Проскурин Вадим Геннадьевич: другие произведения.

Жизнь прекрасна

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:


   Однажды Грише захотелось завести новых друзей.
   "Так, интеллект!" подумал Гриша. "Как мне завести друзей?"
   Слуховая галлюцинация ответила:
   - Приходи послезавтра в восемь вечера вот сюда.
   Зрительная галлюцинация одновременно сформировала воображаемую карточку с адресом, а еще одна галлюцинация поместила ее в уголок Гришиного сознания, чтобы потом легко было извлечь. Это была обычная операция, Гриша наблюдал ее в своем мозгу довольно часто, хотя и не каждый день.
   Адрес указывал в Новоросс-Сити, это недалеко, можно приехать на маглеве прямо на место и не нужно бронировать гостиницу, очень удобно. И национальный регион тот же самый, это тоже удобно, Гриша не любил, когда дружеская беседа идет через синхронный перевод, а заниматься сексом под синхронный перевод - вообще комедия, особенно когда язык по звучанию похож на родной. Трахал, помнится, Гриша одну негритянку из Европы, она как начала верещать про "фантастиш", Гриша со смеху чуть с постели не упал, пришлось потом иллюзию заказывать, чтобы кончить. А когда подруга говорит на том же языке и понимаешь ее без перевода - никаких проблем.
   Цветная линия без проблем довела Гришу от порога родного дома до столика в баре в тысяче километров от этого самого порога. Гриша улыбнулся будущей подруге, сел напротив.
   - Привет, - сказал он. - Я Гриша.
   - Привет, - отозвалась подруга. - Я Сандра.
   "Так, интеллект", подумал Гриша. "Что дальше?"
   - Скажи ей, что она красивая, - посоветовала галлюцинация.
   - Ты красивая, - сказала Гриша.
   - Не трынди, - сказала Сандра.
   - Запротестуй и скажи, что она как пантера, - посоветовала галлюцинация.
   Гриша удивился - Сандра ничуть не походила на негритянку, черные у нее только волосы, все остальное дефолтное. Но спорить с интеллектом не стал, подчинился.
   - Сама не трынди, - сказал Гриша. - Ты как пантера в натуре.
   - А, ты в этом смысле, - сказала Сандра. - Извини, не поняла.
   Она улыбнулась и чуть склонила голову набок. Гриша решил, что пора ее поцеловать.
   - Преждевременно, - предупредила галлюцинация.
   Гриша передумал.
   Сандра наклонилась к нему и шумно втянула воздух. Гриша решил, что она изображает пантеру, и мяукнул. Сандра рассмеялась и сказала:
   - Я не в том смысле, я гистосовместимость проверяю.
   - Чего? - переспросил Гриша.
   Он вспомнил это слово. Однажды какая-то девушка уже говорила его в похожих обстоятельствах, это было в ее доме в каком-то необычном месте...
   - Обнаружена нежелательная утечка памяти, - подала голос галлюцинация. - Настоятельно рекомендую сменить тему мыслей.
   - Не бери в голову, - сказала Сандра. - Это мод для обоняния, обычная дешевка.
   - А, понятно, - кивнул Гриша.
   Он вспомнил, как однажды случайно включил на таблоиде канал для телок, а девица-ведущая как раз говорила, что в новом сезоне моды на обоняние - самый писк моды, это такая игра слов, "мод" - это сокращенно "модификация", а "мода" - то, что модно, потом Гриша переключил канал куда-то в другое место, а воспоминание осталось. Наверное, Сандра тупая, раз любит таблоиды.
   - Я не тупая! - обиженно воскликнула Сандра.
   Гриша удивился.
   - Я ничего такого не говорил, - сказал он.
   - Не говорил, а подумал, - уточнила Сандра.
   - А у тебя мод на телепатию? - заинтересовался Гриша.
   - А что, такой разве бывает? - удивилась Сандра. - Для этого разве не нужен транс, разве мода достаточно?
   - А черт его разберет, - сказал Гриша. - А ты мод поставила не потому, что их в таблоидах рекламируют?
   Сандра рассмеялась, и Грише показалось, что она его сейчас поцелует. Но нет, не поцеловала.
   - Нет, - сказала она. - Я не люблю таблоиды. Я этот мод поставила не из-за рекламы, а чтобы оценивать привлекательность партнеров. Иногда можно по запаху сразу понять, что партнер в постели не понравится. А тогда зачем с ним знакомиться?
   - А ты знакомишься только для постели? - спросил Гриша.
   - А для чего еще? - удивилась Сандра. - Погоди... А ты имел в виду не в том смысле друзья...
   - Нет-нет, в том смысле тоже, - успокоил ее Гриша. - И как тебе мой запах?
   - Нормально, в самый раз, - сказала Сандра. - А у тебя какие моды?
   - Только медицинские, - сказал Гриша. - Я ничего серьезного пока не ставил.
   - Недавно помер? - заинтересовалась Сандра. - Болезнь или неосторожность?
   - Я на Русалочьих Плясках был, - сказал Гриша.
   - Ого! - воскликнула Сандра. - Я видела видео про ту катастрофу, она была такая классная! Такой сюр!
   - А я не видел, - печально произнес Гриша. - Доктор сказал, лучше не надо.
   Он подумал, что зря поделился с ней этими сведениями, она теперь поймет, что он депрессивный, а таких телки не любят. Впрочем, будь оно так, интеллект бы предупредил.
   - А я жалею, что туда не попала! - сказала Сандра. - Там, наверное, так здорово было помирать! Настоящий хаос!
   - Спроси ее, любит ли она хаос, - посоветовала галлюцинация.
   - А ты любишь хаос? - спросил Гриша.
   - Очень, - кивнула Сандра. - Порядок скучен, он всегда одинаковый. Это как все время работать и никогда не отдыхать. А ты работаешь?
   - Нет, - помотал головой Гриша. - Мне пока не нужно, я на страховке обогатился. А ты работаешь?
   - Служу в армии, - сказала Сандра. - В миротворческих силах. Не из-за кармы, из-за хаоса. По лезвию меча идет дорога из мира живых в мир мертвых.
   - А вы разве мечами сражаетесь? - удивился Гриша.
   Сандра рассмеялась.
   - Нет, - покачала она головой. - Там есть, конечно, ограничение по энергетике, но не совсем нулевое. Ручные бластеры работают, станковые нет, но можно из минометов пулять фугасы... Нет, мечами мы не сражаемся, хотя попробовать, наверное, разок стоит.
   Гриша хотел было спросить, зачем она тогда сказала про меч, но передумал, ему показалось, что интеллект не одобрит.
   - Про меч - это старая пословица, - сказала Сандра. - Я люблю старые пословицы. Я люблю воображать, что живу в прошлом, где каждый сам за себя, интеллекта нет, каждый сам себе господин, и если ты, например, жрешь наркотики каждый день... Кстати о наркотиках, мы ничего не заказали!
   Они одновременно рассмеялись. Ну надо же! Сидят и болтают сколько-то минут подряд без всяких наркотиков. Может, они и вправду удачная пара, раз им вдвоем даже насухую не скучно? Может, провести этот вечер совсем без дозы? В виде исключения?
   Сандра щелкнула пальцами и заказала:
   - Два, пять, восемь, четыре, коктейль, четверть литра!
   А Гриша заказал так:
   - Один, девять, ноль, шесть, шесть, кальян.
   Сандра недовольно поморщилась и сказала:
   - А можно не кальян? Не люблю, когда у парней изо рта воняет.
   Гриша хотел было возмутиться, что от этой смеси не воняет, а приятно пахнет, но галлюцинация посоветовала:
   - Уступи.
   Гриша отменил кальян, заказал тот же наркотик в печеньках.
   - А почему у тебя ноль в третьей позиции? - спросила Сандра. - Непереносимость?
   - Угу, - кивнул Гриша.
   - Бедненький, - сказала Сандра и погладила его по руке. - А я люблю каннабиоиды, от них веселее всего.
   - А почему у тебя в эндорфинах двойка? - спросил Гриша. - Ты агрессивная и необузданная?
   Он думал, что Сандра засмеется над шуткой, но она серьезно кивнула и сказала:
   - Под единицей могу за плечо тяпнуть в экстазе.
   - Это как? - не понял Гриша.
   Сандра клацнула зубами.
