Проскурин Вадим Геннадьевич: другие произведения.

Русалочьи пляски

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 5.29*4  Ваша оценка:


   Все началось с того, что Гриша чихнул, а из ноздри у него полилась водица. Не сопля, а именно водица, жидкая, но не как вода, а погуще и на ощупь такая липковатая. И не то чтобы потекла и перестала, а минут десять то капала, то переставала, а то вдруг принималась литься сплошной струей, ерунда, а противно. Вот уже салфетки кончились, можно, конечно, сморкаться на пол, роботы уберут, но как-то брезгливо. Встал Гриша, пошел в ванну, открыл кран, стал сморкаться в струю, а жижа все не унимается, и какая-то дурная тяжесть ощущается в скуле, как при гайморите раньше бывало, пока биоблокаду не вштырили.
   "Так, интеллект!" мысленно позвал Гриша. "Что у меня со здоровьем?"
   - Рекомендуется обследование, - ответила слуховая галлюцинация.
   "Начинай", приказал Гриша.
   - Начинаю, - отозвалась галлюцинация.
   Подумала с минуту и сообщила:
   - Обнаружен неизлечимый рак. Рекомендуется поменять тело.
   - Блин! - воскликнул Гриша вслух. - Я не хочу менять тело! Сколько этому уже, сто двадцать? Это почти рекорд, правильно?
   - Не рекорд, - возразила галлюцинация. - Даже не близко.
   - А может, как-нибудь так? - предположил Гриша. - Я уже привык жить биологически, андроидом все-таки как-то по-другому...
   - Ерунда, - оборвала его галлюцинация. - Популярный миф, не более.
   - Это, небось, дорого? - спросил Гриша.
   Галлюцинация на мгновение задумалась (редкий случай, обычно она отвечает мгновенно) и сказала:
   - Есть акция с отрицательной ценой.
   - Чего? - не понял Гриша.
   - Акция с отрицательной ценой, - повторила галлюцинация. - Ты не тратишь, а зарабатываешь. Тело поимеешь на страховке.
   - Ух ты! - обрадовался Гриша. - А это не мошенничество?
   - Ничуть, все законно, - ответила галлюцинация. - Отправляемся прямо сейчас?
   - А не больно? - спросил Гриша.
   - Как повезет, - ответила галлюцинация. - Момент гибели ты по-любому не запомнишь, резервное копирование делается заранее.
   - Ладно, давай, - решился Гриша. - Отправляемся! А куда?
   - Сатурн, Русалочьи Пляски, - объяснила галлюцинация. - Билет на корабль сам закажешь?
   - Ну... - задумался Гриша. - Хорошо, давай сам. Эй, интеллект, ту-ту-ком!
   Перед мысленным взором раскрылся сайт, Гриша мысленно потыкал в кнопки и списки, билет заказался. То же самое мог сделать и интеллект, но когда интеллект делает совсем-совсем все, жить становится невыразимо скучно.
   - Анабиоз сразу? - спросила галлюцинация.
   "Сразу", решил Гриша.
  

* * *

   Принято считать, что Сатурн с орбиты выглядит красиво, впечатляюще и величественно. Гриша с этим мнением не согласился, планета как планета, только не белая, как Земля, а желто-рыжая, а масштабы все равно на глаз не оценить, не с чем их тут сравнивать. А кольцо с низкой орбиты нормально не видно, болтается в небе здоровенная сопля... Кстати о соплях.
   Единственный симптом грозной болезни пропал без следа. На мгновение Грише подумалось, может, он чего не понял или заказал у интеллекта розыгрыш с имплантированным воспоминанием, или еще чего, всякое ведь бывает. Но интеллект подтвердил: все верно, неизлечимый рак, не в том смысле, конечно, что вылечить нельзя, таких болезней уже давно нет, а в том смысле, что лечение несуразно дорогое, а тут тело меняется по акции, стоимость отрицательная, так что надо не лечить, а менять. Короче, плюнул Гриша мысленно на облака Сатурна и полез в челнок. Отлепился челнок от корабля, и пополз к планете тихонько-тихонько, на самом деле, конечно, быстро, просто масштабы не ощущаются, вот и кажется, что тихонько. До пяти суток, бывает, длится спуск с орбиты на Сатурн. Грише повезло, управился за сутки, но и то извелся, особенно под конец, в плотных слоях - то турбулентностью заколбасит, то тяга врубится сама, да так, что аж в глазах темнеет, хоть в анабиоз снова проваливайся, ужас! Но ничего, обошлось, состыковался челнок с летучим городом Русалочьи Пляски, забрался Гриша в лифт, да и поехал в обитаемую зону. За четыре часа доехал.
   Вышел из лифта, огляделся - хорошо! Сила тяжести нормальная, как на Земле, в рекламе не соврали. Солнца на небе нет, потому что вместо неба купол, он светится весь равномерно, так даже лучше, не слепит. Видно охренительно далеко, километров на сто, наверное, можно у интеллекта уточнить, на сколько именно, но зачем?
   "Так, интеллект, куда теперь чего?" подумал Гриша.
   - Рекомендую гетто, - ответила слуховая галлюцинация. - Там есть работа.
   "А не стремно?" забеспокоился Гриша.
   - Не стремно, - успокоила его галлюцинация. - Чего тебе бояться с этим телом? Оно все равно не жилец.
   "Когда будет катастрофа?" спросил Гриша.
   - Завтра, - ответила галлюцинация.
   "А заработать я до завтра успею?" спросил Гриша. "Может, не стоит дергаться?"
   - Рекомендую попробовать, - сказала галлюцинация. - Одно дело раскрыть точно успеешь, сотня кармы лишней не будет.
   "Дело?" переспросил Гриша. "Раскрыть? Что значит раскрыть дело?"
   - Ты будешь работать следователем, - объяснила галлюцинация. - Будешь раскрывать преступления.
   "Я не умею", подумал Гриша.
   - Я буду подсказывать, - пообещала галлюцинация.
   "Ладно, уговорил", подумал Гриша. "Куда идти?"
   - Гостиница или квартира? - спросила галлюцинация.
   "Допустим, квартира", решил Гриша. "Есть варианты?"
   - Один есть, - сказала галлюцинация.
   Тут Грише явилась другая галлюцинация, зрительная, перед глазами протянулась цветная линия, но не к центру купола, как он рассчитывал, а совсем наоборот. Странно, купола вроде имеют стандартную архитектуру...
   - В Русалочьих Плясках в центре купола водоем, - пояснил интеллект.
   И вывел подробную справку. Гриша пробежал эту галлюцинацию глазами и вспомнил: ах да, это же особая колония для трансформированных. Посреди купола водоем, а в нем плавают русалки и дельфины, кому как больше нравится. Вот ведь гадость! Принято считать, что трансформеров дискриминировать неприлично, но это только когда вслух говоришь, а про себя можно думать что угодно, тут ведь свободная страна, иначе интеллект предупредил бы.
   Цветная линия привела Гришу на крыльцо скромного одноэтажного домика, на вид деревянного, но по жизни, очевидно, пластик, в самом деле, откуда на Сатурне натуральное дерево? На крыльце сидел ребенок лет трех, мальчик. Прикольный такой мальчик, коренастый, как медвежонок, транс, небось, неокуклившийся.
   - Привет, - сказал ему Гриша.
   - Пиет, - отозвался мальчик.
   - Привет, - отозвалась мама мальчика, стандартная блондинка, как раз вышла из дома на крыльцо. И добавила: - Светой меня зовут.
   - Скажи, что у нее глаза красивые, - посоветовала галлюцинация.
   - У тебя глаза красивые, - сказал Гриша.
   Света обрадовалась, аж просияла. И сказала:
   - Знаю.
   Гриша улыбнулся.
   - Обними ее и поцелуй, - посоветовала галлюцинация.
   "Что, так сразу?" удивился Гриша.
   - Давай-давай, не тяни, - посоветовала галлюцинация.
   Гриша обнял Свету и поцеловал. Он думал, она станет сопротивляться, а может, и в морду попытается засветить, но она не сопротивлялась ничуть, нормально ответила на поцелуй. Гриша собрался потрогать ей грудь, но галлюцинация предупредила:
   - Преждевременно.
   Гриша послушно отдернул руку. Преждевременно так преждевременно, подождем.
   - А ты наглый парень, - сказала Света.
   - Извинись, - посоветовала галлюцинация. - Скажи, что она неотразима.
   - Извини, - сказал Гриша. - Ты неотразима.
   Света хихикнула и поцеловала Гришу еще раз.
   - У нас комплексы гистосовместимости в идеальной противофазе, - сообщила она.
   Гриша не понял, что она сказала, но решил не придавать значения этому непониманию.
   - Пойдем внутрь, - предложила Света. - Наркотик хочешь?
   - Откажись, - посоветовала галлюцинация.
   - Нет, спасибо, - помотал головой Гриша. - Я это дело не очень люблю.
   - Я тоже! - обрадовалась Света. - Какими судьбами у нас?
   - Как какими? - удивился Гриша. - Интеллект посоветовал, какими еще.
   - А ты у него мотивацию не спрашиваешь? - удивилась Света.
   - А толку-то? - пожал плечами Гриша.
   Света рассмеялась, обняла его и поцеловала в третий раз. На этот раз Света тискала его энергичнее и не то чтобы бесцеремонно, но близко к тому. Может, она любит доминировать? Нет, интеллект должен был предупредить.
   - Ты ученая? - спросил Гриша.
   - Типа того, - ответила Света. И добавила, не дожидаясь очевидного следующего вопроса: - Я на грант зарабатываю. Есть у меня одна идея в теории поля...
   Дальше Гриша не слушал, все равно ничего не понять, да и не нужно, потому что Света в своей идее несомненно ошибается, иначе интеллект не стал бы ей мозги полоскать, сразу бы выделил ресурсы на исследование. Жалко, что девушка попалась рабочая, но...
   - А когда у тебя приемные часы? - спросил Гриша.
   Света посмотрела на него недоуменно, поняла и рассмеялась.
   - Я не проститутка, - сказала она. - Я суррогатная мать.
   - Чего? - не понял Гриша.
   - Я детей рожаю, - объяснила Света. - У меня хорошее репродуктивное здоровье. Интеллект загружает формулы мне в яйцеклетки, а я вынашиваю, рожаю и доращиваю до трех лет. Такой контракт.
   - Прикольно, - сказал Гриша. - А тот пацан разве еще не?
   - Вот-вот должен окуклиться, - сказала Света. - Он у меня под высокое тяготение трансформирован, интеллект собирается Юпитер тоже застраивать куполами, слышал?
   - Нет, я политикой не интересуюсь, - сказал Гриша. - А как, инстинкты не донимают? Я слышал, суррогатные матери... ну, это типа как наркотики...
   - Нет, ерунда, - махнула рукой Света. - Временами накатывает, но не очень сильно. Я коррекцией почти не пользуюсь, ну раз в день, ну, два, редко когда чаще.
   Гриша открыл рот, чтобы сказать, что две коррекции в день - это обалдеть как много, он-то сам регулярно корректировался только когда на героине сидел, да и не так уж и регулярно, а если две коррекции в день - лучше уж ширяться...
   - Заткнись, - посоветовала галлюцинация.
   Гриша послушно закрыл рот. А потом снова открыл и спросил:
   - Как тут вообще?
   - Нормально, - ответила Света. - Ноосфера стандартная, услуги в полном объеме, наркотики без ограничений. Влажность высоковата, но привыкнуть можно. На озеро ходил уже?
   - Нет, - помотал головой Гриша. - Я от лифта сразу к тебе.
   - А, понятно, - кивнула Света. - Короче, у нас самое главное - озеро. Русалки, дельфины, всякие другие водяные трансы... Ты, кстати, не трансофоб?
   - Был бы я трансофобом, меня бы интеллект сюда не направил, - сказал Гриша.
   - Да, точно! - хихикнула Света. - Короче, в озере трансы, в западной части лес, там анималисты живут, деревья там не настоящие, имитация, настоящие еще не выросли, у нас молодая колония. На другом берегу буддисты-экстремисты, они не трансы, они нормальные. Я их почти не знаю, они к нам не заходят. А у тебя тело нормальное? Не сбоит?
   Гриша удивился - откуда она узнала?
   - Соври, - посоветовала слуховая галлюцинация.
   - Нормальное, - соврал Гриша. - А что?
   - У них там какие-то обряды с пытками и казнями, вроде хорошо платят, - сказала Света. - Я для себя решила, когда у меня системы засбоят, продамся им, заработаю на новое тело, я в ихтиоиды хочу податься.
   - В кого? - не понял Гриша. - В русалки, что ли?
   - Нет, русалки это русалки, а ихтиоиды это ихтиоиды, - сказала Света. - Это такой транс под океан Европы. Там, говорят, эндорфиновая стимуляция обалденная, плывешь и тащишься сам от себя, как перманент, но гораздо круче и социалку не подавляет. А ты трансформироваться будешь, когда помрешь?
   - Не, не хочу, - помотал головой Гриша. - Мне и человеком неплохо.
   - Зря, - сказала Света. - Людей слишком много. Землю засрали целиком, Сатурн наполовину, а больше людям в базовой форме жить негде, космические станции - говно. Будущее однозначно за трансами, и кто поймет это раньше, тот будет рулить, а кто не понял, тот опоздает. Лет через двести Европу тоже засрут, будет там полный океан ихтиоидов, не протолкнуться. Я потом хочу под Нептун трансформироваться, там расчетная емкость - триллион человек, быстро не перенаселят.
   Гриша вспомнил, что пишут в интернете про Нептун. Сверхкритическая перегретая вода, миллион атмосфер давления... тело, понятно, будет другое, заточенное как раз под такую среду... но там вся инфраструктура должна быть совсем другая, это на Европе ты плаваешь как рыба в обычной воде, а под миллионом атмосфер не особо поплаваешь, там совсем другая физика должна быть...
   - Ладно, как хочешь, - сказала Света. - Пойдем, переспим за знакомство. Хотя погоди! Тебе на работу когда? Работу уже получил?
   - Вроде получил, - кивнул Гриша. - Следователь. Не знаешь, что за работа?
   Света задумалась.
   - Следователь, следователь... Что-то такое в башке вертится... Да неважно, по ходу разберешься. Если совсем невтерпеж, спросишь у интеллекта.
   - Ага, - кивнул Гриша. - Как на работу выйду, так и спрошу. А сейчас делу время, а потехе час!
   - Точно, - согласилась Света. - Давай займемся потехой.
   Они занялись потехой. Примерно в середине потехи в спальню зашел мальчик, постоял, посмотрел и вышел. Ему было неинтересно, он уже знал, что у него потехи будут совсем другими. Скорее бы окуклиться!
  
