Примаченко Павел Андреевич: другие произведения.

Воспоминания Гажалова Н.А

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Воспоминания моего дедушки Гажалова Николая Алексеевича,члена партии Большевиков с февраля 1917 года, о детстве,которое прошло в Ямской слободе г. Курска, службе в царской армии в воздухоплавательном батальоне шофёром. О гражданской войне, о службе в Красной армии комиссаром Китайского батальона, в особом отделе 9-й стрелоковой дивизии, об участии в ликвидации Антоновского мятежа в составе кавбригады Котовского, об организации сельскохозяйственной коммуны им. Котовского, в которой он работал заместителем председателя и секретарем партийной организации, о работе в Укрколхозцентре, об участии в Великой Отечественной войне.

  
  
    []
  
   Николай Алексеевич Гажалов
  
  
   (1895 г.- 1976 г.)
  
  
   Я был свидетелем революции 1905 года, участником Первой империалистической войны, Октябрьской революции и гражданской войны, участвовал в Великой Отечественной войне, и мне захотелось рассказать о своей жизни. Так появились эти воспоминания.
  
  
  Родился я 5 мая 1895 года в Ямской слободе, в пригороде города Курска.
  Что же это было за место, кто там жил и какие там царили нравы и порядки?
  Ещё в конце ХУ11 века на северной окраине города начали селиться курские ямщики, позже они перенесли свое поселение выше по течению реки Тускорь на обширный пригорок, располагавшийся недалеко от Стрелецкой слободы. Название "Ямская" слобода получила в 1629 году.
  
   В обязанность ямщиков входило, как тогда говорили "гонять" почту. Ямщики были люди служивые и состояли из крестьян особой категории - государственных. Они освобождались от подушной подати и военной службы, но отбывали другую тяжелую повинность. Ямщики обязаны были содержать почтовых лошадей. Если ямщик исполнял службу добросовестно, в награду от государства он получал землю и лес.
  
  Ямщикам нашей слободы принадлежало 1406 десятин земли, которую они сдавали в аренду главным образом под сенокосы для прокорма лошадей. Население слободы было разбито на участки - выти. В каждом участке по 4 двора и по 28 человек мужского пола. В обязанности участка входило содержание трех лошадей. Донесения, указы, прочие документы и почту передавали в участки посыльные, которые ездили от одной станции к другой.
  
  Дома тогда были деревянные, покрыты соломой, плотно ютились один к другому. Во время частых пожаров порой целые улицы выгорали дотла.
  В 1762 году в слободе вместо деревянной Введенской церкви (Введение во храм Пресвятой Богородицы) ямщики построили на возвышенности новую, каменную с каменной оградой, так как старое место было очень топкое.
  
  Новый храм стал центром Ямской слободы. Рядом находились базар и постоялые дворы. Как пригородная Ямская слобода имела право на два базара в неделю. Здесь находили работу прасолы - скупщики скота и припасов - мяса, рыбы для перепродажи.
  
  В 1868 году через ямскую провели железнодорожную магистраль "Москва-Курск". Станция Курск относилась к первому классу. В следующем году в слободе было построено здание "пассажирского дома" - вокзала и ремонтные железнодорожные мастерские. Ямщики отличались независимым характером, в средствах не нуждались и потому работать на железную дорогу не поступали.
  
  Вскоре ямщицкая государева служба была упразднена. Ямщики оставили извоз и начали постигать другие профессии. Многие занимались крамарьством - мелкой торговлей мануфактурой по деревням, некоторые освоили живописное, иконописное мастерство, а кто овладел другими, более обыденными ремеслами - сапожным и кровельным. За ними шли бондари, портные, гребенщики, кузницы, ситники. Зажиточные ямщики занимались тряпичным или веревочным делом.
  
  На фабрике "трепачи" выбивали из пеньки кострику и обработанная пенька шла на веревки. Кроме того пеньку как сырец отправляли за границу. Здесь же находились прядильные заведения.
  
  Занимались ямщики и обработкой пера. Пушистая часть отделялась от стержня, который потом выбрасывался. Перо спрессовывалось в тюки - "затюкивалось" и отправлялось на железную дорогу. Этот промысел был широко распространен.
  
  С годами стали появляться целые производства - альбуминное, мраморное, паркетное, роговое и другие.
  
  Население слободы росло. Ямская расширяет границы до Вокзальной улицы. А позже, чтобы разрядить общую густоту построек, стали заселять и Мурыновку. Там селились ямщики с большими семьями и погорельцы. Ямщики любили свою слободу, гордились ею, ревниво соблюдали свои границы и посторонних людей к себе не пускали. Даже сыновей и дочерей неохотно женили или отдавали замуж за чужих.
  
  "Разночинцам", так называли "пришлых", не ямщиков, разрешение на строительство домов давали с большим трудом. Если такой дом сгорал, "разночинец" не имел права на новое строительство и его владения отходили в пользу ямщиков. Но со временем и они стали получать одинаковые права с потомственными ямщиками и селились в слободе наравне со всеми.
  
  Оставив извоз, ямщики оставались владельцами больших земельных угодий в Курском и большом Суджанском уезде. От сдачи в аренду этих земель и торговых помещений возле вокзала ямщики имели большую материальную выгоду. На эти деньги они нанимали сотских и десятских людей для отбывания повинности по обслуживанию и содержанию подвод для нужд слободы, имели прекрасный пожарный обоз, содержали школы.
  
  В 1880 году работали три двухкомплектные школы, две мужские и одна женская, со сроком обучения 4 года. Одна школа содержалась за счет земства, остальные - ямским обществом. На двух преподавателей приходилось 50 и более учеников. В школы принимались только дети ямщиков.
  Ямское общество выдавало на каждого неимущего сироту по 1 рублю в месяц. Существовала касса взаимопомощи. В случае пожара бедные, помимо страховых денег получали дополнительное денежное пособие.
  
  К концу Х1Х века население Ямской выросло. Введенский храм уже не вмещал всех прихожан. Возникла необходимость в строительстве второй слободской церкви. Ежегодный доход казны к тому времени составил около 30 тысяч рублей, что позволило ямскому обществу приступить к возведению Николаевского храма "без особого отягощения обывателей".
  
  
  
   ДЕТСТВО
  
  Наш дом стоял на Кузнецовской улице. Она называлась так потому, что около озера работали кузнецы. Но, помню, рассказывали, что когда-то улица была Бобровой, так как в ручьях и протоках, пересекавших ее, водились бобры. Кроме кузнечных мастерских на ней размещалась иконописная мастерская.
  
  Наша семья состояла из восьми человек и мало чем отличалась от семей, проживающих по соседству. Отец - Солянин Алексей Ильич, мать - Александра Алексеевна Солянина ( В девичестве Гнутова). Четыре брата. Я - Николай Алексеевич - старший, средние - Петр, Алексей и младший - Василий. Три сестры - Александра, Мария, Антонина.
  
   Доходы нашей семье приносила собственная небольшая пекарня, где продавали хлеб, баранки и т.п. Бизнес был в прямом смысле семейный. Все от мала до велика работали в пекарне, наёмных работников у нас не было. Там я научился премудростям хлебопека, которые сохранил на всю жизнь, до сих пор могу поставить опару, замесить тесто и испечь хлеб, калачи, баранки или пасхальный кулич.
  
   В 1906 году по Столыпинской реформе, при разделе общественных земель, мы, на 6 едоков мужского пола, получили 4,5 десятины (6,5 гектар) пахотной земли, которую тоже обрадовали всей семьей. Кроме того, отец зимой подрабатывал - служил сборщиком налогов на базаре.
  
  Но, несмотря на это, денег на содержание семьи не хватало. Моя старшая сестра Александра очень хотела учиться, но отец этого не одобрял и денег на обучение не дал. Но она все-таки настояла на своем и, чтобы оплачивать свое обучение на вечерних курсах, днем работала. К сожалению, она сильно простудилась, простуда перешла в чахотку, и осенью 1917 года ее не стало.
  
    []
  
   Александра Алексеевна Солянина- старшая сетра.(г.р. неизвестен -год сметри 1917 г)
  
    []
  
   Мария Алексеевна Солянина- вторая сестра. (1898 г. - 1977 г.)
  
    []
  
   Антонина Алексеевна Солянина- младшая сестра. (1905 г. - 1979 г.)
  
   Однако, меня, самого старшего из всех братьев и сестер, отец определи в школу. Но надежд отца я не оправдал. Через год меня вышибли из школы за плохое поведение. А дело было так. Я поспорил с товарищами по классу, что во время молебна выстрелю из "Монтекристо". Но открыто сделать это я побоялся и нажал на курок пугача, не вынимая его из кармана пальто. Пальто было на вате и сразу же загорелось. На этом моё начальное образование закончились. И наверно, кстати, так как доходы семьи по разным причинам сильно упали, мы практически разорились. Отец оказался в отчаянном положении. Чтобы расплатиться с долгами, было решено меня, брата и сестру отдать на работу по найму.
  
   Я стал работать в булочной Субботина на Мурыновке, брата определили подсобным рабочим на станцию Прохоровка, а сестру отдали модистке. Со временем мы собрали 300 рублей и заплатили долг.
  
  Когда моего хозяина призвали в армию, я устроился на городскую водопроводную станцию масленщиком. Моей задачей было следить за температурой механизмов и деталей и вовремя их смазывать. Затем я выучился и получил профессию слесаря.
  
  Сильные впечатления произвели на меня события 1905 года, когда всю Россию охватил революционный подъем. Курск не остался в стороне. Помню, как говорили, что даже ученики духовной семинарии бунтовали: отказались учиться, собирались вместе и пели революционные песни. А потом, было это в конце зимы, вся учебная молодёжь города вышла на демонстрацию, но её жестоко разогнала полиция. Были раненые и покалеченные.
  
  Монархисты, чтобы настроить людей против социалистов взорвали на базаре бомбу. Были убитые и раненые. А однажды в Курске были испорчены все колодцы.
  
  А черносотенцы учинили в городе еврейские погромы. Полностью разрушили 32 дома. Под ногами валялись кровати, разбитая мебель, летали перья от подушек и перин. На Московской и Херсонской улицах разбили витрины и разграбили 9 магазинов. В ямской слободе на постоялых дворах срочно расквартировали казаков, которые должны были предотвратить погромы.
  
  На предприятиях шла стачечная борьба. На свечном заводе состоялась политическая забастовка. Забастовали булочники. Солдаты 123 Козловского полка отказались нести караульную службу в городе.
  
  Помню, на Мурыновке, за складом "Нобеля" рабочие-железнодорожники проводили собрание, а мы, мальчишки, мне тогда было 10 лет, стояли на охране.
  
  Но и через несколько лет после 1905 года в городе и окрестностях было неспокойно. Не утихали страшные слухи и разговоры об экспроприациях, грабежах и насилиях, которые распускали анархисты и эсеры. То в Гайвороновском уезде ограбили почтовую карету и похитили "сумасшедшие деньжищи", то убили кассира, перевозившего деньги, а охранник сбежал. Бандиты опять же захватили "миллионы", и никого из них не поймали, "потому что полиция действовала с ними заодно". И подобные слухи не затихали и будоражили население ещё очень долго.
  
  
  
  СЛУЖБА В ЦАРСКОЙ АРМИИ
  
  
  В июне 1915 года меня и моего друга Старосельцева призвали в армию и направили в Муром в 205 запасной пехотный батальон, казармы которого размещались в доме бывшего приюта им. А.В. и М.В. Ермаковых.
  
  Через три месяца нас как специалистов-слесарей по двигателям внутреннего сгорания отправили в воздухоплавательный батальон в Петроград.
  
    []
  Николай Алексеевич Солянин Гажалов) солдат -шофер воздухоплавательного батальона.
  
  Петроградский воздухоплавательный батальон находился на территории воздухоплавательного парка, где также располагались офицерская воздухоплавательная школа, учебный отряд и другие команды общей численностью до 1500 человек.
  
  Солдаты Петроградского гарнизона были настроены по- революционному. По прибытии на вокзал, мы увидели двух студентов, громко читающих революционную газету. Жандармы хотели арестовать их, но солдаты оттеснили жандармов, а студентов отвели в безопасное место.
  
  В Петрограде жил родственник Старосельцева - рабочий химического завода. Мы ходили к нему в гости. Он рассказывал о том, что "во дворце царит засилие немцев, царь и царица во всем доверяются Распутину, что цены на продукты растут, и процветает спекуляция". Потом он умело и ненастойчиво переходил к вопросам о войне. Говорил, что "рабочие выступают против войны и скоро на химическом заводе и других предприятиях города начнутся забастовки".
  
  Позже мы узнали, что он был членом большевистской партии. К сожалению, мы больше с ним не встречались, так как нашу роту отправили в Бердичев. Когда я садился в теплушку, Старосельцева нигде не было видно. Наверно он затерялся в толпе солдат и провожающих.
  
  Четвертая воздухоплавательная рота, куда меня направили для прохождения службы, была сформирована в 1910 году из роты бывшего первого полевого Восточно-Сибирского воздухоплавательного батальона.
  
  В воздухороте было 20 автоспецмашин, своя база, несколько вагонов-пульманов, механическая мастерская. Кроме того четвертой роте был передан дирижабль "Буревестник". Он был закуплен Российской империей в 1913 году. Развивал скорость до 67 км в час и на тот момент, считался одним из лучших дирижаблей в русской армии.
  
  В Бердичев нас прибыло 300 человек. Около двухсот солдат роты были рабочие из Москвы, Петрограда, Варшавы, Риги, Ярославля и других промышленных городов. Среди них - члены РСДРП(б) - Васильев, Федоров, Сахаров, Гладышев, Тихонов. По прибытии меня направили на краткосрочные курсы шоферов-вулканизаторов при штабе Юго-Западного фронта. Инструктором там был француз Гажали. Он свободно говорил по-русски и после занятий вел с нами политические беседы. Объяснял, почему Франция снабжает русского царя деньгами, оружием и автомашинами. Но наши встречи длились недолго. Гажали, к несчастью, разбился на гоночном автомобиле.
  
  Однажды шофер Васильев пригласил меня вместе с другими солдатами к себе домой. На квартире у него шла небольшая пирушка, играла гармошка. В другой комнате за столом сидели несколько человек, а девушка читала им газету. Девушку, как я потом узнал, звали Роза. Работала она на табачной фабрике. Она вела с нами беседы, разъясняла, кому нужна война, кто на ней наживается, отвечала на вопросы. Расходились поздно. Я узнал, что такие встречи будут проводиться и дальше, но место и время встреч надо держать в секрете. Каждый из присутствующих поклялся тайну не разглашать.
  
  Перед отправкой на фронт, в последние дни поста, нас стали готовить к исповеди и причащению. Однако Васильев призвал всех отказаться от церковных обрядов. И когда настал день исповеди, все шоферы от обряда отказались. Подполковник Нижевский обрушился на нас с руганью, хотя сам был лютеранин. Тогда шофер Хлебников ответил, - мы, ваше благородие, не верующие, грехов у нас нет и отпускать нам нечего. Подполковник оставил нас в покое.
  
   В первый день Пасхи нам приказали ускорить лужение котлов. Все отказались. Роту построили, отобрали 10 человек (я оказался среди них). Хлебникова и Терещенко как зачинщиков выпороли розгами, остальных на восемь суток отправили на гауптвахту, где каждый день ставили на четыре часа на караул с полной выкладкой.
  
  Наконец, в середине мая 1916 года мы выехали на фронт. Когда эшелон остановился на станции Чертково, солдат Смирнов дезертировал.
  
  Наша база располагалась на станции Копыченцы.
  В начале июня рота по 8 часов в день вела наблюдение за противником с аэростатов, обслуживая дальнобойную артиллерию, эвакуированную из Осовецкой крепости, которую русские войска оставили после газовой атаки.
  
  В июле началось Брусиловское наступление. Наши части прорвали фронт и вышли к реке Стрыпа. Потери были огромными. Во время захоронений произошел неприятный случай с шофером нашей роты Федоровым. Когда полковой священник отпевал погибших: "Со святыми упокой". Федоров вдруг бросился на него с криком: "Иди сам с ними в рай", - и начал душить святого отца. Его с трудом оттащили. Федорова отправили в госпиталь. Видимо тяжелые потери так подействовали на него, что он сошел с ума.
  
  Наша рота стояла на берегу реки Стрыпы, в 30-40 км от города Станислава. Я с машиной часто дежурил в штабе 7 армии, который располагался в городе Бучаче. Там я встречался с шоферами других частей и знал все новости. Возвращаясь, рассказывал их товарищам. Иногда мы заранее знали приказы из ставки командования.
  
  Ездил я в Проскуров и Бердичев, где находились склады армии. Там мне удавалось достать одесские и киевские газеты. Я отдавал их Васильеву и Гладышеву. Они их прочитывали и пересказывали нам всю важную информацию. Чувствовалось, что в тылу неспокойно. Это подтверждали письма из дома. Родные жаловались, что рабочих рук в хозяйстве не хватает, жаловались на рост цен и подорожание продуктов.
  
  В армии тоже чувствовалась усталость. Война всем надоела. Особое недовольство было среди офицеров и солдат, финляндских и заамурских полков.
  
  Вскоре нашу воздухоплавательную роту разделили на два отряда. 22 и 33. Я остался во втором. Командиром 33 отряда назначили штаб-капитана Покидаева. Туда также перевели многих солдат большевиков - Васильева, Веселова. Отряд обслуживал 33 заамурский корпус.
  
  Часть офицеров и солдат перебросили во вновь образованный воздуходивизион при 7 армии. Командовал дивизионом полковник фон Бергольц, адъютантом был Островский.
  
  В январе 1917 года меня и механика Шмидта послали в Каменец-Подольский в расположение штаба Юго-Западного фронта, чтобы получить для отряда спирт. Получив груз, я попросил завгара выдать 10 фунтов машинного масла. Он сказал, что по накладной мне положен только спирт. Я с ним поругался, обозвав тыловой крысой. Меня арестовали и посадили на гауптвахту, которая находилась в турецкой крепости. Вместе со мной сидели солдаты-отказники, которые не хотели ехать на фронт, некоторые из них были заводскими рабочими. Через трое суток меня освободили, потому что некому было вести машину в отряд. Но остальные 7 суток я должен был отбывать гауптвахту уже в отряде, который находился в селе "Товста баба".
    []
   На машине.Н.А.Солянин (Гажалов).
  
  
  Через месяц меня с товарищами на двух машинах направили на базу, на станцию Пышковцы. Когда мы грузили баллоны с водородом, прибежал шофер Поздняков и закричал: "Николашку прогнали". Мы ничего не поняли и отправились на вокзал. Там на столбе увидели манифест об отречении от престола Николая П в пользу брата Михаила.
  
  На обратном пути, проезжая через город Монастыржинск, мы увидели, что на площади проходит митинг. Когда же приехали в отряд и рассказали об отречении царя, нам не поверили. Через неделю из Петрограда вернулись мотористы Гладышев и Тихонов и подробно рассказали, как произошел переворот. В этот день из отряда сбежали офицеры Тищенко и Пожидаев, которые в Бердичеве учинили расправу над солдатами.
  
  
  ВСТУПЛЕНИЕ В ПАРТИЮ
  
  
  В конце марта я со своим помощником Студеницыным выехал в город Бучач в штаб воздуходивизиона. Там мы присутствовали на митинге солдат механической мастерской. С докладом "О текущем моменте" выступил Никитащенко из 6-го батальона. После доклада начался прием в партию. Я написал заявление. Студеницын как член партии поручился за меня, и присутствующие проголосовали единогласно. С большим волнением я принимал поздравления товарищей и поклялся высоко нести звание большевика. В коридоре за большими столами проводилась подписка на газеты. Мы подписались на 10 рублей.
  
  Я часто бывал в командировках. На грузовой 3-х тонной машине "Пакард" ездил в Винницу, Бердичев, Проскуров. Там распологались тыловые склады фронта. По заданию солдатского комитета я привозил газеты "Пролетарская мысль", "Голос социал-демократа", "Правду". Меня прозвали агитатор. В начале апреля мне довелось побывать в Бучаче на собрании представителей отрядов, входивших в состав 7 дивизиона, которое проходило в кинотеатре "Сокол". Делегаты разделились на две группы. Одна, куда входили эсеры и меньшевики, активно призывала всех продолжать войну. Вторая, еще не окрепшая группа большевиков в лице Антона Жогура и Веселова, убеждала солдат, что война нужна буржуазии, что меньшевики и эсеры всегда будут на стороне буржуазии и, поддерживая их, мы оказываем доверие Временному правительству.
  
  В конце апреля в Бучаче состоялся съезд представителей воздухоплавательных отрядов 7 армии. От нас были избраны поручик Иванов, подпоручик Чукмасов, фельдшер Филиппов и солдат Анохин. На съезде между большевиками, меньшевиками и эсерами шла ожесточенная борьба за влияние на солдат. Многие мои товарищи вступили на съезде в РСДРП(б).Так образовалось ядро будущей партийной группы отряда. Здесь же на съезде решали вопросы об отпуске средств на газеты, о недостатке фуража, о добавке солдатам мыла, о выдаче полной нормы (18 золотников) сахара, о выдаче сапог, о просьбе Гурьянова отпустить на полевые работы солдат из крестьян и много других накипевших вопросов.
  
  Первое Мая отряд встречал в местечке Товста баба. Мы организовали митинг под лозунгами "Долой войну". В качестве трибуны использовали грузовую машину. Многие части призывали поддержать временное правительство и вести войну до конца. А финские полки, воздухоплаватели и артиллеристы требовали немедленного прекращения войны. От нас выступал Анохин, от финов - Молоховский. Вернувшись в 7 воздухоплавательный дивизион, я получил временную партийную карточку и оплатил членские взносы.
  
  Вскоре пришел приказ о переводе 33 воздухоплавательного дивизиона в состав 8 армии. Мы начали перебазироваться в район Тернополя. В начале июня, во время передвижения, в одной из деревень мы заметили легковые машины и остановились. Из машин вышла группа офицеров. Среди них комиссар Юго-Западного фронта Иорданский и француз-социалист Альбер Тома. Они стали агитировать солдат продолжать войну. Солдаты, обступив комиссара со всех сторон, начали кричать: "А мы против войны". Тогда Иорданский быстро свернул свою речь и поспешил к машине, а ему вслед раздался свист и хохот.
  
  В июне 1917 года готовилось большое наступление. Военный министр А.Ф.Керенский объезжал войска и на митингах уговаривал солдат "исполнить свой воинский долг и разгромить врага". Ожидали Керенского и у нас. По этому поводу собрали многочисленный митинг, но министра временного правительства опередил руководитель комитета 2-го гвардейского гренадерского полка штабс-капитан Дзиватловский, который призывал солдат не подчиняться приказам и не идти в наступление. В конце он зачитал решение комитета 2-го гвардейского гренадерского полка не идти в наступление. Присутствующие на митинге солдаты поддержали решение комитета криками ура.
  
   Часть полков ушла в тыл. Их окружили казаки, разоружили, арестовали более 100 человек и отправили в Киев. Среди них оказался штаб-капитан Дзиватловский.
  
  Но, несмотря на призывы и митинги, 18 июня началось наступление наших войск. Мне в это время неоднократно приходилось проезжать мимо Буканского леса, и я часто попадал под обстрел неприятельской тяжелой артиллерии. Мы доставляли в отряд баллоны с водородом и видели обозы раненых. Кто мог, шел самостоятельно. На вокзале их грузили на открытые платформы и отправляли в тыл.
  
  Однако наступление длилось недолго. Уже 3 июля наши части стали отходить. Шоферы получили приказ отбыть в свои подразделения. Я вернулся в расположение 33 воздухоплавательного отряда. Он стоял на подступах к городу Галич.
  
  На следующий день во время прыжка с парашютом разбился наш командир, поручик Юфименко. Тело погибшего офицера было решено отвезти на машине в город Станислав и похоронить на городском кладбище. Машину вели двое я и напарник по фамилии Прописной, а гроб с телом, сопровождали несколько офицеров и медсестра. Мы прибыли в город, когда уже стемнело. Мой помощник, доставая лопату из бокового ящика, зажег спичку, произошла сильная вспышка. Оказывается, в ящик попал бензин. Огонь перекинулся в кузов. Я быстро открыл борт. Офицеры спустили гроб на землю. Я лопатой начал забрасывать огонь землей, сбил его и спас машину. Возвращаясь с кладбища, мы увидели колонны машин и обозов. Немцы прорвали фронт на правом фланге, мы отступали. Двигаться по дорогам было невозможно, всю ночь пробивались по полям. А когда прибыли в расположение отряда его уже там не было. Отряд отступил по другой дороге.
  
  Пришлось возвращаться в Станислав. По пути раздавались одиночные выстрелы. Среди отступающих началась паника. Многие распрягали лошадей, бросали повозки, раненых, продовольствие, скот и убегали верхом. На дороге валялись ящики с консервами, галетами. Мы с помощником не поленились и загрузили доверху машину ящиками с консервами, и поехали дальше. Но вскоре закончился бензин. Поручик Прокопович предложил проколоть шины и идти пешком. Мы отказались. Он пошел один. Мимо проезжала легковая машина, в задке которой были привязаны бидоны с горючим. Мы с большим трудом упросили дать бидон, заправились и поехали дальше. Подъезжая к селу Залещики, догнали поручика. Он ахнул, обрадовался и похвалил нас.
  
  Отряд мы отыскали в Хотине. Отступая, отряд потерял много продовольствия и техники. Поэтому наши ящики с консервами, подобранные на дороге, оказались как нельзя кстати.
   Командование отрядом предложило составить списки членов партии и передать в штаб дивизии. Намечались аресты. Мне повезло. Моя машина прошла более 15 тысяч км и требовала капитального ремонта. Старший офицер, капитан Иванов, подписал акт об отправке машины в Киев. Через несколько дней машина стояла на платформе, и мы с Подписным отправились в Киев.
  
