Прайдли Любовь: другие произведения.

Космос. Выжить и вернуться.Глава 5

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В лабиринтах Серого Ущелья

  Глава 5.
  
  В лабиринтах Серого Ущелья.
  
  
  
   ...Тёмная ночь уже множество раз приходила на смену серому дню на дне ущелья, по которому продвигалась вереница путников, то взбираясь на каменистые обвалы, не редко случающиеся здесь, то карабкаясь по узким тропам вдоль глубоких ям, больше походивших на бездонные пропасти, пугающие чернотой провалов. Этими путниками были четверо триадров из племени кармионов и человек, занесённый каким-то космическим ветром на неизвестную всегалактическому содружеству планету.
   Ящероподобные существа питались соком растительности, буйно произрастающей в Сером Ущелье в это время года, приберегая запасы селия, взятого ими с собой, до наступления холодов. Все четверо кармионов шли, как обычно принято в их клане, прикрываясь только набедренными повязками, а землянин не стал расставаться со своим лёгким скафандром. Он понимал, что если сейчас в теплое время, снимая свое космическое одеяние, ему приходится мерзнуть, особенно по ночам, то зиму без скафандра он просто не перенесёт. Во время остановок для отдыха Сэм предусмотрительно заготавливал себе фиолетовую хвою на будущее, рассовывая её в герметические пакеты для самоконсервации, и поэтому поклажи, которую нес весь отряд, разделив её между собой, не становилось меньше. Впрочем, самый большой баул человек нёс сам, но, надо сказать, он не доставлял ему особого труда, так как это был антигравитационный рюкзак, в который сколько ни положи - тяжелей не становилось; только объём его, к сожалению, ограничен.
   За все дни пути, с тех самых пор, как они покинули каменистую поляну перед Плачущими Скалами, никаких особых происшествий не случилось: иногда по ночам досаждали мелкие хищные твари; днями мучил гнус; несколько раз налетали стаи сциодов, но они были малочисленны, и быстро уничтожены меткими стрелками; однажды Дарий чуть не наступил на ящерицу, тело которой покрывали ядовитые бородавки, выползшую из-под груды камней на закате дня и поджидающую добычу.
   Серыми днями во время движения путники общались мало, а вот тёмными вечерами, расположившись на ночлег, их телепатическим беседам не было конца. Больше рассказывал Сэм, потому что Эльсифия засыпала его вопросами, и меньше всех его рассказам о совершенно, по понятиям кармионов, невозможных вещах верил Виктарий.
   " Не понимаю - как может летать камень? Летают пауки, и другие крылатые твари, а камни могут только падать сверху. Вот и твоя машина просто сверху рухнула", - упрямо твердил могучий воин, слушая рассказы звездолётчика о межпланетных полётах.
   " Но, Виктарий, ты же сам видел, как Сэм заставил подняться свою машину над грунтом", - горячилась Эльсифия, доказывая правоту иного.
   " Что-то не очень это получилось - повисела немного и опять свалилась. Такая тяжесть вверх не полетит", - недоверчивый триадр настаивал на своём.
   " Не перебивай, Виктарий, мне тоже очень интересно то, о чем нам вещает Сэм", - Градер плотнее прижал к себе лежащую рядом Эльсифию, согревая её теплом чешуйчатого тела.
   Они уже давно не скрывали своих близких отношений, по ночам озаряя ярким фейрверком электрических молний Серое Ущелье где-нибудь за грудами камней в отдалении от остальных путников.
   - Моя машина называется звездолёт, а не полетела она вверх потому, что потерпела аварию, то есть сломалась. Вот если взять ваше копье и отломать у него оперение, оно же больше не полетит. Так и мой звездолёт сломался, - терпеливо объяснял Сэм Стуокер своим новым товарищам, как ему казалось, примитивные вещи, которые воспринимались к пониманию кармионами с большим трудом.
   Да, и как можно было ждать от созданий, стоящих на низжей ступени развития, безоговорочно поверить чужаку, рассказывающему о высокоразвитой цивилизации!? От человека требовалось много такта и терпения в объяснении прописных истин аборигенам, с которыми он хотел наладить дружеские и доверительные отношения.
   " А у людей племя большое? Много в нём кланов?"
   - Да, Градер, большое, и кланов много. Так много, что в одно прекрасное время людям стало тесно на Земле: сначала кланы стали воевать между собой, но потом началась новая эра - появился великий Вестник, который призвал все народы Земли объединиться и расширить границы обитания за пределы нашей планеты. И теперь земляне бороздят на звездолётах просторы Космоса, общаясь с существами с других планет, как я сейчас с вами.
   " И вы со всеми живете в мире"? - удивлялся вожак.
   - Мы пытаемся это делать, но не всегда получается. Между тем, космическое сообщество, в которое входит и планета Земля, никогда не нападает первой. Мы воюем, чтобы защищаться.
   " Ты лучше расскажи ещё раз про небо", - поглаживая щупальцами передней конечности плечо Градера, попросила Эльсифия, глаза которой сверкали в темноте, подобно двум огромным чёрным алмазам, наполненные любопытством и восторгом.
   - Почему это тебе так интересно?! Я не разглядел во время падения звездолёта вашего неба, мне только показалось, что оно очень похоже на небо Земли: белые облака, словно воздушные замки, плывут по нему, как по морю корабли...
   " Что такое корабли? А что такое замки?" - вмешался в телепатическое общение даритель сущности, редко прерывающий рассказы землянина недоверчивыми вопросами и впитывающий в себя всю новую информацию подобно той губке, что Сэм раскладывал на ночь на сырые камни для получения воды.
   - Корабли - это тоже машины, но они не летают по небу, они плавают по воде. Они очень красивые, в основном, белые. Замки тоже красивые, высокие - это такие жилища.
   " Как наши?"
   - Я не видел ваших? Но думаю, что - нет.
   " Небо, корабли - чепуха! Не верю я во всё это. Ты как старая самка, рассказываешь нам сказки, словно глупым детенышам".
   - Если не веришь мне, Виктарий, то давай лучше спать, ночь уже давно, - зевая и потягиваясь, устало проговорил человек, расплагаясь на ночлег на сухом мху.
   " Ну, что-нибудь ещё поведай, Сэм".
   - Спи, Эльсифия, спи. Градер, вон, уже уснул, а мы ему мешаем, - с этими словами Сэм повернулся на другой бок.
   Промелькнувшая мысль: "Как там Джина?" увела его за собой в страну сновидений - единственное место сейчас, где он снова оказывался на Земле в окружении родных и близких людей, которых ему так не хватало в каменных лабиринтах чуждого мира...
  
  ***
  
   ...Под нижними конечностями осыпались мелкие камешки, когда вдруг Градер, шедший первым по тропинке между отвесных стен Серого Ущелья замер на месте, приподняв предупреждающе правую переднюю конечность вверх. Вся группа тут же остановилась, повинуясь этому жесту.
   " Левадары приближаются! Их много, их больше, чем нас! Они идут на выручку своего первого отряда, от которого ты, Сэм, оставил только пепел".
   Тревога вожака передалась всем членам малочисленной группы путешественников, преодолевших немало преград на своем пути по тропам каньона, по его самым непроходимым местам, но разумных представителей обитателей скалистых лабиринтов встретивших впервые. К сожалению, предстоящая встреча с отрядом племени воинственных левадаров ни кармионам, ни землянину не сулила ничего хорошего.
   - Как скоро они будут здесь? - проверяя эктотрон, спросил Сэм у Градера.
   " Уже скоро. Надо готовиться к бою", - Градер решительно снял с плеча свой лук, за ним последовали и остальные триадры.
   - Да, готовиться к бою надо, но сначала я хочу вступить с ними в переговоры. Нам не нужны жертвы - ни с их стороны, ни с нашей.
   " А что такое переговоры"? - Эльсифия во все глаза, горящие чрезмерным любопытством и нескрываемым восхищением, смотрела на Сэма.
   - Переговоры - это решение не воевать, а разойтись мирно, каждый в свою сторону.
   " Они жестокое племя. Не пойдут они на переговоры", - покачал головой с сомнением вожак.
   " Это точно. С такими не договоришься!" - вторил Виктарий.
   - А мы посмотрим, - усмехнулся землянин.
   " Пусть Сэм попробует. Он умеет правильно телепатировать. Вдруг, они его послушают", - даритель сущности верил человеку и не хотел, как и он, жертв ни с какой стороны.
   Перед началом боя подкрепили силы, приготовили оружие и укрылись за крупными валунами, поджидая из засады противника. Вскоре показался отряд левадаров, возглавляемый высоким, сильным воином, держащим в передней конечности длинное, острое копье. Левадары тоже почувствовали присутствие здесь своего врага и остановились в отдалении, куда не могла долететь стрела кармиона.
   Они совещались, что делать дальше, когда вдруг увидели странное существо, вышедшее им навстречу из-за груды камней: матовая светло-серая кожа его не имела чешуи; а, может быть, это была и не кожа; на голову неизвестного создания надет какой-то прозрачный пузырь; сквозь него левадары видели, как шевелятся губы, открывая временами два ряда белых зубов, обладателями которых в Сером Ущелье могли быть только животные. Сказать, что левадары сильно удивились неожиданному появлению человека, значит - не сказать ничего. Застыв в изумлении, великаны таращили глаза, не решаясь предпринять какие-либо действия.
   Застав противника врасплох, Сэм вступил с ним в переговоры, не давая ему время, чтобы опомниться:
   - Воины клана левадаров! Я обращаюсь к вашему разуму! Примите моё повествование и не торопитесь браться за оружие.
   Сказав это, Сэм смотрел на реакцию левадаров, в любой момент ожидая нападения с их стороны. Но атаки не последовало - великаны внимали ему, больше пораженные увиденным, чем телепатическими импульсами, идущими со стороны необычного создания.
   - Вы идете спасать своих соплеменников, но никто не остался из них в живых - их сущности закончились. Они напали на нас первыми и все погибли от моего оружия, равного которому у вас нет. Если вы хотите остаться целыми и вернуться к своим кругам, забудьте дорогу к стойбищу племени кармионов. Вам больше нет туда пути!
   После этой пылкой тирады левадары начали понимать, что это неведомое существо маленького роста им угрожает - им, которые на голову выше любого кармиона и гораздо сильнее воинов многих племен, населяющих лабиринты Серого Ущелья. Ухмылки пробежали по лицам противника. Но Сэм, не давая им окончательно прийти в себя, продолжил:
   - Я вижу сомнение на ваших лицах. Вы мне не верите. Ну, что ж, я покажу вам, как действует мое оружие, - торопливо проговорил человек, опасаясь, что начатые им переговоры вот-вот будут сорваны противоположной стороной.
   После последних своих слов Сэм взмахом руки навёл эктотрон на одиноко стоявшее неподалеку деревцо и выпустил короткий импульс, которого вполне хватило, чтобы превратить это растение, секунду назад благоухающее мелкими цветами и пышной хвоей, в кучку пепла.
   Грозное действие странного существа произвело обратную от ожидаемой им реакцию - вместо испуга левадары воинственно подняли свои копья и луки. Длинная стрела просвистела в воздухе и, отскочив от скафандра Сэма, упала рядом с ним на камни, не причинив, меж тем, человеку никакого вреда. Тогда Сэм направил свой эктотрон на груду камней, возле которой остановились левадары - пепел рассыпался перед нижними конечностями вражеских воинов, покрывая впереди стоящих мелкой пылью.
   - Я повторяю ещё раз: уходите туда, откуда пришли, и забудьте дорогу в стойбище кармионов, или вы все сейчас здесь потеряете свои сущности. Вам меня не победить.
   Самый высокий левадар, который, скорее всего, являлся вожаком воинственного отряда, вступил в контакт со странной особью, позволяющей себе дерзость, диктовать сильным и смелым воинам-левадарам требования, прекратить ещё неначавшуюся битву:
   " Кто ты и откуда ты взялся, и почему ты заступаешься за наших врагов - кармионов?"
   - Я пришел издалека, и я - друг кармионов. Друзья их клана - мои друзья, а враги их племени - мои враги.
   " Это правда, что весь наш передовой отряд погиб?"
   - Да, ни одного выжившего не осталось, все ваши воины потеряли сущности. Если вы не хотите разделить их участь, уходите в своё поселение и передайте своему клану, что дороги к племени кармионов для вас больше нет.
   На некоторое время воцарилось полное бездействие: они стояли друг против друга - вожак левадаров и землянин - и неотрывно смотрели друг другу в глаза. И никто не знал, что больше подействовало на решение вожака левадаров - демонстрация грозного оружия чужака, или суровый взгляд его небольших, по меркам жителей Серого Ущелья, глаз.
   Вожак левадаров принял решение: он круто повернулся спиной к этому, такому странному на вид, но грозному по сути, существу, и отдал приказание о возвращении своего отряда назад.
   После того, как последний левадар скрылся из поля видимости за изгибом скалистого каньона, триадры собрались вместе возле Сэма. Эльсифия, ещё светящаяся голубым цветом отваги, с восторгом смотрела на землянина:
   " Ты так здорово вещал им истину! Я никогда ничего подобного не воспринимала!"
   " Да, они сейчас ушли. Но кто меня убедит, что они не передумают и не вернуться?!"
   " Виктарий, никто тебе такого слова не даст. Главное, что они сейчас ушли, и будем надеяться, что навсегда, - Дарий тоже с восторгом смотрел на Сэма. - Я не ожидал от тебя такой заботы обо всём нашем племени. Если твои слова подействуют на левадаров, возможно, они не будут больше совершать разбойничьих набегов на наше поселение. По крайней мере, я думаю, что они решаться на это не скоро, и наш клан долгое время может жить спокойно".
   - Я тоже надеюсь на это. А сейчас я думаю, нам надо выждать и убедиться - действительно ли наш противник отказался от боя с нами, или ещё передумает.
   " Я чувствую их мысли, левадары уходят, а если надумают вернуться, я это почувствую так же, как сегодня - заранее. Но нам лучше пока остаться здесь - под прикрытием этих камней", - предусмотрительный вожак опустился на мох, и искоса наблюдал, с каким восхищением Эльсифия смотрит на Сэма...
   ...Левадары не вернулись. Путь вдоль ущелья путникам был открыт...
  