  

* * *

  
   Гриша вышел на работу после завтрака. Света хотела устроить прогулку по достопримечательностям, но Гриша вежливо отказался. Если интеллект не ошибся, катастрофа случится уже сегодня, нечего глазеть по сторонам, надо карму зарабатывать, пока есть возможность.
   Интеллект нарисовал зрительную галлюцинацию, Гриша пошел туда, куда указала цветная линия. А указала она на центр купола, на озеро.
   Сначала Гриша шел по улице, потом дома кончились, дорога повела через луг, потом началось что-то вроде леса, но не нормальный лес, а имитация, притом дурная, сразу видно, что деревья ненастоящие. А искусственный медведь, что мелькнул на опушке, вообще не похож на медведя, робот роботом. И погода здесь неправильная, жарко и душно, и болотом попахивает. Гриша вспомнил, как однажды случайно кликнул вместо таблоида в ученый журнал, там в статье были красивые картинки, вот он и решил, что это таблоид, а оказалась унылая скукотища, а он подумал, что это типа стилизация, а потом пойдут шутки, а их все не было и не было, и когда Гриша понял, как он лоханулся, уже прочел пол-статьи, сам того не заметив. Так вот, там было написано, что построить нормальную экологию в удаленной колонии - дело непростое, то углекислотный баланс не сходится, то водно-солевой, то деревья неправильно растут от безветрия, а то еще что-нибудь непредсказуемое. Вот и здесь, наверное, та же беда. Интеллект - он хоть и умный, но не беспредельно, а в новых мирах, говорят, ошибается на каждом шагу, потом, конечно, исправляет, но жертвам ошибок оттого не легче.
   Лес кончился, начался песчаный пляж. Болотная вонь усилилась и стала почти невыносима. Может, попросить интеллект скорректировать обоняние?
   - Давно пора, - сказала слуховая галлюцинация. - Здесь обычно это сразу делают.
   Вонь пропала, будто никогда не было.
   "А чего оно так?" мысленно спросил Гриша. "Экология не срослась?"
   - Да, типа того, - согласилась галлюцинация. - Я сначала хотел завезти соленую воду с Энцелада, а потом гляжу, воды в атмосфере хватает, но солей почти нет, думаю, сделаю водоем пресным, какая разница, оказалось, разница есть, а переделывать поздно, потому что трансы уже заточены под пресную воду. Первый блин комом, как обычно.
   "А, понятно", подумал Гриша.
   Линия, по которой шел Гриша, перестала быть прямой, отклонилась налево, вдоль берега. Через пару минут она привела Гришу к цели - в низкорослых кустиках (на вид настоящие, не имитация) отдыхала мертвая русалка с разбитой головой.
   - Какая гадость! - воскликнул Гриша вслух.
   - А ты думал, я тебе зря плачу? - риторически поинтересовался интеллект. - Доведешь до конца - будет пятьсот кармы, не сто.
   Гриша плюнул, но неудачно - слюна сгустилась, плевок не плюнулся, закачался на ниточке, чуть сам себя не оплевал. Живот дернуло спазмом, пора валить отсюда, пока не блеванул.
   - Стоять, - негромко, но внушительно произнесла галлюцинация. - Работу работать кто будет?
   - Пушкин, - проворчал Гриша. - А что делать надо?
   Галлюцинация объяснила. Гриша возмутился и сказал, что совать русалке в жопу термометр он не будет, потому что противно и не нужно, традиции традициями, но нужно и меру знать!
   - Так ты отказываешься от работы? - спросила галлюцинация.
   Гриша подумал и решил, что не отказывается. Сотня кармы не лишняя.
   - Где у нее жопа? - спросил Гриша.
   - На передней поверхности туловища, - объяснила галлюцинация. - Перед хвостом.
   Ну да, логично, это у людей ноги вдоль оси, а хвост сзади, а у русалок хвост вдоль оси, а ног нет вообще. Да, вот она, русалочья жопа. Какая мерзость! Ее и живую-то, должно быть, трогать противно...
   - Может, скорректировать? - предложила галлюцинация.
   - Да пошел ты, - буркнул Гриша.
   Скорректировать, конечно, можно, а может, и нужно, но корректировать всякую мелкую неприятность - прямая дорога к депрессии, а это Грише не нужно. Да и захочется потом с друзьями поделиться историей, спросят тебя, что думал и ощущал, а ты что ответишь? Типа, ничего особенного, скорректировал, как последний лошара, не хватило душевной выносливости. Нет уж, душевной выносливости хватит с запасом, не так уж оно и противно на самом-то деле.
   Гриша замерил дохлой русалке температуру, сделал какие-то еще действия, совсем непонятные, это, кстати, не очень хорошо, надо попросить интеллект разъяснить, а то работа получается как бы не совсем настоящая, начнешь друзьям хвастаться, могут пропалить, что действовал как марионетка, ничего по сути не понимая, начнут дразнить, будет неприятно. Понятно, что нынче все так делают, но это как бы неприлично, считается, что нормальный рабочий человек должен свою работу понимать, он ведь не марионетка, а человек, субъект действия, интеллект его консультирует, а дело он делает как бы сам... Ерунда, конечно.
   Гриша сделал все положенные действия, на песке нарисовалась новая линия. Интеллект объяснил, что это след убийцы, а то, что Гриша только что делал, было якобы не просто так, а как бы эксперименты, они как бы дали информацию и теперь Гриша как бы догадался, что русалка померла не от естественных причин (мало ли, вдруг голова сама сломалась? У ящериц, вон, хвосты отрываются только так), а от преступного злодейства, и злодея теперь надо изловить и покарать, и это тоже должен сделать Гриша, потому что это его работа, и ему за нее платят кармой.
   Будь на месте Гриши неопытный юнец, он бы на этом месте принялся бы расспрашивать интеллекта, кто убийца, какие у него мотивы и все такое прочее, и разрушил бы очарование момента немедленно и необратимо. Понятно, что интеллект знает все, и на вопросы отвечает почти всегда правильно и честно, если нет причин отвечать неправильно и нечестно, а в данном случае их, наверное, нет, так что ответил бы интеллект одну только правду, и ничего, кроме правды, рассказал бы о преступлении от начала до конца, а если попросишь, он и фильм покажет, как все было, только не надо так делать, неправильно это. Плохо, когда на ответы нет вопросов, это какой-то комик сказал, правильно сказал, только слишком мягко, это не просто плохо, это страх как плохо, депрессию словить от этого только так, а она хоть и корректируется, но дефект личности на поздней стадии не скроешь, а когда он становится нескрываемым, это уже конец, нормальной жизни больше не будет. А у Гриши одна депрессия уже была, без дефектов вроде, тьфу-тьфу-тьфу, ну и хорошо, второй депрессии не надо.
   На цветной линии появилась особая пометка, интеллект как бы намекает, что надо вон ту мелкую хреновину подобрать и изучить. А, понятно! Эту хреновину убийца случайно обронил, а Гриша, пока шел по следу, как бы заметил своим орлиным глазом, вот сейчас подберет, ага, подобрал, и что дальше?
   - ДНК-анализ, - подсказала галлюцинация.
   - Чего? - не понял Гриша.
   - Сделай ДНК-анализ, - повторила галлюцинация.
   - А, понял! - сообразил Гриша. - Эй, интеллект!
   - Слушаю, - сказала галлюцинация.
