Протасенко Светлана Александровна: другие произведения.

Грёзы (Авторская версия)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Итак... поскольку дождаться соавтора мне не светит - пишу сама. Первые 8 глав соответствуют (только поправила их мальца) - 9 \12 НОВЫЕ!!!! Обязательно - читаем =)


Грёзы.

Живущим в снах.

Кусочки сна - чужие жизни

Чужие судьбы за каймой

И словно выпуклые призмы

Блестят в ночи: - "иди за мной"

И ты идёшь, с приходом мрака.

И вновь научишься мечтать.

Ты хоть и слаб в них, но, однако

Себе не можешь отказать.

И как в начале: за чертою,

Потянет снова в бой шагнуть

Или прийти с другой мечтою

Чтоб сказку былью обернуть.

Пусть всё так странно, пусть пастэльно

И редко сон похож на явь

И всё, так, важно, постепенно

Ты в них останешься - приняв.*

(Оксана Протасенко)

Пролог.

      Утро выдалось пасмурным, Георгий поднял взгляд на небо и, на несколько минут застыл, вглядываясь в клубящиеся облака. Возможно, будет дождь. Он вздрогнул и, мотнув головой, заспешил дальше. Вокруг, под ногами лежал выщербленный асфальт, то тут, то там трещинки и выбоины образовывали настоящие ямы, не глубокие, но достаточные, что бы открыть взгляду щебень дорожного покрытия. По краям асфальта со стёршейся разделительной полосой стояли кирпичные громадины, пустыми зевами проёмов вглядываясь в спешащего по своим, неясным делам человека. Неудобные, тяжёлые, но прочные и практически не изнашиваемые армейские ботинки со шнуровкой, некогда тёмно-зелёная, а сейчас просто грязно-серая униформа рядового и чёрное "тёло" автомата в руках. Вид, который однозначно нельзя назвать презентабельным. Но самое, пожалуй, необычное, в этом человеке, уже далеко не молодом, но ещё и не совсем старом, со светлыми, а возможно просто выгоревшими на солнце волосами, были глаза. Они чётко выдилялись на лице, окаймлённые глубокими морщинами, и практически не имели ресниц, а белки давно пожелтели и приобрели вообще весьма нездоровый оттенок. Зрачки, чёрными провалами в бездну, вглядывались в окружающую унылую действительность, и единственное, что, казалось, имело цвет в этом сером безмолвии, были радужки, наполненные густой синевой послегрозового неба.
      Неожиданно, как и всё плохое в этом мире, со стороны ближайшего строения раздался мимолётный шорох. Сам по себе, звук не нёс никакой опасности, размазывающий по дороге песок, ветер часто любил поиздеваться над нервами путника нежданными завываниями, раздающимися из покинутых строений. Нет, сам по себе шорох ничего опасного не нёс, он лишь предупреждал о приближении живого существа. Раздался новый шорох, а затем лёгкий хруст, как от битого стекла под ногой человека, а может и крупного животного. Возможно, существо было не одно. Георгий побежал.
      Откуда только взялись силы? До того, едва плетущийся человек, не слишком ускоряясь, но и не останавливаясь, не запинаясь, бежал. Этот бег был весьма профессиональным: ни одного лишнего движения, ни одного лишнего шага, ни одного лишнего вздоха. Главное - сохранить силы, главное - быть готовым в любую минуту принять бой, если преследователи не отстанут сами. Так иногда тоже происходило, и Георгий был готов к такому повороту событий, а потому бежал.
      Недалеко раздался звук разбившегося стекла и собачий лай. Затем, звук выстрелов. Кажется автоматная очередь. Откуда? Мужчина точно знал, что у преследователей нет оружия, да и рук, которым его можно держать, тоже нет. Среди них вообще людей нет, как собственно и животных. Однако каждый раз, оказываясь в подобных условиях, он слышал лай собак и выстрелы. Ну, во всяком случае по началу.
      Главное - не оборачиваться, это он усвоил наверняка. Главное - не оборачиваться и не останавливаться до ближайшего укрытия. Он должен добежать. Так всегда бывает: он должен добежать.
      Впереди, над дорогой повисло какое-то марево. Вроде бы слабое, но, тем не менее отчётливое колебание воздуха.
   В безэмоциональных глазах впервые промелькнуло неясное, не чувство даже, его отголосок. Удивление? Георгий перехватил поудобнее автомат и продолжил бежать. А что ещё оставалось? Прямая дорога без ответвлений на, пусть даже и самые маленькие, улочки. Каменные стены домов стоящие вплотную и чёрные проёмы окон с битым стеклом по краям, в которых клубилась тьма. Это отнюдь не авторское преувеличение, тьма действительно клубилась. Краем глаза, мужчина постоянно улавливал во мраке неясное шевеление и иногда слышал что-то. Возможно, шорохи или даже человеческий шёпот?
      Марево становилось всё ближе, теперь уже отчётливо было видно, что оно представляет собой нечто вроде стены, разделяющую улицу на две части: от одного строения до другого. За ним тоже было продолжение дороги и стоящие по её кроям дома, только, несколько размыто - как от горячего воздуха поднимающегося с асфальта в жаркий полдень. Вот только солнца тут не бывало.
      В мареве образовалось какое-то шевеление. Звук выстрелов и собачий лай за спиной сделались громче - преследователи нагоняли. И из окон: шёпот, шёпот и невнятные голоса. Такого ещё не бывало, но всё ведь когда-нибудь происходит в первый раз. Верно? Возможно, он просто сходит с ума.
      Дымка стала уже настолько близко, что ещё бы пара шагов, и Георгий влетел бы в неё носом, но она тут же растаяла, открывая путь дальше. На дороге, остался стоять невысокий юноша, с тёмными, кажется каштановыми волосами, бледное, скуластое лицо резко контрастировало с тёмными - зелёными, даже какого-то болотного оттенка глазами. Худощавая его фигура была укутана в красное длиннополое одеяние с белыми вставками на рукавах, груди и подоле. Узкая талия подпоясана красным же, длинным, сложенным впятеро, витым шнурком. Георгий подумал, что это весьма странно: внешность у пацана больше славянская, а одеяние то ли китайское, то ли японское - в этом он не разбирался. Возможно, что оба варианта оказались ошибочны, но строить предположения было недосуг. И голову он решил не ломать на этом вопросе, а просто продолжил бежать. Преследователи с каждой секундой подбирались всё ближе.
      - Вашу мать! - Паренёк, мимо которого только что пробежал Георгий, развернулся на сто восемьдесят градусов и фактически сразу же оказался на шаг впереди. По спине его била толстая перевязанная белой лентой коса.
      - Чего так медленно бежим? - Он повернул голову к мужчине, краем глаза косясь за спину. Голос у него оказался в отличие от внешности, эта хоть с натяжкой, но тянула лет на двадцать, совершенно мальчишеским. Ещё Георгий заметил, что "юбка" длинной чуть выше щиколоток, имела два разреза по бокам, идущих буквально до пояса. На ногах же у юноши били штаны того же кроваво-красного цвета.
      Георгий не ответил, лишь только жестом приказал нежданному попутчику беречь дыхание. Понятливо кивнув, парень нервно покосился в сторону "охотников" и, завертев головой по сторонам, вдруг схватил мужчину за руку рванул к весящей на одной петле двери какого-то замызганного подъезда.
      Мужчина заскрипел зубами, досадуя на себя, что не имеет толком сил сопротивляться, а потому послушно последовал за пришельцем. Ну что за дурной пацан? Убегая дальше, у них ещё были какие-то шансы, если не уйти, то возможно перебить преследователей. А так, всё в пустую. Осталось только покориться, и возможно утащить как больше тех тварей в след за собой!
      Внутри подъезда, противно зелёные стены были исчерканы узорами и уже не читаемыми надписями. Под ногами хрустела крошка битого кирпича вперемешку со стеклом. Лестница, как всегда вела в темноту полную шуршания и движения. Он уже бывал в таких дамах раньше, тут всё было одинаково. Пустые комнаты, пыль и мусор на полу, иногда обгоревшие обои. Ничего не менялось. Ни мебели в квартирах с открытыми дверьми, ни трупов жильцов или тех кто, возможно, бывал тут до него. Вообще ничего кроме битого стекла и камня, да ветра и пыли. Толька тьма, живая и полная вздохов. В домах он старался надолго не задерживаться. Куда этот мальчишка его тащит?
      Оказалось, что к дверям неработающего, как был твёрдо уверен Григорий, лифта. Юноша подскочил к кнопке вызова, ободранной и даже немного опалённой, и что было сил вдавил её в стену. Лампочка загорелась, и дверцы принялись открываться. Оторопевшего мужчину запихнули внутрь со словами:
      - Быстрее!
      Парень запрыгнул следом и нажал единственную относительно целую кнопку. Почему-то Георгию показалась, что на ней была цифра девять. Или ему только так почудилось? Створки сомкнулись, и с той стороны ударилось и тут же разочарованно взвыло нечто. Преследователи были тут, но не могли добраться до скрывшихся в этой металлической скорлупке жертв. Не в силах больше сдерживать напряжение последних... недель? Месяцев? Мужчина облокотился на стенку мелко вибрирующей кабины. Его взгляд зацепился за единственное яркое пятно в этом безмолвии цвета: пёструю фигуру пришельца. Уловив в глубине глаз спутника недоумение, парнишка усмехнулся и успокаивающе произнёс:
      - Всё уже позади. Ещё немного, и мы выберемся.
      Выберемся? С чего он это взял? А может... - Георгий взглянул на юношу уже с надеждой, - правда?
      Неожиданно лифт остановился. Створки открылись и спутники вышли на серый монолит крыши. Никаких проводов или кабелей не было, хотя он знал, что так быть не должно. Внизу простирался город с частым пересечением дорог, переулков, магистралей, хотя ничего такого на самом деле там не бывало. Сейчас, крыша того дома, на котором стояли они, возвышалась над остальными на добрых тридцать метров, вот только когда они забегали в подъезд, строение вовсе не казалось таким высоким.
      Георгий подошёл к краю и заглянул вниз, он слишком устал и, наверное, потому и не почувствовал.., нет, не так, не сразу осознал, что почувствовал.., толчок в спину. Только когда ноги уже не касались твёрдой поверхности, пришло понимание.
      Падая вниз, и слыша, как воздух свистит в ушах, он удивлённым взглядом следил за пёстрой фигуркой, которая спустя мгновение последовала за ним. А дальше...
      Он открыл глаза, в зрачки тут же ударил, на мгновение ослепляя, лампы дневного света. Что это? Высокий писк, раздающийся с постоянной периодичностью. Больничная палата? С боку какое-то шевеление, и проморгавшись, Георгий устремил взгляд туда. Рядом садился, опираясь на правую руку тот самый пацан, только одежа на нём была: обычные джинсы, белая футболка и кеды, в которых он без зазрения совести забрался на кровать больного. А ёще - волосы. Они сразу обращали на себя внимание. Если там, они достигали поясницы, то тут, едва прикрывали половину шеи.
      Юноша тряхнул головой и перевёл довольный взгляд на недавнего спутника. Дверь палаты приоткрылась и показалась голова на редкость миловидной медсестрички. Заметив, что больной и его посетитель очнулись, она ойкнула и поспешила захлопнуть за собой дверь. Не обратив на неё ни малейшего внимания, Георгий попытался произнести первые за очень долгое время слова.
      - Что случ... - тут горло сдавил спазм, и ему пришлось замолчать, но юноша его понял и так.
      - Кошмар. Тебе просто приснился кошмар. А я, помог тебе проснуться. Вот и всё. - Он подмигнул и, вскочив с постели, поспешил скрыться за той же дверью. Георгий устало закрыл глаза. Кошмар?
  

