Пронин Юрий: другие произведения.

Человек разумный

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  

Человек разумный

  
  

Глава 1

  
  Половина длинного пути по пещерам, тоннелям и галереям подошла к концу. Моран подошел к дальней точке предписанного маршрута - запасной пещере одного из племен. На первый взгляд, убежище было замечательным: длинная полость, не слишком высокая, ширина - в меру; свод крепкий, без трещин; есть выход наружу и ответвление, в котором течет подземный ручей.
  Имелась даже естественная вентиляция - отверстие в средней части пещеры вытягивало воздух и не позволяло ему застаиваться. Однако все портили слишком слабые стены - знатоки из службы пути признали пещеру непригодной для жилья.
  Место облюбовали смотрители пути. Сложили очаг, выдолбили в стене ниши, куда поставили немудреную посуду, положили соль, специи и приправы; устроили лежанку из сухой травы и шкур. На дальних маршрутах нужен отдых, а здесь стояла тишина, и никто не мешал выспаться перед дорогой.
  Большинство смотрителей просто спали в пещере, самые смелые обходчики выходили наружу. Моран не просто покидал убежище - он охотился, собирал травы и коренья. Зверья рядом с пещерой водилось немало, и мужчина почти всегда возвращался с добычей. Конечно, человек не осилит за раз съесть мышь или ящерицу, но мясо можно засолить и оставить товарищам, которые придут позже.
  Смотритель Моран - мужчина не только смелый, но и сильный, ловкий, красивый. Черты лица у него крупные, но приятные, борода небольшая и ухоженная. Свободные женщины, которые за возможность разделить с ними ложе требуют немалую плату или дорогой подарок, ложатся с Мораном за какую-нибудь пустяковину, а то и просто так.
  
  Вскоре стало понятно, что знатоки свое мясо едят не зря. С грохотом обвалился тоннель, по которому пришел Моран, а затем засыпало и проход в основную пещеру. Заклинило и плиту, закрывавшую выход наружу. Однако в свете переносной масляной лампы, мужчина рассмотрел, что дело лишь в небольшом камне, который откололся от стены.
  В сумке смотрителя всегда лежит инструмент для работы по камню: кирка, молоток, железное долото. Моран разбил мешавший осколок, убрал щебень и откатил круглую плиту. Дальше шел недлинный проход, завершавшийся деревянной дверью.
  Он осторожно выглянул наружу. Если верить схеме, нарисованной на стене пещеры, в ста шагах имелся другой вход, закрытый водяным затвором. Так и было, но из маленького бассейна торчало туловище змеи. Время от времени рептилия билась и извивалась - подходить к ней не стоило.
  Водяные затворы прекрасно скрывают вход в подземелье, проточная вода уносит запахи, и ни один зверь не пытается забраться в пещеру. Увы, это не касается змей. Эти твари упрямо лезут через воду и попадают в ловушки.
   Стальные шипы вонзаются в большое тело, и опасное животное не может сдвинуться ни вперед, ни назад. Люди, живущие в пещере, отрубают непрошеной гостье голову, лебедкой затаскивают добычу в пещеру и становятся обладателями мяса и шкуры, годной на верхнюю одежду и обувь.
  Если попадается ядовитая змея, ей перед смертью дают кусать специальную пластину с углублениями, а собранный яд используют для приготовления лекарств.
  
  Новый шум послышался сверху, что-то черное пружинисто отскочило от скалы, скользнуло по ветвям дерева и упало на траву перед Мораном. Через мгновение туда же опустилось черное полотнище.
  - Чтоб ты сдохла!
  Такой звонкий голос мог принадлежать только женщине.
  - Чтоб мне провалиться! - изумленно прошептал Моран. - Летучая мышь!
  Так звали разведчиц, осуществлявших воздушное патрулирование. Служили там отчаянные девчонки, о которых ходили легенды. Моран давно мечтал хотя бы взглянуть на живую "летучую мышь".
  Чертыхаясь, девушка выбралась из-под полотнища и, увидев Морана, поделилась:
  - Птица, зараза, налетела, крыло смяла - чуть отбилась!
  - Как ты? Высоко было?
  - Нормально. Я же планировала.
  Девушка подняла руки и показала пришитые к костюму перепонки между руками и туловищем.
  - Ива, служба разведки, - представилась она.
  - Моран, служба путей, - как полагалось, ответил он.
  
  Мужчина во все глаза рассматривал девушку, свалившуюся с неба. Костюм из тонких мышиных шкур обтягивал очень худое тело, капюшон закрывал голову, позволяя видеть только непривычно смуглое лицо.
  На первый взгляд, в девушке не было ничего особенного, но Морану она показалась загадочной и прекрасной. Ива разительно отличалась от женщин пещер, белокожих и полных.
  - А ты что тут делаешь? - спросила "летучая мышь".
  - Обход делал, а тут - обвал. Входную задвижку заклинило, путь, по которому я пришел, и проход в соседнюю пещеру завалило. Вход я отремонтировал, хотел пройти в другое подземелье через водяной затвор, а там пока закрыто.
  Девушка посмотрела на содрогавшуюся рептилию.
  - А переговорное устройство?
  - Оно слишком близко к входу. Смотри, как змея бьется - зашибет!
  - А почему змею внутрь не затаскивают?
  - Яд у нее берут. Она, наверно, до утра здесь дергаться будет.
  - А что же мы делать будем? - Ива выглядела слегка испуганной.
  - Готовиться к ночлегу. Ты свое крыло затащи в пещеру, потом собирай сухие ветки и носи туда же. Я рядом поохочусь - может, ящерицу добуду.
  
  На ящериц лучше всего охотиться рано утром, когда они совсем цепенеют от ночной прохлады. Однако и вечером можно убить зверя, если хорошо владеешь копьем. Меткий бросок удался Морану, и он вернулся к пещере, согнувшись под тяжестью добычи.
  Ива, испуганно озираясь, добросовестно таскала сухие ветки. Морана она заметила только тогда, когда он подошел почти вплотную.
  - Ой, как ты неслышно подошел! А это что у тебя? Ого! Ящерица! Большая какая!
  - Ты шумишь, потому и меня не заметила. А это наш ужин. Сейчас выпотрошу, и в пещеру пойдем.
  Моран по крутому склону спустился к берегу реки, протекавшей шагах в пятидесяти от входа. Несколькими ударами ножа он отрубил ящерице часть хвоста, голову и сноровисто выпотрошил добычу.
  Внутренности, голову и хвост он бросил в реку. Вода сразу же забурлила от мощных движений больших и сильных тел подводных жителей.
  - Кто это? - испуганно спросила Ива.
  - Рыбы, - Моран быстро сполоснул ящерицу в реке. - Пошли в пещеру, пока нас самих не съели!
  Он перекатил круглую плиту и закрыл вход в пещеру, взял Иву за руку и в полной темноте повел девушку к очагу. Узкая ладонь девушки доверчиво лежала в его ладони, и от этого Морана переполняла непонятная радость и сладкая нежность.
  - А зачем ты ящерице хвост отрубил? - осторожно шагая в темноте, неожиданно спросила Ива.
  - Слишком жилистый - его жевать замучишься, - ответил Моран, и на его лице появилась широкая улыбка, невидимая для девушки.
  
  Снять шкуру с ящерицы - дело небыстрое. Моран зажег масляную лампу, связал зверю лапы кожаным ремешком и повесил добычу на крюк, вбитый в невысокий потолок пещеры.
  Осторожно работая ножом, мужчина обдирал ящерицу. Иву мужчина вооружил небольшим топориком и поручил рубить дрова. Выглядела девушка шикарно: костюм обтягивал стройное, но сильное тело, под снятым капюшоном обнаружились длинные темные волосы. Заготовкой топлива она, кажется, никогда не занималась. Ива попадала совсем не туда, куда метилась, но упорно продолжала колотить топором по веткам.
  - Отдай-ка топор! - сжалился над девушкой Моран. - Похоже, это дело не для летучих мышей.
  - А я уже не летучая мышь. Мне сегодня двадцать пять зим исполнилось - конец моей службе пришел. С возрастом все труднее нужный вес поддерживать, - ответила Ива. - Слушай, а ты не хочешь взять меня в жены?
  Моран опешил от неожиданного предложения. Конечно, он мечтал о такой девушке, чудесной, необычной и красивой. Мужчине было почти двадцать семь, но с женитьбой у него как-то не складывалось. Что скрывать, ему самому не хотелось, да и жених из смотрителя пути незавидный. Конечно, платят ему неплохо, и есть возможность принести в семью добытое по дороге мясо и собранные плоды и коренья. Только что это за муж, которого постоянно нет дома?
  - Ты серьезно? Каждый мужчина мечтает о летучей мыши, а ты предлагаешь себя первому встречному, - Моран все-таки нашел, что сказать.
  - Во-первых, ты симпатичный, сильный, смелый и много умеешь. А во-вторых, с чего ты взял, что мужчины мечтают на нас жениться. Переспать они мечтают с девушкой из службы разведки! Она не похожа на других женщин - очень худая, и лицо у нее загорелое. Да и нельзя ей делить ложе с мужчиной, а запретное всегда сладко. Жениться на бывшей летучунье охотников мало. Двадцать пять для девушки - это уже много, да и здоровья от многолетнего недоедания не прибавляется. Многие из нас после службы даже не родить - забеременеть не могут! Единственное преимущество - тот, кто на мне женится, может стать свободным охотником без выкупа.
  Ива нахмурилась и замолчала. На взгляд мужчины, даже недовольство не убавляло очарования девушки.
  
  Моран поставил на очаг глубокую чугунную сковороду и налил в нее воды из кувшина. С ободранной задней части зверя он отрезал несколько кусков мяса и передал девушке.
  - Режь помельче и бросай вариться!
  Мужчина пошарил по нишам, выбитым в стене рядом с очагом, взял небольшой керамический сосуд и плеснул из него на сковороду. Запахло чем-то кислым.
  - Что это? - поинтересовалась Ива.
  - Приправа. С ней мясо быстрее сварится. Жалко, ни кореньев, ни сушеных трав нет, с ними было бы вкуснее.
  Моран полностью сосредоточился на сковороде: помешивал мясо, солил, добавлял из кувшина выкипавшую воду.
  Ива съела всего чуть-чуть, но отложила ложку.
  - Никогда так много не ела, - призналась она.
  Потом они пили горячий травяной отвар.
  - Скажи, почему летучим мышам нельзя спать с мужчинами? - спросил Моран.
  - Если женщина занимается сексом, ее организм перестраивается - она полнеет, а нам нужно быть легкими.
  - И у тебя никогда не было мужчины?
  - Я не спала с мужчинами, а у тебя были женщины?
  - Да. В племенах некоторые женщины не выходят замуж и вольны спать с любым мужчиной, сегодня - с одним, завтра - с другим. Если такую женщину хорошо попросить или подарить ей что-нибудь, то она легко соглашается разделить постель с мужчиной.
  
  Шкура с ящерицы была снята, посыпана солью и туго свернута. Моран отделил мясо от костей, порезал на куски и засолил в специальном чане. Кости потрескивали в догорающем очаге, а сковорода с остатками мяса стояла в нише.
  - Так ты женишься на мне? - вновь спросила Ива.
  Настойчивость девушки не только удивила Морана. Он радовался и надеялся, но не подавал виду.
  - И чем мы будем заниматься? - спросил мужчина.
  - Мы будем свободными охотниками, потому что я уже не могу без неба.
  Хотел ли Моран стать свободным охотником? Да он мечтал об этом каждый день! Жить там, где захочет. Заниматься тем, что нравится. Никому не подчиняться! Не бродить по пещерам изо дня в день, а вести жизнь полную опасностей и приключений!
  Только каждый житель пещер понимает: племя тебя воспитало, вырастило и выучило; чтобы уйти в свободные охотники нужно заплатить выкуп. Скопить требуемую сумму смотритель путей сможет зим за двадцать.
  Стать свободным охотником и жениться на девушке, прекраснее которой нет во всем мире - да что тут думать?!
  - Да, я женюсь на тебе. Если ты, конечно, не возражаешь.
  Ива встала, поклонилась мужчине и торжественно произнесла:
  - Моран, я согласна выйти за тебя замуж! Обещаю быть верной и преданной!
  