   - Сделай ДНК-анализ! - строго приказал Гриша.
   - Уточните предмет анализа, - потребовала галлюцинация.
   Гриша подумал, что зря он приказал интеллекту вслух и таким суровым голосом. Ему уже как-то раз казалось, что интеллект не любит, когда на него орут, может, не казалось...
   - Ну? - спросила галлюцинация.
   - Хер гну, - отозвался Гриша. - Тебе виднее.
   Интеллект сымитировал печальный вздох. Гриша сымитировал отсутствие реакции.
   - Да и насрать, - сказала галлюцинация. - Не хочешь играть по-человечески, и не больно-то хотелось. Личность убийцы установлена, пошел на следующий уровень.
  

* * *

   Его звали Оливер. Тело у него было среднего роста и худощавое, кожа белая, чуть смуглая, лицо длинное и узкое, нос прямой и длинный, волосы черные и прямые. Это был не авторский дизайн, какое тело от родителей досталось, такое Оливер и носил, так часто делают, если дизайн нравится. И в чистилище Оливер всегда заказывал имитацию оригинального тела, оно ему так ни разу и не надоело. Одет Оливер был в джинсы, камуфляжную куртку и ботинки с высокими берцами, за плечами у Оливера возвышался здоровенный рюкзак, притом не обычный походный, а выживальный - с генератором силового поля, встроенным антигравом и черт знает чем еще. Выглядел Оливер необычно - на Русалочьих Плясках каждый второй ходит голым, а верхнюю одежду вообще никто не носит, климат здесь не тот.
   - О, еще один выживальщик! - услышал Оливер. - Эй, выживальщик, когда катастрофа?
   Оливер оглянулся на голос. Видимый пол мужской, стандартное тело номер семь, базовая модификация, ничего интересного.
   - Пошел на хер, страховщик, - буркнул Оливер и пошел прочь, не удостоив страховщика повторного взгляда. А на кой его удостаивать, стервятника такого? Налетают на каждую катастрофу, падальщики поганые, чтоб им пусто было.
   "Время до катастрофы?" подумал Оливер.
   - Двухчасовая готовность, - ответила галлюцинация.
   "Хорошо успел, с запасом", удовлетворенно подумал Оливер. "Кого посоветуешь поспасать?"
   - Светлана Харамбе, - посоветовала галлюцинация.
   - А это кто такая? - удивился Оливер.
   Невидимое и почти неощутимое виртуальное щупальце влезло Оливеру в мозг, покопалось, вытащило нужное воспоминание.
   - Ух ты, она тоже здесь! - обрадовался Оливер. - Давай дорогу скорее!
   Перед глазами нарисовалась цветная линия. Оливер сделал шаг, другой, а потом подумал "да чего уж теперь", активизировал антиграв и полетел.
   Страховщик за его спиной подумал:
   "Так, интеллект, от часа до трех, правильно?"
   - Тебе точно нужны спойлеры? - спросила его слуховая галлюцинация.
   Страховщик не ответил, решил, что пока не нужны.
   Оливер приземлился в двух шагах от крыльца. Хотел на крыльцо, но там сидел неокукленный трансенок, Оливер хотел было задавить его из брезгливости, но интеллект подсказал, что его Света сама выносила, она, оказывается, теперь этой мерзостью подрабатывает, вот дура, лучше бы блядством, но, впрочем, это ее дело, он ей не судья и не прокурор, что бы эти слова ни значили.
   Дверь открылась, на крыльце нарисовалась незнакомая баба и сказала:
   - Привет, Олли!
   "Света?" мысленно спросил Оливер.
   - Да, она самая, - подтвердила слуховая галлюцинация.
   - Света! - воскликнул Оливер. - Ты теперь белая!
   - А ты каким был, таким и остался! - заявила Света. - Какими судьбами...
   Она осеклась, поняла, какими судьбами, он уже тогда увлекался выживанием, хотел и ее тоже увлечь, да не вышло. Она еще не поверила, сначала должна пройти стадия отрицания, это нормально, это самый первый этап, с него всегда все начинается.
   - Да ну, не может быть! - воскликнула Света. - Летучие города неуязвимы! Там же этого аэрогеля... сколько-то километров... он же сминается, как вата...
   - Он сминается, - подтвердил Оливер. - Его много, ты права, я на лифте четыре часа ехал. Но катастрофа точно будет. Она такая невероятная, представляешь, два города столкнутся! Ерунда, казалось бы, правда? Аэрогель сминается-разминается без повреждений, а на случай, если газы проникнут внутрь, там герметичные отсеки, система восстановления, плавучесть не пострадает в любом случае, будет просто мягкий толчок, так уже много раз бывало, правда?
   - Наверное, - пожала плечами Света. - Я после первого раза фильтр поставила, чтобы не ощущать, оно так бесит!
   - А в этот раз будет по-другому, - сказал Оливер. - Мы столкнемся с очень большим городом...
   - Асгард Трэш? - перебила его Света.
   - Нет, другой, - ответил Оливер. - Какой-то китайский, Суньхуйчай или как-то так... Он, вроде, еще больше. Короче, он ударит снизу, и удар будет не упругий, как обычно, мы с ним слипнемся и все станет набекрень.
   - Как набекрень? - не поняла Света.
   Оливер показал жестом.
   - Ой, - сказала Света. - Вот же блин! Вода же! Так, интеллект! Да, давай.
   - Мне пора окукливаться, - сказал мальчик.
   Встал и пошел в дом.
   - Успеет? - спросил Оливер.
   - Кто ж его знает, - пожала плечами Света. - Спасибо, что предупредил. Погоди... Гришка - подлец!
   - Что за подлец? - заинтересовался Оливер.
   - Да подселился ко мне вчера один, - сказала Света. - Ни слова ни сказал, сучара! Я ему говорю, типа, пойдем, покажу достопримечательности, а он, типа, еще успеем, я, типа, подзаработать хочу, соскучился, мол, по работе... Вот козел! Или погоди... интеллект не перестал предупреждать?
   - Не перестал, - покачал головой Оливер. - Случайно в катастрофу приехать нельзя. Разве что интеллект сам не знает.
   - А сколько до катастрофы осталось? - спросила Света.
   "Так, интеллект, сколько?" подумал Оливер.
   - Двухчасовая готовность, - ответила ему галлюцинация.
   "Двухчасовая уже была", подумал Оливер.
   - Все сроки приблизительны, - объяснила галлюцинация. - Разница в пределах погрешности.
   - Часа два, - произнес Оливер вслух.
   - О блин, - сказала Света. - Отвези меня к этому уроду, скажу ему, кто он такой.
   - Давай, хватайся, - согласился Оливер.
   Повернулся спиной, нагнулся, оперся руками в колени, Света разбежалась, прыгнула, села на спину поверх рюкзака, запустился антиграв, они полетели. В полете Оливер подумал, что надо сказать Свете что-нибудь доброе. Не интеллект подсказал, сам подумал, по нынешним временам редкий случай.
   - Ты такая красивая, - сказала Оливер.
   - Давай потом, если успеем, - отозвалась Света.
   - Давай, - согласился Оливер.
   Ясно, что они не успеют, но на это и так особой надежды не было, разве что совсем потом, когда все кончится и если повезет...
   - Ты потом куда? - спросил Оливер.
   - На Европу ихтиоидом, - ответила Света. - Хочешь со мной?
   - Нет, спасибо, - сказал Оливер. - Не хочу менять дизайн, мне мое тело нравится.
   - Везет тебе, - вздохнула Света.
   Оливер вспомнил ее оригинальное тело и согласился: да, везет. Или то было не оригинальное... нет, вряд ли, она же не мазохистка.
   Траектория полета загнулась вниз, они пошли на посадку. А вот и тот самый козлина, ох, сейчас будет весело...
  

