# Успеть на войну ч 8

Владимир Валерьевич Проценко

- Товарищ полковник, политрук Чуйко прибыл из командировки для дальнейшего прохождения службы.

-Вольно политрук, присаживайся. Эк как ты в плечах раздался, сразу видно на пользу командировка тебе пошла. Об успехах твоих тоже наслышан, но вызвали тебя по другому вопросу. Командующий нашим округом обратился ко мне с просьбой- комдив помолчал, взял со стола листок, посмотрел на меня и продолжил- Вот приказ об организации первомайского праздничного концерта в доме Красной Армии имени С.М. Кирова. Ты политрук прости что без твоего желания я дал согласие на твое участие в организации этого концерта, я даже не подумал что у тебя такие серьезные семейные проблемы. Для решения своих семейных вопросов даю три дня, больше извини не могу.

Тут у меня отвисла челюсть, какие такие семейные проблемы, у меня что жена есть, но вроде я не женат, Сеньку я хорошо расспросил, а может это с матерью моего тела связанно?

-Но ты политрук не переживай, как сказал мне один доктор ,, клин клином вышибается,, - тут он поднял трубку телефона сказав в нее одно слово - пригласи.

Через минуту открылась дверь и в кабинет робко вошла довольно молодая еще женщина лет сорока в длинном темном пальто с пушистым платком повязанным на голове обутая толи в высокие ботинки коричневого цвета то ли в сапоги. Взгляд ее скользнул по полковнику и уперся в меня. Это была МАМА, неважно чья, смотреть ТАК на своего ребенка после долгой разлуки может только МАМА. В этом взгляде было сразу и радость и какой-то страх, переживание, тревога, счастье, надежда, одержимость защитить свое чадо. Нет слов описать МАТЕРИНСКИЙ взгляд, чтобы увидеть его нужно посмотреть в глаза своей матери. И вот смотря на эту женщину с мокрыми от выступивших слез глазами стоящую на пороге кабинета и зажимавшую свой рот обеими руками чтобы не кричать, я вдруг понял что не вправе лишать МАТЬ своего сына, которого она вскормила, взрастила, гордилась им когда он стал военным. Нет я не смогу причинить ей боль.

- МАМА?

- Коленька, сыноооок!

С этим криком души она бросилась мне на грудь и разрыдалась. У меня подкатил комок к горлу выступили слезы, и я гладя ее по вздрагивающей спине пытался успокоить ее и себя. Так мы и стояли она что-то говорила мне я что-то отвечал пока нас не прервал комдив.

- Александра Ивановна, политрук присядьте, Чуйко дай матери воды, Александра Ивановна не переживайте не куда он от вас уже не денется в ближайшие три дня. Я пока тебя не было политрук рассказал твоей матери о твоей амнезии, как ты выпал из машины на ходу получив при этом травму головы и амнезию,- при этом он моргнул мне давая понять что истинного положения она не знает.- вот мы и решили помочь тебе вернуть память с помощью стресса и я вижу что мать ты узнал первым, значит сработало. Маму твою мы поселили у тебя, места там хватает, так что бери мать и веди ее домой.

-Спасибо Иван Степанович за все, - я подошел к комдиву и протянул руку для пожатия он глянул мне в глаза улыбнулся как-то по-отцовски еще раз подмигнул и крепко пожал мою руку. Потом я обернулся к матери держащей стакан с водой,- мам нам пора идти у Ивана Степановича много дел, не будем ему мешать.

-Да-да сынок пошли, спасибо вам Иван Степанович, до свидания.

- До свидания Александра Ивановна, а тебя Чуйко жду через три дня.

Забрав стакан у матери комдив проводил нас до дверей.

Выйдя из штаба я мягко перевел мать на левую сторону от себя для того чтобы мог козырять правой рукой приветствуя старших и отвечать младшим, мама шла держа меня крепко за рукав шинели будто бы собирался сбежать и наверное через каждые десять метров заглядывала мне в лицо робко при этом улыбаясь. Подходя к клубу заметил вышагивающего возле входа старшину Шишко.