  Девушка села, облегченно выдохнула и совсем просто сказала:
  - Все - теперь мы муж и жена.
  - Пока еще нет. Надо прийти к вождю твоего или моего племени, написать прошение, заплатить ему, и он выдаст нам брачное свидетельство. Вот тогда мы станем мужем и женой.
  - Но мы уже твердо решили - значит, мы муж и жена.
  - Однако брачного свидетельства у нас нет.
  - Ну и что?! Нам же все равно его дадут - значит, мы муж и жена.
  Назревал первый семейный скандал. А кому он нужен?
  - Ты права, милая! Мы муж и жена! - согласился Моран.
  - Поэтому мы можем спать вместе!
  Была ли девушка соблазнительной в своем обтягивающем костюме? Безусловно! Вызывала ли Ива у Морана желание обладать ею? Еще какое! Но то, как новоявленная супруга упрямо торопит события, словно боится куда-то опоздать, начало забавлять мужчину.
  - А ты хоть представляешь, что происходит между мужчиной и женщиной, когда они спят вместе? - с улыбкой спросил Моран.
  - Они трогают друг друга, обнимаются, целуются, а потом мужчина проникает в женщину. Первый раз ей больно, а потом приятно, - как прилежная ученица, быстро ответила Ива.
  - Ты хоть раз целовалась с мужчиной?
  - Нет, но я научусь!
  - Хорошо. Сейчас мы идем в постель, раздеваемся и начинаем ласкать друг друга, обниматься и целоваться. С проникновением подождем до следующего раза, потому что ты пока ничего не умеешь.
  Лежанка из травы, покрытой шкурами, находилась в стороне от очага. Темнота там стояла полная, и последние шаги они делали на ощупь.
  - Снимай с себя все и залезай под шкуру! - скомандовал Моран, осторожно усаживая Иву на постель.
  Все закончилось вопреки планам мужчины. Ива ойкнула, вцепилась неожиданно сильными пальцами в его спину и молчала до конца.
  - Как ты, милая? Очень больно? - спросил Моран, пошевеливая плечами и прислушиваясь к неприятным ощущениям в расцарапанной спине.
  - Нормально. Я терпеливая!
  Поход к подземному ручью доставил Морану немало приятных мгновений. Шли в полной темноте, мужчина держался стены, а Ива часто спотыкалась и теряла равновесие. В эти моменты она хваталась за Морана и прикасалась к нему своей маленькой грудью или теплым бедром. Он поддерживал жену и прижимал ее к себе.
  Потом они вытирали друг друга пучками сухой травы из лежанки, согревались под шкурами и долго не могли уснуть. Моран сгорал от желания еще раз овладеть Ивой, но понимал, что лучше этого не делать.
  Наконец, она заснула, обхватив ладошками руку мужчины чуть выше локтя. Его попытки освободиться Ива встречала недовольным мычанием и только крепче держалась за руку. Моран смирился и лежал, слушая тихое дыхание возлюбленной.
  
  Утром змея исчезла.
  Моран постучал, и из переговорного устройства послышался недовольный голос:
  - Кого еще там принесло?
  - Ива, служба разведки. Вынужденная посадка.
  - Моран, служба пути. У вас проход в запасную пещеру обвалился.
  - Знаем, подождите. А теперь ныряйте!
  Моран пропустил вперед жену, помедлив, погрузился в воду и поплыл по проходу. Вынырнув, он увидел, что разозленная Ива стоит, прижавшись спиной к стене, а стрела маленького арбалета в ее руках направлена в живот дюжему охраннику.
  - Сейчас брюхо прострелю, хомяк бестолковый! - прошипела Ива.
  - Да ладно, все - больше не буду! Крысеныш дикий, а не девчонка. Уж и по заднице погладить нельзя!
  - Эта задница принадлежит мне и моему мужу! А ты руки не распускай!
  - Все, простите! А разве летучим мышам замуж можно?
  - Отслужила она, за брачным свидетельством идем, - объяснил Моран. - Куда шкуру положить?
  Отдать шкуру тому племени, на территории которого зверь был добыт, считалось обычным делом.
  - Второй поворот направо - там помощник вождя сидит. Заодно и поговорите с ним.
  
  - Нох, помощник вождя - представился седой, чуть полноватый мужчина. - Куда путь держите?
  - Я - в казарму, за расчетом, - ответила Ива.
  - Потом в ближайший узел пути - я подам прошение об отставке. Дальше нам надо получить брачное свидетельство, а потом хотим пойти в свободные охотники - продолжил Моран.
  - Поздравляю! - улыбнулся Нох. - Кстати, вы очень красивая пара! Вы, молодой человек, в Коричневой горе возьмите справку о том, что вы сопровождали воздушную разведчицу - тогда в узле пути вас не накажут за задержку. Брачное свидетельство и позволение на переход в свободные охотники можно получить в Центральном зале. И куда собираетесь потом?
  Моран и Ива переглянулись.
  - Пока не решили, - ответил мужчина.
  - Приходите к нам! Племя у нас богатое: кроме этой, еще одиннадцать пещер. Выплавляем железо, обжигаем известняк, выплавляем стекло. Только свободных охотников у нас нет, - Нох помрачнел. - А наши люди выходить из пещер не хотят совсем! Мяса и кожи - в достатке. Мы построили несколько галерей к реке, и ловушки исправно снабжают нас рыбой. Змеи, мыши и крысы сами лезут к нам - их тоже ловим. Увы, растительной пищи не хватает: никто не хочет охранять посевы или собирать дикие плоды. Лекарственных трав нет, мы перестали делать бумагу, потому что невозможно выгнать людей на заготовку тростника.
  Нох с надеждой посмотрел на Морана и Иву и продолжил:
  - Если вы придете к нам, получите бесплатно любой инструмент, любое оружие, любую одежду! Все, что вы добудете, мы будем покупать по хорошей цене. Может быть, к вам присоединится еще кто-нибудь... У нас многочисленное племя, но оно уменьшается. В этой пещере когда-то жило более двухсот человек, а осталось только сто пятьдесят. В других местах - то же самое. Детей рождается все меньше и меньше. И никто не хочет подвергать себя опасности.
  
  

Глава 2

  
  До Коричневой горы шли долго. Моран привык к бесконечному хождению в темноте пещер и тоннелей, когда дорогу освещает только тусклый свет переносной масляной лампы. Мужчина время от времени сверялся со схемами, нарисованными контрастной краской на стенах; на развилках уверенно выбирал путь, шагал широко и смело.
  Ива быстро поскучнела, втянула голову в плечи, говорила мало - в подземелье она чувствовала себя неуютно. Когда они пришли в казарму "летучих мышей" и смогли выглянуть в окно, то увидели черное небо и звезды на нем.
  Ива оживилась, болтала о чем-то с подругами, смеялась и жестикулировала. Морана разместили в маленькой комнате. Долгая дорога утомила мужчину, и он сразу уснул.
  Утром, выглянув в окно, он понял, почему обиталище службы разведки называют Коричневой горой. Скала была сложена из песчаника именно такого цвета.
  Ива быстро покончила с делами и зашла за Мораном уже в обычном кожаном костюме. Небольшая сумка, бумаги, увесистый мешочек с золотыми монетами - вот и все, что у нее осталось от службы.
  - Грустно расставаться с подругами? - спросил Моран.
  - Очень, ведь с некоторыми из них я прослужила почти девять лет. А еще арбалет жалко. Ни у кого такого не было: плечи из козьего рога, тетива из крысиных жил.
  
  В узле пути прошение Морана приняли быстро, выдали три золотые монеты, две из которых он чуть позже отдал за брачное свидетельство.
  Ива к документу отнеслась совершенно равнодушно, и мужчина понял, что беседа, состоявшаяся в пещере, и была для нее настоящим брачным договором.
  Позволение стать свободными охотниками удалось получить без лишней волокиты. Оставалось только зайти в комнату, где жил Моран, и забрать тридцать золотых монет, которые лежали в укромном месте.
  Мужчина планировал задержаться там, потому что сгорал от желания. Однако он посмотрел на жену и понял, что она готова все отдать, лишь бы поскорее выбраться из пещер.
  Когда они зашли в Комнату Ноха, Ива едва держалась на ногах.
  - Вам нужно отдохнуть с дороги. Сейчас я распоряжусь, - Нох явно обрадовался возвращению молодоженов.
  - Пошли в нашу пещеру! - шепнула Ива на ухо мужу.
  - С вашего позволения, мы поспим в запасной пещере, - ответил Моран.
  Он и сам был не прочь оказаться в тихом, уединенном месте.
  Переход через водяной затвор освежил их, но сил хватило только на то, чтобы раздеться и провалиться в сон.
  
  В пещерах, которые люди облюбовали для проживания, течет множество подземных рек, речек и ручейков. Благодаря им, люди не задыхаются от запаха собственных испражнений, а все нечистоты покидают надежные убежища. В отличие от животных, человек разумен - воду для питья он берет в верховьях рек, моется в среднем течении, справляет нужду и выбрасывает мусор в низовьях водных потоков.
  Моран, как обычно, посетил место, где ручей уходил под землю, затем умылся выше по течению и решил заняться завтраком. Из еды имелось только засоленное мясо ящерицы, добытой им три дня назад. При слабом свете масляной лампы мужчина бросил несколько кусков в глиняный горшок, залил мясо водой и оставил вымачиваться. Веток с прошлого раза осталось много - за дровами можно было не ходить.
  - Милый, сейчас утро или день? - раздался сонный голос Ивы.
  - В пещерах не бывает дней и ночей.
  - Мы с тобой не жители пещер, а свободные охотники!
  Моран откатил входную задвижку и выглянул наружу: солнце только всходило.
  - Сейчас утро. А ты вставать собираешься?
  - А я уже встала!
  Моран оглянулся: действительно, обнаженная Ива уже стояла возле ручья. После умывания она направилась не обратно к лежанке, а к очагу, где жарилось мясо.
  Капельки воды на белой коже блестели в свете очага, хрупкое тело с маленькой грудью и узкими бедрами выглядело беззащитным и соблазнительным. Моран понял, что не может оторвать взгляд от островка волос между ее ног.
  - Интересно, а в этот раз мне будет больно? - смущенно улыбаясь, спросила Ива.
  - Сейчас узнаем, - ответил Моран.
  Он подхватил жену и понес ее к лежанке.
  Мужчина ласкал свою женщину, стараясь сдержать себя и не причинить Иве боль неосторожными движениями. Однако неудержимое желание заставило забыть обо всем на свете.
  - Совсем не больно.
  Ива полулежала рядом с мужем, водила пальцем по его груди и бросала на Морана короткие взгляды из-под длинных ресниц.
  - А мясо у нас не сгорело? - спросила она.
  - Оно уже готово - давно стоит не на огне. Знаешь, я сейчас понял, что очень удачно женился.
  Целой сковороды мяса хватило супругам, чтобы наесться, но голод другого рода мужчина утолил не скоро. А потом они, усталые и расслабленные, лежали, держась за руки.
  - Представь себе: ты хочешь спать, а я прошу тебя о том, что только что было между нами, - сказал Моран.
  - Заняться сексом?
  - Да.
  - Ты бы получил желаемое.
  - А если бы я попросил тебя заняться сексом как-нибудь по-особенному?
  - А как?
  - Ну, не важно.
  - Ты бы получил желаемое.
  - А если бы тебе это не понравилось, а я попросил бы тебя об этом еще?
  - Ты бы получил желаемое. Странный ты какой-то сегодня, и вопросы глупые задаешь. Я же твоя жена!
  Верилось в такое с трудом, но Моран знал, что нужно делать: скорее, как можно скорее увести жену из пещер, чтобы она даже словом не перемолвилась ни с одной женщиной!
  
  Нох не поскупился. Прочные кожаные штаны и куртки, сапоги из змеиной кожи. несколько пар рукавиц и перчаток - в такой одежде не страшны ни комары, ни холод. Два копья и два арбалета со стрелами - можно и охотиться на мелкую дичь, и защищаться от птиц или крыс. Два больших ножа и два маленьких, топор, пила, молоток, три долота для работы по камню - инструмент, которого вполне достаточно для начала. Полсотни железных штырей, которые можно забивать и в камень, и в дерево, три кожаных мешка, бурдюк для воды, сумка, длинная прочная веревка, свитая из кожаных ремешков, несколько тонких веревок из жил, запас сушеного мяса и соли - свободные охотники могли чувствовать себя уверенно.
  Пока подобрали одежду и обувь, пока протащили все через водяной затвор и перенесли в "свою" пещеру, солнце уже поднялось высоко.
  Однако этим все не закончилось: Иву поджидали две пожилые женщины, которые принялись наперебой объяснять ей, как собирать лекарственные травы, какие их части нужны, где хранить собранные листья, цветы и корни. Знахарки показывали новоявленной охотнице картинки, пытались даже объяснить, как пахнет то или иное растение. Напоследок они вручили Иве большую книгу с картинками и попросили нести "всего и побольше".
  На Морана травницы совсем не обращали внимания и ни разу к нему не обратились, ясно давая понять, что лекарственные растения - дело сугубо женское.
  
  Уходить решили утром следующего дня, а остаток сегодняшнего использовать на то, чтобы опробовать одежду и оружие. Иве не терпелось начать сбор лекарственных трав.
  На первую прогулку Моран вышел, вооружившись копьем, топором, большим ножом и арбалетом. Ива взяла арбалет, маленький нож и книгу в кожаном мешочке.
  Надежная кожаная одежда понравилась: высокие штаны с лямками и завязками на щиколотках, куртка с капюшоном, большим запахом, поясом, костяными пуговицами и завязками на запястьях.
  За выходом почти сразу же начинался лес. Мужчина и женщина шли не спеша, осторожно раздвигая траву высотой им по грудь. Слышали они только шелест листьев, шум реки и противный писк комаров. Насекомые величиной в половину мизинца человека вились около людей и не могли прокусить прочную одежду, однако от лица их приходилось постоянно отгонять.
  - Надо бы еще сетку на лицо, - заметила Ива.
  - Нужна шапка с козырьком, а уж к нему можно прикрепить сетку, - уточнил Моран.
  