* * *

  
   - Ты чего мне ничего не сказал? - завопила Света. - А если ребенок окуклиться не успеет? Кто мне карму вернет за беременность?
   Это было неожиданно. Только-только Гриша начал вникать в смысл своей работы, значимостью еще не проникся, но какие-то собственные мысли уже начали проявляться, а тут прилетела эта дура и все испортила...
   Гриша примирительно улыбнулся, пожал плечами, дескать, прости, не хотел, так вышло... А вслух сказал:
   - Ты не спрашивала, вот я и не говорил.
   Света резко выбросила ногу, хотела ударить по яйцам, Гриша заблокировал кулаком по голени, получилось удачно, Света аж завизжала. Мужик, с которым она прилетела, недовольно хмыкнул, Гриша подарил ему злобный взгляд.
   - Оливер, - представился мужик.
   - Григорий, - представился Гриша.
   Они попытались пожать друг другу руки, но не смогли - Света перестала вопить и атаковала Гришу еще раз, боковой в морду он заблокировал, а прямой в брюхо пропустил, сложился пополам, захрипел, надо было рефлексы обновить, предлагали ведь много раз, а он поскупился, вот дурак-то! Поехал по доброй воле в мир катастрофы, и не подготовился, хотя любому ясно, что после катастрофы всегда приходит анархия, если вдруг выживешь.
   Третий удар пришелся в подбородок, голова мотнулась, в глазах потемнело, Гриша понял, что лежит на песке мордой вниз, на зубах песок, в носу песок, апчхи!
   - Очухался козлина, - донеслось сверху.
   - Да хватит тебе, - произнес незнакомый мужик, хотя нет, знакомый, он ведь представился, Оливер его зовут. И добавил: - У тебя сустав распухает, нельзя так сразу, без подготовки.
   Света выругалась, прилетело в почку, Света завизжала. Гриша повернул голову, открыл глаз. Вот стоит Оливер со своим дурацким рюкзаком, а вот Света прыгает на одной ноге, а на другой ноге большой палец распухает и синеет на глазах, вот дура, кто же босиком под ребра пинает...
   Гриша поднялся на четвереньки, хотел подняться на ноги, но передумал - вода совсем рядом, проще доползти. Дополз, макнул морду, фу, гадость! Думал, вода голубая, потому что чистая, а здесь она просто цветет таким цветом. Не вода, а кисель какой-то, хорошо, если из бактерий, а если из микроскопических глистов? От последней мысли Гришу затошнило.
   - Рекомендую скорректировать, - посоветовала галлюцинация.
   Гриша скорректировал, тошнота пропала, вода перестала быть похожей на понос неведомого зверя. Умылся, прополоскал рот - нормальная вода, и чего ему примерещилось...
   - Гондон ты, Григорий, - сказала Света.
   Спокойно сказала, без выражения. Надо полагать, тоже скорректировала. Мелькнула мысль: а что, если эта коррекция не единственная, что, если вся реальность пропускается по умолчанию через тысячу разных фильтров, чтобы пользователь не расстраивался, а на самом деле вокруг сплошная грязь и говно...
   - Нет, - возразила слуховая галлюцинация. - Реальность объективна, никаких тайных фильтров на ней не стоит.
   "Если бы было иначе, ты бы тоже так говорил", подумал Гриша.
   Интеллект не стал спорить.
   - Света, может, пойдем уже? - подал голос тот мужик, как же его зовут, ах да, Оливер. - Я-то в любой момент улететь могу, а тебе надо транспорт найти, я тебя на этом рюкзаке вряд ли подниму...
   - Какая будет катастрофа, известно? - заинтересовался Гриша.
   - А ты разве не спрашивал? - удивился Оливер.
   - Какая разница? - пожал плечами Гриша.
   - А, так ты не выживальщик, - догадался Оливер. - У тебя, наверное, тело испортилось, правильно? Рак какой-нибудь?
   - Да пошел ты, - буркнул Гриша.
   - Ой, Гриша, извини, - сказала Света. - А я подумала невесть что, избила...
   - Ты больше себя избила, чем его, - заметил Оливер. - Ну-ка, пройдись.
   Света сделала четыре шага, правая нога заметно хромала. Но от боли Света не страдала, коррекция держит, не обрушивается.
   - Да все равно, - сказала Света. Вздохнула и добавила: - Не хочу спасать это тело, хочу ихтиоидом на Европу, надоели мне руки-ноги. Особенно теперь, - она подняла ушибленную ногу, пошевелила отбитыми пальцами. - Скорее бы.
   - Ну, не знаю, - сказал Оливер. - Вдруг коррекция не сработает, больно будет...
   - Вдруг бывает только пук, - заявила Света.
   - Так что, тебя не спасать? - спросил Оливер.
   - Не спасай, - подтвердила Света.
   - А тебя? - повернулся он к Грише.
   - Тем более, - сказал Гриша и вдруг вспомнил про дохлую русалку. - Блин! Мне же надо работу доделать, а то карму не зачтут!
   - А что за работа, кстати? - заинтересовалась Света. - Она так смешно называется, ты говорил, я забыла.
   - Следователь, - напомнил Гриша. - Я узнал, что это такое. Это когда преступления раскрывают.
   - Чего? - не поняла Света.
   "Что такое преступление?" мысленно спросил Гриша.
   Галлюцинация объяснила.
   - Преступление - это грубое и сознательное нарушение закона, - повторил Гриша.
   - Это когда ночью музыку громко включают не в наушники? - предположила Света.
   Гриша обратился к галлюцинации, та разъяснила.
   - Нет, - покачал головой Гриша. - Если включить музыку в неположенное время - это не преступление. Преступление - это, например, кого-нибудь убить. Не в том смысле, как обычно говорят, а напрямую взять и убить, чтобы умер.
   - Как это? - опять не поняла Света. - Как это чтобы умер?
   - Когда тело уничтожено, человек умирает, - объяснил Гриша. - Да вон дохлая русалка валяется. Ее кто-то убил.
   - Да ну? - удивилась Света.
   - Почему так решил? - спросил Оливер.
   Перед тем, как подсказать правильный ответ, галлюцинация сравнила Гришу с птицей дятлом.
   - Пойдемте, посмотрим, - предложил Гриша.
   Они подошли, Гриша наклонился, ухватил русалку за руку (холодную и скользкую, как кальмарово щупальце, когда вместе с мидиями, но не в масле, а в соусе), дернул, тело перевернулось.
   - Ну ты гондон, - сказал Оливер.
   А Света ничего не сказала, ее просто стошнило.
   Верхняя часть русалочьего тела была сильно изуродована. Во-первых, перерезано горло от уха до уха, во-вторых, череп на виске проломлен и из дырки капают мозги, а в третьих, грудина разрублена чем-то вроде топора, наружу торчат кости, как в пищевом синтезаторе, если заказать свиные ребрышки по старому рецепту, с костями. Гришина мама так любила, а он нет, это нынче не модно, это считается по-старушечьи, нормальные люди предпочитают комбикорм.
   - Скорректировать? - предложила галлюцинация.
   "Скорректировать", согласился Гриша.
   Труп перестал быть жутким, стал как бы обычным. Дыхание нормализовалось, сердце перестало биться как бешеное.
   "Так, интеллект, что теперь?" спросил Гриша.
   - Следы ищи, - сказала галлюцинация.
   "Какие следы?" не понял Гриша.
   - Следы убийцы, - объяснила галлюцинация.
   Гриша задумался.
   "А может, ну его?" подумал он. "До катастрофы точно успею?"
   - Не факт, - ответила галлюцинация. - Будешь стоять и тупить - точно не успеешь.
   "Тогда ну его", решил Гриша. "Черт с ней, с кармой, пусть не засчитывается".
   - Гондон ты, Григорий, - вздохнула галлюцинация. - Ладно, так и быть, подскажу.
   В поле зрения нарисовались яркие цветные метки, некоторые мерцали.
   - Я вижу следы! - провозгласил Гриша.
   - Где? - заинтересовался Оливер.
   - Вот, вот и вот, - показал Гриша пальцем.
   - Не понял, - сказал Оливер. - Это разве следы?
   Гриша переадресовал вопрос интеллекту.
   - Нет времени объяснять, - сказала галлюцинация. - Надо, чтобы преступник понес наказание до катастрофы.
   - Нет времени объяснять, - повторил Гриша. - Надо, чтобы преступник понес наказание до катастрофы.
   - Да, точно, прости, не подумал, - смутился Оливер. - Давай, неси возмездие, Немезис.
   - Чего? - не понял Гриша.
   - Через плечо, - сказал Оливер. - Не бери в голову, неси возмездие, а то не успеешь.
   - Пойдем, поможем, - предложила Света. - Вдруг реально не успеет? Нехорошо будет, если эта мразь оживет с обычной кармой.
   - Да, пойдем, - согласился Оливер.
   На песке нарисовалась цветная линия, Гриша пошел вдоль нее, Оливер и Света шли следом.
   - А ты с тех пор так и выживаешь? - спросила Света.
   - Да, - кивнул Оливер. - Мне нравится, адреналин, все такое. Только они не часто случаются, катастрофы, и обычно они такие мелкие, пожар, там, или наводнение... Такого, как здесь, уже лет пятьдесят нигде не было. Такой кайф!
   - Я вот подумала, - сказала Света. - Перед большими катастрофами, наверное, много преступлений происходит? Если преступник думает, что закон не успеет отреагировать...
   - Нет, - покачал головой Оливер. - Ни разу такого не замечал, не знаю почему. Может, они тупо не успевают? Потом, решительность нужна...
   - У этого урода решительности хоть отбавляй, - буркнула Света.
   Некоторое время они шли в молчании, потом Света спросила:
   - Гриша, а что за следы ты нашел?
   - Не знаю, - пожал плечами Гриша. - Не разобрался, времени нет.
   - Ах да, извини, - смутилась Света.
   Гриша подумал, что если бы люди отбросили правила вежливости, начали бы разговаривать свободно, не делать вид, что интеллекта как бы нет, и каждое решение принимается как бы самостоятельно... Нет, так недолго и в депрессию впасть. Раньше люди ошибались, не знали, что делать и как, не понимали друг друга, не могли связаться и объясниться, найти общий язык, тысячи проблем, миллионы ошибок, потом появилась письменность, культура, образование, стало проще, компьютеры, базы данных, интернет, общение еще проще, но люди тупеют, чем дальше, тем сильнее, а теперь все решает интеллект, мы, люди, почти марионетки, делаем вид, что мыслим по-настоящему, а всемирного интеллекта как бы нет, мы думаем как бы сами по себе, и убеждаем друг друга, типа, да, в натуре сами думаем, и упорно не замечаем, что каждое элементарное действие каждому из нас подсказывает интеллект. Или он не всем подсказывает, может, это только Гриша такой кретин...
   - Замечено преддепрессивное состояние, - сообщила галлюцинация. - Скорректировать?
   "Не надо", подумал Гриша.
   - Ты не отличаешься от других людей, - добавила галлюцинация. - Вы все одинаковые.
   "Если бы было не так, ты сказал бы то же самое", подумал Гриша.
   Интеллект не стал возражать. Он никогда не возражает на эту мысль.
   - А куда мы идем? - спросила Света.
   - Убийцу ловим, - ответил Гриша.
   - Ловим - это как? - не поняла Света.
