Поташев Сергей Валериевич: другие произведения.

Убийца правил. Испытание на прочность.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 7.10*139  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Чтобы читатели не скучали в ожидании издания "Подходящей работы", решил начать новую книгу в стиле фентези. Как начинается - попаданец в мир магии, продвинутого средневековья и феодализма, как закончится - представляю очень приблизительно, сюжет может повернуть в любую сторону. Объясню свои резоны насчёт попаданца - обосновать то, что ГГ якобы из средневекового мира рассуждает как наш современник по-другому сложно. А читать некоторые опусы, в которых якобы средневековый рыцарь или маг изъясняется современным языком, и довольно активно использует специфические и жаргонные словечки довольно странно. Обновление 22.03.15 - 7 глава.


Сергей Валерьевич Поташев

  

Убийца правил. Испытание на прочность.

   У разных обществ, народов и отдельных людей постепенно появляются правила и традиции, сложившиеся в результате их культурного развития. У кого-то это традиция 31-го декабря с друзьями ходить в баню (к чему бы это не привело), а у кого-то эти традиции не такие миролюбивые и заключаются в принесении кого-то в жертву.
   Ответ на вопрос полезны ли устоявшиеся правила и традиции или вредны, являются они стабилизирующим фактором или тянут в пучину деградации, достоверно может дать лишь будущее или внешний непредвзятый наблюдатель, вооруженный достаточным багажом знаний.
   Обычно, для изменения сложившихся традиций и правил требуется довольно продолжительное время...или человек, который станет той песчинкой, что сломает отлаженный механизм, испытает его на прочность.
  
  
  
  

Глава 1

И появится Странник под лучами светила голым и босым, как все мы приходим мир этот, но ни одна из женщин мира не будет причастна к его рождению.

И начнётся становление Его, и будет дана Ему сила великая, и будут попраны Ним правила всякие из-за чего броженье умов великое начнётся.

И падут высокие и вознесутся низкие.

А на зло или добро это повернётся, то не ведаю...

Третья книга пророчеств.

  
  
   Я уныло плелся в хвосте туристической группы, давно перестав слушать разглагольствования гида. Историю местной достопримечательности - крепости, постройка которой датировалась 17 веком, я способен был изложить значительно лучше него, поскольку прочитал перед поездкой целую монографию на эту тему. По долетающим фразам было понятно, что озвучиваемые факты лишь очень приблизительно описывают настоящую историю крепости и по большей части являются красочными байками для легковерных туристов.
   К тому же, только глупцы могли поверить, что идеально выглядящие стены сохранились до нашего времени от первоначальных конструкций. Хоть внешний вид крепости и совпадал с историческими гравюрами, дошедшими до наших дней, все признаки говорили о том, что могучим стенам замка, являющимся отличной приманкой для туристов, не более нескольких десятков лет. Впрочем, о том, что окружающие группу стены являются качественной реконструкцией, я достоверно знал из уже упоминаемой мною монографии.
   Да, попасться на подначку коллег и согласиться на поездку в пятидневный тур по историческим достопримечательностям разных стран, было не лучшей идеей. Судя по виду моих подчинённых они, в отличие от меня, получают искреннее удовольствие от поездки. Вон как резво скачут впереди, красуясь перед девушками нашего отдела - Ириной и Надеждой. Да это и понятно, коллеги-то минимум на двадцать лет моложе, ну и я в последнее время сильно погрузнел от малоподвижного образа жизни. Эх, а были же времена когда и скалолазанием занимался, и по речкам сплавлялся...
   Проклятая жара отбивала всякое желание говорить и думать, и моё внимание переключилось на гида лишь после того, как в его речи проскользнуло слово "подвал". Как оказалось, очень вовремя - экскурсантам как раз предлагался выбор:
   - Сейчас все желающие могут подняться на смотровую башню с которой открывается отличный обзор окружающей местности, а мы с оставшимися туристами спустимся в подвал, где нам представится уникальна возможность осмотреть настоящий археологический раскоп. Сбор группы через полчаса на площадке перед воротами.
   О, а это уже интересно! Судя по всему, у гида тоже отсутствует желание переться на башню по такой жаре. К тому же, в подвале должно быть прохладно.
   - Михаил Иванович, а вы с нами на башню подниметесь? - подлетела ко мне Ирина в своем воздушном платье.
   - Нет, Ирочка, хочу на раскоп посмотреть, - озвучил я правдоподобную причину своего отказа.
   - Ладно, тогда встретимся у ворот, - и только подол платья мелькнул.
   Мужчины галантно пропустили девушек на лестницу первыми и заторопились следом. Их можно было понять - удовольствие от зрелища поднимающихся по лестнице женских фигурок в значительной степени компенсирует неудобства самого подъема.
   Остатки группы потянулись вслед за гидом вдоль стены к невысокому каменному строению, оказавшимся входом в подвал. Переход от палящего зноя и яркого солнца к прохладному полумраку был слишком резким, и гид остановился, давая нам время привыкнуть к неяркому освещению. Далее, проведя нас вдоль клетушек, и рассказывая о способах хранения припасов, гид вывел нас к самому раскопу.
   Судя по всему, подвал примыкал к стене замка. Сам раскоп был не очень большим, и шел параллельно стене. По периметру было выставлено ограждение, а своды подвала были дополнительно укреплены распорками. К этому времени, гид перестал нас пичкать жвачкой для обывателей, и стал рассказывать действительно интересные вещи:
   - Самый значительный урон этот замок понёс во время Второй мировой войны - его практически стерли с лица земли. В те времена замок использовался как укрепление и командный пункт. Но самое интересное, что по данным архивных документов, доступ к которым был открыт лишь в недавнее время, тут проводились научные изыскания! И осуществлялись они не кем-нибудь, а "Аненербе"! Возникает вопрос - что заинтересовало немецких ученых в этом замке?
   Этим же вопросом заинтересовались ученые из столичного университета. К тому времени, замок уже прошел реставрацию, поэтому серьезных научных результатов после таких обширных ремонтных работ не ожидалось. Но несколько серий инструментальных исследований, обнаружили непонятную геомагнитную аномалию и сниженный радиационный фон примерно в этом районе, - описал круг рукой гид, указывая на раскоп и окружающие нас стены.
   - Благодаря этим исследования и финансированию частных благотворительных фондов, было получено разрешение на проведение раскопок. Их результаты стали настоящей сенсацией в научном мире - оказалось, что в этой части фундамента при строительстве были использованы обработанные камни, датированные 2-3 веком до нашей эры. То есть, для постройки замка были использованы материалы более древних строений, стоявших на этом месте, - на этом месте гид сделал паузу.
   - К сожалению, официальная наука категорически отрицает наличие в это время на территории нашей страны цивилизации, способной к такому строительству, а доказать или опровергнуть гипотезу возможно, лишь углубившись значительно сильнее, и желательно на большей площади, что стоит, увы, совсем несусветных денег. Поэтому, единственным практическим результатом являются вот эти камни, предельно осторожно извлечённые из фундамента, - показал нам рукой на два черных прямоугольника внушительных размеров, лежащих возле стены, - следует отметить, что именно они, а точнее, минерал из которого они изготовлены, являются причиной геомагнитной аномалии, да и само их присутствие трудно объяснить, поскольку подобный материал в округе не встречается. Ещё один камень размером поменьше, увезли в лабораторию для тестов.
   Гид разрешил нам осмотреть раскоп снаружи, напомнив о соблюдении осторожности. Подойдя к раскопу, мы с интересом заглянули внутрь - его глубина превышала десять метров, и поскольку наружного освещения не хватало, чтобы осветить яму такой глубины, дно было окутано полумраком. На глубине нескольких метров была отчетливо видна граница между свежей современной и потемневшей старой кладкой, а возле дна угадывались контуры несколько отверстий из которых были извлечены камни. Все отверстия были дополнительно укрепленных распорками.
   В итоге, наша группка разбрелась по подземелью. Несколько человек остались возле раскопа и о чём-то расспрашивали гида, другие отправились к выходу. Я же, проигнорировав предупреждающие таблички, подошел к сложенным рядышком друг с другом чёрным камням. О том, что они являются творением рук человеческих говорила лишь геометрически правильная форма. Иных признаков, на сглаженной временем фактуре камня не было и следа.
   Камни представляли собой прямоугольные блоки высотой около метра и длинной до полутора метра. Присев на приятно прохладный камень, я задумался над тем, как древние люди перемещали такие тяжести - по моим прикидкам, каждый блок весил не менее пяти тонн. При наличии современной техники такой вес не является проблемой, но как справлялись наши предки, которые могли полагаться лишь на мускульные усилия?
   От расчётов количества людей или лошадей, необходимых для того, чтобы сдвинуть с места такой вес меня отвлекла тишина, воцарившаяся в подвале. Оказалось, что пока я задумавшись сидел на камне, остальные экскурсанты почти покинули подвал, а их голоса доносились уже от самого выхода. Как бы ни было приятно сидеть в холодке, но хочешь не хочешь, а догонять группу нужно. Тяжело вздохнув, я опёрся рукой на камень, помогая себе встать, и тут же вскрикнул от острой боли в ладони.
   - Чёрт побери, только этого не хватало, - пробормотал я, разглядывая длинную, до крови, царапину.
   В это время, меня как будто ударили под колени, из-за чего я начал валиться спиной назад, в предчувствии удара затылком о камень...
  
  

Глава 2

   Произошедший удар был значительно сильнее ожидаемого - таким, что я после падения кубарем прокатился еще несколько метров. Правда, удар случился не о каменную поверхность, а об землю, устланную подстилкой из сосновых иголок, но в конце пути моя голова неудачно встретила ствол какого-то дерева, да так, что звон пошёл. Мало того, пока я кувыркался, успел собрать обнажённым телом несколько десяток иголок, что впились в разные части тела.
   Постойте-ка, как обнажённым!?
   Сведя глаза в кучку, я понял, что сижу голяком и очумело рассматриваю ствол огромной сосны, отмершая хвоя которой так замечательно смягчила падение. Повернув голову, увидел, что сосна располагается на опушке леса, а впереди расстилается открытое пространство покрытое разнотравьем с далёкими горами, угадывающимися на горизонте.
   Обернувшись, я смог проследить свой короткий полёт по следу на хвойной подстилке. А начинался он от заросшего мхом покосившегося постамента, почти ушедшего в землю. С трудом поборов тошноту, я встал, охая и выдергивая иголки из самых неожиданных мест.
   Тут сквозь шквал адреналина к мозгу пробилось понимание невообразимости и нереальности происходящего. Ноги сразу ослабели, и для того, чтобы не упасть, пришлось опереться на ствол дерева. На меня напал какой-то ступор, все мысли куда-то пропали, и я стоял как оглушенный, равнодушным взглядом уставившись в одну точку. Наверное, это называется информационный шок - слишком быстрая смена обстановки, и слишком сильный удар по устоявшемуся мировоззрению я испытал. Не знаю, сколько длилось такое состояние - минуту или час. В себя меня привела тревожащая боль в ушибах и царапинах.
   После осмотра и ощупывания себя, стало ясно, что моя тушка во время падения получила значительное количество ссадин и кровоподтёков, не считая огромной шишки на голове. Немного кружилась голова, что косвенно указывало на сотрясение, но ничего, вроде, не было сломано.
   Осторожно (а как еще? голой то, простите, жопой) усевшись на ковёр из иголок, я задумался о своём положении. Вариант бреда или сна был сразу отброшен - слишком достоверные ощущения. Щипать себя не стал - тело и так болело достаточно. Оставалось признать, что я, как говорится, "попал", и это есть не очень хорошо. Теперь оставалось понять "как" и "почему". Я остановил взгляд на заросшем постаменте и у меня в голове начала появляться догадка на первый вопрос.
   Для её проверки я подошёл к постаменту и соскребя с помощью небольшой палки кусок мха, увидел показавшуюся черную поверхность камня- очень похожую на ту, на которой я совсем недавно сидел в подвале замка. Правда, на этом камне угадывались явно рукотворные узоры и надписи на неизвестном языке. Пока шкрябал, получил ещё одно доказательство, что это не сон и не галлюцинации (поскольку те никогда не бывают настолько логичными) - кроме одежды я лишился и всех своих пломб и искусственных зубов. Конечно, за зубами я следил, но покажите мне того, кто к пятидесяти годам может похвастаться, что у него все зубы свои? Машинально ощупывая языком прорехи на месте бывших зубов, я подумал, что без стоматолога придётся очень туго.
   Пока очищал камень, мои мысли вернулись к процессу переноса (так я решил его именовать). Логично связав со случившимся событием черный камень и оцарапанную ладонь, я решил повторить в том же порядке все свои действия. А вдруг получится вернуться?
   Для этого пришлось очистить от мусора и мха участок поверхности камня, и потревожить царапину на ладони. Но сколько я не крутился на камне, сколько не мазал его кровью из ладони, чуда, увы, не произошло. Пейзаж упорно не желал меняться.
   Через некоторое время поняв, что всё бесполезно, я начал задумываться о дальнейших действиях. Было совершенно непонятно, где я нахожусь, а пейзаж совершенно не давал ответа на мой вопрос. Да и вообще, на Земле ли я? Чувствовалась в ощущениях какая-то неправильность, но моё печальное физическое состояние не давало уловить, в чём эта неправильность заключается. Но сидеть на месте было непродуктивно, и сильно хотелось пить.
   Передо мной вставали три классические базовые проблемы: вода, еда, безопасность. И сидя на одном месте, ни одну из них не решить. Так что, для начала, надо было решить в какую сторону идти. Главной задачей было выйти к людям. Человек - существо социальное и, к тому же, слишком сильно зависит от плодов прогресса. Реально оценивая свои шансы на выживание в одиночку, я не питал особых иллюзий в плане способности добыть себе пропитание в лесу, не говоря уже о возможности выжить при встрече с крупных хищником.
   Из прочитанных книг вспоминалось, что поселения чаще всего основывались на реках, и что, идя вниз по течению, рано или поздно наткнёшься на людей. Увы, реки в радиусе обзора не наблюдалось. Хорошо, конечно же, было влезть на эту высокую сосну для расширения радиуса наблюдения, но сделать это в моём возрасте было явно невозможно. Что ж, руководствуясь здравым смыслом выбрал ту сторону, в которую местность понижалась. Но для начала решил немного подготовиться.
   Первым моим имуществом должен был стать посох, то есть крепкая большая палка. Вряд ли она поможет мне отбиться хотя бы от волка, но с ней легче идти, да и обшаривать впереди себя траву на наличие змей пригодится.
   Внимательно глядя под ноги, я прошёл к подлеску, который начинался за десяток метров от опушки. Ломать живое дерево не стал - посох вышел бы крепким, но слишком тяжелым, а мне неизвестно сколько идти. Судя по всему, лес не знал топора лесника, и поэтому медленно пробираясь среди стволов и отмахиваясь от назойливый комаров веткой с листьями, я уже через несколько сотен метров нашёл то, что искал - выворотень огромной сосны, при падении сломавший десятки деревьев поменьше. В результате у меня оказалась удобно лежащая в руке палка практически без сучков, диаметром около пяти сантиметров и длинной почти два метра, с рогулькой на одном из концов.
   Со вторым предметом экипировки пришлось повозиться. Сломав несколько сухих палок таким образом, чтобы получились острые кромки, я подрезал и отрывал кору молодых лиственных деревьев, а следом сматывал получившиеся ленты в клубки. Набрав несколько таких клубков, вернулся к постаменту под сосной. Думаю, вы уже поняли, что я задумал - лапти. Да, простые лапти, поскольку ни асфальта, ни дорог, ни даже тропинок не наблюдалось, попытка путешествовать с голыми ступнями горожанина очень скоро могла закончиться дыркой в этой самой ступне от незамеченного острого сучка.
   Получившийся предмет очень сильно отличался от тех красивых лаптей, что обычно показывают на картинках. Из моих лаптей кора торчала во все стороны, поскольку я так и не понял, как надежно закреплять получившиеся концы, и крепил их разными узлами. В подошву в качестве стельки пошла широкая полоса коры, которую удалось закрепить, протыкая в ней отверстия и пропуская через неё лыко основы. Эти чудовища получились явно не по размеру и держались только за счёт обвязок, что я соорудил из той же коры. Чувствовалось, что лапти будут заметно натирать ногу, так что о быстром темпе перемещения можно было забыть, но теперь хотя бы уменьшилась опасность получить травму ноги.
   Из оставшейся коры было сооружено подобие пояса, на который были навешены те же полоски коры на манер юбочки - получился такой папуас средней полосы, в юбке из коры, которая считай ничего не прикрывает, посохом и в уродливых лаптях. Ещё раз оглянувшись, я попытался хотя бы приблизительно запомнить ориентиры места, где появился впервые и отправился в путь.
   Мой путь проходил по опушке леса, с одной стороны, чтобы оставаться в тени, и с другой - не так глубоко, чтобы начинались заросли. Судя по цвету листвы, стояла поздняя весна, что значило, что на грибы и ягоды мне надеяться вряд ли стоит. В своем умении разжечь огонь с помощью подручных средств я также очень сомневался. Оставалось надеяться, что люди найдутся до того момента как я умру от голода или жажды.
   Следующие два дня никаких позитивных эмоций у меня не вызвали. За первый день путешествия, в лесу было замечено множество мелких зверьков и птиц. Все мои попытки попасть хоть в кого-то броском подобранной палки закончились неудачей. Также за весь день мне не попалось ни одного ручейка, да что там, даже маленькой лужицы и к вечеру жажда стала невыносимой.
   Закат солнца и конец светового дня я встретил на широкой ветке дуба - залезть на это дерево было значительно проще чем на близлежащие сосны, а на земле ночевать я не рискнул. Сразу же после заката стало понятно, что планета, на которой я нахожусь, не является Землей - взошедший из-за горизонта огромный голубоватый серп ничем не смахивал на родную Луну.
   Утро застало меня не выспавшегося, замерзшего и покрытого пятнами комариных укусов на широкой ветке - опасаясь свалиться с неё во сне, я так и не смог заснуть. Спустившись с дерева, я с трудом провёл шершавым языком по пересохшим губам - если так пойдёт и дальше, скоро я просто не смогу двигаться. Значит, надо найти воду уже сегодня.
   Подняв посох, я сделал несколько шагов, сразу же замочив ноги в утренней росе. Роса?! Восхитительные капельки влаги лежала на листьях и траве. Поборов первый порыв броситься слизывать эти капельки, умирая от нетерпения, я всё же заставил себя сначала нарвать большой пучок травы. С этим пучком я вышел на луг и начал охаживать окружающую меня растительность размашистыми ударами, ощущая как с каждым ударом мой "букет" тяжелеет от впитанной влаги. Решив, что уже довольно, я поднял мокрый пучок над головой и выжал его, направляя струйку себе в рот. О, первые глотки этой зеленоватой, смешанной с соком травы жидкости были божественны! Как жаль, что их было немного. Но передо мною было целое поле травы, покрытое росой, и я теперь знал, что делать.
   Через час, с животом, приятно потяжелевшим от воды, я чувствовал себя значительно лучше. По моим прикидкам, примерно за час, остававшийся до восхода солнца, я "надоил" с луга около литра воды. Следовательно, смерть от жажды мне в ближайшее время не грозила. Правда, после того как утихла жажда, резко активизировалось чувство голода, намекая, что после того как попили, неплохо было бы и поесть. Решения этой проблемы я не видел, поэтому приходилось терпеть, не обращая внимания на бурчание голодного желудка. Пока же, буду надеяться на свои "запасы", что накопились за годы сидячей работы.
   Следующие три дня были похожи один на другой - я шёл вдоль опушки леса, и по моим прикидкам отшагал уже километров сорок. Утром и вечером я собирал росу, а ночевал всё так же на деревьях, подходящие экземпляры которых начинал высматривать при приближении ночи. За всё это время я не видел ни одного животного больше зайца, хотя по ночам слышал волчий вой, доносящийся издалека. Следов человеческой деятельности также не наблюдалось. На второй день я так умаялся, что незаметно для себя заснул прямо на ветке, не обращая внимания ни на ночной холод, ни на укусы комаров, и даже умудрился не свалиться.
   К пятому дню чувство голода приутихло, но никуда не исчезло. Эта сосущая пустота в желудке постоянно присутствовала фоном в моём, и так не очень хорошем самочувствии. Боль от ушибов отошла на задний план, и сейчас меня мучила покрасневшая от солнца кожа и множество отметин от комариных укусов, пятна которых усеивали тело. На такие мелочи, как расцарапанные голени, я даже не обращал внимания, хотя некоторые царапины не спешили заживать и как-то не очень хорошо покраснели.
   Но именно в это день мне на пути встретился первый ручеек. Вода, бившая ключом из под большого камня прокладывала себе русло по небольшому овражку, заросшему сочной травой. С наслаждением напившись вкусной, холодной воды, я как мог, промыл чистой водой все полученные царапины. Умывшись, я обратил внимание на своё отражение в воде. Увы, зрелище было печальным - спутанные волосы, шелушащийся нос и синяк в пол-лица от встречи с деревом. К сожалению, изменить я ничего не мог, поэтому кое-как пригладив волосы, продолжил путешествие.
   Но проследовав по руслу ручья, уже через несколько сотен метров был вынужден остановиться, поскольку следовало решить идти ли дальше вдоль ручья, поворачивающего вглубь леса, либо вернуться и продолжить своё движение по опушке.
   Именно в этот момент у меня практически из под ног раздалось раздражённое шипение. Боясь пошевелиться, я смотрел на двухметровую змею зеленоватого цвета, шипящую в траве и остававшуюся незамеченной до самого последнего момента. Змея же смотрела на меня немигающим взглядом, и ретироваться не собиралась. Медленно перевернув посох, я выставил его перед собой больше в качестве самоуспокоения, чем реального оружия, и стал медленно пятиться назад.
   Отойдя на несколько метров, я увеличил скорость и почувствовал себя спокойно, лишь очутившись в нескольких десятках метров. С этого места, очертания змеи, которая не сдвинулась с места, едва угадывались в траве.
   Внезапно, с неба молнией рухнул крупный орёл, и тут же взмыл, держа извивающую рептилию в когтях. Видимо, удар клювом, которым орлы обычно убивают добычу был не очень удачным, потому как менее через минуту орёл недовольно заклекотал и был вынужден выпустить активно сопротивляющегося гада. Пробив кроны деревьев, пресмыкающееся с тяжелым шлепком, донёсшимся даже до меня, рухнуло на землю. Сделав круг над деревьями и что-то разочаровано проклекотав, орел отправился прочь, а я поспешил к месту падениям змеи, не желая упускать такой шанс.
   Как и ожидалось, нападение орла и падение с большой высоты не прошло для змеи даром - змея неуверенно отползала с места падения. Я же, с максимальной дистанции с которой можно было достать посохом нанёс несколько ударов по голове змеи и не останавливался, пока та не перестала шевелиться. Как оказалось, с размером змеи я малость ошибся - змея не дотягивала даже до полутора метров, но всё равно, размеры внушали.
   Пропущу дальнейшие неаппетитные подробности, лишь замечу, что свежевать змею, имея в качестве инструмента только лишь деревянные палки, очень неудобно. Полученное мясо я промыл в ручье и приступил к трапезе. Помня, что после голодовки не рекомендуется много есть, сначала скушал лишь небольшой кусочек не более 100 грамм, хотя проснувшийся желудок требовал умять змею полностью, несмотря на не очень приятный рыбный привкус сырого змеиного мяса.
   Притопив с целью сохранности оставшееся мясо в ручье, я отошел в сторонку и присел в теньке, и разморенный обедом уснул. Проснувшись, я констатировал, что прошло уже несколько часов, но никаких негативных ощущений от съеденного мяса не ощущается, кроме желания покушать ещё. В тот день, я так никуда и не пошёл, решив остаться в окрестностях ручья, и потратил время на осмотр окрестностей и ремонт поизносившихся лаптей. Ещё попытался свить из травы веревку, чтобы сделать лук для добывания огня, но так ничего и не получилось - то ли трава тут неправильная, то ли я что-то неправильно делал, но скрученные жгуты лохматились и рвались уже после нескольких оборотов вокруг палки.
   Проснувшись на следующий день в неплохом настроении, я отметил улучшившееся самочувствие, поджившие потёртости и ссадины на ногах. Без сомнения, короткий отдых, и главное, наличие пищи оказали явно позитивный эффект. В выборе направления предпочтение я решил отдать всё же руслу ручья - он выглядел довольно полноводным, чтобы не иссякнуть в корнях деревьев, и к тому же никто не гарантировал, что мне снова повезет наткнуться на источник воды.
   Идти по лесу было сложнее, чем по опушке - подлесок был довольно густой, и как я ни старался, но без царапин не обходилось. К тому же, под сенью леса даже в дневное время вольготно чувствовали себя комары, стаями атакующие носителей теплой крови. Несколько раз приходилось обходить или перелазить здоровенные стволы, перегородившие русло. По сравнению с предыдущими днями скорость продвижения сильно упала. Также у ручья стали попадаться звериные тропы, что меня крайне встревожило, поскольку там, где есть травоядные, обязательно найдутся и хищники.
   Остатки змеи были доедены в этот же день, и уже к вечеру, есть хотелось почти так же как раньше. Из-за этого я внимательно всматривался в заросли травы, но змей почему-то больше не попадалось. В кустах щебетали какие-то птицы, в лесу периодически раздавались чьи-то шорохи, но самих лесных обитателей пока что не было видно. Скорее всего, я их заранее распугивал своим неуклюжим передвижением.
   Из-за густых крон, темнело в лесу раньше чем на опушке, поэтому место для отдыха я начал искать раньше, чем обычно. Подходящее дерево с широкими ветвями, расположенными так, чтобы я мог на них влезть, нашлось не сразу. Я с трудом забрался на ветку на высоте примерно трех метров, когда в лесу уже почти стемнело. А ночью произошло страшное и необъяснимое.
   Во-первых, случилось то, чего я боялся с самого начала - меня нашли волки. Посреди ночи я проснулся от какого-то шебуршания и рычания под деревом. Моё дерево располагалось на небольшой прогалине леса, поодаль от других деревьев, и благодаря луне (так я по привычке называю спутник этой планеты) и звёздам на поляне рядом с деревом были отчётливо видны силуэты хищников. Это были крупные животные - значительно крупнее тех, что я видел по телевизору в передачах о дикой природе. Стая состояла из семи животных, которые крутились под деревом, обнюхивая мои следы.
   Когда один из них, встал на задние лапы, то почти дотянулся до нижних ветвей дерева. С шумом потянув воздух, он издал горловое рычание, что стало сигналом для стаи подтянуться поближе. Я же в это время, медленно перебирался на ветви повыше. Один из самых нетерпеливых волков подпрыгнул, практически достав до ветки на которой я располагался минутой ранее и упал обратно на четыре лапы, в падения сорвав мощными когтями приличный пласт коры. Сделав ещё несколько попыток, животное присоединилось к своим товарищам, расположившимся вокруг дерева. Судя по всему, стая настроилась на ожидание.
   Вот тут-то и произошло страшное и необъяснимое - моё дерево затряслось, а по всей площади поляны из земли показались тёмные верёвки корней. Но своей подвижностью они более походили не на корни, а на щупальца осьминогов, с такой же ловкостью оплетая лапы и туловища волков. Ни один из зверей не успел скрыться с поляны, и пространство под деревом огласили отчаянные визг и скулёж погибающих зверей. Полную картину расправы над волками я не видел, поскольку изо всех сил вцепился в ветку, стараясь не упасть с качавшегося, как мачта парусника, дерева.
   Наконец, ужасные звуки под деревом стихли, и только темные груды вывороченной земли да тяжёлый запах крови напоминал о случившемся событии. А я целую ночь трясся на дереве не смея сомкнуть глаз и пытаясь понять, что же произошло. Хотя ответ был очевиден - кроме обычных, тут существуют и необычнее опасности, вроде хищных деревьев.
   Когда взошло солнце я смог лучше разглядеть землю лежащую внизу. Она напоминала перепаханное поле, а в разных местах виднелись пятна крови и куски меха. Тел волков не было видно - корни утащили их к себе под землю. Передо мной же стоял трудный выбор, хотя нет, выбора не было - или я пытаюсь пересечь поляну в надежде, что дерево пока не голодно, либо умираю прямо тут от жажды и голода.
   Сначала на землю полетел посох. Подождав и не увидев никакой реакции корней, следом за ним начал спускаться и я. Первые шаги под деревом я делал как по минному полю, высматривая малейшее шевеления грунта, в готовности мигом взлететь обратно на дерево. Но почва была недвижима. На расстоянии нескольких метров от дерева я не выдержал, и что было силы припустил через поляну.
   Успокоился я только через несколько сотен метров от страшного дерева. Вышел к ручью, умылся и попил воды. Присев на берег я задумался. Лес оказался намного страшнее, чем ожидалось. Правда, ещё одна стая волков вряд ли будет охотиться поблизости, да ещё немного обнадёживали несколько ручейков влившихся в русло ручья, вдоль которого я шёл - ещё пара таких и он станет небольшой речкой. Решено, буду продолжать движение, утроив осторожность.
   Теперь, я высматривал не только потенциальную пищу, но и деревья, похожие на то, на котором я ночевал. Таких, за целый день, мне встретилось всего одно. Как и предыдущее, оно росло на небольшой прогалине, поодаль от других деревьев. Трава в его тени выглядела была яркой и сочной. Я подумал, что возможно, таким образом дерево приманивает к себе травоядных животных. Но почему первое дерево не тронуло меня, может спало или было сыто, а может люди не входят в его рацион? На эти вопросы у меня ответа не было.
   Ближе к вечеру удалось заметить и убить небольшого ужа, который стал для меня одновременно завтраком, обедом и ужином. Ночь я провел в ветках кряжистого дуба, переплетение которых создали удобное ложе, на котором была возможность переночевать, не боясь свалиться. Эта ночь прошла спокойно, чему я был очень рад.
   Как только рассвело, я снова отправился в путь, чувствуя себя при этом неважно. Количество царапин на теле значительно увеличилось, и хоть я старался промывать их чистой водой, многие всё равно воспалились. Пятна от старых и свежих укусов комаров покрывали практически всё тело. Голова болела, а тело знобило. Не знаю, что за болезнь ко мне прицепилась, но останавливаться было нельзя. Серьезная болезнь однозначно означает то, что моё тело навсегда останется в этом лесу, и поэтому надо идти дальше в надежде найти людей или убежище, которое позволит переждать болезнь.
   Так я шёл вдоль русла, автоматически отмечая звериные тропы, которые выглядели как выходящие к воде туннели, проложенные в густых зарослях. По их размеру становилось приблизительно ясно, что звери их проложили совсем небольшие, хотя пару раз встречались и такие, что указывали на наличие крупных копытных. Вон, следующий пролом в зарослях указывает на то, что его проделало совсем немаленькое животное. Или не животное!?
   Подойдя поближе, я увидел, что на острие обломанной ветки раскачивается обрывок грубой ткани коричневого цвета! Жадно схватив этот обрывок, я чуть не пустился в пляс - здесь прошёл человек! Хотя постойте, ткань изначально была другого цвета, а имеющийся цвет обрывку придавала попавшая на него кровь! Направление движения человека было понятно даже для такого профана как я. Не было смысла отыскивать следы - путь неизвестного легко прослеживался по сломанным веткам деревьев и кустов, он явно бежал в панике, совсем не разбирая дороги.
   От чего он бежал, проверить можно было и позже, поэтому я направился по следу неизвестного. Почти к самому вечеру я его нашёл. Первыми признаками, его расположения были несколько птиц, взлетевшие в десятке метров впереди. Подойдя поближе, я понял, что птицы собрались не просто так. В углублении, оставленным вывороченными корнями большого дерева лежал труп мужчины в когда-то белой, а теперь покрытой многочисленными бурыми пятнами одежде. Рядом валялся кинжал с длинным лезвием и виднелось догоревшее кострище.
   Судя по открывшейся картине, перед смертью покойник пробыл в этом убежище несколько дней. Об этом говорили обломанные вокруг и собранные рядом с кострищем ветки, а также свитое из бересты ведерко - к проживанию на дикой природе, покойный явно был подготовлен лучше меня. Но видимо, его раны были слишком серьезны, раз я вижу перед собой его тело, хотя умер он не так давно - ни мелкие зверьки, ни птицы не успели объесть труп. А теперь его смерть давала мне шанс на жизнь.
   Спустившись вниз, я приступил к осмотру тела, хотя кто-то назвал бы это мародерством. Ох, поменяться бы с такими чистоплюями местами и посмотреть бы на их поведение в той ситуации, в которой я нахожусь сейчас. Но вернемся к трупу.
   Это был крепкий мужчина европеоидной расы возрастом 30-40 лет. Его лицо, как и руки были сильно загорелы, что говорило о том, что умерший довольно много времени проводил на свежем воздухе, а ладони были покрыты мозолями. Как я уже говорил, одет он был в залитый кровью халат, на ногах одеты когда-то красивые кожаные сапоги, сейчас по голенища изгвазданные грязью. Подпоясан он был кожаным же поясом, на котором крепились ножны для кинжала. Также, приблизившись, я нашёл небольшую металлическую флягу, не замеченную мной ранее.
   В итоге, у меня в наличии оказался пояс покойного, кинжал, пустая фляга, а ещё коробочка с трутом и огнивом, найденная во внутреннем кармане халата. Как бы не было противно, но я стащил с трупа сапоги. Однако, заставить себя снять с него халат так и не смог. На груди покойного обнаружился непонятный амулет на веревочке. Раскинув мозгами, вспомнив встреченные непонятки, трогать его не стал.
   Выбравшись наверх, я сложил вещи на землю и с помощью посоха обвалил на покойника нависающий пласт грунта. А затем, склонив голову, сказал:
   - Спасибо тебе за всё. Покойся с миром.
   Исполнив таким образом последний долг по отношению к незнакомцу, я одел пояс и прицепил к нему флягу и кинжал. Даже получилось приладить какую-то часть моей юбочки. Одеть сапоги сразу я не решился, и теперь они болтались у меня на плече. За неимением карманов коробочку с огнивом нес в руке, в другой руке у меня был посох.
   Вот в таком виде я возвращался по уже пройденному пути, высматривая дерево для ночлега. Найдя подходящее, устроился на нём повыше. Ночь прошла без особых сюрпризов, хотя нормально выспаться не получилось - в этот раз ветки были намного уже и я постоянно просыпался из-за боязни упасть.
   Дождавшись рассвета, я вернулся к ручью и после умывания наполнил флягу и немного отмыл сапоги от грязи. Неприятный запах за ночь немного выветрился, поэтому убедить себя в необходимости смены обувки удалось легче. Сапоги были на размер больше, что меня не особо смущало - по сравнению с моими лаптями, они выглядели как порш по сравнению с запорожцем. Убедившись в том, что планета населена людьми привычного вида (сомнения в чем глодали меня последнее время), я приободрился, а положение уже не казалось таким безнадёжным. Правда, смущало то, что первая встреча с местным населением вышла именно такой - где-то поблизости могли находиться нападавшие, от которых ничего хорошего ждать не приходилось.
   Но делать было нечего, вся надежда была на то, что следы беглеца приведут куда-нибудь поближе к людям. Через несколько часов пути, когда я начал прикидывать, сколько же мог пробежать израненный человек, мне попался труп лошади, от которого порскнули по кустам какие-то мелкие хищники. Густой запах разложения, окутывающий близлежащие заросли указывал на то, что лошадь умерла значительно раньше, чем её всадник. Стараясь дышать через раз, я бегом проследовал мимо объеденной туши. Обыскивать её желания не возникло.
   Путь, который проложила лошадь, было сложно пропустить, ибо он был значительно заметнее. Лошадь, как и позднее её всадник, неслась не разбирая дороги, не обращая внимания на кусты и ломая по пути следования молодые деревца. Уже почти стемнело, но, в конце концов, я таки вышел на дорогу! Пусть эти две едва угадывающиеся, заросшие колеи и не напоминали наезженный тракт, но это было уже зримое подтверждение человеческой деятельности.
   Следы лошади вывели к тому месту, откуда бежал найденный покойник. В сумерках я рассмотрел только напополам сломанный чудовищным ударом фургон, да несколько трупов людей, на которых кормились вороны. Оставаться на ночь в месте, способном привлечь хищников, явно не стоило. Уже в темноте, пройдя больше километра я устроился на очередном дереве, стоящем на обочине, где спокойно переночевал.
   Когда рассвело, у вернулся к месту произошедшей бойни. Голые трупы уже порядком объеденные зверями валялись тут и там. Я насчитал четырнадцать мертвецов. Примечательно, что их победители оказались небрезгливыми и после смерти раздели их догола, поскольку на трупах отсутствовали даже малейшие признаки одежды. Фургон выглядел так, как будто он на большой скорости врезался в бетонный столб, хотя для этого ему пришлось бы ехать боком, поскольку удар пришелся именно в боковую часть. Одна перекосившаяся половинка лежала на боку, а о наличии в прошлом второй половины говорило лишь обгорелое пятно. Осмотрев имеющуюся половину фургона, я констатировал, что из него выгребли всё мало-мальски ценное, включая оси фургона. Единственной полезной вещью для меня оказался обрывок тента, в котором я проделал дырку для головы и надел на себя на манер пончо.
   Определить в какую сторону направились нападавшие я так и не смог. Оставалось надеяться лишь на удачу, и направиться в ту сторону, куда указывала задняя часть фургона, с мыслью о том, что где-то впереди должен располагаться населенный пункт из которого этот фургон выехал. А поселение мне было просто необходимо, так как моё самочувствие стремительно ухудшалось. Несмотря на то, что было довольно тепло, меня сильно морозило, болела голова, а зрение иногда теряло резкость.
   Примерно в полдень я дошёл до деревянного моста через небольшую речку. Его потемневшие от дерева и уже немного съехавшие бревна говорили о том, что за мостом давно никто не следит. С трудом спустившись к воде я напился и набрал воды во флягу. Болезнь стремительно прогрессировала, и мне пришлось присесть, чтобы собраться с силами для того, чтобы вылезти обратно на дорогу. Скорее всего, именно из-за болезни я не заметил подъехавших всадников и обратил на них внимание лишь тогда, когда один из них что-то громко сказал мне.
   Лишь тогда я поднял голову. На дороге стояло пять всадников на лошадях, один из которых и обращался ко мне. Одеты они были как средневековые воины. Каждый был одет в кольчугу, а на поясе имел меч. У старшего, который и кричал мне, кроме кольчуги грудь и плечи защищали полосы металла. Долго рассматривать себя всадники не дали и повелительными жестами приказали мне вылезать к ним.
   С трудом поднявшись по откосу, я шатаясь встал на дороге. Двое спешились и подошли ко мне. Они что-то спрашивали, но я не понимал не слова. Да и они, судя по всему, не поняли ни слова из сказанного мною, хотя я пытался обращаться на ним как на русском, так на французском и английском языках. Если бы я тогда понимал всеобщий, то услышал бы следующий диалог, которым они обменялись:
   - Смотри командир, а, похоже ведь, не дождутся каравана в баронстве, - сказал один, кивнув на меня.
   - С чего ты взял? - спросил тот, которого я идентифицировал как старшего.
   - Дык, по этой дороге за последний месяц только один караван прошёл, а больше никто и не ездил. Говорил я им, что чертовщина тут творится, и надо побольше охрану брать, так нет, убедил их этот проходимец Воха, что спокойно тут, - ответил тот, сплюнув при этом на дорогу.
   - А с чего ты взял, что этот с каравана?
   - А откель ему ещё взяться? Смотри, по нашему нифига не понимает - было у них в караване пару таких, то ли купцов, то ли приказчиков - через толмача общались. Сапоги у него тоже приметные, не нашенские. А что не крестьянин и не воин, так то сразу заметно, хоть и грязный да в рванине но вон пузо какое, да ручки белые, - тыкая в меня пальцем обосновал своё мнение первый.
   - Эх, судя по всему прав ты. Так что придётся сегодня дальше проехать. Попробуй, может удастся чего выведать из иноземца, - сказал, возвращаясь к коню командир.
   С помощью пантомимы воин смог мне объяснить, что интересуется найденным мною караваном. Показав один палец, сделал вид что иду. Потом, склонив набок голову и вывалив язык, показал две открытые, а потом одну ладонь с четырьмя пальцами.
   Кивнув, воин убежал к старшему.
   - Всё выведал, - доложил он, - побили их в дневном переходе отсюда, показал, что четырнадцать человек убили.
   - Ах, плохо. Давненько в окрестностях такого не случалось. Копателей били, а вот на обозы раньше-то не замахивались, - произнёс командир, и с чувством выругался. - Так, Смешко, остаёшься с иноземцем, а мы по-быстрому проверим.
   - А почему я, - заныл молодой воин, за что заработал от затрещину от старшего.
   - Это тебе за пререкания. А как возвратимся, ещё пять дежурств на башне, ясно? - с угрозой в голосе спросил командир отряда.
   - Ясно, - мрачно ответил провинившийся, соскакивая с лошади.
   - А раз ясно, отведешь его в ближайшее село - там ещё постоялый двор есть, и будешь нас там ждать, - и, не дожидаясь ответа, махнул рукой отряду: - Вперед!
  