  Опытный человек знает: чтобы оружие не подводило тебя, к нему нужно привыкнуть, сжиться с ним. Внешне одинаковые арбалеты бьют с разной силой, а похожие копья летят неодинаково. Поэтому с оружием необходимо упражняться.
  При этом не следует забывать, что острые наконечники стрел и копий предназначены для того, чтобы безжалостно вонзаться в живую плоть, и втыкать их в дерево не следует. Глупо также пускать стрелу или бросать копье в землю, потому что в мягкой почве может скрываться камень.
  В пещерах мишень обычно делали из старых шкур: их туго сворачивали в недлинный, но толстый рулон, затем один торец ровно обрезали - получался круг. Стрелы и копья застревали в нем, но легко вынимались и не ломались.
  Лето началось недавно, и кое-где сохранилась сухая прошлогодняя трава. Из нее Моран и решил сделать мишень. Полые стебли высотой в человеческий рост он срубал ударом ножа и резал на куски длиной в два локтя. Ива укладывала их на две лежащие рядом веревки, стараясь выравнивать один край. Потом они стянули стебли, и ровный конец полученной вязанки стал мишенью.
  Моран предполагал, что его жена хорошо владеет арбалетом, ведь это оружие - основное для "летучих мышей". Однако мужчина не ожидал, что Ива все стрелы до одной всадит точно в центр мишени. И это с тридцати шагов!
  Охотник пристрелял свой арбалет, несколько раз бросил копье и решил, что для первого раза достаточно. Мишень превратилась в кучу стеблей, а веревки перекочевал в карман куртки.
  
  - Жарко в этой одежде, и тяжелая она, - пожаловалась Ива.
  - Зато безопасно: и комары не прокусывают, и об сучок не поцарапаешься.
  Ива остановилась около травы с большими листьями, вытащила из мешочка книгу и попыталась найти в ней похожий рисунок. Судя по радостному возгласу, охотнице это удалось. Женщина принялась срезать листья длиной в полтора-два локтя.
  Моран нашел растение, корни которого годились в пищу. Осенью они достигали человеческого роста, а сейчас мужчина надергал несколько десятков корешков длиной с ладонь.
  Солнце опустилось совсем низко - пришло время возвращаться.
  Ива нарезала целую гору листьев, охотники охапками перенесли их к водяному затвору. Многоразового купания удалось избежать при помощи длинной веревки. Моран укладывал несколько листьев друг на друга, связывал их за черешки, оставляя длинный конец, и кричал в переговорное устройство. Ива протаскивала связку. Дождавшись ответного возгласа, мужчина вытаскивал половину веревки, и все повторялось.
  Несмотря на протесты Морана, Нох заплатил за листья и съедобные корни две золотые монеты.
  - Если я не заплачу сейчас, в следующий раз вы пойдете в другое племя. Давайте договоримся: теперь я даю деньги за все, но и вы бесплатно ничего не получите, - заявил помощник вождя
  Выйти решили пораньше, а все имущество забрать с собой.
  - Оставлять в пещере ничего нельзя, - сказал Моран. - Скоро придут ремонтники, а они растащат все. Если устанем, лучше по дороге что-нибудь спрячем. Зверям инструменты не нужны, а людей снаружи нет.
  Неразумно полночи любить жену, если рано утром предстоит долгая и нелегкая дорога.
  А если хочется?
  И если жена не возражает?
  Более того, ей и в голову не приходит, что она может возразить!
  Так можно уснуть только под утро, и, открыв глаза, обнаружить, что солнце уже высоко. Однако Ива совсем недавно служила в службе разведки и привыкла просыпаться в нужное время, независимо от того, когда она легла.
  Жена разбудила Морана. А когда он открыл глаза, то обнаружил, что Ива уже одета, а в пещере пахнет дымом от разожженного очага.
  Шли по берегу реки, вслушиваясь и вглядываясь, готовые дать отпор или бросить ношу и скрыться в кустах. Из-за деревьев на другом берегу показалось солнце. Слева текла река, справа круто вверх поднимался склон, поросший деревьями. Солнце поднималось все выше, а они продолжали идти то по каменистому, то по песчаному пляжу.
  
  Всему приходит конец, остановились и они. Дорогу преградила маленькая речка, впадавшая в большую. Пришлось повернуть и идти вверх.
  Подниматься, пробиваясь сквозь траву, которая порой достигает высоты человеческого роста - дело нелегкое. А если при этом надо обходить многочисленные деревья и кусты, ноша тяжела, и одежда намного теплее, чем нужно?
  Когда крутой подъем сменился ровным участком, путники остановились, сбросили поклажу и сели прямо на землю.
  - Может, переоденемся? - тяжело дыша, спросила Ива.
  Пот заливал ей глаза, но вытереть лицо кожаной перчаткой или голой рукой никак не получалось, а ничего более подходящего у нее не было.
  - И часть груза спрячем, - добавила женщина. - Надоело нести такую тяжесть!
  - Погоди. Отдохнем, осмотримся - там видно будет, - ответил Моран.
  Ходьба налегке по почти горизонтальной поверхности казалась легкой прогулкой. Продвигаясь вдоль речки, Моран и Ива подошли ко второму крутому подъему, на котором травы росло меньше, деревья попадались реже, а из земли выступало множество камней. Водный поток вытекал из скалы, составлявшей часть склона.
  Осматриваться мешали деревья и кусты, однако супруги поняли, что находятся на ровной террасе, которая тянулась вдоль большой реки.
  
  Подъем по следующему склону пришлось отложить. Причиной задержки стала большая мышь, которую Моран убил, бросив копье. Нести целиком зверя длиной более локтя охотник не захотел и потратил время на то, чтобы снять шкуру и разделать добычу.
  Пока Моран возился с мышью, Ива копошилась в траве, срезала растения, выкапывала их с корнем и спрашивала у мужа, можно ли их есть.
  В итоге мужчина разделал зверя, завернул мясо в шкуру, а все лишнее выбросил в речку. Его спутница набрала изрядный пучок съедобных трав и корений.
  После того как они одолели следующий склон, Морану пришлось спуститься вновь, чтобы забрать оставленную часть поклажи и поднять ее наверх.
  На следующей террасе росла густая трава, однако из-под земли часто выступали голые камни. Редкие деревья и кусты не мешали смотреть по сторонам. Ровный участок шириной около ста шагов тянулся вдоль каменистого склона, расположенного выше. На нем чахлая растительность встречалась только в нижней части.
  - А здесь неплохо! - сказала повеселевшая Ива. - И реку видно. Давай, поднимемся еще выше!
  
  Они одолели каменистый склон и поднялись на третью террасу, полностью лишенную растительности.
  Ива пришла в восторг:
  - Моран, смотри! И реку видно, и лес за ней. Здесь высоко, и скалы такие красивые!
  Каменистая терраса такой же ширины, как и две предыдущие, тянулась в обе стороны, насколько хватало глаз. А выше шли белые скалы, их строгая красота завораживала и наполняла душу радостью.
  - Смотри, солнышко нагрело камни - они теплые! Милый, я хочу тут жить!
  - Ива, здесь нет ни воды, ни дров.
  - Ну и что? Ты что-нибудь придумаешь - я знаю! Зато здесь комаров нет - можно ходить совсем раздетыми. И зверей нет, а если придут, мы их издалека увидим.
  - А если птица большая прилетит? Мы здесь, как на ладони.
  - Я их не боюсь. Я любой птице из арбалета в глаз попаду! - воинственно заявила Ива - Милый, давай, ты построишь здесь дом, и мы будем в нем жить.
  - Вообще-то, пещера надежнее, чем дом.
  - Я хочу дом! С дверью и окнами, чтобы всегда видеть небо. Человек должен жить под солнцем, а не под каменным сводом. Милый, что ты молчишь? Скажи что-нибудь!
  
  Порой люди принимают решения после долгих раздумий и тщательных расчетов, а иногда - сразу, совсем не думая. Что лучше? У каждого свое мнение.
  Моран ничего не ответил жене, но согласился с ней сразу же. Молчал он, потому что думал. Сказать: "Милый, я хочу тут жить!" или "Давай, ты построишь дом" - это право женщины, а построить дом, предусмотрев множество мелочей - обязанность мужчины.
  Кажется, что права и обязанности в этом случае распределены неравномерно. Однако не стоит забывать о том, что женщине предстоит наполнить дом любовью и уютом. Моран верил, что его жене такая задача по силам, поэтому построить дом хотел не меньше ее.
  - Хорошо, - сказал он жене. - Тогда пошли за дровами!
  
  Набрать в лесу сухих ветвей - дело простое. Только ближайший лес рос не близко - внизу, на склоне между первой и второй террасами. А поднимать наверх пришлось не только две вязанки хвороста, но и два десятка жердей длиной почти в три человеческих роста - Моран вырубил их в том же лесу.
  Попотели супруги изрядно. Веревка оказалась короткой, и затаскивать жерди на третью террасу пришлось в два приема.
  - Место для жилья у нас красивое, но носить все сюда мы замучаемся.
  Моран снял толстую куртку и блаженствовал, чувствуя, как ветерок обдувает разгоряченное тело.
  - Тут дров-то немного. Больше устали, пока эти длинные палки поднимали. Зачем нам они? - поинтересовалась Ива.
  Она последовала примеру мужа и тоже наполовину разделась, чем изрядно смутила спутника. Вид обнаженно женской груди вызвал у мужчины желание.
  - Это будущая защита от птиц, - ответил Моран.
  - Давай, и штаны снимем, - предложила супруга. - Жарко, зачем парится?
  Она быстро разделась и осталась только в трусиках из тонкой ткани. Вскоре Ива обнаружила, что у раздевшегося мужа ниже пояса произошли видимые изменения.
  - И как мы будем сексом заниматься? - простодушно поинтересовалась она. - Здесь же кругом одни камни!
  Выход из положения супруги нашли.
  
  Чуть позже они отдыхали, сидя на большом теплом камне.
  - Милый, когда мы будем есть? - спросила Ива. - Кажется, я скоро умру от голода!
  - Сейчас пожарим мясо, - ответил мужчина.
  Сложить простейший очаг для человека, который несколько лет имел дело с камнем - задача несложная, да и огниво любой смотритель всегда носит с собой. Совсем скоро среди камней пылал огонь.
  Ива резала мясо, Моран строгал веточки, чтобы они стали угловатыми, а не круглыми.
  - Зачем ты это делаешь? - полюбопытствовала Ива.
  - Чтобы мясо не крутилось.
  Ива следила за мясом, а Моран заострял с одного конца жерди, ставил их вертикально обработанным концом вверх и обкладывал камнями низ длинных кольев, чтобы они не падали. Когда мясо изжарилось, вокруг очага на небольших расстояниях друг от друга торчали тонкие, но высокие столбы. Держались они слабо, но мужчина планировал позже укрепить их подпорками.
  После еды Ива села на камень, прислонилась спиной к теплой скале и, устало глядя на мужа, жалобно сказала:
  - Можно я немного тут посижу?
  - Сколько угодно, только не спи, и арбалет держи наготове!
  Солнце опустилось совсем низко, а чем-либо, похожим на постель, супруги так и не обзавелись. В пещерах обычно спали на шкурах, постеленных на деревянные лежанки, на кучу травы или просто на камни. Шкур не было, изготовление лежанки из дерева могло затянуться на целый день. Оставалось запасать траву. Мужчина взял кожаные мешки, нож, копье и отправился вниз.
  
  

Глава 3

  
  Когда Моран с двумя туго набитыми мешками поднялся обратно, то увидел около сооруженного им заграждения двух больших черных птиц. Вели себя они странно: неуклюже топтались на месте, время от времени взмахивали крыльями и ничего не предпринимали. Ива стояла спиной к скале, сжимала в руках взведенный арбалет и направляла его то на одну, то на другую птицу.
  Не зря Моран потратил время на колья, совсем не зря!
  Черная ворона - птица крупная. Когда она стоит, голова твари находится на уровне груди человека. Своим мощным клювом она способна нанести страшную рану, а после нескольких таких ударов люди обычно не выживают. И черные, и серые вороны отличаются от прочих сородичей умом, наглостью, хитростью и имеют скверную привычку нападать не в одиночку, а вдвоем, втроем, а то и целой стаей.
  На этот раз у птиц ничего не получилось: колья не позволили им сразу налететь на женщину. Они опустились рядом... и узнали, как Ива умеет обращаться с арбалетом. В обоих глазах каждой из ворон торчало по стреле - видеть крылатые разбойницы уже не могли.
  Однако схватка не выявила победителей, и опасность пока не миновала. Ива, выбирая себе оружие, предпочла арбалет, который взводился без ворота, простым натяжением. Поэтому женщина и смогла опередить птиц, выпустив целых четыре стрелы.
  Увы, приобретая в одном, человек неизбежно теряет в другом - стрела, выпущенная из арбалета Ивы, летела с небольшой силой. Ослепить птиц бывшая разведчица смогла, но раны оказались не смертельными.
  Кроме зрения, у зверей есть слух и обоняние. Даже к слепой птице следовало подходить с осторожностью, но Моран не собирался выжидать. Его жена находилась в опасности.
  Мужчина подбежал к одной из ворон вплотную и изо всех сил ударил ее копьем. Острый стальной наконечник пробил голову птицы насквозь, копье застряло. Морану пришлось отскочить, чтобы не попасть под удар крыла бившейся в агонии вороны.
  В это время вторая птица бросилась на Иву, сшибая колья. Женщина отскочила и выпустила в ворону очередную стрелу, но это не остановило ослепленную и хищницу. К счастью, Моран заметил лежавший возле очага топор, подхватил его и ударил птицу по голове раз, потом другой. Отскочить мужчина не успел, получил сильный удар крылом и отлетел в сторону. Он несколько мгновений не мог понять, что происходит, ничего не видя вокруг.
  