Глава 1.

   Утро выдалось пасмурным. Кирилл с тоской поглядел в окно, но с сожалением вынужден был констатировать, что даже если очень не хочется, вставать всё равно придётся. Решительно откинул такое мягкое одеяло и, не открывая глаз, добрался до ванной. Какое-то время просто стоял. Поняв, что ещё чуть-чуть и снова отрубится, он помотал головой и решительно повернул вентиль.
   Пару минут ничего не происходило и, парень недоумённо поднял сонно моргнающие глаза сначала на смеситель, а затем и на невнятно булькнувший душ. Тот, сделав вид, будто испугался и, злорадно заклокотав, ударил плотными струями чуть коричневатой воды. Между прочим, совершенно ледяной.
   Кирилл заорал нечто невнятное из-за наполнявшей рот воды и поспешил выключить смеситель. Постукивая зубами, обтёрся полотенцем, попутно приобретая красноватый оттенок кожи - материя оказалась грубой, как будто для её изготовления использовали мешковину и, совершенно не впитывала влагу. Парень с шипением отбросил бракованное полотенце куда-то под ноги и, накинув халат, прошёл на кухню. Там его ждало новое разочарование: холодильник предоставлял на выбор: плесневую банку из-под кетчупа и смёрзшиеся до не съёдобного состояния пол пачки подозрительно выглядящих пельменей. Для очистки совести Кирилл нашёл срок годности, истёкший вот уже как три месяца назад и с призрением отправил подозрительную упаковку назад в морозилку.
   В полный рост встал извечный вопрос "что делать?" или вернее будет сказать "чем питаться?". И в этот самый момент, как обещание новых неприятностей раздался телефонный звонок. Кирилл с опаской поглядел на надрывающийся прибор, но поняв, что замолкать тот и не собирается со вздохом поднял трубку.
   - Да?
   - Кирилл? Рад слышать. - Раздался жадный до интонаций голос. Предположить, что его обладатель действительно рад, оказалось весьма сложно. А вот парень мгновенно заулыбался и залив сомнительного качества воду в электрический чайник, довольно блеснул зелёными глазами.
   - Дим? Утречко. - Это было уже не пожелание, а констатация. Назвать сегодняшнее утро добрым язык не повернулся.
   - Утро. - Согласился неведомый Дмитрий. Судя по всему, хороших событий и у него за последние часы, набралось не так уж много. - У меня появился новый заказ. Ты не слишком занят?
   - Свободен, как сопля в полёте. - Не вежливо фыркнул Кирилл, даже не пытаясь хотя бы для вида подумать. Планов на день всё равно не было.
   - Тогда как ты смотришь на то, что бы я заехал за тобой часа, скажем через три?
   - М-м-м-м, Дим, а ты что-то сделать хотел до того? - Покосившись в сторону пустого холодильника, осторожно поинтересовался.
   - Да нет. - Сухой голос умудрился передать пофигизм хозяина. - Просто я же знаю, что ты пока полный утренний туалет не совершишь и не позавтракаешь, как положено, из квартиры добровольно не выползешь. Вот и даю тебе время на сборы.
   - В этом-то как раз и проблема. - Признался Кирилл. - Еды в доме нет, и с водой что-то. - Он для профилактики открыл оба крана и убедился, что холодная идёт из крана с горячей, а вентиль с синий полоской вовсе никак не прореагировал на вмешательство со стороны. - В общем, никакого "утреннего туалета" тоже не получиться.
   - Ясно, буду через полчаса. - Понятливо ответил Дмитрий и из трубки раздались гудки.
   В ожидании нормального завтрака, Кирилл с сомнением покосился на шипящий чайник. Утренний голод вроде бы и можно залить чаем, но когда полноценный завтрак уже маячит на периферии сознания обходиться полумерами даже слегка противно. Он развернулся и отправился одеваться.
   Весна в этом году выдалась хоть и солнечная, но удивительно холодная и безрадостная. Пронизывающий ветер днём и густой туман утором мало кого могли обрадовать. Зато уже к началу следующей недели обещали потепление, и Кирилл с нетерпением ждал долгожданного солнечного тепла. Он вообще не слишком хорошо переносил холод. Однако последние недели, словно в насмешку, погода не баловала его сколь-нибудь солнечными деньками. Парень натянул светлые джинсы и белую кофту с застёжкой под горло. Болеть он тоже не любил.
   Ждать пришлось не долго, буквально спустя пятнадцать минут, что Кирилл прождал уже полностью собранным, раздался звонок в дверь.
   Он щёлкнул замками и на пороге возник мужчина ростом под два метра, но, тем не менее, удивительно худой. Короткие ярко рыжие волосы были зачёсаны назад, а из-под бледных ресниц холодно смотрели бесцветные глаза. Лицо было, пожалуй, даже симпатичным, но никто в здравом уме не назвал бы его таким. Дмитрий походил скорее на ухоженный манекен, чем на человека.
   - Готов? - Повторное приветствие было излишним. Он посторонился, выпуская хозяина квартиры наружу.
   - Разумеется. - Кирилл зазвенел ключами, выискивая нужные. - Заедем куда-нибудь поесть?
   Дмитрий кивнул и первым вышел на улицу. Кирилл, преодолев, пять ступеней, разделяющих его дверь от входной, последовал дельному примеру.
   Оказавшись во дворе, недовольно поёжился на пронизывающем ветру и поспешно нырнул в тёплое нутро машины. Всю дорогу, до достойного их внимания, с точки зрения Дмитрия, кафе они упорно молчали. Все разговоры были отложены на неопределённый, хотя и довольно короткий срок.
   Наконец, они обосновались за одним из столиков весьма милого заведения. Ничего запоминающегося, но в целом довольно мило. Дмитрий заказал себе кружку чёрного кофе, а вот Кирилл одним только им не ограничился, потребовав себе несколько блинчиков с шоколадом и стакан молока.
   - Ну, - Парень с интересом покосился на собеседника. - И что ты мне за дело нашёл?
   - Всё как обычно - по твоему профилю.
   Кирилл поморщился.
   - Мой профиль это перевод и расшифровки старинных текстов. Можно чуть-чуть конкретнее?
   - Я вообще-то имел ввиду сновидения. И ты об этом прекрасно знаешь. - Дмитрий осуждающе покачал головой, но парень лишь недовольно скривился. Не найдя следов раскаянья на лице "переводчика", Дмитрий продолжил.
   - Девочка, десять лет. Больше месяца не приходит в сознание. Ну, в смысле, не реагирует на внешние раздражители. Даже когда открывает глаза, ещё не факт, что что-то видит. Кормят через капельницу. Физически никаких нарушений, врачи разобраться не в состоянии. Они в этом конечно не признаются, но родители уже не на что не надеются.
   - И после чего она впала в это состояние? - Кирилл собрал последним кусочком весь вытекший шоколад и потянулся за молоком.
   - Не просто ведь заснула и не проснулась?
   - Нет. Девочка попала в аварию, сама не пострадала, но оказалось заперта с трупом водителя в салоне на несколько часов. Когда её достали, она уже ни на что не реагировала.
   - Ну и? Шок, конечно, стресс, не знаю еще, как обозвать, но с этим должны были справиться психиатры. В чём проблема?
