N02far: другие произведения.

Арка 8

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa

  АРКА 8.
  
  Глава 80.
  
  Хлопок выстрела оказался неожиданно тихим. Но в этот раз Като уклонился. Снаряд прошел над его плечом с весьма приличной скоростью и рванул где-то за спиной. Като вскинул руку, атаковав лучом сенчакры. Противник вскинул правую руку перед собой, будто держа щит. На его руке раскрылся механизм, на миг ярко засветившийся красными печатями. И луч Като врезался в щит из, похоже, сенчакры, и растворился. Противник тут же направил раскрытую ладонь на Като и вновь выстрелил.
  Като шагом ушел в сторону, но противник просто развернул в него руку и продолжил стрелять. Пушка в его руке выдавала новый снаряд каждую секунду, заставляя Като двигаться. Но сеннин был значительно быстрее даже летящих на приличной скорости снарядов. Новая атака лучом сенчакры ничего не дала, разбившись о щит. Просветить противника своими способностями не получалось. Сеннин.
  Решив, что на дистанции ловить нечего, раз с собой никакого оружия у Като нет, он пошел на сближение. Замерцав, Като попытался атаковать сразу с двух направлений. Но в последний момент противник ускорился и блокировал сразу оба удара. А затем и еще два, и даже третье мерцание не дало результата. Като почувствовал откат и остановился на миг за спиной человека в плаще, сразу получив удар ноги в живот.
  Пробив своим телом стену замка, он упал на землю, кашлянув.
  - Не помню, когда меня в последний раз так прикладывали...
  Пришлось резко уходить в сторону, чтобы не попасть под очередной снаряд.
  - Зря ты меня разозлил...
  Разгоняя сенчакру, Като взглянул на мир другими глазами. Вновь запуская мерцания в этот раз он оказался быстрее. Противник левой, закованной в матово-черную броню, рукой отбил первую атаку, а второй удар достиг цели. Удар, способный превратить обычного, не специализирующегося на тай, дзенина в кровавое месиво на земле. Но противник лишь качнулся, отступив на один шаг, и снова направляя на Като свою руку-пушку. Пользуясь преимуществом в скорости, Като нанес еще несколько ударов, не уступающих первому по силе. Металл доспеха противника гудел от нагрузки, земля под его ногами трескалась, но он стоял. Более того направил руку на голову Като, готовя выстрел. Като перехватил его ладонь своей, чтобы заблокировать снаряд в стволе. Но не тут то было, пушка выстрелила. Снаряд остановился, врезавшись в ладонь сеннина, и детонировал, выплевывая вперед струю раскаленного жидкого металла. Раскаленная струя прожгла ладонь насквозь, и набросилась на лицо, сжигая кожу и кости.
  Като отшатнулся, успев свободной рукой создать луч сенчакры и полоснуть по груди и лицу противника, прежде чем прыгнуть назад, разрывая дистанцию. Он тряхнул головой, сбрасывая с лица раскаленный металл, и выплюнул то, что попало в рот. Зрение восстановиться еще не успело, но он и так заметил очередной летящий в него снаряд.
  Он прыгнул в сторону, сбивая следующий снаряд тонким лучом сенчакры. И, предотвращая еще одну атаку, пустил лучи уже с двух рук сразу. Но они так же рассыпались от щита противника, как и раньше.
  - Все! Мне надоела эта игра! - светящиеся изнутри жилы полностью покрыли руки и голову сеннина, а за его спиной появилось два сотканных из света крыла. - Сейчас тебе будет больно.
  - Я не чувствую боль, - ответил противник.
  Алые печати на его правой механической руке засветились еще ярче, как и глаза, а из сочленений доспеха на левой руке пошел заметный белый свет. Луч сенчакры, которым Като успел его достать, лишь срезал плащ и оставил оплавленную полосу на металле доспеха и лицевой броне. До этого момента он лишь медленно приближался, не делал резких скачков с места на место. Но скорость его ударов едва уступала скорости ударов Като. На короткой дистанции они были равны. Почти равны.
  Като шагом переместился к противнику, нанося удар. Противник поймал кулак левой рукой, а двумя выскользнувшими из ножен между пальцами клинками нанес ответный удар, воткнув их в грудь Като. Но сеннин взмахнул крыльями, подняв себя и противника в воздух, чтобы нанести удар сверху и отправить наглеца в полет до земли. Но перед падением враг высвободил скрытое в руке оружие, клинок с шипами на цепи. Шипы застряли в груди Като и, когда противник врезался в землю и дернул на себя цепь, Като полетел за ним. Чтобы у самой земли получить ответный удар снизу вверх, едва ли уступающий по силе его собственному. Короткий полет вверх, и цепь снова натягивается, чтобы снова дернуть его вниз, чтобы низвергнуть с небес. Като падает лицом на землю, и на спину ему тут же наступает тяжелая ступня доспеха.
  Противник хватает его за крыло, и заносит вторую руку для удара. Но Като взмахивает вторым крылом, сбрасывая с себя врага, и сам поднимается на ноги, не спеша атаковать. Противник поднимается, но и сам не атакует.
  - Катон: Техника Огненного Шара!
  Пламя прилетает откуда-то сбоку, облизывая незваного гостя, но тот, кажется, даже не обращается на нее внимания. Сразу за техникой прилетает и Саске, держа два своих клинка наготове. Но противник лишь с видимой ленцой отмахивается от нескольких выпадов, прежде чем сильным ударом отбросить Учиху в сторону. Така врезается в старый сарай, уже побитый падением Като, но быстро выбирается из него, покрываясь вязью проклятой печати. Однако на его пути встает другой противник в дорожном плаще. Като с некоторым трудом и удивлением узнает в нем Заку.
  Оказавшаяся поблизости Миина также вступить в бой не успела, нарвавшись на другую куноити, пришедшую вместе с противником. Еще к общей заварушке присоединилась Шизуне, но ее блокировал какой-то блондинистый парень. Шестерка синоби уже готова сцепиться в поединках, но Като выкрикивает:
  - Стоп! - добавляя к слову мощную волну Ки.
  Добившись внимания, он поясняет:
  - Я только что купил этот замок. Конечно, собирался все здесь капитально перестроить, но разрушать его не надо, пожалуйста.
  Несколько мгновений ничего не происходило, пока противник не подтвердил своим тяжелым голосом:
  - Назад.
  Заку, блондин и неизвестная куноити тут же отскочили к нему, а также к ним присоединились еще трое синоби, в одном из которых Като узнал старика Синдзи.
  - Кто ты такой? - спросил Като, глядя прямо на сеннина.
  - Кто Ты такой? - вернул ответ тот.
  Саске, Шизуне и Миина подошли к Като, держа гостей под наблюдением. Миина не могла не узнать Синдзи, а вот ее он признать бы не смог. Но вообще ситуация была, мягко говоря, странная. Като улыбнулся противнику:
  - Это ты тут под Черного Мечника косишь. Если еще Кровопийцу найдешь для полноты образа, вообще не отличить будет, - озвучил Като свои мысли, понимая, что понять его может только тот, кто...
  А вот как объяснить то, что он подозревал, сеннин сам себе ответить не мог.
  - Кью, может, объяснишь ситуацию? - высокая черноволосая куноити, глаза, не скрытые тканью, которой наводили на мысли об Орочимару.
  - Кьюджин? - изогнул бровь Саске, выражая одновременно непонимание и вопрос, обращенный к Като.
  Из чудом не пострадавшего основного корпуса замка вышла Ино, медленно подойдя к Като. Сеннин не стал ее останавливать, понимая, что бой уже закончился. А вот выяснение сложившегося положения только началось.
  - Как ты выжил? - спросил... Кьюджин?
  Като пожал плечами:
  - Сыграл в кости со смертью и выиграл.
  Куноити, похожая на Орочимару, хмыкнула:
  - Знакомая шутка.
  Ино взволнованно всматривалась в светящиеся под слегка порванным капюшоном глаза Кьюджина, прежде чем взять Като за руку:
  - Като... Кто это?
  Но сеннин лишь пожал плечами:
  - Я не думаю, что могу ответить на этот вопрос.
  Синдзи покосился на Кьюджина:
  - Может у тебя есть объяснение? Или хоть предположение?
  Но Кьюджин молчал, ничего не выражая, если не считать чувствительные, но кратковременные всплески Ки.
  - Сенсей, так чего делаем? - молодой блондин, выглядевший индифферентным к происходящему, забросил руки за голову и посматривал по сторонам, будто примерялся к ближайшим зданиям.
  - Сенсей? - Като улыбнулся. - Снова берешь учеников, Палач Городов?
  Тот медленно выпрямился и опустил голову вперед, отчего глаза скрылись под тканью капюшона.
  - Нет. Ты - Палач Городов. Ты - Кьюджин. А я - лишь прах. Я - Курохай. Така, когда закончишь здесь, мы встретимся в Конохе, я снова займу свой дом в квартале. Хватит Корню прохлаждаться.
  Развернувшись, он пошел к выходу, будто ничего и не произошло. Его компания, восприняв это, как должное, спокойно потопала за ним. Несколько опешившие от такого поворота событий пятеро оставшихся синоби проводили их взглядами, после чего Саске озвучил общую мысль:
  - И что это... - от мата он сумел воздержаться, - было?
  Като, не без облегчения расслабившись и вернувшись в спокойное состояние, ответил, насколько мог:
  - Не знаю, как это возможно, но у него... он... - сеннин поморщился, - биджу! Он почти моя копия.
  - Почти? - озвучила Миина общий вопрос.
  Като пожал плечами:
  - Говорю же, без понятия, как это возможно. Но я в себя пришел пару недель назад. А он явно уже давно, даже Синдзи успел найти, хотя мы со стариком и договаривались о том, как я буду его искать, но...
  - Синдзи? - Учиха ухватился за эту деталь. - Синдзи Узумаки? Считающийся убитым, кстати, тобой.
  Миина кивнула:
  - Да, это он.
  - А почти... - будто проигнорировав их, продолжил Като, обернувшись к жене и приобняв ее за плечи, - Потому что он не дал о себе никакой вести. Я бы так не поступил... наверное.
  Ино выразила свое крайнее недовольство последней оговоркой мужа.
  - Что значит: наверное?
  - Мое состояние можно характеризовать как: условно жив и относительно здоров. Но мое тело держится на моей технике, и без нее я практически сразу исчезну, или умру, смотря как называть. Но в остальном я живой. А он... Он сказал, что не дышит, и не чувствует боли. Да и этот доспех...
  Саске помотал головой:
  - Так! Я теперь еще раз! Биджу тебя задери! Ты исчез! А теперь появляешься, да еще и во множественном числе! Что, нахрен, происходит!? И что еще за Черный Пепел?
  Като пожал плечами:
  - Полагаю, не стоит распространять новость о том, что Кьюджинов почему-то стало двое, верно? Он будет ждать тебя в Конохе. Вот там и поговорите.
  Саске сложил руки на груди:
  - Давай я тебе по морде врежу, чтобы мозги людям не пудрил, а?
  Но Миина встала на сторону Като:
  - Саске, ни кто из нас не понимает, что происходит. Может, догадывается, - она покосилась на Като, но тот отрицательно покачал головой, - но он прав. Расспросим этого... Курохая.
  Сеннин кивнул:
  - Сначала вернемся в столицу, в наше поместье, - он чуть плотнее прижал к себе Ино, - поговорим, обменяемся, так сказать, информацией. Я, в целом, в курсе ситуации, да и рассказывать мне особо нечего. Но хоть поговорим.
  - Като, - Ино все еще смотрела в ворота, в которых исчез Курохай, - если он похож на тебя, то...
  - Почему он проигнорировал тебя? Я не знаю, - сеннин пожал плечами. - Пару секунд ему бы хватило, чтобы оценить состояние твоего здоровья, а по внешнему виду он мог составить представление о твоем самочувствии, но... Я не знаю.
  Он действительно был растерян не меньше других, просто привычнее встречал неожиданные удары судьбы. Понимал, что этому есть какое-то объяснение, пусть он и понятия не имеет - какое.
  
  * * * * *
  
  Группа синоби двигалась по лесу, удаляясь от места скоротечного боя. Никаких расспросов, никаких разговоров. Некоторым из них было плевать на произошедшее. После всего, что они уже видели, такие мелочи от их лидера были уже чем-то привычным, или около того. А те, у кого были вопросы, держали их при себе и не лезли. Сам все расскажет, когда придет время. Об имени "Курохай" договорились заранее. Представляться на каждом шагу Кьюджином он посчитал непозволительной роскошью. Но не думал, что имя станет актуально столь скоро.
  Сигурэ посматривала на лидера, отлично понимания, что он ее ощущает, и ждала, когда он, наконец, обратит внимание на нее. Но Курохай продолжал вести свою небольшую банду через лес, не так быстро, как обычно двигались опытные дзенины, и по какому-то своему собственному маршруту. Остановился он только через несколько часов пути, выбрав удобную для этого полянку.
  - Привал, - отдал сеннин короткую команду, а сам отошел в сторону.
  Сигурэ, бросив свою сумку к остальным, пошла за ним. Он ее, конечно, не звал, но девушка хорошо знала, когда можно вести себя нагло.
  - Кью?
  - Не стоит назвать меня этим именем. Тем более - сейчас.
  Сигурэ улыбнулась:
  - Лицо этого парня... Он прямо один в один ты... Ну, когда мы были в долине, у тебя было такое же лицо.
  - Если хочешь спросить - как это вышло, я тебя разочарую. Я не знаю.
  Куноити пожала плечами.
  - Да мне все равно. Ты не стал пытать меня на тему моей связи с Орочимару. И я тоже не смогла бы ответить, даже если бы хотела. Я не знаю, как и почему. Просто проснулась когда-то уже молоденькой девушкой, похожей на него, как сестра-близнец.
  Кьюджин, точнее Курохай развернулся. Плащ, под действием многочисленных наложенных на него Узумаки печатей медленно восстанавливался и принимал свой первоначальный вид.
  - У нас разные ситуации. Орочимару мог создать клона, или изменить постороннего человека, передав себе свои гены. Но не память, и не душу.
  - Тебя это беспокоит?
  - Нет. Меня вообще ничего уже не беспокоит.
  - М? - Сигурэ вопросительно изогнула бровь.
  Курохай несколько секунд молчал, но все же объяснил.
  - С того самого момента, как я очнулся... Все это время... Мне казалась, что я мертвец, притворяющийся живым. Что я обманываю всех, и себя в первую очередь. Лишь воспоминания... Я ждал этого мгновения. Я все это время ждал. Каждый раз, оставаясь в одиночестве, я думал об этом мгновении. Мгновении, когда увижу ее. Я ждал нашей встречи...
  - Та блондинка? - улыбнулась куноити. - Она симпатичная.
  Было приятно знать, что в этом существе огромной силы еще осталось нечто человеческое.
  - Я ждал этого мгновения. Я увидел ее. Хотел обрадоваться, но ничего не почувствовал. Понимаешь? Совсем ничего не почувствовал. Последняя нить оборвана. Прошлого для меня больше нет. Осталось только настоящее. В этом мы с тобой похожи. Я насмехался над твоей верой в свое предназначение. Но я еще хуже. У меня нет привязанностей, нет причин идти к поставленной самому себе цели. Я чужак в этом месте. И как только моя цель будет достигнута, мне останется только исчезнуть.
  Куноити грустно улыбнулась.
  - Это грустно, но, думаю, я тебя понимаю. Первое время я себя чувствовала потерянной, лишней. Ненужной. Быть всего лишь чьей-то копией... - она поморщилась. - Не то ощущение, которое я снова хотела бы пережить.
  Курохай ответил не сразу:
  - Орочимару мертв. Ты больше не копия. Да и я отступать не собираюсь. Ощущать пустоту внутри неприятно, но не смертельно. И заскучать нам не дадут. Иди, отдыхай. В Конохе у нас может и не быть на это времени.
  
  Глава 81.
  
  Открыв ударом ноги скрипучую дверь, Инахо ввалился в бар, стянув с лица постылую тряпку. Он уже почти готов был согласиться с Суйгетсу в том, что им не повезло с Суной. Проклятая пустыня, проклятый ветер и проклятый песок. Хуже и придумать сложно.
  Впрочем, ни в каком другом месте у него бы не срослось так, как в Суне. Ни в одной другой Великой Скрытой Деревне ситуация не могла бы скатиться в такую задницу, в которой пришедший из ниоткуда отморозок был бы принят с распростертыми объятьями. Да, плохие моменты в истории любой деревни бывали. Но никто в Облаке и в страшном сне не придумает ситуацию, в которой проходимец будет иметь обоснованные притязания на шапку Каге. В Суне, наверное, до недавнего времени, то же мало кто мог себе такое представить... Хотя...
  - Все еще не могу поверить, что ты просто все отдал...
  Суйгетсу, покупавший выпивку, хмуро смотрел на деньги, с которыми расставался. Парень тяжело перенес расставание с награбленным добром.
  - Как же ты меркантилен, мой друг. Запомни: все, что можно купить за деньги - уже дешево!
  - За деньги, которых у нас уже нет! - возмутился он.
  Инахо оскалился:
  - Не понял. С каких пор МОЕ добро стало вдруг НАШИМ добром? А? С самого начала все принадлежало мне, и только я мог решить, куда это тратить.
  Девушка за стойкой, опасливо глянув на Сенджу, решила быстрее отдать выпивку и отойти подальше.
  - Ну, да... - признал Суйгетсу. - Но я не думал, что ты так просто все отдашь...
  Инахо покачал головой:
  - Совсем не просто, и не отдал. Я приобрел нечто куда более важное, чем это барахло.
  Они вдвоем прошли в темный угол и сели там. Но Инахо пить не стал, достав два свитка. Один, уже исписанный его аккуратным почерком, а второй, пока только заполняемый. Техника Бога Грома. Будь его стихией райтон, Инахо, возможно, уже решил бы связанные с техникой проблемы. Но пока она оставалась для него недоступной. Однако он не оставлял попыток подстроить технику под себя. В очередной раз, не без затаенной злобы, он вынужден был признать, что те знания, которые ему передал сенсей, были незаменимы. Орочимару, конечно, тоже помог, но в меньшей степени.
  - Как думаешь, сколько времени эти придуркам потребуется? - спросил быстро заскучавший Суйгетсу.
  - Полчаса, не больше. Если не будет неприятностей.
  - И на кой хер тебе этот барыга? - не унимался парень. - Обычно ты не слишком щепетилен, а тут прям визит вежливости.
  - Он может кое-кого для меня найти. Или укажет, где мне искать и у кого спрашивать, - ответил Сенджу.
  - Да? И кого ты ищешь? - продолжал расспросы Суйгетсу.
  Ему бы уже заткнуться и не капать на мозги Инахо. Но Хозуки было скучно, а Сенджу было лень бить морду спутнику из-за таких мелочей.
  - Одну сучку из Конохи.
  - Родственница? Любовница? Или хочешь ее убить?
  Инахо вздохнул, подняв взгляд на друга.
  - Суйгетсу, иди, доебись до кого-нибудь другого.
  Парень оскалился своей акулей улыбкой:
  - Сложно рассказать?
  - Сложно потерпеть? - парировал Инахо.
  Но в ответ получил еще уверенный кивок:
  - Еще как. Мы таскаемся по пустыне. Ты никому ничего не объясняешь. Я даже понятия не имею, о чем ты там договорился с высокой стороной.
  - Меньше знаешь - крепче спишь, мой водянистый друг, - ухмыльнулся Сенджу. - Все, что тебе сейчас нужно знать, ты уже знаешь. А о своих планах я не рассказываю, потому что у меня их нет. Как получиться, так и получиться. Я лишь прикладываю усилия к тому, чтобы получилось так, как я хочу. Ну, или близко к тому.
  Суйгетсу помолчал, а затем спросил.
  - Один вопрос. Ответишь, и я отстану. Мы еще будем устраивать большие налеты? Большие драки? Или что-то типа того?
  Инахо кивнул:
  - Обязательно. В этом можешь даже не сомневаться.
  В бар ввалились нукенины Суны, которых Инахо взял с собой. Оглядевшись и найдя главаря глазами, они подали короткий знак.
  - Вау. Даже быстрее, чем я думал. Пошли, поговорим с местным бугром, - убирая свиток, Сенджу поднялся.
  Выходить на улицу не хотелось. Пыль, солнце, ветер. Все это успело ему осточертеть за последние дни. Но дело не ждало. Время. Сейчас время было главным противником Инахо. Оно утекало, как песок сквозь пальцы. Очень скоро ему будет просто некогда бегать по поручениям этой Сунахамы. У него есть время, пока не началась война. Но этого времени осталось очень мало.
  А бугор устроился неплохо. На территории его поместья, закрытого от посторонних высокой стеной, даже росла зеленая травка. Собственный оазис, так сказать. Суйгетсу пускал слюни на плещущихся в воде полуобнаженных девиц, а Инахо прикидывал размеры тайного хранилища под особняком. Там даже была какая-то защита, не позволяющая почувствовать того, что внутри, но Инахо было достаточно и размеров схрона. Маловато. Ему нужно нечто большее.
  - Хм... Так и свихнуться недолго, - погладив виски, прошептал он.
  Вопрос: "Где достать огромную сумму денег?" все еще был открытым. И все еще не шел у Инахо из головы.
  Их проводили в просторный зал, практически битком набитый охраной бугра, а сам он, полноватый мужчина среднего возраста, сидел на широком дорогом кресле. Не толстяк и не жирдяй, а просто полноватый, вполне здоровый, наверняка даже у противоположного пола не вызывает отвращения.
  - Какой интересный гость, - улыбнулся мужчина. - Мне называть вас Ишифурье? Или как-то иначе?
  Инахо поморщился. Теперь стала ясна причина такого количества шестерок бугра. Однако сам мужик напуганным не выглядел, или хорошо скрывал свой страх.
  - Вижу, дурная слава бежит вперед меня.
  - Не без этого, - кивнул мужчина. - Насколько я понимаю, вас интересуют некоторые мои услуги. Так чем могу быть полезен?
  - Я ищу кое-кого. Человека вашего поля деятельности. Куноити, нукенина, работающую, в основном, в Стране Огня. Имеет доступ в Коноху, и ее нет в книге Бинго. Сама ничего не делает, занимается только организацией и подбором людей. Имени не знаю...
  Мужчина улыбнулся:
  - А ее имени никто не знает. Я понимаю, о ком вы говорите.
  Сенджу улыбнулся:
  - Это облегчает дело, а? Как мне ее найти и сколько вы хотите за информацию?
  В другой ситуации Сенджу бы размазал его охрану по стенкам, а его самого подвесил вверх головой и заставил петь. Но Сунахама настояла, чтобы он воздержался от подобных действий на ее территории. Приходилось быть вежливым. Пока. Когда он наденет шляпу, с этим хорьком и ему подобными у Инахо разговор будет коротким.
  - У-у-м-м... - задумчиво протянул мужик, что-то обдумывая. - Вот так сразу я мало что могу сказать. Она девушка очень скрытная, и мало у кого есть с ней прямой контакт. Так что могу лишь посоветовать искать в Стране Огня.
  Инахо уже готов был развернуться на месте и продолжить путь, но его остановила следующая фраза:
  - Вообще-то у меня есть для вас предложение, которое устроит нас обоих.
  Сенджу, стоя вполоборота, отрицательно покачал головой:
  - Сомневаюсь. Меня не интересуют деньги, зато я очень ценю свое время. Очень ценю.
  Мужчина улыбнулся:
  - Понимаю, и даже одобряю такой подход. И тем более мое предложение вас заинтересует. Ведь я хочу предложить вам сэкономить ваше время.
  Инахо все же развернулся лицом к бугру, кивнув:
  - Излагай.
  - Я подтяну свои связи, - с готовностью начал тот, - и приложу все усилия для поиска интересующей вас особы, даже о встрече постараюсь договориться, если она сама согласиться, конечно же. Это сэкономит ваше время, ведь не придется искать самому, прочесывая Страну Огня.
  - Допустим. А что должен сделать я?
  Мужчина кивнул одному из своих людей, и через минуту тот вернулся с небольшой карманной картой. Картой Страны Ветра. На юге страны была сделана яркая отметка.
  - Видишь отметку? В этом месте пару месяцев назад нашли какие-то старые руины. Вроде как это город Роуран, исчезнувший во время последней войны. Да только две группы моих ребят, посланные для осмотра, так и не вернулись. Я хочу, чтобы бы ты сходил туда, посмотрел, что к чему, и вернулся, рассказав мне. Может, там и нет ничего, а может и есть. Я хочу знать наверняка.
  Инахо задумался.
  - Роуран? Городок, вроде, не бедствовал?
  - Да, - кивнул мужик. - Если захочешь долю в сокровищах, которые я смогу оттуда вытащить, мы договоримся.
  Заманчивое предложение. И время не на пустые поиски тратить. И возможность обогатиться есть. Если там действительно нечто стоящее, то Инахо заберет себе все, это и так понятно. Но вот как узнать - почему пропали уже посланные туда группы?
  - Кого ты туда посылал? Обычных людей?
  - Сначала обычных людей, - пожал плечами бугор, - а потом и пару синоби из своих. Не самых сильных. Не хочу зря рисковать, знаешь ли.
  - Оно и видно, - кивнул Инахо.
  Взяв карту в руки, он на секунду напрягся, запоминая ее, и вернул обратно.
  - Кто еще знает об этом месте?
  - Да много кто, - пожал плечами мужик, - только никому дела нет. Считается, что это место проклято, или вроде того. Да только я в эти байки не верю.
  - Я тоже, - кивнул Сенджу. - Проклятий не бывает, бывают ушлые умники, желающие захапать больше, чем способны унести.
  Бугор одобрительно кивнул:
  - Рад, что в этом наши позиции сходятся. Так что? Я могу на тебя рассчитывать?
  Инахо еще немного подумал, и кивнул:
  - Хорошо. Я проверю, что там. Но к моему возвращению у тебя должна быть конкретная информация. Место встречи, или, как минимум, где ее видели в последний раз не больше, чем пару дней назад.
  - Все будет в лучшем виде, - пообещал бандит.
  Развернувшись, Инахо пошел к выходу. Уже за пределами особняка Суйгетсу недовольно протянул:
  - Снова пустыня...
  - Это не займет много времени, - обрадовал его Инахо. - Я не потащу туда всю группу, сбегаем вдвоем. Ну, может Зулонг составит нам компанию. Остальные пусть сидят здесь.
  - А если там все же есть, что выносить? - ухмыльнулся Хозуке.
  Но Сенджу ответил ему примерно такой же ухмылкой:
  - Я же сказал, возможно, Зулонг составит нам компанию. Поможет охранять добро, если что.
  Суйгетсу понятливо покивал, а затем спросил:
  - Слушай. А та баба, о которой вы говорили. Ты ее знаешь?
  - Мы немного работали вместе, - кивнул Инахо. - Но не думаю, что я ее знаю. Слишком мало она о себе рассказывает. Я Зулонг лучше знаю, чем ее. Ладно, вернемся в лагерь, а оттуда в путь...
  