   На столик телепортировались наркотики: Сандре коктейль, Грише печеньки. Он взял одну, сожрал, язык сразу онемел, кайф. Строго говоря, в самом этом ощущении никакого кайфа нет, оно просто предупреждает, что сейчас торкнет, вот и воспринимается как кайф. Раньше, когда наркокоррекция была второго поколения, Гриша ширялся героином, так там кайф был вообще от укола, хотя по жизни от него больно и противно. Так и онемение, когда надо, тоже в кайф. А когда печеньку глотаешь, она так забавно ползет вниз по пищеводу, как большая продолговатая капля ничего посреди нигде...
   Гриша помотал головой, отгоняя непрошеную ассоциативную цепочку. Зря он заказал шестерку на пятой координате. Эту координату редко кто включает, нормальному человек расширители сознания ни к чему, а на свидании они никому ни к чему, он просто по привычке произнес любимую формулу, не подумав. Впрочем, будь это серьезной ошибкой, интеллект предупредил бы или поправил.
   Сандра протянула руку, положила сверху на Гришино запястье. Ладонь у Сандры была жесткая и шершавая, а пальцы крепкие, как у мужчины. На мгновение мелькнула мысль: а что, если она транс в старом смысле этого слова, не русалка, не гигантская летучая мышь и не подводная лодка в атмосфере Юпитера, а просто поменяла пол, но нет, о таком интеллект предупредил бы наверняка. Гриша ведь не выставлял флаг абсолютной толерантности... или выставлял?
   - Я тебя хочу, - сказала Сандра.
   Гриша посмотрел на нее и подумал, что на первой координате надо было поставить двойку или даже тройку. Она наверняка любит доминировать, как бы не вышло из-за этого несовместимости. Впрочем, дофаминовая компонента должна поправить.
   - Скажи ей, что она красивая, - посоветовала галлюцинация.
   - Ты красивая, - сказал Гриша.
   Сандра щелкнула пальцами, пространство свернулось и развернулось. На мгновение Грише показалось, что он словил передоз по четвертой координате, но нет, это произошло на самом деле.
   Маленький ресторанный столик на двоих, за которым они сидели, остался на месте, стулья и пол вокруг тоже, а остальное изменилось. За спиной Сандры появилась большая трехспальная кровать, незаправленная и изрядно помятая, а вокруг нарисовался типичный интерьер жилой комнаты. Кусок кафельного пола посреди ковра выглядел чужеродно.
   - Это что такое? - спросил Гриша.
   Сандра рассмеялась.
   - Страшно? - спросила она.
   Гриша неопределенно пожал плечами.
   - Извини, - сказала Сандра. - Я когда штырюсь с цивилами, забываю, что они цивилы, а они пугаются. Нам, военным, разрешено телепортироваться.
   - Без ограничений? - удивился Гриша.
   - Нет, с ограничениями, - сказала Сандра. - По закону можно только по служебной необходимости, но решать, где она есть, а где нет, может любой военный. Мы как бы всегда на службе, солдат спит, служба идет.
   - А если пропалят, что ты нарушаешь? - спросил Гриша.
   - Да всем насрать, - ответила Сандра. - Думаешь, интеллект не знает, что я нарушаю? Ему все равно. Он выдал сколько-то лицензий на телепортацию, а кто ими как пользуется, ему насрать. Тут главное, чтобы не все подряд пользовались, а то хаос настанет. И еще говорят, если совсем запредельно злоупотреблять, лицензию отбирают.
   "Так, интеллект?" подумал Гриша.
   - Да, все верно, - подтвердила галлюцинация.
   "А я могу вступить в армию?" подумал Гриша.
   - Легко, - ответила галлюцинация.
   "А лицензию на телепортацию я получу?" подумал Гриша.
   - Конечно, - ответила галлюцинация.
   Сандра рассмеялась.
   - А он не зря нас свел, - сказала она.
   - Кто он? - не понял Гриша.
   - Интеллект, - объяснила Сандра. - Он всегда так делает. Когда знакомишься с парнями по его наводке, обычно бывает побочный эффект. Интеллект не случайно подбирает пары для знакомства, он на много шагов все рассчитывает.
   Гриша вспомнил, как читал в таблоиде, что в прошлые времена были какие-то люди-вербовщики, которые кого-то как-то вербовали, и те, кого завербовали, оказывались в армии, и это вроде было плохо.
   - А ты много людей так завербовала? - осторожно спросил Гриша.
   - Двоих, - ответила Сандра. - Один, правда, ушел сразу, не понравилось. А второй служил, пока не убили, потом опять вернулся, снова в наш отряд, потом его еще раз убили, тогда он уже не вернулся.
   - Почему? - спросил Гриша.
   - А я почем знаю? - пожала плечами Сандра. - Надоело, наверное. Я не спрашивала, какое мне дело.
   - А из армии разве можно уйти, если не понравилось? - спросил Гриша. - Я читал, что там какой-то контракт заключается...
   - Контракт - это раньше было, теперь уже нет, - сказала Сандра. - Сейчас насильно никого не держат, не нравится - уходи в любой момент, только не в бою. Когда в бою, уйти трудно, - она улыбнулась.
   - А бой - это как? - спросил Гриша.
   - В виртуальные стрелялки играл? - спросила Сандра. И продолжила, дождавшись Гришиного кивка: - Примерно так же, только графика лучше и раны настоящие. Но это не страшно, боль корректируется, а если рана совсем большая, самоубиваешься и оживаешь в другом теле. Страховка автоматическая, условия такие, что на каждой смерти обычно зарабатываешь пару сотен. Надо только с интеллектом согласовать, что условия для самоубийства были соблюдены. Если просто так самоубьешься, не в бою, военная страховка не сработает, только общегражданская.
   - А не страшно? - спросил Гриша. - Там же все по-настоящему...
   - Это у кого как, - ответила Сандра. - Я как раз больше всего люблю по-настоящему, так острее чувствуется. Потом, в виртуалках сильно навороченных сюжетов не бывает, там обычно короткие миссии, есть, правда, гномья крепость, но там мир совсем другой, я так не люблю. А на настоящей войне все по-настоящему, так здорово!
   - Ладно, я, наверное, попробую, - решился Гриша.
   - Отлично! - обрадовалась Сандра. - Переспим? Или ты передумал?
   Гриша задумался. Настроение изменилось, идея попробовать новую работу не то чтобы выбила из колеи, но мысли уже не о том... хотя она красивая...
   - Давай, я помогу, - сказала Сандра. - Я умелая и страстная.
   Она стала его целовать, настроение вернулось куда надо, они переспали. А точнее, не переспали, а перепихнулись, спать они вместе не спали, не хотелось. Гриша, правда, ненадолго задремал, но совсем чуть-чуть, он нормально выспался и не устал.
   Сандра заказала еще наркотика, Гриша тоже, на этот раз формула была чисто поддерживающая: ноль, четыре, ноль, два. Заказал в виде конфеты, а конфета оказалась детская, с Дедом Морозом на обертке.
   - Так, интеллект! - возмутился Гриша вслух. - Что за дела?
   - Я не стал делать особый дизайн, - объяснила галлюцинация. - Такие конфеты раздают детям на утренниках, я решил воспользоваться стандартным дизайном.
   Сандра заинтересовалась, посмотрела, стала смеяться и говорить, что Гриша, небось, замаскировавшийся ребенок, а она, стало быть, педофилка, и в двадцать первом веке ее бы за это распяли. А потом как-то незаметно они снова стали говорить про армию.
   - Я все-таки не понимаю, - сказал Гриша. - Раньше не задумывался, а теперь задумался и не понимаю. Зачем вы, военные, воюете?
   - Мы не воюем, - сказала Сандра. - Мы поддерживаем мир. Мы же миротворцы.
   - Это как раз понятно, - сказал Гриша. - Мне другое непонятно - почему надо поддерживать мир такими средствами? Почему все эти дикари за все эти годы так и не помирились и не вымерли? Сколько на Земле горячих зон? Пятьдесят, сто?
   - Поменьше, - сказала Сандра. - Штук двадцать, по-моему.
   - Да неважно, - отмахнулся Гриша. - Пусть хоть одна. Почему интеллект не установит там вечный мир? Он ведь там тоже действует? Или нет?
   - Где как, - сказала Сандра. - Если радиоэлектронная борьба в активной фазе, там ничего не действует.
   - А, вот в чем дело, - сказал Гриша. - А я-то думал...
   - Нет, дело не в этом, - перебила его Сандра. - Интеллект не против войны. Раньше был против, а когда страхование жизни нормально заработало...