   Путь до деревни мне запомнился плохо. Температура повышалась, а состояние ухудшалось, и через несколько часов я просто не мог идти. Плюнув на провалившиеся попытки довезти меня на лошади, Смешко сгонял в деревню и вернулся с мужичком на разваливающейся бричке, в которую меня и погрузили. К моменту прибытия в деревню я уже находился в полубреду, и практически не отличал реальность от бреда, так что приехавшие поздно вечером стражники лишь посмотрели на пышущее жаром лицо, посочувствовали, да отбыли восвояси, позднее выдав руководству отчет о гибели каравана и одном выжившем.
   Мне повезло, и опеку надо мной взяла владелица постоялого двора, которая была вдовой и управлялась с постоялым двором с помощью двух взрослых сыновей. Как позже выяснилось, вдова услышала мнение стражников о том, что я являюсь купцом или приказчиком, и надеялась, что я щедро отблагодарю её за своё спасение. Меня определили в один из пустующих номеров, обмыли, напоили целебными отварами и намазали заживляющими мазями.
   Провалявшись в постели около недели, я выздоровел и постепенно приходил в норму. Большую часть своего времени я проводил сидя в уголке общего зала и слушая незнакомую речь, пытаясь выучить новые слова. Хозяйка постоялого двора была так любезна, что кормила меня завтраком и ужином бесплатно.
   Вся её любезность закончилась в один день, когда я выучил несколько десятков слов на всеобщем, и смог пояснить, что у меня ничего нет, кроме того, что на мне. Меня тут же вышибли из номера, поселили в чулан под лестницей и выставили счёт за лечение. Так как особых навыков у меня не имелось, отрабатывать пришлось в роли уборщика, сторожа и принеси-подай. С более квалифицированной работой вдова с сыновьями справлялись сами.
   Так потекли неспешные дни. Я мыл пол, скоблил ножом жирные доски столов, ночевал в конюшне в качестве сторожа, когда на постоялый двор заезжали путешественники с лошадьми, меня звали, когда надо было помочь что-то перетащить. Мой живот сильно уменьшился в объёме, а руки значительно огрубели. Зато я внимательно слушал и узнавал всё больше информации о том мире, в который попал, и, что радовало, всё лучше понимал язык.
   Вкратце расскажу то, что узнал из осторожных расспросов. Местные называют свой мир Димеон, и в этом мире, в отличие от мира Земли, действует магия. Спутник, так поразивший меня своим видом в первую ночь, имел название очень похожее на греческое имя Луны и звался Зиленой. Государственное устройство Тройской империи, на территорию которой я находился, было похоже на устройство средневековых государств в Европе, за исключением того, что некоторые вопросы, император мог решать только после одобрения этих изменений Советом дворян, Советом магов и Церковным советом. Перечень этих законов был очень узок и касался престолонаследия, государственной религии и привилегий дворян. Все остальные вопросы, в том числе и объявление войны, император решал самостоятельно (хотя поговаривали, что при принятии решений, император всё чаще полагается на мнение своих советников).
   Империя была разделена на герцогства, графства и баронства. Также, существовали вольные города, которые получили от императора право самостоятельно решать местные вопросы и взимать налоги. Общий имперский налог был установлен в размере десяти процентов, и каждый владетель местности должен был собирать и безоговорочно перечислять этот налог в имперскую казну. Сверх этого налога владетели имели право устанавливать свой налог, который не должен был превышать половины имперского налога. Интересен тот факт, что вольные города не имели права устанавливать свой налог более двух процентов, поэтому в этом мире торговцы предпочитали селиться именно в таких городах, отчего последние превратились в мощный двигатель имперской торговли.
   Таможенная служба была централизованной и приносила наибольший доход в бюджет империи. Купцы, прибывающие со всего мира заплатив пошлину на таможне и получив соответствующую отметку в подорожную, передвигались по всей территории империи невозбранно. О глупостях, вроде платы за въезд в город тут и не слыхали. Хоть таможенные пошлины были довольно высоки, огромные караваны товаров постоянно перемещались через границы, поскольку империя являлась не только огромным рынком сбыта для иностранных товаров, но и была родиной искусных ремесленников и магов, чьи изделия можно было перепродать втридорога.
   Судебная система была простой, но в то же время эффективной. В большинстве случаев, на первый раз можно было отделаться лишь солидным штрафом. Особо тяжкие преступления, а также преступления против короны карались каторжными работами или смертью. Рабство в империи было уже пятьсот лек как запрещено, хотя определенные пережитки, вроде отработки долга (исключительно по решению суда, о чём я узнал позднее) оставались. В землях принадлежащих императорской фамилии суд вершили судьи, назначаемые императором. В феодах, суд мог вершить феодал лично либо назначенный ним чиновник. В вольных городах судей назначало местное руководство, а в некоторых случая, судьи избирались голосованием. Назначенные штрафы, а также количество осужденных на каторгу делились пополам - половина оставалась в той местности, где проходил суд, а половина принадлежала империи.
   Кроме обычных судов, существовал церковный суд и суд магов, но с очень узкой юрисдикцией, которая распространялась только на преступления церковников или использование демонических сил и магов или колдунов соответственно.
   Я оказался в местности, которая относилась к сфере ответственности вольного города Катлори, расположенный в трёх днях пути от села в котором я жил. Встреченные мной воины оказались городской стражей, которая время от времени патрулировала прилегающую к городу местность и не давала распоясаться разбойничьим шайкам. Обязанность поддерживать порядок на этой территории была прописана в вольной грамоте города. Обычно, вольные города не обладали такой обширной территорией, но в данном случае, всё зависело от того, что прилегающие земли никого не интересовали. И для этого были веские причины.
   Карт в селе отродясь не бывало, но по рассказам завсегдатаев, Катлорская область (как я называл её про себя) располагалось на окраине империи. С одной стороны она граничила с богатым герцогством Феронским, от которого была отделена грядой невысоких гор с несколькими проходами в них.
   С другой стороны область граничила с имперским городом Мервинал, который располагался на восточной границе империи, что влекло за собой наличие гарнизона и таможенного поста. Не сказать, что у таможни было много работы, поскольку на этом участке Тройская империя была отделена от государств на востоке огромной пустыней, пересечь которую могли лишь небольшие караваны с опытными проводниками. Конечно, при помощи магов можно было провести караваны довольно большого размера, но оплата услуг хорошего мага, способного на такие подвиги, съедала почти всю прибыль.
   С третьей стороны Катлори граничил с захудалым баронством Гошев, в которое направлялся погибший караван. Баронство постепенно приходило в упадок, а о его владельце ничего не было слышно уже лет десять.
   А с четвертой стороны находилась та причина, из-за которой никто не рвался ни селиться, ни управлять здешними землями. Тут раскинулось Мёртвое поле и Проклятый лес. Сначала, когда услышал эти названия, я только скептически хмыкнул, но после получения большего количества информации, мой скептицизм резко уменьшился. Но вернёмся к происхождению названий.
   Данные местности заслужили своё название в связи с грандиозной битвой, которая произошла в этих пределах. Около трёхсот лет назад, Тройская империи стремительно расширялась. Старая граница империи проходила аккурат по горной гряде Феронского герцогства. Никакой пустыни тогда и в помине не было, а окружающая местность была довольно плотно заселена и поделена между вольными баронствами.
   На беду, в это время произошло очередное объединение восточных королевств, которые также посчитали вольные баронства своей законной добычей. Две армии встретились на полдороги. Бои с использованием мощнейших заклинаний длились более полугода. Сначала, имперской армии не повезло, и ей пришлось отступать, прогнувшись под напором объединённого войска с востока. Затем, часть восточного войска попала под чрезвычайно мощное заклинание, в результате которого погибла не только треть армии, но и образовалась та пустыня, что граничит с империей. Отрезанная от путей сообщения армия восточных королей не имела другого выхода, как только идти вперед.
   Ответный удар восточных магов уничтожил перебрасываемые подкрепления и перекрыл горные перевалы, отчего обе армии оказались в одинаковом положении. После этого бои на территориях, что сейчас зовутся Мёртвым полем, продолжались еще около месяца. Оставшись без возможности к отступлению маги обеих сторон не чинясь использовали любое запрещённое волшебство, в надежде выжить.
   Когда перевалы смогли открыть, прибывшее подкрепление встретили жалкие остатки имперской армии, без жалости дорезающие последних врагов. Империя в этих боях потеряла девять десятых своего восточного корпуса. Кроме того, территории, из-за которых разгорелся сыр-бор превратились в выжженную пустыню с многочисленными магическими ловушками, самопроизвольно встающими мертвецами и магическими мутациями.
   Так как формально империя победила, граница империи была передвинута вплоть до пустыни, а на имеющихся территориях были основаны имперский и вольный города, а также баронство, которое было пожаловано старшему выжившему офицеру восточного корпуса.
   Прошло уже три сотни лет, а шрамы оставленные на земле той войной время от времени дают о себе знать. Оказалось, что заходить в лес, через который я прошёл практически голышом, опасаются даже опытные охотники. Попытка заночевать на Мёртвом поле без мощного амулета или без сильного мага грозит неизбежной гибелью.
   Однако, находились смельчаки, которые сделали Мертвое поле источником своих доходов. В зависимости от отношения, их могли называть по-разному. В простонародье их называл "копачи" или "копатели", благородные презрительно цедили "грабители мёртвых", а жадно потирающие руки скупщики уважительно обращались "господа искатели".
   Они гибли от старых ловушек, оставались в логовищах умертвий, к ним проявляли пристальный интерес все - начиная от разбойников, и заканчивая церковным трибуналом. Но иногда, удачный поход делал одного из них супер-богачом, способным купить титул и поместье, и жить в нём безбедно до скончания своих дней. Рассказы о таких случаях обрастали невероятными подробностями и привлекали к Мертвому полю всё новых людей желающих разбогатеть.
   В существовании постоялого двора на почти заброшенном тракте эти люди играли не последнюю роль. Он был последним местом перед полем, где можно было отдохнуть, помыться и выпить пива. Также, он был первым местом, где можно было получить хоть какую-то медицинскую помощь. Не зря у вдовы имелись эффективнее заживляющие зелья - иногда, кроме серебра, искатели расплачивались и найденными вещами.
   Я всё не мог понять, что можно найти в земле через триста лет, пока мне не объяснили, что хорошо зачарованный предмет может оставаться в отличном состоянии до пятисот лет, а в местах с повышенным магическим фоном и всю тысячу.
   Ах да, забыл рассказать о денежной системе империи - она тоже довольно проста. Ходят медные, серебряные и золотые монеты - понятно, перечислены в порядке возрастания стоимости. В каждой серебряной насчитывается сто медных, а в золотой - сто серебряных. Среди медных и серебряных монет существуют номиналы по десять, двадцать пять и пятьдесят монет, что значительно облегчает расчёты. Золотые монеты бывают только одного номинала, хотя иногда попадаются монеты из других стран, которые могут стоить дороже или дешевле, в зависимости от их веса и содержания золота.
   Ещё одним способом хранить деньги являются драгоценные камни, которые используются магами как накопители или основа для амулетов. Но тут сложнее - надо искать ювелира либо мага, который у тебя их приобретёт.
   Кстати, хозяйка поставила мне зарплату в 5 медных монет, которые я в прочем не видел, так как они шли в счёт выплаты долга. Для примера, кружка пива стоит одну такую монету, а поесть - три. Общий размер моего долга она оценила в двадцать серебряных. Так что, с такой зарплатой куковать мне на этом месте до скончания жизни. Конечно, это лучше чем умереть в лесу, но перспектива всё равно не радужная. Даже та плохонькая одёжка, что была выдана мне вместо куска тента, и то была выдана в долг.
   Хотя, однажды мне выпал шанс всё изменить.
  
  

