Проценко Д.А.: другие произведения.

Оазис-2. По дороге к себе

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 7.06*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Юный, впечатлительный, разочаровавшийся в любви дракон отправляется в путь. Кому владеть его телом и душой? И будет ли это одна и та же женщина? Об этом вы узнаете на страницах этой удивительной книги, записанной росчерками крыльев на лепестках дикого миндаля. ОБНОВЛЕНИЕ от 24.10.2016


Оазис-2. По дороге к себе.

     
     
     
      - Все-таки уезжаешь? - спросил Лельмаалат.
      - Да, я решил, - мне неловко перед другом. Но за последние недели я настолько устал от чужой заботы и предупредительности, что хочу сбежать хоть куда-нибудь, так что предлог подвернулся как нельзя кстати.
      - Но ты знаешь, что всегда можешь вернуться...
      - Разумеется. И я обязательно вернусь, - через силу улыбаюсь. Лель улыбается в ответ.
      - Ну, вы там скоро? - к нам подходит Тульчинизз в дорожном костюме.
      - Ага. Превращайся, - Лель кивает и отходит.
      Туль очень красив. Массивен, благороден, от него веет спокойной силой. Хотелось бы увидеть, как я выгляжу со стороны. Но я не хочу превращаться. Пока не хочу. С тех самых пор как мне подарили первый полет...
      Великие княгини Тхара забираются к нему на спину, я следую за ними.
      - Прилетайте к нам еще! - весело кричит вдогонку Арье, когда дракон уже набирает высоту.
      В который раз ловлю себя на мысли, что не испытываю особых эмоций ни по поводу полета, ни по поводу отъезда. В последнее время мне все сложнее находить для себя удовольствие хоть в чем-нибудь и это беспокоит.
      - Как красиво, правда? - рядом расположилась Ренива. Саграда устроилась у Тульчинизза на шее и что-то ему на ухо шепчет.
      - Да.
      Слишком много зелени, для моего взгляда непривычно.
      - У нас в Тхаре много интересного.
      - Я знаю. Я читал.
      - Не волнуйся, лететь не очень долго. Я знаю, как выматывает неизвестный путь.
      - Мне нравится, - наконец-то смотрю на сидящую рядом девушку. Она похожа на свою сестру. Такая же невысокая и красивая. Сидит спокойно, но явно не знает, куда пристроить руки. Усмехаюсь про себя. Мое воспитание избавило меня от подобных проблем.
      - Что ты хочешь посмотреть в первую очередь?
      - Думаю, надо начать с осмотра дворца. Туль его очень хвалил.
      - Да, архитекторы Тхара умеют строить. Еще у нас прекрасный сад. И после Дагайры... - тут Ренива осеклась, но быстро продолжила, - климат в Тхаре отличается от Аэртского, другие растения, посажены по определенной схеме...
      Я делаю вид, что не замечаю оговорки и выражаю желание сопроводить Великую княгиню во время ее прогулки. Оставшуюся часть полета слушаю ее, лишь иногда задаю вопросы.
     
      ***
      В Тхаре на следующий день после приема по случаю приезда за меня берутся всерьез. Саграда и Тульчинизз используют любой предлог, чтобы оставить нас с Ренивой вдвоем. Туль совершенно не умеет интриговать, но тут ему еще и изменяет чувство такта. Раньше он не был настолько вовлечен в чужие любовные дела. Не могу сказать, что я против. Мне приятно находиться в обществе Ренивы. Она прекрасная собеседница, видно, что ей льстит мое внимание. Но в то же время я чувствую себя как в ловушке, потому что понимаю, к чему все идет...
      Сестры наверняка сплетничали на тему обучения в оазисе Курмула. И вряд ли Саграда ничего не рассказывала о способностях мужа... Но я вижу, что Ренива не влюблена. Нас учили распознавать чувства... Ей любопытно, ей хочется любви... Я подстегиваю ее интерес, но не специально... Я сам не знаю, чего хочу...
      Наши разговоры становятся все откровеннее. И вот наступает момент первого поцелуя. Княгиня уже сама тянется ко мне, во время прогулки то и дело пытается меня коснуться. И я вынужден ответить. Целую теплые и полные девичьи губы. Этот поцелуй можно назвать пленительным, я тоже очарован. Ненадолго. Но в процессе почему-то размышляю о технике, пробую, чувствую, опять пробую...
      Ее глаза после поцелуя сияют.
      - Приходи ночью ко мне... - шепчет она. Киваю и отстраняюсь.
     