   - Ты застала те времена? - удивился Гриша. - Сколько тебе лет?
   Сандра нахмурилась.
   - Когда я была молодая, - сказала она, - задавать такие вопросы было неприлично.
   - Почему? - удивился Гриша.
   На этот вопрос Сандра ничего разумного не ответила, только выругалась. Гриша решил, что тему возраста лучше оставить.
   - Я все-таки не понимаю, - сказал он. - Вот, например, какой-нибудь типичный террорист, убийца и все прочее. Вот он собрался, например, взорвать школу в богом забытой лесной деревне. Вот он начинает консультироваться с интеллектом, и что? Интеллект так ему все и объясняет, типа, взрывчатку возьми там-то, заложи туда-то...
   - Да, как-то так, - кивнула Сандра. - На правильно заданный вопрос интеллект обязан давать правдивый и точный ответ. Если не подставляться совсем уж по-детски, получается именно так, интеллект реально подсказывает, что как взрывать. Но террористы редко взрывают.
   - Да ну? - удивился Гриша. - А чем они тогда занимаются все это время?
   - Кто чем, - сказала Сандра. - Они в массе своей нормальные люди. Кто работает, кто просто живет, там у них не всегда понятно, кто террорист, а кто обыватель, грань очень тонкая. Вот, например, учительница в школе. Если она учит детей терроризму, она террористка?
   - Да, конечно, - кивнул Гриша.
   - А если только грамоте и устному счету? - спросила Сандра.
   - Тогда нет, - ответил Гриша.
   - А если учит устному счету, а все примеры про террористов? - спросила Сандра. - Например: три шахида погибли от взрыва, а пятерых застрелили отступники. Сколько шахидов попало в рай?
   - А, понял, - кивнул Гриша. - Да, это непросто.
   - А бывает еще сложнее, - сказала Сандра. - Бывают террористы, которые легализовались, они перед каждым делом спрашивают: "Так, интеллект, это законно?" и если незаконно, придумывают, как сделать, чтобы было законно, ищут всякие лазейки в законе, а интеллект им подсказывает. Был случай, террористы вырезали целый район, десять тысяч мирных жителей. Раздавали купоны на бесплатную игру, а в лицензионном соглашении было написано, дескать, в случае проигрыша разрешаю меня убить, претензий иметь не буду. Интеллект потом решил, что все законно, никаких претензий.
   - А зачем они убивают людей? - спросил Гриша.
   - По-разному, - ответила Сандра. - Про этих конкретных не помню, а так в целом по-разному. Некоторые верят в божественную страховку, якобы если совершить какой-то особый подвиг, то твой страховой случай будет рассматривать не интеллект, а сам бог, и он тебе даст или реинкарнацию какую-то обалденную, наподобие президента всей Земли, или эйфорическую фантазию, но тоже не как обычно, а какую-то особую, сверхъестественного качества. Ты зря смеешься, многие верят. А некоторые просто любят убивать.
   - Да, я знаю, - кивнул Гриша. - Одного я вроде даже сам чуть не убил.
   - О, так у тебя уже опыт есть? - заинтересовалась Сандра. - А как, где?
   - На Русалочьих Плясках, - ответил Гриша. - Подробностей я не знаю, это было за пару часов до катастрофы, уже после резервного копирования. Интеллект говорит, я попросил работу, он дал задание, чтобы я арестовал убийцу, а арестовал я его или нет - неизвестно. Интеллект говорит, исходя из времени, либо я его арестовал, либо он меня убил, а как именно все получилось, он не знает, не успел вывести эти данные из локальной памяти.
   - Неважно, - сказала Сандра. - Раз интеллект предложил тебе такую работу, значит, у тебя есть способности. В армии не пропадешь. У тебя с дисциплиной как?
   - Пока не знаю, - пожал плечами Гриша. - Нигде не служил.
   После этих слов Сандра уставилась в потолок пустым взглядом и некоторое время так лежала. А потом сказала:
   - Интеллект тебя рекомендует. Говорит, ты справишься.
   "Так, интеллект, можно мне записаться в армию?" подумал Гриша.
   - Можно, - ответила слуховая галлюцинация.
   "А стоит ли?" подумал Гриша.
   - Тебе виднее, - ответила галлюцинация.
   Гриша немного подумал, и решил, что записаться в армию стоит. И записался. Сандра сказала, что это событие надо отметить, и они заказали еще по дозе. Потом Сандра сказала, что хочет еще раз потрахаться, перешла от слов к делу, и вышло так, как она захотела. А потом Гриша попросил Сандру рассказать какую-нибудь военную байку, а она сказала, что военные байки рассказывают только между своими, а чужим не рассказывают, потому что тем не понять, а чтобы стать своим, мало трахнуть военную, надо еще поучаствовать в бою, и тогда сразу станет видно, кто друг, кто враг, а кто так. Гриша стал говорить что-то вроде того, что обязательно покажет, что он друг, а не враг и не так, но запутался в словах, и ничего разумного так и не смог сказать. Сандра сказала, что последний напас был лишним, и пора спать. Гриша обнял ее и привалился к плечу, но Сандра сказала, что спать предпочитает одна, и телепортировала Гришу обратно домой. Гриша удивился, что весь путь, на который он убил полдня на маглеве, можно, оказывается, проделать в мгновение ока, и подумал, что лицензия на телепортацию - более ценная вещь, чем ему показалось сначала. А потом Гриша уснул.
  

* * *

  
   Наутро Гриша не вспомнил о своем вчерашнем решении. Некоторые люди все время помнят, что было вчера, всегда планируют, что когда сделать, как развлекаться, когда все будет сделано, что делать, если случится неожиданное... На взгляд Гриши, скука смертная, он так не любил, он предпочитал плыть по течению, не вспоминать о том, что не вспомнилось само, а если вдруг вспомнить о чем-то конкретном очень-очень надо, тогда он заранее делал себе напоминалку, а если не сделал, значит, оно и не нужно было, и не о чем тут думать. Позавтракав, Гриша пребывал в блаженной расслабленности, а когда у него перед глазами нарисовалась цветная линия, он удивился.
   "Что за дела?" подумал Гриша. "Так, интеллект, что происходит?"
   - Ты вступил в армию, - напомнила слуховая галлюцинация. - Надо прибыть в подразделение.
   Гриша вспомнил: да, точно, вступил в армию. Подцепил в баре классную телку, а она оказалась военная. Вштырились они, а потом она то ли байки прикольные рассказывала, то ли еще что, подробностей уже не вспомнить, но то, что Гриша вступил в армию - это точно. Стоп! Так ему теперь надо на войну ехать? Так быстро?
   - А чего тянуть? - отозвалась галлюцинация.
   "И то верно", подумал Гриша.
   Сделал два шага вдоль цветной линии, и вспомнил: он туда на маглеве ехал, полдня убил, а обратно Сандра (вот и имя вспомнилось!) телепортировала в мгновение ока, одно удовольствие.
   - Нет, интеллект, так не пойдет! - произнес Гриша вслух. - Не хочу ехать, хочу телепортироваться.
   Интеллект стал возражать, что новобранцам телепортироваться не положено, лицензию на это дело надо заслужить, а что некоторые солдаты применяют ее нецелевым образом - так это еще не повод выдавать ее всем и каждому без разбору. И неизвестно, чем закончилась бы эта перепалка, если бы не позвонила Сандра. В Гришином поле зрения сформировалась галлюцинация в виде окошка, внутри окошка была Сандрина голова и она строго спросила:
   - Воевать идешь или где?
   - А ты меня телепортируешь? - спросил Гриша.
   И немедленно очутился в другом месте, в лесу, на вид тропическом (ни берез, ни елок, кругом пальмы и лианы), но не очень жарком, терпимом. Слева направо текла речка, но комары на ней не вились, а на берегу валялся один-единственный крокодил, небольшой, сонный и на вид неопасный.
   Краем глаза Гриша уловил движение, повернулся в ту сторону и увидел двух людей. Первой была Сандра, он ее сразу узнал. Теперь она была одета не в цветную маечку, как вчера, а в боевую капсулу, которая не только камуфляж, но и силовое поле, сейчас, правда, капсула работала вполсилы, фигура расплывалась, а лицо виднелось отчетливо. Вторым человеком был незнакомый бородатый мужик, тоже в боевой капсуле, в руках он держал ручной бластер, а на боку висела какая-то другая военная штука, поменьше. При виде Гриши они с Сандрой переглянулись и захохотали, как будто Гриша сделал что-то смешное.