  Когда Моран пришел в себя, обе птицы лежали без движения, а оцепеневшая Ива все еще стояла у скалы, сжимая разряженный арбалет.
  - Испугалась?
  Он подошел к жене и обнял ее. Ива прижалась к мужу и только тогда опустила арбалет на землю.
  - Сейчас страшно, а до этого некогда было, - призналась она. - Думала только о том, чтобы не промахнуться. А ты как? Сильно она тебя крылом?
  - Да нормально все. Что теперь с этими птицами делать?
  - А они на что-то годятся?
  - Мясо у них съедобное, перья, пух, кожа, сухожилия - все в дело можно пустить. Только стемнеет скоро, а мы уже устали. Можно мяса нарезать, но засолить его не в чем, и соли у нас мало. Оставлять их здесь нельзя - протухнут, вонять начнут, а на запах или зверь какой придет, или очень большие птицы прилетят.
  - А давай их вниз сбросим!
  - Только это и остается, - разочарованно согласился Моран.
  Копье и стрелы извлекли, привязали веревку к шее одной из птиц и вдвоем оттащили ее к склону. Затем приволокли второй труп. Столкнули ворон вниз. Со второй террасы сбросили птиц прямо в маленькую речку - благо, в этом месте на склоне не росли деревья.
  Вернулись, разожгли очаг, при слабом свете расстелили траву, пожарили на углях остатки мышиного мяса.
  
  Спали одетыми, проснулись с одеревеневшими телами и болью в ногах. Вчера они слишком много ходили по крутым склонам, да и постель оказалась слишком жесткой.
  - Милый, я вся грязная - давай спустимся на речку, искупаемся!
  - Там же комаров видимо-невидимо! Лучше поискать воду наверху.
  Ива озадаченно посмотрела на Морана, но быстро сообразила:
  - Точно! Там есть ручей, только отсюда я никак не определю направление.
  - И ты летала так высоко? - удивился Моран. - Ведь Коричневая гора ниже этих белых скал.
  - На крыле можно не только планировать, но и вверх подниматься, если восходящий поток поймаешь. Знаешь, как здорово!
  Лезть на крутую каменную стену - занятие неблагодарное, поэтому стоило найти дорогу полегче. После того как они прошли по террасе шагов пятьсот, Моран заметил неглубокую, но длинную расщелину, которая полого шла вверх. Супруги шли по этому желобу, даже не помогая себе руками. Лишь в одном месте дорогу преградил большой камень, но Моран ловко перелез через него и помог Иве.
  Без приключений они добрались до плато - обширной каменистой местности, почти не имевшей уклона.
  - Смотри, Коричневая гора! Ой, кто-то из наших девчонок летает! Эге-ге-гей!
  Громкий крик Ивы разнесся над пустынной каменистой равниной.
  - Думаешь, тебя услышат?
  - Конечно! Услышат и прилетят. Пойдем, я вспомнила, где этот ручей - тут совсем рядом!
  
  Вскоре они обнаружили водный поток, раза в три меньший, чем тот, что вытекал из скалы под их жилищем. Ручей тек по плато и уходил в довольно широкий провал.
  - Ага! А вот это интересно! - воодушевился Моран.
  - Что интересно? А купаться мы здесь будем? Ой, вода какая холодная!
  - Пойдем, поищем место получше.
  Моран взял жену за руку и повел ее вверх по течению ручья. Совсем скоро русло потока расширилось, а вода, до этого бежавшая, почти остановилась.
  - Вот здесь и сполоснемся! Замечательно! Просто замечательно!
   Мужчина осматривался и радовался все больше.
  - Что замечательно?
  - Смотри: если убрать этот участок скалы, а здесь сделать запруду, то ручей потечет вниз по скале, а не под землю.
  - Ну и что? А нам это зачем?
  - Там, где вода течет под землей, она обязательно промывает пещеру. Воду мы уберем, а нам достанется убежище. У нас будет своя пещера!
  - Зачем нам пещера? Ты обещал построить дом! И работы тут слишком много.
  - Дом я обязательно построю. А своя пещера тоже не помешает. А работы здесь где-то дней на пять. А теперь давай купаться!
  Купаться в холодной воде не слишком приятно, но бодрят такие процедуры великолепно. А что может прийти на ум молодым супругам, когда они бодры, чисты и радуются жизни?
  - Оказывается, заниматься сексом, когда лечь совершенно не на что, вовсе не плохо, - одеваясь, сказала Ива. - И что мы будем делать сейчас?
  - А теперь мы спустимся вниз, возьмем мешки и твою книгу. Потом пойдем к пещерам и будем собирать лекарственные травы, чтобы заработать на нужные нам вещи, - ответил Моран.
  Улыбку ему удалось скрыть, но глубокомысленные рассуждения жены по поводу секса немало позабавили мужчину.
  
  К пещерам пошли по третьей, самой высокой террасе. Идти по каменистой поверхности, пусть и свободной от растительности, совсем непросто: путь неровный, нужно постоянно смотреть, чтобы не споткнуться. Однако ничто не мешает видеть очень далеко, и поблизости нет кустов, из которых может выскочить опасная тварь.
  Терраса закончилась почти у самых пещер: ровная поверхность стала сужаться и постепенно исчезла совсем. Склон стал ровным и пологим. По этому спуску Моран и Ива вышли прямо к знакомому входу в пещеры.
  - Быстро дошли, - заметила Ива.
  - Если выровнять дорогу наверху и вырубить всю растительность на спуске шагов на десять в обе стороны, будем приходить в два раза быстрее. А теперь давай искать какую-нибудь нужную зелень.
  Ива при помощи книги опознала невысокую кудрявую траву, усыпанную зелеными шишками.
  - Рвать надо цветы, - сказала она мужу.
  - А где здесь цветы? Тут только шишки.
  - Это и есть цветы.
  Некрупные шишки прибывали медленно, к концу дня они набрали лишь два мешка.
  - Все, Ива, хватит! Пошли в пещеры!
  - Но у нас еще один пустой мешок.
  - Пора, милая! Нам еще возвращаться.
  Моран отобрал у жены заполненный мешок и завязал его кожаным ремешком.
  Невзрачные цветы привели в восторг женщин, ведавших лекарственными травами. Возвращались супруги с коромыслами на плечах. В четырех кожаных мешках они несли чугунную и керамическую посуду, запас соли, две длинные веревки и несколько пустых бурдюков, сделанных из шкур взрослых мышей. К следующему разу Нох обещал приготовить долото для дерева и бурав, а также ножницы, иглы и нитки.
  Вечер посвятили обустройству жилища: принесли еще травы на постель, срубили и подняли прямо с ветвями десяток небольших деревьев, набрали сухих веток. Моран принес два бурдюка с водой и начал делать шалаш, Ива сварила суп из кореньев и сушеного мяса.
  Секс на постели из свежей травы Иву не впечатлил.
  - Трава холодная и колючая, а когда высохнет, наверно еще сильнее колоться будет, - пожаловалась она мужу.
  - В следующий раз купим выделанных шкур, - успокоил ее Моран.
  
  На рассвете мужчина спустился вниз и вернулся с добытой ящерицей.
  Продолжилось утро привычной жалобой Ивы:
  - Милый, я вся такая грязная!
  - Подожди немного, сейчас пойдем наверх.
  С собой Моран взял две прочные жерди, кирку, молоток, долото для камня. Мужчина планировал избавиться от камня, перегораживающего желоб.
  Они перелезли через глыбу, затем Моран вырубил на стенках расщелины две небольшие площадки для ног. Стоя на них, он выбил жердью мелкие камни, которые мешали большому осколку скатиться вниз.
  Деревянные рычаги позволили стронуть большой камень, он покатился вниз, добрался до террасы и остановился только на ее краю. Теперь путь наверх стал свободным.
  Купались недолго, обратно отправились не сразу. Как можно удержаться, если женщина обнажена, а капли воды на коже делают ее и без того желанное тело еще соблазнительнее? Тем более, сама жена относится к вниманию мужчины вполне благосклонно, так как возражать в таких случаях совсем не обучена.
  После обеда опять отправились наверх, где Моран приступил к изменению русла ручья. Мужчина ударами кирки наметил, где ему предстоит выдолбить камень, и начал со стороны склона, продвигаясь к ручью. Сначала он выдалбливал в скале глубокие борозды так, чтобы средний по размерам блок оказывался свободным со всех сторон, кроме нижней. Затем Моран отделял этот прямоугольный камень от скалы при помощи тех же молотка и долота. Полученный блок мужчина опускал в ручей в том месте, где он планировал обрушить последнюю перемычку.
  - Зачем ты это делаешь?
  - Чтобы в конце работы сильный поток воды не помешал мне.
  - А как будешь вынимать эти камни из воды?
  - Придется хорошенько искупаться.
  
  Ива наблюдала за работой мужа, не забывая следить за небом и смотреть по сторонам.
  - Моран, к нам гости!
  Радостный возглас жены отвлек мужчину от монотонного занятия. Действительно, на плато плавно опускалось черное крыло с маленькой фигуркой под ним. От человека к куполу тянулись веревки, которые казались Морану совсем тонкими.
  После приземления "летучая мышь" сделала несколько шагов за продолжавшим движение крылом, на бегу потянула за известные ей веревки, и купол опал. Ива бросилась помогать такой же, как и она, невысокой и худой подруге. Вскоре начался чисто женский разговор, при котором произносится невообразимо огромное количество слов, задается множество вопросов, не требующих ответов, а интонация, с которой слова произносятся, значит намного больше, чем сами слова.
  - Милый, иди сюда! Это Эда - моя подруга. У нее тоже скоро служба заканчивается... Эда, давай к нам! Здесь чудесно! Мы чуть ниже живем, пока в шалаше, а потом Моран дом построит... Ой, что это я? Эда, это Моран! Мы с ним в первый же день после моей службы встретились и сразу поженились.
  - А ты поправилась. И красивая стала. Счастливая ты, Ива! Может, и мне повезет... Мне пора, подержите меня, пожалуйста!
  Эда потянула за веревочки, крыло наполнилось воздухом и потянуло ее к обрыву. Потом женщина крикнула: "Отпускайте!" и шагнула со скалы.
  
  Сколько нужно земляники племени из почти двух тысяч человек, если каждый съест хотя бы по горсточке? И сколько понадобится времени мужчине и женщине, чтобы собрать такое количество ягод? И пусть горсть - это всего десяток красных и очень ароматных плодов, но быстро их не соберешь. Зато и стоит земляника дорого - за корзину дают две золотые монеты.
  Моран и Ива понимали, что обеспечить столько людей им не под силу, но втянулись в бесконечный процесс сбора и переноски трав, кореньев, ягод и плодов. Сначала они уходили на промысел через день, потом два дня из трех, затем три из четырех.
  Инструментов и домашней утвари у супругов становилось все больше, кожаный мешочек с золотыми монетами тяжелел. На постели у них давно лежали одеяла из выделанных шкур мышей, а вход в шалаш закрывала толстая крысиная шкура.
  
  Новое русло для ручья Моран вырубил в скале дней через двадцать после того, как приступил к этой работе. Еще день ушел на сооружение плотины. Водный поток теперь красиво падал со скалы, а вход в пещеру освободился.
  Однако спуск пришлось отложить - этому воспротивилась Ива.
  - Дорогой, пора заняться домом, а в пещеру я тебя не пущу, пока она не высохнет! - твердо и решительно сказала она.
  О будущем доме супруги говорили каждый день. Они уже выбрали место, где он будет стоять, обговорили размеры и планировку, а также материал, из которого построят жилище. Обсуждения нередко переходили в споры, и в большинстве из них последнее слово осталось за Ивой.
  - Милый, какой в нашем доме будет потолок?
  - Каменный, как и стены. Я выложу своды, как в галереях.
  - Я не хочу, чтобы у меня над головой был камень. Ты не мог бы сделать деревянный потолок?
  - Могу, но камень крепче.
  - Ну, пожалуйста, я очень тебя прошу!
  Все споры заканчивались приблизительно так. Моран согласился и со слишком большими размерами дома, и с чрезмерно высокими потолками, и со вторым входом в жилище. Мужчина давно понял, что ему досталась умная супруга. А если жена не дура, то, может, и капризы у нее умные. Если так, какой смысл не соглашаться с женщиной?
  
  В день, выделенный для домашних дел, Моран и Ива спустились на первую террасу. Пришла пора заготавливать лес для будущего жилища. Перед тем как что-то делать из дерева, его необходимо высушить. Мужчине предстояло спилить деревья, обрубить сучья, очистить стволы от коры и оставить их в тени.
  Ива должна была бдительно охранять мужа, ведь лес полон опасностей. Свободным охотникам пока везло: крупные звери на них не нападали. Единственный раз им пришлось уступить дорогу нескольким диким свиньям, но огромных животных тогда интересовали не люди, а опавшие абрикосы, во множестве лежавшие на земле.
  Обедать отправились к жилищу. Ива, шедшая впереди, поднялась на террасу и с радостным визгом бросилась к шалашу, потому что увидела там Эду. Женщина была не одна - рядом стоял высокий сильный мужчина.
  - Герк - мой муж, - представила женщина спутника, с нежностью глядя на него.
  Женщины накрывали на стол, не умолкая ни на мгновение.
  - Как там, в пещерах? - спросил Моран.
  - Плохо! - ответил Герк - Женщины работают, постоянно что-то жуют и стали похожи на разожравшихся крыс. Они часто кричат о равных правах с мужчинами и придумывают разные поводы, чтобы отказать им в сексе. Как помешанные, заботятся о красоте лиц и мрут, точно мухи. Свободные женщины требуют золотой за полночи. Мужчины спят друг с другом и ничего, кроме работы, знать не хотят.
  За обедом женщины вновь говорили и говорили, позволяя мужчинам лишь изредка вставить слово. Моран присматривался к совсем молодому мужчине, светловолосому, голубоглазому и большеносому.
  А чуть позже Герк рассказал свою историю:
   - Я писцом в Центральном зале служил, там все обо всех знают - каждый день приходилось слушать, как люди друг о друге разные гадости рассказывают. Так надоело, что жить не хотелось. Мне двадцать один недавно исполнилось, а я каждый вечер о смерти думал... А тут такая женщина! Рыжая, лицо в веснушках. Худющая, а все равно чувствуется, что сильная... Я осторожненько стал интересоваться, нельзя ли мне с ней ложе разделить. А она мне в лоб: "Женишься - будешь меня иметь, сколько угодно. А с мужчинами я еще не спала, и, кроме мужа, ни с кем спать не собираюсь". Вот так я здесь и оказался.
  
