# Курица! И этим всё сказано

Альфия Радиковна Позднякова

∙ Курица! И этим всё сказано.

31 декабря.

Утро. На часах 8.

Самозабвенно соплю в подушку и пытаюсь поспать еще хоть немного, ведь всю ночь предстоит жутко веселиться и вымученно вскрикивать "Ура!!". Лёгкая дрёма обволакивает и тянет в небытие. Просыпаюсь почти в 11. Жесть. Быстро собираюсь и еду на многочисленные оптовые склады - нужно забить свой магазинчик до отказа, ведь до четвёртого января город будет в алкогольном коматозе, и купить такие нужные мандаринки мне будет просто негде.

Закончила с делами только к трём часам. А ведь к шести вечера семейство Поздняковых в полном составе должно прибыть в дом моей подружки Леночки для торжественного накрывания стола и не менее торжественных проводов старого года. Компания небольшая: Лена, ёё муж, наша общая подружка Олечка с сыном, Лёшка - наш любимый балагур и весельчак, ну, и я с мужем и детьми. Это значит, что тесно не будет, и еды много не понадобится.

Курица! Надо же купить курицу!! А ведь мне её еще готовить, что было заранее оговорено составителями меню новогоднего празднества - мной и Леной. Настрогать салатики - этим займу детей, чистить картоху будет муж - всё распланировала. В теории должно остаться время на марафет - праздник же!

Синюшные тушки на прилавке гипермаркета не внушают доверия, но делать нечего, кладу доходяг в корзинку, несу на кассу, а сама думаю о куриных концлагерях, в которых вместо упитанных бройлеров клепают узников и выдают их на прилавок после жутких истязаний голодом и холодом. Ладно. Пойдёт. Сейчас намажу всем, чем надо, и после запекания будет как "новенькая"!

Дома быстренько раздаю указания, обсыпаю несчастную птичку всякими травками, делаю ей осторожный массаж и запихиваю в духовку - с Богом, детка, готовься с миром! Дети, превозмогая свои "не хочу", крошат некое месиво, которое будет мною гордо выставлено на стол со словами:

- Вот! Оливье! Девочки мои готовили!

Быстрый душ, прическа, косметика, платье... Платье, блин... Пришлось помучиться: одно слишком красное, второе ни фига грудь не подчёркивает, а в этом моя филейная часть смотрится с жутким перебором! Натягиваю длинное, в пол, с небольшим шлейфом, красиво подчеркивающим там, где надо, и аккуратно маскирующее там, где не надо. Муж глянул. Молчит. Но "виг-вам" в районе ширинки красноречиво говорит:

- Красотка ваще, блин!

Семь вечера. Опаздываем. Косички девкам, рубашка мужу, курице термоконтейнер, салатику обычный тазик с крышкой. Такси. Пять минут, и мы на месте. Фух. Вроде, даже и не опоздали.

Стол накрыт: оливье, мандарины, шампанское есть - можно начинать.

За весёлыми разговорами и звяканьем рюмок с коньячком не замечаем пролетевших трёх часов. Мадре миа! Скоро президент скажет что-нибудь о тяжёлом прошлом и светлом будущем, и год, наконец, с его позволения, сможет упокоиться с миром. И заменит его год новый, свежий, в котором я не буду косячить и попадать во всякие истории, хотя, неизменное "оставайся всегда такой, какая есть" слышу от всех и каждого. И чего людям так нравится ржать надо мной без конца и устали?

И вот долгожданное звяканье бокалов с шампанским, куранты и грохот фейерверков из всех уголков небольшого города. Красиво очень!!!... Радуюсь цветным искоркам на тёмном оренбургском небе, аки дитя! А муж смотрит на меня и умиляется - вижу это боковым зрением.