  На подступах к Киеву, наш поезд обстреляли, погибло 16 солдат. Оказалось, стреляли из маршевого батальона им. Богдана Хмельницкого. Это была провокация украинских националистов, которые хотели спровоцировать перестрелку.
  
  Воздухоплавательный парк, где должен был происходить ремонт, находился на Шулявке. Приняли нас не очень приветливо. Капитан Штенберг, главный механик Коробков и председатель солдатского комитата Захаров предложили нам сделать ремонт самостоятельно. Мой напарник Прописной разобрал машину, и мы начали ремонт. Мотор передали в мастерские, но ремонт двигался очень медленно, не хватало запчастей.
  
  В Киеве в это время слушалось дело штабс-капитана 2-го гвардейского гренадерского полка Дзиватловского и 77 солдат-гвардейцев. Обвинителями были Лазаревич, Кириенко, Гуревич и священник Преображенский. Обвиняли за неучастие в наступлении и отведении полка в тыл.
  В зале присутствовала толпа вооруженных солдат, которая громкими криками выражала поддержку обвиняемым. К зданию пришли представители воинских частей. Среди них несколько человек от вздухоплавательного парка. Во время совещания присяжных перед зданием суда выстроились вооруженные запасные батальоны с оркестром. Заиграли и запели Интернационал. Суд всех оправдал.
  
  В воздухоплавательном парке отмечались частые невыходы на работу, были обнаружены хищения инструментов и запчастей.
  По приезде я встал на партийный учет и помимо ремонта получил задание заниматься распространением печати. Посещал митинги и демонстрации, участвовал в собраниях военной секции комитета РСДРП и обо всех новостях рассказывал товарищам.
  
  Солдаты-шоферы и слесари разместились в воздухопарке лагерем, в палатках. Здесь же были военнопленные югославы и поляки.
  
  В сентябре мы закончили ремонт и собрались на фронт. Но по приказу ревкома ночью из парка были угнаны несколько грузовиков, в том числе и наша машина. Напарника моего демобилизовали по состоянию здоровья, а меня отправили в Проскуров в 33 отряд 7 воздуходивизиона. По заданию комитета я вез большой мешок с газетами.
  
  Выехал 3 октября. Поезда ходили медленно. Все дороги были забиты военными эшелонами. В Каменец-Подольский добрался на 4 день. Штаб дивизиона располагался в вагонах. В 7 дивизионе осталось половина личного состава, и я нашел многих моих товарищей. Я сдал газеты председателю ячейки Веселову и отправился в 33 воздухоотряд. Отряд стоял в селе Сирукяны. В отряде осталось 1500 солдат. Часть газет я взял для сослуживцев. На второй день мне выдали машину. Заболел ее штатный шофер.
  
  10 октября меня командировали в город Бар в штаб 7 армии. В редакции при штабе я получил литературу и задание связаться с проскуровским комитетом РСДРП(б), который возглавлял Резник. На окраину Проскурова, где стоял отряд, я добирался 5 суток. Председатель ячейки Проскурова Веселов получил от меня членские взносы и забрал привезенную литературу.
  
  В двадцатых числах октября мы на двух автомашинах возили в Винницу ящики с оружием, заночевали в одном из сел. Утром послышалась ружейная стрельба и пулеметные очереди. Военный пост не пропустил нас. Мы простояли сутки и вынуждены были вернуться в Проскуров. Позже узнали, что в Виннице 15 запасной полк командира Зубричина и бронеотряд Туманова вели бои с курсантами школы прапорщиков, которые были на стороне временного правительства.
  
  Весть о социалистической революции в Петрограде дошла до нас на пятый день после восстания. Приехал Никитащенко и сказал, что большевики под руководством Ленина взяли власть и сформировали рабоче-крестьянское правительство.
  
  Второго декабря я привез в Каменец-Подольский Анохина и Косуту делегатов от нашего 33 дивизиона на второй съезд представителей 7 армии. Там я встретил комиссара армии Васякина и его помощника Краснова.
  
  14 декабря проходили выборы в Учредительное собрание. Наш отряд голосовал за список ? 4, в который входили 18 делегатов-большевиков.
  
  Вскоре после выборов произошел случай, после которого я покинул отряд.
  Как-то вечером я зашел к шоферам. На меня набросилась собака и сильно искусала. Фельдшер Филиппов оказал мне первую помощь и направил в полевой госпиталь 2-го Заамурского дивизиона. Там мне дали отпуск и 19 декабря я в санитарном поезде уехал домой, в Курск. Встретил товарищей братьев Козловых - Александра и Дмитрия - рабочих мастерских депо.
  
  На курском узле был выбран ревком. В него вошли Тулупов, Фурсов и другие. Им подчинялся Красногвардейский отряд. В Курске формировался первый революционный полк.
  
  Дома я получил письмо от сослуживцев. Они писали, что 7 воздухоплавательный дивизион должен передислоцироваться в Курск. И действительно, в январе 1918 года в город прибыли жалкие остатки дивизиона - 15 солдат и два командира. Расположились на углу Херсонской улицы. Меня зачислили вольнонаемным. Я стал шофером грузовой машины фирмы "Бюссинг-Наг".
  15 марта я получил удостоверение.
  
  "Дано сие от дивизионного комитета воздухоплавательных частей 7 армии солдату Николаю Солянину в том, что он действительно состоит шофером полугрузовой машины комитета "Фиат", что подписью с приложением печати удостоверяется.
  Прошу революционные власти означенной машины комитета не задерживать и оказывать содействие к беспрепятственному пропуску таковой".
  
  После расформирования воздухоотряда часть снаряжения была сдана в Курске, остальное имущество вывезено в Саратов и сдано на полевые воздухоплавательные склады. Я был в числе сопровождавших эшелон с 42 автомашинами и 20 аэростатами. В Саратове мне довелось участвовать в подавлении офицерского восстания Викторова. После этого вернулся в Курск.
  
  
  
  ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА.
  
  ПОДПОЛЬЕ.
  
  В Курске я встал на партучет. Меня познакомили с товарищами Калниньшем и Рафаилом из ЦККП Украины. Они предложили мне выехать в Екатеринославль для выполнения партийного поручения. Я согласился и после подготовки мне выдали пропуск для перехода границы и директивное письмо, которое я спрятал под стелькой в ботинке. Ехал товарняком с мешочниками через Александровск. Перешел границу у станции Беленихино.
  
  В Екатеринославле на Керосинной улице во дворе, в небольшом флигеле нашел явочную квартиру, где жил товарищ Кривенко. Я знал, что он работает котельщиком в депо.
  Работать в условиях оккупации было довольно сложно. Основная власть в городе - немцы, которых поддерживали петлюровцы.
  
  Рано утром пришел во флигель и сказал пароль, - вам привет от племянника. Он ответил, - значит, он еще помнит про дядю, - и пригласил в комнату, где я предъявил ему документы, с которыми шел на явку. Он рассказал про обстановку в городе и в депо. На следующий день мы поехали в Нижнеднепровск, где я встретился с товарищем Уткиным Василием Андреевичем. Во время долгого разговора он внимательно изучал меня, задавал много вопросов и, наконец, привел меня на квартиру к товарищу Тарнущенко.
  
   Около недели мы с ним встречались, беседовали. Он приглядывался ко мне, я к нему. И только после этого он отвел меня в депо и познакомил с членами стачкома - Шалюпой, Полторацким, Дубиной и другими. Я, получая задания, стал участвовать в работе стачкома. По поручению Уткина я вместе с Кривенко выезжал в район, где мы выясняли общую обстановку, долго разговаривали с людьми, готовя их к встрече с Красной Армией.
  
   Через несколько дней мы побывали на мельнице и под видом ремонта котлов беседовали с бывшими солдатами-фронтовиками. Они дали слово, что со всей ответственностью выполнят наше задание. Встретившись с Апраксиным и Тарнущенко, я передал им распоряжение Рафаила - вооружить как можно больше преданных рабочих, скупать оружие и боеприпасы, вести работу среди солдат-фронтовиков, следить за тем, чтобы в наши ряды не проникли провокаторы.
  
  Немцы вели активную борьбу с забастовщиками. Под страхом расстрелов заставляли бригады машинистов выходить на работу.
  В это время совершили побег 12 политзаключенных, а в окрестностях Екатеринославля убили австрийского офицера.
  
  Скоро мы получили сведения, что готовится облава и, действительно, через несколько дней рабочий район Чечеловка и Керосинная улица были оцеплены немецкими солдатами. На потолке в доме Кривенко был оборудован тайник. Мы договорились заранее, я пришел к нему и помог спрятать все документы. И оказалось, не напрасно. Утром Кривенко заметил возле дома немецкий патруль. В комнату вошли 4 немецких солдата и офицер. Начался обыск. Несмотря на то, что моё удостоверение и карточка шофера царской армии были в порядке, меня арестовали и отвели к бойне в конце Керосинной улицы. Там у стены было уже несколько человек. Но я никого из них не знал. Снова началась проверка. Меня выручила фотография - в военной форме с погонами воздухоплавателя и медными якорями я выглядел довольно внушительно, и немецкий офицер, решив, что я прапорщик, воскликнул, - о, вы служил цар? - Козырнул и приказал меня отпустить. Домой я не шел, а летел, не чуя под собой ног. Кривенко сразу же проводил меня на другую квартиру.
  
  После облавы мы выяснили, что наша организация не пострадала, но трудности заключались в том, что в городе работали меньшевики. Они легально издавали газету "Рабочее дело", а в депо меньшевик Кукушкин и петлюровец Кикоть активно действовали в электромастерских.
  По вечерам в центре города играл военный оркестр. На проспекте, среди гуляющей публики можно было встретить немало подтянутых мужчин в гражданской одежде, но по выправке они больше походили на военных. На базаре продавалось все - от продуктов до вещей. При немцах и петлюровцах на Екатеринославском узле проводили работу по организации забастовок Анохин, Тарнущенко, Терещенко, Колос, Белоусов, Уткин, Ильин и другие.
  
  Колос начал проводить собрания, объединять людей, готовить восстание. Я вступил в партизанский отряд Колоса. Вооруженными операциями руководили Колос и Уткин. Уткин устроил меня в электромастерскую при депо в бригаду Галенина. Моим напарником был Иванов. У проходной депо в небольшой конторке работал Миша Поздняков. Он часто был секретарем на наших собраниях, писал протоколы.
  
  В сентябре возле мастерской появились петлюровцы. На проходной стояли немецкие солдаты с пулеметом. Петлюровцы пытались разоружить немцев, но те скрылись в кондукторской. Началась перестрелка. Потом все стихло. Немцы, бросив пулемет без замка и несколько сумок с салом, бежали через окно. Уткин сказал, что нам в эти стычки вмешиваться не стоит. Мы уже тогда знали, что немцы уходят в Германию. На следующий день на базаре открыто начали продавать револьверы, винтовки, патроны. Теперь уезжали домой австрийцы. В городе то тут, то там слышались выстрелы. На окраинах начались грабежи и налеты. В декабре петлюровцы внезапно напали на большевистские партизанские отряды, сформированные на Кайданах, разгромили их и стали угрожать главному штабу в Ново-Днепровске. Было принято решение немедленно дать отпор. Но силы были неравные. Тогда большевики решили пойти на союз с Махно.
  
  Утром в назначенный день и час из Ново-Днепровска вместо рабочего поезда отправился поезд с частями Махно. Они внезапным ударом захватили железнодорожный мост. На второй день на нашу сторону перешли артиллеристы. Батарею под командованием Мартыненко подвезли к вокзалу. Пушки оказались в руках махновцев. Начался ураганный обстрел города. Первые снаряды попали в гостиницу "Астория", где расположились петлюровцы. 50 рабочих, под командованием Колоса и Уткина, пробились к почтамту, но вдруг со стороны города прорвалась бронемашина "Остен" и из двух пулеметов стала обстреливать вокзал, где находился штаб Махно. Началась паника. Но неожиданно к пушке-дюймовке подскочил рабочий депо, зарядил и прямой наводкой ударил по бронемашине. Снаряд сбил башни, команда погибла. Я заметил у руля офицерские погоны водителя. Паника улеглась, мы продолжали наступление. К вечеру нас сменил отряд вооруженных рабочих.
  
   Когда я пришел в мастерскую Космач предложил мне и Иванову отремонтировать проводку возле вокзала. Мы взяли инструменты, я обул "когти", взобрался на столб и стал сращивать оборванные электропровода. Сверху я увидел, как махновцы вывели двух крестьян, поставили к стенке и расстреляли. Оказавшись в городе, банда Махно начала грабить и убивать. Расстрелянных бросали около городского сада. Наш союз с махновцами сильно подорвал авторитет большевиков среди населения, но другого выхода у нас тогда не было.
  
  На третий день город атаковали петлюровцы. Среди дня со стороны казарм послышались пулеметные очереди, а потом двинулись цепи петлюровцев. Силы оказались на их стороне. Снова началась паника, беспорядочное бегство. Рабочие электроцеха - я, Уткин и моряк, который работал вместе с нами, сумели надежно спрятаться в городе. Через несколько дней мы начали осторожно выходить из укрытий и разыскивать друг друга.
  
   Меня и Иванова местные рабочие устроили на железную дорогу стрелочниками. Колос начал снова собирать нас, проводить собрания. Проходили они в кинотеатре "Трезвость". Однажды театр окружили петлюровцы и устроили обыск. Среди посетителей были рабочие с оружием. Я договорился с одной девушкой, она в муфте вынесла мой "стеер". Я быстро пробрался в кинобудку и выключил рубильник. В зале погас свет. Народ бросился к выходу, толпа отшвырнула охранников. Так рабочим с оружием удалось спастись.
  
  Помню еще случай.
  В помещении Технического общества на Пушкинском бульваре нам читал лекции инженер из управления железной дороги. Я организовал хор рабочих и на "репетициях" мы собирались и обсуждали нашу подпольную работу.
  
  Возле депо было какое-то небольшое помещение, что-то вроде столовой. Мы часто, под видом обедавших, проводили там короткие встречи, решая текущие вопросы. У окон обязательно расставляли наблюдателей.
  
  Еще помню, как рабочие депо организовывали встречи в вагонных мастерских. Но охрана шарила везде, выискивая большевиков. Однажды Уткин предложил мне выступить перед рабочими. Я поднялся на подножку вагона и начал говорить о том, что с севера идут отряды рабочих и нам надо быть готовыми помочь им в освобождении города. Уткин заметил, что через толпу к нам пробиваются какие-то люди в гражданском. Он подал мне знак, я поднялся в тамбур, выскочил на другую сторону вагона и ушел. И таких случаев было немало.
  
  В январе 1919 года мы получили сведения, что от Павлограда, на бронепоезде к нам движутся части Дыбенко. Мы подготовились к выступлению. Когда начался артобстрел из орудий бронепоезда, мы находились в электромастерской. Один снаряд попал в подоконник, но не разорвался, а отрекошетил и врезался в потолок. Застрял между досками и повис. Мы замерли от испуга. Один Уткин не растерялся. Он подставил лестницу и осторожно вытащил снаряд.
  
  Утром мы встречали бронепоезд. А к вечеру в депо собрался митинг, многие рабочие записывались в Красную армию. От электромастерской записались я, Уткин и Ильин.
  
   КОМИССАР КИТАЙСКОГО БАТАЛЬОНА 74 ПОЛКА 9-й СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ.
  
  Весной 1919 года нам поручили организовать красноармейские отряды в тылу у белых. Мы получили паровоз и под видом инспекторов по мостам двинулись в сторону Юзовки.
  На станции Гуляй-Поле нас остановили махновцы. В то время Махно еще сотрудничал с Красной армией. Узнав о том, что мы собираемся организовывать красноармейские отряды в тылу белых, они предложили нам взять с собой безработных китайцев-шахтеров, которые приехали в Россию на заработки, но из-за Гражданской войны работать им было негде. Уехать домой они тоже не могли, не было денег на дорогу. Махновцы рады были от них избавиться, видимо они к тому же создавали немало забот для местного населения.
  
  Мы с Уткиным решили, что надо сагитировать китайцев вступить в Красную армию.
  - Найди их главного и разъясни, что лучше стать бойцами Красной армии, получить оружие, военную форму, продуктовое довольствие и воевать против буржуев, чем голодать и мерзнуть в железнодорожных вагонах, - распорядился Уткин.
  
  - Но я же не знаю китайского, - удивился я.
  - Это рабочие, а ты большевик и должен уметь говорить на языке рабочих любой страны, - распорядился Уткин.
  
  Пришлось выполнять приказ. Мне повезло. Китаец, встретившийся мне возле вагонов, оказался бригадиром. Он неплохо понимал и говорил по-русски. Спросил кто я такой и что мне нужно.
  - Комиссар Красной армии, - ответил я, и рассказал, что рабочие и крестьяне России борются за народную власть, без царей и капиталистов и предложил китайцам вступить в наш отряд и поддержать нас в борьбе против буржуев. Став бойцами Красной армии, вы получите форму, котловое довольствие и ваша голодная жизнь прекратиться, - убеждал я.
  
  Эта идея китайцу понравилась. Он повел меня к вагонам и стал в чем-то убеждать своих товарищей. Потом повернулся ко мне и сказал, что они согласны помочь русским рабочим в их борьбе.
  Вечером к нашему паровозу прицепили свыше 40 вагонов, из них 8 были с китайскими рабочими. Эшелон отправился в Гришино.
  
  Прибыв на станцию, мы пошли в штаб 9-й стрелковой дивизии. Нас встретил командир Орлов и комиссар Токмаков. Комдив распорядился оформить китайский батальон и ввести его в состав 74 полка.
  
  Командиром батальона был назначен Чан-Си. Меня же назначили комиссаром. Рабочие депо станции отремонтировали для батальона две походные кухни. В соседнем селе достали несколько повозок и составили из них обоз для санитаров, транспортировки боеприпасов и продовольствия.
  
  С утра до вечера китайцы занимались строевой подготовкой и приемами владения оружия.
  
   В период подготовки батальона политотдел 9-й дивизии командировал меня и Уткина в Екатеринослав за литературой и кинофильмами к 1 мая. В Екатеринославле мы приняли участие в первомайской демонстрации. У Горного университета состоялся митинг, но торжества омрачило трагическое событие. Самолет, который в честь праздника должен был показывать демонстрантам фигуры высшего пилотажа, врезался в колонну. Летчик и еще несколько человек погибли.
  
  Мы получили литературу и кинофильмы и отбыли в часть. В назначенный срок батальон китайских рабочих был готов к отправке на фронт. Комиссар дивизии пожелал нам успеха и вручил Красное знамя. 5 мая мы прибыли в Юзовку, в распоряжение 74 полка. Батальон расквартировали на окраине поселка Дмитровский.
  
  Против нас стояли части 13 белогвардейского Белозерского полка. Командир Козовенко и комиссар Нернов рассказали комбату Чан-Си о задачах, стоящих перед батальоном. Китайский батальон успешно участвовал в общем наступлении и занял шахту 38 к югу от Юзовки. После боя белые отступили, оставив два исправных пулемета, винтовки и много патронов. Это была первая наша победа. Наш участок ежедневно обстреливался с бронеплощадок белогвардейского поезда. Мы получили задание остановить движение бронеплощадки. На шахте нашли заряды аммонала, бикфордов шнур и капсюль. На проведение операции отправились десять бойцов под командованием Ли. Группу усилили пулеметом. Мне тоже довелось участвовать в этой хитроумной вылазке.
  
  Когда бронеплощадка прошла нашу засаду и начала обстрел Юзовки, мы пробрались к путям, заложили заряд под рельсы, подожгли шнур. Мина сработала и разрушила большой участок пути. Бронеплощадка двинулась назад и остановилась. Экипаж начал ремонт полотна. Мы тут же атаковали из укрытия. Скоро к нам подошла помощь и общими усилиями мы сумели захватить бронеплощадку. Через сутки после небольшого ремонта она уже участвовала в боях против белых.
  
  В конце мая обстановка на фронте начала ухудшаться. Белогвардейцы попытались уничтожить наш полк. Мы отошли к станции Авдеевка, где часть полка распределили по эшелонам.
  
  Меня командировали для выполнения срочного задания. Для отступающих частей я должен был из нескольких походных кухонь организовать пункты питания на станциях Соль и Славянск. Задание я выполнил, но, к сожалению, со своими китайскими бойцами расстался, так как в Славянске заболел, и меня эвакуировали в госпиталь. После лечения и отдыха я вернулся в освобожденный Екатеринославль и прибыл в парторганизацию мастерских депо.
  
  Секретарем парторганизации был Михаил Поздняков. Там же я встретил Уткина, Ильина и других. Начальник электромастерских Космач назначил меня в бригаду Голенчика. Я жил на квартире с соседом моего напарника Иванова. Город и вокзал были похожи на военный лагерь, столько там собралось раненых и красноармейцев, которые пытались догнать свои части. На вокзале висели лозунги, призывающе служить в Красной армии. Я особенно запомнил один - "Пролетарий на коня". С продуктами в городе было сложно.
  
  В товарных и пассажирских вагонах располагались штабы различных воинских частей. Среди них штаб 4 -й дивизии и латышские стрелки. Дивизия была сформирована в районе Одессы из частей 3-й Украинской армии и повстанческих отрядов. На Днепре восстанавливали железнодорожный мост. Рабочим, которыми руководил товарищ Шалюпо, помогали красноармейцы 45 дивизии. На одном из партсобраний в депо выступил начальник политотдела 45 дивизии Ракитин. Он рассказал об освобождении Украины от белогвардейцев и просил организовать мобилизацию добровольцев для укрепления частей дивизии.
  
  
   СЛУЖБА В ОСОБОМ ОТДЕЛЕ.
  
  Парторганизация депо направила многих рабочих в части 45 дивизии, в том числе меня, Васильева и Григорьева. А после беседы с комиссаром особого отдела дивизии Урмисом нам троим, предложили служить в особом отделе. Но работа особистов требует особой подготовки. Поэтому Урмис и Стефанский стали проводить предварительные занятия с нами. Они рассказывали об особенностях оперативной работы, а также со специальными методами вербовки осведомителей. А через несколько дней нас зачислили в отдел с испытательным сроком. Для начала поручили вести работу в бригадах в качестве информаторов политотдела.
  
  10 января мы выехали в сторону станции Кривой Рог. Каждому члену особого отдела было поручено сопровождать по 20 красноармейцев, которых направили в 45 дивизию. Добрались до станции с большим трудом. Более 300 человек из нашего эшелона комендант распределил в разные части. Мы с Васильевым и нашими бойцами должны были ехать до станции Лозоватка, где из 1-го Бессарабского конного полка и повстанческого Таврического конного полка формировалась кавбригада Котовского.
  Получив несколько подвод, мы отправились в сторону Лозоватки. Там на митинге я впервые увидел Котовского, который выступал перед новобранцами.
  
  Формирование кавбригады было закончено 25 января 1920 года. Бригада получила боевую задачу - в срочном порядке выступить в сторону города Вознесенска и оказать содействие 45 стрелковой дивизии в захвате города.
  
  Накануне в особом отделе была сформирована разведгруппа, состоящая из 4 человек, которая должна была выяснить обстановку в городе. Меня назначили старшим. Скоро мы собрали сведения о расстановке артиллерии, пулеметных гнезд и расположении частей противника.
  26 января кавбригада заняла Новый Буг, а 30 января, после трехдневного боя, совместно со второй пехотной бригадой, которая вела атаку со стороны Ольгополя, кавбригада вошла в город Вознесенск. При выполнении этой задачи, сведения, собранные нами, сыграли важную роль.
  Среди раненых красноармейцев был Николай Островский, будущий писатель.
   Меня направили в Бобринец, где находился особый отдел 45 дивизии. В это время в городе действовала небольшая группа грабителей. Мне и нескольким солдатам дивизии удалось арестовать бандитов и главаря.
  
  В Бобринце я остановился на квартире одного местного еврея, где заразился тифом. Меня отправили в госпиталь, где больные лежали на полу, на соломе. Здесь же находились раненые деникинцы. Кругом грязь, вши, антисанитария. Воды не было.
  
  Люди умирали ежедневно десятками. Меня спасла забота и внимание хозяев квартиры. Когда меня забирали в госпиталь, я оставил им деньги и просил купить нужные лекарства. Они меня навещали, принесли постель, с огромным трудом достали камфорное масло. Потом меня перевели в больницу железнодорожников. Там было намного чище, но стоял жуткий холод. Я стал выздоравливать. А когда меня выписали, пришел на квартиру, но оказалось, хозяева тоже заболели. Я, как мог, стал ухаживать за ними. И через 15 дней они пошли на поправку. Только после этого я смог выехать в часть.
  
  Мне поручили расследовать убийство нашего командира полькой, дочкой местного провизора. Я собрал неопровержимые доказательства того, что она его отравила.
  После тифа мне дали отпуск на две недели. По пути домой мне поручили заехать в Серпухов и передать личные вещи убитого командира его близким. Выполнив это поручение, я поехал в Курск. Отец и два младших брата занимались сельским хозяйством. Они сеяли рожь, сажали картошку. Тем и питались. Я весь отпуск помогал отцу, но время пролетело быстро, и надо было возвращаться в строй. В начале апреля я нашел свою часть в Елизаветграде.
  
  Помню, как только явился в отдел, меня сразу же послали охранять наркома просвещения А.В.Луначарского. Он выступал в городском театре по поводу нападения белополяков на Советское государство.
  
  Как оперуполномоченный я подчинялся особому отделу, где получал распоряжения но, находясь в действующих войсках, агентурную работу планировал и проводил самостоятельно.
  Одно из интереснейших заданий, которое я получил от особого отдела - разыскать в городе Белая Церковь сокровища графини Броницкой.
  
