интересная постановка вопроса.
  - А что, на вечер уже есть планы?
  Она пожимает плечами, что мне было видно в отражении. Стреляет в меня глазками, но как-то неубедительно. Подходит к своей кровати, которая так же в зоне моего обзора, ложится ногами ко мне и так приподнимает колено... Эх, была бы она не в шортах... А так она просто издевается, дразнит.
  По улице проходят троица тюнинов Конохи, видят меня, перекидываются парой слов и идут дальше. Остальные вообще не обращают внимания, у них и своих хлопот хватает. А вон и Данго со стариком, устроились в забегаловке в нашем поле зрения. По уму мне бы сейчас к осведомителю в гости зайти. Поспрашивать, что слышно в округе, да и отчет отправить. Но... Задание шло от Корня. Поверить в шпиона среди рядового состава синоби Конохи? Запросто. Шпион среди АНБУ? Уже маловероятно, да и информация у него будет ограниченная, касающаяся только его непосредственной работы. Естественный предохранитель, так сказать. Шпион среди Корня? Ха, даже не смешно. Численность у них маленькая. Затерять нереально. Да и каждого кандидата проверяют... Долго. Главный у них - грамотный мужик. Ограниченность ресурсов с лихвой компенсируется полным отсутствием информации о составе, численности, применяемых приемах. Ну, информация есть, но крохи, жалкие, скорее даже догадки. Атаки они проводят почти всегда неожиданные и весьма успешные. Если вообще проводят, предпочитая очень тонкую игру. Ликвидации в девяти случаях из десяти преподносятся как случайность или вообще как закономерное стечение обстоятельств. И никаких намеков на вмешательство корешков. Провалы и у них есть, но это скорее исключение из правил. Самый большой недостаток, опять же, - сильная ограниченность в ресурсах, не позволяющая создать крупную постоянную сеть. Системного подхода к проблемам нет, поэтому чаще выходит, что Корень - оружие последнего шанса, когда все остальное уже не сработало. Вот и накладываются определенные рамки.
  Напарник и старик закончили обедать и удалились. Поднимаюсь и иду к выходу, слыша, как девушка встает вслед за мной. Теперь нам предстоит пообедать под присмотром уже тех двоих. А что делать? Правила никто не отменял.
  По пути слежки я не заметил, Каору тоже выглядела спокойно. Удобного места под окнами знакомых незнакомцев не оказалось. А раменная мне не нравилась. Копия Ичираку из Конохи. Сидеть спиной к выходу, причем нам обоим, это как-то слишком. Заметив мои сомнения, девушка бодро зашагала вперед.
  - Давно я не ела лапши.
  Кормили хорошо. Полноватая женщина и ее сынишка обслуживали клиентов бодро и с душой.
  - Не хочешь зайти к нашим друзьям? Мы давно их не видели.
  Голос полностью нейтральный, лишь немного заинтересованный.
  - Может, позже? А то к вечеру дождь соберется, потом мокрыми возвращаться.
  Ага, вот посмотрим, кто у нас в соседях, а потом будем отчитываться. Кивает. Мы, подруга, против некоторых правил идем, а ты даже не хочешь узнать, почему? Хотя объясняться потом мне, ее это мало затронет. Или тот вопрос о доверии? Я же ответил на него положительно. Теперь просто доверяет? И это будущий АНБУшник? Хм, тебе еще учиться и учиться.
  - Наелась?
  - Ага.
  Вернулись в комнату. Я к окну, она на кровать. Остаток дня провели в молчании. Перед самым дождем Данго и Синдзи-сан снова появились в поле зрения, и медик получил от меня кивок. Язык жестов или даже полужестов. Не дергайся, на тот свет всегда успеем, а передохнуть нам все равно не помешает. Они ушли, и вскоре начался дождь. Девушка подключила свою технику. Молчим. В комнате нет света, так что почти сразу стемнело. Я с чувством легкой меланхолии все так же сидел у окна, прислонившись лбом к холодному стеклу. Вскоре Каору оборвала тишину:
  - Ничего. Пара тюнинов, несколько теней. Это все.
  Тенями называли тех, чья чакра была мала. Люди, так и не ставшие синоби. Или синоби, почти не имеющие способностей. Подделать ауру тени почти невозможно. Возможно, но это нерационально - слишком много мороки. Всех тонкостей я не знаю, но все известные мне сенсоры в один голос говорили, что тени разительно отличаются как от людей, так и от синоби. Чакра в них как бы спит, совсем. Любое применение техник оставляет едва ощутимый след, а со временем следы смешиваются в определенную общую картину. Так можно определить специалиста по гендзютсу или по определенной стихии. На языке сенсоров это "запах" чакры. Так вот тени не пахли. Будто призраки в мире синоби.
  Девушка отпустила технику, немного помедлила, и подошла ко мне.
  - Что дальше?
  - Ложись. Завтра подумаем. Я оставлю следящую печать, хлопнет, если гендзютсу кто-нибудь попробует наложить. А если и попробует, подумаешь, два гэнина, какой с нас спрос?
  Девушка еще немного помедлила:
  - А ты?
  - Сейчас тоже лягу.
  Она вернулась к кровати и стянула кимоно. Я повернулся к ней и начал наблюдать. Или все же смотреть? Или подсматривать? Каору заметила взгляд, стянула закрывающий грудь кусок ткани. Повернулась.
  - С чего вдруг такой ко мне интерес?
  - Я и раньше на тебя смотрел.
  Кивает, но отвечает:
  - Раньше ты смотрел не так.
  Поднимаюсь и подхожу почти вплотную. Тусклый свет с улице едва отражается в глазах. Темно, и ее эмоций мне не видно. Поднимаю руку и нежно провожу обратной стороной пальцев по щеке, лишь едва ее касаясь. Не отстраняется, но и не приближается. Рука продолжает движение. Шея, плече, край груди. Не хочу спешить, не сейчас. По ее коже пробегаются мурашки, но не от холода. Прикосновения немного непривычные, но реакция пока та же. Не "да", но и не "нет". Вновь касаюсь лица, так же от края глаза, по скуле, но теперь к губам. Едва касаясь. Я дразню ее, или же это она дразнит меня. А может, это взаимно? Я могу положить руку ей на поясницу, притянуть к себе, но тогда она однозначно оттолкнет меня. Ведь еще не дала согласия. Но позволяет дразнить. Зайдем чуть дальше и с другой стороны. Ладонь касается бедра и медленно поднимается вверх, через все тело, к груди. Едва касаясь, чувствительно задевая только сосок. Я хочу подразнить ее, а прикосновение вызывает дрожь в собственном теле. Легкая судорога предвкушения в спине. Ладонь остается на груди, едва касаясь ее, медленно, нежно. Снова задеваем сосок, и изо рта доноситься едва слышимый выдох. Новая судорога в спине. Наслаждение, предвкушение. Азарт охотника, вцепившегося в верткую добычу. Черт, что за сравнения? Откуда такие ассоциации? Пока левая ладонь играет с грудью правая вновь касается лица, на этот раз уже плотнее. Поглаживаем, и чуть-чуть тянем к себе. На лице улыбка, но она отстраняется. Нет, еще рано, мы еще недостаточно дразнили друг друга. Точнее все же она недостаточно дразнила меня. Пусть игра дается ей не легче, чем мне, но во мне уже кричат инстинкты. Спина и ноги слегка дрожат. Ладонь пробегается по волосам, мягкие, приятные. Хочется что-то сказать, уже набираю в грудь воздуха. Но ее пальце ложатся на мои губы, останавливая так и не появившиеся слова. Немая игра, по ее правилам. Ее рука на моем лице, играет с губами. Хочется поймать, поцеловать. Она же эмпат, пусть и слабый, но сейчас-то она меня ощущает. И наслаждается. Скрывать желание не вижу смысла. Наоборот, передаю его ей, надеясь быстрее получить желанное согласие. И доступ к такому желанному телу. Вторая рука с лица переходит на грудь, тогда как первая опускается ниже. Провести ладонью по ткани шорт, чуть сдавить. Ладонь сама переходит к паху, но тут ее перехватывают и перекладывают на шею. Но ее дыхание становиться все чаще. А вместо мурашек по коже от каждого прикосновения пробегают волны легкого напряжения. Рука перебегает на спину, и я чувствую судороги в ее теле. На каждое прикосновение к груди легкий порыв податься вперед, поддаться, позволить, разрешить, и лишь откинуться в наслаждении. Вторая ее рука касается моей груди. Я отрывая свою руку от нее лишь на миг, чтобы сбросить с плеча ткань, но возвращаюсь к приятному процессу. Игра, эта игра. Делаю шаг вперед, против собственной воли, уже едва способный соблюдать правила. Ладонь пробегается по ее лицу улыбающемуся лицу и, едва коснувшись ушка и охватившись за шею, тянет на себя. Поддается. Медленно, будто неохотно, но движется мне на встречу. И в паре сантиметров друг от друга наши лица замирают. Губы едва не касаются ее губ. Я чувствую ее дыхание, глаза уже не различимы во тьме. Страсть, но нет. Страсть не дает наслаждаться каждым мгновением. Она хочет наслаждаться и заставляет меня медлить. Моя ладонь снова скользит по ее телу до попы, чтобы снова притянуть к себе. И вновь она поддается. Я чувствую, как соски упираются мне в грудь, как напрягается ее тело, как она едва сдерживает первый стон. Как мне самому хочется застонать. Мое бешено бьющееся сердце сейчас почти невозможно не услышать. Но она все так же медлит. Дав мне приблизиться, насладиться моментом, не тем, что уже был, и не тем, что будет после. Предвкушение, желание. Теперь я, ощущая ее запах, чувствую и биение ее сердца, не такое быстрое, как у меня. Не такое сильное. Ладонь гладит попу и без разрешения проникает меду ног, резко, но нежно - одно касание, без нажима. Еще рано, не все ей дразнить меня. И девушка все же не сдерживает стон. Запрокинув голову протяжно выдыхает. Пальцы ощущают влагу, но ладонь снова уходит на спину, поглаживая, и каждым новым кругом задевая край шорт и чуть спуская его вниз. Целую ее шею, нежно, медленно, позволяя насладиться моментом. Ее руки уже ласкают в ответ мое тело, но сосредоточиться на свои ощущениях я не успеваю. Легкий рывок вперед с ее стороны, прижаться плотнее, голова одним движением оказывается параллельно моей, и ее губы чуть задевают мое ухо. Легкая ласка пронизывает тело взрывом наслаждения, я напрягаюсь, обхватывая ее тело. Она пользуется этим, передавая опору мне, а сама обвивает ногами мое тело и чуть трется пахом о выставленную вперед ногу. Чувствуя наслаждение мягкие пощипывания одними губами она превращает в нежные укусы, вызывающие в теле новые волны восторга. Но игра затягивается. Эта была игра тел, но это не были чувства. Она чуть-чуть отстраняется от меня лишь для того, чтобы найти своими губами мои. Поцелуй приносит какой-то... покой. Дразнящее меня тело куда охотнее отвечает на ласку, идет на встречу, поддается. Поцелуй, нежный, ласковый, долгий, неожиданно обрывается. Каору быстро отстраняется от меня, отступает на несколько шагов. В темноте не видно, но она улыбается. Игра еще не закончена. Шагнул в след за ней. Мой шаг вперед, ее назад. Но сдерживаться уже тяжело. Рывок вперед, и я прижимаю ее к стене. Не сказать, что она сопротивлялась, но успела закрыть мой рот ладонью. Ага, нового поцелуя пока не видать. Хм. Ладонь уже без препятствий пробегает по груди, и уходит вниз. Чуть задерживается на краю шорт, пальцы поддевают ткань и устремляются внутрь. Но медленнее, нежнее. Ее глубокий выдох, и отчетливое ощущение влаги на пальцах. Одно движение средним пальцем, и ее стон. Ее руки дергаются, но я быстрее. Перехватил, вытянул вверх, держа обе ее ладони вместе. Теперь моя маленькая игра. По моим правилам. Приближаюсь, вновь оставляя между нашими лицами сантиметры. Хочу слышать, чувствовать каждый ее вздох и стон. Ладонь начинает стимулирующие движения, пока очень осторожные и нежные. Дразнить, не спешить, медленно. Она закатывает глаза и начинает обрывисто дышать. Нет, мне нужен твой стон. Чуть быстрее, медленно, по нарастающей, наращивать темп. Нежно, не углубляться, не спешить, сдерживаться. Первые неконтролируемые стоны кажутся музыкой. Ее тело все меньше принадлежит ей, сосредоточенное на моих прикосновениях, сосредоточенное на ощущениях. Сначала медленные движения в такт, но затем все сильнее и быстрее. Желание, едва удерживаемое в рамках игры. Выражение наслаждения на лице, и все более громкие стоны. Ее движения, все больше просящие меня углубиться, зайти дальше, продолжать. А ее влага уже вовсю стекает по ногам. Уже почти судорожное движение тела, подходящий пик, но она находит, как меня обломать. Вцепившись в мои губы, она изливает все свое наслаждение в страстном поцелую, но не в протяжном стоне, которого я хотел. Ее тело расслабляется, снова, через легкий спазм, напрягается, но все же пока не подчиняется хозяйке. Губы наконец отрываются от моих, и она начинает судорожно дышать, восполняя нехватку воздуха. Поднимаю на руки теперь уже совершенно податливое тело и переношу на кровать. Нарочито медленным движением избавляю от остатком одежды. В нос ударяет теперь уже сильный запах ее возбуждения, срывая остатки моего контроля. Игры и прелюдии закончены. Ее лицо, улыбка, дыхание, каждое движение, желание, даже запах - все подтверждает мои мысли. Не нужно быть эмпатом, чтобы видеть это. Уже находясь в легком опьянении от страсти снимаю и с себя одежду. В ней нет ни капли страха, или я не представляю, как можно его запрятать в такой момент. Она девственна, нежным прикосновением, пока еще руки, убеждаюсь в этом. Да, наверное не многие могут похвастаться, что у них был такой первый раз. У меня крутилось много вопросов, которые стоило задать, но не сейчас. Сознание решило уступить место страсти, и дальше лишь наслаждалось процессом.
  
  Глава 61.
  
  Мой сон прервал шум дождя. Проснулись мы оба, но, кажется, она намного раньше и все это время наблюдала за мной. Каору улыбнулась благодарно, как другу, оказавшему помощь и поддержку. Да, это, наверное, именно то, что нам обоим было нужно. Разрядка. Киваю в ответ, ухмыляясь. Н-да, как же мне этого не хватало. Расслабиться. Или не так все просто? Оделись молча. Ничего не значащая ночь, и как же приятно, что Каору была в этом со мной солидарна. Во всяком случае, мне так кажется. Может чуточку позже мы еще вернемся к нашей маленькой игре, но не сейчас и не во время миссии. Всего лишь кивок друг другу - вот и все, что нужно сообщить, все остальное понятно и так. Каору чуть краснеет, вспоминая сегодняшнюю ночь. Не нужно быть эмпатом, чтобы понять, ей было приятно. Всеми силами сохраняю внешнее безразличие:
  - Позже об этом поговорим, - девушка бросает на меня неоднозначный взгляд, в котором перемешались множество эмоций разом, вызывая внутреннюю улыбку. - Мне тоже понравилось, но сейчас не время. Давай позже с этим разберемся.
  Кивок с ее стороны и чувство облегчения. Место и время встречи с напарником и стариком уже назначены, так что мы просто выходим на улицу и ведем себя естественно. Это не так сложно, как кажется. Быть собой и не пытаться играть чужую роль. Насколько мне известно, это достаточно сложное искусство. Быть собой. Немало шпионов погорело именно на этом в свое время. Вести себя естественно в абсолютно любой ситуации. Как будто все именно так и должно быть. Похоже, Каору все же это дается несколько сложнее, чем мне. Улыбаюсь девушке, слегка ударив в бок:
  - Все нормально. А детали ни Данго, ни тем более старика не касаются. Верь в себя и верь мне.
  Напарница бросает на меня неодобрительный взгляд:
  - Не веди себя так, будто ничего не было.
  Значит, для нее это все же что-то значит. Ну, это даже приятно. Складываю печати, закрывая нас иллюзиями, и тут же сближаюсь с ней и целую. Не закрываю глаза, как это делают многие, продолжая наблюдать за девушкой. Она краснеет - несильно, но заметно. Уже закончив добавляю:
  - То ли еще будет. Расслабься, я рядом и поддержу тебя. Опасаться совершенно нечего.
  Все же напарница прониклась моей уверенностью. Данго не столь проницателен, чтобы понять все по мелочам, а на мнение старика мне плевать. Но надо не забыть, что для напарницы это все же важно. Если бы я не знал Каору, поверил бы, что она влюбилась. Да и вопросов после проведенной ночи у меня осталось много. Один из самых главных: откуда у нее столько опыта, если она девственница? Да и других хватает, но сейчас не время об этом думать.
  Недостающих членов своей команды находим в небольшом ресторанчике. Они пришли раньше нас, и я вопросительно смотрю на Данго. Тот отвечает жестом: "слежки не замечено". Подходим и садимся напротив. Ресторанчик и вправду небольшой, всего с десяток столов. Да и народу немного. Узумаки самозабвенно поедает свой заказ: большой кусок хорошо прожаренного мяса со специями и жиденьким гарниром. Данго попивал какой-то сок, который принесли и нам, стоило нам сесть. Заказ все же сделали - небольшой завтрак не повредит.
  - Какие планы? - в лоб спросил Данго.
  - Все те же, - пожимаю я плечами, - идем дальше. Я связался с нашими, пока новых указаний не поступало.
  Каору бросила на меня задумчивый взгляд, но промолчала. Да, девочка, за это я тебя и люблю. Считай, что у меня есть причины не доверять Данго. А парень тоже кивнул, соглашаясь с моими словами. Все же мы не рядовая команда - никаких лишних вопросов и обсуждений. Командир сказал - остальные выполнили. Лепота.
  - А лишних нет? - решил все же уточнить напарник.
  Но Каору лишь покачало головой:
  - Ничего, все чисто.
  Старик со скрытой усмешкой смерил взглядом нас с Каору, отчего девушка немного напряглась, но промолчал. Ну и биджу с тобой, как ругаются в этом мире. По мне, упоминание чертей и всяких детородных органов как-то привычнее, но это незначительно.
  Все вместе встаем и идем к выходу. Первым делом собираюсь выявить наличие крота среди своих. Как? Элементарно же. Создаю клона и разворачиваю его в обратном направлении. Клон сейчас свяжется с соглядатаями АНБУ. И если нам на хвост снова сядут всякие супостаты, ответ однозначен. Рискованно в определенной степени, но оправданно. Лучше уж выявить степень возможного доверия к руководству сразу же, пока есть возможность, чем сесть в лужу в самый неподходящий момент. Мы уходим из городка, а клон убегает в обратном направлении: теперь остается ждать и быть начеку.
  
  * * * * *
  
  Неторопливо прошелся по городу, поглядывая по сторонам. Техника клонирования все же затратная, падла, есть куда более рациональные способы потратить чакру. Продолжаю гулять по городу, давая команде время, чтобы отойти подальше. Да, я сам создаю ловушку для возможных преследователей, но это еще не значит, что следует пренебрегать банальной осторожностью. Да, я перестраховщик, но несколько раз это уже спасало мою жизнь. Беспокоит меня другое.
  Я впервые играю в разрез с политикой деревни. Не сказать, что это личная инициатива: в Коноху, как символ, я верю, и деревне стараюсь служить по мере сил. Но... однако есть вещи, которые мне не нравятся, и есть вопросы, на которые мне не торопятся давать ответы.
  Корень заказал миссию по защите Узумаки Синдзи-сана? Могу поверить. Старик раньше работал с АНБУ? Тоже вполне правдоподобно - он мастер печатей, каких поискать. Послали нас? Вот тут начинаются противоречия. Не верю, что они всерьез собираются спасти старика. Уж не знаю, что там за история с ним связана, но убивать? Было что-то неправильное. Можно считать это чутьем или вообще чем угодно, но что-то тут нечисто. И что я собираюсь сделать? Вот тут и начинается самое интересное. Благо затеряться в этом мире все же на порядок проще, чем в нашем. Чтобы вывести старика из-под удара, вполне достаточно правдоподобно оформить его смерть. И у меня были планы. Как отогнать подальше обоих напарников - не фиг им лезть в мои маленькие интриги. И как скрыть самого Узумаки-сана, тоже есть мысли. Но сначала...
  Небольшой магазинчик был невзрачным и непривлекательным. Продавали здесь какое-то... Бесполезные вещи, в общем. Продавщицей и наверняка и хозяйкой магазинчика в одном лице была тучная женщина преклонного возраста, с интересом осмотревшая меня с ног до головы. В голове почти мгновенно мелькнуло: "гейша", пусть и бывшая. Есть в них отличительные черты, заметные тренированному взгляду. В смысле, пожелай она, чтобы я не мог заметить этих мелочей, и хрен бы я понял, кем она была в молодости - опыт не пропьешь при всем желании, но она не скрывалась. А я не акцентировал на этом внимания. Подошел, положил на столик рядом с ней необходимое количество монет, показал специфический символ Конохи в форме рисунка на медальоне, протянул шифрованную записку. Женщина сноровисто сгребла монеты и бумагу, улыбнулась мне и кивнула. Записка была вполне ожидаемого содержания:"Бла-бла-бла, цель с нами, движемся в направлении, выходим завтра утром, подверглись нападению... Бла-бла-бла". Адресовано... Да какая разница, кто захочет - прочтет, кто знает - поймет, остальные меня не интересуют. Дальше все просто. Выйдут преследователи на нас в течении суток-двух, можно смело списывать на предателя. Осталось понять, в какую игру меня втянули.
  Дохожу до безлюдного места и развеиваюсь. Раунд два не за горами.
  
  * * * * *
  
  Мей смотрела в окно, вертя в пальцах кончик волос. Вечный туман последнюю неделю еще более непроглядным, чем обычно. И рутина, которая уже успела надоесть. Если бы не неожиданные события, вносящие разнообразие в серые будни, было бы вообще уныло. Но вчера впервые с того момента, как она заняла пост Мидзукаге, ее удивили по-настоящему. Давно она уже не испытывала такого страха - едва не поверила, что ее дни окончены. На деле все оказалось не так страшно, но встряска получилась знатная. Мей выдохнула: советник сильно задерживался. Как он посмел задерживаться? Женщина подавила желание что-нибудь сломать. Удалось ей это с большим трудом - кротостью характера она никогда не отличалась.
  Наконец в дверь постучали.
  - Войди!
  Высокий мужчина в одежде дзенина с короткой стрижкой, татуировкой АНБУ Тумана на предплечье и лицом, украшенным несколькими шрамами. Надо найти ему второй глаз, подумала Мей, а то ее в дрожь при его появлении бросает.
  - Простите за опоздание, Мидзукаге-сама, - поклонился он.
  - Почему так долго? - бросила женщина, даже не разворачиваясь в сторону вошедшего.
  Мужчина выпрямился и заговорил вполне спокойно, будто все было нормально, и он не заставлял ее ждать.
  - Это оказалось труднее, чем я думал. Этот клан считался уничтоженным еще во время второй войны. Учитывая последствия гражданской войны и особенности внешнего вида представителей клана, удивлен, что кто-то из них сумел спастись.
  - Они были сильным кланом - меня лично совсем не удивляет, что у них хватило силы скрываться столько времени. Кетсуки. Я даже не знаю, как выглядит их символ.
  Мужчина кивнул, подтверждая ее слова.
  - Ну, что удалось выяснить?
  - Его семья скрывалась на острове Намазу. Смею предположить, что клановый Кеккей Генкай у его родителей не проявлялся, поэтому им удавалось скрываться. Об остальном могу лишь предполагать. Когда проявился геном у мальчика, селяне в деревне ополчились против его семьи. Резня пять лет назад - почти наверняка это его рук дело. В том, что он не обучался на синоби, я уверен. Страну Воды он не покидал, а найти здесь нукенина, который бы согласился обучать мальчика... не верится. И вот здесь начинаются странности. Нет клановых свитков, нет предков, которое могли бы передать знания. Как именно он развивал свои способности, мне лично неясно. Более того, он все же обошел всю нашу защиту и добрался до вашей спальни незамеченный. Без определенных знаний и навыков это невозможно. Как именно он это сделал, мне не понятно. Даже предположить не могу, где он всему научился. А пытать его мы не торопимся. Во-первых, сомневаюсь, что от этого будет толк. Кеккей Генкай клана Кетсуки сводит на нет большинство обычных пыток. А более жесткие... на мой взгляд, лучше сначала поговорить с мальчиком, прежде чем ломать его разум. Во-вторых, с момента, как его схватили, он не предпринимал попыток бегства, агрессию не показывал. Думаю, стоит его завербовать.
  Мей тяжело выдохнула, но мысленно согласилась. Странный мальчик, крайне странный. Ему ведь почти удалось убить ее этой ночью. В общем-то, ее спасла случайность. Самоучка, едва не убивший Каге - вот ее на смех поднимут, если кто узнает.
  - Расскажи мне больше про Кеккей Генкай Кетсуки.
  Мужчина кивнул, даже несмотря на то, что Мидзукаге не глядела на него.
  - Клан Кетсуки стоял во главе союза кланов еще до первой войны. Их способности всегда... впечатляли. Члены клана делились на две группы. Кариторики и Дорей, Жнецы и Рабы. Рабом объявлялся любой член клана, не имевший силы Чи Но Ко, Зова Крови. Они были обычными синоби, ничего особенного. Кариторики, пробудившие свой Зов, становились членами Совета Крови. Пришлось потратить немало времени, чтобы узнать хоть что-то об их способностях. Если не обращать внимания на легенды, картина становится... неприятной. У Жнецов нет обычной СЦЧ. Нет танкецу. Их чакра пульсирует прямо в крови и имеет множество отличительных свойств. Для сенсоров они невидимы. Пока способность не развита, сенсор будет принимать жнеца за обычного человека. Когда Кариторики увеличит свои способности, заметить его вообще становится невозможно. Они способны контролировать свою кровь, как клан Кагуя контролирует кости. Регенерируют с чудовищной скоростью. При определенном опыте способны влиять на кровь противников. Неспособны применять обычные ниндзютсу и гендзютсу, да и вообще любые "обычные" техники для них бесполезны. Слабостью клана всегда была малочисленность Кариторики. Зов Крови получал каждый двадцатый член клана. В том, что парень получил Чи Но Ко, я даже не сомневаюсь.
  Мей подавила легкую дрожь в руке. Как она и думала, ее спасло чудо. Парень просто не хотел ее убивать. Точнее, хотел, но не ее. Возможно, хотел увидеть кого-то другого. Но если он охотился за четвертым, появляется еще больше вопросов.
  - Я хочу с ним поговорить.
  Мужчина кивает, удаляясь. Женщина тяжело выдохнула. Ее чувства вопили об опасности, которую создает пленник. Появление представителя древнего сильного клана - это как минимум не к добру. Синоби с такими способностями всегда создают множество проблем. Да, потеряв треххвостого, Киригакуре и так лишилась едва ли не трети своей боевой мощи, и упускать мальчишку сейчас просто глупо. Вот только как заставить его сотрудничать?
  В дверь снова постучали, и в кабинет зашли советник, трое АНБУ и, собственно, пленник. Парень лет одиннадцати был связан и поставлен на колени перед столом Мидзукаге. Мей развернулась, осматривая мальчишку. Ничего необычного. Неплохо сложен, красивые темные волосы, едва достающие до плеч. Глаза закрыты, голова опущена чуть вперед. На лице отсутствующее выражение. И она не чувствовала его чакры. Интересно, как далеко продвинулся парнишка в использовании своих способностей?
  - У тебя есть имя? - спросила Мей.
  - Мое имя погибло вместе с моей семьей, - ответил парень.
  Мидзукаге с удивлением отметила, что ей страшно. Голос, этот голос. Точно таким же голосом с ней разговаривал ее отец, мужчина, переживший две войны. Холодный и пустой голос. В тоже время угрожающий и сковывающий. Женщине потребовалось некоторое время, чтобы сбросить наваждение.
  - Так как мне к тебе обращаться?
  Парень открыл глаза и посмотрел на нее. Мей окатило холодом и страхом, который она не показывала внешне. На нее уставились два полностью красных глаза с четырьмя белесыми закрученными вокруг центра томоэ вместо зрачков.
  - Кровь. Зови меня Кровь.
  - Кетсуки, - как завороженная, повторила Мей.
  Парень закрыл глаза. Давление "Ки". И насколько мощное.
  - Зачем ты проник в мою резиденцию?
  - Я жил спокойной жизнью вместе со своими родителями. Пока их не убили. Потом я захотел убивать. И убивал всех на своем пути. Но затем решил, что не стоит убивать безо всякого смысла. Мне захотелось отомстить за свою семью. Но убившие их уже были мертвы. А значит, следовало убить тех, кто был во всем виноват. А захотел убить Мидзукаге и начал готовиться, так как это было нелегко. Потом проник сюда.
  Женщина с трудом выдохнула и снова вдохнула воздух. В самом рассказе не было ничего особенного, но каждое его слово было пропитано жаждой убивать. АНБУ были напряжены, едва сдерживались, чтобы не начать делать хоть что-то, лишь бы не слушать дальше этого мальчишку.
  - Почему ты не закончил начатое?
  - Я подумал, если убью тебя, что мне делать потом? Убивать всех без разбора скучно. У меня не было своих врагов, зато у такого могущественного человека они наверняка есть, - в голосе появилась нескрываемая насмешка, которую Мей пришлось проглотить. - Я хочу, чтобы ты показала мне своих врагов, чтобы мне знать, кого еще можно убить.
  Кетсуки открыл глаза и начал подниматься. Его оковы развалились, разрезанные его кровью. Замки и печати, способные сдержать даже ее, Каге скрытой деревни, не могли удержать этого парня. АНБУ напряглись еще больше, но не решались атаковать. Кровавые глаза сверлили Мей.
  - Я буду убивать для тебя. Потому что ты слабая и не можешь убивать своих врагов сама. Я сделаю слабую самой сильной, убив всех, кто сильнее ее. Я убью их!
  Кровавая пелена исчезла из глаз, томои свернулись в черный зрачок. Парень резко побледнел и потерял сознание. Он бы упал на пол, если бы советник не подхватил тело. Спустя секунду мужчина обратился к Мидзукаге:
  - Он потратил все силы, чтобы снять оковы и вылить на нас свою жажду убивать. Силен, но запас чакры у него пока маловат. Что с ним делать?
  Мей развернулась к окну, борясь со своей дрожью. Но это был уже не страх, а предвкушение.
  - Защищать и обучать, чтобы он стал сильнее. Он станет оружием нашей деревни. Он станет моим оружием.
  
  Глава 62.
  
  Вторая неделя неспешного пути проходила совершенно спокойно. Нас никто не атаковал, ничего необычного вокруг не происходило. Шли себе пешочком, не торопясь, и проблем не знали. Скоро перед нами будет еще один город, и уже после него можно поворачивать прямиком в страну Волн. На словах мы двигались в страну Чая, но планы у меня были другие. То, что нас не трогали, было вполне объяснимо - бандитов от людных трактов периодически отгоняли синоби или наемники феодалов, для самих синоби мы интереса не представляли. Разве что Узумаки-сан, но он тоже умело маскировался. Я уже начал верить, что мы и от преследования оторвались, и своих я обвинил преждевременно и необоснованно. Ну, это даже к лучшему - меньше проблем. В такой ситуации даже можно податься на ближайший пост Листа и сдать дедушку туда, и так много времени потратили на это задание.
  Каору начала складывать свои длинные волосы в какую-то замысловатую прическу. Замысловатую, но... симпатичную. При этом старик всегда ехидно смотрел в нашу сторону, но помалкивал. Догадливый старый хрен, можешь завидовать, сколько угодно. Данго ничего не замечал или делал вид, что не замечает. В остальном все было спокойно.
  Еще один город на нашем пути. Чем-то принципиальным он от всех остальных городов Страны Огня не отличался, но все же был побольше. К востоку от него лежал еще один город, портовый, к слову. Крупный торговый порт, но гавань располагалась неудачно, и туда вела всего одна широкая дорога. Дорога в этот город, где и появился крупный торговый узел. Здесь уже можно было встретить торговцев со знаками клановой принадлежности из других стран. С усмешкой заметил группу торговцев, принадлежащих клану Дайямондо. Помнится, Сарутоби должны были их сильно поприжать, но нет, живут еще. К слову, нам тоже пришлось переоблачиться в торговцев. Так к нам будет меньше вопросов. Да и символ торговца из Конохи у меня при себе был. Несколько раз нас останавливали стражники города, единожды - команда синоби, но после пары вопросов отпускали. Шифроваться под торговцев без товара было несколько неправильно, но тоже можно. Была тут должность, которую можно было бы охарактеризовать как - торговый представитель. Называлась она правда Кейдон О Хэнсю Цурю, да и обязанностей и всяких разных услуг было куда больше, чем у просто "представителя". Это был и представитель, и адвокат, и еще черт знает кто. Я даже не берусь расшифровать полное значение этого словосочетания. Не смотря на то, что язык я отлично выучил за эти годы, думал все так же, на великом и могучем. Хм, сложнее всего было отучиться на нем ругаться. В общем, мы были этим самым представителями.
  Также команда несколько раз предлагала перейти на нормальную для синоби скорость. Бег по деревьям в темпе неплохого автомобиля. Но эти предложения я отвергал. Да, хвоста за нами не было - Каору его не обнаруживала, во всяком случае, хотя с периодичностью в три дня использовала свою технику. Но я тянул время. Все просто: в Конохе знают, где мы. Должны знать, я им сам сообщил. Если нас не преследуют, это хорошо. Но где обещанная в помощь команда? Вот-вот. Три дня назад, проходя через городок, я снова оставил о себе информацию у соглядатая. Все, от Конохи до сюда день пути в хорошем темпе. Либо придут свои, либо чужие, либо у меня паранойя. Последнее отметаем - нападение на особняк слишком однозначное получилось.
  В этот раз устраиваемся все вместе. Одна большая комната, все удобства, ага, в конце коридора. Но ничего, нам здесь только переночевать. Зашли, устроились. Путешествие моим напарникам уже успело поднадоесть, но ничего, ребята, привыкайте. Старику, вроде как, параллельно - ему наверняка не в первой. Ха, много ли я в этом мире видел старых синоби? Это второй? Или третий?
  - Устраивайтесь, я пойду закажу ужин, - отозвался я, выходя за дверь.
  Вышел, прогулялся до первого этажа, переговорил с хозяином. Вот все просто, и ничто не предвещало беды. Почти. Едва заметное головокружение и почти привычная тошнота. Гендзютсу. Ну вот вам и пожалуйста, ждал нападения и дождался. Не удивлен, даже наоборот, как-то радостно становится. Теперь я точно смогу привести в исполнение свой маленький план... если силенок хватит.
  Так, теперь сосредоточиться. Хозяин ничего не заметил, внешних проявлений я пока тоже не вижу. Прошлый раз красиво по всему особняку сразу приложили, мастера иллюзий. Не сомневаюсь, сейчас почти тоже самое, разве что создавать ходячие трупы не вижу смысла. Эффект никакой, а чакры наверняка тратят прорву. Если учесть, что некто накладывает вместе с гендзютсу еще и пространственно-временную технику, то тактика противника очевидна. Ну, не совсем очевидна, но я почти уверен: технику наложат именно на меня, как отделившегося от группы, и попытаются убрать в поединке. Разделяй и властвуй, нет ничего проще. По уму я сейчас должен пытаться прорваться к своим напарникам. Но, на любой план противника мы всегда может ответить непредсказуемостью. Прощаюсь с хозяином и топаю... на улицу. Вышел, подышал свежим воздухом, потопал в сторону рынка, там люднее. И хрен вы наложите технику сразу на такую толпу. Нет, обычное гендзютсу бы запросто наложили, но это-то необычное. Хотя по мозгам почти сразу прошлось повторное ощущение от неприятной техники, но, думаю, на этот раз что-то простое.
  - Эй, ты!
  Голос женский, почти девчачий. Недалеко. Голоса остальных людей как-то притихли, отошли на задний план. Люди вокруг обходят меня, но будто и не замечают. Интересно. Оборачиваюсь. И вправду девушка, лет девятнадцать. Неприметная, как и у меня, одежда. Волосы короткие, хаотично лежат на голове. В руках по саю. Интересная девушка, и ее, кстати, тоже не замечают. Я пока не напрягаюсь больше необходимого. После второго сообщения в Коноху я предпочитал пользоваться превращением, пусть это и более заметно для сенсоров. Так что под хенге был мой костюм. Стою, молчу, рассматривая девушку.
  - Это ведь ты дрался с моим братом? Да, я запомнила твою чакру.
  Сенсор? Ну-ну, посмотрим, с чего бы она вышла на меня в прямом бою. Хотя она, вроде как, тоже нападать не собирается. Девушка направляет правую руку с оружием на прохожих.
  - Делай, что я говорю, или я начну их убивать.
  Подавляю первый всплеск негодования и максимально спокойно отвечаю:
  - Валяй, мне все равно. Можешь даже тыкнуть в кого-нибудь пальцем, я его сам на тот свет отправлю.
  Ухмыльнулась:
  - Мне сказали, что в Корне одни отморозки, но чтобы настолько. Слушай, ты же понимаешь, что мы не пустим тебя обратно к твоим друзьям? Давай так, бой один на один. Не здесь, где-нибудь в стороне. Я хочу отомстить за брата.
  - А если я скажу нет? В городе есть синоби Конохи, им будет интересно с вами пообщаться.
  Снова ухмыляется. Значит, она считает меня бойцом Корня. Интересно. И все равно не боится вот так стоять и разговаривать. И кто после этого отморозок?
  - И что ты собираешься делать? - спрашивает она. - Нападешь на меня прямо здесь?
  Ухмыляюсь, сразу развеивая хенге.
  - А почему нет?
  Девушка побледнела. Что, не ждала такой подлянки? Да, если мы сейчас начнем драться, погибнут люди, уж не знаю сколько. Вот только сюда тут же сбегутся все окрестные синоби, кому не лень. А это все же торговый узел, и Коноховцев здесь хватает. Хотели нападать вдвоем на одного, а получилось...
  И как-то неожиданно гендзютсу развеялось, и нас сразу же заметили. Люди тут же начали шарахаться в стороны, им, похоже, уже приходилось видеть сражающихся синоби. А вот девушка была немного удивлена, а затем помрачнела и крепче взялась за оружие.
  Опа-па. Не прошел маневр. Точнее, против девчонки он как раз прошел, но не против того, кто держал иллюзии. О чем это говорит? Кто-то еще отделился от группы, и теперь третий синоби противника, если их трое, примется за менее сообразительную жертву. Девчонку в расход, лишь бы достаточно долго меня сдерживала. Она это знает, потому и мрачная такая. Предали, можно считать. Черт, а ведь меня провели. И не дай биджу, чтобы от остальных отделился старик.
  
  * * * * *
  
  Люди продолжали пятиться назад. На рынке, будто из воздуха, появилось два синоби. Девушка крепче перехватила свое оружие и изготовилась к бою. Парень в плотном костюме помедлил, но тоже приготовился к бою. Местным жителям приходилось видеть небольшие потасовки с участием ниндзя, но обычно они быстро заканчивались. И у этих не было протекторов Конохи или вообще каких-либо протекторов. Многие уже собирались звать других синоби на помощь или стражников города, на худой конец, но пока любопытство было сильнее.
  Девушка начала складывать ручные печати, причем делала это быстро, и оружие ей ничуть не мешало. Парень встряхнул руками, и вокруг него начали летать сюрикены. Девушка закончила технику и выдохнула плотным потоком тумана. Синоби в костюме потерял контроль над сюрикенами, и те разлетелись в разные стороны, падали на камни под его ногами. Но трех улетевших хватило, чтобы убить одного горожанина и сильно ранить еще двоих. Люди начали кричать и бросились в рассыпную, началась паника. Девушка рванула вперед сквозь туман, который ее ничуть не смущал. Парень был удивлен, что его техника не сработала, но справился с собой быстро. Летящую в него руку с саем он встретил куском брони, полностью поглотившим удар. Уклоняясь от удара второй рукой он резко присел, успев язвительно высказать:
  - Предсказуемо.
  Мощный удар снизу вверх подбросил противницу в воздух. Второй удар уже ногой неожиданно легко прошел сквозь водянистое тело.Подмена на водного клона. Девушка разлетелась водными брызгами. Парень фыркнул, попытался использовать технику клонирования. Не вышло. Негромко выругавшись, попытался отступить, но нарвался на мечущуюся в панике толпу. Люди толкались, он хотел бы затеряться среди них, но неожиданно правую руку пронзила боль от воткнувшегося острия сая. Толпа и туман противницу не беспокоил совершенно. Почти на инстинктах парень выпустил в воздух слезоточивый газ. Но снова провал. Туман поглотил газ, нейтрализовав все его действие. Лезвие сая повернулось, вызываю еще одну вспышку боли, парень отмахнулась, но противница уже ускользнула. Навязанный ему стиль боя категорически не нравился. Чутье на опасность у него не было так хорошо отработано, но все же срабатывало. Временами. Новый укол он вновь пропустил, сумев лишь слегка отодвинуться, и лезвие прошло по касательной.
  Снаружи подбежало несколько синоби Конохи. Туман покрывал совсем небольшую область, и они хотели разогнать его. Но их техники не принесли особого эффекта - плотный пропитанный чакрой туман, будто двигавшийся за кем-то внутри себя, не желал даже немного ослабевать, не то, чтобы развеиваться полностью. А мечущиеся повсюду люди только усугубляли дело.
  Парень все же успел почуять опасность и применил подмену до удара. Лезвие сая вонзилось в древесину, а он успел ударить девушку левой рукой. Второго удара не вышло, она вновь распалась брызгами. Парень вытащил свою печать для подмены, приложил ее к пню и, пустив чакру, вновь запечатал его. Повтор атаки, и он вновь успел воспользоваться подменой. Но на этот раз девушка этого ждала и сама приложила его второй рукой, оставив на груди глубокую царапину, после чего вновь исчезла в брызгах.
  - Ну все, ты у меня допрыгаешься.
  Новый удар. Но вместо подмены парень просто встречает лезвие своей правой рукой. Сай пронзает ладонь, прорываясь в плоть по самую гарду. Второй рукой парень успевает перехватить второе оружие, и все же пинает девушку усиленной печатью. Хрустят ребра. Противница выпускает застрявшее в руке оружие и вновь отступает. Парень, сдавив зубы от боли, хватается за рукоять, собираясь вытащить ее из руки.
  - Высвобождение молнии: Цепная Молния!
  Пытаться бежать бессмысленно, парень группируется. Костюм поглотит хотя бы часть удара. По туману проносится сильный разряд. Костюм он не пробивает, но врезается в сай и обжигает руку сразу смесью болезненных ощущений. Удар током, обжигающе горящее лезвие, опаляющее плоть вокруг себя, режущая боль во всех царапинах. Техника проходит быстро. Парень быстро вливает в себя обезболивающее, а заодно наркотики и стимуляторы. Не ожидал он встретить такого противника, ой не ожидал.
  Лезвие из руки он все же вытащил, рыча и шипя от боли. Вызвал сюрикен и вложил его в кровоточащую ладонь. Плотный, напитанный чакрой туман не позволял ему контролировать полет сюрикеном своей чакрой - вполне ожидаемое слабое место техники. Но вот обмазать сюрикен собственной кровью, и пусть кто-то попробует сбить его контроль. Новый выпад противницы, но в этот раз в нее летит окровавленный сюрикен, все же нашедший свою цель. Металл пробивает плоть немного выше сердца, вырывается из-за спины, и улетает в неизвестность, заставляя девушку кричать от боли.
  - Промазал, - хрипло высказался парень.
  Девушка вновь сделала подмену. Не желая продолжать такую игру, и еще раз попадать под электрошок, парень тоже использовал подмену. Запрыгнул на пенек и повторил подмену, выстраивая пеньки столбиком. Туман не позволял слишком быстро двигаться или высоко прыгать. Девчонка была ранена, а что делают раненые хищники? Атакуют еще яростнее, не жалея себя.
  Следующий прыжок, и парень вырывается из тумана, тут же бросая вниз сразу несколько взрывных печатей. Его в полете перехватывает один из синоби Конохи, крутящихся рядом, и самого взрыва он не видел, но людей поблизости было еще много - расходиться они никак не желали, поэтому кого-то задело, во все стороны полетела кровь и ошметки тел.
  - Ты кто?
  Вместо ответа парень вытащил символ доверия. Синоби поморщился, но кивнул.
  - Какого биджу здесь происходит?
  - Нападение на курьера, - хрипло отвечает парень. Удар молнии не прошел для него бесследно.
  Они запрыгнули на крышу и синоби поставил его на ноги. Хотел еще осмотреть руку, с которой почти ручьем текла кровь, но не успел. Сзади раздались удары металла о металл и характерные всплески крови в перерезанных глотках. Девчонка, отплевываясь кровью, держа рану левой рукой, будто пыталась остановить кровь, вполне успешно отмахивалась от противников правой рукой со слегка почерневшим оружием. Она уже зарубила тройку синоби и нескольких гражданских и сейчас отпрыгивала от вялых попыток тюнинов завалить ее ниндзютсу.
  - Иди, - махнул рукой в сторону медленно умирающей, но все же дорого отдающей свою жизнь девчонки парень в костюме.
  Но стоило синоби Конохи отвернуться, как парень использовал невидимость и скрылся с поля боя. Девушка, воткнув в горло еще одному попавшемуся под руку человеку сай, огляделась. Ее цели рядом не было, и сил использовать способности сенсора уже не оставалось. Взревев, она бросилась в фатальную для нее последнюю атаку.
  
  Глава 63.
  