  Глава 82.
  
  - Сразу завалишься в резиденцию? - не скрывая наглой ухмылки, спросила Сигурэ.
  Курохай не ответил, продолжая уверенно следовать вперед. Кроме него в Конохе бывал только Джису и, мельком, Синдзи. Но Узумаки в этом районе не бывал, и не знал, куда они держать путь. А Джису мог только догадываться. Но, когда группа миновала врата клана Учиха, вопрос с местом назначения отпал.
  - Учихи? - Синдзи поморщился. - Нам действительно сюда нужно?
  - Здесь был мой дом, - наконец снизошел до ответа сеннин.
  - Был? - зацепилась за это слово Фу.
  Другому бы Курохай не ответил, но ей...
  - Теперь я не уверен.
  Дом остался на месте. Ранним утром на улице еще было мало людей, да и этот квартал никогда не был людным, даже открывшиеся здесь лавки, принадлежавшие клану, торговали не дешевой штучной продукцией, не подходившей простым горожанам. Горожанам все это было не по карману. Но сейчас на группу синоби никто не обращал особого внимания. Курохай немного постоял перед домом, молча глядя перед собой. Так ничего и не сказав, он пошел вперед, открыл дверь и зашел внутрь, крикнув остальным.
  - Заходите.
  Команда ввалилась внутрь и немного огляделась. Обычный дом, разве что немного заброшенный. Сигурэ, оглядевшись, хмыкнула:
  - Я ждала чего-то более грандиозного. Но, оказалось, ты жил, как обычный человек.
  Курохай ее реплику проигнорировал.
  - Фу, Дейдара, Сигурэ, Заку. Обживайтесь, - бросил он. - Синдзи, Джису - за мной.
  И, не дожидаясь ответа, сам же первым вышел на улицу. Узумаки и бывший нукенин вышли за ним, но успели услышать, как Фу охает от неожиданности, когда Сигурэ подхватывает ее на руки с криком:
  - Второй этаж наш!
  Курохай уверенно шел по улицам, но явно не к центру города.
  - Мы снова не в резиденцию?
  - Да, и нет. В резиденцию, но не Хокаге, - ответил сеннин.
  Синдзи посматривал по сторонам, немного нервно, особенно его напрягали синоби.
  - Мы тут все еще на птичьих правах. Не хотелось бы, чтобы на нас обратили внимание. Как мы будем с ними объясняться?
  А на Курохая внимание действительно обращали, слишком приметно он выглядел. Но Джису хмыкнул:
  - Посмотрел бы я, как они нас остановят.
  Но Узумаки его осадил:
  - Включи мозги. Мы в Конохе. Здесь - никаких драк.
  Курохай свернул в клановый квартал Нара, и прохожих стало еще меньше, чем на других улицах. Синоби Нара из охраны квартала наблюдали за ними, но не приближались. Курохай остановился рядом с входом в основной особняк, на секунду сосредоточился и, удостоверившись, что цель его поисков на месте, кивнул Джису.
  - Иди. Шикамару Нара, срочный вызов из Корня.
  - Какое-нибудь кодовое слово, - уже шагнув в ворота, уточнил парень.
  - Перебьется.
  Джису хмыкнул и скрылся внутри, а Синдзи спросил.
  - Кто он?
  - Один из тех, кто помогал мне уничтожить Данзо. Он проведет нас в Корень.
  Узумаки кивнул, оглядываясь по сторонам, будто искал что-то.
  - Не знаешь, Теучи еще держит свой Ичираку Рамен?
  Курохай промолчал, или вообще не обратил внимания на вопрос. Вскоре из ворот появились Джису и Шикамару. Нара, опирающийся на казенную медицинскую трость, поднял взгляд на Курохая, всматриваясь в два светящихся под капюшоном глаза, несколько секунд потратив на обдумывания.
  - Като?
  - Да. И нет. Зови меня Курохай. Идем, объясню на месте, - грубый голос резанул Нара по ушам.
  Сеннин развернулся и двинулся дальше, но Шикамару неуверенно добавил:
  - Я тут немного... Болен, типа...
  Курохай остановился, повернув голову.
  - Мне тебя понести?
  Шакамару даже смутился от презрительного тона, хотя удивительно, что такой голос вообще что-то выражал.
  - Нет... Нет.
  Дальше вчетвером они шли в "Резиденцию Корня". В место, официально числившееся за специальным отрядом АНБУ, пусть и являющееся, в общем-то, ширмой. Но сейчас оно идеально подходило для целей сеннина. Внешняя охрана, завидев Шикамару, отступила. Но за первыми же дверями они наткнулись на Теру, или Андо. Настоящего имени у парня никогда и не было.
  - О! Шикамару, я думал, ты на...
  Он переводит взгляд на крупную фигуру Курохая, затем на Джису, в глазах мелькает узнавание, и, наконец, на Узумаке.
  - Какая колоритная с тобой компания.
  Курохай, не замедляя шага, отталкивает с дороги Андо, и Джису с Синдзи идут за ним. Андо пытается возмутиться:
  - Какого...
  Но его останавливает рука Шикамару:
  - Не надо. Большой Босс вернулся.
  - Это... - токубетсу дзенин не стал озвучивать вопрос полностью.
  Но Нара и так его понял, кивнув в подтверждение.
  - Шикамару, - позвал Курохай, - назначь Хокаге встречу, чем быстрее - тем лучше. Пригласи ее сюда. А после нее глав кланов Яманака и Хьюга. Я жду в главном кабинете.
  - Сделаю, - кивнул Нара.
  Курохай с сопровождением удалился. Присутствующие синоби Корня свели вопросительные взгляды на Шикамару, но тот лишь выдохнул, закатив глаза:
  - Пиздец пришел, сейчас начнется. Как напряжно...
  В кабинете Курохай не стал садиться во главу стола, вообще садиться не стал. Его тяжелый костюм едва не продавливал пол под ногами, на мебель не стоило и рассчитывать. Да, такой костюм делал весьма затратными прыжки на большую дистанцию, но преодолеть его тяжесть, чтобы в ближнем бою демонстрировать подобающую сеннину скорость, Курохай вполне мог. Джису попытался прикинуться ветошью, чтобы на него не обращали внимания, а вот Синдзи себя чувствовал вполне уверенно.
  В кабинет вошел Шикамару.
  - Ты обещал что-то объяснить.
  - Дождись Тсунаде, не хочу объяснять одно и то же дважды, - Курохай кивнул на старика. - Это Синдзи Узумаки. От лица Корня купи или сними в аренду дом в квартале Учиха. Это Джису. Внеси его в списки Корня.
  Шикамару скептически изогнул бровь, глядя на бывшего нукенина:
  - Куда?
  - ...нибудь.
  Нара снова перевел взгляд на сеннина, но не получил больше никаких уточнений.
  - Я не собачонка на поводке, Като.
  - Предлагаешь заняться этим мне?
  - Нет. Перепоручить...
  - Перепоручи. Я оставил вас контролировать Корень, так проконтролируй.
  Шикамару нахмурился, но вышел из кабинета. Курохай стянул с себя плащ и положил на стол. Доспехи под плащом выглядели простыми, без всяких изяществ. Кираса, закрывающая грудь, доспешная юбка, закрывающая бедра и нижнюю часть туловища. На левой руке и ногах простые сегменты брони. Мягкие стыки закрывались клепанной тканью. Только правая рука, от самого плеча, механическая, набитая оружием, выделялась. Голову закрывает кольчужный капюшон, оставляющий только лицо. А лицо закрывает маска с двумя отверстиями для глаз. Отверстия скорее декоративные, для того, чтобы пугать, а не для того, чтобы сквозь них смотреть. Весь металл кажется черным из-за множества нанесенных на него маленьких печатей. Или, если точнее, одной сплошной печати, покрывающей своей мелкой вязью весь доспех, на всех поверхностях. Поверх металла ткань с закрепленными в ней карманами для различных нужд. В основном - для оружия и снарядов. Шедевр и произведение искусства, который не сможет носить никто, кроме сеннина.
  Тсунаде, оставив свое охранение за дверями, вошла в кабинет вместе с Шикамару и Ехи. Глаза Хьюга сверлили сеннина бьякуганом, но он вряд ли видел что-то, кроме самого доспеха. Тсунаде прошлась оценивающим взглядом по Синдзи и Джису, после чего сосредоточилась на самом Курохае.
  - Като, - чуть кивнула женщина.
  - Тсунаде, - ответил кивком сеннин.
  - Я рада, что ты вернулся, - призналась Хокаге. - А теперь, во имя Рикудо, потрудись объяснить, как ты выжил, почему так долго возвращался, и где Саске и Миина?
  - Сколько вопросов...
  Курохай поднял левую руку и стянул с головы кольчужный капюшон, а затем и маску. На гостей смотрело обожженное лицо без кожи и глаз.
  - Начну с конца. Саске и Миина остались с Кьюджином. Вторым я. Как это возможно - я не знаю, есть лишь предположения. Тогда, во время взрыва в тюрьме, я действительно умер. На время. И, как я считал, возродился в единственном числе. Однако, как недавно стало известно, меня теперь двое.
  - Что? - Тсунаде, опешившая на первых словах, наконец, смогла озвучить вопрос.
  - Двое, - повторил Курохай. - Мы с ним пересеклись... Не знаю как, но это действительно Като. Как и я. Вам придется с этим смириться.
  Тсунаде смотрела в пустые глазницы сеннина, что-то обдумывая, прежде чем спросить:
  - Ты... ему, этому второму, доверяешь?
  - Я не доверяю никому, Тсунаде, - даже во время речи лицо Курохая не двигалось, будто голос шел откуда-то изнутри. - Но пока пусть живет.
  - А почему он там, а ты здесь? А не наоборот? - спросил Нара.
  - Из нас двоих он больше похож на живого. И, чтобы не возникало лишней путаницы... Он Като, и он - Кьюджин. А я - Курохай.
  Тсунаде немного удивилась:
  - Курохай? Но почему?
  - Потому что, - отрезал сеннин. - Для всех я - дзенин Корня, один из тех, кто создавал легенду о Кьюджине.
  Хокаге сложила руки в замок на груди:
  - В Конохе знают, что Като и Кьюджин - один человек.
  - Нет, в Конохе думаю, что знают. А теперь будут думать иначе.
  - Людей просто так не переубедить... - попыталась возразить Тсунаде.
  Но Курохай ее оборвал:
  - Люди - идиоты. Они скорее подумают, что вы пытаетесь их обмануть, выдавая левого синоби за Кьюджина, чтобы всех напугать, чем поверят, что я воскрес из мертвых. Да и парня в столице как-то придется объяснять. Этот вопрос закрыт.
  Курохай неторопливо вернул маску на голову, а затем и натянул кольчужный капюшон на волосы.
  - Хорошо, - сдалась Тсунаде, садясь на одно из кресел. - Курохай. Осталось два вопроса.
  - Как я выжил - это мое личное дело. А где был... - он достал из кармана свиток и швырнул Хокаге. - Вот где был.
  Тсунаде открыла свиток и начала читать. Шикамару и Ехи делали это из-за ее плеча. Первыми глаза на лоб полезли у Ехи, а не сдержался первым Шикамару, высказав что-то не слишком витиеватое, но точно матерное.
  - Это не подделка? - спросила Тсунаде.
  - А не тупые вопросы есть? - переспросил Курохай.
  Хокаге еще раз пробежала взглядом по тексту подписанного Райкаге договора о тайном союзе. Пока тайном, но здесь все было понятно. Афишировать такие вещи раньше времени не стоит.
  - Какие-то дополнительные условия? - включил голову Нара. - Устные договоренности? Подводные камни, о которых нам стоит знать?
  - Нет. Мы с Эйем нашли общий язык.
  Тсунаде свернула свиток и передала Ехи.
  - Полагаю, ждать, что они помогут нам в войне не стоит?
  Синдзи ухмыльнулся:
  - Какая-то вы мелочная, Тсунаде-сама. Использовать такой договор для какой-то мелкой разборки...
  Женщина бросила на Узумаки уничижительный взгляд:
  - Мелкой разборки? Там гибнут наши люди, между прочим.
  Но Синдзи лишь пожал плечами:
  - Последним противником Курохая была... Если я ничего не путаю, армия Страны Земли. Усиленная синоби Камня. Верно? - вопрос был обращен Джису.
  - Так точно, Синдзи-сан. И закончилось для них все весьма плачевно.
  - Хватит зубоскалить, - одернул их сеннин. - С Водой разберемся сами. У нас есть противники посерьезнее и поопаснее.
  - Например? - спросил Ехи.
  - Акацки. И Культисты. Вторые раскатали Звук вместе с Орочимару, а затем еще и Водопад в придачу.
  - Искали джинчурики? - догадался Шикамару.
  - Да. И нет. Не нашли. Джинчурики семихвостого попивает чай у меня дома. Здесь, в Конохе.
  Джису хлопнул в ладоши:
  - Лучшее воспоминание в моей жизни. Упавшая челюсть Хокаге! Ради этого стоило жить.
  Но Коноховцы его игнорировали:
  - Ты смог получить джинчурики? - спросил Ехи.
  - Не получить... Это живой человек, а не вещь. Человек, находящийся под моей защитой, - отрезал Курохай. - А теперь к делу. Все, чем вы занимались последнее время - херня. Трата времени. Земля после такого удара захочет отыграться. Вода, когда мы поставим их на место, тоже в стороне не останется. С учетом союза, который вы видели, расклад сил и становился бы очевидным, если бы не два больших но. Рассвету выгодна война в любом виде и масштабе. Но я пока не знаю - зачем. И первоочередной задачей становиться выяснение их конечных целей. Без этого мы не можем ни просчитать их действий, ни найти место для ответного удара. С культистами все сложнее и проще. Понять, чего они хотят, не сложно. А вот ответа на вопрос - как они хотят достичь своих целей, у меня нет. Но я знаю, с чего начать. Но для работы мне нужны развязанные руки. Тсунаде. Сколько времени потребуется, чтобы оформить меня, как Шестого Хокаге?
  Синдзи и Джису ухмыльнулись, переглянувшись друг с другом. Коноховцы новость восприняли не с таким воодушевлением.
  - Ты уверен, что это... - начала Хокаге.
  - Уверен. Время уходит. У меня нет ни желания, ни возможности тратить его на ерунду. Две недели тебе хватит?
  - А ты не охренел? - выдохнула Тсунаде.
  - Я только начал. Дайме меня поддержит, остальным придется перетерпеть.
  - Хочешь заменить меня на посту?
  - Не заменить. Ты займешься внутренними делами Конохи. Я - внешними. Это Синдзи Узумаки, - Курохай кивнул на старика. - Пока решается вопрос со шляпой, Корень займется поиском всех оставшихся в Стране Огня Узумаки, пусть в них будет хоть десятая доля крови клана. Мне нужен клан, живой.
  - Совет Кланов... - хотела еще что-то возразить куноити.
  - Никуда не денется, - оборвал ее сеннин. - Мнение Сарутоби никого не волнует, среди остальных минимальную необходимую поддержку я обеспечу. Это пока все. Если вопросов нет - у меня еще одна встреча, и гости уже ждут за дверями.
  Вопросов не было. А если и были, то Курохай ясно дал понять - задавать их бессмысленно. Тсунаде с сопровождением поднялась, на выходе поздоровавшись с ожидающими Иноичи и Хиаши. Оба главы клана зашли в кабинет, их сопровождающие зашли внутрь, но остались стоять у дверей. Хиаши, прежде чем сесть, осмотрел кабинет:
  - Еще пару лет назад ни за что не поверил бы, что добровольно приду сюда.
  - Резиденция Каге занята. Пользуюсь тем, что есть. Опустим церемонии, и так за полчаса сказал больше, чем за последние полгода. Иноичи, Хиаши, знакомьтесь. Синдзи Узумаки. Возможно, последний Узумаки, выросший в Стране Водоворота.
  Синдзи поклонился:
  - Иноичи-сан, Хиаши-сан.
  Главы кланов ответили ему встречными поклонами.
  - Я ожидал, что наша встреча пройдет в несколько иных условиях, но новые обстоятельства заставляют импровизировать. Чтобы не возникало вопросов, в тюрьме я погиб, вместе со своим учителем, Оракулом, Мудрецом Павлином, сражался против одной древней твари. Успешно, но финальный взрыв убил меня. Мы с Оракулом разделились, и, вероятно, он применил какую-то технику, чтобы не дать мне подохнуть. Вот только я погиб не окончательно. Получилось так, что Кьюджинов теперь двое. Като сейчас в столице вместе с Ино. Он в лучшем состоянии, чем я, его даже можно назвать живым. А я здесь.
  - Ты уверен, что тот, второй... - ожидаемо забеспокоился Иноичи.
  - Да. Он умеет и знает то, что кроме меня никто знать и уметь не может.
  - И как вас различать? - спросил уже Хиаши.
  - Он Като, Кьюджин. И он выглядит, как нормальный живой человек. А я нет. И меня теперь зовут Курохай. По легенде я - один из синоби Корня, что создавали легенду о Кьюджине. За пределами Страны Огня многие считают, что Кьюджин не был одним человеком. Но вернемся к делу. В ближайшее время Синдзи начнет возрождение клана Узумаки в Конохе. Его поддержат Учихи, но этого мало. Мне нужно, чтобы вы оказали ему поддержку и, если потребуется, помощь и защиту.
  Хиаши медленно кивнул, а Иноичи уточнил:
  - Ближайшее время, это?
  - Две-три недели, - ответил сам Синдзи.
  - Что с Нара и Акамичи? - снова спросил Иноичи.
  - Я их убеждать не буду. Но тебе не запрещаю, - ответил сеннин.
  Иноичи кивнул. Но новый вопрос был у Хьюга:
  - У меня есть условие. Личная услуга.
  - Говори.
  - Моя младшая дочь. Ханаби. Я хочу, чтобы ты стал ее учителем.
  Джису подавил ухмылку, а вот Синдзи ее скрывать не стал.
  - Сколько ей? - спросил Курохай.
  Хиаши улыбнулся:
  - Ты лишь на пару лет старше ее. Она полтора года, как гэнин.
  Заявление звучало забавно, учитывая габариты Курохая, который на подростка не тянул вообще никак.
  - Допустим - я соглашусь. Ты понимаешь, кто я? И чему я ее научу? Года через полтора-два она завалится в клан и бросит тебе вызов за право называться главой.
  Хиаши снова улыбнулся и кивнул:
  - Если она меня победит, буду горд дать ей дорогу и пустить вперед.
  Курохай дернул головой:
  - Что-то многовато желающих стать учениками.
  Иноичи хмыкнул:
  - А ты ожидал чего-то другого, Палач Городов?
  Сеннин не ответил:
  - Если я даю согласие - обратного пути не будет. Я буду обучать ее так, как сочту нужным. Тому, чему сочту нужным. Там, где сочту нужным. Тогда, когда сочту нужным.
  Хиаши кивнул:
  - Меня это устраивает.
  - Мой дом в квартале Учиха. Жду ее завтра на рассвете. Еще вопросы?
  Вопрос не последовало, остальное было решаемым.
  - Тогда у меня еще много работы...
  