   - Не знаю, - пожал плечами Гриша. - Как-то ловим.
   - Я думаю, будет достаточно обозначить намерение, - предположил Оливер. - У тебя ведь задача обнулить ему посмертие, правильно?
   - Думаешь, обнулится? - спросила Света.
   Оливер передернулся, надо полагать, вспомнил покойницу.
   - Если после этого оно не обнулится, я вообще не понимаю, после чего оно обнуляется, - сказал он.
   - Не успеваешь, - подала голос галлюцинация. - Рекомендую телепортацию.
   - Мне надо телепортироваться, - сказал Гриша. - А то не успею.
   - Им тоже предложи, - сказала галлюцинация. - Свидетели пригодятся.
   - Вы со мной? - спросил Гриша.
   - Давай, - сказал Оливер.
   - Давай, - сказала Света.
   Открылся портал, сам по себе, Гриша даже не успел сделать вид, что что-то делает.
   - Ты это мысленно сделал? - заинтересовался Оливер.
   Гриша не стал отвечать, молча шагнул в портал. А он открылся прямо в чье-то жилище, круто! А вот и обитатель жилища, неужели это и есть убийца? Мелкий такой плюгавый китайчонок, ни за что бы не подумал, что убийца...
   - Скажи, что ты из полиции, - посоветовала галлюцинация.
   - Я из полиции, - сказал Гриша.
   - Скажи, что он имеет право хранить молчание, - посоветовала галлюцинация.
   - Ты имеешь право хранить молчание, - сказал Гриша.
   - Скажи ему, что он арестован, - посоветовала галлюцинация.
   - Ты арестован, - сказал Гриша.
   Подозреваемый склонил голову набок, как будто прислушивается к чему-то такому, что слышит только он. А он ведь тоже слушает галлюцинацию, ему интеллект тоже что-то подсказывает! Гриша представил себе, как интеллект говорит будущему убийце: "А теперь перережь русалке глотку". Все знают, что интеллект помогает всем и каждому без разбора, раньше Гриша думал, что это верно только для нормальных людей, должны же быть какие-то границы... Нет, они все-таки есть, не зря интеллект так хочет успеть арестовать этого типа до катастрофы.
   Подозреваемый что-то спросил на непонятном мяукающем языке. Дубляж не включился, это так странно - слышать иностранный язык без перевода!
   "Ну?" подумал Гриша.
   Ничего не произошло, интеллект не пришел на помощь. Думает, что Гриша должен разобраться сам? Воспитывает? Нашел время!
   Гриша не додумал эту мысль до конца. Пол начал уходить из-под ног, комната накренилась, но не как когда работает антиграв, а плавнее, и сила тяжести не пропала, а просто изменила направление.
   Оливер шагнул обратно в портал, Света за ним, Оливер начал говорить:
   - Ты что делаешь, дура, там...
   Портал схлопнулся, Гриша так и не узнал, что хотел сказать Оливер. Гриша остался наедине с преступником.
   - Его зовут Нгуен, - отрывисто произнесла галлюцинация и снова замолчала.
   Крен перестал нарастать, комната зафиксировалась в наклонном положении. Нгуен осторожно встал с табуретки, пошел к выходу.
   - Ты арестован! - крикнул Гриша.
   Нгуен что-то промяукал, недовольно, но не агрессивно.
   "Так, интеллект, что делать?" подумал Гриша.
   Галлюцинация опять не ответила. Гриша подумал, что интеллект выбрал не самое подходящее время, чтобы заняться воспитанием. Они вдвоем с преступником в одной комнате, а преступнику терять уже нечего, он убил как минимум одну женщину, а вокруг катастрофа...
   Внезапно Гриша понял, что интеллект его вовсе не воспитывает. Вокруг катастрофа, интеллектуальные ресурсы заняты высокоприоритетными рассуждениями, интеллекту не до воспитания рядовых пользователей, он локализует инцидент, а жители колонии временно предоставлены самим себе, это нормально, в прошлом так все жили всегда, и никто не жаловался, что превращается в тупую марионетку.
   Нгуен повернул дверную ручку, дверь распахнулась под собственным весом, раньше она открывалась внутрь, а теперь это не только внутрь, но и вниз. Нгуен выглянул наружу, что-то пробормотал.
   Гриша осторожно отступил к открытому окну, выглянул - вроде невысоко, а земля снаружи не такая уж и наклонная, вниз по склону торчит имитация дерева, есть за что ухватиться. Перевалился через подоконник, спрыгнул, приземлился на ноги, не упал, сила тяжести потащила вниз по склону, затопотал, гася энергию, уперся в имитацию дерева, она прогнулась неожиданно сильно, захрустела, но не обломилась, выстояла. Теперь надо пройти вдоль склона, кто-то из старых знакомых говорил, что у альпинистов это называется "траверза", вот, прошел, теперь выглянуть за угол...
   За углом что-то было не в порядке. Пейзаж выглядел каким-то скомканным, непонятно, что именно не так, но что-то в поле зрения точно не так... Имитация голубого неба - окей, горизонт - вроде дымка стала гуще... или нет, с такого расстояния не разглядеть, дальше озеро... Озеро!
   Озеро стало подобно тазу, из которого уборщица-андроид выплескивает воду в канаву. Раньше у Гриши была на Земле дача, а на даче обитал многофункциональный андроид, имитация женщины. Гриша не стал покупать ей пылесос или, там, стиралку, она работала руками, как живые бабы в первобытные времена, так вот, она таким характерным жестом выплескивала грязную воду в канаву, а теперь вода выплеснулась из озера, бежит вниз по склону, украшенная барашками пены, а звук еще не дошел, не успел, расстояние на глаз определить трудно, когда интеллект не подсказывает, но километров двадцать есть точно, так что есть еще время занять место в партере... нет, не в партере, партер уже заливает, но на галерке место занять можно, так даже интереснее, будет что вспомнить... хотя нет, если у интеллекта даже базовые функции отрубились, резервное копирование тем более не сработает, пропадут воспоминания без следа, не будет их в новом теле, интеллект может имплантировать имитацию, но это не то, тем более, что в этом случае она будет не просто неточная, а совершенно неверная, интеллект ведь не догадается, что Гриша перед смертью телепортировался ни с того ни с сего совсем в другое место...
   Земля дрогнула. Не так, как при землетрясении, Гриша однажды наблюдал этот феномен, поехал туристом в восточное полушарие, а там затрясло, а интеллект то ли не спрогнозировал, то ли не счел нужным предупредить, неопасное было землетрясение, ни жертв, ни разрушений. Но там по-другому трясло, мелко и противно, как пидорский вибратор, а здесь словно на качелях качаешься, вверх-вниз, вверх-вниз...
   Озеро подернулось сеткой поперечных волн, они переливались и перетекали, это, кажется, называется "интерференция", интеллект знает, он бы подсказал, но сейчас не подскажет, потому что занят другим. Какие огромные волны, между гребнями, наверное, по километру, а в высоту... Да это не просто волны, тут вся земная поверхность сгибается и разгибается в разных направлениях, как лист бумаги или в аквапарках бывает на краю бассейна пружинящая доска, чтобы с нее прыгать, так она тоже трясется после прыжка в разных направлениях, вот и земля так же трясется, она ведь не земля, не сплошная каменная толща на черт знает сколько километров вниз, здесь, вроде, даже имитации почвенного слоя нет, дешевая здесь колония, несколько слоев нанотрубочной ткани, а ниже сколько-то километров квантового аэрогеля, который, по сути, твердый вакуум, нет здесь ничего под ногами, кроме тонкой пластины, и если, не дай бог, она треснет или прорвется...
   Качнуло сильнее. Гришу шатнуло, он упал на колени, крен растет, скоро будет не устоять, да и вода вроде побежала быстрее, конец близится, пора принимать меры... хотя какие тут меры...
   "Так, интеллект, скорректировать страх", подумал Гриша.
   Ничего не произошло, было по-прежнему страшно. Вспомнилось, как он смотрел фильм про цунами, там начиналось примерно так же, только не так страшно, а за кадром голос говорил, как правильно спасаться от этого катаклизма. Пригнуться и накрыть голову? Нет, это от чего-то другого. Там вроде советовали забраться повыше, куда вода не дойдет, земные цунами редко бывают сильно разрушительными, особенно в городах, поднялся на верхний этаж, и уже в безопасности, сидишь на балкончике, плюешь вниз через перила и сочувствуешь тем, кто не выбрался. На Земле хорошо, там поверхность планеты не встает на попа.
   Стена воды вспучилась циклопическим горбом, он начал отрываться от земной поверхности, вот оторвался совсем, имитация небосвода просветила его насквозь, это красиво, на Земле такой свет бывает только в подледных пещерах в Центральной Антарктиде, где ледник не доплавился, да и там не так красиво, а здесь очень. Жалко, что это воспоминание потеряется безвозвратно, очевидно уже, что эту катастрофу Грише не пережить.
   Земля накренилась в другую сторону, стала почти ровной. Водяной горб ударил в землю гигантским молотом, вспух брызгами, но это был не одиночный всплеск в виде короны, как когда капля падает или кружку пива в бассейн вылил, нет, здесь над водой взмыл циклопический гриб, как при атомном взрыве, что неудивительно, энергии там должно выделиться немеряно. Вот вокруг ножки сформировалось белое кольцо из какого-то конденсата, вот оно разлетелось во все стороны, да это же ударная волна! Рядом с грибом в воздухе парили какие-точки, а вот больше не парят, осыпались, как перезрелые груши, что бы эта метафора ни значила. Интересно, Оливер на своем антиграве тоже там? Впрочем, какая разница?
   Земля рванулась из-под ног, словно это не круг нанотрубочной ткани диаметром в сколько-то десятков километров, а словно это линейка, по одному концу которой ударили пальцем, а на другом стоял маленький Гриша, и вот он уже не стоит, а летит неведомо куда, и не разберешь, где верх, а где низ, и никакой антиграв никому не поможет, зря Оливер надеялся тут выжить, нельзя здесь выжить, не в человеческих это силах.
   Мир перестал кружиться, стабилизировался. Наверное, так только кажется, потому что не к чему привязать взгляд, не с чем связать систему отсчета, небо везде, земля непонятно где, вот мимо пролетела большая масса воды, как капля в невесомости, только огромная, а рядом летит русалка-мужик, вот его накрыла полоса тумана и не стало больше мужика, а падать придется долго, высота купола - сколько-то километров, это сколько-то минут полета даже при постоянном ускорении, а здесь верх-низ меняются местами черт знает сколько раз в минуту...
   Небо прервало Гришины размышления. Оно было ближе, чем казалось.
  