  Герк с интересом смотрел по сторонам, счастливо улыбался и смешно морщил свой большой нос.
  Жить в пещере молодожены не захотели и решили обосноваться неподалеку. Следующий день занимались обустройством Герка и Эды, а потом стали ходить на промысел вчетвером.
  Через пару дней они уже собирали сливы, которые Герк стряхнул с ветки при помощи длинной палки.
  - Хочу бегло обследовать пещеру и, если получится, прорубить из нее выход на нашу террасу, - поделился Моран.
  - Зачем?
  Ива смогла выразить недовольство единственным словом. Женщине не нравились пещеры и все, связанное с ними.
  - Во-первых, там наверняка есть вода, а то ходить далеко, что вверх, что вниз. Во-вторых, мы получим убежище на случай опасности. В-третьих, я прорублю тоннель и заодно наломаю камня для строительства дома.
  Последний аргумент мужа убедил даже Иву, и на следующий день Моран впервые спустился в пещеру.
  Он рисовал угольками схемы на белых стенах и продвигался дальше. Мужчина уже выбрал место, из которого собирался прорубаться на террасу. По всем замерам и расчетам выходило, что длина туннеля будет около пятидесяти шагов, а высота выхода над террасой - примерно два человеческих роста.
  
  

Глава 4

  
  Герк служил в Центральном зале и немало времени проводил в библиотеке, поэтому в его голове обитали всевозможные идеи, а мысли молодого мужчины нередко оказывались весьма неожиданными.
  Вот и сейчас он спросил у Морана:
  - Ты знаешь, каких зверей нам следует опасаться?
  - Их много, - ответил Моран. - С медведем, волком, лисой, кошкой и дикой свиньей человеку не справиться. Могут напасть барсук, куница, хорек, большая птица, змея. Лучше держаться подальше от крупных травоядных животных. Даже заяц изувечит человека, если столкнется с ним на бегу.
  - А ты слышал о порохе? - сменил тему Герк.
  - Слышал. Это такой порошок, им взрывают камни. Грохот при этом ужасный!
  - Знаешь, как это делается? Сначала в скале выдалбливают узкую и глубокую выемку, потом помещают туда порох и плотно закупоривают отверстие, выводя наружу только фитиль. Остается только его поджечь и бежать. Порох быстро сгорает, то есть взрывается, и скала разваливается на куски... А если насыпать порох в железный кувшин с узким горлышком, а потом поджечь?
  - Порох взорвется, кувшин разлетится на куски. Будет грохот и, возможно, огонь.
  - А что будет, если кувшин с зажженным фитилем бросить под ноги зверю?
  - Порох взорвется и любой, даже самый большой зверь, испугается и убежит. Я все понял, только фитиль надо будет поджечь быстро - огнивом не получится.
  - Значит, надо иметь при себе зажженную масляную лампу.
  Моран почти не бывал в пещерах. Продажей и покупками занималась Эда. Женщина отчаянно торговалась, и получалось это у нее весьма неплохо.
  - Хорошо, что я тебе ничего не продаю, а то остался бы в убытке, - смеялся Герк.
  Однако и Эде пришлось заплатить за порох немалую цену. Каждый кувшин обошелся свободным охотникам в пять золотых монет. Четыре сосуда пока спрятали, но всем стало спокойнее, ведь теперь они могли защититься от любого зверя.
  
  Моран уже совсем не ходил на промысел. В дни, когда все оставались на террасе, он уходил вниз с Герком охотиться или заготавливать лес. Аккуратные штабеля бревен лежали на первой террасе, но мужчины продолжали рубить деревья. Эда тоже хотела жить в доме.
  - Как мы будем их поднимать? - поинтересовался Герк.
  - Хочу сделать ворот. Металлические части закажем в пещерах, а остальное нам под силу самим.
  В остальные дни Моран пропадал под землей. Проход в скале постепенно удлинялся, ровные стопки прямоугольных камней вырастали в пещере. Ел Моран там же, где работал, выходил наружу только тогда, когда за ним выходила Ива.
  Жена за время жизни на поверхности немного поправилась и удивительно похорошела. Даже после тяжелого рабочего дня желание переполняло Морана, и он ничего не мог поделать с собой. Ива называла секс в пещере бродячим.
  - Почему бродячий? Ведь секс никуда не ходит - он всегда с нами, - удивлялся мужчина.
  - Мы, как бродяги - значит, секс тоже бродячий.
  
  В этот день Ива пришла намного раньше, чем обычно - Моран даже пообедать не успел.
  - Собирайся скорее, нас ждут! - выпалила жена, не успев подойти.
  Мужчина понял, что привычного удовольствия сегодня не будет, окинул взглядом супругу, вздохнул, но спорить не стал.
  Ждала их миловидная, но грустная молодая женщина.
  - Моран, это Сида. Можно, она тоже станет твоей женой?
  Слова Ивы ошеломили Морана, он на время потерял дар речи, да и что делать, тоже не представлял. В пещерах ни один мужчина не имел больше одной жены. Любая супруга устраивала скандал, узнав, что муж разделил ложе с другой женщиной.
   А тут собственная жена предлагает ему жениться еще на одной женщине.
  Признаться, такого удовольствия, как с Ивой, Моран не испытывал ни с одной женщиной. Супруга не имела привычки отказывать ему в сексе, и спать еще с кем-то, кроме жены, мужчина совсем не хотел.
  Кроме того, у каждой женщины есть свои желания и капризы, многие из которых приходится удовлетворять мужу. А если жены две, то и желаний получается в два раза больше.
  - Давай отойдем!
  Моран взял жену за руку и продолжил разговор, когда они отошли от Сиды шагов на тридцать.
  - Что ты придумала?
  - Сида ушла со службы год назад и до сих пор не нашла мужа. Ей уже двадцать шесть - времени нет. Милый, пожалуйста!
  - Ива, ведь я ее не знаю, и она меня видит в первый раз. Мужчина и женщина должны сначала познакомиться, присмотреться друг к другу, полюбить и только потом пожениться.
  - А ты меня знал и любил, когда на мне женился?
  - Тогда у нас все очень быстро получилось, но сейчас-то я тебя люблю!
  - Вот женись на Сиде и люби ее!
  - А как же она? Ведь я могу ей не понравиться.
  - Если поженитесь, она будет любить, потому что жена должна любить мужа. Ведь я тебя люблю!
  - Нет, Ива, я так не могу.
  
  Наверно, супруги могли еще долго спорить, но Ива приберегла довод, который все решил в ее пользу.
  - Знаешь, Моран, я беременна, и мне теперь нельзя с тобой спать.
  - Надолго?
  - Пока не рожу. Если ты не женишься на Сиде, у тебя очень долго совсем-совсем не будет секса!
  Такое будущее совсем не устраивало Морана, поэтому возможные неудобства показались ему малозначимыми, а собственные возражения - надуманными. Потребности, как всегда одержали верх над правилами, условностями и умными мыслями - мужчина согласился.
  Позже он понял, что его все-таки обманули: не было полного воздержания со стороны Ивы, да и секс оказался занятием с множеством весьма любопытных вариантов.
  - Сида, я согласен взять тебя в жены, - совершенно искренне сказал Моран.
  - Моран, я согласна выйти за тебя замуж, обещаю быть верной и преданной, - ответ был ожидаемым.
  - Мы что, теперь втроем в одном шалаше жить будем? - потихоньку спросил Моран у Ивы.
  - Построим еще один шалаш рядом с нашим, и я пока буду в нем спать, - ответила уже не единственная, но первая жена.
  
  Мужчины делали каркас будущего жилища.
  - Что будем делать? - спросил Герк.
  - А что сделаешь, ведь я уже согласился.
  - Дело не только в том, что тебе всучили еще одну жену. Сида ушла со службы год назад, не нашла мужа и явилась сюда. Откуда она о нас узнала?
  - Это просто: пришла к "летучим мышам", они ей и рассказали.
  - Правильно! Получается, что те, кто отслужили, и те, кто еще служат, поддерживают связь. А ты не боишься, что все бывшие разведчицы, которым не удалось устроиться в пещерах, скоро будут здесь?
  - Ты думаешь, их много?
  - Могу рассказать о тех, кто еще не уволился. В отряде тридцать человек, служит каждая с шестнадцати до двадцати пяти лет. Раздели тридцать на девять и получишь, число женщин, которые ежегодно будут приходить к нам. Больше им деваться некуда, потому что от жизни в пещерах они уже отвыкли. Появляться они будут с мужчинами или без них. Если они не найдут мужей, у нас с тобой будет по несколько жен, мы все время будем проводить в постели, и нас будут ненадолго выпускать, чтобы погреться на солнышке.
  Нарисованная Герком картина выглядела не слишком привлекательно.
  - Я бы предпочел, чтобы они приходили с мужчинами, - решил Моран.
  - Согласен. Откуда ты узнал, что мужчина, который женится на отставной разведчице, может уйти в свободные охотники без выкупа?
  - От Ивы.
  - А я от Эды. Получается, что мужчины в племенах не знают о такой возможности!
  - Нужно поговорить с Нохом. Наверно, он поможет.
  - Должен: чем больше нас, тем ему выгоднее, ведь все добытое мы несем в его племя. Кстати, он недавно стал вождем.
  
  Пока строили шалаш, Моран присматривался к новой жене. Невысокая, как и все "летучие мыши", худая - похоже, после отставки в весе совсем не прибавила. А в остальном - полная противоположность Иве. У первой жены лицо вытянутое, носик длинноват, рот большой, огромные карие глаза и шикарные черные волосы. А Сида круглолицая, курносая, серые глаза у нее небольшие , а русые волосы очень коротко подстрижены - обычная внешность, не красавица и не дурнушка.
  Двигаются женщины тоже по-разному. В отличие от порывистой Ивы, движения у Сиды плавные, короткие и очень точные. Поведение у каждой тоже свое. Ива постоянно говорит, смеется, возмущается, хмурит лоб или улыбается. Сида спокойна и немногословна, а лицо у нее не такое подвижное.
  Чуть позже выяснилось, что решительности новой жене не занимать. Едва они остались в шалаше наедине, Сида прижалась к Морану, чмокнула его в щеку и принялась стаскивать с себя одежду.
  Встретив недоуменный взгляд мужа, она попросила:
  - Раздевайся, пожалуйста!
  Сида ласкала мужа неумело, но старательно и искренне, ответные ласки воспринимала с явным удовольствием. Неловкость, сначала охватившая супругов, ослабела и вскоре исчезла совсем.
  Она вздрогнула, но не издала ни звука. Чуть позже Моран понял, что жена отвечает на его движения.
  - Я думала, будет что-то страшное, а мне было почти не больно, и крови совсем чуть-чуть, - с облегчением сказала Сида. - Наверно, женщины устроены по-разному, или ты умелый мужчина.
  - Решительная ты женщина! Мы и сказать друг другу ничего не успели, а ты меня уже в постель затащила, - с улыбкой ответил Моран.
  - Я целый год жила в пещерах и пыталась найти мужа. Выслушивала ложь мужчин, которые хотели только переспать со мной. Искала и не находила! Ты думаешь, это приятно? Я много раз слышала, что секс в первый раз приносит только боль и разочарование - вот и решила поскорее покончить с неприятностями.
  - Ну и как?
  - Кажется, все плохое кончилось еще раньше.
  
  Моран выглянул наружу.
  - Еще светло. Хочешь, я покажу тебе пещеру?
  Само подземелье Сиду не впечатлило, но когда в тусклом свете масляной лампы она увидела стопки камней и длинный проход, вырубленный в скале, женщина пришла в восхищение.
  - И это все ты сделал один? Вот это да! А много еще осталось?
  - Думал, что закончу через пятьдесят шагов, а прорубил семьдесят и до конца еще не дошел. Видимо, ошибся в расчетах.
  - А куда ты прорубаешься?
  - К нашим шалашам.
  - Мне кажется, ты хочешь заняться со мной сексом, - Сида внезапно сменила тему. - Я буду этому только рада - не бойся и не стесняйся, пожалуйста!
  Моран не встречал женщины, более внимательной к нему и к его желаниям. Позже ему удалось расспросить жену о жизни в пещерах.
  - Полгода в одном племени шила одежду, полгода выделывала шкуры в другом месте, - коротко ответила Сида.
  Вскоре он понял, что сильно привязался к этой спокойной и немногословной женщине.
  