Глава 3

  
   В тот день я находился возле стойки и наблюдал за тем, как Герх - старший сын владелицы постоялого двора перезаряжает магический шар. Осторожно сняв защитный металлический кожух, он бережно вынул из маленькой коробочки драгоценный камень размером с булавочную головку, и приложил его к кругу, нарисованному на каменном основании. И раз! Синеватый огонёк пляшущий в внутри камня мгновенно исчез. Удовлетворённо хмыкнув, парень проделал обратные операции: спрятал камень в коробочку, установил кожух, а затем два раза щёлкнул пальцем по верхушке шара, из-за чего тот засветился ровным желтоватым светом. Одиночный щелчок погасил шар.
   Надо сказать, хоть местные постоянно упоминали о магии, её присутствие в деревне было не очень заметным. Например, во всём селе магический светильник имелся лишь на постоялом дворе, да ещё у старосты деревни. Объяснялось это дороговизной магических предметов, а также тем, что рано или поздно предметы требовали подзарядки, которую могли осуществить лишь несколько магов, проживающих в Катлори, и за которую также требовалось платить. Чаще всего это было не по карману простому крестьянину, и им приходилось довольствоваться амулетами непонятной эффективности, купленными в церкви или на рынке. Может, в их загашниках было что-то ещё, но без крайней нужды такие вещи на общее обозрение не выставляли.
   Как раз после того, как Герх закончил свои манипуляции с шаром, в дверь вошла компания мужчин, которых я однозначно идентифицировал как искателей. Их было четверо - все одетые в кожаные доспехи, а на пальце одного из них мелькнуло кольцо с большим камнем. Как потом оказалось, так выглядит кольцо мага. За спиной у них были тощие рюкзаки, и у всех, кроме человека с кольцом, на поясе в дополнение к кинжалу имелся короткий меч. Направляясь вглубь зала, один из них крикнул:
   - Хозяйка, ужин на четверых и две бутылки красного.
   Я сразу заторопился в сторону кухни - повариха сегодня отпросилась на свадьбу к родственникам, поэтому на кухне пришлось стать самой хозяйке, а обязанность подавать блюда ложилась на меня. Собрав на поднос блюда с мясной нарезкой, сыром и хлебом, что споро подготовила хозяйка я подошёл к столу как раз к тому времени, как Герх спускавшийся в подвал за вином вернулся с бутылками и кружками. Сгрузив свой груз, я вернулся к стойке в то время как Герха пригласили за стол к искателям. Правильно истолковав его жест, я мигом добавил ещё одну кружку.
   Когда подоспело горячее, они были уже на "ты". Выставляя на стол миски с горячей похлёбкой и собирая пустые, я услышал, как один из искателей втолковывает Герху:
   - Ты парень крепкий, а нам как раз такие нужны. Риска никакого - вон, с нами маг идёт, - кивнул он на носителя мажеского кольца: - Не упусти свой шанс, на прошлой неделе бригаде Кривого больше золотого на рыло досталось, вот и пошли все свободные искатели с ним. А в команде не столько воины надо, как те, кто копать будет. Ты меня давно знаешь, не первый раз ходим - мы всё делим по-честному. Старшему три доли, магу три, воинам по две, и тебе, если приведешь ещё хотя бы троих рабочих - тоже две. Смекай, простым копателям только половина доли идёт.
   Задумчивый Герх встал из-за стола искателей минут через десять. Не останавливаясь за стойкой, он сразу отправился на кухню к матери. Часть их разговора, хоть они и пытались понижать голос, была слышна мне. Судя по всему, искатели уговорили Герха, и он теперь пытался объяснить необходимость такого похода матери:
   - Бу-бу-бу.... сгинешь там ни за медный грош...бу-бу-бу... выторг падает...бу-бу-бу...так до смерти в этом селе... бу-бу-бу... золотой... бу-бу-бу... продадим, в город переедем...бу-бу-бу... обещал в жены... бу-бу-бу... выкуп надо... бу-бу-бу... столько дураков найдёшь...
   Через пару минут бубнёж стих и Герх вышел во двор, а его мать заняла место за стойкой. Минут через сорок Герх вернулся с двумя знакомыми мне личностями - младшим сыном кузнеца, который в семнадцать лет не сильно отставал по размерам от бати, и помощником мельника, тоже не маленького роста. Подведя их к столу искателей, он вернулся к стойке, дабы набрать несколько кружек пива. Его задумчивый взгляд прояснился, остановившись на мне:
   - О! Миха (так местные сократили моё имя), хочешь денег заработать? Если повезет, сможешь даже весь долг покрыть.
   Уже догадываясь, что он предложит, я осторожно ответил:
   - Смотря, что делать надо.
   - Ничего сложного, лопатой помахать, - тут он запнулся: - Правда на поле мертвяков сходить придётся.
   Видя, что я не тороплюсь с ответом, он поспешно продолжил:
   - Я сам иду, вон двое наших тоже идут, - махнул рукой в сторону зала: - Команда там опытная, да и маг нас защищать будет.
   Думая, что я колеблюсь, добавил:
   - Обещаю, что даже если ничего не накопаем, половину твоего долга спишем, а работы всего-то на несколько дней.
   - Хорошо, - делая вид, что его последний аргумент меня убедил, согласился я: - А что мне дальше делать надо. У меня даже походной одежды нет.
   - Не беспокойся, найду тебе крепкую одёжку да одеяло, а мать еды в дорогу соберет на обоих. Так что сегодня работаешь как обычно, а с утра отправимся, - закончив разговор, Герх подхватил кружки с пивом и с довольной рожей отправился к компании искателей.
   На вопросительное обращение главного, он кивнул головой в мою сторону. Придирчиво осмотрев меня, тот не очень довольно покачал головой, но всё же кивнул, принимая мою кандидатуру. Засиживаться за столом искатели не стали и уже через полчаса отправились на отдых. Я же получил на руки просторные штаны из толстого холста, рукавицы из того же материала, стеганую куртку, и изгрызенное молью одеяло. Одеяло полагалось нести в ветхом рюкзаке с одной лямкой. Оставалось докинуть к одеялу деревянную кружку, такую же ложку, флягу с водой и коробочку с огнивом.
   Наутро, перед выходом с постоялого двора старший группы по имени Тирен, осмотрел получившуюся команду. Следует сказать, я выглядел наименее презентабельно - даже крестьяне выглядели получше. На сыне кузнеца была накинута кольчуга, Герх и помощник кузнеца обрядились в плотные кожаные куртки. Кроме того у каждого был походный мешок, а на поясе появились ножи.
   Окинув взглядом мою потрёпанную одежку, он удивлённо приподнял бровь, остановившись взглядом на кинжале, но ничего не сказал, а только кинул магу:
   - Проверь их по-быстрому.
   Тот подошёл к нам, прошептал что-то себе под нос и сказал, указывая на Герха:
   - У этого стандартная защита, - потом перевел палец на меня: - У этого остатки защитной ауры от какого-то мощного артефакта, причём ещё не полностью развеялись. А у оставшихся двоих - какие-то церковные амулеты.
   Все, кроме меня, узнавшего о наличии какого-то защитного заклинания с нескрываемым удивлением, восприняли слова мага спокойно. Но долго удивляться мне не дали. Удовлетворившись результатами проверки, Тирен дал команду выступать. Воины выдвинулись вперед, а следом за ними, взалив на плечи свои инструменты - лопаты и заступы, двинулись мы. Герх, без зазрения совести, отдал свою лопату мне, а сам нёс пузатый рюкзак, набитый припасами для похода.
   Не слишком отдалившись от деревни, мы свернули в лес, по которому пришлось пробираться два дня. С момента захода в лес мои спутники были очень напряжены и нервно реагировали на малейший шорох. К счастью, никаких ужасов из тех, что рассказывали о Проклятом лесе, пока не наблюдалось. То ли на самом деле их осталось не так много, как говорит людская молва, но вероятнее, нас просто вели по уже не раз проверенному маршруту.
   Одиночные признаки наличия магии наблюдались, но были явно не такие пугающие, как памятное мне хищное дерево. Так, проходя мимо одной из полянок, маг обратил наше внимание на обширное горелое пятно. Оказалось, что это след от сработавшей огненной ловушки, способной поджарить человека на лошади в пару секунд. Куда более впечатляющими смотрелись следы ударов когтей, оставленные неизвестным животным на нескольких деревьях - глубина рваных отметин на деревьях превышала 30 сантиметров, а несколько сосен, толщиной с мою ногу, валялись на земле, перебитые одним ударом.
   На привале Тирен пояснил, что лично с таким животным не сталкивался, но по рассказам других искателей, их называют "подземная смерть". Кто бы мог подумать, что обычные кроты под воздействием магии настолько изменятся? Кроты сильно подросли в размерах и стали заметно шустрее. Поскольку из-за увеличившихся размеров пищи под землёй им перестало хватать, зверюшки стали по ночам выходить охотиться на поверхность. К счастью, такие экземпляры, как тот, что оставил увиденные нами следы, попадались очень редко - им попросту не хватало пищи, чтобы дорасти до подобных размеров.
   На привалах, маг обходил место стоянки по периметру, оставляя в углах небольшие камни. Эти камни служили основой для защитного заклинания, которое маг творил каждую ночь. Наутро, маг не ленился подбирать камни и прятать их обратно в свой мешок. Наверное, эта защита действительно работала, потому что кроме комаров, за две ночи нас никто не побеспокоил.
   На третий день мы вышли из лесу, и через два часа марша по полю оказались возле небольшого холма, на склоне которого были заметны уже заросшие следы раскопок. Лагерь был разбит неподалёку от холма, а пока мы обустраивали бивуак под охраной двух воинов, маг и Тирен ходили по холму и местности рядом с ним. В руках маг держал деревянную рамку, в центре которой находился камень молочного цвета. По команде мага, Тирен отмечал некоторые места, втыкая в землю длинный колышек.
   Объявили перерыв на обед, во время которого нас разбили на две команды и объяснили дальнейшие действия:
   - Разбиваемся на две команды, все копают, один из команды наблюдает. Для непонятливых заранее поясню, маг не копает - он должен быть в постоянной готовности. Выкопанное, руками не хватаем - сразу зовём мага. Сразу предупреждаю, кто не послушается, оплачивает лечение самостоятельно. Если попадутся кости, складываете отдельно - после раскопок похороним.
   - А когда мы свою долю получим? - поинтересовался Вагн, сын кузнеца.
   - Найденные деньги делим сразу, а всё барахло - после оценки в городе, - ответил Тирен: - Кого-то не устраивают условия?
   - Нет, всё нормально. Давно собирался в город съездить, - ответил за всю нашу группу Герх.
   - Вот и отлично. Тогда приступим, - подытожил Тирен, но отойдя пару шагов, обернувшись, добавил: - И да, предупреждаю один раз - крысятничества не потерплю.
   А дальше нас ждало долгое и утомительное махание лопатой. Мне в напарники поставили Вагна. Думаю, такая расстановка была сделана для того, чтобы приблизительно уравнять возможности команд. Сначала Тирен просто смотрел, но с увеличением глубины раскопа ему пришлось присоединиться к нам и начать принимать кожаные вёдра с вынутой землёй. Время от времени, когда внизу набиралось слишком много рыхлого грунта, Вагну приходилось присоединяться к нему. Как я уже говорил, копать пришлось долго - находки стали попадаться лишь на глубине около трёх метров.
   Сначала был раскопан скелет в остатках кольчуги. Маг быстро проверил его и сказал, что находка безопасна и бесполезна. Дальше мы не углублялись, а стали расширять получившийся раскоп. Кости и ржавый металл начали попадаться довольно часто, но, увы, ничего стоящего пока не находилось.
   Первому повезло Вагну - из очередного вывернутого кома земли посыпались почерневшие кружочки металла. Сыну кузнеца повезло наткнуться на кошелёк почившего здесь бедолаги. И судя по всему, бедолага был совсем не бедным. При проверке острой кромкой лопаты поверхность большинства монет, те отозвались блеском серебра, а одна монета - мягким отблеском жёлтого металла. Подошедший маг отрицательным жестом руки показал, что эта находка не то, что он засёк, так что мы продолжили копать дальше.
   Предметом, отозвавшимся на магический поиск, оказался перекрученный нагрудник в небольших пятнах ржавчины, одетый на изломанный в труху скелет. Глядя на нагрудник, Вагн едва не плакал:
   - Вот ведь какая мастерская работа, а металл какой! Но ведь ничего не сделать с ним - чтобы исправить, считай полностью перековать нужно. Так что теперь - только на металл пустить.
   На пальцах скелета посчастливилось найти несколько колец из драгоценных металлов с большими камнями. Подошедший маг подтвердил низкую стоимость нагрудника, и нейтральность колец в магическом плане. Повеселевший после находки колец, Тирен дал команду перебираться к следующему колышку. Когда мы вылезли из ямы и неторопливо шагали к очередному месту раскопок, он сказал Вагну:
   - Нагрудник можешь себе забрать, перекуешь в кузнице на что-то полезное. Нам за него пару медяков разве что дадут, а металл вроде неплохой, в деревне пригодится.
   До сумерек мы смогли углубиться в следующем раскопе всего на полтора метра, на чём наш трудовой день закончился. Сполоснувшись по очереди в ручье, мы вернулись к месту стоянки, радуясь, что предварительно натаскали гору хворосту, коего должно хватить на несколько дней.
   На стоянке уже куховарил маг, помешивая в котелке кашу с кусочками сушёного мяса. Развесив на ветках кустов одежду для просушки, мы под бурчание животов с нетерпением ждали, когда поспеет ужин. Герх достал из рюкзака и порезал буханку хлеба и разложил его на чистой тряпице, выложив туда же пару порезанных луковиц.
   Перекусив, чем бог послал, Тирен подвел итоги сегодняшней работы. Не считая нашего улова, сегодня удалось найти ещё один кошелек с десятком серебряных и один почти разряженный амулет здоровья. Мне показали его - выглядит как сетка из серебряных и золотых полос с зелёным камнем посередине. Найденные нами перстни приблизительно оценивались в пятьдесят серебряков каждый - камни оказались полудрагоценными. С учётом найденных нами колец, денег и амулета здоровья, стоимость добычи уже превышала три золотых, что было очень хорошо для первого дня поисков.
   Пока поужинали, уже почти стемнело. До того как маг поставил защиту, ещё успели сбегать ручью помыть котелок и набрать воды для чая. Часть наших не стала ждать чая и сразу завалилась спать. Я же, подсел поближе к костру и, баюкая в руках чашку с горячим травяным чаем, наблюдал за магом, который читал пухлую книгу в твердом переплёте.
   Рядом со мной оказался Тирен. Наш руководитель, удовлетворённый результатами первого дня раскопок, был не прочь поговорить:
   - Что, смотришь, никогда магических книг не видел?
   - Да вот, удивляюсь, что маг там может разглядеть, темно же совсем, а он ещё и вдалеке от костра сидит, - озвучил я своё вопрос.
   - Ты, наверное, с магами раньше не общался, - предположил Тирен, и, увидев мой кивок, продолжил: - Эта книга только выгляди как книга, а на самом деле - специальный артефакт. Если ты не маг, ничего в книжке не поймёшь, поскольку и читается она и пишется особым способом, доступным только магам. Маги в свои книги записывают как заклинания, так и размышления о разных событиях и проблемах. Как мне рассказывали, книга предаёт не только чистую информацию, но даже эмоции написавшего.
   - Ого, наверное, дорого стоит? - предположил я.
   Тирен с нескрываемым удивлением уставился на меня:
   - Ты что, вообще про наших магов ничего не знаешь?
   - Так я издалека, ваших порядков не знаю, - озвучил я свою легенду.
   - Видно сильно издалека. Я слышал, что у вас на востоке свободная магическая практика, но как-то забыл, - немного успокоился Тирен: - За попытку продать такую книгу, тебя сразу арестуют и передадут магам.
   - А что в этом плохого? - искренне недоумевая, спросил я.
   - А в том, что в пределах империи уже несколько тысяч лет, магические книги имеют право получить лишь учащиеся официальных магических школ, - пояснил Тирен: - А каждый нашедший подобную книгу, обязан незамедлительно сдать её в ближайшее представительство Совета магов или, на крайний случай, местным органам власти.
   Всё ещё видя недоумение у меня на лице, Тирен терпеливо пояснил:
   - Каждый маг при вступлении в школу даёт клятву о верности императору - таким образом, исключается переход магов на сторону другой страны, а также сводится на нет возможность мятежа внутри империи. Когда у тебя нет магов, а противника есть - не сильно-то и повоюешь.
   Я начал понемногу догадываться о последствиях таких правил. Тирен, видя, что до меня начинает что-то доходить, окончательно прояснил вопрос:
   - Я ж тебе сказал - в книгу может быть записана любая информация, и после смерти мага она никуда не девается. Теоретически, если предыдущий маг не ленился записывать лекции, можно стать магом, даже не обучаясь в магической школе. Но ты подумай, зачем императору неподконтрольные маги на своей территории? А вдруг они порчу на подданных наведут, или того хуже, заговор поддержат? Вот и отлавливают самоучек. Если таких сами маги ловят - самоучки просто исчезают, ну а если святоши за использование демонологии или некромантии - так те и сжечь могут.
   - А как понять, что это именно магическая книга? Ты ж сам сказал, что простой человек её прочитать не сможет, - была сделана мной попытка словить Тирена на логической нестыковке.
   - А обложка тебе на что? - Тирен сказал чуть громче: - Влаат, покажи обложу необразованному.
   Маг оторвался от книги, и повернул обложку так, чтобы её стало видно в свете костра. По обложке расходились светящиеся хаотические узоры, но в то же время, в них чувствовалась некоторая упорядоченность. В местах, где узоры завивались в кольца, блестели драгоценные камушки.
   - Чем камней больше, тем больше в книге информации и заклятий. Чем камни крупнее - тем выше уровень заклинаний. А цвет камней говорит об изученных школах, - снизошёл до пояснений маг.
   - А у тебя какие? - поинтересовался я, пока маг не уткнулся обратно в книгу.
   - Я - маг широкого профиля, у меня есть заклинания практически всех разрешённых школ. Но больше всего - земля и огонь, - указал он поочередно на два камня, по размеру превосходившие другие. Считается, что эти камни - кристаллизировавшаяся магия.
   - А какие есть запрещённые школы, - решил напоследок поинтересоваться я.
   - Все заклинания некромантии, кроме упокоения, - ответил маг, утыкаясь взглядом обратно в книгу, потом поднял голову и добавил: - Ну и демонология, которую можно изучать только по специальному разрешению церкви. Если увидишь у мага черные камни на книге, беги от него подальше - перед тобой некромант.
   На этой оптимистической ноте наши посиделки закончились, и я отправился спать. Искатели поделили стражу между собой, не доверяя в этом важном вопросе сельским пентюхам.
   Следующие три дня разнообразием не отличались. Ужаснейшая усталость и боль в натруженных мышцах оставляли лишь желание упасть и заснуть, поэтому ни о каких вечерних посиделках речи не шло - мы приходили, и после ужина сразу засыпали. Единственный, выходящий из ряда вон случай, произошёл утром второго дня.
   На нашу стоянку напал зомби. А как по-другому называть высохший трупик белки с неестественно удлинёнными зубами? Мы после завтрака как раз выходили в поле, закинув лопаты на плечи, когда предупредительный возглас мага заставил нас обратить внимание на шевеление травы. Через несколько секунд на открытом месте показалась, как я уже говорил, белка-зомби. В отличие от моих устоявшихся представлений, навязанных земным кинематографом и фантастической литературой, этот зомби двигался очень шустро.
   Он мгновенно сориентировался в обстановке и кинулся к нам напрямик. Хотя, скорость ему не особо помогла - удар воздушного кулака вмял тушку твари в землю. Реакция моих спутников на зомбо-белку была как на что-то обычное. Я же, подошёл посмотреть на неё поближе. Зрелище было непривлекательным - клочья меха, осколки костей, пробившие шкуру, и на удивление, совсем не сильный трупный запах. Подошедший Вагн сделал на всякий случай пару контрольных ударов лопатой, после чего, остатки зомби были отнесены подальше от лагеря и закопаны.
   Пока шли к месту очередного раскопа, слушали неспешный рассказ помощника мельника:
   - И у нас появляются подлые твари. На кур охотятся, козу могут задрать, даже на коров, бывает, кидаются. Так мы на них меньше, чем втроем не ходим, а то упустить легко. А так, убиваются просто - достаточно попасть крепкой палкой всуръёз, враз вся шустрость пропадает - остаётся лишь череп разбить, да закопать подальше.
   Таким образом, даже крестьяне из забитого села воспринимали проявления магии как нечто естественное, хотя для меня каждое доказательство её реальности было сильнейшим ударом по мировоззрению. Но с наглядными пособиями, типа зомбированной белки, сомневаться в существовании магии было глупо.
   Самая значительная наша находка была сделана в последний день раскопок - мы нашли скелет мага. К моему удивлению, практически вся одежда, болтавшаяся на скелете, оставалась в хорошем состоянии. Разоблачением трупа и снятием с него ништяков занялся маг. После осмотра собранного, Тирен дал команду заканчивать работы, и мы вернулись в лагерь.
   Там, все очищенные от земли находки разложили на земле, и начали разбор добычи. Самым большим по размеру оставался перекрученный нагрудник, найденный нами в первый день. Как мне объяснили - так выглядят последствия попадания в земляную ловушку или под похожее заклинание школы земли. Когда Вагн спрятал его в мешок, никто не возражал.
   На земле остались лежать: пара кинжалов, причём один из них оказался просто в идеальном состоянии, и почти десяток артефактов и амулетов. Одежда мага, хоть и укреплённая магически, особых возможностей, кроме крепости не имела. Поэтому в качестве бонуса, хотя скорее от нежелания брать одежду мертвеца, Тирен разрешил поделить вещи между копателями. Мы разыграли их, вытаскивая короткую палочку. Мне достались кожаные сапоги, по которым было трудно сказать, что они более трёхсот лет лежали в земле. К сожалению, обменять их на что-то другое никто из копателей не согласился, хотя я облизывался на кожаную сумку, доставшуюся Герху.
   Но главной находкой оказался жезл мага и его магическая книга. По предварительным оценкам, такой жезл стоил не менее двадцати золотых. И по тому, как маг смотрел на жезл, было ясно, что ему до чёртиков хочется оставить такой инструмент себе, но достаточной суммы для его выкупа у него не наберётся. Магические украшения снятые с мага тянули ещё на пару десятков золотых. Итого, после продажи трофеев у нас на руках должны были оказаться значительные суммы.
   После дележа найденной наличности, коей я получил семь серебряных монет, все уставились с явным неудовольствием на магическую книгу - её находка означала необходимость обращаться к официальным властям, которые начнут задавать неприятные вопросы по поводу обстоятельств находки. А там начнут ещё требовать налог с добычи...
   Делиться никому не хотелось. Поэтому, по общему согласию, книга была захоронена вместе с магом в общей могиле, в которой также были похоронены все кости, поднятые нами на поверхность, с прочтением общей молитвы всем богам. После этого, все находки были ради предосторожности завернуты в заговоренную, глушащую магию ткань и упакованы в заплечные мешки
   Когда все были готовы к выходу, Тирен заявил:
   - Возвращаться будем по другому пути, преимущественно лесом.
   - Так это ещё больше недели до города топать придётся, - вырвалось у Герха.
   Старший искатель пояснил свои мотивы:
   - За последние полгода несколько групп пропало. И пропадали не новички, а опытные искатели. А если забыл, буквально несколько месяцев назад караван разграбили, тоже недалеко отсюда. Явно банда какая-то сидит на дороге, ждёт, когда искатели хабар понесут. Незачем нам в ловушку лезть, мы по-тихому лесом пройдём.
   Герх покосился на меня, почесал голову, и как бы уговаривая себя, согласился:
   - Это да, с добычей попасться обидно будет. Да и главное, из Проклятого леса выйти, а дальше лес нормальный, может и заохотим кого по дороге.
   Больше ни у кого возражений не было, и мы, выстроившись в цепочку, начали обратный путь. К слову сказать, обратная дорога для меня стала спокойным временем, когда появилась первая возможность обдумать новую информацию. Так, следя за спиной впередиидущего я обдумывал всё, что мне стало известно о магии.
   Магия в этом мире реальна, и в некотором роде заменяет местным технологический прогресс. Например, когда на одном из привалов я пожаловался на отсутствие некоторых зубов, мне предложили сходить в городе к одному из магов, специализирующихся на медицинских услугах. Процедура лечения заболевшего зуба у мага жизни занимала пять минут и стоила один серебряный. Новый зуб можно было вырастить за полчаса и три серебряных монеты.
   Также, без особых проблем лечились простуды, переломы и все остальные болезни - были бы деньги. Для состоятельных граждан имелись даже процедуры продления жизни. И озвученные цены не казались чем-то нереальным, хотя обычному крестьянину они были не по карману. Простейшая процедура омоложения стоила пять золотых.
   Кроме этого, в продаже имелись всяческие амулеты и артефакты: атакующие, защитные, отпугивающие насекомых или хищных животных, медицинские, бытовые, а также множество других, использующихся в любых сферах жизни.
   Пока мы шли, у меня в голове возник вопрос и зудел в ней до самого привала, пока не появилась возможность его задать:
   - Тирен, а почему наш маг не захотел найденную книгу почитать? Ведь там могли быть неизвестные ему заклинания?
   - Ха-ха-ха, - рассмеялся тот: - Ты что, думаешь, что книгу мага так же просто прочитать как обычную? Ну, ты уморил! Каждый маг имеет свой уровень силы и свои особенности восприятия. Прежде чем читать такую книгу, сперва надо на неё настроиться, что называется, "принять" книгу. И чем более сильным был маг ранее владевшим книгой, тем меньше вероятность, что слабый маг сможет её прочесть. Видел, какие камни у той на обложке были? Влаат правильно оценил свои возможности и даже не стал за неё браться.
   Услышав наш разговор, к нему присоединился маг:
   - Поговаривают, что в некоторых магических академиях к перспективным ученикам или за определенную "помощь" учебному заведению, - тут он сделал характерный жест, означавший деньги: - "привязывают" книги умерших магов. В зависимости от уровня одарённости или размера "помощи" могут "привязать" даже книгу магистра. Хотя, без развития собственного дара заклятия выше своего потолка ты понять и осознать не сможешь, но даже характер действий, замечания и отметки, сделанные бывшим магистром, сильно помогают в постижении магической науки. Также поговаривают, что одарённость в магии императорской фамилии каким-то образом связана с тем, что к ним привязывают исключительно книги умерших архимагов.
   - А вот последние слова я тебе повторять не советую, - встрял в беседу Тирен: - Поскольку из-за своего длинного языка наш попутчик сидит теперь в лесу, вместо того, чтобы преподавать в одной из магических школ.
   Последняя ремарка отбила у мага всякую охоту к разговорам, и в дальнейшем узнать у него какую-либо новую информацию было очень трудно.
   Наш путь по лесу не был отмечен неожиданностями, и к концу следующей недели мы оказались в виду Катлори. Единственной формальностью при входе в город стало то, что нас поименно переписали в большую амбарную книгу. Не желая задерживаться, наша сразу компания отправилась к скупщику. Обернувшись, Герх предупредил:
   - Меньше головой верти, а больше за вещами приглядывай, карманников тут хватает.
   Скупщиком оказался один из магов, живущий в городе. Судя по вывеске, маг торговал артефактами. Поздоровавшись с Тиреном, он пригласил его в свой кабинет. Вместе с ними отправились Влаат и Герх, как наш представитель. А вся остальная компания осталась в лавке под присмотром второго продавца, больше смахивающего на охранника.
   Мы разбрелись по торговому залу, осматривая витрины с выставленными на них артефактами и амулетами. Поскольку я читать пока не научился, намного интереснее для меня оказалась речь продавца, который понял, что один из наших воинов присмотрел себе неплохой защитный амулет:
   - Отличный выбор! Этот амулет не только защитит вас от магических ударов вплоть до пятого уровня, но и предупредит о приближении нежити, а также, может использоваться как источник света! Кроме того, амулет может использоваться без подзарядки до десяти лет. В случае вражеской атаки, он может защитить от пяти ударов максимальной мощности, хотя попадать под такие удары не рекомендую - работа на пределе мощности может привести к разрушению артефакта. При использовании амулета в качестве защиты от магического воздействия меньшей интенсивности, его будет необходимо только периодически перезаряжать. Цветовая насыщенность камня наглядно говорит о степени заряда амулета. При полной зарядке камень становится темно-синим (что было продемонстрировано), а при разрядке - дымчато-голубым.
   Продавец дальше расхваливал товар, рассказывая о способах использования такого амулета, а также предлагал различные аналоги. В лавке были в наличии и самозаряжающиеся модели, способные накапливать заряд, собирая рассеянное вокруг волшебство. Но стоили они значительно дороже.
   Искатель практически созрел на покупку, но тут из коридора, ведущего в кабинет скупщика, показались наши довольные товарищи. Так ничего и не купив, мы присоединились к ним, после чего отправились в ближайший трактир, в котором можно было снять комнаты. Оплатив комнаты на день вперед, мы собрались у предводителя отряда для окончательного расчёта.
   Довольный Тирен озвучил цены, по которым ему удалось продать найденные артефакты. Продано было не всё и один из кинжалов, он оставил себе в зачёт части своей доли. Общая сумма проданных вещей составила сорок семь золотых. Это означало, что Тирен с магом получали более десяти золотых, почти по семь золотых приходилось на воинов и Герха, ну и каждому из простых копателей досталось более чем по полтора золотого.
   Следует признать, лица наших товарищей были довольными не просто так. Для обычного крестьянина такая сумма была просто огромна. Да что там крестьяне, те же искатели считали поход очень удачным, если на человека припадало более одного золотого. Не зря же, после того как команде незнакомого мне Кривого досталось чуть больше золотого на человека, все свободные копатели сразу изъявили желание идти на раскопки под его руководством. Таким образом, наш успех выглядел просто ошеломляюще.
   - Надеюсь, все понимают, что языком трепать не стоит? - спросил, после того как стихли радостные, возгласы Тирен: - Считаю, что стоит ещё раз сходить на прошлое место, и хвост в новом походе нам не нужен.
   Все мои спутники заверили о готовности идти в повторный поход, чуть ли не в сей же час.
   - Прямо сейчас не надо, - улыбнулся Тирен: - Надо решить кое-какие дела, отдохнуть, помыться. Вот через недельку можно. А сегодня вечером можно и отпраздновать.
   Честно говоря, праздновать мне не хотелось, поскольку я не забывал, что своих спутников впервые в жизни увидел не так уж и давно. И одно дело, ситуация в походе когда от спутника может зависеть твоя жизнь, и совсем другое, когда каждый при деньгах, а в голову бьют пары алкоголя. Но все решили отпраздновать, и мой отказ выглядел бы глупо и подозрительно.
   Получив на руки свою долю тяжёлых монет, я подумал, что стоит, не откладывая в долгий ящик, решить часть своих вопросов. Первым делом, я отправился к магу жизни. Поморщившись от запаха моей одежды (всё же несколько недель в лесу) маг всё же согласился меня принять. Объяснив проблему с зубами и прополоскав рот выданным отваром, я присел на стул с наклонной спинкой.
   Маг внимательно изучил мою ротовую полость и вынес вердикт:
   - За один сеанс могу один залечить и два вырастить. Повторный сеанс не ранее, чем через два дня. Или могу сделать всё сразу, но тогда эликсиры придётся использовать, будет раз в пять дороже, чем обычно. Что выбираем?
   - Пожалуй, первый вариант, - отозвался я.
   Процедура лечения заняла у мага около часа, и по окончанию процедуры у меня стало на несколько зубов больше и на несколько серебряных монет меньше. Исследуя языком новенькие зубы, я проследовал к следующей цели. В лавке готового платья был куплен комплект новой одежды и несколько комплектов нательного белья. Старую одежду я решил возвратить жадной вдове. Пока продавец подбирал нужные размеры, я разузнал о том, как они чистят дорогие одежду и обувь. Оказалось, что и здесь не обходятся без магии. К сожалению, подобные артефакты довольно дороги и требуют постоянной подзарядки.
   - Господин (так начали меня величать, после того как увидели серебро), мы также предлагаем услугу чистки. Всего один серебряный, - вопросительно глянул продавец.
   Идея почистить таким образом сапоги, снятые с мага, показалась довольно соблазнительной. Поэтому, я ответил обрадованному продавцу:
   - Я позже занесу то, что надо чистить.
   Захватив получившиеся свёртки, я возвратился в трактир, где спросил у трактирщика, где здесь можно помыться. Тот предложил два варианта: мне в номер могли поставить бочку с горячей водой или можно было растопить баню на заднем дворе, что было дороже. Не желая транжирить деньги, согласился на бочку.
   Погрузившись в горячую воду, я понял, что такое блаженство. Вылезать из горячей воды не хотелось абсолютно, но пришлось это сделать, когда вода стала остывать. Надев свежее бельё и новую одежду, я кликнул прислугу, для того чтобы унесли бочку и забрали грязную одежду в стирку.
   Из окна было видно, что до вечера остаётся ещё довольно много времени. Поэтому, чтобы не откладывать дела на потом, я всунул ноги в легкие башмаки с деревянной подошвой, купленные подешёвке и годные только для перемещения по городу, кинул в заплечный мешок обе пары сапог, и отправился обратно в лавку.
   Продавец был рад повторно видеть меня так скоро, и незамедлительно унес сапоги в подсобку. Через десять минут он вернул похорошевшую обувку обратно. И если сапоги мертвого мага и до этого выглядели неплохо, то сапоги, снятые мною с мертвого обозника прямо преобразились. Теперь, избавленные от слоя въевшейся грязи, эти экземпляры из кожи отличной выделки и украшенные тиснеными узорами говорили о достатке их хозяина. Укреплённые магией сапоги выглядели значительно менее броско, и по виду более соответствовали моему нынешнему социальному статусу.
   Вернувшись в комнату, я поставил сапоги возле кровати и сел пересчитывать остаток наличности. В этот момент в номер постучали. Спрятав деньги в кошель, я открыл дверь. На пороге оказался Герх. Войдя в комнату, он сразу прикипел взглядом к почищенным сапогам:
   - Слушай, продай, а!?
   - Ты какие имеешь в виду, мажеские? - спросил я.
   - Да зачем мне сапоги с мертвяка, - чуть не сплюнул Герх, - меня вторые интересуют. Ты откуда такие взял?
   - Просто почистил, - ответил я, скромно умалчивая, что история этой пары сапог не сильно отличается от истории вторых.
   - Ох, а у нас в лавках такие не продаются, - завистливо протянул Герх: - Пять серебряных даю.
   - Не интересует, - отрезал я, видя, что мысленно сын трактирщицы уже натянул эту красоту на свои ноги, и, помня, что за лечение его матушка посчитала мне по-полной.
   - Да ладно. Пятнадцать, - подняв сапоги, и разглядывая их с разных сторон, предложил Герх.
   - Не, за такие деньги себе оставлю. Удобную, да ещё такую красивую обувь сложно сейчас найти, - стараясь казаться равнодушным, произнёс я.
   - Уговорил, двадцать, в зачёт долга! - решился Герх.
   - Двадцать и сумка мажеская, - в свою очередь, решая наглеть по-полной, поставил я точку в торге.
   В это время парень уже примерил сапоги, и теперь ходил, пристукивая каблуками по полу и рассматривая, как обувка сидит на ноге.
   - Хрен с тобой, пошли, заберёшь сумку, - махнул он рукой. Тут, видимо вспомнив, произнёс: - А, я чего заходил - хотел попросить, чтобы ты присмотрел за нашими соседями. Ты то, человек взрослый, напиваться не будешь, а эти два пентюха уже несколько часов внизу пивом наливаются. А до вечера ещё далеко, а вечером, небось, на столе вино будет.
   Пообещав парню присмотреть за односельчанами, я забрал сумку и оставил его в номере любоваться обновкой.
   Спустившись примерно через час в общий зал, я увидел сидящую за большим прямоугольным столом в углу почти всю нашу компанию. Не хватало лишь мага, который должен был прийти с минуты на минуту. По взгляду Тирена было видно, что он отметил мой изменившийся, благодаря новой одежде, облик. Довольный Герх успел продемонстрировать новые сапоги, и, похоже, уже успел своим хвастовством всем надоесть. Меня встретили поднятыми кружками, наполненными вином. Через двадцать минут к нам присоединился Влаат, и празднование успеха, можно было официально считать открытым.
   Гулянка продолжалась уже второй час, и мне уже казалось, что сегодня проблем удалось избежать. Все пили вино, но в меру, кроме односельчан Герха - эти, каждый тост опустошали кружку, как минимум, наполовину, отчего всё сильнее краснели, и говорили всё громче. Оставалось дождаться момента, когда парни дойдут до окончательной "кондиции" и спокойно отвести их в номер. Но спокойно уйти не получилось.
   Набравшийся Вагн громко - так, что было слышно всему залу, сказал, указывая пальцем на столик, за которым спокойно потягивали пиво трое стражников:
   - Слабаки!
   Определить мотивы таких слов, и что на самом деле имелось в виду, было сложно, а нахмуренные лица приподнимающихся стражников говорили о том, что ситуацию надо спасать. Первым, как ни странно, отреагировал Герх:
   - Господа стражники, мой друг имеет честь вызвать вас на состязание, и утверждает, что даже в таком состоянии готов перепить любого из вас! Всё выпитое, оплачивает проигравший!
   В это время я на ухо объяснял Вагну, что он должен обязательно перепить стражу для поддержания реноме нашей компании.
   Пожилой стражник, на мундире которого был значок десятника, оценив нашу компанию, и наличие за столом мага, пригладил пышные усы и сказал:
   - Отстоять честь стражи мы завсегда готовы.
   После этих слов, компания стражников пересела за наш стол. У трактирщика были истребованы одинаковые стеклянные стаканы, и эпическая битва началась. Наблюдая, как красное вино исчезает в глотках спорщиков, мы ожидали, что Вагн вот-вот отключится. Но шёл уже пятый стакан, взгляд парня остекленел, но на автомате он всё ещё принимал и выпивал вино из подаваемого ему стакана. Десятник к этому времени раскраснелся, и расстегнул верхнюю пуговицу мундира. Состязание продолжалось.
   К восьмому стакану нос стражника угрожающе покраснел, а Вагн уже не реагировал ни на один раздражитель, кроме наполненного стакана. К этому времени вокруг нашего стола уже стояла толпа зевак, делающая ставки и подбадривающая участников.
   После двенадцатого стакана, Вагн наконец-то отключился и упал лицом на стол. Его соперник, с удовольствием принял заслуженные аплодисменты зрителей, но его попытка встать, закончилась неудачей. Поэтому, друзья бравого десятника распрощались, подхватили с двух сторон дезориентированное тело сослуживца и отбыли восвояси. Нам же, ещё предстояло затащить на второй этаж тяжёлую тушу в дупель пьяного молодца.
   Естественно, на следующий день, по домам никто не отправился. Помощник мельника вылез из комнаты только перед обедом, а опухший сын кузнеца спустился в общий зал лишь к ужину. Страдающий от похмелья парень попросил рассказать о вчерашнем вечере, поскольку со своей памятью был не в ладах. Услышав о проигранном споре и пересчитав наличность в полегчавшем кошеле, Вагн долго ругался и клялся всеми богами, что с этого дня становится ярым трезвенником.
   Но это было не самое смешное. Оказалось, что пока Вагн пытался перепить десятника, Герх успел договориться со стражниками, что всего за три серебряных монеты разъезд стражников удлинит свой маршрут до нашей деревни. Учитывая, что банду, перебившую караванщиков, так и не нашли, такое сопровождение было более чем актуально. А под это дело ушлый парень ещё и выбил скидку у торговца, которого нанял привезти свежее пиво и припасы для постоялого двора.
   Так что, возвращались мы не пешком, а присев на краешек телеги с запасами и в компании с четверкой стражников, возглавляемой уже знакомым нам десятником. Стражникам, кроме обещанных денег были предложены бесплатный обед и пиво в конце маршрута, поэтому недовольными они не выглядели.
   А я трясся в телеге и раздумывал над рассказом мага, с которым разговорился во время гулянки о том, как местные волшебники различают одарённых. Оказалось, что обычно дар магии появляется у детей пяти-шести лет. Случаи более раннего или более позднего появление дара очень редки, и зачастую случаются у очень сильных в будущем магов. Основным признаком, по которому находят будущих магов, являются спонтанные проявления магии. Там амбар загорится ни с того, ни с сего, там вода жарким летом замерзнет, там на огороде овощи начнут расти без меры. Бывают и более конкретные признаки, вроде инстинктивно используемых простейших заклинаний.
   О всех непонятных проявления магии сообщают в Совет магов, а те присылают представителя с особыми артефактами, выявляющими будущих магов. К сожалению, цена таких артефактов очень велика, а их количество ограничено, поэтому проверять всех без исключения детей маги не в состоянии. Из-за этого иногда случаются самоучки, но, как правило, их судьба незавидна.
   Второй признак, по которому маг отличается от не мага - это способность видеть магические проявления. В качестве классического примера Влаат приводил обложку магической книги. Обычный человек видит только узор, а одарённый - ещё и ток магии по этому узору.
   И теперь, я ехал на телеге и вспоминал показанную мне памятным вечером магическую книгу, замысловатые линии узора которой светились голубоватым огнём.
  