  При отступлении белополяков она не успела вывезти все ценные вещи. Я, вместе с моим помощником, Негрушем продумали и составили план наших действий и начали поиск.
  Собрали городских почтальонов. Они передали нам письма за неделю, которые не успели разнести. Мы отобрали всю корреспонденцию, которая предназначалась графине, ознакомились с ее содержанием, выявили адресатов, задержали их, допросили и провели у них обыски.
  
  В результате предпринятых нами оперативных мероприятий у задержанных были изъяты: фальшивые паспорта на разных предъявителей, 5 пудов фамильного серебра, большую часть гардероба графини (одежда, обувь), комплекты мануфактуры и шоколад. Показания задержанных дали возможность обнаружить в поселке Заречье склад с салом, которое было изъято и передано для нужд дивизии.
  
   Белополяки отступали, на них давили с флангов. Двигаясь на Шепетовку, мы остановились в деревне, в 7 км от города. Военком бригады Озорянский приказал особому отделу провести разведку в городе. Бывшие рабочие сахарного завода Шуберта Август Калниш и Кри ночью пробрались в город и, вернувшись, сообщили комбригу Зайцеву и Озорянскому, что в помещении дистанции пути подготовлена группа диверсантов для заброски через линию фронта на нашу территорию. Во время наступления сотрудники особого отдела вместе с красноармейцами задержали эту группу. Среди них были офицеры царской армии, генерал Стойкин и два бывших красноармейца. Там же, в Шепетовке обнаружили 2 склада одежды и обуви американского общества АРА. Среди служащих склада некоторые лица были с поддельными паспортами.
  
  В начале ноября мы участвовали в ликвидации петлюровской армии и 3-й армии Врангеля. В середине ноября наши войска заняли Проскуров. Мы двигались в Волоческ. В декабре части 45 дивизии расквартировали в окрестностях Винницы, Брацлова, Немирова и Лодыжина. Мы выполняли агентурную работу в Таращенском и Белоцерковском уездах и выявили группу петлюровцев, связанную с бандой гетмана Наливайченко.
  
  В апреле 1920 года 45 дивизия в составе первой конармии Буденного действовала на левом фланге против белополяков по маршруту Елизаветград, Христиновка, Белая Церковь, Немиров, Полонное, Шумск, Красное, Шепетовка, Кременец, Броды и далее на подступах к Львову. Однако вскоре конармии пришлось отступить, так как на правом фланге корпус Гая был прорван немцами.
  
  После отступления в отдельных частях 45 дивизии начались беспорядки. Во-первых, было совершено убийство комиссара 6-й кавдивизии, во-вторых, было установлено, что бывшие белогвардейские офицеры из деникиских частей, попавшие в плен и помилованные, сумели организовать по эскадронам конармии контрреволюционные группы, которые во время отступления под видом поездок за фуражом, объединялись в отряды по 100-120 человек. И эти банды убивали коммунистов, участвовали в грабежах и насилии над местными жителями. Завершив свои бесчинства, возвращались в части. Особо жестоко они зверствовали в селе Зозово Винницкой области.
  
  Я участвовал в ликвидации этой шайки бандитов. Они настолько обнаглели, что напали на нашего сотрудника. Раздели и забрали оружие. Мне и Негрушу поручили найти этих грабителей. Как же мы их нашли? В местном ЧК нам выдали цивильную одежду. Когда мы получали её, нас насторожило поведение завскладом. Как-то неспокойно и нервно он вел себя. Мы решили за ним проследить. Вечером он отправился в местный трактир под названием "Бузная". Он сел к столу и заговорил с двумя матросами. Гудели они допоздна. Затем все втроем пошли на окраину города, и зашли в какой-то дом. Мы, понятно, следили за каждым их шагом. Вскоре они вышли на улицу с большими чемоданами. Пройдя немного, они скрылись за воротами другого дома. Вскоре из двора выехала подвода и направилась в сторону завода "Эльворти". Возле серой стены с калиткой они сбросили с подводы чемоданы, и она уехала.
  
    []
  
   Н.А.Гажалов сидит в верхнем ряду справа в конце ряда.
  
  
  Мы побежали в отдел, взяли 5 сотрудников и, вернувшись на машине, окружили это непонятное строение. Уже светало. Один из нас громко постучал в калитку. Открыла девушка. Мы ворвались в дом. Там обнаружили трех пьяных мужчин и двух женщин. Провели обыск. Нашли гору разных вещей и среди них неожиданно обнаружили вещи нашего сотрудника. Всех, кто был в доме, арестовали и отправили в ЧК. Позже все банды были выявлены, осуждены и расстреляны.
  
  Особый отдел выехал в Белую Церковь. Я остановился на квартире у сотрудницы телефонной станции. Через нее мы получали ценную информацию, потому что она могла прослушивать все разговоры.
  
  В Белой Церкви всем оперативным сотрудникам было приказано для конспирации поменять свои фамилии. Я стал Гажаловым. Она была созвучна фамилии моего инструктора француза Гажали, который обучал меня вождению и другим премудростям, связанным с машиной. Он был опытным шофером, но погиб во время спортивных гонок.
  
  Меня направили уполномоченным особого отдела в 133 бригаду. Первое время мы выполняли в бригаде функции политработников. В моем подчинении находилось два человека. Нашему отделу выдали транспорт и двух кавалерийских лошадей.
  
  Я участвовал в освобождении от белополяков железнодорожной станции Красное и прилегающей к ней поселка городского типа. Взять станцию было поручено 133 бригаде и кавбригаде Котовского. Мне надо было обеспечить своевременный выход в прорыв двух бронеплощадок, а кавбригада после нас должна ворваться на станцию.
  
  Я решил согласовать с Котовским наши совместные действия. Ординарец сообщил начальнику штаба, что представитель 133 бригады хочет видеть Котовского. Тот отвел меня к сараю, где Котовский занимался гимнастикой. Комбриг поинтересовался, зачем я явился. Я представился и сказал, что хочу согласовать предстоящее наступление и сверить часы. Он достал часы, я - свои. Потом мы оговорили ряд деталей.
  
   - Итак, - подвел итог Котовский, времени у вас 40 минут. Отправляйтесь к площадкам, мы будем вовремя.
  В шесть утра бронеплощадки вышли из-за леса, лил дождь, нам помогал туман. Мы вошли в зону окопов и открыли шквальный огонь из пулеметов и орудий. Огонь прижал пехоту первых окопов, и она от неожиданности сдалась без единого выстрела. Вторые и третьи окопы пытались обороняться, но наш десант быстро смял их сопротивление, расширив зону прорыва. И в этот момент в тылы отступающих поляков, круша все на своем пути, ринулась кавбригада Котовского.
  После боя наш паровоз у водокачки набирал воду. Котовский подошел, крепко пожал всем руки и поблагодарил за службу.
  
  В сентябре под Буском мне не раз доводилось ходить в атаку в передовых цепях. В мою обязанность входило наблюдение за новыми командирами, прибывшими в полки.
  После короткого отдыха 45 дивизия стала готовиться к бою с белополяками по маршруту станция Вапнярка - Жмеринка.
  
    []
  
   Н.А.Гажалов боец Красной армии
  
  Потом я в составе 135 бригады участвовал в борьбе с петлюровцами. В погоне за бандами наша конница проскочила аж до польской границы.
  После этого меня отозвали в особый отдел 45 дивизии, который тогда находился в Умани. Отношения с сослуживцами у меня всегда были дружеские, но особенно теплыми они сложились с четой молодоженов Юрьевых.
  
    []
  
   Григорий Самойлович и Анна Самойловна Юрьевы.
  
  Анна Самойловна Юрьева-Книжник работала машинисткой в военном трибунале 45 дивизии, а ее муж Григорий Самойлович - следователем реввоентрибунала дивизии.
  К своей работе он относился внимательно, тщательно расследовал порученные дела, вникая в каждую мелочь. Одним из таких было дело Дмитрия Васильевича Гиндина. А произошло следующее. После рейда бригады Котовского против петлюровских банд от Первомайска до Ананьева Григорий Иванович Котовский обратился в штаб дивизии с просьбой отправить в эти города выездную сессию трибунала , чтобы разобраться с арестованными за грабежи и мародерство красноармейцами из его кавбригады.
  
  Председателем трибунала был назначен Г.С.Юрьев. Он писал: "В Ананьеве, недалеко от города, орудовала банда Тютюника. В городе я застал командира партизанского отряда Василия Дубецкого и его комиссара Ивана Максименко. После прихода 45 дивизии бойцы из отряда партизан присоединились к дивизии. Организовав выездную сессию трибунала, я приступил к изучению дел арестованных котовцев. Здесь сложностей не было. Вина их подтвердилась. Но вместе с ними оказался белогвардейский офицер Гиндин, которому инкриминировали участие в погроме, учиненное деникинским волчанским отрядом в местечке Кривое озеро. Я установил, что он был не виновен. Его освободили. Затем назначили командиром 54 кавалерийского полка 3-й бригады 9 Крымской кавалерийской дивизии".
  
   А вот еще выдержка из записок Г.С. Юрьева:
  "Дивизия шла через станцию Долинская, Бобринец и Березовку, а 7-го февраля освободила Одессу.
  Во время стоянки на станции Долинская в трибунал пришел начальник штаба дивизии Горьковатый и заявил, что по указке местных жителей была задержана банда в составе 22 человек. Я провел следствие и установил, что никакой банды не существует, а обвинение не что иное, как клевета местных кулацких элементов во главе с начальником почты. А молодежь села фактически организовала небольшой партизанский отряд. Молодые люди были оправданы и влились в ряды 45 дивизии. А с клеветниками я тоже разобрался по совести. Как оказалось, в 1918 году, во время отступления Красной армии кулаки обезоружили красноармейцев и захватили двух верблюдов из обоза. За свои действия они понесли заслуженную кару".
  
  В общении Г.С. Юрьев был веселый и общительный человек. Нередко мне доводилось слышать от него забавные истории. Особенно запомнился рассказ о том, как он весной 1920 года возвращался в дивизию после отпуска. "Побывав несколько дней в Ананьеве, я поехал в дивизию. Она должна была находиться в Одессе. Но оказалось, что дивизии там уже нет. Я остановился у товарища по подполью Самбурского. Вечером решил посмотреть город, но товарищ предупредил меня, что после пяти выходить из дома не безопасно - начинается стрельба, грабежи, налеты.
  
  - Как же так, - удивился я, - город в руках Красной армии, а бандиты гуляют во всю?
  Оказывается, одесские налетчики представили губпрофсовету петицию о регистрации их в качестве профсоюза уголовников. Над ними, конечно, посмеялись и отказали. В отместку "профсоюз уголовников" объявил террор коммунистам и сочувствующим беспартийным. Одним словом, несмотря на решительные меры ЧК, милиции и военных, сладить с ними оказалось непросто.
  
  Когда дивизию находилась на севере Украины, Юрьев нашел беспризорного 14 летнего Алешу Павленко. Его родителей убили деникинцы, а сам он был ранен. Григорий Самойлович оставил его в дивизии. Алеша стал "сыном полка". Все его любили, заботились, обучили грамоте. Позже Григорий Самойлович отвез его в Ананьев к своим родителям.
  
    []
  
   Война с белополяками 1920 год. Местечко Шумск Житомирская обл. Политотдел 135 бригады 45 стрел. Дивизии Стоят слева направо Аникин ком. Штаба бригады. Горелов Илья Михайлович, Гажалов Н.А. -политработники бригады. Лежат на траве; третий слева направо Симкин, Муготников Михаил-политработники Анна Юсим Гольденбрг, Иосиф Гольденбрг комиссар бригады. Ручкин политработник, красмоанмейцы-связные.
  
   СЛУЖБА В ОСОБОМ ОТДЕЛЕ КАВБРИГАДЫ Г.И.КОТОВСКОГО
  По окончании войны с Польшей меня назначили в кавбригаду Котовского уполномоченным особого отдела.
  
  С Григорием Ивановичем Котовским мне уже доводилось встречаться. Но все эти встречи носили эпизодический характер. Первая произошла в конце лета 1917 года, когда части Юго-Западного фронта, отступая, выходили из Галиции. Наш 33-й воздухоотряд отходил из предместья Галича через Черновцы в Хотин.
  
  В середине декабря мне довелось везти делегатов на совещание в Хотин. Совещание проходило возле спиртзавода под открытым небом. Мою автомашину использовали в качестве трибуны. Ораторы выступали стоя в кузове, а я, сидя в кабине, слышал все выступления. Слово дали представителю "Румчерода". На машину поднялся человек высокого роста, крепкого телосложения в солдатской шинели. Он говорил, слегка заикаясь, но горячо и убедительно. После митинга я узнал, что это был одессит по фамилии Котовский.
  
  Вторая встреча произошла в конце 1919 года на станции Екатеринослав, где стоял штаб 45 дивизии. Встреча была мимолетной, во время митинга, где выступал Котовский. Потом на станции Лазоватка где формировалась кавбригада Котовского. Наш партизанский отряд влился в Красную армию. Меня послали в особый отдел 45 дивизии сопровождать пополнение комсомольцев в Лозоватку, где Котовский принял бойцов и сказал приветственное слово.
  Позже вместе с бригадой Котовского мы освобождали поселок и железнодорожную станцию Красное.
  
  Участвуя в боях под Вознесенском, видел, как воюет Котовский. На польском фронте я по долгу службы больше находился в пехотных бригадах 45 дивизии, но судьба часто сталкивала меня с кавбригадой Котовского.
  
  После окончания Гражданской войны в декабре 1920 года Котовский был назначен командиром 17 кавдивизии. Сама же Кавбригада Котовского вошла в состав 17 кавдивизии и стала именоваться 1 кавбригадой. Бригада состояла из двух кавполков. Сама же 17 дивизия входила в состав 1 кавкорпуса Червоного казачества под командованием В.Примакова.
  
  С января по февраль 1921 года 1 кавбригада в составе 17 кавдивизии получила задание ликвидировать банду Махно. В апреле 1921 года 1 кавбригада принимала участие в ликвидации мелких банд атаманов Иво и Лихо в Гайсинском и Брацлавском уездах. Я как оперуполномоченный числился за особым отделом кавбригады, но в походе не участвовал, так как был откомандирован в распоряжение особого отдела 17 дивизии и принимал участие в ликвидации банд на территории Белоцерковского и Таращенского уездов Киевской губернии.
  
  Основной задачей частей дивизии была очистка уездов от многочисленных банд и охрана сахарных заводов и ссыпных пунктов.
  
  Весной 1921 года стычки с бандами происходили ежедневно. Бандиты уводили лошадей с коновязей, нападали и убивали военнослужащих. Грабили подводы крестьян на дорогах. Стали проникать в части дивизии, устраиваясь под видом "добровольцев" на должности телеграфистов, телефонистов, работников снабжения. А в городе Тараща был убит начальник уездной милиции.
  
  После этой диверсии меня вызвал глава особого отдела Письменный и начальник агентуры Володин, и приказали заняться поимкой убийц. В помощь мне дали сотрудников особого отдела Скотобойникова, Голубева и Костина. Я представил руководству свой план. Суть его состояла в следующем:
  
  Меня должны были арестовать на улице, как опознанного бандита и с шумом препроводить в тюрьму. Что и было сделано. Там я быстро сблизился с бандитами и узнал, что бандой, которая совершила убийство, руководит сын сельского священника, и он собственноручно выстрелил в начальника милиции.
  
   Н.А.Гажалов сидит вверху крайний слева.
   Его арестовали. При обыске нашли оружие, а также 2 пуда серебра в монетах. Оказалось, что он поступил добровольцем во 2-й кавполк нашей бригады в отдел снабжения. С помощью своих подручных отбирал муку у крестьян, дискредитируя тем самым Советскую власть. В ходе следствия он выдал еще двух бандитов, работавших телефонистами. Они подслушивали переговоры и передавали сведения в банду. На основании его показаний в селе "Баранье поле" изъяли 1000 пудов сахара, награбленного во время налета на сахарный завод села Лука и несколько цинков с патронами.
  
  Еще одна банда зверствовала в районе села Узина. Во время допроса мы установили, что они напали на продотряд в Узине, убили и замучили более 30 красноармейцев и что главари банды работают в сельской кооперации Узина и на Узинском сахарном заводе, а также в Белоцерковской сельскохозяйственной школе. Особый отдел приказал мне и Скотобойникову разработать эту банду.
  
  Прибыв в село под видом дезертиров, мы устроились в одной из хат, которая находилась недалеко от дома, где по нашим данным скрывался один из главарей банды. Подкупая и подпаивая хозяйку, мы узнали, что в сарае соседней хаты, на чердаке прячется бандит, а она носит ему еду. Когда она в очередной раз понесла ему продукты, мы его арестовали. Через несколько дней он выдал банду, которая скрывалась в узенском лесу, указав ее местонахождение. Бандитов окружили. Часть уничтожили, часть сдали в особый отдел дивизии.
  
  На сахарном заводе также были проведены проверки. Среди арестованных оказались петлюровские офицеры. Была обнаружена переписка с петлюровским генералом Тютюником и захвачен шифр, с помощью которого велась переписка.
  
  Во время допросов было установлено, что в Белой Церкви работает украинская контрреволюционная банда головорезов. Возглавляет ее Мазур - студент сельскохозяйственной школы и сын эконома узенского сахарного завода. Большая часть бандитов были студентами сельскохозяйственной школы.
  
  Мне и Скотобойникову поручили уничтожить эту организацию. В помощь выделили несколько сотрудников особого отдела и взвод бойцов. Школа была окружена, участники организации арестованы во главе с Мазуром. При обыске у них были найдены письма Петлюры, военные карты, печать с трезубцем, оружие и патроны. Все материалы по этому делу были переданы особому отделу 8-й Червонно-казачьей дивизии, стоявшей в городе Белая Церковь.
  
  Меня отозвали в особый отдел кавбригады Котовского.
  Бригада, входившая в состав 17-й кавдивизии Червоного казачества, дислоцировалась в районах Ильинецкой и Оратовской волостей Украины. Части бригады вели контроль пограничной линии и охрану сахарных заводов и ссыпных пунктов от разграбления. Особый отдел состоял их пяти сотрудников: Гажалов, Скотобойников, Столь, Костин, Голубев. Согласно приказа 17-й кавдивизии, кавбригада Котовского прибыла на станцию Маршанск. Я выехал вместе с бригадой.
  
  
   []
  
   Н.А.Гажалов- уполномоченный особого отдела кавбригады Котвоского
  
   А через час Котовский и я были у председателя маршанского ЧК, который обрисовал нам обстановку в губернии. На совещании присутствовали начальник 5-го боеучастка Зайцев и представитель ВЧК Левин, который должен был дать указания особому отделу.
  
  Во время беседы в кабинет вошел сотрудник ЧК и доложил, что у одного из бандитов, который находится во внутренней тюрьме, при обыске обнаружили револьвер "наган". Начальник распорядился привести его. После допроса он признался, что оружие передал ему один из сотрудников охраны тюрьмы. Таким образом, было установлено, что в охране были предатели. Мало того, сразу по прибытии в кавбригаде начались диверсии. Стали умирать лошади. Оказалось, что в овес подсыпали толченое стекло. Выявить злоумышленников не удалось.
  
  11 июля 1921 года за подписью особо уполномоченного ВЦИК РСФСР Антонова Авсеенко и командующего войсками армии по подавлению восстания Тухачевского было получено постановление ? 171, где предписывалось "бандитов, захваченных в плен с оружием в руках, расстреливать, а их семьи высылать в концентрационные лагеря".
  М.Н.Тухачевским было приказано в первую очередь очистить от банд район к югу от Большой Сосновки.
  
  Разведка котовцев обнаружила сосредоточение банды. На рассвете в селе Слободка кавполк напал на бандитов. Было убито 116 и взято в плен 48 бандитов, трофеи составили 15 лошадей.
  С этого момента кавбригада постоянно находилась в движении, преследуя по волостям отдельные группы бандитов.
  
  Например, на подходе к селу Цупки мы услышали удар колокола. Значит, нас заметили. Подают условный знак. Надо задержать сигнальщиков, иначе разведка пойдет насмарку. Наблюдатель спустился с колокольни и, отстреливаясь, спрятался в подвале дома. Бросили в подвал лимонку, но бандит уже сам застрелился. Я с тремя красноармейцами подобрались к заставе на окраине села и бесшумно сняли 5 часовых. В селе оказалось 126 бандитов. Все они были уничтожены.
  Наша разведка установила, что связными часто оказываются учителя, большинство из которых, члены партии эсеров.
  
  В селе Медно была арестована сельская учительница Попова - дочь московского священника. У нее в сарае был найден пулемет с запасом патронов. В доме мы нашли множество писем. Прочитав их, мы получили возможность выйти на других деятелей движения в разных селах губернии, которые впоследствии были арестованы. Благодаря переписке было установлено, что в Москве состоится съезд эсеров. Значит, нам надо послать туда людей, чтобы знать какие они собираются обсуждать вопросы.
  
  Активистов из отдельных банд отправляли в особый отдел армии в Тамбове. А крестьян мы часто отпускали. Некоторые жители деревень приходили сами, приносили оружие и другое военное имущество.
  В селе Семеновка половина населения служила Антонову. Мы установили, что именно здесь находится база Антонова, где хранятся запасы продуктов, оружия, боеприпасов и другого военного снаряжения. Вскоре после опубликования постановления номер 171 в селе объявили сход крестьян. На сходе комиссар Борисов объяснил положения приказа и предложил сдать военное имущество и выдать укрывавшихся бандитов. Однако крестьяне ответили молчанием. А самые непримиримые начали грубо ругать Советскую власть, призывать к сопротивлению и чуть не убили Борисова. Тогда мы прямо на сходе отобрали 10 наиболее ярых сторонников Антонова и расстреляли. Только после этого население активно стало сдавать военное снаряжение.
  
  Не могу забыть одну операцию внутреннего порядка.
  В Тирасполе у кавбригады находилось "вербовочное бюро". Начальником его был котовец Жестоканов, комиссаром Сельский. Задачей его было принимать и оформлять бежавших из оккупированной Румынией Бессарабии молдаван. Их снабжали всем необходимым и отправляли в кавбригаду для пополнения. Когда прибыла очередная группа молдаван, уполномоченный особого отдела Столбарев установил, что с ними из Украины в Тамбовскую губернию переправили соль, которую продали по спекулятивной цене, а у сотрудника снабжения кавбригады Зайдера Меера изъяли большую сумму денег. Я доложил Котовскому.
  
   Он приказал: за спекуляцию на фронте, за подрыв авторитета бригады и использование государс твенного транспорта в личных целях, всех виновных расстрелять.
  
  Особый отдел стал оформлять документы. Ночью зашел Котовский и сказал: "Давайте-ка Гажалов, не будем тратить патроны на эту нечисть. Отправьте их в Тамбов, пусть там разбираются". Утром мы исполнили его приказ. Как оказалось, надо было ослушаться и расстрелять Зайдера.
  Позже 6 августа 1925 года в посёлке Чабанка (в 30 км от Одессы) Мейер Зайдер, по кличке Майорчик, застрелил Григория Ивановича Котовского.
  
  Не выполни мы тогда приказ Григория Ивановича, возможно бы не произошла эта трагедия. Много лет спустя бывший порученец Котовского Алексей Николаевич Гарри признался мне, что это он уговорил Котовского не расстреливать Меера.
  
   УЧАСТИЕ В ЛИКВИДАЦИИ БАНДЫ АНТОНОВА.
  
   В 20-х годах в Тамбовской губернии вспыхнул так называемый Антоновский мятеж. Восстание полностью охватило 5 уездов: Тамбовский, Кирсановский, Маршанский, Борисоглебский и Козловский.
  
   Восставшие были в основном крестьяне-середняки числом более 50 тысяч человек. Возглавил восстание эсер Антонов. В прошлом активный участник аграрного движения на Кирсановщине, в 1918-1919 годах - начальник милиции Кирсановского уезда. Его помощниками были: офицер царской армии Эктов - начальник штаба, Матюхин - бывший уголовник, Токмаков, Плужников, Ишин, Богуславский, Селянский и другие. Под их руководством находилось 16 бандитских полков численностью до 1000 сабель каждый. Александр Антонов разбил их на две армии и возглавил "Главоперштаб".
  
   Политической работой руководил губернский "Союз трудового крестьянства" во главе с левыми эсерами Токмаковым и Плужниковым. Восставшие выступали под лозунгами "Долой продразверстку", "Свободная торговля", "Советы без коммунистов". Повстанцев активно поддерживало население деревень и сел. У них повсюду были свои люди и хорошо отлаженная связь. Антоновские шпионы имели условные знаки: определенный разрез козырька, нашивки на одежде и другие метки.
  
  Котовского и Борисова вызвали в штаб боевого участка и познакомили командира с начальником штаба Антонова - Эктовым, арестованным в Москве. Он согласился сотрудничать и обещал выдать одну из банд Антонова - банду Матюхина.
  
  Котовский вызвал по телеграфу 2-й эскадрон 1 полка и приказал - скрытно, под охраной доставить Эктова в бригаду и поместить в отдельной хате. Внутренняя охрана состояла из латышей, а внешнюю - осуществляли сотрудники особого отдела нашей бригады.
  Через несколько дней в штабе бригады состоялось совещание, где Котовский ознакомил нас с планом уничтожения банды Матюхина.
  
  Он был разработан ВЧК и Генштабом РККА и состоял в следующем: Отдельная кавбригада Котовского будет действовать под видом частей восставших кубанских и донских казаков, которые, под командованием атамана Фролова, якобы прорываются к Тамбову, чтобы объединиться с Антоновым. Задачей Котовского было выманить банды Матюхина из лесов.
  
  Помочь нам осуществить этот план согласился Эктов. Участвовала в выполнении задания не вся бригада, только хорошо проверенный и надежный состав котовцев.
  