   - Ты чем вообще слушал? - Дмитрий отставил в сторону пустую чашку. - Как тут могут работать психиатры, если ребёнок вовсе не реагирует на внешние раздражители? Она как будто спит. Все аппараты фиксируют состояние сна. И вывести из него не получается. Так что мне показалось, что это как раз для тебя работёнка.
   - Да? Ну, в целом ты похоже прав, - Кирилл вынужден был признать, что работа действительно по его "профилю".
   Он кивнул, давая зримое подтверждение того, что соглашается с заданием.
   - Я договорился, нас там уже ждут. - Мужчина поднявшись, направился к выходу, и Кирилл не удержался.
   - Как у тебя всё быстро получается. Вроде же говорил, что за мной только через три часа заехать собирался. - Он догнал мужчину уже около дверей.
   - Раньше сядешь, раньше выйдешь. Залазь в машину.
   Кирилл усмехнулся подобной характеристике и, захлопнув дверь, принялся застёгивать ремень.
   На место они прибыли спустя недолгие сорок минут. Переводчик удивлённо присвистнул, разглядывая кованную решётчатую ограду и серьёзных ребят на въезде, которым предусмотрительный Дмитрий показал какую-то карточку. Только после этого створки ворот, послушные автоматики плавно качнулись назад - пропуская внутрь транспорт. Чуть дальше показался здоровенный особняк в стиле классицизма, поражающий своими размерами.
   - Ну, ни фига ж себе, вот у кого точно не бывает проблем с водопроводом. - Тихонько заметил парень, разглядывая предполагаемое место работы.
   - А ты его оплачивать вовремя пробовал? - Своим стандартно сухим тоном заметил Дим.
   - Издеваешься? Я все коммунальные услуги вовремя оплачиваю. Ладно, может ещё починят к моему приезду и я-таки смогу хотя бы душ нормально принять.
   Дмитрий промолчал, либо, не имея комментариев по данному вопросу, либо, что более вероятно, решив их оставить при себе. Он плавно завернул машину и остановил её рядом с какой-то клумбой, сейчас представляющей собой просто огороженный участок чернозёмной земли. Они молча выбрались из салона и пока Кирилл оглядывался, да подозрительно принюхивался его рыжеволосый спутник развернулся и направился к главному входу.
   - Слушай, Дим, я тут решил изменить маршруты пробежек, не знаешь, какие лучше выбрать?
   Мужчина с проскользнувшим в холодном взгляде брезгливым выражением чуть заметно дёрнул плечом.
   - Мне-то откуда знать? Это ты здесь фанат легкоатлетических видов спорта.
   - Ну, ты же вечно всё знаешь. - Пробормотал парень, уставившись себе под ноги. Но тут же, как будто о чём-то вспомнив, резко вскинулся.
   - И вовсе я не фанат! - Но, заметив дёрнувшийся уголок губ спутника, снова опустил голову, пробормотав еле слышно: - просто в некоторых ситуациях нужно уметь оч-чень быстро бегать.
   Ответить Дмитрий не успел, даже если и собирался это сделать. Они стояли прямо на крыльце и оказавшийся в арьергарде рыжий, вынужден был позвонить в дверной звонок. Ждать пришлось не слишком долго, буквально спустя пару минут. С той стороны щелкнула задвижка и на мужчин взглянула молодая девичья мордашка с россыпью веснушек по всему лицу, от корней волос, до подбородка.
   - Вы к кому? - голосок, однако у служанки, наряженной в традиционную униформу чёрного цвета, был на редкость суровый.
   - К госпоже Шиловой, нам назначено. - Кирилл в очередной раз порадовался, что все договорённости с клиентами Дим берёт на себя. Сам парень почему-то с детства пугался вот так вот откровенно недружелюбно настроенных работниц сферы услуг. Не до дрожи в коленях конечно, но почему-то на такие вот простые вопросы, он начинал невнятно мямлить и нервно теребить одежду. Единственное, что его успокаивало, во-первых, он был не один такой, а во-вторых, Дим к категории мямлей не принадлежал. Он вообще, на взгляд Кирилла, составлял какую-то отдельную категорию, правда, пока не мог точно определить какую.
   - Проходите. - Она недовольно посторонилась, открывая узкую щель между дверью и косяком, и если невозмутимый мужчина, невзирая на свою комплекцию, внутрь изящно проскользнул, то сам Кирилл - с трудом протиснулся, под уничижительным взглядом служанки.
   - Следуйте за мной. - Отчего-то скривилась девушка и, не глядя больше на гостей, пошла в направлении маячившей в конце коридора винтовой лестнице. Парень, придавленный подобным отношением со стороны девушки, и холодной высокомерностью спутника опустил голову, мрачно вглядываясь в тёмно-красный ковёр под ногами. С первых же мгновений это место стало вызывать у него давящее впечатление, вызывающий конкретное желание - убраться отсюда как можно быстрее и как можно дальше.
   Поднявшись на второй этаж, они двинулись вглубь уже другого коридора. Теперь перед взором переводчика предстала уже синяя ковровая дорожка, что хоть немного внесло разнообразие в открывающиеся ему виды. Когда они, наконец, остановились, Кирилл недовольно поднял глаза и осуждающе уставился на массивную дверь из натурального дерева, преградившую им путь. Служанка деловито постучала и дождавшись приглушённого дверью ответа - вошла, распахнув перед мужчинами дверь. На этот раз во всю ширь.
   Навстречу им поднялась худая высокая дама с приятным лицом и добрыми глазами. Но ни дорогая одежда, ни хороший макияж не скрывали её непроизвольных нервных движений и усталых мешков под глазами. Невысокий, лысеющий уже мужчина лет пятидесяти пяти сидел за тяжёлым письменным столом. Лицо у него было какое-то невзрачное. Хозяин кабинета выглядел человеком, у которого не всё в порядке с нервами, и в отличие от своей супруги вовсе не казался убитым горем.
   - Ох, господин экстрасенс, здравствуйте. Я рада вас видеть. Вы проходите, проходите. Может хотите попить чаю? - Голос у хозяйки тоже был усталый.
   - Эм, - парень замялся, удивлённо поглядывая на временного работодателя. - Здравствуйте. Вы, наверное, ошиблись или вас не совсем точно информировали. Я не экстрасенс, а сноходец. Это ведь разные вещи.
   - Да ладо вам. - Махнул рукой супруг. Кирилл недовольно нахмурился. - Все вы одним миром мазаны.
   Кирилл невольно поджал губы, а хозяйка растерянно взглянула на мужа, но замечания ему не сделала, только извиняюще покосилась на сноходца. Тот лишь вздохнул. Он уже имел сомнительное счастье сталкиваться с людьми пренебрежительно относящимся к его умением. Впрочем, учитывая сколько за последние годы развелось мошенников, такое отношение можно было даже считать оправданным. Вот только Кирилл как-то не ожидал такого в доме, куда его пригласили сами хозяева.
   - Моя супруга решилась прибегнуть к вашим услугам. Она-то как раз верит во всю эту паронормальную чушь, так что тут вам повезло, - продолжил высказываться хозяин. - Вы можете попробовать доказать, что то чем вы занимаетесь, действительно работает. И кстати, за пустую трату времени, я платить не намерен. Деньги лишь при предоставлении результата. Ваш, м-м-м, друг, - кивок в сторону безразличного к происходящему Диму, - ручался за ваш профессионализм. Так что думаю, вы не будете слишком обижены, если за нулевой результат вы получите лишь не слишком лестный отзыв среди людей в кругу которых я общаюсь. Мы поняли друг друга?