  

Глава 4

  
   Неделя до следующего выхода прошла спокойно. Я по инерции заселился в свой чуланчик, и хотя больше не помогал на постоялом дворе, никаких претензий мне пока не выставляли. Вместо работы, что выполнялась мною ранее, я отдыхал и набирался сил.
   После того, как мы, наконец, оказались в спокойной обстановке, стало ясно, что прошедший выход дался мне совсем непросто как физически, так и психологически. Конечно, поход себя полностью окупил, но для моего, уже немолодого организма, перенесённая встряска не могла пройти так же легко, как для молодых спутников.
   Поэтому, как я уже сказал, приходилось отдыхать - спать (иногда почти до обеда), днём совершать прогулки вблизи деревни, а вечером слушать пространные рассказы местных мужиков, для чего было достаточно угостить их кружкой темного пива. Осторожными фразами я подталкивал разговоры к интересующим меня темам, узнавая всё больше новых подробностей о местных законах, правилах и обычаях. К сожалению, о наиболее интересующих темах - про магию и магов, многое узнать не получалось, так как все рассказчики оперировали скорее слухами, чем проверенной информацией. Но, отдельные моменты отметить удавалось.
   Так, все рассказчики отмечали - магов не так уж и мало, но вот по-настоящему могучих среди них совсем немного. Оказывается, определить квалификацию мага довольно легко - степень обучения мага наглядно иллюстрирует его кольцо.
   Начинающие маги, только поступившие в учебное заведение, получали звание адепта и нефритовое кольцо на мизинец. Учебные заведения делились по уровню - и в соответствии с этим делением, маги могли учиться по три, пять и семь лет, после чего получали право носить металлические кольца с камнем: медные, серебряные и золотые соответственно.
   Благодаря такому делению, зачастую, магов называли по уровням, в зависимости от года обучения: от первого до шестого. Адепты, прошедшие семилетний курс, получали звание полного мага. Еще существовали такие звания как магистр и архимаг, и все соглашались, что имеющие такие звания маги намного сильнее полных магов, но каковы отличительные признаки означенных категорий было не совсем ясно.
   К сожалению, полезной информации в рассказах завсегдатаев было мало. Значительно чаще разговоры за столом сводились к многократному обсуждению местных сплетен и обсуждению достоинств того или иного сорта пива. Неоднократно вспоминалось соседнее баронство, причём с хулительной интонацией к нынешнему барону. Это объяснялось тем, что при жизни предыдущего барона, товары из Катлори доставлялись в баронство значительно чаще, что давало местным крестьянам возможность не только подзаработать на проходящих караванах монету другую, но и попутно значительно улучшало их обеспечение товарами из города, поскольку ранее всё необходимое можно было заказать проходящим торговцам.
   Такое положение вещей негативно отразилось не только на доходах постоялого двора. В связи с захиревшей торговлей с баронством крестьянам приходилось переплачивать специально приезжающим торговцам или самим отправляться в город за товарами, надеясь, что на дороге их не ожидает шайка разбойников. Забавно, но чаще всего в вину новому барону ставился тот факт, что в лучшие времена на постоялом дворе предлагали три вида пива, а сейчас, в связи с уменьшением количества клиентов - только один.
   В отличие от меня, активность Герха и его родни после возвращения значительно повысилась. Не раз я замечал их, сгрудившимися возле стола у окна и спорящими над какими-то расчётами. Неоднократно захаживал и староста деревни, предпочитающий обсуждать свои вопросы не в общем зале, а на хозяйской половине. Судя по всему, заработанные в походе деньги дали мощный толчок задумкам семейства. Сам Герх с энтузиазмом ждал очередного похода в надежде на неплохую прибыль, хотя Тирен предупредил, что в этот раз его доля будет равняться обычной доле копателя.
   Меня планы семейства особо не интересовали, главное - не прогоняли с постоялого двора и не заставляли платить за проживание.
   В этот раз Тирен и компания прибыли на лошадях. Мне было непонятно, неужели искатели собрались тащить с собой ещё и лошадей? После того как наша компания собралась за одним столом, всё объяснилось. Опытный руководитель группы задумал обманный манёвр, который должен отвлечь недоброжелателей (если они будут) от настоящего места раскопок. Вешать себе хвост из бандитов никто не желал.
   Выезд группы искателей на лошадях, говорил о том, что в этот раз район поисков должен находиться вдалеке от города. Учитывая, что предыдущий поиск был проведен пешим образом, это должно было сказать возможным наблюдателям о том, что место поисков изменилось.
   Вторым отвлекающим манёвром должно было стать то, что лошади оставались в сарае постоялого двора, тогда как группа снова возвращалась пешком. Пусть разбойники ждут возвращения группы, наблюдая за лошадьми, тогда как мы спокойно проскользнём по лесу. Возврат лошадей в городскую конюшню должен был обойтись в сущие копейки, поскольку такой приработок позволял крестьянам лишний раз съездить в город, значительно облегчив им путь в одну сторону. Герх пообещал найти тех, на кого можно положиться в этом вопросе. Что-то мне подсказывало, что дело будет представлено таким образом, что крестьяне сами заплатят за использование лошадок.
   Выход нашей группы состоялся ещё до рассвета. Тихо проскользнув через заднюю дверь и стараясь производить поменьше шума, члены группы гуськом направились по тропинке, ведущей к лесу. К тому времени как мы добрались до зарослей, уже почти рассвело. На опушке Тирен приказал ещё раз перепроверить укладку припасов, после чего мы углубились в чащу.
   Поход по уже пройденному маршруту был не очень сложен, и прошёл без происшествий. И вот, мы, разбив лагерь на старом месте, наблюдаем за тем, как маг сосредоточенно вглядывается в поверхность артефактной рамки, прочёсывая местность у подножия холма, чуть далее места наших прошлых раскопок.
   Мне показалось, что рамка в руках мага по виду отличается от той, которой он пользовался в предыдущий раз. Поинтересовавшись, я услышал, что маг использовал часть заработанных денег, и произвёл какие-то усовершенствования рамки, благодаря чему, она должна стать более чувствительной и показывать скрытые в земле древности более точно. Ну, будем надеяться, что это сработает.
   Спустя несколько часов колышки отметили предполагаемые места находок и пришло время лопат и заступов. Разбившись на привычные пары, мы приступили к работе.
   Вытирая пот, вспоминаю присказку землекопов: "Бери больше, кидай дальше, пока летит - отдыхай". Вонзая лопату в неподатливую землю, про себя сокрушаюсь: "Эх, где ты - моя привычная работа в архивах?" На фоне жаркой погоды в голову всё чаще лезут мысли о кондиционере, кулере с холодной водой и холодильнике с бутылочкой кваса. Но тут, мои грёзы были прерваны глухим ударом лопаты о твёрдый предмет.
   - Вагн, у меня что-то есть! - сообщил я.
   В две лопаты мы начали с разных сторон обкапывать находку, освобождая её от земли. Ещё до того, как показались все её части, стало ясно, что, это скелет, скорее всего верховой лошади. Спустя некоторое время нами было откопано седло в удивительно неплохом состоянии, а также, притороченные к нему кожаные седельные сумки. Закончив свою часть работы, мы кликнули мага.
   После недолгих манипуляций, маг дал команду на извлечение седла и сумок из ямы. Подняв находки наверх, мы, опершись на лопаты стали возле раскопа, наблюдая за действиями мага по разбору добычи. К нам также подошёл заинтересовавшийся Тирен.
   В это время маг осторожно извлекал из седельных сумок содержащиеся там предметы. Меня до сих пор поражает, как предметы, похороненные под землёй триста лет, могут так хорошо выглядеть?
   Вот как сейчас: лежащие рядом кусок бурой ржавчины - то, что раньше было стременем, и совершенно неповрежденная кожа седла. "Так магия!" - скажете вы. Конечно, магия. Логически понимаю, но всё равно, удивляться не прекращаю.
   А маг уже разложил на траве содержимое сумок. Синяя рубаха из тонкого материала, похожего на шёлк, завернутый в кусок тонкой кожи набор по уходу за оружием, несколько мешочков каких-то трав, богато оформленная книга (не магическая, отметил маг) карманного формата, набор для разжигании огня в коробочке, неизвестный амулет на тонкой серебряной цепочке, несколько отрезов полотна, использующиеся как полотенца, и на завершение, пухлый кожаный кошель. Тирен перелистнул книгу:
   - Хм... Развлекательное чтиво, но уже за счёт возраста может стоить несколько золотых. Влаат, что скажешь по поводу амулета?
   - Полностью разряженный защитный амулет, даже само заклинание практически не распознаётся. Может использоваться как основа, камень хороший, с неплохой емкостью. Могу забрать в счет добычи, оценю в золотой.
   Тирен кивнул, показывая, что услышал и присел возле притягивающего взгляды кошелька. Неспешно развязав тесёмки, он разложил один из отрезов полотна и перевернул кошель. Золотая кучка с редкими серебряными вкраплениями вызвала широкие улыбки на всех, без исключения, лицах.
   - Не знаю, кто из вас везунчик, парни, но уже второй раз вы первыми обнаруживаете ценные находки. И что примечательно, вместе с деньгами, - сверкнул белыми зубами маг.
   - Двадцать пять золотых и семь серебряных, - озвучил, закончивший подсчёт Тирен: - Ребята, вы действительно притягиваете удачу! Пойду, обрадую остальных, а ты Влаат, просканируй тут ещё раз, и если больше ничего нет, переходите дальше.
   Поскольку на магический поиск больше откликов не произошло, мы отправились к следующей отметке.
   Следующий раскоп нас вымотал до предела. Мы копали всё глубже, но ничего не находили. Несколько раз проверивший местоположение маг, уверял, что мы копаем в правильной точке. Уже под вечер, на глубине более пяти метров, была обнаружена находка, на которую указывал поисковый артефакт мага. Это оказалась кисть руки, на одном из пальцев которой было кольцо. Кисть лежала отдельно, остальных костей поблизости не наблюдалось.
   Вызванный маг прямо засветился, поколдовав над обнаруженным нами артефактом. По озвученному мнению, нам повезло найти кольцо, позволяющее наносить мощные удары воздушными кулаками даже самому слабому магу. Кроме того, кольцо было способно самостоятельно заряжаться со временем за счёт природного магического фона. Вспомнив, цифры на ценниках с подзаряжающимися версиями амулетов и артефактов, я понял, что радость мага не напрасна.
   Следующие два дня пролетели незаметно. Окрылённые находками люди ударно трудились, а земля, время от времени, благодарила за труд ценными находками. А на третий день Мёртвые земли, продемонстрировали нам справедливость своего названия.
   Работа в очередных раскопах была прервана громкой командой. Торопливо одевая сброшенную одежду, я наблюдал за тем, как маг расставляет на вершине холма камни защиты, которые он использовал во время стоянок. Все воины, положив руки на оголовья мечей, с тревогой смотрели в сторону холмов со стороны леса. Наконец, мы напялили свою одежку, и вся команда собралась вместе на вершине холма.
   Глава отряда соизволил объяснить причину переполоха:
   - Внимание! Наш след обнаружила стая "рвачей". Из хорошего - маг засёк их на подходе и мы можем подготовиться, а также то, что они не очень любят солнце. Из плохого - стая большая. Маг попытается их проредить на подходе, но боюсь, что часть может прорваться. Защитный круг их только замедлит - он больше от бестелесных тварей, но пока круг держится, лупите тварей чем подлиннее, - он указал пальцем на наш инструмент: - Лопаты у вас сейчас именно для этого. Как только круг начнет мигать, доставайте ножи и быстро отходите, ваша основная задача - прикрыть мага. Всё поняли?
   Дождавшись кивков, он снова перевёл взгляд на ближайший холм, на слоне которого стали появляться силуэты небольших животных. Немного порыскав по месту стоянки, стая целенаправленно повернула в нашу сторону, скрывшись в высокой траве.
   В момент атаки я не успел их рассмотреть. Выкатившаяся из травы серо-бурая волна казалась монолитной. Глаз выхватывал лишь отдельные детали, наподобие оскалённой пасти, здоровых когтей, либо вздыбившегося загривка. Хотя для знатоков местной фауны в них не было ничего незнакомого.
   Животные являлись эндемиками Мёртвого леса и встречались только тут. Из каких животных появился этот вид, было не совсем понятно. Однозначно, это был кто-то из семейства собачьих. Строение зубов и общая конституция говорили именно об этом, а привычка к стайной охоте указывала на собак или волков. Правда, животные были сильно меньше земных волков, и по размеру лишь где-то в полтора раза превосходили лисицу, но были ничуть не менее опасными, в связи с повышенным количеством особей в стае.
   Попав под неизвестное магическое воздействие, животные сильно изменились. Главным признаком, давшим название новому виду, являлись большие и сильные передние конечности, вооруженные крепкими и острыми когтями, что стали их основным оружием. Размер зубов наоборот уменьшился, а морда стала более тупой. Из-за чувствительного зрения, более приспособленного к ночным условиям, рвачи предпочитали охотиться ночью, либо в глубине леса, но оголодав, могли выйти на охоту и днём.
   Как я уже сказал, вылетевшая волна показалась мне монолитной, хотя это было далеко не так. Из травы выскочило приблизительно тридцать животных, которые своеобразными прыжками, что в другой ситуации показались бы забавными, быстро приближались к нам. Они успели преодолеть всего половину дистанции, но тут маг показал, что он не зря приглашён в поход.
   Влаат, почти одновременно использовал два заклинания из своих любимых стихий. Раз, и рвачи стали проваливаться в землю почти по пузо! Два, и стреноженных животных накрывает волна пламени, из которой доносятся пронзительные визги! Лишь нескольким животным повезло не попасть под огненный удар, и теперь они со всех ног улепётывали в сторону леса.
   Готовившегося что-то сказать довольного мага, перебил громким восклицанием Герх, показывая рукой на что-то за нашей спиной. Развернувшись, я увидел ещё приблизительно тридцать рвачей, почти взобравшихся на наш холм. Стало ясно, что животные разделили стаю, решив использовать вариант загонной охоты. И пока одна часть отвлекала нас, вторая часть стаи беспрепятственно приблизилась вплотную.
   Воины с руганью пробежали мимо нас, а маг, быстро сориентировавшись, бросил огненный шар. К сожалению, основная часть стаи уже приблизилась на минимальное расстояние, и шар обратил в пепел лишь тройку отстающих тварей. Визг умирающих, рвачей не напугал, а скорее разъярил. Далее, у мага не было возможности использовать мощные заклинания, поэтому он перешёл на использование воздушных кулаков, вбивая в землю то одного, то другого зверя.
   Попавшие в границы защитного заклинания, рвачи сильно замедлились, чем тут же воспользовались наши воины, слаженно заработав мечами. Мы с копателями тоже не стали заставлять себя ждать, и начали орудовать лопатами из-за их спин. Защитное поле продержалось совсем не долго, но у нас получилось сбить самую опасную первую атаку. Большинство зверей сконцентрировалось на наших, более защищённых спутниках, стоявших первыми, что давало нам шанс выжить. Через десяток секунд полог замигал, но отойти не было никакой возможности - вся стая собралась в одном месте, и часть зверей переключила своё внимание с воинов на нас.
   Атаки рвачей в основном были направлены на ноги, хотя находились животные, которые в прыжке пытались достаться добычу своими страшными когтями. Став плотнее, мы использовали лопаты на манер копий, тычковыми ударами не давая приблизиться снизу, либо сбивая их с траектории прыжка.
   К сожалению, сильных травм нанести таким образом не удавалось, хотя нам пока удавалось держать животных на расстоянии. Но вот, одна из атак когтистыми лапами увенчалась успехом, и по ноге у Герха обильно течёт кровь. Ещё один удар, и Вагн вынужден выпустить лопату, поскольку рука висит плетью. Хищники, раззадоренные запахом крови, ловко избегают наших неуклюжих ударов, и мы понимаем, что долго не продержимся.
   У наших товарищей дела обстоят значительно лучше, о чём говорят доносящиеся предсмертные визги рвачей. Свист уплотнённого воздуха и глухие удары показывают, что маг тоже не стоит в сторонке. Неожиданно, звери бросаются наутёк, и мы только сейчас понимаем, что большая часть стаи уничтожена, а по полю бежит максимум десяток зверей. Маг мстительно посылает вдогонку парочку огненных шаров, и скрыться за гребнем холма успевает всего пятёрка рвачей. С шелестом потревоженной травы беглецы пропадают из виду.
   Неверящим взглядом обвожу картину поля боя. Возле воинов всё устлано трупами мёртвых зверей. Несколько недобитков ещё шевелятся и пытаются ползти в ту сторону, куда убежали остатки стаи. Ни один из воинов не остался целым - у каждого имеется по несколько ран. Один из бойцов лежит на земле, а Тирен пытается наложить жгут ему на ногу, из которой обильно течет кровь. К ним бежит маг, на бегу доставая что-то из сумки. Герх и Вагн с облегчением валятся на землю. Появляется мысль, что надо что-то делать.
   Бросаю лопату на землю и спрашиваю Герха:
   - Ты как?
   - Хреново, - отвечает он: - Ногу мне сильно подрали, идти не смогу.
   - У кого чистые тряпки есть? - интересуюсь я: - Надо вас перевязать, пока кровью не изошли.
   Чистые тряпки у всех хранятся в рюкзаках. Прошу помощника мельника, всё ещё стоящего в ступоре:
   - Надо воды закипятить, раны промывать перед перевязкой. Давай, бегом, - тот непонимающе смотрит на меня. Повторять приходится ещё раз, и только после этого, он, так и не бросив лопату, уносится в сторону нашего лагеря.
   Я же, достав из внутреннего кармана несколько чистых тряпиц, предлагаю их Вагну и Герху:
   - Прижмите пока к ранам, чтобы кровь меньше текла. Сейчас спрошу у мага, сможет ли он чем-то помочь.
   Приблизившись к воинам, спрашиваю у Тирена, перетягивающего глубокую царапину на ноге:
   - Что у нас?
   - Хреново у нас, - морщась от боли, отвечает он, невольно повторяя Герха: - Гиярна сильно ранили, пол-ноги распахнали. Тут не вылечим - надо в город нести.
   - У Герха тоже ногу сильно повредили, - сообщаю я.
   Тирен на это известие только бессильно ругается, перечисляя родословную рвачей до десятого колена. Тут, в беседу вступает маг, закончивший останавливать кровь. По лицу видно, что он довольно устал:
   - Всё, можно нести в лагерь, без подготовки я больше не сделаю - медицина не мой профиль.
   Пока маг осматривает остальных раненых, а Тирен со вторым воином пытаются смастерить носилки, я хожу по полю, и равнодушно добиваю подающих признаки жизни зверей. Сколько времени занял бой непонятно, наверняка не больше нескольких минут, но усталость навалилась просто жуткая. Наверное, это так называемый "отходняк".
   Перенеся раненых в лагерь и устроив их поудобнее, все оказались по уши заняты. Я с помощником мельника на подхвате у мага - поднять, перевернуть, подержать, отрезать и так далее. Тирен со вторым воином, наложив на раны заживляющую мазь и перевязав их чистыми тряпками, встали в дозор. Не хватало нам пропустить появление каких-то хищников именно сейчас, когда мы так уязвимы.
   После того, как маг закончил накладывать повязки раненым, нам с помощником мельника предстояло утилизировать тушки животных. Если ничего с ними не делать, уже ночью тут будет не протолкнуться от падальщиков, которые, с высокой вероятностью, наведут на нас зверушек покрупнее.
   Поэтому, вооружившись веревкой и лопатами, наша двойка отправилась наводить порядок на прилегающей территории. С теми, которых завалили мечом или воздушными кулаками было легко - цепляешь тушу петлёй, дотягиваешь до ямы, которых тут, благодаря нашим действиям, достаточно, и кувырк её туда. А вот с теми, что попали под огнешар не так радужно - мерзкий запах горелой шерсти с обгорелым мясом создаёт букет выворачивающий наизнанку. Хотя и с этими справились. Сложнее всего было с той половиной стаи, что попала под первый удар мага - мало того, что они обгорели до костей, так ещё и в земле увязли, и для того, чтобы сдвинуть их трупы с места, тушу приходилось обкапывать. Да-да, и запах при этом никуда не девался.
   Последних закапывали уже в полной темноте, благо, Тирен соорудил несколько факелов из сосновой древесины, и было хоть что-то видно. Вернувшись в лагерь, мы без сил упали на свои места. По углам места стоянки прошёлся маг, раскидав свои камни. Успевший немного поспать, и соответственно восстановиться, он уже снова был в состоянии обеспечить так необходимую защиту. После того, как маг закончил, Тирен подытожил имеющиеся у нас результаты:
   - Богиня Удачи улыбнулась нам и ещё раз показала, что всё в жизни имеет две стороны. На одной стороне монеты то, что наш выход - самый удачный в моей практике. Уже сейчас мы имеем около пятидесяти золотых монетами, и артефактов на ещё два раза по столько же. На другой - у нас еще половина меток не раскопана, и поиск мог быть ещё удачнее, - сделав глоток горячего сбора, он продолжил: - Также можно заметить, что с одной стороны, мы имеем несколько раненых, причём часть из них не ходячие. Но с другой стороны - всего лишь раненые, тогда как рвачей было шесть десятков! Обычно, это заканчивается намного хуже.
   Все задумались. С такой точки зрения все действительно выглядело не так плохо. Дальше слово взял маг. Кивнув головой в сторону раненых, он сказал:
   - Подлечил как мог, но тут нужен специалист. Я наложил малое исцеление, но в данной ситуации этого недостаточно. У раненых порваны мышцы и сухожилия, а у Гиярна - ещё и кость задета. Чем раньше мы доставим их в город, тем успешнее и дешевле будет лечение.
   - Так что, завтра с утреца и выступаем, - подвёл итог Тирен.
   Понятное дело, ни о каком городе речи не шло. Мы возвращались в село за оставленными там лошадьми. Из крупногабаритных находок было найдено только седло, которое пришлось оставить, присыпав землёй в одной из ям. Несмотря на то, что эта дорога заняла три дня вместо двух, благодаря стараниям мага, самочувствие раненых оставалось нормальным.
   В деревне удалось договориться насчёт телеги. В неё набросали сена и с удобствами устроили раненых. Из деревни вышли меньше чем через час. Целебные отвары и зелья, которые водились у хозяйки постоялого двора, были не эффективнее малого исцеляющего заклятья, которым маг поддерживал состояние раненых, поэтому задерживаться не стали. Герх, всё же напичканный отварами, немного повеселел, но других эффектов не наблюдалось - для исцеления полученных ран требовалось лечение посерьезнее.
   От крестьянских лощадей, больше похожих на доходяг, решили отказался, поэтому телегу бодро тащили две лошадки искателей, а на оставшихся, ехал Тирен со вторым воином. Все остальные, разместились в телеге - благо, места хватало.
   Во время пути все находились в постоянном напряжении. Именно такие отряды как наш - с добычей и потрёпанные обитателями Мёртвого поля и Проклятого леса были излюбленной добычей лесных банд. Поэтому, воины держали руки возле оголовий мечей, маг был в постоянной готовности скастовать несколько убойных заклинаний, а рядом с нами в телеге лежали пара арбалетов, предусмотрительно захваченные Герхом с постоялого двора.
   То, чего так опасался Тирен, произошло, когда до города оставалось всего пару часов езды, а мы сильно расслабились. Нападения в зоне постоянных городских патрулей ожидать было трудно. Да и леса, как такового вокруг дороги давно не было. Устроить в таких условиях неожиданное нападение было довольно сложно.
   Поэтому, высыпавшие на дорогу бандиты не очень-то и скрывались. Точнее, совсем не скрывались - группа голодранцев сидела неподалёку от обочины, но, завидев нас, похватала разномастное оружие и перегородила дорогу. Тирен, ехавший первым с удивлением рассматривал оборванцев, и, судя по тому, что даже не потрудился вытащить меч, всерьёз этих ребят не воспринимал. По внешнему виду доходяг не было заметно, что они хоть в какой-то мере владеют своим оружием, и было совершенно непонятно, как им взбрело в голову промышлять так близко от города, а тем более, лезть на группу, имеющую мага. Разговор, ведущийся в десятке метров от нас, был хорошо слышен:
   - Вам чего, убогие? - ласково поинтересовался Тирен.
   Те замялись, но сообща вытолкнули перед собой самого бойкого:
   - Ты, это, деньги давай. Мы, это... грабим, - и для солидности добавил: - А бабу оставляй, на это... на поругание.
   Сообщники поддержали своего представителя нестройным гулом, пытаясь внушить нам страх, угрожающим образом потрясая ржавыми топорами и ветхими копьями.
   Тирен недоумевающее обернулся:
   - Ты где это бабу увиде... - но не договорил, и во весь голос заржал, тыча пальцем в поднимающегося с красным лицом отрядного мага, чьи длинные волосы ввели в заблуждение бедных разбойников: - Гы-ы-ы, на поругание, ы-ы-ы...
   Вид оскорблённого мага был страшен - воздух вокруг него пошёл маревом, и казалось, что внутри дымки, окружившей мага потрескивают грозовые разряды.
   - В сторону, - кратко бросил он, зажигая на ладони искру электрического разряда, и наши всадники, поняв, что пахнет жареным, поспешили убраться с линии огня.
   Разбойники оказались не настолько догадливыми. Кажется, некоторые - наболее сметливые, успели обмочиться. Но на что-то большее им времени уже не хватило - выпущенная из рук мага сетка разрядов накрыла банду, и в каждое тело ударило по несколько шипящих молний.
   Обыскивать ещё дымящиеся тела мы не стали, а проследовав к городу, на въезде уведомили стражу о попытке нападения, и месторасположении тел незадачливой банды. Когда стражники спросили у мага, мог ли там остаться кто-то в живых, тот лаконично ответил:
   - Вероятность есть, но небольшая.
   Влаат не мог успокоиться следующие несколько дней, и вина за это, по большому счёту, лежала на Тирене, который при взгляде на мага каждый раз непроизвольно улыбался. Эта улыбка приводила в бешенство обычно уравновешенного мага, отчего общаться с ним было совершенно невозможно. Хотя может это и к лучшему. Находящийся в бешенстве маг выплеснул свои эмоции в споре со скупщиком, и в этот раз они продали добычу по максимально высокой цене, после чего ушли, провожаемые уважительным взглядом торговца.
   Без использования дорогостоящих быстродействующих эликсиров пребывание наших соратников на лечении растянулось на три дня у Герха и Вагна, и на неделю - у Гиярна. Врочем, на целую неделю мы задерживаться в городе не стали - после дележа выручки, за вычетом платы за лечение, наша компания копателей отправилась обратно в село.
   Единственным позитивным моментом, было то, что в связи с принятым боем мы могли считаться полноценными искателями, и нам полагалась целая доля, вместо половины. Хитрец Тирен держал эту новость вплоть до момента, когда начал выдавать монеты. Сначала он сказал:
   - Подумайте над своим будущим, из вас могут выйти неплохие искатели. Работы не боитесь, в бою не трусите - ведёте себя как надо. Немного прикупить снаряжения, и любой отряд будет готов взять вас на полную долю. Если понадобится, слово за вас я завсегда замолвлю.
   А потом выдал каждому на руки долю, которая превысила двенадцать с половиной золотых. Я то держался более-менее нормально, не совсем понимая размера свалившейся на нас удачи, а вот лица сельских жителей выражали полный ступор. И если Герх, хоть иногда имел шанс видеть сравнимые суммы, то остальным двум парням такие суммы могли присниться разве что во сне.
   Обратно ехали опять в сопровождении знакомых стражников, правда, не с торговцем, а на крепкой телеге, приобретённой Герхом. На вопрос, зачем ему в деревне телега с лошадью, если товар им и так доставляют, он туманно ответил: - "Пригодится".
   Пока доехали до села, обсудили неожиданное предложение Тирена. Помощник мельника сразу сказал, что в Проклятый лес он больше не ходок:
   - Один раз боги отвели беду, так не буду их гневить. У мельника дочка на выданье - пы-ы-ышная деваха, а с полученными деньгами он меня в долю легко возьмёт, чай я теперь не нищий. Работа нормальная, прибыток хороший, а главное - никакого риска. Никаких зомби, никаких рвачей... В жизни бы их не видеть, нечисть проклятую!
   Герх, ничего конкретного не говорил, но по его тону было понятно, что стезя искателя его особо не прельщает. Во время поездки он больше расспрашивал стражников о трактирах и гостиницах города, уточняя, чем то или иное заведение отличается от других.
   Зато Вагна, несмотря на полученное ранение, полученный за время поиска заработок сильно воодушевил. По пути он прикидывал, какое снаряжение может пригодиться в поиске, и что он сможет самостоятельно сделать или улучшить в кузне, а что лучше купить в лавке. Стражники охотно поддерживали разговор об отличительных особенностях разных типов доспехов и кольчуг. А я слушал и почерпнул из этой беседы для себя много нового.
   Однако, лично я ещё не решил, буду ли заниматься таким ремеслом. К тому же, имелись определённые сомнения, что другой командир группы, кроме Тирена, согласится взять в поход человека моего возраста. Хоть песок с меня ещё не сыпался, но нагрузки давались намного тяжелее, чем молодым. И в случае предельных нагрузок, я мог стать слабым звеном для всего отряда. Хорошо, хоть теперь во рту у меня красовался полный набор зубов!
   Кроме того, заплатив за диагностику организма магу жизни, я дополнительно потратил 30 монет на процедуру выведения камней из почек, а ещё десять серебряных отдал за укрепляющий мускулы эликсир - аналог наших анаболиков, только без побочных эффектов. В лавке, рядом с кабинетом мага жизни было ещё много интересного, но я решил не транжирить деньги, поскольку неизвестно, смогу ли в ближайшее время заработать ещё хоть что-то.
   Следующие дни прошли спокойно. Но через два дня, за мой столик, за которым я спокойно потягивал пиво, плюхнулся Герх. Сначала он завёл разговор о погоде, но затем перешёл к сути:
   - Миха, а ты уже придумал, куда вложишь деньги?
   - С чего это ты заинтересовался моими капиталовложениями? Или ты по делу интересуешься? - недоуменно произнёс я.
   - Конечно по делу, - обиделся Герх: - Это пока секрет, но наша семья собралась переезжать в город.
   - Что, даже твой брат? Он же собирался жениться на дочке старосты, - натурально удивился я.
   - Брат-то и собирался остаться, но эта коза истерику устроила, или с нами в город едет, или никакой свадьбы - трагическим шёпотом, чтобы никто не подслушал, поведал мне на ухо Герх: - И на кого теперь постоялый двор оставим?
   У меня в голове щёлкнуло, и я начал понимать к чему он клонит.
   - И что ты хотел предложить?
   - Слушай, купи дело. Недорого отдадим, - предложил Герх.
   - Недорого, это сколько? - поспешил уточнить я.
   - Всего десять золотых, - доверительным тоном, произнёс прохвост, который достоверно знал размер полученных мною доходов.
   - А чего так дорого? - загорелся во мне огонёк азарта, но тут же был погашен проснувшейся некстати мыслью: "А зачем, собственно, мне эта развалюха? Что я с ней буду делать?"
   Глаза Герха довольно блеснули - казалось, я попал в расставленную ловушку:
   - Так раньше тут месячный доход до пятидесяти серебряных в месяц доходил! - с деланным возмущением воскликнул он, но затем добавил: - Но торг никто не отменял.
   - Ага, а сейчас хотя бы пять набралось, - ответил я, и по сверкнувшим глазам оппонента понял, что моё предположение оказалось близко к правде.
   Поняв, что нахрапом меня взять не удалось, Герх решил сменить тактику:
   - Ну да, тут ты прав, когда пять, когда и десять набирается. Но это такое дело, главное, что доход постоянный.
   По его тону было понятно, что иногда не набирается и пяти, но вот второе предложение он проговорил более уверенно, что значило, что постоялый двор в самом деле пока что не убыточный.
   - Ну так продай кому-нибудь в деревне, вон тот же староста купит, - предложил я.
   - Этот шаромыжник и пяти не наберет, а что там говорить о десяти, - косвенно озвучил нижнюю черту торга Герх. Видимо, их действительно прижимало время.
   Я задумался. С одной стороны, заиметь свою собственность, хоть и в таком глухом углу было заманчиво - это гарантированный, хоть и невеликий доход, а также крыша над головой. А с другой - что, если мне будет необходимо уехать? Тогда эта собственность превращается в вериги на ногах, а отдачи от вложенных золотых придётся ждать как бы не все двадцать лет. Но тут в голове проснулась очередная умная мысль.
   - Герх, выложить столько денег я не могу, - проговорил я, и остановил тут же вскинувшегося Герха жестом руки: - Ты же понимаешь, я человек пожилой, а услуги мага жизни стоят недешево.
   И тут же, не давая опомниться, добавил, предлагая альтернативный выход из ситуации:
   - Хотя, могу подписать договор на управление. Насчёт того, что я сбегу с деньгами как кто-то из местных ты, сам понимаешь, можно не волноваться. Ну и следить буду как за своим, всё же за долю работать буду.
   - А размер доли? - заинтересовался этим вариантом решения проблемы Герх.
   - Ну дык, пятьдесят на пятьдесят, - уверенно произнёс я, мысленно готовясь к жестокому торгу.
   Подготовка была не лишней - все посетители уже разошлись, а мы ещё торговались. Когда Герх устал, а мы остановились на сорок одном проценте прибыли, причитающейся мне, к нему присоединилась маман, и торг продолжился с ещё более ожесточённой силой. В конце концов, сошлись на окончательной цифре причитающейся мне доли в тридцать три процента. Как на меня не давили, как меня не уговаривали, но я не соглашался на более низкую ставку. Когда мне надоели повторяющиеся по третьему кругу аргументы, я встал из-за стола со словами:
   - Значит, не договорились.
   К моему удивлению, спор тот час же прекратился, а хозяйка выразила готовность подписать договор на последних оговоренных условиях. "Ёлки, надо было раньше в отказ идти", - про себя подумал я. Но слово уже сказано, а в торге отказываться от своих слов - значит потерять репутацию. Поэтому, мы ударили по рукам с владелицей.
   Письменный договор мы собирались подписать в городе, и заодно заверить его у городского мага, который осуществлял заверение и регистрацию договоров за немаленький взнос в пять серебряных. Оплата услуг, естественно, делилась сторонами пополам.
   К моей радости повариха отказалась переезжать в город, поэтому с этой стороны проблем не было. Но вылезла другая проблема - в селе отсутствовали желающие работать на постоялом дворе. Совсем мелкие были готовы, но нам не подходили, так как часто разбивали посуду. А более взрослых, крестьяне сами пристраивали к работе на пользу семье. Пришлось выпытывать у крестьян из окрестных сёл, не найдутся ли у них желающие поработать на ниве обслуживания посетителей.
   К счастью, проблема решилась примерно через месяц. Один крестьянин в обмен на угощение бесплатным пивом, рассказал, что у них на хуторе живут сироты - паренёк с сестрой. Их родные сгорели в пожаре зимой, а они успели выскочить из дома до того, как крыша обвалилась. Теперь ютятся в землянке, но в приймы идти категорически не хотят - пытаются наладить хозяйство, хотя сил не хватает, тем более девочка немного умом тронулась.
   Заинтересовавшись рассказом, я напросился в компанию к этому крестьянину, и уже через несколько дней ехал с ним на телеге по узкой дорожке, которую скорее нужно было назвать тропинкой. За спиной болтался арбалет, в стрельбе из которого я потихоньку тренировался. В узких местах заросли цепляли борта телеги, а два раза при переезде через ручьи пришлось соскакивать и помогать лошади, выталкивая телегу из вязкой земли.
   По времени поездка заняла приблизительно половину дня. Прибыв на место, я оглядел хутор. Десяток приземистых домов жались друг к другу, хотя общей изгороди не было. Каждый дом самостоятельно ограждался от леса закрытым двором, в котором позвякивал цепью злющий пёс. Нужное место обнаружилось просто - горелая прореха среди построек хутора сразу бросалась в глаза.
   Погорельцами оказались пацан лет тринадцати и молчаливая девочка возрастом до десяти лет. На них была одета не очень чистая одежда с неумелыми заплатками. К тому же, детей не мешало бы сводить в баню. Сироты были довольно худы - нет, ещё не измождены, но на грани. Когда я подошёл к их двору, они пытались перетащить бревно, видимо привезенное сердобольным односельчанином, к месту его распилки. Прилагая совместные усилия, дети двигали бревно примерно на метр, после чего отдыхали. Наблюдая эту картину, я исполнился решимости уговорить сирот переселиться на постоялый двор.
   Подойдя к остаткам забора, я крикнул:
   - Эй, хозяева, войти можно?
   - Чё тебе надо, дядя? Я тебя не звал, - неприветливо откликнулся пацан задвигая сестру за спину, и как бы невзначай кладя руку на слишком большой для его роста топор.
   - Работу предложить хочу, - правдиво ответил я.
   Видимо, мне не очень поверили, но во двор зайти разрешили. Там, присев на то самое бревно, я честно рассказал о постоялом дворе, предлагаемых условиях проживания и работы, наблюдая за тем, как в глазах детей разгорается огонёк надежды.
   Хотя старший всё ещё хорохорился:
   - Деньгу, хоть и малую, но платишь, работы не очень много, проживание и питание бесплатно... А тебе какая в том выгода?
   Пришлось его убеждать, загибая пальцы:
   - Как ты сам отметил, платить тебе буду меньше чем взрослому, вот первая выгода. Проживание бесплатное - так всё равно половина комнат на хозяйской половине пустует, в том убытку нет - это два. Питание бесплатно? Так много вы не съедите, ну и на разносолы редкие не рассчитывайте. Кормить буду сытно, но просто - это три. Сестра твоя будет за проживание поварихе помогать по возможности - это четыре. Ну и, воровать ты не будешь, поскольку некуда вам с сестрой больше податься - это пять. Достаточно?
   Похоже, такой прагматичный подход убедил паренька - он, подражая взрослым и пытаясь выглядеть солидно, отёр ладонь о рубаху и протянул её в знак заключения договора:
   - Старшой, дай нам полчаса вещи собрать да соседей упредить.
   Пожав худую ладонь, я согласно кивнул:
   - Через полчаса жду на дороге.
  