  Моран и Герк шли к Ноху. Шагали по верхней террасе, не спешили. Мужчины время от времени останавливались, убирали с дороги большие камни и заваливали мелкими осколками самые глубокие ямы. Конечно, тропа пока еще оставалась неровной, но свободные охотники рассчитывали, что скоро будут возить здесь тележки.
  Накануне Моран все-таки прорубился из пещеры. Выход получился выше, чем планировал неутомимый работник. Однако расстраивало мужчину не то, что придется делать лестницу высотой в три человеческих роста - женщины категорически отказывались жить в пещере.
  Оставалось укреплять ненадежные шалаши и выкладывать в них очаги из камня, который планировали использовать для стен дома.
  - Надо уже глину от речки носить и замачивать, - заметил Моран. - Только по склонам с грузом ходить устанешь - пора лестницы делать. Столько дел! Может, бросить пока весь промысел? У нас и так всего много. Зачем нам еще инструмент и утварь?
  - Про золото не забывай. Оно нам всегда пригодится.
  - Слушай, Герк, ты говорил, что в пещерах много женщин умирает - значит, остаются свободные мужчины. А если их позвать к нам?
  - Так надо выкуп платить. Откуда у них такие деньги?
  - А может, нам самим за них заплатить? У нас-то золото есть.
  - У вдовцов обычно дети имеются.
  - А мы и за детей заплатим! Ты об этом с Эдой поговори. Она у тебя женщина умная - глядишь, еще что-нибудь придумает.
  Суть дела Нох уловил быстро:
  - Значит, надо, чтобы в каждом племени рассказали, что любой мужчина, желающий стать свободным охотником и согласный жениться на бывшей разведчице, может получить разрешение бесплатно. Пусть подают прошение в Центральный зал, а закончившие службу женщины просто пойдут по известным адресам и попробуют с этими мужчинами договориться... Скоро совет вождей, там я об этом и поговорю. Думаю, если я возьму с собой несколько мешков сушеных фруктов, слушать меня будут внимательно.
  
  Вопреки опасениям Герка, маленькое поселение не заполонили "летучие мыши", вышедшие в отставку. Пришла только одна женщина, закончившая службу полгода назад и не нашедшая своей доли в пещерах.
  Эда отреагировала мгновенно. Уже через день она привела мужчину лет тридцати.
  - Рудознатец! И заплатила я за него всего пятьдесят монет!
  - Что так мало? - удивилась Ива.
  - А он, как только услышал, что у нас есть неисследованная пещера, и не открыто ни одного производства, сразу же стал собираться. Отдал на выкуп все деньги, что у него были - сто золотых, а остальное добавила я, - доложила Эда, очень довольная удачной сделкой.
  Рудознатец, сказал, что его зовут Марк, и сразу же отправился к схеме пещеры, нарисованной Мораном на стене возле лестницы. Мужчина долго рассматривал изображение, довольно хмыкал и что-то бормотал себе под нос. А потом собрался и, даже не взглянув на женщину, предназначенную ему в жены, исчез в пещере почти на сутки.
  Вернулся Марк усталый и довольный, принес небольшой, но тяжелый мешочек и сообщил, что соль у них теперь есть своя, и носить ее из пещер не нужно. На бывшую "летучую мышь" мужчина по-прежнему не обращал внимания и, видимо, считал женитьбу делом совсем не обязательным.
   Однако женщина имела другое мнение и в следующий поход по подземельям отправилась вместе с Марком. Что происходило в пещере, никто не узнал, но на поверхность вышла супружеская пара, а не просто мужчина и женщина.
  
  С тех пор во всех походах Марка сопровождала жена.
  Через несколько дней рудознатец заявил, что, кроме соли, соды и воды, в пещере ничего полезного нет, утратил к подземелью всякий интерес и занялся исследованием окрестностей. Выяснилось, что к жизни на поверхности Марк не приспособлен, а такое качество, как осторожность, отсутствует у него полностью.
  - Взял в руки какой-то камень, рассматривает и идет вперед. А там большущая змея! Я ему кричу, а он все равно идет! Пока не догнала и за шиворот не схватила, так и шел, - как-то жаловалась подругам его жена.
  Супруга оберегала Марка, как могла. К счастью, получалось это у нее неплохо. Как всякая "летучая мышь", она прекрасно владела арбалетом, поэтому в походах не только охраняла мужа, но и охотилась. А мужу доставалась роль носильщика. В племени довольно быстро привыкли, что из походов Марк возвращается, согнувшись под тяжестью ящерицы или парочки мышей. Жена налегке шла следом.
  Через месяц Марк подвел итог своим странствиям:
  - Есть каменный уголь, медная руда и три вида глины. Железной руды нет, золота и серебра нет - в целом, небогато. Есть еще интересная горка, в которой много чего можно накопать, но понемногу.
  
  После этого выяснилось, что Марк может не только бродить по окрестностям, приводя в ужас жену своей выдающейся неосторожностью. Мужчина обосновался на берегу реки, там, где в нее впадал ручей, созданный Мораном.
  Любой металл, керамическую посуду, кирпич, стекло, известь - все это не получить без печи. Но чтобы ее сделать, надо потратить много труда. Печь выкладывают из кирпича, а его нужно сформовать из глины, высушить и обжечь. Для сушки нужны навесы. Глину нужно залить водой, дать ей набухнуть и размять. Для замачивания глины нужна емкость, которую надо еще сделать.
  Почти каждый день, рано утром Марк уходил вниз и возвращался поздно вечером. Жена безропотно отправлялась с ним, помогала мужу, оберегала его и решительно пресекала все попытки устроить ночлег на рабочем месте.
  
  С многих деревьев облетела листва, все чаще шли дожди - наступила зима. Герк вычитал в книге, что где-то далеко зима еще холоднее, вода замерзает и становится твердой, как камень, а с неба идет не дождь, а летят белые хлопья - снег.
  Для Морана книги были самой большой загадкой в жизни. Например, в книге Ивы нарисованы и описаны разные травы - значит, люди когда-то много находились на поверхности. Иначе откуда они так много узнали о растениях? В книге, о которой рассказывал Герк, описывались какие-то далекие края - выходит, люди там были, а может быть, и жили. Почему же сейчас они не хотят выходить из пещер?
  В отличие от большинства людей, Моран на поверхности бывал часто, о смене времен года имел представление и знал, что зима продлится около двух месяцев.
  Жить в пещере никто не захотел, пришлось утеплять каждый шалаш вязанками из тростника, у входа делать небольшую пристройку и вешать вторую шкуру.
  
  Думая, как сделать очаги для обогрева шалашей, Моран изрядно поломал голову. Во-первых, в маленьком жилище нормальная печь попросту не помещалась. Во-вторых, искра от очага могла поджечь лежанку или сухой изнутри шалаш. В третьих, чтобы не задохнуться от дыма, пришлось бы делать высокую трубу для создания хорошей тяги.
  В итоге Моран сделал печь, у которой в шалаше разместилась только глухая задняя часть, а топка и дымоход располагались снаружи. Такой очаг обогревал больше наружный воздух, чем жилище, но и внутри хватало тепла. А вот дым и искры в шалаш не попадали совсем.
  Моран сложил шесть таких очагов, и запасы камня уменьшились. Однако мужчина достаточно быстро восполнил потерю - на стены дома должно было хватить.
  Правда, для строительства требовались не только камни, но и бревна, доски, гвозди, известь, глина. А еще предстояло много потрудиться.
  Впрочем, дом строили всем племенем. В последнее время Моран только заготавливал каменные блоки и делал окна и двери из сухого дерева. Со всем остальным управились без него. Бревна, заготовленные летом, подняли наверх и уложили под навес. Там же лежал тростник для кровли. Рядом высилась горка песка, принесенного с берега реки. В пещере уже имелся запас извести, принесенной из племени Ноха. Там же заказали оконное стекло, железные петли и ручки для окон и дверей.
  
  Чтобы обустроиться на новом месте, нужно немало потрудиться. Каждый день работал Моран, каждый день работали все. Вместе с началом зимы пришли еще две "летучие мыши", почти одновременно закончившие службу. Они все-таки нашли мужей в пещерах, но избранниками двадцатипятилетних женщин оказались совсем молодые мужчины, которым едва исполнилось восемнадцать.
  - А постарше никого не нашлось? - спросил Моран у Ивы.
  - Кроме этих двоих, из почти десяти тысяч мужчин, живущих в пещерах, прошение не подал никто. Первая женщина еще выбирала, а вторая уже нет, - грустно улыбнулась жена. - Да и причем здесь возраст? Ты посмотри на них: они же счастливы!
  Действительно, новые жители с радостью и надеждой смотрели вокруг, и с обожанием - друг на друга. Да и почему бы им не быть счастливыми? Мужчины получили свободу и жен, с которыми не могли сравниться обитательницы пещер. А бывшие "летучие мыши" стали семейными женщинами и по-прежнему могли видеть небо и солнце. Не об этом ли они мечтали последние годы своей службы?
  
  

Глава 5

  
  То, что в окрестностях видели следы большой кошки, Моран слышал, но не придал этому большого значения. В лесах бродят разные звери, и многие из них опасны. Естественно, он заметил, что Марк и его супруга перестали пропадать у реки, а начали ходить на промысел вместе со всеми. Разумеется, Моран заметил, что спать он ложится с одной женой, а просыпается с другой. Однако мужчина давно решил, что женщины сами разберутся, когда и кто будет с ним спать. А то, что жены остаются и помогают ему строить дом, Морана только обрадовало, ведь каменные стены начали расти быстрее.
  Разбудил Морана страшный грохот. Он выскочил из шалаша и при свете луны увидел кошку. Большой пятнистый зверь не двигался. Рядом с соседним шалашом стояла Сида и сжимала в руках копье.
  Взрыв кувшина, начиненного порохом, разбудил всех. Мужчины и женщины, готовые защищаться, стояли около своих жилищ. Однако копья и арбалеты не понадобились: зверь уже погиб, а его морда превратилась в кровавое месиво.
  Как рассказала Сида, животное оказалось слишком любопытным и решило проверить, что за предмет бросили ей под ноги. Погибла кошка мгновенно.
  Зверя решили не трогать до утра, и до рассвета Моран любил Сиду, которая никак не могла насытиться мужчиной и требовала новых ласк.
  - Значит, вы дежурили вдвоем, по очереди? - уточнил Моран.
  - Да, у нас в шалаше всю ночь горела масляная лампа, а кувшин лежал под рукой, - ответила Сида.
  - Почему вы ничего не сказали мне и другим мужчинам?
  - Зачем? Все мужчины целыми днями работают - по ночам они должны отдыхать.
  
  Ива и Сида по-прежнему помогали Морану. К началу весны стены закончили, окна и двери ждали своей очереди. Крышу сделали за пять дней, но трудились при этом все мужчины племени.
  После этого дело встало: не было кирпича для печей и досок для пола и потолка. Кирпич в скором времени обещал изготовить Марк, а доски предстояло напилить. Моран и Герк уже пытались это делать - получалось медленно, а сил уходило много.
  - Рожу - буду жить в доме! - заявила Ива.
  - Без печи? - удивился Моран.
  - Сейчас уже тепло, а будет еще теплее.
  - А пол и потолок?
  - Разве в шалашах есть полы и потолки?
  
  У Герка регулярно появлялись идеи. К сожалению, осуществить удавалось лишь ничтожную часть замыслов.
  Некоторые задумки на корню рубила жена.
  - Почему из пещер мы все носим на себе? Ты видела, как плывут по реке кусты и деревья? Надо связать несколько бревен, и весь груз перенесет река.
  - Во-первых, бревна придется тащить обратно, чтобы отвезти на них следующий груз. А во-вторых, мне нравится быть твоей женой, - улыбнулась Эда.
  - А при чем здесь это?
  - Если ты утонешь, я буду уже не женой, а вдовой.
  Кое-что удалось осуществить. Заготавливая лес для дома, Герк и Моран рубили не очень большие деревья. Однако в лесу стояли гиганты с толщиной ствола в несколько шагов. Одно из таких больших деревьев Герк свалил, разрубил ствол на части и начал делать из них большие деревянные чаны и корыта.
  Грубо сработанные заготовки подняли на верхнюю террасу при помощи ворота, а там Моран сделал их ровными, гладкими и красивыми. Часть из них впоследствии Сида использовала для выделки кожи, а остальные просто заливали водой, ждали, пока она нагреется на солнце, и мылись ей.
  Большинство идей Герка оставались невостребованными из-за нехватки времени и сил. Порой просто не было нужных материалов и приспособлений.
  Мужчина знал, что в племени Ноха есть семена растений. Герк очень хотел вырастить их, попробовать плоды. Замечательным местом для посева казалась вторая терраса, ведь там почти не было деревьев. Однако перед посевом землю требовалось разрыхлить, убрать траву и камни. В первую весну руки до этого не дошли.
  Герк мечтал об одежде не из шкур, а из ткани, хотел ловить рыбу и охотиться на больших зверей, планировал установить возле жилищ большие арбалеты для обороны. Однако приходило время сбора каких-нибудь плодов, орехов или кореньев, и осуществление идеи приходилось откладывать.
  Подлинной страстью Герка были книги. Читать их он мог часами, но книги находились в библиотеках пещер, а попадал в них любознательный мужчина крайне редко.
  - Эда, почему мы не покупаем книги? - как-то спросил он у жены.
  - Милый, я вижу, как тебе хочется их иметь. Я понимаю, что книги нужны племени, но они слишком дороги.
  Действительно, цена на книгу доходила до ста золотых.
  Как всегда, выход нашли женщины. Зимой племя заготавливало тростник для племени Ноха, и часть платы за эту работу взяли бумагой. Из листов сшили тетради, и беременные женщины немало времени проводили в библиотеках, переписывая нужные и интересные сведения из книг.
  