      ***
     
      Спальня у княгини большая, два окна из трех широко распахнуты, ветер играет со шторами. Мне становится холодно, украдкой дую на пальцы, пока княгиня отворачивается к столику, чтобы разлить нам напитки. Это должен был делать я, но все происходит слишком быстро. Указывает мне на постель, я присаживаюсь, распахиваю рубашку.
      - Я немного нервничаю, - говорит Ренива, - так странно. С другими такого не было.
      Я не первый. Сейчас это хорошо. Хотя насчет Саграды я был уверен, что она всю жизнь ждала Тульчинизза и...
      - Ничего не изменилось со времени нашей прогулки в саду, - я беру бокал с вином, мои пальцы обхватывают тонкую ножку, смотрю княгине прямо в глаза. - Я по-прежнему очарован, госпожа...
      - Госпожа? - смеется Ренива. - Интересно...
      - Женщине позволено быть игривой и капризной, непостоянной и своевольной. Роль госпожи подходит ей как нельзя лучше.
      Цитирую для княгини строки из трактата "О дозволениях", вряд ли она его читала.
      - О! Я могу быть разной, - улыбается Ренива.
      - Я знаю, - мой голос становится проникновенным. Она принимает кокетливую позу, а я отставляю бокал в сторону, делаю рывок к ней, и притягиваю к себе. Княгиня кладет мне руки на плечи, я согреваю своим дыханием ее шею и распахиваю ее расшитый цветами халат. Под ним у нее ничего нет. Меня ждали и желали. Прячу свою улыбку в ее волосах, руками зарываюсь в них, ласкаю и освобождаю от стягивающего волосы шнурка. Потом укладываю девушку на спину. Хорошо, что здесь большая кровать, есть, где развернуться.
      От вина становиться жарко. Или от пламени ярко-горящих на столе свечей. Здесь нет магического освещения. Ради романтики? Выглядит красиво. Скидываю рубашку и ослабляю пояс штанов. Я не буду полностью раздеваться. Вряд ли меня позвали на всю ночь...
     
      ***
     
      Я начинаю с ног. Целую обнаженные ступни, ласково разминаю мягкие подушечки пальцев, потом лобзаю стройные икры и красивые загорелые колени Великой княгини. Женщины Тхара щедро подставляют свою кожу северному солнцу. Дагайрский загар слишком темен, а здешний - с приятным медным отливом. Я касаюсь губами женских бедер, а руками сжимаю талию. Из груди Ренивы вырываются первые стоны. Следовало бы выразить благодарность наставницам, которые научили меня искусству любви. Я только начал, а моя госпожа уже попала в сети наслаждения... Трогаю грудь, стараюсь себе представить ветерок в пустыне, теплый и почти незаметный... Я стану таким же, подарю ей легкую и приятную ночь. Руки ласкают обнаженное женское тело, а я думаю о том, что оно красиво, очень красиво, я наслаждаюсь его созерцанием, как эстет, но физически мне почти все равно...
      Я двигаюсь так, как меня учили, словно сдаю экзамен. Улыбаюсь нежно, хотя этого и не требуется, глаза у Ренивы закрыты. Я стараюсь прочувствовать чужое тело, чтобы дать ему то, чего оно хочет. По капле влить в него наслаждение, спутать мысли, заставить чувствовать неизведанное...
      Само проникновение постепенное, тягуче-медленное, даю ей возможность принять меня и привыкнуть, и только потом начинаю двигаться быстрее, напрягаю мышцы внизу живота, не забывая при этом покрывать поцелуями шею и лицо лежащей подо мной женщины...
      "Главное - это удовольствие госпожи!" - твердили наставницы, и я сдерживаю себя. Все, как учили. О, сейчас это почти легко... Чувств нет, остались только ощущения. Я даже не могу себя заставить говорить стихами. Красивые слова вертятся в голове, но не могу их произнести, надеюсь, меня за это не осудят. Я бы мог сказать ей, как она прекрасна: тонкая кожа, спелая, как персики Дагайры, грудь, мягкий, беззащитный живот, подрагивающий под моими поцелуями. Она так легко сдалась под натиском моих ласк... Женщин Дагайры тоже учат длительному удовольствию, но в Тхаре, похоже, подобные науки не в почете... Ренива так легко доверилась, открылась для меня, как для любимого мужчины. Она была бы прекрасной госпожой, думаю, мне вряд ли довелось бы принять наказание от ее рук. И еще полгода назад я был бы этому рад... Был бы счастлив стать ее мужем, доставлять ей наслаждение, полагаться на ее милость и верно служить ей... Цепной дракон на страже Тхарского трона!
      Она бы позволяла мне быть ведущим в любви, а я бы старался. Совершенствовался, оттачивал мастерство. Она бы таяла в моих руках, с каждым днем привязываясь ко мне все сильнее...
      Я так задумался, что и не заметил, как стал двигаться медленнее и забыл про поцелуи. Непростительно!
      - Коль?! - Ренива обхватила мое лицо ладонями и заставила посмотреть ей в глаза. - Что с тобой?
      - Все хорошо. Мне нравится с вами быть, госпожа... - как хорошо, что я умею лгать. Я развел ее руки в стороны и стал двигаться резче. Глаза у Ренивы закрылись, тело выгнулось, дыхание стало прерывистым. Еще чуть-чуть... Трогаю мочку уха и одной рукой проникаю туда, где соединяются наши тела. Это просто. Одно касание, второе и...
      Я как будто снова в черешневом саду оазиса Курмула. Наставницы мной довольны, я улучшил свое время с прошлого раза. Дышу тяжело, сложно скрывать возбуждение, я запахиваю на себе халат, но наблюдающие все равно знают, что для меня ничего не закончено. Впрочем, это неважно. Главное, довольна та, которая является моей госпожой на этот вечер. Я пытаюсь скрыть улыбку, но у меня не получается. Наблюдающая Дартмаат смотрит с укоризной, но ничего не говорит.
      Мне есть, чем гордиться. Воздержание - залог счастья. Будущая госпожа подарит мне не только первый полет, полное удовольствие я тоже познаю в ее объятиях.
      А сейчас... Я улыбаюсь не потому, что мне это доставляет радость. Я сдерживаю себя, потому что не хочу получать наслаждение. Знаю, что Ренива бы не запретила, и мне оставался до удовольствия один шаг... Я бы его познал. Без приторного дурмана, как в тот первый раз... Сейчас мне бы разрешили, это был бы мой выбор, но я не хочу...
      В этот момент я понимаю, что мне не нравится быть здесь. В этой прохладной огромной комнате. Мне не хватает тепла Дагайры... Там, в оазисе я был счастлив, хотя тогда этого и не понимал...
      Если бы я был рабом, было бы проще. Мне приказывают, я подчиняюсь. А теперь у меня есть свобода, которая дает мне право на мысли и чувства, но мешает быть счастливым. Возможно, это то, чего я всегда боялся...
      - Это было чудесно... Кольдранаак... - мое имя Ренива произносит с придыханием. Я улыбаюсь. - Я даже не представляла, что в оазисе вас учат такому... и так...
      Я продолжаю улыбаться, чуть отстраняюсь и провожу средним пальцем руки по ее животу, целую в уголок губ.
      - Ты останешься? - хватается за меня Ренива.
      - Желание госпожи - закон! - шепчу ей.
      Главное - не переиграть, чтобы она не догадалась, о чем я думаю. Зря она напомнила мне про оазис. Я чувствую себя рабом, хотя знаю, что в любой момент могу встать и уйти, и никто мне слова не скажет. Но не ухожу. Ласкаю ее. Скоро Ренива засыпает, а я лежу до самого рассвета и рассматриваю высокий потолок княжеской спальни. Зачем я здесь? Что мне нужно?
      Под утро я все-таки ухожу к себе и после омовения засыпаю.
     