   Хозяйка, по чьему приглашению и прибыл Кирилл, продолжала молчать, потерянно переводя начавшие слезиться глаза с гостей на супруга. Сноходец упрямо развернулся в сторону мужчины.
   В ответ на провокационную речь Кирилл резко дёрнул головой и произнёс отрывистым голосом.
   - Смею надеяться, что о сумме оплаты вас тоже известили заранее?
   На этот раз скривился уже Шилов.
   - О, да. Должен сказать, что вы нехило берёте за услуги господин экстрасенс.
   - Сноходец, если позволите. И не за услуги, а за результат.
   Он вздохнул и не испытывая больше не малейшего желания находится в одном помещении с собственным работодателем, поинтересовался.
   - Меня проводят в комнату к девочке?
   - Конечно. Софья, проводите господина сно-ход-ца в покои Иришки, и останьтесь там на время сеанса. Не хватало, что бы какой-то проходимец оставался один в комнате моей дочери.
   Недружелюбная служанка, плавно развернувшись на месте, выскользнула за дверь, приглашающе распахнув её за собой. Кирилл в сопровождении Дмитрия, поспешили последовать за ней. По дороге, сноходец недовольно бросил.
   - И где ты таких только находишь?
   - Платить он не отказывался. - Ответил Дим, снова занимая позицию впереди сноходца. - А до того как увидит результат, он имеет право сомневаться.
   - Это конечно, - вынужден был признать он очевидное.
   - Прошу. - Злобно буркнула до того безымянная Софья, приоткрывая неширокую дверь.
   Взглядам вошедших, открылась довольно большая и светлая комната, большую часть которой занимала гигантская кровать. На ней, под сшитым из дорогой ткани одеялом, лежала бледная тень, которую язык не поворачивался назвать живым ребёнком. На виду оставались только хрупкая головка, с глубокими тенями под глазами и тоненькая ручка, к которой была подсоединена капельница с каким-то бесцветным раствором. Около того монстра, на котором возлежал ребёнок, сидела некрасивая женщина в летах и в накинутом на плечи белом халате. Она что-то писала в толстенькую книжку, лежащую на коленях. Стоило мужчинам войти в комнату, как женщина подняла глаза и недовольно нахмурившись, поинтересовалась.
   - Вы собственно кто такие?
   - Здравствуйте, - решил проявить хорошие манеры Кирилл. - Я сноходец, меня нанял отец этой девочки, что бы я вернул её в реальный мир.
   Он скромно улыбнулся. А вот врач явственно скривилась.
   - Ах этот. Ну что ж, приступайте. Любопытно бы было посмотреть. Признаться при всей моей богатой практики много я шарлатанов повидала, но сноходцев среди них не было.
   - Надеюсь, я вас не разочарую. - Кирилл почти серьёзно поклонился поджавшей губы докторше и повернулся к Дмитрию. - Попробуешь куда-нибудь смыться и оставить меня наедине с этими мегерами, в следующий раз будешь искать себе другого идиота.
   Дим, вполне ожидаемо не прореагировал, а врач издала что-то вроде презрительного фырканья. Кинув на партнёра последний предостерегающий взгляд, парень обошёл место предполагаемой работы и оказавшись на противоположной от женщины стороне скинул расстегнутую в момент захода в помещение куртку и избавившись от зимних ботинок, переполз от края кровати к девочке. Как только он оказался на одеяле и попытался приблизиться к ребёнку, врач возмущённо воскликнула.
   - Вы что себе позволяете?!
   - Работаю. Я же не учу вас, скажем суставы вправлять? Вот и вы меня не учите. И так же пока я не проснусь, громкие звуки в комнате запрещены. Постарайтесь, пожалуйста, вести себя потише.
   Женщина вновь поджала губы, но дальше комментировать не стала. Она молча наблюдала, как парень устраивается рядом с пациенткой, кладёт одну ладонь ей в район солнечного сплетения, а другой берёт за вытащенную из-под одеяла ладошку. Сначала, парень просто лежал, разглядывая девчачье личико, но буквально спустя три минуты веки его стали закрываться, пока, наконец, не раздалось едва слышное посапыванье.
   Кирилл открыл глаза и деловито осмотрелся. Вокруг клубился неоднородный туман. Он то казался молочно белым и мягким, словно кошачья шерсть, то становился цвета артериальной крови и начинал напоминать желе или и вовсе затвердевший уже наст красно-чёрного снега. Кое-где, туман оказался льдисто серого цвета и вызывал ассоциации с промёрзшей речной водой. Туман был разным, он менялся, тёк, то сонно и плавно, то хищный в своей быстроте. Вот только около самого сноходца, примерно метра за полтора, он отступал, оставляя того висеть в прозрачной пустоте.
   Парень сосредоточено нахмурился, дернул себя за длинную косу и выбрав, наконец, направление шагнул в сторону пушистого пятна. Туман расступился перед ним не более охотно, чем его реальный собрат, и выпустил искателя в некое подобие реального мира. Он снова оказался в только что казалось бы покинутой комнате, только какой-то утрировано яркой и несоразмерно большой. В этой спальной могло с лёгкостью поместиться около трёх таких же, но из реального мира.
   По центру кровати сидела девочка, наряженная в тёмно розовое платье, с бесчисленным количеством рюшечек и разнокалиберных бантиков. Она мурлыкала себе под нос какою-то незатейливую песенку и, глядя в ручное зеркальце, красила себе губы яркой помадой. Удивительно, но у неё даже получалось и весьма неплохо. То ли и в жизни ей разрешали пользоваться косметикой, то ли это просто была детская фантазия.
   Парень подошёл к монстру, который и раньше-то изумлял своими размерами, а уж теперь и вовсе превосходил все мыслимые пределы возможного. Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Дети видят мир со своей позиции, и он кажется им просто громадным, по сравнению с тем же, как его видят взрослые. Так что в итоге дети часто запоминают любимые или наиболее привычные места, а следовательно и воспроизводят их в своих снах как будто страдают гигантоманией.
   Кирилл двигался осторожно, боясь резким движением испугать, девочку и осторожно присел на край постели, машинально поддёрнув длинный подол красного одеяния. Он уже пару минут сидел неподвижно, когда решился сообщить о своём присутствии.
   - Привет.
   - Привет. - Согласился ребёнок не отвлекаясь от своего занятия. Сноходец убедился, что косметика, лишь плод воображения. Если бы ей думалось говорить во время нанесения макияжа в реальности, то помада уже бы размазалась по всему лицу. Тут же подобной картины что-то не наблюдалось.
   - Красишься? - Задал риторический вопрос, пододвигаясь ближе.
   - Угу.
   - А чего не дома? - Ещё несколько сантиметров расстояния.
   - Но я же дома. - Удивлённо вскинутая головка. Парень покачал головой и приветливо улыбнувшись серым глазам, доверительно сообщил.
   - Это только кажется. - Он последний раз огляделся и склонился к придвинувшейся ближе девчушке. - Ты вед на самом деле, - он толкнул девочку правой рукой в район солнечного сплетения и закончил. - Спишь.
  