  Тварь! Рука дрожала от боли; если бы не пачка обезболивающих, которые я себе влил, либо корчился бы в муках, либо просто бы потерял сознание. Но даже так руку жгло нещадно. Эта сука просчитала меня, не дала перехватить удар и все равно вонзила лезвие так, что я прямо там едва не заорал от боли. Остановился у какой-то стенки, чтобы перемотать ладонь бинтами, хоть как-то перемотать. Времени было мало - оставшийся противни (почти наверняка дзенин) уже напал на отбившегося от остальных напарника... или напарницу. Так, стоп, гнать эти мысли. Не отвлекаться. Пока я не перевяжу руку, буду только мешать. Не думал, что стану за кого-то беспокоиться, не думал, что способен на это. Все, надо оценить ситуацию. Почти наверняка третий противник мастер гендзютсу. Четвертого нет, иначе они бы вышли на меня вдвоем с той девчонкой. Гендзютсу. Кроме меня ни у кого из нашей троицы практически нет защиты. Да и моя действует не всегда. План, мне нужен план. Итак. Пункт первый: найти отбившегося напарника и желательно противника.
  Завязав тугой узел, стараясь даже не вспоминать, в каком состоянии находилась моя рука, кое-как натянул рукав костюма. Пусть он и пожжен, но маскировку я использовать еще могу. Все, бегом, вперед. Несколько прыжков, и я у нашей гостиницы. Никаких следов боя, хотя бы внешних. Еще ни о чем не говорит, но все же. Два прыжка, и я у окна. Стучу - код уже отработан. Открываю, медленно поднимаю голову к проему. Старик задумчиво смотрит на меня, Каору стоит с посохом наизготовку.
  - Като?
  Сознание порезала волна облегчения. Все же, если выбирать... Лучше вообще не выбирать. Запрыгиваю внутрь.
  - Куда он ушел? - спрашиваю.
  Вижу на лице девушки желание задать свои вопросы, но мы не рядовые синоби. Старший спросил - надо ответить. Сам расскажет все, что необходимо.
  - Вышел искать тебя.
  - Черт. На меня напали. Один противник... уничтожен. Остался, предположительно, еще один. Мастер гендзютсу. Используй технику, найди их!
  Девушка кивает, сразу начав движения посохом. Держись, приятель, мы скоро к тебе присоединимся. Старик осматривает мою руку, спрашивает:
  - Ты еще собираешься драться?
  - Да! - даже не раздумывая отвечаю я.
  Если не драться, то хоть оценить, насколько бой вообще возможен. Четверо на одного - все же шансы не на стороне противника.
  - Могу помочь с рукой. Опасно, но время на бой у тебя будет.
  Каору чуть не сбилась с концентрации, взглядом оценивая мои повреждения. Хорошо, что не видать ничего.
  - Ты же не медик.
  - Печати бывают разные, - философски ответил Узумаки. Странно, не замечал раньше за ним таких высказываний.
  - Делай.
  - Като? - девушка все же не смогла скрыть беспокойство.
  - Все нормально, жертвовать собой я не собираюсь.
  Она даже не представляет, насколько это правда.
  - Дай сюда руку и не шевелись, - сказал старик, доставая из свой сумки чернила и кисть.
  Пока Каору подготовила технику, старик закончил нанесения печати. Поставив последние штрихи, он сообщил:
  - Будет как здоровая, пока чакра в печати не иссякнет. Потом... Сам увидишь.
  Киваю - а то и так не понятно, что меня вполне смогут укоротить на одну руку, если не буду осторожен.
  - Нашла. Они на окраине города, удаляются.
  Хорошо, меньше лишних людей вокруг. Использовать местных синоби - это, конечно, неплохо, но что-то я сомневаюсь, что они и во второй раз нам помогут.
  - Ноги в руки и бегом, - командую я.
  - Тебе не приходило в голову, что он нас выманивает? - назидательно заметил старик.
  - Приходило. К биджу все, нас больше, а гендзютсу тоже не всесильно.
  Больше вопросов не было, и мы рванулись за напарником. Рука действительно ожила, болеть, правда, не перестала. До поры расслабил ее, чтобы не повреждать сверх надобности. За город выбрались быстро. Эта дорога вела к портовому городу и была достаточно людной. Небольшой дождичек людей, похоже, совсем не смущал. Девушка уверенно вела нас вначале по дороге, а затем свернула в лес. Логично: чем меньше целей в зоне действия локальной техники, тем меньше она жрет. Приступ тошноты и резкой боли в голове, и я замираю прямо на ветке. Старик пробегает не многим больше меня, прежде чем так же остановиться. А вот Каору мчится вперед, не обращая на нас внимания.
  - Быстрее, вон они! - кричит она.
  Сплевываю, понимая, что кричать в ответ уже бесполезно. Локальная техника, а девчонка принимала информацию от своей поисковой техники и была более подвержена иллюзии, чем мы. Тварь! Не подумал! Правда, всерьез навредить ей сейчас может только сам исполняющий технику, а он должен быть занят боем с Данго. Наш медик, хоть и был медиком, но постоять за себя был вполне способен. Я надеюсь.
  Нагоняю сначала старика, а затем держусь на дистанции от Каору, чтобы не выпускать из виду. Чем дальше мы заходим в лес, тем сильнее чувство тошноты. Техника не статична, синоби постоянно поддерживает ее своей чакрой. Затратно, но от такой техники не избавиться простым "Кай!". И чем ближе к источнику, тем сильнее воздействие. Меня спасал костюм, сложенный с природной сопротивляемостью, да и то не особо сильно. Мир вокруг уже начал медленно плыть. Иллюзии не появлялись, но я начал неверно определять положение объектов, пару раз едва не промахнувшись ногой по ветке. Если бы не рвавшаяся вперед напарница, фиг бы я туда полез прямо вот так.
  Каору неожиданно скрылась из виду, а еще через несколько мгновений я сам едва не вылетел на небольшую просеку, оставленную коротким, но интенсивным боем. Всюду были раскиданы поваленные взрывными печатями и тросами Данго деревья, многие ветви на оставшихся подрезаны. Листва опалена. Каору влетела на поле боя, тут же начав формировать технику. Вот только направление ее взгляда давало понять, что она отчетливо видит иллюзию. В стороне от нее, куда она даже не смотрела стоял Данго, размахивал руками и швырял сюрикены. Он все пытался использовать "Кай", но безрезультатно. Противник стоял за его спиной, всего в паре десятков шагов.
  Высокий синоби в форме АНБУ. На лице характерная маска, хер его поймет, кого олицетворяющая. Нинзято, правда, уже в правой руке, а не в ножнах, левая сложена в печати, поддерживающей технику. Кажется, на Каору он даже не обратил внимания - та все равно уже в его сетях. ПсевдоАНБУшник резко сближается с Данго и заносит меч для короткого удара. Мать твою!
  Почти на инстинктах выхватываю сюрикены левой рукой и швыряю в противника. Швыряю я метко, но все железо улетает метра на четыре левее. И это не промах - это гендзютсу заставляет мне видеть все не совсем так, как есть на самом деле. На Данго и Каору действует в полную силу, и они с виду вообще потерялись в ориентировании. А у меня всего смещении на пару метров. Но...
  Противник наносит короткий удар куда-то в тело Данго, и тот замирает на месте. Черт! Я же знаю этот удар. Это, биджу его под хвост, смертельный удар, только вот умрет Данго далеко не сразу. Черт! Еще сюрикены, снова только левей, уже с поправкой на смещение. Первый, второй, третий, есть. Противник вытаскивает меч и отскакивает в сторону, переводя взгляд на меня. Чувствую, как начинает наваливаться тошнота, но я уже швыряю железки в него, и сам сближаюсь. Ему приходиться уклоняться, сбивать летящий по биджу угадай, по какой траектории, сюрикены, почти невозможно. Он отпрыгивает, не успевая достаточно сконцентрироваться. Я сближаюсь. Все, дистанция удара клинком. Он заносит меч.
  - Замена.
  Металл врезается в дерево, разнося его на части, но я уже пинаю в маску с усилением от поножен. Блокирует рукой, которой только что удерживал технику, но удар все равно сильный. Он отлетает, техника развеивается. Я тоже отступаю, прыгая на ветку к Данго. Спохватившаяся Каору тоже прыгает к нам, не спеша использовать свои техники. Ах ты же... Да она все это время пускала чакру в пустоту, садила разными техниками, но не туда, просто выдохлась. Вот же гадство! Вот почему этот урюк даже ухом не повел, когда она появилась - отработанная техника, видимо. И я не заметил, черт!
  Сидим. Я просто дышу и лихорадочно соображаю, как выкручиваться. Каору пытается оказать первую помощь Данго. Узумаки в кустах, там ему пока и место. ПсевдоАНБУшник, потирая ушибленную руку, рассматривает нас.
  - Старик! И этих детишек отправили на твою защиту? Коноха хиреет на глазах.
  - Эти двое уже убили двоих из вас, - вставляю я.
  Немного потянуть время. У меня есть план, но мне нужны секунды, чтобы просчитать детали. АНБУшник отмахнулся:
  - Один был идиотом. Вторая мне только мешала. Ты сделал доброе дело, избавив мир от этой парочки.
  А голос спокойный, без эмоций. Не удивлюсь, если он действительно бывший член АНБУ. Вот только плохо я себе представляю "бывших" АНБУ. Хатаке не в счет, он все еще условный капитан. Кто же этот хрен?
  - Всегда рад. Думаю, еще одного отправить на тот свет, и хватит добрых дел на сегодня, - ага, просто охренительная шутка. Это у меня такая реакция на стресс? Вроде не замечал за собой раньше, - Каору. Данго на плечо, и вали отсюда. На ближайший пост. Ему плохо и срочно нужна помощь.
  Девушка дернулась, собираясь возразить.
  - Вали! Живо!
  Я готов был поклясться, что АНБУшник улыбается под маской.
  - Хочешь пожертвовать собой? - ехидно спросил он.
  Да, да, ублюдок, так и считай, молодец.
  - Каору! Ты еще здесь? Я сказал - Прочь!
  Она все же послушалась, неловко закинула напарника на плечо, помедлила чуть-чуть и бросилась бежать.
  
  Глава 64.
  
  Я успел выхватить сюрикены и метнуть их в противника, чтобы не мешал отступлению, но тот лишь сместился назад, даже не думая кого-то преследовать.
  - Ты снова ошибся. Моя цель - старик, мне нет до вас дела.
  Верно, верно, молодец. Ты тут самый умный, так и продолжай считать. Пункт плана номер два: завязать бой и произвести тактическое отступление. И не подохнуть в процессе.
  Дождь прекращается, и как-то неожиданно просеку освещает солнце. Противник начал складывать печати. Гендзютсу - это не ниндзютсу, там одними печатями сосредоточения не перебьешься, здесь сложная техника спешки не любит. Легкий гул в голове, и я уже метаю в него сюрикены. Тварь! Первые три уходят немного правее, а следующие не успевают. Правой рукой я все еще почти не пользуюсь, ой как не хочется мне ее терять.
  Он применяет технику, и в голову ударяет сильная боль, заставляя упасть на колени. Несколько секунд в отупении зажимаю голову руками. В ушах гул, пытаюсь открыть глаза, все плывет. Плывет, да не все. Справа от меня появляется тень. Не двигаюсь, подпуская ближе. Ближе, ближе, ближе. Получи! Всполохи дыма и пачка сюрикенов летит в противника. Из-за дыма и продолжающегося приступа морской болезни не вижу, попал, или нет. Но скорее уж попал - отогнал точно.
  Сам тоже резко отпрыгиваю, тут же слетая с ветки, не рассчитав силы прыжка, и едва успеваю зацепиться чакрой за ствол. Сверху появляется едва различимый в дыму силуэт и тут же прыгает на меня. Взгляд скользит по стволу и не находит тени. Игнор. Иллюзия проносится мимо, виртуозно взмахнув несуществующим мечом. Я оглядываюсь, заметив стоящего в стороне противника. Памятуя о технике сбивания прицела, швыряю сюрикены разрозненно, больше по площади, чем по цели. Все мимо. Черт, да он издевается надо мной. Ослабляю контроль, начиная с ускорением съезжать с дерева, аки сноубордист. Давай. Спускайся вниз. Следуй за мной, у меня для тебя сюрпризы.
  Скатываюсь почти до уровня земли. Он неподалеку - ему нравится игра, нравится чувствовать себя хищником, который загоняет добычу. Но здесь солнце создало такую игру теней, что ему ни в жизнь не создать точную иллюзию. Сплетение веток и листьев, легкий ветерок и яркое солнце - ад для внешней техники. А пробиться прямо внутрь моей головы он не может - костюм никуда не делся, и чакру он пусть и не останавливает, но сбивает, осложняет контроль, создает помехи.
  Складывает печати, изменяя технику. Что на этот раз? Вокруг появляются десятки его клонов вперемешку с иллюзиями. Да, все правильно. Если сложные техники дают сбой, вернись к самым примитивным и эффективным. Теневой клон хрен вычислишь, если не сенсор, да и от иллюзии отличить сложно. Но...
  Складываю печати, создавая своих клонов. Двое. Клоны хмуро достают кунаи, как и я. Ты не любитель дистанционного оружия, уж не знаю, почему. А если и захочешь им воспользоваться, есть у меня и на это ответ. Клоны и иллюзии прыгают в атаку, я со своими начинаю отбиваться. Тактика изматывания. Самая простая, но эффективная. Бой один на один, Узумаки мне помогать не полезет - у него нет защиты от прямого воздействия гендзютсу. Измотать меня и нанести последний удар. Все так. Все так, как мне нужно.
  Бой тяжелый, но в чистом тайдзютсу я сильнее - не его специальность все же. Клоны держатся, огрызаются сюрикенами, машут кунаями. Я тоже держусь. Держусь и готовлюсь. Нелегко прямо во время поединка, отбиваясь от ударов и отвечая на выпады, концентрировать чакру и готовить контратаку. Клоны противника наседают, начинают швырять сюрикены и кунаи с дистанции. Все, понеслась.
  Выкидываю дымовую шашку, самую обыкновенную, с плотным реальным дымом. Складываю печать концентрации, слыша, как хлопает защитивший меня своим телом клон, использую уже едва не забытую технику:
  - Искусство ниндзя: Смерч теней!
  Секунда, и вокруг меня начинает образовываться плотное облако летящих во все стороны сюрикенов. Вторая, и облако становится лишь плотнее. Третья, и остатки вложенной чакры выбрасывают еще немного сюрикенов, а я лишь наблюдаю, как их плотный поток летит во все стороны, сметая клонов противника, не ожидавших такой подлянки. Клоны, что вступили в ближний бой, защититься не успели. А вот сам противник и несколько клонов, атаковавших с дистанции, все же скрылись за стволами деревьев. Теперь теневой клон, вырвавшийся из дыма и отступающий, а я остаюсь драться. Это уже третья стадия. Самая сложная. Решающая.
  Противник, не скрываясь, выходит вперед и прикладывает меня новой порцией гендзютсу. На этот раз срабатывает полностью, и в голове взрывается целый каскад навеянных картинок. Картинок, которых я почти не узнавал. Что это? На что настраивал свою технику этот иллюзионист? Что за картинки я вижу?
  Сменяющее друг друга слайд-шоу. Незнакомые дома, комнаты, люди, лица. Незнакомые? Нет, просто забытые. Прошлое, от которого я уже отказался. Прошлое, которое уже не было моим. Сцены войны, о которой не слышали в этом мире. Оружие, о существовании которого не знали. Смерть людей, которых я успел забыть. Я должен был чувствовать скорбь? Не знаю, но я не чувствовал ничего. Я ни разу не сожалел о том, что получил второй шанс. И напоминание о том, как многого я лишился, прежде чем оказался здесь, не более, чем повод еще сильнее сражаться за свою жизнь. Новую жизнь. Жизнь, которая сейчас висела на волоске.
  Открыл глаза через силу, через усталость, через желание вырубиться и поспать. Нет, еще рано, еще один последний рывок. Остатки наркотика, который я и так использовал уже почти на автомате. Пилюлю, чтобы были силы, сколько-нибудь сил. Шуршание травы - он близко. Я делаю резкий рывок в сторону, слышу свист клинка и смещаюсь еще дальше. Тихий мат: ему уже надоела слишком живучая зверюшка. Приподнимаюсь, достаю кунай. Черт, последний, как назло. У меня тоже есть нинзято, но им я пользуюсь хуже, чем кунаем и собственными руками.
  - Как ты избавился от действия техники страха?
  Тебя еще и поговорить тянет? Хотя мне только на руку.
  - Да мне сны в детстве страшнее снились.
  - Хм.
  Мне показалось, что он задумался, но звук движения пришел сзади. Едва успеваю сдвинуться и принять острие на деталь доспеха. Противник пытается нанести удар другой рукой, а я встречаю его руку обратной стороной ладони и использую технику Игольного удара. Вот и пригодилась, и чакры почти не жрет. Клон растворяется во всполохе дыма.
  - Да сдохни ты уже наконец, - устало выдыхает синоби.
  - Иди и заставь, - огрызаюсь я.
  Правая рука медленно немеет, ноги начинают дрожать от усталости. Все, мой предел. Два боя с синоби, превосходящими меня - это слишком. Осталась всего одна надежда.
  Рядом с противником на землю прыгает еще один клон и сближается со мной. Но тени идут неверно, и я не обращаю на него внимания. Звуки сзади, чуть оборачиваюсь. Снова неверные тени, но звуки есть. Нет, тоже иллюзия. Подделать звук все же проще, чем несколько десятков различных двигающихся бликов света. Теперь уже сам противник кидается вперед, но использует технику клона и нападает парой. Правый выглядит нормально, как и должен, а вот левый не отражает теней. Сдвигаюсь и принимаю удар от левого, им же отгораживаясь от правого. Снова скрежет металла о деталь доспеха. Правая рука - хм, еще шевелится ведь - успевает применить иглу на клона. Все же неважный он рукопашник. Но кунаи метает еще хуже, так что ничего удивительного. Если он действительно из клана Курама, то его учили только применять гендзютсу, а со всем остальным лишь ознакомили, но не тренировали. Вот и результат.
  - Как ты угадал?
  - Интуиция.
  Реальный действительно прятался под иллюзией. А угадал просто: умел бы, как он, накладывать гендзютсу, сам бы так делал.
  Стоим. Я сдерживаю его клинок, он меня. У меня чакры нет, даже толкнуть его не смогу. Он, похоже, тоже устал. Сколько раз он за сегодня использовал свои техники? Да не счесть. Выдохлись, блин.
  - Назови свою имя, - говорит мне, - я запомню человека, который так сражался.
  - Нахуюге Вертюге, - серьезно отвечаю я.
  - Странное имя. Но я запомню его, - отвечает он.
  Рывок, он толкает меня в грудь, выдергивая из захвата меч. Моя рука онемела окончательно, ноги подкосились, и уже в падении я успел чуть сдвинуться. Чтобы не умереть от неплохо поставленного удара мечом, я отклонил его, через обезболивающие отлично чувствуя, как мне что-то проткнули в теле. Я свалился на землю, а он остался стоять, держа в руку свой нинзя-то. Он считает себя победителем, но...
  По телу пробегаются покалывания. Замещение, более совершенный вариант техники подмены. Все прошло по плану, от начала и до конца. Выкуси, ублюдок!
  
  * * * * *
  
  Парень сумел удивить бывшего синоби клана Курама. Дрался великолепно, пару раз даже задел его, дзенина. Да и против гендзютсу действовал умело. Правда, какое-то странное имя. Дзенин достаточно долго прожил в Конохе, но не слышал такой фамилии. Парень сидел на земле и держал левой рукой правую. Странно, в этом бою его не ранили в правую руку. Значит эта рана еще с прошлого боя. И он дрался все это время с травмой? Похвально. Он даже сумел всерьез вымотать дзенина. Синоби-нукенин уже и забыл, когда последний раз приходилось использовать столько техник за один единственный бой. Знаний в тайдзютсу, ему, естественно, сильно не хватало - не это его специальность все же. Да от этих помощников тоже толку было ноль.
  Парень поднимает голову. Что-то не так, какой-то мощный источник чакры. Неожиданно парень поднимает левую руку, в которой зажат листок бумаги с печатью. И, судя по количеству чакры... Биджу под хвост! Долбанные самоубийцы в этом Корне!
  Дзенин резко отступает, едва успев выйти из зоны поражения взрывной печати. Грохотнуло знатно, что-то перестарались эти параноики. Мимо улетают ветки деревьев, по ушам сильно прикладывает ударной волной. Но, теперь уже это неважно. Курама улыбнулся под маской - мальчишка наверняка был перспективным. Отобрать такого у старого Данзо - почти праздник. Но, если бы не необходимость, дзенин вообще бы отказался приближаться к этим психам. Слишком уж браво их дрессируют. Нукенин невольно поежился, вспоминая, что самому доводилось проходить через те тренировки.
  Теперь же следовало вернуться к основной цели. Старик Узумаки был где-то близко. Даже странно, что не убежал, пока была такая возможность. Короткие поиски, и вот он. Старик сидел на земле и имел самый отрешенный вид. Смотрел в небо, хотя скорее уж в кроны деревьев. Он просто сидели ждал того, кто собирался его убить.
  - Неужели совсем не страшно, старик?
  - Я слишком стар, чтобы бояться смерти, - бесцветно ответил старик. - Меня уже заждались на том свете.
  Синоби кивает, подходя чуть ближе. Все же опасно недооценивать такого синоби. Старого, изворотливого. Но от гендзютсу старик не уйдет. С такой дистанции и без посторонних помех член клана Курама сломает его разум в считанные секунды.
  - Это ты верно подметил. Зная, сколько прегрешений на тебе висит, я удивлен, что убийцу к тебе не подослали раньше.
  Узумаки развел руками:
  - Подсылали, много раз. Но, каких-то слабаков.
  Синоби в маске АНБУ снова кивнул, вытаскивая из ножен свой меч.
  - Знаешь, в чем скрывается самая большая ирония жизни, старик?
  - Знаю, но у тебя есть своя версия, верно? - не скрывая насмешки переспросил старик.
  - Ирония жизни кроется в мелочах. Я, здесь, сейчас отправлю тебя на тот свет. В этом нет ничего особенного. Но! Кто ты? Кто я? Именно в этом ирония. Я был вынужден предать свой клан, стать отступником, чтобы спастись. Ты тоже предал свой клан, свою деревню. Затем предал уже другую деревню. Работал на всех, кто тебе платил, не обращая внимания ни на что. Как они использовали твои знания и умения, кто страдал от твоих действий, тебя это не интересовало. Ты - отступник по сути, но обычный наемный мастер печатей для всех. Я - обычный синоби по сути, но отступник для всех вокруг. Тебе не кажется, что в этом есть ирония жизни? И я должен совершить преступление, убив тебя.
  Старик пожал плечами.
  - Ирония жизни, значит. Так ты ее видишь? Возможно, все возможно. Но все же, ирония спрятана глубже.
  Нукенин удивился.
  - И где же?
  - Здесь, - раздался голос за спиной.
  Но, еще раньше, чем синоби в маске АНБУ услышал голос, в его спину вошел кунай. Не слишком глубоко, не смертельно. Но он отчетливо почувствовал, как немеет его тело. Голос оказался знакомым, и действительно вперед вышел синоби в плотном костюме, который только что на его глазах покончил с собой. Парень придерживал правую руку левой и не слишком уверенно стоял на ногах, но он был жив. Жив.
  - Ирония в том, что мне плевать на все, что ты только что сказал. Я убью тебя, просто так. Плевать мне на твое имя и на все прочее тоже.
  Онемение дошло до пальцев рук, и его оружие упало на землю. Сам он осел на колени и едва не падал. Тюнин, а это явно был тюнин, из Корня бросил короткий взгляд на меч нукенина и подошел ближе, рассматривая оружие. О, какой наблюдательный. Парень сел на корточки, взял левой рукой меч и еще пристальнее осмотрел его лезвие. Да, там был яд. Синоби из клана Курама никогда не переоценивал свои способности во всем, что не касалось гендзютсу, и всегда использовал сильный яд, рецепт которого украл у своего клана.
  - Этот меч поразил тебя, и ты скоро умрешь, парень. Но я не понимаю... Ты использовал подмену. Когда? Уже после того, как показал мне печать?
  Парень не обратил на его слова внимания, сразу начав обыскивать противника. Да, да, у него был запас антидота. Одна порция. И тюнин нашел ее достаточно быстро, она ведь даже не была особо спрятана.
  - Нет, ты ушел немного раньше. Да, перед тем, как показал мне печать. Но... Почему не раньше? Почему дал поразить себя?
  Тюнин, положив антидот в свой карман, поднял клинок нукенина.
  - Сколько времени нужно яду, чтобы убить?
  - Почему ты не ушел раньше? Объясни. И я отвечу на твои вопросы. Почему ты не ушел раньше? Ты же хотел достать меня взрывом, так почему дал себя ранить?
  Парень медлил несколько секунд, но все же ответил:
  - Я не хотел доставать тебя взрывом. Я хотел, чтобы ты поверил, что я убью себя. Выкрики про самопожертвование. Самоубийственные атаки. Ты поверил, что я мертв. Чем я и хотел воспользоваться.
  Синоби удивился:
  - Ты сумел настолько просчитать меня? Просчитать мои действия? Нет, все проще. Ты заставил меня не правильно оценить себя, составить неправильное мнение. Впечатляюще. Несложный, но эффективный ход. Я поверил и перестал ждать удара сзади. Был уверен, что остался только старик Узумаки. Да, я понял. Яд: несколько часов, после которых станет поздно. Я знаю всего нескольких синоби, сумевших самостоятельно выделить антидот. Вы сможете... замедлить действие яда, но не обратить его. Может, у твоего друга есть время, как и у тебя.
  Ни к чему было врать. Нукенин не хотел становиться отступником, его заставили. Он не испытывал чувства верности. Ни к Конохе. Ни к Данзо, на которого вынужден был работать. Теперь, перед смертью (а он не сомневался, что в этот раз не сумеет сбежать - слишком прытким оказался его последний противник), врать смысла не было. Незачем.
  - Что ты сделаешь? Тюнин, который перехитрил более опытного дзенина. Скажи мне, что ты сделаешь? Отнесешь антидот своему другу? Или используешь сам? У меня нет других порций, никогда их не держал. И рецепта на память я не знаю, а добраться до записей вы не успеете. Так что ты сделаешь?
  - Глупый вопрос.
  Клинок резко скользнул в воздухе и прорезал руку отступника. Выпустил меч и стащил с поверженного противника маску.
  - Хочешь жить? Скажи есть ли у тебя еще антидот?
  Но нукенин лишь улыбнулся:
  - Мне незачем врать. У меня была лишь моя жизнь, единственное, за что я сражался, и только что ты забрал ее окончательно. Нет, у меня больше нет противоядия. Я сказал правду. Что ты сделаешь?
  Тюнин раздумывал всего несколько секунд, прежде чем стянул маску и капюшон, и всыпал порошок в свой рот.
  - От синоби Корня другого и не ожидал, - хмыкнул нукенин.
  Парень покачал головой.
  - Я не служу Корню.
  Синоби из клана Курама засмеялся, искренне засмеялся.
  - Ты просто еще не понимаешь этого. Все мы служим им. Я, ты, этот старик. Хотим мы этого или нет, все мы играем под его дудочку.
  - Его? - переспросил тюнин.
  - Данзо, глава Корня. Ты уже очень похож на его психов. Еще не пересекался с ним, а уже так похож. Ты уже прошел Изоляционную Тренировку?
  Парень чуть напрягся.
  - Да, прошел. Мы похожи с тобой. Я был таким же. Перспективный синоби из сильного клана. Мне сулили службу в АНБУ, и я был рад этому. Меня не воспринимали всерьез в своем клане, даже мой отец не был в старшей ветке. Но Данзо заметил мои таланты. Он начал давать мне миссии. Сначала безобидные, но потом в них стало появляться все больше грязи. После очередного задания, во время которого я устранил несколько влиятельных людей, глав одной из торговых гильдий Страны Огня, и вернулся в Коноху, Дазно показал мне свиток. В свитке были доказательства того, что я был нукенином, причем уже давно. Он подставил меня, все спланировал и виртуозно исполнил. Вторым свитком в его руках был приказ на мое устранение. Мне дали выбор: подчиняться, став самой мелкой пешкой в системе Корня, простым безмолвным исполнителем. Отказаться от деревни, от клана, от всего. Или стать целью для Онинов. Как тебе выбор?
  Тюнин молчал, но в глазах ясно блестело понимание. Да, перспективный и неглупый мальчишка.
  - Я пешка. А ты? Как часто тебе дают миссии "молчащих"? Получил, выполнил, и как будто ничего не произошло. Никаких пометок в личное дело. Никаких докладов и отчетов. Как часто? Ты уже на побегушках, и ничего с этим не поделаешь. Просто твое время стать пешкой еще не пришло. Но, видимо, все изменится, когда ты убьешь меня. Так что мы не так уж и отличаемся. А старик. Он еще хуже нас с тобой. Его никто ни к чему не принуждал. Он сам открыл ворота Узушиогакуре. Уж не знаю, чем его купили, но он предал свой клан и деревню. А потом, уже позже, показал людям Корня, как отключить защиту кланового квартала Узумаки. Один единственный человек, ответственный за смерть всего своего клана. Он много работал с Корнем, и я не знаю, почему теперь они за ним охотятся. Так что я все же прав. Ирония жизни. Мы все пешки в игре одного единственного человека. Его устроят любые варианты. Убью я Узумаки? Отлично, одной ходячей проблемой меньше! Убью вас обоих? Опять же смерть Узумаки, а раз ты проиграл, значит, и не достоин стать пешкой. Ты убьешь меня? Нормально, ты все равно передашь старика прямо в руки Корня, и никуда он не денется. Зато в твоих способностях уже не останется сомнений. А еще лучше, если выживешь ты один. Вот так вообще будет замечательно. Нет проблемы, нет отработавшей себя пешки, зато появится новая, еще более сильная, чем отыгравшая. Он в любом случае в выигрыше.
  Парень поднялся на ноги и бросил задумчивый взгляд в сторону старика Узумаки.
  - Он неплохо меня просчитал. Я бы убил вас обоих. И тебя, и его, сам. Точнее, должен был бы убить. Меня действительно просчитали.
  Нукенин улыбнулся:
  - Видишь? Мы лишь пешки. Не удивляйся этому.
  - Да, не буду, - согласился тюнин.
  Он обнажил свой меч и занес руку для удара. Синоби закрыл глаза, принимая свою смерть.
  
  Глава 65.
  
  Удар левой рукой все же не был поставлен так же хорошо, как удар правой. Но лезвие легко срубило голову отступнику, открывшему мне глаза на очень многие вещи. Красивая подстава, масштабная. Неприятно лишь ощущать себя мелкой шестеренкой в механизме. Пешка в игре. И игрок за обе стороны играет всего один, разменивая одни свои фигуры на другие свои же. Печально и даже больно осознавать свое положение.
  Сзади вздохнул старик Узумаки. Я развернулся к нему, все еще держа в руке оружие. Да, он был предателем. И где-то в глубине души уже бился пульс ненависти. От одной мысли о том, кто он, хотелось его убить. Но я больше не иду на поводу у эмоций. Слишком многого мне стоил в прошлый раз такой поступок. Нет. Так я не поступлю, хотя бы на зло тем, кто пытался мной манипулировать.
  - Если ты захочешь убить меня, я не стану тебе мешать, - говорит мне Синдзи Узумаки.
  Он стар. Очень стар. Он многое сделал в свой жизни, но я ни имел никакого права судить его за это. Хотя это как раз мелочи. Подхожу ближе, но останавливаюсь в десятке шагов.
  - Ты еще сомневаешься? Тогда давай и я тебе кое-что расскажу, раз уж на то пошло. Уничтожение Узушиогакуре - это действительно была моя вина. Я был молод, импульсивен. Талантливый мальчишка, слишком много о себе возомнивший. Это была бы долгая и не слишком интересная история. Не все было просто. Я не хотел уничтожать свой клан. Не хотел терять свою деревню. Но мои ошибки подписали им смертный приговор. Там многое произошло, и чувство вины за то время преследует меня до сих пор. Если откинуть все, что сейчас уже не имеет значения, то это я виноват в гибели собственного клана. А чуть позже и в его повторном уничтожении уже в стенах Конохагакуре. Тогда я уже вполне осознанно позволил старым обидам взять верх над здравыми размышлениями. И Корень тогда был ни при чем, и они сами, и вся Коноха сильно пострадала из-за уничтожения клана Узумаки. Но тогда это был именно я. Сломал защиту, внес ошибки в охраняющие контуры. А потом... потом была длинная жизнь, в которой я ни совершил ни одного хорошего поступка. Мне не страшно умирать. Возможно, это станет облегчением для меня.
  Я смерил старика взглядом. Умен, он ведь умен, но слишком устал, чтобы бороться. Нет цели. У него, как и у этого доморощеного иллюзиониста, нет того, ради чего стоило бы сражаться и выживать. Не сказать, что и меня движет вперед беспредельная преданность Конохе, но все же. Видимо, как-то по-своему восприняв мое молчание, старик продолжил говорить:
  - В конце концов я разошелся и с Корнем. Когда я уже поверил, что смогу что-то исправить. Когда все стало налаживаться. У меня появилась семья. У меня была дочь. Сейчас она была бы уже взрослой женщиной, ей бы исполнилось тридцать. Но... не судьба. Корень интересовался моей дочерью. Она была еще более талантливой. Чем когда-то я сам. Порой могла удивить меня неожиданными сочетаниями, невероятно простыми в своей гениальности построениями. Моя Миино...
  Я напрягся. Черт. Цепочки причинно следственных связей щелкнули в моей голове. Старик опустил голову и, похоже, плакал.
  - Ее убили, двенадцать лет назад ее убили. Отняли у меня. Я не знаю, был ли это Корень. Но почти уверен в этом. Моя Миино. Моя девочка. Какой же она была талантливой.
  Еще раз, это возможно? Нет, серьезно, такое возможно? Одно и тоже имя. Совпадение? На самом деле это просто мелкая деталь, надо идти дальше. Время смерти Миино Узумаки, если я правильно считаю, совпадает с временем рождения Миино Курама. Совпадение? Ага, щас! Как же. И невероятный талант к фуиндзютсу у девочки из клана, где все техники повязаны на гендзютсу. Ага, совсем совпадение. Но тогда какой вывод? А такой. Сознание дочери Синдзи пересадили в тело новорожденной девочки Курама. Сложно поверить, но... Омоложение тела? Как-то с трудом верится. Сознание пересадить, или тело омолодить лет так на двадцать и еще внешне изменить? Я бы скорее поверил в первое, хотя и сложно представляю, кто мог бы это сделать. Как основная рабочая версия потянет. Можно, к слову, проверить.
  - Ее звали Миино?
  Старик, подняв на меня тяжелый взгляд, кивнул. Я подошел ближе и показал печати на костюме:
  - Как вам?
  Ему потребовалось всего несколько минут:
  - Это ее работа! Кое-то мне кажется странным, но в остальном. Ее подчерк! Тут столько деталей, которые ее характеризуют...
  Он остановился, замер, с недоверием глядя на меня:
  - Она жива?
  Отрицательно качаю головой.
  - Нет. Но я почти уверен, что знаю, кто ее убил, - ага, я, собственными руками несколько лет назад.
  Старик устало кивнул в ответ:
  - Да, значит, все же Корень. Теперь уже...
  Хм. А ведь этим можно воспользоваться. Если я правильно понимаю этого старика, если я все учел. Если повезет:
  - Я могу убить того, кто виноват в ее смерти.
  Снова резкий, тяжелый, недоверчивый взгляд.
  - Не осилишь.
  - Не сейчас и не сразу, - киваю в подтверждение я, - к тому же, есть у меня и личные счеты. Но сейчас не это важно. Сейчас у вас нет цели в жизни, нет стержня. Нет, ради чего жить. Дайте мне время, и я отомщу за смерть вашей дочери, и дам цель в жизни. Такую, ради которой стоило бы не только умереть, но и выжить всем назло.
  Взгляд все такой же недоверчивый. Но все же. Он не посылает меня к биджу, так что оценивает мои шансы.
  - Этот дзенин только что рассказал тебе, насколько мы все трое похожи. Почему ты думаешь, что сможешь стать больше, чем слепой пешкой?
  - Я уже больше, чем пешка. Я не совершаю ваших ошибок. Если бы я был таким же, как вы, я бы уже убил вас. Но убивать, возможно, последнего Узумаки, разбирающегося в клановых техниках - это глупо. Я не иду на поводу у эмоций. Так что вас я уже превзошел. Как превзошел и его, - кивок в сторону трупа с отрубленной головой, - потому что уже сейчас знаю, в какую игру ввязался. У меня есть шансы.
  Узумаки отвел взгляд, думая о чем-то своем.
  - И что ты собираешься делать? Привести меня в Коноху?
  На моем лице появилась улыбка. Нет, я буду хитрее. Я знаю, как угодить сразу всем.
  - Я вернусь в Коноху, сказав, что провалил миссию. Сказав, что вы погибли. А вы действительно уберетесь подальше, залезете в самую глубокую нору и схоронитесь там. Я найду вас, когда придет время. Когда у меня будет цель, а с местью будет закончено. Умереть - это слишком просто. Сражаться до конца - это хороший путь, старик. Сложный, тяжелый, заставляющий переступать через самого себя. Но умирать слишком просто и никогда не поздно. Пока мы живы, у нас есть шанс.
  Начал разбрасывать пафосные речи. Старею, мля. Но он, похоже, проникся. Или просто смирился с безысходностью и со странной альтернативой, которую я ему предложил. Старик раскатал один из своих свитков на земле и распечатал из него тело, неожиданно похожее на его самого.
  - Я уже давно подготовил это. Думал, пригодится когда-нибудь. Вот, пригодилось. Я исчезну. И буду ждать тебя, Като. Не подведи.
  Он протягивает мне руку. Маленький заговор двух синоби. Кто он? И кто я? Не важно. Я еще не закончил свою борьбу, я ее только начал. Данзо. Корень. Надо узнать о них побольше. И сохранить собственную шкуру до поры до времени. А куда использовать потом способности этого старика? Ха, найдется, лишь бы он сам дожил до этого момента. Пожимаю ему руку, правда своей левой рукой. Правая висит, и я ее даже не чувствую.
  - Лучше заложи что-нибудь на труп. И прощай, Синдзи Узумаки-сан. Мы обязательно встретимся еще раз.
  - Прощай, Като из Конохи.
  Я развернулся и прыгнул на ближайшее дерево. Заключенная сделка не вдохновляла. Радости от маленькой победы не было. Усталость. Только усталость.
  
  Глава 66.
  
  Очнулся я уже в больнице Конохи. Смутно помню, как топал к ближайшему посту, куда отправил и Каору с Данго. Но своими силами не дошел, на полпути меня перехватили группа из "безликого" и трех тюнинов. Спрашивать ничего не стали - я был уже не в состоянии отвечать на вопросы.
  И вот я в Конохе. Больничная палата. В правой руке все еще пульсирует боль - она забинтована почти до плеча. На теле тоже бинты, но ничего не болит, так что не все так плохо. Попытался пошевелить рукой: вышло как-то вяло, будто конечность стала чужой. Не есть здорово.
  В палату зашла медсестра, но, увидев, что я очнулся, просто спросила, не нужно ли мне чего и, убедившись, что все нормально, сразу вышла. И всего минут через десять в палату зашла Амаки-сан. Халат был немного заляпан кровью, на лице едва заметные следы усталости.
  - Очнулся наконец? Молодец. Как себя чувствуешь?
  Я поднял правую руку, насколько смог.
  - Думаю, вам лучше знать. Что со мной?
  Амаки пододвинула к правой стороне кровати стул и села рядом, аккуратно приложив руки, охваченные привычным свечением чакры, к моей руке. И лицо ее не выражало особого энтузиазма.
  - Ничего хорошего сказать не могу. В этот раз ты попал капитально. Сначала сильные физические повреждения, вызванные попадание инородного тела, да еще и подачей на него сильного разряда молнии вместе с действием раскаленной стали. Представляешь, что это?
  Киваю. А что отвечать? Типа я сам не понял, насколько все плохо, еще тогда, когда получил удар.
  - Но как будто тебе этого было мало. Ты накладывал на руку какую-то технику, чтобы вернуть подвижность, верно?
  Снова кивок с моей стороны.
  - Эта техника почти выжгла твою СЦЧ в руке. И то, и другое по отдельности госпожа Тсунаде вполне могла вылечить, но сразу вместе. Начинать восстанавливать СЦЧ до того, как лечить плоть, было невозможно. Такая попытка нанесла бы телу еще больше вреда. Так что пришлось хирургическим методом собирать твои кости, только после этого сращивать ткани. А когда мы закончили, СЦЧ была уже слишком сильно повреждена. Госпожа Тсунаде старалась не задевать ее и латать, по возможности, но вкупе с остальными повреждениями это было сложно. Вопрос стоял так: не потеряешь ли ты руку вообще? Руку не потерял, но чакру сейчас использовать не сможешь. Теперь потребуются долгие месяцы, чтобы привести все в порядок.
  Вновь киваю. Есть у меня некоторые соображения по этому поводу.
  - В остальном?
  Амаки выдохнула, показывая, что она думает о моем пренебрежении такими ранами, собственными ранами, между прочим.
  - Дырки закрыли, но пара шрамов все же осталась. Не было времени их сводить. Так что в следующий раз будешь хвастаться боевыми ранами перед своей подругой.
  Я хмыкнул. Обвинить меня в чем либо Амаки не могла, а остальное меня не волновало. Или я должен смущаться? Ага, как же, вот так прямо весь покраснел.
  - Като, это было очень опасно. Ты действительно мог лишиться руки.
  - И жизни запросто, кстати. Когда меня выпишут? Уже предвкушаю долгую и интересную встречу с руководством.
  Врач к моему сарказму отнеслась скептически, но ничего не сказала по этому поводу:
  - Никаких болячек ты не подхватил. Небольшая слабость не в счет. И ты бы поменьше использовал пищевые пилюли - снова сильно истощил свой организм. А так... Завтра сможешь топать своими ножками От миссий отстранен, причем надолго. Чакру использовать запрещаю категорически. До моего разрешения.
  Ладно, с этим разобрались. Самые насущные проблемы решены, теперь менее приятное.
  - А что с моими напарниками? Как Данго?
  Женщина несколько секунд медлила, прежде чем ответить:
  - С Каору все в порядке. Истощение. Несколько небольших ранений, но она уже пришла в норму. А Данго...
  У меня чувство дежавю. Хотя я уже готов к тому, что мне предстоит услышать. Я, по большому счету, подписал парню смертный приговор еще там, в лесу. Так что...
  - Данго? - повторяю вопрос.
  - Он умер, Като, - спокойно произнесла Амаки. Она врач, один из ведущих врачей госпиталя, так что ей уже приходилось отвечать на такие вопросы. - В его теле был сильный яд, да и рана была очень серьезной. Рану мы все же смогли закрыть как-никак, Тсунаде-сама гениальный медик. И ей не хватило какого-то полу часа, чтобы успеть подготовить антидот. Так что, вот.
  Прощай, напарник. Не сказать, что ты был мне настоящим и близким другом, но все же как-то больно от мысли, что тебя больше нет. Как-то я уже привык к этому слегка пришибленному на голову чудику, не слишком разговорчивому, но все же... Все же он помог мне создать мой костюм, так что кое-чем я ему обязан. Но не более того.
  - Умер... - произнес я, будто привыкая к этому слову.
  Или все же я привыкал ко смыслу, которое несло это слово.
  - Да. И Като... - продолжила Амаки-сан. Было видно, что ее смерть очередного пациента не сильно волновала - сколько у нее было таких. - Тебя ждет на разговор госпожа Хокаге, так что сразу после выписки к ней, на отчет.
  Я кивнул, делая вид, что смерть напарника очень глубоко меня задела. Время показывать всем, насколько мне плевать на такие вещи, еще не пришло. Один из лучших ирьенинов госпиталя ушла. Но мне не дали долго находиться в одиночестве. Стук в дверь, и, не дожидаясь моего разрешения, в палату вошла Каору, в больничном халате поверх какого-то платья. Волосы просто сброшены за спину, никаких причесок, глаза немного покраснели, едва заметно. Ее, судя по виду, потеря напарника задела куда больше, чем меня.
  - Как ты? - спросила девушка.
  Где-то между молотом и наковальней. А она ведь не знает всей подоплеки ситуации. Да и ей не настолько плевать, как мне. Ей, наверное, нелегко. Потерять одного напарника и едва не потерять другого. Так что надо ответить что-то позитивное:
  - Лучше, чем может показаться. Ничего непоправимого, в общем-то.
  Радость, причем искренняя. Как редко я вижу искренние чувства. Еще реже хочу их замечать.
  - Я рада. Ты уже знаешь, да?
  Киваю:
  - Да. И не вздумай себя винить, это моя ошибка как капитана. Поняла?
  Она кивает в ответ, хотя и так видно, что не согласна со мной. Ну, сейчас переубедить ее я все равно не смогу, а потом... Посмотрим. Каору неуверенно подходит ближе и садится на край кровати. Неуверенный и вопросительный взгляд в мои сторону. Ей хватит смелости и наглости прямо сейчас развалиться на моей же кровати, если ей этого захочется. Но спрашивает она меня о другом. Не хочется задавать глупый вопрос "Как ты?" - и так все прекрасно видно. Поэтому поднимаю левую руку ладонью вверх и вытягиваю к ней, как бы приглашая. Снова некоторое облегчение, и она своими ладонями немного сжимает мою.
  - Като, вы с ним знакомы были все же больше, чем я. Не скажу, что он был моим другом. Но я все равно к нему привязалась, так что мне жаль.
  - Да, мне тоже.
  Кивок с ее стороны, и девушка встает на ноги, отпуская мою руку.
  - Выздоравливай.
  - Уже завтра, - обнадеживающе ответил я.
  Теперь неплохо бы еще отдохнуть и подумать над завтрашним днем.
  
  * * * * *
  
  Идти в кабинет теперь уже годайме Хокаге было для Данзо немного непривычно. Вызывать к себе на разговор Сарутоби казалось забавной игрой, в которой старый друг его неизменно поддерживал. Но Тсунаде Сенджу вообще-то как раз недолюбливала главу Корня. Если оппозицию в лице Сарутоби Хирузена, отошедшего от дел Хокаге, но еще имевшего власть своего клана, она вполне терпела, то терпеть оппозицию еще и в рядах АНБУ... Жаль, на это место не нашлось кого-то более... менее... Кого-то другого, в общем.
  Данзо шел без сопровождающих. Один из четырех АНБУ, постоянно находившихся рядом с Тсунаде, был из его людей - так, на всякий случай. Может, глава Корня и не разделял некоторых взглядом Пятой Хокаге, но никаких особых претензий к ней тоже пока не имел. Она не мешала ему, пока не решалась, и этого было достаточно. Он, в знак поддержания нейтралитета, не мешал ей. Данзо улыбнулся, ему и не нужно было мешать. Что было за Тсунаде, кроме титула сеннина? Нет клана, почти нет настоящих последователей. Госпиталь за долгие годы вполне научился обходиться без нее. Медики, не являющиеся чистыми синоби, вроде этой Амаки, конечно, вступятся за Тсунаде. Но все ирьенины, кем бы они ни были, скорее поддержат свои кланы, кто в них состоит, из оставшихся большая часть принадлежит АНБУ, а остальных можно пересчитать по пальцам. Кланы? Сенджу растеряли свою мощь. Если бы Тсунаде пыталась сохранить силу своего клана, она бы могла это сделать - были те, кто готов был идти за древним кланом из одного человека, полукровки не в счет. Но она не хотела до недавнего времени. А теперь уже поздно. Учих нет. Хьюга и пальцем не поведут: самый мощный клан синоби, они поддержат Коноху вообще, но не Хокаге в отдельности от нее. Союз Яманака, Нара и Акимичи? Примерно та же картина. Курама полностью поддерживает Корень. Инузука не настолько сильны, чтобы идти против остальных, и, пока ситуация не критическая, постараются поддерживать Хокаге. Абураме разве что будут поддерживать АНБУ и Хокаге до последней капли крови. Для них это дело чести, если учитывать, насколько они были связаны с Сенджу. Сарутоби делают вид, что сохраняют нейтралитет, а все остальные кланы, представленные одним, двумя, или тремя синоби, не в счет. Бесклановые? Ну, если найдется что-то, что сможет их объединить, чего не случалось со времен Четвертого Хокаге, об этом можно будет подумать. У Тсунаде не было поддержки - она шла на голом уважении к себе окружающих. Но это продлится ровно до ее первых больших ошибок, чего пока не следовало допускать. Еще не время.
  Данзо постучался и, лишь получив разрешение войти, открыл дверь и шагнул в кабинет. Внешне ничего не изменилось, но все же все было не так. Тот же стол уже без гор бумаги, которые наблюдались здесь последнее время. Сарутоби предпочитал перепоручать канцелярию другим, но Тсунаде, похоже, хотела знать, что подписывает и на что соглашается. Похвально, Данзо никогда не уважал привычку Хирузена скидывать на других свою работу. Шкафы все те же, а вот содержание другое. Меньше всяких бесполезных предметов, больше бумаг и важных документов, свитков и прочего. А вот что кардинально изменилось, так это наличие постоянной помощницы, неизменно держащей при себе эту свинью. Ну, с этим можно мириться - все равно Данзо не собирался разговаривать на важные темы с Тсунаде. А вот отсутствие запаха табака его только радовало.
  - Госпожа Хокаге, - Данзо немного поклонился в знак приветствия.
  - Второй советник, - ответила поклоном Тсунаде.
  Нейтралитет - это тоже хорошо. Шаткий мир куда лучше даже маленькой войны. Данзо предпочитал бы избегать открытых конфликтов, слишком много ресурсов уходит без пользы.
  - Тсунаде-сама, я не слишком рано пришел? - поинтересовался Данзо, усаживаясь на появившийся в кабинете диванчик для гостей.
  - Вы как раз вовремя, - ответила женщина, немного поморщившись. А обращение ей не очень импонирует.
  Спокойный и уверенный стук в дверь. Данзо уже давно хотел лично познакомиться с этим пареньком. Талантливые люди на дороге не валяются. Хирузен раньше был против привлечения его в Корень, но теперь сам предложил сделать это, раз уж лишился поста Хокаге и прямого доступа к синоби узкого профиля. А небольшая тонкая интрига, созданная главой Корня, сама приведет мальчишку к нему в руки.
  - Войдите, - громко сказала Тсунаде.
  Дверь открылась. В кабинет зашел молодой парень в одежде тюнина. Правая рука перебинтована почти до плеча, в остальном ничего примечательного. Разве что пренебрежение. Он не подтянулся, когда заходил, не испытывал ни робости, ни опасения. Или хорошо их скрывал? Насколько знал Данзо, парнишка еще не полностью выздоровел и болевых ощущений ему хватало. Но никакой скованности движений в нем не чувствовалось.
  - Вы хотели меня видеть, Хокаге-сама?
  Парень умел рисковать и знал, какие наглости ему простят, просто закрыв глаза. Обычно это приходит с большим опытом - так могут вести себя дзенины. А он не так давно стал тюнином. Все же в его кандидатуре Данзо ни разу не ошибся. Не слишком талантливый в плане боевых навыков, но умный синоби, обладающий правильным мировоззрением.
  - Да. Сначала как врач. Как ты себя чувствуешь?
  - Прихожу в норму, Хокаге-сама, - ответил он.
  Максимально обтекаемый ответ. Понять можно как угодно.
  - Ладно. Я получила письменный отчет о миссии. Но все же хотела уточнить некоторые детали. Что там произошло?
  Тсунаде изобразила максимально тяжелый взгляд. И у нее это получилось: вряд ли найдется много людей, способных спокойно стоять под этим взглядом.
  - Миссия была провалена, - спокойно и даже уверенно заявил Минакуро Като.
  Данзо невольно улыбнулся.
  - Объясни.
  - Мне было поручено охранять человека, которого назвали как Узумаки Синдзи. Мои действия и стечение обстоятельств привели к смерти объекта защиты, а также потере одного из членов моей команды. Узумаки Синдзи погиб от руки неизвестного нукенина, как и мой напарник Данго. Я не сумел ему помешать.
  Тсунаде явно не ожидала такого спокойного признания своих ошибок. Но не подала виду:
  - Почему вы покинули особняк Бурагурасу?
  - Потому что он был уничтожен атакой команды нукенинов, - спокойно ответил Като.
  - Тогда почему не вышли к одному из наблюдательных постов Конохи? - продолжала опрос Тсунаде.
  В отчете не было причин, только сухой пересказ произошедшего.
  - Кодекс АНБУ. Ситуация предполагала исполнение "Тихого Перемещения". Мы взяли миссию, которую должно было начать прибывшее к нам на помощь подкрепление. В этой ситуации оказание помощи союзными синоби предполагалось только в случае особой опасности. Что и произошло в последствии.
  Тсунаде напряглась.
  - Почему ты действовал согласно Кодексу АНБУ, а не как обычный синоби?
  - Потому что миссия проходила по регламенту АНБУ. А получил миссию от капитана специальной команды, а это расценивается однозначно.
  Хорош, улыбнулся Данзо. Но все это главу Корня не интересовало. Его интересовал лишь один вопрос, задавать который прямо здесь было нельзя. У Тсунаде тоже были вопросы, которые она не хотела задавать прямо сейчас. Интересно, что она там такого узнала.
  - Тело, предположительно принадлежавшее Узумаки Синдзи, было найдено недалеко от места столкновения с нукенинами. На теле была установлена печать самоуничтожения, но ее сумели снять, так что тело скоро доставят в Коноху. После его изучения у меня могут возникнуть новые вопросы. Пока можешь быть свободен - ты отстранен от миссий.
  Парень немного прищурился. Значит, тоже есть, что скрывать. Как интересно. Но в остальном остался хладнокровен. В общем-то, он действовал по регламенту, по Кодексу, так что обвинять его в чем-то было можно, но смысл обвинять человека, и так признавшего свои ошибки? Он ценный исполнитель, которого недостаточно проинформировали и вовремя не поддержали, с него спроса нет. Поклонился:
  - Слушаюсь, Хокаге-сама.
  Като покинул кабинет. Тсунаде перевела взгляд на Данзо.
  - Значит, проходил по регламенту АНБУ. Мне сообщили, что миссию инициировали в Корне.
  Вопрос, но не обвинение.
  - Да, это так, - кивнул Данзо.
  - Этот Узумаки работал с вами?
  Пятая действительно не собирается предъявлять обвинения. Что же, можно поделиться информацией, и получить что-то взамен. Может удастся узнать, что она там такого накопала.
  - Да, некоторое время назад мы пользовались его услугами. Недавно от наших осведомителей пришла копия договора на его устранение. Кто-то заказал старика, и мы решили помочь ему по старой памяти.
  - Помочь? - Тсунаде не скрыла скептицизма.
  - Узумаки Синдзи был ценным... человеком. Мы рассчитывали еще воспользоваться его услугами в дальнейшем. Мои люди были посланы найти того, кто его заказал, да и исполнителя заодно. Но не рассчитали время и прибыли слишком поздно. Думаю, вина Корня здесь куда большая, чем вина Минакуро Като.
  Признавать свои ошибки полезно. Это сбивает с толку оппонентов.
  - Если бы меня беспокоило это, - призналась Тсунаде, - но у меня совсем другие подозрения. Подозрения в верности Като к Конохе. Тело, которое нашли оперативники. В свитке сказано, что тело мало повреждено, и есть подозрение, что оно поддельное. Также в теле напарника Като, Данго, был яд, который и послужил причиной смерти. У Като тоже было поражение этим ядом, но у него я нашла и антидот, о котором он умолчал. Могу понять, что он просто был без сознания, но все же это подозрительно. В отчете сказано, что Узумаки и нукенин, который к слову был отступником из клана Курама, убили друг друга. Но судя по полученным ими ранениям, это не так. Да и зачем Като отослал обоих напарников прямо в разгар боя? Я хочу, чтобы вы начали следить за ним, второй советник.
  Данзо кивнул:
  - Мне понятны ваши подозрения, и я считаю их разумными. Да, мы начнем осторожную слежку.
  Хм, очень интересно. Данзо был рад неожиданным последствиям операции. Появление возможного противника в лице мальчишки сделало Корень и ГоДайме Хокаге осторожными союзниками. Это был хороший результат. Данзо мог гордиться этой операцией. Решил сразу четыре проблемы одним махом. Да, этого мальчишку надо начать разрабатывать.
  - До свиданья, Тсунаде-сама, - поднявшись, он поклонился.
  - До свиданья, Данзо-сан.
  Знаки взаимного уважения были соблюдены. Обе стороны остались довольны встречей.
  