      ***
     
      На завтраке меня не было, поэтому Тульчинизз выловил меня в саду.
      - У тебя все в порядке? - осторожно поинтересовался он. - Выглядишь странно.
      Перед другом нет желания играть и притворяться. Так много всего у меня в душе, что просто невозможно не выплеснуть.
      - Я не могу.
      - Чего именно?
      - Наслаждаться.
      - Эээ... В физическом смысле? - Туль несколько обескуражен и сразу начинает вспоминать древние труды по лечению мужского бессилия.
      - Нет. Просто я не хочу. Не чувствую. Не могу. Не-на-ви-жу, - даже это говорю без чувств. Просто сообщаю то, что живет у меня в голове.
      - Коль... Я не знаю, чем помочь. Но вижу, что раны глубже, чем мы думали. Я всегда считал, что твой легкий характер поможет тебе справиться с любыми трудностями, а сейчас даже не знаю, что сказать...
      - Ничего не надо говорить... Я уже все решил. Не знаю, насколько поможет, но и здесь я оставаться не могу.
      - Куда же ты поедешь?
      - В Харитту. Исполню мечту Леля, - стараюсь говорить так, чтобы прозвучало непринужденно.
      - Если хочешь, то я могу...
      - Не надо.
      Это мой выбор и моя дорога. И я хочу пройти ее сам.
     
      ***
     
      С Великой княгиней прощаюсь скомкано. У меня опять в голове двойственность. Кто я? Гость? Любовник? Раб?
      - Коль, если прошлой ночью я сделала что-то не так, то можно попробовать...
      - Нет. Не сейчас. Дело во мне. Это я должен стать лучше для того чтобы... правильно любить...
      - Но ты вернешься?
      - Я этого хочу.
      И я не лгу. Я хочу, чтобы не было никаких плохих воспоминаний, хочу просто принять то, что мне предлагают, но я не знаю, возможно, ли это... Когда-нибудь снова стать самим собой...
     