   - Что, на маленьких потянуло? - обратился бородатый мужик к Сандре.
   Гриша не понял вопроса (тело у него не маленькое, а выше среднего роста), хотел спросить у Сандры, чего они ржут, а тут какое-то насекомое укусило в голень, он опустил взгляд и увидел, что он голый, а на ноге у него сидит овод, и еще несколько собираются тоже сесть, и это некомфортно.
   "Так, интеллект!" подумал Гриша. "Скорректируй мне какой-нибудь отпугиватель".
   - Невозможно, - отозвалась слуховая галлюцинация. - Это модифицированные оводы с полиморфными обонятельными рецепторами. Репелленты на них не действуют.
   Оводы садились на Гришу один за другим. Он стал махать руками, прыгать на месте, но все было без толку, оводы, видать, привыкли к таким маневрам и научились противодействовать.
   - Уводи пацана на базу, - сказал мужик. - Помрет лошара.
   Гриша хотел было сказать мужику, что лошара у него в штанах, но передумал, решил не провоцировать. А то как бы и впрямь не помереть.
   Мир изменился, перестал быть темным и шевелящимся, облако насекомых рассредоточилось, стало видно, что вокруг комната без окон и с каменными стенами, похожая на средневековую тюрьму, однажды Гриша просидел в такой несколько минут - нашел в таблоиде ссылку на игру, а она оказалась для мазохистов, едва успел выбраться, пока палачи не набежали. Но сейчас ни палачей, ни товарищей по несчастью рядом не было, а была только Сандра, они, очевидно, телепортировались вместе. Вот она активировала боевую капсулу на полную мощность, лицо поплыло и растворилось, и все тело тоже растворилось, остался только едва различимый силуэт. Вот она приблизилась, протянула руку и вштырила Грише в ягодицу какой-то химикат, сердце забилось как бешеное, из углов комнаты полезли черти, но ничего сделать не смогли, потому что откуда-то брызнула какая-то гадость, пахнуло конопляным, но противнее, от этой вони черти попрятались обратно, а сердце успокоилось. Зато свело ногу, да так, что Гриша пошатнулся, замахал руками, а Сандра не только не поддержала его, а наоборот, отступила на шаг. Гриша упал на жесткий пол и больно ударился, но вроде ничего не сломал.
   - Что это было? - спросил Гриша.
   - Дезинсекция, - объяснила Сандра. - В воздух яд, в жопу противоядие.
   И точно, оводы валялись на полу без движения. Что-то в них показалось Грише необычным, он протянул руку, взял одного. Овод был большим, как шершень, а на спине у него была буква, белая заглавная А.
   - Это что такое? - удивился Гриша.
   - Реклама спонсора, - объяснила Сандра. - Они когда жертву добьют, потом рассаживаются на трупе, чтобы получилась надпись. Журналисты фотографируют для новостей, надпись появляется в эфире, спонсор доволен.
   - Какая гадость, - сказал Гриша.
   - Ага, - кивнула Сандра. - Война - грязное дело. Пойдем, оденешься.
   Гриша осторожно поднялся, нога болела, но не сильно, однозначно ничего не сломал. Ну и слава богу, как говорили древние.
   Сандра направилась к выходу. Гриша пошел за ней, путь проходил мимо темного угла. Гриша заопасался.
   - Сандра, погоди! - позвал он. - Тут какие-то черти из углов лезли, не знаешь, кто такие?
   - Глюки, - ответила Сандра, не оборачиваясь. - Это противоядие - оно галлюциноген. Ты не бойся, они с ядом друг друга компенсируют.
   - Здорово! - обрадовался Гриша. - А можно его без яда вштырить? Они такие реальные! Если в нормальной обстановке принять, такой отличный приход будет!
   - Отличного прихода не будет, - возразила Сандра. - Я тебе пять смертельных доз вштырила, ты бы до прихода не дожил.
   - Вот же твою мать, - сказал Гриша.
   - Пойдем, солдат, - сказала Сандра. - У нас на войне все серьезно, привыкай.
   Гриша подумал, что война, возможно, не такое веселое дело, как ему показалось вчера из Сандриных баек. Может, лучше свалить домой прямо сейчас? Сандра вроде говорила, что армию можно покинуть в любой момент... А с другой стороны, приключение будет знатное, можно будет о чем друзьям рассказать. Кстати, надо друзей завести... нет, в другой раз, сначала война.
   Сандра провела Гришу на склад, выдала белье зеленого цвета, комбинезон зеленого цвета и генератор боевой капсулы. Гриша надел белье, стал надевать комбинезон и вдруг задумался. Он спросил Сандру:
   - Слушай, а если в бою по нужде припрет, как в нем гадить?
   - В бою можно гадить не снимая, - объяснила Сандра.
   Гриша снова задумался. Неужели война настолько грязное дело? Он так и спросил Сандру, а она захохотала и сказала, что на такой случай на комбинезоне есть особая застежка. Гриша ее просто не заметил. Впрочем, когда артподготовка, нагадить в штаны тоже можно, это у военных не считается зазорным.
   Услышав это, Гриша печально крякнул.
   - Струсил? - спросила Сандра.
   "Так, интеллект", подумал Гриша. "Что посоветуешь?"
   - Скажи, что не струсил, - посоветовала слуховая галлюцинация.
   - Я не струсил, - сказал Гриша.
   - Тогда надевай броню и пойдем.
   Гриша надел броню, они пошли. Гриша думал, Сандра его телепортирует, но они пошли пешком вверх по длинной лестнице, стало трудно. Гриша спросил, можно ли броню пока снять, а потом снова надеть, а Сандра сказала, что Гриша - не солдат, а нежный цыпленок, что современная броня практически невесома, вот раньше, когда приходилось таскать на себе настоящий металл - вот тогда было тяжело, а сейчас не тяжело ничуть, и пусть Гриша не выпендривается, а заткнется и стойко переносит тяготы и лишения. Гриша заткнулся.
   Лестница кончилась, они вышли во двор какого-то убогого строения, такие часто попадаются в ролевухах про дикую Африку. По двору бродили какие-то люди в выключенных боевых капсулах.
   - Привет, Гюрза! - сказал Сандре какой-то боец.
   - Привет, Ортопед, - отозвалась та.
   Гриша вспомнил, что в армии у каждого бойца есть прозвище, которое правильно называется позывной. И обычно с выбором позывного связана какая-нибудь интересная история.
   - А почему ты Гюрза? - спросил Гриша Сандру.
   - Потому что кусаюсь, - ответила Сандра.
   Гриша напряг память. В ту ночь, что они провели вместе, она не укусила его ни разу. Она, наверное, в переносном смысле сказала.
   - А почему он Ортопед? - спросил Гриша.
   - У него необычная манера допрашивать пленных, - ответила Сандра.
   - Какая? - заинтересовался Гриша.
   - Необычная, - повторила Сандра и ничего к этим словам не добавила.
   Посреди двора стояла лавочка, на ней сидел тот давешний бородатый мужик и курил наркотик.
   - Оклемался, укушенный? - обратился он к Грише.
   - Ну да, типа того, - ответил Гриша. Вспомнил, как смотрел в таблоиде фильм про армию, и добавил: - Так точно.
   Сандра засмеялась и сказала:
   - Ну, точно укушенный.
   Бородатый мужик улыбнулся и сказал:
   - А что, отличный позывной!
   Встал, протянул руку и сказал:
   - Привет, Укушенный! Я Фидель.
   Гриша вспомнил еще один эпизод из того фильма, крепко пожал протянутую руку и сказал:
   - Здравия желаю, товарищ Фидель!
   Фидель удивленно посмотрел на Сандру и спросил:
   - Гюрза, ты его в мозг не кусала?
   - О, игра слов, - обрадовалась Сандра. - Нет, не кусала. Он вчера что-то сложное употреблял, ненулевое по пятой координате. Может, еще не отпустило.
   Гриша вспомнил, что в армии наркотики вроде запрещены. Хотя этот курит...
   - Нет-нет, уже отпустило, - быстро сказал он.
   - Ну и ладненько, - сказал Фидель. - Гюрза, куда его? Сразу к тебе?
   - Нет, ко мне рано, - помотала головой Сандра. - Пусть пока в артиллерии покантуется, посмотрим, чего он стоит.