  ***
  
   ...И снова серые дни сменяли тёмные ночи, сопровождая отряд из четырёх триадров и землянина, ушедший от стойбища кармионов так далеко, что даже Дарий, обладающий среди них самой сильной телепатией, уже не мог выходить на контакт ни с главой клана Проктором, ни с провидицей. Следуя предсказанной Маврией дорогой, они навсегда оторвались от родного племени. По-прежнему, Эльсифия с восторгом внимала повествованиям Сэма о странном для кармионов мире, называемом Вселенная; и всё чаще Градер смотрел на землянина с нескрываемым чувством ревности; всё так же ворчал Виктарий, сомневаясь в верности описываемых человеком событий и вещей; и только Дарий со спокойствием философа, внимал и впитывал в свой разум то новое, что получал от человека во время длительного путешествия ...
   ...Землянин, хронометр которого повредился при жесткой посадке звездолёта, сначала считал дни пребывания на чужой планете, но, сбившись несколько раз в подсчётах, а, может быть, из-за простой человеческой лени, потерял счёт времени. Он уже не смог бы сказать точно, сколько недель, месяцев длится путешествие по скалистым каньонам между каменных стен недосягаемой высоты...
   Внезапно Серое Ущелье разделилось - три прохода, возникшие перед глазами путников, расходились в разные стороны.
   - Не помню, у какого земного клана, в старинных сказках рыцарь останавливался на перепутье трёх дорог. Там лежал камень с обращением к путешествующим, в котором говорилось, что одна дорога ведёт к смерти, другая - к богатству, а третья - к любви. Вот и мы сейчас, как тот рыцарь, гадаем, на какой дороге нам счастье выпадет, а на какой - гибель. Какая же из них куда ведёт? Ты знаешь, Градер?
   " А что такое рыцарь?"
   - Не что, а кто. Это храбрый воин, по-вашему - триадр.
   " Эльсифия, твоим вопросам нет конца: кто, да, что? Хватит воспринимать всякую чепуху, нам надо двигаться вперёд. Давайте думать быстрее, день уже скоро приблизится к ночи", - Виктарий недовольный всем и вся, швырнул нижней конечностью в сторону камень, пролежавший на тропе, может быть, тысячу лет.
   " Направо идёт ущелье левадаров, там их поселения. Прямо - Серое Ущелье опускается ещё глубже, там все время ночь и там обитают пучеглазые, а налево Ущелье приведет к большому обвалу, через него наши воины не переходили ни разу. Я не знаю, что там дальше", - ответил вожак триадров.
   - Ну, что ж, давайте здесь отдохнем и вместе примем решение, куда нам держать путь, - проговорил Сэм, снимая с плеча антигравитационный рюкзак.
   Никто не стал возражать на это предложение, и все опустились на камни в предвкушении долгожданного отдыха. Кармионы присосались к ветвям фиолетвых кустов, а землянин жевал свеженаструганную хвою и пил отфильтрованную воду из карманного фильтра, когда вдруг врачеватель неожиданно вздрогнул и резко вскочил на месте:
   " Они рядом. Из-за того, что отрог круто поворачивает, я не уловил их приближение раньше!"
   - Кто они, Дарий?
   " Пучеглазые!"
   Приняв телепатическую информацию о приближении пучеглазых, воины-триадры встревожились не на шутку. Навстречу им двигался отряд самого жесткого племени, обитающего в Сером Ущелье - кровожадные существа, питающиеся не только растениями и животными, но и представителями человекоподобных поселенцев. Одним словом, это - каннибалы.
   " Надо готовиться к бою! Нет, - вожак жестом передней конечности остановил Сэма, - сейчас твои переговоры не помогут. Племя пучеглазых больше похоже на хищных животных, чем на разумных обитателей. Они не будут внимать твоим увещеваниям. Надо отступить за те камни, которые мы только что прошли, здесь мы не найдем укрытия. Спешите! Все к бою!" - Градер взял инициативу в свои руки.
   Похватав поклажи и оружие, отряд триадров вместе с землянином бросился назад под прикрытие огромных валунов, разбросанных там и тут позади них. Они ещё не успели занять свои позиции, когда из-за поворота показались первые пучеглазые, представляющие собой, по понятиям человека, мерзкое зрелище: грязно-серые тела покрывала крупная чешуя рептилий; тонкие и длинные конечности росли из туловища с непомерно большим животом; пол-лица, которое проще назвать мордой, занимали огромные мутные, выпуклые глаза; отсутствие набедренных повязок открывало несуразный вид гениталий. Внешний вид пучеглазых производил отвратительное впечатление не только на человека, но и на кармионов. Градер был прав, назвав этих мерзких созданий животными.
   Обладая телепатией, действующей только на близком расстоянии, жестокие твари приближались к отряду триадров, не чувствуя признаков своего противника, поэтому представляли для воинов, сидящих в засаде, легкую мишень.
   Градер, натянув тетиву лука, выбрал своей целью ближайшего врага, но в то же время не упускал из поля зрения скрывающуюся за соседним валуном Эльсифию. Самка, окрасившись в голубой цвет отваги, с усилием сдерживала стрелу, ожидая команды вожака. И тени испуга не отразилось на прекрасном лице кармионки. Виктарий с хладнокровием опытного воина готовился вступить в бой, лишь только получит телепатический сигнал. Дарий же являл собой отличного врачевателя, но стрелком был не важным, поэтому он укрылся за отдаленными скалиными осколками и с трудом справлялся с луком. Сэм видел все приготовления триадров к сражению и, в который уже раз, преклонился перед их отвагой.
   Подпустив врага на расстояние полета стрелы, кармионы сделали свои первые выстрелы, не промахнувшись ни разу. Точные попадания и яд наконечников делали своё дело: несколько пучеглазых, идущих впереди, без признаков сущности распластались на дне Ущелья; некоторые из них еще корчились в предсмертных судорогах; их конечности извивались, подобно змеям, а огромные мутные глаза затягивались полупрозрачными веками.
   Не ожидая нападения, пучеглазые пришли в замешательство, но лишь на несколько мгновений. Жестокие воины быстро опомнились и предприняли ответную атаку, выпустив тучу стрел в сторону своего, пока ещё не видимого им, врага. Не дожидаясь второго залпа стрел, Сэм вскочил на камень, возвышающийся рядом с ним, и, нацелившись эктотроном, короткими импульсами стал превращать мерзких тварей в пепел.
   Один за другим рассыпались в прах несколько каннибалов, приведя в ужас своей страшной кончиной тех пучеглазых, у которых жуткая гибель соплеменников произошла в непосредственной близости. Тирадры не отставали от землянина, продолжая результативно стрелять по врагу стрелами с отравленными наконечниками.
   Не сразу оценив ситуацию, явно сложившуюся не в их пользу, пучеглазые ещё некоторое время продолжали ответный обстрел противника. Когда же с десяток мерзких особей после коротких, ослепительных вспышек неведомого им оружия превратились в кучки пепла, а ещё с десяток скорчились на каменистой почве, пронзенные стрелами, оставшиеся в живых трусливо бежали с поля боя, бросив трупы своих товарищей.
   Схватка завершилась полной победой кармионов и человека. Вышедшие из-за укрытий навстречу Сэму триадры огляделись по сторонам, но не увидели рядом врачевателя.
   - А где Дарий?
   Все кинулись к валуну, за которым укрывался даритель жизни во время сражения с пучеглазыми. Рядом с камнем, поросшим густым серым мхом, распластавшись, лежало тело врачевателя, пронзенное прямо в грудь длинной стрелой одного из метких врагов; верхняя конечность ещё сжимала лук; пушистая игольчатая ветка растения, казалось, в знак траура прикрывала лицо кармиона, скрывая муку предсмертной агонии на его вдумчивом, умном лице.
   Соплеменники склонились над распростертым, бесчувственным телом. Отодвинув мохнатую ветку, Эльсифия провела щупальцами по чёрному лицу Дария:
   " Он потерял свою сущность, его... больше нет с нами!"
   Пораженные постигнувшим их несчастьем, самцы-кармионы и землянин ещё долго стояли возле безжизненного тела Дария, а Эльсифия, положив его голову к себе на конечности, нежно гладила щёки, лоб и губы ужё мёртвого врачевателя. Ну почему кармионы не умеют плакать?!
  