  
  
  

Глава 5

  
   Переезд владельцев постоялого двора в город привёл к некоторым изменениям в цепи поставок. Герх не зря купил новую телегу с лошадью - теперь товары из города доставлялись в село именно на этой телеге, уменьшив, таким образом, расходы на доставку. Предварительный расчёт показал, что неофициально выплаченная страже "благодарность" и плата вознице получается значительно меньше суммы торговой наценки, установленной за доставку товара городскими торговцами.
   Фактически, был запущен очередной бизнес-процесс. Из города доставлялось всё необходимое для постоялого двора, а также, товары на заказ, а в обратную сторону телега загружалась сельскохозяйственной продукцией, которая частью использовалась в новом трактире, а частью сдавалась на рынки города.
   Это не исключало того, что в случае крупных поставок крестьяне предпочитали самостоятельно доставлять товар на рынок или ярмарку, но вот вся регулярная торговля мелкими партиями продукции переходила в руки Герха.
   Наверное, стоит рассказать о новом трактире, в котором теперь заправляла предприимчивая семейка. Трактир назывался с намёком на претензию - "Серебряная бочка". Это трёхэтажное здание находилось хоть и не в центральном районе города, но стояло на оживлённой улице, начинавшейся от северных ворот. Впервые увидев это массивное строение, я подумал, что для обслуживания такого хозяйства потребуется многочисленный персонал.
   Как уже отмечалось, для официального закрепления моего статуса управляющего было необходимо заключить письменный договор. Именно это было главной целью моего прибытия в город. Заодно, я хотел немного обновить свой гардероб и купить несколько книг для обучения местной письменности, а цифры я уже худо-бедно выучил. Ах да, ещё надо было купить накопитель для зарядки осветительного шара, поскольку предыдущий накопитель теперь использовался хозяевами в новом заведении.
   Изнутри трактир выглядел довольно просторным. Уже не новая, но всё ещё крепкая дубовая мебель, освещение с помощью магических светильников, а даже несколько отдельных кабинетов для солидных посетителей. На втором и третьем этаже располагались номера для приезжих разного типа. В половине номеров трактира даже был водопровод! Этот факт серьёзно контрастировал с укоренившимися во мне впечатлениями об уровне местной цивилизации, и заставил меня их пересмотреть.
   Часть второго этажа была отведена для проживания хозяев заведения, а обслуживающий персонал мог ночевать в нескольких комнатушках неподалёку от кухни. Попасть на хозяйскую половину можно было с первого этажа по отдельной лестнице, либо со второго - открыв крепкую дверь, которая закрывалась на ключ.
   Процедура подписания договора надолго не затянулась - всё действо заняло не более пятнадцати минут, из которых большая часть времени была потрачена на заполнение трёх экземпляров договора. Затем клерк прочитал вслух документ, получил подтверждение сторон о согласии, приложил к трём экземплярам договора печать-артефакт, и напоследок, принял плату за оказанные услуги. Получив на руки свой экземпляр, я посчитал, что выполнил обязательную программу и теперь свободен, поэтому сразу после этого отправился в торговые ряды.
   Торговые ряды только назывались "рядами", на самом деле никаких деревянных раскладок или разборных павильончиков, которые так популярны у нас на рынках тут не было. Нет, на продуктовом рынке имелись и такие, но солидные магазины в торговом квартале, по которому я сейчас шёл, располагались в двух- и трехэтажных каменных домах, на первом(иногда и на втором) этаже которых располагались, собственно лавки, а на втором и третьем этаже проживали их владельцы. Успешность того или иного торгового предприятия наглядно демонстрировалась шириной выходящего на торговую улицу фасада и внешним видом дома.
   На большинстве лавок имелись названия с рисунками, показывающими, каким именно товаром торгует лавка. На некоторых, были рисунки, а надписей не имелось, так как они были и не нужны. Вот, например, рисунок сапога - продажа обуви, или скрещенные меч и топор на фоне щита - ясен пень, оружейник. А я искал книжную продукцию. Хотя, прогулка по рядам длилась уже минут пятнадцать, но ничего похожего на книги, либо писчие принадлежности на вывесках не попадалось.
   Устав от бесполезной прогулки, я свистнул пробегающему мимо мальчишке. Тот приостановился:
   - Что такое?
   - Малец, знаешь, где тут магазин, в котором книгами торгуют? - подбросил я на ладони медную монету.
   - Гони деньгу, - мгновенно сориентировался пацан.
   - Э, не. Сначала покажи, - всё ещё демонстрируя монету, потребовал я.
   - А чего тут показывать, - блеснул зубами он: - Ты её только что прошёл.
   И указал на ничем не примечательную лавку, с изображением головного убора, имеющего разноцветные "уши", больше похожего на шутовской колпак.
   - Точно она? - недоверчиво уточнил я.
   - Точно-точно. Чё, шапки магистра не видишь? - с изрядной долей возмущения съязвил мелкий.
   - Ладно, держи.
   И монета, блеснув, мгновенно исчезла в кулаке довольного пацана. Я же, развернувшись, направился ко входу в лавку. Забегая наперёд, уточню, что это действительно была лавка книжника.
   Звякнув колокольчиком, стукнула входная дверь, и я оказался внутри помещения, пропахшего таким знакомым запахом бумажной пыли, которая вызвала у меня волну ностальгии. Широкий прилавок занимали, в основном, писчие принадлежности: очиненные перья, стилусы, чернильницы, бутылочки чернил, листы бумаги, грубо сшитые подобия блокнотов и тому подобное. Стеллаж с книгами, что больше всего заинтересовал меня, находился в дальнем от двери конце лавки.
   - Я могу Вам помочь? - встал из-за прилавка молодой продавец.
   - Да, конечно. Мне нужно купить некоторые письменные принадлежности и книги, - ответил я.
   На самом деле, мысль о покупке нормальных приспособлений для письма пришла мне в голову прямо сейчас, после того, как я увидел всё это богатство. На постоялом дворе мне хватало имеющейся восковой таблички, тем более, что централизованный учёт до сих пор вёлся самой хозяйкой. Но мысль купить нормальную бумагу пришлась мне по душе.
   - Буду рад, - с готовностью откликнулся продавец.
   Объяснив ему, что ищу книги для обучения чтению, я принялся разглядывать предложенный ассортимент товаров. Отложив чернильницу, поразительно похожую на обычную непроливайку, стоявшую у меня в кабинете в качестве сувенира и небольшую пачку бумаги, я был отвлечен продавцом, принесшим заказанную книгу. И не одну, а в трёх экземплярах.
   - Вот, можем предложить следующий выбор, - разложил передо мной три книги он.
   Первая была изготовлена из очень грубой бумаги, больше похожей на картон. Из-за низкокачественной печати буквы и рисунки были очень большого размера. Вторая книга мне понравилась значительно больше. Она походила на знакомый нам с детства букварь, имела двухцветные рисунки, а также в книге имелись небольшие отрезки текста, видимо, помогающие обучению. Обложка третьей книги была затянута в кожу, а плотную бумагу её страниц украшали полноцветные высококачественные рисунки. По объёму она также отличалась в лучшую сторону. Судя по картинкам, в этой книге приводились даже основы грамматики.
   Заметив, что меня заинтересовала третья книга, продавец начал её усиленно рекламировать:
   - Данная книга не только изготовлена из высококачественных материалов, но и защищена магически. Чернила невозможно смыть водой, а бумагу довольно сложно порвать или поджечь.
   - Кхе-кхе, - закашлялся я, услышав про магическую обработку книги. "Представляю, сколько она стоит" - проскочила мысль.
   Продавец заметил мою реакцию, и попытался исправить положение. Правда, он не совсем верно определил причины моей реакции:
   - Понимаю, после всего, что творилось на этих землях, многие с недоверием относятся к магии, но поверьте, данные улучшения направлены лишь на долговечность книги!
   - Спасибо, я понял. Сколько стоит эта книга? - указал на дорогое издание я.
   - Для такого качественного исполнения цена невелика, всего 80 серебряных, - "обрадовал" продавец.
   - Угу, а предыдущие? - хмыкнув, решил уточнить я.
   Оказалось, что стоимость самого дешёвого издания составляет пять монет серебром, а более качественный аналог стоил аж одиннадцать. Совсем немало! Большинство крестьян и простых работяг за эти деньги предпочтут купить что-то более полезное в хозяйстве.
   - Скажите, а магические способы изучить неизвестные ранее язык и письмо существуют? - поднял я интересующую меня тему.
   - Теоретически, мы можем достать подобную вещь под заказ, - немного подумав, ответил продавец: - Но стоить подобный артефакт будет не менее семидесяти золотых. Половина вперед.
   - Сколько?! - вырвалось у меня.
   - Ну, это же не один артефакт, а целая система, позволяющая настроиться на ваш мозг должным образом и передать знания, - пояснил продавец: - Возможно, что в столице, академия которой традиционно сильна кафедрой менталистики, Вы смогли бы получить подобные услуги непосредственно у мага соответствующей квалификации, что удешевило бы процесс, но в нашей глубинке таких специалистов нет.
   - Нет, я себе такого позволить не могу, - заявил я.
   - Немногие могут, - грустно согласился продавец: - Хотя, отец мне рассказывал, что двадцать лет назад такой артефакт всё же был куплен каким-то путешественником с востока.
   - Тогда давайте вернёмся к другим покупкам. Скажите, есть ли кроме перьев другие приборы для письма?
   - О, я вижу господин следит за прогрессом, - немного удивился продавец: - Конечно же, наша лавка предлагает широкий ассортимент товаров для письма, в том числе и перьевые ручки. Вам какую, серебряную или золотую? - уточнил он.
   Выяснилось, что в данное время перьевые ручки являются не только приспособлением для письма, но и статусным предметом, вроде ручки "Паркер" у нас. Перья ручек изготавливались из драгоценных металлов, а корпус вытачивался из ценных пород дерева, полировался и украшался гравировкой.
   Продавец выудил из под прилавка небольшой прямоугольный ящик и открыл крышку, представляя возможность выбора подходящего варианта из ряда представленных.
   Узнав о минимальной цене ручки (ого, семь серебряных!) я задумался, о том, насколько необходима такая покупка. С одной стороны, удобство перьевой ручки по сравнению с обычным пером неоспоримо. С другой - перья стоили всего три медные монеты, и на запрошенную сумму их можно было купить больше двухсот штук - да у меня бумаги столько не будет, чтобы их использовать!
   В конце концов пришёл к компромиссу. Перьевую ручку с серебряным пером взял (подставку для ручки выбил в подарок), но ограничил себя теми товарами, что уже отложил. Но и так, сумма вышла довольно заметная - почти пятнадцать серебряных! Я был сильно впечатлен - быть грамотным в этом мире может позволить себе не каждый.
   Уже прощаясь, решил прояснить вопрос с изображённым на вывеске головным убором, отчего выходил из лавки с широкой улыбкой на лице и непроизвольно посмеиваясь. Действительно, официальное одеяние магистра магии имеет одним из элементов нарисованную на вывеске шапку, так похожую на колпак шута - не хватает только бубенчиков. Количество "ушей" шапки обозначало количество направлений магии, в которых магистр достиг своего ранга, и каждый из них окрашивался в соответствующий цвет.
   Продавец мне даже книжку показал с иллюстрацией магистра в официальной одежде. Пришлось сдерживать себя изо всех сил, чтобы не расхохотаться от вида солидного мага в разноцветном шутовском колпаке. У местных же, такая форма одежды вопросов не вызывала, а пресловутая шапка служила общепринятым символом образованности. К этому стоило привыкнуть, чтобы никого не удивлять неадекватной реакцией.
   Цены на одежду тоже удивили меня, но в этот раз приятно. В преддверии приближающейся осени, гардероб действительно стоило пополнить. Всего за девять серебряных я оказался владельцем длинного плаща, пары сапог с голенищами до колен, утеплённой жилетки из козьей шерсти, нескольких пар штанов, кожаных перчаток и нескольких пар простых холщовых рубах. Вся одежда была неброской и немного грубоватой, но щеголять дорогой одеждой я не планировал. Ещё два серебряных ушло на одежду для подростков, поскольку та, что была на них, мне совсем не нравилась. Особыми изысками я их баловать не собирался, но и дырами в одежде им светить не придётся.
   Последним пунктом экскурсии по торговым рядам была лавка мага. Просторное светлое помещение было заставлено витринами и стеллажами с различными артефактами. Лавка и её владелец (судя по серебряному кольцу - маг, минимум пятого уровня) специализировались на бытовых амулетах.
   Чего тут только не было! И магические зажигалки, и обогреватели (как одного человека, так и помещений), и холодильники, и защита от грызунов или насекомых, и даже магические фонари, дающие направленный луч света, и уже знакомые мне осветительные шары, которые занимали тут целую стену. О назначении того или иного устройства мне любезно рассказывал один из продавцов, находившихся в лавке. Сам владелец на такие мелочи не отвлекался, осматривая разложенное на столе устройство непонятного назначения. Вся лавка была пронизана светящимися полупрозрачными линиями, на которые я старательно не обращал внимания.
   Удовлетворив своё любопытство, я перешёл к витрине, в котором на мягкой ткани были разложены накопительные кристаллы. Благодаря тому, что заранее предполагалось, что предметы, связанные с магией дешёвыми быть не могу, уровень цен меня не шокировал, а всего лишь неприятно поразил. Но сначала расскажу о накопителях.
   Основой каждого накопителя являлся драгоценный камень, причём, он мог быть как огранённый, так и без огранки. К сожалению, в драгоценных камнях я не разбираюсь, поэтому не мог сказать, какие именно камни использовались здесь. Самые недорогие накопители представляли собой небольшой драгоценный (или полудрагоценный?) камень или даже его осколок, тогда как дорогие вариации имели великолепную огранку камней, которые закреплялись в красивых оправах: кольцах, брошах, кулонах.
   Характеристики магических накопителей очень сильно напоминали характеристики обычных пальчиковых аккумуляторов. У каждого накопителя была своя предельная ёмкость и время саморазряда. Дорогие накопители спокойно держали магический заряд не один десяток лет, тогда как из дешёвых накопителей (из ряда которых предстояло сделать выбор), заряд улетучивался буквально за месяц.
   После недолгого объяснения цели, с которой я хочу приобрести накопитель, продавец предложил на выбор несколько небольших камней. Из предложенных вариантов, самым дорогим и привлекательным был огранённый камешек голубоватого цвета, размером чуть больше булавочной головки. Он мог продержать заряд достаточный для двух подзарядок осветительного шара около двух лет. Стоимость этого накопителя равнялась тридцати двум серебряным. Как аргумент для его покупки продавец озвучивал, что разницы в стоимости зарядки этого камня с менее ёмкими моделями нет - в любом случае это будет стоить одну серебряную монету, что при использовании данного накопителя, позволит каждый раз экономить на зарядке.
   Каждый из других камней имел определённые особенности и недостатки. По здравому размышлению, брать сейчас мощный накопитель с малым сроком хранения заряда мне не было смысла, поскольку это могло оправдаться лишь в случае покупки второго осветительного шара. Поэтому, окончательный выбор пришлось делать из двух кристаллов неправильной формы желтоватого цвета - видимо какой-то разновидности кварца.
   Оба камня имели приблизительно равную ёмкость, но один полностью разряжался за месяц, а второй за два. В деньгах это выражалось как различие в стоимости на один серебряный. Первый стоил шестнадцать серебряных, а второй - семнадцать. Решив, что серебряный сейчас роли не играет, я озвучил решение о покупке второго накопителя.
   Продавец быстро нашёл подходящую коробочку, затем открыл витрину и достал камень. После этого он ненадолго исчез в служебном помещении, а вернувшись, положил в коробку уже заряженный накопитель, в котором танцевал едва различимый огонёк. Приняв плату, продавец ещё раз описал процедуру зарядки осветительного шара, и напомнил мне о процессе саморазряда накопителя.
   Покинув лавку, я решил, что с тратами необходимо завязывать. Шутка ли, за несколько часов выкинуть больше сорока серебряных! Поэтому последующая прогулка по лавкам осуществлялась исключительно с образовательной целью. Улучшив свой уровень информированности о ценах на различные товары, я вернулся в гостиницу, где и был перехвачен Герхом. Он сообщил, что уже пригласил Тирена с остальными членами группы находящимися в городе, поскольку решил "выставиться" в связи с приобретением трактира.
   Моё первоначальное недоумение необоснованной щедростью Герха рассеялось в ходе наших посиделок. Подоплёка приглашения стала ясна, когда Герх стал уговаривать Тирена и Влаата переехать в "Серебряную бочку" на проживание, обещая при этом скидки. Выгоды были заметны даже невооружённым глазом - кроме прибыли от платежеспособных клиентов, в трактире появлялись вооружённые люди, и главное маг, что были лояльны к его владельцам. Так что, в случае нештатной ситуации хозяева трактира могли чувствовать себя намного уверенней. Мне показалось, что Тирен раскусил эту нехитрую уловку со стороны Герха, и теперь между ними шёл торг насчёт размера скидки.
   Из разговора за столом я узнал, что воины, ранее входившие в нашу группу, не собираются далее продолжать карьеру искателей. Получив на руки солидный куш, они собирались воспользоваться этим шансом, и сменить род деятельности на менее опасный. Переезжать в трактир они отказались, поскольку через несколько дней отбывали из города в сторону центральных областей империи.
   Я же, похвастался перед магом приобретённым накопителем.
   - Ничего особенного, - держа двумя пальцами камень, констатировал маг: - Да и контуры фонят изрядно, наверное, месяца через два снова пустой будет. Хотя ёмкость тут мизерная, зарядить его - дело секунды.
   - Ага, а маги серебро за это требуют, - обиженно заявил я.
   - А что ты хотел? Нам тоже зарабатывать надо, - цинично заявил маг: - А это, сам понимаешь, гарантированная статья доходов.
   - Слушай, а как сама процедура для мага выглядит? Она очень сложная? - заинтересованно спросил я.
   - Нет, что ты, - засмеялся Влаат: - В этом случае, даже плетений создавать не надо - ведь структура камня уже упорядочена для принятия энергии. Остаётся лишь послать силу в камень.
   - Понятно, - "что ничего не понятно", уже про себя, добавил я. Расспрашивать мага, что означает "послать силу", рискуя вызвать его недоумение, было рискованно.
   По итогам посиделок, не считая того, что мы прилично набрались, Герх, всё же уговорил командира группы и мага переехать в свой трактир, а я получил интересную информацию для размышлений.
   На протяжении следующих месяцев работы на постоялом дворе я много раздумывал над природой магии. Жизнь приобрела установившийся ритм, меня никто никуда не гнал, и соответственно, появилось время для размышлений. Дела шли ровно, а освоение местного алфавита продвигалось быстрыми темпами.
   Очень правильным решением стало привлечение к изучению азбуки "найдёнышей" - так я про себя называл принятую на работу парочку погорельцев. Тогда как я зачастую находился в недоумении, глядя на картинки в букваре, дети безошибочно называли соответствующее слово. Причём в этой "игре" принимал участие как старший брат - Невар, так и младшая сестра - Лита. Девочка, среди крестьян прослывшая слабоумной, на самом деле оказалось довольно сообразительной, просто очень замкнутой, особенно среди незнакомых людей. За прошедшее время девочка освоилась, чему способствовала сердобольная повариха, взявшая шефство над "бедными сиротками".
   Благодаря небольшому количеству посетителей мне удавалось уделять значительное время упражнениям с арбалетом, который я освоил на довольно неплохом уровне - кроме неподвижных мишеней, уже старался практиковаться на мелкой живности в окрестностях деревни. Для этого, я зачастую присоединялся к местным жителям, промышляющим охотой. Следует сказать, что профессиональных охотников в деревне не было, но несколько мужиков периодически добывали дичь ловушками либо стрелами. От компании никто не отказывался, поскольку ни один житель деревни не чувствовал себя в лесу безопасно. А вдвоем, как ни крути, всё же спокойнее.
   Со временем, я уже мог разобрать, стоит ли стрелять в ту или иную зверушку или птицу, съедобна она или нет, вкусное ли у неё мясо. Значительно снизить затраты на закупку продовольствия такая охота не могла, но зато вносила приятное разнообразие в меню.
   Но что ни говори, а главной местной загадкой, занимавшей мои мысли была магия. Какова её природа, каким законам она подчиняется, есть ли у неё пределы, и главное - она ли была причиной моего перемещения в этот мир, и работает ли этот механизм в обратную сторону? Кроме глобальных вопросов, к процессу изучения магии меня подталкивал один, общеизвестный в этом мире факт - продолжительность жизни самого захудалого мага составляла не менее ста лет, а магистры спокойно дотягивали до пятисот.
   Судя по рассказам, я потенциальный маг, раз вижу все эти магические линии. Если исходить из того, что простейшие магические действия доступны даже маленьким детям, применение магии не требует каких-либо специальных познаний или методик. Но никаких спонтанных магических действий за всё время моего пребывания в этом мире я не замечал. Да и потуги, предпринятые специально, никакого результата не дают. Почему? Ответа на этот вопрос у меня не было.
   Для раскрытия своего потенциального дара я использовал все методики, что вспомнил из прочитанной фантастической литературы. И медитировал, и пытался играть эмоциями, и пробовал вырастить воображаемые конечности, и даже придумал изобразить несколько ручных печатей из аниме про Наруто, но результата не было. Даже начали закрадываться сомнения в способности к магии. Но в один день всё изменилось.
   В тот день я сидел за столом у себя в комнате и разглядывал накопитель с остатками заряда, что выглядели как едва уловимое мерцание в глубине камня. Разглядывание единственного магического артефакта принадлежащего мне, уже вошло в привычку. Мне казалось, что я уже наизусть помню все неровности и сколы этого невзрачного камешка. Но внешний вид накопителя ничем не выдавал его магическую сущность.
   Глубоко задумавшись, я механически вертел камешек у себя в руках, и вдруг поймал себя на ощущении едва уловимого тепла, идущего от камня. Постаравшись сосредоточится на этом чувстве, я положил камень на стол и стал удалять и приближать ладонь к камню, пытаясь понять, настоящее или воображаемое это ощущение.
   Несколько часов экспериментов убедили меня, что ощущение не воображаемое. К тому же, лишь в первом приближении его можно было интерпретировать как тепло. Скорее это было как постоянное дуновение тёплого ветерка, почему-то локализованное в определённой точке. Три недели прошло, прежде чем я научился уверенно концентрироваться на этом ощущении. Сильно мешало то обстоятельство, что камень терял последние остатки заряда и от этого, ощущения с каждым днём становились всё слабее.