Глава 2.

   Он открыл веки и уставился в знакомые уже, серые, но, теперь, сонно моргающие глаза. Не удержавшись, парень улыбнулся.
   - Привет.
   - Привет. - Прошептала девочка чуть слышно и её тут же взяла в оборот изумлённо охнувшая врач, заботливо дав ребёнку стакан воды. Правда только после того, как проверила реакцию зрачков, и пощупала пульс.
   Кирилл сел на кровати, тряхнув вновь коротковолосой головой, ощутив необычную лёгкость. Любой, кто носил сколь-нибудь длинные волосы, достоверно может подтвердить, что стоит их обрезать и создаётся впечатление, будто с головы сняли тяжеленную шапку или воронье гнездо с жильцами. Тут уж кому, какая аналогия больше нравится. И, хоть в данном случае обошлось без стрижки, но в целом ощущения оказались аналогичны.
   Доползя до края койки, сноходец принялся скорыми темпами зашнуровывать ботинки. Судя по отсутствию в комнате Софьи, она уже побежала докладывать о счастливом "воскрешении" Иришки. А оставаться и выслушивать слезливую сцену воссоединения, не было никакого желания. В данный момент, Кирилл предпочёл бы оказаться где-нибудь в гостиной или на худой конец прихожей и подождать, когда ему отдадут чек.
   Дим видимо придерживался тех же взглядов, так что он подал парню куртку и пропустил первым в коридор. Но даже из холла внизу до них доносились громкие женские рыдания и прочие прелести радостных переживаний.
   Спустя четверть часа, которые Кирилл простоял, облокотившись к стене и тихонько посапывая, к ним спустился с покрасневшим лицом и радостной улыбкой сам господин Шилов.
   - Ну, кудесник! Чёрт, справился-таки. Может, на обед останетесь, посидим - отметим?
   Он стоял слишком близко, слишком шумно говорил и слишком нагло себя вёл. Парень приоткрыл веки, с недовольством взглянув на работодателя, и неохотно проговорил.
   - Увольте. И я не кудесник, а сноходец, кажется, я об этом сообщал уже не единожды. Чек, пожалуйста, и мы попрощаемся.
   Он требовательно протянул узкую ладонь в сторону нанимателя. Тот натянуто засмеялся.
   - Ну, ну. Какой обидчивый. Слушай, кудесник, а с ней теперь точно всё в порядке будет? Ну, она опять так не свалится?
   - Понятия не имею. - Поморщился сноходец. - Это уже не мои проблемы. Всё что от меня требовалось - я выполнил, дальше работа врачей и психиатров. И честное слово, я очень хочу спать - не могли бы вы отдать-таки мои деньги?
   Шилов согласно кивнул и протянул небольшую бумажку. Парень бросил мимолётный взгляд на указанную сумму и, засунув чек в карман, не прощаясь, вышел за дверь.
   Дмитрий нагнал его уже около машины. Он убрал сигнализацию и парень, воспользовавшись возможностью, мгновенно оказался внутри. Недолго думая, сноходец откинул спинку и, дождавшись, когда ключ провернётся в замке зажигания, включил обогрев сидения. Как уже упоминалось ранее - холода он не любил.
   - Действительно так устал? - Для профилактики уточнил Дмитрий, не слишком впрочем, демонстрируя заинтересованность в ответе.
   - Не говори ерунды. Она совсем рядом была: в грёзах, а не в кошмаре. Это просто сонливость, после погружения, выпью чашечку кофе и должно пройти.
   - Ясно. Только избавь меня от подробностей своей деятельности. Чем различаются сновидения, меня совершенно не интересует.
   - Тебе что, никогда сны не снятся? - Заинтересованно приоткрыл один глаз Кирилл.
   - Нет.
   Философски пожав плечами, сноходец вновь закрыл глаза.
   Следующие пол часа прошли в блаженной тишине. Наконец, отдохнувший достаточно, для того чтобы интересоваться окружающей действительностью, сноходец поднял спинку кресла и с любопытством огляделся.
   - Где это мы?
   - Почти на месте. - Невозмутимо отозвался Дим. - У меня давно было желание показать тебе одно интересное место. Туда-то мы и едем. Тем более что единственное, что там можно нормально пить, так это как раз кофе.
   - М-да? И что же там тогда такого интересного, если еда там настолько паршивая?
   - В основном контингентом. Уверяю, ты туда впишешься просто сказочно.
   - Что-то я совсем перестал тебя понимать. - Усмехнулся одними губами Кирилл.
   - Увидишь. - Обронил водитель и мягко вывернул руль вправо, уводя машину с оживлённой трассы. Они несколько минут пропетляли по узким улочкам, и в итоге выехали в какой-то небольшой тупичок, после зимы необычно чистенький и ухоженный. Нигде не было ни луж, ни облупившихся стен, размалёванных произведеньями народного творчества, ни банок из-под алкогольных напитков в углах. Напротив, в углу стояло непривычно зелёное для начала весны деревце в кадке, а рядом вход в полуподвальное помещение.
   Разумеется, никакой вывески или таблички и в помине не было. Единственное, что резко отличало эту скромную дверку от остального пейзажа, это то, что она вся была какая-то закопченная, с непонятными потёками чего-то непознаваемого, а кое-где виднелись даже вмятины, так же непонятного происхождения. Кирилл изумлённо разглядывал эту ветеранку дверной промышленности.
   - Потрясающе, и чем это её так?
   - Разным. - Спокойно ответил Дмитрий, подходя к предмету обсуждения и, взявшись за ручку, потянул её на себя.
   Стоило проходу открыться, как из глубины помещения донёсся запах каких-то благовоний и лёгкое звучание музыки восточных мотивов.
   Как только Дим перестал держать дверь, та с противным скрипом поспешила закрыться и, Кириллу пришлось хватать её за край уже около самого косяка. Учитывая, что помимо прочего она оказалась ещё и удивительно тяжёлой, то сноходец едва не простился с пальцами, успев остановить коварную створку в самом конце.
   Внутри, оказалось на редкость просторно и что бывает нечасто в полуподвальных помещениях светло. Парень, найдя взглядом уже спешащего в направлении стойки спутника, пошёл в его сторону. Дмитрий, уселся на один из высоких барных стульев и повесил пальто на его спинку. Сноходец поступил схожим образом и огляделся теперь уже внимательнее. В целом, бар не представлял из себя ничего примечательного, а вот народ тут собрался и впрямь интересный. Кирилл с удивлением разглядывал открывшуюся картину, а Дим в это время с усмешкой наблюдал за его реакцией. Ну, то есть усмешкой это можно было назвать с большой натяжкой. По-прежнему совершенно невыразительный взгляд, и лишь чуть приподнятый уголок губ делавший гримасу больше похожей на судорогу, чем на улыбку. Однако и такие эмоции на этом лице можно было встретить не часто.
   - Потрясающе. У меня такое впечатление, что я в каком-то сне.
   - Должен тебе сообщить, - Заметил Дмитрий. - Из твоих уст это звучит неоднозначно.
   - Кто все эти люди? - Проигнорировал заявление спутника.
   Дим пожал плечами и жестом подозвал бармена, мужчину невыдающейся комплекции и почему-то с невысказанной тоской во взгляде.
   - Понятия не имею. Два кофе, пожалуйста. - Обратился он уже непосредственно к бармену.
   - Они как-то странно выглядят. - Не удержавшись, заметил сноходец, продолжая в открытую "любоваться" разношерстными посетителями. Иногда, в прямим смысле слова разношерстными.
   - Тут собираются странные люди. - Согласно кивнул Дмитрий, и отхлебнул из принесенной чашки. Кирилл напиток проигнорировал. - Здесь все, так или иначе, являются интересными личностями. Уверен, при желании тут даже дракона найти можно, при определённой доли сноровки и настойчивости. Я же говорил, ты сюда впишешься.
   - Дракона? - Насмешливо поинтересовался сноходец.
   - Ну, это конечно небольшое преувеличение. - Снова скривил губы в улыбке Дмитрий. - Но суть ты уловил. И я бы на твоём месте всё же попробовал кофе. Это, пожалуй, единственное, что тут умеют нормально готовить, но зато делают это божественно.