  ***
  
   Горе, свалившееся на путников, заставило их заночевать на перепутье четырёх каньонов, расходящихся длинными рукавами в разные стороны. Тело Дария после долгого прощания, во время которого почерневшие от нежданной беды кармионы и хмурый землянин не обменялись ни одной мыслью, было перенесено дальше от развилки в сторону, откуда пришел отряд. Сгущавшиеся сумерки, наползая из закоулков Серого Ущелья, как пеленой, застилали окоченевший труп врачевателя, так и не разобравшегося в устройстве Вселенной.
   " Заночуем прямо здесь - на перекрестке. Тут ничто не помешает принять импульсы приближающихся опасностей", - Градер с отрешенным видом опустился на подстилку из мха.
   - Ты хорошо знал Дария?
   " Да, Сэм, Дарий был моим лучшим другом. Он был не только для меня, но и для всех в нашем племени самым добрым, честным и справедливым кармионом. Его пытливый ум и постоянно пополняемые знания помогали ему врачевать соплеменников. Таких, как он, не так уж и много в нашем клане".
   " Не надо ему было идти в этот поход за иным. Я к тебе обращаюсь, Сэм! Это из-за тебя погиб Дарий! И откуда только ты свалился в наше Серое Ущелье со своей сломанной глыбой?! Вселенная! Космос! Ну, и жыл бы там! Сколько кармионов не потеряли бы свои сущности, если бы - не ты. Вот и Дарий..."
   " Виктарий, перестань! Сэм тут не причём! Дария сразила стрела пучеглазого!" - Эльсифия с тоской смотрела на порхающую возле неё светящуюся стайку однокрылых мотыльков, и ей казалось, что это не мотыльки манят её своим фосфорическим светом, это сущность Дария не хочет покидать соплеменников.
   " Маврия - великая ведунья! Она же вещала мне, что нас должно быть только трое кармионов вместе с землянином. Так всё и вышло. Теперь нас только трое", - с непередавемой грустью телепатировал Градер.
   " Нам остается лишь надеяться, что трое нас будет ещё достаточно долгое время", - проворчал Виктарий, укладываясь спать в одиночестве - его напарник по сну теперь уже никогда не согреет его широкую спину своим теплом...
   ...Сон не шёл к Сэму - он лежал на сухом и мягком лишайнике и смотрел вверх. Там, невидимые в непроглядной темноте ночи, сходились величавые стены каменного ущелья, там они оставляли чуть заметную снизу полоску неба, именно, туда устремлены все помыслы Сэма Стуокера - человека и землянина не только по происхождению, но и по своей сути.
   "Слышал когда-то, что на дне глубокого колодца даже днём видны звезды... Странно, почему же тогда здесь не видно звёзд ни днём, ни даже ночью? Колодец, что ли, глубоковат? А может быть, здесь всё наоборот: я стремлюсь вверх - к звёздам, а они не вверху, а где- нибудь там, внизу? Всё же относительно во вселенском пространстве. Да, относительно...
   ...Сейчас я здесь... А что такое - сейчас? Это та самая доля секунды, которая мгновенно становиться прошлым, и завтра уже наступило? Значит, настоящего не существует совсем?! Оно настолько быстротечно, что, практически, мгновенно переходит из разряда будущего в разряд прошлого... Выходит, мы существовали в прошлом и будем существовать в будущем, а сейчас - нас просто нет? О чем это я? Ах, да, это я к тому, что охренительно хочется выбраться из этого каньона - приюта всяческих пресмыкающихся. Пусть некоторые из них вполне разумны и обладают эмоциями, но как не хотелось бы мне закончить свою жизнь в их обществе! Какой прекрасной кажется мне сейчас Земля! Всё познается в сравнении: я метался по многим уголкам Космоса в поисках прекрасной жизни, и только теперь понимаю, что нет ничего прекраснее родной планеты, где прошло моё детство и юность, где ждёт меня Джина. Ждёт ли ещё, или уже оплакала мою смерть? Джина, моя милая, дорогая Джина..."
   ...Тяжелая бессонная ночь подходила к концу, уступая своё место в каменном каньоне, где происходят все, описываемые события, ещё одному серому дню, который принесёт с собой для путников, ищущих дорогу наверх, новые приключения, быть может, новые встречи, новые неизведанные пути...
   ...Размяв затекшие после лежания в неудобной позе на каменистом ложе, руки и ноги, Сэм поднял с камня одну из влажных губок, раскладываемых им на ночь, и с наслаждением протер ею лицо и шею.
   - Эх, сейчас бы нырнуть в море, или хотя бы принять душ!
   " А что такое - море, а душ?" - даже сейчас, когда ещё не улеглось страдание по погибшему врачевателю, Эльсифия не могла удержать своё безмерное любопытство, впрочем, присущее большинству женских особей мыслящих сообществ, населяющих Вселенную.
   - Вот смотри, - Сэм взял одну из губок и выжал из неё накопившуюся воду в карманный очиститель. - Это вода, а море - это когда воды очень много!
   " Сколько - много?"
   - Если прыгнуть в море со скалы, то и дна не достанешь!
   " Где-то есть так много воды?"
   - Да, Эльсифия, есть у нас на Земле, да, и не только на Земле. Давай, я потом тебе об этом расскажу подробнее, а сейчас - завтрак, и в путь.
   " Нам ещё надо решить, куда идти?" - ворчливый посыл Виктария привёл всех в уныние.
   Они находились на перепутье четырёх дорог - по одной они пришли сюда, а три остальные разбегались тропами в разные стороны, и каждый из путников думал о том, какая из них будет выбрана, и правильным ли окажется их выбор. Неизвестность манила, притягивала к себе новизной неизведанного, но, в то же время, пугала последствиями, если путь окажется выбранным неверно. Блуждать по скалистым лабиринтам можно бесконечно, но перед путниками стояла цель, к которой, вероятно, вела лишь одна из трёх каменистых троп Серого Ущелья.
   " Что будем решать? Куда направим своё движение дальше?" - сидя на валуне, телепатировал Градер, обращаясь одновременно ко всем триадрам.
   - Градер, ты поведал мне, что один из этих каньонов ведёт в тупик.
   " Да, Сэм, там когда-то давно произошел сильный обвал, который преградил дорогу дальше".
   - И что, этот обвал нельзя преодолеть?
   " Не знаю. Никто из нашего племени и не пытался подобного сделать".
   - Может быть, рискнем отправиться туда?
   " И что мы там найдем - огромную кучу камней?!"
   - Виктарий, а ты в какую сторону хочешь идти?
   " Ну, не знаю. Может быть, пойдем прямо", - предложил ворчун маршрут, противоречащий предложению человека, которому пытался досадить любым способом.
   " Зачем нам прямо?! Дорога, которая идет прямо, опускается всё ниже, а нам надо наверх! Давайте послушаем Сэма", - Эльсифия кипятилась, отстаивая вариант землянина, и чем сильнее была её симпатия к иному, тем больше хмурился Градер.
   " Ну, что ж, вы двое за то, чтобы идти к тупику, я тоже не стану возражать против этого, тем более, что путь туда не особенно долог. Сначала проверим этот отрог ущелья, если ничего не выйдет, вернемся обратно, сюда", - рассудительно констатировал вожак, оставаясь, даже, несмотря на присутствие превосходящего в развитии индивидуума в лице землянина, лидером маленького отряда.
   Подчиняясь решению большинства, Виктарий, не скрывая недовольства, вместе с остальными спутниками отправился в путь, который должен привести путешественников в тупик. На что надеялся Сэм, когда предложил своим товарищам этот маршрут движения? Возможно, на то, что там меньше опасностей подстерегает их, чем в двух других рукавах Серого Ущелья, и они, даже если и не найдут там дороги наверх, то, по крайней мере, останутся в живых. А это уже удача! Сохранить в суровом ущелье жизнь себе и своим спутникам - словно, вытянуть счастливый лотерейный билет. Примерно так размышлял Сэм в лёгком беге трусцой, к ритму которого он уже успел привыкнуть за время путешествия по каменистым тропам.
   Несколько часов пути с короткими передышками на отдых и питание не принесли ничего нового: путников по-прежнему обступали нескончаемой вышины скалистые стены; под ногами расстилались россыпи камней различной формы и величины; чахлая растительность временами переходила в буйные заросли фиолетовых хвойных кустов; вокруг сновали мелкие насекомые и пресмыкающиеся; особенно назойливых тварей пришлось пару раз пристрелить из лука.
   Единственное, что заметил Сэм во время пути, это то, что стало легче дышать - как будто откуда-то повеяло слабым ветерком, приносящим с собой струи свежего воздуха. А, может быть, это ему только показалось...
   ...День приблизился к ночи, и путники, утолив голод, стали располагаться на ночлег. Джина, обнимая змееподобными руками за плечи Градера, сидящего на мшистом камне, с тоской смотрела на светящихся в сгущающейся темноте многоножек. Женщина никак не могла смириться с гибелью Дария.
   " Сэм, а у вас есть такие"?
   - Я не понял тебя, Эльсифия. Какие - такие?
   " Такие, как эти малиоки. Они могут светиться в темноте у вас там - далеко"?
   - Да, такие животные есть везде во Вселенной. Где-то есть маленькие светящиеся насекомые, а на одной планете живут в океане огромные медузы, от которых исходит и днем и ночью очень яркое свечение - я сам видел в "Гидронаде".
   " А что такое гидро...как?"
   - "Гидронад" - это межгалактический зоопарк, куда свозят с разных планет самых необычайных животных на обозрение всем желающим.
   " Какой ужас!"
   - Не понимаю, что тут ужасного?! - удивился человек искреннему возмущению кармионки.
   " Разве тебе это понять?! Тебя вот взять и посадить на обозрение всем обитателям Серого Ущелья! Как тебе такое? Очень понравится?" - проворчал Виктарий, сразу понявший негодование Эльсифии по поводу зоопарка.
   Чувствуя себя неловко после телепатического посыла кармионов, Сэм некоторое время молчал, но, желая смягчить впечатление, вызванное его неудачным рассказом, продолжил:
   - У нас на Земле, где я родился, тоже есть светящиеся жучки. Их называют светлячками. В стародавние времена женщины некоторых племён прикалывали их к своей одежде, чтобы быть красивее.
   " А одежда - это что?"
   - Это то же, что у вас тулионы, только одежда закрывает почти всё тело.
   " Да, наверно, красиво! А наши женщины не догадываются себя украшать так. Жаль, что я не поведаю им этого".
   " Когда-нибудь сможешь рассказать", - пытался успокоить загрустившую самку вожак.
   " Нет, Градер. Мы все погибнем, как погиб Дарий...", - со спокойной обреченностью ответила ему Эльсифия.
   После этой телепатической мысли женщины все путники прекратили общение, погрузившись в своё внутренне сознание и стараясь отыскать там оправдание тяжелой утрате. Понимая, что изменить уже ничего нельзя, они пытались найти извинение своим действиям, и хотя непосредственно никто не был виноват в гибели доброго и умного Дария, всё равно, каждый чувствовал свою долю вины перед памятью погибшего врачевателя...
  