  Быстро пролетела короткая весна, вновь началась пора сбора трав. Только с книгой теперь ходила Сида, а Иве пришло время рожать. В самый последний момент женщина все-таки решила уйти в пещеры под присмотр опытных женщин. Через неделю Ива вернулась в сопровождении радостной Сиды и гордого Морана, который нес маленькую дочь.
  
  Еще одна "летучая мышь" закончила службу - в племени появилась еще одна женщина. Эда, несмотря на увеличившийся живот, оставалась по-прежнему бодрой и деятельной. Поиски мужчины она откладывать не стала, но в этот раз в пещеры пошла не одна, а вместе с будущей женой пока еще неизвестного мужа.
  Вернулись женщины вместе с очень стеснительным мужчиной лет тридцати пяти и его двенадцатилетней дочерью.
  Больше всех появлению нового мужчины обрадовался Марк.
  Эда подошла к рудознатцу и сказала:
  - Гончар! Принимай, а то все уши прожужжал: "Нам нужны гончар и кузнец, гончар и кузнец". Получай гончара, а с кузнецом я тоже договорилась - через несколько дней придет.
  За гончара и его дочь выкуп пришлось платить полностью. Чиновники в Центральном зале заявили, что бесплатно переходить в свободные охотники вдовцы не могут. Вскоре Эда пошла в пещеры и отдала деньги за кузнеца и двоих его сыновей, юношей шестнадцати и четырнадцати лет.
  Золота почти не осталось, но племя выросло еще на пять человек.
  
  Эда вернулась из пещер поздним вечером и зашла в большой новый дом, где обычно собирались люди, чтобы поговорить и обсудить последние новости.
  - На совете вождей был большой скандал, - сообщила Эд., - Теперь за переход в свободные охотники придется платить не в Центральном зале, а в племени. Размер выкупа будет определять вождь.
  - Какая разница? - подал голос Герк.
  - Это значит, что человека, хорошо знающего какое-нибудь ремесло, к нам вообще не отпустят, а за других мужчин заломят несусветную цену, - ответила Эда. - Но это еще не все. Во-первых , отменили закон, по которому мужчины, женившиеся на бывших разведчицах, бесплатно уходили в свободные охотники. Во-вторых, вожди решили, что летучие мыши больше не нужны. В отряд не будут набирать новых девушек. Осталось двадцать шесть человек. Они отслужат - службы разведки не станет.
  - Раньше были нужны, а теперь нет. Почему? - спросил Марк.
  - Воздушные разведчицы предупреждают о появлении больших зверей, об обвалах, наводнениях и прочих происшествиях. Сейчас никто не выходит на поверхность. К реке построили каменные галереи. На участках, которые затопляет весной, ставят временные укрытия из металла. Из таких разборных клеток охотятся на мышей - встраивают в них ловушки. Поэтому и решили, что предупреждать больше некого, - ответила Сида.
  
  Наладить любое производство - дело хлопотное, требующее уйму сил, времени и денег. Казалось бы, изготовить и обжечь кирпич - ничего сложного. Понятно, что работы много, но вот уже все позади - кирпич готов, пора доставать его из печи.
  Тут выясняется, что продукт не так хорош, как хотелось бы, потому что каждая глина имеет свой состав и требует разных добавок. Например, если кирпич предназначен для топки печи, в него неплохо добавить измельченный обожженный кирпич или размолотые горшки, которые потрескались при обжиге.
  А вручную раскрошить кирпич не так просто. Да и глину мять лучше не голыми руками или ногами. Люди давно заставили работать на себя текущую воду, устанавливая водяные колеса и приспосабливая к ним разные механизмы. Однако изготовить и установить водяное колесо - это тоже большая и сложная работа.
  Как только дело касалось изготовления посуды или инструмента, выделки шкур или обжига извести, свободные охотники понимали, что проще, дешевле и быстрее все купить в пещерах. Выгоднее собирать травы, плоды, орехи и коренья, продавать их, а на вырученные деньги покупать все необходимое.
  Платили в пещерах хорошо. А деньги были нужны, очень нужны! Нередко на скалу приземлялись черные фигурки, и женщины племени шли к своим подругам. Все знали, что в конце концов все воздушные разведчицы придут к свободным охотникам. "Летучие мыши" уже привыкли к небу и не могли жить под каменными сводами.
  В отличие от женщин пещер, каждая летунья хотела выйти замуж и родить детей, поэтому племени требовались мужчины. А где их взять, если жители пещер не хотят выходить на поверхность? К тому же, немногих согласных на переселение не пускают вожди их племен.
  Конечно, мужчинам можно объяснить, что на поверхности лучше. А вот на вождей действуют только деньги, и лучше, если это деньги большие.
  Поэтому гончар и кузнец чаще собирали сливы и абрикосы, чем посвящали себя глине или железу. Поэтому беременная Сида сменила Эду, которая только что родила сына. Теперь жена Морана пропадала в пещерах, искала мужчин, согласных перейти к свободным охотникам, и пыталась договориться с вождями. А отслужившие "летучие мыши" просто приходили в племя и отдавали все деньги, которые у них были.
  Последняя из пришедших долго не раздумывала и вышла замуж за кузнеца. Чего ждать, если нет выбора? И что думать, если красивый и сильный мужчина смотрит на тебя с надеждой и нежностью?
  
  Сида вернулась из пещер с совсем молодым мужчиной, скорее юношей.
  - Выкупила недорого - всего сто монет. И парень, вроде бы, неплохой.
  - Ну, рассказывай, что это вождь с тобой так легко расстался? И почему ты к нам уйти согласился? - Герк начал расспрашивать новенького.
  - А я с дочкой вождя переспал, - совсем не смутившись, ответил парень. - Дочку вождь в соседнее племя за сына их вождя замуж выдал, а меня сюда отправил.
  - И ты согласился?
  - А почему нет? Там бы вождь мне все равно житья не дал, да и женщин нормальных в пещерах уже не осталось - одни крысы жирные.
  Соблазнитель знатной девушки оказался необычным парнем. Он сразу же влюбился в реку и, как только выдавалось свободное время, бежал на берег. Его не пугали ни заросли, через которые он пробирался, ни опасности, подстерегающие у реки. Когда Герк объяснил любителю воды, как делается ловушка для рыб, парень с воодушевлением принялся рубить колья и забивать их в дно реки, сооружая лабиринт. Вскоре рыба стала обыденной едой в племени.
  Женился новичок тоже не как все. О чем он так долго разговаривал с молоденькой разведчицей, прилетевшей в гости, никто не слышал. Только на следующий день девушка прилетела опять и стала его женой.
  
  Дом достроили только к началу зимы. Доски пилили урывками, потому что Герк ходил на промысел, а Моран строил кузницу. Хороший кирпич для печей сделали тоже только в конце лета.
  Жилище получилось на загляденье: небольшая комната на входе, где можно оставить верхнюю одежду и обувь, рядом - большая кладовка, а дальше - огромная комната, в которой легко убиралось все племя. Из большого помещения шли двери в четыре маленькие комнаты и кухню. Очаг на кухне и большая печь нагревали дом так, что в нем становилось жарко, как летом на солнцепеке. Ровный деревянный пол, гладкий и теплый; потолок тоже сделали из досок, а сверху его утеплили тростником.
  Хороший получился дом - уютный, теплый и большой.
  Только Морану здесь места не хватало - мужчина по-прежнему спал в шалаше. Лишь Ива приходила, чтобы скрасить его одиночество. Если честно, Моран с нетерпением ждал прихода жены. Ива и раньше не отказывала ему в сексе, а теперь общалась с мужем намного жарче и самозабвеннее. Однако приходила жена ненадолго, ведь ее ждала маленькая дочь.
  Остальные помещения в доме занимали Эда с маленьким сыном, Сида, которая вот-вот должна была родить, и очень высокая, но худая девица.
  - Пришла маленькая, а за год вытянулась - выше всех стала. С таким ростом она все равно будет тяжелой - нельзя ей летать, - сказала ее спутница, когда они с девушкой прилетели в гости.
  Старшая разведчица улетела, а неудавшаяся "летучая мышь" осталась.
  Жила девушка в маленькой комнате, ходила вместе со всеми на промысел, а все свободное время проводила в кузнице. Интересовали ее совсем не инструменты и оружие, а старший сын кузнеца. Интерес этот был взаимным, потому что парень часто гостил в доме.
  
  Вечерами племя почти в полном составе собиралось в большой комнате. Пили горячий травяной отвар и разговаривали. Моран уходил вместе со всеми. Если честно, он просто не хотел спать в доме с таким количеством людей и маленькими детьми. В шалаше было уютнее.
  Печи для обжига керамики и выплавки металлов стояли на берегу реки. Кузницу построили выше, на первой террасе.
  Когда дело дошло до инструмента и приспособлений, выяснилось, что купить в пещерах слитки железа или чугунные чушки невозможно.
  - Сволочи! - возмущался кузнец. - Готовые клещи - пожалуйста, а продать железо, чтобы я выковал из него то, что хочу - видите ли, нельзя! Даже наковальню готовую покупать пришлось.
  Разговор шел на ежевечерних посиделках в большом доме.
  - Марк! - продолжил кузнец, - Ты рудознатец - найди железную руду!
  - А у тебя разве работы нет? - невозмутимо ответил Марк. - Медь и бронзу мы уже плавим. Куй из бронзы скобы, гвозди, петли для дверей и окон, ведь скоро еще дома строить начнем. Попробуй проволоку из меди сделай. Знаешь, как?
  - Нет, в пещерах ничего такого не делают. Объяснишь? - успокоился и заинтересовался кузнец.
  - Объясню. А железную руду я, может, еще найду. Надо в земле возле реки попробовать.
  Дома решили строить небольшие. Маленький домик и строить быстрее, и материала на него нужно меньше. А жить в шалашах всем надоело.
  
  Строительство жилища требует немало труда: бревна и жерди на каркас надо заготовить и поднять в гору, тростник нарезать и принести с берега реки. Кирпич тоже обжигали внизу. А ведь приходилось еще носить глину для пола, размешивать ее и укладывать.
  Оставив все прочие дела, строили всем племенем. Одни собирали каркасы, другие носили кирпич, третьи делали вязанки из тростника и привязывали их к каркасу.
  Кузнец день и ночь ковал скобы и гвозди, его сыновья не отходили от отца. Моран клал печи.
  Одна большая комната с двумя окнами, печью и глинобитным полом - вот и весь дом. Зато к концу зимы стояло десять таких домиков, и были они куда лучше шалашей. Только в окна пока еще не поставили рамы, а дверные проемы закрыли шкурами. Доски для рам и дверей пока не напилили, а стекло для окон не выплавили.
  
  Еще две "летучие мыши" закончили службу и пришли в племя.
  - Никто не хочет к нам идти, - сокрушенно сказала Ива на ежевечернем собрании. - Даже воры и насильники предпочитают сидеть в тюрьме, а не выходить на поверхность.
  - Думаю, согласны многие юноши, которым по пятнадцать-семнадцать лет, но их не отпустят. Ты заметила, как стали охранять выходы? - добавила Эда.
  Обе женщины по очереди ходили в пещеры, и пока безрезультатно искали мужей для новых женщин.
  - Мне кажется, вы не там ищете, - неожиданно заговорил тихий и стеснительный гончар, который обычно сидел молча. - Попробуйте обратить внимание не на свободных, а на женатых мужчин.
  После недолгого молчания, перебивая друг друга, заговорили женщины, и гончар услышал все, что они думают о нем и его "дурацком" предложении. Покушение на брак, на союз супругов бывшие разведчицы посчитали святотатством. Ошеломленный напором милых дам мужчина сидел, втянув голову в плечи.
  Однако оказалось, что гончар - человек скромный, но совсем не робкий.
   Когда женщины выговорились, он продолжил:
  - За три года до смерти моя жена познакомилась с какими-то женщинами. Они много разговаривали о равноправии и принимали странные снадобья, от которых им становилось хорошо. Увы, эти женщины были толстыми и не хотели близко общаться с мужчинами. Моя жена стала такой же: она перестала замечать нашу дочь, и у нас три года не было секса. Я был готов бежать куда угодно и, наверно, убежал бы, но не делал этого из-за дочери... Сейчас под землей много таких мужчин. Они не могут уйти от своих жен, потому что развод в пещерах запрещен. Свободные женщины с этими мужчинами не спят, так как боятся их жен. В итоге у мужей нет ни секса, ни надежды... Я предлагаю найти мужчин, у которых нет детей, зато есть такие, с позволения сказать, жены, и предложить несчастным мужьям перейти в наше племя.
  
  Вновь возникшее молчание прервал Моран:
  - Если женщина совсем отказывает мужчине в сексе, то какая же она жена? Да и зачем ей муж? Думать нечего: надо звать этих бедолаг к нам - пусть живут нормальной жизнью!
  - А как ты найдешь таких мужчин? Будешь подходить к каждому и спрашивать, дает ему жена или нет? - поинтересовалась Эда.
  - Это мое дело, - ответила Сида. - Я всегда чувствую, насколько сильно мужчина хочет меня. Желание сильное - значит, секса у него нет.
  Сида месяц назад родила дочь, раздалась и похорошела. Наверно, женщина выглядела привлекательно в глазах любого мужчины.
   - Может, тогда скажешь, кто в племени хочет тебя сильнее всех? - не унималась Эда.
  - Младший сын кузнеца. Он уже созрел, а секса у него нет.
  - Хорошо. А потом?
  - Мой муж Моран.
  - Почему?
  - Потому что он знает, какова я в постели, - не стесняясь, ответила Сида.
  - А еще кто тебя хочет? - вновь спросила Эда.
  - Все.
  - Выходит, стоит только оставить вас с Герком наедине, как он сразу же попытается тебя поиметь? - разозлилась Эда.
  - Хотеть секса и заниматься им - разные вещи. Мужчина так устроен, что хочет не только свою женщину, но и других. Не злись, Эда, и мой Моран немного хочет тебя, и остальные мужчины тоже - их не переделаешь.
  