- Тарас,- крикнул я и махнул рукой привлекая внимание - иди сюда.

Подбежав ко мне с радостным выражением лица он тут же попытался доложить кинув руку к козырьку буденовки.

- Товарищ политрук.....

-Стой Тарас, не кричи, просто скажи у нас все в порядке?

-Да все в порядке, маму вашу разместил еще вчера, белье выдал, консерву шо була у вас отдал.

- Хорошо, тут такое дело Тарас я ведь только приехал не чего у меня нет а мне хотелось сегодня вечером посидеть по семейному за хорошим столом. Ты тоже приглашен, сможешь организовать стол и позвать еще Сеньку и со мной прибыл особист ст лейтенант Борис Крендельков он сейчас в штабе у своего начальства, сможешь все устроить Тарас а?

- Смогу чего тут сложного то товарищ политрук, щас по быстренькому пробегу, возьму шо надо, не переживайте.

-Тарас сколько можно повторять когда мы одни я для тебя Николай или Коля.

-Так мы же не одни.- и он скосил глаза на мою мать.

- Ладно, беги куда хотел.

- Пойдем ма.

Но сюрпризы сегодня не закончились, как только я вошел в место которое считал своим домом был тут же оглушен визгом и чуть не сбит с ног чем-то феерическим кинувшимся на меня.

-Ииииии Колечка!

Это что-то оказалась девчонка в ярком разноцветном платье не высокого роста с симпатичной мордашкой которая обхватила меня руками и ногами не переставая визжать от избытка переполнявших ее эмоций. Сестра, точно сестра Наташка, больше вроде в семье нет ни кого. Я прижал к себе этого сверх подвижного ребенка который с этой минуты, этой секунды становился для меня родным и дорогим мне человеком.

-Наташка ну ты меня напугала, я чуть обратно за дверь не выскочил.

- Я говорила, я всем говорила что Коля нас забыть не может- стала она эмоционально выкрикивать шмыгая носом и вытирать о мое плечо катившиеся из глаз слезы.