  Бойцы вышли в поле и только тогда Котовский сообщил всему личному составу разработанный план. Задача предстояла не простая. Более 400 красноармейцев должны были "играть роль" повстанцев, прорвавшихся через линию фронта, причем, делать это так умело, чтобы бандиты ничего не заподозрили. Красноармейцы переоделись, нашили на галифе красные лампасы.
  Сотрудники особого отдела должны были постоянно следить за прикрепленными за ними красноармейцами, чтобы кто-то из бойцов случайно не выдал себя.
  
  Отряд выехал в село Кобылинку, недалеко от которого, по данным разведки, должна была находиться банда Матюхина. В селе Григорий Иванович остановился в доме попа. Личный состав был рассредоточен с таким расчетом, чтобы в любую минуту вступить в бой. Вечером мы с Борисовым зашли к Котовскому. В доме стояло пианино. Аккомпанируя себе, я спел несколько романсов и получил комплимент от попадьи. Она сказала: "Сразу видно господ-офицеров, а то стояли тут красные, так даже бренчать и то не могли". Похвала была как бы в нашу пользу, ведь обо всем, что происходило в деревне, сразу становилось известно Матюхину.
  
  Вечером Котовский послал в лес военкома (комиссара) 2-го кавалерийского полка Захарова и командира взвода 1-го эскадрона этого же полка Симонова с письмом, в котором есаул Фролов и начштаба Антонова Эктов предлагали Матюхину обсудить план совместных боевых действий. Однако бандиты хотели сначала встретиться с Фроловым и Эктовым и предложили подъехать к опушке леса без охраны. Матюхин знал Эктова в лицо.
  
  Несмотря на огромный риск, Котовский принял условия и поехал на встречу. Мы ждали их возвращения с огромной тревогой, но все обошлось благополучно и вскоре в дом вошли Котовский, Матюхин, Эктов и еще 10-12 человек. Котовский усадил гостей в красный угол, под иконы, а мы разместились ближе к выходу.
  
   Нас оказалось на 3 человека меньше, но это не смутило Котовского. Первым выступил Эктов. Он коротко рассказал о съезде эсеров в Москве и его решениях. Затем слово взял Борисов и стал читать резолюцию съезда, но посетовал на то, что мало света. В комнате горела одна лампа. Я зажег свечку, встал за ним, начал светить, одновременно выбирая, в кого буду стрелять.
  
   После Борисова встал "представитель Махно" - порученец Котовского А.Н.Гарри. Он произнес сильную речь, которая очень понравилась бандитам.
  
   Потом поднялся Котовский, оглядел всех и после небольшой паузы выкрикнул: "Довольно ломать комедию, бей бандитов, я - Котовский". Он выхватил револьвер и в упор выстрелил в Матюхина, но револьвер дал осечку. Трижды стрелял он в Матюхина и все три раза револьвер давал осечку. Мы открыли огонь. В первые секунды бандиты растерялись, но быстро сориентировались и тоже стали стрелять.
  
   В завязавшейся перестрелке один из матюхинцев ранил Котовского в плечо, но комбриг продолжал командовать боем. Кто-то в суматохе задел лампу, погас свет, начался пожар. Я успел снять несколько планшеток с убитых. Вывел Котовского на улицу, где наша медсестра Шура Ляхович сделала ему перевязку. Вскоре перестрелка прекратилась.
  
   С бандой Матюхина было покончено навсегда. За оказанную помощь и участие в боях Павел Эктов был помилован и вернулся к семье. Но Иван Матюхин исчез. За его поиски принялись чекисты. Через некоторое время мы узнали, что Василию Георгиевичу Белугину удалось войти в доверие к Матюхину, и главарю наступил конец.
  
  После боя провели повальный обыск в деревне, взяли в плен раненых бандитов, после перевязки допросили их, а на следующий день всех пленных отправили в Тамбов и особый отдел армии.
  Надо отметить, что небольшой состав особого одела бригады: Столь, Скобойников(Казанский), Голубев(Семчагов), Костин участвовали во всех боевых операциях бригады, вели агентурную работу, проводили следствия и дознания и вели большую агитационную работу среди красноармейцев и населения. Нашему отделу помогал полит отдел бригады Дмитриев, Тукс, Гуревич, Чистяков, Селюков, Горелов и др.
  
  19 августа 1921 года кавбригада Котовского, выполнив задание, выехала на Украину.
  За участие в ликвидации Антоновских банд я, как и многие бойцы- котовцы, был награждён орденом Красного Знамени - высшей в то время наградой республики.
  Выписка из приказа 1 командующего войсками Тамбовской губернии М.Н. Тухачевского от 25 сентября 1921 года: "Награждаются орденами Красного Знамени за отличие в боях с врагами социалистического Отечества:
  172. Уполномоченный Особого отдела бригады Котовского т. Гажалов Н.А. За весьма ценную работу по искоренению бандитизма на территории Тамбовской губернии и горячее участие в самых ожесточенных боях с таковыми..."
    []
  
  
  
  После ликвидации антоновского восстания меня отозвали в распоряжение особого отдела армии в Тамбов, где я под руководством уполномоченного ВЧК Левина проводил вторичное доследование в концентрационных лагерях. В результате невиновных освобождали.
  
   В конце сентября меня направили в Москву в ВЧК в распоряжение Ксенофонтова. Жил я с товарищем на Бутырском хуторе. Однажды, выйдя из квартиры, я заметил в поле какую-то необычную машину. Заинтересовался, подошел ближе, расспросил стоящих там людей. Мне объяснили, что это электроплуг. Ждали приезда комиссии. Тогда можно будет посмотреть его работу. Вскоре приехали две легковые машины, из них вышли люди и направились к плугу. Я спросил, - Это и есть комиссия?
  - А, вы что, не видите? Ведь это В.И.Ленин, Н.К.Крупская и М.И.Калинин.
   Это было невероятно. Я обомлел, я вижу Ленина!
  
   Испытания начались. Плуг передвигался с помощью троса. Ленин вел за руку мальчика в красноармейской шапке и что-то говорил механику. Потом все вернулись к машинам и поехали в сторону Тимирязевки.
  
  Ксенофонтов предложил мне поехать на Украину в распоряжение председателя Украинской ЧК Манцева. Я согласился. Во время нашей беседы в кабинет вошел Ф.Э.Дзержинский. Ксенофонтов меня представил. Феликс Эдмундович пожал мне руку, расспросил о работе и пожелал успеха. Перед отъездом на Украину я получил двухнедельный отпуск. После отпуска отправился в Харьков в ВУЧК.
  
    []
  
   Н.А.Гажалов стит во 2 -м ряду 3-й слева направо.
  
   Но кабинетная работа мне не нравилась. Я попросил Манцева отправить меня на фронт, но он отказал. Тогда я обратился в ЦУК КП Украины и меня перевели в действующую армию.
  
  Через Киевский военный округ я сумел добраться до части. Котовский в это время командовал Крымской дивизией. Но я прибыл с опозданием. Части дивизии к тому времени разбили банду Тютюника в местечке Базар и находились на кратковременном отдыхе. Впоследствии кавбригаду передислоцировали в город Бершадь, где переформировали в 3-ю Бессарабскую кавдивизию. Я по указанию Котовского работал по организации военной кооперации.
  
  В частях кавдивизии были организованы полковые и бригадные магазины, столовые, хлебопекарни и мельницы. Председателем кооперации был Левицкий. В 1923 году Котовский предложил мне выехать в Киев и возглавить военную кооперацию - два мыловаренных завода и завод искусственной шерсти. Когда работа на предприятиях была налажена, сварили 400 пудов мыла и изготовили несколько тысяч метров ткани, Григорий Иванович направил меня в Бердичев для ремонта военного городка на Лысой горе.  []
   Н.А.Гажалов с сестрой Марией Соляниной
  
   Там в первую мировую войну расквартировывался штаб Юго-Западного фронта и стояло более шестидесяти 2-х и 3-х этажных зданий. Строительством я никогда не занимался, но Котовский и Криворучко выделили мне 20 красноармейцев во главе с Захаровым. Сроки ремонта назначили - 2 месяца. Я обратился за помощью к местному населению. Люди живо откликнулись, и в рабочих руках у нас дефицита не было. Ремонт зданий был закончен в срок. Принимать работу приехал Котовский и начдив Криворучко. Котовский все осмотрел, проверил, поблагодарил рабочих, а меня и Захарова премировал трехмесячным окладом.
  
  После этого я руководил строительством узкоколейки Бердичев-Лысая гора.
  В 1924 году я был в Умани, жил у Котовских. Ольга Петровна всегда радостно принимала сослуживцев мужа. В эти дни я соблюдал режим Григория Ивановича: ранний подъем, гимнастика по системе Анохина, обливание холодной водой, завтрак за большим столом.
  
  СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ КОММУНА ИМ. Г.И. КОТОВСКОГО.
  
  Однажды вечером Котовский радостно сообщил, что политсоветом корпуса принято решение об организации сельскохозяйственной коммуны для мобилизованных красноармейцев.
  
  Идея создания коммуны возникла у Котовского еще во время Гражданской войны. После боя в районе города Кирсаново наши части отбили у бандитов полсотни лошадей, среди них оказалось несколько племенных. Котовский, осматривая их, называл породу, знал даже какого они завода. На следующий день в штаб явились крестьяне и попросили Котовского вернуть им лошадей. Объяснили, что они коммунары сельхозкоммуны, которая находилась в 5 верстах от Кирсаново. А лошадей у них насильно отобрали бандиты.
  
   Котовский приказал вернуть лошадей, а мне - поехать с крестьянами и ознакомиться на месте с их хозяйством. Я выполнил приказ, все осмотрел и доложил Котовскому. Он подробно расспросил меня об устройстве коммуны. Ведь по образованию он был агроном. Потом, при разговоре, часто вспоминал о Кирсановской коммуне.
  
  И вот теперь, когда кончилась Гражданская война и начала налаживаться мирная жизнь надо было приниматься за создание коммуны, тем более, что красноармейцы-бессарабцы на могли вернуться домой, так как их родина была оккупирована Румынией.
  
  Часть бессарабцев Котовский устроил в специальное хозяйство по выращиванию жеребят в местечке Ободовка Винницкой области. Хозяйство разместили в бывшем родовом имении польского графа Сабанского. Но наш "корпусной совхоз", как его тогда называли, числился только на бумаге. В 1924 году небольшие конезаводы начали ликвидировать, поэтому Котовский решил на базе корпусного совхоза организовать сельскохозяйственную коммуну и использовать под нее имение Сабанского. Но для этого надо было получить разрешение правительственных органов Украины. В Харьков, к председателю Всеукаинского ЦИК Петровскому, с письмом котовцев поехали представители инициативной группы Гайдуков и Васильев.
  
  "Мы, группа старых бойцов, обращаемся к Вам с просьбой, а также и за содействием, как старые и сознательные борцы за коммунизм, к тому же пролетарии в полном смысле слова. Мы решили организовать коммунальное хозяйство, то есть с фронта боевого перейти на фронт труда. Среди нас есть хорошие земледельцы, садоводы, скотоводы.
  
  Мы сжились за годы войны, сроднились и хорошо друг друга знаем, кто к чему способен, поэтому и хотим организовать хозяйство образцовое. Группа наша насчитывает 55 человек".
  Разрешение было получено.
  
  Котовский приступил к подбору руководящих кадров для хозяйства. Он пригласил меня и политбойца 1-го кавалерийского полка Виктора Фёдоровича Левицкого к себе домой и вечером, за ужином, сообщил, что лучших кандидатур, по организации и руководству будущей коммуны он, кроме нас, не видит. Так Виктор Фёдорович Левицкий стал председателем будущей коммуны, а я его заместителем.
  Мы растерялись, опыта у нас не было, но слова Котовского звучали как приказ, а приказ надо выполнять.
  
  Там же на квартире 10 июня 1924 года, Котовский подписал первый документ о создании коммуны.
  
   "Председателю инициативной группы по организации сельскохозяйственной коммуны т. В.Ф. Левицкому.
  
    []
  
   В.Ф.Левицкий
  
  Идя на встречу устройства быта демобилизованных красноармейцев-назаможников, в частности, уроженцев Бессарабии, командование 2-го кавалерийского корпуса настоящим передает в Ваше распоряжение корпусные совхозы Ободовку и Верховку для организации в таковых образцовой сельскохозяйственной коммуны.
  Передавая указанные совхозы, командование корпуса уверено, что члены организуемой коммуны - старые бойцы 2-го кавалерийского корпуса, ветераны гражданской войны, на новом фронте коллективного сельскохозяйственного труда явятся примером для окружающего населения и будут проводниками всех культурных начинаний рабоче-крестьянской власти.
  Командир корпуса Г.И.Котовский".
  
  Коммуне было передано 11 тысяч десятин земли, три сахароварни, свыше десяти крупных жилых и хозяйственных построек и огромный дом-"полаццо" окруженный парком с долиной роз, пирамидальными дубами и прудом длиной до двух верст.
    []
   Дом "полаццо"
   Графское имение охранял когда-то отряд чеченцев, но когда граф бежал за границу, местные крестьяне имение разграбили и хотели сжечь "поллацо". Но, к счастью, директор Ободовской школы В.Д.Заболотный сумел уговорить их не делать этого.
  
  В 1920 году советская власть твердо установилась в этих краях, но местные крестьяне боялись делить панскую землю, думая, что граф вернется. Они не верили, что власть советов надолго, ведь, сколько раз за последнее время эта власть менялась.
  
  Судя по всему, и сам граф надеялся вернуться. На территории поместья стоял фамильный склеп-усыпальница Сабанских. Он был закрыт на огромный замок. Уезжая в Польшу, он оставил присматривать за склепом своего верного холопа Карпо Попиловского, у которого были ключи от дверей склепа. Среди местных жителей ходили слухи, что внутри находятся несметные сокровища и дорогая утварь, но забрать ключи и войти туда не решались. Опасались покойников, боялись, что граф вернется, а его слуга укажет на грабителей. Слухи, конечно, не имели под собой никакой почвы. Когда Папиловский, после долгих уговоров, согласился открыть склеп, ничего, кроме захоронений, внутри усыпальницы не оказалось.
    []
   Фамильный склеп Сабанских в имении Ободовка
&nb
  sp; В августе 1924 года мы с тревогой в сердце вступили в бывшее графское имение, которое хозяин покинул ещё в 1916 году.
  
  При входе в "поллацо" на стене висела мраморная доска с надписью: "Этот дом построен Феликсом Сабанским в 1763 году и отреставрирован Михаилом Сабанским в 1840 году для потомства". А на пороге мраморной лестницы надпись: "SALVE"- "ЗДРАВСТВУЙТЕ".
  
   В заброшенных комнатах с разбитыми окнами пахло сыростью и плесенью. По аллеям сада ветер носил осенние листья. В одном из помещений, где в окнах сохранились стекла, мы провели первое собрание. Решение гласило: слушали доклад т. Левицкого об организации сельскохозяйственной коммуны из демобилизованных красноармейцев и политических эмигрантов, уроженцев Бессарабии.
  
   Постановили: организовать в селе Ободовка сельскохозяйственную коммуну и принять ее устав.
  В список коммунаров вошло 29 человек. Это была группа-костяк: Максимов, Дрига, Гилька, Деменьтев, Цапу, Гуньков, Гуманюк, Гончаренко, Харлампиев и другие. Они прибыли в Ободовку из Москвы, где после демобилизации из 2-го конного корпуса, учились в Коммунистическом университете национальных меньшинств Запада.
  
   На первом собрании 2 августа 1924 года было утверждено название коммуны "Бессарабская". На следующий день был установлен состав членов коммуны.
  Возглавлял коммуну Совет. В него вошли Левицкий (председатель), Гажалов (заместитель председателя), Максимов, Митител и Харлампиев.
    []
   Первый председатель Коммуны Левицкий и его заместитель секретарь парткома Гажалов.
  
  Совет действовал через комиссии -, санитарную, тарифно-нормировочную, контрольную и детскую.
  Санитарная должна было наладить работу бесплатной парикмахерской. Организовать душ с горячей водой, заниматься сбором белья.
  Тарифно-нормировочная вела учет и оплату труда.
  Контрольная - разбирала заявления о приеме и спорные дела. В её ведении были личные карточки, где отмечались положительные и отрицательные стороны каждого коммунара. Комиссия проверяла учится ли коммунар и, в зависимости от этого, направляла на работу. На суд комиссии приглашали провинившихся.
  
  От физического труда освобождались только председатель, агроном и дежурный. Остальные члены руководства трудились в поле, на ферме и других отраслях вместе с рядовыми коммунарами.
  Через несколько дней, на собрании районной партячейки я был избран секретарём. Так я стал коммунаром и сельским партийным работникам.
  
  Мы распределили обязанности, наметили с чего начать: предстояло привести в порядок здания, собрать инвентарь, оборудовать жильё. Мы долго сидели, мечтали, говорили, а когда утром вышли во двор, растерялись, не зная за что браться. Тогда Левицкий распорядился обследовать двор, кладовые и собрать сельхозинвентарь.
  
  Трофеи оказались небогатыми - пять культиваторов, шесть плугов, три разбитых телеги и четыре слепых, с отвисшими задами, лошади, которые без провожатых идти не могли, топтались на месте, тыкали мордами друг друга и толкали людей. Как кто-то из нас заметил, что "такие лошади в любой час могут свободно и нечаянно сдохнуть".
  
  Но, как гласит китайская поговорка - дорога в тысячу ли начинается с первого шага. Нашим первым шагом было восстановление конюшен и двора. С этого и началась наша служба на трудовом фронте - ложились затемно, вставали с первыми петухами. Прибыло подкрепление - очередная партия демобилизованных красноармейцев: Лебедев, Боярчук, Жбанов, Блоцкий, Павлюк, Колотвин с женой, Макрицкий, крестяне-сердняки Кремнев, Кукумань, Нечаев и бессарабец Миша Довгаль - сын машиниста станции Окница.
  
   Я часто исполнял роль кашевара. Варили кукурузу, делали мамалыгу, ели её с брынзой. И дело шло прекрасно. Как говорится, "даже нервные без сметаны обходиться привыкли".
   В сентябре 1924 года к нам приехал Котовский. Осмотрел хозяйство. Потом, на свежем воздухе, возле парадного входа во дворец графа провел общее собрание.
  
   Котовский распорядился отдать коммуне безвозмездно имущество и зернофураж корпусного конного завода. Имущество насчитывало 22 лошади, несколько повозок, быка производителя, корову по прозвищу "Царица" с теленком и хорошего жеребца по кличке Бандит - кровного рысака, от которого мы в последствии получили крепких и красивых лошадей.
  Но главная беда была в нехватке тягловой силы. Котовский направил людей в Тульчин, в 9-ю Крымскую дивизию, где прошла выбраковка кавалерийских лошадей. К строевой службе они оказались непригодны но таскать плуги и грузы они вполне могли.
  За лошадьми выехали я, Максимов и Гуманюк.
  
  В Тульчине шёл аукцион. Оказалось, что коней нам предстояло выкупить за наличные деньги, которых у нас, конечно, не было. Нас подняли на смех - приехали, коммунары-голодранцы, решили лошадей за так взять.
   Что делать? Дали телеграмму Котовскому. Ждём ответа, волнуемся. По телеграфу приходит его ответ: "Отдать лошадей под вексель". Так мы получили шестьдесят прекрасных лошадей. Но постромок не оказалось. Зато они были в местной лавке, но у нас опять же не было денег. С трудом уговорили лавочника, дать "в долг".
  
   Несмотря на самоотверженную работу нашего кузнеца Евлампия Семеновича Добжанского, который дневал и ночевал в кузнеце, клепая плуги, их все-таки было мало. Пришлось добывать их в Крыжополе. Поехал я, Гуманюк и Максимов. И опять без денег. Всю дорогу переживали, что надеемся на авось, что в третий раз не повезет и плугов не получим.
  
   В Крыжополе нашли нашего бывшего однополчанина, а ныне председателя кредитного товарищества Кибинского. Встретил он нас дружелюбно, но "держал дистанцию". Внешне он тоже изменился - пополнел, завел бородку эспаньолку.
  
  Он выслушал нас, повел на склад и торжественно сказал, - прошу, берите сколько надо, но деньги вперед. Мы обомлели - на складе стояли ряды двухлемешных плугов.
  - Денег у нас нет, мы подпишем вексель.
  - Э, нет, так не пойдёт. Только наличные, - и однополчанин выпроводил нас за дверь.
  Целый день мы уламывали его войти в наше катастрофическое положение и дать плуги под расписку. К вечеру, наконец, уговорили.
  
  В совхозе Сахоротреста нам одолжили семена озимой пшеницы.
  И вот настал день, когда мы поднялись в четыре утра и вышли в поле. Пахали до заката солнца. Вернувшись, упали от усталости, как подкошенные. И в таком темпе работали каждый день пока всё не вспахали и засеяли. Местные крестьяне из Ободовки сначала над нами подсмеивались, но увидев, как мы трудимся, призадумались. Скоро мы почувствовали, что они стали относится к нам с молчаливым уважением.
  
  16 октября 1924 года в самый разгар осенних работ к нам приехал агроном, Александр Иванович Петиков. Правда, он был студентом первого курса сельскохозяйственного института, но тут же объявил: Буду работать и учиться.
  
    []
  
   А.И.Петиков.
  
  Все, конечно, обрадовались, ведь ни у кого из нас специального образования не было. Как оказалось, желание работать у Петикова было не меньше нашего. Он был большим тружеником, сообразительным и расчётливым специалистом. Мы гордились Петиковым и решением Совета Коммуны выдали ему доверенность с широкими полномочиями.
  
   Согласно этому документу он имел право не только вести дела коммуны, но и заниматься реализацией продукции. И доверие коммунаров он оправдал полностью.
   В первую осень мы успели засеять 120 десятин озимой пшеницы и поднять ещё 150 десятин зяби. Конечно немного, но начало было положено.
  
  Уже в 1925 году в коммуне появились трактора и чистосортные семена. Зимой мы купили тридцать коров. Ездили за ними под Херсон бригадой: я, Колотвин и другие. По дороге домой пришлось сдавать экзамен по практической зоотехнике, так как несколько коров в загоне отелились. Со временем появился породистый скот и свиньи, начали развиваться подсобные предприятия.
  
  Население коммуны к началу 1928 года выросло до 250 человек. Из них 60 детей до 13 лет, 110 коммунаров от 23 лет и выше, остальные 80 молодняк, из которых всего 12 девушек. Около половины молодёжи состояли в комсомоле. Молодежь можно было условно разделить на три группы.
  
  Первая - 80 человек вступили в коммуну без родителей. Большинство из них - бывшие батраки. Часть, так называемые, "беглые" - ушли от родителей. Они росли в период революции и Гражданской войны. "Беглецов"-одиночек было 25 человек.
  
  Вторая группа молодёжи вступила в коммуну с родителями. Их было тоже 25 человек.
  Третья группа - беспризорники из расформированного детского дома, который располагался с нами по соседству. Выделив 20 самых "трудных" ребят, которых не могли устроить в городе, деткомиссия округа передала в коммуну. Они не были приспособлены ни к какому труду.
   Пытались попасть к нам и одиночки из "бывших", которые хотели вступить в коммуну для того, чтобы потом попасть на рабфак и в ВУЗ, но таких мы не принимали.
  В 1930 году в коммуне было 300 семей.
  
   Коммуна с семипольного севооборота ежегодно снабжала вновь образованные колхозы чистосортными семенами и сдавала на местный сахарный завод по 200 центнеров сахарной свеклы с гектара. Кроме того, на предприятиях коммуны вырабатывалось сливочное масло, макароны, вермишель, повидло, фруктовые вина, сушеные фрукты и овощи.
  
  Ежегодно сдавали на мясо после откорма по 100 пар волов.
  К концу 1933 года коммуна представляла собой крупное хозяйство. Земельная площадь доходила до 4000 гектаров. В коммуне было 300 рабочих лошадей и волов, 250 дойных коров, 120 свиноматок, множество птицы.
  
  Подсобные хозяйства: две мельницы, маслобойка, повидловарка, виноделие, макаронная фабрика.
  
  Семнадцать тракторов коммуны послужили базой для создания Ободовской МТС.
  К началу 1933 года партийная организация коммуны составляла 95 человек, и 180 комсомольцев.
  
   Со дня образования коммуны деловое обсуждение возникающих трудностей и разрешение конфликтов, проходили на общих собраниях.
&
  nbsp; Совет коммуны был исполнительным органом общего собрания. Но такая форма была действенна до тех пор, пока в коммуне состояло 100-120 членов, но с ростом хозяйства появились подсобные производства, увеличилось число коммунаров и ежедневные общие собрания стали не эффективными. Был ещё один момент, который требовал изменить форму обсуждения производственных вопросов.
  
   Дело в том, что на собраниях, как правило, выступали лишь старшие коммунары, а молодёжь высказываться стеснялась. Однако недостатки не ускользали и от внимания молодёжи, но ребята молчали, только шушукались между собой. От такого отношения старших к молодёжи, возникали конфликты, склоки, ссоры, появлялись группы недовольных.
  
  При таком положении молодёжь чувствовала себя батраками, которые трудятся на кулака. Поэтому работали без внутреннего желания - лишь бы отбыть рабочий день, что понятно не вело к повышению общего благосостояния коммуны.
  
   Как правило, молодёжь даже не знала доходов в той отрасли хозяйства, в которой работала. Забитые, малоразвитые молодые люди не могли проявлять себя ни на работе, не в быту, а свободное время проводили вечерами на гулянках, где зачастую хулиганили, ввязывались в драки. Всё это отрицательно влияло на молодёжь коммуны.
  
  Многие из них начали подумывать о выходе из коммуны. Но куда идти? В город, на биржу труда, пополнять ряды безработных или опять в беспризорники?
  Такое положение оставалось до 1926 года.
  