  

Глава 6

  
  На разведку отправили кузнеца.
  - Я этого вождя знаю, он жадный и баб не любит. Если ему денег побольше предложить, мужиков он точно отдаст. А на их жен ему наплевать будет, потому что я скажу, что они мужьям не дают. Таких он вдвойне ненавидит, только поделать с ними ничего не может, - сказал кузнец перед уходом.
  Вернулся большой и сильный мужчина изрядно озадаченным и расстроенным.
  - Знал я, что этот вождь жадный, а он, оказывается, совсем совесть потерял! По пятьсот золотых за человека запросил. Правда, сказал: "Берите любых, только мастеров не трогайте", - сокрушенно рассказывал кузнец, качая головой.
  - Надо отдать ему эту тысячу - пусть подавится! - сказала Эда. - Мужчины нам нужнее.
  
  В пещеры пошли втроем: кузнец, Сида и Моран.
  - Этот! - шепнула Сида Морану.
  Бородач лет тридцати вез тачку и остановился передохнуть. Мужчина явно считал Сиду очень привлекательной и не сводил с нее глаз.
  - Здорово, друг! Вижу, тебе моя жена приглянулась. Мне она тоже нравится: умница, красавица и в постели чудо как хороша. Между прочим, мужа ублажить готова всегда - ни разу мне не отказала. А недавно дочь мне родила... А ты женат?
  Мужчина молча кивнул головой.
  - А дети есть? - продолжил разговор Моран.
  - Да какие там дети! - махнул рукой мужчина.
  - Слушай, а может, ты с нами пойдешь? Жена твоя пусть здесь остается, а мы тебе новую подберем, не хуже моей. Прямо сейчас возьмешь и уйдешь, и сегодня же у тебя будет новая жена. И ты сможешь ее иметь, сколько угодно и как захочется... Только уходить надо прямо сейчас. Давай, я сосчитаю до десяти, а ты подумай.
  Моран сжал кулаки и стал считать, разжимая пальцы по одному:
  - Один, два, три...десять! Ну что, пойдешь с нами или останешься с женой, которая тебе не дает и никогда не даст?! Пойдешь? Да или нет?! Отвечай!
  - Да! - прохрипел мужчина.
  - Тогда пошли к вождю, - вступил в разговор кузнец, обняв ошеломленного мужчину за плечи. - Тачку оставь, она тебе больше не понадобится... И не бойся, мы тебя не обманываем: бабы у нас и правда замечательные - не чета вашим дурам. Я сам не больно давно женился - знаю.
  Второго мужчину уговорили так же легко.
  В племени мужчинам не дали опомниться, и наутро они проснулись уже вновь женатыми. Возможно, первая брачная ночь не совсем соответствовала их ожиданиям: секс с девушкой, у которой до этого не было мужчин, сопряжен с определенными неудобствами. Однако обманутыми молодожены себя не чувствовали.
  
  Короткая весна пролетела быстро. До начала сбора трав племя почти в полном составе готовило участок для посева. Работали на второй террасе рядом с ручьем Морана. Вырубали деревья, корчевали пни, если осиливали их. Траву выкапывали с корнями. Камни, которые были по силам, относили на край террасы, большие глыбы пока не трогали.
  За семена в пещерах запросили слишком много, но после переговоров, проведенных Эдой, цену снизили. В итоге посеяли четыре вида злаков. Наверху, на третьей террасе, установили два больших арбалета для защиты посевов от птиц, начали от ручья подводить воду для полива. Для этого делали деревянные желоба: бревно раскалывали клиньями пополам, а сердцевину выдалбливали.
  Все лето, как обычно, ходили на промысел и копили золото для выкупа мужчин. Моран, Герк, Марк и кузнец все свободное время посвятили изготовлению простейшей лесопилки. Место для нее выбрали внизу, где поток, текший из скалы, спускался с крутого склона. При помощи деревянного лотка отвели часть потока и установили водяное колесо. Все металлические части колеса, а также механизм самой лесопилки изготовили из бронзы.
  Естественно, с первого раза получалось не все, мужчины несколько раз ходили в пещеры , где имелась такая же лесопилка, внимательно разглядывали и измеряли части механизма.
  Задержка получилась с пилами, потому что не было материала для них.
  - Дайте мне хорошую сталь, и я сделаю вам любую пилу, - повторял кузнец.
  Он даже предлагал переплавить железные штыри, но Марк все-таки нашел железную руду. Правда, она оказалась бедной, железо из нее получалось с большим количеством шлака. Приходилось его много раз ковать и переплавлять. Однако нужную сталь они получили.
  К концу лета лесопилку запустили. Моран поднял заслонку на лотке, и вода устремилась сверху на колесо. Через бронзовые валы и шестерни усилие передалось на механизм, и несколько ленточных пил начали быстро-быстро двигаться вверх-вниз. Герк медленно повернул ворот, бревно двинулось. Пилы вгрызлись в дерево, рассекая ствол дерева на несколько досок.
  Что при этом чувствовали мужчины? Разумеется, все остались довольными, а восторгу Морана и Герка не было предела: они хорошо знали, как тяжело пилить доски вручную.
  Настало время делать окна и двери. В домах, где вход закрыт шкурой, а окна занавешены матами из тростника, не слишком приятно жить осенью или зимой.
  
  Дочь Морана вовсю бегала и громко, но не всегда разборчиво разговаривала. Сын Эды степенно вышагивал и внятно звал папу и маму. Дочь Сиды не ходила, зато ползала с изрядной быстротой. Увлеченный лесопилкой Марк внезапно обнаружил, что он стал отцом - жена родила ему сына. Племя увеличивалось: еще две девочки появились на свет, а две разведчицы закончили службу.
  Мужей новым женщинам выкупили, истратив все золото. Цены на мужчин все росли и росли.
  В домах вставляли последние окна. И пусть небольшие квадратики стекла, которые выплавляли Марк и гончар. получались хрупкими и мутными, пусть разглядеть что-либо через такие стекла не представлялось возможным, зато в домах было тепло и светло.
  
  Женщины вырастили злаки, отстояли их от птиц и мышей, собрали урожай. Три вида растений высотой в рост человека заканчивались метелками с зернами длиной в половину локтя. Четвертый злак вырос в три-четыре раза выше, а зерна на нем были в початках длиной в локоть.
  Урожай оказался неожиданно большим, а что делать с ним, пока не решили.
  - Оставим у себя, а продадим в пещеры весной, когда еда будет дороже - предложила Эда.
  - А если они испортятся? - возразила Сида.
  - Может, сначала мы их попробуем? Вдруг, они вкусные?
  Предложение Ивы завершило спор: пробовать, что угодно, всегда интересно.
  
  Такого еще не было. В племя пришло восемь человек, все - юноши лет шестнадцати. Правда, каждый утверждал, что ему исполнилось семнадцать.
  - Хотим жить по-человечески! - сказало один из них - высокий и худой беловолосый парень.
  Судя по их рассказам, беглецы связали охранников, вышли наружу и отправились к свободным охотникам. Выход из пещер был самым дальним от племени. Юношам пришлось идти по горам, без еды, с двумя копьями на всех. Один из путников сорвался со скалы и разбился, другого унесла огромная птица. Парни даже заблудились, но выручили "летучие мыши", подсказавшие дорогу. Разведчицы и подкормили путешественников, сбросив им вяленого мяса и хлеба.
  
  Поздним вечером того же дня земля затряслась от мощных толчков, послышался отдаленный грохот. Продолжалось это недолго и ущерба племени не принесло. Только несколько камней слетели со скалы, но на дома не упал ни один из них.
  Утром Моран внимательно осмотрел все строения: на стенах каменного дома он не обнаружил ни трещинки, а тростниковым хижинам и подавно ничего не сделалось.
  С пещерами случилось страшное. Видимо, глубоко под скалами имелись пустоты, и от землетрясения горы провалились вниз. Может быть, ничего бы и не произошло, но весь скальный массив ослабили промоины от подземных рек и туннели, проделанные людьми. Своды больших залов разъел дым от печей. Там и раньше от потолка отваливались куски, а от сильных толчков разрушилось все.
  Скалы превратились в беспорядочное нагромождение камней.
  В середине дня пришли "летучие мыши". При первых толчках отряд в полном составе встал на крыло, сильный ветер далеко отнес летуний, но даже в темноте все они приземлились удачно. А с рассветом воздушные разведчицы собрались и пришли в племя.
  В поселении остались только женщины с маленькими детьми и беременные. Все остальные разбились на отряды и ходили вокруг скал, в которых когда-то были пещеры, забирались на камни, пытались найти входы. "Летучие мыши" постоянно летали над разрушенными горами, но спасшихся так и не нашли. Обвалилось все, и не выжил никто.
  Через двадцать дней поиски решили прекратить.
  
  - Моран, это Лира. Она будет твоей женой.
  Слова Ивы ввергли мужчину в шок.
  - А у меня уже и спрашивать не надо?! - он пришел в себя и, разумеется, возмутился.
  - Пришедшие мальчишки получили по одной жене, старший сын кузнеца тоже женился. Остальные мужчины племени взяли вторых жен, а тебе, как самому первому мужчине в племени, придется жениться в третий раз, - спокойно сказала Сида.
  - Могли бы дать вторую жену кому-нибудь из парней!
  - Им нельзя, - возразила Ива. - У нас преимущественно рождаются девочки, они вырастут и станут вторыми женами этих юношей.
  - А кто все это придумал?
  - Так решил совет женщин! - ответила Сида.
  
  Моран задумался. Что он делал в последнее время? Строил.
  Что делал Марк? Выплавлял металлы.
  Кузнец ковал, гончар делал кирпичи и горшки. А ведь племенем кто-то руководил!
  Когда они сооружали лесопилку, рядом постоянно находилась женщина с арбалетом и внимательно смотрела по сторонам, охраняя мужчин. Марк с гончаром копошились возле своих печей тоже под присмотром женщины. И только ли сын кузнеца интересовал долговязую девушку в кузнице?
  Ведь этих женщин кто-то посылал. Может, поэтому в племени не погиб ни один человек?
  А кто решил, что все "летучие мыши" должны переселиться к ним? Кто определил, что первоочередная задача - поиск мужей для бывших разведчиц?
  Кто распоряжается деньгами?
  Почему в их племени нет ссор и скандалов между женщинами? Почему не распалась ни одна пара? Кто определяет количество помощников для Морана, когда он что-то делает? Почему в один день племя идет на промысел, а в другой - строит дом?
  Так вот кто руководит племенем! Женщины! И следует признать, получается у них просто замечательно!
  - А в вашем совете женщин есть кто-нибудь старший? - поинтересовался Моран.
  - Глава совета. Мы выбираем ее один раз в год, - ответила Ива.
  - И кто сейчас глава совета?
  - Я, - сказала Сида, - До меня была Эда, а раньше - Ива.
  
  Моран думал. Рядом тихо дышала его новая жена, временами вздрагивая во сне. Мужчина крепче обнимал женщину, и она успокаивалась. Моран мечтал о том, какие новые, большие, красивые дома из камня и кирпича он построит. Ведь теперь племени не нужно ходить на промысел, и число помощников увеличится.
  Герку снилось, что все племя ходит не в тяжелых и вонючих шкурах, а в легкой одежде, сотканной из нитей. А нити получены из тех высоких растений, переработкой которых он давно мечтает заняться.
  Гончар видел во сне новые горшки, рыбак - рыбу, кузнец - новые стальные лопаты, которые он собирался выковать.
  Ива, слегка раздосадованная тем, что придется делить мужа с еще одной женщиной, с радостью думала о своей дочери и прислушивалась к себе, потому что ждала ребенка.
  Сида думала о том, что всех мужчин надо определить в помощники к Морану, Марку, Герку, кузнецу, гончару и рыбаку - пусть занимаются своими делами. Выращивать и собирать растения, охотиться и воспитывать детей женщины смогут сами... или почти сами.
  Женщины, которые только что стали женами, во сне и наяву мечтали о будущей счастливой жизни. Другие женщины думали о своих мужьях и о детях, которых они родили или пока еще вынашивали.
  
  Моран по-прежнему не спал и думал. Что изменилось в его жизни? В пещерах он работал с камнем и деревом - здесь он занимается почти тем же. Марк, как и раньше, живет своими рудами; кузнец ковал раньше и кует сейчас; гончар так же лепит горшки.
  Только здесь Моран никогда не видел злого взгляда или угрюмого лица. Почему?
  Дело в женщинах! Другие они здесь, совсем другие! И не только внешне. Здесь каждая женщина думает не только о себе, она думает о своем муже и о своих детях, которых родила или родит позже.
  В пещерах детей почти не было, а здесь уже шестеро и скоро будет намного больше. Там женщины делали все, чтобы люди вымерли, а здесь, с бывшими разведчицами, племя не просто выживет - оно разрастется, станет большим и сильным!
  Так почему здесь женщины другие? Наверно, Ива была права, когда отказывалась селиться в пещере. Человек должен жить под солнцем и видеть над собой не каменный свод, а небо!

  
Конец

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"