  АРКА 5.
  
  Глава 67.
  
  Твою же за ногу муть, старик! Зачем ты меня так подставляешь?
  Я выходил из резиденции Хокаге, сохраняя отстраненный и отрешенный вид. Рука все еще ныла, вынуждая время от времени нервно поглаживать ее другой рукой. Развязкой и финалом прошедшей миссии я был откровенно недоволен. Не радовали полученные травмы, хотя они как раз были самой меньшей моей проблемой на данный момент. После всего, что вытворял со мной Оракул, я почти уверен, что он в состоянии поправить мое положение. Он сумел изменить мои танкецу, неужели не сможет создать новые? Ладно, это не кипит. Вылечат меня так или иначе, это лишь вопрос времени. Мелочь.
  На фоне другой проблемы. Поддельное тело вскоре доставят в Коноху. И вот здесь-то и начинаются проблемы. Естественно, обнаружат, что тело не настоящее. Возможно, если бы речь шла не о Тсунаде-сама, то у других докторов не хватило бы навыков, чтобы определить подделку. Но одного из лучших ирьенинов, а, возможно, самого лучшего, обмануть при наличии целого, неповрежденного тела почти невозможно. И меня сразу спросят: какого сорта лапшу я вешал всем на уши и почем? Хотя вряд ли, даже спрашивать не станут. Ребята из подчиненных Ибики Морино вообще немногословны. Черепушку просканируют на раз. Какой из этого вывод? Очевидный. Ндя, как в анекдоте. "Здравствуй, дедушка Мороз, тут такое дело. Хорошо, что ты с мешком... надо спрятать тело..." Что-то меня не туда потянуло. Но тело действительно нужно уничтожить, причем до того, как над ним успеют поработать. Черт. Как же все плохо сложилось-то. Итак, раскладываем сложную задачу на более простые. Тело сначала надо найти. С местом как раз не проблема. Потащат его в морг при госпитале, это как пить дать. Стандартная процедура, так сказать. Никакого ЧП у нас нет, так что будут следовать этой процедуре. Место - не проблема. Проблема - время. Когда его притащат, желательно с точностью до секунды. Здесь сложнее. Постоянно торчать в наблюдении у меня нет возможности. Самостоятельно, во всяком случае. Теневой клон? Очень сомнительный вариант. Сам сложить необходимые печати я просто не могу. Вообще сейчас без техник, можно считать. Ладно, будем думать, пока перейдем к остальным пунктам. Как, собственно, собираюсь уничтожить тело? Вынос из морга можно отбросить сразу же, даже забраться туда будет большой проблемой. Уничтожить надо прямо на месте. И вот тут мне поможет специально разработанное варево, используемое Онинами. Достаточная порция химиката сожжет тело, и хрен потом по нему что определишь. По тому, что останется. Только вот где ее взять, эту порцию - у меня пока таких не имеется, и мне они не положены. Хм, ладно, тоже пока подождем с решением. И вот передо мной встал самый главный и большой вопрос. А как попасть в морг? Незаметно. Ага, гениальный ответ. Входов и выходов там мало. Одни, они же главные двери. С охраной из двух синоби. Причем один обязательно сенсор. Зачем? А биджу их знает, зачем, стоит там охрана, и все тут. Что-то важное есть, если стоит. И что мне с ними делать? Не сражаться же. Обойти их сложно. Быстро вырубить - тем более, да и не в моем состоянии. Отвлечь? Вариант, но дохлый. Надо что-то мощное, чтобы они со своего места сошли. Короче глухо, как в том бронепоезде. Другие входы? Вентиляция и канализация. Второй отпадает, потому что это выход. Вентиляция? Да там ребенок не пролезет, куда уж мне самому. Черт, плохо, очень плохо. Шансы мои стремительно ползли вниз, куда-то на уровень той самой канализации со всем ее содержимым.
  Сколько у меня времени на все? А кто его знает. Навряд ли тело доставят сегодня, завтра - почти наверняка. Там тоже вполне стандартные процедуры. Собрать все, что можно собрать. Потом тщательно убраться за собой. А уже после этого можно и возвращаться. Раз прислали предварительный отчет, а я сутки провалялся в беспамятстве... Да, сегодня они все убирают, а завтра выдвинутся. Думай, голова, а то снова обрею на фиг.
  Навстречу мне попались команда сверстников. Ино увлеченно что-то рассказывала своим напарникам. Шикамару слушал ее, хотя и делал вид, что скучал. Чоджи... а что он еще может делать? Ел на ходу. Честно говоря, я бы предпочел, чтобы они меня просто не заметили, но...
  - Като! - девушка приветливо улыбнулась мне. - Привет!
  Чоджи кивнул, продолжая жевать, а Шикамару махнул рукой. Да, по сравнению с тем, каким я его помнил, парень стал просто гиперактивным.
  - Привет, ребята.
  - Слушай, - Ино задумчиво оглядела меня, остановившись на забинтованной руке, которую я вновь непроизвольно погладил, - я узнала, что тут бой произошел. Говорят, несколько наших синоби погибли. Ты ничего об этом не слышал?
  По глазам же вижу, что та уже предполагает, что я поранился именно там, просто из такта не спрашивает в лоб. Все же тюнин и не из ее команды, хоть и сверстник.
  - Да, я там поучаствовал... мельком, - нехотя ответил я.
  Все же сложное занятие, вести разговор, одновременно обдумывая, как бы выбраться из той зад... западни, в которую сам же и закопался.
  - Сильно тебя там? - Ино со вполне искренним сочувствием снова взглянула на руку.
  Я почти рефлекторно потянулся к ней здоровой рукой, но в этот раз одернул себя.
  - Нет, не очень. В смысле, сильно задело, конечно, но в сравнении с моим напарником...
  Замолчал и отвел взгляд. Во мне умирает отличный актер, не подкопаешься. Всерьез убиваться из-за парня не стану, все же долги у меня к нему были, а так обидно, да и тоскливо немного, но не воспользоваться временным положением не могу. Да и сейчас моя собственная судьба примерно на той же грани, что и у Данго в его последние минуты.
  - Оу... Като, прости...
  Снова перевел взгляд на команду. А парней лица серьезные, хмурые. Ино искренне сопереживает. Все же не такая она стервозная, как всем кажется. Легка на подъеме, это да, и потому кажется язвительной. Но все же, она добрая по натуре. Или это для синоби явление временное? До первой встряски, так сказать.
  - Прощаю, - кивнул я.
  Странные выражения на их мордашках. Хотя я могу их понять. Все трое - наследники своих кланов, так или иначе. Во всяком случае, из старших ветвей. А это значит что они "чистая" команда. "Чистых" никогда или крайне редко посылали на задания, на которых их могли вот так взять и убить. Посылали, конечно, никуда они от этого не денутся. Но с четким расчетом, что они сумеют выжить и вернуться обратно. А вот "грязными" командами иногда и разменивались. То самое пушечное мясо. Яркий пример - моя разборка с девчонкой нукенином. Ну не могли просто в этот момент рядом с нами оказаться "чистые". Все, кто там погиб, были либо бесклановыми, что вероятнее всего, ну может быть из побочных ветвей. Вся троица это отлично понимала и заочно относила меня как раз ко вторым.
  Нет, ребята. Я так просто умирать не собираюсь. Своя шкура, она ближе к телу. Риск, опасность - это все неотъемлемые спутники нашей профессии. Вот только герои все поголовно либо мертвецы, либо выжившие, рядом с которыми были другие герои, которые умерли за них. Я уже умирал. И второй раз повторять этот незабываемый опыт не имею ни малейшего желания. А историю подчистую пишут не простые победители, а выжившие.
  - Говорят, похороны будут через три дня, - несмело сообщила Ино.
  - Да? Я еще не знал. Спасибо. Ладно, ребята, мне пора. Не скучайте.
  Попрощавшись, разошлись по своим делам. Мне все еще нужен был хоть какой-то план. Бегство? Последний вариант, наименее удачный. Справлюсь, вывернусь. Только придумать, как все это провернуть. Зашел в один из парков, сел на лавку перед прудом. Хм, хотелось курить и кофе. Так, все, не отвлекаться. Начинаем проворачивать варианты. Как мне проникнуть в злосчастный морг? Самые бредовые варианты. Что наиболее сложно во всей операции? Проникнуть внутрь. Значит, надо исключить самое сложное. Как? Мне не нужно проникать в морг. Ага, хм. На секунду допустим, что не нужно. Значит, нужно придумать другой способ доставить состав до тела в морге. Никого постороннего привлекать нельзя. Просто исключено. А использовать "втемную" не выйдет - нет времени на проработку и подготовку. Типа нанести состав на лезвия инструментов. Не прокатит. Что-то проще и быстрее. Я не могу. Никто другой не может. Значит, нужно средство, оружие. Газ? Нет. Что там у нас еще из арсенала дистанционного оружия с управлением? Марионетки...
  Есть вариант!
  Марионетки. Боевые и громоздкие сразу отбросить в сторону. У меня нет навыков контроля, да и достать их сложно. В Конохе вообще нет спецов по этому направлению - кончились, так сказать. Был какой-то клан в стране Огня, и тот раскатали. Но ведь есть и другие и куда более простые в контроле. Что-то типа учебных. С марионетками же главная сложность даже не в контроле чакры, а в навыке управления всеми многочисленными механизмами, которые и заставляют куклу двигаться. Поэтому мне нужна максимально простая. Как закрепить на ней раствор? Да плевое дело: нанести печать и запечатать в нее. Дистанционно активировать печать проблемы нет. Значит, нужна максимально простая кукла. В идеале - насекомое, типа паука. Мне хватит за глаза. Такой мелочью даже я смогу управлять... даже одной рукой.
  Теперь вопрос второй. Где взять состав? Черт, а тут даже без вариантов. Умыкнуть со склада АНБУ. Благо склад расходных материалов - это все же не секретные хранилища. Так, сарай с минимумом охраны, там ничего особенного не валяется. Правда, есть большая вероятность, что там все описано, и пропажу сразу заметят. Но, риск есть риск. Нет у меня времени на другие решения. Как не прозевать прибытие тела? Об этом подумаю завтра. Сегодня мне еще нужно найти учебную куколку и подготовиться к ночной краже.
  Миссия, которую очень хотелось бы назвать "Дед мороз", но все же остающуюся без названия, объявляется начатой. Это все же не шутки, моя жизнь висит на волоске. Пожелаю сам себе удачи, и вперед...
  
  Глава 68.
  
  Простой и надежный способ найти учебную куклу - купить ее в магазине со снаряжением для синоби. Одна проблема. Куплю ее я. И, опять же, предполагая худшее, если куклу я потеряю прямо в морге, то это будет улика. А альтернативных вариантов у меня не было. Хенге, опять же, использовать я не мог. Поэтому, заходя в магазинчик, тяжело вздохнул, понимая, что придется раскошелиться. Старый опытный синоби - точнее, уже не синоби, но все равно ветеран своего дела - как обычно сидел за своим столом, который являлся и верстаком, и витриной, и всем прочим сразу же. Стеллажи у стен и в центре зала были заложены разными мелочами, необходимыми ниндзя в повседневности. Свитки для фуиндзютсу, как пустые, так и с уже нанесенными простейшими печатями. Кунаи, причем разные. Есть с десяток различных вариаций, по-разному сбалансированных, пусть практически и не отличающихся формой. Есть, естественно, самые простые и универсальные, для всего подходящие, но есть и немного иные. Метательные кунаи и кунаи для крепления печатей имели немного удлиненную рукоять и измененный баланс, чтобы лететь дальше и точнее. Кунаи с прочной сердцевиной и усиленными лезвиями больше подходили для рукопашного боя, равномерно распределяли нагрузку от удара на ладонь, но были крайне неудобны для метания. Кунаи с чакропроводящим металлом, удобные, если ты активно используешь стихию, но дорогие, заразы. Специальные зарубки на лезвии для нанесения яда, потому как с полированного металла жидкость слишком быстро слетает во время замахов. Были кунаи со специальнымикреплениями для тросов или с нестандартной заточкой. Разные, в общем. Иглы. Сюрикены разных размеров и массы также с небольшими изменениями. Те же тросы. Разные мелочи, вроде пилок для скрытого ношения, накладных карманов и прочих извращений. Одежда стандартного покрова. Обычные тапочки синоби я так носить и не начал, выбрав обувь с закрытым носком и пяткой и с высоким голенищем. Но здесь такие не продавались. Так же можно было найти и менее распространенные мелочи. Перчатки с нашитыми кастетами. Приспособления для дыхания в различных неблагоприятных условиях, хотя моя маска все равно лучше. Были накладки на руки для залезания на стены. Смешно, но есть и такие. Оказывается, бывают умельцы, сооружающие стены своих крепостей таким образом, чтобы взобраться на них с простым контролем чакры невозможно. Вот и приходиться синоби изворачиваться. А самое главное - здесь были небольшие учебные куколки. Напоминали они паучков, разве что передние лапки больше походили на клешни скорпиона. Вся кукла легко помещалась на ладонь. Маленькая, а стоит столько, что на эти же деньги можно полностью одеться. Но, не в деньгах счастье. Это лишь инструмент, и нефиг их жалеть, особенно в моем положении.
  Дождавшись, пока какой-то тюнин купил все, что хотел, и продавец наконец-то освободился, подошел уже сам.
  - День добрый, Шикаро-сан, - я поклонился старику.
  Что-что, а проявлять неуважение к почтенному члену клана Нара было бы неосмотрительно.
  - Добрый. Чем могу помочь?
  Видимо, сегодня старик вовсе не был настроен на разговоры. Это не есть хорошо, заболтать не получится. А так наверняка ведь запоминает, кто и что покупает. У него, естественно, человек по сто в день, не меньше, а то и больше. Но, это же Нара, им положено быть до неприличия умными.
  - Набор кунаев, сюрикены, походный комплект... - я перечислял все то, что обычно покупали перед миссией, между делом вставив, - марионетку паука...
  Старик смерил меня взглядом прищуренных глаз, но промолчал, дав мне закончить весь список. На столе начали появляться небольшие свертки, и старик поинтересовался:
  - У тебя хороший контроль чакры. Не думаю, что занятия с пауками тебе нужны.
  Приподнял правую руку.
  - После восстановления придется разрабатывать каналы. Контроль хороший, но если знаешь тренировку прогона чакры по руке, лучше марионеток, подскажи.
  Шикаро почесал затылок. Как-то не был он похож ни на своего племянника Шикаку, ни тем более на Шикамару. Внешнее сходство было, и то не особо большое. А вот характерной Нара ленцы я не замечал. Возможно, опыт и прожитая жизнь как-то его изменили, но...
  - М-м-м. Как тебя так угораздило-то?
  Пожимаю плечами:
  - Как-то так.
  В этот момент старика отвлекли новые покупатели. Он мельком оглядел двоих вошедших, которых я видел в отражении на стекле за спиной старика. Ндя, все же у меня паранойя, обостренная тренировками на АНБУшника. Даже сейчас могу сказать, сколько людей в магазинчике, кто они, что выбирают и кучу мелочей. Вот только эта парочка. Молодцы, конечно. Вошли с минимальным промежутком, друг за другом, грубо говоря. Один сразу смотрел в противоположную от меня сторону, а вот второй быстро нашел меня взглядом, но задержал его не больше секунды, как и на старике. Сразу разошлись. Один принялся выбирать кунаи с чакропроводящим металлом, а второй остановился у походных наборов. Вот только с обоих точек просматривался как прилавок, а значит и я, так и вход. Наблюдение. За кем? Мной? Не уверен, надо бы проверить. Я, конечно, навел на себя подозрения, но все.
  - С каких это пор ты с сопровождением ходишь? - тихо, почти шепотом спросил Шикаро.
  Перевел взгляд на старика, снова аккуратно оглядел вошедших. С виду - тюнины. Тот самый класс синоби, которые среднячки и которых до хрена. Не из кланов. Одежда подогнана - значит, своя. Обычная форма. Шрамов - видимых, по крайней мере - нет. Рукава длинные, и, если на плече и есть характерный знак "безликих", его сейчас не увидеть. Но это признак косвенный - знак этот хитрый, его скрыть можно так, что мама не горюй. Морды каменные. А ну-ка. Громко чихаю, очень натурально чихаю, кстати, "случайно" уронив одну из коробок себе на ногу. Глухой удар, и мои едва слышные маты. На них не смотрю, но пара смешков до меня донеслась, правда, не от этой парочки. Поднял все на прилавок, доставая деньги, чтобы расплатиться.
  - Не шелохнулись, - пояснил старичок.
  Выложил необходимую сумму, добавив сверху несколько лишних монет, подмигнул продавцу:
  - Без сдачи.
  Корень. То немногое, что я о них знал, так это тренировки по "выключению" эмоций. Людей, у которых нет мимики, а точнее, она настолько скудная, что, кажется, будто ее нет, крайне мало. Да нет таких. Хоть что-то да проявляется. Острый взгляд старика не уловил ничего. Что это парочке потребовалось? Выясним.
  Выхожу из магазина, прохожу по улицу, остановившись у небольшой лавки. Выбираю пирожок, краем глаза наблюдая за входом в магазин. Контрольные сорок секунд, и сначала один, а с промежутком и второй выходят наружу. Все, добегался, касатик. Слежка. Тело Узумаки заинтересовало руководство, и они для надежности посадили двух умельцев мне на хвост. Но есть и хорошие стороны. Я надеюсь, во всяком случае. Садить на меня полноценного дзенина - слишком жирно. Так что две или три пары тюнинов - вот и вся моя слежка, не более. Пока я не показываю, что заметил их.
  Покупаю свежую, еще горячую булку с яйцом и зеленью и топаю к дому. "Хвост" очень грамотно следует за мной. Я их вообще почти не вижу, если быть честным. Плохо. Скинуть их без посторонней помощи не смогу чисто физически. Черт! Выбора-то не остается. Время быстро уходит, мое время.
  Вернулся домой, отметив, что никого поблизости не видно. Что я знаю точно: в Корне нет Хьюг. Последние считают ниже своего достоинства вступать в такую сомнительную организацию. Хотя, все же, наверняка есть ведь, может, один, максимум - два. Но его точно нет у меня на хвосте. Риск, но будем отталкиваться от этого.
  Открываю дверь и вхожу внутрь. С кухни идут запахи - напарница что-то готовит. Шаг. Оттуда же доносятся звуки соприкосновения металла и дерева, и девушка выскакивает в холл. Обычная домашняя одежда, кухонный фартук. На лице легкая, но грустная улыбка. И ожидание в глазах.
  - Я вернулся.
  - Добро пожаловать домой, - отвечает Каору, успев чуть теплее улыбнуться.
  Но я уже резко сближаюсь, крепко обняв ее, и негромко шепчу на ушко:
  - Тише. Я в беде, и мне нужна помощь...
  Каору слегка вздрагивает, когда я обнимаю ее. И, услышав мои слова, медленно кивает. Да, малышка, я отлично знаю, как у тебя что-то просить. Фиг ты отвертишься, если мне что-нибудь будет нужно.
  - Сейчас я зайду в ванну. Создай прямо внутри водного клона, способного использовать хенге и превратиться в меня. Я позже все объясню.
  Вновь лишь медленный кивок. Молодец. Думаю, она заслужила маленькую награду. Прижимаю ее к себе еще сильнее, целуя, нежно целуя. Все, время уходит. Отлипаю от девушки, быстро захожу в свою комнату и достаю запасной костюм. Теперь в ванную. Небольшие манипуляции с тканями, чтобы чакры на маскировку поврежденной руки шла не с самой руки, а с плеча. Затраты чакры больше, хоть и не намного, но вариантов я не вижу. Под дверь просачивается тонкий ручеек, и постепенно в небольшой комнате материализуется клон напарницы.
  - И когда мне ждать объяснений? - немного раздраженно спрашивает она.
  Скидываю одежду, спешно переоблачаясь. Девушка краснеет, напрочь забыв, что только что спрашивала.
  - Я все расскажу, но чуть потом. Сейчас просто нет времени.
  Встряхивает головой, отгоняя назойливые мыслишки.
  - А потом не будет слишком поздно? - переспрашивает она.
  Закрываю последние застежки, маска, капюшон.
  - Все будет нормально. Просто маленькие неприятности.
  Каору хмурится, но складывает руки в печатях.
  - Превращение.
  Легкое мерцание от применения чакры, и передо мной возникает мой собственный, слегка дрожащий, силуэт. Благо только у меня такая реакция не гендзютсу: у Каору отличная техника превращения, фиг отличишь от настоящего.
  - С тебя причитается, - напомнил мне я сам.
  - Естественно, - легко согласился я, уже исчезая в маскировке.
  В руке появилась ноющая боль, и я машинально потер ее второй рукой. Я шагнул к выходу, когда клон Каору добавил:
  - Удачи. И будь осторожен.
  
  Глава 69.
  
  Насчет удачи не знаю, а вот осторожность мне явно не помешала бы. Слишком расслабился. Стоило обойти первую двойку уже знакомых мне тюнинов, я направился по наиболее удобному пути. Странная двойка. Как таковых тюнинов в Корне АНБУ нет, а значит, они что-то вроде молодого пополнения. Хотя и трудно сказать, не очень я хорошо знаком с их внутренней системой. Знаю только, что к ресурсам простых АНБУшников они прибегают часто. Я обошел их и нырнул в ближайший парк. А что, много теней, кроны деревьев, относительная свобода маневра. И именно здесь я едва не завалился. Прямо у входа в парк стояла непримечательная пара и мило ворковала. Парень в обычной одежде, в форме тюнина. Девушка в легком платье мягко-голубого цвета, причем я не определял в ней куноити. Ну не было привычной для любого синоби четкости движений, сразу же бросающейся в глаза. Застенчиво поправляет волосы, прикусывает губу, иногда отворачивается, будто стесняясь. Будто. Я мог прыгнуть прямо рядом с ними, но посчитал веточку над ними более удобной и запрыгнул на нее. И сразу до меня донесся голос парня.
  - Я что-то слышал.
  - Где?
  Они говорили почти шепотом, и не стой я так близко, не услышал бы. Почти незаметно они оглядываются, выискивая что-то взглядом. Инстинктивно включаю маскировку, ощущая, как использование чакры отдается болью в руке.
  - Думаешь, он?
  Парень кивает:
  - А кто еще?
  Хм. Ну вообще, его можно понять. В округе синоби живет крайне мало, время позднее. Маршрутов между важными точками в деревне здесь не пролегает, так что случайный посыльный мимо промчаться не мог. Мог, но маловероятно.
  - Сигнала нет, значит, он все еще под наблюдением, - возразила девушка.
  Да, да, так и продолжай считать.
  - Или они его упустили.
  Ну что за параноик? Хотя кто бы говорил. Максимально осторожно прыгаю выше и сразу срываюсь в сторону, чтобы быстро уйти от них подальше. Не очень хочется тратить время на эти игры. Несколько прыжков, и я на другом краю парка. Спрыгнув с дерева, я забрался на один из балконов ближайшего дома и временно схоронился там, осматриваясь. Перестраховка лишней не будет. И оказался прав. Парочка тут же появилась внизу, уже с меньшим энтузиазмом изображая влюбленных и с большим посматривая по сторонам. Что же вы такие назойливые? Но не успел я обдумать, что делать дальше - сразу бежать или еще послушать, - как к парочке подошли еще два тюнина. И кто был одним из них? Хана. Моя старая знакомая вела свою тройку псов за собой, а ее спутник, обычный тюнин, с нескрываемой агрессией смотрел на 'влюбленных'. Всех слов я не слышал, но некоторые фразы сумел разобрать.
  - ...ого вы здесь прохлаждаетесь? - это напарник Ханы - Вам где приказано сто...
  - ...заметил что-то... - это тюнин из парочки.
  Псы Ханы начали принюхиваться, а она сама настороженно поглядывать по сторонам.
  - ...вы просто хотели... - это снова агрессивный напарник.
  - ...нет! Как ты... - это уже девушка.
  Псы уже направленно внюхивались в землю, как раз в том месте, где я приземлился.
  - ...от них, - это уже Хана, - кажется, я что-то чую...
  Вот же клятые следопыты. Срываюсь со своего места, рывком запрыгивая в крохотную квартирку. Синоби здесь не живут, а люди меня хрен заметят. Прыжок - и я у двери. Открыть, выйти, закрыть. И теперь деру, собачьи носы - это даже хуже, чем Хьюга. Не намного, конечно, но мне, в общем-то, не легче. Хочется остановиться и подумать, какого биджу за мной еще и Хана гоняется, но времени нет. От собак, особенно опытных, уйти очень сложно. Все обычные методы, типа ходить по воде, не прокатывают, так этих волкодавов не обмануть. Зато есть менее гигиеничный, но более верный способ. Сзади раздается лай, короткий, но уверенный. Дрессировок я своими глазами не видел, но думаю, песик взял след. Почти уверен, эти псины меня неплохо запомнили с прошлого раза. Может, и нет, конечно, но...
  Пробегаюсь по улочке и резко меняю направление движения. Черт, и где все мусорные бачки, когда они так нужны? Точнее пару я уже засек, но пустых. Снова одиночный лай за спиной. Назойливые собачки. Я уже вышел из небогатого района Конохи, и сначала перемахнул через небольшую речку, протекающую прямо через город. Но, чуть подумав, плюхнулся в нее и побежал по воде. Не больше сотни шагов и снова резкий рывок в сторону, смена направления. Пойду дальше - обязательно нарвусь на клановых синоби: там сразу три клановых квартала. А вот так, между улочками, шансы остаться незамеченным еще есть.
  Движение сверху, резкое, слишком резкое для человека. Маскировка, и замираю в ближайшей тени. На балкон выходит синоби - уж не знаю, дзенин или тюнин, отсюда не видно. О чем-то говорит с женщиной, вышедшей его провожать. Вот же... сзади снова лай, уже ближе. Все, собачки взяли след уже плотно, фиг я теперь от них просто так отвяжусь. Черт! Была ни была! Рывок вперед, игнорируя неизвестного синоби. Пробежав очередную улочку, попутно отмечаю, что как-то сегодня двоек тюнинов (да и гэнинов) больше, чем обычно. Краем глаза замечаю какого-то кошака.
  - Кис-кис-кис!
  Догнать кошку оказалось просто: поймал, скрутил. Оторвал от одежды, что лежала в небольшом подсумке костюма - так, на случай, который всякий - небольшой кусок, уже успевший пропахнуть мной сегодня, и привязал к кошаку. Теперь мелочь, которой обычно учат только АНБУ, уничтожающая печать. Небольшой символ, нанесенный на листок, легко с помощью чакры переводится на любую поверхность - на кусок ткани в моем случае. Заправить чакрой, и через несколько минут останется только пепел. Теперь хороший пинок коту, или кошке, для начального ускорения, и бегом. При учете количества псов у Ханы, обманок следовало бы сделать несколько, в идеале вообще клонами разбежаться, но что есть, то есть. Не отлавливать же всю живность по пути. Вместо этого возвращаюсь назад, пусть и крюком, и снова ныряю в воду. Пробежка до кварталов рынка, там больше всяких забегаловок. Лай еще слышатся, но где-то далеко. Следует предположить, что не особо они меня и ищут.
  Сворачиваю в переулок и прыгаю в первый попавшийся мусорный бак. Даже сквозь маску просачивается характерный смрад. Все, выскакиваю наружу и бегом по переулкам - чем грязнее, тем лучше. Проще всего замаскировать запах не в том, что вообще почти не пахнет, а в том, что смердит со страшной силой.
  Пробежавшись еще несколько кварталов все же выворачиваю на улицу, ведущую к речушке, попутно размышляя. Теперь можно, следов преследования не замечено. Какого за мной увязалась еще и Хана? И не связано ли это с теми странно осматривающимися группками синоби, что то и дело попадались по дороге? Чем дальше от моего дома, тем чаще гэнины, а не тюнины. Вот уже два квартала тюнинов в парах вообще не видел. Сколько же народу они вывели на эту маленькую охоту? Чего-то я в этой жизни все же не понимаю.
  Ныряю в воду, пару раз включив и выключив маскировку. Пробежавшая по поверхности костюма чакра смыла большую часть помоев, так что пахну я снова нормально. Выбрался на берег, поглядывая по сторонам. Вроде никого, да и поздно уже - солнце садится. И все же, какого происходит? Так, стоп. Подумаем от обратного, исключив из уравнения лишние компоненты. За мной следят, предположительно два тюнина из Корня. Возможно? Вполне. На улицах куча синоби, тоже, предположительно, разыскивающая меня. Возможно? Хм, не очень. Ищут кого-то, но не меня? Вот это возможно, хотя тоже маловероятно. Ищут все же меня, но это все просто массовка? Как-то тоже не так. А теперь представим себя на месте большой шишки, привыкшей все решать комплексно. Надо проследить. Легко, поставил две двойки опытных ребят - и готово. Но объект слежки все же очень скользкая змея, вдруг прорвется? Ставить еще людей? Как-то жирно. Зато можно отрядить дешевую рабочую силу, скажем, в виде незанятых тюнинов нужной специальности. Запросто. Рассказывать лишнего не следует, просто приказать: ищите. Получится такой второй круг оцепления. Сделано. Ну и до кучи, чтоб уж совсем перестраховаться. Создать еще и третий круг, просто из всего того, до чего можно дотянуться, влепить миссию низшего ранга - и вперед. Проблем - минимум. Все организационные вопросы решают другие люди, да еще и за счет деревни, так как главе Корня такие миссии наверняка бесплатны. Вот и третий круг готов. Перестраховка, еще и за чужой счет. Большие боссы - они такие, запросто могут учудить.
  Где-то вдалеке послышался лай собак, и я отвлекся на него. Но нет, далеко - меня, вроде, не проследили. Прости, Хана, но меня хорошо учили. Скрываться в том числе. И вот, когда я уже было поверил, что оторвался от преследования, из кустов на меня вывалилось оранжевое недоразумение в количестве пятерых клонов и с криком:
  - Лови его!
  Сразу за ним выскочил Саске, держа кунай наготове. Вот кого я меньше всего ожидал увидеть, так именно эту парочку. Интересно, Сакура тоже где-то поблизости? Но оба парня бросились в бой, и мне стало не до разговоров или праздных мыслей.
  
  * * * * *
  
  День Сакуры начался вполне обыденно. Что Наруто, что Саске вели себя спокойно. Небольшой отпуск после долгой миссии в стране Снега уже закончился. Поэтому команда, как и обычно, с самого утра собралась на приметном мостике в парке. Какаши-сенсей, как и следовало ожидать, опоздал. Но сегодня двое членов команды не ругались друг с другом, не спорили и вообще вели себя на удивление спокойно. Результаты миссии устраивали обоих гэнинов, и впервые за много дней у них не было повода для споров и выяснения отношений. За время, которое команда ожидала своего сенсея, юной куноити даже удалось немного разговорить своих напарников. Пусть это и был ничего не значащий разговор на нейтральную тему, но это было намного лучше обычной агрессии со стороны обоих мальчишек. В стране Снега Сакура смогла почувствовать себя полезной, и неприятные мысли о том, что ей, возможно, стоит покинуть ряды синоби, отошли на задний план. Вернулась, хоть и далеко не полностью, вера в себя, которая была сильно подавлена после экзамена на тюнина. Все же в сравнении с теми, кто участвовал в третьем этапе экзамена, она казалась сама себе слабой и почти беспомощной. Но сейчас ее настроение было приподнятым: Наруто нес какую-то чепуху, пересказывая то, что произошло в стране Снега, в очередной раз все переврав, но так было даже забавнее, и даже Саске не отмалчивался, а как-то отвечал и участвовал в диалоге.
  Вскоре появился и Какаши-сенсей. Их всех ждало очередное простенькое задание.
  За разговорами дошли до какой-то деревушки. Наруто и Саске занимались погрузкой, разгрузкой, перетаскиванием. Какаши-сенсей читал, изредка перекидываясь кроткими фразами со старостой. А Сакура бездельничала. Она тоже была вполне способна перенести любой из мешков, которые таскали напарники, пусть и исключительно с помощью чакры, но зачем лишний раз напрягаться? К тому же Наруто с парой клонов очень бодро шастали по округе, и их миссия не затянется дольше, чем до обеда. Так и получилось: перекусив, вся команда неторопливо побрела в обратном направлении. Путь до Конохи снова сопровождался разговорами, правда, шли они явно медленнее, чем утром, даже Какаши-сенсей присоединился, видя, что его подчиненные впервые за долгое время не ругаются. Сакура уже подумывала, под каким бы предлогом провести время вместе с Саске, когда они проходили ворота. Но сразу на входе команду встретил курьер, передавший Какиши-сенсею свиток с еще одним заданием.
  - Хм... ребята, кажется, сегодня мы еще не закончили.
  Воодушевлению Наруто не было предела, а вот Саске, кажется, не был обрадован.
  - А что там? Еще одна миссия? - поинтересовалась Сакура, глядя на свиток в руках сенсея.
  - Хм, да. Вам троим поручено занять позицию в парке недалеко от кланового квартала Инузука и устроить засаду. Если в поле зрения покажется Минакуро Като, проследить за ним, не раскрывая себя, и послать одного человека предупредить...
  Дальше расслышать было сложно, потому что рядом кричал Наруто.
  - Като? А зачем за ним следить?
  Какаши-сенсей задумчиво почесал затылок.
  - Хм... возможно, это что-то вроде тренировки. Я поинтересуюсь у Хокаге-сама. И еще...
  Но было уже поздно - Наруто умчался в указанном направлении. Саске, хмыкнув в своей манере, выхватил у сенсея свиток с заданием и побежал за Наруто. Сакура немного замешкалась, но, попрощавшись с Какаши-сенсеем, тоже побежала вслед за мальчишками.
  Когда она добежала до парка, Наруто уже устроился в кустах вместе со своими клонами. Саске сидел неподалеку, перечитывая свиток. У Сакуры промелькнула мысль: почему их команду послали на такое странное задание? Если она правильно помнила, Като-сан был тюнином, пусть и их сверстником. Сильным тюнином, отлично показавшим себя на экзамене. И он был отлично подготовлен в плане скрытного перемещения, а значит, их команде будет крайне сложно его заметить. Разве что поможет шаринган Саске. А следить будет еще сложнее: наверняка простые уловки, вроде Хенге, не обманут тюнина. Но эта мысль исчезла так же быстро, как и появилась, потому что все внимание девушки вновь занял наследник клана Учиха.
  Сакура смотрела на предмет своей страсти, но не знала, о чем заговорить. Наруто все больше впадал в скуку. Саске просто скучал. Время тянулось, и вскоре Наруто просто уснул, а его клоны развеялись. Сакура села на ветку рядом с Саске и просто молчала, наслаждаясь моментом. Саске, сначала незаметно поглядывающий на нее несколько настороженно, был удивлен молчанием девушки, а потом просто забыл о ней. Странная миссия затягивалась.
  Солнце скрылось за горизонтом, и Сакура все же решила прервать молчание. Ей нравилось просто сидеть, но все же вопрос не давал покоя.
  - Как долго мы должны сидеть в засаде? - спросила девушка.
  Саске, забывший о ее присутствии, слегка вздрогнул перед тем, как заглянул в свиток.
  - Не сказано, посидим еще немного...
  И именно в этот момент на небольшую поляну перед ними выскочил синоби в хорошо знакомом костюме. Като нервно поглаживал правую руку левой, настороженно оглядывался на далекий лай, но засаду не замечал. И он не скрывался в невидимости, хотя мог. Саске соскользнул вниз и расшевелил Наруто. Заткнув тому рот, он показал на появившегося впереди синоби и покрутил перед лицом блондинчика свитком, напоминая, что они на миссии. Наруто среагировал быстро, но немного неправильно. Создав клонов, он бросился в бой, громко крича:
  - Лови его!
  Саске немного скривился, мысленно обзывая напарника идиотом, но, выхватив кунай, тоже бросился вперед. Сакура, уже собравшаяся прыгнуть вперед, резко остановила себя. Они не должны были сражаться с Като-саном, да и сможет ли она с ним сражаться? И то, что происходило прямо перед ней, говорило об обратном.
  Кажется, Като даже не удивился появлению Наруто и Саске. Безошибочно определив клонов, он выхватил левой рукой пару сюрикенов и швырнул их вперед. Два хлопка, и двумя клонами меньше. Саске, не раздумывая, активировал шаринган. Он тренировал свои глаза, а такой противник мог послужить неплохой практической отработкой навыков. Но Като не дрался по чужим правилам. Перехватив одного из клонов Наруто, он отправил того в полет к оригиналу, сбив с ног обоих. Второго клона он так же аккуратно, не травмируя раньше времени, запустил в Саске. Учиха едва успел уклониться от такого броска, и то, только потому, что был вторым, в кого полетел импровизированный снаряд. Саске был уверен, что в ближнем бою легко превзойдет соперника, к тому же видел, что Като не пользуется правой рукой, возможно, травмированной. Бросок вперед, резкий удар без размаха, но кулак влетает в пенек, а сверху его уже атакует Като. Очень быстрая подмена, без всяких жестов или слов, просто усилием воли. Сильный удар ногами сверху вниз, который Саске видел у Рок Ли, он успел заблокировать, но ошибся. Это был обманный маневр, Като сложил своими ногами замок, блокировав руки Саске, резко перевернулся, найдя левой рукой точку опоры, и с усилием запустил противника в только что поднявшегося на ноги Наруто. Саске успел немного затормозить полет, почти дотянувшись до земли рукой, но все равно врезался в блондина, вновь опрокинув того на землю. Кое-как поднялись. Като задумчиво чешет голову, что-то решая для себя.
  - Наруто, давай клонов. Отвлеки его.
  Парень кивнул, скинув напарника с себя, и собрал печати.
  - Техника теневого клонирования!
  Теперь клонов было не меньше полусотни, но Като продолжал так же задумчиво чесать голову, будто ничего и не изменилось. Саске поспешил использовать превращение, замаскировавшись под Наруто. Клоны ринулись в атаку, и Саске вместе с ними. Като как-то лениво уклонялся от атак, изредка одним ударом травмируя и развеивая клона. Когда Саске решил атаковать, Като, мгновенно определив его, сместился, подставив под удар клона. Его движения едва заметно изменились. Теперь верткий противник только смещался, постоянно сталкивая клонов друг с другом. Атаки Саске он так же сбивал, подставляя вместо себя клонов, что быстро надоело Учихе. Выйдя из себя, Саске сложил печати:
  - Высвобождения Огня: Огненный Шар!
  Полыхнуло. Сильно полыхнуло, большинство клонов попало под удар. Но вместо положительного эффекта прямо из пламени вырвался Като, занося руку для удара. Саске запоздало сообразил, что ниндзютсу слабой концентрации не повредит его костюму. Но инстинкт сработал вовремя. Шаринган мгновенно создал иллюзию. Удар левой рукой прошел лишь немного левее лица Саске, дав ему возможность контратаковать. Быстрое комбо в корпус заглохло уже на третьем ударе. Не то, чтобы Като превосходил Саске в силе или скорости, но просто знал этот прием, как знал и его слабые стороны. Биться с противником в рукопашную Като не хотел - честно, по крайней мере. Вспышка дыма, прямой незамысловатый удар, который Саске перехватил, просто заблокировав кулак своей ладонью. Но резкая боль в ладони заставила отскочить назад. В руке уже торчал сюрикен, и по ней быстро распространялся холод. Наруто, помня, что сюрикены Като клонированы, решил дать Саске время выйти из-под действия техники и бросился в атаку. Но если с Саске Като дрался почти на равных, явно превосходя опытом и техникой, но сильно отставая силой и скоростью, то Наруто вообще не был ему противником в таком бою. Без дзютсу у блондина не было шансов, и, получив несколько резких и весьма болезненных ударов, он это понял.
  Сакура смотрела на бой и не могла сбросить чувство оцепенения. Действия Като со стороны сильно напоминали действия Какаши-сенсея. Спокойные, слегка ленивые, в короткие моменты становясь очень быстрыми, но лишь временно. Като будто предугадывал действия обоих противников, заставлял их мешать друг другу, даже несмотря на всю неожиданную слаженность напарников. Наруто создает клонов, Саске идет в атаку. Но Като, не используя техник, резко теряется среди многочисленных клонов, вводя путаницу и сумбур в их действия. И, стоит Учихе потерять противника из виду, тут же неожиданно атакует его, почти всегда сзади или просто из слепой зоны. Саске добивался успеха, только сходясь с Като в прямом бою. Его полуподсознательные техники иллюзий заставляли Като промахиваться или блокировать удары совсем не там, где они были нанесены. Но так было лишь трижды - все остальное время тюнин держал инициативу в своих руках. Как только Саске начал выдыхаться, сразу получил еще несколько сюрикенов, видимо, парализующих. Сразу за ним по шее получил и Наруто. Клоны развеялись. Като лениво швырнул сюрикен, воткнувшийся в ветку дерева опасной близости от ладони Сакуры.
  - Выходи, игры закончились.
  Куноити послушно спустилась и вышла на поляну. Саске и Наруто, понурившись, сидели рядом, не глядя на стоящего перед ними тюнина. Сакура, повинуясь короткому жесту, села рядом с ними. Като, какое-то время задумчиво глядя на троицу, тяжело выдохнул.
  - Моя оценка: отвратительно!
  Саске хмыкнул, но как-то неуверенно. Наруто с вызовом посмотрел на тюнина, Сакура пока не знала, как реагировать.
  - Но ты же тюнин! Естественно, ты нас победил! - бросил Наруто.
  Саске выдохнул, как всегда мысленно обзывая блондина идиотом.
  - И что? Вы разве должны были со мной драться?
  Наруто задумался, толкнув Саске локтем:
  - Ты читал свиток, что там было написано?
  - Пф. Следить.
  Блондин наконец осознал свой провал.
  - Но это было нечестно! Ты так долго не появлялся! Это неправильно!
  Като вновь тяжело выдохнул:
  - Полный провал. Вы не выполнили миссию. Да еще и, бросившись на меня вдвоем, проиграли. С треском. Позор. От вас я такого не ожидал. Придется мне настаивать, что вы еще не готовы становиться тюнинами, - тоном учителя, выбивающего дурь из школьников, говорил Като, - это была проверка, и вы ее с треском провалили! Умение сидеть в засаде, а затем выслеживать цель очень важно для синоби, запомните это!
  Троица прониклась, понурилась. Като ухмыльнулся под маской.
  - Но у меня есть предложение.
  Вся команда подняла на тюнина вопросительный взгляд.
  - Давайте сделаем вид, что мы не встретились. Я вообще-то, не должен быть здесь, а вы не должны были со мной сражаться. Если поклянетесь, что никому не расскажете обо мне, я тоже буду молчать. Как вам?
  Саске замешкался, Сакура задумалась. Наруто выкрикнул не раздумывая:
  - Я обещаю никому ничего не говорить!
  Сакура кивнула:
  - Я тоже обещаю.
  - Пф, - фыркнул Саске, - я никому не скажу.
  - Вот и отлично! - кивнул Като, нервно погладив правую руку левой и оглядываясь по сторонам, - тогда я побежал. Пока.
  Тюнин растворился в маскировке, оставив команду с невеселыми мыслями.
  - Все-таки, это было нечестно! - проронил Наруто, поднимаясь. - Я голоден. Пойдем поедим?
  
  Глава 70.
  