   Новой формой воспитания молодежи стали производственные совещания, где детально прорабатывались хозяйственные вопросы, возникающие во всех отраслях хозяйства. Кроме того производственные совещания должны были воспитывать у молодежи инициативу, стремление к росту, знаниям, к повышению квалификации, чтобы молодые коммунары знали и понимали, что в этом залог будущего благосостояния коммунаров.
  
  В Бессарабской коммуне было 20 отраслей хозяйства, которые подразделялись на 4 секции, объединявшие однородные отрасли.
  
  Первая: полеводство, сады и огороды, уход за рабочей конюшней.
  Вторая: крупный рогатый скот, свиноводство, птица, племенная конюшня, пчелы.
  Третья: тракторная колонна с мастерскими, слесарные и столярные мастерские, кузница, мельница, переработка фруктов, виноделие, сыроваренный завод, макаронная фабрика, электростанция, водопровод.
  
  Четвертая: обслуживающий персонал, контора, двор, столовая, детский сад и ясли, прачечная, амбулатория.
  
   Задачами производственных совещаний были:
  1. Конкретно, по существу с деловыми предложениями решать вопросы, возникающие в каждой отрасли.
  
  2. Добиться активного участия всех людей, работающих в данной отрасли, а особенно молодежи, в обсуждениях производственных смет, рационализации отрасли, методов сдельщины, снижения себестоимости.
  
  3. Обсуждать упущения и недостатки, замеченные при работе в отрасли и предлагать способы их устранения.
  После долгих споров договорились проводить производственные совещания в каждой секции.
  
  Первое подобное совещание провели в начале 1926 года при мастерской, затем они распространились по всем отраслям хозяйства коммуны. Производственное совещание стало подсобным органом при совете коммуны. Решения производственного совещания утверждал совет коммуны.
  
  Каждое производственное совещание собиралось раз в две недели по вечерам или, когда погода не позволяла работать, днём. Для решения срочных вопросов совещание созывалось вне срока. По регламенту обсуждение должно длилось не более 2-3-х часов. Прорабатывалось не более 2-х вопросов.
  
  Совещание давало возможность высказаться всем желающим по интересующим вопросам, высказать свое мнение, критиковать, вносить конкретные предложения и разбирать их всем вместе. Здесь все друг друга знали, работали бок обок, как говорится, были "все свои", стесняться было некого. В первый год, правда, было много говорильни, но потом почти все выступали не более 5 минут и только по теме, никто не повторялся.
  
  Для стимулирования активного участия молодежи, на совещании, как правило, секретарём выбирали кого-нибудь из комсомольцев, а председателем заведующего отрасли, работа которой обсуждалась.
  
  На совещании отмечают отстающих и передовиков. Постановления производственных совещаний разбираются на заседаниях совета, которые проводят один раз в неделю. После утверждения совета его проводили в жизнь через заведующего отраслью.
   Первым делом на совещаниях проверяли, как выполнены предыдущие постановления. И если что-то не сделано, разбиралась причина и способы ее устранения.
  Молодые коммунары заметили, что их наблюдения и высказывания не проходят даром, а часто идут в дело и стала активно вносить ценные предложения для производства. По почину молодежи были заложены опытные делянки с соей, цикорием, льном, горчицей, лекарственными травами.
  Молодежь связывалась с опытными станциями и лабораториями "Бедноты", "Юннатом". Узнавала новинки агротехники.
  
   Активно участвовала в сборе золы для удобрения, проводила субботники по борьбе с вредителями.
  В библиотеке у молодёжи повысился спрос на специальную литературу. Увеличилась подписка на специальные технические журналы.
  
  Комсомолка-доярка заметила, что в другом хозяйстве коров раздаивают и внесла предложение еще раз проверять коров после дойки. Коровы после этого стали меньше болеть.
  Птицеводство было полностью в руках молодых. По инициативе нескольких комсомольцев увеличили "рабочий день" кур, освещая птичник до утра.
  Во дворе молодежь разбила клумбы и устроила фонтан.
   Производственное совещание тракторной колонны ввело вторую смену и непрерывную работу во время сезона.
  
  Комсомольцы внесли предложение электрифицировать мельницу, и молодёжь своими силами выполнила все работы.
  Если хозяйство коммуны растет быстрее культурного уровня коммунаров, в дальнейшем его рост будет неизбежно тормозиться.
  
   Проблема кадров в коммуне стояла очень остро. Раньше, в начале организации коммуны во главе отрасли мог стоять полуграмотный практик, то теперь, когда бюджет этой отрасли достиг, к примеру, 150-200 тысяч рублей, практик уже не справляется. Необходим агроном-специалист.
  Коммуна пригласила двух агрономов, которые передавали свои знания молодёжи. А с годами появилась возможность посылать своих ребят учиться на рабфак и ВУЗ.
  
  Молодёжь коммуны стала лучше знать дело, чем их сверстники в деревне. Как-то в деревне проводили агроминимум. Выступал коммунар-комсомолец, который только два года назад был принят в коммуну из деревни. После его вступления крестьяне удивлялись
  .- Как же так? Был то сирота, заморыш, а сейчас, ни дать ни взять, "ученый", так толково говорит о посевах.
  
  
  КОНТАКТЫ С КРЕСТЬЯНАМИ
  
  Большинство наших коммунаров были вчерашними бойцами Красной армии. Люди молодые и холостые. Своих девушек-коммунарок у нас не было. А девчата из села Ободовки наших ребят сторонились. О нас ходили самые невероятные слухи. Дескать, у них все общее: хозяйство, земля, жены, дети.
  
  Чтобы наладить контакты с молодёжью села, решили действовать совместно с сельскими коммунистами и комсомольцами.
   Ещё до образования коммуны, девчата и парни в селе оборудовали свой молодежный клуб - "сельбудынок". Заведующий - коммунист Иван Нагорный нашел для него хорошее, просторное помещение. Организовал хор и драматический кружок.
   Для молодёжи проводились вечера с играми и танцами. Сюда и зачастили коммунары-холостяки.
  
  Аристарх Арефьевич Татомир - первый секретарь комсомольской организации коммуны начал работу по вовлечению сельской молодёжи в комсомол. Организовал в коммуне кружок по изучению устава ВЛКСМ и на занятия приглашал молодёжь из села. Вскоре сельчанка Екатерина Куриленко подала заявление о вступлении в комсомол, за ней Горанская Варя, Дмитрик Мария и другие девушки. Их принимали с особой торжественностью. После этого девчата чаще стали бывать у нас в гостях гуляли по парку, любовались прудами, фонтанами, лепными украшениями дворца.
  
  Но окончательно лёд недоверия был сломлен, когда в коммуну вступили Стефания и Елизавета. Вскоре сыграли первую свадьбу. Елизавета вышла замуж за коммунара Гончаренко. А за ней вторую - Костенко женился на сестре Стефании - Ирине.
  
  Алексей Щербатюк и Харлампий Цап женились и привели молодых вдов с детьми, и зазвенели в коммуне детские голоса. Пришлось организовать детский сад.
  Первой воспитательницей и заведующей стала жена Степана Болоцого - Аня, которую он привез из Орехово-Зуева.
  
  Помню забавный эпизод. У демобилизованных красноармейцев-коммунаров гражданской одежды не было. А девушки на селе сторонились их именно из-за военной формы. Правда, была у нас бекеша одна на всех, и мы её выдавали по очереди тем парням, которые шли на свидание. Эта бекеша, как говорили, многих тогда поженила.
  
  Но особенно сложно было с еврейской молодёжью. Девушки и молодые ребята из еврейских семей тянулись к новой жизни, но у них строго соблюдались давние традиции и религиозные устои. В Ободовке даже была еврейская школа, где также следовали традиционным и религиозным ценностям.
  
  Поэтому большой неожиданностью стала свадьба между коммунаром комсомольцем Яковым Бесмертными и Басей Зицер. Потом Гунько женился на девушке Меламуд. Это как бы смело запреты, и последовали новые браки между коммунарами и девушками из еврейских семей. Молодоженам мы старались выделять лучшие помещения, по возможности выдавали мебель.
   А вскоре закрылась еврейская школа, и все дети Ободовки стали учиться вместе.
  
  
   УСТАВ
  
  Мы строили управление организацией, исходя из трех составляющих - дружбы, демократии и дисциплины.
  
  Коммуна выработала свой устав: "Основные правила обязательные для каждого члена коммуны имени Г.И. Котовского".
  1. Вступив в трудовую коммуну, ты должен помнить, кто работает, тот и ест, а потому, должен образцово выполнять возложенную на тебя работу, зная, что ты работаешь на всех, а все работают на тебя.
  2. Какую бы работу ты не выполнял, она приносит пользу коммуне и потому является для тебя важной и ценной.
  3. Строго охраняй интересы и имущество коммуны.
  4.Не оставляй дневное задание не оконченным.
  5. Неукоснительно подчиняться руководителю.
  6.Терпеливо слушай замечания товарищей.
  7. Будь со всеми вежлив, помни, что ты коммунар, и это твоя нравственная обязанность.
  8. Не употребляй спиртных напитков.
  9. Не допускай поступков и разговоров, разлагающих людей в политическом, и хозяйственном отношении.
  10. Разумно используй часы отдыха.
  11. Держи себя и всё, вокруг себя, в порядке.
  12. Соблюдай санитарный порядок в доме, дворе и строениях коммуны, помни, что у тебя слуг нет.
  13. Отдавай все силы на политическое, общеобразовательное и физическое развитие подрастающих коммунаров.
  14. Помни, что все имущество, принесенное в коммуну, поступает в общее пользование, кроме личной собственности.
  15. В случае добровольного или принудительного ухода из коммуны ты имеешь право забрать личное имущество, но результаты труда остаются за коммуной.
  16. Вышеизложенные правила исполняй беспрекословно, неисполнение - влечет наказание вплоть до исключения из коммуны.
  17.При вступлении в коммуну исполняй устав честно и неуклонно, как подобает коммунару, в чем и подпишись".
  
  Строго соблюдались правила внутреннего распорядка.
  Разнарядка начиналась так: по вечерам, собираясь в большом зале, выкладывали на бильярдный стол, оставшийся от прежнего хозяина, грифельные доски, где во-первых, отмечали то, что выполнено за день, во-вторых, назначали задания на следующий день, учитывая замечания руководителя отрасли.
  
  Утром дежурный в легкой повозке объезжал хозяйство, проверяя все ли коммунары находятся там, куда накануне были распределены на работу .
  
  Из соседних деревень к нам часто заглядывали крестьяне - разведать, как живут "голодранцы". Так они нас называли, потому что летом, в жару, мужчины в коммуне работали в трусах и майках. Гляди-ка, видать носить-то им нечего, а лезут новую жизнь строить, - подсмеивались они. Крестьянам такой наряд был непривычен, вот и окрестили они нас голодранцами.
  Коммунары жили на виду у всех, поэтому вели себя достойно и выглядели всегда прилично. Если кто-то из коммунаров выезжал за пределы усадьбы, ему отряжали лучшую лошадь и хорошую бричку.
  
  Снаряжали его "всем миром": чистый костюм, ботинки со скрипом.
   Помню, как всей коммуной, собирали жену Гомонюка на свадьбу к знакомой в соседнее село. Одели в лучшее платье и модные туфли, а бричку украсили разноцветным ковром.
  Семейные коммунары жили в отдельных комнатах. Как правило, в доме на самом видном месте висела форменная кавалерийская фуражка - котовка, как тогда её называли, а рядом букет из сухих цветов.
  
  В общежитии, где жили холостяки, строго соблюдалась чистота.
  На стенах висели полочки с книгами, плакаты с лозунгами.
  В комнатах девушек всегда был образцовый порядок. Отношения между холостыми парнями и девушками были теплыми, но в коммуне сохранялось строгое правило - "любовь на чистоту".
  " Любовь расписать плануешь, то добре, а баловства ни-ни!"- Такие законы нравились старикам-сельчанам Ободовки.
  
  Молодёжь села и коммуны постепенно объединялась, и на первомайскую демонстрацию 1925 года комсомольцы коммуны и Ободовки вышли единой колонной.
  
  
  ПРОШЛА ПЕРВАЯ ЗИМА
  
  Закончилась зима. Приближалась пора весенней пахоты. Агроном беспокоился, как перезимовала пшеница: не отмерзла ли, не вымокнет ли весной. Бывший начальник штаба бригады К.Ф.Юцевич изыскал для коммуны семена, лошадей и пчелиные улья. Котовский направил на станцию Крыжополь три трактора. Оттуда "фордзоны" своим ходом привели наши механики Митител, Гуманюк, Максимов и Ракович.
  
  Встречать трактора вышла вся коммуна. Ещё издали мы увидели как, преодолевая бездорожье, проваливаясь в снег, упорно ползли три железных коня.
  Когда они достигли ворот, грянул оркестр. Начался митинг.
  И вот наступил день первой борозды. На полях после гражданской войны кое-где еще сохранились окопы. Коммунары закапали их и выравнивали. В поле собрались все коммунары, даже крестьяне, забыв про свои наделы, прибежали посмотреть, как будут работать "фордзоны".
  
  Взревели моторы. Левицкий махнул рукой и трактора пошли, поплыли по степи, оставляя за собой полосы вспаханной земли. Общему восторгу не было границ.
  Не покладая рук работали кузнецы, готовили старые, насекали новые серпы. В механических мастерских ремонтировали лобогрейки. И как только хлеба сменили зеленый цвет на золотисто-желтый, наши механизаторы - Гуманюк, Максимов и Ракович вывели трактора в степь. Сильные ветры положили местами хлеба на землю.
  
   Комсомольцы объявили жатву ударным фронтом, работали от зари до зари с песнями и шутками.
  Перового декабря 1925 года Виктор Федорович Левицкий выступил с отчетным докладом о деятельности коммуны.
  
  Вот выдержки из него:
  "Всего только год, как начала работать коммуна. Баланс хозяйства, без доходов с плантаций сахарной свеклы и кукурузы, равен 49 758 рублям. Такой рост дело нелегкое, но мы справились с ним успешно.
  
   Вслед за первыми тремя тракторами приобрели ещё два, 5 жаток-сноповязалок, 8 сеялок, 16 культиваторов, 20 борон, 16 повозок, 6 арб,12 саней, молотилка, 2 сортировки,2 веялки, 2 соломорезки и ряд других машин для сельского хозяйства.
   У нас было 105 лошадей. По мере приобретения тракторов часть лошадей продавали. В настоящее время в коммуне 36 лошадей, 35 коров, 21 теленок, 52 свиньи из них - 12 чистокровных йоркширских, за которых заплатили 1712 рублей.
  
   Ежедневно вырабатываем на ферме по 20 ведер молока, принимаем молоко от крестьян и расширяем его переработку. Посевов в этом году было 126 десятин овса, 120 десятин свеклы, 126 пшеницы, 124 - эспарцета, 10 десятин гороха, 24 кукурузы, 16 сорго, 6 десятин огорода, в том числе 1,5 десятин табака.
   Произведён посев 130 десятин озимой пшеницы и 15 рапса
   За год приобретено 70 ульев, расширим пасеку до 200 ульев, учитывая посевы эспарцета.
   Мельница капитально переоборудована на 4 постава камней. Установлены маслобойка и просушка. За пять месяцев мельница дала валового дохода 10 980 рублей, из них 3675 рублей прибыли.
   Восстановлен водопровод, построена новая электростанция, освещающая коммуну и часть села.
   Налаживаем мастерские: столярную, швейную, кузницу.
  Пользуемся широким кредитом на 106 574 рубля.
   На 1 декабря 1925 года оплачено 48 520 рублей.
   У коммуны есть клуб, в который влился красный уголок сельской молодёжи. Библиотека. Скоро приобретем киноаппаратуру.
  
   Партийная организация состоит из 18 членов и кандидатов. Комсомольская ячейка объединяет 12 коммунаров и 24 крестьян из села Ободовки. Первым комсоргом был Яков Бессмертный.
   Коммуна приобрела сепаратор и для подработки стала принимать молоко от крестьян. Привезли из Запорожья породистых коров и занялись племенной работой. Для молочной фермы построили коровник на 250 голов с подвесной дорогой и автопоилками. Проект составил наш инженер-комсомолец П.Е.Шпара. На конкурсе Украины в 1925 году его проект получил в Харькове первую премию.
  
  СМЕРТЬ КОТОВСКОГО
  
  В июле 1925 года мы получили письмо от Котовского. Он радовался нашим успехам, сообщал, что коммуна становится предметом внимания всего Союза.
  Он писал, что едет лечиться, а осенью навестит нас. "Жму руку всем героям и героиням, образцовым коммунарам. Всей душой с вами. Ваш Котовский".
  Но вскоре из Одессы пришла телеграмма: "Чабанке убит Котовский".
  После похорон, которые состоялись в городе Бирзула было решено назвать Бессарабскую сельскохозяйственную коммуну именем Г. И. Котовского.
  
  КУЛАКИ
  
  
  Не просто складывались у нас отношения с местными зажиточными крестьянами. Наше успешное коллективное хозяйство было для них "костью в горле", "плохим примером для бедноты и середняков".
  
  Кулак из Ободовки Токарь, арендовал мельницу. Половина местных крестьян числилась у него в должниках. Другие кулаки забрали у сахарного завода подряды на выкопку и перевозку сахарной свеклы. Это было довольно прибыльное дело.
  
  
  Нам тоже приходилось пользоваться мельницей, часто с Токарем возникали споры и недоразумения. Он нас не жаловал. Мы заметили, что как арендатор он не выполняет своих обязательств и подали на него в суд. Суд вынес решение аннулировать договор с ним и передать мельницу в аренду коммуне.
  
   Бедным крестьянам мы мололи зерно по льготным ценам, давали им ссуды зерном, семенами.
  
  Устройство вальцов и пуск маслобойки превратил мельницу в весьма доходное предприятие. Маслобойка снабжала животноводческую отрасль коммуны питательным кормом - жмыхом, который способствовал увеличению удоя молока.
  Наши комсомольцы устроили при мельнице чайную, где приехавшие с зерном крестьяне, ожидая своей очереди, могли выпить чая, с калачом, поговорить между собой. Комсомольцы дежурили в чайной, читали крестьянам газеты, вели политические беседы, разъясняли декреты Советской власти, агитировали вступать в коммуну.
  
   Но, как говорится, враг не дремал. Видимо желая отомстить за мельницу, кто-то в одну из весенних ночей, пробрался к плотине, закрыл затворки. Если бы талая вода накопилась больше нормы, то прорвав плотину, смыла бы мельницу. К счастью, мы во время заметили диверсию. По тревоге собрались чуть ли не все коммунары. Укрепляли плотину землей, ветками, навозом. Прорыва не допустили.
  
  Получали мы анонимные письма с угрозами. А на Левицкого было совершено вооружённое нападение, к счастью он не пострадал. Запугать нас, прошедших фронт, какими-то кулаками было делом безнадёжным.
  В мае 1926 года в Ободовку приехал т. Лайзан П.Д. налаживать работу Ободовского сахарного комбината
  В комбинат входили два завода: действующий Соколовский и намеченный к пуску Ободовский, который благодаря руководству коммуны был расконсервирован в 1925 году. Пуск завода играл важную роль, но нужно было обеспечить завод сырьем.
   Для этого весной 1926 года провели посевную компанию сахарной свеклы, а осенью собрали хороший урожай и смогли организовать доставку сырья на завод, который был торжественно пущен в сентябре 1926 года.
  
  Итак, первая свекла с коммунарских полей поступила для переработки на вновь пущенный Ободовский сахарный завод. Лайзан П.Д. стал директором Ободовского сахарного комбината.
  В начале 1927 года командир корпуса Николай Николаевич Криворучко, назначенный после смерти Котовского, передал нам из подсобного хозяйства 155 ульев, винодельческий инвентарь, 500 ведер вишнёвого вина, несколько племенных жеребцов, двух маток-рысачек. Пасеку разместили в саду.
  
  Подарил он нам и коня Котовского - Орлика с тавром 2-КК (второй кавалерийский корпус). Он получил в боях 11 ранений, был уже стар, задние ноги парализованы. Его не держали на привязи, Орлик бродил по двору. Все его любили, подкармливали. Особенно он подружился с поваром. Орлик подходил к кухне и заглядывал в окно, а повар его угощал.
  Ещё нам подарили английского мула и верблюда Алёшку, который во время гражданской войны в паре с другим верблюдом таскал пушку.
  
  За таким щедрым даром снарядили 20 пароконных саней и командировали 40 человек под руководством члена совета Ивана Никифоровича Лозинского.
  На протяжении недели от Перегоновки до Ободовки двигался наш обоз. Впереди шагал двугорбый верблюд, на нём восседал старый котовец Михеев, вернее дремал между горбами после изрядного приема вишневого вина. Морозы-то стояли необычайно сильные, и приходилось согреваться. Крестьяне, ехавшие навстречу, сворачивали на обочину, так как верблюд никому и ни при каких обстоятельствах не уступал.
  
  Завершилась экспедиция скандалом на Ободовском рынке. Появление Алешки произвело такой переполох, будто появилась нечистая сила. Черепки побитых горшков устилали путь двугорбого чудища, проходившего через базар. Мальчишки с испугом, но с любопытством и восторгом сопровождали верблюда до ворот коммуны и кричали: Дывысь, дывысь. Жива хата з "комiнками".
  Густая шерсть на задних ногах верблюда чем-то напоминала кавалерийские штаны - галифе.
  
   Ульи пришли по железной дороге позже. Теперь у нас была самая большая пасека в районе 165 ульев. А со временем она выросла до 400.
  Прибыл ещё один агроном Андрей Федорович Дегтярь. Он взял к себе в помощники наших коммунаров Чорбу, Мирошниченко и Стороженко. Андрей Федорович познакомился с крестьянами из Ободовки, у которых были питомники саженцев плодовых деревьев. Селяне Соболевский и Левада дали нам безвозмездно саженцы, и мы заложили фруктовый сад на 35 гектар. А рядом посадили виноградные лозы на 7 гектарах".
  
  Развернули строительство повидловарки, сушилки и цеха виноделия. Пока в нашем саду не было фруктов, мы скупали их у местных крестьян. Собирали в лесах, где диких яблок, слив и груш было очень много.
  
   Очень выгодным оказалось виноделие. Цехом заведовала Елена Мирошниченко. Не хватало бочек. Дубы росли, но во всей округе не было бондаря, который мог бы изготовить клепки сухую, выдержанную дубовую клепку, а из сырого материала бочки текли. Местные жители славились изготовлением ободьев, отсюда и название деревни Ободовка. И вот один крестьянин рассказал, что в Тростянце ещё в царские времена был торговец, который снабжал местный спритзавод дубовой клепкой. Наши коммунары во главе с Мокрицким отправились к нему.
  
  Действительно, у торговца клепки оказался полный подвал. Он согласился продать, но нам нечем было платить. Долго уговаривали и сошлись на том, что будем платить в рассрочку так называемыми соло-векселям. Торговец нехотя согласился, но на прощание сказал Мокрицкому, указывая на верхушку местной церкви, видневшуюся вдалеке.
  - Вы бачите муху на том кресте?
  - Нет, удивился Мокрицкий.
  - Ось и я так свои гроши не побачу.
  
  Но он ошибся. Коммуна, хотя с задержкой, но заплатила за клепку полностью.
  Покупка клепки имела продолжение. Когда наши хлопцы доставали её из подвала, то среди разного добра заметили два макаронных станка и оборудование необходимое к ним. Мгновенно родилась идея: прибрести станки и на базе нашей мельницы организовать макаронное производство. Опять начались долгие переговоры. Торговец уклонялся от продажи любыми способами. Тогда кто-то из наших коммунаров в шутку, но строго и серьезно спросил его, а может вы ждёте, что вернется старая власть и тогда откроете свою макаронную фабрику?
  
  Хозяин ни на шутку испугался и поспешно ответил - берите, берите, я не макаронщик.
  Вскоре мы запустили фабрику по производству макарон, она работала только зимой, но приносила большой доход. Колхозы и совхозы ближайших районов, торговые и кооперативные организации привозили к нам зерно и по определённому эквиваленту получали взамен макароны.
   Благодаря купленным клепкам, сделали сто бочек по 50 ведер каждая. Вино производили фруктово-ягодное, фильтровали, в своей лаборатории проверяли качество и лучшее, клубничное, отправляли в Москву на дегустацию.
  
  Как же все радовались, когда из Москвы пришло заключение, что наше коммунарское вино получило высокую оценку специалистов.
  
   Летом, как только поспевали фрукты, наши специалисты по производству варенья и повидла - Андрей Дрига и Иван Гилька начинали действовать. Во двор, где коптил локомобиль повидловарки, тянулись подводы с фруктами из окрестных сел. Усадьба наполнялась ароматом распаренных плодов. За сезон готовили до 100 тонн повидла и варенья. Продукцию поставляли в основном в Москву.
  
  Две сушилки готовили картофель, укроп, лук, для экспедиций и полярных станций в Арктике. Овощи солили, делали томатную пасту. В Балановском пруду, который входил в наши угодья, разводили рыбу и раков. 1929 году выловили 40 тонн раков. Они шли на экспорт. Наркомвнешторг "стимулировал" продажу раков, отпуская нам по льготным ценам одежду и обувь. Тогда это были дефицитные товары.
  
   Коммунары старались везде и во всем получить прибыль для коммунарской кассы.
  Завели огород. Сначала овощи выращивали для коммунарской кухни. Затем расширили до 100 гектар. Со временем на берегу малостратиевского пруда построили насосную станцию, и огородничество стало поливным. Огородником работал прекрасный специалист болгарин Микола Стянов. Поливной огород полностью обеспечивал нас овощами, много овощей сушили. Такую продукцию охотно покупали заготовители из Ленинграда.
  