  ***
  
   ... - Градер, сколько нам ещё продвигаться до того обвала? - спросил, запыхавшись, Сэм, надеясь на скорый привал.
   " Я точно не знаю, потому что сам никогда так далеко не уходил от родного поселения", - равнодушно ответил вожак, взявший всю вину за гибель соплеменника на себя и потому находившийся в угнетённом состоянии. - Но из повествований старейшин и признанных, думаю - ещё дня два, или три. А сейчас давайте здесь остановимся".
   Путники с радость выполнили команду Градера. Они уже несколько часов пути не делали остановок для отдыха. Насытившись, кармионы растянулись под ветвистыми высокими кустами, больше походившими на малорослые деревья. Землянин же стал внимательно осматриваться вокруг.
   - Мне это почудилось, или так оно и есть?
   " Тебе вечно что-то чудится", - Виктарий, лежа на сухом лишайнике, лениво наблюдал за иным.
   Сэм придирчиво осмотрел фиолетовые кусты как будто что-то искал среди мягкой пушистой хвои, потом, запрокинув голову вверх, стал пристально вглядываться туда, где виднелась блёклая лента неба.
   " Что ты хочешь увидеть там, Сэм?"
   - Знаешь, Эльсифия, мне кажется, что полоска света вверху стала не только шире, но она из серой превратилась в голубую, - продолжая смотреть вверх, ответил человек не в меру любопытной кармионке, постоянно донимающей его вопросами, которым, видно, не было конца.
   " И что это значит?"
   - А это значит, что расщелина, по которой мы продвигаемся, ведёт вверх. Вы обратили внимание - кусты здесь все высокие, а иголки, наоборот - короткие.
   " Ну, и что?" - Виктарий сел на камень, буйно поросший лишайником, и притянул к себе одну из ветвей мохнатого куста, росшего рядом с ним, пытаясь проверить наблюдения землянина.
   - Это значит, что меняется климатическая зона!
   " Сэм, объясняй проще. Мы тебя не понимаем", - включился в общение Градер.
   - Хорошо. Попробую объяснить проще. Чем выше мы будем подниматься, тем сильнее будут меняться вокруг нас растения и обитатели Серого Ущелья.
   " Почему"? - немой вопрос застыл в глазах женщины и вожака.
   - Потому что, растения и животные зависят от среды обитания, то есть от условий, в которых они живут.
   " Ничего не понимаю", - Виктарий опять плюхнулся на ложе из мха и лишайника, даже не пытаясь вникнуть в суть вопроса, принимая россказни иного за полную чушь.
   - Потом сами всё поймете, когда увидете. Я только хотел сказать вам, что мы выбрали правильную дорогу.
   " А это мы увидим в конце пути - сейчас рано утверждать что-то".
   - Может, ты и прав, Градер, но мне очень хочется верить, что наш путь всё-таки верный.
   " Смотрите! - телепатический посыл Эльсифии заставил всех вздрогнуть и проследить взглядом по направлению поднятой ею верхней конечности. - Я никогда ещё такой не видела"!
   Высоко над ними между двух отвесных каменных стен ущелья парило неведомое для кармионов существо, четыре огромных крыла которого медленно взмахивали то вверх, то вниз. Удивительным казалось то, что крылья были не перепончатые, как у большинства других летающих обитателей Серого Ущелья, или имеющих чёрный цвет оперения, как у некоторых пресмыкающихся, умеющих летать - крылья этого животного покрывали белые перья. Прекрасное зрение триадров позволило им разглядеть на большом расстоянии эту отличительную особенность. Землянину же пришлось вынуть и приложить к глазам свой мощный бинокль.
   - Это же птица! Я, правда, таких никогда не видел - у неё четыре крыла и четыре лапы, а голова напоминает голову зверя, но это - всё-таки птица! Я же объяснял вам, что начинается другая среда обитания!
   Любопытство заставило всех забыть об осторожности, а зря! Необычное создание инопланетной природы, планируя кругами, опускалось всё ниже и вдруг стало резко пикировать на отряд путников, выставив вперед перед собой все четыре лапы с острыми и длинными когтями. Это было явное нападение, грозящее если не гибелью, то, по крайней мере, получением глубоких ран. Первым отреагировал Виктарий, выхвативший из-за спины лук и стрелы, он пронзил хищника метким выстрелом. Птица рухнула к его ногам, она билась в предсмертных конвульсиях, взмахивая всеми крыльями и грозно рыча. Скоро животное затихло, и путники подошли к окоченевшему трупу, чтобы лучше рассмотреть удивительное создание природы.
   " Действительно, у нас такие твари не летают! А когти у неё очень острые, если она вонзит их в тело, с сущностью можно будет попрощаться", - Виктарий нижней конечностью толкнул труп птицы.
   " Надо быть всё время настороже. Почаще заглядывайте вверх! Кто знает, сколько таких созданий обитает над нами, - Градер внимательно всматривался в рельеф скалистых стен, простирающихся высоко вверх на сотни метров от подножия. - Правильный путь, или не правильный - покажет время, а сейчас нам пора его продолжить".
   И снова каменистое ущелье повело путников за собой неизведанными тропами туда, где, может быть, найдется выход из этого глубокого капкана, а, может, им придется повернуть назад...
  
  ***
  
   ...Еще один серый день повстречался в расщелинах Серого Ущелья с неотвратимой тёмной ночью, заставившей всё живое приготовиться к выполнению начертанных им природой действий - каждому своего. Часть обитателей готовилась ко сну, а другие, способные хорошо видеть, или осязать в черноте ночного мрака, уже выходили на охоту, дающую пропитание для одних, и прерывающую жизненный цикл у других. И ничего тут не поделаешь: одни существа, умирая, даруют свою плоть для продолжения жизненного цикла другим, называемым во всем вселенском пространстве хищниками...
   - Что это за чудо-блюдо?! - освещая фонариком распростертую у больших валунов тарелку животного происхождения, сплошь усыпанную по краям тонкими и частыми иголками, проговорил Сэм. - Мне оно кажется достаточно опасным.
   " Ты прав. Тионы очень опасны! Видишь эти иглы - они ядовиты. Их яд смертелен. Будь осторожен! Нам пора располагаться на ночлег, я уже с трудом разбираю дорогу", - телепатировал Градер, и, отойдя подальше от тионы, бросил свою поклажу у высокого фиолетового куста, с наслаждением вытянул нижние конечности, давая им долгожданный отдых.
   Сэм устроился рядом с ним, привлеченный видом этих самых нижних конечностей, в темноте наступающей ночи напоминающих больше змей, чем человеческие ноги.
   " Ты прав, - усмехнулся вожак, поняв без разговорного адаптора мысли иного. - Они у нас очень разные, совсем не похожие".
   " Какая разница - у кого какие конечности!? Идут, и ладно. Мы на своих передвигаемся, однако, быстрее тебя"! - прокомментировал ситуацию Виктарий.
   " А мои очень устали! Я и сама вся устала. И Дарий из сознания не выходит - всё время думаю о нем!" - Эльсифия, пододвинулась ближе к Градеру, выбирая ветку потолще, намериваясь утолить голод.
   - Мне тоже очень жаль Дария! Тяжело терять друзей - осознавать, что больше никогда не сможешь с ними общаться, чтобы поделиться своим горем, или радостью, - медленно и осторожно обрезая хвою с ветки, проговорил Сэм. - Да. Тяжело. Особенно, когда вокруг тебя друзей так мало.
   " А друзья - кто это?" - телепатировала женщина, не отрываясь от толстой ветки растения.
   - Сложно объяснить коротко. Наверно, тот, с кем тебе интересно, кто всегда тебя поймет и простит за неловкий поступок, кто первым протянет в беде руку, кто пойдет за тобой по первому твоему зову.
   Эльсифия, не смотря на усталость, от которой ломило каждую частичку тела, внимала с большим интересом объяснениям иного. Что творилось в этой маленькой головке с огромными прекрасными глазами, если после недолгого обдумывания слов человека, она, зевнув и выпустив длинный язык изо рта наружу, телепатировала:
   " Я поняла - друзьями быть очень трудно и не интересно. У них слишком много всяких обязанностей".
   Сэм впервые громко расхохотался, нож соскочил и прорезал ветку растения чересчур глубоко: удар тока не только прекратил громкий смех, но и отбросил человека в строну от куста, рядом с которым он сидел на валуне; землянин упал возле тионы. Иной с ужасом, лежа на подстилке из лишайника, смотрел в упор на ядовитое животное, до которого он не долетел нескольких сантиметров.
   Триадры повскакали со своих мест в полном недоумении.
   " Что с тобой случилось? Почему ты издавал такие звуки"?! - Градер подошёл, словно подплыл, на извивающихся своих нижних конечностях к землянину и древком копья отшвырнул тиону подальше. - Ты мог сейчас лишиться сущности".
   " Чем тебе помочь, Сэм"? - наклонившись над вздрагивающим от боли человеком, Эльсифия смотрела на него во все глаза с искренним чувством сострадания.
   " Какой же ты бестолковый! Орёшь, скачешь как зверь! Одно слово - землянин"! - Виктарий с презрением смотрел на иного, по телу которого ещё пробегали болевые
  импульсы.
   Наконец боль отошла, и Сэм смог вынуть из своей аптечки несколько капсул. Проглотив их, он почувствовал через некоторое время полное облегчение.
   " Тебе уже лучше! Объясни нам - что с тобой было?"
   - Успокойся, Эльсифия. Я уже в порядке. А то, что со мной случилось, произошло по моей глупости. В этот раз Виктарий абсолютно прав.
   По самодавольному лицу Виктария было понятно, что он полностью согласен с последним изречением иного.
   " Но ты сначала издавал какие-то громкие звуки. Что они значат"? - по-прежнему, не унималась озадаченная женщина.
   - Ты, извини меня, родная, я ведь смеялся, и смеялся над твоими выводами по поводу друзей.
   " Смеялся? Ничего не понимаю!"
   - Люди смеются над шутками, над нелепицами, смеются, когда им весело, когда у них хорошее настроение, - терпеливо объяснял Сэм простые вещи, которые никак не укладывались в головах ящероподобных созданий.
   " У тебя сейчас хорошее настроение?"
   - Да. Ты такая славная! Но ты не поняла, что такое - друг и что такое - дружба.
  Друг не только всё берет, но он также отдаёт своему другу всё, что тому нужно. Друзья равны в отношениях между собой. Теперь понятно!
   " Кажется, сейчас я поняла: дружба это - правильно и честно!? Ты такой умный, Сэм", - Эльсифия одарила иного нежным взглядом, который не укрылся от внимательных глаз Градера.
   Вожак обхватил передней конечностью талию женщины и потянул за собой, намереваясь увести самку подальше от землянина. Несмотря на сгустившиеся сумерки, от Сэма не ускользнул недобрый взгляд чёрных глаз Градера, который тот метнул на него после последних слов, произнесенных Эльсифией. Смутная догадка звездолётчика стала перерастать в полную уверенность. Но в слух он произнес:
   - Да, пора спать! Завтра нас снова ждет дорога...
  