   Подбадриваемый покровительственным взглядом спутника, парень сделал осторожный глоток из небольшой чашечки и зажмурил от удовольствия глаза.
   - Ну, я же говорил? - Со смешком произнёс Дмитрий. - Ты посиди пока, я отлучусь.
   Кирилл согласно кивнул, продолжая разглядывать зал. Только теперь он делал это не столь явно. В основном привлекали внимание посетители, наряженные в одежды немыслимых цветов или диковинного кроя. То тут, то там, перемигивались драгоценные камни в украшениях не только у женщин, но и среди мужских компаний. И не всегда человек обвешанный, как ёлка игрушками, дорогими безделушками оказывался кем-то презентабельным, бывало, он напоминал какого-то бродяжку, но не похоже было, чтобы окружающих это слишком удивляло. В ближайшем к сноходцу углу зала сидела обычная с виду девушка, на поводке, рядом с которой примостился матёрый леопард. Примерно в центре зала возвышаясь над всеми, сидел громадный мужчина, окружённый шумной компанией, рядом с ним совершенно не обращающей на себя внимания. Вот во входную дверь прошествовал человек с южным типом лица, несмотря на царивший, на улице морозец, одетый только в лёгкую накидку и яркий тюрбан, украшенный большими перьями.
   Кириллу даже показалось, что Дим нагло ему польстил, сказав, что он сюда впишется как нельзя лучше. И тут же забеспокоился. Прошло уже порядка пятнадцати минут с тех пор, как он остался в одиночестве. Обуреваемый подозрениями, он медленно обернулся и уставился на стул, с которого совсем недавно поднялся его спутник. Как парень и предполагал, а вернее боялся даже предположить, ни Дима, ни его пальто там не оказалось. Дрожащей от злобы рукой, он достал мобильный телефон и, найдя среди вызовов номер Дмитрия, принялся его вызванивать, считая про себя гудки.
   - Да? - Знакомые холодные интонации.
   - Дим?
   - Разумеется. - Как всегда в голосе ноль эмоций.
   - Я боюсь даже спрашивать, но... ты где?
   - Еду домой. Время-то уже обеденное, ты этого не заметил?
   - Ну, учитывая, что ты оставил меня в этом странном баре в гордом одиночестве, думаю это не главная моя проблема. - Он старался говорить спокойно, но с каждой секундой разговора делать это становилось всё сложнее. Так и хотелось сорваться на крик и высказать собеседнику всё, что накипело.
   - Я думал, ты сможешь вызвать такси. - Разумеется, никакого раскаянья, хотя Кирилл готов был биться об заклад, что на лице его партнёра опять разместилась знакомая полуулыбка.
   - У меня нет номера такси и нет ни одного знакомого, к которому я мог бы обратиться, и ты об этом прекрасно осведомлён. И ещё из-за того, что ты не сообщил мне адреса этого грёбанного бара, я не знаю даже, где нахожусь!
   - Какая жалость. - Спокойный ответ. - Попробуй спросить номер, например у бармена. Уверен, что тебе не откажут в такой малости как номер такси. Пока.
   И резкий обрыв связи. Кирилл тупо уставился на мобильный телефон в руке. Спокойно убрав его в карман джинсов, парень подозвал бармена.
   - Можно ещё кружечку кофе?
   В таком положении сноходец просидел порядка трёх часов, заливая чувство голода обычной минеральной водой с газами. Она отдавала на вкус чем-то химическим, запаха же вовсе не имела. Однако напиваться пусть вкусным, но крепким кофеином он не собирался. Последнее время его даже странная внешность и поведение клиентов перестало интересовать. Хотя народу в зале постепенно становилось всё больше и всё более экзотичного. Ему всё чаще приходилось отодвигаться, когда, протискиваясь между высоких стульев, к стойке пробивались за выпивкой посетители, чья душа требовала праздника. Кстати, и названия, и вид коктейлей так же могли бы заинтересовать, если бы не общее хмурое настроение сноходца.
   - Два "Мой'ба" пожалуйста! - Крикнул у него над ухом чей-то радостный голос и его хозяин тронул Кирилла за плечо. - Слушай, чего ты тут скучаешь? Мы на твою постную рожу уже добрый час любуемся!
   Сноходец перевёл взгляд на говорившего. Им оказался улыбчивый парень лет двадцати пяти, с копной густых чёрных волос и живо блестящими жёлтыми глазами. Его Кирилл в самом начале заметил в составе той шумной компании, что разместилась по центру зала.
   - Вы не можете на мою рожу любоваться, я к вам спиной сижу. - Опроверг обвинение.
   - Ну, на спину. - Ничуть не растерялся жёлтоглазый. - Она у тебя тоже крайне постная. Случилось чего? Девушка не пришла? - Он развязано подмигнул.
   - Напарник бросил - Сознался сноходец.
   - В цене не сошлись? - Понимающе кивнул парень, состроив серьёзную мину.
   - Да нет, - поморщился. - Не совсем бросил. Здесь бросил! Теперь думаю, как до дома буду добираться.
   - И как? Получается? В смысле думать.
   - Не очень. - Сознался переводчик старинных текстов.
   - Тогда айда к нам. - Всунул ему в руки коктейли и, ухватив за плечи, направил парня в нужную сторону жёлтоглазый. - А то ты своей постной спиной нам весь праздник портишь.
   - Так не смотрите. - Огрызнулся сноходец, не забывая переставлять ноги в указанном направлении.
   - Ребят, у нас новенький! Когда по домам поедем, с собой нужно не забыть захватить! - Проорал жизнерадостно черноволосый, усаживая не слишком сопротивляющегося "новенького". - Кто тут самый вменяемый? Запомните это лицо и затащите его в машину со всеми! А то с нас ведь станется и забыть.
   Кругом раздались согласные возгласы, а смутившийся от чрезмерного внимания всех, кто собирался запоминать его лицо, Кирилл поинтересовался.
   - А почему "затащите"?
   - Ну, идти ты уже вряд ли в состоянии будешь. - Хохотнул, сидящий по левую руку от него толстячок, одетый в сиреневую хламиду и почему-то чёрный цилиндр. Как будто в подтверждении его слов, парню в руки сунули пузатый бокал чего-то смолянисто чёрного, с белой прослойкой посередине и красиво изогнутой трубочкой.
   - Но я не пью алкоголь! - В ужасе воскликнул Кирилл, ожидая, что его сейчас схватят и заставят выпить весь этот стакан силой.
   - Так ты ещё маленький? - Восхитилась сидящая напротив него высокая девица с огненно красными волосами.
   - Нет, ну, то есть... - Он замолчал, с отчаяньем оглядываясь на откровенно веселящегося жёлтоглазого, который устроился от него по правую руку.
   - Я совершеннолетний, только мне нельзя спиртное. Можно я соку лучше кого-нибудь?
   Его слова потонули в возмущённых возгласах раздавшихся вокруг. А толстячок, наклонившись к нему, тихонько шепнул.
   - Тут практически нет коктейлей содержащих алкоголь. Пить можешь смело, а какие будут на спирту, я сообщу.
   Кирилл благодарно кивнул и отпил отдающую кисло-сладостным вкусом жидкость.
   - Вот только, - С сомнением проговорил мужчина, глядя, как увлёкшийся сноходец опустошает бокал под общие одобрительные вопли. - У некоторых может быть нестандартные побочные эффекты. Я хотел сказать, чтобы ты осторожнее что-то незнакомое пил. Но видно уже поздно.
   Кирилл плавным движением опустил пустой сосуд на стол и с изумлением принялся разглядывать цветной туман, покрывший весь окружающий мир. Точно как это было сегодня во время сеанса, туман старался дотянуться до находящегося в центре пустого пространства сноходца и не мог этого сделать. Парень тряхнул головой и убедился, что дымка из глаз и не думает пропадать. На тело же накатила странная слабость и возникла лёгкая потеря координации, хотя мысли и казались удивительно ясными. Он, дрогнувшей рукой провёл по затылку, приглаживая волосы. И, не смотря на то, что под пальцами чувствовалась тёплая кожа шеи, голова по-прежнему упрямо ощущала тяжесть косы.
   - К-какого?
   - Эй, - Заметил его состояние жёлтоглазый. - Ты как?
   - Я сплю? - Решил уточнить Кирилл, со странным выражением разглядывая ставший чрезмерно знакомым пейзаж.
   - Да нет же. - Удивился брюнет вопросу.
   - Вот как? Странно.
  