  Позор мне. Надо же было так попасться. Хотя мне еще повезло, даже дважды. Первый раз, когда нарвался именно на этих троих. Все же они еще дети, пусть и мои сверстники. Физические сверстники, если быть точным. Второй раз, когда я угадал с их миссией. Хотя вполне закономерно: я достаточно четко все просчитал и даже если бы ошибся, простор для маневра все равно был. А вот сам бой был тяжеловат. Рука все еще ноет, а у меня делов выше крыши. Да и про защитную технику Учих я тоже раньше не знал. Мое сопротивление спасовало, даже не пытаясь различить подвох, хотя я и не рассчитывал, что всегда будет работать. Осталось лишь надеяться, что меня не сдадут. Ну, Наруто сам не проболтается, разве что по глупости. Саске? Гордость не позволит. А вот Сакура может, причем запросто. Лишь бы они не проговорились до того, как я все улажу. Потом пусть болтают - фиг кто докажет, что это был я, а не парень в таком же костюме. Кому надо, тот, правда, и доказывать ничего не будет, но для них у меня уже готовы другие ответы.
  И вот мне снова предстоит проникнуть в закрытый склад. Дежавю, однако. Склад, правда, располагался в скале вместе с прочими помещениями 'безликих'. Его туда не так давно перенесли - после сражения, похоже. Так понимаю, прошлое здание оказалось разрушенным. Да и проблема была скорее в том, чтобы проникнуть туда вообще, а не проникнуть конкретно на склад. Там повсюду охранные техники, печати разных типов в основном. Правда, несовершенные - все же без клана Узумаки ставить хитрые печати весьма проблематично. Насколько мне было известно, техники взаимодействовали с костюмами АНБУ, в которых тоже стояли печати. Печати корректировались раз в два дня, так что мне желательно достать чью-нибудь форму. Взобравшись на дерево неподалеку от входа, я принялся ждать. Это было одно из немногих мест, где АНБУ не особо напрягались в плане конспирации. Охрана, конечно, была серьезная. Но вот возвращающиеся с миссии 'безликие' здесь уже немного расслаблялись, что давало мне некоторое преимущество. Еще я знал, как сходу отличить ранг АНБУшника. Там с десяток признаков, и дзенинов мне однозначно необходимо обходить стороной. Не спасет моя маскировка от таких. Расчет был на самое спокойное время, когда в округе было меньше всего посторонних. Дневные миссии уже закончились, ночные еще не начались, смена караулов, так сказать, тоже еще не началась, промежуток примерно в час. Охрана в это время настороже, но меня больше интересовало наличие прочих синоби. Уже порядком стемнело, и подо мной прошла пара синоби в масках. Припозднились. Отлично!
  Хорошо хоть, окна в этой скале все же были. Странно, правда: я бы со своей паранойей на месте старшего все законопатил нафиг, но жираф большой - ему видней. На окне была защита. Но теперь я умел ее обходить, если знал, где она стоит. Если бы не знал, фиг бы мне что помогло. А так простенькая печать, немного чакры, рывок, и я внутри. Дальше хуже. Комната отдыха или что-то в этом роде. Где здесь стоят печати, реагирующие на посторонних, я понятия не имел. Их не всякий Хьюга заметит, куда там мне. Но меня-то учили. В коридор я вышел, прислушиваясь и пытаясь заметить голоса только что вошедших. Есть голоса. Прыжок к потолку, маскировка и шевелиться поменьше. Это тюнины, так что прокатит, да и потолки здесь высокие. Пара синоби прошла подо мной, и я пристроился к их темпу. В коридоре печати не были столь сложными, чтобы отличать, на ком именно стоит метка 'свой'. Вдруг кого привести надо, так что я просто держался поближе и полз рядом с 'безликими'. Они переговаривались, но негромко. И были девушками. Хм, это вносит некоторые коррективы в мой план. Небольшие, но все же. Девушки зашли в одну из комнат. Я успел подползти к двери и не дать ей захлопнуться. Терпение. Голоса, шуршание одежды. Терпение. Голоса, шаги босых ног. Есть. Забираюсь внутрь. Раздевалка и душевые. Одежда висит здесь - форма, точнее. Сменной нет, жаль - значит, еще куда-то пойдут. Придется их временно притормозить. Вошел в душ. Черт, ну почему именно душ? Здесь маскировка не работает, придется действовать быстро, а я калека без одной руки. Вот же...
  Кабинок нет, и обе девушки стоят рядом, продолжая говорить. В следующий раз буду осторожней и пойду только за мужиками, с ними геморроя меньше. Подхожу, шлепаю одну по заднице, заставляя резко обернуться в сторону, противоположную той, в которой стоит ее подруга. Быстро подношу руку к лицу второй, короткий хлопок печати, надеюсь вода не помешает. Ловлю быстро оседающее тело, чтобы не ударилась. Вторая уже оборачивается, замечая смутно различимую в падающих каплях воды фигуру - мою, к слову. Но вместо адекватной реакции - удара по мне, я имею в виду - начинает прикрываться и собирается визжать. Черт, и это АНБУ? Серьезно? Я разочарован. Рука к лицу, хлопок печати, и второе тело затихает. Переношу обеих в раздевалку и укладываю, будто они устали и решили поспать. На всякий случай еще прикрываю обоих полотенцами, мало ли.
  Кое-как натягиваю на себя форму одной из них. Ни капли не смущаюсь: на одной из тренировок меня всерьез заставляли девочку изображать, и у меня получалось. Одежда, косметика, поведение - все, как надо изобразил. Потребуется, я хоть собаку изображать буду, даже не постесняюсь на столб пописать или другой собаке... Хм. Нет, не до такой степени все же. Оделся, свою маску стянул, чужую одел. Вау, не знал, что тут такие бонусы спрятаны. Какие-то печати, а вижу, кстати, я очень четко через эти прорези, будто мне и не мешает ничего. Так, сейчас не время. Пулей в коридор и быстро к складу, стараясь ни с кем особо не пересекаться по пути. Печати в маске несколько раз подсвечивались, видимо, реагируя на защиту. Меня никто ни о чем не спрашивал, и со мной никто не говорил. Правда, попытайся я проникнуть куда-то сверх того, что доступно всем 'безликим', и тут меня и сцапают. Но я-то проникать никуда не собираюсь, мне только на склад нужно.
  Склад, как оказалось, вообще не охранялся. Много полок, много-много разных полок с разным содержимым. Огляделся - вроде никого. Поиск, долгий поиск. Черт, как же здесь много всего. Не то, чтобы мне все это нужно, но как найти именно что-то конкретное? Подумав, стоит ли брать что-то 'за компанию', решил отказаться от этой идеи. Жадность до добра не доводит, а мне здесь ничего особо и не надо.
  Когда я наконец добрался до нужной полки, на входе раздался шум. Стараясь затеряться между многочисленными стеллажами, я прислушался. Разговаривали двое.
  - Они уже должны были вернуться. Но отметки пока не стоит.
  - Я уверен, что видел ее здесь, - голоса приблизились. - Макото!
  Обязательно кричать? Хотя это знак, что мне надо спешить. Не хотелось бы, что бы девиц обнаружили в том виде, в котором я их оставил.
  - Говорю же, они еще не проходили мимо меня.
  - Где эти несносные...
  Голоса удалились, и разобрать конец фразы я не сумел. Да и черт с ним. Схватив несколько баночек с интересующим меня составом, я поспешил ретироваться. Вернуться в душевые оказалось куда сложнее. Пришлось вилять по коридорам, обходя почти всех встречных, мало ли кто меня искал. В смысле, эту Макото. В раздевалке пока было тихо. Быстро скинув одежду и повесив ее на место, я задумался над тем, как мне все же выбраться наружу. Окон здесь нет. Так что мне...
  - Макото! - раздается в коридоре.
  А что, может прокатить. Подбираюсь к двери, слегка приоткрыв ее. Высокий плечистый мужик в форме АНБУ, и маска такая, типа устрашающая. Дзенин, чтоб его. Хорошо хоть, я, изображая спайдермена, вишу на стене над дверью и смотрю через щель сверху, а не снизу, как если бы я стоял на полу - так менее заметно. Открываю дверь сильнее, дожидаясь реакции. Мужик подошел ближе, заглянул, увидел спящих красавиц.
  - Кхрм.
  Хм, все же вошел. Подошел к девушкам, приподнял голову одной, осторожно, чтобы махонькое полотенце не съехало. Ха, все же мой любимый способ выводить людей из равновесия. Играть на разных полах во всяких интимных ситуациях - раздолье. Люди почему-то перестают адекватно соображать в такие моменты. Не дожидаясь, чем все кончится, выскакиваю в коридор. Так, дзенина заняли -- можно и выбираться, лишь бы кто-нибудь по коридору шел в сторону выхода. Надо торопиться - чакра уже к концу подходит.
  Внутри послышались голоса, которые я не мог разобрать, а потом раздался визг. Я знал, что она немного неадекватная. Ну, застали ее, а что такого-то? Она синоби, или где? Вторая, правда, не кричит. Наверное, я правильно расставил приоритеты в душе, кому дать по заднице, а кого сразу приложить снотворным. На визг сбегаются еще трое 'безликих'. Один заглядывает в раздевалку и получает в ответ еще один визг. Синоби отходят от двери, переглядываются и, негромко посмеиваясь, расходятся по своим местам. И я за ними. Немного блужданий по коридорам, и я выскакиваю в одну из комнат, в которой есть окно. Немного манипуляций, и вот я уже на воле.
  На улице уже достаточно стемнело, чтобы особо не скрываться. Выбирая темные переулки быстро возвращаюсь домой, даже не используя маскировку. Черт, завтра снова все сначала, и еще неясно, как я буду вылавливать поддельное тело. Но сейчас отдыхать.
  Пара тюнинов, дежуривших недалеко от дома, сменилась. Но это не помешало мне забраться внутрь. Дом, хм, милый дом, да? Пахло чем-то жареным, но я что-то не могу различить, чем. Осторожно заполз в свою комнату - пусто. В смысле, все на месте, кроме клона, который должен был меня изображать. Зачешись. Возвращаюсь в коридор и осторожно проползаю в комнату Каору. На кровати двое. Подхожу и осторожно толкаю девушку.
  - Каору.
  - Вернулся? - успела заснуть, а вот клон не спал и сейчас начал шевелиться.
  - Объясни мне, почему мой клон находится в твоей комнате?
  Девушка, через силу сбросив сон, ухмыльнулась:
  - Ты против?
  Ндя. Вопрос с подвохом, да?
  - Конечно! Я же ревную! - громким шепотом ответил я.
  Сейчас мне никак нельзя терять ее поддержку. На самом деле девушка была самым слабым местом моего плана, так что буду подыгрывать, пока нет альтернативы. Ну и совмещать приятное с полезным. Каору посмеялась, толкая локтем клона.
  - Иди, переодевайся. Я тебя жду.
  Последние слова были сказаны таким голосом, что отказать было невозможно. Хотя возможно, конечно, но меня за такое никогда не простят.
  - Сейчас.
  Пробравшись за клоном в туалет, выложил на туалетный столик состав.
  - Что это?
  - Я же обещал все объяснить, позже?
  - Позже еще не наступило? - спросил клон.
  - Прости, но нет. Доверься мне, ведь я доверяю тебе.
  Переодевшись и понаблюдав, как клон сливается, чтобы не оставлять следов, я вернулся в комнату. Тихо лег в кровать, чувствуя теплые ладони, обнимающие мое тело. Будь я не я, сказал бы, что это, возможно, и есть счастье. Но нет, пока еще нет. Чувствуя теплое дыхание рядом с собой, я отчетливо понимал, что просто манипулирую девчонкой, ничего к ней не испытывая. Осознавая это было намного проще держать себя в руках и, поглаживая Каору по голове, шептать:
  - Спокойной ночи.
  
  Глава 71.
  
  Проснулся я от не очень сильного тычка в бок. Продрал глаза, огляделся. Комната Каору, ее постель, хранящая ее запах. Сама девушка, одетая в легкий халат поверх нижнего белья, стоит рядом. И смотрится она при этом весьма эротично. Даже несмотря на настороженное выражение лица. Нда. Скажите мне в том мире, из которого я вывалился, что двое фактически детей спят в одной кровати и живут одни, да еще и сексом развлекаются, причем все окружающие относятся к этому нормально, ну, максимум, неодобрительно. Вот скажите, и я посмеюсь. А здесь вот так живу. Потому что тюнин, имею право. А Каору плевать на такие мелочи.
  - Просыпайся.
  Голос напряженный и какой-то взволнованный.
  - Просыпаюсь, - киваю я, приводя себя в сидячее положение.
  Рассвет был совсем недавно, так что не сказать, что я хорошо выспался. Да и сон двоих в одной постели не очень способствует отдыху. Хочешь крепко спать - спи один! Доказано.
  - У меня два вопроса, и я даже не знаю, с какого начать, - оповестила меня девушка.
  Пожимаю плечами. Настроение не очень хорошее - я бы не отказался еще поспать.
  - Спроси так, чтобы одним вопросом обобщить оба, всего-то.
  Каору задумалась, но быстро кивнула:
  - Идет. То, что твоя одежда пахнет другой девушкой, как-то связано со слежкой, которую за тобой ведут?
  Мысленно хлопаю. Похлопал бы вживую, но боюсь, не так поймет.
  - Пришло время объяснений, да?
  Вопрос чисто риторический, но не мог не спросить. Каору кивает.
  - Мне поручили миссию, о которой знают только собственно тот, кто мне ее поручил - я сам, а теперь и ты. И этот третий не Анко. Так что я работаю на свой страх и риск.
  Теперь выражение личика стало еще более взволнованным.
  - Это так опасно?
  Киваю. Врать, так врать. С размахом. Хотя нет, лучше просто мучить ее недомолвками, так она сама придумает все, что не придумаю я. Проще и элегантнее, так сказать.
  - Вчера пришлось немного поносить женскую одежду. И за мной действительно следят. К тому же у меня к тебе есть еще просьба.
  Девушка выдохнула, но быстро справилась с собой, и ее лицо вновь источало более привычное безразличие.
  - Снова куда-нибудь исчезнешь? Нужен клон.
  - Не совсем, хотя это тоже. Скоро в Коноху доставят тело старика Узумаки. Мне нужно добраться до него раньше всех остальных. Ты можешь поставить клона наблюдать за госпиталем и сообщить мне, когда объявится похоронная команда?
  Девушка задумалась, очень правдоподобно изображая сомнения. Серьезно, хорошо изображает, я бы даже поверил, если бы не успел ее неплохо изучить.
  - Ну, можно, наверное. Твоя рука...
  Задать вопрос она так и не смогла: то ли постеснялась, то ли сильно беспокоилась.
  - Травмирована. Со временем пройдет. Ну что? Поможешь?
  Хмыкает, прикрыв глаза.
  - Что бы ты без меня делал? - и, приоткрыв один глаз и глядя на меня, добавила. - Будешь отрабатывать.
  И сама покраснела - видимо, представила, как я буду отрабатывать. Ха. Но девушка тут же меняет тему:
  - Но ты же мне расскажешь, что именно тебе поручили?
  Отрицательно качаю головой.
  - Нет, не сейчас. Когда все закончится, тогда расскажу, идет?
  Каору прищурилась, сверля меня взглядом, но кивнула, показывая, какое огромное одолжение она мне делает:
  - Ты обещал. Не забывай об этом.
  - Не забуду.
  Мы позавтракали - почти домашняя атмосфера, надо заметить. После этого Каору ушла, чтобы незаметно поставить клона. Я же, не теряя времени, начал подготовку. Запечатать жидкий раствор было не так-то просто, да и немного потренироваться управлением паучка тоже стоило. Все это нужно было делать незаметно от 'хвоста', но и показываться им на глаза время от времени, чтобы не нервировать. Моего контроля чакры хватало, чтобы неплохо управляться с паучком, а вот нити контроля чакры оказались не столь прочными. Иногда, когда я находился в соседней комнате, они обрывались, и создать их снова оказалось затруднительно. Когда вернулась Каору, я оценил результаты как удовлетворительные.
  - Клоны на местах, - отчиталась моя помощница.
  - Клоны? - немного озадачено переспросил я.
  Кивает, ухмыляясь и не скрывая гордости за собственную сообразительность.
  - Да. Я решила поставить трех, на всякий случай.
  Ну, логично. Хм. А вот мне интересно, я смог бы попросить ее провести всю работу вместо меня? Не должно же в морге быть защиты от затекания водного клона? Или все же есть? Моя-то марионетка проползет? Или все же это будет слишком нагло? Нет уж, грязную работу я и сам проделаю. Потом будет простор для лжи.
  - Като.
  Я сидел в комнате за столом и делал вид, что затачиваю сюрикены. Девушка подошла и села на краешек стола, Немного нависнув надо мной, явно собираясь что-то просить.
  - Да?
  - Почаще так отвечай! - улыбнулась она.
  - Угу, - киваю, не отрываясь от дела, - так какой вопрос?
  - В Конохе начинается небольшой фестиваль. Сходим, погуляем? Будешь крутиться у всех на виду, и никто ни в чем не сможет тебя обвинить. Тебе даже твой костюм не потребуется, так ведь?
  Как она ненавязчиво намекнула, что хочет погулять. Порой у Каору просыпалась просто невероятная соображалка, особенно в плане речи и построения предложений. Жаль только, она редко направляет эти порывы в правильное русло. Хотя стоит заметить, что она дважды права. Костюм мне, в общем-то, ни к чему - паучок уже готов, спрятать его я смогу и в кармане, а рядом с госпиталем затеряться не проблема. Да и придраться сложно, раз гулял на фестивале.
  - Это будет свидание, - на всякий случай уточняю я, - совсем не стесняешься?
  Она задумалась, но лишь на пару мгновений:
  - Нет.
  Каору уже улыбалась, зная, что я не откажу. Она мной тоже манипулирует, но совсем не так, как я ей.
  - Тогда иди, переодевайся. Ты же не в этом пойдешь?
  Девушка критично осмотрела свое кимоно, красивое, к слову.
  - А что в нем не так?
  - Все так. Но я уверен, у тебя есть что-то... еще более великолепное.
  - Подлиза, - хмыкнула Каору, но умчалась в свою комнату.
  Я, нервно погладив правую руку левой, чуть морщась от боли, тоже двинулся в свою. Забрать паучка и надеть что-то такое, в чем можно затеряться среди празднующей толпы. Параноидальная привычка готовиться ко всему, будто я на миссии, когда-нибудь дорастет до полноценного психоза. Интересно, синоби сходят с ума? Хотя я некорректно задал вопрос. Интересно, как часто синоби сходят с ума?
  А натянул парадный костюм для таких мероприятий. Просторные темные штаны с рисунком пламени, весьма реалистичным, к слову. Что-то среднее между рубашкой и безрукавкой в светлых тонах. Плотный, но просторный плащ с капюшоном, также с рисунком, но на этот раз с какой-то абстракцией. А что? Здесь все так одеваются на фестивали. Причудливо, я имею в виду. А бывают фестивали не часто, в Конохе, во всяком случае - в обычных селениях куда чаще.
  - Ничего так, - оценила Каору, хотя и не скрывала шутливые нотки.
  Я обернулся, рассматривая ее... э-э-эммм... ну... э-э-э...
  - Челюсть с пола подними, слюни подотри и скажи уже что-нибудь красивое, - наслаждалась моим выражением лица девушка.
  - В известных мне языках нет слов, чтобы передать всю полноту ощущений, вызываемых великолепием твоего облика, - мысленным жестом подобрав и подтерев указанное, ответил я, - я в восторге. В неописуемом восторге.
  Н-дя. Это... этот наряд... Я даже не знаю, к чему его отнести. Вроде как платье, очень откровенное платье. Или все же не платье. Отдаю должное, если уж быть честным, при всей своей эротичности, когда ткань прикрывает все самые интересные формы, но облегает их и подчеркивает, оставляя открытыми, так сказать, вторичные, хм, эротичные области, но не является совсем уж пошлым. Если только слегка. Терпимо.
  - И я немного удивлен. Если мне не изменяет память, ты в храме обучалась.
  Каору хмыкнула:
  - Не забывай, на кого я там обучалась. Да и всегда мечтала о таком платье, просто не могла найти случая, чтобы примерить.
  Девушка еще раз осмотрела себя, потом подошла к зеркалу, немного покрутилась и, чуть покраснев, спросила:
  - Оно же не слишком... правда?
  Я, окинув подругу критическим взглядом, не удержался и мягко обнял ее сзади.
  - Нет, ты великолепна. А кто не согласен, будет иметь дело со мной. Да и все остальные тоже, я буду очень сильно ревновать ко всем вокруг.
  Девушка хмыкнула:
  - И потому смоешься в самый разгар праздника?
  - Но ненадолго же, - напомнил я.
  - Тогда идем?
  Надо бы закрепить результат, чтобы у девушки было меньше сомнений. А то еще вытворит что-нибудь не то. Обнимаю ее крепче и тихо шепчу на ушко:
  - Спасибо тебе. Ты правда очень сильно меня выручаешь.
  Девушка подалась чуть назад, позволяя поддерживать себя, но отвернулась в сторону, чтобы скрыть смущение.
  - Тебе достаточно сказать три правильных слова.
  Не секунды на раздумья, а то не поверит:
  - Я люблю тебя.
  Ложь далась легко и уверенно. Это мой путь. Я буду манипулировать людьми, всеми, до кого смогу дотянуться. И сейчас я не должен сомневаться. Отработать способность врать внаглую, в лицо, в глаза, не сомневаясь. И по взгляду Каору я вижу, что получил ее всю целиком. Молодая, еще наивная, еще не встречала таких, как я. Еще не научилась держать свое сердце под контролем. А научиться этому можно лишь будучи когда-то обманутой. С ней все прошло просто, но дальше будет сложнее. Сколько раз мне еще предстоит повторять эти слова? Не знаю. Да и мне все равно. Сейчас я должен использовать ее на полную катушку, пока есть такая возможность. Грязную работу все же сделаю сам - ее помощи в этом деле и так достаточно.
  - Пошли?
  Девушка кивает. Ее ждал фестиваль, меня - тело и морг.
  
  Глава 72.
  
  Еще примерно час Каору была в полной прострации. Где витали ее мысли сейчас, я мог только догадываться. А вокруг разгоралась атмосфера веселья и радости. Всюду сновали дети, не особо привыкшие к обилию лавок с дешевым угощением, а также многочисленных палаток. В некоторых синоби давали небольшие представления, в некоторых сами детишки могли участвовать в происходящем. Для тех, кто постарше, были другие развлечения. Различные несложные игры, вроде попадания шариком в стаканчик. Что-то более заводное, вроде каких-нибудь конкурсов. Парни соревновались в нейтральных состязаниях. Вроде лепки по глине, поедания на скорость - соревнования, в которых судьями выступали Акимичи - и прочих. Девушки, что ожидаемо, соревновались в красоте, но не только чисто внешней. Танцы, быстрые и медленные, пластика, пение, чайные церемонии. Были и просто шутливые развлечения: Инузука притащили щенков, которых тискали детишки, Нара играли с тенями, показывая театры теней. Банальности, вроде шарика под стаканчиками, что в исполнении синоби выглядело весьма забавно. Конкурсы переодевания мужчин в женщин и наоборот. Люди развлекались. А я ждал.
  Заметить двух наблюдающих оказалось несложно. Им-то как раз, в отличие от меня, приходилось торчать на виду. Но подруга немного отошла от шока и тоже начала веселиться, активно таская меня за собой. Как назло, на очередной конкурс красоты она попала вместе с нашими сверстницами. Ее соперницами были Ино, одевшаяся неожиданно сдержанно, но от этого не менее привлекательно, Сакура, облаченная в совсем уж откровенный наряд, но, опять же, очень эротичный. Хината, сражаясь со смущением, выйти так и не решилась, да и сейчас она бы не выделялась на фоне даже обычных девушек. Все же обычное кимоно и неразвитая женственность не компенсировались ее формами и тем, что она очень мила сама по себе. Может быть, когда-нибудь, но не сегодня. Я вновь нашел глазами 'хвост', параллельно изучая окружающее пространство. Других наблюдающих я не обнаружил, хотя, если они все же поставили одного-единственного дзенина, все мои потуги напрасны.
  Тем временем представление началось. Я наблюдал лишь краем глаза, не забывая демонстрировать свою заинтересованность. Три куноити были, хм, достойными соперницами друг другу. Ино брала грацией и женственностью, она могла одним наклоном головы добиться большего, чем Сакура движением бедра. Каору покоряла непосредственностью и постоянной счастливой улыбкой. Сакура имела своеобразное подростковое очарование - все же у небольшой груди тоже есть свои достоинства - и некоторой раскованностью, в рамках приличия, во всяком случае. Но они проиграли. Малознакомая мне девушка, которую я мельком видел в академии, тень, покорила всех. Потому что была еще более женственна, чем Ино, двигалась куда более эротично, чем Сакура, и, в отличие от счастья Каору, демонстрировала загадочность и будто обещала что-то всем улыбкой. Я не помнил ее имени, но победу она заслужила, спору нет. Остальные соперницы остались далеко позади, и не могли составить конкуренцию даже подтянутым куноити. Правда, та тень оставила у меня смутные подозрения, уж слишком... техничными что ли, были ее движения. Для нее очарование окружающих было примерно тем же, что для меня - скрытное передвижение или убийство. Это была ее стезя, ее профессия, ее личное искусство. И она очаровывала так же легко, как я сейчас манипулировал Каору. Гейша.
  Условное поражение ничуть не огорчило веселящуюся от души напарницу, но отвлекло меня от раздумий.
  - Было весело! Я думала, Сакура из своего платья выпрыгнет, чтобы утереть нос Ино!
  Несколько отстраненно пожимаю плечами:
  - Не думаю, что ей бы то помогло, но... - задумался, взглядом отследив девушку и оценивая ее формы, - фурор бы она произвела однозначно.
  Каору прыснула в кулачек, но тут же внешне обиженно спросила:
  - И что, ты вот так в наглую любуешься другой, когда рядом я?
  - В очередной раз убеждаюсь, что мне доступно лучшее. Самое лучшее...
  Краем глаза, теперь скрытно, незаметно для подруги, отследил победительницу, уже упорхнувшую в неизвестном направлении. Ндя. Каору - это, конечно, Каору. Но эта девушка одной походкой вызывала желание следовать за ней. Талант.
  - О, смотри! Конкурс переодевания! Давай, теперь твоя очередь показать себя!
  А отследил ее взгляд и хмыкнул. Как раз набирали участников моего возраста. Синоби из других команд уже подтягивались для участия. Балбес Наруто, хмурый Саске - уж не знаю, как его уговорили, - Чоджи и Шикамару; Шино так участвовать и не стал, рассыпавшись жуками при попытке затолкать его силой. Киба и Рок Ли, даже Неджи уже был здесь.
  - Вперед! - настаивала Каору. - Если не пойдешь, я обижусь.
  Да, очень страшная угроза. И я уже собирался начать отнекиваться, когда глаза Каору резко дернулись, зрачок расширился, но медленно вернулся в нормальное состояние. Косвенные признаки поступления воспоминаний от развеявшегося клона.
  - Время, - коротко пояснила она.
  Я бросил взгляд на 'хвост'. Затем быстро огляделся и перевел взгляд на заходящих на конкурс участников.
  - Ну что? Устроим представление?
  Глаза Каору загорелись энтузиазмом.
  
  * * * * *
  
  Для пары тюнинов, постоянно работающих на Корень, это было неприятное задание. На фестивале появляться больше, чем в составе одной пары, им запретили. Прошедший день и так заставил кланы понервничать неожиданными масштабными учениями, спровоцированными Корнем, но так и не принесших никаких результатов. Не считать же за результат информацию о том, кто из кланов вообще были способны в экстремальной ситуации начать общий поиск неожиданно появившегося в деревне шпиона, а кто лишь превращал эту процедуру в хаос и беспорядок? Вторых оказалось куда больше. Поймать шпиона так и не смогли, да он и не покидал свою квартирку на окраине, где за ним следили уже специалисты. Но там их была целая группа, а здесь приходится идти вдвоем. Всего вдвоем!
  Объект наблюдения заметил их еще при входе на фестиваль. Хотя ничего удивительного - коллега, от него этого следовало ожидать. И вот теперь два недовольных тюнина следовали за сладкой парочкой. По их данным между объектом и его сожительницей была близкая связь, что они не особо пытались скрывать. Ходили, развлекались, что только еще больше портило настроение наблюдающим. Они-то, находясь прямо здесь, на фестивале, не имели возможности развлечься, скованные необходимостью постоянно держать объект в поле зрения.
  Все шло нормально, но потом что-то резко насторожило девушку. Не заметить ее напряжение было сложно, но вот объект оставался спокойным, даже расслабленным. Объект кивнул в сторону собирающегося представления и резко скользнул за остальными участниками. Тюнинам пришлось подойти ближе, чтобы четко видеть арену. Разделяться не хотелось, но, если объект сейчас не появится в поле зрения, стоит сразу поднять тревогу.
  Блондинистый джинчуурики учудил, попытавшись использовать Хенге. А поскольку такие фокусы в конкурсе не приветствовались, правдоподобность фигурки оценили, правда в основном мужчины, но из участников под шутки и свист поперли. Наруто долго ругался на то, что просили изобразить девушку, а о таких мелочах не предупреждали. Наследник клана Учиха выполз на сцену в милом кимоно, с другой прической и аккуратным макияжем. Сначала его движения были скованными и дергаными, но парень выкрутился, использовав шаринган и скопировав грацию с какой-то женщины. Все равно вышло немного дергано, но личико парня оказалось настолько смазливым, что он получил многочисленные овации и аплодисменты, особенно от девушек. Чоджи выбрался на сцену в платье. Еще большой вопрос, где они нашли такое платье, но нашли. Выглядел он комично, не спасли бы... ничего бы его не спасло - не изображать ему девушек. Но свою порцию оваций он все равно получил. У Шикамару вышло намного лучше. Обычно ленивый тюнин сейчас весьма правдоподобно и достоверно спародировал свою собственную напарницу. Ино была в ярости, но для Шикамару это был конец турнира, так как пришлось спешно смываться от блондинки. Его весьма активно поддерживали все зрители, но в основном все же громким смехом. Участники-не синоби смотрелись серо и терялись. Если не считать низкого паренька, также решившего примерить кимоно, распустить волосы и немного накраситься. Выглядел он почти неотличимо он девушки, правда, ладони, которые он тщетно пытался скрыть, все равно были заметно больше, чем должны быть у девушки такого роста. Ну и ряд других косвенных признаков, как, например, отсутствие характерной женской пластики. Аплодировали ему достаточно бойко, но все равно было заметно, что победителем ему не быть. Наблюдатели немного обеспокоились, так как объект на сцене пока не появлялся. Вырвавшийся на сцену Рок Ли был просто таки карикатурой Тен-Тен. И если Шикамару изобразил напарницу как раз с лучшей стороны, насколько это вообще было возможно, для Ли это был полный провал. Волосы забраны в характерные пучки с разных сторон, но, во-первых - несимметрично, во-вторых почему-то в три пучка. Странная одежда, лишь отделено напоминающая то, что носит девушка. А уж про поведение и движения вообще лучше молчать. Карикатурная грация, отвешивание воздушных поцелуев. Но если Ино внешне разозлилась, а наблюдатели видели улыбку на лице девушки, когда она скользнула в погоню, то Тен-Тен обреченно ударила ладонью по лбу, прошептав: 'неисправимый идиот'. В довесок бровастый никак не хотел покидать трибуну, пока его не выпинали силой. А вот Киба был серьезен и поэтому излишне скован. Наличие напарницы с выдающимися формами сделало свое дело, и под легкой кофтой парня в причинных местах явно лежало два крупных шара. Одно это вогнало светлоглазую брюнетку в краску. В остальном парень держался неплохо, но все равно сам же все завалил. Одев хоть и длинную, но все же юбку, он продемонстрировал всем свои волосатые ноги. Девушки негромко передавали друг другу слово 'животное', но насмешки в голосе не было вовсе, скорее уж сдержанное любопытство. На каблуках специалист по тайдзютсу, а значит, хорошо владеющий своим телом, тоже держался уверенно, что опять же добавляло ему баллов. Он мог бы неплохо спародировать свою сестру, а может, даже мать, но стушевался и начал двигаться слишком механически, отчего при неудачном поклоне потерял один из грейпфрутов. А когда зрители засмеялись, вполне одобрительно, а не насмешливо, засмущался и поспешил ретироваться. Неджи своим появлением вызвал немалый фурор. Несмотря на кирпич заместо лица, двигался он все равно плавно, хоть и не женственно. Но кимоно мягкого голубого цвета, длинные волосы, сейчас собранные в какой-то прическе, с аккуратным макияжем, явно скопированным у Учихи, создавали ощущение молоденькой девушки. Если точно не знать, что это именно парень, надо еще очень присмотреться, что бы понять, что это не девушка. Покрасовавшись и, немного обнаглев, все же немного пококетничав с публикой, он тоже удалился. Оставался последний участник, и наблюдатели, с интересом следившие за представлением, едва не забыли про того, за кем должны были наблюдать.
  Наконец на сцене появилась ОНА. Высокие сапоги с высоким же каблуком достают до колена, просторные брюки. Полуплатье - полупиджак, практически скрывающий тело, но оставляющий ощущение загадочности. Небольшая грудь, не карикатурно выдающаяся, как у Кибы, а вполне такая обычная. Накидка скрывает плечи, длинные, просторные рукава, и перчатки прикрывают руки. Но все вместе выглядит, несмотря на какую-то хаотичность и явную наглость, гармонично и привлекательно. Растрепанные волосы, подобранные обручем. Приятное лицо, даже гармоничный румянец и аккуратно подведенные глаза, не говоря уже о накрашенных губах. Сережки в ушах. На лице гуляет загадочная ухмылка. И ОНА так пластично и грациозно двигается! Любое движение либо плавное и притягивающее, либо эротично-страстное. Девушки видят в ней соперницу, мужчины - почти предел мечтаний. ОНА ухмыляется, и до всех наконец-то начинает доходить, что это не девушка. Странная одежда скрывает явную, пусть и слегка худощавую, но явно не девчачью фигурку. Ладони в перчатках тоже совсем не похожи на ладони девушки. На лице едва заметно проступают коротенькие усики.
  Оба наблюдателя хмыкают. Хотя такое искусство им тоже преподавали, но наставник предупреждал, что если изобразить старика или старушку для опытного мужчины-синоби не большая проблема, то качественно изображать женщину невероятно сложно. Для этого нужно не просто быть мастером своего дела - нужно иметь нестандартный склад ума. Да много чего нужно иметь. И объект был весьма хорош в этом деле.
  Победитель был очевиден. Заставить всех зрителей ненадолго поверить, что на сцену по ошибке вышла именно девушка, мог далеко не каждый. И ведущий уже порывался начать церемонию награждения, когда победителя ни среди вернувшихся на сцену участников, ни среди вернувшихся к зрителям не оказалось. Наблюдатели начали присматриваться к толпе, но объекта действительно не было видно. Также исчезла и его девушка, заставив обоих тюнинов напрячься. Они начали метаться в толпе и по прилегающему пространству и не заметили, как один из участников, чуть ниже остальных, неплохо изображавший скромную девушку, действительно стал похож на девушку. Движения стали плавнее и изящнее, походка резко выправилась, руки спрятались в складках кимоно. И вот уже невысокая скромная девушка быстрым шагом скрывается в толпе.
  После недолгих метаний тюнины все же обнаружили парочку в безлюдном переулке и тут же подбежали к ним. Парень, уже успевший переодеться, стоял к ним спиной, и они не видели, что именно он делает. Когда тюнины приблизились, и один из них резко за плечо развернул парня к себе, на лице объекта играла насмешливая ухмылка.
  - Вам что-то нужно? - спокойно спросил он.
  И только теперь тюнины присмотрелись и к нему, и к девушке. У объекта на губах были следы помады. Но это были мелочи - куда о большем можно было сказать, глядя на девушку. Губы налились, распухли, сама она тяжело дышала, покраснела, и старалась смотреть в сторону. К тому же дрожащей рукой судорожно застегивала едва заметные пуговицы на боку платья.
  Тюнины замешкались, но один из них все же нашелся:
  - П-простите, обознались.
  Пара наблюдателей ретировалась. А клон, глядя им вслед, выдохнула:
  - Като был прав, за ними забавно наблюдать в такие мгновения. Все же жаль, что его здесь нет.
  - Да, жаль, - согласилась Каору.
  
  Глава 73.
  
  Продолжая мысленно материться, быстрыми шажками семенил к госпиталю. Женское кимоно, в котором мне приходилось неудобно сутулиться, чтобы выглядеть именно девушкой, неудобная обувь, будто вообще не предназначенная для ходьбы. Я же не женщина - пластика тела абсолютно другая: это им в такой обуви вполне терпимо, а я мысленно матерился. Маты пошли уже по пятому кругу, но оставалось совсем чуть-чуть. Благо большая часть жителей находилась на фестивале, и прохожих было мало. Мне еще требовалось подготовить паучка, но делать это на ходу было нереально.
  До госпиталя добрался без приключений, но приключения начались внутри. Видимо, в связи с присутствием большого начальства рядом терлись несколько 'безликих'. На меня они особого внимания не обращали, но это только пока - притворялся я качественно. Но если буду долго здесь ошиваться - спалюсь. Вывод: делаем все побыстрее, а затем делаем ноги. Прикинуть план здания, что я делал уже третий раз только за последние три минуты. Мне нужен левый корпус. На первом этаже там травматология. Можно было бы резануть себя по руке и спокойно пройти туда, но черт его знает, как пристально за мной будут наблюдать. Не вариант, в общем. На третьем и выше - хирургия, там латают синоби с тяжелыми ранами, но сейчас должно быть относительно спокойно. На втором - лаборатория, куда несут анализы; ну и смежные - уж точно не знаю, что держат там. Короче, пытаться пройти бесполезно, надо как-то в обход. Открываю дверь и вхожу в обширную приемную. Стойка с медсестрой, разговаривающей с какой-то старушкой. Другая стойка - что-то вроде регистратуры. Несколько синоби, один из АНБУ, но явно чем-то занят, заполняет какие-то бумаги. Кроме этого еще человек пятнадцать. Ну что же, поехали. Многие синоби уверены, что вся сила заключается в техниках, чакре, дзютсу и прочем, прочем, прочем. А вот и хрен. Главное оружие - ум.
  К стойке подходит какая-то семья. Мужчина - ремесленник, судя по рукам и недорогой одежде, - несет на руках мальчика двух лет. С ним женщина, явно моложе него, причем лет на десять, но определенно жена. У него короткие вьющиеся каштановые волосы, карие глаза, нос картошкой, у нее нос более аристократичен, тонкий, прямой, глаза грязно-зеленые, волосы длинные, черные. У всех детей, а это, кроме мальчишки на руках, паренек лет девяти, девочка лет пяти и еще девочка лет четырех. У всех те же черты, только вперемешку. Проходя через слепую зону чуть встряхиваю парик, чтобы придать волосам эффект вьющихся. Пристраиваюсь к семье, делая вид, что занимаю очередь. Незаметно одергиваю девочку, стоящую чуть в стороне, порывающуюся отойти. Девочка поворачивается на меня. Мягко улыбнувшись говорю:
  - Не отходи от мамы.
  Девочка улыбается в ответ, продолжая смотреть на меня. Женщина оборачивается, беглый взгляд на дочь, на меня, с мягкой улыбкой чуть кивает. Мужчина заканчивает разговор с медсестрой, и вся семья уходит к лестнице, пристраиваюсь за ними, изображая старшую дочь. Медсестра бросает на меня короткий взгляд, но тут же забывает, продолжая заниматься своими делами. Синоби вокруг тоже ничего не замечают, как и семья, за которой я иду. Но семейство уходит дальше по коридору, а я резко сворачиваю на лестницу и, как ни в чем ни бывало, поднимаюсь наверх. На втором пролете меня приостанавливает 'безликий'. Смотрю на него спокойно, но с вопросом.
  - Посетитель?
  Киваю:
  - К братишке, - напрягать голосовые связки, чтобы голос был, во-первых, девичьим, во-вторых, взволнованным, крайне тяжело.
  Но синоби кивает, и я продолжаю подъем. На третьем этаже выхожу в коридор. Много врачей, да и синоби хватает. У одной из дверей стоит сразу двое 'безликих'. Несколько секунд, и из дверей выходят Хокаге собственной персоной и еще какой-то незнакомый мне врач.
  - Состояние стабилизировалось, - говорит Тсунаде, - в течение суток ему должно стать лучше. Но все равно, если что-то случится, сразу вызывайте меня.
  - Конечно, Хокаге-сама, - с поклоном соглашается доктор.
  Делаю несколько шагов в сторону палат, но затем разворачиваюсь и иду к туалету. Не очень хочется поверять, сможет опытная женщина заметить под личиной девочки парня. На меня обращают внимание синоби из сопровождения, но тут же выбрасывают из головы. Главное - правильно расставить акценты. Чтобы вместо мысли 'на этаж поднялась какая-то девчонка', появилось что-то вроде 'забавно, не успела дойти до палаты, сразу побежала в туалет'. С первым воспоминанием буду ассоциироваться я, со вторым - забавная девочка. В случае со вторым воспоминанием вспомнить то, как я выглядел, а не то, что девочка убежала в туалет, будет куда сложнее.
  В туалете выбираю кабинку под вентиляционной шахтой. В соседней кабинке кто-то есть, и приходится активно изображать... ну, звуки, типа разделась, села, все такое. Всего несколько секунд, из соседней кабинки кто-то выходит, и в небольшом помещении становиться тихо. Все, зарекаюсь переодеваться в женщин. Извлекаю паучка и быстро готовлю его к действию. Мелкая марионетка начинает послушно шевелиться на руке. В нем заложено несколько техник: закрываю глаза и 'вижу' мир уже глазами куклы. Мастер-кукольник способен смотреть как своими глазами, так одновременно и глазами своих марионеток. Но я не мастер. Открываю глаза, заталкиваю паучка в вентиляционную решетку, устраиваюсь поудобнее. Насколько это вообще возможно в тесной кабинке.
  Нити контроля установлены. Закрыть глаза, и побежали. Марионетка двигается неуклюже и не слишком быстро. К стенам прилипает крайне неохотно. Поэтому спуск на три этажа вниз едва не становится коротким и фатальным полетом. Но медленно, мысленно матерясь, все же спускаюсь вниз. Здесь появляется еще более сильное сопротивление: что-то активно выкачивает воздух из морга, мешая и без того неустойчивому паучку идти вперед. Заглядываю в решетку - нет, не то. Ползем дальше. Следующая. Есть!
  Двое безликих раскатывают на столе свиток, используют печати. Короткая вспышка, и вот перед нами весьма правдоподобная копия старика Узумаки. Безликие поворачиваются в сторону, но мне не хватает угла обзора, чтобы посмотреть туда же. К столу подходит Хокаге и о чем-то говорит. Я едва вижу губы - достаточно, чтобы понять, что она разговаривает, но недостаточно, чтобы читать слова. А звук марионетка не передает, зрение - и так очень много.
  Открываю глаза. Надо как-то выманить Тсунаде из морга, пока еще не поздно. И что ее так приспичило изучить тело сразу. Вопрос, как выманить Хокаге? Пф! Даже не смешно. По стечению обстоятельств вообще очевидно, даже как-то не верится, что так просто.
  Хотя не совсем просто. В коридоре все еще оставались синоби, и примелькаться им своим движением мне не хотелось. Выйдя из туалета, свернул в расположенную рядом комнатку. В маленьком квадратике пространства ютились швабры, ведра, прочая утварь, а самое главное - здесь висели халаты уборщиц. Тоже вариант, если подумать. Короткое переоблачение, спешил, как мог, и из уборной вышла невысокая поломойка, держа перед собой тележку со швабрами. Девочку, что видели синоби недавно, я теперь ничем не напоминал. Разве что ростом. Прошел по коридору, остановился рядом с палатой, из которой вышла Хокаге, и начал ковыряться в стоявшем рядом кусте. Выждав момент, когда в мою сторону ничто смотреть не будет, скользнул в комнату. Пусто, если не считать раненого, лежащего на пастели. Теперь быстро, сколько всяких факторов заставляет меня спешить - не счесть. Начиная от того, что в любую минуту сюда может войти медсестра, заканчивая тем, что Тсунаде в любой момент может начать изучение тела. А мне сейчас надо срочно осмотреть раненого, чтобы понять, как аккуратно, но резко осложнить его состояние, да так, чтобы не покалечить.
  Так-с, читаем карточку, благо лежащую под рукой. Хорошо хоть, научили читать очень быстро. Травма, внутренняя. Осложнение связано с кровеносной системой, а точнее, с большой потерей крови, остальное мне не так важно. Открываю ящички. Шприцы, шприцы, шприцы. Вот. Название читается плохо, затерто немного, состав мне вообще безразличен, но условные обозначения, имеющиеся у всех препаратов в этом мире, говорит мне о том, что данное средство вернет пациента в сознание, причем почти из любого состояния. Да, это вызовет осложнения, но не убьет, да и не покалечит, пусть и придется ему полежать тут подольше. Вколол прозрачную жидкость и сразу дал деру. Не хотелось бы, чтобы он меня заметил, пусть он сейчас и в бреду.
  Едва успел выскользнуть из палаты и отойти подальше, как внутри послышались звуки, сразу перекрытые писком сигнальной аппаратуры. На этаже начался контролируемый хаос, а я смылся в уборную, сейчас никому не было дела до уборщицы. Вернувшись в свою кабинку снова подключился к паучку.
  Во второй раз контакт на расстоянии дался тяжелее, но я быстро 'увидел' и начал шевелить лапками. Тсунаде уже начала колдовать над телом, рядом стояла неизвестная мне брюнетка, но определенно не из 'безликих'. В какой-то момент они обе обернулись, начали переговаривать с кем-то, а затем, едва не срываясь на бег, ушли. Есть контакт. Паучок прополз через решетку и снова осмотрелся. Морг, живых нет. Используя нить чакры как паутину, медленно спустился на пол. Затем с трудом взобрался на стол с трупом. Теперь дело за малым...
  Дверь открылась, хорошо хоть я 'смотрел' в нужную сторону, в смысле развернул паучка в нужном направлении, и пришлось линять, прячась в складках лежащей на столе ткани. Обзор был никакой, и понять, кто именно вошел, я не успел. Вот же! Создать для марионетки искусственный глаз - это они могут, а вот о слухе позаботиться? Черт. Кое-как по теням понял, что над телом кто-то навис. Прополз по складке до края стола и сполз вниз. Ноги в стандартной обуви синоби. Ножки, явно женские. Не удержался, подполз, и слегка цапнул, благо клешни позволяли.
  Ноги дернулись, я едва успел увести паучка в тень. Под стол наклонилась все та же брюнетка, но, оглядевшись, нахмурилась, и пожала плечами, сказав:
  - Ненавижу морги!
  Еще немного постояв над телом, молодая женщина ушла. Повторил восхождение на стол, заполз на тело и активировал печать, заливая тело раствором. Резко натянул нить контроля, втягивая паучка обратно в вентиляцию. Прополз по шахте несколько метров и отпустил контроль.
  Оставим паучка там - есть у меня еще соображения, которым он очень поможет. В туалете был кто-то еще, но у меня была минутка. Части плана первая и вторая выполнены. Осталось только незаметно выбраться из госпиталя. Очень скоро Тсунаде вернется в морг и, обнаружив вместо тела густую лужу, поднимет тревогу. Идти в облике уборщицы опасно. Девчонки - тоже. Самым лучшим будет...
  До меня донесся бульк и выдох облегчения. Хотя скорее это был целый бультых. Зашелестела бумага, открылась дверь кабинки. Шаги ножек в каблучках, шум воды в раковине. Несколько мгновений тишины, снова шаги, и снова дверь. За дверями явно слышится суматоха - значит, началось. Выхожу, выдохнув, беру тележку со швабрами, и топаю наружу. Вокруг действительно суматоха, и я под шумок иду к лестнице для персонала. Спускаюсь по лестнице на второй этаж, здесь немного поспокойнее. Хотя уже шарит взмыленный безликий, но на меня внимания не обращает, как и занятый делом персонал. Деловито подхожу к большой дверце, ведущей в помещение, где сливают отработанный материал и выбрасывают мусор. Благо большую часть времени здесь пусто. Хорошо, что как потенциальному АНБУшнику мне продемонстрировали планы всех административных зданий в Конохе. В общем, я закрыл за собой дверь и слился в достаточно большую трубу. Не туда, куда сливали всякие жидкости, а туда, куда бросали мусор со всего этажа. Эта же труба проходила до самой крыши и по другим этажам, но именно здесь в нее было легче всего попасть. Внизу затормозился чакрой, чтобы не рухнуть на кучу шприцов вперемешку с прочим медицинским мусором. Я был в подвале, в комнате, дверь в которую открывалась из коридора. Зато здесь были окошки, через одно из которых мне, после короткого полового акта с заклинившим замком, мне удалось выбраться наружу. И, чтобы не испытывать судьбу, я поторопился отойти на почтительное расстояние, после чего сразу метнулся обратно на фестиваль.
  Все же, если бы я настолько хорошо не знал госпиталь в собственной деревне, хрен бы все так легко прошло. Хотя все логично. В моей работе есть только два варианта: либо все проходит условно хорошо - меня не засекают, и я выполняю поставленную задачу. Либо меня засекают, и все летит в тартарары. Третьего не дано. В этот раз можно самому себе поставить выполненную миссию 'В'.
  Но радоваться пока рано. Самое сложное начнется, когда руководство деревни поймет, кто их обставил. Меня ждут очень интересные разговоры. Надо подготовиться, но пока стоит вернуться к Каору. Возможно, еще успеем повеселиться сегодня.
  