   - И то верно, - кивнул Фидель. - Короче, Укушенный, идешь вон туда, - он показал пальцем, - найдешь позитивного, поступишь в его распоряжение.
   - Чего? - не понял Гриша. - Кого найдешь?
   - Позитивный - это позывной, - объяснила Сандра.
   - А, понятно, - сказал Гриша и ушел.
   Сандра и Фидель проводили его взглядами, Фидель сказал:
   - Какой-то он у тебя малахольный.
   - Нормальные вывелись, - вздохнула Сандра. - Берем что есть.
   Фидель тоже вздохнул.
   - Мы вырождаемся, - сказала Сандра. - Все вырождается, и война в том числе. Разве это война, то, что сейчас? Игрушки это, а не война. Вот в Бампассе все было по-настоящему...
   - Нет, - перебил ее Фидель. - В Бампассе тоже были игрушки. Я думал, что в Донбассе было по-настоящему, но отец сказал, нет, по сравнению с Афганом это была ерунда, а не война, а его отец говорил, что Великая Отечественная - вот то было круто, а Афган - ерунда. И знаешь что? Я думаю, это неизбежно. Жизнь становится лучше и веселее, то было с каждым новым поколением, а после сингулярности - с каждым годом. Все труднее отказаться от спокойного счастья под наркотой, пойти сражаться за идею, за будущее... да неважно за что, хотя бы просто так, чтобы стать сильнее и лучше, или просто если нравится... Раньше таких, как мы, было много, теперь мало, а со временем станет совсем мало, мы как лимфоциты в венах цивилизации, их не должно быть много, если организм здоров...
   - Да хватит тебе, - сказала Сандра. - Укушенный ушел, а я эту речь много раз уже слушала. Лучше скорректируй, не трави себя.
   - Попозже, - сказал Фидель. - Не люблю корректироваться вне боя.
   - А я и в бою не люблю, - сказала Сандра.
   - Не понимаю, - сказал Фидель.
   - А твой дед понял бы, - сказала Сандра. - Он с фашистами сражался без всякой коррекции, и не ныл. Просто ты из цивилизованной нации, вы быстрее вырождаетесь.
   - А ты по крови негритянка? - спросил Фидель.
   - Нет, - покачала головой Сандра. - Хохлушка. Это примерно то же самое.
   - Да? - удивился Фидель. - Мне казалось, вы белые.
   - Это только внешне, - заявила Сандра. - В душе мы настоящие негры. Когда Бампасса коллапсировала, мы сражались плечом к плечу с европейцами против москалей, и были как братья и сестры, никто не думал, какая у кого кожа, а москали были нам не братья и не сестры... Впрочем, это дела давно минувших дней.
   - Я по крови москаль, - сказал Фидель.
   - Да хоть цыган, - пожала плечами Сандра. - Это уже неважно, все нации перемешались, а физически мы вообще роботы.
   - Не все, - возразил Фидель. - Те, с кем мы сражаемся, чаще всего живут первую жизнь.
   - И последнюю, - добавила Сандра.
   - И это правильно, - сказал Фидель.
   - Да, это правильно, - согласилась Сандра.
  

* * *

   Позитивный оказался большим улыбчивым парнем, довольно странным, что-то вроде доброго дебила. Говорил он не всегда понятно, а сказанное собеседником понимал через раз. Артиллерией в подразделении раньше занимался только он, а теперь заниматься будут двое - он и Гриша.
   Артиллерией он называл большую стальную трубу, неровную и местами тронутую ржавчиной. Одним концом труба упиралась в массивную стальную плиту, другим торчала в небо. К трубе прилагался пульт с кнопками, ими можно двигать верхний конец трубы в разных направлениях. Позитивный сказал, что раньше эта труба опиралась на стальные ножки и двигать ее приходилось не пультом, а вручную, но антиграв гораздо удобнее. Еще Позитивный сказал, что у него (у Позитивного, не у антиграва) красивая и умная жена, показал изображение, но Грише она не понравилась, он не любил азиаток, у них морда поперек себя шире, так некрасиво. Позитивный сказал, что артиллерийская труба правильно называется минометом, и в бою в нее надо закладывать мины (такие забавные оперенные колбы, довольно тяжелые), они вылетают, куда она глядит, подлетают к противнику, разлетаются осколками и убивают кого попало. Гриша сказал, что это очень интересно. Позитивный сказал, что согласен, и что он очень любит убивать людей.
   - А ты любишь убивать людей? - спросил Позитивный.
   Гриша ничего не ответил, только пожал плечами.
   - А зачем ты тогда вступил в армию? - удивился Позитивный.
   Гриша не успел ничего ответить, потому что слуховая галлюцинация голосом Фиделя объявила десятиминутную готовность. Позитивный сказал, что надо погрузить миномет на глайдер. Гриша попытался дать мысленную команду, но интеллект не среагировал, а Позитивный сказал, что так не пойдет, что миномет, дескать, надо грузить вручную, и показал, как надо - поднял и погрузил. А потом выгрузил обратно и потребовал, чтобы Гриша помог погрузить еще раз. Гриша удивился, зачем тягать тяжеленную трубу туда и обратно, а Позитивный сказал, что в армии все дела делаются только так. Гриша подумал, что, возможно, поступил опрометчиво, вступив в армию. А потом подумал, что это будет знатное приключение, чем бы оно ни закончилось.
   Они залезли в глайдер, тот телепортировал их на поле боя, которое реально оказалось не полем, а лесом. Обычный такой тропический дождевой лес, не многоярусный, как в Нигерии, а пожиже, как в горной Уганде. Позитивный велел помочь выгрузить миномет, а потом принялся его устанавливать, а Гриша вытаскивал из глайдера ящики с минами и раскладывал поодаль. Грише показалось, что Позитивный специально долго возится, чтобы Гриша всю тяжелую работу сделал сам. Впрочем, работа оказалась не очень тяжелая, Гриша почти не устал. Вскоре он вытащил последнюю коробку, тогда глайдер сам собой телепортировался неведомо куда, и Гриша удивился. А Позитивный сказал ему, что глайдер всегда телепортируется в тыл, когда пустой, и вообще, на войне это самое обычное дело, когда остаешься вдвоем с напарником в ничто посреди нигде и делаешь черт знает что черт знает зачем.
   Интеллект не отвечал ни на какие вопросы. Гриша забеспокоился, спросил Позитивного, в чем дело, тот сказал, что все в порядке, на поле боя подсказки интеллекта всегда отключаются, потому что раньше, когда было не так, повстанцы обманывали военных, перехватывали каналы связи и передавали от имени интеллекта всякие глупые приказы. Военные обижались, интеллекту это надоело, он тоже обиделся и перестал помогать военным прямыми советами, теперь на поле боя любой солдат живет своим умом, как в седой древности, а интеллект не помогает никому. Связь он обеспечивает, но не более, и за качество связи не отвечает. Гриша спросил, часто ли противник передает глупые приказы от имени Фиделя, Позитивный сказал, что ничего такого не припоминает, но это не повод терять бдительность. Гриша спросил, что такое бдительность, Позитивный надолго задумался и не смог ответить ничего дельного.
   Нарисовалась галлюцинация в образе Фиделя, приказала наводить орудие в какой-то квадрат. Гриша спросил, что такое орудие, Позитивный объяснил, что это миномет, и принялся давить кнопки на пульте. Труба стала двигаться, и по ее движениям Грише показалось, что Позитивный не вполне понимает, куда именно ее надо наводить и как. В конце концов труба замерла в определенном положении, Позитивный громко крикнул, что артиллерийский расчет к бою готов, Гриша сказал, что понял, а Позитивный сказал, что докладывал не ему, а Фиделю, а Гриша - дурак. Гриша обиделся и сказал, что Позитивный сам дурак, а тот вдруг сел и заплакал. Гриша извинился, тогда Позитивный перестал плакать и сказал, чтобы Гриша так больше не шутил. Гриша пообещал больше так не шутить.
   Снова нарисовался Фидель в виде галлюцинации, приказал открывать огонь. Позитивный открыл первый попавшийся ящик, Гриша на мгновение подумал, что в этом ящике хранится огонь в каком-то законсервированном виде, но нет, огня там не было, там были мины. Позитивный достал одну, сунул в трубу оперением вниз, труба оглушительно грохнула и плюнула дымом. Грише показалось, что он разглядел, как мина размытой тенью вылетела из трубы и улетела вдаль, но он не был уверен, что разглядел, все произошло очень быстро и очень неясно. Кроме того, его оглушило и закружилась голова.