  Глава 83.
  
  Заканчивая ремонт рыболовной сети, Найт поднял взгляд на вернувшуюся с реки девушку.
  Для него оказалось неожиданность - сколь много, и одновременно сколь мало знают и умеют простые крестьяне. Его, как рыболова, попросили отремонтировать старую прохудившуюся сеть, и ничего сложного в этом не было. Для синоби, конечно. Никогда не знаешь, какие знания тебе могу пригодиться на той или иной миссии. Поэтому синоби были, в некоторой степени, универсалами, обладавшими многими знаниями. Да и просто по мере прохождения разных миссии большинство синоби успевали опробовать себя в различных профессиях. Но не крестьяне. Да, со своей непосредственной деятельностью чернь справлялась. По большей части. Рыбак ловил рыбу, пастух пас скот, крестьянин вспахивал землю. Но! Здесь крестьяне все еще вспахивали землю вручную, деревянно-каменным инструментом. Первый раз увидев этот Найт впал в некоторый ступор. Почему в государстве, строящем самые совершенные в мире корабли, чернь вспахивает землю каменными мотыгами? Как это возможно? Нет даже плугов, запряженных скотом. Земля здесь была плодородной, так что неурожаев, которые часто происходили в восточных районах Страны Огня, местные на своей памяти не знали. Но здесь было много насекомых паразитов. И с ними так же сражались по старинке. Брали деревянную чашу и шли собирать гадов в нее, а затем давили. Каждый день. А, чтобы окончательно добить картину, Найт из разговоров узнал, что на землях феодала, куда крестьяне так же ходили отрабатывать подневольное, паразитов травили ядами. Да так, что твари на поля феодала и не совались. В общем-то, в Стране Огня гадов тоже травили, зачастую даже синоби к этому привлекали. А местный староста такое со своими полями творить запрещал. Мол: "Отец мой так растил, и его отец так растил, и мы так растить будем". Весомый аргумент, что и говорить. Или еще пример жизненного уклада. Бывшие моряки, вернувшиеся после тридцатилетней службы в свои деревни, отлично разбирались в механике, насмотрелись на нее на кораблях. И что? Пятый год думают, не стоит ли водяную мельницу на реке поставить? Думают. Только думают, никто не торопиться начинать делать.
  Найт и раньше обращал внимание на некоторые подобные вещи, еще на материке, но сейчас, практически испытав на своей шкуре, осознал весь масштаб ситуации. Насколько далеки полубессмертные синоби, способные в одиночку локально менять ландшафт по своему усмотрению, от крестьянина, который вообще мало что может изменить в своей жизни. Мало на что может повлиять. Крестьянин зависит от погоды, от выданного ему под вспашку участка, от животных и насекомых, даже от своих соседей. А Дайме в глазах людей - вершитель судеб и небожитель, тогда как синоби - толи полубоги, толи полудемоны.
  Вот она - яма, из которой почти невозможно выбраться. И на дне ямы чернь. Люди, не столько неспособные или не желающие менять свою жизни. Нет. Люди, вообще не понимающие, что можно жить иначе. Если выйти в поля и поспрашивать у мужиков, почему они пашут землю так, не пытаясь применять новые знания, ответы разделяться на две группы. Первая - наши предки всегда так пахали. Вторая - все равно на все эти новшества нужно много денег, а денег у нас отродясь не было. Все, глухая стена. Мужики, служившие в войсках, получали медицинское обслуживание, и потому относительно здоровыми доживают до пятидесяти и больше. А вот женщины мрут, едва доживая до сорока. И все считают - что это нормально. И никто не понимает, что жить могут все одинаково. Никто не понимает и не хочет понимать, почему служивые дольше живут. Вплоть до: "Господину служили, это дело чести, потому и проживут дольше", как самое выдающееся объяснение.
  Идзумо, улыбнувшись ему, достала свою заветную книжку и приступила к короткому, но обязательному ритуалу молитвы. Найт подавил желание поморщиться. Теперь он понимал часть плана культа. Они дали людям нечто, что не просто не противоречило сложившемуся у этих не слишком образованных людей взгляду на мир, а легко вписывалось в него. И они дали людям веру. Веру в то, что можно жить счастливо. Но проповедник не пытался развеять заблуждения этих людей. Наоборот, он еще больше их обманывал. Уверенно вписывал в их головы уверенность в том, что они ДОЛЖНЫ жить хорошо. По определению должны. Нужно было лишь найти рычаг, который спустит людей с поводка. Нечто, после чего феодалы и сам Дайме, вместе с синоби по определению будут мешать этим людям жить хорошо. Отбирать у них их законное, данное неким мифическим несуществующим всеотцом, право на хорошую жизнь. Запал, который нужно лишь поджечь. Миг, и кажущаяся такой спокойно жизнь исчезнет во вспышке пламени.
  Кьюджин знал об этом. Отлично понимал ситуацию, отсюда и его презрение к людям. И в такие минуты Найту сложно не соглашаться с сенсеем. Да и Шикамару несколько раз об этом говорил. Слишком просты, слишком предсказуемы. И порой слишком управляемы.
  Найт не считал, что здесь все закончиться так же, как в Стране Снега. Но не сомневался в том, что ни к чему хорошему деятельность культа не приведет.
  - Рин. Как думаешь, взять сегодня на ужин риса или лапши? - спросила Идзумо.
  Найт пожал плечами:
  - Ну, возьми лапшу.
  Девушка, продолжая раскладывать постиранные вещи, ответила:
  - Но риса выйдет больше и на дольше хватит.
  - Тогда возьми рис.
  - Но рис мы едим уже третий день.
  Найт улыбнулся, пробежавшись глазами по сети.
  - Тогда отнеси сеть, а плату возьми овощами. Будет тебе разнообразие.
  Довольная Идзумо взяла аккуратно свернутую Найтом сеть и покинула домик. Как мало же ей нужно для счастья. Улыбка, немного заботы и тепла. И как легко ему самому давалась эта игра. Найт составлял планы отступления, способы свалить, наконец, с вражеской территории. Но во всех этих планах не было и не слова о ней. Если только он не собирался воспользоваться ее помощью для этого самого отступления. Сенсей немного рассказывал о своей работе. Но у него был большой опыт. Да и после через Миину Найт смог взглянуть на урезанный список миссий, выполненный Уингу с коротким лаконичным описанием. И сейчас, находясь здесь и уже понимая, что именно он будет писать в отчете о миссии, когда вернется, Найт понял разницу между сухими строчками отчетов и жизнью. Как он опишет все время, которое пробыл здесь? Получил травму и, пока выздоравливал, скрывался среди крестьян, попутно собирая информацию о действиях культа в лице проповедника отца Рюдзи. Вот и все. Не слова о том, что он все это время трахал какую-то крестьянку, это никому не интересно. Не слова о мыслях, которые его посещали все это время, о том, что он видел вокруг. Все это лишнее. У профессионала все этого быть не должно. И, если он хочет быть профессионалом, то все это стоит выбросить из головы.
  Или создать для самого себя оправдание, чтобы успокоиться. По словам Миино Кьюджин... Като о таких вещах если и думал, то вряд ли много. Первый раз он убил еще до того, как стал гэнином, что Миина сообщала с какой-то странной ухмылкой. Да и после трупов хватало, до становления тюнином Като отправил к Шинигами человек сто, не меньше. При этом он не был маньяком, просто никогда не считал убийство чем-то неправильным. Даже не считал это крайней мерой. Просто способ решения проблемы, ничем не хуже других. У Найта относиться к этому так же спокойно не получалось. Пока. Возможно, просто не хватало количества трупов на руках.
  За размышлениями он выглянул в окно, понимая, что Идзумо не возвращается. А должна бы. У нее не должно было уйти много времени на все дела в деревне. Но она не возвращалась. Это было странным, и Найт на всякий случай покинул дом и спрятался в лесу. Просто на случай внеочередной проверки или поиска дезертиров.
  Ждать пришлось долго. Небо заволокли тучи, а затем на голову синоби полил мелкий прохладный дождь. Дождь лил все беспощаднее, но Найт лишь прятался и ждал, не обращая на падающую с неба воду внимания.
  А затем со стороны деревни появилась Идзумо. Она шла как-то неуверенно, медленно... И эта походка... А когда она подошла, даже дождь не помешал рассмотреть заплаканное лицо. Причина задержки стала очевидна. Идзумо изнасиловали. Осознание этого факта даже всколыхнуло какие-то струны в душе синоби, но это вряд ли можно было назвать хотя бы сопереживанием. Да и ситуация... Девушка была простой крестьянкой, и какой-нибудь феодал был в своем праве, если собирался завалить ее у себя на конюшне. Это не поощрялось, но и чем-то из ряда вон выходящим не считалось. Однако тот факт, что случилось это именно с Идзумо.
  Натянув на лицо обеспокоенное выражение, Найт бросился к девушке. В первое мгновение, когда он приблизился к Идзумо, и дрогнула, вскинула руки, попыталась сделать шаг назад. Но, когда разглядела лицо Найт, перестала сопротивляться и зарыдала в голос, позволяя Найту себя обнять.
  - Идзумо! Все хорошо. Я рядом с тобой. Все будет хорошо.
  Найт что-то говорил, но сейчас это было бесполезно. На конструктивный диалог девушка сейчас была явно не способна. Найт почти донес ее до домика, где некоторое время утешал, одновременно пытаясь понять ситуацию. Как она вообще натолкнулась на кого-то. Если в деревне, то селяне помешали бы. Если бы это не были люди феодала. А никто другой это и не мог быть. Бандиты бы ее просто не отпустили.
  - Идзумо! Что случилось?
  - Рин! Он знает! - сквозь всхлипывания ответила девушка.
  - Что? Кто знает?
  - Господин Какизаки. Он знает. Знает, что ты прячешься у меня...
  - Но откуда?
  Идзумо покачала головой:
  - Я не знаю. Но он узнал. И сказал, что не расскажет... Не расскажет, если я... Если я...
  Девушка снова зарыдала. А Найт несколько секунд переваривал услышанное, а затем подавил желание сплюнуть. Узнал! Конечно, узнал! И Найт даже не сомневался, кто стал осведомителем. Проверка, вот она. Проповедник решил проверить, как Найт себя поведет, ведь пусть не глупого, но влюбленного парнишку он изображал неплохо. Нужно действовать, но сначала понять, как именно действовать. Что именно делать.
  Первое и самое очевидное - броситься мстить. Глупо и бесполезно. Найта кинут в тюрьму, а Идзумо окончательно сядет на короткую цепь и будет делать все, что ей скажут, чтобы "Рину не причиняли боль".
  Нет, драться бесполезно, поэтому вариант номер два - бежать. И тут даже не поймешь, как лучше - в одиночку или вместе с девчонкой. Оба варианта не слишком хороши, заметив бегство игрушки феодал вышлет преследование. И, поскольку Найт чакру использовать все еще не может, их догонят, а дальше лишь повторение первого варианта.
  Значит, остается только одно - идти за помощью к проповеднику. И они оба оказываются обязанными этому манипулятору, или кто там у них командует. Вот так и вербуют людей.
  - Идзумо. Я должен найти отца Рюдзи.
  - Не уходи.
  - Я вернусь! И мы оба уйдем из этой деревни. Отец Рюдзи нам поможет, я знаю. Я не оставлю все так, как есть...
  - Рин! Я боюсь оставаться в одиночестве!
  Найт кивнул, оставаясь на месте. Ладно, сначала успокоить ее, а потом на поиски проповедника.
  Успокаиваться впечатлительная девочка никак не желала, и Найту пришлось дождаться, пока она уснет. Он не сомневался, что легко найдет проповедника. Тот прямо сам должен вылезти Найту на глаза. По задумке.
  Однако на тайном месте в лесу отца Рюдзи не оказалось, пришлось искать в деревне. Теперь, когда о нем уже знал феодал, смысла играть в прядки не было. Деревенские поглядывали в его сторону, но выражали искреннюю обеспокоенность. Даже спрашивали - не случилось ли чего. Наивная простота. Убеждая их, что ничего не случилось, Найт спрашивал о проповеднике, и быстро узнал, где того искать.
  Отец Рюдзи ужинал в одном из домов, куда его пригласили. Врываться было некрасиво, но Найт же играет влюбленного мальчишку, разумного, но все равно мальчишку. Открывшей ему дверь полноватой женщине он вымученно улыбнулся, выпалив:
  - Я ищу отца Рюдзи! Это очень срочно!
  Его пропустили внутрь, и почти сразу появился и проповедник.
  - Сын мой? Что-то случилось?
  Найт сделал вид, что немного замялся.
  - Нет... То есть... Да! Случилось. Мне нужна ваша помощь! Это правда очень срочно!
  Проповедник, что странно, выглядел удивленным. Действительно удивленным. Найт ошибся в своих предположениях? Нет, слишком все четко выстраивалось. Кто еще мог выдать информацию? Не селяне же!
  - Спокойнее, сын мой! Что случилось? Объясни подробнее.
  Найт изобразил напряжение одновременно с некоторым чувством вины. Это же, в общем-то, из-за него девочка попала в эту ситуацию.
  - Это... Это моя вина. Идзумо... Какизаки-сан сказал, что узнал обо мне... И сказал, что она может отработать его молчание.
  Отец Рюдзи не удивился, но эмоции, мелькнувшие на его лице. Понимание и... Вина? Похоже, здесь все не так просто, как показалось Найту.
  - Ты собираешься...
  - Нам нужно бежать. Я же знаю, что ее не оставят в покое, даже если я уйду. Тем более, если я уйду.
  Проповедник кивнул:
  - Ты прав, хорошо. Возвращайся домой, и ждите меня на рассвете. И успокой девочку. Иди!
  Найт еще изобразил сомнение, но решил не переигрывать и кивнул, покинув дом. Вообще-то ситуация разыгрывалась в его пользу. Если проповедник приведет его к культистам - то оно и к лучшему. Одна пострадавшая девчонка - очень скромная цена за информацию, которая может помочь Конохе. Но реакция Рюдзи заставила Найта сомневаться. Он понял, о чем речь, но не имеет к этому отношения? Тогда откуда вина?
  Впрочем, завтра все и так станет ясно.
  
  Глава 84.
  
  Приказ отца в первый момент вызвал у Ханаби легкий ступор. Один из сильнейших синоби Конохи, вероятно, будущий Хокаге, в обмен на услуги папы и клана Хьюго в целом, согласился ее обучать. Только ее, о команде речи не шло. Причем обучения начиналось прямо с завтрашнего, уже сегодняшнего дня, прямо с рассвета, и Ханаби вообще переезжала жить к сенсею, ибо настоящие ученики от учителя и наставника ни на шаг. Возмущения не было, отцу Ханаби доверяла. Да и обучение у вероятного Хокаге льстило, что уж там... Но... Кто?
  Заходя в квартал Учиха, и топая с небольшой, но тяжелой сумкой личных вещей, Ханаби пыталась понять, кто именно ее сенсей. Имя... Или скорее прозвище Курохай ничего ей не говорило. Дом, который этот самый Курохай занимал, ей был отдаленно известен. Дом Яманако Ино, жены убийцы Третьего Хокаге. Но Ино сейчас в столице, в этом Ханаби не сомневалась, знала от подруг, да и уже бывший капитан подтвердил.
  И вот она подходила к крупному дому, в котором ее, если верить отцу, уже ждали. Дверь открылась до того, как она успела постучаться. Навстречу Ханаби вышла высокая красивая девушка, приветливо улыбнувшаяся:
  - Ханаби, верно? Проходи.
  Длинные черные волосы, бледноватая кожа, приметный рисунок вокруг глаз. И какая-то хищность движений. Ханаби, как сильный рукопашник, заметила это сразу же. Изнутри дом ничем необычным не выделялся. Разве что некоторый бардак...
  - Мы только вчера въехали, так что не обращай внимания... - будто прочла ее мысли девушка.
  Кто она? Любовница? Жена? Слуга? Родственник? Курохай точно мужчина, так что она сенсеем быть не может.
  - А...
  Вопрос Хьюго задать не успела.
  - Мы с Фу живем на втором этаже, и тебя поселим там же. Заку, такой молчаливый мрачный парень, тебя не обидит. Не думаю, что он среагирует, даже если ты сядешь ему на шею. Блонда немного психопат, но...
  - Не называй меня так, змеюка! - в зал зашел парень в черных штанах и голым торсом.
  У него были достаточно длинные светлые волосы, выглядевшие ухоженными, и, если посмотреть со спины и не обращать внимания на телосложение, то...
  - Расслабься, Дейдара, а то еще взорвешься.
  Парень хмыкнул, глянув на Ханаби. Телосложение крепкое, но явно не рукопашный боец. И какие-то странные штуки на руках...
  - Не пялься на меня своими глазками!
  Потеряв к ней интерес, он удалился. Но чакраканалы в руках говорили о том, что он представитель какого-то клана с измененным геномом. Сами руки закрывали плотные перчатки, так что внешне Ханаби ничего рассмотреть не смогла.
  - Дейдара тоже ученик, как и ты. Он всем грубит, кроме Куро, - улыбнулась черноволосая. - Меня, к слову, зовут Сигурэ. А Он ждет тебя на веранде.
  Куро сокращение от Курохая? Особой ласки в голосе не было, но все равно имя она назвала с... теплотой? Не любовница, скорее сестра. Бьякуган Ханаби держала частично активным с момента, как переступила порог, и теперь прошлась по первому этажу, высматривая путь на веранду.
  - И давай твою сумку, закину ее наверх, - Сигурэ протянула руку.
  Воспользовавшись моментом, Ханаби успела спросить, пока протягивала сумку:
  - Ты сестра сенсея?
  Сигурэ замерла на миг, а затем с предвкушением улыбнулась, неслабо растянув рот. Действительно змея.
  - Знаешь, вроде того. Заботливая маленькая сестренка! - и, громко, чтобы все услышали. - Они-сан! К тебе ученица пришла!
  И, подмигнув Ханаби, ускользнула на второй этаж. Видимо, это была какая-то шутка для своих. У этой девушки, к слову, тоже был измененный геном, и система циркуляции чакры имела ряд значительных отличий, пусть и лишь местами. Глаза, ладони, шея, нижняя часть живота. Ханаби оценила ее, как сильного специального дзенина. Тот блондинистый парень, судя по развитости каналов чакры, ей мало уступал. При таком уровне оставаться учеником? Это интриговало.
  На веранде было двое. И, когда Ханаби вышла туда, первым она увидела мрачного парня с покрытыми ожогами лицом. И с перемешанной в мясо чакросистемой. Как он вообще мог жить - было большим вопросом. Второй персонаж оказался не менее колоритным. Доспех, сводивший бьякуган на нет. Доспех, сам по себе являющийся замкнутой чакросистемой, полностью скрывал того, кто находился внутри. Молчаливый парень, видимо, оказался мрачным Заку, поэтому Ханаби поклонилась стоявшему к ней спиной великану.
  - Сенсей.
  - Уже рассвело? - грубый потусторонний голос заставил ее вздрогнуть.
  Немного удивившись Хьюго подняла взгляд на горизонт, из-за которого поднималось солнце.
  - Рассветает, сенсей.
  - И как выглядит рассвет в Конохе? - голос действительно был неприятен. Он всегда так говорит?
  - Я не... Как рассвет. Светлеющее небо, алые тона. Вы слепы, сенсей?
  - Да. И нет. Что такое чакра, Ханаби?
  Обычная процедура игры наставник-ученик, созданная, чтобы ученик понимал, насколько мудр и велик его наставник? Что же, с таким Ханаби уже сталкивалась в лице старших представителей своего клана, пытавшихся ее чему-то научить.
  - Инструмент, средство, оружие. Зависит от того, кто ей пользуется.
  Наглый ответ, своенравный. Академический ответ должен содержать в себе информацию о том, что это энергия, и все такое прочее.
  - Верно, - согласился Курохай. - Ты права в большей степени, чем сама считаешь.
  А это было интересно. Возможно, этот Курохай не будет травить опостылевшие байки стариков о Воле Огня и предназначении. Такое практичное отношение к чакре, определяющей для синоби вещи, нравилось Ханаби.
  - Впрочем, я могу и ошибаться, - Курохай развернулся, и Ханаби смогла увидеть два светящихся глаза под капюшоном. - Твой отец настаивал на твоем обучении у меня не для того, чтобы я воспитывал тебя, как воина. Он хотел, чтобы я сделал из тебя главу клана. А для главы клана личная сила - лишь один из инструментов власти. Важный. Даже первоочередной, ведь без силы главой не стать. Но затем от тебя потребуется совсем не сила. Если ты, конечно, вообще хочешь быть главой клана.
  Ханаби сделала шаг вперед, сближаясь с сенсеем:
  - Хочу! Это то, чего я хочу больше всего!
  Ответ Курохая вполне удовлетворил. Вроде бы. По нему мало что можно было понять.
  - Я сделаю из тебя главу клана. Но результат тебе вряд ли понравится. Слишком многим придется пожертвовать. Нельзя возвыситься над людьми, оставаясь равным им. У тебя не останется старых друзей, а завести новых будет непросто. Сложно дружить с теми, кто столь сильно уступает тебе. А равные тебе станут соперниками и врагами. Все, что ты знаешь - ставится под сомнение. Все, что ты узнаешь - ставится под сомнение. Люди могут врать, люди могут ошибаться, люди могут заблуждаться. Подвергай их слова сомнению. Подвергай все сомнению. Потому что ничто не истинно.
  Он снова развернулся в сторону восходящего солнца.
  - У тебя должна быть цель. Сохранение традиций клана, или его развитие. Сохранение позиций клана, или его возвышение. Не важно. Ты сама сделаешь выбор. Можешь служить мне, или бросить мне вызов. Это не важно. Помни, ты можешь попытаться отнять мою жизнь, но и я могу попытаться отнять твою. Нет правил кроме тех, что ты сама себе установишь. Нет рамок, кроме тех, какие ты сама себе поставишь. Законы существуют для тех, кто подчиняется. Для тех, кто отдает приказы, законов нет. Они сами устанавливают законы. Потому что все дозволено.
  Немного ошарашенная Ханаби медленно кивнула:
  - Я запомню это, наставник, - и, подумав, улыбнулась. - Подвергну сомнениям и постараюсь понять.
  Курохай развернулся и шагнул в сторону дверей.
  - Идем. Ты будешь следовать за мной. Молчи, смотри, слушай, думай. Знания ты можешь найти и без меня, я дам тебе нечто более ценное. Опыт.
  Тон подразумевал, что Хьюго просто молча пойдет за ним, не задавая вопросов. Уже в доме Курохай вынул из кармана свиток и швырнул его одевшемуся блондину. Дейдара заглянул в свиток, и на лицо его вылезла довольная ухмылка.
  - Это займет пару дней, сенсей.
  Курохай не стал ему отвечать, продолжая двигаться к выходу.
  - Сигурэ. Присмотри за Фу.
  - Хай, они-сан! - отозвалась девушка из другой комнаты.
  Вместе с Ханаби за ним шел и Заку. Молчаливый парень отлично изображал тень крупного и массивного Курохая. Она сама же чувствовала себя какой-то слугой, или что-то в этом роде, хотя, по сути, была той же тенью. Слушай, смотри и молчи. В том, что в присутствии такого человека она может увидеть много интересного, Ханаби уже не сомневалась.
  Курохай пришел в место, о котором предупреждал отец. Резиденция Корня. Место, которое стали намного чаще использовать после несостоявшейся попытки переворота. Папа кое-что рассказал Ханаби об этом, но, возможно, далеко не все. Реакция на появление их троицы была несколько... непонятная. Половина народа активно зашевелилась, торопясь исчезнуть с глаз Курохая, другая половина хмуро провожала последнего взглядами, делая вид, что их это не касается. Навстречу ему вышел только один синоби, опирающийся на трость и с коробкой во второй руке.
  - Сегодня ты меня работать не заставишь, и без меня найдется, кому.
  - Так херли ты здесь забыл? - лишь слегка сбавив скорость шага спросил Курохай.
  Шикамару тряхнул коробкой:
  - Сыграем? Я хочу реванша.
  Поскольку сенсей продолжал идти туда, куда шел, Нара пристроился к их компании.
  - Я же сказал, что в следующий раз ты меня обыграешь.
  - Кроме тебя у меня не осталось соперников.
  - Обучи свою подружку, - предложил Куро.
  Шикамару даже немного смутился:
  - Когда ты успел...
  - Запах.
  - Оу... - Шикамару хмыкнул. - Да ничего не было еще. Ты даже запах простых прикосновений уловить можешь?
  - Если они были недавно. Така вернулся?
  - Ага.
  - Тогда передай ему, что я его жду, и Миину заодно.
  Нара покачал головой, но все же перехватил одного из проходивших мимо синоби, передавая приказ. Сам же Курохай дошел до одного из кабинетов и занял его. Заку тут же занял один из углов и замаскировался под ветошь, кажется, даже дышать перестал, замерев в одной позе. Ханаби так же поспешила занять какое-нибудь место в стороне от стола, стоявшего в центре. В кабинет зашел Шикамару, молча пройдя к столу и сев по правую руку от главы стола, хотя Курохай сам и не садился. Нара спокойно достал доску и начал расставлять фигуры. В кабинет влетел еще один синоби, Учиха Саске.
  - Курохай! Даже не знаю, что сделать сначала, поздравить с возвращением или дать в морду?
  Последний подошел к доске для сеги и сделал первый ход, будто игнорируя выпад Учихи. Или действительно игнорируя.
  - Кто исполнял обязанности лидера Корня в мое отсутствие? - спросил он.
  Саске, бросив на Ханаби короткий взгляд, но, то ли смирившись с ее присутствием, то ли приняв какое-то решение, кивнул:
  - Я. А что?
  - Вы отправляли людей в Деревню Горячих Источников?
  Ответил Шикамару, делая свой ход:
  - Да, трижды. И ничего не нашли, брошенные дома, брошенная деревня, и самая обычная вода. Примесей того минерала мы так и не обнаружили.
  - И как хорошо искали? Вскрыли клановый квартал? Какие сенсоры участвовали в разведке?
  - У нас были дела поважнее поисков не пойми чего не пойми где, - отмахнулся Учиха.
  Курохай, будто и не наблюдавший за доской, сделал свой ход.
  - Две усиленные группы, в каждой по два сенсора разной специфики, и в одну из групп нужно включить специалиста по дотону, чтобы вскрыть подземные постройки. Первая группа ищет, вторая следит, чтобы первую не обдурили.
  Учиха дернул головой:
  - Ты просишь слишком многого.
  - Не прошу, а приказываю, Саске.
  - У меня нет людей!
  - Найди.
  - Кого?
  - ...нибудь.
  Шикамару сделал свой ход, и Курохай тут же сделал свой, будто и так знал, что именно сделает Нара. Аналитик поморщился, вставив свое слово.
  - Большинство спецов задействовано на операциях...
  - Знаю, - Курохай на доску все так же не смотрел, но продолжа играть. - Топите корабли Воды. Недальновидная тактика. Рано или поздно это заставит их отступить, но они затаятся, и, стоит нам ввязаться в другой конфликт, тут же нанесут удар. Вы играете не на победу.
  - Наруто уже попытался накрыть всю армию Воды, занявшую город, но они были к этому готовы, - добавил сверлящий сеннина недовольным взглядом Учиха. - Как и к нашей попытке атаковать их твоим газом.
  - Вернись в академию и спроси у Ируки, чем внезапная атака отличается от предсказуемой, - ответил ему Курохай.
  Шикамару сделал очередной ход, а в кабинет вошла куноити.
  - Курохай, - чуть кивнула она. - Наш общий друг передавал тебе привет и просил не насиловать нас слишком сильно.
  Сеннин снова проигнорировал выпад, делая свой ход:
  - Ты говорила с отцом?
  Куноити даже запнулась.
  - Еще... нет.
  - Уладьте свои семейные рефлексии. И что с личным архивом Данзо. Вы его расшифровали?
  Девушка качнула головой:
  - Не все так просто, там...
  - Дура, - констатировал Курохай. - Там компромат на все, что жило или ползало в период работы старого хера.
  - Не все так просто, - повторила Миина. - Код шифрования меняется каждые пять-десять свитков, разные техники запечатывания, куча ловушек. Знаешь, какой это геморрой?
  Курохай чуть дернул головой, сделав свой ход:
  - Должен быть ключ.
  - А если он был только в голове Данзо, - парировала куноити.
  - Значит - есть алгоритм. Архив велик, слишком велик. Он не запечатывал все сам.
  - Группы запечатывания менялись раз в неделю, выбирали случайных людей достаточного уровня, без всякой систематики, я еще тогда пыталась просчитать алгоритм.
  - Дважды дура. Составь систематическую таблицу уже расшифрованного с применяемыми кодами шифрования и способами запечатывания. И вычисли самый простой алгоритм, какой только возможно. Подключи Футабе.
  Куноити дернулась:
  - Ты же не думаешь...
  - Что старый хер всех наебал и применял самый простой алгоритм, какой и в голову никому не придет, учитывая, как он обычно все прячем и хоронит. Я бы сделал так же.
  Миина тут же развернулась, но была остановлена сеннином.
  - Мы не закончили. Ты проиграл.
  Оставив Шикамару рассматривать доску, Курохай обошел стол, вытягивая из кармана свиток.
  - Война с Водой затянулась, пора ее заканчивать. Здесь подробное описание внешности, снаряжения и тактики боевых групп культистов. Не факт, что полностью верное, но достаточное, чтобы их изображать. Отзывайте команды с линии фронта и начинайте подготовку, - он достал второй свиток и так же положил на стол. - Это список целей. Все это феодалы и торговцы. Именно их смерть выразит недовольство народа Страны Воды затянувшейся кровопролитной войной.
  Глаза трех синоби Крыла скрестились на Курохае.
  - И ты думаешь, что это сработает? - задал общий вопрос Саске.
  - Он - думает, - сеннин кивнул на Нара. - Я - знаю.
  Миина дернула головой:
  - Но они догадаются, что ушедшие с фронта синоби...
  - Будут гонять разбойников из Суны на западной границе, - парировал Курохай. - Пара групп для отвлечения внимания займется именно этим. Поднимут шум, кого-нибудь найдут и показательно покарают.
  - Безумный план, - озвучил свое мнение Шикамару.
  - Обычно его безумные планы срабатывают, - пожал плечами Учиха.
  - Обычно они не настолько безумны, - качнул головой Нара, - или носят скрытый смысл. Я склоняюсь ко второму.
  - У вас три недели на подготовку, - закончил Курохай. - Свободны.
  Синоби Крыла еще несколько секунд сверлили взглядами лидера организации, но все же поднялись и двинулась к выходу. Когда они вышли, Ханаби осторожно спросила:
  - Сенсей? Разрешите вопрос.
  - Не обещаю, что отвечу.
  - Ваша тактика не рассчитана на победу?
  - И да. И нет.
  