   Следующий этап экспериментов должен был проходить в лесу подальше от деревни. К этому времени я успел съездить в город и снова зарядить накопитель, и сейчас его упругое тепло грело ладонь. Теперь моей целью было научиться манипулировать ощущаемой энергией. К моему удивлению, получилось практически с первого раза. Хотя, "получилось", это слишком громко сказано. Просто я почувствовал, что на мою попытку "потянуть" энергию на себя она отозвалась еле заметным движением.
   К концу ещё одного месяца экспериментов я мог уверенно вытянуть энергию из накопителя, а затем вернуть её обратно. Забавно, но присутствие в теле энергии из накопителя никак не ощущалось, тогда как её возврат обратно в накопитель оставлял после себя странное тянущее чувство.
   Во время одного такого занятия весь заряд накопителя был мной бездарно профукан. Попытка направить вытянутую из накопителя энергию вовне, привела к тому, что вся энергия мгновенно покинула меня. Единственным заметным эффектом стал небольшой порыв ветра, да поднятые ним парочка сухих листьев. А я стоял с глупой миной, недоумевая, как так могло получиться.
   Ездить в город на зарядку накопителя каждый раз после неудачного эксперимента (а сколько их ещё будет?) очень не хотелось. По здравому размышлению я пришёл к выводу, что маги самостоятельно накапливают магическую энергию. Даже на примере того же Влаата - достаточно было поспать несколько часов, как выложившийся маг был снова готов магичить. Никаких дополнительных усилий по восстановлению магической энергии он не прилагал. Предстояло понять, с чем связано отсутствие процесса такого накопления у меня. Возможно ли, что это было связано с особенностями организма выросшего в немагическом мире?
   Недолго думая, было решено провести попытку принудительного накопления энергии. Мои рассуждения были просты - раз уж существуют самозаряжающиеся артефакты, это значит, что в окружающей среде должно быть достаточно этой самой магической энергии. Сказано - сделано.
   Спрятав артефакт за пазуху, я сноровисто залез на ближайшее дерево, и уселся в его широкой развилке, удобно опершись спиной о ствол. Арбалет повесил на сучок по правую руку, так, чтобы его можно было быстро схватить. Осуществив эти подготовительные процедуры, я закрыл глаза и расслабился, стараясь представить, как магическая энергия вливается в моё тело.
   Сначала ничего не получалось, но после того, как я начал отталкиваться от сосущего чувства, покинувшей моё тело энергии, дело пошло на лад. Сначала незаметными струйками, а затем всё усиливающимся потоком магия вливалась в меня. Ощущения были непередаваемые - тело каждой клеточкой впитывало в себя текущую рекой энергию.
   Пару минут блаженства прошли, и ощущения стали меняться. Вместо комфортного тепла, стало нарастать какое-то напряжение. Уже через минуту напряжение переросло в дискомфорт. Понятное дело, накопление энергии надо было прекращать. Но как это сделать?
   Вместе с нарастанием дискомфорта, мною постепенно овладевала паника. Я напоминал себе излишне надутый воздушный шарик, способный лопнуть от малейшего неосторожного движения. А энергия продолжала поступать. Меня уже просто трясло от скопившейся в теле энергии, но любые мои действия, никак не влияли на ситуацию.
   Дискомфорт плавно перерастал в боль. Нет, не так, БОЛЬ - вот, что поселилось в моём теле. Затуманенными от слёз глазами, я видел, как на руке, рефлекторно обхватившей ветку, из под ногтей потекла кровь. Мысли в панике метались в мозгу, пока среди них не осталась всего одна - нестерпимое желание избавиться от этой ужасной боли.
   Наверное, меня спасла не осмысленная деятельность, а то, что подсознание удачно связало боль с присутствием в теле магической энергии. Всей душой мечтая избавиться от боли, я, неимоверным усилием, руками оттолкнул всю поселившуюся во мне боль/энергию (что именно, не знаю - я тогда их не разграничивал) куда-то во вне, подальше от меня. И от этого последнего, запредельного усилия потерял сознание.
   Очнулся, наверное, довольно скоро. По крайней мере, солнце не особо поменяло своё расположение. Но на солнце я обратил внимание в последнюю очередь. Первоочередной деталью, которая притягивала к себе взгляд, был кардинально изменившийся ландшафт.
   Вместо зарослей, имеющихся тут ранее, на местности появилась просека, которая состояла из месива вырванных с корнем или переломанных пополам стволов. Волна разрушений уходила конусом от дерева, на котором я сидел, постепенно затухая. На дальнем конце просеки виднелись более-менее целые деревья. Протяжённость просеки была приблизительно пятьдесят метров.
   - Ма-а-трёшкина кошка! - вырвалось у меня: - В гробу я видел такие эксперименты!
   С трудом спустившись с дерева, я поковылял в сторону деревни, забирая влево, чтобы выйти к ней с другой стороны. Организм протестовал против каждого движения, но оставаться на месте катаклизма очень не хотелось.
   В саму деревню я вошёл лишь только тогда, когда окончательно стемнело. Зайдя в здание постоялого двора с чёрного входа, я крикнул из коридора, намеренно оставаясь в тени:
   - Невар, я вернулся! Как обстановка, много посетителей?
   - Всё спокойно, господин Миха, за целый день было лишь трое. Все местные, проезжих не было.
   - Тогда ладно. Я пошёл к себе, устал как собака, - заявил я, направляясь к себе в комнату.
   Ревизия организма, проведенная в комнате, позволила констатировать, что каким-то чудом я отделался лишь лёгким испугом. Лопнувшие капилляры в глазах, запёкшаяся кровь под ногтями и гематомы по всему телу не в счёт. Разве что, в ближайшие дни придётся носить закрытую одежду. Зато выуженный из коробочки накопитель подмаргивал призрачным огоньком полного заряда.
   За всеми этими магическими делами я совсем забыл рассказать, как шли дела на постоялом дворе. А дела шли неплохо. Снижение цены припасов, благодаря оптовым закупкам в городе и подешевевшей доставке положительно сказалось на торговом сальдо. По крайней мере, доход не опускался ниже пяти серебряных монет уже который месяц. Этому также поспособствовали регулярные закупки продовольствия у местного населения - у них появились живые деньги, часть которых они тратили на постоялом дворе. Фактически, он был культурным центром деревни, где можно было скоротать вечер за сплетнями, потягивая мелкими глотками кружку пенного напитка.
   Кроме местных крестьян нашими клиентами также были патрулирующие местность стражники и редкие группы искателей. Один раз за всё это время деревню посетил бродячий торговец. Ассортимент у него был слабый, и торг не задался по понятным причинам - предложить товары дешевле, чем заказываемые в городе через Герха, он не захотел или не смог. Интересным моментом было то, что он не вернулся в Катлори, а направился по дороге в сторону соседнего баронства. Рисковый мужик.
   С искателями у меня сложились неплохие отношения. Они знали, что у меня можно нормально отдохнуть, и даже оставить до возвращения лишнее снаряжение, с уверенностью, что его никто не сопрёт. К тому же, по примеру предыдущей хозяйки я затарился у мага жизни различными мазями и пузырьками, а также не побрезговал прикупить различных настоек, мазей и трав.
   Цена на природные лекарственные средства была значительно ниже, чем на магически обработанные снадобья, и была по карману даже местному населению. Поэтому постоялый двор теперь для жителей села и близлежащих хуторов стал и филиалом аптеки, принося мне дополнительный заработок.
   После чуть не отправившего меня в могилу магического эксперимента я изо всех сил прислушивался к местным сплетням и наблюдал, не посетит ли деревню кто-нибудь новенький. Но никаких разговоров на тему поваленного леса среди наших посетителей не ходило, да и незнакомых приезжих не наблюдалось, что позволило мне немного успокоиться.
   Синяки и гематомы зажили на мне с поразительной скоростью. И уже через четыре дня организм не ощущал никаких отрицательных последствий. Меня это дико удивляло до того момента, пока через неделю я не смог идентифицировать смутные ощущения, постоянно крутящиеся на краю сознания. Я мог с уверенностью сказать - это уже раз пережитое мной чувство впитывания окружающей магической энергии, только ослабленное в сотни раз. Из-за того, что процесс был очень слабый, я всё это время его просто не замечал. Но теперь, сосредоточившись на ощущениях, и точно зная, что искать, я понял, что организм не только впитывает магическую энергию, но и уже набрал какой-то её запас.
   Сообразив, что происходит, я схватил арбалет и отправился на очередную "прогулку". Мысль о вмешательстве в механизм накопления приводила меня в ужас - слишком свежими были неприятные воспоминания. Поэтому, было решено сосредоточиться на способах расходования магической энергии, которую я, недолго думая, обозвал по аналогии с играми на магическую тематику - маной.
   Несколько часов экспериментов показали, что я могу управлять накопленной энергией в широких пределах. Без проблем получалось не только выпускать её вовне, но и дозировать выброс энергии разными порциями. Также, у меня получилось преобразовать выброс энергии в другую форму. Так, подчиняясь моему желанию, мана вылетела не просто облачком энергии, а направленным порывом ветра. Спустя ещё несколько часов попыток, получилось поджечь сухую щепку.
   Эта тренировка показала мне, что я не только могу в необходимый момент потратить накопленную ману, не допустив убийственного перенасыщения, но и имею возможность научиться направлять накопленную энергию в полезное русло. На постоялый двор я возвращался в отличном настроении - в области магии хоть что-то прояснилось, эксперименты прошли успешно, к тому же, на обратном пути получилось подстрелить местную разновидность зайца, а значит, сегодня на ужин будет вкуснейшее рагу.
   Подворье встретило меня несвойственным ему оживлением - возле коновязи стояли привязанные кони, пара мускулистых мужиков наполняла поилки водой из колодца, а ещё один, развалился на лавочке возле забора и был занят заточкой меча. Общий зал постоялого двора встретил меня ещё несколькими незнакомыми лицами. Отдав зайца поварихе и перехватив пару бутербродов, я переоделся и занял своё место за стойкой.
   Оказалось, что нас посетила очередная ватага искателей. Договорившись о комнате для себя и своего помощника, предводитель искателей сообщил, что остальные предпочли ночевать в сарае, якобы опасаясь за сохранность коней.
   Странные это были искатели - неразговорчивые мужики, на мой взгляд, излишне серьёзно обвешенные оружием. А я знал, как во время похода каждый килограмм свинцом давит на плечи, а у этих и полный комплект оружия, и броня, а два человека дополнительно имеют щиты. Вооружение, конечно, немного разномастное, но это как раз и не удивительно. Ведь искатели не являются регулярной дружиной, и поэтому каждый носит то, что ему лучше ложится в руку.
   Хотя, если эта группа собирается ехать до места раскопок на лошадях, может вес не является для них таким критичным фактором? Но тогда, кто-то из них должен очень хорошо знать местность, чтобы проложить маршрут, удобный для лошадей.
   Ни на следующий день, ни через день, группа никуда не уехала, объяснив, что ждут отставших товарищей, и укрепив меня в подозрении, что с ними что-то нечисто. От группы явно попахивало неприятностями, а меня мучили раздумья - куда отправить детей, хотя бы до того момента, как эта компания не покинет постоялый двор. С подачей блюд сам справлюсь, не надорвусь, а к детям я уже привык и чувствовал за них ответственность. Да и поварихе пара выходных дней не помешает. Одному будет трудновато, но я справлюсь.
   Одну проблему удалось уладить комплексно - поговорив с поварихой, я прямым текстом сообщил, что опасаюсь проблем от наших постояльцев, и поэтому даю ей несколько выходных. Быстро сориентировавшаяся женщина сама предложила забрать к себе Литу, чем решила за меня эту проблему. Хорошо, что девочка уже подружилась с детьми поварихи, поэтому без проблем согласилась навестить своих знакомых.
   Другая проблема с Неваром - подросток наотрез отказывался покидать постоялый двор. А уж после того, как я признался в опасениях насчёт постояльцев, заявил, что "будет прикрывать мне спину". Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Ну не связывать же его? Хорошо, хоть получилось убедить парня, что самой лучшей помощью с его стороны будет своевременная передача предупреждения старосте, с которым я уже поделился опасениями насчёт странных искателей. Так что, если те надумают баловать в селе, то рискуют столкнуться с толпой вооружённых крестьян.
   Третий день пребывания странных искателей проходил напряжённо. Вооружённые мордовороты распугали всех посетителей и уже второй день, кроме них, в зале не было ни души. Сами искатели почти ничего не заказывали, удовлетворяюсь простейшими блюдами и небольшим количеством выпивки. Четверо разместились за столом и лениво играли в кости, а двое расположились во дворе.
   Внезапно, с улицы раздался громкий свист, после чего, игроки, как по команде, поднялись из-за стола и ушли в свои комнаты на втором этаже. Убирая пустую посуду и вытирая стол, я думал, что должно обозначать такое поведение? Но времени на предположения у меня оставалось немного. Через десять минут в двери постоялого двора вошла очередная компания искателей.
   На этот раз они выглядели как обычные искатели - разномастные кожаные доспехи, небольшое количество оружия, рюкзаки за спиной и печать усталости на лицах. Двое, несомненно, воины, а вот двое других, в облачении победнее - больше похожи на крестьян. Я узнал их - эта компания уже останавливалась у нас около двух недель назад.
   - Хозяин, выставляй на стол всё, что есть! И пиво не забудь! - громко обратился ко мне один из искателей, роняя рюкзак возле облюбованного места: - До смерти соскучился по нормальной еде!
   - Один момент, - откликнулся я, нагружая поднос уже нарезанным хлебом и кусками мяса и не забыв захватить несколько чашек и наполненный пивом кувшин.
   Быстро расставив закуски на столе, я обратился к мужчине, которого посчитал предводителем этой группы с вопросом:
   - А предыдущая группа не вас дожидается?
   - Какая ещё группа, - мигом напрягся тот.
   - Шестеро мужчин, в неплохих доспехах, на конях. Двое сейчас на конюшне, а четверо наверху - кивнул я в сторону лестницы на второй этаж.
   - А главный у них кто? - взволнованно уточнил искатель.
   - Плотный мужчина, невысокий, черноволосый, на правой щеке шрам, - выдал я описание.
   - Брик, сволочь, выследил таки, - саданул кулаком по столу молчавший до этого воин, но предводитель дал ему знак замолчать.
   - Отсюда можно выйти незаметно? - быстро спросил он.
   - Есть чёрный ход, только он с конюшни просматривается, - разочаровал я его.
   - А у них арбалеты, - утверждающим тоном произнёс он, даже не дожидаясь моего кивка.
   Не знаю, как он угадал, но у предыдущей группы действительно было всего два мощных арбалета, и в комнаты их не заносили.
   - Так, доставай последние зелья, - обратился он к воину, а затем повернулся ко мне: - А ты иди, спрячься где-то, скоро тут будет шумно. И лучше запрись, может быть, они тебя и не тронут.
   И пока один воин раздавал членам группы зелья, второй деловито поотшибал ножки у нескольких табуретов, превратил их в импровизированные щиты.
   Я же, бросился на кухню, где в это время управлялся Невар.
   - Так, бросай всё и лети к старосте. Скоро эти искатели друг с другом схлестнутся, как бы тут всё не разнесли, - торопливо произнёс я: - И через второй вход не иди. Знаешь в кладовке окошко маленькое - ты как раз там пролезешь. Зато мне спокойней - оно ни с окон, ни с конюшни не просматривается.
   Заверив мальца, что сам тут же запрусь в подвале, и буду ждать прихода помощи, я подождал, пока он не покинет здание, и направился в общий зал.
   Даже не выходя из коридора, мне было видно, что единственный арбалетчик расположился за перевёрнутыми столами возле противоположный стены, в месте, позволяющем держать под прицелом, как входную дверь, так и лестницу на второй этаж. Второй воин с крестьянином прятались под лестницей, а руководитель группы открыто стоял посреди зала.
   Только я успел юркнуть к стойке, как на балкон второго этажа рядом с лестницей вышел тот, кого назвали Бриком со своей компанией - двумя щитоносцами и мечником.
   - Лестин, ну зачем так напрягаться, - сделал он жест кистью в сторону позиции арбалетчика из перевёрнутых столов: - Достаточно оставить мешки, и можете валить на все четыре стороны.
   - А ты их забери, - хрипло ответил тот.
   - Я надеялся, что ты так скажешь, - просиял Брик, после чего отдал команду: - Убить их!
   А сам, длинным прыжком прямо с балкона, преодолел половину расстояния до стоящего посреди зала противника, при этом непринуждённо отбив арбалетный болт.
   Я отвесил челюсть от такого поворота событий. Вы поняли? Мужик отбил арбалетный болт! Мечом! Для тех, кто не знает, поясню, скорость полёта арбалетного болта составляет более 50 м/с. Какая у человека должна быть реакция, чтобы среагировать на выстрел?
   Далее события развивались очень динамично. Громко засвистев, первый боец, попытался спуститься по лестнице, но получил от затаившихся искателей, сильный удар мечом, видимо, перерезавший сухожилия на ноге. Отчего тело потеряло равновесие и с громкими воплями боли скатилось вниз.
   Оставшиеся на балконе щитоносцы не стали повторять ошибку своего товарища и не воспользовались лестницей, а попросту спрыгнули вниз. Один, грамотно закрываясь щитом, быстрым шагом направился к арбалетчику, а второй в это время заблокировал выскочивших из под лестницы искателей, угрожая им с разных направлений умелыми выпадами меча, таким образом не давая возможности обойти себя.
   Предпринятая атакующими тактика была удачной, и теперь первоначальный успех искателей должен был смениться неминуемым поражением. Единственный арбалетчик не успел перезарядиться, и к тому же, остался один на один с щитоносцем врага, поскольку ни один из членов группы уже не успевал прийти на помощь. Лестин уже получил несколько царапин и был слишком занят своим противником, молниеносные выпады которого не давали и секунды передышки, а двое других искателей бесполезно размахивали мечами, не в силах справиться с единственным противником.
   Казалось, что все мелочи учтены, и после того, как щитоносец расправится с вооруженным кинжалом арбалетчиком, остатки группы искателей уже ничего не спасёт. Хотя, одна мелочь нападающими учтена не была. Можно сказать, смертельная мелочь.
   Нападающие не предполагали, что скрывшийся под стойкой в момент начала схватки хозяин постоялого двора вынырнет из под неё, сжимая в руках уже заряженный охотничий арбалет.
   Тренировка на зверушках не прошла даром, и выпущенный из моего арбалета болт попал в бок щитоносца, защищенный лишь кольчугой. Подобная преграда не могла остановить остро заточенный кусок металла, и щитоносец осел на полу мёртвой грудой, не дойдя до арбалетчика нескольких шагов. Ликвидированная угроза позволила арбалетчику вернуться к процессу перезарядки.
   В это время, двойка искателей, ободрённая гибелью одного из врагов, насела на своего противника. Этой паре наконец удалось более-менее согласовать свои действия и теперь щитоносец пятился, парируя удары с разных сторон. Но тут, раненый в начале боя мечник показал, что его ещё рано сбрасывать со счёта, и азартно размахивающий мечом крестьянин получил метательный нож в ногу, что существенно ограничило его манёвренность.
   Щитоносец только хотел что-то обрадовано воскликнуть, как удачный выпад искателя, прошедший над краешком щита, прочертил кровавую борозду на его горле. Он простоял ещё несколько секунд, выронив оружие и пытаясь зажать рану на шее, прежде чем упал на пол, пятная его своей кровью. В этот момент, перезарядившийся арбалетчик прервал очередной бросок метательного ножа раненым мечником, болтом пришпилив последнего к стене.
   Из группы атакующих в живых остался лишь один главарь. Как бы ни было велико его фехтовальное мастерство, но против группы противников с двумя арбалетами ему ничего не светило. Брик это тоже понял, и попытался прорваться к выходу. Взвинтив темп боя, он накинулся на Лестина, заставляя того пятиться. Но к этому времени, я наконец-то перезарядил свой арбалет.
   Мой болт он также легко отразил, наглядно показав, что первый случай не являлся случайностью. Но отвлёкшись на выстрел, он пропустил длинный выпад искателя, нанизавший его на меч как бабочку. Зажав одной рукой рану, Брик сопротивлялся еще недолгое время, пока сильный удар Лестина не отбил в сторону его руку с мечом, а следующий удар в шею практически обезглавил.
   Тут о себе напомнили товарищи бандитов, и арбалетный болт влетевший в окно насквозь пробил импровизированный щит, пришпилил руку с деревяшкой к груди неосмотрительно приблизившегося к окну воина. С криком боли он тут же упал на пол, пытаясь здоровой рукой вытащить из тела глубоко увязший болт. Лестин тут же переместился к нему, подтянув поближе к стене, а арбалетчик взял под прицел окна. Осторожно выглянув в окно, я увидел скрывающегося в сарае бандита, несомненно, увидевшего смерть главаря.
   Ситуация складывалась патовая - противник не мог войти в здание, а мы не могли выйти. В группе искателей осталось всего два боеспособных человека и бросаться с такими силами на вооруженного арбалетами противника было не только смертельно опасно, но и попросту глупо.
   Так мы и сидели, пока за окнами не послышался гул встревоженной толпы - это староста наконец собрал местных мужиков. Со стороны засевших в сарае бандитов сначала донеслись угрожающие выкрики, а затем, после нескольких минут перепалки, они выскочили из сарая на конях, угрожая толпе заряженными арбалетами. Поскольку несколько охотничьих арбалетов было и у собравшихся крестьян, ни одна из сторон так и не решилась на конфликтные действия, и нахлёстывающие коней бандиты беспрепятственно покинули село.
   Зашедшие вместе старостой вооруженные крестьяне оторопели от вида трупов, раскиданных по залу. Искатели не обратили особого внимания на вошедших, так как были заняты - один перематывал на ноге рану от ножа, а двое других пытались оказать помощь своему товарищу, валяющемуся с болтом в груди.
   - Это искатели, на них напали, - поспешил объяснить я возбуждённой толпе.
   - А остальные? - уточнил староста.
   - Все здесь, - обвёл я рукой валяющиеся в лужах крови трупы. И, повысив голос, добавил: - Спасибо за помощь мужики! Все приходите вечером, с меня бочонок пива!
   Возбужденный гул толпы сменился радостным. После ответных "дык, мы ж завсегда", "за своих стоим" и "ты зови, если что" большая часть крестьян, оживлённо переговариваясь, начала расходиться по домам. Остались только староста, да несколько его помощников. После такого происшествия, он, как официальное лицо, теперь должен был составить отчет и вызвать стражу из города.
   Ко мне подошёл закончивший с перевязкой товарища руководитель искателей:
   - Спасибо, брат! Если бы не ты, покрошили бы нас, как котят. Знай, Лестин Мечник у тебя в долгу, а я своих долгов не забываю!
  