  ***
  
   - Градер, можешь переключиться на прямой контакт со мной? - Сэм вопросительно смотрел на вожака триадров, остающегося, по сути, вожаком и их маленького отряда путников, пробирающихся по лабиринтам Серого Ущелья в поисках неизведанных дорог, ведущих высоко вверх, в новый, ещё не открытый ими мир.
   Триадр поднялся с валуна, сидя на котором уже завершил свой завтрак, и, степенно переставляя гнущиеся одинаково во все сторны нижние конечности, гордо неся голову, как бы подчеркивая всю важность предстоящего общения между ним и человеком, проследовал в сторону большого осколка каменной стены, лежащего на дне ущелья с незапамятных времен, о чём говорила растительность, плотным ковром покрывающая его. Землянин молча следовал за ним, понимая, что предстоящий контакт им лучше провести наедине, чтобы не смущать двух других путников, которые в недоумении наблюдали, как скрывается от них пара самцов, влекомая одним общим интересом.
   " Что ты хотел поведать мне, иной?"
   - Мне, кажется, Градер, что нам пора объясниться, - начал общение Сэм, испытывая неловкость от предстоящей беседы, но отлично осозновая, что неприятного разговора не избежать.
   " Объясняйся".
   Градер смотрел на землянина с гордым видом, иногда в его взгляде проскальзывали, подобно лучу света, преломленного прикрытыми веками, искорки то ли презрения, то ли негодования. Раньше Сэм при общении с вожаком подобного не замечал.
   - Ну, если ты мне позволяешь, - ухмыльнулся звездолётчик, - то я сделаю это.
   Человек казался в данный момент растерянным - он не находил слов, чтобы разобраться в том положении, в котором он оказался с ящероподобными особями. Было глупо и, наверно, смешно, но необходимо развязать тугой узел, связавший против их воли двух самцов и самку. Набравшись духу, Сэм решил начать объяснения:
   - Градер, я вижу, что ты ревнуешь.
   " Нет, благодарю, я уже восполнил энергию".
   - О, дьявол! Как трудно вам всё втолковывать! Я не предлагаю тебе поесть - я говорю, что ты зря меня ревнуешь к Эльсифии.
   " Не совсем тебя понимаю. Где я ревную?"
   - Давай объясняться по-другому. Скажи, ты любишь Эльсифию?
   " Это не твое дело! Да, люблю, - ответил гордый триадр, покрываясь от смущения оттенком розового цвета. - Но ведь и ты её любишь!"
   - Нет, она мне просто нравится.
   " И мне она нравится".
   - Любить и нравиться - очень разные вещи. А Эльсифия любит тебя, Градер, - терпеливо изъяснялся звездолётчик перед ящероподобным аборигеном, понимая всю несуразность собственного положения.
   Триадр внимательно посмотрел человеку в глаза, которые выражали участие и заботу. Он не увидел в них злого умысла, хотя, это его не особенно успокоило, и, уже не скрывая, что расстроен сложившимися между тремя созданиями отношениями, опустился прямо на грунт. По чешуйчатой коже кармиона волнами пробежали оттенки различных цветов, говоря о противоречивости испытываемых им чувств. Могучий, смелый воин страдал от банальной ревности.
   " Я думаю - теперь она больше любит тебя, Сэм, чем меня", - удрученно телепатировал самец.
   - Глупости! Ну, не можем мы с ней любить друг друга, мы не можем даже прикоснуться один к другому. Ты же знаешь - меня тогда убьет энергия, пропитывающая её тело.
   " А почему ты боишься энергии? Она так полезна для нашей сущности, а тебе доставляет только боль! Странно".
   - Мой организм устроен иначе. Но не об этом сейчас наше общение. Я ещё раз повторяю - Эльсифия любит тебя.
   Градер перевел взгляд на бабочку, порхающую возле них, которая размахивая серыми крыльями и балансируя длинным пушистым хвостом, удалялась в сторону фиолетовой рощи; её очертания размывались в облаке рассветного тумана, ещё расстилающегося по дну ущелья. Триадр щупальцем передней конечности дотронулся до головы, и разговорный адаптор перевел человеку:
   " Она любит тебя здесь, Сэм".
   - Нет, это не так! И здесь, - постучав пальцем по своей голове, человек настойчиво твердил, - и всеми другими частями тела, Эльсифия любит только тебя.
  А я не могу её любить, ведь у меня на Земле осталась жена. Где-то она сейчас?
   " Жена? Что это?"
   - Это моя любимая и единственная самка, - горестно вздохнув, обреченно произнёс человек, теряя всякую надежду увидеть кагда-нибудь снова ту, о которой говорил сейчас.
   " Разве у человека может быть только одна самка?"
   - У разных кланов по-разному, но в моём - одна. Я обещаю тебе, что никогда не отниму у тебя Эльсифию. Пойдем, нас уже ждут.
   " Её не надо отнимать - она сама может уйти, если захочет. Она решительная... женщина... Пошли. Пора собираться в дорогу"...
  
  ***
  
   " Что с ними? Зачем они удалялись от меня и Виктария? Почему у них появился секрет от нас?" - поставив самоблокировку, размышляла Эльсифия, несумевшая телепатически считать диалог мужчин, чему помешал Градер.
   Этот вопрос никак не хотел выходить из головы женщины, когда она в лёгком беге трусцой по каменистой тропе, проходившей по редколесью на дне Серого Ущелья, поглядывала с нескрываемым чувством любопытства и одновременно тревоги то на вожака, то на иного. Ей хотелось знать, о чём шло общение между мужчинами, но она, несмотря на свой решительный характер, сейчас не осмеливалась задавать им вопросы.
   Виктарий же хоть и не присутствовал при выяснении отношений между двумя такими разными самцами, не задавал себе ни каких вопросов - он знал, зачем они уединялись и какие проблемы решали в тайне не столько от него, сколько от женщины. Ведь он тоже был самцом.
   День отмерил первую половину, и отряду было бы не плохо сделать остановку, но, поглощённые каждый своими мыслями, члены его продолжали движение вперёд, забыв на время и о еде, и об отдыхе. Дорога, по-прежнему, каменистой лентой скользила меж скалистых стен, увлекая за собой путников; вокруг менялась только растительность: фиолетовые кусты попадались всё реже; на пути встречались деревья, высокие и короткохвойные, порою образуя целые рощи. Идти по лесу путникам приходилось значительно труднее, так как они привыкли перескакивать с камня на камень, а деревья, росшие всё гуще, мешали их прыжкам.
   Первым не выдержал Виктарий, которого не тревожили сомнения, поглощающие сознание остальных членов отряда.
   " Не мешало бы нам передохнуть, и пополнить запасы энергии. Что думаешь, вожак"? - телапатировал он товарищам по путешествию.
   " Да, пора. Сейчас доберёмся до того высокого камня и сделаем привал".
   Камень, на который показал Градер, воистину, был огромен. Белые прожилки бежали во все стороны по его чёрной поверхности, то пересекаясь, то расходясь лучами. Окрас камня представлял собой настолько необычайный узор, что привлёк пристальное внимание путников.
   Эльсифия прислонилась щекой к удивительному осколку скалы и водила по его шероховатой поверхности передними конечностями, восторгаясь цвету и формам белых линий, как будто, нанесенных на камень чьей-то рукой.
   " Я никогда раньше не видела таких камней. Мне кажется, что он тёплый! Вот, потрогайте его, потрогайте!"
   " Тебе показалось! Ничего он не тёплый. Камень, как камень. Здоровый очень!" - проворчал Виктарий, которого, казалось, ничем нельзя удивить.
   " Да, огромный. И свалился не так давно. Он ещё не порос мхом", - осматривая каменную глыбу, телепатировал Градер. - Почти полностью закрыл проход. Отдохнем и попробуем пробраться в эту щель, что осталась между камнем и отвесной стеной".
   Сэм стругал резонаторным ножом ветку дерева и думал о том, что с тех пор, как на их пути деревца сменили кусты, в основном произрастающие в тех лабиринтах Серого Ущелья, которые они уже миновали, вкус хвои изменился:
   " Может быть, мне это всего лишь кажется, потому что я уже привык за долгие недели нашего путешествия питаться хвоей, но она стала вкуснее, слаще, что ли. Интересно! Где мой биохимический анализатор?"
   Звездолётчик нащупал в одном из многочисленных карманных клапанах скафандра биохимический анализатор и направил его луч на хвоинки, только что срезанные им.
   " Отлично! В составе появились гексозы! И, значит, я прав - по мере продвижения нашего отряда идет изменение биологической структуры растительного и животного мира. Я надеюсь, это подтвержадает моё предположение о том, что мы постепенно поднимаемся вверх. Поэтому и полоска неба вверху стала шире и голубее".
   " Что ты там ищешь"? - Виктарий с любопытством наблюдал за женщиной, перебирающей мелкие камешки возле основания каменной громады, перекрывшей проход в Ущелье.
   " Иди сюда, посмотри! " - беззвучно позвала женщина воина.
   Они вдвоём склонились над россыпью камней, сосредоточенно изучая те, что находились у них прямо под нижними конечностями.
   " Я не совсем уверена, но мне кажется, что это иртиум".
   " Однако, ты права", - подтвердил Виктарий предположение женщины.
   " Но, почему его здесь так много?!"
   " Градер, подойди к нам. Видишь, что здесь нашла Эльсифия?!"
   Вожак, дремавший после пополнения энергии, неохотно встал и приблизился к двум любознательным особям; за ним последовал и человек. Женщина держала в щупальцах несколько блестящих камешков. Градер с удивлением телепатировал:
   " Это же иртиум! Так много"!
   " Да, его тут целая куча. Посмотри вниз - везде иртиум!" - твердил изумленный Виктарий.
   - Что за шум, а драки нет? - землянин не мог понять, чему удивляются кармионы, разглядывая какие-то осколки камней.
   " Сэм, это иртиум! Его здесь очень много!"
   - Эльсифия, я не знаю, что такое иртиум. Объясни мне, пожалуйста, если можешь, подробнее.
   " Иртиум - чудодейственный камень! Он восстанавливает сущность, он исцеляет болезни. При том, он очень редко встречается в Сером Ущелье, а здесь его много. Посмотри", - Эльсифия протянула землянину один из камушков.
   Недолго думая, человек опять воспользовался прибором, при помощи которого только что изучал растение.
   - Мой анализатор не находит аналогов подобному веществу. Значит, оно ещё не известно вселенской науке.
   " Эта Наука, тоже врачует людей, как Дарий"?
   - Я не смогу объяснить тебе коротко, что такое наука. Это обобщающее понятие, а не существо, не особь. Так же, как мы называем природой всё, что нас окружает, и наука объединяет все открытия при изучении различных явлений живого и неживого мира во всём космическом пространстве. Поняла?
   " Не знаю", - без энтузиазма ответила женщина.
   " Надо взять с собой немного иртиума. Он может нам пригодиться".
   " Градер, что толку в иртиуме, если с нами нет Дария", - Виктарий с грустью выбросил несколько камешков минерала и направился к месту, где оставил свою поклажу.
   - Я возьму всё-таки немного, у меня найдется для него место, - проговорил Сэм и, вынув герметический пакет, набросал в него достаточно большое количество иртиума.
   Антигравитационный рюкзак раздался в объёме, но тяжелее при этом не стал.
   " Нам пора заканчивать отдых. Собирайтесь в дорогу".
   Все, уже достаточно отдохнувшие, без возражений выполнили команду вожака...
  