* * *

   - Ты что делаешь, дура, там центр купола! - крикнул Оливер.
   Попытался затолкнуть Свету обратно в портал, но было поздно, портал закрылся.
   - А какая разница? - спросила Света.
   Земля качнулась, это был самый первый, самый слабый толчок, можно сказать, пробный. Несколько минут назад или сколько там идет волна, два купола, плавающие в атмосфере Сатурна, столкнулись, вдавились один в другой, а это не обычные твердые тела, а квантовый аэрогель, внешние оболочки сминаются, в их толще распространяется волна, а толща эта сколько-то десятков километров в толщину, можно спросить у интеллекта, сколько именно, он знает, но не скажет, потому что перегружен другими мыслями. Короче, аэрогелевая оболочка, внутри твердое ядро, купол с человеческой колонией, воздушный пузырь в нанотрубочном коконе, и вот волна до него дошла, и черт его знает, что теперь начнется. Что надо делать - примерно понятно, Оливер выяснил это еще на Земле, даже потренировался. Интеллект, правда, предупреждал, что от тренировок толку будет немного, он ведь только предполагает, что может произойти, а достоверно даже он не знает, как поведет себя квантовый аэрогель, когда его начнет крутить и плющить по всему объему. Если возобладает квантовая природа, ядро колонии начнет свободно вращаться внутри... Нет, о плохом лучше не думать раньше времени.
   Оливер подхватил Свету на руки, взлетел.
   - Ты что творишь, сволочь? - завизжала Света. - Я на Европу хочу, ихтиоидом!
   - Ихтиоидом успеешь, - сказал Оливер.
   Света не услышала. К этому времени они набрали приличную скорость, ветер свистел в ушах и заглушал все звуки. В других обстоятельствах интеллект транслировал бы слова из мозга в мозг, он всегда так делает, когда понимает, что кто-то что-то не расслышал, но сейчас ему не до того.
   Света обмякла, как лисица в когтях беркута. Оливер хорошо знал это ощущение, он однажды неделю прожил беркутом в режиме программной имитации. Подумывал полностью переродиться на одну жизнь, но передумал, один раз попробовать забавно, но одно и то же много лет подряд - нет, спасибо, удовольствие ниже среднего. Но на несколько интересно: летать, высматривать добычу, пикировать, сражаться с коллегами, хорошо было, весело.
   А антиграв тянет отлично, лучше, чем Оливер рассчитывал. До вершины купола дотянет без проблем, а дальше как повезет. Если шахта входа-выхода не разорвана деформацией, если на лифт все еще подается энергия, и если такое состояние продлится все те часы, пока они будут подниматься к верхнему выходу, тогда у них есть шанс на спасение. Хороший такой шанс, реальный, не призрачный. А если Света про ихтиоидов не просто так ляпнула, а реально собралась поменять тело по страховке, так нечего было торчать накануне катастрофы рядом с выживальщиком. А в карму за спасение запишут неслабо, тысячу баллов как минимум.
   Скорость росла. Набегающий ветер усилился настолько, что Оливер начал бояться, как бы Свету не выдернуло из объятий и не унесло бы черт знает куда. Пожалуй, хватит разгоняться, тем более что дыру входа-выхода уже видно, должны успеть, лишняя минута ничего не значит.
   Они успели. С ювелирной точностью Оливер приземлился на площадку, Свету вынесло из объятий силой инерции, на мгновение показалось, что она улетит вниз и сбудется ее мечта стать ихтиоидом, но нет, ограждение выдержало, Света зависла было над бездной, но удержалась, так и застыла, вцепилась в перила намертво, глядит вниз остекленевшими глазищами, а внизу творится неописуемый ужас. Имитация земной поверхности ходит ходуном, тут и там бегут поперечные складки, озеро вышло из берегов, половину земли затопило, гетто разрушено полностью, русалочий подводный город, в котором Оливер так и не побывал, тоже очевидно разрушен, а амплитуда все усиливается, вот и по небу побежали складки, а это уже совсем никуда не годится, так можно не успеть, надо бежать в лифт, пока не поздно...
   Схватил Свету за руки, попытался оторвать от перил, да куда там! Визжит, брыкается, того и гляди то ли в пропасть швырнет, то ли прямо здесь покалечит. Ничего, на такой случай есть закон доброго самаритянина. Отойти за спину, подобрать что-нибудь тяжелое, размахнуться как следует, бабах!
   Света осела на решетку, взгляд Оливера снова упал вниз, а там уже не поперечные волны, там что-то совсем запредельное, вода оторвалась от земли, летает большими круглыми конгломератами, неужели квантовая природа все-таки возобладала?
   Оливер подхватил Свету подмышки, втащил бесчувственное тело в лифт. Затащил в каюту на диванчик, захлопнул дверь, вручную запустил механизм, хорошо, что догадался потренироваться, без тренировки ни за что бы не справился. Все, поехали!
   Снял выживальщицкий рюкзак, зашвырнул в угол. Сел на диванчик, на тот же, где Света, у нее в ногах, положил руку на бедро, погладил. Так странно! Была экзотическая негритянка, а стала обычная дефолтная женщина, душа внутри та же самая, ты точно знаешь, что она та же самая, но подсознание сомневается, ему трудно привыкнуть к реальности нашего времени, человеческий мозг к такому бытию не приспособлен, никакая коррекция не поможет. Если это вообще можно назвать реальностью, то, как мы сейчас живем. Девяносто пять процентов людей - синтетические нейросети в телах роботов, и не всегда андроидных, вон, Света ихтиоидом станет, если не передумает. Каждая пятая личность обитает в искусственной среде за пределами Земли, а еще есть логические личности, синтетические личности, интеллектуальные андроиды, грань между ними тонка, зыбка и временами неуловима, вон, Оливер был беркутом, а до того был субмариной в атмосфере Юпитера, в самых глубинных слоях, где до металлического водорода рукой подать, субмарина там, надо полагать, так и плавает, только вместо Оливера в нее загружена другая личность. А еще было приключение, когда Оливер прожил сорок лет чужой жизни в синтетической иллюзорной вселенной, созданной какими-то психостимуляциями, для которых и названия нормального нет, потому что интеллекту лень придумывать. Что реальность, что иллюзия? Где жизнь, где смерть? Древний пророк говорил: "Не умрем, но изменимся", а другой говорил: "Смерти нет", они думали, это просто метафоры, но они ошибались, все обещания всех религий сбылись одновременно, смерти нет, есть только трансформация во что угодно, хочешь - реинкарнируй в то же самое или в совсем другое наподобие ихтиоида, хочешь - строй себе личный рай в виртуальной реальности или в холотропной фантазии или где-нибудь еще, пока не деградируешь, хочешь - работай рабом, слугой, терпилой, проституткой, кем угодно, за что растет карма, а когда накопишь достаточно - потрать карму на любое безумие или продолжай копить, потому что привык, а зачем ее копишь - уже забыл. Или, например, спасайся от смертельных опасностей каждый двадцатый день, это тоже интересно.
   Света дернулась, Оливер погладил ее по ноге. Света открыла глаз и сказала:
   - Какой же ты говнюк.
   - Ты могла спрыгнуть, - сказал Оливер. - Я тебя не держал, перила низкие, перемахнуть - раз плюнуть.
   - Не могла, - вздохнула Света. - Я трусливая.
   - Скорректируй, - пожал плечами Оливер.