Глава 3.

   - У тебя что галлюцинации? - Рассмеялся жёлтоглазый. - Сны уже видеть начал?
   - Я не вижу снов. - Пьяно мотнул головой сноходец. - И да, похоже, у меня галлюцинации. Только какие-то привычные. - Заметил с грустным вздохом.
   - Это бывает. - Пренебрежительно мотнул головой брюнет. И тут же сунул ему в руки железную кружку с погнутыми боками и почему-то дымящимся содержимым. - Ты лучше вот этого попробуй. Меня кстати Гралем зовут.
   - Спасибо, - Отказался вежливо, прикрывая глаза уже заболевшие от ставших слишком ярких пятен тумана. - Кирилл. И чувствую, пока из меня этот раствор не выветрится, мне вообще ничего пить больше не следует.
   - Так ты его что, на голодный желудок пил? - Изумился Граль.
   Кирилл печально кивнул и попытался примостить голову на столешнице, чувствуя, что ещё немного, и он отрубится прямо за столом. Находиться на территории между снами вообще было делом крайне утомительным, а уж совмещать его с бодрствованием и подавно считалось делом невозможным. До того, как один пустоголовый сноходец не выпил неизвестный науке коктейль на голодный желудок.
   Но заснуть ему не дали, его растормошили и, сунув в руки большой бутерброд, заставили откусить. Пока длился процесс жевания, Кирилл ещё три раза пытался уйти из этого суетного мира в тот другой, где лучше, но его со смехом принимались вновь тормошить, и кормление продолжалось. Когда бутерброд подошёл к концу, Кирилл заметно взбодрился, и из глаз исчезла разноцветная дымка.
   - Ну, как мы себя чувствуем больной? - жёлтоглазый радостно скалясь протянул ему ещё один кулинарный шедевр.
   - Ужасно. Безумно хочу спать.
   - А вот это напрасно, напрасно, что ты постоянно пытаешься нам картину отдыха омрачить? Вот, ты давай попробуй вот этого.
   И ему всё-таки всучили кружку с дымящейся жидкостью.
   - А от этого, что со мной будет? - С трепетом принюхался к подношению Кирилл. Пахло корицей и мятой, и, судя по тому, что жидкость то и дело начинала бурлить, пить это стоило едва ли.
   - Лучше будет. - Сообщил крайне уверенным тоном Граль, с нетерпением поглядывая на сосуд в руках парня. Сноходец невыразительно поглядел в том же направлении и обречённо мотнув головой снова отпил незнакомый напиток. Тот оказался почему-то мало того что холодным, так ещё и имеющим вкус сливочного мороженого. Поставив кружку на стол, но едва не придавил тёмно зелёную ящерку, размером не больше пары ладоней и с головкой, украшенной роговой короной.
   Недоумённо разглядывая возникшую на клеёнке живность, он даже не обратил внимания, что из головы ушла стеклянная ясность, а из мышц чрезмерная расслабленность.
   - Это тоже галлюцинация? - Поинтересовался в пространство парень. Вокруг радостно засмеялись, а ящерка, будто испугавшись его голоса, скользнула в направлении его красноволосой соседки. Та подхватила её на ладонь, и зверушка поспешно обхватила пальцы девушки когтистыми лапками и обвила запястье хвостом, размером вдвое большим, чем само туловище.
   - Нет, - И улыбнувшись взглянувшему на неё Кириллу представилась.
   - Меня зовут Гортензия, а это Тоша - МБД.
   - МБД? - Удивлённо моргнул парень.
   - Малый Бескрылый Дракон. - Прояснили слева.
   Тоша, как будто в подтверждение слов мужчины в цилиндре, развернул головку на длинной шеи в направлении сноходца и выпустил из красноватой пасти струю пламени, почти метрового размера. До Кирилла, конечно, не долетело (за что стоит благодарить ширину стола), но жар он ощутил прекрасно.
   В то время как из его рта вылетел изумлённый вздох, со всех сторон донеслись возмущённые выкрики.
   - Гортензия! Заткни пасть своей ящерице! Мне не хочется, как в прошлый раз оплачивать ущерб и разбираться с пожарными!
   - Прошу прощения, - Хитро улыбнулась хозяйка виновницы переполоха и подмигнула оторопевшему парню.
   - Вообще-то я занимаюсь разведением этих малюток. - Созналась она под вопрошающим взором сноходца. - А ты чем занимаешься? Ну, кроме того, что напиваешься неизвестным пойлом в подозрительной компании.
   Парень виновато улыбнулся и развёл руками.
   - Вообще-то перевожу старинные тексты. Манускрипты там, таблички, плиты. Но это когда совсем заняться нечем, вообще-то я работаю сноходцем.
   Обычно он, конечно, не признавался в своей основной специальности первым встречным - люди могли элементарно не понять. Но сейчас, в такой компании и в таком состоянии, умалчивать было бы глупо, скажи он, что работает летчиком испытателем - ему бы все равно поверили . Можно даже сказать, что к откровенности - атмосфера располагала.
   - Прикольно. Это, типа, по снам ходишь? - Расшифровала слово Гортензия.
   - Ну, в целом можно сказать и так. - Он улыбнулся подобной наивности. - Вообще-то вывожу из комы, вытягиваю безумных и успокаиваю сознание. Но в общем, да. Хожу по снам.
   - Вот как? - Девушка удивлённо округлила глаза, а Тошка, обидевшись, что на него не обращают внимания, снова соскользнул на столешницу и пошёл блуждать среди тарелок и бутылок, шипя на сидящих слишком близко к столу, с его точки зрения, людей. Люди, изумлённо вскрикивали и отскакивали от стола, по которому прохаживалась наглая ящерица.
   - Гортензия! - Взревели с того края, куда направился МБД.
   - Упс, - Втянула голову в плечи красноволосая, стараясь разглядеть, что делается там, откуда донёсся возглас. И имеет ли в таком случае смысл отзываться вообще. Кирилл поглядел на приближающегося к ним гиганта, который привлёк его внимание ещё в самом начале этой нежданной посиделки. В руке он держал злобно шипящего и срыгивающего искрами дракона, который в ладони этого здоровяка практически терялся.
   - Держи. - Он по-доброму ухмыльнулся, протягивая девушке зверушку и обратив внимание на новое лицо, и слегка нагнувшись, протянул ему ладонь через весь стол.
   - Привет, я Шол. Именинник.
   - Привет, я Кирилл. Поздравляю.
   - Спасибо. Над тобой тут не слишком издеваются? А то знаю я этих. - Тут он обвёл выразительным взглядом присутствующих, почему-то захватив всех без исключения, кто сидел за сдвинутыми столами, остановившись впрочем, на обоих соседях сноходца. Граль впрочем, сделал вид, что в упор не понимает намёков, а толстячёк, что его тут и вовсе как бы нет. Кирилл только и успел, что удивиться, почему под прицел особого внимания попал так же и любезный сосед слева.
   - Да вроде жив пока. - Согласно кивнул парень, умолчав, правда, что за неполный час, что он провёл за этим столом, его уже вполне себе успешно отравили и не столь успешно пытались сжечь. Но поскольку он действительно ещё оставался жив, то таки мелочи не стоили упоминания.
   - Это временно. - Широко ухмыльнулся именинник и, кивнув на прощание, пошёл в направлении своего места.
   - Обнадёживает. - Заметил тоскливым голосом Кирилл под дружный хохот окружающих.
  