  ***
  
   ...Щель, оставшаяся между свалившейся сверху каменной глыбой и отвесной стеной Ущелья, оказалась настолько узка, что только Эльсифия могла с трудом протиснуться в неё, но ей не разрешили сделать этого мужчины. Был риск застрять в узком пространстве прохода.
   " Что мы будем делать теперь"? - запрокинув голову вверх и оценив высоту препятствия, Виктарий с недовольным видом обратился к остальным членам отряда. - По-моему, проще повернуть назад".
   - Нет, поворачивать назад мы не станем! - решительно возразил иной. - Отойдите все как можно дальше!
   Землянин подождал, пока триадры отойдут на безопасное расстояние, сам он переместился настолько, насколько позволял прицел эктотрона. Короткий импульс луча отколол от каменной глыбы значительную часть, которая, рухнув, подняла облако чёрной пыли. Мелкие осколки, взлетевшие при взрыве вверх, градом посыпались на тропу расщелины. Когда пыль осела, все увидели, что проход не освободился. Триадры пришли в уныние, увидев безрезультативность действий человека, а Виктарий продолжал настаивать на возвращении назад к перекрестку, с которого они свернули на этот путь.
   Сэм, внимательно осмотрев произведённые его оружием разрушения, рукой дал знак триадрам оставаться на месте.
   - Ну, что ж, попробуем иначе.
   Землянин переключил эктотрон на импульсы средней длины и дал первый залп. Огромное облако пыли и целый ливень из мелких камней, поднятых вверх взрывной волной, обрушились на дно Серого Ущелья. Несколько осколков задело звездолётчика, не причинив при этом ему никакого вреда, - спасибо скафандру, изготовленному из сверхпрочного материала.
   Когда стих грохот камнепада, и чёрная пыль, толстым слоем покрывшая всё на значительном расстоянии от места взрыва в каменном лабиринте, улеглась, наши путники увидели оплавленные края глыбы, от которой отвалился значительный пласт, лежащий поверженной грудой у её основания. Казалось, Серое Ущелье склонило колени перед небывалой мощью оружия, созданного мыслью и руками человеческой расы - расы, упорно покоряющей просторы Вселенной, и остановить это стремление никому не под силу! Теперь по каменной осыпи можно двигаться дальше - путь открыт.
   - Будьте осторожны! Камни ещё не слежались, они шатаются под ногами, - предупредил землянин подошедших к нему кармионов.
   Отряхнувшись от пыли и осторожно ступая по вновь образовавшемуся обвалу каменных осколков, отряд благополучно перебрался через преграду. Путники шли вперёд, оглядываясь по сторонам и не находя особых изменений: кругом по дну ущелья разбросаны валуны; среди крупных камней россыпи мелких камушков; по пути растут одиночные деревья, а иногда попадаются целые рощи короткохвойных фиолетовых "сосен", как называл их человек. Но, не смотря на кажущуюся однообразность и спокойствие окружающего их мира, кармионы чувствовали необъяснимую и непроходящую тревогу, охватившую их разум.
   " Сбывается предсказание Маврии - я иду по тропе, по которой никогда ещё не ступала конечность соплеменника", - поставив самоблокировку, думала Эльсифия, вспоминая поселение кармионов, родной круг, так и не ставший ей, по-настоящему, родным.
   Воспоминания тревожили ей душу, нагоняли невыразимую тоску. Женщина попыталась отогнать от себя приступ ностальгии. Вдруг ей пришла в голову одна мысль, прервавшая её рассуждения.
   " Градер, мы сейчас прошли тот самый обвал, про который ты объяснял? Здесь уже не ходил никто из нашего племени?"
   " Кода-то давно - много холодных сезонов назад, здесь уже проходили отряды триадров. Это не тот обвал, я думаю. Через скалу, разрушенную Сэмом, всё-таки можно перебраться. С трудом - но можно", - уверенность чувствовалась в утверждении вожака.
   " Значит, я поторопилась".
   " Ты о чем?"
   " Так. О себе..."
   " Смотрите! Это то, что мы искали"?! - телепатический посыл Виктария оторвал путников от собственных мыслей и заставил посмотреть по направлению передней конечности триадра, устремленной вперёд и вверх.
   Все, прекратив движение, смотрели в указанном Виктарием направлении: в нескольких сотнях метров перед ними стояла каменная стена, преграждая дальнейший путь по рукаву каменного лабиринта; она была немного положе двух других отвесных стен Серого Ущелья, но поднималась на слишком большую высоту, чтобы её можно было преодолеть при помощи верёвок, которые шли в ход у триадров ранее.
   Глубокое разочарование заполнило сознание путников, никак не ожидающих увидеть обвал недосягаемой высоты. Мечты и стремления вырваться из каменного капкана таяли тем сильнее, чем дольше путники смотрели на вставшую перед ними новую преграду. Серое Ущелье, уступив землянину в предыдущем поединке, теперь брало реванш, не желая сдаваться без боя.
   " Не стали меня слушать! Теперь вот, любуйтесь! Перейти через такой обвал всё равно, что подняться по любой из этих отвесных стен Ущелья. Ну, выбирайте - по какой полезем"? - сарказм Виктария вывел остальных из оцепенения.
   " Сэм, что будем делать? Твое чудо-оружие здесь не поможет".
   - Да, Градер, не поможет.
   " Что делать, что делать?! Надо назад возвращаться!" - пессимист Виктарий был настроен решительно.
   " Самцы, назад мы всегда успеем вернуться! Да, и ночь уже скоро! Надо дойти к подножию обвала, там заночуем, а станет светло, будем решать, как поступить дальше".
   - Ты, как всегда, права, Эльсифия. Утро вечера мудренее - так у нас на Земле говорят, когда откладывают принятие решения на следующий день, чтобы как следует всё обдумать.
   Чем ближе подходил отряд триадров к подножию обвала, тем выше поднималась скалистая стена, перегораживающая отрог Серого Ущелья и создавая тупик. Было понятно, что дороги дальше нет. По всей видимости, этот тупиковый лабиринт существовал с незапамятных времен; в силу каких-то природных явлений, стена, стоявшая поперек Ущелья, обвалилась, стала немного ниже двух других; но она оказалась не настолько низка, чтобы по ней можно выбраться наверх. Подножие стены, вставшей препятствием перед отрядом тридров, а также и несколько десятков метров самой стены, где она была положе, поросли буйной растительностью: здесь раскинули пушистые ветки и фиолетовые кусты, и деревья; пышным ковром устилали почву камни, мхи и лишайники; появилась травянистая растительность, походившая на хвощи. Во все стороны от отряда путников разбегались и разлетались различные мелкие животные, которые, впрочем, не отличались от тех, что обитали в пределах стойбища клана кармионов. Несколько раз в вышине меж отвесных каменных стен пролетали хищные птицы, с одной подобной путники уже успели свести столь неприятное знакомство.
   Выбрав ровное пространство на небольшой возвышенности, со всех сторон окруженной растениями и крупными валунами, отряд стал готовиться к наступлению темноты...
  