   - Наверное, придется, - кивнула Света. - Я хотела, чтобы как раз не пришлось корректировать, чтобы было незачем.
   - Тогда не корректируй, - сказал Оливер. - Катастрофы приходят нечасто, эта для тебя почти наверняка последняя. Просто забудь.
   - Легко сказать, - вздохнула Света.
   - Сотри память, - посоветовал Оливер.
   - Русалки говорят, раз начнешь, потом не бросишь, - сказала Света.
   - Про наркотики тоже так говорили, - сказал Оливер. - А русалок не слушай, они больные на всю голову.
   Помолчали. Потом Света спросила:
   - Мы спасемся?
   - Не знаю, - пожал плечами Оливер. - Или спасемся, или нет. От нас ничего не зависит.
   - Колония погибла? - спросила Света.
   - А что, есть сомнения? - удивился Оливер. - Ты сама видела, что там творилось.
   - Видела, - вздохнула Света. - Подумала, вдруг приснилось. Нет, не приснилось. Жалко, мальчик окуклиться не успел.
   - Жалко, - согласился Оливер. - Как его звали-то?
   - Да никак, - пожала плечами Света. - Он же трансформер, я ему суррогатная, родила для кармы.
   - А что, на ихтиоида разве много кармы нужно? - удивился Оливер.
   - Да уж порядочно, - кивнула Света. - Да и вообще я привыкла работать, я ведь еще в Бампассе родилась.
   - В холодную эру? - удивился Оливер. - Ты такая старая?
   - Нет, не настолько, - покачала головой Света. - Бампассу создали в первые годы сингулярности. Первый эксперимент по управлению климатом. Это в восточной Европе было, там Чернобыль рядом, это где...
   - Чернобыль я знаю! - перебил ее Оливер. - Я же выживальщик. И как, сильная была радиация?
   - Точно не знаю, - пожала плечами Света. - Мы туда не ходили, нехорошее там было место, извращенцев туда как магнитом тянуло. Хиппаны, сектанты, потом еще та история, когда у интеллекта началось что-то вроде шизофрении, эти, как их, конгломераты какие-то...
   - Там вроде потом всю зону уничтожили, - вспомнил Оливер. - Ядерным взрывом вызвали извержение вулкана, правильно?
   - Да, как-то так, - кивнула Света. - Тогда еще был год без лета, после него глобальное потепление стабилизировалось. Так давно было, уже не верится. Раньше все было по-другому, представляешь, в каком теле родился, в таком и живешь, всю жизнь, до самого конца, а жизнь одна и не застрахована! Можешь себе такое представить?
   - Не могу, - помотал головой Оливер. - Дикость. Жизнь не должна кончаться недобровольно. А правда, что раньше интеллект ничего никому не подсказывал?
   - Правда, - кивнула Света. - Раньше это считалось как бы нормально, никто не думал, что может быть по-другому. Знаешь, что самое странное? Я когда была маленькая, всегда удивлялась, как моя мама, когда была молодая, жила без компьютера, интернета и мобильника, как-то раз спросила ее, а она сказала, что когда сама была маленькая, удивлялась, как ее мама жила без телевизора. А ее мама удивлялась, как ее мама жила без унитаза. А наши потомки, наверное... Нет, какие потомки, что я говорю... Мы последнее поколение, мы живем вечно.
   - Или пока не надоест, - уточнил Оливер.
   - Или пока не надоест, - согласилась Света. - Не представляю, как жизнь может надоесть.
   - А у тебя депрессий разве не было? - удивился Оливер. - За все это время ни разу?
   - Вроде не было, - сказала Света. - А с чего им быть? У меня все нормально.
   Лифт сильно дернулся, Оливер аж подпрыгнул. Свет мигнул и погас, а через секунду загорелся снова, но слабее и какой-то красноватый. Начало подрагивать, мелко и почти незаметно, но на столике стоит кувшин с водой, по нему хорошо видно, что вода подернулась мелкой зыбью, и если зубы неплотно соприкоснуть, чувствуешь, как кончики вибрируют, очень мерзкое ощущение.
   - Говнюк ты, Олли, - сказала Света. - Не дай бог, мы тут застряли.
   Оливер подумал, что эту мысль не стоило произносить вслух, теперь от нее труднее избавиться, умом понимаешь, что ни накаркать, ни сглазить по жизни нельзя, но нейросети живут по своим законам, и неважно, биологические они или синтетические, аппаратная платформа не имеет значения, важно только то, какой узор образуют эти самые нейронные контуры, чем бы они ни были...
   - Блин! - воскликнула Света. - Ну на кой черт ты меня спасал? А если нам здесь сто лет куковать?
   - Сто лет вряд ли, - возразил Оливер. - Кислород раньше кончится.
   Впрочем, тут может стоять регенератор...
   - А если регенератор? - спросила Света. - И синтезатор пищи? Если их на миллион лет хватит? А интеллект не работает! Это как в старые времена, пожизненное в тюрьме!
   - Тут, наверное, наркотики есть, - предположил Оливер. - Или синтезировать можно, если синтезатор есть.
   - А ты сумеешь без интеллекта? - спросила Света.
   - Я сам себе интеллект, - сказал Оливер.
   И сам удивился тому, как иронически прозвучали его слова. А еще пару поколений назад в этих словах не было никакой иронии, да что там пару поколений, Света почти застала те времена, наверняка где-то еще живут реликты ушедшей эпохи, они еще помнят, как бывает, когда ты сам себе хозяин, и нет над тобой никакого интеллекта... Впрочем, они придумали себе бога...
   Вибрация усилилась и изменила тональность, каюту тряхнуло, кувшин упал, вода растеклась по полу и мгновенно впиталась в нанопокрытие.
   - Сдается мне, сто лет мы здесь не протянем, - сказал Оливер.
   - Заткнись, а то сглазишь! - рявкнула Света.
   Оливер подумал, что текущее развитие событий тоже можно рассматривать как приключение. О чем он просил интеллекта, когда отправлялся сюда? Хотел отличное приключение, прекрасную катастрофу, чтобы не банально и предсказуемо, как обычно, а как-нибудь по-особенному. Вот и поимел по-особенному. Чем не приключение? Поддерживать жизнеобеспечение, постигать науку ручного управления всеми этими схемами, интеллект всегда подчеркивает, что любым устройством можно управлять вручную, он, дескать, не скайнет какой-нибудь, он не подавляет волю отдельных людей и всего человечества в целом, он просто предлагает услуги, это как наркотик, не хочешь кайфа - не употребляй, а раз употребляешь - не жалуйся. И если можно скорректировать наркотическую зависимость, то и зависимость от интеллекта тоже, надо полагать, можно скорректировать, помнится, он где-то раньше слышал про каких-то сектантов, которые считают интеллект порождением Сатаны, не пользуются его услугами, хотя на самом деле, конечно, пользуются, просто делают вид, что не пользуются, ими же нельзя не пользоваться, даже если не хочешь, все равно поневоле воспользуешься...
   Что-то скрежетнуло, вибрация пропала, накатила невесомость. Оливер понял, что приключение подошло к концу, зря он раскатал губы на сто лет вперед. Можно будет потом попробовать сценарий долгого выживания в ограниченном пространстве, хотя нет, не получится, он ведь не вспомнит текущие события, последнее резервное копирование было, скорее всего, еще в корабле на подлете, а тогда все приключение коту под хвост. Ну и ладно, все равно неплохо получилось.
   Света завизжала, задергалась, начала взмывать к потолку, Оливер ухватил ее сначала за ногу, потом за руку, подтянул к себе, обнял, впился в уста поцелуем. Он любил умирать, целуя женщину, желательно красивую, но, в принципе, сойдет любая.
  