  Хороший доход приносила художественная вышка. Наши женщины-рукодельницы переговорили с работниками промысловой кооперации, которые согласились снабжать нас льняным полотном, шелковыми нитями и закупать готовую продукцию. Варвара Субботина подобрала умелых женщин и работа закипела. Нарядные украинские сорочки, сработанные руками наших мастериц, находили хороший сбыт в магазинах кооперации. Товар демонстрировался даже за границей.
  
  Коммуна не жалела средств на приобретение породистого скота. На каждых сто гектар сельхозугодий в коммуне приходилось 13-15 коров. Но мы не стремились увеличивать молочное поголовье. Мы стремились выращивать молодняк племенного рогатого скота и белых свиней и снабжать ими новые коллективные хозяйства.
  
   Кроме того построили отдельный воловник, где откармливали волов на мясо. Откормка велась 40 дней. Мы давали им жом с патокой. Этот рацион давал быстрый прирост в весе. За год снимали с откорма и продавали в промышленные центры 500-600 волов. Все операции по откорму финансировались на Украине через Госбанк специальной кооперативной организацией "Добробуд".
  
  Завели свой инкубатор на 300 яиц. Цыплят с фермы продавали крестьянам-единоличникам в Ободовке. Вскоре белые леггорны разлетелись по всей округе. Так же успешно разводили уток.
  
  ХОЗРАСЧЕТ
  
  В конце 1927 года на отчётно-выборном собрании Левицкий доложил, что овощеводство принесло убытки. Заведующий овощеводством Чорба не поверил. Стали проверять бухгалтерию и выяснили, что убыток произошёл от неправильной оплаты труда. Казалось, все работают, выполняют поставленные нормы.
  
   Но когда начали считать труд каждого в отдельности, то оказалось, что далеко не все работают одинаково. Например, норма выработки коммунара на паре лошадей в день должна составлять 3 рубля,(2рубля - пара лошадей, 1 рубль-рабочий), а на деле он выработал 1 рубль 70 копеек. И получилось, что принес убыток коммуне 1рубль 30 копеек.
  
   Кроме того, коммунар питается в общей столовой, а, значит, убыток ещё выше. Без личного учета работы каждого падала трудовая дисциплина. Зачастую некоторые этим пользовалась. Мотыжат свеклу. Одни трудятся честно, другие спустя рукава. Одни идут вперед, другие отстают и даже покрикивают: - Эй, куда гоните? В передовики захотели попасть? -Таких шалопаев называли "холодовники". Надоело это честным ребятам.
  
   На общем собрании постановили: отделить "холодовников" от общей бригады. Дать им отдельное задание, причем каждому свое и, произошло чудо. Если до этого "холодовники" вырабатывали по 40-50 копеек, то при подсчете труда каждого в отдельности, оказалось, что все они стали передовиками и вырабатывают по 2 рубля, а то и больше.
  
   Мы задумались, как наладить такой учёт, который повседневно отражал хозяйственное и экономическое состояние каждой отрасли. Обратились за помощью в Укрогорстрой, заключили договор, оплатили 6000 рублей и к нам прислали двух инструкторов - Е.И.Кононенко и М.Я.Могилевского. Четыре месяца они изучали отрасли нашего хозяйства и выявили много слабых мест. Рекомендовали ввести хозяйственный расчёт во всех отраслях производства. Благодаря такой постановке дела все производственные подразделения были у совета коммуны постоянно на виду.
  
  С введением хозрасчета был установлен такой порядок, при котором отрасли обменивались между собой производимыми продуктами или услугами, рассчитываясь не по себестоимости, а по определённым ценам, которые устанавливал совет коммуны.
  Вознаграждение коммунарам исчислялось по сдельной системе оплаты труда. Были составлены нормы выработки и расценки.
  
   Все отрасли и службы работали по принципу самоокупаемости. Мы использовали "марочную" систему учёта и оплаты труда. Выполненная работа определялась количеством марок. Например, вспашка трактором 1 десятины -10 марок. Боронование 1 десятины-1 марка. При распределении доходов учитывалось количество заработанных каждым коммунаром марок. Это было начальной формой оплаты по трудодням. Не все конечно шло гладко. Такая система позволяла строить экономику и вести хозяйство рентабельно.
  
   Такой пример. Чорба попросил плановика Шалля выписать лесоматериал для парников со склада районной потребительской кооперации.
  - Но у нас же есть на складе свой материал,- удивился плановик.
  - Есть, но наш кругляк стоит на 10 рублей дороже.
   Этот факт заставил проанализировать работу коммуны по заготовке леса и сделать выводы, с тем, чтобы снизит его себестоимость.
    []
   Ворота при въезде в Коммуну. ( фото. Шмеринга)
  
  
   В.Ф.ЛЕВИЦКИЙ ЗА ГРАНИЦЕЙ
  В.Ф.Левицкого, меня и Г.А.Кареву избрали членами Виннцкого окружного комитета партии. Левицкий так же являлся членом совета Колхозцентра СССР.
  
   В 1929 году Виктор Федорович Левицкий в составе советской сельскохозяйственной делегации поехал за рубеж, где пробыл почти полгода. В Париже в Советском полпредстве он сделал доклад о нашей коммуне. Он писал, что за границей большое внимание обращают на зеленый горох и фасоль. Это основной продукт питания. Но в основном в своих письмах он рассказывал о том, как за границей ведётся сельское хозяйство.
  
  Во Франции он получил техническую консультацию о фирмах, занимающихся электрификацией. Изучил выпас скота на привязи. "На участке люцерны в 10 гектар паслось 30 коров. Воду животные пили из бочки. Время от времени пастух передвигал привязи".
  Особенно много интересных писем он прислал из США. "... на американских фермах скоту два раза в год обязательно проводят прививки от туберкулеза. Это надо, как правило, ввести и у нас, так как вопрос о качестве молока имеет существенное значение".
   И такие ценные наблюдения, советы, а то и распоряжения были в каждом письме.
  Левицкий закупал то, что считал полезным: сеточный конвейер для сбора скошенного сена, подвесную "дорогу" для коровника, йоркширских свиней, чертежи специальных домиков для инкубаторских цыплят и еще много всего нужного и интересного.
  
   "Я видел в Америке крупные фермы и сельскохозяйственные предприятия. Но, надо сказать, хлопцы, по-честному, что нашу коммуну мы могли бы показать как образцовое хозяйство хотя бы и американцам" - не без гордости писал он. Так вот этого увлеченного человека всей душой преданного коммуне в 1937 году вместе с супругой обвинили врагами советской власти.
  
  
  ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЙ ЭСКАДРОН
  
  В конце мая 1927 года после посещения 9-й Крымской кавдивизии коммуну посетили Ворошилов, Буденный, Якир, Дубовой, Фабрициус и Криворучко. Осмотрев хозяйство и побеседовав с коммунарами, Климент Ефремович поручил командующему войсками Украины и Крыма Якиру сформировать при коммуне территориальный эскадрон, где коммунары и призывники, приписанные к Ободовке и окрестным селам, будут проходить военные сборы. Так, для повышения боеготовности населения, при 9 -й Крымской дивизии был создан территориальный эскадрон.
  
  Через год организационные вопросы были решены, и с 1928 года началась боевая учеба с призывниками из Ободовского, Трястянецкого и Бершадского районов.
  Командовал эскадроном соратник Котовского - Николай Филиппович Скутельник, награждённый за боевые заслуги двумя орденами Красного Знамени. А политруком назначили меня.
  
   С 1930 года после отъезда Скутельника на курсы, командиром стал луганский рабочий Константин Васильевич Иващенко, дослужившийся впоследствии до звания генерал-лейтенанта.
   На сборы отводилось сорок дней. За это время нужно было подготовить кадровых наездников, умеющих владеть клинком, преодолевать препятствия, с лету рубить лозу, вольтижировать, стрелять без промаха.
    []
   Терэскадрон на фоне дворца
  
  Во время смотров эскадрона проводились массовые конные соревнования. Они привлекали многочисленных зрителей со всего Ободовского района. Играл духовой оркестр. Здесь же можно было познакомиться с новой боевой техникой. Эскадрон, совместно с 9-й Крымской и 3-й Бессарабской дивизиями, совершая стокилометровые марши по пересеченной местности, успешно выполнял боевые задачи. Мы постоянно поддерживали связь с бойцами 9-й кавдивизии. После демобилизации бывшие бойцы часто становились коммунарами. А одна группа демобилизованных поехала на Дальний восток и, по примеру нашей, организовала там свою коммуну "Индустрия".
  
    [] Н.А.Гажалов сидит в первом ряду, второй слева.
  
  ШКОЛА. РАБФАК
  
  Среди коммунаров было много неграмотных. Мы добились открытия в коммуне сельскохозяйственной школы. В школу поступала молодёжь из окрестных сел.
  Учеников разделили на три группы: первая и вторая - малограмотные, третья - подготовленные. Программа обучения: украинский язык, политграмота, арифметика, география, полеводство, животноводство, естествознание. Занятия проводились с шести утра до половины девятого. Процент неграмотных скоро снизился с 35% до 8%.
  
   На следующий год появилась четвертая группа, а потом и пятая. Внесли новый предмет для изучения - коллективизация.
  При мастерских открыли вечерние курсы, где обучали кузнечному, столярному, слесарному и тракторному делу.
  
  В 1930 году Каменец-Подольский педагогический институт организовал в коммуне вечерний рабфак. В первый год не было помещения, учились в здании 7- летки. Преподавали на рабфаке учителя школы.
  Но на следующий год к нам приехали выпускники Каменец-Подольского пединститута, и обучение стало квалифицированным. Учебную литературу получали из института. Из 300 коммунаров впоследствии высшее образование получили 75 человек.
  
  В 1934 году в коммуне открылась средняя школа.
  Осенью 1932 года в коммуну влилась новая группа демобилизованных бойцов. Среди них поэт Кунгурцев. Он собрал энтузиастов, которые стали работать в многотиражке "Бессарабская коммуна". Постоянно под его руководством выходили литературные странички и "Коммунарский крокодильчик".
  
  Среди крестьян активно велась антирелигиозная пропаганда. Мы настояли том, чтобы закрыли церковь и костел, который был на территории коммуны. В его помещении открыли кинотеатр. В костеле был орган. Я иногда играл на нем.
  
   В те годы молодежь увлекалась авиацией. Мы приобрели, планер с помощью волов затащили его на высокий холм и оттуда запускали в воздух.
  Позже первая планеристка коммуны Александра Жеденёва окончила летную школу и стала летчицей
  
  ДЕТИ
  
  В.Ф.Левицкий уговорил молодого врача Полину Павловну Кунину, работавшую в Киевском военно-клиническом госпитале, приехать к нам. Я показал ей усадьбу, познакомил с женой, Галиной Алексеевой, заведовавшей в коммуне детскими яслями. Кунина осталась у нас работать. Она организовала, пожалуй, впервые на селе, диспансеризацию колхозников. Следила за работой детских учреждений.
&nb
  sp;  Игрушки для детей шили в нашем швейном цехе из обрезков: зайчиков, медведей, кукол. Столярный цех делал кубики.
  
  Вскоре наш врач Кунина стала супругой Левицкого. Она организовала детский сад. Ясли и сад работали каждый день с восьми утра до шести вечера, кроме воскресенья и праздничных дней. Во время посевной, уборочной и прополочной компаний, когда коммуна работала без выходных, ясли и сад не закрывались. В дальнейшем по инициативе Гажаловой Галины Алексеевны - ясли и сад в течение недели стали работать круглосуточно. Забирали детей в субботу на воскресенье. Галина Алексеевна много и настойчиво работала с молодыми мамами, убеждая их не бояться и сдавать своих "груднячков" в детскую:
  
   "За своих детей не бойтесь, они будут накормлены, напоены, а вечером после работы можете взять на квартиру".
   Но "новенькие" часто боялись и не отдавили детей. Тогда в нянечки стали брать молодых матерей и тех, кто больше всех беспокоился о своем ребенке.
    []
   Детясли
  
    []
  
   Стоят, слева направо Н. А. Гажалов. Сидят, слева направо Галина Алексеевна Гажалова (Карева)- жена Н.А. с первой дочкой Идеей. 1927 год. Коммуна им. Г. И. котовского.
  
  Пионеры от 8 до 16 лет жили в общежитии. Там был свой клуб. Собрания пионеров проводились под лозунгом "За критику плакать не можно".
  
  Пионеры всегда были первыми помощниками в поле и в хозяйстве. Боролись с долгоносиком, нападавшим на сахарную свёклу, осенью собирали снопы.
   Интересно написал о детях коммуны Лев Кассиль, побывавший у нас в гостях в 1930 году.
  
  "..Я обошел парк и двор коммуны. Детей не было. Не выдержав этой бездетности, я спросил о её причинах у проходившего коммунара. Он отвечал:
  - А у нас дети зря не болтаются. У них делов - только поспевай. Которые зараз в школе, которые работают. Они у нас себя оправдывают.
  
  Коммунята обедают за отдельным столом. Меня как гостя посадили за отдельный стол. Мы беседуем о планетарии, дедушке Дурове.
  Санитарная комиссия коммунят наблюдает за чистотой рук, пальцев, ногтей, зубов.
  Каждый взрослый работоспособный коммунар платит ежемесячно отчисления на воспитание коммунят, независимо от того, есть у него дети или нет. У всех коммунят имеется хорошая, обувь, зимняя и летняя одежда, спортивные костюмчики.
  
   ...Коммунята ведут самостоятельное хозяйство. Ими создана своя маленькая сельскохозяйственная коммуна с собственным управлением, с заведующими отраслями и т.п.
  ...Коммунята отвечают перед батьками за свое хозяйство.
  Заработанные ими деньги не выдаются ребятам, а вносятся на общий лицевой счет коммуны. Этими суммами распоряжается общее собрание коммунят".
  
  
  БЕСПРИЗОРНИКИ
  
  В.Ф.Левицкому однажды предложили принять в коммуну бывших беспризорников. Встретили мы их тепло, разместили в общежитии вместе с комсомольцами. Несмотря на все наши заботы, они неохотно расставались со своими старыми привычкам: курили, сквернословили, грубили и даже воровали. Однажды кто-то из них в отместку за воспитательную беседу, украл приводной ремень генератора электростанции. На несколько часов коммуна осталась без электричества.
  
   Но больше всего удивляла нас одна странность - после бани, они не надевали чистое белье. Сначала топтали его ногами, возили в грязи, а только после этого надевали. Почему? Не говорили, а делали по-своему. Но самый разболтанный беспризорник с удивительным именем Ной был головной болью всей коммуны. Всегда грязный, не мытый, не стриженый. Всем это надоело и его решили хорошо проработать на собрании.
  -Почему ты не моешься?-
  -Не хочу быть легавым,- признался он.
   -Кем? - Удивились ребята.
  Вот тут-то он и раскрыл секрет. Ной на полном серьезе утверждал, что легавые это всякие чистенькие, они и есть буржуи, а он против буржуев. Так по-своему он понимал политику.
  Было решено распределить их по семьям, надеясь, что теплая забота ускорит их перевоспитание.
  
  
  ЭЛЕКТРОСТАНЦИЯ
  
  
  В 1925 году мы задумали провести в поселок свет. В.Ф Левицкий, которого в шутку называли "бессарабским министром", с трудом разыскал в Харькове динамо-машину. Акционерное общество "Селотехника" собиралось продать её, но только за наличный расчет и потребовало 10 тысяч рублей золотом. Мы такими средствами не располагали. Помог Г.И. Котовский. Он сумел убедить председателя "Союза незаможных селян" Риппу поехать на прием к украинскому старосте Г.И. Петровскому. Тот распорядился выделить эту сумму.
  
   Вскоре коммунарский "палаццо" засверкал электрическими огнями. На ободовских крестьян и селян окрестных деревень электричество произвело неизгладимое впечатление.
   В 1926 году мы участвовали в осенней сельскохозяйственной выставке первой подобной выставке в районе.
  
  Наши экспонаты трактор с прицепным инвентарём, отборное элитное зерно оказались в центре внимания. Очень удивлялись электронагревательным приборам - паяльнику, утюгу, электроплитке. Всё это было в те времена на селе в диковинку.
  
  Удивленная толпа часами могла стоять и смотреть "як смажется яэчня без вогню". Некоторые маловеры протягивали руку к плитке и, обжигаясь, восхищенно восклицали: "О, це здорово". -
  С тех пор сельскохозяйственные выставки устраивались ежегодно.
   В момент перехода коммуны на устав сельхозартели в коммуне уже было 650 человек ( 100 коммунистов и 150 комсомольцев)
  
    []
  
   Здание дворца (Полацо) 1985 год.
  
  
  ОТДЫХ КОММУНАРОВ
  
  В нашем клубе шли репетиции духового оркестра, которым руководил бывший командир отделения Петр Рябов. На сцене руководил драмкружком Василий Головченко. Ставились серьёзная пьеса "Платон Кречет" или комедия "Ой, не ходи, Грицю, тай на вечерницi".
   Был в клубе концертный рояль-подарок командования корпуса. На нём играла жена Левицкого Полина Павловна. Она была настоящей пианисткой. Знакомила коммунаров с классической музыкой, учила понимать её. Особенно оживала культурная жизнь зимой. Каждый вечер в клубе проходили какие-нибудь мероприятия: концерты духового оркестра, театральные постановки, учительские вечера вопросов и ответов, лекции.
  
   У нас был девиз "Коммунаром быть - со спортом дружить". Обязательным для всей молодёжи стали нормы комплекса "Готов к труду и обороне СССР". Соревнования по различным видам спорта устраивались почти каждое воскресенье.
    []
   Н.А. Гажалов с братом П.А.Соляниным.
    []
   Н.А. Гажалов с братом П.А. Соляниным на отдыхе в Гаграх.
  
  
   МОЯ РАБОТА В УКРКОЛХОЗЦЕНТРЕ И УКРКОЛХОЗСТРОЕ.
  
  В 1930 году в моей жизни произошли два знаменательных события: я поступил на заочное отделение в академию Соцземледелия и Тульчинская областная коммунистическая огранизация выбрала меня делегатом на Х1 Съезд КП(б)У в Харькове. В это время я работал в Бессарабской коммуне им. Котовского Г.И. заместителем председателя и секретарем парторганизации. На съезде КП(б)У по докладу Народного комиссара земледелия т. Демченко Н.Н. о коллективизации, мне как колхознику, предоставили слово.
  
  В своем выступлении перед делегатами съезда я говорил о том, что руководство коллективизацией, как в центре, так и в районах отстает от массового движения бедноты и середняков. Руководство Колхозцентра при встрече приезжающих колхозников не обеспечивает удовлетворительно многих их потребностей. В центре должно быть более гибкое руководство колхозами. Кадры нужно готовить из оправдавших себя на производстве колхозников. На границе Украины образуются колхозы их нужно укрепить.
  
  После моего критического выступления я был отозван в ЦК КП(б)У на работу в Укрколхозцентре - членом правления. На этом моя работа в коммуне закончилась, но связи с коммуной я не порывал на протяжении всей дальнейшей жизни.
  
  ВОСПОМИНАНИЯ бывших КОММУНАРОВ о Коммуне им.Г. И. Котовского и о Н.А.Гажалове.
  
  О.П.КОТОВСКАЯ о КОММУНЕ И ЕЁ НАЧАЛЕ.
  
  Душой коммуны был её первый председатель Ф. Левицкий. Он весь отдавался работе коммуны. До женитьбы он не имел личного имущества, и летом, когда в коммуну съезжались гости, отдавал им свою комнату, а сам ночевал на сеновале или на крыше, а однажды его нашли утром в "фиате", на котором ездил Котовский. Потом машину из корпуса передали коммуне.
  Летом 1926 года он организовал в коммуне дом отдыха, где часто отдыхал комсостав корпуса и другие гости.
  
  Ежегодно коммунары отмечали день гибели Котовского - своего командира и создателя коммуны. Проводилось торжественно-траурное заседание, после которого показывали фильм о похоронах Котовского, снятый Одесской киностудией и подаренный коммуне.
  Коммунары считали детей Григория Ивановича своими и каждое лето приезжали за ними в Киев( после гибели мужа мы переехали жить в Киев) и забирали их на все лето "домой", как говорили мои дети о коммуне. Я тоже часто проводила отпуск в коммуне. По просьбе коммунаров занималась в плановом отделе выработкой норм питания для взрослых и детей. Это было необходимо, так как следовало определить количество продуктов для столовой из собранного урожая. Кроме того, рассчитывала, какая и сколько потребуется одежда для коммунаров и их детей.
  
  Душой борьбы за культурный быт была партийная организация коммуны, которую возглавил Алексей Николаевич Гажалов. Восстановили и отремонтировали ворота при въезде в усадьбу и огромный графский дворец, в парадных залах которого разместился клуб. Чтобы отреставрировать помещения для клуба, пригасили двух художников из Винницы. Где-то в области разыскали старичка-настройщика. И... зазвучал замечательный Букеровский рояль, оставшийся от графа. В парке разбили цветники, пригласили садовника, который следил за клумбами, аллеями, дорожками.
  
   Чтобы скот не портил декоративные насаждения, дорогу, по которой обычно гнали коров на водопой, оградили дощатым забором.
  Коммуна быстро разрасталась, и скоро здание дворца и флигеля, в которых жили коммунары, стало тесным. Тогда, на основе графской конюшни выстроили трёхэтажный жилой дом, а затем стали строить стандартные жилые домики. Наладили выпуск многотиражки, выпускали стенгазету "Черная доска", где разбирали нерадивых. Была создана конфликтная комиссия - прообраз товарищеского суда. Помню, как получила зимой телеграмму от Гажалова, который очень просил меня приехать и уладить конфликт между двумя коммунарками. Взяла недельный отпуск и вместе с Левицким, который ехал из Москвы, прибыла в коммуну. Но благодаря дипломатии Гажалова конфликт уже был улажен.
  Я внесла предложение - начать борьбу с руганью матом среди коммунаров. С "провинившихся" стали взымать штрафы, которые шли на общие коммунарские культурные мероприятия.
  
  Помню такой случай. Бригадир полеводческой бригады Лозинский, увидев двух нерадивых работников хотел их отругать, но предварительно достал из кармана трёхрублёвую и сказал - плачу штраф, но молчать не могу - и от души отругал лентяев. И это возымело действие.
  
   В сентябре 1934 году я с детьми приехала на десятилетие коммуны. Прибыло много гостей. Были даже представители Народного Комиссариата земледелия СССР и первый председатель коммуны Левицкий. Праздновали на новой, только что отстроенной фабрике-кухне. Все угощения были свои, трудовые, но, как из рога изобилия. Старых коммунаров наградили ценными подарками, а моим детям коммуна в память о Григории Ивановиче подарила пианино.
  
  М. Довгаль - агроном, заведующий отделом снабжения и быта коммуны.
  
   "Когда-то коммунары вслед за Левицким называли и сейчас непременно называют имя другого основателя нашего хозяйства - Гажалова. Короткая, крючковатая подпись Николая Алексеевича стоит на протоколе, утвердившем рождение Бессарабской сельскохозяйственной коммуны.
  ... в свои семьдесят лет он все такой же неусидчивый, стремительный в движениях, переполнен энергией, как и раньше. Время лишь посеребрило голову, избороздило морщинами лоб, но оказалось бессильным перед крепостью духа старого большевика. Для нас, первых коммунаров, людей такого пёстрого состава по характеру и жизненному опыту, он был образцом настоящего коммуниста, несгибаемого партийца, привлекавшего к себе необыкновенной ясностью мысли и какой-то исключительной гажаловской теплотой в общении с людьми. Впрочем, повторяю ещё раз: Николай Алексеевич не только был, но и остается таким сегодня, все, кто знает Гажалова, поражаются его молодой напористостью. Готовностью взяться за любое, самое трудное дело, в котором он увидит хоть крупицу пользы для людей".
  
  Из книги "Вторая слава котовцев". Издательство "Картя молдовеняскэ", Кишинев, 1965 г.
  
  
  КУКУМАНЬ А.Н. - учитель и его супруга - врач - КУКУМАНЬ О.Н.
  
   "В коммуне жили молдаване: Гилко, Максимов, Лупашко, Чорба и др.
  Украинцы: Кукумань, Кучер, Чепига и др.
  Русские: Гажалов, Грищук, Пермяков и др.
  Белорусы, поляки: Соболтынская, Майзет, Добжанский и др., евреи: Нахманович, Треллер, Кальницкая, Рыбак, Степанский и др. Были греки, болгары, чехи. Но никто и в помыслах не имел пренебрегать национальными различиями и их слабыми знаниями русского языка. Когда бессарабский молдаванин Максимов говорил ездовому: "Бери кони на повозка, едь на кооперация". Никто не смеялся, и тем более не упрекал его за это".
  Из книги "Вторая слава котовцев". Издательство "Картя молдовеняскэ", Кишинев, 1965 г.
  
  
  Иван Ильич ЯРОВОЙ - один из первых комсомольцев коммуны - о ГАЖАЛОВЕ Н.А.
  
  "Партийная организация коммуны в то время была малочисленной и, как партийная организация района, насчитывала около десяти коммунистов. Коммунистам приходилось нести несколько нагрузок. Гажалов, несмотря на огромную работу в качестве заместителя председателя правления коммуны, был секретарём партийной организации коммуны и был закреплён как парторг РК ВЛКСМ Ободовского района.
  
  Не было случая, чтобы он при своей занятости пропустил хотя бы одно заседание бюро РК ВЛКСМ или не присутствовал на пленумах или собраниях.
  
  Очень живой, всегда с приятной улыбкой, он вызывал большую симпатию и уважение к себе. Его выступления и советы, всегда были конкретными и деловыми.
  После нашей совместной работы в коммуне, мы встретились с Гажаловым через сорок лет. Думал, узнаю ли я Николая Алексеевича? Но как только в толпе встречающих на перроне Киевского вокзала услыхал его голос - сразу узнал.
  