   Позитивный открыл рот, зашевелил губами. Гриша сначала не понял, в чем дело, а потом понял - Позитивный говорит нормально, Гриша просто не слышит, потому что его оглушило. Гриша показал жестами, что не слышит, тогда Позитивный показал жестами, типа, делай как я, Гриша достал из ящика другую мину и стал пихать в трубу. Позитивный возбудился, стал размахивать руками и орать так громко, что на этот раз Гриша услышал. Оказалось, Гриша пихал мину в трубу оперением вверх, а надо оперением вниз. Гриша перевернул мину как надо, Позитивный перестал кричать, мина тяжело ухнула в трубу, Гриша испугался, что не успеет отдернуть руки, и она их ему покалечит, но нет, успел, не так быстро она вылетает. А Позитивный уже стоит рядом с еще одной миной в руках, а галлюцинация Фиделя орет, что надо поддерживать темп стрельбы, короче, они с Позитивным по очереди брали мины из ящиков и пихали в трубу, а труба грохотала и плевалась дымом. Так они спустили в трубу мин, наверное, пятьдесят, а потом галлюцинация Фиделя сказала, что этого достаточно. Они сели на пустые ящики, Позитивный закурил наркотик, а Гриша не стал. Он уже выяснил, что в бою можно употреблять только самые беспонтовые наркотики вроде никотина, а их Гриша не любил. Если уж штыриться, так штыриться, иначе зачем штыриться?
   Галлюцинация Фиделя поблагодарила за отличную стрельбу. Позитивный невпопад ответил, что кому-то служит, галлюцинация пропала. Гриша сказал, что ничего не понимает - мины вроде должны убивать, а они улетели куда-то вверх и вряд ли там кого-то убили. Позитивный объяснил, что на самом деле мины летят вверх только вначале, а потом падают вниз и обязательно кого-то убивают. Гриша сказал, что ему интересно посмотреть, кого они поубивали и как, и Позитивный сказал, что они обязательно все посмотрят, потому что на войне разглядывать мертвых - это самое интересное, если не считать допросов пленных. И еще Позитивный сказал, что Грише понравится убивать людей, это уже сейчас видно. Гриша сказал, типа, пойдем, посмотрим, кого мы наубивали этими минами, но Позитивный сказал, что приказа ходить и смотреть не было, а на войне без приказа никто никуда не ходит.
   Около получаса они сидели и ждали, и ничего не происходило. А потом Позитивный сказал, что ему явилась галлюцинация Фиделя и сказала, что враг побежден, и можно идти наслаждаться плодами победы. Но сначала надо погрузить миномет и неизрасходованные мины в глайдер, который как раз только что появился непонятно откуда. Минут за пятнадцать они загрузили глайдер, тот исчез. Позитивный сказал, что к месту сбора надо идти пешком, и они пошли.
   Идти пешком в боевой капсуле по джунглям было непривычно, капсула то и дело реагировала на всякие лианы и тонкие веточки. В таких случаях, если заранее не заметил и не приготовился, получаешь как бы пинка, а это неприятно. Но потом они вышли на широкую просеку, идти стало легче.
   - О, гляди, противник! - воскликнул Позитивный и, наверное, показал куда-то рукой, но боевая капсула размыла силуэт, и куда именно он показал, было непонятно. Но Гриша сам увидел, кого Позитивный имел в виду.
   - Какой же это противник? - удивился Гриша. - Это девочка-негритянка.
   - Это Адель, - сказал Позитивный.
   - Ты ее знаешь? - удивился Гриша.
   - Нет, - сказал Позитивный и помотал головой, этот жест был хорошо виден, полуактивная боевая капсула лицо не скрывает. - У них здесь традиция, они близоруких девочек называют Аделями.
   - Каких девочек? - не понял Гриша.
   - Близоруких, - повторил Позитивный. - Генетическая аномалия, очень простая. Но они ее не исправляют, потому что считают, что дар предков. Дают какие-то наркотики...
   - Кому дают? - не понял Гриша. - Предкам?
   - Нет, - покачал головой Позитивный. - Близоруким девочкам. А давай над ней пошутим! Приколемся, будто мы не военные!
   Он отключил боевую капсулу. Гриша поколебался и последовал его примеру. В первую секунду он заопасался, но девочка не выглядела опасной, и он успокоился.
   - Привет, Адель! - позвал Позитивный.
   - Ой! - взвизгнула Адель. - А ты кто?
   - Роман, - сказал Позитивный. - Из Макосеевки.
   - А, понятно, - кивнула Адель. - А ты который Роман: из хиппанов или из упорышей?
   - Из упорышей, - ответил Позитивный. - А хиппаны там разве водятся?
   Адель улыбнулась и сказала:
   - Я тебя проверяла. Вдруг ты фашист.
   - И как? - спросил Позитивный. - Проверила?
   - Типа того, - ответила Адель, и вдруг вздрогнула: - Ой! Вас двое!
   - Привет, - сказал Гриша. - Я тоже из Макосеевки.
   Гриша заметил, что взгляд у Адели странный, какой-то неопределенный. У обычных людей глаза все время бегают туда-сюда, фокусируясь на разных предметах, а у Адели они бегают иначе, как-то более плавно, что ли...
   - Фашистов видели? - спросила Адель.
   - Нет, - ответил Позитивный, повернулся к Грише и подмигнул.
   - Хорошо, - сказала Адель. - В этот раз вроде пронесло, никого не убили.
   - Как это никого? - удивился Позитивный. - Они долго стреляли.
   - Долго, но мимо, - объяснила Адель. - Совсем-совсем мимо, даже я разглядела. Сегодня у них артиллерист особенно тупой, навелся вообще не в ту сторону.
   Гриша улыбнулся. Позитивный заметил, что тот улыбается, нахмурился и закусил губу, как будто собрался заплакать.
   - Ой! - воскликнула вдруг Адель. - А что это вы в камуфляже?
   Позитивный нахмурился еще сильнее.
   - Вы... вы фашисты? - спросила Адель.
   - Нет, мы не фашисты, - спокойно и уверенно ответил Гриша. - Мы же без оружия.
   - Ой, точно, - улыбнулась Адель. - Извините. Я как поняла, что вы в камуфляже, так испугалась...
   - В камуфляже удобно прятаться, - сказал Гриша. - А почему ты боишься фашистов?
   - Потому что трусливая, - сказала Адель. - Мы, Адели, всегда трусливые. Вам легко быть храбрыми, когда все видно... А вы точно не фашисты?
   - Точно, - сказал Гриша. - Видишь у нас оружие? Значит, не фашисты.
   - Да, простите, - сказала Адель. - Я такая трусиха...
   С этими словами она обняла Гришу за шею и поцеловала в губы. Хорошо, что боевая капсула отключена, а то отбросило бы их друг от друга, и еще наподдало бы неслабо.
   - Давай, я тебя тоже поцелую, - сказала Адель Позитивному.
   - Меня нельзя, - ответил тот. - Я женат.
   - И что с того? - удивилась Адель.
   - Она этого не любит, - ответил Позитивный.
   - Ой, как мило! - восхитилась Адель. - А я не знала, что в Макосеевке есть моногамные семьи. Я тоже хочу выйти замуж в моногамную семью.
   - А целуешь кого попало, - сказал Позитивный не то с упреком, не то с иронией.
   - Так я пока не замужем, - сказала Адель. - Кого хочу, того и целую, а как выйду замуж в моногамную семью, так сразу перестану. Пойдемте.
   Она отвернулась и пошла неведомо куда, но уверенно, не как слепые в исторических фильмах, которые спотыкаются и ощупывают дорогу специальными палочками.
   - Ого! - прошептал Позитивный. - Она нас в убежище приведет.
   Гриша повернулся к нему, чтобы что-то ответить, и увидел, что губы Позитивного не шевелятся. Это защищенная связь, понял Гриша, он читал про нее в таблоиде, это такой мысленный разговор, который никому не подслушать, там было написано, что очень удобно.
   Появилась галлюцинация с лицом Фиделя, сказала, что Укушенный придумал гениально, и зря Фидель его недооценивал. Гриша сначала удивился, о ком он говорит, а потом вспомнил, что Укушенный - это теперь его позывной, надо не забывать. Позитивный сказал, что без оружия в убежище не войдет, а Фидель сказал, чтобы тот не маялся дурью, потому что у любого военного жизнь всегда застрахована. Тогда Позитивный сказал, что после смерти тупеет. Гриша подумал, что Позитивный пошутил, собрался засмеяться, но Фидель не стал смеяться, а наоборот, смутился и извинился.