  ***
  
   ...События прошедшего дня не давали никому заснуть, но больше всех мучился Сэм. Всё время пути по этому коридору Серого Ущелья, он лелеял надежду, что именно здесь найдется выход из каменных лабиринтов. Он ворочался с бока на бок, с горестью перебирая в мыслях все те признаки, которые, как ему думалось, указывали на верно выбранное направление.
   "Неужели придётся повернуть назад? Нет, я не верю, не хочу верить, что прошедшие два-три месяца, проведенные мною в этой проклятой пропасти - только начало моего заточения. Два месяца, а, может быть, уже и три прошло с тех пор, как я свалился сюда, да ещё почти три - в полете... Да, Джина теперь уже точно похоронила меня. Как она не хотела, чтобы я отправлялся в экспедицию на Юпитер! Слышал, что женская интуиция развита гораздо сильнее, чем мужская. Может быть, Джина предчувствовала грозящие мне беды? Но, по большому счёту, никакой беды со мной ещё не случилось. Буду считать то, что со мной сейчас происходит, просто большим и опасным, но, всё же, приключением. И даст Бог, я ещё увижу мою дорогую жену", - думал Сэм, постепенно погружаясь в мир сновидений.
   Вдруг сквозь дрёму он почувствовал движение, посмотрев в сторону, откуда раздался шум, в темноте ночи он с трудом разглядел, что кто-то из кармионов резко встал, а затем, следом за ним повскакали и остальные триадры.
   - Что случилось? - землянин включил разговорный адаптер.
   " Это вериды! Готовьтесь к бою"! - панический ужас сквозил в возгласе Градера, понимающего, что его отряду предстоит смертельная и, вероятно, последняя в их сущности схватка.
   Триадры уже вооружились луками и копьями, только человек, обшаривая карманы скафандра, никак не мог в темноте отыскать свой эктотрон.
   - Что за вериды? Племя, или звери? - включив фонарь, спросил Сэм у Виктария.
   " Сейчас увидишь, если успеешь"! - фыркнул Виктарий, натягивая тетиву.
   То, что разглядел в следующее мгновение, освещая фонарем пространство перед собой, землянин, поразило его и привело в замешательство, грозящее гибелью всему отряду триадров. Огромные твари, вставшие на дыбы, надвигались в полной тишине на отряд путников, и только луч света, выхвативший из темноты хищные морды, сплошь покрытые длинными черными иглами, спровоцировал их разинуть клыкастые пасти, усеянные острыми зубами, и огласить окрестности грозным рыком. Мурашки побежали у Сэма по спине от раскатов этого рычания, эхом умноженного скалистыми стенами. За всё время пребывания в каменных лабиринтах планеты, на которую звездолётчик попал волею судеб, он не сталкивался с такими огромными и жуткими хищниками. Ночной мрак не позволял рассмотреть их подробнее, но по одному их громоподобному рёву и оскаленным мерзким мордам человеку стало ясно, что с такой грозной силой ему ещё не довелось сражаться в Сером Ущелье.
   Одна из тварей то ли щупальцем, то ли хвостом уже обвилась вокруг торса Виктария и, подтянув его к себе, готовилась разорвать воина на части, но могучий триадр не собирался сдаваться без боя. Он яростно орудовал своей пикой, откинув в сторону лук, из которого успел выпустить в хищника только одну стрелу, скользнувшую по панцирю, покрывающему спину и грудь животного, и не причинившую никакого вреда, а только пуще разозлившую нападающего зверя. Виктарий, изворачиваясь от выпадов клыкастой морды, метился копьем в огромный красный глаз твари, расположенный в гордом одиночестве в середине этой самой морды.
   Эльсифия, отстреливаясь из лука, отступала под натиском другого такого же хищника к груде высоких валунов, прикрывающих её спину. Споткнувшись о крупный камень, лежавший у неё под нижними конечностями и не замеченный ею в темноте, женщина упала на спину и выронила лук.
   Градер в это время вскочил на возвышение, чтобы иметь преимущество над нападавшим на него зверем, он посылал стрелу за стрелой в разъяренное животное, но выстрелы или не попадали в цель, или наносили незначительные раны, вызывая лишь новые приступы ярости чудовища, оглашающего грозным рёвем каменный лабиринт.
   - Сколько же их здесь, этих циклопов?! - придя в себя от неожиданного нападения, выкрикнул Сэм, выбирая цель для поражения.
   Эльсифия смогла увернуться и не только вскочить на нижние конечности, но и найти в темноте потерянный лук. Подпрыгнув в воздухе, она натянула тетиву и выпустила стрелу, метясь прямо в глаз твари, приблизившейся к ней на опасное расстояние. Стрела, подобно молнии, преодолела короткое расстояние, разделяющее воительницу и опасное животное, и угодила точно в цель. Душераздирающие вопли огласили место боя, заставив вздрогнуть всё живое, населяющее ущелье на протяжении нескольких лабиринтов. Ещё не стихли последние крики жуткого зверя, как он рухнул на каменистую почву, замерев в немой неподвижности.
   Сэм перевел эктотрон в сторону Виктария, усиленно сопротивлявшегося крепким объятиям хищной твари, уже раскрывшей над воином огромную пасть с несколькими рядами острых, как кинжалы, зубов, орошенных потоком липкой, зловонной слюны. Триадр и зверь слились в один комок, мешая человеку прицелиться, чтобы не задеть во время выстрела воина.
   - Нет, я не дам тебе поужинать! - выкрикнул, озлясь, Сэм.
   Два самых коротких импульса эктотрона пронзили подобно молнии тело зверя, не успевшего даже издать предсмертного вопля. Хищник не рассыпался пеплом, но, сраженный насмерть, упал на каменистую почву, увлекая за собой Виктария, рухнувшего вместе с ним.
   Лучом фонаря Сэм пытался отыскать на поле боя своего третьего товарища, но Градер словно растворился в черноте ночного мрака - плотная темнота скрывала то, что произошло в результате поединка вожака и одной из тварей, напавших на лагерь спящих путников. Вот осветилось голубое лицо Эльсифии, искаженное смертельной усталостью после схватки с чудовищем. Женщина, тяжело дыша, сидела, прислонившись спиной к тому камню, который минуту назад был ей защитой от нападения сзади.
   - Градер, ты где? - выкрикнул Сэм.
   В ответ со всех сторон мертвая, гнетущая тишина.
   Наконец, землянин увидел нижние конечности вожака триадров, торчащие из-за груды камней. Сэм, осветив пространство вокруг себя и убедившись, что рядом больше нет свирепых животных, кинулся на помощь вожаку. Почерневшая чешуйчатая кожа кармиона, привела в паническое состояние человека - он уже хорошо знал, что означает для кармионв это цвет, цвет горя и смерти.
   - Градер, что с тобой?! Очнись, слышишь! Что с тобой?!
   Сэм отчаянно пытался освободить кармиона, засыпанного камнями и придавленного трупом хищника. Навалившись всем телом, он едва сдвинул в сторону огромный труп мертвого животного, сраженного стрелой Градера, и стал отбрасывать камни; включенный фонарь продолжал освещать часть площадки, ставшей ареной боя. Сэм вздрогнул, почувствовав чье-то приближение, и резко обернулся: рядом стояла Эльсифия и протягивала ему разговорный адаптер; землянин выронил его из кармана скафандра во время боя; тот при падении отключился.
   Землянин включил разговорник, и ночь, казавшаяся ему секунду назад безмолвной, вдруг сразу наполнилась звуками, издаваемыми кармионами на телепатическом уровне и переводимыми прибором на всегалактический язык.
   " Сэм, успокойся. Градер жив, но его сущность сильно пострадала. Помоги сначала освободиться Виктарию, а потом все вместе поможем вожаку".
   " Не надо мне его помощи. Сам справлюсь. Я уже почти выбрался из-под этой вонючей туши".
   - Сам, так сам. Эльсифия, а ты как?
   " Нормально. Устала очень после боя", - шатаясь, проговорила женщина.
   - Я освобожу Градера, а ты отдохни.
   " Сэм, не торопись, я бы выбрался самостоятельно, но мне придавило переднюю конечность. Зайди с другой стороны и попробуй столкнуть эту мерзкую тварь с меня", - вступил в общение раненный вожак.
   Эльсифия осмотрела груду камней и труп животного, своим весом придавившего вожака, который сразил монстра стрелой, угодившей в единственный глаз циклопа. Падая, чудовище не только накрыло своим телом Градера, но и обрушило часть каменного возвышения, на котором тот стоял. Не понятно было, то ли камни, то ли острые клыки зверя повредили тело вожака - из его ран, светясь фосфорическим светом, сочилась тонкими струями энергия, поглащаемая каменистым дном Серого Ущелья, словно стремящегося любыми преградами остановить путников в попытке вырваться из его цепких скалистых объятий.
   Не смотря на все старания человека, огромная туша сраженного зверя, практически, оставалась неподвижной.
   " Давай попробуем вместе", - пристраиваясь рядом с иным, протелепатировал Виктарий, самостоятельно освободившийся из предсмертных объятий другого чудовища.
   Общими усилиями они смогли наконец сдвинуть с раненого вожака непомерно тяжелый груз. Так как землянин не мог прикасаться к кармиону, подняли и перенесли раненого Градера Виктарий и Эльсифия. Триадры уложили своего вожака под куст с густой фиолетовой хвоей, ведь ему нужно срочно пополнить потерянную от нанесенных зверем ран энергию.
   " Сэм, достань камешек иртиума. Он нужен сейчас Градеру".
   Эльсифия не умела врачевать, но она не раз видела, как это делал Дарий. Им так сейчас его не хватало! Женщина хотела попытаться повторить хоть что-то из того, что проделывал знахарь, восстанавливая сущность соплеменников. Положив иртиум на переносицу Градера и выполнив несколько пассов, как ей казалось, похожих на действия, производимые ранее Дарием, она стала пристально смотреть на переносицу раненого, желая при этом его полного восстановления. По-видимому, её желание было столь велико, что возымело действие: тонкий луч слабого свечения, отделившись вдруг от переносицы женщины, рассёк темноту ночи и вонзился в волшебный камень, лежавший между глаз Градера, по телу которого тот час прошла судорога. Виктарий и Сэм, наблюдавшие за действиями новоявленной врачевательницы, увидели, как по чёрной коже вожака пробежали, словно волны, оттенки разных цветов. Цветовые гаммы сменяли одна другую, подобно цветам гологеновой иллюминации, и через некоторое время кожный покров триадра приобрел спокойный серый цвет.
   " Он уснул. Не будем ему мешать", - телепатировала Эльсифия, внимательно прислушавшись к ровному дыханию самца.
   - Виктарий, как ты думаешь, есть здесь ещё подобные твари?
   " Не знаю, Сэм. Может, и есть, но я их не чувствую", - ответил Виктарий, назвав иного по имени впервые с самой их встречи у звездолёта.
   - Нам бы всем не мешало тоже выспаться, но есть вероятность нового нападения веридов. Эти твари смогли подкрасться к нам незамеченными, не помогла даже ваша телепатия.
   " Спите вы оба, я всё равно не усну. Я буду охранять ваш сон", - Эльсифия присела рядом с Градером, с тревогой всмариваясь в родные черты лица кармиона.
   Мужчин не пришлось долго уговаривать - через несколько минут, утомлённые последними событиями, они уже крепко спали без всяких сновидений...
   ...Ночь давно перешагнула через свою середину, но многие обитатели каньона, перепуганные шумом боя и рёвом смертельно раненых верид, затаившись, провели остаток тёмного времени настороже, ожидая повторения произошедшей здесь схватки не на жизнь, а на смерть. Эльсифия, вглядываясь в распростертое тело любимого самца, заметила, что пропали даже светящиеся фосфорическим светом мотыльки-малиоки, порхающие обычно вокруг на протяжении всей длинной ночи. Ей показалось это плохим признаком. Вероятно, где-то ещё затаились хищные твари. Тревожная догадка заставила быть самку всё время начеку...
  
  ***
  
   ...Тусклый рассвет робко раскрашивал растительный и животный мир в те немногие оттенки красок, которые преобладали в лабиринтах Серого Ущелья. Казавшиеся ночью чёрными, листья кустов, деревьев и немногих трав приобрели свой естественный окрас; появились мелкие животные неброской расцветки, ведущие дневной образ жизни. Смута, посеянная произошедшей несколько часов назад битвой между веридами и путниками, неразумными существами уже была забыта, и они начинали новый день в привычном для себя биоритме...
   ...Лагерь отряда утро тоже привело в движение : приподнял голову и осмотрелся по сторонам землянин; Виктарий перевернулся на другой бок, не прерывая своего глубокого сна; Эльсифия наклонила пушистую ветку растения ко рту Градера, который уже очнулся от тяжелого беспамятства и, пронзив ветку острым жалом своего гибкого языка, стал пополнять жизненную энергию, особенно необходимую ему сейчас для восстановления сущности.
   " Тебе надо выспаться. Ложись, я всё равно больше не усну", - телепатический посыл Градера, адресованный Эльсифии, заставил её слегка улыбнуться и послушно закрыть глаза прозрачными веками.
   Сэм, между тем, нежным взглядом наблюдал за женщиной, измученной битвой и проведшей в тревожных мыслях бессонную ночь. Она поднялась, обошла вокруг вожака, осторожно легла рядом с ним и, прижавшись всем телом к его спине, быстро заснула. Задремал и триадр, согретый теплом тела самки.
   Голод давал знать о себе и землянину, но любопытство пересилило физиологическую потребность и повело человека туда - на место ночной битвы с жуткими монстрами. Перед его глазами сквозь редеющую мглу рассветного тумана открылась картина, потрясшая разум человека необычностью форм и размерами сраженных им и его спутниками одних из самых жестоких, как оказалось, представителей животного мира, населяющих неизведанные лабиринты скалистого Серого Ущелья.
   - Какие мерзкие твари, - пнув ногой одного из убитых зверей, труп которого издавал смрадный запах, сморщившись, проговорил Сэм. - Да, это проблема. Теперь мне будет ещё труднее убедить остальных остаться здесь хотя бы на некоторое время, чтобы полазать по уступам обвала. Я всё-таки тешу себя надеждой, отыскать какую-нибудь тропу наверх. Вдруг мне повезет. А эти вонючие трупы будут привлекать внимание падальщиков, значит, поблизости нам оставаться нельзя. Что же придумать? Как уговорить кармионов остаться здесь хотя бы ненадолго?
   Сэм, не торопясь, обошёл всех трёх поверженных монстров, продолжая изумляться их формам и размерам: огромную жуткого вида морду, сплошь покрытую длинными чёрными иглами, с пастью невероятных размеров, усеянную острыми клыками и зубами в несколько рядов, украшал единственный глаз; из открытой пасти вывалился длинный липкий язык с пузырями засыхающей слюны; туловище, защищённое чёрными костными образованиями в виде пластин, в два-три раза превышало размеры самого крупного воина - кармиона; четыре лапы имели вид толстых, упитанных змей; и было совершенно не понятно - то ли хвост находился сзади у хищника, то ли это - пятая лапа.
   " Да, тварь мерзкая и очень сильная. Только благодаря твоему оружию мы смогли их победить".
   Сэм вздрогнул от неожиданности и обернулся - рядом стоял Виктарий.
   " Наше племя много сезонов назад, как мы думали, смогло истребить последнего верида, оказалось, что это не так. Они здесь хорошо устроились, никто им не мешал. Тут, в зарослях вполне ещё могут скрываться экземпляры поменьше, или детёныши. Опасно нам здесь задерживаться ещё на какое-то время. Нужно уходить".
   " Мы не сможем уйти сейчас. Градер очень слаб, потерял много энергии, она до сих пор сочиться из его ран. Плохой из меня врачеватель", - с грустью телепатировала Эльсифия, неслышно подойдя к мужчинам, стоящим у начинающих разлагаться трупов чудовищ.
   - Пойдем, проведаем Градера.
   Землянин направился к вожаку, обнадежанный словами Эльсифии - они должны пока остаться здесь. Ведь если они не могут покинуть это место, значит, у него будет немного времени обследывать возвышающийся перед ними каменистый тупик. Он склонился над раненым и внимательно осмотрел его сочившиеся энергией повреждения тканей, не прикасаясь к ним. Было понятно, что вожаку нужна перевязка. Землянин попал в двусмысленное положение: с одной стороны, надо оказать помощь триадру, но с другой - если он окажет эту помощь, то раненый быстрее пойдет на поправку, и у человека не достанет времени для изучения этой части Серого Ущелья.
   Колебания Сэма оказались недолгими, и, может быть, всё-таки эгоистичными. Не оказать помощь сейчас, значило, не только продлить болезнь триадра, но и рискнуть его сущностью, подвергнуть его жизнь смертельному исходу, а это никак не входило в планы землянина, считавшего вожака самым надежным из всех троих триадров, отправивишихся с ним в путь на поиски выхода в верхний мир. Поэтому Сэм вынул аптечку из своего рюкзака и объяснил Эльсифии, как наложить регенерирующую повязку.
   - Это средство помогает при ранении людей, но, может быть, поможет и Градеру. Давай, попробуй сделать, как я тебе показал.
   После перевязки Градер снова задремал, а землянин и Виктарий, вооружившись, решили осмотреть местность, чтобы выбрать новую стоянку подальше от зловонных трупов мертвых животных. Желание Виктария быстрее покинуть расщелину было, пока что, невыполнимо из-за ранения вожака, которому необходимо залечить раны и набраться сил...
  