   Да, он изменился внешне. Все же четыре десятка лет позади, но такая же бодрость в движениях такая же добрая улыбка. Вторая встреча произошла в октябре 1967 года в Молдавии, в гостинице поселка Окницы. Собралось там несколько бывших коммунаров, ныне пенсионеров, жили в одном номере. Как только в шесть утра по радиоточке раздались первые звуки гимна, Николай Алексеевич уже был на ногах и выполнял упражнения волевой гимнастки по системе профессора Анохина, как он потом разъяснил. Хочу заметить, тогда ему было уж 73 года. Упражнения эти нелегкая разминка для старичков, а довольно приличная физическая нагрузка. Он был страстным пропагандистом этой системы. Говорил, что научил его системе Анохина - Г.И. Котовский, в то время когда Николай Алексеевич служил в кавбригаде начальником особого отдела. "С тех пор не было ни одного дня, чтобы я не сделал утром физзарядку, а потом водные процедуры холодной водой. В этом мой секрет бодрости",- уверял нас Николай Алексеевич".
  
  Из книги "Вторая слава котовцев". Издательство "Картя молдовеняскэ", Кишинев, 1965 г.
  
    []
  
   Встреча Н.А.Гажалова и А.И.Петикова в г.Киеве
  
  МАРШ коммунаров-котовцев Александра Кунгурцева.
  
   Среди коммунаров этот марш пользовался популярностью
   Мы - аванпост социализма,
  Строители и нового творцы!
  Идём под стягом ленинизма,
  Мы - коммунары и бойцы.
  
  Нас партия направила,
  И мы - на ленинском пути
  И никакие трудности
  Не помешают нам идти
  
  Мы в жарких битвах научились
  Злую волю вражью побеждать,
  Наш командарм учил нас
  В боях - вперед - ни шагу назад!
  
  Не отступать, не отставать мы не умеем,
  И с боя каждый шаг берём.
  Мы бодро пашем, ловко сеем,
   Мы лихо косим и дружно жнём!
  
  За большевистские колхозы,
  На бой с природой и врагом
  Идут бригады, точно взводы,
  Под красным заревом знамен!
  
  Кулак и лодырь не разладят
  Единство, слитое в борьбе,
  Соревнование в бригаде,
  Соревнование в звене.
  
  Мы все борцы и духом юны
  В своих рядах не терпим трусов мы
  Вождём указанной дорогой,
  Мы строим счастье родной страны.
  
  Так тверже шаг и песня громче!
  Неутомимые в борьбе,
  Непобедимые на фронте,
  Мы побеждаем и в труде!
  ПРИПЕВ:
   Бригада, звенья, всегда единство,
  Труд - дело чести, труд - воля масс!
  Труд - дело доблести для нас.
  
  После того, как я оставил место службы в коммуне я был назначен в Укрколхозцентр, где мне доверили вести приём крестьянских делегаций, которые приезжали со своими нуждами.
  
  Практически у всех были одни те же проблемы: нехватка семян для посева, отсутствие тягловой силы, но, пожалуй, самым больным местом оказалось отсутствие больших помещений, теплых дворов для скота. Одно дело успешно обобществить скот, другое создать условия для его содержания.
  
  Проще говоря, вопрос строительства в образовывавшихся колхозах, оказался тогда самым злободневным. Решать эту проблему надо было быстро и решительно. От этого зависело само существование вновь образованных сельскохозяйственных коллективных хозяйств. На это время (1.12. 1930 года) на Украине имелось 5 округов, где уровень коллективизации земельной площади достиг от 30 до 50 процентов. Но нужных помещений было крайне мало.
  
  Поэтому правление Укрколхозцентара создало самостоятельное подразделение Укрколхозстрой, в задачу которого входило строительство в колхозах и снабжение колхозов стройматериалами. Меня назначили руководителем Укрколхозстроя.
   16 ноября 1930 г. были утверждены штаты Укрколохозстроя в количестве 40 человек. Отдельная группа в количестве 36 человек(17 инженеров с разъездами на периферию) занималась строительством красноармейских колхозов в пограничной полосе. Программа строительства была рассчитана на 200 миллионов рублей. Главный упор надо был делать на местные материалы. Но кредитов выдали только 20% от нужной суммы, обеспечения гвоздями только на 20%, а главное никакой проектной документации. Дело новое никто ничего не знал и подобного опыта строительства не имел. Все делалось на ходу, с колес.
  
  На ходу пришлось организовывать местные строительные и технические силы. Во многих местах наладили производство гвоздей и скоб кустарным способом. Заготавливали на местах глину, камень, лес, и камыш для кровли. В 1930 году в колхозах работали 21 кирпичный завод с гофмановскими печами и 275 напольных печей с общим планом обжига 140 миллионов штук. На некоторых заводах обжигали керамическую черепицу. Через год построили ещё 41 кирпичный завод с гофмановскими печами и 160 с напольными.
  
  За зиму 31-32 годов на 3-х месячных курсах подготовили 300 прорабов-мастеров. Укрколхозстрой насчитывал более 30 тысяч строителей разных специальностей.
  Для обеспечения гвоздями открыли в областях Киева, Житомира, Днепропетровска, Харькова небольшие производства.
  
  В Белой Церкви организовали производство гвоздей из отходов проволочного производства. Ввиду недостатка кровли, крыши приходилось делать глиносоломенные, частично покрывали дома черепицей.
  
   В некоторых колхозах начали производство кирпичей и черепицы кустарным способом, а на ст. Вапнярка стали обжигать известь.
  
  Решением Политбюро КП(б)У от 8 мая 1932 г. и Совнаркома УССР от 16 января 1932 г. были утверждены планы финансирования и мероприятия по строительству красноармейских колхозов.
  Всего в 85 районах пограничной полосы УССР - Винницкой, Одесской, Киевской и в Молдавской ССР. На строительство, на приобретение скота и на допереселение выделено 8 миллионов рублей. В эти колхозы были переселены демобилизованные красноармейцы и бывшие партизаны в количестве 4500 человек.
  
  Со временем система Колхозцентра была реорганизована и передана Наркомзему УССР.
  А я, в сентябре 1933 года, был переведен из Академии Соцземледелия Наркомзема слушателем Всесоюзной Промышленной академии им. И.В. Сталина.
    []
   Зачётная книжка слушателя Промышленной академии Н.А.Гажалова.
   Окончил академию в январе 1937 года по специальности - промышленное строительство. Защитил на отлично дипломный проект на тему "Организация строительства мартеновской площадки Магнитогорского комбината с архитектурно-строительным проектом цеха изложниц и проекта производства обмуровки мартеновской печи". После этого Государственная Квалификационная Комиссия присвоила мне квалификацию инженера-организатора технолога по промстроительству.
    []
    []
   Диплом выпусника Промышленной академии Н.А.Гажалова
  
  По командировке ЦВКП (б), я был направлен в город Каменку Ростовской области на строительство химкомбината 101, где работал сначала начальником участка, а затем управляющим 23 трестом.
   .
    []
   Семья Гажаловых: Фото 6 Января 1937 года. Всесоюзная однодневная перепись населения.Сидят за столом.Слева на право - старшая дочь Идея, сын Бирос, Галина Алексеевна- жена Николая Алексеевича, НИколай Алексеевич Гажалов с младшей дочкой Мирой. Сотрудник по переписи населения.
  
    [] Слева, первый- брат Н.А. Гажалова Василий Алексеевич Солянин
  
  На этом воспоминая Николая Алексеевича Гажалова заканчиваются. Но кроме этих восспоминай в архиве дедушки я обнаружил его заметки о туристической поездки в Китайскую Народную республику, которые я здесь и привожу.
  
  
  
   З А М Е Т К И бывшего комиссара Китайского батальона 74 полка, 9 -й стрелковой дивизии Николая Алексеевича ГАЖАЛОВА. о поездке в Китайскую Народную республику специализированной туристической группы. 27.10 - 25.11 - 1961 год.
  
   Имея общественное поручение Комитета ветеранов войны ( группа Гражданской войны) на изучение и сбор материалов о китайцах, участвовавших в гражданской войне ( красноармейцах), за два года я собрал 60 адресов китайцев - бывших участников гражданской войны. Я имел с ними неоднократные встречи и собрал большую переписку. Среди них я встретил сослуживцев по 45 Советской дивизии и по 9 -й стрелковой дивизии 74 го полка. Это меня заставило подумать: Нельзя ли найти возможность устроить поездку в Китайскую Народную республику с тем, чтобы ближе познакомиться с жизнью Революционного Китая, а также, если это окажется возможным, встретиться с ветеранами гражданской войны - китайцами, бывшими моими сослуживцами.
  
   Во время моей встречи с работниками Общества китайско - советской дружбы тт. Феоктистовым, Новгородцевым и Куликовой В.Г. к моей просьбе отнеслись положительно, предложили мне заполнить документы и зайти через месяц Утром 26.10. 1961 г. состоялась вторая встреча с работниками общества и мне выдали посадочный талон в поезд ? 2 Москва- Пекин, вагон ? 3, место 37. Вечером меня провожали: писатель В.Г Шмерлинг и семья т.Братанчука. Наша туристическая группа состояла из 14 человек: врачи, художники, инженеры. Старшим в группе был назначен т.Кузнецов Л.Н. - работника Московского комитета КПСС. В 0.20 - 27. 10 поезд тронулся на Восток. Мне повезло. Я получил место в двойном номере, но ехал всю дрогу один. Утром 27.10 погода была осенней - сыро. За оконном мелькал лес, полустанки.. Проехали станции: Буй и Галич. Галич имеет большое озеро. Я везу с собой сувениры: набор брошюр о сельскохозяйственном строительстве, 15 открыток, 60 значков, 6 книг и о китайских добровольцах - автор т. Лю. Слушаю радио о работе 22 съезда КПСС. Узнал, что в ООН принята Монгольская Народная Республика. Чем я занимался во время поездки? Написал 70 поздравительных открыток с 44-й годовщиной Октябрьской революции, 15 писем. Ведь нужно было поздравлять друзей по дороге. Познакомился с тремя китайцами, работниками внешней торговли тт. Ло, Ха, Дю . Они мне подарили китайский переговорщик ( разговорник). Сегодня слушал выступление т. Шелепина на 22 съезде КПСС. Настроение хорошее. Вечером проводил беседу китаевед т.Рывкин Борис Львович. Вечером познакомился с проводником Костей, он оказался опытным садоводом.
  
   26.10. Подъезжаем к г. Свердловску. За окнами появился снег, и небольшой мороз. Утром занимался гимнастикой по системе доктора Анохина. Как хорошо чувствуешь себя после 13 приемов гимнастики. Проезжаем уральские разрезы гор. Газет нет. Плоховато. Прочел книгу Эренбурга ' Очерки освободительной борьбы китайского народа'. Познакомился с редактором журнала 'Нева' т.Ворониным А.С. Вечером слушал беседу о религии в Китае. 29.10 Вечером провел беседу с членами нашей группы о китайцах, которые служили в Красной армии. Познакомился с китайцами, которые работали на стройках в СССР и едут в отпуск в Пекин. Просмотрел две книги об опытной работе в садоводстве. Проехали станцию Оловянную, кругом необжитые массивы земли. Написал сегодня два письма: одно в НИИ сельстой, другое - в БТП. Проехали станцию Адурино. На станции Забайкальская мы сдали советские деньги в сберкассу. Вагоны поставили в депо для перестановки колесных пар на узкую колею. Таможенники и пограничники провели осмотр. Мы подписали декларации, и поезд пошёл в Китайскую Народную Республику.
  
   Станция Манчжурия. Таможенники и охрана так же провели осмотр. Нас принимало местное Общества советско-китайской дружбы -душистый чай, сигареты. Обмен речами. Затем мы сели в вагон. Курс наш был на г. Пекин. 2.11. Мы ехали по земле КНР. Поля уже убраны, но, видно много целинных земель. Молодёжь одета в синие ватники и ушанки - это одежда рабочего китайца. Около железной дороги кругом заросли камыша. Проехали станцию Ан-да. Утром получил в вагоне европейский завтрак. На железной дороге много пассажиров. Все нас встречают улыбками, приветствуют: 'минь-хао'. Отвечаем: 'хао-хао'. Про
  
  ехали город Харбин, Там строится новый вокзал, пока выложены только коробки. Проехали станцию Чагь-Чунь. Около станции поострена сеть кольцевых печей по обжигу кирпича. Мы начинаем продвигаться на юг. Чувствуется потепление. Из окна вагона видны поля, а на них много холмиков - могилы похороненных бойцов. 3.11. Основной целью моей поездки была встреча с китайцами - ветеранами гражданской войны. Я передал т. Кузнецову А.Н. списоклюдей, с которыми хотел бы встретиться в г. Пекине: 1. Чжан ци-Линь,2. Цзы Шао- Шань, 3, Ду Си-Тян. ;.4. Тянь ..., 5. Лю-Фу. В г. Шанхае: :. Лю- Син-чень, 7. Ван Хун-Юань. Кроме того, я выразил т. Кузнецову свое желание познакомиться с с/х коммуной. Просьба моя была принята. Подъезжаем к Пекину. Нас встретили: заместитель посла СССР т.Судариков, секретарь Общества китайско-советской дружбы т.Ван-сэ-Ву, представитель интуриста т.Сан Пи-Кон и и переводчик т.Си-ю. т.Кузнецов и Ван-со-ву обменялись речами. На автобусах мы выехали в город. Едим по улице Спокойствия. Наш переводчик Ши-Ли-Фун рассказывал нам о зданиях, министерствах, о площади Тяньаньмэнь ('врата небесного спокойствия') Мы о
  
  становились в5 этажей гостинице 'Националь'. Меня поселили в ? 515 ( на двоих). Со мной в комнате был секретарь парткома одного чимкентского завода Казахской ССР, которого звали Жора. Обедали в ресторане при гостинице. Затем осматривали площадь. Тяньаньмэнь . Это площадь, где на праздниках бывают демонстрации. Там же расположен монумент ( памятник погибшим воинам во время революции). Монумент изготовлен из мраморе, с барельефами - видами революционных событий.. На площади расположено здания Национального Собрания, музей революции и др. Площадь занимает 40 гектар. Затем мы посетили высокие холмы в Пекине - искусственная насыпь. Там в трёх беседках, построенных в 13 веке стоит бронзовый Будда. Ужинали состоял из 8 блюд китайской кухни. Начали учиться кушать палочками. Смотрели в Пекинском театре оперы и балета балет 'Жизель', поставленный молодыми артистами китайского балета. Нам очень понравилось, мы беседовали с артистами балета. На другой день были на приеме у заместителя посла СССР т.Сударикова. Посольство СССР расположено на окраине Пекина, около городской стены. Здание расположено в парке с прудом. Очень красивое здание с большим залом для приемов, жилыми помещениями, здесь расположено и Торгпредство.
  
   После осмотра помещений беседовали с т. Судариковым. 4.11. Осматривали здание Народного Собрания. Это современное здание, красиво отделанное. Большой зал со сценой на 10 000 человек. Второй зал - для приемов. Здание Народного Собрания имеет дополнительные постройки для представителей провинций. Отделка каждой постройки отвечает характеру соответствующей провинции. Был на приеме в Обществе китайско-советской дружбы. На приеме присутствовал министр культуры т.Шен- Ян-Бин., он же писатель Мао-ринь. Нас встретили хорошо. Выступал т.Мао-Дунь и зам.посла т.Судариков. Выступали: т. Кузнецов, поэт Черскасский, профессор Черваков, редактор журнала 'Нева' т.Воронин. Я выступал с воспоминаниями о бойцах-китайцах, участниках гражданской войны. Я подарил министру культуры т. Мао -Дуню книгу о борьбе китайцев за советскую власть. в 1918 - 1922 гг. ( автор т.Лю).
  
   Затем осматривали музей Революции ( около 4 часов). Мы ознакомились с материалами всех революций начиная с 1840 г. и др. На стенах музея показана борьба китайского народа с интервентами и врагами революции, бои в Кантоне, Шанхае, Нанкине. В музее нам подарили путеводитель. Я подарил музею книгу о китайцах - добровольцах, боровшихся за советскую власть ( автор т.Лю) Директор музея т. Ли поблагодарил меня за книгу. Вечером мы были приглашены в Пекинское отделение Общества китайско-советской дружбы. В помещении общества организована выставка, на которой есть фотографии из совхоза 'Караваево' - Костромского района, Костромской области. В 1947 году я был руководителем строительства жилых зданий и сельскохозяйственных помещений в этом совхозе.
  
   Вечером был дан концерт самодеятельности силами рабочей молодёжи и служащих, активистами общества. Концерт был очень хороший. Мы встречались с активистами, подарили им значки. Ужинали, наш ужин состоял из целой группы китайских блюд. 5.11. Утром выехали за город, смотреть Китайскую стену, построенную в 3 веке до нашей эры. Поднимались на стену. Она имеет 4000 км в длину, от 6 до 10 метров в высоту и 5- 6 метров в ширина. Есть площадки, ворота. Мы посетили могилу императора Минской династии - это 13 император. Могила обнаружена недавно. Это большие катакомбы объёмом 10 000 м.куб., построены из тесаного камня, внутри поставлены мраморные кресла и светильники.
  
   Император Джи-И-Даю родился в 1540 г. Могилу строили при его жизни. Над могилой вблизи построены в китайском стиле несколько построек, покрытые специальной черепицей.. На дороге к могиле стоят статуи в несколько раз больше человеческого роста. Они должны были охранять могилу. Недалеко от могилы, в 1959 году было построено водохранилище. Строилось оно методом народной стройки. 6.11. утром мы выехали в летний дворец императрицы Ц-Зи, который называется Ихэ- Юань. Этот дворец несколько раз реставрировали. Парк вокруг дворца 230 га, из них 2\3 занимает пруд.. Постройки - исключительно внутренние дворики. Пруд по берегу покрыт специальной черепицей. В парке есть галерея, площадью 2999 м.кв. в ней хранится 7 000 картин из китайской жизни. Для приемов имеется несколько палат. Тут же буддийский храм, столовая императрицы. У храма стоят бронзовые жертвенники диаметром 1,5 м.кв. Мы были на приеме у председателя Общества китайско- советской дружбы. После обмена речам, осматривали зимний дворец императрицы, он же Исторический Музей. В музее демонстрируются экспонаты 16 века до н.э. Очень много древних ценностей из бронзы, фарфора, картины. Вечером мы были приглашены в Центральный горсовет на вечер, посвящённый 44-ё годовщине Октябрьской революции. На вечере выступал зам. председателя Центрального Общества китайско-советской дружбы т.У- Юн-Джизань. После его доклада выступил посол СССР т.Червоненко. Он доложил о 44-й годовщине Октября, о 22 съезде КПСС. Затем был дан концерт. После вечера мы здорово устали. 7.11. Представители руководства Общества китайско-советской дружбы поздравили нас с 44-й годовщиной Октябрьской революции.
  
   Этот день был отведен для организации встреч. Я ездил в Управление мер и весов и встречался с ветеранами гражданской войны т. Дал Шау-Иенем. Встреча была приятной. Мы вспоминали о борьбе на Украине и в Донбассе. Я подарил ему книгу 'Китайские добровольцы в борьбе за советскую власть', автор т.Лю, в книге описан подвиг т.Цин. Он подарил мне фотокарточку. Мы договорились вести переписку, для этого он мне дал свой адрес, а я ему свой.
  
   Вечером нас пригласил посол СССР т.Червоненко на прием в Посольство, где собрались представители Китайской компартии тт. Джоу-Энь-Лай, Джу-Де, Чан- И, и другие. Выступили посол СССР т.Червоненко и министр иностранных дел КНР т.Цан-И. Речи их прилагаются. Старшина дипломатического корпуса также выступил и поздравил с 44-й годовщиной Октябрьской революции от имени всех послов. Был дан обед, на котором провозглашались различные тосты. Мы встречались с тт. Червоненко, Джо-Энь-Лаем,Джу-Де Мао-Дун и др. Прием прошел очень торжественно. 8.11.Мы выехали из Пекина. Нас провожали: советник посольства т.Рахманин, секретарь Общество китайско-советской дружбы т.Гао-Жень -Дин, секретарь по внешним сношениям Общества китайско-советской дружбы т.Ван-Д-Дзи и переводчики Чень-Цзюнь и Ди-Хон-Цаи.. ... Мы круто повернули на юг. к г. Шанхаю. Переехали Желтую реку. 9.11. Мы приехали в Шанхай. Нас поселили в гостинице Пекин, 6 -й этаж, комната 630. Встречали нас представители Общества китайско-советской дружбы. По пути в гостиницу из окна автобуса, осмотрели город скую набережную, А в гостинице, с 12 -го этажа смотрели окрестности города и порт. Видели большие пароходы у причалов.
  
   В Шанхае 8 миллионов населения. Основан горд в 4 веке н.э. Были на выставке шанхайской промышленности, на которой видели современные станки, небольшие турбины и дизеля мощность 120 л.с., медицинский инструмент, текстиль и другие материалы. Выставка показала быстрый рост шанхайской промышленности. Здесь мы получили описание г. Шанхая и значки. Смотрели шанхайскую оперу Лянь-Шань Бон-дау-Шита. Опера самобытная, хорошая. 10.11. Мы приехали в Нанкин. Ходили на могилу писателя Лю-Сина. Здесь имеется большой памятник и парк, в котором находится музей. в котором собраны материалы - фотографии, книги и вещи Лю-Миня. Здесь нам также подарили описание музея и значки.
  
   Лю-Синь родился в 1881 г. умер в 1938 г. Это был китайский Горький. В парке мы осмотрели буддийский монастырь. Статуя Будды изваяна из нефрита. Были в торговых рядах. Выезжали на завод, изготовляющий небольшие дизели. Вечером слушали концерт в доме Общества китайского-советской дружбы. В концерте участвовали активисты общества. Мы посетили Дворец пионеров, познакомились с директором дворца, с работой пионеров. Нам вручили адрес Дома пионеров для того, чтобы наладить переписку с Московским Дворцом пионеров. Мы подарили свои значки.
  
   11.11 Утром мы посетили студию художественных ремёсел. Директор студии нам показал работы - резьба по дереву и камню, работы из фарфора и стекла. Ползал вышивки гарусом, вырезки из бумаги, а также лепку из теста. Мы также получили адрес, для того чтобы наладить переписку с этой студией. Выезжали смотреть посёлок, построенный в 1959 году. Он состоит из двух и трёхэтажных домов. Дома построены неплохо, приспособлены к местным условиям - легкие. А вот гостиница построенная капитально. Обедали. Обед состоял из блюд китайской кухни. Блюда были разнообразные: много рыбы, морских креветок, бамбук, супы. Мы уже ели с помощью палочек.. Вся еда сытная, вкусная. В Шанхае я встретился с двумя китайцами - Яо-Синь-Чень и Вин-юноем, которые в свое время служили в частях Красной армии. Они рассказали о своей службе. Обменялись адресами, я обещал им писать. Подарил им значки. Они очень были благодарны за эту встречу. Мы тепло расстались. Договорились искать других товарищей, бывших бойцов. Они мне дали адреса сослуживцев: Шанхай: Чен-ЛИ-Де - ул.Янь=Ань-Жеун-Лу ? 881 и т.Чжан-Цэи-Сюань - ул. Жуй-Цзинь-И-Лу. переулок Тао-фу-ль.
  
   Вечером был прощальный вечер. Генеральный секретарь Общества китайско-советской дружбы т.Кузнецов произнес речь. После ужина мы постели цирк. Цирк - это сплошной фокус, жонглёры работают и в зале. В цирке можно курить. Все номера публика принимала тепло. Мы простились с Шанхаем и 12.11. в 5.30 выехали в Хай-Джоу. Есть китайская пословица:' Рай на небе, а китайский рай в Хай-Джоу' Мы прибыли в 11 часов. Шёл мелкий дождичек. Нас встретил председатель Общества китайско-советской дружбы. Когда мы ехали через город, нас провезли через дамбу, которая пересекает озеро Си-Ху. Вот мы в гостинице, номер 321. Балкон выходит на озеро. Кругом много зелени. Птички приветствовали наш приезд щебетанием,.
  
   Сегодня я познакомился с Михаилом Леонидовичем Титаренко - переводчиком Шанхайского Генконсульства. Через него я передал Шанхайскому Генконсульству 2 книги о китайских и советских добровольцах, автор т. Лю, издана в Москве. После обеда нас прокатили на катере по озеру. Рыбы, оглушенные мотором, выпрыгивали из воды и давали возможность даже себя фотографировать. По берегам озера расположены санатории и дома отдыха. Почему-то в это время они были закрыты. Смотрели бакены лунных отражении, цветущую заводь, золотых рыбок весом по 5 кг. каждая. Смотрели пещеру Дракона, Нефритовый источник. Тут же пили пахучий чай.
  
   ( К сожалению продолжение записей не сохранилось)
  
   Готовя, воспоминая к публикации, я решили сделать дополнения.
  
  АВТОБИОГРАФИЯ (написана от руки)
  
  Гажалов Николай Алексеевич. Родился в 1895 году 5 мая в г. Курске пригородной слободе Ямской, отец мой до революции занимался сельским хозяйством.
   В 1908 году, после одного года учебы в начальной школе, за выстрел на молитве из пистолета "Монтекристо" был исключен из школы.
  