  Глава 85.
  
  - Гости собрались, Яманака-сан.
  Като, не оглядываясь на Юдзи, одного из гэнинов его жены, кивнул:
  - Хорошо.
  Он нанес на полотно последний штрих и свернул бумагу. Пацан скрылся за дверями, не желая лишний раз светиться перед ясными очами сеннина. Они слегка побаивались Като, но не настолько, чтобы это мешало их работе. Детишки из опальных семей, или лишившегося покровителя клана, как в случае Инудзука. Ино угадала с подбором команды. А после того, как Като поговорил с ними лично, указав, что гэнины, пока честно выполняют приказы, могут не опасаться за себя и свои семьи, но стоит осознано предать Ино или его самого - как реакция последует незамедлительно, верность детишек установилась на четкой грани. Выше преданность может быть только у друзей и единомышленников, но делать детишек друзьями никто не собирался, а до единомышленников они пока не доросли.
  Подхватив пару заготовленных по случаю свитка, заполненных хитрыми печатями, Като вышел из-за стола и, подхватив только что законченную работу, двинулся к большому залу, наспех переоборудованному в большой кабинет. После их с... Курохаем стычки личный замок все еще восстанавливали, приходилось использовать столичный особняк. Пусть работы уже практически завершены, но до полной сдачи внутренние помещения для масштабной работы все равно не пригодны. Первое собрание можно провести и здесь, а дальше... Время покажет.
  Но Като направился не сразу в кабинет, а в... ну, типа детскую, наверное. Сложно было назвать эту комнату как-то по-другому.
  - Ино?
  То, что девушка возиться с Иноджином Като знал. И сам в свободное время играл с малышом, хотя последний был пока мелковат, чтобы осознавать много из того, что видит вокруг. Впрочем, дети имеют тенденцию вырастать, и часто делают это неожиданно для родителей. Но пока мелкий был милым карапузом, начавшим лениво ползать и периодически агукать что-то на своем языке.
  - Да, я сейчас иду.
  - Уверена? - Като вошел внутрь, кивнув Нацуки вместо приветствия. - Переговоры могут быть долгими и скучными. И совсем-совсем неинтересными.
  - Ты так упорно отодвигаешь меня от своей работы, что скоро я начну подозревать неладное, - парировала девушка. - Хочешь что-то скрыть?
  Сеннин пожал плечами:
  - Может, готовлю сюрприз? Или вроде того?
  - Лучше займись воспитанием сына. Сюрпризов мне и так хватило на всю жизнь вперед.
  Като поморщился:
  - Что тут пока воспитывать? Смотри, - он залез в поле зрения малыша и, умильно улыбаясь, поведал. - Вот придет завтра злой девятихвостый лис и слопает всех нас, а тебя, мелкий оставит на закуску.
  Иноджин рассмеялся, а Ино укоризненно покачала головой:
  - Дурак.
  - Вот как только он начнет говорить - сразу займусь воспитанием. А пока - пеленки распашонки, это по вашей части.
  Отвечать сразу Ино не стала, передав ребенка на руки няньке, и лишь после этого отвесив мужу шутливый подзатыльник.
  - Догадываюсь я, как ты будешь воспитывать. И дай мне минуту, я переоденусь.
  - Знаешь, - улыбнулся Като, - звучит, как одобрение или молчаливое согласие.
  Прежде чем исчезнуть в своей комнате, она легко толкнула его локтем в бок:
  - Ты настырный, и все равно будешь поступать по-своему. И воспитывать так, как считаешь правильным, - остальное она говорила уже из-за приоткрытых дверей. - Остановить тебя я не смогу, постараюсь лишь направить и не дать совсем уж перейти границу.
  - Границу? - не понял сеннин. - Какую границу?
  - Ту самую. Напоминаю, что ты, милый, совершил первое убийство еще до того, как стал гэнином, - ответила блондинка. - Осознанно, а не случайно.
  - Я же сказал, что хочу сыну другого будущего, - напомнил Като.
  Ино, рекордно быстро справившаяся с наведением марафета, снова вышла к нему.
  - Да, я помню. Но также ты хочешь, чтобы он был достаточно умен, чтобы защищать себя и чтобы защищать свой выбор. Ты жесток, Като, - Ино протянула руку и погладила его по щеке. - И имеешь на это полное право. Но ты слишком жесток порой.
  - Например?
  Они стояли рядом и смотрели друг другу в глаза. Серые тускло светящиеся изнутри глаза смотрели в светло-бирюзовые глаза. Ино первая отвела взгляд:
  - Извини, я не должна была... - она одернула руку.
  Но Като перехватил ее ладонь:
  - Ино. Ты видела того, другого. Всего несколько секунд, но видела. Это то, чем я стану без тебя. И когда Саске пришлет весть, он вряд ли будет рассказывать, какой... Курохай милый и приятный в общении. Я не хочу этого. Я не хочу становиться таким. И только ты сможешь мне помочь. Только ты можешь остановить меня, только тебя я послушаю.
  Девушка вздрогнула.
  - Но... Я не... Как, откуда я могу знать, когда тебя нужно остановить? Я же знаю, что то, что ты делаешь - очень важно. А если я ошибусь? Если остановлю тебя тогда, когда этого не стоит делать?
  Като отрицательно качнул головой:
  - Не бойся. Я доверю тебе, доверяю твоему сердцу. Не бойся ошибаться. Я лучше исправлю ошибку, чем стану... - Като кивнул куда-то за спину. - Вспомни Учиху Итачи. Он искренне полагал, что поступает правильно. Что принял лучшее решение. Может, если бы кто-то находился в тот момент рядом с ним и дал бы по рукам...
  Ино подалась вперед, обнимая мужа и положив голову ему на плечо:
  - Хорошо, я попробую. Но... - он немного отстранилась, глядя на него снизу вверх. - Курохай. Он как-то связан с теми твоими воспоминаниями?
  Като пожал плечами:
  - Возможно. Я не уверен. Давай поговорим об этом позже, нас ждут.
  - Да, конечно.
  В выделенный гостям зал они входили уже уверенными в себе хозяевами. Но залу были расставлены столы, чтобы всем присутствующим было удобно сидеть, и было видно самого Като, прошедшего сквозь гостей, здороваясь со всеми, и вышедшего к заблаговременно подготовленному стенду, на котором он и раскрыл принесенный с собой рулон бумаги.
  - Торговая гильдия. Уважаемые господа... И дамы, - он чуть поклонился немногочисленным гостьям, так же стоящим в деле, - Это будет нашим внешним прикрытием на ближайшее время. Никто не потерпит, если мы начнем раскачивать лодку нашего гордого государства прямо во время войны.
  На листе бумагу была нанесена символика гильдии, и Като выждал, пока ее все увидят.
  - Такая символика должна появиться и у вас, а заодно и это, - он показал рукой свернутый свиток. - Кодекс гильдии. Согласно ему мы все здесь собрались из чисто меркантильного интереса, заработать много денег и стать самыми богатыми на континенте.
  Он отложил свиток и ухмыльнулся:
  - С учетом опробованных вами за последний год методов ведения торговли, мы все действительно имеем все предпосылки стать очень богатыми людьми. Но все мы, я надеюсь, понимаем, что деньги - лишь инструмент. И что богатство, это не привилегия, а возможность. Все вы пришли сюда, потому что любите свою работу, а возможность обогатиться на ней видите приятным дополнением.
  Действительно никто из присутствующих не выглядел богатым дворянином. Скромные торговцы, все они. И все они могли тягаться с феодалами величинами кошелька.
  - Но это лирика. Мы готовы к следующему шагу. Организация и создание... Торговой республики. Государства, власть в котором принадлежит наиболее влиятельным торговцам.
  И, выждав, пока пройдет первое удивление, продолжил:
  - Естественно, мешать Дайме мы не будем, как и пытаться как-то ему противостоять...
  Ино мысленно хмыкнула: "пока". Все же далеко идущие планы своего мужа она понимала куда лучше, чем присутствующие.
  - Но в конечном итоге мы выйдем из-под его вассалитета. Высшим органом управления станет Совет, количество членов которого определяется, как десятая часть от количества входящих в гильдию торговых семей. Чтобы стать членом совета, глава семьи должен заручиться поддержкой еще девяти семей. Совет избирается на срок - три года, одни и те же люди не могут заседать в совете больше двух раз подряд, но могут переизбираться после пропуска одного срока совета. Так же за действиями совета будет наблюдать председатель, избираемый один раз на всю жизнь, и меняемый после своей смерти. Семья председателя имеет ряд ограничений, которые не позволят ему стать слишком влиятельным и давить на совет, но именно он имеет право вето на решения совета. Первым председателем по понятным причинам стану я. Так же раз в пять лет будет собираться большой совет всех членов гильдии, чтобы совершенствовать существующую систему власти. Пока, как вы можете убедиться, система проста и незамысловата. Но, по мере работы, мы совместными усилиями будем совершенствовать республику, развивать ее.
  Один из сторонников Като, давно с ним работающий, поднялся:
  - Яманака-сан. Сейчас мы все подчиняемся вам. Но вы хотите разделить управляющие функции между всеми нами. Зачем?
  Като пожал плечами:
  - Я не вечен. И я не имею уверенности, что мои дети захотят продолжать мое дело, как не имею уверенности в том, что они будут достаточно умны для этого. Но причина не только в этом. Подумайте о мире, в котором мы живем. Наиболее прочными образованиями в нем являются Скрытые Деревни и Великие Страны. Власть Дайме переходит по цепочке среди членов семьи, но не напрямую по наследству. Клан выбирает наиболее достойного члена семьи. В Скрытых Поселениях и вовсе выбирается синоби, в не зависимости от его родословной, и исходя только из его собственных качеств. В малых же странах, как и в провинциях нашей страны, власть передается напрямую по наследству. А в Стране Воды семья Дайме была настолько мала, что сейчас у него проблемы с наследниками. Но даже так. Правительство Дайме работает по стандартам, выработанным еще до создания Великих Стран. Перегруженный бюрократический аппарат, не способный справляться со своими задачами. Неэффективный. То, что некоторые из вас могут сделать за полчаса, госаппарат Дайме будет делать неделю. Это неприемлемо для нас. Смысл создания гильдии, создания Торговой Республики, в эффективности. И в развитии. Зачем создавать отдельный комитет для строительства домов, если есть семья, занимающаяся строительством, и они сами отлично могут справиться со своей работой? А еще лучше, чтобы семей было несколько, и между ними была конкуренция.
  Присутствующие начали понятливо кивать.
  - Смысл Республики не в том, чтобы семьи соперничали и мешали друг другу, а в том, чтобы все вы эффективно взаимодействовали. И чтобы вам никто не мешал это делать.
  Пошли новые вопросы, но в основном уточняющие основную концепцию. Предложить что-то свое гости пока не могли, еще не обдумали услышанное. Да и были далеки от такой концепции вообще. Непривычно им все это, что хорошо понимал и сам Като, и Ино, наблюдавшая немного со стороны. Закончив с этим, Като продолжил:
  - Как я уже сказал, мешать Дайме мы не станем, это не в наших интересах. Но нам все равно нужна своя земля. А значит - нам ничего не остается, кроме как взять то, что больше никому не нужно. Южное побережье Страны Огня, - на свет появилось еще два свитка. - Это два плана. Первый - план строительства широкой дороги отсюда и до выбранного мною места на южном берегу. Второй - план будущего города, с которого все и начнется. Это может показаться вам сложной, или даже невозможной задачей, но я уверен, что строительство не займет и года. Следующая наша встреча пройдет уже в загородной резиденции, и там мы начнем разработку четкого плана работ. Там же начнем формировать первый совет нашей пока гильдии. Спорить с тем, что нам нужен выход в море, и морской транспорт самый эффективный, никто не будет?
  Снова пошли уточняющие вопросы и некоторое обсуждение, но вялое. Гости переваривали новую информацию, прикидывали, считали, обдумывали, и начали что-то обговаривать друг с другом. Механизм тронулся, очень медленно, неохотно, но Като и так говорил, что в первое время потребуется его постоянное участие, без которого все заглохнет. Ино, которую проконсультировал муж, объяснив, где и в чем она оказалась не права, так же приняла участие в обсуждении, но без энтузиазма, занятая своими мыслями.
  Собрание заняла не слишком много времени. Уже через полтора часа Като поблагодарил все за внимание и отпустил восвояси. Думать, обдумывать, снова думать, считать. Когда последний гость вышел за дверь, сеннин ухмыльнулся:
  - А говорят, нельзя продать идею. Еще как можно, - он обернулся на Ино. - Они заглотили наживку. Для начала неплохо.
  Ино подошла к мужу, обняв его руку:
  - Ты действительно хочешь сделать так, чтобы система, которую ты создаешь, работала и без тебя? В этом смысл, да?
  - Стагнация неизбежна, - чуть пожал плечами Като. - Я могу лишь сократить ее последствия и заложить механизмы будущих изменений заранее. Но, если я успею сделать все, что запланировал, Республика просуществует лет триста, или все пятьсот, без серьезных проблем и без загнивания управляющей верхушки.
  - Оптимистично, - хмыкнула Ино. - Като, я хочу съездить в Коноху.
  Муж кивнул:
  - Хорошо.
  - Ты не удивлен?
  Он отрицательно покачал головой:
  - Нет. Думаю, ты захочешь поговорить с Курохаем. Но я доверяю тебе, - он одобряюще улыбнулся. - Передавай психу привет. И попрошу: Возвращайся ко мне.
  Девушка хмыкнула:
  - Ты в своем репертуаре. Но... - он стала серьезной. - Он тоже ты. Я должна с ним поговорить.
  - Когда отправляешься?
  Ино не стала откладывать, и покинула особняк вместе со своими гэнинами через пару часов. Иноджина и няньку она взяла с собой, так что особняк практически опустел. Проводив жену, Като поднялся на второй этаж и вышел на балкон, с которого открывался неплохой вид, прихватив с собой бутылку вина. Устроившись в удобном кресле, он улыбнулся:
  - Вылезай, есть разговор.
  На балкон несколькими прыжками забрался высокий черноволосый синоби. Като указал на бутылку:
  - Хочешь?
  Синоби несколько секунд обдумывал предложение, и, наконец, кивнул. Устроившись рядом, он налил себе вина.
  - Ты не говорил, что затеял нечто столь...
  - Это отличное прикрытие для нашей работы. Подтереть память рабочим несложно, но как ты собираешься объяснять пропажу такого количества материалов, Итачи?
  Учиха пожал плечами:
  - Твоя правда, но ты в этом разбираешься.
  - Разбираюсь, еще как. А вот вы прокололись. Почему не предупредили меня об этом... Курохае?
  Итачи чуть поморщился:
  - Да не верили мы в его существование. Сам подумай, если мы занимались твоим возрождением, и точно знали, что ты - это ты, как нужно было реагировать на появление, якобы, тебя, в совершенно другом месте, да еще и вполне живого?
  Като хмыкнул:
  - А вообще не доводить до меня эту информацию было нормально? Придурки, - сеннин покачал головой. - Как я после этого должен вам доверять?
  - Этого больше не повторится. Но что ты о нем думаешь?
  Като покачал головой:
  - Отвечу тебе так же, как ответил другим. Не знаю, как это возможно, но он - это я. Движения, знания, навыки. Все совпадает. Со скидкой на то, что это теперь монстр, каким я не был и на пике способностей. Но я даже рад, что он появился. Пока он в Конохе, у меня развязаны руки. Вон, как быстро примчались бывшие помощники, наверняка хотели спросить, а что это я не возвращаюсь на свое законное место.
  Итачи кивнул, соглашаясь с утверждением, и спросил:
  - От него не будет проблем?
  - Ха! Еще как будут! Так что начинайте готовиться к неприятностям.
  - Мы готовы, Като. К этому мы всегда готовы.
  