Глава 6

  
   После боя навалились хлопоты. Устроить раненых искателей, собрать трофеи, убрать трупы, замыть на полу уже начавшие подсыхать пятна крови. А тут ещё староста со своим посланием в город, и тоже жаждет услышать подробности. Короче, беготни хватало до самого вечера.
   Мертвецов сложили в сарае, подальше от испуганно всхрапывающих лошадей, с тем, чтобы похоронить позднее, а их имущество перенесли в одну из комнат на втором этаже. Теперь заваленная вещами комната стала походить на небольшой склад. Запах свежего сена из матрасов, преобладающий в номере ранее, сейчас перебивался запахами мокрой кожи и ткани, исходившими от наскоро застиранных доспехов и одежды, разложенных на полу.
   Трофеев собралось немало, но вот их полезность для меня была довольно условной. А насобиралось вот чего: четыре комплекта кожаной брони с кольчугами, четыре меча (из которых три простых, а один подороже), два щита, четыре разномастных кинжала, два шлема, четыре комплекта неплохой одежды (разве что заштопать какую придётся), пояса, сапоги, несколько неподписанных пузырьков с зельями, а ещё всякая мелочевка, нашедшаяся в дорожных мешках типа фляг, швейных наборов, точильных брусков и тому подобного. Денег, на удивление, нашлось немного - всего несколько десятков серебряных. И дополнительным бонусом, шла четверка лошадей со всей сбруей.
   Я обвел лежащие на полу вещи рукой и спросил зашедшего в комнату Лестина:
   - Как это добро делить будем? - не забыв уточнить: - Плату за ремонт мебели тоже сюда включай.
   - Поделить успеем, - отмахнулся он: - Но сперва скажи, ты действительно зельями торгуешь, как мужики рассказывали?
   - Есть такое, - не стал отпираться я: - Но тут всё зависит от того, что именно надо.
   - Зелье исцеления есть? - сразу взял быка за рога предводитель искателей: - Таллиол совсем плох, болт ему лёгкое пробил.
   Меня удивило, что искатели вышли в поход без такого необходимого снадобья. Хоть одна порция зелья стоила не менее сорока серебряных, каждый из более-менее обеспеченных искателей старался захватить с собой пузырёк, дающий раненому возможность если не выздороветь, то хотя бы протянуть до приёма у целителя. В отличие от менее дорогих средств, у меня был всего лишь один флакон такого лекарства.
   - Есть одна штука, стоит пятьдесят монет, - озвучил я заранее просчитанную цену.
   - Кхм... Мы сейчас на мели и серебра в карманах не густо, - кашлянул Лестин: - Давай, вопрос с оплатой решим при дележе. Не против?
   - Ладно, что с вами поделать, - вздохнул я: - Пошли вниз, достану тебе зелье.
   К вечеру начали подтягиваться жителя села. На одном из столов их уже ожидал бочонок пива, выставленный для того, чтобы любой желающий мог угоститься халявной выпивкой. Столов едва хватило - давно наш постоялый двор не видывал такого наплыва посетителей. Атмосферности посиделкам добавляли свежие зарубки от мечей на мебели, и дыры, оставленные болтами в стенах. Мужики трогали их пальцами и глубокомысленно цокали языками.
   Через час зал гудел, разбившись на компании. Обсуждались личности нападавших, делались предположения по поводу причин нападения, ну и, само собой, высказывались предположения по стоимости добычи с побитых разбойников. Большой интерес мужиков вызвали лошадки, оставленные в сарае - подвыпившие компании неоднократно выходили во двор, чтобы оценить животных, и прикинуть, хватит ли денег, чтобы выкупить их у искателей. Сперва, копытные недовольно косились на благоухающую пивом компании, но уразумев, что каждый осмотр сопровождается выдачей вкусной горбушки с солью, встречали посетителей оживленным фырканьем.
   Самая большая компания собралась у стола, за которым сидел староста. Он, пользуясь своей информированностью, неспешно рассказывал подробности, о которых узнал в силу служебной надобности. После каждого предложения следовал приличный глоток пива, поэтому рассказ о прошедшем внутри помещения бое растянулся чуть ли не на час. После этого, так же неспешно и обстоятельно он ответил на дополнительные вопросы, что интересовали мужиков: кого как зарубили, во что были одеты бандиты, как сильно досталось искателям и так далее.
   Информация, рассказанная старостой, была чуть отредактированной версий того, что произошло на самом деле, кроме нескольких незначительных подробностей, а именно - нескольких выстрелов из моего арбалета. Искатели подтвердили эту версию, и в официальном докладе фигурировала тоже именно она. Таким образом, я подстраховался от мести оставшихся в живых разбойников.
   Когда веселье стало стихать, меня отозвал Лестин. Оставив за прилавком Невара, я поднялся за ним наверх.
   - Спасибо за зелье, Таллиолу уже значительно лучше, - поблагодарил он: - Но я хотел поговорить о другом. Где-то на дороге сидят два недобитка с арбалетами и ехать по тракту сейчас слишком рискованно. Благодаря твоему зелью, опасность для жизни нашего друга исчезла, поэтому я отправляюсь в город лесом, выйду завтра за час до рассвета. Отнесу доклад старосты и вернусь сюда уже в сопровождении стражи.
   - А что, если эти двое надумают вернуться на постоялый двор?
   - Кроме нашего арбалетчика, несколько дней на постоялом дворе подежурит ещё пара мужиков. Не бесплатно конечно, я им пообещал кожанки с добычи, - успокоил меня Лестин, и улыбнулся: - И конечно, надеюсь на твой арбалет, что так помог нам.
   - Та ладно, - отмахнулся от похвалы я: - Было у меня сильное чувство, что эти ребята только ваше компанией не ограничатся. По-другому их наглость объяснить сложно. Но пока ты не уехал, хотелось бы разделом трофеев наконец-то заняться.
   Лестин не возражал, и следующий час мы провели в спорах о доле с добычи. Никаких серьёзных разногласий не было, но по мелочи, каждый старался тянуть на себя. А как иначе? Никто другой о твоей выгоде не позаботится.
   В итоге, решили так. Мне отходит доспех и оружие с убитого мной воина. Остальное имущество, кроме лошадей делится на доли, из которых Лестин получал полторы доли, остальные из его группы по одной, ну и, половина доли отходила мне за своевременное предупреждение и отвлечение внимания предводителя бандитов. Из лошадей, одна безоговорочно переходила в моё владение, на что у командира искателей возражений не нашлось.
   Все вооружение и броня, кроме меча главаря, было среднего качества - не самое паршивое, но далеко и не идеал. Зато на мече Брика стояло клеймо известного оружейника, а отличное качество металла доказывали зарубки на мече Лестина. Самостоятельно оценить трофейное оружие у меня не получалось, поэтому оставалось положиться на то, что слишком сильно сбивать цену искатель не будет. Естественно, все цены были не лавочные, а те, которые даст за товар скупщик. По его расчёту, мне полагалось добра на золотой и 16 серебряных. И что выбрать из разложенного в комнате барахла?
   В мозгу шевелились опасения на тему того, как на меня отреагируют подельники убитых бандитов, если увидят в доспехах, ранее принадлежавшим членам банды. По-хорошему, все полученное барахло надо сдать, а вместо него купить себе новое снаряжение - подогнанное по размеру и не имеющее криминального прошлого.
   Проблема была в том, что искатели уже признались - с деньгами у них плохо. Это подтверждалось и тем, что ни у кого в группе не оказалось хотя бы одного зелья исцеления. С лошадью было проще, её можно попытаться продать даже в селе, якобы от имени искателей, тем более оставленные лошадки выгодно отличались от крестьянских кляч. Но вот продать доспехи по нормальной цене в селе было не реально.
   Пока разбирали трофеи, узнал о причинах нападения на искателей. Оказалось, что это была не первая попытка Брика с компанией наехать на группу искателей.
   - Уроды выбирают группу поменьше, да чтоб без мага, - рассказывал Лестин: - Сначала следят, выбирая удобный момент, а затем начинают прессовать. Ходят слухи, что часть мелких групп уже платит дань подобным отморозкам, но к нам подобные типы подкатили впервые. В поле боятся выйти, твари, а на нашем брате наживаются. Ненавижу таких! Этот Брик с подручными подкатил к нам в таверне, навел, наверное, кто-то. Большинство вылазок у нас с добычей получается, видно позавидовали. Их трое было, нас - двое. Подсели, и начали по ушам ездить. Сначала намёками, а затем напрямую. А как послали их, на выходе встретили - Брик со своим мечом, да пара подручных с булавами. Не учли только, что я недаром прозвище "Мечник" имею - бандиты мне не противники. Как сделал на Брике пару надрезов, да пригрозил, что следующий между ног будет, чтобы он в хоре пел хорошо - враз убрались. А он, падла, мстительный оказался настолько, что выследил, а ещё и зелье скорости не побоялся использовать. А это зелье не меньше золотого стоит, да и мышцы так повреждаются, что потом ещё столько же магу заплатить за лечение надо. Эх, надо было его ещё в городе валить, - вздохнув, подытожил он.
   Отложив для себя дорожные мешки с мелочевкой, которой часто не хватало в селе, я остановился в раздумье. В это время Лестин, наморщив лоб, что-то подсчитывал в уме. Придя к какому-то выводу, он обратился ко мне:
   - Слушай, насколько тебе всё-это надо?
   - А что, есть варианты? - заинтересованно повернулся к нему я.
   - Мы тут, немного взяли в походе, - расплывчато пояснил он: - Конечно, надо сначала у мага оценить, но думаю, что на этот раз интересные цацки попались. Ну и лошадок хотелось бы всех забрать - по некоторым местам с ними быстрее ходить получается. Да и броня лишней не будет, многовато лихих людей в последнее время появилось.
   - А нельзя ли поподробнее? - попросил я: - А то, знаешь ли, рассчитывать на непонятно что не хочется.
   С видимой неохотой, Лестин всё же признался:
   - Ну, есть один кулон похожий на воздушный щит от стрел, кольцо, похожее на накопитель, и пара брошей, которые могут оказаться чем угодно. А ещё два кинжала и поножи в идеальном состоянии - но по ним вообще пока сказать нечего.
   - А накопитель большой? - поинтересовался я.
   Судя по расстоянию между пальцами, которыми Лестин показывал размер, камень был довольно крупный.
   - Ладно, как вернёшься из города, обратно вместе поедем, и там уже решим, - согласился я рассмотреть такой вариант.
   Решив таким образом текущие дела и забрав полагавшиеся мне из наличных денег серебряный и восемьдесят медных монет, я спустился вниз. Гулянка близилась к своему завершению, и в зале осталось всего несколько человек, пытающихся вытрясти последние капли пива из бочонка. По словам Невара, немногим ранее, под хохот зрителей набравшегося старосту утащила за бороду старостиха, что сподвигло большинство из ещё оставшихся в зале гуляк вспомнить о доме, и заторопиться к родному очагу. Отправив по домам последних гуляк, я запер все двери на засов, и смог в кои веки отдохнуть.
   Дни до приезда стражи прошли спокойно. Раненые постепенно выздоравливали, мальчишки, специально размещённые в удобных для наблюдения местах, не видели никого постороннего. Но благополучно дождавшись стражу, я всё же облегчённо вздохнул - ведь после того, как искатели покинут постоялый двор, у бандитов не останется повода возвращаться в наше село.
   Правда, мы немного поссорились с Неваром. Пацан оказался очарован взрослыми игрушками, и настойчиво доставал меня, с предложениями выкупить у искателей часть военного снаряжения. Парня сильно разочаровало то, что кроме полезных бытовых мелочей я не взял ничего. По его мнению, мне нужно было вооружиться до зубов, забрав не только доспехи, но также и щит, и меч. На вопрос, как он представляет меня за стойкой во всей этой амуниции, пацан обиделся, и дулся на меня уже второй день. И это ещё я не признался ему, что часть трофеев и так может достаться мне по праву добычи.
   Осмотрев местность, опросив меня и старосту, составив с наших слов описание убежавших бандитов, стражники засобирались обратно. Под их охраной выдвигались и искатели, расположив своих раненых и трофеи в арендованной у крестьян телеге. К телеге прилагалась мелкая лошадка и сам крестьянин в качестве возницы.
   Я тоже присоединился к их компании, взгромоздившись на самую смирную кобылку в нашем маленьком табуне. И если обихаживать лошадей за время работы на постоялом дворе я научился, то с верховой ездой всё было не так радужно. Но надежда немного улучшить свои навыки за время поездки в город меня не покидала.
   Прибыв в город, и устроив раненых у целителя, мы решили отправиться сначала к магу, а затем к оружейнику. Маг не разочаровал ожидания искателей. Всё оказалось почти так, как говорил, только в кулоне вместо защитного заклинания было атакующее -"Ледяные стрелы". Брошки оказались слабыми оберегами против негативных воздействий типа порчи или сглаза - серьёзной магии они были не помеха. Кинжалы маг спокойно отложил в сторону, заявив, что кроме чар прочности и сохранности на них ничего нет, но вот поножи, привлекли значительно больше внимания. После различных манипуляций, до нашего сведения было доведено, что в поножах находится заклинание "Укрепления", позволяющее владельцу артефакта до истощения заряда заклинания не бояться даже очень сильных ударов. Обычно такие заклинания накладывались на целые комплекты доспехов.
   Стоимость трофеев звучала довольно приятно для искателей. Даже учитывая, что Лестин получал двойную долю как командир, на каждого из членов группы приходилось почти два золотых. Конечно, не так, как в прошлый поход нашей группы, но тоже очень неплохо. А ведь ещё в телеге ждали трофейные комплекты брони и оружия. Мне же, был предложен на выбор кулон ледяных стрел или накопитель, при том, что каждый был оценен в три золотых.
   - Не гневи богов, только лошадь на три золотых потянет! - возмутился я.
   - Так-то так. Но барышники тебе более полутора не дадут, - парировал Лестин: - А если покупать магические штуки в лавке, тоже по полной посчитают. А в твоем селе разве кто три золотых на коняшку наскребет? А хочешь, цацки магу сдадим и с тобой деньгами рассчитаемся?
   - А про зелье исцеления уже забыл?
   - Ох ты, точно! Замотался совсем, - повинился Лестин: - Тогда ты добавь что-нибудь или можем деньгами отдать. Тут ты сам смотри - мне всё равно, но вещами всяко выгоднее получается.
   Его доводы выглядели довольно резонно, и следовало сделать выбор - артефакты или живые деньги. О полной стоимости кулона судить было сложно, но предлагаемый накопитель точно стоил больше трёх золотых - это я с прошлого визита в лавку мага запомнил. В итоге, я решился, тем более, кандидаты на запрошенные вещи у меня имелись:
   - Если к кулону добавишь кинжал и брошь, тогда по рукам!
   Пришёл черёд задуматься Лестину - вместе, брошь и кинжал оценивались в восемдесят серебряных, и, соответственно, доля каждого из команды уменьшалась на несколько десятков монет. Бросив взгляд на сопровождающего нас арбалетчика, и увидев его кивок, Лестин протянул руку:
   - Что с тобой поделать, забирай!
   После того, как я упрятал полученные вещи в мешок, наши пути разошлись. Искатели остались улаживать денежные вопросы с магом, а я, договорившись с возницей насчёт обратной дороги, отправился в лавку к оружейнику. Во-первых, мне было интересно прицениться к доспехам и оружию, которые отошли искателям, а во-вторых, хотелось чем-то поощрить Невара - пацан заслужил.
   Лавка встретила меня запахами дерева, металла и кожи. Хозяин не бедствовал, и свет осветительных шаров, развешанных по залу в достаточном количестве, отбрасывал тусклые блики от полированной поверхности изрядного количества смертоносного металла упорядоченно разложенного на широких стендах. Тут же стояли манекены, одетые в различные доспехи, предназначенные для защиты от упомянутого выше железа.
   Покупатель мог выбрать броню из любого материала - начиная от кожи и заканчивая полным панцирным доспехом, украшенным затейливыми строчками рун и больше похожего на статую, чем на доспех. Означенный доспех привлекал внимание ещё и тем, что вместо забрала, обзорная щель шлема была закрыта широкой полосой зеленоватого стекла, по-видимому, защищавшей глаза владельца от метательного оружия.
   Продавец, внешность которого привлекала к себе внимание, благодаря огромного размера усам, дал мне время освоиться в лавке, а затем спросил:
   - Чем могу помочь, господин?
   Оторвавшись от разглядывания орудий для смертоубийства, я спросил:
   - Подскажите, есть ли у вас что-то простенькое, чтобы привить пацану уважительное отношение к оружию?
   - Какого возраста мальчик? - уточнил усач.
   - Парень 12-ти лет, во-о-о-т такого роста, - показал рукой я и усмехнулся: - Жутко оружием интересуется, так пусть, думаю, сначала поймёт, что это не игрушки.
   - РазумноРаПР , - пошевелил усами продавец и начал рассуждать вслух: - Для этой цели Вам идеально подойдёт праща. Стоимость у неё копеечная, а голышей набрать у реки несложно. Можно, конечно, и свинцовых снарядов взять, но для начала это без толку, всё равно поулетают бог знает куда. Лучше пусть помучается пол-годика, зато поймёт, что к любому оружию сноровка нужна, а там и что-то посерьезнее в руки дать можно. Так что, будете брать?
   - Беру конечно. Это именно то, что нужно! - обрадовался я.
   - Отлично, у меня всегда лежит парочка, обычно их пастухи берут, - с этими словами продавец скрылся в подсобке. Выйдя, он положил на прилавок две пращи: - Какую соизволите выбрать? Обычная - за двадцать медяков или усиленная за шестьдесят?
   Обычная - то есть, невзрачный кожаный ремешок с петлёй для руки и ложей для снаряда меня не сильно вдохновила, поэтому я взял с прилавка осмотреть усиленную. Эта праща отличалась от предыдущей в лучшую сторону, да и выглядела надёжней - шнурок был сплетён из нескольких тонких жил, а ложе для снаряда укреплено тройной строчкой толстой нити. Поэтому неудивительно, что по результатам осмотра, в мой заплечный мешок переместился более презентабельный вариант.
   После покупки пращи я ещё немного побродил по лавке, интересуясь у продавца теми или иными ценами, одновременно сравнивая их с оценкой вооружения, сделанной Лестином. Учитывая разницу в цене покупки и продажи, цены приблизительно соответствовали тем, согласно которым мы проводили раздел добычи, что с моей точки зрения характеризовало искателя крайне позитивно.
   С запланированными делами было покончено, но прежде чем покинуть город, мне требовалось посетить "Серебряную бочку", точнее не её, а одного обитающего там мага. Я надеялся, под предлогом необходимости экспертного мнения о полученном артефакте, выведать у него подробности о процессе пользования этим магическим предметом.
   Мне повезло, и Влаат оказался на месте. С интересом покрутив в руках выуженный из мешка кулон, он поинтересовался:
   - Где взял?
   Я решил ничего не скрывать, и рассказал о произошедшем нападении на постоялом дворе. Услышав подробности, посерьёзневший маг сунул мне в руки кулон со словами:
   - С кулоном потом. А сейчас пошли, тебя обязательно должен послушать Тирен.
   Внимательно выслушав повторение моего рассказа, и переспросив несколько подробностей, Тирен досадливо поморщился:
   - А ведь были предложения создать что-то наподобие гильдии. Даже если не гильдию, то хоть как-то организоваться, ведь сколько искателей в последнее время пропало! Так нет, все самостоятельные до ужаса, вот и мрут как мухи, со своей самостоятельностью. Спасибо за рассказ, надо знакомым рассказать, чтобы были начеку.
   - Только меня там не было, хорошо? - попросил я.
   - Конечно, я ж всё понимаю, - успокоил меня Тирен: - Если твои знакомцы-искатели не проговорятся, никто не узнает. Хотя я Лестина знаю - мужик правильный, в подставах замечен не был. Да, а что там насчёт убежавших?
   - Их описание выдали стражникам, будут искать, - ответил я.
   - Ну, если установить дополнительную премию за поимку, искать будут лучше, - засобирался Тирен: - Пойду погутарю со знакомыми, думаю, общество скинется монетой. Нельзя такого спускать, а то скоро нас прямо на улицах грабить начнут!
   Уход Тирена, позволил вернуться к теме кулона. На заднем дворе трактира Влаат продемонстрировал мне действие артефакта. Перед магом сконденсировалась морозная дымка, а из неё в сторону кучи мусора с огромной скоростью вылетело небольшое облако сосулек. Итогом заклинания стал раскиданный по всему двору мусор, и ругающийся Герх, в этот момент, некстати выглянувший из трактира.
   - И это всё? - немного разочарованно протянул я.
   - Нет конечно, - рассмеялся маг: - На самом деле это приблизительно десятая часть от полной мощности заклинания. А так, и размер снарядов крупнее сделать можно, и площадь поражения побольше. Обученный маг может задать любую конфигурацию заклинания, хоть точечную, хоть круговую. Но сильные всплески заклинаний может засечь городской маг, а ненужные объяснения мне ни к чему.
   - А простые люди могут этим артефактом воспользоваться? - поинтересовался я.
   - Тебе повезло, в артефакте есть соответствующий блок. Работает это так - берешь кулон в руку, направляешь в сторону врага и мысленно представляешь поток льда. Правда мощность отрегулировать не получится, как и площадь поражения, заклинание сработает на максимальной мощности, так что смотри, чтобы перед тобой не стояло союзников, - обнадёжил и сразу же разочаровал маг.
   - А заряжать его сложно? - поспешил я выяснить важную деталь.
   - Нет, всё так же, как с простым накопителем, - пожал плечами Влаат: - Только стоить это подороже будет, всё-таки мощность у него приличная, несопоставимая с тем камушком, что ты мне показывал. Только, если надумаешь продавать, советую наведаться к нашему скупщику, получишь не три, а все четыре золотых.
   - Спасибо, но я пока окончательно не решил, стоит ли расставаться с такой интересной вещью, - поблагодарил я мага.
   На этом, история с нападением для меня и завершилась. Правда, благодаря вознице, регулярно доставлявшем припасы в наше село, до нас доходили слухи о разборках искателей с обнаглевшим криминальным элементом, после которых, последние, потеряв несколько десяток головорезов, притихли и затаились. К моей радости, мне не пришлось принимать участия в этих событиях, а когда до меня долетела новость, что два сбежавших разбойника были пойманы оживившейся стражей и отправлены на каторгу, опасения, камнем лежавшие на душе, окончательно рассеялись, и я наконец-то смог облегченно вздохнуть.
   Праща была торжественно вручена Невару, и послужила причиной всплеска интереса среди подрастающего населения деревни к метательном оружию. Судя по тому, что вороны теперь предпочитают облетать деревенские огороды стороной, крестьян ждёт неслабое повышение урожайности. Это была позитивная сторона юношеского увлечения, но была и негативная составляющая, заключавшаяся в том, что целями юных метателей становились не только вороны. В течение нескольких месяцев, пока повальное увлечение пращей не сошло на нет, кошки предпочитали передвигаться по деревне короткими перебежками от укрытия к укрытию, а собаки взяли в моду лаять прямо из будки, не показываясь наружу.
   Лето закончилось, и за мелкими хлопотами прошла пора ярмарок и сбора урожая. Выторг на постоялом дворе сначала упал, но по мере окончания заготовительных работ и продажи излишков в городе, у крестьян появлялись лишние монеты, часть из которых они были не прочь потратить в своё удовольствие.
   Местное "общество" приняло меня за своего, и одним из признаков, указывающих на это, являлись участившиеся визиты женской части населения, приходившие якобы за лекарствами. Однако, выражение лиц и оценивающие взгляды таких посетительниц напоминали мне взгляд торговца крупным рогатым скотом, заметившего в загоне подходящий экземпляр, и размышляющего, как бы половчее поставить его в стойло.
   Мне казалось, что вот-вот и меня начнут ощупывать как призового жеребца и заглядывать в рот, проверяя состояние зубов. От такого внимания становилось не по себе, а местные мужики воспринимали ситуацию как развлекательный сериал, и со скабрёзными шуточками обсуждали теперь, кто же меня охомутает.
   Хорошо хоть, что я догадался узнать о царящих тут нравах в области отношений мужчина/женщина, поскольку они тут довольно патриархальны, а сказанный невпопад или на неправильную тему комплимент может послужить причиной для женитьбы. Поэтому, я очень осторожно общался с местными дамами, стараясь свести общение лишь к деловым темам.
   Судя по всему, мои потуги дали обратный эффект, и как мне по секрету шепнула повариха, теперь во время обсуждения меня любимого к эпитетам, которые местные кумушки использовали в своём разговоре, кроме фраз "совсем ещё не старый" и "деньги водятся" добавилась такая характеристика как "хозяйственный", что делало моё положение совсем уж печальным.
   Не стоит говорить, с каким облегчением я согласился на поступившее от Тирена предложение присоединиться к ним в последнем в этом году походе за артефактами. Далее, начиналась пора затяжных дождей, и любой выход в поле осложнялся чередой препятствий - начиная от форсирования разбухших от проливных ливней ручьев и заканчивая килограммами глины, намертво пристававшей к сапогам, и превращавшей поход в сущее мучение. Кроме того, в любом раскопе очень быстро скапливалась вода, и уже через несколько минут на дне раскопа появлялись лужи, а через полчаса - на его месте образовывался небольшой прудик. Работать в таких условия было практически невозможно. Нет, находились сорвиголовы и отчаявшиеся, оставшиеся на мели искатели, которые выходили и в такую погоду, но процент удачных поисков при таких условиях был совсем низким.
   Но пока ливни не начались, у команды было время закончить раскопки на уже проверенном месте. Для этого Тирен увеличил команду, и теперь вместо двойки мечников нас охраняло уже три бойца, а копать должны были ваш покорный слуга, Вагн, который не мог пропустить такую возможность, и ещё тройка копателей, уже доказавших свою надёжность в походах с другими группами. Магический поиск и безопасность обеспечивал немного поправившийся от сидячего образа жизни Влаат.
   В путь двинулись традиционно - ещё до рассвета. Утренняя прохлада изрядно бодрила, и поэтому сна не было ни в одном глазу. С листьев за шиворот капала холодная роса, вызывая непроизвольные передергивания плечами. Лес уже почувствовал поступь приближающейся осени, но зелень чащи не успела сменить свой цвет. Заплатки жёлтого и багряного цветов лишь редкими каплями вносили разнообразие в зеленое море чащи, издалека бросаясь в глаза. Осень - богатая пора, поэтому откормленные на разжиревших травоядных хищники не должны быть агрессивными, но бдительности никто не снижал.
   Путь до места стоянки прошёл без происшествий. С учётом ночного похолодания от опушки до лагеря на плечах пришлось тащить дополнительные вязанки дров, чтобы в дальнейшем не отвлекаться на поиски топлива. Маг сразу приступил к уточнению мест раскопов, благо ближайшими из них были отмеченные, но не проверенные в прошлый раз. Конечно, уходя, мы вынули все колышки, но перед этим маг сделав себе схему, так что для него не было проблемой сразу указать нам места для работы. Закончив первоначальные приготовления в лагере, мы приступили к работе.
   А маг всё продолжал бродить по округе, всматриваясь в свой поисковый артефакт, однако, результатами его поисков стала всего лишь парочка новых колышков, установленных в нескольких десятках метров от холма.
   Солнце жарило не так сильно, поэтому работалось легче, и до заката мы планировали закончить хотя бы три раскопа. Сперва, в яме могло показаться прохладно, но мы от холода не страдали. Разгорячённые тяжёлой работой и войдя в ритм монотонных движений, мы с Вагном как два экскаватора выкидывали грунт наружу, уверенно углубляя раскоп. Его глубина уже превысила два метра, но какие-либо находки пока отсутствовали.
   Тирен стоял возле нашего раскопа. Его уверенность в нашей удачливости была непоколебима, поэтому он ждал, когда мы докопаемся до очередной ценной находки. И его уверенность нескоро, но подтвердилась - моя лопата звякнула о какой-то, явно металлический предмет. При постепенном освобождении немаленькой находки от наслоений грунта, стало ясно, что в этот раз нашей добычей стал броневой доспех боевой лошади в отличном состоянии. Присоединившийся к нам в раскопе маг дал авторитетное заключение, что доспех защищён не только чарами прочности, но и несёт в себе несколько защитных заклинаний, защищающих лошадь и её наездника.
   Вообщем, находка была непростой и Тирен просто пританцовывал от радости - подобный комплект являлся статусной вещью, которую мог позволить себе лишь очень обеспеченный вельможа. Уяснив ценность находки, мы с удвоенным пылом начали расширять раскоп, надеясь здесь же отыскать останки хозяина лошадки, на котором, судя по уже найденному доспеху, должны иметься и более дорогие артефакты. К сожалению, владелец лошади не разделил судьбу своего коня (оптимистичный вариант) либо погиб в другом месте (реалистичный вариант). Полностью освободив находку от земли, мы убедились, что доспех не имеет никаких повреждений, а конь, судя по костям, погиб в результате падения. Наш предводитель довольно потирал руки, подсчитывая приблизительную цену находки, и подначивал нас фразами на тему "а что я говорил?".
   Остальные три дня прошли под знаменем безостановочного махания лопатой. За это время, ни один из серьёзных хищников нас не побеспокоил. Однажды ночью в лагерь попыталась заползти змея-мутант, имеющая, помимо вполне заурядной змеиной внешности, шесть пар лап. Вовремя предупрежденные с помощью охранных заклинаний мага, мы попросту забили этот курьёз лопатой. К слову, змея двигалась намного шустрее своих безногих товарок.
   Более опасным и представляющим серьёзную угрозу жизни для компаний искателей, не имеющих в своём отряде мага, было нападение роя некро-пчёл. Рой этих насекомых, видимо, попал под заклинание из школы некромантии, но полностью не погиб, а частично переродился. Теперь, вместо того, чтобы собирать пыльцу, как надлежит порядочным пчёлам, рой поддерживал своё существование нападениями на живых существ, полностью высасывая из последних жизнь. Хорошо, хоть возможность размножаться эти насекомые потеряли, и численность роя со временем постепенно снижалась.
   Но для обитателей леса, и людей не защищённых магически они представляли смертельную опасность. По команде, нам пришлось бросить инструмент, выкарабкиваться из раскопов и шустро бежать к защитной сфере, которую создал маг. Замешкавшийся, и забежавший в пределы сферы последним копатель из новеньких получил укус в ногу, что вылилось ему в тут же образовавшийся и отливавший неестественной чернотой синяк размером с кулак.
   Преследовавший нас рой по инерции влетел в сферу действия защитного заклинания и вспыхнул сотнями крошечных огоньков, после чего пеплом осыпался на землю. К счастью, инстинктом самосохранения эти твари не обладали и даже запоздавшие тупо летели к ближайшей доступной цели, сгорая в пламени защитного заклинания. Подождав несколько десятков минут и убедившись в том, что весь рой нашёл свою смерть благодаря защите отрядного мага, мы вернулись к работе.
   В этот раз вещи попадались почему-то крупногабаритные. Не считая конского доспеха, были обнаружены: двуручный меч, почти ростовой щит, две длинных кольчуги и, напоследок, украшенный гравировкой латный нагрудник с наручами и шлемом. Конечно, хотелось бы найти и остальные части этого доспеха, но, к сожалению, в раскопе была найдена только верхняя часть скелета воина. О том, куда делась нижняя часть, не хотелось и думать. Конечно, кроме крупных находок находилась и всякая мелочевка вроде накопителей и разряженных амулетов, но особо ценных среди них не попадалось. По окончанию раскопок, выкопали и припрятанное седло.
   Куча трофеев получилась солидной как по весу так и по объёму. Деньги на этот раз в раскопах практически не встречались, поэтому живыми деньгами каждому копателю пришлось всего лишь по пять серебряных на брата. Зато количество найденной добычи обещало солидный куш, в ожидании которого все были согласны попыхтеть под дополнительным весом. Усложнял переноску добычи не столько вес, сколько объёмность трофеев. Чёртово седло, доставшееся мне, я прицепил веревками к спине, и теперь чувствовал себя лошадью, в немаленькой мере благодаря попутчикам, отпускающим плоские шутки на эту тему. Всю тяжесть несли, ясное дело, копатели - бойцы и маг должны были быть постоянно готовыми к отражению атаки, и нагружать их грузом, лишая подвижности, было нецелесообразно.
   О том, что мы очень вовремя закончили свой поиск, стало ясно очень скоро - уже в начале дня стал накрапывать мелкий дождик. Постепенно мелкие капли увеличивались и уже к обеду незаметный дождик превратился в проливной ливень. Идти стало сложнее, мокрые стволы упавших деревьев норовили выскользнуть из под ног, а шум падающей воды заглушал все остальные звуки. Накинутые сверху плащи помогали от дождя, но в то же время, из-за капюшона сильно сужали сектор обзора.
   Всего лишь за день марша под проливным дождём мы основательно вымотались. Найдя относительно сухое местечко под лапами огромной ели, мы устроились на привал. Вместо аромата вкусной каши над стоянкой поплыл неаппетитный запах мокрых портянок, вывешенных на просушку. Уставшие искатели с облегчением скинули тяжелую ношу и попадали на хвою. Часть группы просто сидела, с наслаждением вытянув ноги, а другая часть сразу принялась доставать из рюкзаков остатки сухого пайка. О полноценном ужине мечтать не приходилось, но по кружке горячего настоя досталось каждому. Маг не поленился создать свой охранный контур, мы распределили дежурства, и завалились спать.
   Следующее утро встретило нас промозглой прохладой. Дождь так и не прекратился, и за ночь серьёзно похолодало. Кутающиеся в плащи искатели зябко тянули руки к крохотному костерку, нецензурными словами ругая установившуюся погоду. Задерживаться на месте стоянки не стали - каждый хотел побыстрее добраться до цивилизации и очутиться в месте, где на голову не капает вода.
   И опять нескончаемый шум дождя, чавканье под ногами и спина впередиидущего. Из-за дождя казалось, что весь лес вымер - не было слышно ни привычного щебетания птиц, ни шуршания в кустах вездесущих грызунов. Казалось, все звери забились по норам, пережидая потоп, но в действительности это было не так, в чём мы скоро убедились.
   Идущий вторым маг, поднял руку, привлекая внимание всей группы:
   - Усилить внимание! Заклинание поиска показывает что-то непонятное!
   Группа замедлила шаг и усиленно завертела головами, а воины положили руки на оголовья мечей, готовые при малейшем признаке опасности встретить её во всеоружии. Предупреждающий крик мага совпал с ударом сверху, бросившим меня на землю. Не успев выставить руки и оглушённый от удара головой об торчащие из земли корни, я вяло ворочался на земле. Сознание немного поплыло, и я воспринимал обстановку с некоторой отстранённостью.
   Мое тело оказалось придавленным сверху не только тяжёлым рюкзаком и седлом, но и каким-то дополнительным весом, а в спину отдавались ощутимые удары. Над головой раздавалось непонятное шипение, громкие вопли и отборный мат. Неосмотрительно выставленную в поисках опоры правую руку несколько раз обожгло резкой болью, а все мои попытки перекатиться были безрезультатны. Чувствовать себя беспомощным, не понимая, что творится вокруг, и не имея возможности на что-то повлиять, было очень страшно.
   Наконец, тяжесть со спины исчезла, а Вагн схватил за руку и помог мне встать на ноги. Обернувшись, я осмотрел поле боя. Мой взгляд остановился на застывшем оскале огромного паука, лежавшем неподалёку от меня и даже после смерти угрожающим миру острыми жвалами. Бурого цвета шкура (или хитин?) насекомого покрытая мелкими волосками оказалась рассечена в нескольких местах, но точку, несомненно, поставила оглобля двуручного меча, ранее пребывавшего в поклаже Вагна. Удар двуручника пробил паука насквозь и пришпилил его тело к земле. Лапы паука ещё рефлекторно подёргивались, но было ясно, что теперь он не представляет угрозы.
   Слова благодарности застряли у меня в горле, поскольку я увидел, как ещё одну тушу - двойника, лежащего передо мной паука, оттаскивают от лежащей ничком фигуры одного из копателей нашей команды. Воины с обнажёнными мечами заняли позицию вокруг нас, а маг бросился к лежащему телу. Через непродолжительное время Влаат поднялся, огорченно разводя руками. Я непонимающе уставился на него - как же так, потерять товарища, ставшего жертвой пусть большого, но насекомого, и это под охраной вооружённых воинов и мага? Такая несправедливость просто не укладывалась в голове.
   Наконец, я обратил внимание и на себя. Под всплеском адреналина сначала боль не ощущалась, но теперь рука стала ощутимо болеть. Подошедший маг усадил меня под ближайшим деревом и занялся кровавой прорехой на правом рукаве. Для этого мне пришлось снять плащ, также обзавёдшийся несколькими неаккуратными дырами. Обработав рану, Влаат применил заклятие исцеления, а затем, наложил тряпичную повязку. Для того, чтобы отвлечься от дёргающей боли, я разглядывал свою поклажу, сваленную рядом со мной с левой стороны, начиная понимать, как мне повезло.
   Во время нападения вся ярость насекомого оказалась (очень удачно для меня) направлена на предмет постоянных шуток всего отряда - седло. Крепкая кожа, триста лет уверенно сопротивлявшаяся влиянию времени не смогла ничего противопоставить острым жвалам паука и оказалась изрядно перепахана его укусами. Глубокие рваные полосы на плотной коже, покрытые белесыми потёками подозрительного вида слизи, демонстрировали, с какой яростью паук пытался добраться до моей шеи. В некоторых местах седло было прогрызено практически насквозь, и только своевременная помощь соратников позволила мне не стать очередной жертвой хищного насекомого.
   По факту, изделие было приведено в полную негодность, но благодаря ему была спасена моя жизнь, что для меня было намного важнее. С дрожью представив, что было бы, если бы я шёл в одиночку, я даже замотал головой, отгоняя от себя страшные картины.
   - Что случилось, где-то ещё зацепило? - забеспокоился маг.
   - Всё в порядке, это нервное, - признался я.
   - Ты посиди, посиди пока, - посоветовал маг: - Остальные без тебя справятся.
   Не желая задерживаться на месте нападения, Тирен дал команду копать могилу, а сам занялся перераспределением груза между носильщиками. Маг в это время ковырялся в трупах пауков, время от времени что-то отрезая и раскладывая в стеклянные ёмкости, выуженные из походного мешка.
   Пока товарищи погибшего копали ему могилу, Вагн помогал мне, быстрыми стежками стягивая прорехи на одежде. Покопавшись в рюкзаке, я достал пузырёк укрепляющей настойки и не задерживаясь выпил. Горечь лесных трав, огненной волной прокатившись по пищеводу, отодвинула боль на задний план и прояснила голову. Вернулась, потерявшаяся было, резкость, а руки, наконец-то, перестали дрожать. Уверенно утвердившись на ногах, я направился в сторону могилы, в которую уже опускали тело искателя.
   На долгие прощания времени не было, поскольку на дне могилы начала скапливаться вода. Перепачканные в глине копатели в мрачном молчании опять взялись за лопаты. Их взгляды, изредка бросаемые на воинов и мага, доброжелательностью явно не отличались. И хотя все были предупреждены об потенциальных опасностях поиска, однако внезапное нападение пауков и трагическая гибель товарища изрядно их деморализовали.
   Прочитав над могилой заупокойную молитву, Тирен дал команду выдвигаться. Мне, как раненому, груз не увеличили, зато остальным копателям пришлось напрячься под дополнительным весом. К счастью, выпитая настойка дала мне возможность выдерживать заданный Тиреном высокий темп марша.
   Позади нашей команды, цепочкой скрывавшейся в мокром лесу, оставались свежая могила и потрёпанное седло, как памятник и дань опасностям Проклятого леса.