  В 1908 году я начал службу по найму, сначала, учеником булочника, потом учеником слесаря и до 1915 работал слесарем. В 1915 г году был мобилизован в царскую армию - 4 воздухороту в г.Бердичеве, где служил шофером.
  В 1916 году в апреле за отказ...? Был арестован и выслан на фронт.
  В 1917 году в марте в г. Бучаче я вступил в партию РСДРП (большевиков).
  При демобилизации из армии воздухоотряда организовал вывоз эшелона военного снаряжения (42 автомашины, 20 аэростатов и др.)   >  Пробиваясь с боями через станцию Нежин, занятую гайдамаками, часть снаряжения сдал в г. Курске, а оставшееся снаряжение вывезли в г. Саратов и передали Саратовскому Ревкому. Там же 11 мая 1918 года участвовал в подавлении офицерского восстания Викторова.
   По приезду на родину в г. Курск в июне 1918 году, я был направлен в г. Екатеринослав на подпольную работу, где стал членом стачечного комитета депо ст. Екатеринослав и руководил забастовкой. После ноябрьского восстания я вступил в партизанский отряд т. Колосса.
  По заданию Екатеринославского Губкома, я сформировал в Юзовке-Гуляй поле из отступавших шахтеров-китайцев отряд и с этим отрядом вступил в Красную армию, где был назначен политкомом китайского батальона.
  
  При сформированной кавбригаде т. Котовского я был назначен уполномоченным особого отдела. С этой бригадой участвовал в борьбе против Деникина, Петлюры, белополяков, а так же в ликвидации банд Махно и Тютюника.
  В 1921 году при ликвидации Кулацкого восстания Антонова в Тамбовской губернии, выполнял особое поручение ВЧК по ликвидации штаба Антонова. За выполнение задания был награжден "Орденом Красного Знамени".
   В 1922 году участвовал с бригадой в ликвидации банды Заболотного.
  В 1924 году политсовещание 22 корпуса командировало меня в Винницкую область в Ободовский район для организации из демобилизованных красноармейцев-бессарабцев Бессарабской с-х коммуны им. Г.И.Ктовского, где я работал зампредседателя и секретарём партячейки.
  В 1927 году при посещении Бессарабской с.х Коммуны народным комиссаром вооруженных сил Красной армии т. Ворошиловым в коммуне по приказу народного комиссара, был сформирован территориальный кав.эскандрон из бывших командиров и бойцов. Я был назначен комиссарам кав.эскадрона.
  
  В 1928 году во время массовой коллективизации, я с эскадроном участвовал в ликвидации восстания в Ободовском районе.
  
  В 1930 году по выдвижению ЦККП(б)Украины я работал членом правления "укрколохоцентра" в Харькове, где руководил строительством в колхозах Украины. В это же время заочно занимался в академии Соцземледелия, а с 1933 г. переведен слушателем Всесоюзной Промышленной академии им. Сталина. После окончания академии в 1937 году по командировке ЦККП (б) строил в городе Каменке Ростовской области химкомбинат ? 101, где работал сначала начальником участка, а потом управляющим 23 трестом. После окончания первой очереди строительства меня перевели в г. Азов на строительство завода 318.
  
  С началом Отечественной войны, по личному указанию секретаря ЦККП(б)Украины т. Хрущёва Н.С., с коллективом строителей завода ?318 участвовал в строительстве оборонных укреплений, занимая должность начальника военно-полевого строительства ЮЗФНКО СССР.
  За оборонную работу был награжден медалью "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 г".
  
  При отступлении от г.Азова производил эвакуацию строительных материалов и механизмов ОСМЧ 61. С освобождением г.Азова работал начальником СМУ?2 по восстановлению г. Азова и рыбной промышленности, за что был награжден медалью "За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 г."
  В 1943 г. по заданию "Наркомстроя" вел организацию строительных служб в освобожденных от фашистов Таганроге и Мариуполе.
  В Мариуполе проводил работу по восстановлению разрушенной фашистами "Азовсталь" где временно выполнял обязанности нач. ОСМЧ "Азовстальстрой".
   В 1944 году, работая директором завода Стройдеталь в Ростове я получил перелом ноги(ступни) и ушиб позвоночника. После не полного выздоровления работал нач. ПТО. завода ?318 г.Азова, позже был переведен на завод сельхозмашстроя в г.Перово. Из-за отсутствия квартиры я вынужден был перейти на работу начальником Караваевской стройконторы Министерства Совхозов СССР.
  Нервное заболевание ослабило зрение и пришлось перейти на работу в аппарат Министерства Совхозов, где я работал ст. инженером. В настоящее время я работаю ст. инженером и обслуживаю вновь организованные целинные совхозы.
  Работая в особых органах, моя фамилия Солянин заменена на фамилия Гажалов.
   Моя семья:
  
  Жена - Гажалова Г.А. 51 год, бывшая рабочая шахтерка-клетовая, с 1945 года тяжело болеет. В настоящее время лежачая больная. Требует ухода.
  Сын Борис 23 года в войну, во время бомбежки г.Азова был ранен в левую руку, лишился пальцев.
  Дочь Мира - 20 лет студентка педагогического института им. Ленина
  31.07.1954 года
  
  СВИДЕТЕЛЬСТВО О РОЖДЕНИИ
  
  Гажалов Николай Алексеевич родился 5 мая 1895 года
  Место рождения-г. Курск
  Родители: отец - Солянин Алексей Ильич - русский
  Мать - Солянина Александра Алексеевна - русская
  Место регистрации - Тимирязевское райбюро ЗАГС, дата 19.05.1954 года.
  
  ЗАЧЕТНАЯ КНИЖКА
  НКТП, Всесоюзная промышленная Академия им. И.В.Сталина.
  Зачетная книжка ?64 выдана 15 марта 1934 г.
  Факультет-Строительный
  Фамилия Гажалов
  Имя, отчество Николай Алексеевич
  Год поступления -1933 Октябрь
  Секретарь - Л.Сокольская
  
  
  ДИПЛОМ
  Подлежит замене дипломом единого типа первой степени согласно постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 23.06.36 г.
  
  Основание: постановление ЦИК СССР от 09.09ю 1932 г. об учебных программах и режиме в высшей школе и техникумах. П."е" ст.2 разд.1 Собр.Закон.СССР ? 68
  Настоящий диплом выдан всесоюзной промышленной академией им. Сталина И.В. гражданину Гажалову Николаю Алексеевичу, родившемуся 5 дня мая месяца 1895 года в том, что он в сентябре месяце 1933 года был принят, переведен из Академии соц. Земледелия Наркомзема в число студентов Всесоюзной промышленной Академии им. Сталина И.В. и окончил курс обучения в январе месяце 1937 года по специальности -промышленное строительство.
   Наименования дисциплин и оценки:
  =-=-=-=-=-=-=-=-=-=
  Гр. Гажалов Н.А. защитил в Государственной Квалификационной Комиссии дипломный проект на тему проект организации строительства мартеновской площадки Магнитогорского комбината с архитектурно-строительным проектом цеха изложниц и проекта производства обмуровки мартеновской печи, с оценкой отлично.
   На основании изложенного гр. Гажалову Н.А. присвоена квалификация инженера-организатора технолога по промстроительству.
   172
  Печать. 1 февраля 1937 год г. Москва, три подписи Председателя Гос.квалиф. комисси, Директора Академии и Секретаря гос. Квал комиссси
  
  Трудовая книжка
  
  Фамилия-Гажалов-Солянин
  Имя- Николай
  Отчество- Алексеевич
  Год рождения- 1895
  Образование -высшее
  Профессия - Инженер строитель
  Дата заполнения Трудовой книжки
  9 января 1937 г.
  
  СВЕДЕНИЯ О РАБОТЕ
  
  Общий трудовой стаж 11 лет.
   С 1918 по 1924 год служба в РККА
  Строй трест ? 23 НКОТ
  1. 1937 03.27 - принят на должность начальника 2-го участка
  2. 1938 02.01. - переведён на должность начальника 1-й стройконторы.
  3. 1939 12.28. - назначен управляющим стройтрестом 23- приказ наркома.
  4. 1941 03.01.- Уволен в связи с переходом на другую работу
  Печать-отдел кадров. Народный Комиссариат по строительству СССР
  5. 1941 03.04. -Принят начальником 61 строительного управления
  6. 1941 08.30. Выбыл по мобилизации в распоряжение ГУБРЫ
  7. 1941 .09.01. -прибыл на должность начальника Райстроительства 56-го Военно-полевой строительной ГУ БРЫ
  8.1941 09.01.- На основании приказа 4-го ВПС 16 -го Управления НКО СССР 22.02.42. откомандирован в распоряжение Наркомстроя.
  9. 1942 03.04. -прибыл со строительства оборонительных сооружений и направлен к месту прежней работы в качестве начальника строительного Управления ?61
  10. 1942 07.25. Начальник 61 стр.Управления исполняющий обязанность начальника 1-го участка РОСМУ. На основании приказа ? 46 от 25.07 эвакуировался в г. Майкоп в место указанное РОСМУ
   Секретарь: А. Назаров
  11. 1943 02.18. Прибыл их эвакуации. Назначен начальником строительно-монтажного участка ? 2
  12. 194308.26 Переведен в распоряжение треста Севнастроя ДМСЧ 1
  13. 1943 09..04.Назначен на должность директора завода строительные конструкций О.С.М.Ч. Севкавтяжстрой г. Ростова
  14. 1944.06.23 В соответствии с распоряжением замнаркома Нефедова о назначении т. Гажалова Н.А на другую работу освободить т. Гажалова от обязанности директора завода "Стройконструкции" назначить т. Гажалова на должность уполномоченного треста Севксвтяж строй по Краснодарскому краю.
  15. 1944 10.22. Всявзи с отзывом т. Гажалова в распоряжение РКВКП(б) освободить т. Гажалова от обязанностей уполномоченного треста
  16. 1944 10.25 Назначить начальником и Главным инженером конторы треста "Азчеррыбстрой".
  17. 1945.10.25 Освободить от должности н-ка конторы и гл. инженера согласно приказа треста "Азчеррыбстрой" ?203 от 25 сентября 1945 г.
  18. 1945 10.26 Зачислен на должность начальника производственно-технического отдела з-да?318 МСХМ
  19. 1947 03.15 Уволен по сокращению штата
  20. 1947 06.02. Начальник Перовского участка Моск. Строит. Монтажной конторы треста "Сельхострой" МСХ СССР.
  21. 1947 12.01 Сокращен ввиду уменьшения объема строит. Работ
  22. 1947 12.27 Принят на работу в Караваевскую стройконтору на должность начальника Караваевской стройконторы
  23. 1949 12.10 Освобождён от работы начальника конторы в связи с переходом к новому месту работы.
  24. 1950 07.01. назначен начальником строительно-монтажного конторы управления.
  25. 1951г. 03.16 Освобожден от занимаемой должности в связи с переходом на должность инженера производственнотехнич. отдела управления Подрядного строительства
  26. 1952г. 07. 31 освобожден от занимаемой должности в связи с переводом на должность инженера производственного отдела главного управления Капитального строительства Мин-ва Совхозов СССР
  27. 1952 г. 08.01Министерство Совхозов СССР
  28. Зачислить инженером производственного отдела гл.Упрв. Капитального строительства в порядке перевода из Упрв. Подрядного строительства
  29. 1953г. 07.20 Министерство сельского хозяйства по заготовкам СССР
  30. 1953г. 09.30В связи с объедением министерств - назначить, в порядке перевода , в Глв.Управ. хлопководства и каракулеводства совхозов на должность ст. инженера-строителя
  31. 1953 г. 09.30 Министерство совхозов СССР
  32. В соответствии с указом Президиума Верховного Совета СССР "Об образовании министерства совхозов СССР"
  Постановлением Совета министров СССР от 05.09.53. переведен в министерство совхозов СССР на должность ст. инженера Гл.УПРАВ. Каракулеводческих совхозов
  33.1954 06.18 Освобожден в связи с перекомандированием в порядке перевода в распоряжение Министерства Совхозов РСФСР
  34.1954 г. 06.18 Назначен на должность ст.инженера произ. Технического отдела Главстроя.
  35. 1954 г. 10.20 -Переведен на должность ст.Инженера производственного отдела главного управления капитального строительства
  36. 1955 06.13 - В связи с утверждение структуры и штатного расписания назначен ст. инженером гл. управления капитального строительства
  37. 1957 06.22 - Освобожден от занимаемой должности в связи с переходом на пенсию.
  СВЕДЕНИЯ О ПООЩРЕНИЯХ И НАГРАЖДЕНИЯХ:
  1.1939 09.10. -За хорошее руководство по 1-й стройконторе премирован 1000 руб.
  2ю 1939 04.28- За хорошие показатели и рекордно короткие сроки по строительству по 1-й стр.конторе премирован 300 руб. с объявлением благодарности
  3. 1948 09.11.- За досрочное выполнение плана строительства 1948 г. в ордена Ленина племсовхозе "Караваево" объявлена благодарность и денежная премия 1800 руб.
  4. 1951 11.12 - За успешную работу по оргнабору рабочих в Смоленской области для строительства ВСХВ премирован в сумме 750 руб. (Управление подрядного строительства)
  5. В честь 37-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции за хорошее выполнение служебных обязанностей и общественную работу премировать в сумме 300 рублей
  6. 1955 05.06.- В связи с шестидесятилетием со дня рождения, отмечая добросовестную работу по строительству совхозов и активное участие в общественно-политической жизни Министерства объявлена благодарность и награждён грамотой.
  7. 1955 11.05. В честь 38 годовщины Великой октябрьской социалистической революции. За хорошую работу объявлена благодарность.
  8. 1956 11.06.-За хорошую работу по оказанию помощи республиканским, краевым и областным управлениям совхозов и совхозам по подготовке проведению уборки урожая и сдачи хлеба государству премирован деньгами в сумме 500 руб.
  9. 1957 06.09.- За успешное выполнение работ по строительству и вводу в эксплуатацию жилой площади объявлена благодарность и выдана денежная премия в сумме 1000 руб.
  10.1957 06.18.- За долголетнюю и безупречную работу объявлена благодарность и выдана денежная премия в размере месячного оклада.
  
  
  Военный билет офицера запаса вооруженных сил Союза СССР
   Серия АИ -08399
  Гажалов-Солянин Николай Алексеевич
  Билет выдан: 20 января 1949 года Костромским Военным Комиссариатом. начальник 3 части капитан- Козлов
  Военно-Учетные данные:
  1.Род войск (служба) Технический состав ВУС 165
  2.Воинское звание- без звания
  3. Запас " разряда
  5. должен состоять на учете по 31 декабря 1955 года
  
  
  ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ;
  1.Родился 6 мая 1895 года
  2. Место рождения г. Курс (обл.)
  3.Партийность и стаж Чл.ВКП(б) с марта 1917 г.
  Парт билет"6996394
  5.Национальность- Русский
  6. Родной язык -Русский
  7. Знание иностранных языков- Не владеет.
  8.соц.положение- служащий
  10.Образование- Промышленная Академия им. Сталина 1937 год Москва
  А)Военное - не имеет
  Б) политическое Курсы ЦКВКП(б) в 1926 г. гор. Москва
  11.Гражданская специальность -инженер строитель
  12. Ученое звание - не имеет
  13.Семейное положение и состав семьи- жена-Гажалова Галина Алексеевна 1903 г. рождения: дочь- Ида- 1927 г. рождения: сын-Борис 1930 г. рождения: дочь- Мира 1934 г.
  ПРОХОЖДЕНИЕ СЛУЖБЫ:
  
  1.-02.1917 по 11.1918 г.г.- полит -боец Партизанский отряд т. Колоса
  2.11.1918 по 08.1918 комиссар батальона -9 стрелковой див. Бригады Котовского
  3. 08.1920 - 06.1924-адъютант командира корпуса -2-й Кавалерийский корпус
  4. 06.1924 по 12.1941 г.г. в запасе
  5.12.1941 по 12.1942 - начальник полевого управления- 4-е полевое управления строительства оборонительных сооружений
  6. 12. 1942по 02.1943 -рядовой - Азовский партизанский отряд
  УЧАСТИЕ в ВЕЛИКОЙ отечественной войне с Германией и в войне с Японией:
  12.1941 -12.1942 начальник полевого управления -4-е полевое управление государствен. Строительства оборонительных сооружений 3-й Украинский фронт.
  12.1942 по 02.1943 рядовой - партизанский отряд район города Азова.
   Правительственные награды
   Орден "Красного Знамени" ?10379- орденская книжка 007944
  Медаль "За победу над Германией"- указ от 25.45
  Медаль "За доблестный труд"- указ от 06.06.45
  Отметка ОБ ИСКЛЮЧЕНИИ С УЧЁТА:
  31 Декабря 1950 г.
  Исключен с учета Тимерязьевским райвоенкоматом по причине достижения предельного возраста зачислен в отставку без звания.
  
  
  
  ЛИЧНЫЙ ЛИСТОК по учету руководящих кадров.
  
  (выписки)
  1.Родился- Курск Ямская слобода ныне Кировский р-н
  2.Основанная профессия- слесарь-шофёр
  Общий стаж по этой профессии- 5 лет
  3.Член КПСС с марта 1917 г. принят в Богучанской парторганизации
  4.Член профсоюза -сельхозработников с 1921 года
  5.Участие в выборных органах: г.Тульчин -окружная контрольная комиссия КП(б)У -член президиума с 1925 по 1930 годы.
  Г.Харьков -Укрколохоз центр -член правления- с 1930 по 1932 год
  7. Общий стаж службы в Сов.Арм.- 6 лет. последняя высшая должность -Политработник.
  8. По состоянию здоровья- в царской армии -ранен в ногу. Травма на производстве- раздробление ступни.
  9. Адрес- Москва Соболевский проезд ?14, барак ?2 комната 12-а. (Тимирязевский р-н)
  10. Дата заполнения- 27 июля 1954 года.
  
  В июне 1954 г. был переведен в распоряжение Министерства Совхозов РСФСР, где был назначен на должность старшего инженера производственного отдела главного управления капитального строительства, а в 1957 был освобожден от занимаемой должности в связи с переходом на пенсию. Выйдя на пенсию, Николай Алексеевич много времени уделял воспитанию молодежи, занимался общественной работой в организациях ветеранов Великой Октябрьской революции, ветеранов партии.
  
    []
  
   Н.А.Гажалов на торжественном вечере, посвящёном 44-й годовщине Сов. армии и встрече ветеранов войны с молодёжью. Москва 20.02.1962 год.Коллонный зал Дома Союзов.
  
   Хочу привести письмо из архива Николая Алексеевича от школьников средней школы номер 11 г. Умани Черкасской области. ул. Ломоносова, 5.
  
   Дорогой Николай Алексеевич! Юные следопыты революции, Совет Ленинской комнаты и члены интернационального клуба 'Дружба' Уманской средней школы номер 11 горячо поздравляют ВАС с большим праздником советского народа и трудящихся всего мира - 50 -летием Великой Октябрьской революции. Мы безмерно благодарны Вам , старшему поколению, за то, что Вы не щадили свою кровь, свою жизнь за светлое дело революции. Кровь, густо пролитая Вами, дала прекрасные всходы. Мы, молодое поколение, заверяем Вас, что успешно завершим то, что начали Вы. Мы молоды и нам кажется, что весь мир для нас. Нам хочется так много успеть сделать. Мы родились, чтобы строить, а не разрушать.
  
   Клянёмся Вам быть верными идеалам коммунизма. Мы принимаем эстафету старшего поколения. Жить, учиться, любить свою Родину, как Вы, клянёмся! Все наши пионерские и комсомольские дела, все наши помыслы направить для счастья людей! Клянёмся! Быть всегда достойными светлой памяти погибших, их славных дел во имя счастья и мира на земле! Клянёмся!
  
   Юные следопыты революции, Совет Ленинской комнаты, члены интернационального клуба 'Дружба' Уманской средней школы номер 11.'
  
   К письму была приложена книга-подарок 'Октябрьская революция и национально- освободительное движение' с памятной надписью: 'Уважаемому Николаю Алексеевичу в честь 50 - летия Великой Октябрьской революции. Следопыты революции Уманской средней школы номер 11.
  
   Скончался Николай Алексеевич Гажалов на 81 году жизни, похоронен на Новодевичьем кладбище в г. Москве.
  
    []
  
   РОДНЫЕ И БЛИЗКИЕ Н.А.ГАЖАЛОВА
  
   Я нашёл сведения о трех братьях и трех сёстрах.: Петр Алексеевич год рождения 1907, умер гдето в Одесской области, приблизительно в 1988 г.
  
   Алексей Алексеевич, год рождениян Не известен, пропал в без вести в апреле 1943 года -рядовой.
  
   Василий Алексеевич самый младший 1910 года рождения. Скончался приблизительно 1990-91 г.г. в г.Шахты Ростовской обл. ул.Свободы дом 9\2 . Дедушка упоминает, что в семье было 6 мужчин. Значит был ещё один брат.
  
    []
  
   Слева направо Пётр Алексеевич Солялнин. я (Павел Андреевич Примаченко), Василий Алексеевич Солянин. Моя встреча с двоюродными дедшуками- братья моего деда, в Одессе на Кулековм поле, возле Ж.Д.Вокзала 1979 год.
  
   СЕСТРЫ: Александра Алексеевна- год рождения неизвестен. Кмерла в сентябре месяце 1917 года.Место захоронения г. Курск, умерла от туберкулеза. По воспоминаниям мамы, услышанными от тети Тони, Александра была старшей очень хотела учиться, посещала какие то курсы, но отец был жадный её учебу не одобрял. Она не имела хорошей обуви, простудилась и простуда перешла в скоротечную чахотку.
  
   Мария Алексеевна Солянина - проживала в г.Харькове улица Садовая 4, кв.2. Год рождения 1898 г. Скончалась в 1977 году Кремирована, урна захоронена по просьбе её родственницы Александры Алексеевны Пановой (или Александра Алексеевича Панова)(проживала г.Харьков-2 ул.Чубаря 4.кв.1 тел. 45-21-55) в ограде родственницы Пановой Варвары Георгиевны на 2-м городском кладбище кв.(участок) 2 ряд 12. Место захоронения 17.11.77 годв г.Харьков.
  
    []
  
   Мария Алексеевна и Николай Алексеевич. Москва приблизительно 1970 год.
  
   Антонина Алексеевна проживала г.Курск ул.Дубровинского 7. Кв. 52 . Год рождения 1905 года. Умерла 29 мая 1979 года на 74 году жизни (свидетельство о смерти от 31 мая) захоронена на Северном кладбище г.Курска 1.06.79 года
  
   В июне 1979 года,после похорон тети Тони, мы с дядей Васей, попытались найти место захоронения его мамы. Как он говрил была табличка около церкви. Но к сожалению мы её не нашли.
  
  
  Воспоминания подготовил к публикации внук Н.А. Гажалова - Примаченко Павел Андреевич.
  22 мая 2017 года.
  
   Н.А. ГАЖАЛОВ - СПИСОК КНИГ И СТАТЕЙ.
  
   1.Гажалов, Николай Алексеевич. "Кирпич можно производить в каждом совхозе" [Текст] / М-во совхозов РСФСР. Отд. обобщения передового опыта и издательства. - Москва : Изд-во М-ва совхозов СССР, 1956. - 10 с. : ил.; 20 см. Кирпичное производство Б 210/737 Б 210/738
  
   2.М.ГАЖАЛОВ, К.ЕРЬОМIН "КОМУНА КОТОВСЬКОГО", видавництво ЦК ЛКСМ МОЛОДЬ, КИIВ 1971 р.
  
   3.Н. Гажалов "Семена дали хорошие всходы", глава из коллетивного сборника "Вторая слава Котовцев".
  
   4.Н. Гажалов, Братья навеки" , глава из коллетивного сборника "Железнодорожники Екатерининской в борьбе за власть Советов",редакция газеты "Сталинская магистраль", Днепропетровское областное издательство, 1958 г.
  
   5.М.О. Гажалов, В.I, Кисельов. "Пiвсторiччя сiльськогосподарськоi комуни iм. Г. I. Котвоського" "Украiнський iсторичний журналЁ. номер 7 Киiв- 1974 р.
  
   БИБЛИОГРАФИЯ.
  
   Газетные и журнальные статьи.
  
   1. Ф.Кондрашев "Конец атамана" "Московская правда", 26 сентября, 1973 г.
  
   2. А.Набокин "Особист" "Тамбовская правда" 4 февраля, Воскресенье, 1968 г.
  
   3. Н.Гущин "Новь старой и новой Ободовки" "Советский спорт" номер 2, 1965 г.
  
   4.В.Брежнев "Мирный подвиг комбрига" "Огонёк" номер 19 Май 1967 г.
  
   5.П.Горбаренко, В.Тимунь"Множуть славу комунарiв котовцi в буднях трудовых" "Ленiнским шляхом" Четверг, 5 сiчня 1967 року.
  
   Книги и статьи, в которых даны факты из биографии Н.А. Гажалова.
   1. Г.И
  . Котовский (документы и материалы) Государственное издательство Молдавии, Кишенёв, 1956 г.
  
   2. "Из истории ВЧК" Государственное издательтсво политической литературы, Москва, 1958 г.
  
   МАТЕРИАЛЫ ИЗ АРХИВА
  
   Гажалов Николай Алексеевич (Ед.хр. 190)
  
   Ф.П-9248, Оп. 1, Ед.хр. 190. Вид носителя: негатив. Дата: не позднее 1960.
  
   Описание: Николай Алексеевич Гажалов, год рождения 1895, уроженец г. Курска, член КПСС с марта 1917 года. В 1915-1917 гг. служил в царской армии, в 1919-1924 гг. - начальник Особого отдела кавбригады Котовского, участник подавления крестьянского восстания в с. Кобылинка (ныне Котовское) Рассказавского района, награжден орденом Красного Знамени. После демобилизации - заместитель председателя образцовой Бессарабской сельскохозяйственной коммуны им. Г.И. Котовского. Выпускник промышленной академии. Работал инженером-строителем в различных организациях, вел работу в комитете ветеранов войны.
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Т.Ильясов "Знамение. Вертиго"(Постапокалипсис) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Г.Крис "Дочь барона"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) Л.Маре "Менталистка. Отступница"(Боевое фэнтези) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"