  Глава 86.
  
  Когда из леса появился отец Рюдзи, Идзумо все еще беспокойно дремала. Поспешные сборы пронеслись быстро, а Найта напрягала только необходимость изображать взволнованного влюбленного мальчишку. К счастью, как только со сборами было покончено, и Рюдзи, указывая дорогу, повел их куда-то через лес, стало не до разговоров. И если первые пару часов приходилось топать через почти девственный лес, то потом неожиданно обнаружилась натоптанная тропа, которой пользовались, пусть и не сказать, что очень часто. Но определенно пользовались, и точно не один единственный проповедник.
  - Рин, я должен тебя кое о чем попросить.
  Вот и первый звоночек.
  - О чем, отец Рюдзи?
  Проповедник остановился, как бы переводя дух.
  - Не удивляйся тому, что увидишь, сын мой. И не делай поспешных выводов из увиденного.
  Найт задумчиво кивнул:
  - Хорошо, отец Рюдзи. Не понимаю, почему вы об этом просите, но я постараюсь исполнить вашу просьбу.
  Проповедник удовлетворенно кивнул, но Найт лишь насторожился еще больше. Вскоре тропа начала ветвиться, и, судя по следам, которые Найт успевал замечать на ходу, здесь ходили не только простые крестьяне. Если не присматриваться, то это напоминало тропы охотников, или егерей, что-то подобное синоби Крыла уже видел в лесах Страны Огня. Но здесь все же не густой лес, через который нужно прорубаться, и не хвойный лес, иногда просматриваемый на сотни метров. Здесь прибрежные заросли, по которым постоянно кто-то шатается. Но не сейчас. Сейчас, казалось, они были в лесу одни.
  Вскоре Рюдзи свернул на одной из развилок, и он пошли к скалистому берегу. Когда они вышли из леса, Найт увидел вдали берег другого острова. Здесь лежал небольшой пролив, но явно не мореходный, во всяком случае, торчащие из воды скалы намекали на опасность плавания в этих водах. А Рюдзи уверенно повел их куда-то к самой кромке воды. А внимательно смотрящий по сторонам синоби увидел рыбаков. И все бы ничего, но...
  Рыбаки на небольших одноместных лахунах, которую и лодкой-то называть сложно. Рыбаки возились с сетями, и внешне все выглядело неплохо. Вот только откуда они здесь? Деревушка? Но Найт не видел уходящего в небо дыма, да и судя по окружающему ландшафту нормальное поселение разместить попросту негде. Или же есть?
  И, спустившись по узкой скальной тропе, на которой Идзумо постоянно держала его за руку боясь упасть, Найт получил ответ на свой вопрос. Несколько домиков из дерева, практически висевшие на скалах, прятались в закутке, который было бы сложно найти с воды, если не знать, где искать. Маленькое поселение практически лежало на водной глади, а часть мостков так и вовсе плавали на водной поверхности, поддерживаемые поплавками. И снова внимательный взгляд выцепил несоответствие. На балконах домиков второго яруса, ютившихся прямо на крышах нижних домов, как будто отдыхало несколько человек. Поодиночке, в разных местах, но так, чтобы держать под контролем всю территорию. И под их мешковатой крестьянской одеждой Найт отчетливо различал какое-то снаряжение. Да и не были они похожи на рыбаков, один, как бы латавший старую сеть, перебирал в руках одно узелки, но ничего с ними не делал, больше поглядывая по сторонам. Другой, державший в руке глиняную бутыль, вроде как неторопливо пил, но за все три раза, которые он приложился к бутыли, пока компания Найта спускалась вниз, делал это так, будто пьет маленькими глотками, а затем еще держит жидкость во рту. Но при этом даже не поморщился. И либо это нечто совсем не крепкое, что уже давно бы выдохлось, ведь стоявшие на столе рядом с ним другие бутылки, не считая валявшихся под ногами, были не закрыты, либо вообще пил воду. Ну и в дополнение к этим мелочам в деревне не было детей и стариков. И только две женщины были на виду, но они отличались от деревенских так же, как Футабе отличается от Идзумо. Подтянутые, и так же лишь делающие вид, что занимаются какими-то деревенскими делами, вроде стирки.
  Впрочем, заметить такие детали сможет далеко не каждый. Нужно иметь или определенный опыт, какой был у любого опытного дзенина, или специфическую подготовку, какая была у Найта. Да и он заранее знал, что увидит нечто необычное, так что присматривался к деталям. Но возникает другой вопрос - что это? Понятно, что прикрытие, но прикрытие для чего? Для кого?
  Проповедник довел их до одного из домиков и указал на крыльцо:
  - Посидите пока здесь, дети мои. Я сейчас вернусь.
  Найт устроился на приставленной к стене скамейке, а Идзумо села рядом, вжимаясь в его плечо и будто пытаясь защититься от всего мира. Потрясение последних дней и резкая смена обстановки ей давались нелегко.
  - Все в порядке. Здесь ты в безопасности, - прошептал Найт девушке, действительно желая успокоить ее.
  Вышедшая из дома женщина подошла к ним, заботливо улыбаясь:
  - Хотите есть? Вы, наверное, голодны с дороги?
  Найт вопросительно глянул на Идзумо, и та немного неуверенно кивнула.
  - Да, пожалуйста.
  Женщина кивнула:
  - Конечно. Только... Ну, у нас в основном рыба...
  Отец Рюдзи, последний раз бросив взгляд на двух молодых людей, которых он сюда привел, уверенно вошел в одну из деревянных халуп, сразу подойдя к ютящемуся в углу кресту. Встав на колени, и одними губами зашептав молитву, он начал уверенно креститься. Просил немолодой мужчина прощения, за то, что уже сделал, за то, что было сделано по его вине, и за то, что ему еще предстоит сделать. Закончив, он поднялся и подошел к задней стене хижины, постучав по плотно подогнанным друг к другу доскам. Через пару секунд скрытая дверь открылась, и изнутри на Рюдзи взглянул хмурый воин в доспехах ордена. Кивнув, он впустил проповедника внутрь, и плотно затворил за ним проход.
  Искусственная пещера, скрытая от внешнего мира, освещалась химическими светильниками. У ордена были и светильники на чакре, но в целях сокрытия этого и подобных ему мест от сенсоров решено было от них отказаться. Ровные стены, покрытые рисунками, оставленными создателями пещеры, ровный пол, тихий шелест воды, и шум от скрытно живущих здесь сотни людей. Или уже пары сотен?
  Рюдзи остановился у одной из стен, взглянув на нанесенный на нее орнамент. С летучего острова Страны Неба спускались проводники воли правителей неба людям островов. Первый Мизукаге много сил потратил, чтобы скрыть истинную историю своей деревни и своей страны. А после уничтожения кланов, а самое главное - полного уничтожения всего старшего поколения, в Киригакуре не осталось никого, кто знал бы, с чего все началось. То, что сейчас называется Страной Воды, было лишь вассальными землями Империи Неба, и это были не единственные вассальные земли империи. Но империи имеют свойство угасать и исчезать. И основное наследство империи досталось Стране Воды, но они не смогли им воспользоваться в полной мере, что, впрочем, и к лучшему. Справедливости ради, империя не была такой уж технологически продвинутой, хотя кое-что они, несомненно, создали. Нет, современный флот Воды рассеял бы Небесную Флотилию по ветру. Но в империи была четкая слаженная структура, помноженная на личную ответственность людей и отсутствие глупых предрассудков и разделения синоби и людей. Но сейчас, столько лет спустя, это уже не важно. Главное - империя дала Ордену достаточно для борьбы.
  - Маркус! - выкрикнул Рюдзи.
  Искать в закоулках подземного лагеря одного человека можно долго, но у проповедника не было на это желания.
  Воины ордена, слышавшие призыв, никак на него не отреагировали, продолжая заниматься своими делами, готовить снаряжение и оружие, тренироваться, переговариваться, есть. И лишь один вышел из общей толпы, двигаясь навстречу Рюдзи. Высокий тренированный мужчина с коротко стриженными черными волосами и аккуратно выбритым лицом.
  - Отец Рюдзи, - несмотря на то, что в ордене стоял заметно выше Рюдзи, он все равно уважительно поклонился проповеднику.
  Отец Рюдзи ритуально окрестил мужчину, вернув поклон, прежде чем начать:
  - Маркус! Мы же договорились, что вы не будете прибегать к крайним методам! Мальчик и сам бы к нам пришел. Не сейчас, так чуть позже!
  - Так значит, он пришел вместе с тобой? - вычленил для себя главное брюнет.
  Рюдзи кивнул:
  - Пришел. Но за это бедная девочка заплатила ужасную цену!
  Маркус поклонился:
  - Простите, отец, я сожалею об этом. Но в текущей ситуации ждать я не мог. Время уходит.
  Рюдзи насторожился:
  - Что-то случилось?
  Брюнет кивнул:
  - Да. После оценки боя за Скрытый Водопад орден пришел к выводу, что мы не готовы к войне с синоби. Не готовы нести такие потери. После победы мы получим не новый мир, а безжизненные руины. Это неприемлемо! Поэтому приказы отменены, мои люди собираются и возвращаются обратно. Поэтому я взял на себя ответственность и ускорил приход перспективного мальчишки к нам.
  Рюдзи качнул головой:
  - Понимаю, но... Вы лишаете его выбора! Теперь ему ничего не остается, кроме как присоединиться к нам. Это неправильно!
  - А какой у него был выбор? - пожал плечами Маркус. - Прятаться под юбкой девчонки? Или сдаться и угодить в кандалы? Уверен, если бы он знал про нас, то уже давно бы сам к нам пришел.
  - Возможно, - не стал спорить Рюдзи.
  Он развернулся, потирая лоб рукой. Он чувствовал ответственность за страдания бедной девочки. Поступать так было неправильно, но здесь Маркус в своем праве. Цена слишком высока, и жизни отдельных людей не стоят так много, как жизнь человечества в целом. То, каким станет мир в случае поражения Ордена, пугало.
  - Даже пытаясь достичь высшей цели, Маркус, мы не должны становиться монстрами.
  Брюнет кивнул:
  - Я знаю. Когда война закончиться, я предстану перед судом и понесу ответственность за все свои грехи. Никаких послаблений, никаких оправданий. Я раскаиваюсь в том, что мне приходиться делать. Но я слишком боюсь того, что произойдет от моего бездействия, Отец.
  Проповедник кивнул:
  - Пусть твоя совесть и взор Его станут тебе судьей. Но все же не бери на себя больше, чем может вынести смертный. Идем. Думаю, мне стоит познакомить тебя с твоим новым рекрутом.
  
  Глава 87.
  
  Асума прошелся взглядом по небольшому залу, в котором, обычно, собирался Совет Дзенинов. Совет был создан Вторым Хокаге, чтобы у кланов, порой слишком завязанных на собственных интересах, был некий противовес. Для Совета Дзенинов интересы Деревни были определяющими, что позволяло с другой точки зрения смотреть на ситуацию. Но собирался совет не часто. В последний раз после убийства отца. И, когда Тсунаде объявила о выдвижении Курохая, безликого из Корня, на Рокудайме Хокаге Кохо, Асума попытался собрать совет снова. Но пока с передовой не вернулось еще и половины дзенинов, так что собирать было, попросту, некого. А вот поговорить было о чем. Но и так сегодня, на небольшое собрание заинтересованных лиц, пришло немало людей. Дзенины Сарутоби, Курама и Шимуро. Последние без Данзо не представляли такой силы, как с ним, этот человек был стержнем клана. Члены других кланов, открыто пришли Хьюги. И члены тройки Яманака/Акимичи/Нара. Но их альянс уже не был так прочен, как раньше. Все чаще мнения лидеров клана шли в разрез друг с другом. Противоречили друг другу. Абураме тоже появились, но стояли в тени. Как и единственная Инудзука. Тсуме держалась в стороне, сложив руки в замок на груди и не приближаясь к остальным. Пришли и почти все безклановые дзенины Конохи, что находились в деревне. Жаль, не было Какаши, зато присутствовал хмурый Гай.
  Асума обводил их взглядом, думая над тем, что и как будет говорить. Это он пригласил их, он созвал совет. Ему и право говорить. Но пока он лишь оценивал пришедших. Обычно совет садился дисциплинированно, ровными рядами, но сейчас они все стояли группами. Чуть в стороне держались Хьюго. Их можно было не опасаться, Хиаши и пальцем не пошевелит, сколько бы дерьма Асума не вылил на Кьюджина. Пока речь не идет напрямую о членах его клана - он молчаливый наблюдатель. Но Асума был бы рад, если бы Хиаши вот так молча поддерживал его, а не сеннина. Сарутоби, члены его собственного клана, расположились поближе к нему, но сегодня они будут молчать. И так ясно, кого они поддерживают, и среди них нет никого, кто имел бы достаточный личный вес, чтобы говорить за себя. Яманака, будто в насмешку, расположились в центре, противопоставляя себя Асуме. Иноичи нет, но здесь Нобутори и Такамару, если не ближайшие помощники, то точно единомышленники лидера своего клана. Нара рядом, но как бы в стороне, и Шикаку пришел сам. Он так же может быть проблемой, если захочет помешать Асуме. Если захочет. Но может и не захотеть, эти аналитики всегда были сложно прогнозируемыми людьми. Больше никто кланам не кучкуется, и это хорошо. Остальные не определились в том, как относиться к заявлению Тсунаде, и их еще можно перетянуть на свою сторону. Странно только, что Тсуме пришла одна и держится в стороне, странно, что нет Учихи, или Шикамару, да и вообще безликих Асума почти не видел. Это и хорошо, и плохо одновременно.
  - Скажите мне, я правильно все понял? - видя, что основной народ собрался, громко спросил Асума. - Вылезший не пойми откуда, то ли сам Кьюджин, то ли Курохай, как ему самому больше нравиться, пришел в Коноху и просто так заявил права на титул Хокаге?
  Ответил ему Такамару, относительно невысокий худощавый мужчина с короткими темно-каштановыми волосами:
  - Яманака Като находиться в столице, вместе с семьей. Так что это действительно разные люди.
  Асума неторопливо вытащил пачку сигарет и закурил.
  - Значит, он даже не счел нужным появиться в Конохе?
  Яманака кивнул:
  - Ну да. В прошлый раз его в тюрьму отправили, так что его понять можно.
  - И то, что скрывался все это время? И то, что когда мы вступили в войну и проливали свою кровь, он оставался в стороне? Это тоже понять можно?
  - Ага, - легко согласился Такамару. - Ты сам как-то перешел в Шугонин Джуниши, а затем по своему желанию вернулся обратно. Тебя же поняли.
  Асума кивнул, стряхивая пепел на пол:
  - Да. Только меня не называли Палачом Городов, - перевод на личности ему не нравился, и он быстро соображал, как вернуть разговор в нужную ему колею, - И на пост Хокаге не мечу. Кто такой Курохай? Кто-нибудь знает что-нибудь о нем, если он не Кьюджин? Почему он появился именно сейчас? Не тогда, когда война начиналась, а сейчас, когда она вовсю идет? И вообще - достоит ли он быть Хокаге? Ты тут его вроде как защищаешь, Такамару. Вот и скажи - ты его знаешь?
  Дзенин отрицательно покачал головой:
  - Нет. Не знаком. Даже не видел ни разу.
  - А я хочу знать. И считаю, что все мы имеем на это право. Может, у меня есть некоторые противоречия с Тсунаде-сама, но это вовсе не значит, что я против ее правления. Но я против его правления. Никаких личных интересов. Меня волнует только будущее Конохи. Ради этого будущего я хочу, чтобы пост Хокаге не достался кому попало.
  Неожиданно высказался Хиаши.
  - Мы поняли, Асума. Поняли, чего ты хочешь. Но что ты предлагаешь?
  Сарутоби, замолчавший и вновь потянувшийся за сигаретой будто задумался. Ответ на этот вопрос у него был заготовлен, но нужно было сделать вид, что он задумался. Сигарету он достал, но закуривать не спешил.
  - На Совете Кланов мне не дали высказаться. Меня заткнули. Поэтому я скажу это здесь. Кто такой Курохай? Если он помогал создавать образ Кьюджина, то участвовал ли он в убийстве Данзо и советников? Я не спорю, что Данзо было нужно остановить. Но необходимость смерти советников все еще под вопросом. Если он участвовал, то есть ли на его руках кровь? И где он был все это время? И самое главное. Вы действительно готовы называть его своим Хокаге? Того, от кого непонятно, чего ждать? А если он наследник Данзо? Если он еще хуже, чем Дензо? Если он принесет Конохе только смерти, множество смертей? Что я предлагаю? Встречу на арене. Встречу его и нас. Тех, у кого возникают те же вопросы, что и у меня. Пусть словом и делом докажет, что он достоит быть Хокаге. Пусть докажет, что мы можем доверить ему деревню. Что он не зальет ее кровью! Вот, что я предлагаю.
  И Хиаши кивнул:
  - Это обоснованное требование. Я поддержу его.
  За ним кивками выказали поддержку и остальные Хьюги, и точно так же это сделали Яманака. Асума все шкурой ощутил подвох. Откуда такая слаженность? Не мог же он их просто убедить? Или все оказалось намного проще, чем выглядело, и кланы не так уж и сильно поддерживали Курохая? Да и в прошлый раз, когда рассматривался арест и тюрьма для Кьюджина, Хьюги лишь воздержались. Возможно ли, что Хиаши все так же придерживается нейтралитета, не предпринимая активных действий, пока ситуация это позволяет? Ну не мог же Курохай просто взять и все просчитать! Такие предположения походили на паранойю. Да и Яманака легко согласились. И отступать было поздно, идею, один за другим, поддерживали и прочие Дзенины. Абураме привычно воздерживались. Тсуме так же не вышла из тени, смотря на происходящее со стороны.
  - Для защиты нашей деревни мы должны подтвердить право Курохая на пост Хокаге, - закончил Асума, - осталось назначить день.
  
  * * * * *
  
  Посидеть на скамейке, в тени, в тишине, и немного в стороне ото всех было приятно. Там, на фронте, у Хинаты почти не было времени, чтобы побыть в одиночестве. Даже в собственной палатке оно постоянно слышала доносившиеся снаружи голоса и шум. А здесь было тихо и спокойно. Хинате не хватало этого ощущения. Но и эту тишину неожиданно ворвался тихий топоток чьих-то ног.
  - Х-ханаби... - Хината заметила едва не бегущую куда-то сестру, и тут же ее окликнула. - Ханаби!
  Услышав знакомый голос, сестренка остановилась, озираясь. И, когда увидела старшую, ухмыльнулась, и пошла к ней, к стоящей в тени скамейке.
  - Хина! Привет! - младшая так и светилась радостью жизни, самодовольно улыбаясь.
  - П-привет, - такие яркие эмоции чуть смутили Хинату. - Как ты? Я... Я не видела тебя в клановом квартале... И... Где ты была?
  Но сестра проигнорировала вопрос, сначала бесцеремонно отодвинула свитки и скинула на скамью вещи, которые несла, сразу начав с серьезной миной на лице осматривать Хинату со всех сторон.
  - Никаких ранений и травм не видно, - серьезно констатировала девушка, лишь после этого снова улыбнувшись и поцеловав сестре в щеку. - Рада, что ты цела! Давно вернулась?
  Хината чуть улыбнулась. Забота была приятна и грела. К тому же помогла немного расслабиться. Ханаби, бросив на край скамьи вещи, которые несла с собой, и отодвинув свитки Хинаты,
  - Нет... Недавно, - девушка проводила взглядом другого члена клана, прошедшего мимо них и, похоже, спешащего куда-то. - Меня так мало не было, но, кажется, Коноха успела измениться.
  Ханаби сначала удивилась, но затем хмыкнула, снова широко улыбнувшись:
  - Ну, типа... да... и нет, - и сама же рассмеялась своей шутке. - Дурной пример и действительно заразителен. Ты помнишь Кьюджина? - и, не дожидаясь ответа, продолжила. - Это, оказалось, было два человека, работавших вместе. И один из них недавно вернулся в Коноху с какой-то длинной миссии. Его зовут Курохай. И сразу же наметился на шапку Хокаге. А еще отец договорился с ним, чтобы он взял меня в ученицы!
  Последнее Ханаби произносила не скрывая гордости.
  - Д-да? - такие неожиданные новости снова немного смутили Хинату. - И как он?
  Не смотря на гордость от своего положения, Ханаби как-то неуверенно подняла взгляд к нему.
  - Ну... Немного странный. Жесткий. Требовательный. Представь папу, который в лоб говорит, что думает, да еще и не стесняясь в выражениях.
  Хината с сомнением нахмурилась.
  - Но отец почти никогда так не делает.
  - Ага. А Курохай делает, и часто. А мне сказал: смотри, молчи, думай. И слушай. Да. Смотри, слушай, молчи, думай. Он всегда так говорит, что хоть на доску записывай и вешай к высказываниям мудрецов. Что не фраза - то какой-то скрытый смысл, - Ханаби устало вздохнула, но сразу ободрилась. - Но мне нравиться! С ним никогда не бывает скучно!
  Хината кивнула:
  - Сложно у него?
  - М? Не то чтобы... Странно немного. Он говорит, что не будет меня контролировать и что-то у меня спрашивать. Типа проверять себя буду я сама, - Ханаби ухмыльнулась. - Представь! Я за всю жизнь никогда так серьезно к обучению не относилась. И не от того, что меня будут проверять, а наоборот. Хитер, этого у него не отнять.
  - А... Я рада за тебя. Уверена - ты станешь достойной ученицей и сильным синоби.
  Но Ханаби чуть тряхнула головой:
  - Не просто синоби. Я стану главой клана! - она подняла перед собой ладонь и сжала ее в кулак, будто схватив что-то. - Сильным главой!
  Хинату всегда восхищала целеустремленность и амбициозность сестры. Но иногда еще и пугала. Впрочем, Ханаби быстро сбросила серьезный настрой, снова улыбнувшись.
  - А у тебя как прошло? Я слышала, у вас там что-то случилось.
  Хината погрустнела.
  - Д-да. Неджи объявлен нукенином и занесен в книгу бинго.
  Ханаби удивилась. Может, она и не слишком хорошо знала парня, но все же тот всегда казался преданным семье.
  - Правда? А за что?
  - Нам з-запрещено говорить об этом. Отец приказал.
  - А-а-а... - Ханаби оглянулась, будто ища, чем бы подбодрить сестренку. - А знаешь? Я видела твоего сенсея. Куренай, наконец, родила!
  Немного прямолинейный способ сменить тему, но Хината наоборот была рада перестать говорить о Неджи.
  - Да, я знаю. Уже была у нее. Они назвали ее Мирай, она такая красавица. Представляешь, она уже научилась садиться, скоро, наверное, ползать вовсю будет, - она улыбнулась и с задумчиво-мечтательным видом уставилась перед собой.
  Ханаби закатила глаза и вздохнула:
  - Ты сама-то когда начнешь действовать? Ты ведь напросилась на это назначение только потому, что там Наруто был.
  Хината тут же беспомощно смутилась.
  - Я-я? Н-не знаю...
  - Вы хоть виделись?
  - М-м-м... Угу... - неуверенно кивнула Хината.
  - А целовались?
  Хината покраснела еще больше и казалась, сейчас вовсе свалиться в обморок. Она пыталась что-то ответить, но получалось только невнятное бормотание. Ханаби не выдержала и рассмеялась.
  - О, сестренка, ты не меняешься! Обожаю эту твою черту!
  - Ханаби! - возмущенно выдохнула Хината. - Нельзя же так!
  Ханаби покачала головой.
  - Когда дело касается тебя - можно!
  Хината снова смутилась, но, желая сменить тему, попыталась быстро вспомнить о чем-нибудь, о чем можно спросить сестренку, чтобы отвлечь. Это был, пожалуй, единственный надежный способ избежать дальнейших подколок:
  - Ханаби! Я видела Сакуру Харуно, но она была какой-то... Не такой... Да еще и в компании Кибы, который выглядел немного... Ну...
  Ханаби стерла со щеки слезу, кивнув:
  - Пришибленным. Он всегда такой, когда Сакура рядом. Она ему мозги выносит профессионально и на раз. Она все еще стоит на лечении, что-то там произошло недавно. Так что подробностей не знаю, - Ханаби развела руками, как бы извиняясь. - Зато видела еще одного из твоих друзей. Шикамару недавно гулял в компании красивой красноволосой девушки. И она не из Конохи. Лентяй шипел и отмачивал саркастичные комментарии, но ТАК на нее смотрел, пока она не видит...
  Хината удивилась:
  - Это точно был Шикамару?
  - Точно, - кивнула Ханаби. - Хотя с тростью он выглядит забавно. Вот! Даже он с кем-то встречается! А ты все страдаешь от своей великой любви!
  Хината снова смутилась, но в этот раз Ханаби сама не стала развивать тему, подхватив свои вещи.
  - Прости, сестренка, мне надо бежать! Не хочу вызвать неудовольствие сенсея. Пока-пока!
  И, не дожидаясь ответа, убежала по своим делам. А Хината лишь вздохнула:
  - Если бы все было так просто, милая...
  