  * * * * *
  
  Увидев, как его бывшая ученица едва не выбила дверь, входя в кабинет Данзо, Хирузен внутренне улыбнулся. Тсунаде была в тихой ярости, но не знала, на ком эту ярость выместить. Женщина, хмуро кивнув присутствующим, села на недавно появившийся в кабинете диван, но осталась напряжена. Данзо наблюдал за ней со скрытым раздражением. Причем раздражение было обращено вовсе не на Пятую Хокаге, что само по себе было примечательно. Данзо наверняка был раздражен, потому что причиной ярости Тсунаде оказался не он, а некто другой. Главу Корня обставили так же, как и ГоДайме Хокаге. Хирузен выдохнул, сожалея, что не может разжечь свою трубку и вдохнуть табачного дыма. Если он хотел прожить дольше, чем пара месяцев, следовало быть очень осторожным со своим подорванным здоровьем.
  Кроме трех влиятельнейших людей Конохи здесь находились и их ближайшие помощники. У Тсунаде это была ее ученица Шизуне. Почему Пятая решила посвящать ученицу во все свои дела, Хирузен не знал - у Шизуне был не тот характер, чтобы стать реальной опорой. Тем не менее девушка была здесь, и держала на руках вечную свинку. За спиной Данзо стояла безликая. Первый советник, бывший Третий Хокаге, несмотря на все имеющиеся ресурсы и способности, так и не смог определить, кто эта девочка. Возраст - около тринадцати. Определенно Кеккей Генкай. И именно она пробила барьер, благодаря которому АНБУ смогли спасти его, Хирузена, жизнь. Тем не менее девочка оставалась загадкой, которую Данзо не собирался раскрывать. А вот за спиной самого Хирузена вместо ожидаемого Шикаку стояла Митараши Анко. И пусть дело, которое сегодня они все хотели обсудить, касалось непосредственно ее ученика, Хирузен счел возможным и полезным ее присутствие.
  - Анко, - коротко сказал первый советник.
  Девушка кивнула, чуть поморщившись. В последнее время Анко стала даже более скрытной, чем обычно, но чем это вызвано, Хирузен пока не знал.
  - Два дня назад в госпитале Конохи было уничтожено тело, предположительно Синдзи Узумаки. Тело было уничтожено стандартным составом, используемым Онинами. На одном из складов АНБУ установлена пропажа нескольких порций состава, но это ничего не значит. Безликие часто берут что-то, не делая пометки, когда спешат. С канцелярией у них большая проблема.
  Шизуне хмыкнула, Тсунаде поморщилась. Данзо внешне не отреагировал, но вполне возможно, что взял на заметку.
  - Следов проникновения на склад не обнаружено. Факта проникновения посторонних в госпиталь мы так же не смогли установить, но это не режимный объект, там нет плотных барьеров. Факт проникновения в морг госпиталя также подтвердить не удалось. Никаких следов. Главным подозреваемым проходит тюнин Минакуро Като. Все это время он находился под наблюдением. Наблюдение вели люди Корня.
  В этот раз Данзо кивнул:
  - Мы вели плотный контроль объекта. Он все время находился под наблюдением, не отлучался, из поля зрения больше, чем на пару минут, не выходил. Возможности побывать на складе АНБУ и в госпитале не имел.
  В этот раз Хирузен позволил себе хмыкнуть. Данзо смерил его взглядом, не показывающим эмоций.
  - И кто тогда уничтожил это тело?! - рявкнула Тсунаде.
  - Мы склоняемся к версии к скрытым печатям саморазрушения, - ответил Данзо, - он был Узумаки. И отлично умел ставить печати.
  - Труп был осмотрен передовой группой, - ответила за сенсея Шизуне. - Они не обнаружили никаких следов.
  Данзо закрыл единственный глаз, отворачиваясь.
  - Скрытая печать. Активировалась, когда вы коснулись чакрой тела.
  - Я выходила из помещения, - вставила Пятая, - когда уходила - труп был цел и в нем не происходило никаких процессов с чакрой. Шизуне возвращалась в морг, забирала забытые бумаги, труп был на месте. Когда я вернулась, тело уже превратилось в кашу. Если бы это была скрытая печать, она сработала бы сразу же.
  В этот раз встряла Анко:
  - Может быть, а может, и нет. Он же был Узумаки, что мы знаем об их печатях?
  Хирузен вновь вздохнул, чувствуя, как ему не хватает трубки:
  - Почему ты отлучалась?
  - Пациент, - поморщилась Тсунаде, - дзенин, его допрашивали до того, как я погрузила его в кому. Переборщили с дозой, он вновь очнулся. Мне пришлось успокаивать, повторно.
  - Совпадение? - демонстрируя скептицизм спросил Данзо.
  Но Пятая пожала плечами. Шизуне перевела взгляд на Анко:
  - Твой ученик способен сделать такое?
  Хотя Хирузен и не видел лица подопечной, но хорошо представлял, какая ухмылка будет на ее лице.
  - Смотря, про что ты спрашиваешь. Имел ли чисто физические способности провернуть все это? С его ранением, неспособностью применять техники, без поддержки. Биджу его знает, не уверена. Мог ли с моральной точки зрения предать Коноху? Хм. Тот же ответ, биджу его разберет.
  - То есть, - решила уточнить Тсунаде, - вполне был способен?
  Анко кивнула:
  - Почему нет? У него есть костюм, для которого нужна только чакра. Замаскироваться вполне мог. Улизнуть ночью? Запросто.
  Данзо нахмурился, но Анко отмахнулась:
  - Среди наблюдателей было всего двое ваших людей, обученных в Корне. Остальное - так, из среднего звена. А Като хорошо обучали, и он хорошо усваивал уроки. Не стоит закрывать глаза на уровень чакры и явные таланты к дзютсу, которых у него нет, но он один из самых сильных синоби этого поколения. В десятке - точно. А что касается его узкой специальности, - Анко развела руками, мол, сами знаете, - ранение бы его не остановило. В остальном он вполне мог бы выкрутиться. Хотя я понятия не имею, как бы он смог все это провернуть.
  - А его напарница? Она не могла ему помогать? - это уже Шизуне.
  Анко качнула головой:
  - Исключено. Она же сама поставлена следить за ним, это гарантия ее будущей свободы. И не только ее, - девушка многозначительно посмотрела на Данзо, но тот проигнорировал. - И последнее. Я не вижу причины. Не понимаю, зачем бы Като все это провернул. Что ему с этого трупа?
  Пятая пожала плечами:
  - Хороший вопрос. Я специально сообщила ему, что буду изучать тело. Хотела увидеть реакцию.
  Хирузен почесал бороду:
  - А что именно успели узнать могильщики?
  - Раны вполне обычные, но такое впечатление, что нанесены не во время боя. К тому же только колотые. Не следа от применения техник, или ранений другого вида, - ответила Пятая.
  У Данзо что-то мелькнуло во взгляде, но погасло раньше, чем Хирузен успел что-то понять.
  - Где парень сейчас? - спросила Тсунаде.
  - Использовал печать призыва, - ответила Анко, - примерно на неделю он отправился к Павлинам. Сказал, что они помогут его подлатать.
  - Павлины? - поморщилась Тсунаде. - Он что, считает, что они справятся лучше меня?
  - Не знаю, - Анко пожала плечами, снова немного поморщившись, - если они умеют использовать сэн чакру, может, и придумают что-нибудь.
  Пятая поднялась, не скрывая своего недовольства:
  - Продолжайте расследование. Я хочу знать, кто во всем это виноват!
  Пятая Хокаге вышла, вместе с Шизуне и Анко. Хирузен не торопился уходить, Данзо вернулся к своим делам, точнее, лишь сделал вид, его безликая так и стояла за спиной хозяина кабинета.
  - Так что ты там понял? - спросил первый советник второго.
  Данзо поднял глаз, и позволил себе небольшую ухмылку.
  - Като сделал именно то, что я от него хотел. Мне все еще нужно в этом убедиться, но...
  - Так это была твоя игра?
  Данзо не ответил, хотя это правильно. К чему давать ответ на вопрос, если он и так очевиден.
  - Но в госпитале-то кто поработал?
  - Полагаю, что именно он, - равнодушно ответил Данзо, - я и не сомневался в мальчике. Хотя при встрече обязательно спрошу, как он это провернул.
  Хирузен тоже ухмыльнулся:
  - А докажешь, что именно он?
  Но советник уверенно и даже как-то пренебрежительно кивнул:
  - Конечно. Мы нашли марионетку-паучка. Такую Като купил себе накануне. Этого будет достаточно. Хотя все равно есть, к чему прицепиться. Его напарница спит с ним и покрывает его, это однозначно. Так что помощь у него была. Она же вполне могла помочь ему уйти от наблюдения. Как только он вернется от своих Павлинов, я тут же возьму Като в оборот. Будет интересно посмотреть, как он справится с настоящей работой.
  Хирузен развернул кресло-каталку к выходу, но, проехав всего метр, остановился.
  - Я хочу, чтобы ты знал, мой старый друг. Я против того, чтобы Като попадал в твои руки. Но не потому, что просто не хочу давать тебе еще одного полезного человека. Я не хочу, чтобы парень вырос и превзошел тебя самого. А именно это и произойдет.
  Данзо кивнул:
  - И ты пойми, мой старый друг. Коноха не обойдется без Корня. Ни сейчас, ни потом. Пока ему еще куда как далеко до меня, но если он сможет, как ты говоришь, меня превзойти... что же, значит, моя жизнь прошла не зря. И не зацикливайся на этом, Хирузен, у нас обоих есть куда более насущные проблемы, куда более важные, чем единственный тюнин. Борьба за власть в Суне, пришли отчеты из Югакуре, они почти закончили свою работу, назревает конфликт с Уми но Куни. Давай переключимся на настоящие проблемы.
  Хирузен кивнул как Данзо, так и своим мыслям и покинул кабинет.
  
  Глава 74.
  
  Шел уже, наверное, пятый день моего вынужденного отпуска в Долине Солнца. Почти все это время я проводил медитацию в движении, как сказал Оракул, приводил свое тело и дух в подходящее состояние. Подходящее для чего, павлин так и не объяснил, но причин спорить у меня не было. Разговора вообще не получилось, Оракул лишь задумчиво осмотрел меня по прибытию и отправил медитировать, отмахнувшись тем, что у него есть срочные дела. Последнее наводило меня на вопрос, а какие у него могут быть здесь дела. Тем более срочные. Но Оракул ушел, причем к центру долины, к их собственному Солнцу, куда я ходить не мог. Пока не мог.
  Медитируя, что было для меня более или менее привычно, я мог немного поразмышлять. Итак. Главную свою задачу я выполнил. О том, что старик Узумаки на самом деле все еще жив, кроме меня никто не знает. Перевел стрелки на себя, так сказать. Но вот как теперь самому выкрутиться из этой ситуации - это немного другой вопрос. Подойдем к решению вопроса комплексно. Начнем с того, кто вообще в игре? Кроме, собственно, меня. Корень во главе с Данзо. Как меня уже предупреждали, старик заинтересован в привлечении меня к оперативной работе в рядах этого самого Корня. Сейчас все должны думать, что и Узумаки, и команда нукенинов убиты. Сказать Данзо, что это все моих рук дело, и, если он поверит, можно считать себя корешком. Есть нюансы, но в целом я попадаю под его полный контроль, и выбраться из-под него самостоятельно будет весьма затруднительно. Кроме того, что в такой ситуации я становлюсь тупым исполнителем... ну ладно. Я становлюсь просто исполнителем, ценным, но не незаменимым. А быть расходным материалом, да еще и в такой организации - нет уж, увольте. Проблема лишь в том, что вывернуться сейчас у меня не выйдет. Самостоятельно. А вот если мной заинтересуется другой, не менее влиятельный игрок. Кто? Хокаге. И если Сарутоби я не доверяю, просто потому, что он давно знаком с Данзо, а значит, договорятся они между собой и меня не спросят. Оно мне надо? Вот именно. Пятая Хокаге, Тсунаде Сенджу. В деревне появлялась нечасто, клана, в общем-то, нет. Как ни крути, но она все равно новый игрок. А раз новый, то обзавестись договоренностями со всеми остальными не успела. И как мне получить ее протекторат? Дать то, что ей может быть нужно. Что-то, чего ей самой не хватает. Например, информацию о другом игроке, сидящем на своем месте куда больше ее. О Данзо. В идеале, устроить перекрестный огонь. То есть, перевести стрелки так, чтобы я как бы оказался не при делах. Это в идеале, конечно, но именно к такой позиции стоит стремиться. Мой подарок, паучка, исполнившего всю работу, наверняка нашли. Правда, пока не знаю, кто именно. Чьи умельцы оказались проворнее, Корня или АНБУ? Ндя. Вопросец. На всякий случай у меня уже есть обломки, очень напоминающие того самого паучка в разобранном виде, так сказать. Следы чакры? Нет, мало вероятно - слишком маленький объем при оперировании. В общем, улика косвенная, да я и оставлял ее именно как намек. Еще осталось правдоподобно объяснить мое вторжение в госпиталь, да так, чтобы все были согласны с необходимостью. Ага, как доказать человеку, что ты был прав, когда его обманывал? Пф. Легче сказать, чем что-то придумать. Хотя версия для Данзо уже и так есть. Убрал труп, чтобы никто не узнал, что именно я его зарубил. Вот и все объяснение. А вот вариантик для Хокаге? Здесь сложнее, надо смотреть по обстановке.
  А я ведь вляпался, причем целиком. Скрывать ото всех вполне живого Узумаки - хорошо хоть, он биджу его знает где. И не дать себя сожрать кому-то из власть имущих. Кроме Хокаге и Корня есть еще кланы, но там дремучий лес, и не хочется раньше времени влезать в их грызню. Да только поздно - как только разборка с эти телом закончится, меня вполне смогут макнуть и в ту кухню. Но это дело будущего, так что нефиг мандражировать раньше времени.
  Движения давались безо всякого напряжения. Даже постоянная боль в руке куда-то ушла, и слабости я не чувствовал. Местечко, где я медитировал в прошлый раз, было занято стайкой местных жителей, и я ушел к статуям. Над этим местом, единственным в долине, летала мрачная атмосфера, а значит, меня здесь ждало только одиночество, что меня вполне устраивало.
  - Достаточно, - раздался голос Оракула.
  Я был почти уверен, что он просто появился из неоткуда, но заострять на этом внимание не стал. Остановился и вопросительно посмотрел на учителя.
  - Ты продвинулся достаточно, чтобы перевести медитацию в боевой стиль, - ошарашил меня павлин.
  Не осознанно погладил правую руку левой - стоило остановить медитацию, и боль вернулась.
  - А стоит ли? Все же я...
  Но Оракул жестом остановил мою речь:
  - Я все знаю. И тебе сейчас действительно не достает четкого стиля рукопашного боя. Это было ясно уже давно, но только сейчас я подготовил для тебя набор стоек и приемов, совместимых с человеческой физиологией. Давай начнем.
  Хмыкнул, решив все же напомнить:
  - У меня травмирована рука. Мы разве не должны сначала залатать эту рану?
  Павлин задумчиво посмотрел на указанную конечность, но снова перевел взгляд на меня:
  - Да. И нет. Движению она не мешает, так что может подождать. К тому же, от твоих успехов будет зависеть, как именно я буду... лечить твою травму.
  Ну, Оракул умный, ему виднее.
  - Верное решение, - кивнул птиц, - начни с движений медитации, а я буду вносить необходимые изменения.
  Вот и весь короткий разговор. Я начал двигаться, а Оракул на ходу поправлял движения, делая их более резкими, все больше походящими на удары. Однако прошло часов двадцать, не меньше, пока я понял, в чем собственно, заключался стиль. Повторение одних и тех же движений, наконец, создало в моем сознании отчетливую структуру, всю хитрость которой я понял далеко не сразу. Оракул, не пытаясь придумывать что-то принципиально новое, просто встраивал в мое тело мышечную память - уж не знаю, как именно ему это удавалось. Сам стиль был... необычный. Экономные и четкие движения, чем он напоминал стиль, изученный мной в подземельях АНБУ. Правда, тот стиль был не полный, а так, лишь сырая заготовка, но этот был куда более оформленный. Движение сохранило плавность, текучесть, и этим напоминала медитацию. В основном комплекс состоял не из ударов или блоков, а из стоек, правильно используя которые я отклонял предположительные удары противника. А вот собственные удары были поставлены по весьма необычной схеме. Используя этот стиль, я как бы не наносил удар. Смысл был в том, чтобы подставить часть своего тела туда, куда двигался противник, чтобы он как бы сам натолкнулся на меня. Хитрость была в том, что блокировать такие удары было бы очень сложно из-за их статичности. Фактически, противник должен был не блокировать мой удар, а успевать гасить инерцию собственного тела, что было далеко не всегда возможно. Сколько времени я отрабатывал все связки стоек, сказать не могу, но это было достаточно долго. В конце Оракул вновь остановил меня.
  - Достаточно. Теперь тебе следует закрепить твои умения.
  В очередной раз поглаживая правую руку левой, решил уточнить:
  - И кто будет противником?
  - Ты сам, - ответил Павлин.
  Он сложил крылья в замке - жест, означающий соединение двух стихий в одну, Кеккей Генкай, но это было все. Ни слов, ни других печатей. Секунда, две, и перед ним появилось яркое свечение, медленно формирующееся в силуэт. Свет становился все ярче, и мне пришлось отвернуться, но техника сработала достаточно быстро. Когда я снова повернулся к Оракулу, между нами стоял... Я. Не моя копия, не совсем моя копия. Точнее, я выглядел так, как когда попал сюда в предыдущий раз.
  Моя копия ухмыльнулась и начала неторопливо разминать мышцы. Шрамов на руке не было, так что двигалась она без моей скованности. Пусть мне и казалось, что ранение мешает не сильно, но теперь, видя себя самого, я понял, насколько был не прав. Оракул отошел в сторону и кивнул.
  - Начинайте.
  И мое отражение незамедлительно бросилось в атаку. Вот же Биджу! Серия отчетливо знакомых мне ударов, которые я принял на блок. Постарался принять, но пропустил больше половины. Несколько прямых ударов пришлись на руки, но три прошло в корпус. Поморщился, отступая. Отражение скользнуло вперед, начиная знакомую мне связку ударов. И предпринимаю контратаку, но проигрываю себе же. Не хватает скорости, подводит рука - мою контратаку перехватывают, и я получаю новую серию ударов, часть из которых достигает цели.
  - Что ты делаешь? - спросил Оракул.
  - Не знаю, - рыкнул я.
  Отражение бросается вперед, и в этот раз его связка куда хитрее. Попытка блокировать первый удар позволила ему провести захват, из которого он легко пробил мне локтем в ребра, а потом еще добавил несколько прямых ударов по лицу. Я, тяжело дыша, свалился на одно колено, держась за место ушиба. Боль была фантомная, не настоящая, но легче от этого не становилось.
  - Ученик, я разочарован.
  - Да, да, я понял, - кивнул.
  От меня требовалось использовать только что выученные приемы, и тело их знало. А вот сознание еще не перестроилось, и потому я должен был усилием воли заставлять тело не применять знакомые и привычные движения, а направлять по новому пути, делать осознанно то, что должен делать инстинктивно.
  Но, как всегда, сказать проще, чем сделать.
  - Если ты понял, мы продолжаем.
  Копия рванула в атаку, не дожидаясь, пока я поднимусь. Но в этот раз я успел сообразить, и, приняв удар ноги, перевел всю его энергию себе на пользу, использовав ее вместо толчка, чтобы встать на ноги. Сосредоточившись, я начал новый поединок с собственной тенью. Теперь все был не настолько плохо: я отводил удары отражения в стороны, и это получалось достаточно неплохо. А вот поймать его и нанести свой удар все никак не выходило. Я никак не мог зацепиться, чего-то не хватало. Раз за разом, проворачивая одну связку за другой, я понимал, что где-то совершаю ошибку. Но не знал, где. Отражение уже куда реже доставало меня, но я по-прежнему не мог достать его, и бой затянулся.
  - Стоп.
  Отражение резко отскочило назад, вновь не дав мне довести до конца свою атаку.
  - Я чего-то не понимаю.
  - Поймешь, - Оракул как бы пожал плечами, - со временем. Давай вернемся к твоей руке, у тебя осталось не так много времени.
  Моя тень, как ни странно, осталась здесь, более того, начала отрабатывать те приемы, которые еще недавно выполнял я.
  Оракул побрел куда-то в сторону, и я пошел за ним. Стоило вспомнить про свою руку, как в ней вновь возникла боль, заставляя меня ее нервно потирать.
  - Все же ты неплохо справляешься. Обычно людям требуется несколько лет, а то и больше, чтобы освоить новый стиль.
  - Это ваша заслуга, учитель, не моя. Я еще точнее, ваших способностей.
  На что павлин спокойно ответил:
  - Мои способности - это часть меня. Ты сам должен неплохо понимать, что в достижении целей ступенькой к конечному результату может стать все, что угодно. Твой разум, твои идеи, кто-то из твоих близких, кого ты можешь использовать, а порой и абсолютно посторонний человек.
  Киваю. Он прав: еще недавно я пользовался Каору и неизвестной мне семьей в госпитале. Вот только к чему он это ведет?
  - То, что ты назвал Игольчатым ударом, - продолжил Оракул, - оказалось слишком малоэффективной способностью. Я посчитал, что тебе следует иметь что-то... более практичное.
  - Например? - заинтересовался я.
  Оракул коснулся моей травмированной руки.
  - Сейчас я буду восстанавливать систему чакр в твоей руке. Более того, я могу добавить кое-что, чего там не было. Лишние танкецу, используя которые ты сможешь наносить те же удары природной чакрой. Разница будет в объеме сэн чакры в момент удара. Будем считать, что первый наш опыт был... прототипом. Используя который, ты научился применять эту способность. Набрался опыта на практике, если так будет понятнее.
  Я задумчиво посмотрел на свою руку, подавляя желание ее немного почесать.
  - Ты расщедрился на подарки.
  - Да, - кивнул павлин, - и нет. То, что ты все еще жив, несмотря на выпавшие тебе испытания, говорит о твоей силе. А вот твои ранения говорят об обратном. Мне нужен живой ученик, так что я подброшу тебе немного новых способностей. Но не более, чем необходимо. Тяжелые условия способствуют прогрессу, ведь так?
  Ну что я могу ответить? Только кивнуть, полностью соглашаясь со словами учителя.
  - А не возникнет лишних вопросов? Ну, с этими новыми танкецу?
  - Можешь отсылать всех ко мне и говорить, что сам и понятие не имеешь, что именно я сделал.
  - Это будет недалеко от истины.
  Мы пришли к водоему, у которого я раньше не бывал. Все же эта долина больше, чем мне казалось ранее.
  - Забирайся внутрь и медитируй.
  - И все? - скептически глядя на странного серого цвета воду, спросил я.
  - И все, - подтвердил Оракул.
  Выполняя команду учителя, я вошел в водоем и начал упражнения. Однако. Погружаясь в воду, я думал о том, как буду дышать. И неожиданно понял, что не дышу. Просто выдохнул, а вдыхать не особо и нужно. Воодушевленный я продолжил медитацию, без особого труда преодолевая сопротивление воды. Но с каждой следующей позицией мне казалось, что я все больше засыпаю, пока в какой-то момент не выпал из реальности совсем.
  
  Глава 75.
  
  С пробужденьецем, млять! Приходить в себя, чувствуя в голове гул, разрывающий черепушку на части - это не просто сомнительное удовольствие, это фирменное издевательство.
  Воспоминания о прошедшем дне пробивались через пелену боли с большим трудом. Глаза открывать не хотелось, но вместо звуков я слышал писк, приносящий лишь еще больше боли, но разобрать что-либо не мог. Пришлось все же открыть глаза и сразу их закрыть, потому что за пару мгновений ослепляющего света голову прорезала очередная волна боли, из-за которой меня вырвало. Что за?.. Какого биджу со мной происходит?
  Писк постепенно начал затихать, но сквозь него пока никаких звуков не проходило. Через какое-то время и попытался снова открыть глаза, прикрывая их рукой. Через щели между пальцев сумел немного осмотреться. Я лежал на траве, где-то в долине под каким-то деревом, но дальше пока ничего рассмотреть не мог.
  - Очнулся.
  Не вопрос, а утверждение, которое обратил Оракул, вызвал желание выматериться. Сдержался.
  - Знаю, ощущения неприятные. Но я счел, что предупреждать тебя об это будет излишним.
  - Предупреждать о чем? - в горле было сухо, и я с трудом смог задать вопрос.
  - О первых ощущениях, которые вызовет у тебя природная чакра.
  Снова захотелось материться. На подавление внутреннего порыва ушло примерно полминуты.
  - А откуда во мне природная чакра?
  Оракул стоял всего в паре шагов, но рассмотреть его было достаточно трудно.
  - Руководствуясь полученным мною опытом, я пришел к выводу, что замену твоей телесной энергии на природную чакру следует производить постепенно. Именно поэтому, пользуясь моментом, я и начал преобразование.
  Вот теперь я выругался. Шепотом. Громким шепотом.
  - А ты держался дольше, чем я предполагал, - заметил Оракул.
  - Ага, есть повод для гордости. Чем мне это грозит?
  Писк в ушах наконец затих. Даже почти получилось убрать руку от глаз. Легкая тошнота отступала, и я предпринял попытку подняться.
  - Ничем. Совсем.
  Мне кажется, или у павлина приподнятое настроение?
  - Да и нет. Да, потому что все прошло успешно. Ну, ты по крайней мере жив и приходишь в норму. Жаль лишь, что продвинуться получилось так мало. Первые ощутимые изменения, возможно, появятся в следующий раз. А пока я всего лишь восстановил СЦЧ в твоей руке. И, как и говорил, кое-что добавил.
  Зрение пришло в норму, и я, чуть покачиваясь, отошел от дерева.
  - И сколько раз мне придется повторять эту процедуру?
  Оракул развернулся и двинулся куда-то, как бы намекая, что я должен идти за ним.
  - Не имею понятия, я раньше не проводил таких... опытов.
  - Ты так легко оперируешь моей системой циркуляции? - удивился я.
  Павлин даже остановился:
  - Легко? То, что я сделал, сравнимо с... м-м-м... со сборкой адронного коллайдера. На коленке. При помощи топора и ломика.
  Я замер, пытаясь понять, что он только что сказал. Не нашел ничего лучше, кроме как спросить:
  - Чего?
  Оракул несколько мгновений рассматривал меня, после чего побрел дальше:
  - Значит, ты начал забывать некоторые слова из прошлой жизни. Хм, это и хорошо, и плохо. В общем, это было очень сложно, несравнимо сложно. На подготовку этого процесса ушло много времени. Даже то озеро специально для этой цели выделили.
  Ну, сложно - значит, сложно.
  - Хорошо, верю. А что плохого в том, что я забываю свой старый мир?
  - Важно, чтобы ты не утратил связь совсем. Тогда ты потеряешь преимущество мертвой души в живом теле. А это добавит мне проблем в твоем преображении.
  - А что хорошего?
  Мы остановились рядом со все теми же статуями. Видимо, Оракул собирался продолжить тренировки. К слову, моя тень тоже была здесь.
  - Это значит, что мир стал твоим и не вызовет отторжения. Когда ты пройдешь по пути мудреца, за тобой не явится шинигами, чтобы восстановить баланс. А это, поверь мне на слово, хорошо.
  Киваю. Вот это однозначно хорошо.
  - Ты говорил, что у меня не так уж много времени. Не пора ли возвращаться?
  Павлин кивнул:
  - Да и нет. Последнее, что ты должен сделать до возвращения.
  Он перевел взгляд на мою руку, отчего я ее снова невольно погладил. Все так же болит, зараза.
  - Боль должна со временем пройти. Но в твоей руке появились новые танкецу. Постарайся повторить то, что ты делал, когда использовал твой Точечный Удар.
  Я сосредоточился, как обычно потянувшись за сэн-чакрой. И ощутил неприятное жжение в ладони. Через несколько секунд на ладони со все возрастающей скоростью вращался сгусток чакры. Природной чакры, если я все правильно понимаю. Кольцо вращающейся чакры, которое уже начало обжигать мою ладонь.
  - Ударь, - коротко приказал Оракул.
  И я направил ладонь в никуда. В смысле просто в сторону, чтобы наверняка ни во что не попасть. Чакра высвободилась из кольца, и рванулась вперед, на несколько мгновений становясь воронкой. Правда, весь эффект был в срезанных кончиках травы, взметнувшихся в воздух, но...
  - Я посчитал, что сосредотачивать чакру лучше в ладони. Весь процесс требует от тебя только некоторой концентрации, все остальное происходит само. Практически. Потери чакры при долгом контроле я уменьшил, придав чакре вращение, но все равно долго держать кольцо не советую. Эффект тебе понятен?
  Н-дя, понятнее некуда.
  - Прикоснись я таким колечком к телу и не просто дырку - приличный кусок мяса вместе с костями вырву.
  Павлин задумчиво посмотрел на мою ладонь.
  - Голову человека разорвет почти наверняка. Но это только правая рука. Да, и будь с ней побережнее, что ли. Не хочется начинать все сначала.
  Глядя на собственную ладонь, я медленно охреневал от способностей Оракула. Павлины действительно научились манипулировать сэн-чакрой, даже не являясь сеннинами. Точнее, сеннин у них только один. Н-дя. А мне такое оружие придумали.
  - Это просто костыль, - вставил свое слова Оракул, - когда преобразования будут закончены, для тебя такой удар станет мелочью. Сможешь выполнить его одним усилием воли. На самом деле это костыль. Способность, которую ты не можешь развивать. И мне очень жаль, что приходиться пользоваться такими полумерами. Единственный положительный эффект - ты учишься контролировать природную чакру. Хоть что-то. Я хочу, чтобы ты дожил до дня, когда закончишь обучение.
  Я хмыкнул.
  - Обучение? Я прихожу и только медитирую. А ты что-то делаешь с моим телом, постепенно перестраивая его. Я бы это не обучением назвал, а кое-чем другим.
  Оракул кивнул:
  - Ты прав и не прав. Сейчас все действительно выглядит именно так. Но позже ты поймешь, почему это именно обучение. А сейчас тебе пора.
  И раньше, чем я успел попрощаться, меня затянуло в обратную печать призыва. Все же Оракул странный. Только рядом с ним я чувствую себя полным идиотом, ничего не понимающим в жизни. Он дает подробные ответы на мои вопросы, но я все равно не способен понять всего смысла, который он вкладывает. И действительно, где же предел его способностей? Он всерьез изменяет мое тело. Изменяет, ничего не нарушая. И что же произойдет, когда изменения закончатся? Кем я стану? Каменной статуей? Или бессмертным? И это подачки. Стиль боя? Удар природной чакрой? Костыли. Неужели я настолько слаб, что кажусь ему инвалидом, которому требуются такие костыли?
  Мои терзания завершились с выходом из... хм... портала. Слово из прошлого мира, который я все больше забываю. Легкое головокружение после переноса через большое расстояние. Все же пространственные техники - это нечто, и их принципы действия я, наверное, не пойму никогда.
  На выходе уже стояли два безликих и, бьюсь об заклад, ждали именно меня. Ну, не атаковали сразу - уже что-то.
  - Минакуро Като. Тебе придется пройти с нами. У нас есть вопросы, на которые тебе придется ответить.
  Поднимаю руки, показывая, что готов сотрудничать. Все же я ждал чего-то подобного.
  
  * * * * *
  
  Необычно солнечный день принес Ао чувство волнения. Окна его рабочего кабинета, расположенного в одном из самых высоких зданий Кири, почти всегда выходили в туман. Но сегодня день был необычайно ясен.
  - Обманчивая ясность, - тихо сказал он.
  Сидевшая на диванчике у входа в кабинет девушка в маске безликой хмыкнула:
  - Ты слишком пессимистичен, Ао-сан.
  Но мужчина проигнорировал ее, продолжая задумчиво смотреть в окно. Его беспокоило много вещей. Начиная безопасностью деревни в целом и заканчивая мелкими деталями. Он все еще не был уверен, насколько можно доверять Кетсуки, но парнишка пока не давал поводов себя в чем-то подозревать. Он тренировался, быстро осваивал свои способности, учился быть синоби. Однако, на взгляд Ао, мальчишка еще не был готов к миссиям и еще не заработал необходимый кредит доверия. Но Мизукаге-сама решила иначе. И сейчас, держа в руках отчет шпионов, Ао думал, каким образом можно извернуться, чтобы не брать Кетсуки с собой.
  Конфликт вокруг Уми но Куни практически достиг стадии, когда вместо слов в ход пойдут мечи и стрелы. С одной стороны, это был конфликт между Дайме Страны Огня и Дайме Страны Озера. Дайме Огня имел достаточно своих сил, не считая синоби Конохи, чтобы решить проблему со Страной Озера. В конце концов, синоби не являлись основной военной силой стран - не всегда, во всяком случае. У Дайме была армия юхей, наемников. Конечно, юхеи сильно уступали синоби в бою один на один, но были достаточно многочисленны и не столь дорогостоящи. Такая армия, пусть и значительно меньшая, была у Страны Озера. Конфликт был не беспочвенный, насколько удалось выяснить: Дайме Страны Озера задолжал весьма впечатляющую сумму Стране Огня в целом, и ее Дайме в частности. И разрешать все мирно никто, похоже, не хотел. Но с другой стороны, считать, что со стороны Огня не будет синоби из Конохи, значит, быть круглым идиотом. Соответственно, в Кири пришел приказ об отправке двух команд синоби на поддержку Озера. Само по себе это не было проблемой: Ао видел уже много войн, а в таких войнах синоби чаще всего не добивали друг друга, чтобы не провоцировать излишней напряженности между деревнями. Но в этот раз от Мизукаге пришел четкий приказ - взять Кетсуки с собой. А парень просто не умел брать в плен - большинство его техник убивали почти мгновенно или калечили так, что выжить уже невозможно.
  Впрочем Уми но Куни не были столь беззащитными, как могло бы показаться. Вся подоплека дела крутилась вокруг компании Ширубабурамби. Очень большой компании. Бывшая Гато-Компани, объединенная с теми активами уничтоженного клана Учиха, что не попали в лапы Конохи или других кланов, вкупе с прочими мелкими компаниями, создала компанию Серебренного Веера. И Ао готов был поставить на это весь свой немалый опыт: Ширубабурамби собирались создать в Уми но Куни собственную скрытую деревню. Именно с этой целью они аккумулировали множество средств последние годы и вот теперь заявили о своем существовании, пусть и преждевременно. Своих синоби там еще не было, но были нукенины, не особо довольные своим положением вне закона. Также благодаря именно Вееру на остров были стянуты значительное количество живой силы, и уже второй год они обучали своих Юхей. Определенные договоренности между нынешним лидером Веера и Мизукаге-сама уже существовали, но вот как такового союза еще не было. Дайме Страны Воды также было выгодно существование еще одной скрытой деревни на фактически своих землях, но вот открыто выступать он не решился. Ао был уверен, что это не все подробности - есть еще неизвестные ему детали, но и имеющегося было достаточно, чтобы реально оценивать масштаб зарождающегося конфликта. Армия Страны Огня концентрировалась на побережье, готовя удар по Озеру. Наверняка и синоби Конохи также были приведены в готовность. Веер готовил свои войска к защите границ. Теперь и Кири предстояло подготовить своих синоби для этой войны.
  - Почему Дайме-сама просто не пригрозит Огню войной в случае их агрессии по отношению к Озеру? - спросила девушка.
  Ао развернулся к столу, пробегаясь глазом по бумагам.
  - Не знаю, хотя догадываюсь. Огонь не отступит даже перед перспективой войны с Водой. Ширубабурамби перехватили даже больше морских торговых путей, чем некогда Гато-компани. Это сильно бьет по финансовой системе Огня, в особенности по кланам, участвующим в морской торговле.
  Корень всех войн лежит в деньгах. Синоби тоже были зависимы от них: содержать такие кланы, как Хьюга и Сарутоби - то еще занятие. Их годовой бюджет сравним с бюджетом небольших стран. Но тем зависимее они становятся от стабильного поступления денег в свою казну. И если те же Хьюга остаются все же кланом синоби, в котором роли управленцев отведены по большей части бесталанным членам клана, то Сарутоби - уже давно клан торговцев и предпринимателей, синоби в нем все меньше. Ну и не стоит забывать про прочие кланы как синоби Конохи, так и прочих зажиточных семьи, не имеющих ниндзя, но имеющих влияние на политику Страны Огня. Обычный клубок, в котором все упирается в деньги.
  В дверь постучали, но вошли, не дожидаясь разрешения. Ао с нескрываемым раздражением встретил мальчишку, который слишком много о себе возомнил.
  - Вы хотели меня видеть, Ао-сан?
  Но ни в голосе, ни в выражении лица, ни в движениях ни намека на почтение. Расслабленная поза, презрительная ухмылка на лице. Похоже, Кетсуки получил удовольствие, глядя на раздраженное и хмурое лицо Ао.
  - Ты опоздал.
  - Прошу прощения.
  Он редко опускался до оправданий, считая их бесполезными и вообще глупыми. Если ты чего-то не сделал, признайся в своей ошибке или неспособности сделать это. Оправдания бесполезны и ничего не меняют. Так считал Кетсуки, и это была одна из немногих черт, которая Ао нравилась в мальчишке.
  - Я все еще считаю, что ты не готов к этому. Но тебе поручают твою первую миссию.
  Презрительная усмешка перешла в предвкушающую.
  - Мне нужно кого-то убить? - спросил Кетсуки, будто это было единственным, что интересовало парня.
  Ао ухмыльнулся собственным мыслям. Это действительно было единственным, что его интересовало.
  - Целую армию, если на то пойдет, - вместо него ответила девушка АНБУ.
  Кетсуки хмыкнул, бросив на нее оценивающий взгляд. И, рассматривая девчонку, он и не пытался скрыть вполне плотского к ней интереса. Как к этому относится сама безликая, было не ясно.
  - Ты отправляешься на эту миссию в составе моей команды, Кетсуки. И я хочу, чтобы вся моя команда вернулась обратно. Тебе это ясно?
  Парень снова повернулся на Ао и утвердительно кивнул.
  - Более чем. Убивать врагов, защищать своих. Задача ясна.
  Хотя кровожадности парню было не занимать, но и дураком или психом он не был. И это оставляло у Ао двоякое впечатление. С одной стороны, радовало, что подчиненный попался вполне вменяемый, исполнительный и упорный в достижении цели. С другой - если бы мальчишка был просто неуправляемым психом, он был бы открытой книгой для Ао. Парень же оказался скрытным и недоверчивым, а также хитрым и мог похвастаться неплохим воображением. Это лишь увеличивало подозрения со стороны Ао.
  - Тебе также придется столкнуться с синоби других деревень. Я хочу, чтобы ты по возможности не убивал их.
  Кетсуки нахмурился:
  - Почему?
  - Так надо, - холодно ответил Ао.
  Парень несколько секунд сверлил его взглядом, прежде чем пожать плечами, безразлично отвернувшись в сторону:
  - Как пожелаете.
  Ао несколько секунд буравил его взглядом, после чего сказал:
  - Тогда иди, готовься. Тебе сообщат, когда мы отправляемся.
  
  Глава 76.
  
  На этот раз в ту самую комнату в подвале меня привели даже без наручников. Допросная. Комната с единственным источником света, столом и двумя стульями. Не сказать, что я по ней скучал, но определенная ностальгия момента просматривалась. Вновь от моего разговора здесь и сейчас вполне зависит мое будущее. Хотя нет, я сгущаю краски. С того знаменательного разговора с Анко слишком многое изменилось. Я уже не чувствую себя чужим в этом мире. Да и освоился порядком. Даже паранойя вполне отошла в фон, став просто чуйкой на неприятности. Сейчас чуйка помалкивала. Меня держали в ожидании несколько часов, но это были мелочи. После изоляционной тренировки с моим терпением меня такими шутками не удивишь. Сидел, ждал, насвистывал себе какую-то мелодию. Подумывал вздремнуть, но посчитал это излишней наглостью. В комнате, к слову, никого, кроме меня, не наблюдалось. И я вовсе не считаю себя великим сенсором, способным почувствовать присутствие блохи на своей подошве. Просто, если оценивать реально, ради какого счастья мне сюда будут ставить личную охрану? Сбегать я не стану, отсюда особо не убежишь. Убивать себя? Если этот Данзо знает про якобы мое отношение к предателям, то и про мой страх перед смертью тоже знает. Да и на кой мне себя убивать? Не настолько я в плохом положении, чтобы вообще рассматривать такие альтернативы. Ну и все. Меня привели, и я спокойно дождусь своего собеседника. И безо всякой охраны.
  И собеседник наконец объявился. Дверь открылась, и на пороге возник мужчина. Тот, кого я уже видел в кабинете Хокаге. Его возраст я затруднялся угадать, но за сорок точно. Косит под инвалида: правая рука в бинтах, половина головы перемотана. На лице морщины и шрамы. Особенно выделяется шрам на подбородке. Вот только ходит он, хм... После того, как я посмотрел на самого себя со стороны перед тем, как мне восстановили руку, готов поклясться, ему очень хочется погладить правую руку левой. А может, это мое собственное желание. Проверяя теорию, я потянулся свой левой рукой к правой, слегка ее погладив. Боль никак не проходила. Мужчина обратил внимание на этот мой жест и, кажется, совсем чуть-чуть прищурился. Он спокойно прошел в комнату и сел напротив меня. Двери закрылась. Я смотрю на него, он на меня. А взгляд неприятный, смотрит прямо в глаза, но наверняка периферийным зрением хорошо видит всю обстановку в комнате. Я ошибся по поводу оценки возраста - он куда старше пятидесяти.
  - Добрый вечер, - решил, что можно и начать разговор самому ради разнообразия.
  Несколько секунд молчания, прежде чем получить ответ.
  - Утро, - поправляет он.
  Перенимая его манеру, тоже тяну несколько секунд.
  - Кому как, - киваю.
  Игра в гляделки продолжается. В этот раз начинает он.
  - Как рука? - голос спокойный, ровный.
  Даже не знаю, что ответить - море вариантов. Возьмем самый нейтральный.
  - В норме.
  Ответ, который ни о чем не говорит.
  - Ты готов вернуться к своей работе?
  Опять же хороший вопрос. И снова нейтральный, ни о чем не говорящий ответ.
  - Абсолютно.
  Ага, спасибо, что поинтересовался.
  - Ты знаешь, кто я?
  Откуда бы - ты не представлялся.
  - Нет.
  Могу только догадываться. Корень. Данзо. Значит, моего паучка нашли все же именно они.
  - Ты знаешь, почему ты здесь?
  Знаю.
  - Нет.
  А вопросы мне нравятся, я так могу часами сидеть.
  - Минакуро Като.
  Молчу. Он ничего не спрашивал, значит, я не должен отвечать.
  - Некоторое время назад я посчитал, что тебя будет целесообразно принять в наши ряды.
  На его лице никаких эмоций. Кирпич и то выразительнее.
  - И ты оправдывал ожидания. В основном.
  Ну что сказать, я старался.
  - Но в последнее время ты заставил нас подозревать тебя в предательстве.
  Продолжаю молчать.
  - Почему ты предал Коноху?
  Интересная формулировка. Нет, не проймешь меня этим.
  - Если не секрет, что именно заставило вас меня подозревать?
  В этот раз ответ почти без промежутка в несколько секунд.
  - Сам не догадываешься?
  - Нет.
  Снова пауза. На этот раз она затянулась. Не знаю, что он там обдумывал, но ждать мне пришлось долго.
  - Ты проник в госпиталь Конохи и уничтожил тело Узумаки Синдзи. Твой фальшивый паук в кармане не пригодится.
  Жаль, а я старался, делал.
  - Хотя сама идея мне нравится. Зачем ты уничтожил тело?
  Всего пару секунд паузы, изображая сомнения.
  - Я скрывал следы его смерти.
  - Почему?
  Снова изображаю сомнения, не так-то сложно.
  - Потому что смертельную рану ему нанес я. Осознано.
  На лице Данзо едва заметное удовлетворение. Как я и рассчитывал, именно такой ответ ему был нужен.
  - Почему ты убил человека, которого тебе приказали защищать.
  - Потому что он это заслужил, - ответил я с вызовом, - потому что он предал свою деревню.
  Кивок со стороны собеседника:
  - Понимаю. Но у тебя был приказ. Ты должен его исполнять.
  А теперь побольше воздуха в грудь: начинаем нести всякую патриотическую чушь, чтобы цепляло, чтобы проникновенно.
  - Я знаю. Но защита деревни должна быть превыше всего, разве нет? Он неоднократно предавал Коноху и мог сделать это снова. Если для защиты деревни мне необходимо нарушить приказ, я это сделаю. И понесу наказание за свой поступок, но все равно буду считать что прав, - и, немного подумав, добавил, - это мой путь ниндзя.
  Данзо буравил меня взглядом пару минут, прежде чем на его лице не появилась ухмылка:
  - Очень вдохновенная речь. Сам-то веришь?
  Раскусил, значит. Допустим, хотя что там - именно на это я и рассчитывал. Если ни разу не соврать, не поверят, что начал говорить правду.
  - Не особо, - пожимаю плечами.
  Ухмылка исчезает.
  - Так зачем ты его убил?
  - Проанализировав ситуацию, пришел к выводу, что именно этого вы от меня и хотели. Глава Корня АНБУ, Данзо-сан.
  Кивок со стороны собеседника.
  - Как давно понял?
  Выразительна пауза, прежде чем ответить:
  - Предположил сразу. Убедился только что.
  Снова кивок.
  - Ты разговаривал с ним, верно?
  - Нукенин из клана Курама? Да, разговаривал.
  Данзо едва заметно напрягся:
  - И что он тебе рассказал?
  - Жаловался на жизнь в основном. Говорил, что все мы пешки, и никто из нас ничего не решает за себя.
  Собеседник подался вперед:
  - А что ты сам об этом думаешь?
  - Он был слабаком. По характеру. Так что его жалобы для меня не более, чем блеянье паршивой овечки. Это он ничего не решал за себя. Я вот решаю. Сумел же я создать условия для этого разговора.
  Данзо вновь позволил себе ухмылку:
  - Да, представление мне понравилось. Хокаге готова рвать и метать, но не может ничего тебе предъявить. Конечно, в любой момент к тебе могут пожаловать безликие, чтобы вызвать на разговор, как это сделал я. Но того паучка нашли мои люди, а не ее.
  Ох, как его прорвало. Действительно впечатлил я его, значит? Интересно.
  - У меня есть еще одна идея, которую я бы хотел реализовать.
  Данзо успокоился, прищурился.
  - Какая?
  - Пользуясь сложившимся положением, я могу набиться в доверенные люди к Хокаге-сама.
  На несколько мгновений от собеседника так и повеяло скептицизмом.
  - Не думай, что это будет просто.
  Киваю - кто бы сомневался.
  - Тем не менее. Хоть прямо сейчас мне заявиться к ней, и сказать, что мне угрожали люди из Корня и что мне нужна ее защита. Покровительство, если быть точным.
  В глазах Данзо появилось понимание.
  - Выставить себя загнанным в угол, создать иллюзию полной зависимости от ее воли. Это вполне может сработать.
  Ха, не из-за твоей похвалы я такую операцию провернул. Ты еще даже не все знаешь, милый друг.
  - Масштабно, - раздумывая над чем-то, вслух произнес Данзо. - Ты оправдал мои ожидания, Като.
  Почтительно киваю:
  - Рад был стараться.
  - Отныне ты становишься синоби Корня.
  Поднимаюсь, пытаясь хоть как-то создать торжественность момента.
  - Нашей единственной целью всегда будет являться процветание и благополучие Конохагакуре. И ради достижения этой цели мы не остановимся ни перед чем.
  - Отныне это и моя цель.
  Данзо тоже поднимается. Корень не религиозная группа. Излишняя церемониальность ни к чему. Меня выбрали подходящим для вступления в их ряды. Мне предложили к ним присоединиться. Я согласился. Все остальное было бы условностями, не несущими никакой пользы. Люди в Корне достаточно фанатичны, но при этом и очень практичны, так что ничего удивительного. И я ошибся, когда счел, что Корень - это подразделение АНБУ. Это нечто, куда большее.
  - Добро пожаловать в Корень.
  Киваю:
  - Какие будут поручения?
  На лице Данзо снова появляется ухмылка.
  - Ты и сам прекрасно знаешь. Выполняй.
  - Слушаюсь, Данзо-сама.
  На этой счастливой ноте мой собеседник покинул комнату. Но это еще не все. Вот же удивится Тсунаде Сенджу, когда узнает, с чем я к ней пожаловал.
  
  Глава 77.
  