Потом мы седели за столом и я слушал как они жили как волновались когда от меня перестали приходить письма, за это я получил салфеткой по спине от Наташки. Рассказали как мать писала в часть но ответов не было, и вот дождавшись отпуска они поехали в Ленинград искать своего непутевого сына и брата. Что когда добрались до военного городка, где находится наш штаб, на КПП их остановили и вызвали особиста но тут проезжала машина с комдивом и все уладилось их поселили, накормили, рассказали о беде приключившийся с их Колей и пообещали помочь. И как они рады что я быстро нашелся и со мной все хорошо, вот только через пять дней им нужно ехать обратно. И если я еще раз так буду мало и редко писать то они мне ноги и руки повыдергивают ( где логика, у меня вроде же амнезия была, как я мог писать да и с оторванными руками писать тоже проблематично). Затем меня простили и попытались накормить тремя сортами варенья которое они привезли с собой и чаем. Пришлось напомнить матери и поставить в известность Наташку что через два с половиной - три часа у нас будут гости, поэтому маму отправил чистить и варить картошку, Наташку озаботил уборкой, а сам стол проверять наличие у меня и Тараса продуктов питания ну и выполнять общее руководство подготовительным процессом. Отвлек меня от этого занимательного процесса красноармеец принесший от Тараса картонную коробку набитую разными вкусностями и где этот буржуй их только и нашел. Через минут двадцать пришел еще один боец принесший два ведра одно наполненное чашками-блюдцами а второе тарелками, вилками, ложками, ничего не скажешь оригинальный способ транспортировки посуды. Потом подтянулся Семен с бутылкой вина и бутылкой казенки, чуть не раздавив их об меня тиская от радости мою усталую тушку, познакомив его со своей семьей сразу припахал его для переноски стола и стульев на середину комнаты. За ним следом явился Тарас с примусом, парой сковородок и бутылкой вина. Его я сразу отправил с Наташкой на кухню в помощь матери, разжечь второй примус, показать где что лежит, то се. Сеньку как самого здорового заставил вскрывать консервы и выкладывать их на тарелки которые я мыл над умывальником. Одним словом озаботил всех в том числе и себя, одновременно слушая свежие новости от Сени, моя под краном посуду, вытирая ее и расставляя на столе, прям как многорукий человек. А через полчаса пришел Борис Крендельков и его встретил спаянный общей работой коллектив и шикарный стол. Перезнакомив еще раз всех со всеми мы наконец устроились за столом, где первый тост был за Сталина, второй за маму и третий за мое возвращение. Потом уже пошли разговоры, расспросы, тогда-то я и поведал всем о приказе мне организации первомайского праздничного концерта в доме Красной Армии имени С.М. Кирова. Каждый воспринял это известие по-разному Тарас - озабоченно, Сенька с затайонной радостью наверное надеется поучаствовать, мама с удивлением, Наташка с восхищением, Крендельков поморщившись недоуменно с немым вопросом - а как же наши автоматы? Потом все загалдели, зашумели обсуждая новость, один Боря сидел молча и смотрел на меня ожидая пояснений. Как только все немного успокоились я сначала озадачил Тараса найти всех наших людей участвовавших в прошлом концерте и через три дня предстать передо мной, Сене пообещал новый текст юмористического рассказа ну а Борису сказал что все теперь на нем и прототипы и ГП, до моего возвращения в часть. После всех этих новостей застолье пошло как то вяло наверное каждый обдумывал сложившуюся ситуацию и свои действия в дальнейшем, и примерно через час начали потихонечку разбегаться. Ну а мы убрав со стола и помыв посуду уставшие завалились спать, я у Тараса, а мать с Наташкой у меня в комнате. Лежа на скрипучей раскладушке и медленно проваливаясь в сладкий сон у меня мелькнула мысль что зря я засветился с этими новыми песнями и концертами могут ведь забрать меня из дивизии и приписать к штабу округа, тогда прощай война и .... Сон накрыл меня.

Эти три дня пролетели в какой-то лихорадочной суматохе, сначала ездили по магазинам выбирая и покупая заказы от многочисленных маминых знакомых, одежду для Наташки и мамы, какую-то посуду, обувь, белье и тд и тп. Слава богу хоть деньги у меня были, за время моей командировки у меня скопилась значительная сумма так как свою зарплату я вообще не тратил, жил там на всем готовом, не потому что жадина а потому что некогда было за учебой. Деньги я сразу отдал матери оставив только на билеты им в обратную сторону и еще небольшую сумму на дорогу, как чувствовал что им денег может и не хватить. Дал денег Тарасу чтобы купил им обратный билет в купе, а сам с ними в последний день пошел в Эрмитаж где не единожды слышал их восторженные охи и ахи теперь им будет что вспомнить и рассказать друзьям и знакомым. Вечером третьего дня посадив их в поезд, отдав все деньги которые у меня остались и те что занял у Семы и Тараса с моими инструкциями как их потратить и чертежом погреба смахивающего на штабной блиндаж который они должны построить отправил их в Краснодар. Считаю что после проведенной с матерью беседы о начале войны в 1941, о бомбежках, холоде и голоде ожидающих их если они не подготовятся, о том что их ждет если они будут готовиться явно, или кому-нибудь расскажут о надвигающейся беде. Я сделал на данном этапе все что мог. Осталось дело за ними. А мне с утра ехать в Ленинград готовить концерт. Хорошо что мне подчинили всех в доме Красной Армии включая тамошнее начальство, но с условием концерт должен быть не хуже прошлого, и песни разрешили все какие я им спел. Все разрешили все одобрили - иди, работай - сказали, ох чувствую я им наработаю, ой наработаю.