  Глава 88.
  
  - Все, вали! У тебя пять часов! - швырнув подписанный свиток куноити клана, Тсуме устало выдохнула.
  Еще только утро, а она уже вымоталась. Хотя это неправильное утверждение, ведь нормально поспать женщина так и не смогла. Послание, или приглашение, принесенное вчера, не дало заснуть. Всю ночь ее одолевали неприятные мысли, заставившие подняться ни свет, ни заря, и начать капать на мозги всем окружающим, коих было немного.
  Немолодая женщина прошла мимо зевнувшего во всю пасть Куромару. Старый полуволк, чувствуя напряжение хозяйки, сам не мог нормально заснуть. Но свое неудовольствие он держал при себе, наблюдая за облаченной только в черную рубашку и обтягивающие шорты женщиной одним единственным глазом.
  Тсуме подошла к измятой неспокойным сном кровати и залезла на нее с ногами, сверля взглядом свиток, лежавший на столике у кровати. За время своего правления кланом она уже почти разучилась удивляться. Слишком многое, пожалуй, случилось на ее веку, чтобы эта милая привычка смогла сохраниться в ее душе. Она рано приняла в свои руки клан, ее мать получила смертельное ранение во время бешенства Кьюби. Но до смерти она успела посоветовать Тсуме доверять Хирузену с осторожностью. Тогда маленькая девочка не поняла этого совета, она почти не знала Намикадзе Минато, да и Сарутоби Хирузена тоже. Третий, вернувшийся к власти, поддерживал, как ей казалось, клан Инудзука, оказывал покровительство. Но с тех пор много воды утекло. Она уважала Хирузена, и доверяла ему больше, чем сейчас Тсунаде. Но, когда Почетный Третий Хокаге пришел к ней с предложением поддержать Данзо, она испугалась. Испугалась и отказалась. Ведь тогда даже беспринципные Абураме сочли, что управление Тсунаде и ее помощника им кажется более разумным. Яманака поддерживали Ка... Кьюджина почти открыто, Нара скрытно, да и были лояльны Тсунаде, а за ними пошли бы и Акимичи. Ну а обычный нейтралитет Хьюг, тем не менее, настроенных поддержать пятую, должен был стать крышкой на гробу союза Сарутоби, Шимуро и Курама. И Тсуме вовсе не хотела подставить свой клан под раздачу. Однако прозрачные намеки на то, что Кьюджин - человек Корня и Данзо. Сложная была ситуация, опасная. Но пронесло. Оказавшийся куда более хитрым Кьюджин обезглавил готовящийся переворот, поставив жирную точку в этом деле.
  Тсуме тогда быстро оборвала тесные связи с Сарутоби, понимая, что без покровителя в лице Хирузена им все равно не стоит ничего ждать от этого клана. Но обострившиеся отношения между Сарутоби и Хокаге все равно задели и ее клан, пусть и не так сильно, как самих торгашей. Не опальный клан, но и уверенности не было. Слишком неоднозначно было положение кинологов в Конохе. Да и дополнительной прибыли, как те же Сарутоби, Нара, Акамичи или Яманака, клан не имел. Ситуация медленно скатывалась если не в пропасть, то в место, не многим лучше пропасти. И предложение, поступившее от Асумы...
  - Похоже, это семейное, - оскалившись, выдохнула Тсуме.
  Асума казался нормальным мужиком, но теперь все больше походил на то, что видела Тсуме, глядя на Хирузена. Тяга к власти, прикрытая мантрами о том, что он делает это на благо деревни. Может он искренне так считает, но... Снова становиться в подчиненное положение, да еще и тому же клану, это казалось идиотским решением. Но появление Курохая, читай Кьюджина, и объявление Тсунаде о том, что этот палач станет следующим, Шестым Хокаге, было ничуть не лучше. Или даже хуже.
  Вот только... Член ее клана, отправившийся в столицу вместе с Ино Яманака, прислал весть о том, что будет служить куноити. У членов клана всегда было отличное чутье на потенциальных хозяев. Смешно и больно одновременно, но ее клан всегда был в положении подчиненных. И предупреждение о том, что в Коноху скоро вернется Кьюджин, Тсуме получила немного раньше всех остальных, пусть Рейджи почти слезно просил не распространять эту информацию. Мальчишке "разрешили" предупредить Тсуме, но границ этого разрешения он сам не знал.
  И вот ситуация возвращается к той, от которой ушла после убийства Хирузена и Данзо. Лидер Корня хочет получить всю полноту власти Хокаге в свои руки. Да, Кьюджин, или Курохай, как ему больше нравиться, ни разу не Данзо, что уже доказал. И еще... Пусть Тсуме и не тешила себя надеждой когда-нибудь сравниться аналитическими способностями с кланом Нара, но вот интуиция... Она помнила слова Хирузена о том, что только Данзо может подготовиться Коноху к новой войне. И было у нее подозрение, что решение Курохая связано не с жаждой власти, а с реакцией на изменяющуюся ситуацию. Нынешнее руководство деревни, если смотреть со стороны, едва успевало реагировать на угрозы и удары. Возможно, только возможно, Курохай действительно нужен деревне? Пусть и половина деревни с удовольствием дальше бы видела его мертвецом, погибшим где-то далеко от границ самой Конохи и Страны Огня вообще.
  И приглашение в Корень, полученное ей вчера вечером, говорило о том, что Курохай понимает ситуацию. Почти наверняка - знает о действиях Сарутоби. И пригласил ее на беседу. Достаточно настойчиво, пусть и вежливо. И не слишком стесняясь в выражениях, но намекая, что угрожать он не желает. Чего ждать от этого разговора? Курохай вполне в состоянии на нее попросту надавить, и ей нечем будет ответить. Тсуме никогда не любила играть в политику, но это не значит, что она не понимала, чем этот разговор может кончиться для нее и для клана. Человек, сумевший за один день убить четверых из пяти влиятельнейших людей Конохи - это шутка. Очень злая шутка, и совсем не смешная.
  - Ну что, малыш? - Тсуме глянула на полуволка. - Что себя мучить, все равно никуда я не денусь. Сейчас натяну на рожу наглую маску и пойду. Пойду и скажу самому сильному синоби Конохи, что я его не боюсь.
  Куромару одобрительно гавкнул, насколько может гавкнуть почти волк.
  Через полчаса Тсуме в своей привычной манере разгоняя прохлаждающихся членов клана покинула квартал и уверенно направилась в резиденцию Корня. После долгих сомнений сопровождения, помимо верного Куромару, решила не брать. Зачем? Подумаешь - какой-то разговор всего-то с лидером Корня. Ха! И не такое видали!
  Утро, людей на улицах еще не слишком много. Синоби, вернувшиеся с фронта, только отсыпаются. Как же хорошо бывает с утра. Но чем ближе она подходила к резиденции, тем сильнее где-то внутри бился тихий задавленный, затравленный страх. Животные инстинкты. В присутствии сильного нужно быть осторожным. В присутствии хищника, способного перебить всю твою стаю - осторожным вдвойне. А страх помогает не забывать про осторожность. Страх обостряет чувства, обостряет восприятие.
  - Меня ждут! - рявкнула она на дежуривших у ворот безликих.
  Девушка и парень замерли, пропустив ее внутрь и сделав вид, что ничего не произошло. Подавив желание открыть дверь с ноги, Тсуме вошла в холл, оглядываясь. Один тюнин стоял у лестницы, ведущей наверх, сложив руки в замок на груди, и ее вообще игнорировал. Двое несли какие-то коробки из одного коридора в другой.
  И только куноити собралась рявкнуть на игнорировавшего ее тюнина, как на лестнице появился синоби, заставивший Куромару тихо зарычать. От нормального живого человека так не пахнет. Молодой парень с покрытым старыми шрамами от ожогов лицом встретился взглядом с Тсуме и жестом пригласил следовать за ним. Ей пришлось положить ладонь на гриву Куромару, чтобы успокоить полуволка, потому что и сама она чувствовала себя не лучшим образом. Инстинкты говорили, что этот парень - оружие. Просто оружие, будто марионетка. Меч в руках врага - просто железка, но хищник ненавидит эту железку, как самого врага. Но почему живой, вроде бы, синоби воспринимается, как безжизненное оружие?
  Ответов не было, а стоять посреди холла было глупо. Поэтому Тсуме позволила проводить себя до третьего этажа, а затем и до одного из кабинетов. Сопровождающие ее синоби все это время молчал, но разговоров от него она и не ждала. Наконец он открыл дверь и первым зашел внутрь, оставив дверь открытой. Вздохнув, Тсуме шагнула внутрь.
  Это оказалась комната отдыха, а не кабинет. Молчаливый парень прошел к окну и уселся на него, замерев в одной позе. На диванчике расположилась... Тсуме с некоторым удивлением опознала Ханаби Хьюго, которая, видимо, завтракала.
  - Инудзука Тсуме.
  Женщина чуть вздрогнула. Если на молчаливого парня ее инстинкты отзывались чуть ли не криком, то третьего человека в комнате проигнорировали. Высокий, возможно из-за громоздкой брони, синоби стоял справа от двери. И готовил чай.
  - А ты - Кьюджин, я полагаю? - взяв себя в руки, спросила женщина.
  - Да, - он взял две чашки и, проходя мимо, одну из них протянул ей. - И нет.
  Тсуме чашку приняла, пахло оттуда весьма приятно. Вторая чашка досталась Ханаби, продолжавшей, как ни в чем не бывало есть.
  - Я не Като. Он был... Лицом Кьюджина, так скажем. Я поддерживал его из тени. По способностям мы примерно наравне, - пояснил Курохай неприятным, тяжелым голосом, - Возможно, ваш парень уже сообщил вам о том, что он сейчас в столице.
  Понимая, что стоять в дверях с чашкой не очень умно, Тсуме прошла к диванчику и расселась на нем.
  - Сообщил, - внешне неохотно признала она.
  Значит, все же двое? А может и вообще несколько? Куромару так же всматривался и внюхивался в сеннина, но испытывал такие же ощущения, как и сама Тсуме.
  - И ты рассказал мне эту занимательную историю, потому что...
  Наглеть, так наглеть. Но вопрос сеннин проигнорировал.
  - Меня заинтересовал клан Инудзука, Тсуме.
  Только начавшая расслабляться женщина снова напряглась, глядя на стоявшего к ней спиной сеннина.
  - Заинтересовал в каком качестве?
  Сеннин пошевелил пальцами механической руки, что даже в тишине комнаты показалось тихим шелестом. Несмотря на громоздкость он мог двигаться практически бесшумно.
  - Да ни в каком. Просто вы в проигрышном положении. Ваш клан большой самостоятельностью никогда не отличался, а теперь, без Сарутоби... - он неопределенно повел рукой. - В общем, я просто пользуюсь ситуацией. Беру то, что никто другой взять не может.
  Куромару тихо зарычал, чувствуя ярость хозяйки.
  - Мы не вещь, чтобы нас брать, - процедила Тсуме.
  - Верно, - не стал спорить Курохай, сохраняя совершенно тот же безразличный тон. - Не беспокойся, я умею делать предложения, выгодные обеим сторонам.
  Женщина бросила короткий взгляд на молчаливого парня, но тот так и сидел в одной позе. Ханаби на ее вспышку ярости так же никак не отреагировала. Тогда Тсуме заставила себя успокоиться. Возможно, она была права, и Курохаю дела нет до власти, а все это только для достижения каких-то конкретных целей. Тогда и ее клан - просто инструмент, которым он хочет воспользоваться, и готов за это платить. Пока все идет именно к этому.
  - Думаю, быть псами на поводке Сарутоби вам и самим было не слишком в радость. Повторять такое еще раз не заставляю, - он, наконец, развернулся, чтобы посмотреть ей в глаза. - На первое время предлагаю вам нечто иное. Дальше будете крутиться сами.
  Две светящихся точки под капюшоном, белая и алая. Да, лучше бы он стоял спиной, чем пытаться что-то увидеть в этих точках.
  - Иное что? - свое положение в разговоре ей не нравилось, да только куда деваться?
  - Клан Узумаки. Сейчас это смешно, клан из одного с половиной человека, но это сейчас. Узумаки Синдзи сможет и поднять клан, и обеспечить его материально, даже излишки останутся. Но нехватку людей он все равно решить не сможет, потребуется несколько поколений. - Курохай отвернулся, подойдя к стене и вырезав на ней выскользнувшим из руки лезвием символ клана. - Узумаки не Сарутоби. Не заходят, да и не смогут, диктовать вам свои условия. К тому же...
  Он снова повернулся к Тсуме:
  - Ваш клан всегда держали на... определенном месте. Полезные, но не незаменимые. Сарутоби не стеснялись вам об этом напоминать, я думаю.
  Тсуме скрипнула зубами, но на правду ответить было нечем. Могло показаться, что Инудзука - сильный клан, как минимум не бесполезный. Но Сарутоби не постеснялись разменять Учих, да и намеки действительно были. Нет от Хирузена, так от других.
  - Спасибо за напоминание, - процедила Тсуме.
  Куромару продолжал тихо рычать. Сеннин это, похоже, надоело, и он спустил с поводка жажду крови. У Тсуме перехватило дыхание, а полуволк сразу замолчал, вжавшись в пол. Давление мгновенно исчезло. Курохай дернул шеей, какое-то неестественное движение.
  - Не стоит на меня рычать. Я не угрожаю, и даже ни к чему не принуждаю. Пока.
  Короткая вспышка страха, вызванная жаждой крови, заставила Тсуме разозлиться и, оскалившись, она ответила:
  - А тебе и ненужно. Как ты сказал? Берешь то, что никто другой взять не может? А?
  - Не цепляйся к словам, - и, чуть помедлив, добавил. - Впрочем, даже хорошо, что ты сама все осознаешь. Не люблю намеки и все это словоблудие, хождение вокруг да около. У меня нет времени договариваться со всеми.
  - Но на меня нашел?
  Курохай чуть кивнул:
  - Да. Я знаю, что тебе нужно. Защитить свой клан, - он немного помолчал, будто обдумывая что-то. - Могу понять твое желание. Поэтому предлагаю сэкономить время нам обоим. Я скажу, что мне нужно от тебя, и что я готов дать. Идет?
  Тсуме промолчала, и сеннин счел это согласием.
  - Поддержка в Совете Кланов, но это небольшая проблема, нехватки сторонников у меня нет. Тесный контакт с Узумаки и их поддержка. Я говорю о живой силе, о членах твоего клана. Деньгами первое время и Узумаки, и, если потребуется, тебя, буду обеспечивать я. Моего влияния будет достаточно, чтобы ни у кого не возникало претензий к твоим людям. Самым непонятливым объяснят. Как вы будете строить свое будущее после - ваше дело.
  Пока все выглядело неплохо, но Курохай так же пока не сказал, что ЕМУ нужно. И Инудзука догадывалась, что, когда он свои требования озвучит, ей это не понравиться.
  - Но взамен мне нужно подчинение. Вы будете выполнять приказы, не задавая лишних вопросов. В ближайшее время мне потребуются сенсоры и следопыты, и вы мне их предоставите. Естественно, я готов платить за время, которое твои люди на меня отработают. И за их смерть, если такое произойдет. Деньги, услуги, подарить особняк в столице, или достать из-под земли какую-нибудь реликвию клана? Легко. Твой клан может запомнить тебя великим лидером, сумевшим обеспечить ему процветание. Ну и... Узумаки, для более продуктивного возрождения потребуется... Свежая кровь. Ваш клан в этом плане не оптимален, но и не плох, хороший инстинкты, не слишком большие запасы чакры, то, что нужно...
  Тсуме вздрогнула, не сумев справиться с собой. Ее бесило то, с каким пренебрежением говорили о ее людях, ее клане, тех, за кого она отвечала. Но если она шокировано молчала, то Куромару зарычал, громко, агрессивно. Положив руку на шею своему псу, и зарядившись от него уверенностью и готовность оберегать свою стаю, Тсуме с вызовом посмотрела на Курохая. Пару секунд он молчал, может, думал, а может что-то еще, но разобрать эмоции в его случае было невозможно.
  - Какие-то пункты тебя не устраивают?
  - Да. Не смей так говорить о моих людях.
  Снова пауза, молчание, и Курохай кивает.
  - Хорошо. По остальному вопросов и возражений нет?
  - Ты не сказал ничего конкретного, - стараясь успокоить хотя бы Куромару, увести разговор в сторону, ответила женщина. - Только...
  - А что конкретно тебе нужно? Цифры? Их нет. Письменный текст? Моего слова недостаточно? - переспросил Курохай.
  - Письменные договоры для торгашей, да? - оскалилась Тсуме.
  Курохай чуть наклонил голову:
  - Рад, что тебе они тоже успели надоесть.
  - Мне нужно подумать.
  - О чем? - впервые в голосе появились какие-то интонации, и это была усмешка.
  Тсуме только качнула головой:
  - Дай мне подумать.
  Несколько секунд он думал, глядя ей в глаза. Инудзука уже почти готова была согласиться, готова была отступить под этим взглядом. Он, наверное, и так предложил ей больше, чем мог бы. Но снова подчиняться? Подчиняться, не задавая вопросов? Это совсем не то, на что она готова была вот так запросто соглашаться.
  - Думай. Но не заставляй меня ждать ответа, - дал свой ответ сеннин.
  Время. Дело во времени. Тсуме как-то неожиданно для себя поняла это. Действительно, какая разница, какие там будут детали договора? Они договариваются не о деталях, а о взаимодействии. Ему будет что-то нужно - он передаст приказ клану. Клану что-то будет нужно - Тсуме обратиться к нему. И не кто не откажет другому, об этом и договор.
  Подав короткий знак своим людям, он снова обернулся к ней:
  - Я готов выслушать ответное предложение, но не готов ждать. До завтра.
  Закончив, он покинул комнату, а за ним и его люди. И, когда дверь закрылась, Тсуме смогла с облегчением выдохнуть. Короткая передышка, чтобы перевести дух. Ну, хоть что-то.
  
  Глава 89.
  