  В Конохе раннее утро выходного дня. Прогулка до резиденции Хокаге ничего не дала - Тсунаде не было на месте. Ну, правильно: не ночевать же ей за рабочим столом... или на нем. Поэтому я шел в старую часть города. Или все же деревни? В общем, в старый квартал Сенджу. Был такой когда-то. Сейчас там осталось всего одно жилое здание, все остальное было хозяйскими постройками, принадлежащими городку. Единственное жилое здание. Некогда особняк главы клана. Несмотря на почтительный возраст и долгое время, проведенное без необходимого ухода, особняк выглядел величественно. Большой, крепкий. С окнами-бойницами и прочными дверьми. Здание строилось в неспокойные времена, так что это целый маленький замок. Необычный для этого мира квадрат с ровными углами и плоской крышей. Нигде больше в этом мире я не видел зданий такой формы. Слишком уж веет прошлым моим миром. Возможно, где-то там зачесался еще один пришелец из того мира. А может, и нет.
  Особняк был окружен решетчатым забором, у ворот стояла пара безликих. И еще четверо терлись неподалеку, если мне не изменяют чувства. Безликие вышли мне навстречу, уставившись своими масками. Ничего не спрашивали, как ни странно - просто давали понять, чтобы я шел в другую сторону.
  - У меня очень важное сообщение для Хокаге-сама.
  - Для этого есть приемная, - без интонаций ответил синоби.
  Вот почему всегда так? Это просто банальнейшея ситуация. Я шпион, пришел с повинной. Тьфу.
  - Я признаюсь, что уничтожил то тело в морге. Доволен?
  Оба синоби дернулись, но что делать, не знали. Не потому, что тугодумы. Соображали они как раз быстро. Потому что ситуация патовая. Оба понимают, что я, вроде как, не враг, раз пришел с важным донесением. Но и инструкции насчет шутника, обставившего Тсунаде, тоже были однозначны. Парни переглянулись, и один кивнул другому.
  - Подожди.
  Второй безликий растворился в технике перемещения. Самая сложная версия подмены. Синоби меняет себя на фактически воздух вокруг печати. Причем на расстояние, пусть и небольшое, игнорируя почти все препятствия. Разве что барьеры такой техникой не перемахнуть - размажет, будто об стену. В теории, я вполне могу применять именно эту версию техники, да только чакры она слишком дохрена сжирает. Нецелесообразно. Правда, я читал о технике Бога Грома. Название громкое, но справедливое. Четвертый Хокаге объединил свой элемент и пространственную технику подмены. В свитках указано, что он перемещался к своей печати. Ни расстояние, ни наличие барьеров никакой роли не играли. Самая последняя и наиболее сложная версия техники, требующая прорвы чакры, идеального контроля над элементом и долю везения, создавала с помощью трех и более печатей область, в которой пользователь вообще становился вездесущ. То есть, перемещался в любую точку внутри области, мгновенно. Видел я формулу расчета затрат чакры на применение техники: там все сильно завязано на площадь области действия техники. В теории, опять же, моей чакры хватит на создание области в несколько квадратных сантиметров, в пределах которых я смогу мгновенно перемещаться, ага. Откуда Хокаге брал столько чакры, я не имею ни малейшего понятия. Но с моим резервом нужно что-то делать. А то смешно - тюнин, а чакры, как у ученика академии. Насколько я успел узнать, даже у Сакуры сейчас резерв поболее, пусть и не намного. Она, вроде, ерьениндзютсу занялась, тренируется. Самая больная тема, блин. Может, поинтересоваться у Данзо, нет ли в Корне каких секретных запрещенных техник, что увеличат мой резерв? Хотя что я на этом зациклился? Уложил дзенина в честном, по меркам синоби, бою. И маленький резерв, компенсированный почти идеальным контролем, позволяющим тратить на техники минимальное количество чакры, мне ничуть не помешал. Тот же теневой клон мне вполне дается, даже во множественном количестве. И пофиг, что ниндзютсу нет. Последний подарок Оракула это вполне компенсирует.
  Массивная входная дверь со скрипом открылась, и выглянувший оттуда безликий жестом разрешил мне войти. Второй открыл ворота, и я спокойно прошагал мимо возвращающегося на пост синоби. Либо внутри была другая охрана, либо все считали, что Хокаге сама вполне способна защитить себя. Тем более от меня. В особняке все оказалось очень практично, местами даже минималистично. Ну, это у кого какой вкус. Холл оказался небольшим: мебели мало, и выход отсюда так же был всего один. Во, хм, второй холл. Открытые сейчас вторые двери также оказались массивными, и, почти уверен, имели защите печатями. Замок снаружи, замок и изнутри. Тсунаде ждала меня здесь. Вместо длинных светлых брюк, которые я уже почти привык видеть, длинная просторная юбка. И некоторое подобие укороченного кимоно белого цвета, опять же, вместо более привычных зеленого халата и белой блузки. По-домашнему, я так понимаю. Вечно ошивающейся рядом с учителем Шизуне нигде не наблюдалось.
  - Приветствую, Тсунаде-сама.
  Хмурый взгляд был мне ответом. Одним кивком она указала мне следовать за ней. Прошли в комнату, отдаленно напоминающую гостиную. Правда, диванов и столиков не было, только пара кресел и камин, если не считать навешанного на станы оружия и стоящих в углах манекенов с доспехами. Ничего так доспехи.
  - Говори, - жестко приказала она.
  Да только не особо я что-то боюсь. Раньше, может, и испугался бы, а теперь. После того, как начал с завидной периодичностью ставить собственную жизнь на кон, бояться разговора как-то не с руки.
  - Присаживайтесь, разговор не будет коротким.
  Тсунаде удивленно подняла бровь, не ожидая такого нахальства.
  - Ты еще будешь мне приказывать? В моем собственном доме?
  Пожимаю плечами.
  - Почему не попробовать, вдруг получится?
  - Наглец, - хмыкает Хокаге, все же сев в кресло.
  Позволил себе ухмылку. Интересная женщина. Если я все правильно понимаю, она годится мне в бабушки. Но никаких следов гендзютсу - значит, что-то более тонкое. Если учитывать, что она медик - поправка: гениальный медик, - то я вполне верю, что именно так она и выглядит. Вполне понимаю, откуда берутся все эти перешептывания о неземной красоте Пятой Хокаге. Хм. Хотя и не разделяю этого мнения. Всего должно быть в меру, а груди - и подавно. В остальном - просто привлекательная женщина. Опасная женщина. Я не чувствую на ней гендзютсу, но если эта мимика ее родная, то мне есть, куда расти. Синоби привыкли полагаться на чакру, на ощущения от чакры. Но вот так просто всмотреться в лицо человека и заглянуть чуть дальше того, что есть на поверхности. Боль. Много боли. Печаль и грусть. Сожаление. И подавленный страх. Надежда. Большая надежда. Я почти готов посочувствовать этой женщине. Мысленно. Не думаю, что ей нужна чья-то жалость. Во всяком случае, она сама в этом уверена, а вот что там на самом деле...
  - Так и будешь меня рассматривать? - поморщившись, прервала она тишину.
  - Размышляю, с чего начать, - почти не соврал я, - чтобы сэкономить ваше время.
  
  * * * * *
  
  Сначала он показался излишне наглым. Но Тсунаде достаточно быстро поняла, что наглость - напускное. Сначала его заминку и внимательный взгляд она приняла за рассматривание ее тела и особенно, кхм, груди. Но, опять же, быстро поняла, что взгляд совсем не такой. Изучающий. Но не то, что снаружи, а то, что глубже. Намного глубже. Хокаге долго не могла понять, где именно видела этот взгляд. А когда поняла, неосознанно поморщилась. С таким же отстраненным интересом ее рассматривал когда-то Орочимару. Будто слизняка препарировал. Чтобы избавиться от неприятной аналогии она прервала тишину:
  - Так и будешь меня рассматривать?
  Взгляд чуть изменился. Он ведь молод, пятнадцати нет. Уже тюнин. Уже убийца, уверенный, хладнокровный.
  - Размышляю, с чего начать, чтобы сэкономить ваше время.
  Теперь он напоминает другого знакомого, еще более неприятного. Данзо. Потому что говорит так, будто делает ей одолжение. Очень хорошо прикрытое высокомерие.
  - Не медли, говори.
  - Надеюсь, нас никто не подслушивает. Очень не хотелось бы, чтобы содержание разговора дошло до людей Корня.
  Тсунаде отрицательно покачала головой:
  - Особняк хорошо защищен.
  - Тогда все по порядку, - наконец решает Като. - Некоторое время назад меня вместе с двумя моими товарищами послали на миссию. Защитить Узумаки Синдзи.
  Тсунаде кивает. Это ей известно.
  - Миссия шла от Корня. Одновременно с нами отправилась и еще одна команда. Скажем так, неофициальная. Три нукенина, верно служащих Корню.
  А вот это уже интересно. Хотя очень походит на беспочвенные обвинения.
  - Вы, естественно, не обязаны верить мне на слово, но прошу, дайте мне закончить. Возглавлял команду отступник из клана Курама.
  - Нишин, - решила уточнить Хокаге.
  Кивок. Да ему плевать, как того звали.
  - Его имя, значит. Этот... Нишин... атаковал нас в точке встречи. А еще чуть позднее атаковал повторно, уже в том городке. Его задачей было убить старика Узумаки. Моей - спасти. Но все не так просто. Мне удалось переговорить с Нишином до того, как я его прикончил. Он много интересного рассказал. О своей молодости, в частности. В клане его таланты не восприняли всерьез. Зато очень высоко оценили в Корне. Парня посылали на разные грязные задания. Данзо использовал его, одновременно собирая компромат. И насобирал на отступника А ранга. Пригрозил этим Нишину. Тому оставалось лишь подчиняться.
  Жестко, но Тсунаде могла поверить, что это возможно.
  - Естественно, никаких письменных доказательств у меня нет, - вставил Като, - сожалею. Нишин был пешкой, и его послали на очередное задание. Но он был не просто пешкой, а отжившей свое пешкой, которой требовалась замена. Такой заменой должен был стать я.
  Хокаге прищурилась. Рано делать выводы, но...
  - Вам это неизвестно, но мной уже интересовались ранее. Еще до экзамена на тюнина. Перспективный синоби. Данзо неплохо изучил мою психологию и очень рассчитывал на этот анализ.
  - На что именно? - не поняла Тсунаде.
  На лице парня появилась ухмылка.
  - История с Миино Курама вам известна?
  Кивок.
  - Я убил ее, потому что она предала меня. И Коноху. Узумаки Синдзи был куда большим предателем, и грехов за ним было намного больше. Данзо все рассчитал. Я убиваю Нишина, узнаю правду и убиваю Узумаки. Тем самым попадая ему на крючок. Деталей не знаю - хотел он вытащить меня из тюрьмы или оправдать своим влиянием, не так это теперь важно.
  - Но?
  Ухмылка исчезла.
  - Я разобрался с тем случаем. Очень не люблю, когда эмоции берут верх. Проблема лежала... в моем прошлом. Я с ней разобрался и сейчас непредвзят и хладнокровен.
  - От скромности не умрешь, - хмыкнула Хокаге.
  - Спасибо, - беззастенчиво кивнул Като. - Не было у меня желания добивать Узумаки. Но я не такой идиот, каким был Нишин. Я решил немного спутать всем карты, чтобы вырваться из-под влияния Данзо. Я убил Узумаки. А по прибытию в Коноху я подготовился, чтобы в нужный момент уничтожить его тело.
  Тсунаде сжала кулак, но постаралась сделать это незаметно. Не вышло - Като отследил ее движение, но лишь пожал плечами, показывая, что ему все равно.
  - И как результат?
  - Сегодня рано утром у меня состоялся длинный и весьма содержательный разговор с Данзо.
  Повисла напряженная пауза. Тсунаде лихорадочно думала. Насколько это все соответствует действительности. Правда о Нишине? Вполне вероятно. Просматривая его дело, она видела много темных пятен и несоответствий. Да, очень похоже на правду. Интрига с Узумаки? Тоже вполне вероятно. А она ломала голову, какого черта все это время творилось в ее собственной деревне!
  - И ты собираешься передать мне содержание разговора?
  Кивок.
  - Говорить о том, что меня в каком-то смысле взяли за жабры, думаю, не стоит. Данзо хотел воспользоваться сложившейся ситуацией. Я должен был прийти к вам и пожаловаться на давление с его стороны. Попросить защиты.
  - И стать шпионом, - кивнул Тсунаде.
  Это многое объясняло, очень многое.
  - Именно. Но я не идиот. Служить фанатику я не собираюсь. Поэтому предлагаю свою верность вам.
  - На тебе стоит печать?
  - Нет, естественно, - с легкой, едва заметной, насмешкой, ответил Като, - с ней меня бы к вам и на бросок сюрикена не подпустили бы.
  Логично.
  - В чем именно будет выражаться твоя верность?
  Пожал плечами:
  - Я буду выполнять все поручения. Рассказывать все, что узнаю из оперативных данных Корня. Ну и по вашему приказу передавать информацию Данзо, если вы хотите.
  - Готов так рисковать?
  Кивок, уверенный.
  - Более чем. Теперь я уже все равно никуда не денусь.
  - У нас гость? - раздался от входа голос Шизуне.
  Тсунаде уже успела забыть, где они находятся. Като бросил на ее ученицу короткий оценивающий взгляд, но тут же потерял интерес. И оценивающий скорее в плане доверия и верности ученицы своему учителю, нежели интерес мужчины к женщине. Хотя чему удивляться - он еще не в возрасте. Кхм. А вот это неверно: своей напарницей он еще как интересуется.
  - Хорошо. Я все еще не доверяю тебе. Но лучше держать опасно врага под рукой, верно?
  Одобрительная улыбка и кивок. Это действительно мальчишка? Ей потребовались годы, чтобы осознать эту истину.
  - Я своей властью переведу тебя в АНБУ. Как твоя рука?
  - Я полностью здоров и готов действовать.
  Значит, эти павлины действительно на многое способны. Тоже достигли уровня использования природной чакры? Неплохо бы его потом осмотреть. На свежую голову, а то сейчас Тсунаде и так готова была покричать, чтобы успокоиться от переизбытка новостей.
  - Тебе потребуется тайное имя.
  - Крыло, - уверенно произнес Като.
  - Уингу? - удивилась Шизуне.
  Она не знала всех деталей разговора, но перевод в АНБУ был ей вполне понятен. Парень уверенно кивнул.
  - Полагаю, захочешь маску павлина? - усмехнувшись, предположила Тсунаде.
  - Было бы замечательно, - усмехнулся в ответ он.
  Тсунаде не покидало отчетливое ощущение, что она совершает ошибку. Большую ошибку. Но женщина не могла понять, в чем именно эта ошибка. Она не доверяла парню. Вступление в АНБУ - лишь формальность. Что не так? Где именно она пропустила опасность?
  - Тогда вон отсюда. Придешь завтра в резиденцию. Анко уже давно пыталась пробить тебе место среди безликих, вот порадуется.
  - Не сомневаюсь, - поднявшись, кивнул Като, - до свидания, Хокаге-сама.
  Женщина лишь отмахнулась, провожать гостя отправилась Шизуне. Тсунаде еще предстояло придумать, как именно теперь использовать парня. Жизнь становилась все интереснее и интереснее.
  
  АРКА 6.
  
  Глава 78.
  
  Я искренне полагал, что разговор с двумя самыми влиятельными людьми Конохи будет сложным. Ага. Как же я ошибся. Объясняться с наглой девчонкой, теперь, в общем-то, моей - вот, что было сложно. С памятного вечера, когда я уничтожил тело, и до момента, как упорхнул в Долину Солнца, ей я ничего не рассказывал. А когда вернулся через неделю, получил в лицо категорический ультиматум: либо я ей все рассказываю, либо валю нахрен в абсолютно любом направлении. Второе меня не устраивало совсем, пришлось крутиться. Единственно ценное, что узнала подруга - я теперь безликий. Почти. Осталось уладить все формальности. В остальном, несмотря на мощный поток вопросов, я остался нем. Меньше знаешь - крепче спишь, так сказать. В дом меня пустили, но вот спать отправили в свою комнату. Каору решила обидеться хотя бы для порядка.
  Совсем уж выспаться мне так и не дали. Ворвалась Анко, счастливая и довольная. Через окно ворвалась. Через мое.
  - Блядь! Етить твою суть мать, Анко! Чтоб тебе биджу во сне являлся, чтобы произвести внедрение всех своих хвостов во все возможные отверстия! Сука! Какого Кьюби ты снова врываешься ко мне через окно?! - вырвалось у меня, и триада на этом не закончилась, просто решил перейти на шепот.
  Анко даже немного опешила, но быстро нашлась:
  - Еще скажи спасибо. Если бы я ворвалась в комнату Каору, когда вы там вместе нежились, было бы куда хуже. А так пострадал только ты, логично? - оправдалась девушка.
  - В каком таком месте это логично? Как по мне, абсолютно равнозначно, разбудишь ты меня здесь, пока я просто сплю, или там, когда я сплю не один.
  В дверях появилась немного заспанная напарница:
  - Не согласна. Анко поступила правильно. А ты, предатель, должен был защищать мою честь, а не отправлять ее в мою спальню.
  Теперь уже опешил я - от наглости обеих.
  - Да чтоб вам выйти замуж за биджу! Входить надо через дверь! Дверь, суть-етить, а не через окно! Так что вон из моей комнаты!
  Анко, все еще полу сидя на подоконнике, хмыкнула и устроилась поудобнее, игнорируя мои слова.
  - А я с поздравлениями. Хотя поздравлять мне надо, скорее всего, саму себя. Избавилась наконец от вас, малолетних спиногрызов.
  Напарнице, похоже, на слова Анко было начхать. Она глубоко задумалась о чем-то своем. Мне по большому счету тоже, так что я просто зевнул.
  - Не вижу ликования на лицах! Вы оба теперь состоите в АНБУ!
  Я чуть напрягся, но, скорее, просто от неприятных мыслей.
  - Като вчера был переведен в мой отряд, - продолжила капитан, - и, чтобы не оставлять тебя, Каору, в одиночестве, заодно оформили и твой перевод. Твое предыдущее задание отменяется или, точнее, считается выполненным.
  Девушка лишь больше нахмурилась. Каору уже была частью АНБУ, как бы. Что-то типа 'за штатом'. А конкретно - выполняла прямое поручение от одного из капитанов АНБУ - Анко, естественно, хотя еще не факт, - и вскоре должна была пройти вступительное испытание на полноправного безликого низшей категории. Сам факт того, что Каору должна была за мной следить, меня не удивил. Почему она своей работы не выполняла, я тоже понимал. Меня удивило, как выглядела сама Каору при оглашении этого факта. Она была взволнованной, взволнованной какими-то своими мыслями. Что-то мне подсказывает, а подсказывает мне моя проснувшаяся чуйка, что это дело темное, и желательно хоть примерно представлять, что так сильно грызет девчонку. А то мы с ней уже спим, она меня даже покрывает, но все равно не доверяет полностью. Вот так-так.
  - Так что вам пять минут на сборы, и бегом в резиденцию!
  Потребовалось немного больше пяти минут, но мы никуда и не опаздывали - это просто Анко взбрело появиться ни свет ни заря. Меня вполне официально делали безликим, пусть и тюнином, но спецом по диверсиям и устранению. Каору просто перевели в штат, как я сам для себя это назвал, ибо в ином случае девать ее было просто некуда. Правда, это еще долго вызывало у меня недоумение. Перевели в АНБУ просто оттого, что некуда было девать? Н-дя... А так, в общем-то, получалась готовая пара, которые применялись в АНБУ куда чаще, чем тройки и четверки. Я наконец получил не бутафорскую, а самую настоящую маску. Павлин. 'Клюв' в маске был достаточно большим, чтобы я мог беспрепятственно воткнуть туда все необходимые мне прелести, что стояли в родной маске. А мой костюм в несколько измененной форме стал полевой формой для всего отряда, причем уже давно. Ну, не весь костюм, если честно, а только ткань, защищающая от чакры и сенсоров - прочие мелочи сочли излишними. Ветераны, так сказать, не оценили новшеств. Ну и биджу с ними, не хотят - не надо.
  Итак, я стал безликим. Мой отряд занимался силовыми акциями, диверсиями, устранением. Штурмовики и диверсанты, заодно и убийцы, собранные под крылом Анко. Вообще, отряд объединяло лишь то, что все работали за пределами деревни, всегда скрытно и инкогнито. А также 'на выходе'. То есть, получали задание, уходили, отрабатывали и сразу возвращались. Этим мы отличались от разведки, пропадавшей порой месяцами. Кроме капитана, были полевые командиры, к одному из которых нас и приписали. Ехи - понятия не имею, какое его настоящее имя. Немолодой уже синоби Хьюго. Вечно хмурый, придирчивый, особо ладить с подчиненными не пытался, но все же все его беспрекословно слушались и подчинялись. Хитрость была в том, что я знал Ехи. Знал Анко. Но все остальные оставались для меня просто безликими. Максимум - прозвище. Вот такая вот секретность. Также я знал, что существуют другие отряды. Один занимался исключительно внешней разведкой. Один поддерживает порядок и защищает Коноху. Один защищает важные объекты и Хокаге. Еще один, самый маленький, специализируется на пытках. И их капитана я уже знал - башка со шрамами мне в память врезалась хорошо. Но это из, так сказать, оперативников. Еще были аналитики, медики, обслуга. Причем не оперативники как бы не были и АНБУ. Просто выполняли свою работу. Забавная система, но стоит заметить - действенная. Ячейки, независимые друг от друга, с центром-Хокаге. Потеря одной ячейки не приведет к падению системы. Падение части ячейки не приведет к падению всей ячейки. Даже если все мою группу во главе с Ехи повяжут, это все равно никому ничего не даст.
  Анко, к слову, была на меня чем-то сильно обижена, так как заставила пройти специальную подготовку АНБУ. Этакие полевые курсы. Много нового я там не узнал - кое-какие условности, полезные, но не более того, а две недели из жизни выпали. А когда я вернулся, все стало уже серьезно. Коноха готовилась к войне. Маленькой, не своей, но там будут сражаться синоби Листа. Сражаться и умирать. Даже не глядя на неписанные законы, любые подобные конфликты уносили с собой жизни синоби. И сейчас посвященные в суть дела в контролируемом хаосе готовили военную экспедицию. Посвящены были далеко не все. Собственно, только участники этой экспедиции, получившие 'долгую' миссию. Я получил такую миссию по прибытии, Каору - лишь чуть раньше. А сразу за миссией и приглашение к Хокаге. Домой.
  А вот это было уже интересно, хотя и слегка меня напрягало. О чем мы с госпожой Тсунаде будем беседовать, я представлял смутно. Разве что были какие-то особые поручения, связанные с предстоящей войнушкой. Это было более похоже на правду, хотя были и другие варианты. Особняк встретил меня уже другой группой сторожей. В этот раз безликие пропустили меня безо всяких вопросов, разве что проверили нанесенную на плече татуировку. У рисунка было много функций, в основном опознавательных. Подделать весьма сложно - можно конечно, но нецелесообразно. Один из безликих коснулся ладонью моей руки, я почувствовал легкое жжение от примененной опознавательной техники, и пропустил внутрь.
  С прошлого моего визита абсолютно ничего не изменилось. Ну, вот совсем ничего. Я даже готов был поверить, что Тсунаде действительно приходит сюда только спать и иногда отдохнуть от шума резиденции. Женщина нашлась в кабинете, который я бы охарактеризовал как приемную. Не рабочий кабинет, а именно приемную. Несколько удобных диванов, небольшой столик, кое-какая красивая бутафория на стенах. Тсунаде хмуро изучала какие-то бумаги, делая вид, что не замечает моего присутствия. Ага, хорошая игра - кому первому надоест молчать. Сел напротив, расслабился, жду. Ну, старушка, я так могу часами сидеть. Женщина спустя минут пятнадцать прошлась по мне безразличным взглядом:
  - Корень выходил на контакт?
  - Нет, - ответил я.
  Она чуть поморщилась:
  - Странно.
  - Отнюдь, - не согласился я, - ничего, что заинтересовало бы Данзо, не произошло. Или я ошибаюсь? - дождавшись утвердительного кивка, продолжил. - Ни к чему в таком случае дергать меня. Думаю, со мной свяжутся, либо когда я накоплю много информации, либо если случится что-то экстраординарное. А так чем меньше контактов, тем больше у меня шансов оставаться вне подозрений.
  Хокаге кивнула, соглашаясь с моими доводами.
  - Мне надо отдохнуть, не замечаю элементарных вещей, - едва слышно пожаловалась она.
  Проигнорировал, сделав вид, что вообще ничего не услышал. Следов присутствия Шизуне также не было замечено. Может, Хокаге пропадает здесь, отдыхая именно от своей деятельной помощницы? Весьма неплохой вариантик.
  - Уже получил лист с миссией?
  Киваю.
  - Что ты об этом думаешь?
  - Обычный конфликт. Наш Дайме будет выбивать долги из их Дайме. Одним из самых радикальных методов. Или есть какая-то более тонкая подоплека?
  - Есть, - не стала отрицать Хокаге.
  - Я должен о ней знать? - решил уточнить, прежде чем задавать прямой вопрос.
  Женщина задумалась, но ненадолго. Я невольно потер правую руку.
  - Да. Думаю, должен. Все достаточно банально.
  - Сбежавшая любовница? А может, тайный любовник нашего правителя? Незаконнорожденный ребенок? Украденная вещица? Перехваченное письмо тайной переписки? - перечислил я наиболее банальные варианты.
  Тсунаде поморщилась, кажется, подавляя желание что-нибудь сломать. Меня, например:
  - Не угадал. Спор и личная обида. Задачей вашей группы будет поимка и доставка в целости и сохранности правителя Страны Озера к нашему уважаемому Дайме.
  Выждал немного, прежде чем спросить:
  - А моей личной задачей?
  Или я дебил, или не понимаю, на кой черт меня вызвали на личный разговор.
  - Есть кое-что... - сверля меня недоверчивым взглядом, начала Тсунаде.
  Усилием воли я подавил желание скорчить скептическую морду. Чувствовал себя так, будто Хокаге тратит мое драгоценное время. С чего бы взялось это чувство? Молча ожидаю продолжения.
  - Кое-что, о чем никто не должен знать, - добавила она.
  Значит, придется каким-то способом исчезнуть из поля зрения всех остальных. Хм, сложно, но можно.
  - На острове некогда находилось тайное убежище. Мы, я со своей командой, использовали его еще во время прошлой мировой войны.
  - Если я правильно понимаю, то вы и ваша команда - это трое сеннинов? - вставил я уточняющий вопрос.
  Хокаге кивнула:
  - Именно. Ты должен проникнуть внутрь и все там уничтожить. Это место хранит много тайн, многим из которых лучше навсегда остаться тайнами.
  - Это будет несложно, - пожал я плечами.
  Но Тсунаде покачала головой, всерьез собираясь меня переубедить:
  - У меня есть причины считать, что убежище сейчас используется.
  Не удержался от ухмылки, вызвав у Хокаге хмурое выражение на лице:
  - Не думаю, что речь идет о старом извращенце. Орочимару?
  Кивок со стороны собеседницы. Странно, а выпад в сторону Джирайи она проигнорировала.
  - Это наиболее вероятно. Маловероятно, что ты встретишь его самого. Я даже почти уверена, что с усилением Ширубабурамби он вывез из убежища все сколь-нибудь ценное. Однако тебе все равно следует быть осторожным.
  Несколько секунд сверлил Хокаге взглядом. Она не реагировала, видимо, считая, что я просто размышляю. Ладно, объясню элементарные вещи:
  - Что именно вы хотите уничтожить в том убежище? Если там уже вовсю хозяйничает ваш старый знакомый, то либо вы рассчитываете, что он не тронул что-то, что не смог найти. Либо вы уверены, что он не тронул что-то, о чем знает по вашей же с ним договоренности. М-м?
  - А по-моему, ты слишком много умничаешь, - процедила Тсунаде, сверля меня недобрым взглядом. Пожимаю плечами:
  - В таком случае я не гарантирую, что уничтожу все, что нужно.
  Хокаге устало выдохнула:
  - Теперь понимаю Анко. Шибко умный подчиненный - это все равно, что шило в заднице.
  Проигнорировал, продолжая спокойно ожидать пояснений. Тсунаде тяжело выдохнула, покачав головой и обреченно прикрыв глаза.
  - В этом убежище мы с Орочимару некоторое время работали вместе. Мне нужна была его помощь, чтобы спасти одного человека, так как просто медицинской ниндзютсу было мало, - все же решилась Хокаге. - Ему... думаю, он просто экспериментировал. Что бы там ни осталось после него, уничтожь любые следы.
  Теперь более или менее понятно. Киваю, поднимаясь, и неосознанно вновь потираю правую руку.
  - Я все сделаю, Хокаге-сама.
  Кивок с ее стороны, поклон с моей. Нужно подготовиться. Много взрывчатки, очень много взрывчатки.
  
  Глава 79.
  
  Все же я сильно недооценил масштабность здешних войн. Сильно недооценил. Когда мы вместе с Каору, Ехи и еще семеркой безликих достигли берега, где концентрировалась армия Огня, меня посетило приятное чувство ностальгии. Где-то когда-то я уже видел громадную армию, погружающуюся на не менее внушительный флот. Даже по скромным прикидкам, на берегу сейчас находилось не меньше десятка тысяч солдат. Да, это были юхей, каждого из которых обучали максимум полгода. Но их было много, очень много. Многочисленные палатки, расставленные, видимо, группами по кругу. Палаточный город прорезали линии дорог, по которым сновали повозки, перевозящие разобранные сейчас орудия, провиант и вообще всякие мешки и ящики. На берегу все это погружали на небольшие корабли, скорее, даже шлюпки, которые впоследствии везли все это уже на большие корабли. Ну, как большие. Где-то на горизонте стояла настоящая громадина, если мне не изменяет память, что-то вроде линкора. Остальные были уже поменьше и в основном являлись транспортами. Полноценным флотом все это я назвать не мог: сохранились смутные картинки ощетиненных целыми пачками орудий гигантов, которыми сражались в том мире, а здесь все было куда скромнее. Тем не менее народа они собрали предостаточно и не только юхейев. В, хм, лагере уже были синоби, пусть и не слишком много. Медленно топая вслед за Ехи, я уже отметил группу знакомых меднинов, упаковывавших свои пожитки, а еще несколько групп из общего числа. Видимо, будут осуществлять поддержку. Отметил присутствие парочки, которую я меньше всего ожидал здесь увидеть. Ино и Чоджи. Шикамару с ними не было, и девушка несколько нервно посматривала по сторонам. Хм, какого они здесь делают? Кроме того приметил снующие по периметру лагеря отряды синоби, а также частые посты юхейев. Проскользнуть незамеченным сквозь такой кордон было затруднительно просто из-за его плотности.
  Ехи неожиданно остановился, повернувшись к нам. Стоим, преданно пожираем начальство глазами. Ну, правда, все в масках, так что он нашего взгляда все равно не видит, но тем не менее. Коротким жестом тыкает в меня и делает еще пару условных жестов. Типа: 'Ты - со мной. Остальные - исчезните, пока не позову'. Показуха с одной стороны, с другой - с таких мелочей начинается профессионализм. Мы - безликие, безымянные, безголосые и все такое прочее. Остальные разбежались в разные стороны, и Ехи развернулся и пошел дальше. Прибавил шагу, сравнявшись с командиром.
  - А мне с чего такая честь? - едва слышно спросил я.
  - Заткнись и топай, - огрызнулся он.
  А ведь Ехи так огрызается только со мной. Нет, он с остальными не любезничает, но меня осознанно за что-то невзлюбил. Поинтересоваться?
  - Встал не с той ноги?
  Хьюго сжал руку в кулаке. Я его определенно раздражаю, знать бы еще, чем. Правда, ответить бьякуганистый мне так и не соизволил. Ну, его дело. Топали мы к палатке, несколько превосходившей по размеру все окружающие. Да и к тому же, вокруг стояли еще с два десятка солдат, явно на посту. Местное руководство, видимо, обитало именно здесь. Вошли. Палатка действительно оказалась небольшим полевым штабом. В центре на нескольких сдвинутых вместе столах лежала карта. Бросив короткий взгляд, отметил, что на карте достаточно подробно изображен архипелаг Китаказе. И если маленькие острова нас интересовали мало, то большой был изображен достаточно четко и имел множество отметок, пометок и маркеров. Пробежавшись по ним мало кому заметным взглядом, я с удовлетворением отметил отсутствие каких либо пометок на интересующем меня месте. Что же, шансы провести операцию скрытно все еще весьма велики, и это хорошо. В остальном имелись детальные данные обо всех дорогах, об их состоянии и нюансах, которые следовало учитывать при планировании. Также были отмечены населенные пункты, так же с многочисленными пометками и данными. Отмечались важные места, в основном - удобные позиции, где стоит или, наоборот, не стоит принимать бой. Были расставлены флажки с укреплениями, позициями войск, складами и прочим, прочим, прочим. Вся эта система условных символов была достаточно своеобразной, но весьма подробной. Теперь немного о присутствующих. Чуть в стороне обнаружился Шикамару. Он делал вид, что происходящее ему пофигу и что он вообще случайно сюда забрел. Правда, похоже, он просто обдумывал что-то, что-то важное. Не мудрено, тактика и стратегия на войне, это совсем не то, что партия в сеги. Это куда интересное с точки зрения стратега. От моря вариаций действий противника и возможных ответных ходов у нормального человека крыша поедет. Но его присутствие, как и присутствие его команды, теперь вполне объяснимо. Он учится, набирается опыта. А сокомандники - так, за компанию, нюхнуть пороха, так сказать. Над картой склонился низкий худощавый мужчина в возрасте сорока семи-пятидесяти лет, облаченный в темное кимоно. Точнее возраст определить не могу - слишком харизматичная личность. Глазищи умные, цепкие, по нам прошлись бегло, не останавливаясь, вернулись к карте. Вместо левой руки у дядьки дешевый трехпалый протез, шрамов на открытых участках кожи хватает. Борода плотная, но ухоженная. Волосы в тонкой косичке, смоляные. Солдат, до мозга костей солдат, причем опытный. Он, я так понимаю, Ямамото, военный советник нашего глубоко уважаемого Дайме. По совместительству командует войсками правых, то бишь, нами. В определенном смысле крутой и вообще знаменитый мужик: как занял должность советника тридцать с небольшим лет назад, так хрен кого к ней подпускает. Кремень. Чуть в стороне от него еще один старичок. Форма офицера флота сдает его с потрохами - Шимацу, гордо прозванный адмиралом. Он, собственно, командует линкором, но опыта сражений у него разве что чуть меньше, чем у Ямамото. Волосы седые, короткие, бороды нет, вообще лицо чистое. Но на руках уже явные прожилки, да и старческая сухость. Четвертым присутствующим оказалась высокая светловолосая женщина, чуть старше тридцати. Когда она бросила на нас с Ехи быстрый взгляд, я отметил зеленый цвет глаз. Просто зеленый, без зрачка. Яманака, если я не ошибаюсь. На теле обычная для дзенина одежда. Лицо сосредоточенное, короткие волосы лежат свободно, в ушах изящные серьги. Также здесь присутствовали еще несколько мужчин в форме юхей Огня, но были либо адъютантами, либо чем-то подобным.
  - Мы вас ждали, - вместо приветствия бросил Ямамото.
  Ехи лишь кивнул, но отвечать не стал. Он подошел и тоже навис над картой, я отошел в сторону, чтобы не отсвечивать, но хорошо видеть стол. А вот интересно, присутствие на военном совете целого наследника клана и представителей еще двух кланов, пусть один из них безликий - это совпадение? Конечно! Я совсем ничего не заподозрил.
  - Предложенный план не терпит критики, - возобновила Яманака прерванный, видимо, разговор, - прямой штурм - пустая трата людей.
  - Берег острова не подходит для высадки, - это уже Шимацу, - есть всего три подходящие гавани и два более-менее пригодных пляжа. Но оба пляжа сразу можно вычеркивать - мы просто не будет успевать высаживать десант, там наши отряды перебьют еще быстрее, чем при прямом штурме.
  - Прямой штурм - не выход, - покачал головой Ямамото.
  - Тогда сворачивайте палатки и отправляйте людей по домам, - махнул рукой Шимацу, - война окончена, даже не начавшись.
  Крутой мужик, резкий.
  - Укрепления на линии гавани Гунджо слишком плотные. Мы положим слишком много людей во время штурма, и пришедшее из Хиро подкрепление выбросит нас обратно в море, - это снова женщина.
  - Если Гункан обеспечит достаточную плотность огня... - начал Ямамото.
  - Каждое орудие стреляет раз в двадцать минут, не чаще! - видимо, уже не в первый раз за вечер повторил Шимацу, - за день мы сметем укрепления с берега.
  - После первого же выстрела они отойдут, а за день и подкрепление будет достаточно близко, чтобы оказать помощь во время штурма. Это не выход, - снова Яманака.
  - Следует вернуться к идее с группами синоби... - Ямамото.
  Но женщина лишь отмахнулась, не дав ему договорить:
  - Мы уже потеряли там две группы и не собираемся бесцельно жертвовать еще одной.
  - Размен, - негромко предложил Шикамару.
  Для всех, кроме меня и, наверное, Еки, реплика Шики оказалась неожиданной, и они даже не сразу поняли, что именно он сказал.
  - Что? - озвучил общее состояние Ямамото.
  - Размен, - спокойно повторил тюнин Листа.
  Пауза. Я улыбнулся под маской - да, Шика, ты молодец. Очень многозначительно.
  - Теперь иди сюда и объясни, - на этот раз Яманака.
  Парень медленно, не скрывая лени, оторвался от стены и подошел к карте, ткнув пальцем в гавань Гунджо.
  - Здесь. Мы вышлем группу из небольшого количества транспортов, в трюмах которых будут сидеть наши группы АНБУ. Когда транспорты будут уничтожены огнем береговых орудий, синоби уйдут под воду и доберутся до берега. Вы сказали, - произнося это, Шикамару все так же смотрел на карту, не сдвигая взгляда, и я не сразу понял, к кому он обратился, - что для точной стрельбы ваших орудий требуются корректировщики. АНБУ смогут скорректировать огонь и, если потребуется, провести диверсии. Сколько выстрелов выдержат орудия без замены изнашивающихся частей?
  Молчание провисело несколько секунд, прежде чем Шимацу ответил:
  - По два выстрела.
  - Этого будет достаточно, - с видимым безразличием продолжил наследник клана Нара. - Сразу после выстрелов в бой вступят все войска, массированным ударом по прореженной оборонительной линии пробьют оборону и закрепятся на берегу. Так у войск будет время, достаточно времени, чтобы закрепиться и дать бой подошедшему подкреплению.
  Разворачиваясь и отходя на свое прежнее место, он показал, что разговор окончен.
  - Это твой гениальный план? - оскалился Ямамото.
  - Нет, это наиболее рациональный план. Во всех остальных вариантах пострадает еще больше наших людей.
  Он вернулся в ту самую позу и застыл изваянием, показывая, что все сказал. А сколько безразличия на морде лица. Хм, а я думал, что один такой отморозок среди сверстников - видимо, нет. Правда, как только от него все отвернулись, вернувшись к карте, Шика отвел взгляд и едва заметно выдохнул. А нелегко ему дались эти слова, совсем нелегко. Он ведь не фишки на доске разменял, а предложил осознанно отправить на смерть добрых две-три сотни людей. Неплохо. Обычных синоби приучают к мысли, что они всегда должны быть готовы пожертвовать жизнью по приказу. Наследников клана учат отдавать такие приказы. Знаменательно, я бы сказал.
  Дальше обсуждение как-то заглохло. Чтобы хоть что-то сказать, женщина из Яманака спросила Ехи:
  - Вы готовы к такому?
  Хьюга коротко кивнул.
  - Тогда признаем этот план основным, - подвел итог Ямамото, - подготовьтесь. Завтра в полдень флот двинется.
  Совет подошел к концу.
  