      ***
     
      Как просто отправляться в путь, когда тебе все равно, что с тобой будет. Когда-то (кажется, в другой жизни) в Оазисе, я и подумать не мог, что буду путешествовать в одиночку за пределами Дагайры, и даже получать от этого некоторое удовольствие. Что смогу отказаться от всех своих былых мечтаний и устремлений. Как многого я тогда не знал... Неужели я жил той жизнью... Мог ею жить?
      Многое в моем теперешнем состоянии казалось мне странным... Когда я уходил из княжеского дворца Тульчинизз чуть ли не силой заставил меня взять деньги в дорогу. А вот вещи я почти все оставил. Смотрел на свой прежний гардероб и оставался совершенно равнодушным...
      - Может быть, нам сходить на местный базар и купить тебе что-нибудь новое? - Туль был серьезно обеспокоен моим состоянием и считал, что я не могу носить дагайрские вещи в связи с плохими воспоминаниями. Но дело было совсем не в этом.
      Я переживал крушение всего моего мира. Все, во что я верил, оказалось ложью. Может, я зря не прислушивался к словам Леля, который мне постоянно твердил об этом?! Какая ирония судьбы! Он, тот, который искал свободы и презирал женщин, стал королем и счастлив в браке. А я, мечтавший о любви и готовившийся ее разделить чуть ли не с любой женщиной, встретил именно ту, которая сломала и растоптала все ростки нежности и покорности, проросшие в моем сердце! И уничтожила мою нерожденную любовь и выпестованную веру!
      Я не знал, как мне дальше существовать, за что держаться. Придумывать для себя цель или жить чужими мечтами? Теперь я просто путник. Иду по тем дорогам, которые всегда были для меня под запретом, и если бы не природа, не солнце и ветер, то вряд ли я бы прошел и половину пути...
      Мне было плохо с самим собой, я пытался найти в своем прошлом что-то такое, что оказалось бы полезным в моей теперешней жизни, и не находил. Да, я был выносливым, достаточно выносливым, чтобы изо дня в день продолжать идти. Меня не мучила скука, я созерцал происходящее вокруг, обдумывал и принимал новые знания о мире, как ученый - скрупулезно и последовательно.
      Мои эмоции были мертвы. Осыпались черешневыми лепестками. Я понимал, что человеку надо о чем-то мечтать, но для себя не мог придумать о чем...
      Я направлялся к границе Тхара с Хариттой. Лель в свое время хотел достигнуть Харитты через Аэрту, это в том случае, если не научился бы летать, но этот путь казался мне слишком долгим. У меня есть цель, пусть и не моя, но она придает смысл существованию. По крайней мере, сейчас.
      В одной из деревень по дороге я подобрал для себя походную одежду. Хотелось стать как можно незаметнее для окружающих. Раньше мне льстило чужое внимание, я хотел производить впечатление, теперь же прятался от чужих глаз. Двигаясь по дороге, накидывал на голову широкий капюшон, чтобы не привлекать внимания своей экзотической для этих мест внешностью. Хотелось даже обрезать волосы. Мужчины в Тхаре преимущественно носили короткие стрижки, но я не решился. Побоялся, что потом пожалею, и рассудил, что любые серьезные решения стоит принимать тогда, когда окончательно разберусь в себе.
      Останавливаясь в гостиницах и на постоялых дворах, я старался ни с кем не общаться. Благо, в Тхаре это удавалось почти без труда, разве что изредка попадется какой-нибудь особо болтливый слуга, но мужчина, путешествующий в одиночку, не вызывал никакого удивления.
      В один из вечеров я напился. Можно сказать дорвался. Заказал в номер вина, а оно казалось удивительно вкусным, терпким и пряным. В оазисе нам иногда давали вино на уроках обольщения, чтобы мы умели пить и соизмерять свои силы в присутствии госпожи, но там использовались только сухие красные вина, а я с некоторых пор их не любил. Почему-то они напоминали мне кровь. А вот Тхарское вино было золотистым. Как объяснил слуга, хозяйка гостиницы настаивала его на травах, которые дарят забвение и сладкие сны. Наверное, мне захотелось и того и другого. Но в итоге я получил лишь расстройство желудка и головную боль. В который раз оказались правы наши наставницы, которые не уставали нам напоминать, что все хорошо в меру. И в вине я разочаровался так же, как и в женщинах...
      На границе с Хариттой я отправил весточку друзьям. Написал стихами, даже с некоторой иронией бывалого путешественника. Уже то, что мне захотелось это сделать, было хорошим признаком. Я не переставал надеяться на свое "выздоровление" и возвращение к былой легкости и своим мечтам. Но все было непросто...
      Я вспоминал себя. Такого наивного, милого, искреннего, с воодушевлением смотрящего в будущее... Стал ли я взрослее? Защищен ли от ошибок? Я ранен дважды. И одна из моих ран - мое воспитание. Я не могу действовать вопреки тому, чему меня учили, даже если мне это не нравится. Наша ночь с Ренивой... Я не смог отказаться от нее. Почему? Неужели, мои умения помогают мне чувствовать свою значимость? То, что я могу даже будучи сломленным доставлять женщине удовольствие действительно для меня важно? Я мог не ходить к Великой княгине, но я пошел... Получается, я ее тоже использовал, так же как и она меня? Мне нужно было знать, что хоть в этом я не изменился. А то, что с отношений мужчины и женщины слетел романтический флер, так, может, это и к лучшему? В гаремах мужчины тоже взрослеют быстро... Каков был бы мой опыт при столкновении с любимыми наложниками потенциальной госпожи? Лель рассказывал про Асазваала... Смог бы я не ревновать свою госпожу, пребывая в мечтах об истинной любви?
      Легко радоваться за друзей, которые нашли свое счастье, а я сам? Может быть, не зря Лель с Тулем смеялись над моими представлениями о счастье? И не было ли это счастье насквозь ложным, а на правду я предпочитал закрывать глаза, за что и поплатился в итоге? Зачем я хотел стать любимым? Положение раба - мое истинное положение. Я - ящерица, а не дракон. Нельзя одновременно летать и ползать. Приходится выбирать. Что ждало меня в Дагайре? Неужели я действительно считал, что моя госпожа настолько полюбит меня, что приблизит к себе настолько, чтобы между нами никого не было? Вообразил, что истории любви, воспетые в легендах Дагайры о Красавце Тиилле и Безумной влюбленной Реджнур - правда? Меня ждала не любовь, а интриги и борьба! Но женщины Дагайры знают свое дело! Любовь стала бы для меня доступной, только если бы я уважал ту женщину, с которой разделил бы жизнь. А если мной не владеют, не повелевают, то за что уважать?
      Я также строптив, как и любой дракон, и как любой раб, готов выйти из повиновения, если госпожа слишком ослабит поводок. Так кто из нас владел бы ситуацией? Единственная разница, что в моем случае на кону стояла бы моя жизнь. За провинности в Дагайре карали строго. Но оно того стоило. Власть над женским сердцем. Капризы. Манипуляции. Это я умел. Но сейчас не хотел этим пользоваться. Получается, что утратив что-то, я взамен не приобрел ничего? Может, мне от этого было горько и даже...страшно?
      Наверное, я боялся, что никогда не найду счастья. Моей первой госпожой было чудовище, но в то же время я хотел власти над собой, даже сейчас, после всего... А Ренива пыталась узнать, что мне нравится, тогда, когда надо было просто приказать...
      Но эти мысли меня пугали не меньше, чем равнодушие. Я не хотел сам становиться чудовищем в отместку за то, что ко мне не относились так, как мне хотелось бы. Я бы хотел думать о чувствах и желаниях других... Ведь меня так долго этому учили!
     