Насмотревшись красоты и порядком замерзнув, возвращаемся в дом и обнаруживаем на диване бледного Лёшу. Мы-то все румяные от мороза и коньяка, а он белый, совсем, будто терся щеками о побелку. Изрядно выпившие и плохо соображающие, начинаем выспрашивать симптомы и возможные причины изменения цвета Лехиного лица. Приходим к выводу, что проблема в поджелудочной. Не знаю, кто и почему такой вывод сделал, но вот уже Лёшу кормят таблеточками, а Лена достает из морозилки замороженную курицу, точную копию той, которую я превратила в супер-прелесть с помощью специй и массажа. Ну, и заворачивает Лена пленницу Освенцима в полотенце и кладет Лёше на живот в предполагаемую проблемную точку его организма. С умным видом Лена выдала, что так надо и ушла к столу, оставив озадаченного человека обниматься с курицей и

∙ выздоравливать. Никто не спорил, все взрослые проследовали за хозяйкой, дети решили немного поспать, а я пошла покурить. Блин, хотела же бросить, и непременно к новому году, но как-то не сложилось. Когда-нибудь сподоблюсь - мамой клянусь! Курю себе и думаю: веселуха в полный рост, сейчас будут танцы, а я спать хочу. Нда... Вот и подкралась старость... И когда мои "секс - наркотики - рок-н-рол" превратились в "блинчик - котик - валидол"? Философ из меня, как балерина из Джигурды... Выхожу на крылечко, закрываю дверь и совсем не замечаю, что дверью защемило шлейф моего дорогущего наряда. Шаг. Второй. Что-то не пускает. Оборачиваюсь, но забываю дать команду ноге остановиться, а она сама по себе шагает с третьей ступеньки. Ну, далее следует закономерное падение с подворачиванием ноги, в процессе которого успеваю спасти чёртово платье. Радуюсь. Ноги-то заживут, а платье реально любимое.

И вот уже я сижу рядом с Лёшей, и к моей щиколотке прикладывают точно такую же замороженную курицу, но завёрнутую в полотенечко с цветочками - Лена сказала, что цветочный принт соответствует моей нежной душевной организации. Вроде, комплимент, но синюшные окорочка выглядывающие из этих самых цветочков вызывают во мне приступы истерического хохота: одна курица (я) подвернула лапу и лечится теперь замороженной себе подобной! Прекрасный метод лечения, кстати: от всех проблем - компресс из замороженной тушки. Интересно, патент уже существует, или мне стоит задуматься на эту тему, пока Лена не догадалась? Можно же варьировать предполагаемыми обстоятельствами: ну, не знаю - больные зубы выбивать или полизать жирненькую тушку во время ангины. А для хронических заболеваний придётся замораживать страуса или пингвина - с этими полу-пернатыми будет сложнее... Ой, всё, понесло... Воздействие алкоголя на моих тараканов начинает пугать даже меня, привычную ко всему...

Из задумчивости выводит детский плач. Понимаю, что это голос моей мелкой, и он звучит из-за двери с лаконичной табличкой "эм/жо". Допрыгиваю на одной ноге, открываю дверь. Софиюшка, деточка моя, лежит на коврике и плачет... Сердце сжалось, курица забыта на стиральной машине, а у меня уже новая ноша - любимая, родная, маленькая моя...

Забыв и про боль в ноге и про тараканов в голове, несу ребёнка в кроватку, по пути выясняя, что она не смогла открыть собственноручно закрытую дверь и испугалась, а на коврик легла, чтобы её в щель под дверью было лучше слышно... Логика - железо! Моя школа))) Уложила, убаюкала, ушла плясать... нога? Какая нога? А! Эта! Не, не болит уже! Надо вернуть тощую синюшницу в морозилку, но Лена заявляет, что ее ожидает участь думающего индюка - попадание в суп, так что пусть себе размораживается.

4 утра. Пора домой. Дети по договорённости остаются в гостях - завтра приеду и заберу.

Шагаем с мужем домой, встречаем кучу знакомых, тормозим лишь для коротких поздравлений, но из-за количества встречаемых добираемся до дома больше часа. Холодно. Очень холодно. Приобретаю синюшный оттенок. Дома разглядываю себя в зеркало и не могу отделаться от ощущения сходства с тремя обитательницами морозилок.

- Да уж, курица! - заключаю, глядя на своё отражение, - Но чертовски привлекательная! - добавляет муж и заключает в первые в этом году объятия!