  * * * * *
  
  Холодный морской ветер гнал легкий туман в сторону берега. Тяжелые тучи, медленно плывущие по небосклону, плотной пеленой закрывали лунный свет. Волны тихо нашептывали свою вечную мелодию, раз за разом лениво и неохотно накатывая на пологий берег. Если бы не свист ветра, окружающую тишину нарушали бы лишь редкие птицы, волею судьбы заброшенные именно в эту ночь на именно этот берег. Берег, который спал. Многочисленные палатки, береговые укрепления, позиции укрепленных орудий - все это спало в ночном тумане. Редкие костры, дрожащие на холодном ветре часовые, не спящие, но кутающиеся в плащи и потирающие руки. Тишина и покой. Небольшая группа людей на возвышении чуть позади основных позиций всматривалась в темноту, не обращая внимания ни на туман, ни на холод морского ветра. Четыре фигуры в плотных плащах с накинутыми на голову капюшонами. И безликие маски, сквозь прорези которых на ночную воду взирали четыре пары глаз. Мгновение за мгновением. Очередной порыв ветра. Новое его завывание. Луч лунного света прорезает тьму, но лишь на несколько мгновений, снова исчезая в тумане. Тишина. Тишина, которую неожиданно прорезает голос.
  - Они здесь.
  Голос раздается столь неожиданно, что три фигуры не сразу обращают на него внимание. Затем еще пристальнее начинают всматриваться в ночную тьму. Какое-то время проходит, пока все трое убеждаются в том, что четвертый действительно что-то увидел. Увидел. Что-то. В непроглядной тьме и молочном тумане. Увидел корабли. Одна из фигур в маске складывает руки в печатях, достает свиток, и подбрасывает его высоко в воздух. Несколько секунд ничего не происходит, прежде чем свиток не поднялся на свою максимальную высоту. Бумага резко загорается синим пламенем и взрывается, разнося по округе пронзительный рев. Рев, подобный реву раненого зверя. Рев, мгновенно выводящий спящий лагерь из беззаботной дремы. Крики, движения поднимающихся солдат. Шевеление везде и повсюду. Пехотинцы выстраиваются в подразделения. Обслуга орудий подносит боеприпасы, начинает заряжание. На несколько минут берег погружается в кажущийся хаос, но с каждой секундой крики становятся все увереннее и все больше напоминают четкие приказы. Солдаты уже не мечутся по сторонам и организованно бегут к своим позициям. Перезаряженные орудия начинают прицеливание. Шум медленно затихает, но на берег вместо спокойной тишины наваливается напряженное ожидание. Теперь уже тысячи глаз всматриваются в морской туман, пытаясь разглядеть в нем хоть что-то.
  И где-то впереди появляются первые огни. Корабли, много кораблей. Небольшие, но плотные и крепко сложенные. Площадки, заполненные солдатами, окруженные невысокими стенками деревянных щитов и накрытые мягкими навесами. Гребцы под безмолвные команды поддерживают ровный такт. На некоторых кораблях стоят небольшие, куда меньшие, чем береговые, орудия. Смертоносные механизмы, заряженные длинными плотными иглами, способными пролетать сотни метров на недостижимой даже для синоби скорости. Солдаты в напряжении крепче сжимают древки яри. И сидящие впереди уже видят неровные огни береговой линии. Тревожный рев, обрушившийся на берег, не достиг ушей людей на кораблях. Они еще не знаю, что их ждут. Еще лелеют надежду целыми добраться до берега. Еще лелеют. Еще надеются, что тишина на берегу - это спокойная тишина спящего лагеря, а не напряженная тишина приготовившейся к бою армии. На берегу напряжение все росло. Орудия заканчивали наведение. И руки стрелков уже начинали дрожать и потеть от напряженного ожидания, от желания спустить смертоносные снаряды с поводка. Но враги должны быть ближе. Еще ближе. Еще немного ближе.
  - Огонь!
  Десяток тяжелых молотов упали на спусковые крючки. Десяток тяжелых орудий, напоминающих огромные баллисты, хлестко ударили напряженными сухожилиями натянутых до предела механизмов, выплевывая ввысь неровные снаряды. Снаряды летели со свистом. Свистом, который ни с чем нельзя было спутать. Свистом приближающейся смерти. И солдаты на кораблях сжались. Кто-то уже прощался с жизнью. Кто-то дрожал, силясь побороть страх. Кто-то смирился с неизбежностью. Кто-то еще надеялся уцелеть. Но пронзительный свист в ночной темноте всех их ровнял в шансах на выживание.
  На высоте сотни метров снаряды противно щелкнули, изрыгая из себя снопы игл. Свист мгновенно затих. Несколько мгновений абсолютной тишины. Коротких, но бесконечно длинных мгновений. Иглы летят бесшумно. Иглы убивают раньше, чем жертва успевает понять, что мертва. И тишину разрывает треск сотен и тысяч ударов. Часть игл летит в воду, поднимая столбы брызг, но это маленькая часть. Три корабля накрывает прямым попаданием, и оттуда, сквозь неровный треск ударов, доносится характерное звучание рвущейся плоти и ломающихся костей. На берегу раздаются одобрительные возгласы сотен глоток, но почти сразу меркнут в окружающем хаосе шума. Несколько кораблей накрывает лишь краем. И уже через несколько секунд туман разрывают крик и стоны солдат, получивших несмертельные удары. Сквозь этот нестройный гомон можно услышать всплески от скидываемых в воду мертвых тел. Это лишь первый удар, за ним будут новые. Противник готов. Противник будет нещадно раз за разом обрушивать на нападающих всю мощь береговых орудий. Опытные вояки приспосабливали тела еще живых и уже мертвых, чтобы хоть как-то защититься от смертоносных игл. И от очередных хлестких ударов натянутых сухожилий, поднявших в воздух новые снаряды; от непередаваемого, леденящего душу свиста возня на кораблях стала лишь еще активнее. Противный треск разорвавшихся в воздухе снарядов. Несколько мгновений пронзительной тишины. И ливень игл с новой силой обрушивается на нападающих. Но неожиданно треск падающих игл и неровный шум стонов и криков нарушает гулкий, но мощный удар, сопровождаемый диким треском. Один из мощных снарядов, отстреляв иглы, врезался в корабль, ломая его напополам. Нос и корма от резкого удара поднялись верх и, сопровождаемые криками немногих уцелевших, начали погружаться на дно.
  На берегу наводчики на ходу корректировали позицию направляющих механизмов. Сразу десяток человек у каждого орудия натягивали сухожилия ударных механизмов, с трудом проворачивая тяжелые валы. Подносчики с немалым трудом подносили тяжелые снаряды. Остальным оставалось лишь ждать.
  На кораблях оживают бортовые орудия. Они не столь велики, как береговые, но мощные ударные механизмы способны отправлять тяжелые игловидные снаряды с локоть длиной очень далеко. Один заряжающий закладывает снаряд на направляющие, второй поджигает тугой фитиль взрывной части. Наводчик своими руками направляет дальнего родственника баллисты куда-то на берег и дает отмашку. Удар деревянного молота по спусковым пазам, и стальные сухожилия выстреливают взрывной снаряд. На берегу раздаются несколько взрывов. Небольшие вспышки пламени, правда, не наносят ощутимого вреда. Пара десятков обожженных, несколько убитых - это не потери для армии, удерживающей берег. Но в ответ на орудия кораблей поднимаются и остальные орудия береговой обороны. Скорострельные баллисты прямого наведения, уже заряжаемые длинными магазинами дальнобойных игл. Небольшие минометы, построенные по принципу катапульт с уже заложенными в них снарядами. Неровный треск срабатывания ударных механизмов. И на небольшой флот, неумолимо, несмотря на потери, приближающийся к берегу, обрушиваются сначала очереди скорострельных иглометов, посылающих иглы поочередно из двух связок направляющих, а затем и мины, взрывающиеся осколками при падении в воду. Одна из мин врезается прямо в корабль. Раздается взрыв, в разные стороны летит плоть и остатки доспехов, и на корабле вспыхивает пожар, который уже некому тушить.
  В стенку крепкого трюма одного из кораблей врезается длинная мощная игла, застревая на середине своей длины. Три человека в плотных костюмах и с масками безликих оборачиваются на нее, но не выглядят встревоженными. Случайная игла еще не повод для беспокойства.
  - Кажется, плыть придется дольше, чем мы рассчитывали, - говорит один из них.
  - Не страшно, но нужно успеть до рассвета.
  - Приготовьтесь, - приказал третий, поднимая люк в полу, открывающийся прямо в воду.
  Слаженный огонь береговых орудий быстро выкашивает солдат, но корабли, уже несущие на себе только трупы, продолжают медленно двигаться к берегу. Некоторые из них горят. Корабли с орудиями подавлены либо огнем иглометов, либо случайными попаданиями мин. Уже практически не скрываясь, на берег выходят лучники, обматывающие свои стрелы взрывными мешочками. Помощники зажигают фитили, и горящие стрелы взмывают в небо. Теперь уже град стрел падает на медленно приближающиеся к берегу корабли. Один за другим раздаются приглушенные взрывы, и корабли либо сразу погружаются в воду, либо загораются. Воздух все больше наполняется запахами горящих древесины и плоти. По ночному морю плывут, будто поминальные свечи, горящие корабли. Береговые орудия замолкли. Море замолчало, принося мертвым минуту тишины.
  Но под водной гладью к берегу уже плыли люди. Те, ради кого столько солдат отдало свои жизни. Они хотели подобраться ближе, но плотность орудий на берегу оказалась выше, чем ожидалось. Однако это ничего не меняло. План приведен в исполнение. И синоби выполняли свою задачу, не оглядываясь на тех, кто погиб за их спинами, прикрывая их своими телами. Бесшумными тенями десяток синоби выбралось на берег, чуть в стороне от укреплений. Солдаты вокруг все еще были наготове, но синоби умели оставаться незамеченными. Скрываясь среди теней за кусками скал, они залегли, чтобы отдышаться. Длительный заплыв дался нелегко даже для выносливых бойцов. Один из них поднялся, подходя к краю закрывающего их валуна и оглядываясь.
  - Уингу, Гьеруи, найдите командующего. Попытайтесь захватить, а если не выйдет - убейте.
  Парень с маской павлина и девушка, вместо нинзято держащая за спиной посох и носящая маску рыбы, поднялись и синхронно кивнули. Они сделали всего два шага, прежде чем раствориться в маскировке. И даже звуки шагов не нарушали ночной тишины. Оба синоби отлично умели скрывать свое присутствие. Остальные, выждав немного, тоже ринулись вперед.
  Далеко, в направлении, с которого прибыли корабли нападавших, в ночь всматривалось сразу не меньше десятка человек. Линейный корабль, несущий на себе два огромных орудия, не мог стрелять вслепую. Окруженный многочисленными небольшими кораблями, а их было в несколько раз больше, чем только что было уничтожено недалеко от берега, он ждал сигнала. Опасный, но действенный ход. Пожертвовать несколькими отрядами юхей, чтобы высадить на берег отряд корректировщиков. Теперь оставалось лишь ждать и всматриваться в ночь. На линейном корабле было много народу. Огромные орудия требовали много обслуги. Все эти людей сейчас напряженно ждали условного сигнала, который разрешит им начать стрельбу. Также здесь были и прочие команды синоби, которые будут обслуживать армию во время войны. Разведка, медики, диверсанты, несколько штурмовых групп. Все они сейчас ждали, когда их товарищи подадут условный сигнал. Смотреть на загорающиеся один за другим корабли было тяжело, но необходимо. На войне нельзя обойтись без жертв. И Страна Огня уже внесла свой первый ощутимый взнос в копилку этой войны.
  В ночи зажегся белый огонек. Всего на мгновение, лишь мигнув, он изменил все. Корабль мгновенно оживился. Всюду начали бегать люди. Мощный голос капитана прокричал:
  - Орудия, готовьсь!
  Многочисленная обслуга налегла на громоздкие рычаги, и огромные орудия со скрипом сдвинулись со своих ложементов. Сопровождаемые постоянными командами старшин, задающих темп обслуге скрипом натянутых веревок, орудия начали подниматься над палубой. Потребовалось с десяток минут, чтобы гигантские стволы, украшенные причудливой резьбой, приняли боевое положение. Теперь уже другая обслуга, налегая на другие рычаги, начала разворот открытых башен в направлении острова. Щелчки мощных приводов, новые ритмичные команды, и два огромных металлических ствола, запускающих исполинские снаряды на многие сотни метров, встали на свои места. Команда наводчиков, световыми сигналами связавшаяся с корректировщиками, определяла необходимое положение ствола. А пока многочисленная обслуга производила заряжание. Огромный затвор с казенной стороны открывался усилиями четырех человек. В основание вкладывался заряд пороха, способный разнести на мелкие щепки весь нос линкора, а перед ним посредством крана вкладывался снаряд. Наводчики подбежали к обслуге, и вновь загремели приводы, теперь уже механизмов доводки стволов. Всего два орудия.
  - Когда Хаметсу (разрушение) говорит, Сошутсу (созидание) молчит, - произнес капитан, глядя в сторону острова, и уже громче скомандовал. - Хаметсу, стрельбу разрешаю!
  Механизмы доводки остановились - орудие приведено в готовность. Крупный мужчина с большим факелом, длинная трехметровая рукоять которого позволяла поджигать фитиль прямо с палубы, подошел к оружию. Он медленным, почти ритуальным движением поднес пламя к фитилю, поджигая его, и лениво отошел на почтительную дистанцию, хотя остальная обслуга уже давно разбежалась по щелям. На корабль опустилась абсолютная тишина. Даже фитиль не издавал звука при горении. Заглохли волны, затих ветер. Казалось, даже тучи остановили свой бесконечный бег, боясь вызвать гнев исполина.
  Ночь разрезал грохот выстрела. Не услышать этот грохот было невозможно. Пламя залило переднюю палубу линкора, когда мощные откатные механизмы, поглощая отдачу, погрузили орудие вниз по самый кончик. Линкор качнуло, и казалось, он сейчас завалится на борт, но корабль удержался. Со стороны казалось, что с поверхности воды вырвалась комета, и сейчас эта комета летела прямо на берег. Огненный, пылающий снаряд не издавал пронзительного свиста, но пылал в небе, быстро приближаясь к земле. Еще недавно солдаты на кораблях, попавшие под обстрел игольных боеприпасов, гадали, смогут ли пережить следующий залп. Солдаты на берегу не задавались такими мыслями. Они знали точно - это им не пережить. Линкор еще раскачивался, когда гигантский снаряд врезался в землю.
  Берег накрыло мощным взрывом. Пламя поглотило большой кусок береговых укреплений, но ударная волна, несущая в себе летящие на запредельной скорости осколки и небольшой мусор, накрыла все остальное. Кого не убило адским пламенем, не задело шальным осколком, не разорвало от ударной волны и не завалило землей от небольшого землетрясения, оглушило, если не выбило барабанные перепонки совсем. В огромной воронке, оставшейся от нескольких позиций орудий и укреплений, бушевало пламя.
  - Хаметсу, на исходную! Сошутсу, корректировка! - разносились по палубе команды.
  Заработали приводы доводки на задней палубе. На передней заскрипели тросы, вновь выталкивающие ствол из лона судна. Практически сразу возобновилась возня. Орудие перезаряжали и готовили к стрельбе. Корректировщики делали поправку - первый выстрел все же попал не туда, куда было нужно.
  - Сошутсу, стрельбу разрешаю!
  И вновь многочисленная обслуга разбежалась по углам, оставив рядом с орудием только человека с факелом. Многочисленные корабли сопровождения уже развернулись и начали движение к острову. Никто на них уже не сомневался, что к моменту, когда корабли достигнут берега, большая часть орудий будет молчать. Сзади раздался грохот, и ночную темноту разорвало пламя второго выстрела. Второй промашки не будет. Второй раз огромный снаряд упадет туда, куда должен.
  Недалеко от линии фронта, в небольшом доме, переоборудованном под штаб армии, несколько человек нависли над картами. И если к нападению юхей Огня они были готовы, то присутствие линкора стало для всех неприятной неожиданностью. Советники сходились в одном: им не удержать берег. Десяток выстрелов, и от береговых укреплений вообще ничего не останется. Но генерал был непреклонен, раз за разом повторяя, что они должны держаться, держаться любой ценой, пока не подойдет подкрепление, усиленное группами синоби Мизу и нукенинов. Никто из них не обращал внимания на неровно раскачивающуюся лампу. И, когда синоби, висящий на потолке, снял маскировку и прыгнул вниз, стараясь атаковать генерала, почти для всех это стало полной неожиданность. Почти.
  Синоби в маске павлина занес кунай для удара, но генерал с неожиданной прытью запрыгнул на стол с картой, и даже успел развернуться, также выхватив кунай. Хенге спало, и на столе оказался один из тех синоби, что заметили наступление врага. Советники, у которых несколько мгновений ушло на осознание ситуации, ломанулись к выходу. Синоби, сидевший на столе, бросил кунай вперед, и начал быстро собирать печати. Уингу отбил кунай своим, метнул его в противника и, выхватив несколько клон-сюрикенов, запустил их в спины советников. Противник чертыхнулся и бросился отбивать сюрикены, не заметив, как Уингу вновь растворился в маскировке. Лишь услышав нарастающий рев за спиной, он инстинктивно прыгнул вверх, на потолок, позволяя оставшимся сюрикенам достичь цели и все же убить нескольких советников. Но его старания были напрасны. Уингу уже разогнал технику: в его ладони ревела воронка природной чакры, наполняя небольшую комнату ровным гулом. Несмотря на то, что противник уклонился, ушел из зоны поражения, синоби в маске павлина закончил технику, обрушив ярость бешено вращающейся природной чакры, разогревшей окружающий воздух до треска, на спины убегающих советников. За первые моменты техника разорвала одежду, принявшись за кожу. Во все стороны полетели остатки ткани с кровавыми ошметками плавящейся плоти, кожи и мышц. Чакра уже разворотила тела бегущих позади до состояния оголенных и зачищенных костей и начала разрывать плоть тех, что был за ними, когда Уингу резко прервал технику. Атакованный вышедшем из легкого ступора синоби, он отскочил назад. Синоби собирался использовать против опасного врага ниндзютсу, но опасался применять мощные техники в замкнутых пространствах.
  На берег обрушился новый мощный взрыв, заставляющий землю дрожать. Синоби бросается на Уингу, проверяя, насколько тот хорош в рукопашной. Но стоило ему приблизиться, Уингу распыляет вокруг газ, к чему противник оказался не готов. Он закашлялся и отступил на несколько шагов, пытаясь вернуть себе ориентацию в пространстве. Пользуясь заминкой, Уингу создал новое кольцо вращающейся природной чакры на ладони, и атаковал. В этот раз он практически приложил ладонь к телу синоби. Ткань и плоть сорвало и разметало во все стороны практически сразу, кости продержались лишь чуть дольше, ломаясь и разлетаясь в разные стороны. Не прошло и секунды, а противник был уже мертв, разорванный на две части. Рядом на пол спрыгнула Гьеруи, держа посох наготове, скептически осмотрев труп.
  - Нам же вроде приказали...
  - Он мешался под ногами. Где генерал? - потирая сильно болящую руку, рыкнул синоби в маске Павлина.
  - Я кто, по-твоему? Поисковая собака?
  Ответить Уингу не успел. К входу уже подбежали лучники. Со скрипом натягивая тетиву, они вошли в проход, выискивая цель. Но в просторной комнате стоил лишь стол, а на полу лежало единственное тело. Старший из лучников тут же выкрикнул:
  - Живо! Обыскать все! Он должен быть где-то здесь!
  Ветер не успевал нагонять туман на палубу корабля. Линкор сделал лишь два выстрела, но туман вокруг него расступился, будто испуганный исполинскими орудиями. Хаметсу уже вернули на исходную и спешно заряжали. Эти чудовища не должны были стрелять так часто, но сегодня капитан сделал исключение. Сегодня его команда делала невозможное, ставила рекорды. Сегодня его команда несла смерть врагам его господина и могла гордиться собой. Треск доводящих устройств затих, и глаза на лицах обслуги вопросительно смотрели на генерала.
  - Хаметсу, стрельбу разрешаю!
  Обслуга разбегается, и вновь гигант почти ленивым жестом, но все равно, будто проводя целый ритуал, поджег фитиль. Мгновения давящей тишины, предвкушение. И ласковый грохот смертоносного устройства. Залитая пламенем палуба и треск несправляющихся с нагрузкой механизмов. Все верно. Мощные пружины, поглощающие отдачу, не рассчитаны на второй выстрел. Их должны заменять каждый раз после каждого залпа. Сейчас же раскаленный докрасна исполин обжигает собственные опоры там, где дерево соприкасается с металлом. Третьего выстрела не будет - ни сейчас, ни сегодня. Охладить, устранить поломки, обслужить. Но остался еще Сошутсу, а значит, четвертый снаряд обрушится на берег.
  - Господин! - подбежал к капитану его помощник. - Орудие перегрелось.
  - Хаметсу, прекратить огонь! Вернуться в походное положение!
  На береговой линии бушевал пожар. Немалая часть орудий уже догорала, некоторые только начал пожирать огонь. Треск древесины и щелчки расплавляемых снарядов было слышно достаточно далеко. Но это были не все орудия - больше половины еще были целы, а корабли штурмующих уже подходили к берегу. Плохо, очень плохо. Команда корректировщиков внесла последние поправки, и вдали раздался грохот последнего, четвертого выстрела. Несмотря на это, на берегу уже разносились приказы. Люди не струхнули даже в бушующем повсюду пламени. Обслуга многочисленных орудий приступила к тушению пожаров, а где этого не требовалось, уже заряжали и готовили орудия к бою. Вымазанные в саже и копоти, уставшие, испытавшие на себе страх смерти люди продолжали бороться, упрямо и настырно. Команда синоби смотрела за медленно прорезающим небо пламенным монстром. В тоже время в спешке первые гиганты береговой обороны все же успели, дали залп, запустили в небо те самые смертоносные игольные снаряды, всего за несколько мгновений до того, как на них обрушился последний снаряд. Грохот, дрожь земли, вспышка мощнейшего пламени, запоздалые крики уцелевших, но этого мало. Еще несколько позиций уничтожено, но многие готовят следующий выстрел. А там, на кораблях, юхеи Огня, которые уже готовы броситься в бой. И они плывут прямо навстречу своей смерти. Ехи напрягся, хмурясь под своей маской. Его черно-белый взгляд шарил по берегу, пересчитывая оставшиеся целыми орудия, а темнота и дым совершенно не мешали бьякугану. Под маской не видно хмурого выражения лица. Несколько мгновений на размышления и четкий приказ:
  - Мы должны уничтожить орудия. Сао, Яруи - минируете. Остальные - прикрывать. Вперед!
  - Есть! - синхронно отозвались подчиненные.
  Небольшая группа синхронно бросилась вперед. Безмолвные тени, почти не издавая шума, едва заметно бросились к пылающим позициям. Суматоха вокруг орудий, подготовка, заряжание. Чуть в стороне множество солдат, чтобы защищать, чтобы сохранить. Едва заметный свист, быстрая тень, и сюрикены впиваются в головы или шеи солдат. Молот уже занесен для удара по спусковому механизму. Бросок куная, и железка встает клином в и без того сложном механизме. Орудие молчит. Раньше, чем обслуга успевает что-то понять, на них обрушиваются тени. Это не бой. Резня. Один-два удара на каждого человека. Почти беззвучно клинки режут плоть, редкие всхлипы умирающих, брызги крови. В нос ударяет противный и тяжелый запах. Кровь, жженая плоть, горящее дерево, плавящийся металл. Синоби несут смерть. Быструю смерть. Многие даже не успели осознать, что произошло. Двое в масках, не обращая внимания на остальных, бросаются сразу к орудию и ставят печати.
  - Готово! - раздается крик.
  Синоби быстро отступают. Мгновение, и несколько синхронных взрывов превращают сложный убийственный механизм в груду пылающего дерева. Но первая диверсия не остается незамеченной. Сразу три иглострела резко разворачиваются в сторону уже подорванного орудия. Наводчики - простые люди, но они опытны. Они знают, как сложно заметить синоби. Как сложно с ними сражаться. Мелькание едва заметных теней, и все три орудия открывают нестройный огонь. Группа синоби уже спешит к следующей цели, но, попав под обстрел, резко замедляется и разбегается в разные стороны. В мерцающем свете бушующих пожаров они быстро растворяются в тенях. Но солдаты уже знают, что делать, поджигая ручные гранаты. Синоби быстры. Они способны уклониться от летящей стрелы. Но нельзя убежать от шрапнели или града осколков. Из тьмы вырывается огненный шар, ударяя в ближайшее к ним орудие. В другое орудие летят несколько кунаев. Взрывом печати на них наводчика разрывает на части и сносит в сторону, но орудие остается целым. Несколько мгновений, и за рычаги уже встает другой человек, сразу давая очередь по противнику. Со стороны орудия во тьму летят гранаты. Взрыв, короткая вспышка пламени, следы летящих во все стороны осколков. Новый огненный шар вырывается из тени, удар накрывает уцелевшее после первой атаки орудие. Раздается грохот, и в нестройных лучах света вырастает большой силуэт. Он начинает движение, сначала медленно, затем все быстрее. С каждым его шагом масса гиганта становится все более отчетливой для людей, охраняющих орудие. Он огромен. В неровном свете открывается гигантское тело, закованное в каменную броню, и несущееся прямо на орудие. С треском проломав хилые укрепления, каменный монстр обрушивается на позицию и начинает крушить. Первый же удар превращает любого попавшего под руку человека в мешок плоти с костями. Раскидав людей, голем обрушивает свою ярость на орудие. Удар, щепки и мелкие детали летят в одну сторону. Второй удар, сухожилия натянутых механизмов с щелчком разрываются, обрушивает на каменное тело еще несколько случайных, но хлестких ударов. Неуклюжий шаг назад, и туша наступает на сложенные боеприпасы. Замысловатый механизм срабатывает, и под ногой гиганта разрывается сноп игл и мелких переломанных осколков. Каменное тело покрывается плотным слоем иголок, но еще больше разлетается в разные стороны, убивая всех, кто не успел спрятаться, захорониться как можно глубже в землю. Лицо наводчика, стоящего за последним обращенным в сторону синоби иглострелом, превращется в кровоточащую массу, но тот не умирает. Он падает на землю, прикасаясь ладонями к лицу, и из глотки вырывается стон боли.
  На первых подплывших к берегу кораблях отпускают щиты. Ощетиненные легкими орудиями транспорты обрушивают на берег болты и иглы, заставляя бойцов в первых оборонительных редутах опустить головы. Побитые, но еще действующие береговые устройства вяло отвечают на атаку, но на такой дистанции более плотный огонь корабельных расчетов быстро подавляет огневые позиции. Вторая линия транспортов, загруженная лишь пехотой, скрепя днищами на мелководье, достигает берега. Мгновение тишины, треск механизмов, и тяжелые помосты с грохотом падают на влажный песок. Дружный крик атакующих, первые шаги, и стройный залп картечниц в руках солдат на берегу. Тяжелые и неудобные ручные орудия градом мелкой металлической картечи выкашивает первые линии пехотинцев. Но юхеи тут же отбрасывают их в стороны. Слишком долго заряжать, слишком мало времени. Несмотря ни на что, солдаты Страны Огня ринулись в атаку, что-то выкрикивая на ходу, выхватив мечи и крепче сжимая короткие яри. Для них бой только начался. Для них это был шанс отомстить за уже убитых. И в голове бушевала лишь кровавая ярость. Воины сошлись врукопашную. Первая линия нападающих налетает на плотный строй яри и почти сразу гибнет. Но тут же, сразу за ними, перепрыгивая тела вчерашних друзей, обламывая древки копий, в ряды обороняющихся врезаются воины из следующей линии. Лязг металла, хруст костей, нестройные крики боли или ярости. И только что ровные ряды обороняющихся, сильно потрепанных огнем, превращаются в хаос ближнего боя. То там, то тут видны разрывы ручных гранат, но в мешанине грязных тел, размахивающих мечами и яри, не разобрать, кто и в кого кидает смертоносные снаряды. Новые и новые транспорты достигают берега, все больше солдат Огня вступают на твердую землю. Все больше бросаются в бою, подавляя защищающихся массой живой силы и количеством орудий.
  На позициях орудий береговой обороны раздаются новые взрывы. Синоби добивают остатки обороны, склоняя обороняющихся к ближнему бою. Некоторые синоби уже бросаются на пехоту противника, смертоносными техниками выкашивая целые отряды. Земляные шипы запирают сразу два десятка солдат в укреплении, превращая землю, которая их только что защищала от игл, в братскую могилу. Смертоносное пламя, ведомое волей человека в маске, обжигает спины юхеев Озера. Отряды Страны Огня все дальше оттесняют пехоту противника от берега. И вот с кораблей уже сходят синоби, не носящие масок. Они не торопятся вступить в бой, лишь наблюдая, как смерть собирает свою жатву. Из хаоса сражающейся толпы вырывается небольшая группа солдат, чьи доспехи и одежда уже стали красными от крови, которая не давала различить другие цвета. Обезумевшие солдаты бросаются на стоящих чуть в стороне синоби, будто признавая в тех легкую добычу. Женщина с зелеными глазами и светлыми волосами подняла руку, ладонь которой была собрана в печати сосредоточения. Солдаты сделали еще два шага и замерли, удивленно оглядываясь по сторонам, будто не видя ничего вокруг. Еще несколько секунд, и они с яростью бросились друг на друга с явным намерением убить. Всего несколько секунд, и все они мертвыми телами осели на землю.
  К синоби подбежал один из офицеров юхеев, не ставший даже обращать внимания на неудачников, посчитавших, что способны справиться с ниндзя.
  - Госпожа. Отряды противника, не успевшие вступить в бой, отступают к прибрежному городку и баррикадируются там, - отчитался он.
  Вслед за женщиной шла троица гэнинов. Невысокий парень с длинными пепельно-черными волосами, белыми глазами, и надменной миной на лице. Худощавая девушка с забранными в пучки волосами, со спокойным интересом наблюдающая за сражением. И странноватый парень в зеленном костюме, слегка подрагивающий от нетерпения.
  - Вы, трое. Окажете поддержку. Потом вернетесь и доложите об успешно разбитом противнике.
  Парень в зеленом вытянулся по стойке 'смирно' и приложил руку к голове:
  - Есть.
  Двое его напарников лишь кивнули, и вся команда с места бросилась в бег.
  - Их будет достаточно? - с сомнением глядя на удаляющихся синоби, спросил офицер.
  - Промедлите, и они оставят вас без работы, - хмыкнула дзенин.
  В небольшом поселении недалеко от берега, куда не долетел ни один гигантский снаряд, отчаянно готовились к обороне. Один из двух путей вглубь острова пролегал как раз через это поселение, и удерживать его было первоочередной задачей. Если юхеи озера проиграют здесь, подкреплению придется с неудобной позиции атаковать воинов Страны Огня, которые наверняка закрепятся здесь же. Поселение располагалось на небольшом возвышении, и склон, выходивший в порт, был усеян рисовыми полями. Всего несколько троп и одна широкая дорога поднимались по холму, и ряды юхеев с яри, выстроенные на манер копейщиков, уже поджидали врага. В домах, небольших, но все же трехэтажных, уже ждали лучники и арбалетчики. Но никаких серьезных укреплений в небольшом поселении не было - никто просто не знал, каким будет предстоящее сражение. И вот уже отряды юхеев огня поднимались по склону. Приближался бой.
  Тройка синоби, выбрав небольшую сухую площадку на склоне, обосновалась там. Девушка достала четыре свитка и расставила их вокруг себя на равном удалении, готовясь к технике. Парень в зеленом явно изнывал от нетерпения и обратился к своему напарнику:
  - Предлагаю соревнование. Кто убьет больше противников. Если проиграю - сто кругов вокруг Конохи на руках.
  Длинноволосый не ответил, но он никогда не отвечал, молчаливо соглашаясь с соревнованием. Парень в зеленом все равно проиграет, а если и не проиграет, Хьюга себе никаких условий все равно не выставлял. Девушка приготовилась и начала складывать печати.
  - Искусство ниндзя: Парная Техника Драконов-Близнецов.
  Все четыре свитка взмыли в небо, и девушка тоже подпрыгнула, оказываясь прямо в центре небольшого шара из свитков. Юхеи озера заметили всполохи дыма несколько в стороне от отрядов Огня, а вскоре рассмотрели и шар. Несколько секунд ничего не происходило, а затем на ряды обрушился плотный поток метательного железа. Кто-то запоздало крикнул:
  - Щиты!
  Но смертоносные железки уже врезались в людей. Били они не слишком сильно и не особо глубоко, лишь изредка кого-то убивая, но ранили всех без разбора. Строй дрогнул, опустившись пониже и закрывшись щитами, бойцы ждали, пока поток металла закончится. Ждали, морщась каждый раз, когда какая-нибудь железка врезалась в их щиты, делая их тяжелее и тяжелее. Они ждали, не замечая, как все ближе подходили солдаты Огня. И стоило технике завершиться, как на неровный строй солдат Озера накинулись воины Огня. Два отряда сцепились в бою, и превосходство было явно на стороне нападавших. В этот момент из своих укрытий в окнах появились стрелки и открыли огонь по противнику.
  Но троица синоби уже была на подходе. Нетерпеливый парень в зеленом ускорился, отрываясь от напарников, и первым с ревом влетел в приоткрытое окно, ломая створки и вырубая стрелка за ним. Мгновение, которое было необходимо солдатам, чтобы сориентироваться, и все они развернули луки и арбалеты в сторону синоби.
  - Ураган Листвы!
  Мощный удар ногой с разворота впечатывает голову ближайшего противника в стену, фатально.
  - Гильотина!
  Комбо из удара коленом в грудь, удара руки в подбородок, прыжок на потолок и оттуда с ускорением пяткой по макушке. Позвоночник не выдержал надругательства, череп потерял опору. Голова будто втянулась в плечи уже мертвого тела.
  Лучники все же выстрелили, но слишком поздно - парень был исключительно быстр. Быстрая комбинация ударов ломает руки одному, связка из трех сильных ударов ногами убивает следующего. Рывок в следующую комнату, где все начинается сначала.
  В здание с другой стороны улицы врывается длинноволосый напарник зеленого. Бъякуган уже активирован. Он не торопится, спокойно дождавшись, когда лучники выстрелят в него. Но стрелы, натолкнувшись на преграду из плотной чакры, сломались, не причинив ему вреда. Рывок вперед, три даже не удара - касания, и ближайший противник падает замертво. Вновь рывок, быстро и изящно, два касания, и еще одно бездыханное тело. И так снова и снова, раз за разом, как машина смерти, как жнец, собирающий жатву.
  Девчонка, что уже отдышалась после применения техники, запрыгнула на пологую крышу, где тоже засели стрелки. Быстрое движение, хлопок, и в ее руках появляются две кукри - ножи с длинным изогнутым вперед лезвием, связанные между собой цепью. Привычное отработанное движение, и оба ножа начинают быстро вращаться в разных руках, удерживаемые цепью. Движение руки - и один из ножей улетает вперед, врезаясь в горло ближайшему стрелку. Резкое движение, напоминающее взмах, рывок цепи - и нож вырывается из плоти и врезается в бок другому противнику. Третий успевает выпустить арбалетный болт, но девушка легко сбивает его вторым кукри. Рывок на себя - и первый клинок резко летит к ней, а второй уже летит в следующего противника. Танец с клинками, немного резкие и ломаные движения, но от этого не менее уверенные. Движения, несущие смерть.
  Юхеи Огня сломили сопротивление отрядов противника и прошли глубже в поселение, не замечая, как троица синоби выкашивала скрытых противников. Ниндзя собрались на одной из крыш, чтобы отдышаться.
  - У меня двадцать семь, - признался парень в зеленом, - а у вас?
  - Двадцать четыре, - ответила девушка, стирая кровь с лезвия.
  - Тридцать один, - спокойно, едва скрывая гордость, ответил длинноволосый.
  - Вот черт! - расстроился парень в зеленом. - Опять проиграл!
  С другой стороны селения уже выехали повозки, по которым были распределены все сколько-нибудь важные персоны. В одной из них сидел и командующий всеми силами, остатки которых все еще пытались защитить порт. Двое синоби бежали по крышам, пытаясь нагнать последние из уезжающих повозок. Их цель уходила, а они не могли такого допустить. Скоростной бег с препятствиями по крышам, короткий забег по стене и прыжок. Уингу приземлился на крышу последней повозки, Гьеруи лишь немного не успела, и едва не упала на землю, но была поймана напарником.
  Шум приземления пассажиров не остался незамеченным для находившихся в закрытой повозке людей. Воинов здесь было немного, но они все же полезли наружу, чтобы стряхнуть преследование. Когда первый из солдат поднялся на крышу, повозка уже набрала ход и неслась по узкой дороге на склоне, уходящем вниз, на скалистый берег. Солдат выхватил меч и бросился вперед, но Уингу блокировал удар доспехом на руке и парой быстрых ударов обезвредил противника, легко сбросив того вниз. Гьеруи достала из кармана небольшой шарик, напитала его чакрой и швырнула в окно, после чего оба синоби с короткого разбега прыгнули на следующую повозку. Позади раздался едва заметный из-за шума дребезжащих колес хлопок, и из повозки повалил газ.
  - Как мы будем его искать? - спросила девушка.
  - Откуда выползут синоби, там мы его и найдем, - ответил ее напарник.
  В этот раз на крышу никто выползать не стал, но воины в повозке, взявшись за яри, принялись ударять ими по потолку. Из крыши повозки вырывались острия яри, и сразу скрывались внутри, чтобы через пару мгновений выскочить вновь в другом месте. Синоби едва успевали уклоняться от ударов, и, когда Гьеруи это надоело, она просто сломала очередное острие своим посохом. Уингу закрепил на крыше взрывную печать, и они оба прыгнули вперед. Через несколько секунд вторая повозка взорвалась - точнее, у нее просто оторвало крышу, но от этого она почти сразу скатилась вниз с обрыва.
  На этой повозке синоби даже не стали задерживаться, сразу прыгнув на следующую. Уингу прыгнул первым. И, стоило его ногам коснуться крыши, изнутри вырвалась плотная струя воды и отшвырнула его обратно. Парень едва не упал на землю, успев ухватиться за сбрую одной из лошадей, тянущих повозку. Гьеруи так же приземлилась на крышу, но сразу отскочила в сторону, чтобы тоже не получить техникой в грудь. По крыше повозки кто-то ударил снизу, разнося ее в щепки, и наружу выбрался синоби. Худощавый мужчина с закрытым бинтами лицом в форме синоби Воды. С его забинтованных ладоней так же капала вода, и синоби переводил взгляд с застывшей в боевой стойке Гьеруи на оседлавшего лошадь Уингу.
  - Чима. Девчонка твоя.
  Повернувшись на Уингу, синоби вскинул вперед руки, раскрывая ладони. Из ладоней торчали несколько трубок, из которых потекла вода. Жидкость тут же начала формировать небольшие шары, один из которых выстрелил в Уингу. Все произошло так быстро, что парень едва успел уклониться, и шарик врезался в повозку, пробив в ней нехилую дыру. Гьеруи дернулась, желая помочь напарнику, но из повозки выскользнула девчонка, которой на вид не было и десяти. Формы синоби на ней не было, да и одежды вообще было немного: кусок ткани закрывал грудь, которой, по сути, и не было, второй закрывал талию. Девчонка быстро сложила печати и открыла рот, откуда показалась голова небольшой змеи.
  - Искусство ниндзя: Подражание зверю, - Гьеруи успела удивиться, как Чима умудрялась говорить с этой змеюкой во рту.
  Кожа девушки резко посерела и будто превратилась в чешую. Ногти превратились в коротенькие коготки, из под повязки выскользнул длинный тонкий хвост. И без того короткие волосы исчезли, глаза потеряли веки, а зрачки стали узкими. Техника девчонки напоминала клановое дзютсу Инузук, но у собачников шерсть не отрастала и хвост не появлялся. Хотя Кьюби их знает.
  Змеиная девка бросилась с когтями на Гьеруи, не обладающей выдающими способностями к ближнему бою, заставляя ту отступать. Несколько ударов, и Гьеруи пришлось отпрыгивать на следующую повозку, и почти сразу дальше, чтобы успевать формировать технику, так как змеиная преследовала ее по пятам. Перемотанный мужик тем временем набрал в ладонях достаточно много шариков и выстрелил ими почти одновременно. Уингу успел подпрыгнуть, выхватить кунай с тросом и запустить его в повозку, чтобы не отстать. Водные пули обрушились туда, где он только что находился, врезаясь в плоть сначала лошадей, отрывая ее целыми кусками, оголяя кости, а затем и ломая их. И, когда лошади были разорваны на части, накинулись и на повозку, также разметая ее на куски.
  Уингу успел призвать несколько сюрикенов и запустить их в противника, но не смог удачно подтянуть себя по тросу, и рухнул на землю, волочась за разогнавшейся повозкой. Противник, отбив сюрикены, начал заново формировать шары, на этот раз сразу выстреливая ими в синоби Листа. Получив два удара, пока не пробивших костюм, но наверняка оставивших синяки, Уингу подскочил на ноги, пытаясь бежать за повозкой, поддерживая себя тросом, снова запустил сюрикены в противника. На этот раз, воспользовавшись промедлением, синоби прыгнул вперед, все же ухватившись за заднюю стенку повозки, и отпустил трос. Но, когда синоби Воды наклонился над краем, уже готовый применить свою технику, противника там уже не было. Уингу, проползший под повозкой, выпрыгнул спереди, чтобы нанести удар в спину. Но синоби воды резко изменил технику и вместо пуль отмахнулся от противника двумя водяными хлыстами. Уингу ухмыльнулся под маской и, вновь бросив в противника сюрикены, нырнул в оставленную им же дыру, в гости к единственному пассажиру.
  Гьеруи бегала не долго. Техники, которые она могла сформировать быстро, были неэффективны. На долгие не было времени - змея слишком быстро оказывалась рядом, заставляя блокировать или уклоняться от ударов. Драться с ней также было бессмысленно - девушка уже успела получить пару царапин, так как коготки легко проникали сквозь ткань костюма, а дополнительных железок, как у напарника, у нее не было. Змея преследовала девушку, вновь навязав рукопашную. Гьеруи отступала, размахивая посохом. Отскок назад, на спины лошадей, змея находит опору на вертикальной стенке повозки, абсолютно этому не смущаясь. Посох более удобен в бою, чем коготки, но у противницы есть хвост, да и ногами она орудует не хуже, чем руками. Но Гьеруи тянула соперницу именно сюда. Отбив очередной удар, она выхватила кунай и метнула его в бедро одной из лошадей. Та дернулась от боли, повела повозку в сторону. Девушка, которая была к этому готова, присела, одной рукой хватаясь за шею лошади, второй зажав посох между колен и достав еще кунай, начала быстро срезать все ремешки, сдерживающие животное. Змеюка едва не потеряла равновесие, но уцепилась за что-то своим хвостом, хотя и была вынуждена крепче схватиться за крышу руками. Раненая лошадь продолжала метаться, раскачивая и повозку, что не позволяло змее броситься в атаку. Гьеруи успела срезать все крепления и, дав своей лошадке стрекача, броском куная перебила одну из ног уже раненой лошади. Животное с диким ржанием свалилось на землю, тут же попав под колеса повозке. Сзади образовалась свалка.
  Уингу, отбив удар мечом излишне прыткой цели и пинком отправив того спать, запустил в отверстие в потолке несколько сюрикенов. Сразу отпрыгнул в сторону - благо в повозке было достаточно просторно. Несколько водяных пуль прорезало крышу и врезалось туда, где он только что находился. Через решетку, заменяющею смотровое окно в передней части повозки, он увидел, что впереди образуется свалка. Достав взрывную печать, он закрепил ее на стене. Собрав в руке технику удара природной чакры, свободной рукой он запустил еще несколько сюрикенов вверх, не надеясь попасть, просто выигрывая пару секунд. Удар чакры пришелся на заднюю стенку повозки, образовав в ней огромную дыру. Схватив бесчувственного мужика, он выскочил наружу, неудобно падая на дорогу. Но практически сразу спереди донесся сначала гул врезающихся друг в друга повозок, а затем и небольшой взрыв. Откашлявшись, он выдал:
  - Славно покатались.
  Его напарница верхом на лошади обогнула завал и уже приближалась к нему. Сравнявшись, она соскочила на землю и встала наизготовку. Уингу так же поднялся, вновь готовясь к бою. Впереди горели повозки, но на их фоне появилось две фигуры. Они постояли недолго, глядя на своих противников из Листа, и отступили.
  - Что это значит? - не поняла Гьеруи.
  - Они сочли свои жизни ценнее этого куска дерьма, - кивнув на пленника, ответил Уингу, - проверь, это хоть он?
  Девушка быстро осмотрела бессознательное тело и кивнула.
  - Он.
  - Тогда грузим его и возвращаемся. Это была какая-то слишком длинная ночь.
  Будто услышав его слова, над водой начало медленно расти солнце, бросив первые свои лучи на груду горящих повозок, разбегающихся лошадей, трех человек и лошадь чуть в отдалении. Этот бой был закончен.
  
  Глава 80.
  
  Всегда знал, что война - грязное дело. Поганое и вонючее дело. Но когда вернулся вместе с нашим пленником на берег, захотелось материться. К береговой линии подходили транспорты, с которых еще сгружались солдаты, но, видимо, на воде оставалось уже совсем немного юхеев. Лагерь, подобный тому, что был на берегу в стране Огня, никто не разводил. Раненых стаскивали в огромный госпиталь, вид которого... удручал. Несколько навесов из ткани закрывали более-менее ровную площадку, где и занимались врачеванием, как обычные медики юхеев, так и наши ирьенины. Кровь, стоны, какие-то переругивания. Трупы и своих, и чужих стаскивали в огромные кучи и сжигали. Просто сжигали, чтобы тела не гнили, потому что копать столько могил не было времени. Пленных по большей части загружали на транспорты и увозили. В остальном же берег напоминал клочок вырванной из ада земли: ни травы, ни деревца, только обожженная земля. Много обожженной земли. Что бы хоть как-то сбросить неприятные мысли, пришлось выталкивать из себя циничную шутку:
  - Хорошо повоевали. Масштабно.
  Мы с Гьеруи переглянулись, и девушка неуверенно кивнула. Да, ее одолевали примерно те же мысли, поэтому сарказм был уместен. Мы оба привыкли убивать, но в таких масштабах...
  Пленника, так пока и не приходившего в себя, сдали остальным безликим, после чего отправились передохнуть. Напарница вырубилась сразу - даже есть не стала, а вот я поклевал казенных харчей, но когда лег, задался мыслью, под каким бы благовидным предлогом на несколько часов исчезнуть долой со всех глаз.
  Не заметил, как задремал, но распинали меня достаточно скоро - не прошло и пары часов. Я открыл глаза посмотреть, кто такой храбрый, чтобы будить безликого. И увидел нависшую надомной маску Ехи.
  - Поднимайся. Нас ждут на совете.
  - А я причем? Ты же командир.
  Бъякуганистый навис надомной, чтобы его слова слышал только я:
  - А при том. Тебя мне повесила Хокаге и велела относиться, как к ценному кадру. Так что поднимай задницу и топай за мной.
  - Так вот в чем дело? - наконец-то дошло до меня. - Вот, что ты на меня так взъелся. Думаешь, я себе место теплое нагрел, да?
  Не сказать, что это было далеко от истины, но ситуацию нужно было кардинально менять. Желательно, чтобы мне перед командиром никак не выделяться, а то это чревато.
  - Скажешь, нет? Мальчишка, которого за непонятные заслуги перетащили в специальную команду? Уж не знаю, с какого за тебя еще и Анко хлопотала, но я насмотрелся на таких. Возомнят о себе, что самые нужные и ценные, а сами ничего не умеют... Хм...
  Я вскочил с неудобной койки и, погладив правую руку, стянул с руки перчатку, обнажая шрамы.
  - Видишь это? Я это не на тренировке получил, Ехи. Не знаю, что тебе про меня наговорили, но я сейчас в полной заднице, потому что из-за моих талантов действительно нужен всем. А знаешь, как в конце поступают с исполнительными убийцами?
  Мужик не ответил, но было понятно, что он задумался. Я натянул перчатку, быстро оглядевшись. Гьеруи проснулась и наблюдала за нами, но вида не подавала, а больше достаточно близко никого не было, так что понять, о чем мы говорили, было невозможно, так как резких движений мы не делали, а мой жест можно было понять как 'вот видишь, легкая царапина, все нормально'.
  - Не убедил, - холодно процедил Ехи.
  - Плевать. Я буду выполнять твои приказы, какими бы они ни были. Так что...
  Договорить мне не дали - к нам подбежал еще один безликий, быстро проверив, что нет лишних ушей.
  - Пленник еще кое-что рассказал. Один из наших, что были в первых командах, взят живым и доставлен в крепость в западной части острова. У пленника бъякуган.
  Епс! Ехи дернул головой - его эта новость тоже взбудоражила.
  - Хорошо, свободен.
  Парень кивнул и смылся. Командир стоял, не торопясь что-то делать.
  - Пойдем на совет? - спросил я.
  - Да, идем.
  На этот раз совет собрался не в палатке, а в одной из просторных землянок, оставшейся от оборонявшихся и чудом уцелевшей. Здесь было не так просторно, но стол с картой и все те же присутствовавшие вполне уместились. И снова мы подошли, когда разговор уже подходил к концу.
  В момент, когда мы входили, все замолчали. И как только за мной захлопнулась дверь, Ямамото спросил:
  - Пленник рассказал что-то еще?
  - Нет, - обезличенным голосом ответил Ехи, - никакой новой информации.
  - Я поддерживаю предложенный Укатой план, - продолжил прерванный разговор Шимацу.
  Женщина из клана Яманака повернулась к нам:
  - Западный склон, по которому придется идти второй армии, не особо удобен. Несколько техник, и его можно сделать практически непроходимым. Это не остановит войска совсем, но даст нам достаточно времени. Именно это задачу мы хотим поручить вашей группе.
  Ехи кивнул, переведя взгляд на карту. Я тоже бросил на нее взгляд. С прошлого раза она сильно изменилась. Точнее, изменилось расположение флажков и прочих условных знаков, по ней разбросанных. Мы заняли берег и продвинулись немного вперед по восточному берегу, заняв наиболее удобный плацдарм. Именно там сейчас стояли основные войска, и Гункан находился неподалеку, видимо, для прикрытия. Тогда я удивлен, почему Шимацу сейчас здесь, а не на своем корабле. На западной стороне все было не так просто. Позиция, конечно, и так удобная в плане обороны, но удобная обоюдно. Сразу за поселением открывалась небольшая пустошь, а за ней - склон и лес чуть выше. Со стороны поселения обороняться было просто замечательно, но и со стороны склона ни чуть не хуже. Заведомый пат, но если мы оттянули большие силы на восток, то здесь удержать превосходящие войска будет затруднительно. Вообще, надо отдать должное этим Ширубабурамби: войск они нагнали действительно дохрена. Заковыка состояла даже не в том, что на самом деле у них было количественное преимущество. Ну, побольше их, ничего страшного. В войсках Огня все солдаты - юхей, все поголовно. И почти все с опытом сражений. У Озера одна треть - юхей, которых они тренировали последнее время и вполне способные сражаться с нашими примерно на равных. Две трети - зеленые новички. Вот только мы понятия не имели, кто из этого стада - зеленые новички, а кто - нет. Судя по разговору, к которому я краем уха прислушивался, мы пока сражались в основном с новичками, как это ни прискорбно. Защищаться все же несколько проще, чем нападать. План противника можно было понять. Пока нападающие вязнут, медленно снося укрепления и защищающих их зеленых новичком, успеют подойти более опытные отряды и дать отпор. Вариант с заменой не пройдет: более опытные будут держаться за землю куда крепче, отступать куда медленнее, но и подкрепление не внесет такого резкого перепада сил, разве что количественного. И, если бы не план нашего юного гения, потерь с нашей стороны было бы куда больше. Как раз это и было самым неприятным. Понести слишком большие потери на этой маленькой войне - уронить престиж страны. Думаю, именно на это и рассчитывали в стране Воды - уронить нас здесь мордой в грязь. Эти острова Огонь себе все равно не оттяпает, просто задушит торговых конкурентов и отступит. А вот если потери будут несоизмеримые, Вода будет давить на Огонь всеми доступными методами. Политика, одним словом.
  Я так и не вслушивался в разговор, так как там обсуждали детали. Ехи и Шикамару молчали, и остальные мне были не так интересны. Я мог бы ввернуть пару предложений, но не видел в этом никакого смысла. Пусть тешатся своими играми - у меня еще была своя. Убежище, в которое мне предстояло попасть.
  Когда совет закончился, мы с Ехи побрели к тому месту, где отдыхала наша группа. Только сейчас я обратил внимание, что все живы, хотя один тяжело ранен и еще двое просто ранены. Тяжелого латал наш медик, но не уверен, что он примет участие в следующей вылазке. Когда до нашего стойбища оставалось десятка два шагов, я окликнул командира:
  - Ехи?
  - Чего тебе?
  - Есть предложение.
  Мужчина замер, медленно развернувшись. Видимо, понял, что я неспроста заговорил об этом заранее, а не при всех.
  - Выкладывай.
  - Ты же хочешь наведаться в ту крепость за своим родственником.
  Он не ответил, но напрягся, возможно, даже сдерживал желание съездить мне по морде лица.
  - Диверсии на дорогах не входят в список моих талантов. Так что я хочу предложить тебе свою помощь.
  - Хм. Теперь понятно, как ты прорвался вверх. Часто жопы лизал.
  - Иди к биджу, командир. Я не за так просто с тобой навязываюсь.
  Мимо нас прошло несколько солдат, и поэтому мы замолчали, дожидаясь, пока они не отойдут. Я непринужденно погладил руку - чертова фантомная боль.
  - И что ты хочешь?
  - У меня задание. Так что сразу после спасения твоего родственничка я исчезну на час-другой.
  - И ты так просто об этом говоришь? - усмехнулся Ехи.
  - Честность - отличное оружие. Когда все карты на столе, уже поздно мухлевать.
  Несколько секунд Ехи размышлял. Все же нравятся мне наши АНБУшники - сообразительные ребята, не надо долго объяснять.
  - Ты знаешь об основной задаче?
  Кивок с моей стороны.
  - Договорились. Что с твоей напарницей?
  - С ее способностью вызвать дождь? Это очевидно.
  - Верно, - теперь кивнул Ехи. - Будем считать, что я немного поторопился с выводами насчет тебя. Хотя ты все-таки хитрожопая скотина, но хоть не дурак.
  Я ухмыльнулся под маской. Поспать мне сегодня однозначно не светит.
  
  Глава 81.
  