      ***
     
      Харитта, на первый взгляд, не слишком отличалась от Тхара или Аэрты. Но именно тут я впервые увидел женщин, которые находились в прямом подчинении у мужчин. Сначала меня это шокировало, но потом даже показалось забавным. Не было ли стремление Леля достичь Харитты просто подсознательной попыткой достичь равновесия?
      Женщина в Дагайре - символ красоты и силы, в Харитте имела не больше прав, чем мужчина, и мне казалось странным, что мужчины ищут внимания таких женщин и их любви.
      Не могу сказать, что я жалел женщин-прислужниц, или общественных наложниц, которые по вечерам в людных кварталах, вызывающе одетые искали внимания сильных, заросших бородами мужчин, но меня раздражало, их подчиненное положение. Я чувствовал во всем этом какую-то неправильность и не понимал, что я ищу в этой стране...
       
      ***
     
      Я сидел в обеденном зале гостиницы. За открытым окном рядом с моим столиком шумел сад. Здешние деревья были усыпаны бледными цветочками, от которых в зал тянулся тонкий аромат. Мне впервые за последние несколько дней было хорошо и спокойно. До тех пор пока я не услышал их.
      Они обедали неподалеку от меня. Мужчина в возрасте и совсем юная девушка. И хотя одеты они были так, чтобы не выделяться из толпы, по поведению было понятно, что они не местные.
      - Ты обязан мне помочь! - горячилась она.
      - Но госпожа!
      Мужчина говорил довольно тихо и постоянно оглядывался.
      - Дольше ждать нельзя! Мы и так задержались! И потом... Я сделала выбор!
      - Но госпожа... Речь шла только о прогулке. Далекой, но прогулке!
      Девушка словно подобралась и злобно посмотрела на мужчину.
      - Ты смеешь мне перечить?
      - Госпожа! - тон мужчины стал уничижительным. - Пожалуйста, не привлекайте внимания! Я сделаю все, что вы хотите!
      - Ладно. Тогда вечером. Сегодня.
      - З-здесь? Он... из этих?
      - Да.
      - Вам будет непросто...
      - Посмотрим.
     