  
  ***
  
   ...Предыдущее место отдыха наших путников, где на них напали кровожадные вериды, находилось на некотором удалении от подножия возвышающейся перед ними тупиковой стены Серого Ущелья, поэтому кармион и звездолётчик решили обследовать само подножие. Прыгая с валуна на валун, они в лёгком беге продвигались вперёд, озираясь по сторонам, стараясь при этом уловить все необычные звуки: один принимал телепатические и ультрозвуковые сигналы; другой слушал окружающий мир в его голосовом разнообразии.
   Они быстро преодолели расстояние до возвышающихся вверх каменистых скал, частично снизу скрываемых деревьями, росшими здесь в изобилии и образующими целый лесной массив. Не рискуя разделиться, воины обследовали местность вместе и вскоре подошли к отвесной стене, имеющей неоднородную поверхность. Нагромождение глыб напоминало детский конструктор, в который играл ребенок-великан; казалось, он рассыпал огромные каменные кирпичи в беспорядке, забыв их потом собрать; так и остались они лежать на долгие времена, порастая растительностью и становясь прибежищем для различной живности, заселившей пустоты среди каменных глыб.
   " Сэм, посмотри, что я нашёл!"
   Виктарий стоял возле небольшого отверстия, ведущего в темноту пещеры.
   - Фонарь со мной. Нам надо посмотреть, что там внутри. Может быть, эта пещера станет на время нашим убежищем. Идём.
   Согнувшись почти вдвое, мужчины, освещая фонарем себе путь, медленно продвигались внутрь. Вдруг между ног и нижних конечностей в разные стороны разбежались мелкие ящероподобные пресмыкающиеся.
   - Вот, чёрт, напугали!
   " Ты иногда повторяешь так. А что сие значит?"
   - Чёрт, что ли? Это похоже на ваших верид. Такая же жуть! Только с рогами и копытами. Правда, я сам никогда не видел чертей. Так говорят.
   Виктарий, не имея ни малейшего представления, что такое рога и копыта, предпочёл больше не задавать иному вопросов, дабы не показаться в его глазах глупцом.
   " Здесь можно устроить жилище на время, пока вожак восстановит свою сущность".
   - Да, подходящая квартирка. По крайней мере, взрослые вериды сюда никак не заберутся - тесновато тут для них будет.
   " Надо натаскать сухого мха".
   - Вот ты и займись этим, Виктарий, а я пойду, посмотрю, что там ещё есть интересного. Фонарь оставлю тебе.
   Сэм, оставшись один, с энтузиазмом принялся за изучение рельефа обвалов, каменистых стен и проходов между ними. Когда-то, в юности, программа обучения в космоколледже дала ему основы скалолазания, и хотя он не считал себя альпинистом, у него не плохо получалось карабкаться по камням, преодолевая одну за другой, хоть и не значительную, но всё же высоту.
   Покорив несколько каменистых уступов, он поднялся на довольно ровную площадку и обернулся. Оказалось, что он преодолел достаточное расстояние от подножия тупиковой стены, и сверху его глазам открывалась панорама лабиринта, приведшего его и его спутников сюда. Налюбовавшись вдоволь сине-фиолетовыми лесами, вскипевшими, подобно морским волнам, среди скалистых утесов, человек стал пристально рассматривать краеугольные уступы и отвесные стены, поднимающиеся ещё выше - туда, куда он устремлял все свои помыслы в порыве, как можно скорее выбраться из цепких объятий сурового Серого Ущелья.
   С места, где стоял сейчас, он разглядел над собой на достаточно большом расстоянии одинокое дерево. Почему оно привлекло его внимание, он и сам себе не смог бы объяснить. Ведь высоко на скалах там и тут торчали, словно вцепившись в твердую породу, деревца и кусты, сумевшие укорениться на неблагодатной для них почве и довольно успешно произрастать. Почему же именно это дерево приковало к себе его взгляд? Оно было, несомненно, крупнее других и росло, казалось, на совершенно отвесной стене.
   - Сегодня не успею до темноты, а завтра непременно попытаюсь добраться до этого примечательного древа. Пора назад, день подходит к концу, да и есть сильно хочется.
   Сколько раз звездолётчик уже благодарил и мысленно, и вслух разарботчиков, придумавших и сконструировавших лёгкий скафандр, с которым он теперь не расставался никогда. Наделённый множеством функций, необычайный по прочности, удобный в носке, скафандр Сэма был снабжен различными мелкими техническими устройствами, выручающими своего хозяина во многих ситуациях, а также обеспечивающими его физиологические потребности. Вот и сейчас, пошарив в одном из многочисленных карманных клапанов, он вынул термомаркер и стал помечать им тропу, по которой сумел подняться на довольно большую высоту: оплавленные метки, оставляемые прибором, будут долго и ярко светиться в любое время суток, указывая пройденную дорогу.
   Сэм Стуокер и сам не знал, почему включил разговорный адаптер ещё далеко на походе к лагерю триадров, но, то телепатическое общение между кармионами, которое уловил электронный переводчик, не просто удивило звездолётчика, а заставило его глубоко задуматься.
   " Он одержимый, этот иной! Вы что не видите - ему всё равно, что будет с нами, с тобой, Градер. Пусть остаётся здесь один, если хочет, а нам надо возвращаться в стойбище кармионов к нашим соплеменникам".
   " Виктарий, мы не сможем вернуться в полной своей сущности к родным кругам. Слишком много опасностей подстерегает нас на обратном пути".
   " Сможем, вожак! Я, когда таскал мох в эту пещеру для нашего стойбища, всё обдумал. Нам надо отнять у иного его смертельное оружие. Тогда мы сможем вернуться в поселение".
   " Мы не отнимем у землянина его оружие, он его нам не отдаст".
   " Очень просто сможем: когда он уснет, я вытащу из складки на коже его оружие; если же он проснется, я просто прикоснусь к нему; тогда он не окажет мне никакого сопротивления. Видишь, как всё просто!"
   " Перестаньте! О чем вы рассуждаете?! Сэм может потерять сущность от твоего прикосновения, Виктарий! А ты, Градер, почему внемлешь таким коварным мыслям?! - возмутилась женщина подлым мыслям воинов-триадров. - Мы же пообещали, что будем с человеком до конца! Вы - самцы, а ведете себя хуже, чем трусливые самки!"
   В гневе, вмещающем в себя многообразие чувств, овладевших кармионкой, кожа её запылала многоцветием красок. Самка с презрением посмотрела на обоих самцов и решительно покинула своды небольшой пещеры, облюбованной маленьким отрядом триадров для временного обитания. Сэм не видел, как повела себя Эльсифия в споре с мужчинами, но он был благодарен ей за услышанные в переводе её мысли.
   Самцы, уловив приближение человека, прекратили общение на щекотливую тему. В это же время Сэм отключил разговорник, опустился на валун, густо поросший лишайником, и серьезно задумался о том, что услышал несколько минут назад.
   Очередной день в Сером Ущелье приближался к закату, сгущавшиеся сумерки, как сизым туманом, заволакивали все предметы вокруг, размывая очертания и краски. Мелкие светящиеся твари, ведущие ночной образ жизни, уже выползали из своих укрытий, чтобы, насытив свою утробу, к концу тёмного времени суток опять спрятаться от глаз дневных обитателей каменных каньонов. Тёмно-серые растения, потерявшие сине-фиолетовые краски, напоминали монстров небывалых форм и размеров. Роса мелкими капельками влаги покрыла обнажённые поверхности камней, отдающих незначительное тепло, накопленное за световой день. Нужно было возвращаться в лагерь, ведь даже с мощным фонарём, перепрыгивая, или перебираясь с камня на камень, можно переломать ноги, но фонарь Сэм оставил в пещере.
   Вставая с импровизированного стула, землянин, проанализировав всё услышанное им ранее, уже знал, что полностью в этом Ущелье он может рассчитывать только на себя, ну, и, может быть, на Эльсифию. Оказалось, что пока он обдумывал, как задержать здесь на некоторое время кармионов, они в этот же момент, размышляли, как выкрасть у него эктотрон и оставить его одного погибать в каменных лабиринтах.
   " А вы, оказывается, хамелионы не только по окрасу кожи, но и по своему поведению. Значит, я окружен трусами и предателями. Неприятный сюрприз! Придется всё время быть начеку!" - озабоченно думал человек по пути к пещере, которую уже заселили триадры.
   " Где ты так долго бродил, Сэм?" - Эльсифия поднялась навстречу землянину, приветливо улыбаясь.
   Посмотрев в её огромные выразительные чёрные глаза, звездолётчик улыбнулся в ответ и сказал:
   - Я искал дорогу наверх.
   " Ну, что, уже нашел?"
   Сарказм Виктария вызвал у Сэма жуткое раздражение, силясь скрыть которое, он, медленно выговаривая слова, произнес:
   - Нет, не нашел. Но ты не переживай, Виктарий, я найду выход из вашего Серого Ущелья. Обязательно найду, даже если мне придется сделать это одному.
   Кармионы вопросительно переглянулись между собой, а землянин пошел раскладывать губки, чтобы завтра можно было отфильтровать воду для питья...
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"