  Смыться из лагеря не было сколько-нибудь проблемно. Перемещение по условно вражеской территории - трижды ха! Между делом Ехи сообщил, что эти новые костюмы (а он не знает, кто именно автор) вначале вызвали почти панику среди Хьюг. Но разобрались они достаточно быстро, и метод противодействия уже придумали. Вопрос этот был затронут по одной простой причине: костюм не должен был попасть в другие деревни. Не имея его на руках, очень сложно придумать метод противодействия. А значит, сейчас это небольшое стратегическое преимущество Конохи. Маленькое такое, но все равно относится к 'секретам' деревни. И если я собираюсь умереть, то костюм должен быть уничтожен вместе со мной. Честно, даже не удивился - вполне логичное решение. И если в бою это было еще не так актуально, то сейчас, во время вылазки, командир решил проконсультировать. Кстати, хоть Гьеруи никак не прокомментировала необходимость временно разделиться, но все равно что-то ее задело. Но об этом подумаю позже, по возвращении. Золотое правило - проблемы решать по мере появления. Оно, конечно, тоже не везде применимо, но вот прямо сейчас о ее проблемах размышлять было бесполезно.
  Мы приближались к нашей цели. Не сказать, чтобы совсем торопились - больше старались поддерживать скрытность. Работать в паре с Хьюга - счастье. Этот зверь чуял синоби и людей очень издалека и благоразумно их обходил, что позволяло держать хорошую скорость. Вот только чем ближе к замку мы приближались, тем больше народу вокруг ошивалось, что сильно нас замедляло. Но командир мудро рассудил, что скрытность для нас важнее, а я добавил, что спешка нужна при ловле блох. Ехи не ответил, но все же хмыкнул под маской. Оценил. Через пару часов мы наткнулись на армию на марше. Зрелище. Все же атаку наши войска провели, по местным меркам, молниеносную. Хоть в учебники записывай. Обычно подобный штурм мог длиться много часов, и подкрепление определенно успело бы подойти. Но маленькая хитрость одного ленивого тюнина, и общие действия команд безликих сократили время штурма всего до часа с небольшим. Вот только нам с Ехи пришлось чуть отойти и затаиться. Рядом сновали патрули, а впереди следовало большое открытое пространство, которое мы обойти не могли. Вот и пришлось ждать. Отошли, схоронились и наблюдали. Разведка - это, конечно, очень хорошо, но ничего особо нового мы бы своим передать о войсках противника сейчас не смогли. Так что сидели и ждали.
  А параллельно негромко переговаривались. А что? Нас двое, какой-то ненависти или даже неприязни мы друг к другу не испытываем. Ну, Ехи мне слегка не доверяет или просто начал скрывать недоверие, хотя зачем ему? Но это нормально, я к нему так же отношусь, а вообще мужик он нормальный. И с чего бы нам молчать? Переговариваться, не ослабляя внимания, мы вполне способны, так почему немного не поболтать?
  - Как тебе представительница Конохи на совете? - спросил светлоглазый, устраиваясь поудобнее.
  - Та, что из клана Яманака? - негромко переспросил я.
  - Она, кто же еще.
  Отгоняя какую-то назойливую букашку, проверяю костюм на предмет незамеченных повреждений. Вроде, все цело. Потер руку, вновь начавшую болеть.
  - А что в ней особенного? Возраст, кстати, совсем не мой.
  - Ха, ничего ты не понимаешь, - дежурной фразой ответил Ехи.
  Вот такой ничего не значащий разговор у нас. Лепота, ага.
  - Ну конечно, откуда бы мне в этом разбираться? - хмыкнул я.
  - Про твои шашни с напарницей всем известно, - беззлобно ввернул он шпильку.
  - Завидуй молча.
  - Было бы, чему завидовать, шкет.
  - Ага, - скептически промычал я.
  Основная часть воинства уже прошла мимо, и лежать нам оставалось не долго. Вечереть начнет еще нескоро, но все же нам следовало добраться до цели до заката. Так что Ехи может захотеть набрать темп после этой отлежки.
  - Ты говорил, что нужен всем. Это правда?
  Очень тонкий вопрос. Грациозности любой слон позавидует.
  - Чистейшая. От миссий отбоя нет. Не поверишь, сколько жителей Конохи хотят чужими руками отправить ближних своих на тот свет.
  - Я не об этом.
  - Я знаю, о чем ты. Всерьез думаешь, что я отвечу? Ехи, я отлично знаю, почему выходцы из кланов служат в безликих. Зря стараешься.
  Хьюга приподнялся, явно вглядываясь своими глазками в пространство перед нами. Похоже, пора идти.
  - То, что ты выполняешь поручения Хокаге, это уже очевидно. Она и не пыталась это скрывать. Но все же...
  - Ага, так я и сказал, для кого шпионю. Кандидатов ведь много - кланы те же, к примеру.
  - Или Корень? - не поворачиваясь в мою сторону спросил он. И я даже не знаю, что бьякуган смотрит во всех направлениях.
  - Или Корень, - не стал отпираться, - или вообще другие деревни. А может, я наблюдаю за пятой и передаю все третьему. Кто знает, может, я так хорош, что работаю сразу на всех. Разговор окончен.
  Думаю, это была одна из причин, по которой он согласился на мое предложение. Хотел проверить, насколько я умею хранить тайны и на кого работаю. Ну, что поделать - такая уж у нас работа. Действительно хорошие шпионы, никак себя не выдающие - редкость. Да и информацию они добывают куда медленнее. Я же, скорее, исполнитель, и потому на виду. Не так-то легко скрыть появление некоего тюнина в ближайшем окружении Хокаге.
  - Вперед.
  И мы засеменили через высокую траву. Где-то рядом еще были патрули, но глазастик их с легкостью обходил. Короткая пробежка, и мы снова в лесу, пусть и не таком плотном, как до этого. Этот лес явно сильно проредили, возможно, таскали строительный материал для крепости, ведь возвели ее совсем недавно. Это был уже не лес, а так, чаща, и вскоре впереди показались достаточно мощные деревянные стены внешнего периметра замка.
  Смотрелся здешний замок весьма неплохо. В центре крупное здание - даже не знаю, как именно его назвать. Несколько нижних этажей каменные, все, что выше, сложены из бруса. Окон мало, больших окон нет вовсе - замок, как он есть. Крыша привычной местной архитектуры, пусть и усиленная. Это сооружение окольцовывала высокая каменная стена с не менее высоким валом вокруг нее. Не стены Конохи, естественно, но метра четыре определенно будет, а насчет толщины не знаю. По стенам прохаживались стражники, большинство с яри и луками. Вот ведь ручные картечницы здесь есть, а до мушкетов, вроде как, не додумались. Или я просто их еще не встречал. У этой стены имелись ворота в числе двух с удобными спусками у них. Сразу вокруг стены начинались плотно стоящие друг к другу постройки, похожие, как братья близнецы. Невысокие, крепкие, без окон. И по периметру снова шли стены, уже деревянные, но все равно достаточно внушительные и прочные и, опять же, с валом вокруг. Несколько башенок, где тоже кто-то был, но разглядеть я не мог. Мило. Интересно, а какую именно защиту от синоби они поставили?
  - В башнях сидят синоби, но нас они не заметили. На стенах закреплены ловушки, пойдешь за мной шаг в шаг, понял?
  Киваю. Наступить на взрывную печать мне не улыбается.
  - Второй ряд имеет какой-то барьер, но я нашел обходной путь под землей. Умеешь задерживать дыхание?
  - Если на пару минут, то справлюсь, - вновь кивнул я, погладив руку.
  Убедившийся в моей проф пригодности Ехи начал сдвигаться в сторону, выбирая место для забега по стене. Я просто изображал его тень, готовый в любой момент сорваться на бег, если он сочтет это необходимым. Все же у нас очень разные методы проникновения, для меня, в отсутствии бъякогана, такой забег будет чистой лотереей.
  Наконец он замер, внимательно глядя на стену, а я принялся разминать легкие, готовясь в пробежке, и заплыву сразу после нее, были у меня подозрения на счет его обходного пути.
  - За мной.
  И резко рванул вперед. Я в очередной раз ощутил разницу между нашими уровнями, бегал он куда профессиональнее. Дело даже не в скорости, первые три десятка метров мы бежали по роще, и под ногами было полно мусора. Ехи будто пропарил над ним, не одной долбанной веточки не хрустнуло. Я в сравнении с ним был кабаном, заскочившим на склад с хрусталем. На стену вбежали бодро, и уже на вершине я заметил стоявшего буквально в паре шагов от нас караульного, развернутого к нам спиной. Он уже поворачивался, когда мы оба скользнули вниз. Еще пробежка, теперь по узким щелям между плотно стоящими зданиями. И резкий обрыв, в смысле здания кончились и Ехи нырнул вниз. Я последовал его примеру, успев вдохнуть побольше воздуха. Короткий плюх, и мы уже под водой, плывем в темноте. Это была толи шахта, толи проход, почему-то затопленный, но рассмотреть его у меня не было возможности, если тусклый свет впереди я с трудом видел, то стенки не видел вовсе, если не считать попадавшихся на пути балок. Вода оказалась холодной и мутной, но ничего особенного. Я даже задыхаться не начал, когда мы всплыли в каком-то темном помещении.
  - Бывшие шахты, на вершине которых построили замок. Здесь добывали отличный металл, а замок строили, чтобы защищаться от разбойников.
  Пожав плечами, я начал медленно выбираться из воды. Мне, если честно, было глубоко начхать на историю замка. А вот откуда ее знал Ехи, тот еще вопросик.
  Чем было раньше это помещение, остается лишь догадываться, сейчас оно пустовало, к тому же было захламлено. Ехи смотрел куда-то в потолок, изучал план, насколько я понимаю, а я прислушивался и присматривался. Пыльно, везде пыльно, но тропка до воды протоптана, так что сюда, по крайней мере, ходят.
  - Хорошо. Большая часть стражи снаружи, внутри лишь редкие патрули, - обрадовал меня Хьюга, - после смены караула освободившиеся пойдут резаться в кости, так что сейчас самое время. Иди за мной и не поднимай шума.
  
  * * * * *
  
  Молодой парень в форме тюнина Воды и с маской безликого на лице неторопливо шел по неудобным коридорам замка к темницам. Темные волосы сложены в плотный пучок, из-за плеча торчит рукоять нинзя-то. Редкие встречные замирали при взгляде на него, и старались не попадаться на глаза. А, стоило ему уйти, морщились и безмолвно ругались. Забавно. Слава бежала вперед человека. Откуда местные смогли прознать об особенностях характера Кетсуки, он не знал. Но страх ему нравился. Сильные синоби Воды его не боялись, но и не ненавидели. Просто недолюбливали, что было по-своему даже приятно. Зато остальные считали опасным. За то короткое время, что мальчишка успел провести в деревне, или все же городе, его начали приравнивать едва ли не к джинчуурики. Наивные и глупые дураки. Но вот кто привез эту славу в страну Озера, Кетсуки не знал. В команде его, во всяком случае, почти не боялись. Так, если только чуть-чуть. Специально распространяли слухи? Не правдоподобно.
  Миновав очередной поворот, вспугнув бежавшую куда-то простолюдинку, парень, наконец, подошел к тюрьме. К тому, что в этом замке переоборудовали под тюрьму. Трое мужчин на входе насупились, когда синоби попал в их поле зрения. Старший из них, плотный и бородатый поднялся на пути Кетсуки.
  - Стой. Не велено никого пропускать.
  Мужик был вдвое выше синоби, но мальчик поднял лицо вверх и спокойно спросил:
  - Хочешь, чтобы я размазал тебя по стене?
  В том, что мальчик способен это сделать, стражник не сомневался. А вот станет ли он это делать, или все же передумает, ручаться нельзя.
  - Да оставь ты его. Пусть делает, что хочет, - встрял в разговор другой мужик, - его проблемы. Я не нанимался от своих же синоби отбиваться.
  - И то правда, - вторил третий.
  Верзила поморщился, но отошел. Кетсуки ухмыльнулся под маской, и пошел дальше. В дурной славе были свои плюсы. Спустившись ниже, он зашел в единственную не пустовавшую камеру. Как ни странно, здесь охраны не было. Сидящий на стуле синоби действительно не представлял угрозы, каким бы талантливым ни был. Оковы со сковывающим фуиндзютсу, это весьма немало. Если он смог бы выбраться из них, несколько людишек на пути так же не стали бы хоть каким-нибудь препятствием.
  Мужчина, сидевший на стуле, был избит, несколько раз порезан, истощен и изнеможен, но жив. Представитель клана Хьюга. Еще не старый, пусть в сравнении с самим Кетсуки разница была ощутима. Пленник находился в беспамятстве, вызванном пытками и прочими прелестями его положения. Парень обошел его вокруг, и посмотрел в лицо, будто пытаясь высмотреть в нем что-то особенное. Подняв ладонь, он начал формировать придуманную им совсем недавно технику. Никаких печатей и прочей белиберды, что было у других синоби. Только сила воли и хорошее воображение. Но техника требовала времени.
  - Знаешь, мне запретили тебя убивать, - чтобы хоть как-то его скоротать, решил заговорить мальчишка, - но я не особо и стремился к этому. Убивать без всякой пользы - глупо. А в тебе, парень, польза есть. А вот умирать раньше времени тебе не желательно. Честно, я буду даже рад, если техника сработает, и ты выживешь. Ценный пленник, ха.
  Сидевший на стуле Хьюга чуть шевельнулся, открывая глаза. Говорить он сейчас вряд ли мог, да и видел, наверняка, с большим трудом. Но техника еще формировалась, так что можно было и поговорить.
  - Да и вообще, если говорить об убийстве синоби, то я не хотел бы просто так убивать представителей других кланов. Мой опыт показывает, как сложно восстанавливать утраченные знания. Во мне сильная воля моего клана, но некому обучить меня ей пользоваться. Знания и опыт должны накапливаться со временем, сила кланов именно в накопленных знаниях, а не в самих техниках. А если точнее, в умении эти техники применять. Но мой клан был почти уничтожен, так что многие знания были утеряны. И, даже если я примусь всеми силами возрождать клан, еще не скоро мои потомки достигнут тех высот, которые когда-то уже были доступны моим предкам. Ты понимаешь, о чем я?
  Пленник молчал, и, кажется, его взгляд ничего не выражал.
  - Понимаешь. Знаю, что понимаешь. Ваш клан достаточно многочисленный, сильный. И наверняка клану ты предан куда больше, чем деревне. В этом я тебя понимаю. Деревня - это деревня. А вот собственная семья, это совсем другое. И, если ты на секунду представишь, что лишишься ее, лишишься всей своей семьи... Как ты себя почувствуешь?
  Взгляд пленника едва заметно дрогнул.
  - Вот именно, - продолжил монолог Кетсуки, - все именно так. Если честно, я очень хочу возродить свой клан. Даже не так. Я хочу, чтобы у меня была семья, и чтобы моим детям всегда было, куда возвращаться. Знаешь, почему я все это тебе говорю?
  Синоби кровожадно ухмыльнулся.
  - Я не уверен, что ты выживешь. А техника, которую я на тебе использую, еще не сформирована. Так почему бы не развлечь возможного смертника разговором?
  Парень прошелся вокруг, будто к чему-то прислушиваясь.
  - Ну, надо же. Интересно. Могу тебя порадовать, я почувствовал твоего родственника за стенами. Думаю, скоро он сюда доберется. К этому времени мне бы уже надо закончить. Как не сложно догадаться, мне нужны твои глаза. Точнее, всего один глаз. Да и не мне самому. Сенсорные способности моего клана пусть и уступают вашим, но мне и своих вполне хватает. А все дело в моем командире, потерявшем глаз. Свои собственные я ему не преподнесу, они бесполезны. Моя сила не в додзютсу. А вот один твой глазик будет как раз кстати. Проблема была в печати, который вы защищаете свою ценность. А я потратил немало времени и сил, чтобы обойти эту защиту. Если я все сделал правильно, то ты просто лишишься глаза, и все. А вот если я ошибся, свое я все равно получу, а вот ты наверняка погибнешь. Поэтому на твоем месте я бы мысленно молился, чтобы я все сделал правильно. Как бы забавно это не звучало, в твоем-то положении.
  Техника была сформирована, и Кетсуки поднес небольшой кровавый шарик к глазу пленника. Хьюга напрягся, с ужасом глядя на материализованную технику, и затравленно решая, пытаться помешать противнику, или наоборот, постараться не шевелиться.
  - Знаешь, если ты выживешь, я даже почти не буду мешать твоему родственнику тебя спасти. Честное слово. К тому моменту я уже получу от тебя все, что мне нужно. Подумай над этим. А теперь замри. Это, конечно, будет очень больно, но ты все равно попробуй, ладно? Поехали.
  По тюрьме разнесся душераздирающий крик пленника, заставляя спасателей, услышавших его, поднажать.
  
  Глава 82.
  
  Когда до нас донесся крик, я был готов мысленно похоронить спасаемого, но поторопился с выводами. Напрягшийся Ехи парой жестов дал понять, что пленник жив, а нам надо торопиться. Сначала я принял это как приказ броситься в бой, но быстро передумал. Мягкий кулак в исполнении опытного дзенина, да еще и на обычных людях - это зрелище просто невероятное. Все, без крайнего повода ни за что не буду ссориться с Хьюгами. Если их дзенины дерутся так, то я не знаю, в каком месте Неджи талант.
  Ехи пронесся по коридору, одним ударом ладони разнес в щепки деревянную дверь, ворвался внутрь. Сколько там было человек? Трое? Нет, пятеро. Ехи ногой подбросил в воздух стул и пинком запустил его в одного из противников. Оказавшийся ближе других получил связку из ударов локоть-ладонь-ладонь, все по подбородку снизу вверх, и последний удар поднял 'счастливчика' на полметра в воздух. Двое следующих опробовали на себе какое-то комбо, явно очень хорошо отработанное владельцем. Сколько ударов пришлось на каждого, я не берусь судить, но к последним ударам оба были уже мертвы, а Ехи просто на автомате заканчивал привычную серию. Причем он совсем не стеснялся использовать не только ладони, но и локти, колени, лоб, но ударов ногами и головой было все же крайне мало. В сравнении с прочими. Следующий вообще кончился после первого же удара куда-то в шею. Последнего, слегка приложенного предметом мебели, добил уже я, вогнав в горло пару сюрикенов. Н-дя, если мы не наткнемся на синоби, мне работы вообще не будет.
  - Может, я пойду в другом месте похулиганю, чтобы тебе не мешать? - поглаживая руку, спросил я.
  Хьюга бросил на меня взгляд - уж не знаю, какой, под маской не видно. Но сказал одно единственное слово:
  - Быстрее!
  Это он про то, что времени у нас мало, и надо спешить к пленнику? Или про то, что мои комментарии неуместны?
  Мы снова понеслись вперед. Пару раз натыкались на патрули, но я даже напрягаться не стал. Два-три человека умирали быстрее, чем успевали что-то понять. В встреченной четверке один понять что-то все же успел, а вот что-то сделать - уже нет. Последними нам на пути встретились трое солдат на посту. Один, пожирнее и покрупнее других, отхватил себе целое комбо, двух других приложил я сюрикенами. Не то, что бы Ехи нужна была помощь, просто надоело бездельничать.
  Темница, которая мало была похожа на темницу - просто какие-то переоборудованные склады, единственная железная дверь. Пытаться раздолбить дверь кулаками Хьюга не стал, открыл и ворвался внутрь, я лишь чуть-чуть промедлил, чтобы не создавать давку. Влетаю, вижу картину. Ехи обрабатывает какого-то безликого, причем парнишке больше тринадцати я не дам, техникой Касания Небес, уж не знаю, какой ее стадией. На стуле наш пленник без одного глаза. Отверстие почти не кровоточит, но Хьюга без сознания.
  Ехи закончил технику и немного отступил. Парень тоже сделал несколько шагов назад, но падать не собирался, пусть и стоял на ногах весьма неуверенно. Мой командир пытался отдышаться, и, жаль, я не видел выражения лица, а значит, не мог понять, о чем именно он думал, давая такую передышку.
  - Твой родственник тоже атаковал меня этой техникой, - заговорил мальчишка. Голос и вправду принадлежал тринадцатилетнему пацану, но вот интонации мне не нравятся, - пусть в твоем исполнении она куда более совершенна...
  Он немного встряхнулся и выпрямился, насколько позволял не слишком большой рост.
  - Но против меня она бесполезна. Или ты думал, что какие-то недомерки юхеи смогли повязать одного из Хьюг?
  Тело нашего противника из расслабленной позы перетекло в боевую. Ехи медлил - не знаю, почему, но догадываюсь. Мягкий кулак не сработал. На принятие решения ушли мгновения.
  - Хватай родственника и вали, - бросил я.
  Больше слов не было - рывок вперед вместе с броском нескольких сюрикенов. Противник уклонился, но не от всех, несколько железок царапнули его кожу. Пару отвлекающих ударов он блокировал, а вот мой удар ногой, усиленный печатями, пропустил. Я бил в колено, и то закономерно хрустнуло, заставив безликого перенести вес на одну ногу. Дальше пришлось уклонятся уже мне, мимо пронеслось несколько струек крови. Меня они не достали, но одежду прорезать успели. Кровь? Клановая техника или очередной эксперимент? Не важно, не сейчас. Броски сюрикенов в упор достигают цели, хлопок печатей с дымом, рывок вверх и удар ногой с утяжелителем сверху вниз. По голове не попал, но попал по плечу. Снова хруст. Так, физические атаки ему вполне вредят. Оглянулся - Ехи и пленника уже нет. Фух, лишний раз объяснять ничего не пришлось, люблю работать с профи.
  Оглядывался я зря - схватил такой удар в грудь, что вылетел из камеры и проломил собой противоположную дверь. Теперь удержать его немного, в идеале - прибить и валить по своим делам. Из пыли и остатков дыма вышел безликий. Походка ровная, слегка дергает плечами, будто проверяя, что все в порядке. Вот только хрен он должен быть в порядке после двух таких ударов. Плюс яд на сюрикенах.
  - Ты все верно понял. Техника этих белоглазок против меня бесполезна, как и твои отравленные железки, в общем-то. А вот удары ногами у тебя мощные - это техника или какая-то хитрость?
  Поднимаюсь и кладу левую руку на рукоять клинка, подавая на него чакру. В нос попадает немного наркотика. Короткая оценка способностей противника. Стихии пока не использовал, как и обычные для синоби техники и приемы. Атаковал меня кровью, еще неизвестно, своей или нет, и стоит ли надеяться, что она у него кончится. В рукопашной пока ничего выдающегося не показал. Удары чакрой от Хьюг проигнорировал, мой яд тоже. Физические удары ему неприятны, но повреждения восстанавливает очень быстро. Цель очевидна: приложить его ударом природной чакры. Можно, конечно, и не убивать, а лишь покалечить, но это уж как получится. К тому же этот явно из Кири, да еще и в маске. Чуть меняю план: ударить посильнее и резко свалить.
  Правая рука выхватывает иглу и, зарядив ее чакрой, запускает в полет. Сам я с небольшим опозданием срываюсь вслед за ней, но по потолку. Нужно немного изменить плоскость боя. От иглы противник уклоняется, уже начиная формировать какую-то технику в ладони, когда я, делая вид, что прыгаю на него, выпускаю дым. Ухожу в сторону, слыша, как что-то врезается в потолок и ломает его. Короткий маневр, и я оказываюсь за спиной парня, но тут же приходиться резко разрывать дистанцию. Его кровавые жгуты атакуют по площади вокруг него.
  - Я с радостью с тобой поиграю, - с предвкушением произносит он.
  Ага, конечно. Отпускаю меч и начинаю забрасывать противника сюрикенами. Помещение маленькое, места для маневра слишком мало, а у него достаточно сильные техники - зря я, наверно, пытался сблизиться. Все те же жгуты начинают отбивать сюрикены, но примерно на это я и рассчитывал. Резко вытягиваю кунай со взрывной печатью и отправляю его в полет, как бы промахиваясь мимо противника. Возможно, из-за пыли, но кунай не замечают, и взрыв происходит всего в паре шагов от противника. Так, можно и валить.
  Выпрыгиваю в коридор и даю деру на выход. Но чутье взвыло об опасности, и приходится резко прыгать на потолок и вжиматься в него. По коридору проносится кровавый шар и, врезавшись в стену на повороте, взрывается. Нет, не совсем взрывается - это же кровь, да и ударной волны нет. Но бахнуло знатно, многократно сильнее моей печати. Пока дым еще не осел, рвусь туда, лишь бы отдалиться от противника. Что-то мне резко перехотелось с ним сражаться.
  И, прыгнув, понимаю, что куда-то лечу. Взрыв обрушил не хиленький участок замка, и дыра уходит куда-то в шахты. Летел я недолго - здесь была какая-то развилка, достаточно крупный зал. Даже дорожки для вагонеток имелись. Но мне явно в другую сторону. Я не Ехи, метаться по этим катакомбам категорически не хочу.
  - Не убегай так быстро, - доноситься сверху.
  Рядом со мной падает и паренек, спокойно приземляясь на ноги. Одежда немного обожжена, маска повреждена. Откололся осколок, открывая левый глаз и небольшую часть лица. И вот этот глаз мне не нравился. Полностью красный с четырьмя белыми томое. Он сложил руки в печати соединения стихий и замер. Я тоже замер, готовясь бежать или уклоняться от атаки.
  Противник резко расцепил руки, между которыми оказался новый кровавый шар, резко растущий в размерах. Так, в количестве крови он точно не ограничен, хоть литрами ее выкачивать может. Он вновь резким движением соединил руки, и шар лопнул.
  - Кровавая Арена!
  И нас обоих окружила большая кровавя сфера, создавая замкнутое пространство внутри себя. Лучше бы я сразу попытался бежать. Биджев сын! Что это за парень?
  - Теперь нам ничто не помешает, - явно усмехнулся он, - меня называют Кетсуки.
  Да, очень точное имя. Кровь. Мог бы и догадаться.
  - Как зовут тебя, мне все равно, потому что ты умрешь здесь. Но сначала мы немного поиграем...
  
  Глава 83.
  
  - Я знаю, что это глупое самодовольство, - продолжал Кетсуки свой монолог, - играть со своей жертвой, перед тем, как прибить. Но... ничего не могу с собой поделать. У меня уже месяц не было нормального спарринг-партнера. И с противоположным полом как-то не вяжется, так что я заскучал.
  Продолжая говорить, он формировал какую-то технику. Может, болтать с жертвой - самодовольство, но меня из виду он не выпускал и времени не терял. К тому же эти глаза...
  - Неплохое самообладание, - похвалил противник. - Но почему ты не нападаешь?
  Хороший вопрос. Боюсь. Или скорее опасаюсь. Очень хочется проверить этот кровавый заслон на твердость при помощи природной чакры, но терять парня из виду даже на секунду нельзя. Он дзенин или очень близок к этому. Пусть и вылезает не столько на мастерстве, сколько на клановых техниках. А мне нужен гениальный план, чтобы достать и временно обездвижить его, а потом смыться. И право первого хода я все же оставлю - слишком непредсказуемый противник.
  - Что же, я не буду сразу применять свои сильнейшие техники. Мы же не хотим, чтобы ты откинулся слишком быстро? Верно?
  В его ладони сформировался кровавый шарик. Вроде небольшой, но, помня о времени создания, можно сказать, что техника как минимум непростая.
  - Ловчая сеть!
  Угадал. В меня выстрелило щупальце, набравшее впечатляющую скорость. Резко отскочил в сторону, краем глаза отмечая появившуюся на моем месте кровавую паутину. Но из шарика выпрыгнула еще одна, заставляя меня совершать еще один рывок. Так, понятно, контратака. Снова сюрикены, но на этот раз соединенные тросом. Пять пар сюрикенов улетели в противника, две пары сбили выросшие из свободной ладони кровавые жгуты. Биджу, до чего же противно выглядит его кеккей генкай. Три пары сюрикенов успешно обмотали его, несколько сковав движения, но похоже, Кетсуки на это было начхать. Потому что из шарика вырвались новые струйки крови, пытающиеся поймать меня в свою паутину. Новая партия сюрикенов с тросами, концы которых на этот раз оставались у меня в руках. Успешное обматывание, я пускаю чакру на тросы и начинаю затягивать их, стараясь навредить, а в идеале - расчленить тело противника. Но он как стоял, спокойно глядя на меня, так и продолжал стоять. Стоило первым каплям крови просочиться из ран, как путы тут же разорвались, несмотря на мою чакру. Ну, я знал, что просто не будет, но все же попытался.
  Теперь вторая часть хитроумного плана. В ход идет новая партия клон-сюрикенов вперемешку с кунаями. На этот раз Кетсуки, развеяв свою технику, направленно отбивает кунаи, разлетающиеся в разные стороны, но сюрикены просто игнорирует. Чтобы не скучал, добавляю сэнбоны, их реактивную модификацию, желая узнать, как на них прореагирует излишне живучее тело. Хорошо прореагировало: первый вырвал небольшой кусок плоти из плеча, второй - из бедра. Но третий уже был встречен струйкой крови. Усложним задачу, не прекращая исполнение второй части плана.
  - Теневой клон.
  И сам же смещаюсь в сторону, изображая из себя клона и продолжая забрасывать противника железом. Клон же начинает наложение гендзютсу. Не сказать, что я сильно продвинулся, но все же. От клона отделилась еще одна моя копия, на этот раз иллюзорная, а железа полетело еще больше. Но иллюзии парень просто игнорировал, а вот с меня на клона взгляд переводил - похоже, не видел, кто из нас настоящий. Ну, уже что-то, а то будь у него еще и додзютсу вроде шарингана, и вообще крышка мне.
  А теперь часть плана номер три. Кунаи, которые я так упорно швырял, были целями для подмены. Не очень удобно, и дистанция небольшая, но сейчас вокруг моего противника валялось с два десятка моих кунаев, к любому из которых я мог скакнуть. Использую замену, появляясь за спиной противника и сразу проводя подножку. Прежде чем бить чем-то сильным, нужно убедиться, что удар вообще пройдет. Не прошел - противник блокировал мой удар, сразу контратаковав. Новая подмена ему за спину и еще удар. Вновь неудача, тот же эффект и новая подмена. Раз за разом ухожу от удара, внимательно следя, чтобы не появились щупы и не накрыли всю область вокруг него. Ни один мой удар так и не достиг цели, хотя я честно старался его задеть, и мои прыжки не помогали.
  Наконец ему это надоело, и во все стороны действительно полетели жгуты. Но подмену вместо меня сделал клон. И вот я снова на старте, и он с хлопком исчезает, проткнутый сразу тремя кровавыми тентаклями. Дубль два.
  - Теневой клон.
  Но на этот раз я остаюсь на месте, и создаю еще одного клона, на этот раз без словесной команды. И сам беду вперед, изображая иллюзию. Кетсуки немного замешкался - видимо, клоны и оригинал для него ощущались все же иначе, чем иллюзия, и сейчас он растерялся. Первый клон начал нападение, используя все те же кунаи, а я использовал невидимость и исчез. Осталось проверить, может ли он меня заметить и под невидимостью. Кетсуки явно замешкался, пропустив несильный удар и, рыкнув, разметал своими щупами или все же тентаклями все мои кунаи.
  - Хватит этих игр. Дерись наконец!
  Смотрел он при этих словах на клона, оставшегося на месте - значит, работает. Вот только технику павлина мне незаметно все равно не исполнить, а даже пол секунды на формирование - это много, заметит, тварь. Оба моих клона рванулись вперед, да и я вместе с ними, только со спины противника. И если они начали вновь метать сюрикены и доставать клинки для атаки, то я готовил усиленную взрывную печать. До того бадабума, который устроил Узумаки, мне, конечно, как до луны пешком, но бахнет все равно сильно.
  Противник первым рывком направляет кровь в первого клона, вторым, соответственно, во второго. Оба закономерно хлопают, а озадаченный противник начинает оглядываться, явно пытаясь понять, куда же исчез я. А я как раз бросил ему под ноги свиток и спешил смыться из области поражения. Печать концентрации, и бабах!
  Меня слегка обдало взрывной волной - пришлось цепляться чакрой за мягкую землю. Рельсы, на которых стоял Кетсуки, разворотило, сам он отлетел чуть в сторону и сейчас медленно поднимался. Внешних повреждений, что удивительно, я не видел.
  Все, этой мой шанс, возможно, единственный. Правая рука формирует ударную технику, левая создает иглу и отправляет ее вперед. Есть попадание, куда-то в плечо. Парень рычит, тихо что-то шепча, но продолжает медленно подниматься. Вторая игла, уже в колено, чтобы не прыгал особо. На третью уже нет времени, я в паре шагов. Парень успевает обернуться и будто хочет поймать мою ладонь с бушующей в ней сэн-чакрой. Результат закономерен, хотя...
  Техника на ошметки разносит левую руку Кетсуки вместе с плечом, но на этом исчезает. Все же я зарядил ее на полную, должно было его напрочь разорвать, но, видимо, сегодня его день. К сожалению, за один присест больше трех или четырех раз использовать эту технику я не могу, так что добивать не буду, он и так упал на землю, едва дыша. Бегу к барьеру, который спадать и не думает, вновь использую технику и успешно пробиваю его. Затягиваться не спешит, пора валить.
  - Похоже, я тебя недооценил, - отозвался уже севший Кетсуки. Что меня сильно напрягало, так это то, что его рука уже начала восстанавливаться. Биджу! Вот это регенерация! Я тоже так хочу! - Это было забавно. Как тебя зовут?
  - Наху...
  Что-то кольнуло внутри. Какое-то предчувствие.
  - Уингу. Так меня называют.
  - Ты тоже решил забыть свое имя, да? Еще увидимся, Уингу.
  - Да, еще увидимся, Кетсуки.
  Скользнув в проем, я скрылся в темноте.
  
  Глава 84.
  
  Как же мне не хватает Хьюги! Выбирался из катакомб я очень долго и мучительно, одно хорошо - никого на пути так и не встретил. Бежать из замка особого труда не составило, а вот потом начались проблемы. Карту я помнил достаточно подробно, на местности ориентироваться умел, но двигаться приходилось чертовски медленно и осторожно. Одно дело - напарник с глазами, а-ля рентген, спокойно обходящий стороной любую опасность. И совсем другое - я. Открытое пространство проходил только с маскировкой, в лесу двигался вдвое медленнее, чем обычно. И все же нарывался на редкие патрули. Остров был не сказать, что особо большой, и Ширубабурамби явно не желали, чтобы по территории шарились посторонние. Хоть группы юхеев только при большой удаче могли обнаружить синоби, но пренебрегать такой возможностью наши противники явно не собирались. Патрули были на всех дорогах, а порой и в лесу.
  Ночь тоже не добавляла удобства. Пусть люди и стояли на местах, разбив нехитрые лагеря, мне тоже продвигаться было не сказать, что комфортно. Где-то к утру я прошел холмистую местность и вплотную приблизился к небольшой скальной гряде, в недрах которой и запрятали свое убежище сеннины. Осмотревшись и прикинув перспективы, я решил заныкаться в укромное место и немного поспать хотя бы пару часов. Все же оставались у меня подозрения, что бывшее убежище Змеиного Отшельника будет как минимум охраняться. Удобным местом для меня стала толстая обломанная ветка дерева, едва заметная в густой листве. Пусть не так далеко от нее проходила дорога, может, шагов за пятьсот, но заметить меня здесь могли разве что сильные сэнсоры. Устроившись поудобнее, я быстро задремал.
  Вот только поспать мне так и не дали. Примерно через час по моим внутренним часам на дороге появилась странная процессия. Небольшая колонна из, по виду, беженцев, шла в сторону занятого Огнем берега. Я бы не обратил на них внимания, если бы колонну не подгоняли несколько всадников, временами прохаживающихся по спинам бредущих крестьян плетями, подгоняя их вперед. Зрелище... неоднозначное. Чего именно хотели добиться этим в Озере, я не понимал, вот никак не понимал. Сколько тут беженцев? Чуть меньше, чем полсотни. На берегу их встретят, примут, обработают и отправят подальше, чтобы не мешали. Как диверсия ход бесполезен при любом раскладе. Разве что...
  Лица многих крестьян были закрыты для меня, просто потому, что многие шли в шляпах. Станут ли наши проверять личности всех? Ну, фифти-фифти. Может, да, а может, нет. А шанс, что в этой толпе кто-то, кто хочет выбраться с острова? Нет, сомнительно. Блокады пока нет, у Озера еще как минимум один вполне действующий порт. Так что никаких проблем с тем, чтобы покинуть остров, пока нет. Или я все же чего-то не знаю? Подозрительно это все выглядит, очень подозрительно.
  Еще раз осмотрел это стадо. Ничего особенного: обычная крестьянская одежда, никаких знаков отличия или чего-то подобного. Люди тоже вполне обычные, разве что лица у них какие-то обреченные - так это нормально, война же идет. Всадники? Всадники. Как я сразу не подумал. Даже в войсках Огня кавалерии нет, а тут просто всадники. Форма отдаленно напоминает форму юхеев Озера, разве что богаче. Хм.
  Я некоторое время смотрел вслед удаляющейся процессии, после чего вернулся в свою лежку. Это было не мое дело, каким бы странным оно не казалось. Пропустят их наши - ну и скатертью дорожка. Мне своих проблем хватало с лихвой. Второй раз моя дрема продлилась чуть больше часа, когда с дороги вновь донесся цокот копыт. Выбравшись из укрытия, я рассмотрел все тех же всадников, в одиночестве возвращающихся обратно. Крестьян не было. Вопрос, как далеко они могли уйти? Плетущийся человек двигается со скоростью четыре пять километров в час. Эти едут со скоростью примерно двенадцать, тринадцать километров в час. Прошло немногим больше часа. Километра три, три с половиной. Что у нас по этой дороге на этом расстоянии? А черт его знает, на карте ничего отмечено не было. Но где-то в этом районе и искомое мной убежище.
  Сбросив остатки сна, я пробежался вдоль дороги. Найти то место, где процессия сошла с дороги, труда не составило. Здесь была хорошо протоптанная тропа, причем достаточно широкая, уходящая куда-то в скалы. Первым звоночком стало истерзанное тело, лежащее у тропы под кустом. Истерзанное явно зверем. Так, становится совсем не смешно. Маскировка, и дальше аккуратными шажочками. Если бы все это представление не происходило где-то рядом с тайным убежищем, хрен бы я сюда сунулся. Вот только если мне не изменяет память, а она у меня, хоть и стерва, но верная, то Орочимару занимался чем-то вроде биологических экспериментов. Злобный ученый, ага.
  Дальше тел становилось больше, и многие из них были сильно покусаны, некоторые порядком объедены. Зверь, подсевший на человечинку? Тогда почему местные водят ему жертвы? Что-то странное здесь происходит. Шаг за шагом я продвигался по залитой кровью тропе, стараясь эту самую кровь обходить. Не то, чтобы брезговал - просто так от меня самого кровью тащить не будет.
  Тропа перешла в узкое ущелье, и уже в нем я обнаружил первое шевеление. Что-то, что с такого расстояния описать было сложно, поедало трупик. Небольшое - не больше средней обезьяны, но почти лишенное шерсти. Кожа бледная и болезненно тонкая, через нее было очень хорошо видно вены и артерии, а также сами мышцы. Уши вросли в череп, глаза впали, челюсти также обезьяньи. На теле несколько оборванных кусков ткани. Второе подобное чудо сидело чуть дальше и так же насыщалось. Ну что же, господин разведчик. Из шпионского детективного боевика мы постепенно перетекаем в дешевый ужастик. Что же мне так не везет на подобные приключения? То мертвецы, пусть и не совсем реальные. То эти мутанты непонятные. Ну что за жизнь?
  Я прошел еще немного вперед, и под ногой хрустнул какой-то камень. Оба странных зверька спохватились, протяжно завизжали и дали деру куда-то вглубь ущелья. Итак, даем оценку. Таких тварей я здесь не видел - в учебниках, в смысле. Искусственно выведены, значит. А раз искусственно выведены, то по умолчанию относим их к творениям одного спятившего экспериментатора. И это, наверное, даже хорошо, ведь я нашел убежище, путь и случайно. Ну, надеюсь, что именно убежище. Твари, к слову, условно опасные. Не поодиночке, а именно в стае.
  Потратив немного времени на поиски подходящей палки, потом на обмотку ее и превращение в факел, и двинулся дальше. Пещера обнаружилась в самой глубине ущелья и особого доверия не внушала. Как ее вообще все еще не завалило, вопрос еще тот. Внутри - темень. Подпалив факел, я шагнул внутрь, практически сразу резко пригнувшись. Потолок был приспособлен разве что для этих лысых орангутангов, что поселило во мне сомнения - а вдруг это все же не главный вход?
  Изнутри доносились различные шумы, от капающей воды и ударов камень о камень, до взвизгов этих самых обезьян. И, похоже, они меня боялись, что даже несколько радовало. Меньше проблем. Пока полз по узкой дыре, ничего, кроме нескольких неровных кучек определенного содержания, так и не встретил. А выполз я в относительно большую пещеру, посреди которой расположился ключ. Вода казалась мутной и грязной, к тому же, из нее тянулись какие-то шланги. Хм, а вот это уже интересно. Трубопровод из грубых матерчатых шлангов уходил куда-то вглубь еще одной пещеры, где я уже вполне мог топать в полный рост. Здесь же нашлось несколько 'гнезд'. Ну как еще назвать спальные места, собранные в виде гнезда из самого различного хлама? Сами же макаки отступили к прочим пещерам, оттуда зыркали на меня и ругались на своем языке. По крайней мере, они не были опасными. Недолго думая, я направился в пещеру, куда уходили шланги, но быстро обломался, так как через несколько десятков шагов проход оказался завален. Ну, не может же быть все просто, верно?
  Сзади донеслись отчаянные вопли обезьянышей, на которые я вначале даже не обратил внимания. Ну, орут и орут, что такого? А вот потом стало не смешно. Новый рык, пронесшийся по пещерам, принадлежал чему-то куда большему, чем обезьяна. Я бы поставил на хищника, причем крупного. Крики макак стали еще громче, более того, добавилась какая-то обреченность. Шум, гам, крики, новый рык, после которого визг обезьян начал быстро удаляться. Звук хрустнувших костей, и все затихло. Мне даже любопытно стало. Насколько понимаю, это была чья-то охота, увенчавшаяся успехом. Развели, блин, зверинец. Разве что особого страха перед разного рода живностью у меня все равно не было. Человек куда опаснее всякого зверя, а уж синоби - и подавно. Так что, пусть и не теряя осторожности, я побрел обратно к выходу. Тсунаде описывала другой вход в их тайное место, и мне еще предстояло его найти. В пещере с озером совершенно ничего не изменилось, даже следов крови не было. Разве что живность тоже ушла. Я полез наружу, и уже ближе к выходу факел предательски потух. Догорел потому что.
  Выбраться на свежий воздух было приятно и...
  Шорох в стороне, и я рефлекторно хватаюсь за рукоять клинка, а также выхватываю кунай. Но в ущелье стояла какая-то девочка. Лет девять на вид, короткие волосы, платье из грубой плотной ткани, босые ноги. Она выглядела бы безобидно, если бы не обстановка, которая ее окружала. Согласитесь, далеко не каждый человек сможет стоять посреди ущелья, где растерзали полсотни человек, сохраняя полную невозмутимость.
  - Кто ты? Тебе нельзя здесь находиться! - выдала она.
  
  * * * * *
  
  В небольшой комнате, выделенной главе группы синоби от Кири, было тихо и сумрачно. Свет давала единственная свеча, стоявшая над небольшой не особо подробной картой островов. Несколько коек пустовало, и вообще не было похоже, что бы здесь кто-то жил. Обе группы синоби, выделенных в помощь Озеру, сейчас выполняли свои задания. И только Ао навис над картой, неторопливо поедая свой поздний завтрак. К его глубокому сожалению, ситуация на острове развивалась именно так, как он и предполагал. Уже сейчас Ао прекрасно понимал, что время Ширубабурамби начало обратный отсчет. Победа Огня и так-то была предопределена, а после молниеносной атаки на берег, увенчавшейся полным успехом Огня, даже о каком-то шансе затянуть конфликт и думать было нельзя. Сейчас уже начался второй бой в этой войне, и основные силы огня столкнулись со второй армией Озера. Фланговая атака провалилась, а если быть точнее, в ближайшие часы третья армия на место действия добраться не сможет. Небольшой шторм, начавшийся прямо на пути армии, заставил ее буквально ползком пробираться вперед, постоянно подтягивая орудия и повозки. Сам шторм не был какой-то техникой - все же для такого нужен, как минимум, синоби уровня Каге или близкий к нему. Но вот в том, что этот самый шторм синоби Конохи притянули с моря своими силами, Ао почти не сомневался. К вечеру армия Озера сократится еще на треть, последние силы уже развернулись назад и спешат к замку-столице, чтобы принять последний бой. Победа Огня стала делом времени. Похоже, пришло время выслать приказы об возвращении. Синоби Кири следовало убраться отсюда, пока такая возможность еще была. Прорывать блокаду Ао не хотелось совсем.
  В коридоре раздался шум, кто-то кого-то толкнул, послышались приглушенные голоса. Наконец дверь в комнату открылась, и на пороге появился Кетсуки. Парень снова что-то чудил, отделившись от всех сразу после окончания первого сражения. Где он пропадал почти день, Ао не знал, но не особо и хотел. Роль нянки ему импонировала меньше всех остальных.
  - Ао-сан, - Кетсуки снизошел до поклона, причем вполне почтительного.
  Только сейчас глава отряда заметил, что левый рукав его синоби безвольно болтается ниже локтя.
  - Что с твоей рукой?
  - Небольшая травма, к завтрашнему утру полностью заживет.
  Пришлось невольно поморщиться. Способность отращивать себе утерянные конечности все еще слегка пугала опытного синоби. Особенно пугало желание проверить, если открутить наглецу голову, он сможет и ее отрастить?
  - Небольшая?
  Парень стянул свободной рукой свою маску и обозначил невинную улыбку.
  - Именно. Не о чем беспокоиться, Ао-сан.
  - Где ты пропадал все это время?
  Вместо виноватого выражения Кетсуки расплылся в ее большей улыбке, на этот раз практически искренне радостной.
  - Я принес вам подарок! - на стол Ао легла небольшая красная сфера. - Это бъякуган.
  Опытному синоби потребовалось все его самообладание, чтобы с невозмутимостью принять этот факт. Вероятность того, что Кетсуки лжет или шутит, Ао даже не рассматривал. Парень мог с детской непосредственностью говорить правду, причем даже неудобную, и в лицо, но практически никогда не врал. А уж когда дело касалось чего-то серьезного, так и подавно. Обескураживать окружающих чистой правдой ему нравилось куда больше, чем привирать. Но поверить в то, что ему действительно удалось вытащить из Хьюги его додзютсу, да еще и не повредить в процессе...
  - Что с самим... донором?
  Кетсуки сел на край кровати, немного поглаживая отсутствующую руку. Временно отсутствующую.
  - Жив. За ним явились двое его товарищей и спасли. После ритуала извлечения я был несколько не в форме - все же очень тяжелая процедура, и не смог дать достойный отпор. Один из спасателей навязал мне бой, а второй схватил пленника и дал деру. Мне еще повезло, синоби Листа едва мне голову не оторвал, но я все же успел ослабить его технику, подставив свою руку, - все это парень рассказывал с довольной ухмылкой, будто все происходящее было в порядке вещей.
  - Что-то необычное, о чем мне стоит знать? - выдавил из себя Ао.
  Кетсуки задумался, но почти сразу просиял:
  - Да, есть кое-что. Оба синоби были облачены в странную форму, какой не было даже на первых встреченных нами бойцах. Эта одежда ослабляла мои способности, я с трудом почувствовал одного, тоже Хьюгу. Второй вообще казался мне невидимым - мои способности его не чувствовали, Ао-сан. Дрался на уровне хорошего тюнина, немного не дотягивал до специального дзенина, дважды воспользовался техникой 'А' ранга. Сильной техникой, если бы не мои способности, меня бы в пыль превратило и развеяло. Попадать под такой прямой удар я никому не советую. Даже вам, Ао-сан.
  - Даже так. Что-то еще?
  Ао постоянно сражался с желанием схватить сферу и проверить, действительно ли внутри глаз с одной из сильнейших техник глаз в мире.
  - Нет, про синоби противника все, больше ничего необычного не показали. Пересадить вам глаз, Ао-сан, я смогу, как только восстановлю руку. Процесс не займет много времени, но вы некоторое время пробудете без сознания.
  Ао все же перевел взгляд на маленькую сферу, кажущуюся сейчас такой хрупкой в неровном свете горящей свечи.
  - Иди, отдыхай. Вскоре мы покидаем страну Озера.
  - Слушаюсь, Ао-сан, - вновь поклонился Кетсуки, и, вскочив с кровати, вышел за дверь.
  За такие подарки Ао действительно готов был очень многое простить излишне наглому молодому синоби. Взяв со стола сферу и покрутив ее в руках, убедившись, что сломать ее будет достаточно проблематично, синоби спрятал ее в одном из многочисленных карманов. Рано, очень рано старейшины сбросили Ао со счетов - теперь он не только вернет себе зрение, но и сумеет восстановить свой статус в деревне.
  
  Глава 85.
  
  - Тебе нужно уйти! Уходи! - продолжила прогонять меня девочка.
  Некоторая нереальность происходящего повергла меня в легкий ступор, но ненадолго. Девочка сама по себе видимой опасности не представляла, а расстояние было немаленьким, так что и неожиданно обрушить на меня какую-либо технику она не сумеет. То, что она странная, мы пока опустим и взглянем на картину в целом. Кто-то или что-то растерзало полсотни человек. В том, что это сделали те обезьянки, я несколько сомневаюсь - не тот масштаб. Ну не могу я представить, как эти недоразумения набрасываются на толпу людей и зверски их убивают. Трусливые они для этого слишком. Значит нечто иное, что, если вспомнить произошедшее в пещере, напало и на самих обезьянок и слопало одну из них. А сразу после этого я вижу на месте трапезы маленькую девочку, к этой самой трапезе относящуюся вполне спокойно. И даже отгоняющую меня отсюда. Значит, такое жертвоприношение она видит не впервые. А значит, со всем этим как-то связана. А раз уж я установил, что произошедшее связано и с искомой мною подземной лабораторией, отсюда вывод.
  - А я как раз тебя и ищу, - спокойным голосом ответил я - спугнуть раньше времени не хотелось.
  Девочка сразу ощутимо занервничала, видимо, ждала совершенно иной реакции.
  - Я - проклятие этого острова! Ты погибнешь, если сейчас же не побежишь прочь!
  О, какие громкие слова, хм. А сколько убежденности в собственной правоте - в ней умирает великолепная актриса.
  - Я же сказал, что именно тебя и ищу.
  Вот теперь она испугалась, что-то осознав. Ну, значит, вся эта бравада действовала на местных жителей, а вот вояки, незнакомые с легендами, предпочитали гнать ребенка взашей. Хотя я могу ошибаться, ведь те же вояки привели сюда людей. Блин, как-то все странно и нелогично.
  Испугавшаяся девочка дала деру. И пусть для человеческого ребенка бегала она очень шустро и уверенно - возможно, из нее кроме актрисы еще бы и синоби вышла - убежать от меня она бы не смогла. А я не пытался ее догнать, включив маскировку, сохранял некоторую дистанцию, ведь куда побежит человек, а в особенности ребенок от опасности? В место, которое считает безопасным. А раз она называет себя проклятием, то и побежит к какому-нибудь проклятому месту.
  Биджу! И чем мне, практически профессиональному убийце, приходится заниматься? Следить за девочками. Тьфу!
  Бегала она долго, пока не выдохлась. Забравшись в какое-то дупло в жиденьком лесу, деваха временно схоронилась там, изредка выглядывая из укрытия.