   ***
  
      Сам не знаю, почему я не уехал. Весь день провалялся на кровати. Настроения не было, планов тоже. Лишь под вечер мне удалось себя уговорить спуститься вниз и поужинать. Я открыл дверь, но в коридор выйти не получилось.
      - Заноси его быстрее! - скомандовал звонкий девичий голос. - Пока они не очухались!
      Я так и застыл в дверном проеме. Прямо напротив, рядом с открытой дверью в гостиничный номер стояла та девушка, которую я заприметил утром, а ее спутник как раз затаскивал туда мужское тело.
      - Г-госпожа! - голос у мужчины дрожал. - Я не уверен, что нас не видели! Надо улетать!
      Дракон! Наверное, я побледнел так, что она обратила не меня внимание.
      - Ты чего уставился! - выкрикнула. - Через полчаса полетим. Я хочу его переодеть! А то выглядит как... - тут она брезгливо передернула плечами.
      Дверь за ними захлопнулась. Не чувствуя ног, ибо встреча с прошлым оказалась слишком неожиданной, я повернулся, запер свою комнату и пошел по коридору к лестнице.
      - Это наверняка здесь! Он вроде тут живет! Быстрее! - послышались голоса.
      С лестницы на меня надвигалась целая толпа вооруженных людей.
      - Эй ты! Не видал здесь мужика?
      - Какого?
      - Да дружка у нас увел. Старый такой. Странный. Захотел с ним пошептаться, только вот дружок как в воду канул.
      - Дружок? - я пытался понять, чего они от меня хотят, но выглядел наверняка по-идиотски. Наконец мне удалось задать правильный вопрос. - А как он был одет этот ваш друг?
      Мужики озадачились, а я неожиданно смутился. С тех пор, как я оказался в Харитте, мне многое в моем поведении стало казаться странным. Как я успел заметить, местные мужчины редко обращали внимание на то, как именно они одеты, плохо подбирали ткани по цвету и стилю и уж совсем редко умели сочетать одежду с украшениями.
      Наконец один из них, стоящий впереди, нахмурился, но сообщил:
      - Серые штаны, рубашка белая, сапоги...
      - Я думаю... Ваш друг с той комнате. Только он, по-моему, себя плохо чувствует...
      - Что ты имеешь в виду? - блеснув глазами переспросил парень.
      - Он был без сознания.
      - Так. Ребята, подержите его! - двое крепких мужиков выдвинулись вперед и схватили меня за руки.
      - Зачем?
      - Подождешь здесь! - скомандовал парень. - Награды.
      Я пожал плечами, но сопротивляться не стал. Вины я за собой не чувствовал, но к тому времени мне уже стало интересно, что, собственно, происходит и чем все закончится.
      На вежливый стук дверь не открыли, поэтому мужчины, недолго думая ее вынесли, потом послышалась какая-то возня, крики, ругань, что-то упало.
      - Не-е-ет! - вопль был женским. - Твари!
      - Чтоб тебя! Эй, ведите сюда этого... из коридора.
      Меня затащили в комнату.
      На кровати лежал человек без сознания, которого уже успели переодеть в шелковые шаровары. Девушку две мужчин держали за руки, на полу, скорчившись лежал ее спутник. В комнате странно пахло... Мерзко... Кровью... Меня затошнило, и я чуть наклонился вперед, пытаясь продышаться.
      - Вы не смеете! - кричала девушка. - Как вы могли! - она рванулась в сторону лежащего на полу тела. - И что мне теперь делать?
      - Я не виноват, - с досадой сказал уже знакомый мне парень, - я не хотел его убивать. Но кто ж знал что вы слов не понимаете!
      - Сэдрик!
      - Тихо! - парень осадил своих людей. - Давай хоть с тобой пообщаемся, я не жесток. Просто хочу понять.
      - Охота была с вами вообще разговаривать!
      - Тю! Какая краля! - восхитился кто-то за моей спиной. - Где ж такие водятся?
      - Думаю, - медленно произнес Сэдрик, - они из Дагайры. Угадал?
      Девушка ничего не ответила, только фыркнула и отвернулась.
      - Янек, посмотри, что с Мэлом.
      - Вы не имеет права меня задерживать! - вырывалась девушка. - Вы вообще кто такие?