   - А пусть Укушенный с ней в убежище один пойдет, - предложил Позитивный. - Укушенный, у тебя модов много?
   Гриша промолчал. Он понял, что сейчас получит приказ пожертвовать собой ради общего дела, он читал в таблоиде, что на войне такие дела в порядке вещей, типа, раз командир приказал, значит, так и надо. И еще он понял, что ему совсем не хочется жертвовать собой, особенно по приказу. Не то чтобы текущая жизнь была ему дорога, она у него только началась, он в нее ничего еще не инвестировал, но все равно почему-то умирать не хочется. Наверное, инстинкт.
   - У него их совсем нет, - подал голос Фидель. - Только медицинские. Гюрза говорила, он на Русалочьих Плясках недавно помер.
   - Ого! - воскликнул Позитивный.
   Адель, шедшая впереди, замерла и испуганно обернулась. Гриша сообразил, что последнее слово Позитивный воскликнул вслух.
   - Нет, показалось, - спокойно сказал Позитивный, тоже вслух.
   - А где? - спросила Адель.
   - Вот там, - Позитивный ткнул пальцем наобум.
   Адель сунула руку под кофточку, вытащила какую-то штуковину, приложила к глазам.
   - Ого, - тихо произнесла она. - Роман, ты спас нам жизнь.
   - Что такое? - заинтересовался Гриша.
   Адель сунула ему штуковину в глаза, Гриша посмотрел в нее и увидел рядом с кустами размытое облако активированной боевой капсулы.
   - Позитивный, я тебе яйца оторву, - произнесла слуховая галлюцинация голосом Сандры.
   - Прости, Гюрза, - отозвался Позитивный. - Я тебя не видел, ткнул просто так.
   - Нельзя терять из виду товарищей, - подал голос Фидель. - Давно учений не проводили.
   - Я на учения не подписывался, - вмешался в беседу кто-то незнакомый. - Я сюда не учиться хожу, а лохов убивать. Учатся пусть ботаники.
   - Заткнись, Торнадо, - сказал Фидель.
   - Нам нельзя в убежище, - сказала Адель. - Надо покончить с собой.
   Позитивный неожиданно выбросил руку и ударил Адель по голове, та упала, как покосившаяся колонна. Гриша однажды видел в таблоиде, как буддисты-террористы взрывали минарет, тот тоже покосился и упал, но он тогда раскололся на части, а Адель не раскололась, она как упала, так и лежала.
   - Жалко, с убежищем не получилось, - сказал Позитивный.
   - Такой кайф обломал, - добавила галлюцинация Сандры.
   - Ничего страшного, - сказала галлюцинация Фиделя. - Зато мы теперь знаем, что будем делать в следующий раз. Нагоним дронов, подберем подходящую Адель, отобьем от стада, обработаем по той же схеме, все получится. Позитивный, не расстраивайся.
   - Да, Позитивный, не расстраивайся, - поддержала командира Сандра. - Ты ни в чем не виноват, ты не мог знать, что я там прячусь. На твоем месте даже умный...
   Она осеклась, но было поздно. Позитивный сел где стоял, уткнулся лицом в колени и зарыдал. А потом встал на карачки и стал биться лбом о пень.
   Адель открыла глаза, увидела Позитивного, перевела взгляд на Гришу, лицо ее перекосилось, она крикнула:
   - Ах ты подлый фашист!
   Позитивный перестал биться лбом о пень, изумленно поглядел на пленницу. Гриша решил, что уместно будет ей подыграть.
   - Да, я фашист! - провозгласил он, чувствуя себя персонажем таблоида. - Я подлый и хитрый! Я взял в плен вас обоих, и возьму еще!
   Позитивный хрюкнул, Гриша испугался, что он сейчас испортит все представление, но нет, Адель решила, что он хрюкнул не от смеха, а от ужаса.
   - Крепись, товарищ! - обратилась она к Позитивному. - Не доставим радости подлым фашистам! Ты, тварь, - обратилась она к Грише. - Твоя мать сосала у дохлого слона!
   - Чего? - переспросил Гриша.
   Ему показалось, что он ослышался.
   - Твоя мать сосала у дохлого слона! - повторила Адель.
   - У кого? - переспросил Гриша.
   - У слона, - подсказал Позитивный. - Это такой вымерший зверь, очень большой. А разве женщина может у него отсосать?
   - Женщина может отсосать у кого угодно, - заверила его Адель.
   - А ты разве знаешь мою мать? - спросил Гриша. - Я и сам-то ее толком не помню.
   - Она тебя оскорбляет, - объяснил Позитивный.
   - А, понял, - кивнул Гриша.
   Сел на пень и стал ждать развития событий.
   - Твой отец жрет слоновий навоз! - выкрикнула Адель.
   Гриша промолчал.
   - Твоя сестра сосет у шимпанзе! - добавила Адель.
   - Что-то мне не очень нравится допрашивать пленных, - сказал Гриша.
   - Ты просто не умеешь, - сказал Позитивный.
   Встал, подошел к Адели и ударил тяжелым ботинком в живот. Она только и успела сказать:
   - Твоя дочь...
   А больше ничего не сказала, потому что ударом из нее вышибло всю говорилку напрочь, так случается, когда сильно огребаешь. Интересно, интеллект в этих местах позволяет корректировать боль?
   Адель свернулась в позу эмбриона. Позитивный несколько раз пнул ее в спину и и один раз в голову, но не очень сильно, не насмерть, а только чтобы оглушить. Адель обмякла и расслабилась. Позитивный перевернул ее на спину, стал расстегивать на ней штаны. Гриша понял, что он собрался ее трахнуть.
   - А так разве интересно? - спросил Гриша. - Может, лучше уговорить...
   - Так интереснее всего! - возразил Позитивный. - Добровольно или под ширевом любая телка даст, а насильно - это постараться надо!
   - А как же твоя жена? - спросил Гриша. - Ты вроде говорил, она моногамная.
   - Она говорит, насильно не считается, - сказал Позитивный.
   К этому времени он спустил Аделины штаны до щиколоток, перевернул ее, швырнул животом на пень, она застонала, он стукнул ее по затылку, она перестала стонать. Расстегнул штаны на себе, пристроился, начал трахать. Аделина голова безвольно моталась, как у трупа, было в этом зрелище нечто некрофильское, Грише стало не по себе. Он так и сказал Позитивному, тот сказал в ответ:
   - И то верно.
   И попросил Гришу облить Аделину голову холодной водой. Гриша так и сделал, Адель пришла в себя и принялась визжать.
   - О, совсем другое дело! - обрадовался Позитивный.
   Затрещали кусты. Гриша обернулся и увидел, что к ним приближаются Фидель, Сандра и другие военные. Боевые капсулы у всех были неактивированы.
   - Чур я второй! - радостно воскликнул Фидель.
   - Второй Укушенный! - возразил Позитивный.
   - А он разве не первый? - удивился Фидель.
   - Я не хочу, - сказал Гриша.
   - Гюрза заездила? - спросил Фидель. - Это она может, это она легко!
   Все засмеялись. Кто-то незнакомый стал путано и косноязычно рассказывать, как он однажды трахал Гюрзу, и какая она была тогда страстная. Гриша сказал, что пойдет отольет. На самом деле ему не хотелось, просто вдруг стало противно.
   - Ты не против, если я второй? - спросил Фидель.
   - Не против, - бросил ему Гриша.
   Отошел в овраг, сел на склоне, стал сидеть. Подошла Сандра, села рядом.
   - Все в порядке? - спросила она.
   Гриша пожал плечами.
   - Не понравилось? - спросила она.
   Гриша снова пожал плечами.
   - Ты, наверное, не распробовал, - сказала Сандра. - Это как с гашишом, надо попробовать хотя бы раза три, а до тех пор никакого кайфа. Это на самом деле классно, убивать пленников.
   - Адель потом убьют? - спросил Гриша.
   - Обязательно, - кивнула Сандра. - Сначала будут насиловать, потом издеваться, там, сапоги заставят вылизывать, еще что-нибудь подобное. Потом пытки. Знаешь, такая игра, типа, скажи военную тайну, она сначала откажется, потом начнет орать, что не знает никакой тайны, и это правда, откуда ей знать...