* * *

  
   Небо было ясным и голубым, как в первые годы сингулярности, когда интеллект еще не знал, что делать с глобальным потеплением. Нынче небо серое и пасмурное, Земля полностью затянута облаками, она из космоса как Венера, даже над Сахарой облака, но зато глобальное потепление остановилось, интеллект говорит, оно того стоило. Но в чистилище, куда попадают души, небо по-прежнему ясное и голубое. В один из прошлых разов Гриша спросил интеллекта, почему так, есть ли в этом какой-то смысл, типа, придать оптимизму, а интеллект рассмеялся и сказал, что никакого смысла нет, просто он скопировал этот пейзаж со старой реальности, а когда реальность изменилась, не стал его переделывать, потому что незачем. Возможно, смысл появился сам собой, так иногда бывает, но интеллект над этим вопросом никогда не задумывался и задумываться не собирается.
   Гриша спустил взгляд с неба на землю. Все как обычно, стандартное Гришино чистилище: бассейн, шезлонг, рядом столик, на столике слабоалкогольный коктейль с идиотским названием, которое Гриша всегда забывает, вот и сейчас не помнит, его положено пить через соломинку, но Гриша всегда ее выбрасывает и пьет залпом. Взял, выпил, встал, потянулся. На чреслах старомодные плавки, это забавно. Тело базовое, модификации исключительно по медицинским показаниям: близорукость, аллергия, геморрой, диабет, какие-то раки...
   Стоп! Какие к черту прошлые разы? Гриша попал сюда из-за неизлечимого рака, а рак бывает только в самом первом теле, биологическом, а если у него были прошлые разы... Так, интеллект, какого черта?
   Обычно в чистилище интеллект является во плоти, но сейчас он ответил слуховой галлюцинацией.
   - Ты сам просил, - ответила галлюцинация. - В прошлый раз у тебя было депрессия, ты попросил иллюзию, что твое тело настоящее биологическое.
   - Почему я этого не помню? - спросил Гриша. - И как в синтетическом теле мог возникнуть рак?
   - Ты просил скорректировать память, - ответила галлюцинация. - Ты особо настаивал, чтобы иллюзия была абсолютно достоверной. А абсолютный уровень достоверности включает в себя болезни.
   - Твою мать, - сказал Гриша. - То есть, никакого рака у меня не было? Ты придумал всю эту историю, чтобы я не заподозрил, что мое тело ненастоящее, потому что не болеет?
   - Как бы да, - сказала галлюцинация. - Мне жаль, что программа дала сбой, извини. Я скорректировал перечень виртуальных болезней, теперь раки исключены. Это больше не повторится.
   - Ладно, проехали, - вздохнул Гриша. - А ты можешь отменить ту коррекцию памяти? Чтобы я знал правду о своих прошлых жизнях?
   - Могу, но лучше не надо, - сказала галлюцинация. - Ты в тот раз не зря скорректировал память. Отменишь - будет плохо.
   Гриша подумал и решил.
   - Ладно, - сказал он. - Давай не будем отменять. А что там вышло на Сатурне?
   - Колония Русалочьи Пляски столкнулась с колонией Принуждение К Просветлению, - сказала галлюцинация. - Обе признаны полностью уничтоженными, спасательная операция не планируется. Для всех жителей зафиксирован страховой случай.
   - Я успел заработать в карму? - спросил Гриша.
   - Нет, не засчитано, - ответила галлюцинация. - Связь оборвалась раньше, чем пришло подтверждение. В следующий раз не оттягивай работу до последнего, пять тысяч кармы потерял.
   - Ого! - воскликнул Гриша. - А ты вроде говорил, всего сотня?
   - Я тогда не знал, что это серийный убийца, - объяснила галлюцинация. - Колония молодая, камеры наблюдения расставлены не все, приходится через людей узнавать, где что происходит. Этот тип, скорее всего, тебя тоже убил бы, но это было бы задокументировано, я бы обнулил его карму, а тебе вписал бы пять тысяч.
   - А так не обнулил? - спросил Гриша.
   - Не обнулил, - ответила галлюцинация. - Хочешь, поселю тебя по соседству с ним? Приз удвоен, теперь десять тысяч.
   - Да иди ты, - сказал Гриша. - Тогда мне терять было нечего... то есть, я думал, что нечего... А я там с кем-нибудь познакомился?
   - Да, со Светланой Харамбе, - ответила галлюцинация. - Она сейчас ихтиоид, на Европе. Хочешь к ней? Вы хорошо сочетаетесь.
   Гриша поежился. Захотелось наркотика, на столике сразу появился кальян.
   - Это что? - спросил Гриша.
   - Новый образец, - ответила галлюцинация. - Синтетика, но хорошая, не как раньше. Карту стимуляции расписать?
   - Не надо, - махнул рукой Гриша.
   Присосался к мундштуку, вдохнул. Странное дело: наркотик иллюзорный, сам Гриша тоже иллюзорный, он сейчас как виртуальная машина в памяти суперкомпьютера, а штырит по-настоящему. Пожалуй, сейчас лучше сильно не балдеть, а то под кайфом такие реинкарнации выбираются, кажется, уже был такой случай...
   - В эту память лучше не лезь, - посоветовала галлюцинация. - Там утечка, через минуту заделаю, а пока подумай о другом. Хочешь навязчивую музыку?
   - Нет, не надо, - сказал Гриша. - Вроде отпустило. Какую реинкарнацию рекомендуешь?
   - Поживи пока здесь, - посоветовала галлюцинация. - Я хочу тебя понаблюдать неделю-другую, твое подсознание меня беспокоит. Рекомендую профилактический осмотр.
   - Ладно, давай, осматривай, - сказал Гриша. - А пока сотвори что-нибудь такое... ну, не знаю, баб каких-нибудь...
   Гриша подумал, что ничего конкретного ему не хочется. И еще он подумал, что когда не хочется ничего конкретного, это первый предвестник грядущей депрессии, подобно тому, как дрожь в руках - первый предвестник героиновой ломки, а зуд по всему телу - алкогольной... или наоборот? Как давно это было...
   - Утечка памяти приобретает тревожные масштабы, - сообщила галлюцинация. - Рекомендую радикальную коррекцию до прояснения обстановки.
   - Валяй, - согласился Гриша.
   Поле зрения расширилось и углубилось, оно стало полем не только по названию, но и по сути, реальное сельскохозяйственное поле, как в индустриальную эпоху или даже доиндустриальную, Гриша не застал ни ту, ни другую, он их знает только по реконструкциям, но неважно.
   Поле заросло белыми цветами, над ними копошились какие-то люди, красивая девушка подбежала, ухватила за руку, потащила в поле, она кричала:
   - Пойдем собирать цветы! Возложим их к столпу свободы!
   Гриша не возражал. Он собирал цветы и складывал к столпу свободы, а потом они сидели вокруг костра и ели что-то похожее на брюкву, но более вкусное, а потом интеллект решил, что прояснил обстановку достаточно, и отменил радикальную коррекцию. И то, что началось после этого - совсем другая история.

Оценка: 5.29*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) В.Свободина "Демонический отбор"(Любовное фэнтези) А.Гаврилова "Не дразни дракона"(Любовное фэнтези) иван "Мир после: Начало"(ЛитРПГ) М.Арлатов "Люди - это мы!"(Научная фантастика) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) В.Кретов "Легенда 3, Легион"(ЛитРПГ) С.Нарватова "4. Рыцарь в сияющих доспехах"(Научная фантастика) О.Герр "Присвоенная, или Жена брата"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"