      - Мы? - ухмыльнулся главный, - местные жители, которым не нравится, когда гости ведут себя слишком нагло! Зачем вам понадобился Мэл, и что это за тряпье на нем?
      Девушка промолчала.
      Главный обвел взглядом присутствующих.
      - А у вас какие версии?
      - Да она или воровка или извращенка! Знаешь, Рик, есть такие дамочки, привяжут к кровати и...!
      - Еще!
      - Может, выкуп получить хотели? - пробурчал один из ребят, держащих меня.
      - А ты что думаешь? - внезапно обратился ко мне главный.
      - Я?
      - Да, ты. Говори, что думаешь.
      - Похищение. Увезти в Дагайру и сделать там наложником или мужем... если повезет... Но скорее всего наложникм, потому что при отсутствии драконьей крови и... А у вас драконов нет, так что...
      - Хватит, я понял!
      Главный подошел к девушке и дернул ее за руку.
      - Это правда? Ты собиралась Мэла в Дагайру продать?
      - Зачем продавать? - нахмурилась она и выдернула из захвата свою руку. - Я его собиралась сделать своим...
      "А потом, может, и продала бы... Когда наигралась..." - мелькнула мысль, но я ее озвучивать не стал. По моему мнению, Мэл никак не тянул на долгосрочную игрушку, чтобы выжить в Дагайре, надо там вырасти...
      - Рик, значит, она - дракон? - голос позади меня прозвучал удивленно.
      - Вряд ли... - лукаво улыбнулся Сэдрик, - держится хорошо, но смогла бы сразу бы улетела... Да еще и таверну разнесла впридачу! Эта крошка совсем еще... Девочка, в общем...
      - Собрались меня лишить невинности? - девушка презрительно наморщила нос.
      - Еще не хватало! - фыркнул Рик. - Нам и нормальных баб хватает! А с такими как ты лучше не связываться.
      - Трусишь?
      - Девочка-девочка, глупая такая. Не возьмешь ты меня на "слабо", а вот разозлить сможешь... Ладно, надоело! Я решил. Как твое имя? - поинтересовался у меня главный.
      - Кольдранаак, - произнес я с достоинством. Чертова выучка!
      - И ты из Дагайры, верно?
      - Я там бывал.
      - Тоже служишь этим? - он указал на девушку.
      - Нет! Я там больше не живу.
      - Беглец, значит... И личные счеты поди имеются... И мозгов побольше, чем у моих ребят в отношении этих гадюк...
      - Что вы имеете в виду?
      - Не понимаешь, да? Хотя я еще сомневаюсь... Да нет.... вряд ли ты вернешься к прежней службе... А ведь нет страшней хозяина, чем бывший раб. - Сэдрик потеребил пальцами нижнюю губу, - поэтому... Она будет твоей рабыней и делай с ней, что хочешь! Сейчас мы ее приручим.
      Он повернул камень на своем перстне и что-то достал. Перстень мне не понравился, смотрелся довольно вульгарно, но это по традициям Дагайры, от которых я открестился пару минут назад. Сэдрик тем временем подошел к девушке и провел рукой вокруг ее шеи.
      - Подойди сюда! - кивнул он мне.
      Я приблизился. Он указал на тонкую прозрачную нить.
      - Это ошейник из волоса морского угря, заговоренный. Дотронься.
      Я коснулся нити пальцем. Руку словно пронзило холодом. Сэдрик усмехнулся.
      - Видишь, он тебя признал, теперь этот ошейник сможешь снять только ты.
      - Но я не хочу! - в этот момент я как раз осознал все перспективы происходящего. И почему до меня только сейчас дошло?
      - Поздно, - главный пожал плечами. - Короче, делай с ней все, что хочешь.
      - По каким это законам? - попыталась возмутиться девушка. - У Дагайры с Хариттой есть дипломатические отношения! Вы не можете так поступать!
      - А по нашим законам за то, что ты сделала, тебе вообще грозит смертная казнь. Хочешь, мы тебя в море утопим? - ответом Сэдрику стало молчание. - Ладно, - решил он, Янек, забирай Мэла и пойдем отсюда. Вечер в самом разгаре.
      Ретировались они довольно быстро, оставив меня наедине с моей... рабыней.
  