   - А убежище? - перебил ее Гриша. - Разве это не военная тайна?
   - Да какая это тайна, - махнула рукой Сандра. - Координаты входа неинтересны, они каждый раз новые. Интересно оказаться рядом с входом, когда кто-то из повстанцев его блокирует от закрытия, тогда можно проникнуть внутрь... Но это тоже на самом деле не очень интересно, это как педофилия - когда была запрещена, все интересовались, а теперь всем насрать, кроме настоящих педофилов, которых раз-два и обчелся. Это просто славный подвиг - ворваться в убежище и всех поубивать, раньше такое никому не удавалось, а если вдруг удалось - ты типа крутой. А большого смысла в подвиге нет, все равно всех повстанцев не истребить.
   - А откуда вообще берутся повстанцы? - спросил Гриша.
   - Кто как, - ответила Сандра. - Некоторые приходят из большого мира, типа как мы, только наоборот, на другую сторону. Наверное, это тоже в кайф - бегать по джунглям, прятаться, совершать набеги... Я, может, в другой жизни попробую. А еще бывают аборигены, которые здесь родились и другой жизни не знают. Многие вообще не зарегистрированы как люди, интеллект их тоже за людей не считает, макаки и есть макаки, раньше их в рабство брали, в гастарбайтеры, а как рабство стало невыгодно - убивают на потеху.
   - А как у них карма считается? - спросил Гриша. - Если они не зарегистрированы...
   - Карма у них никак не считается, - сказала Сандра. - Жизнь одна, как у закоренелых преступников. Не хочешь регистрироваться - сам виноват.
   Гриша подумал, что он то ли ослышался, то ли неправильно понял.
   - Погоди, - сказал он. - Получается, эта Адель... Ее замучают, убьют, и она никогда больше не оживет? Не спасется? Это, получается, не мелкая пакость, а это, как его... преступление? Я когда на Русалочьи Пляски приехал, ловил одного убийцу, так интеллект говорил, что убийство - очень плохо, а здесь оно как бы хорошо?
   - Как-то так, - кивнула Сандра. - Мы же не людей убиваем, а диких макак. Если ты комара прибил, ты ведь не расстраиваешься, что для него нет реинкарнации? А эти макаки как комары, только комаров трахать нельзя, а их можно. Надо, кстати, уже возвращаться, а то опоздаем.
   - Я не хочу, - сказал Гриша. - Мне противно.
   - А я хочу, - сказала Сандра. - Мне не противно.
   - А как? - спросил Гриша.
   - Что как? - не поняла Сандра. - Я бисексуальна, что тут непонятного. Или ты не понимаешь, как технически?
   - Ну да, типа того, - кивнул Гриша. - Там же во всех вариантах добровольное согласие нужно... или нет?
   - Ну, во-первых, не во всех, - сказала Сандра. - А во-вторых, когда воля сломлена, согласие - не проблема. Я обычно, когда мы с ребятами телку насилуем, подхожу последняя. Телка к тому времени уже на все согласна, что скажешь, то и делает, как андроид, только она настоящая, живая, это лучше.
   Гришу передернуло, будто глотнул некачественного алкоголя.
   - А я люблю, - сказала Сандра. - Знаешь, я тебя, наверное, зря завербовала, извини. Я думала, армия тебе понравится, ты тогда так заинтересовался...
   - Я не тем заинтересовался, - сказал Гриша. - Меня прикололо, как ты про бои рассказывала. А попробовал - ерунда. Таскаешь тяжеленные ящики туда-сюда, даже не как макака, как медведь какой-то...
   - Это просто испытание, - перебила его Сандра. - Чтобы проверить, готов ли ты выполнять неприятные приказы. На первый бой всех посылают на артиллерию, а если справился, во второй бой пойдешь с пехотой. Надо будет зачет сдать, но он несложный, загрузишь десяток модов, потренируешься в виртуалке, сдашь без проблем.
   - А Позитивный? - спросил Гриша.
   - Он дурак с диагнозом, - ответила Сандра. - Фидель его хотел вообще из отряда выгнать, но интеллект просил не выгонять. Он у интеллекта в каком-то проекте занят, чтобы дураков лечить.
   - Эй, Гюрза! - позвал Фидель. - Ты идешь или где?
   Сандра посмотрела на Гришу испытующе.
   - Точно не хочешь? - спросила она.
   - Точно, - кивнул Гриша.
   Наверху закричали, гневно и раздосадованно. Сандра выругалась.
   - Что, опять андроид? - спросила она.
   Ей ответили, путано и вразнобой, что да, андроид, притом дерьмово сделанный, кровь не красная, интеллект совсем оборзел, военных уже за людей не считает, что за говно, никакого уже удовольствия не осталось! Настоящие живые дикари в джунглях кончились, вымерли, упорышей приходит от силы пара в год, вот и приходится поддерживать популяцию андроидами, мы все понимаем, но нельзя же планку качества опускать так низко! Клиент хоть и знает почти наверняка, что замучил андроида, а не человека, но должна же быть хоть какая-то иллюзия! Иначе получается говно какое-то, никакого удовольствия.
   - Фух, слава богу, - сказал Гриша. - А я уж подумал, что и вправду в убийстве поучаствовал.
   - А ты не из сектантов? - подозрительно спросила Сандра. - Слава богу говоришь...
   - Нет, - помотал головой Гриша. - У меня просто слова-паразиты в речи, я их в этой жизни еще не скорректировал. Это, наверное, психологический комплекс, я ведь в прошлой жизни убийцу преследовал, а теперь как бы сам стал.
   - Не путай жопу с пальцем, - строго сказала Сандра. - Тот убийца убивал зарегистрированных людей, а ты будешь убивать незарегистрированных. Это очень большая разница! Ты цивилизованный человек, должен понимать: все, что законно - можно, а что незаконно - нельзя. Мы, военные, никогда не преступаем закон. Понял?
   - Да, умом я все понял, - кивнул Гриша. - А в подсознании комплекс.
   - Так скорректируй, - предложила Сандра. - Простые комплексы убираются за минуту.
   - Может быть, - сказал Гриша. - Но я не уверен, хочу ли его корректировать.
   - А что, есть другие планы на жизнь? - спросила Сандра. - Если есть, тогда не корректируй, попробуй себя в чем-нибудь другом. У тебя депрессий еще не было?
   - Память заблокирована, - произнесла слуховая галлюцинация обычным голосом интеллекта. - Лучше туда не лезь.
   "Так, интеллект", подумал Гриша. "Она предлагает скорректировать, мне соглашаться?"
   - Как хочешь, - сказала галлюцинация.
   "Я не понял, мне, блядь, соглашаться или нет?" повторил вопрос Гриша.
   - Соглашайся, - решила галлюцинация.
   "Корректируй", приказал Гриша.
   - Уже, - ответила галлюцинация.
   - Гм, - сказал Гриша. - А там этого андроида уже донасиловали?
   - Ну да, типа того, - пожала плечами Сандра. - Какой теперь смысл? Погоди... Так ты скорректировал?
   Гриша кивнул.
   - Ах, какой молодец! - воскликнула Сандра и расцеловала Гришу в губы. И заорала во весь голос: - Эй, пацаны! Не расчленяйте пока, Укушенный тренироваться хочет! Не расчленили еще?
   - Нет, только два пальца отрезали, - отозвался сверху Фидель.
   - А чего она не орет? - удивилась Сандра.
   - Она сама поняла, что андроид, - объяснил Фидель. - Разблокировалась и скорректировала боль. Не хочет доставлять людям радости, сука. Слушай, а для новенького это вообще идеальный вариант!
   - Точно! - подтвердила Сандра. - Пойдем, Гриша, тебе понравится.
   Через пять минут Гриша попросил интеллекта еще раз скорректировать, и тогда ему реально понравилось. Он понял, что в этой жизни нашел себе призвание. А в следующей найдется что-нибудь еще. Жизнь прекрасна.

Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Решетов "Ноэлит-2. В поисках Ноя."(ЛитРПГ) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) А.Емельянов "Тайный паладин"(Уся (Wuxia)) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) Н.Зика "Портал на тот свет"(Любовное фэнтези) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров-2. Легион"(ЛитРПГ) А.Верт "Пекло"(Боевая фантастика) С.Елена "Первая ночь для дракона"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) В.Чернованова "Требуется невеста, или Охота на Светлую - 2"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"