Глава 7

  
   Сидя у камина, я размышлял, что можно было сделать для того, чтобы избежать нападения паука. Наличие атакующего артефакта, сильно повлияло на меня, и я почему-то стал полагать (самонадеянно, и как показала практика - ошибочно), что смогу защититься от опасности при походах в лесу. В голову даже закрадывалась мысль одиночного рейда за погребённой магической книгой, которая вызывала у меня нешуточный интерес.
   И что же? Последний поиск наглядно показал мою беспомощность при защите жизни и здоровья в любой достаточно нестандартной ситуации. Что было бы при атаке некро-пчёл, если бы в компании не было мага? Ответ один - смерть. Что было бы, если бы не слепая удача, подарившая мне в качестве груза седло и наличие своевременной помощи товарищей? Опять же - смерть. Ведь даже змею мы обнаружили благодаря заблаговременному сообщению мага, и совсем не уверен, что она показалась мне такой же безобидной, если бы атаковала мою глупую тушку во сне!
   Вывод один - несмотря на все мои потуги, я всё ещё не готов к одиночному плаванию в здешних условиях, а вся моя самоуверенность не стоит и выеденного яйца. Хорошо ещё, что моё здоровье благодаря развитой медицине Земли по сравнению со сверстниками-крестьянами было довольно неплохим, но ведь оно может ухудшиться, а для получения серьёзной врачебной помощи в этом мире необходимо иметь приличный, и главное стабильный, доход.
   Если бы не опасения стать подопытной тушкой, я бы давно бежал в сторону магической школы, наплевав на свои принципы не давать никаких клятв. Все маги Империи живут с магической клятвой, авось, и я смог бы. К сожалению, о магах я знал до обидного мало, и спросить было не у кого. И если в общем об Империи и её законах Постепенно я узнавал всё больше, то в связи с ограниченностью круга общения некоторые темы, оставались для меня тайной за семью замками.
   Хотя, может быть и хорошо, что меня закинуло в заброшенную глубинку империи, которая практически не интересует центральные власти, и где официальные лица чувствуют себя совершенно расслабленно. Думаю, если бы я появился в центральных областях, ко мне могли бы возникнуть серьёзные вопросы. А так я более-менее устроился, спокойно выучил язык, обзавёлся знакомствами и имею все возможности для дальнейшего роста. Главное, правильно определить, в каком направлении следует расти...
   Возвращение из поиска было совсем не радостным. Потеря одного из спутников напрочь отбила желание праздновать и члены группы, получив причитающиеся им доли разбежались по своим делам. А добыча была довольно богатая - суммарная стоимость наших находок почти достигла ста золотых. Каждому копателю, в том числе и мне, досталось чуть более пяти с половиной золотых. Такая сумма поразила новых членов группы и в некоторой степ ени примирила со смертью товарища. Как выразился один из копателей: "На поле все под смертью ходим, но за такие деньжищи я готов рискнуть ещё раз!".
   Вернувшись в село, я с огромным удовольствием окунулся в мирный быт. Кроме обычных обязанностей хозяина постоялого двора я с удвоенным пылом налёг на изучение письменности, в чём мне помогал не только букварь, но и купленная в городе книжечка с образчиком местной культуры в виде мемуаров, называемая "Семь путешествий купца Искария".
   На постоялом дворе также начались ремонтные работы. С окончанием полевых работ местные жители всё охотнее соглашались на подработки. Так, были успешно заменены на свежие подгнившие доски на фасаде, подправлены элементы интерьера, укреплён дымоход, утеплена баня. Но в мыслях у меня крутились более серьезные планы. Эти планы сначала были обстоятельно обсуждены со старостой, кузнецом и наиболее рукастыми деревенскими мужиками.
   Я, много ли мало, решил устроить на постоялом дворе водопровод! Надоело, знаете ли, таскать воду ведрами.
   Для этой цели должна была быть построена водонапорная башня, соединённая акведуком с речкой. Для поднятия воды на уровень башни мне вспомнилось лишь два способа - винт Архимеда и водяное колесо. Второй вариант выглядел более просто, поэтому на нём и остановились. И теперь мы сообща с авторитетными жителями селения мозговали как бы эту систему устроить. Прослышав про нашу затею, строительством заинтересовались крестьяне, наделы которых были расположены вдоль линии планируемой прокладки акведука. За возможность использовать воду из акведука для полива огородов они соглашались принимать в его постройке самое активно участие совершенно бесплатно. Из-за увеличившегося количества пользователей размер водоналивного колеса приходилось планировать всё больше, а для расчёта трассы акведука пришлось вспомнить школьные формулы из курса геометрии.
   Первую проблему - поиск мастеров для постройки большой емкости для сбора воды взял на себя староста. Его родственники занимались изготовлением бочек для различных нужд и были готовы взяться за подобный заказ. Для моих целей была запланирована бочка ёмкостью около пятисот литров, расположенная на уровне пяти метров вплотную к стене, по которой проходил дымоход от камина. Сама бочка защищалась от погодных условий тремя деревянными стенами и тесовой крышей, а четвертой стеной конструкции должна была служить стена самого постоялого двора. По задумке, благодаря постоянному притоку тепла со стороны дымохода вода в бочке не должна замерзать даже во время случающихся в этой местности непродолжительных морозов. Этому также должен был способствовать слой примитивного утеплителя из местного камыша. Климат здесь был довольно тёплым, и даже в самые суровые зимы температура редко опускалась ниже десяти градусов мороза, так что должно было хватить.
   Не буду рассказывать о всех мытарствах, которые ожидали меня на этом пути: о мучениях с расчётами производительности колеса и разработкой системы регулирования потока, отсутствии каких бы то ни было труб и кранов в ближайших окрестностях, тупости непосредственных исполнителей, вылезшей проблеме недостатка потока повлёкшей за собой постройку дамбы...
   Обо всех этих проблемах можно было бы говорить долго и вдохновенно, но несмотря на все препятствия, через два месяца после нового года, который тут отмечается в день зимнего солнцестояния, водопроводная система была введена в эксплуатацию.
   На взгляд нашего современника система была примитивна и малопроизводительна. Но она работала! Местные жители, наоборот, смотрели на систему, как на чудо инженерной мысли, а на причастных к её возведению, как на былинных героев. На мой взгляд, это было странновато, ведь водопровод, и сопутствующие ему строения по рассказам моих знакомых были довольно широко распространёны в центральной части империи. Оправдать их отсутствие в данной местности можно лишь стойким отсутствием платежеспособного спроса.
   Постройка водопроводной системы заставила меня раскошелиться, и сильно расшевелила повседневную жизнь деревни. Имелся и положительный результат - уже через два месяца ко мне потянулись люди из других сёл в окрестностях Катлори по поводу расчёта водоналивных колёс, а односельчане, поднаторевшие в постройке водопровода, за хорошую оплату охотно нанимались на аналогичную работу в других деревнях. В итоге, проект оказался прибыльным не только для меня, но и для многих жителей села.
   Но если вы думали, что всю зиму я занимался только водопроводом, то вы сильно ошибаетесь. Не были забыты ни тренировки с арбалетом, ни занятия письменностью, ни магические тренировки. И благодаря последним я научился в небольших пределах управлять своим кулоном.
   Поначалу, максимум, что у меня получалось, так это дать команду на высвобождении заклинания. После его активации, от меня с огромной скоростью широким фронтом расходился веер крупных сосулек. На расстоянии десяти метров установленные для проверки деревянные доски толщиной в ладонь такие сосульки пробивали влёт, но при этом, в безопасности себя могли чувствовать лишь те, кто находился непосредственно у меня за спиной. Так что, применение артефакта могло быть оправдано только при гарантированном отсутствии союзников впереди и сбоку. Кулон при таком срабатывании разряжался полностью и затем его приходилось заряжать целую неделю. Хорошо, что подтвердилась информация мага, и технология зарядки артефакта ничем не отличалась от уже привычной мне зарядки накопителя.
   Такой вариант срабатывания заклинания меня не устраивал, поскольку он сильно ограничивал возможности применения артефакта. К сожалению, возможность видеть переплетение магических нитей в средоточии артефакта, ничего мне не давала. Лезть внутрь артефакта, не зная даже азов и не понимая принципов действия заклинаний, мог только идиот. Поэтому, я пытался воздействовать на артефакт исключительно опосредованно.
   Признаюсь, что для нескольких десятков попыток, результат был не очень впечатляющий. Ограничить мощность срабатывания артефакта так и не вышло, но однажды, при мысленном усилии, направленном на визуальное представление желаемого угла конуса, осуществляемое одновременно с окутыванием артефакта маной, что-то в заклинании отозвалось, и при очередной активации вместо обычного веера, у меня получился узкий конус, бьющий в указанном направлении.
   К моей радости, узкий луч заклинания оказался значительно дальнобойнее своей широкоугольной вариации. Если при широком конусе уже в 30 метрах разлёт сосулек оказывался слишком большим, а убойная сила - недостаточной, то узкий конус заклинания при испытаниях на таком расстоянии решетил цели гарантированно. Прогресс в управлении артефактом сильно воодушевил меня, но других позитивных сдвигов пока не наблюдалось. Я не отчаивался и продолжал тренировки.
   Так, в постоянных делах и заботах пролетела вся зима, и впереди замаячили тёплые деньки. В разрывах облаков всё чаще показывалось пронзительно синее небо. Поутру на лужах ещё образовывался тонкий ледок, но из под земли уже показались робкие ростки зелени. Крестьяне доставали и проверяли инвентарь для посевной, но прежде, почти все жители села имеющие транспортные средства готовились посетить весеннюю ярмарку.
   Весенняя ярмарка была вторым по значимости торговым событием в окрестностях Катлори. Но если на осенней ярмарке местные жители в больше степени занимались продажей собственного товара выращенного на полях, то весенняя ярмарка давала возможность потратить нехитрые сбережения на редкости, привозимые из восточных королевств. После прекращения зимних ураганов, пока не повысилась температура воздуха, наступало самое благоприятное время для проводки караванов через пустыню. В эти месяцы торговля резко активизировалась и пустыню пересекали самые длинные караваны. Таким образом, весенняя ярмарка длилась около месяца, но самыми интересными были первые дни, поскольку они сопровождались праздничными выступлениями и народными гуляниями.
   Некоторые караванщики предпочитали вести торг исключительно в центральных областях Империи и проходила через Катлори транзитом. Также, немалая часть караванщиков оптом продавала свой груз имперским скупщикам, даже не доезжая до границ Феронского герцогства и поворачивала назад, полагая, что выгоднее сделать дополнительную ходку в Империю, чем пытаться получить за товар более высокую цену в центральных областях.
   Но оставалось достаточное количество купцов, которые направлялись в центр Империи и предпочитали после перехода по пустыне дать небольшую передышку людям и животным, останавливаясь на торговой площадке близ Катлори. Пока люди отдыхали, а большая часть груза оставалась на охраняемой стоянке, с одной или двух повозок шёл оживлённый торг с местными жителями - ведь плох тот купец, который проходит мимо своей выгоды.
   Для жителей Катлори и близлежащих деревень это была возможность развлечься, посмотреть на диковинные товары, а то и купить какую-нибудь редкость, вроде тех же специй. Подобная ярмарка не могла меня не заинтересовать, к тому же дети, с которыми я сроднился за прошедшее время, забросали меня просьбами о поездке. Хоть путешествие с ними сулило дополнительные хлопоты, отказывать не хотелось - уж слишком горели глазёнки при упоминании о редкостях, перевозимых караванами. Значит решено - поездке быть!
   И вот, наша компания стоит рядом с толстым столбом, вкопанным в землю к верхушке которого прибита яркая тряпица. Этот столб отмечает границу торговой площадки со стороны города. Подробности недолгого, но крайне утомительного путешествия по весенней распутице предпочту опустить.
   Да и стоит ли о них вспоминать, когда мы стоим в шаге от необычного, и крайне романтичного места, которое назвали бы на Земле восточным базаром? Когда в уши вливается неразборчивый гомон толпы, часто перекрываемый криками погонщиков, скрипом повозок и рёвом животных, а в череде ставших привычных имперских одежд, взгляд замечает просторные одеяния степенно шествующих купцов, и в то же время в нос лезут незнакомые, но очень аппетитные запахи готовящихся на жаровнях закусок. С повозок, упорядоченно расставленных в центре, доносятся крики зазывал, а чуть далее, из большого шатра доносится приглушенная музыка - видимо, местные деятели шоу-бизнеса уже начали представление. Дети восторженно пищат, и, кажется, готовы бежать сразу во все стороны одновременно.
   А вот этого нам не надо! Строго смотрю на них, и говорю:
   - Невар, на ярмарке я могу за всем не усмотреть, поэтому ты как старший отвечаешь за Литу.
   Всё, нездоровый пыл парня угас, уступив место ответственности за младшую сестру. Посерьёзнев, он взял девочку за руку:
   - Хорошо, дядя Миха.
   "Нет, всё-таки повезло мне с ними", - про себя умиляюсь я, а вслух заявляю:
   - Не бойтесь, пока всё тут не осмотрим, никуда не уедем.
   Уступая пожеланиям женской части коллектива, первыми были осмотрены ряды с тканями и одеждой. После осмотра предлагаемых товаров, можно было сделать вывод, что ремесленники из королевств сильно превосходят своих имперских визави в искусстве окраски тканей - предлагаемые на рынке ткани не отличались от местных по качеству, но по разнообразию расцветок выигрывали значительно. Дело не касалось высшего ценового сегмента - там, как и почти во всех отраслях, преимущество имели магические способы изготовления, но в других случаях привозные ткани успешно конкурировали с местными. Во всяком случае, зачастую крестьянин предпочитал переплатить, но привезти в подарок любимой карминовый, расписанный яркими узорами платок, а не блекло-коричневое "нечто" местного производства.
   Но заинтересованность у меня вызвали не сами ткани, а личности, торгующие этим товаром. Несмотря на обилие ярких цветов в предлагаемой продукции, одежда самих продавцов особыми расцветками похвастаться не могла. Коричневый, серый и светло-синие цвета - на этом цветовая гамма практически исчерпывалась. Основное отличие приезжих было не в цвете их одежды, а в её покрое. Свободный покрой с широкими рукавами рубашек, использование всевозможных накидок, и, наконец, обязательные головные платки из отбеленной ткани. В этих нарядах, их действительно было трудно спутать с имперцами.
   Расовых различий между жителями королевств и коренными имперцами обнаружить не удалось - на мой взгляд, выглядели они как те же имперцы, но только более загорелые. Учитывая то, что и говорили торговцы на таком же, как в Империи языке, разве что с необычным акцентом, становилось ясно, что принадлежат они к одной и той же этнической группе. Я некоторое время пофантазировал о причинах, вызвавших разделение единого народа, но тут меня вернули в реальность:
   - Господина что-то заинтересовало?
   Оказалось, что в раздумьях я отошёл от прилавка с тканями, и стоял сбоку от него, где как раз притулилась небольшая раскладка, заставленная небольшими разноцветными баночками. Пока я с удивлением рассматривал товар, пытаясь понять, что тут вообще продают, продавец, не дожидаясь моего ответа, начал демонстрировать содержимое баночек, откупоривая их и подавая мне со словами:
   - Любой сорт чая на ваш вкус!
   "О, чаёк! Это будет интересно", - с такими мыслями я начал перебирать предлагаемые баночки. По мере ознакомления с ассортиментом можно было констатировать, что в кои веки, реклама не сильно погрешила против истины - качество предоставленных образцов могло поспорить с магазинами элитных чаёв в которых мне доводилось захаживать. Тут было всё, начиная от нежных типсов, и заканчивая прессованными плюшками пуэра. Кроме привычного чая, продавец предлагал также множество других трав, которые были мне абсолютно незнакомы.
   Перебирая баночки продавец не забывал расхваливать свой товар, описывая положительные качества того или иного сорта. В зависимости от сорта чай помогал при некоторых болезнях, способствовал долголетию, улучшал настроение, чистил ауру, а также имел ещё множество других позитивных свойств. Некоторые сорта, по словам продавца, даже могли привлекать удачу.
   Скептически хмыкая в особо фантастических местах, я осматривал, щупал и даже нюхал предложенные образцы. Только сейчас понял, насколько соскучился по вкусу и запаху обычного чая. У местных, привычки пить чай замечено не было. Максимум, компоты из ягод или варенья, да травяные сборы из целебных трав в случае болезни. Привычного нам чая в деревне не было, а причину этого я понял, когда мне были озвучены цены на предлагаемый товар. Не, я понимаю, серебряный или два за эксклюзивность товара, но пятдесят серебряных за малую меру - это, по-моему, перебор.
   К тому моменту, как я с сожалением отвернулся от прилавка с чаем, женское любопытство на ближайшем участке рынка было удовлетворено, и мы могли двигаться дальше. До обеда удалось осмотреть большую часть рынка, но к этому времени мы успели немного устать и изрядно проголодаться. Поэтому, всеобщим голосованием было принято решение сделать остановку на обед.
   Местная кафешка отличалась минимализмом - огороженная снопами связанной травы территория под навесом, где роль мебели выполняли ковры и циновки, разложенные на земле. В качестве стульев предлагалось использовать подушки. Предлагаемые блюда здорово напомнили мне шаурму - мелко нарезанные овощи смешивались с горячей мясной начинкой, запаковывались в кульки из тонкого теста, немного обжаривались и подавались на деревянных тарелках. На выбор было десяток вариантов таких "конвертов".
   Естественно, блюда готовились на жаровне, расположенной тут же, поэтому в воздухе витали чертовски аппетитные запахи, вызывая обильное слюноотделение. Прослушав скромный перечень предлагаемых блюд, мы тут же сделали заказ и уже через пятнадцать минут вгрызались в пышущие ароматным паром хрустящие конвертики шаурмы.
   Когда первый голод был утолен, я немного отодвинулся от циновки, заменяющей стол и огляделся. Большинство из сидевших под навесом оказалось жителями империи, преимущественно горожанами, также как и мы пришедшими поглазеть на ярмарку. Но за соседним, так сказать, "столиком" вместе с имперцем расположился один из жителей королевств, причем оба, судя по недешевой одежде, относились к купеческому сословию.
   Поскольку размеры тента были не очень большими, я невольно стал свидетелем их беседы, причем, разобрав её предмет, начал прислушиваться целенаправленно. А разговор у них сначала пошёл о трудностях пересечении пустыни вообще, и ценах за место в караване, в частности. Купец жаловался собеседнику на жадность магов, сопровождающих караваны, на непредсказуемость погоды в нынешнем году, на возросшую цену на тягловую скотину и еще на десяток объективных трудностей, заставляющих подымать цену на товар. Его собеседник понимающе кивал, и в свою очередь, отмечал возросшую активность разбойников на дорогах, ухудшившееся состояние этих самых дорог, за которыми никто не следит (куда только уходят дорожные подати?), жадность магов, обеспечивающих сохранность товара, дороговизну охраны и другие трудности имперского негоцианта, которые делали возросшую цену товара неподъёмной для него. То есть за соседним столиком шёл банальный торг, хоть и укрытый в цветистые покрывала застольной беседы.
   За двадцать минут отдыха я узнал, что стоимость провода одного верхового животного составляет пять золотых, а чтобы провести телегу товара надо заплатить все двадцать. Купец жутко завидовал владельцам больших торговых компаний, имеющих собственных магов. Интересно, что особым условием путешествия через пустыню было наличие специальной тягловой скотины, о которой стоит рассказать отдельно.
   Если внешний вид большинства виденных в Империи домашних животных очень сильно походил на свои земные аналоги, то вот быки, которые тянули повозки через пустыню, лишь отдалённо напоминал своих имперских тезок. Руку даю на отсечение, что без магии тут не обошлось! Песочно-серая шкура местных "кораблей пустыни" при практически полном отсутствии шерсти была больше похожа на кожу пресмыкающихся, чем на кожу теплокровных животных. Загнутые вниз рога вкупе с гипертрофированным горбом на холке и вечной привычкой постоянно что-то пережевывать придавали животинам угрюмый вид.
   Также из разговора я узнал, что существовали более дешевые варианты прохода через пустыню, когда караваны снаряжались без магов и пытались проскочить на свой страх и риск. В своём разговоре купец ругал таких "голодранцев, крадущих прибыль у почтенных купцов" и отмечал, что "хорошо ещё, что большая часть так и остаётся в пустыне". В этом контексте купец отметил, что в связи с неустойчивостью погоды в этом году количество таких пропавших может возрасти, поскольку "они сами неожиданно попали в двухдневную бурю" и "если б не маг, там бы и остались".
   Больше ничего полезного из беседы купцов мне вынести не удалось, да и мои отдохнувшие спутники желали продолжить променад по рынку. Нашей целью был избран дальний угол рынка, в котором разместились торговцы экзотическими животными. Ушлые купцы и тут нашли возможность заработать денежку на фактически проданный товар (поскольку большинство из животных везлось под заказ), устроив что-то вроде "зоологического сада" и собирая по десять медяков с каждого, желающего посетить зверинец.
   Разорившись на тридцать медяков, не могу сказать, что пожалел о заплаченных деньгах. Больше всего в империю везли различных птиц, начиная от разного рода попугаев, и заканчивая хищниками, из-за чего этот угол рынка напоминал птичий базар. Особенно меня поразила большая зубастая птица, сильно смахивающая на птеродактиля. Причем впечатлила она меня не столько зубами, сколько ярким, насыщенным бирюзовым цветом своих перьев. Но только я подумал: "А как же она охотится, с таким-то окрасом?", силуэт птицы подёрнулся рябью, а затем практически растворился в воздухе. Вот это был номер! Мы отошли от клетки минут через пять, но птица так и не проявилась. А вот в магическом зрении птичка была довольно хорошо заметна, будто покрытая сеткой из голубоватых светящихся нитей.
   Другие экспонаты меня впечатлили значительно меньше. Парочка больших котов песчаной расцветки, выглядящих опасно даже в клетках, несколько небольших животных из семейства собачьих забавной "тигриной" расцветки, различные змеи, изумрудные ящерицы и огромный зверь, отдалённо похожий на носорога, но с другим строением черепа и рогами как у быка.
   Даже на меня посещения этого "зоопарка" произвело сильное впечатление. Что уж тут говорить о детях, которых буквально переполняли эмоции. Дёргая меня с разных сторон, они, захлёбываясь от восторга, делились своими впечатлениями, активно жестикулируя руками, описывая особенно приглянувшиеся экземпляры. Чувствовалось, что воспоминания об этой поездке останутся с ними на всю жизнь. А уж как им будут завидовать сверстники, которых родители не захотели или не смогли взять на эту ярмарку!
   Давая детям время выплеснуть эмоции я шёл по дороге, с широкой улыбкой слушая их звонкие голоса. Еще немного погуляем по рынку, а там останется переночевать в городе, и можно будет возвращаться домой. Да, за это время я привык к текущему положению вещей и ничего менять в ближайшее время не собирался. А что? Постоялый двор приносит стабильный доход, с магией тоже потихоньку-полегоньку разбираюсь. Через пару лет постоялый двор можно будет спокойно оставлять на Невара с Литой, ну и сам, я думаю, определюсь с направлением, куда и как двигаться дальше.
   Но, как говорится, хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах. Уже через пять минут все лелеемые мной задумки можно было выбросить в мусорное ведро.
   Началось всё с непонятного шума и криков, быстро приближавшегося в нашу сторону, а спустя несколько десятков секунд появился и его источник. Вдоль припаркованных у дороги повозок в нашу сторону летела двойка лошадей, запряжённых в крытый деревянный возок. На облучке сидел возница изо всех сил натягивающий вожжи, но, судя по всему, кони понесли и никак не реагировали на его усилия. Люди с паническими криками пытались убраться с пути обезумевших лошадей, но не всем это удавалось, и несколько изломанных тел уже отметило путь этого экипажа смерти. На моих глазах, правое колесо повозки наскочило на придорожный камень, и возница, нелепо взмахнув руками, отправился в непродолжительный полет, закончившийся в тенте ближайшей повозки.
   Для меня же всё происходило как в замедленной съёмке. И хотя прошло лишь несколько секунд, я успевал рассмотреть мельчайшие детали происходящего, начиная от налитых кровью глаз коней, до щербины в зубах возницы, летевшего по пологой траектории и раскрывшего рот в протяжном крике. И главное, что я четко понимал - убраться с пути обезумевшей двойки мы не успеваем.
   "Как обидно, что всё так нелепо закончится" - проскочила первая мысль, пока мои руки рефлекторно отбрасывали детей за спину.
   "Но детей-то за что?!" - выскочила вторая, и обида стала трансформироваться в ослепляющий гнев.
   Третьей мысли не было, поскольку проорав что-то матерное, я окунулся в то ощущение, которое испытал в лесу. Полностью открывшись океану энергии, с головой окунаясь в него и буквально превращаясь в его проводник. В этот раз ощущения воздушного шарика не было. Впечатление было такое, как будто вены, по ошибке, вместо крови наполнили песком или решили изнутри протереть до дыр наждачной бумагой.
   Не знаю, было ли это чудо, или помогли остатки гнева, что позволило удержать в узде бушующую в теле энергию и направить её вовне. И она покорилась, кипящим вихрем пронёсшись по всему организму и выплеснувшись призрачным потоком из протянутых в останавливающем жесте рук.
   Упряжка была уже в пяти метрах от нас, когда встретилась с гудящим на низкой ноте валом непойми-чего, что я отправил ему навстречу. Лошадей будто о бетонную стену размазало - с тошнотворным звуком кровавые ошмётки брызнули во все стороны. Возок постигла та же участь - мгновением позже его ударило и разломало на мелкие кусочки. Остатки повозки, превратившиеся в однородный тошнотворный винегрет улетели в противоположную от нас сторону и распределились по площади в несколько десятков метров. Попутно, не повезло стоящим у дороги повозкам, часть из которых разнесло в щепы, а часть, просто протащило по земле и перевернуло. К сожалению, не повезло и некоторым прохожим, которых зацепило разлетающимися от вихря деревянными обломками. Всё это сопровождалось громким треском и низкочастотным гулом, ощущающимся всем телом. Постепенно, поток энергии проходящий через организм иссякал, и вместе с ним исчезала полупрозрачная дымка защитившей нас магии.
   И наступила тишина... Но не абсолютная. То тут, то там ещё падали куски парусины и досок, да неуклюже ворочались на земле пострадавшие, оглашая воздух громкими стонами.
   Вынырнув из ступора, который продлился порядка десяти секунд, и с трудом преодолевая подступающую слабость, я схватил пребывающих в шоке детей за руки, и потащил их подальше от места происшествия. Мозг лихорадочно анализировал неизбежные последствия произошедшего. То, что инцидент привлечет внимание магов, говорить не приходится. Вопрос, насколько он их заинтересует, и насколько быстро меня начнут искать. Второй нюанс - это наличие пострадавших от моей магии, не говоря уже про изрядное количество уничтоженного и поврежденного имущества. Очень сомневаюсь, что кто-то будет входить в моё положение - скорее местный суд встанет на сторону пострадавших. Получается, что по местным меркам, я фактически преступник, хоть ещё и не осужден. Поэтому, надо как можно быстрее убираться с территории Империи, поскольку возместить нанесенный ущерб я точно не в состоянии.
   Постепенно, в мозгу выстраивался план будущих действий, тем более, часть мероприятий была давно продумана. И приступать к их выполнению надо немедленно. Не знаю, как быстро местная стража расследует преступления, но ранее они меня скоростью не поражали. Возможную реакцию магов, прогнозировать не имеет смысла, поскольку отсутствует хоть какая-то информация по этому поводу. Но, как минимум, они сначала должны добраться до места происшествия, и провести там какие-нибудь исследования, что, несомненно, займёт определённое время. Поэтому, какой-то временной зазор у меня есть. Насколько он большой, и хватит ли мне его, чтобы благополучно скрыться, покажет будущее.
   Посадив Литу на плечи, я со всей возможной скоростью поспешил в город, и пока добирался до него, провёл мысленную ревизию имеющегося при мне имущества. Комплект защитного снаряжения вместе с плащом лежит в гостиничном номере, как и арбалет с небольшим запасом болтов. Походный столовый набор и фляжка, тоже имеется, как и перемена одежды. С обувкой конечно, не так хорошо, но будем надеяться, в ближайшее время сапоги не развалятся. С деньгами так и вовсе хорошо вышло - благодаря тому, что ехали на ярмарку, при мне оказалось почти девять золотых. Про артефакт можно и не вспоминать, он и так постоянно при мне.
   Жалко, что письменный набор, вся бумага и книги остались в деревне. Там же большая часть одежды, несколько кинжалов, основной запас болтов. Все зелья, что обидно, тоже там. С собой в дорогу захватил лишь один лечебный пузырёк, так, на всякий пожарный. Ещё придётся решать проблему с транспортом. Если ранее, я бессовестно использовал "служебную" телегу Герха, то сейчас придётся потратиться на собственную лошадь.
   Детей я оставил на попечение Герха, которому предварительно объяснил сложившуюся ситуацию. Даже особо врать не пришлось, поскольку легенду о произошедших событий я выбрал наиболее близкую к правде, просто заменив в рассказе выброс маны на срабатывание защитного артефакта. Также высказал просьбу, оставить детей при постоялом дворе.
   - А что мне было делать? Да, я знал, что артефакт изрядной силы, но в той ситуации у меня выбора просто не было!
   - И что, много добра попортило? - хмуро поинтересовался Герх.
   - Три повозки, что поближе стояли, вообще в хлам, ну и еще с десяток изрядно побило. Сам подумай, откуда у меня такие деньжищи? А может и покалечило кого, так вообще труба... Нет у меня другого выхода, как бежать, - грустно подытожил я.
   - Вот ведь угораздило, - вздохнул Герх: - Но ты не боись, за мальцом с девчёнкой я пригляжу. Никто их из постоялого двора выкидывать не будет. А как в возраст войдут сами решат, куда дальше идти.
   - От всей души спасибо тебе, Герх, - поблагодарил я: - Привык я к этой малышне, прикипел сердцем.
   - Да не за что, - ответил Герх, и немного смущенно продолжил: - А подпиши-ка на всякий случай бумагу о разрыве договора. А то, мало ли как судейские смогут ситуацию повернуть.
   "Хитрый жук и тут перестраховывается", - грустно улыбнулся я. Но ничего плохого я в этом не видел, да и сам никак не заинтересован, чтобы мои личные косяки как-то отразились на друзьях. Поэтому, получив писчие принадлежности, я быстро набросал необходимый текст и отдал бумагу Герху. Оставалась самая тяжелая часть - перед отъездом следовало поговорить с детьми.
   Разговор затянулся на целый час. Сначала Лита плакала, и просила не уезжать, но с помощью Невара получилось её успокоить, и уверить, что это временный отъезд. С Неваром я же разговаривал как со взрослым. Объяснять ему, чем мне грозит попадание в руки местного правосудия не было необходимости.
   Отдал ему свои ключи, и объяснил где находится захоронка с зарядным кристаллом и деньгами.
   - Там порядка десяти золотых, - шокировал я паренька размером суммы: - Смотри, не вздумай транжирить! Присмотри лучше себе с Литой дом, неизвестно как у вас сложится с новым управляющим.
   - Но это огромные деньги, - пытался отказываться паренёк.
   - Мне они сейчас не помогут, а вам на пользу пойдут. Мало ли что может случиться, а так я хоть за вас спокоен буду, - убеждал я его, пока не заручился обещанием взять деньги.
   - Вещи мои из комнаты тоже все заберешь, - втолковывал я ему: - Смотри, сундучок с зельями не забудь, они дорого стоят. И лучше сам не торгуй, а через сына кузнеца продай, скажи, что я попросил.
   - Хорошо, дядя Мих, - грустно проговорил Невар, глотая слёзы: - А ты правда вернёшься?
   - Вернусь, не знаю когда, но обязательно вернусь, - твёрдо пообещал я, стараясь убедить себя самого.
  

Оценка: 7.10*139  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Vera "Летняя подработка" (Короткий любовный роман) | | А.Анжело "Сандарская академия магии" (Любовное фэнтези) | | Зак "Великая Игра 2." (ЛитРПГ) | | К.Марго "Не будите Спящую красавицу!" (Любовное фэнтези) | | В.Крымова "Дерзкие игры судьбы" (Приключенческое фэнтези) | | Н.Кофф "Капучинка " (Короткий любовный роман) | | Т.Серганова "Когда землю укроет снег" (Приключенческое фэнтези) | | М.Боталова "Леди с тенью дракона" (Любовное фэнтези) | | Т.Серганова "Дети Тьмы. Непокорная" (Любовное фэнтези) | | А.Хоуп "Тайна Чёрного дракона" (Любовная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Е.Ершова "Неживая вода" С.Лысак "Дымы над Атлантикой" А.Сокол "На неведомых тропинках.Шаг в пустоту" А.Сычева "Час перед рассветом" А.Ирмата "Лорды гор.Огненная кровь" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на учебе" В.Шихарева "Чертополох.Лесовичка" Д.Кузнецова "Песня Вуалей" И.Котова "Королевская кровь.Проклятый трон" В.Кучеренко, И.Ольховская "Бета-тестеры поневоле" Э.Бланк "Приманка для спуктума.Инструкция по выживанию на Зогге" А.Лис "Школа гейш"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"