  Клановый квартал Учиха почти не изменился. Разве что выглядел еще немного оживленнее, чем раньше. Ино шла сюда уже после посещения своего квартала. И шла сюда она одна. В том, что разговор будет не простым, она не сомневалась. А другим он и быть не мог. Но отступить она не могла. Като, каким бы он ни был, был ей важен и небезразличен. Она не могла позволить себе отвернуться от него. Не могла позволить себе оставить его одного. Даже если он даже не заговорил с ней, все равно.
  Их дом почти не изменился внешне, только некоторые едва уловимые детали. Уверенно подойдя к двери, она постучалась. Все же теперь это скорее его дом. Как же сложно думать о Като в двух лицах.
  Открылась дверь, и к ней вышла уже виденная с Курохаем куноити. Черноволосая девушка ядовито улыбнулась Ино, но все же поклонилась:
  - Яманака-сан.
  Ино ощутила короткий укол ревности, но вспомнила, что о Курохае говорил Като, и успокоилась.
  - Нас не представили друг другу.
  - Меня зовут Сигурэ, - легко исправила это недоразумение девушка. - Предлагаю на этом закончить наше знакомство. И Куро здесь нет, он в резиденции.
  Ино, тем не менее, не стала сразу уходить:
  - Как он? Если смотреть со стороны?
  Сигурэ сложила руки в замок на груди, слегка пожав плечами:
  - Не знаю, с чем сравнивать. Я его встретила уже мрачным, пафосным засранцем, с которым не то, что говорить, просто рядом находиться сложно. Он был другим?
  Блондинка кивнула:
  - Был. Кто ты ему?
  Черноволосая ухмыльнулась, снова ядовито улыбаясь:
  - А что? Ревнуешь?
  - Нет. Позаботься о нем. Нельзя жить, чтобы о тебе вообще никто не заботился. Нельзя жить против всего мира.
  Сигурэ хмыкнула, но отвечать не стала. Не став прощаться, а просто развернувшись на месте, Ино покинула этот дом. Рады ей здесь точно не были, но это можно понять. Для этих людей она, Ино, была никем. Просто девушкой из прошлого их лидера. Он достаточно знала Като, чтобы понимать - им Курохай о ней не рассказывал. Он вообще вряд ли что-либо рассказывал.
  Она подошла к резиденции Корня, остановившись снаружи. Он увидит ее, заметит, почувствует. Стены не остановят его взгляда. То, что было между ними, еще имеет значение. Стоявшие на посту безликие, переглянувшись друг с другом, не стали пытаться ее остановить. И, едва она успела зайти внутрь, как натолкнулась на еще одного человека из его свиты. Молчаливый парень жестом попросил следовать за ним. Путь от входа до дверей кабинета Ино не заметила. Он просто вылетел из ее головы. Перед ее глазами будто вновь пронеслось все то время, что она верила в его смерть. Вся боль, мучительная тоска и грусть. Все это, заново, за те минуты, что они поднимались по лестницам и шли по серым коридорам. Вот открывается дверь, она входит внутрь, глядя на стоящего к ней спиной человека в доспехах.
  - Выйдите, - грубый, неприятный голос отдает приказ.
  Кроме него здесь еще Ханаби Хьюга и пара безликих, но Ино не обращает на них внимания. Они остаются в комнате одни, и наступает тишина.
  - Зачем ты пришла?
  - Вот так ты меня встречаешь? - ответила вопросом на вопрос Ино. - У тебя это вызывает вопросы? Не понимаешь, что я не могла не прийти?
  - Я считал, что ты умнее. Что ты поймешь - увиденное тебе не понравиться, и ничего хорошего я тебе не скажу, и не могу сказать.
  - Это не важно, - качнула головой девушка. - Я должна была прийти. Нам нужно поговорить.
  Курохай развернулся, позволяя заглянуть в свои светящиеся глаза.
  - Нам не о чем говорить. Я знаю все, что ты можешь мне сказать. Я знаю все, что ты хочешь услышать. Все это не важно. Ты, с сыном, с Като будете там, в столице. Или где угодно, но подальше от Конохи, меня, и войны. Мне многое нужно сделать, и в конце никто не будет называть меня героем и спасителем, так что сделай вид, что ты меня не знаешь. Тебе же будет лучше.
  Ино дернулась, чувствуя, как все прошлые чувства сметает тихая ярость.
  - Что? Ты думаешь, я могу так поступить? Действительно думаешь, что для меня наше прошлое ничего не значит?
  - Это не важно. Прошлое осталось в прошлом. И мне очень много нужно сделать, чтобы у тебя было будущее. Прекращай истерить, Ино. Ты ведь сюда не для этого добиралась? Что ты хочешь услышать?
  Девушка хмыкнула:
  - Что я хочу услышать?
  - Можно не повторять за мной.
  Она качнула головой:
  - Да так. Всего ничего. Просто хотела знать, что с тобой. Хотела сказать, что не забывала тебя все это время. Что ты важен для меня. И хотела увидеть, что важна для тебя. Что наш сын важен для тебя.
  Курохай повел плечами:
  - И? Тебе нужны слова? Или чего ты хочешь? У тебя есть Като. За теплыми словами обращайся к нему. Да и по всему остальному тоже. У меня нет времени на игру в счастливого мужа и доброго отца.
  - Игру? Для тебя это всего лишь игра? - ярость внутри Ино перемешалась с каким-то странным разочарованием. Это не то, что она должна была испытывать от его слов, но...
  Но Курохай стянул капюшон и снял маску.
  - Мне это надоело. На, посмотри. Нравиться? Предлагаешь мне рассказывать малышу сказки на ночь?
  Ино на миг замешкалась, но хмыкнула:
  - И что? Все? Это тебя останавливает? Это, по-твоему, большая проблема? Не ты ли говорил, что нет ничего невозможного, а? А теперь прикрываешь обожженным лицом, чтобы что? Держаться от меня и Иноджина на расстоянии? Да что с тобой!? Ты что, пытался меня разозлить? Специально? Думаешь, так мне будет легче?
  - Это все не важно, - вкрадчиво повторил Курохай. - Не имеет значения. Мир не крутиться вокруг вас двоих. Кроме вас еще есть целая Коноха, а вокруг нее толпа народу, желающая ее уничтожить. Вот и все. Все остальное - мелочи.
  - Мелочи? Ты понимаешь, что...
  - Что? - повысил голос Курохай.
  - Като сказал, что не хочет становиться таким же монстром, как ты. Чтобы я помогла ему не стать таким же, как ты.
  - Не удивлен. Вот только чтобы у вас, сладкая парочка, была возможность стоить свою счастливую жизнь, кто-то должен сделать важную работу.
  - Ты так уверен? Так уверен в том, что для этого нужно быть чудовищем, которым ты так стараешься быть? Может, в этом нет такой необходимости? Может, ты справишься со всем этим, даже оставаясь человеком? Почему ты...
  - Нет, - качнул головой Курохай. - Поздно. Слишком поздно. Всегда было, и всегда будет. Слишком поздно. Любое проявление мягкости будет рассмотрено, как слабость, как ошибка. А у меня больше нет права на ошибку. Мне поздно быть человеком. Мне не нужно быть человеком. Я не хочу быть человеком. Увидев тебя... я ничего не почувствовал. Ничего. То, что я делаю, я делаю не ради тебя. Я делаю это, потому что должен делать. Потому что создан для этого. Потому хочу этого, - он снова надел маску и натянул капюшон, двинувшись к двери. - Уходи. Здесь для тебя ничего нет. Разговор окончен.
  Ино опустила голову:
  - Не пожалей потом.
  
  * * * * *
  
  У Тсунаде снова добавилось работы. Радовало лишь, что это временная проблема, скоро большую часть загребет себе Курохай. А что последует после этого - предполагать она не бралась. Резкие, радикальные методы вряд ли найдут поддержку в Конохе, разве что у единомышленников. Да и были у Тсунаде сомнения, что Курохай станет кому-то разъяснять причины своих поступков и свои мотивы. А посвящать в планы не станет и подавно.
  И она задавалась вопросом - почему не пытается препятствовать? Но так же не находила ответа на вопрос - зачем ей ему препятствовать? Все же, не смотря на некоторый радикализм, отморозком Кьюджин не был.
  Вздохнув, она поднялась. Наверное, сейчас все в Конохе заняты абсолютно теми же мыслями. В конечном итоге он станет Хокаге. Вот прям через пару недель. А это важно.
  - Хокаге-сама, - в дверь заглянул безликий из ее охраны, - все собрались.
  - Все? - хмыкнула Тсунаде.
  Безликий кинул:
  - Да, Курохай только что появился.
  Отодвинув в сторону бумаги, она поднялась и, подхватив пару свитков, пошла за сопровождающим. Ухмыльнулась какому-то странному предвкушению. Говорить собираются о войне, и сеннин наверняка о ней выскажется. И выскажется в своей манере. Наверняка предложит нечто, что никто не ожидает. Ведь еще и пара генералов от армии Дайме присутствуют, заехали в гости. Или были приглашены в гости, что не сильно меняет дело. Они, Шикаку, Ехи, Ибики, она сама и верхушка Корня, все они были приглашены только для того, чтобы услышать Курохая. Новый Хокаге, новый взгляд на вещи, новый вектор действия. Если она была в чем-то преемницей третьего, пусть в чем-то и имело свое мнение, то Курохай - это новый, совершенно другой человек на этом посту. А куда он приведет Коноху - покажет время.
  - ...не слишком затянется, - донеслось из-за открывающейся двери. - Мы спешим. Нужно еще вернуться на фронт. Отвод синоби вовсе не сделал ситуацию стабильнее.
  Как и сказал безликий, все уже были здесь и стояли над подробной картой военных действий. Кроме Курохая. Он, можно сказать, в уже привычной манере, стоял в стороне и спиной к остальным. В углу сидела Ханаби, делающая вид, что она не тут. Тсунаде, подумав, что стоит записать Хьюго в потенциальные протеже и преемницу сеннина, жестом показала никому на ее появление не реагировать и продолжать разговор.
  - Спешка важная только при ловле блох, - ответил Курохай не разворачиваясь.
  Генерал Иэясу положил руки на карту, бросив на сеннина недобрый взгляд.
  - Ты пока еще не Хокаге. Так что придержи язык. Мы согласились выслушать тебя, но...
  - Все собрались, - Курохай обернулся, игнорируя генерала, и делая шаг к карте. - Война окончена.
  Генералы подавились возмущением, впав в легкий ступор. Ибики ухмыльнулся, хотя и ждал пояснений, явно не понимая, к чему клонит Курохай, но уже догадываясь, что сейчас начнется нечто веселое. Ехи сохранил лицо, выражая спокойствие. Она сама просто смирилась с ситуацией. Саске и Шикамару помалкивали, но вид имели такой, будто уже были в теме. И только Шикаку переспросил:
  - Пояснишь?
  - С самого начала это была навязанная вам война. Война, развязанная в интересах Рассвета, - начал сеннин объяснять. - Война нужна была Воде, но не нам. В текущей ситуации ее продолжение не принесет нам никакой выгоды. Заключите мирный договор, оставив Воде уже захваченными ими земли, и сверните военные действия.
  Иэясу покачал головой:
  - И это твой гениальный план? Потерять лицо, подписав капитуляцию? Отдать главный торговый порт страны главному морскому конкуренту? Ты, нахрен, в своем уме?
  - Ни потеря лица, ни потеря пары разрушенных торговых портов не имеет значения. Потери, которые мы понесем, добиваясь победы в прямой войне, не оправдывают того, что мы от этой победы получим.
  - Но они пришли на нашу землю! Мы не можем оставить это вот так! - настоял второй генерал, незнакомый Тсунаде. - Это неприемлемо!
  Курохай кивнул:
  - Я и не собираюсь оставлять все, как есть. После подписания перемирия закройте временную границу с Водой. Никаких поставок, никакой торговли. И держите на границах войска, немного уступающие в количестве силам противника. Отведут они - отводите и вы. Пусть кормят их морскими поставками. Наши синоби развернут свою деятельность, в которую я пока не намерен никого посвящать. Месяца через три они сами покинут нашу землю.
  Иэясу хмыкнул:
  - Три месяца! А что делать с морской торговлей эти три месяца?
  - Ее не будет в любом случае, пока идет война. Ваш штаб просчитал, что при продолжении военных действий при текущей интенсивности, месяца через полтора они вынуждены будут отступить из-за нехватки людских ресурсов. Но они это так же понимают, и наверняка сменят тактику. Это первое. Второе - после этого все равно придется восстанавливать порты и торговый флот. На что так же уйдет время. А теперь самое главное. При любом раскладе про торговлю можете забыть. Рассвет выходит на финишную прямую. В лучшем случае у нас четыре месяца. В худшем - один.
  Он снова развернулся, делая паузу.
  - Акацки не будут воевать по привычным вам правилам. Суна, Ива, Кири. Они будут лишь пешками. Нам так же уготована роль пешки, но я этого не допущу. Против нас бросят культ, как пушечное мясо. Их достаточно много, и их воины в разы опаснее юхеев, и уступают, пожалуй, только тюнинам и выше. И пока скрытые селения, неся ужасающие потери, останавливают культ, Акацки нанесут удар, которого мы не сможем вынести. Ни мы, ни кто любо другой.
  Несколько секунд тишины, пока Шикаку не задает вопрос:
  - От месяца до четырех? Ты уверен в этом?
  Курохай снова развернулся.
  - Если Рассвет не начнет действовать за это время - начну я. Так что да, я уверен. Заканчивайте бессмысленную войну и готовьте людей. Скоро мы составим предположительное описание сил противника. На этом все.
  Он жестом приказал Ханаби идти за ним. Но перед выходом его остановил Шикаку. Попытался остановить.
  - Совет дзенинов ждет тебя на арене. Хотят, чтобы...
  - Я знаю.
  Оттолкнув Нара плечом, сеннин покинул кабинет.
  
  Глава 90.
  
  Какой-то слишком солнечный день.
  Но даже под ярким солнцем фигура прошедшего сквозь арку главных ворот арены Курохая казалась темной. Громоздкой и тяжелой, но одновременно бесшумной. Шедший сразу за ним Саске хмуро прошелся шаринганом по собравшимся на арене, а затем и по наблюдавшими со зрительских мест. Уже неизменные Заку и Ханаби тоже шли за ним. Курохай вошел на арену и остановился.
  - Подождите в стороне, это не займет много времени.
  Саске заметил стоявшую на одном из балконов Сигурэ... Так ее вроде звали... И несколькими прыжками переместился к ней.
  - Пришла поддержать? - развернувшись лицом к действию, спросил Саске.
  - Вашим поддержка уже не поможет, - хмыкнула девушка. - Просто не хотела пропустить зрелище.
  - Я не могу не спросить...
  - А мне нечего ответить. Я понятия не имею, как именно связана с Орочимару. Но я его ненавижу, если тебя это успокоит.
  Не сказать, что этот ответ удовлетворил Саске, подозрительность была положена ему по роду деятельности. Но и сказанного было достаточно, чтобы снять прямо сейчас этот вопрос.
  На арене собралось два десятка дзенинов, но основную проблему должны были представлять Асума и Гай. Впрочем, пока все они выглядели вполне спокойными. Возможно, некоторые из них рассчитывали, что все обойдется разговором и демонстрацией пары тройки техник, чтобы убедиться, что Курохай действительно так крут, как о себе говорит.
  - Вы ирьенинов с собой не привели? А то скоро кому-то потребуются, - ухмыльнулась Сигурэ.
  Саске промолчал, а Курохай как раз подошел достаточно близко для разговора.
  - Мы пришли сюда, чтобы... - начал было Асума.
  - Пожаловаться на свои проблемы, - оборвал его Курохай. - У меня нет времени на пустую болтовню. Давай я сразу изваляю вас мордами в песке, и вы угомонитесь.
  Гай ударил кулаком в ладонь:
  - Не бери на себя слишком много. Может ты и сеннин, но нас...
  - Да насрать, - оборвал его Курохай. - Все равно никто из вас не сможет мне навредить. Ну? Чего ждете? Или мне начать первым?
  Он остановился на оптимальной дистанции для атаки техникой.
  - Что же... - выдохнул Асума, - к этому все и шло. Катон: Хаисекишо!
  Сарутоби выдохнул облако пепла, но, раньше, чем оно достигло сеннина, тот поднял правую руку и выпустил снаряд, взорвавшийся внутри растущего облака, детонируя его. Несколько дзенинов бросились в атаку с разных сторон, складывая печати на бегу. Курохай повернул левую ладонь, пустив с нее луч чакры, резанувший по рукам одного из синоби и прерывая технику. На несущийся в него справа огненный шар выставил щит чакры. Еще один противник сблизился сзади-слева для рукопашной атаки, но сеннин выпустил волну Ки, замедляя его действий, пугая на какой-то миг, и развернулся на месте, хватая противника за руку и отправляя в полет в другого сближающегося для атаки синоби. Сделал резкий шаг в сторону, уходя от выскочившего из-под земли кола. Поднял правую руку в направлении двух готовивших технику куноити. Скрытая в руке пушка выстрелила, выбросила снаряд, и выстрелила второй раз. Куноити бросились в разные стороны, но первый снаряд лишь вспыхнул яркой вспышкой, на миг ослепив обеих. Второй снаряд выбросил напитанную чакрой сеть, спеленавшую одну из противниц. Несколько кунаев и сюрикенов бессильно ударились в броню, опав на землю. Дзенин-мечник, вместе с клоном, сблизились для атаки, но клон сразу развеялся от удара двух выскользнувших из руки Курохая лезвий, а меч синоби, даже напитанный чакрой, лишь соскользнул по броне, оставив неглубокую царапину. Через секунду мечник получил свой удар и отлетел в сторону. Водная струя разбилась о щит чакры. Луч сенчакры прошелся по земле в стороне от Курохая, поднимая облако пыли и закрывая обзор. Направленный на большую площадь огненный шар сеннин просто проигнорировал. Попытка размягчить землю и поймать его в ловушку не увенчалась успехом, Курохай легко переместился на два десятка метров в сторону коротким прыжком.
  На балконе Сигурэ ухмыльнулась:
  - Они не атакуют в полную силу, не хотят задеть друг друга, да и арену разрушить к биджу. А без этого он для них слишком силен.
  - Они просто еще не разозлились, - ответил Саске.
  Курохай выпустил Ки, заставляя трех одновременно атакующих его синоби замедлиться, чтобы через секунду перехватить атаку одного, швырнуть в другого, и встретить третьего ударом кулака в нос. Пинок в живот отбросил дзенина, а Курохай уже выставлял щит против атаки молнии, прилетевшей от куноити, зашедшей за спину. Перехватил брошенный кунай, и сжег своей чакрой закрепленную на нем взрывную печать. Положил правую ладонь на землю и выстрелил, снаряд взорвался в почве, оглушив сейсмической волной пытавшегося подобраться снизу дзенина со стихией земли. Атаки Коноховцев действительно становились все ожесточеннее. Но они уставали, получали мелкие, но болезненные травмы. И совершали все больше ошибок. В бой вступил Асума. Пользуясь атакой двух других синоби, Сарутоби сблизился с Курохаем, быстрее, чем тот успел среагировать. Сеннин был быстр, но не запредельно быстр. Резанув напитанным футоном клинком по броне сеннина, Асума ушел от контратаки, чтобы тут же воткнуть второй клинок в левую руку Курохая.
  - Гай!
  Последовавший за этим удар отбросил сеннина на несколько десятков метров, но атака только началась. Несколько молниеносных ударов заставили сеннина снести своим телом дерево и врезаться в стену арены.
  - Каге Буе!
  Мощнейшие атаки Блистательного Зелёного Зверя Конохи посыпались градом, не давая Курохаю и секунды на ответное действие или попытку защититься. Гай будто выскальзывал из тени, наносил удар, и снова исчезал, атакуя уже с другого направления. Движения сливались, становясь недоступными простому взгляду. Броня сеннина затрещала и начала трескаться, он пошатывался от ударов, но стоял на ногах. Закончив связку ударов, Гай прыгнул в сторону, чтобы успокоиться дыхание.
  Курохай же медленно выпрямился. Его маска так и не пострадала, хотя Гай был уверен, что нанес несколько ударов по голове. Повреждения на доспехах начали восстанавливаться, и должны были исчезнуть через несколько минут.
  - Даже ты уязвим! - выдохнул Гай.
  Правый глаз на маске сеннина вспыхнул арче, а правая рука покрылась вязью красных печатей. Точнее, это нанесенные на нее печати начали светиться. Клинок Асумы так же торчал из раны, не причиняя сеннину видимого неудобства.
  - Тогда чего ты боишься?
  Гай сорвался с места одним рывком, сразу исчезая из поля зрения. Курохай подбросил в воздух два своих снаряда, которые, взорвавшись, образовали область осколков за его спиной и слева от него, сужая угол, с которого может начаться атака. Направив в дернувшегося Асуму левую руку, он отогнал Сарутоби лучом сенчакры. Гай появился справа, но его удар врезался в подставленную Курохаем правую руку. Майто дернулся, исчез, чтобы снова появиться чуть в стороне с занесенной для удара ногой, но вновь нарвался на блок правой руки. Курохай подбросил еще один снаряд, разорвавшийся со вспышкой света, а сам переместился в сторону. Вскинул руку и выстрелил.
  - Хачим...
  Гай пытался открыть врата, но пришлось прерывать технику, чтобы уклониться от атаки. Курохай качнулся вперед, исчезнув в бликах света, оказываясь рядом с Блистательным Зелёным Зверем, и тут же нанести удар. Гай попытался блокировать атаку, но приложенная сила оказалась несопоставима с его физическими возможностями. Дзенин улетел в стену, на которой оставил заметную вмятину.
  Саске хмыкнул.
  - Дежавю.
  - Что? - не поняла Сигурэ.
  - Като как-то сражался с учеником Гая, полностью повторяющим техники учителя, конечно, уступая в опыте и прочем. Тогда Като тоже не давал Ли пользоваться всем своим арсеналом.
  Куро пошел в новую атаку, но на его пути встал Асума.
  - Райго Сенджусатсу!
  Призрачная статуя Будды, выросшая вокруг Сарутоби, должна была остановить сеннина. Курохай вскинул руку, и пушка открыла огонь. Несколько снарядов врезалось в защитную технику, подняв пыль и дым, а сквозь него прилетел собственный клинок Асумы. Напитанный его же чакрой клинок пролетел сквозь технику, которая на него не среагировала. Металл врезался в его плечо, пробив кость. Дернувшись от боли, Асума на миг потерял концентрацию, но он уже выиграл достаточно времени.
  Окруженный зеленоватым свечением Гай уже набросился на сенинна. Саске напряг шаринган до рези в глазах, чтобы не упустить ни единого мгновения этого поединка. Одна, вторая, третья атака Гая проходит мимо. Курохай уклоняется, на пределе своих возможностей, но будто предугадывает действия дзенина. Удар ноги врезается в блок правой руки. Механическая конечность сеннина, похоже, двигается быстрее остального тела, что бы это ни значило. Курохай уклоняется, но обычными, пусть и выверенными шагами, подставляя руку под удары. И, биджу задери, Гай, опытный специалист по тай, всерьез намеренный вколотить противника в землю по макушку, скачет вокруг него, но не может достать. Дальше только бой на износ. Бой за пределами собственных возможностей. Бой, к которому готов Курохай, уже давно вышедший за все разумные пределы своих сил. Но к которому пока не готов Гай. Удар за ударом, от которых вздрагивала земля арены. Блоки, от которых разогревался воздух вокруг противников. Но это был поединок только для Гая. Только для дзенина это было соревнованием с противником. Куро просто целенаправленно вел поединок к победе.
  Итог закономерен. Начавший уставать от высокого темпа Гай, пусть скоротечный обмен ударами не длился и минуты, совершает ошибку. Слишком размашистый удар руки, слишком слабая точка опоры, которая не позволит резко сменить траекторию движения. И закономерный итог. Резкий и быстрый удар кулака в живот откидывает Зеленого Зверя в сторону.
  Учиха сплюнул на пол балкона, повернувшись к арене спиной.
  - В чем дело? Не нравиться представление? - ухмыльнулась Сигурэ.
  - Я ждал, что они вынудят Курохая показать что-то новое. Ни хрена. Чистое хладнокровное мастерство, - он покосился на другой балкон, откуда за происходящим наблюдала Тсуме, но не предал этому значения. - Я с таким же успехом могу прием на манекене отрабатывать. Здесь просто манекен слегка сопротивляется, но все равно остается манекеном. Ситуации это не меняет.
  Поднявшийся с песка арены Гай с выводами Учихи был категорически не согласен.
  - Ты! - утерев с губ кровь, выкрикнул Гай. - Ты не можешь быть Хокаге! В тебе нет Воли Огня! В...
  - Пустая болтовня, - отмахнулся сеннин. - Заканчивай с этим, Асума. Вы хотели убедиться в моей силе? Убедились на собственном опыте. Следующий из вас, кто меня атакует, подпишет себе смертный приговор. Я - палач. И приговоры я всегда привожу в исполнение.
  Курохай развернулся и двинулся к выходу, считая, что диалог закончен.
  - Ты все еще никто! Я не признаю тебя! - Гай все же поднялся, - Я застав...
  - Заткнись, кусок дерьма! - Курохай все же обернулся. - Неудачник, просравший свою команду. Двое убиты, один нукенин. Слабак, алкоголик, неудачник. Шатаешься по кабакам, заливая свое горе саке. Я думал, ты будешь мне достойным соперником. А что увидел? Ты не можешь даже меня задеть. Алкогольный яд разъедает твое тело. Самобичевание и вина разъедают разум. Ты недостоин называться дзенином Конохи. Тебя терпели из уважения к прошлый заслугам. Но ты спекся. Ты - никто. Твой голос больше не имеет веса.
  В ответ на это Гай открыл шестые врата, встав в стойку для атаки.
  - Я предупредил, - в последний раз напомнил Курохай.
  Рывок Гая вырвал из поля арены кусок земли. Но Курохая он так и не достал. Выдвинувшиеся из руке сенинна стержни с печатями, те же, что держали щит, выплеснули в окружающее пространство волну, замедлившую движение всех попавших в нее объектов почти в три раза. Сеннин поднял руку и направил орудие на предателя. Хлопнул выстрел.
  Но снаряд исчез, не пролетев и половины расстояния. А Гая подхватил окутанный молнией Какаши, и резко ушел в сторону. Хатаке действие волны преодолел, даже вынес из-под удара друга.
  - Поздно Хатаке, - предупредил повернувшийся в его сторону Курохай.
  Какаши заглянул в глаза Гаю, и тот уснул под действием гендзютсу. Только после этого беловолосый обернулся.
  - Не нужно продолжать. Ты доказал все, что хотел. Остановись.
  - Я ничего не доказываю, Какаши. Я вынес приговор. И ничто это не изменит.
  - Я не хочу драться с тобой. Я хочу спасти своего друга.
  - Тогда кончай болтать и попробуй его спасти.
  Курохай шагнул вперед, а Какаши бросил кунай. Саске ухмыльнулся:
  - А вот теперь будет интересно.
  Вспыхнув чакрой молнии, кунай достиг сеннина за мгновение, пробив насквозь механическую руку, повреждая встроенное орудие. Курохай развернул в сторону Какаши левую ладонь, но луч сенчакры разрезал воздух. Тело дзенина рассыпалось листьями иллюзии. Земля треснула всего в паре метров от Курохая, и из-под нее выскользнул Какаши, направляя в сеннина руку.
  - Райкири!
  Покрытая молнией рука едва не пробила грудь сенинна, тот начал движение для уклонения, одновременно контратакуя механической рукой. Но Какаши перехватил его и произвел захват, перебросив тело сеннина через себя и бросив на землю, после чего сразу последовал удар рукой, окутанной молнией. Удар достиг цели, пробив тело Курохая чуть ниже шеи. И Какаши сразу ретировался, отпрыгнув на несколько десятков метров и гася технику. Курохай же, как ни в чем не бывало, поднялся, сквозное отверстие его ничуть не смущало. И свет, идущий из-под брони, только подтверждал это. Повреждения начали закрываться значительно быстрее.
  - Тебе все равно не защитить его. Я не отпускаю тех, кто идет против меня. Зщищая его - ты защищаешь предателя.
  - Я защищаю друга, Курохай. Это куда важнее всего остального.
  Сеннин чуть наклонил голову:
  - Возможно. Но поздно что-либо переигрывать. Отойди в сторону. Он подписал себе приговор.
  Вместо ответа Какаши бросил пару кунаев, которые Курохай срезал лучом сенчакры. Последовавший за этим огненный шар сеннин проигнорировал, а вот сблизившегося для ближнего боя дзенина игнорировать было нельзя. Какаши показывал то, что не смог показать Гай. Бой. Настоящий.
  Хатаке одновременно наносил удар одной рукой, ставил на тело сеннина взрывную печать второй, отслеживал движения противника шаринганом, смещался в сторону, выбирая удобную ему позицию. Сеннин сжигал взрывную печать своей чакрой, но это отвлекало, не позволяло применять другие техники, уклонялся от ударов, но шаринган читал его так же, как он предугадывал движения Какаши просто из своего опыта. И удары Хатаки были куда опаснее ударов Гая. Он действительно мог швырнуть сеннина, подбросить в воздух, или нанести удар, который почти невозможно блокировать. То, что не мог сделать Гай чистым тайдзютсу, Какаши делал, совмещая все свои навыки и техники. Использовал молнию, чтобы наносить удары быстрее, затем использовал камень, чтобы удары были сильнее, переходил на воду, уклоняясь от атак, и плотным потоком пламени скрывался от Курохая, не способного видеть через завесу горячего, ревущего огня. Их поединок целенаправленно превращал арену в месиво. Хатаке поднимал куски породы, защищаясь от атак Сеннина, использовал клонов, задействовал весь арсенал, какой мог, опасаясь применять только то, чем мог уничтожить все вокруг. Быстрая, резкая, ожесточенная схватка.
  Но даже этого оказалось недостаточно.
  Мощная волна Ки, простая и прямолинейная, на миг сбила Какаши с ритма боя. Связка прямых ударов Курохая заставила уклоняться. Сеннин мог немного уступать в скорости, но когда каждый удар способен перемолоть тебя в труху, игнорировать это нельзя. На одном из ударов из крепления выскользнул взведенный снаряд, заставив Какаши использовать и так тяжело ему дающееся Камуи снова. Уклониться он не успевал. На пару секунд шаринган перестал контролировать движения сеннина, пусть темпа боя опытный Хатаке снижать и не подумал, уже нанося встречные удары и царапая доспех напитанным молнией кунаем. Клона Курохай отогнал лучом сенчакры, а промедлением воспользовался, чтобы встряхнуть рукой, взводя следующий снаряд в поврежденной пушке, прежде чем направить его на Какаши. Перебросив первый снаряд в другое измерение, Хатаке сделал подножку, сбивая Курохая с ног, и пушка сеннина выстрелила куда-то в сторону. Курохай замерцал, и переместился в сторону от боя. Грохнул взрыв. Какаши уже приготовился к новой атаке, но замер. Его глаза выразили удивление и ошеломление. Затем он обернулся и замер. Снаряд пробил земляную броню, которой Какаши прикрыл Гая, и достиг цели. Голову бывшего дзенина разметало кумулятивной струей.
  Курохай, все это время изображавший, что Какаши смог скрыть иллюзией и техниками положение своего друга, поднял правую руку и осмотрел ее.
  Саске на балконе покачал головой, наблюдая, как к Курохаю присоединились Заку и Ханаби, и они уже втроем покинули арену.
  - Какого хера он творит? Он же настроит против себя всю Коноху! Не жалеть своих - это уже не в какие ворота! Сейчас недовольные заткнуться, но потом...
  Сигурэ рассмеялась:
  - Потом? Малыш, нет никакого потом.
  Учиха перевел на нее не обещающий ничего хорошего взгляд, но девушка легко его перенесла.
  - Как бы тебе объяснить... Представь, что ты в бою, и знаешь, что уже получил смертельную рану. Ты не уверен, что и до конца поединка-то доживешь, а уж потом и подавно. И последнее, что тебе остается - это драться. Драться до конца. Ты думаешь, он не жалеет своих? Нет, он не жалеет себя. Для него это один сплошной затянувшийся бой, который надо выиграть, вот и все. Не важно, что будет потом, потому что у нас с ним нет никакого потом, - она развернулась и так же пошла к выходу. - Мы приняли свою смерть уже давно, малыш, пойми это.
  Какаши больше не атаковал. Он замер, не решаясь подойти к мертвому другу.
  - Замкнутый круг, Копирующий ниндзя?
  Хатаке обернулся на Курохая.
  - Ты не должен был его убивать.
  - Должен. Я предупредил, что если он меня атакует - я его убью.
  - Какой из тебя Хокаге, если ты убиваешь тех, кого должен защищать?
  - Такой, какого заслуживает Коноха. Или ты думаешь, что справишься лучше, Какаши? Вон он, твой друг, которого ты хотел защитить. И не справился. Снова не справился, - Курохай перестал изучать поврежденную конечность, и обратил взор на Какаши. - Так в чем дело, Копирующий ниндзя? Ты слишком слаб? Или, может, ты делаешь что-то не так?
  Хатаке сжал кулаки, и его пересаженный глаз явно выглядел как-то иначе, чем в начале боя.
  - Я делаю все правильно!
  Курохай подал знак Заку и Ханаби, чтобы вернулись к нему.
  - Так высунь, наконец, голову из задницы. Брось мне вызов, когда будешь готов всех их защищать. А пока не мешай мне спасать Коноху от краха.
  Курохай развернулся, чтобы покинуть арену.
  И в этот слишком солнечный день с неба вылился дождь.
  