   Обновление от 24.10.2016
  
   ***
  
   Вечер определенно не удался.
   Для начала мне пришлось заплатить за погребение. Мне очень не хотелось во все это влезать, но почему-то стало жалко незнакомого дракона, которому если кто-то и мог здесь посочувствовать, то только я. Его хозяйка была бледна и молчалива. Она сидела боком к стене на кровати, и даже не смотрела в мою сторону. Я не решился с ней заговорить, а просто запер ее в номере. Исключительно из человеколюбия, чтобы она себе ника не навредила.
   Беда всех женщин Дагайры в том, что они себя читают исключительными (и в чем-то они правы), но при этом не всегда умеют принимать поражения или мириться с трудностями. Раньше, после крупных сражений, проигравшие часто делали себе сэбхат - ритуальное лишение груди - тем самым лишая себя женской доли и силы. Сейчас, конечно, никто уже так не поступает, но любой проигрыш воспринимается болезненно.
   Мужчинм проще, мы принимаем то, что дарует или отбирает судьба и даже если жалуемся, то это напускное. Наша жизнь - долг и служение, поэтому все принимается со смирением. Хотя, тут я должен сказать, что больше говорю за себя. Я еще привык так думать. Но сейчас уже понимаю, что это раньше я был готов, а сейчас... Последнее, о чем я думаю, это смирение... Но и желаний у меня тоже не осталось.
   Я не смогу стать хорошим хозяином. Для того, чтобы отвечать за раба или слугу, необходимо иметь авторитет, и мотивировать тех, кто тебе подчиняется. Они должны знать зачем они тебе служат. А я сейчас не понимаю, зачем я нужен сам себе, куда уж мне владеть еще кем-то.
   Но как я должен поступить? Отпустить ее на волю? Но девушка слишком юна и нетерпелива, и она осталась без своего дракона, а, значит, некому ее отвезти в Дагайру. Она бескомпромиссна, и не сможет выжить в Харитте. Впрочем, мое ли это дело? Проклятое воспитание! Я не могу бросить эту женщину! Но что мне с ней делать? Продать? Я видел, здесь даже женщин продают. Но я точно знаю, что не смогу. Тогда что мне остается? Что еще делают с женщинами? Неужели я рискну предложить ей замужество?
   Тут я невольно улыбнулся. Попытался представить реакцию на такое предложение со стороны любой из наших наставниц. Сухая яма в жаркий день была бы одним из самых милосердных для меня наказаний! Неужели я настолько изменился, что мне вообще в голову пришла подобная мысль? С другой стороны, а что тут такого? Я не хочу и не соглашусь стать наложником. Пусть я не особо доволен моей свободой, не воспринимаю ее как ценность, но и подчиняться я пока не готов. А она слишком молода, чтобы быть моей госпожой! Но что мне тогда делать?
   Ночью я спал плохо, снились странные сны, приторные и яркие. Мое прошлое всколыхнулось и прорвалось в мое настоящее. Я чувствовал сладковатые запахи Дагайры, слушал протяжные звуки музыки пустыни, видел красочные легкие одежды. Но все как будто в легкой дымке неопределенности, без осознания и понимания...
   Утром, я отдал ключи от номера слуге и велел отнести девушке еды и напитки. Выбрал самое лучшее, что было в меню. Подождал около часа, чувствуя себя при этом странно, а потом отправился к ней.
   Она переоделась в белое. Сидела на постели и расчесывала волосы. Женщины Дагайры умеют показать себя. Умом я понимаю, что ее поза, движения, взгляд - все это предназначено для того, чтобы произвести определенное впечатление на вошедшего. Но я ничего не могу с собой поделать, я реагирую. Мне нравится то, что я вижу. Я не могу переломить себя, я воспитан на познании красоты и естественности. Она прекрасна. И будь она последней из змеюк, я бы признал ее красивой!
   - Подойди! - ее голос звучит чувственно, но надменно, и я понимаю, что по-прежнему не готов подчиняться...
   - Незачем.
   Я сажусь за стол. Ей почти удается скрыть недовольство. Но надо отдать ей должное, она не тратит попусту время и задает следующий вопрос.
   - Что ты собираешься делать? Кольдранаак, не так ли?
   - Да. Это мое имя.
   - Древнее, прекрасное и дагайрское. Так звали героя одной из старинных легенд?! Кажется, он преданно служил своей госпоже?
   - Да. И отдал за нее жизнь во время второй песчаной битвы.
   Глупец!
   - Женщины продолжают род, это закономерно.
   Я не спорю с ней, а любуюсь. Полгода назад я бы влюбился с первого взгляда.
   - А мое имя Берниз. Я из оазиса Ай-Румай, это на севере. В хорошую погоду оттуда видно хребты Инграма. Моя мать - воительница третьего ранга. А кто твоя мать?
   Я теряюсь. Всю ночь думал и грезил, а к разговору оказался совершенно не готов. Рассказать ей про Оазис? Нет, пусть что хочет, то и думает.
   - К чему говорить о прошлом, когда есть более важные дела. Сейчас я путешествую и не могу взять тебя с собой.
   Она смеется.
   - Неужели продашь?
   Даже не думала, что отпущу. Продать? Стоит пожалеть того безумца, который ее купит! Главарь вчерашней компании оказался прав в том, что не стал ее привязывать ни к кому из своих людей. Впрочем, чему я удивляюсь. Вряд ли в Харитте живут дураки. Были бы таковыми, их бы давно уже не было. Впрочем, о Дагайре они вряд ли много знают. Наши женщины не любят выбираться из пустыни. В Харитте слишком ветрено и зелено, и воздух слишком влажный и соленый.
   - Нет, не продам. Помогу вернуться домой.
   - Отлично! - Берниз подскакивает с постели. - Я поела. Можем вылетать прямо сейчас!
   Что? Полет? Нет. Нет. Нет. Я невольно сжимаю кулаки и смотрю на свои руки. И я еще думал, что излечился?
   - Нет. Мы никуда не полетим. Есть другие способы.
   Девчонка хмурит лоб.
   - До сих пор никто не подарил тебе первый полет? Не может быть!
   - Дело не в этом. Просто я не собираюсь лететь в Дагайру!
   Я снова спокоен. Руки разжались.
   - Но как тогда?
   - Можно морем до Аэрты, а оттуда с одним из торговых караванов. Это долго, но интересно.
   Такого она точно больше нигде и никогда не увидит!
   - Нет.
   - Я не спрашиваю твоего мнения.
   Злюсь.
   Берниз в ответ молчит. А я не знаю, как себя вести дальше. Приказывать я ей не могу, а подчиняться не хочу. Тупик.
   - Я знаю! - вдруг оживилась она и протянула ко мне руки. - Иди ко мне!
   Машинально делаю шаг, но тут же себя останавливаю.
   - Нет.
   - Что "нет"? Ты не хочешь меня? Не хочешь подарить мне первый полет? Ты серьезно? Глупый дракон! Ты же сам знаешь, что тебе понравится!
   Она еще прекрасней, когда говорит с чувством. Глаза блестят, волосы рассыпались по плечам. Мне предложили быть первым! И если я применю свои умения, смогу удивить и обольстить госпожу, то... Не об этом ли я мечтал в своей башне? Я точно знаю, что смогу сделать ее первый полет незабываемым! О чем я думаю?
   - В Харитте свои законы, - говорю я. - Здесь отношения начинаются по любви.
   Глупость, конечно. Я сам видел, что мужчины находят женщин на одну ночь, а женщины соблазняют мужчин. Но мне нужна хоть какая-то почва под ногами.
   Берниз смеется, громко и заливисто, а потом подскакивает и подлетает ко мне. Порывисто обнимает меня и проворно опускает одну руку туда, где сейчас сосредоточены все мои желания. Гладит и ласкает, призывно смотрит в глаза. Улыбается самодовольно, ведь призыв не остается без ответа. Я тоже хочу обнять ее, коснуться, приласкать. Но вместе этого, я отстраняю ее, отступаю к двери и прикрываю ее за собой. Поворачиваю ключ, прислоняюсь к стене. Колени дрожат. Что я наделал?
  
  
  

Оценка: 7.06*4  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"