  * * * * *
  
  Вернувшись в свой дом, Курохай, не оборачиваясь, приказал:
  - Займитесь своими делами.
  Заку и Ханаби проявились понятливость и оставили его одного. Поднявшись в одну из комнат, Курохай закрылся там, чтобы починить повреждения в руке. И подумать.
  Какаши хорошо себя проявил, сильнейший синоби Конохи, после него самого. Если бы еще мог драться в полную силу не по причине резкой опасности для друга, а вообще по своему желанию - не было бы ему цены. Без этого он мало полезен. Слишком замкнулся на воспоминаниях и чувстве вины. Толку от него в таком состоянии меньше, чем от того же Саске. И убийство Гая вряд ли положительно скажется на психологическом здоровье Хатаке, поэтому его срочно стоит отправить куда-нибудь на опасное, но выполнимое задание, чтобы занятость не позволила появляться в голове ненужным мыслям. Другого преемника на шляпу у Курохая просто не было, во всяком случае, пока. И чем больше Какаши в своих взглядах будет отличаться от Курохая, тем лучше. А откровенная вражда так и вовсе сыграет Хатаке на руку.
  Терять Майто было немного жалко, непозволительное расточительство перед войной, но Курохай не врал, когда говорил, что Гай спекся. Но даже так сегодняшний день отнял у сеннина больше сил, чем бой на далеком острове, или поединок с джинчурики, а затем и с Рассветом. Все же элита Конохи - это совсем не элита какого-то захудалого клана с окраины мира.
  В зону его чувств вошла Тсуме вместе со своим ручным волком. Она явно шла к дому, значит - его предложение принято. Но это и не было вопросом, осталось лишь узнать - чего она попросит взамен. Еще одна фигурка на доске для сеги, перешедшая на его сторону. Он бы и хотел относиться к людям иначе, но люди сами не позволяют ему такой роскоши.
  Тсуме остановилась, вызвав вопросительный взгляд верного пса. Она еще раз прокрутила в голове произошедшее пару часов назад.
  Когда появился Курохай со свитой, атмосфера на арене неумолимо изменилась. Виновник торжества собственной персоной. Запахло кровью. Не так, как перед охотой, а просто кровью. Тсуме внимательно наблюдала за происходящим внизу, пусть ее позиция и не была идеальной для такой задачи. Но и оттуда она увидела разницу между оппонентами. Ей даже показалось, что это сражение не более чем тренировка между матерым волком и парой домашних щенков, настолько все было нелепо.
  Показательное сражение закончилось, что неудивительно, по воле Курохая. Тсуме оглядела мужчину и как-то даже прониклась уважением, хотя и ожидала чего-то похожего. Но не каждый синоби мог устоять против стольких не самых слабых дзенинов. Однако показушность всего представления закончилась тогда, когда вечно неугомонный Гай не смог вовремя заткнуться. Женщина еще не знала, чем закончится и эта потасовка, но все ее инстинкты кричали о том, что Зеленый Зверь смог разбудить что-то в глубине души Курохая... Интересно а у такого как он, вообще она есть? Инудзука до боли всматривалась в красный огонек, выглядывающий из-под капюшона, но все равно не могла дать ответа на этот простой вопрос. Последующие события, наверное, надолго отпечатались в ее сознание. Возможно, если бы Тцуме больше общалась с Майто или Хатаке, она бы испытала жалость. Но здесь и сейчас, она ощущала необъяснимый трепет. Новый Хокаге Конохи демонстрировал силу, и демонстрация впечатляла. Ведь побеждает, конечно, сильнейший, но выживает тот, кто всегда поднимается.
  Тсуме шла сюда, чтобы принять предложение Курохая, добавив несколько пунктов, ради клана, но теперь...
  Теперь все немного изменилось. Там, на арене, со стороны она видела то, что, возможно, не понимали другие. Она отчетливо, всем нутром, чуяла то, что вряд ли кто-то понимал. Еще никогда она не была в такой гармонии со своим внутренним волком. Они обе боялись, искренне до скрежета зубов, но уже ничего не могли сделать. Кажется именно там, на арене, она все осознала.
  Оскалившись, она уверенным шагом направилась к дому. Все ее инстинкты были взведены до упора, в мыслях была полная неразбериха, и, наверное, впервые женщина была готова спустить свою волчицу с поводка, дать ей волю, чтобы та без отягощающих факторов смогла высказать свои мысли, и послать очередного дрессировщика к шинигами.
  Но это теперь было невозможно, она была бы полной дурой, если бы не поняла смерть, что им продемонстрировали. И уж точно никудышней главой, если в таких обстоятельствах со всем согласится.
  Открывать дверь с ноги она не стала, хотя волчица в груди бесновалась, требуя проявить свой нрав. Однако женщина не стала и стучаться. Просто резко открыла дверь и уверенно вошла внутрь, махнув рукой сидевшему в прихожей блондину.
  - Я к Курохаю на разговор.
  Парень пожал плечами и продолжил заниматься своими делами. Конечно! Ведь покушаться на сильнейшего синоби Конохи в его же доме никому и в голову не придет. Да с учетом профессии Курохая, покушаться на его жизнь - вообще сомнительное мероприятие.
  Тсуме идет по коридору в том месте, где более всего ощущается присутствие хозяина дома. Женщина замирает в двери, раздумывая, постучать или нет. Однако Курохай из-за двери предлагает ей войти, спасая от раздумий.
  - Входи.
  - Курохай, - женщина кивает головой в знак приветствия.
  Плащ снят и повешен на стойке. Темная комната без освещения, которое ему все равно не нужно. Комната напоминает какую-то мастерскую, много металла, но никакого уюта. Здесь не живут. Здесь просто ждут следующего дня.
  - Тсуме, - хозяин дома и теперь уже, пожалуй, Конохи, ковыряется в механической руке. - Предлагаю сэкономить время и перейти к делу. Твои требования?
  Женщина бегло оглядывает комнату, которая производит удручающее впечатление и давит. Особенно это ощущает её полуволк, который не может даже перешагнуть через порог. Она треплет его по голове и холке, а потом оставляет, прикрывая дверь. Что ж. Тут сейчас здесь вершиться её судьба и судьба её клана.
  - Курохай, я вынуждена отказаться от Вашего предложения. И прошу разрешения покинуть Коноху, от имени моего клана, - женщина стискивает кулаки, впиваясь отросшими ногтями в ладонь и старается не смотреть своими, наверняка сузившимися зрачками на мужчину.
  Курохай отрывается от своего занятия и оборачивается. Несколько долгих секунд два тускло светящихся глаза рассматривают ее. Вот теперь она полностью завладела его вниманием.
  - Допустим, ты послала меня на хер. Это я могу понять. А в чем смысл побега? Куда ты хочешь увести клан? И это риторический вопрос, потому что прятаться вам все равно негде. Прятаться не от меня, не буду тратить ресурсы на поиски тех, от кого все равно не смогу получить пользы. В чем смысл, Тсуме?
  Женщина ощущает на себе взгляд и долгие секунды не может побороть себя и поднять глаза. Однако когда это случается, женщина удивляется. Она не чувствует от него агрессии, раздражения или злобы, даже её волчица поднимает морду, чего то ожидая.
  Наконец, женщина собирается с духом и отпускает себя.
  - Вы меня не правиль... Гм. Клан поведу не я, моя дочь. В деревушку недалеко от главного торгового пути страны Огня. Боюсь, это будет единственным способом спасти мой клан. Я же останусь в Конохе, с несколькими стклановцами. Номинально мы все еще будем кланом, и я буду поддерживать Вас, - Тсуме озлобленно выдохнула и, кажется, даже рыкнула.
  Если бы мог, сеннин бы хмыкнул.
  Она не понимает? Не осознает ситуацию? Хваленое звериное чутье подвело?
  Курохай снова развернулся к ней спиной, пытаясь вытащить поврежденный механизм для замены. Засранец Хатаке все же умудрился нанести повреждение, не восстанавливающееся благодаря печатям.
  - Слова - "вынуждена отказаться от вашего предложения" иначе, чем "иди на хер" интерпретировать сложно. Нет. Либо клан, целиком, остается в Конохе, либо уже я шлю тебя на хер, и вы всем доблестным гордым стадом катитесь на все четыре стороны.
  Деталь, наконец, выскользнула из своего крепления. Новая встала на положенное место с одного щелчка, и сеннин подвигал восстановленной рукой.
  - Ты зря думаешь, что вдали от Конохи безопаснее, чем в ее пределах. Если это станет так, я первым пинком выгоню отсюда все кланы, и твой в том числе. Выведешь часть своих людей - и им конец. С ними сделают то же, что сделали с Такигакуре но Сато. Уничтожат.
  Тсуме судорожно вздыхает и без спроса опускается на кресло.
  - Я не могу отдать клан тебе на растерзание. Не могу, - Тсуме обхватила кулак ладонью второй руки и уверенно подняла взгляд на Курохая. - Это моя семья, я не могу самолично подписать им смертный приговор. Эти предложения и условия, неумолимо ведут к смерти. И если они останутся здесь, так или иначе мы будем уничтожены. Так пусть лучше мой клан исчезнет, будучи свободными, чем ощущая весь гнет унижения.
  Курохай развернулся к ней и подошел к пыльному креслу, глядя на женщину сверху вниз.
  - Смерть, это всегда смерть. И не важно, как именно она придет. Но ты сгущаешь краски. Сказал бы, что не в моих интересах разбрасываться людьми, но после сегодняшнего...
  Он замолчал, и свет глаз стал еще тусклее.
  - То, что ты хочешь дать своим... своей семье - это гарантированная смерть. Здесь, в Конохе, у них еще есть хорошие шансы выжить. Большие шансы.
  Он повернул голову в сторону.
  - И единственное, что я могу тебе позволить - отправить младшие поколения клана, включая половину действующих гэнинов, в столицу, к Ино Яманака под опеку. - Взгляд вновь уперся в нее. - Других предложений не будет. Я не стану бездумно жертвовать твоими людьми, Тсуме. Для этого есть Сарутоби. Если тебе не достаточно моего слова, то убирайся. Торг мне не интересен.
  Он развернулся и отошел к столу. Терять клан было неприятно, но не смертельно. Всегда найдется другое решение, возможно, более сложное и затратное, но требование Тсуме - трата времени.
  - Курохай, мы ведь синоби. Мы не живём - существуем. И смерть - это не более чем избавление этого мира от нас. Но ради возможности дать детям шанс иметь свободную жизнь... Я принимаю твои условия. И согласна стать верной ищейкой или гончей, за возможность обезопасить свой клан. Это не самая большая цена, - женщина смотрела снизу вверх на самого влиятельного человека Конохи и думала о том, что не боится его.
  И о том, что он все ещё не испытывает ни злости, ни враждебности. Он спокойно шёл на контакт. И на честность отвечал честностью. Тсуме слегка наклонила голову, внимательно, как будто впервые видя этого человека перед собой.
  - Не думал, что встречу пессимиста большего, чем я сам. Посмотри на себя. Защищаешь свой клан, думаешь о своей семье. В сравнении со мной ты вообще почти святая. Выше голову, гордая волчица, я не посажу тебя на короткий поводок. Разве что надену красивый дорогой ошейник.
  Иронии в голосе слышно не было, но он шутил. Он взмахнул левой, здоровой рукой.
  - Будем считать, что мы пришли к соглашению. Соберешь своих для небольшого путешествия - предупреди. Будет что-то нужно - обращайся. Я пришлю посыльного, если мне что-то потребуется. А теперь, если не сложно, оставь меня.
  - Хорошо. Мы начнём сборы, - Тсуме встала с кресла и успела взяться за ручку двери, но резко развернулась. - Волки, когда в их стае появляется зараза, сначала пытаются помочь, как могут. Но потом, если не получается - искореняют её на корню. И эта ноша всегда на плечах вожака, таков закон природы... - женщина отворачивается и открывает дверь и, уже не оборачиваясь, кидает на ходу. - Спасибо, что приняли.
  - Тсуме, - сменившийся тон заставил женщину замереть практически в дверях. - А что волки делают, когда стаю со всех сторон обкладывают охотники?
  Вздрогнув, она даже не обернулась.
  - Кидаются, рвут пасти, но живыми не даются. Я могу идти?
  - Радуйся, что я не волк, и выведу твою стаю даже из облавы, - голос снова стал спокойным. - Но спасибо за понимание. Да, ты можешь идти.
  Наблюдая, как Тсуме покидает дом, сеннин думал, что делать дальше. Фигуры на доске выстроились да новой партии. Ему не очень нравилось сравнивать это с простой игрой, но так было проще анализировать. Видеть под фишками живых людей он уже почти разучился. У некоторых фишек все еще были лица. Ино, Иноджин, Саске, Шикамару, Миина, Тсунаде, Сигурэ, Ханаби, Фу... А теперь еще и Тсуме. Никто не одобрил его действий, даже свои, из Крыла. Отбитая Сигурэ не считается, слишком дешево стоит в ее глазах человеческая жизнь. А вот волчица одобрила. Как минимум, стоит к ней присмотреться. Как минимум, попытаться не дай ей сложить голову на приближающейся войне. Такие, как она, нужны будут Конохе, когда все кончиться. А вот он будет совсем не нужен.
  - И смерть - это не более чем избавление этого мира от нас, - повторил Курохай слова своего нового цепного пса.
  
  Продолжение ОМАК 1.
  Комментарии сюда.

Популярное на LitNet.com И.Громов "Андердог - 2"(Боевое фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) А.Эванс "Проданная дракону"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Д.Черепанов "Собиратель Том 3"(ЛитРПГ) Д.Панасенко "Бойня"(Постапокалипсис) LitaWolf "Жена по обмену. Вернуть любой ценой"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"