   Была уже глубокая ночь, когда ярко красный джип подъехал к дому сноходца. Он сам, спал на переднем сидении, прислонив голову к холодящей поверхности стекла, обхватив себя руками. В груди свернулся тёплый комочек, оставляющий пальцы, лишенные перчаток, мёрзнуть. Сидящий за рулём мужчина в цилиндре, как выяснилось в итоге, отзывающийся на профессора Светлова, с сомнением покосился на темнеющуюся громаду панельной многоэтажки и, растолкав соседа, зашептал, опасаясь разбудить остальных.
   - Кирилл. Просыпайся, давай. Ты тут живёшь?
   Парень с неохотой разлепил веки и с трудом сфокусировав взгляд на ночном пейзаже с сомнением кивнул.
   - Кажется тут. Тогда всё, всем пока. - Он последний раз бросил взгляд на заднее сидение, где на плечах друг у друга спали Гортензия, Граль и ещё две не представленные ему девушки. Он махнул рукой профессору на прощание и, дёрнув за ручку, вывалился из машины.
   Воздух в первое мгновение показался Кириллу обжигающе холодным. А резко ударивший ветер, легко обошёл такую слабую преграду, как куртка и вовсе ледяным. Правда, сместившийся в район сердца тёплый комочек, всё равно остался на прежнем месте. Так что Кирилл только и мог, что сунуть руки поглубже в карманы и поспешить в направлении чернеющего зева подъезда. Как назло, в очередной раз заклинило домофон и холодными пальцами набрать необходимый шифр решительно не удавалось. Промучившись, таким образом, добрых пять минут, сноходец принялся греть упрямую электронику дыханием и в этот раз, предсмертно пискнувший замок соизволил-таки поддаться.
   Вот теперь-то, Кирилл порадовался, что живёт на первом этаже. Проскочив до собственной двери считанные ступени, он онемевшими пальцами принялся греметь ключами, выбирая нужный. Теперь его отношение к происходящему переменилось совершенно радикально, он уже проклинал свою подозрительность, заставившую его поставить аж целых три замка и железную дверь. И это при том, что на окнах он так и не решился установить решётки, не пожелав жить в личной тюремной камере.
   Но, стоило оказаться внутри квартиры, как все прочие мысли были вытеснены на второй план. Во-первых, коммунальные службы отопление ещё не успели отключить, и поэтому в помещении было достаточно тепло, а во-вторых, парень вспомнил, что есть дома по-прежнему нечего, и значит завтра, с самого утра придётся на голодный желудок тащиться в магазин за провизией.
   Он, упираясь мысками в задники ботинок, избавился от обуви, и, сунув ноги в тапочки, принялся расстёгивать куртку. Стоило повесить предмет гардероба на крючок, как из свежеразорванной подкладки (до того момента Кирилл данного обстоятельства не замечал), выбралась удивлённо поводящая головой зелёная ящерица. Так как место разрыва оказалось примерно на уровне лица не успевшего развернуться сноходца, то естественно, что он "зайца" заметил сразу.
   - Тошка! Господи, ты то откуда тут взялся?
   Не удостоив изумленного человека ответом, дракончик вполне метко перепрыгнул ему на плечо и грелкой устроился парню на загривок. Вот кого-кого, а назвать дракончика, хладнокровным язык бы точно не повернулся.
   - Чёрт, так это ты у меня всю дорогу грелкой подрабатывал?
   Кирилл поёжился, ощущая на коже воздействие маленьких, но удивительно острых коготков.
   - А-а, ну и пусть. - Произнёс Кирилл больше себе, чем заинтересованно прислушивающейся ящерице. - Сейчас тебя всё равно деть некуда, так что оставайся уж.
   Тоша насмешливо сощурил кроваво красные глаза и снисходительно зашипел. Как будто у него был выбор.
   - Только не вздумай тут ничего сжечь, до тех пор, когда тебя хозяйка заберёт.
   Предупредил питомца сноходец, не слишком впрочем, рассчитывая на понимание.
   Он потёр слипающиеся от усталости глаза и пошёл в ванну, хотя бы почистить зубы. Встав перед раковиной, он опасливо открыл вентиль. Сначала из смесителя раздалось устрашающее ворчание. Испугавшийся дракон даже соскользнул с плеч удивлённо проводившего его глазами парня и скрылся под ванной, когда презрительно плюнувший несколькими каплями кран, наконец, разразился нормальной тёплой водой.
   Решив, что в пределах квартиры экзотической живности ничего не грозит, Кирилл спокойно умылся и, вернувшись в комнату, со стоном рухнул в кровать. На этот момент, план был уснуть и как минимум до полудня следующего, то есть уже этого дня, не просыпаться. И забегая вперёд, нужно признаться, что выполнить эти условия у него получилось только наполовину.
   Утро наступило на взгляд сноходца чрезвычайно рано. А вот на взгляд голодного дракона страшно поздно. Привыкший, что люди существуют только для того, чтобы гладить его, да кормить, он искренне не понимал, почему конкретно этот индивид столь нагло уклоняется от своих прямых обязанностей. Нет, он, конечно, был не гордым, так, правда, считал только сам Тоша, и мог бы пойти поймать себе кого-нибудь. Но этому мешало два обстоятельства. Во-первых, на улице ещё никакой живности не успело появиться после зимы, а во-вторых, в пределах квартиры жил только маленький паук, свивший паутину за правой задней ножкой кровати. Это дракончик установил точно. Паучка он тоже съел, не пропадать же добру? Но не мог же молодой растущий организм питаться только какими-то занюханными пауками? А единственный представитель человеческого племени так бессовестно придавался столь ненужному, по мнению зверушки, занятию, как сон.
   Потому, забравшись по свесившемуся до пола одеялу, дракон, принялся, прохаживаться по телу бессознательного человека. Это продолжалось минуты три и результатов не дало. Подпрыгнувший, от возмущения Тоша, пыхнул из пасти чёрной струйкой дыма и избрал новую стратегию. Добежав до торчащих из-под одеяла каштановых волос, он нашёл такое чувствительное для людей место, как ухо. Во всяком случае, прошлый человек, который отвечал за его пропитание, и нужно заметить, не такой безалаберный, как этот, кричал достаточно громко, если скучающий дракоша, конечно же, случайно (хек-хек), кусал его за эту часть тела.
   Тактика принесла первые плоды. Кирилл дёрнулся, и шальными глазами уставился на примостившегося на нём дракона.
   - Тоша? Сколько времени? - Он перевёл взгляд на висящие на стене часы, стрелки которых честно показывали начало восьмого.
   - Какая рань. - Застонал парень и попытался снова зарыться в одеяло. От распирающего его возмущения, дракончик снова подпрыгнул и с присвистом чирикнул. На его взгляд времени было достаточно.
   Поняв, что его человек собирается продолжить беззаботно дрыхнуть, Тоша стремительно спустился поближе к лицу парня. И принялся бодать его головой.
   - Ну что тебе?! - Воскликнул Кирилл, с отчаяньем разглядывая чрезмерно активную ящерку.
   - Я же только в четвёртом часу лёг. - Дракончик громко чирикнул. Поняв, что спать ему больше не дадут, сноходец сел и устало взлохматил и без того не отличающиеся особым порядком волосы. Теперь парень пытался понять, зачем же его разбудили. Ответ напрашивался только один. Вернее, возможных причин было несколько, но предположение, что дракончик вёл бы себя столь агрессивно, если бы просто хотел поиграть, казалось несколько несостоятельным. Сноходец тяжело опираясь на руки, поднялся и направился на кухню. Со вчерашнего дня ничего так и не изменилось - холодильник был по-прежнему пустым.
   Кирилл достал из морозильника несъедобные останки пельменей. Заинтригованный происходящим, Тоша высоко подпрыгнул и, перебирая коготками по пижаме парня, забрался к нему на плечо. Он пару мгновений разглядывал смёрзшийся комок, который человек вертел в руках и, дохнув короткой струёй пламени, сбежал вниз, скрывшись за дверью спальни.
   - М, похоже, это действительно не съедобно. - Вынужден был признать Кирилл. Оставалось только собираться и идти в магазин, иных вариантов просто не было. Дракончик, сидя на подушке, следил за сборами - верно истолковав их смысл, в последнее мгновение добежал до готового уходить сноходца. Не дожидаясь, когда на него обратят внимание, он забрался на уже привычное место за подкладкой и одобрительно фыркнул. Тяжело вздохнув, Кирилл застегнул куртку и пошёл в сторону ближайшего продуктового. Благо, магазин находился не слишком далеко.
   С трудом избегая столкновения с прохожими и столбами, которые в густом тумане вырастали на пути Кирилла как из-под земли, он радовался, что хотя бы пронизывающего ветра утром нет. Зайдя в лоно магазина, парень с сомнением остановился напротив мясного отдела, гадая, чем же на самом деле питается МБД. У него даже возникла, было, мысль позвонить Гортензии и спросить, чем же кормить её зверушку, да и попросить забрать его. Но, оценив собственное самочувствие, он решил проявить милосердие, дав девушке возможность выспаться.
   Сам объект мучительных раздумий, осторожно выбрался из-под шарфа и балансируя длинным хвостом вполне устойчиво устроился на плече, взволнованно чирикнув в направлении прилавка. На Кирилла тут же изумлённо уставилась молоденькая продавщица. Решение пришло неожиданно, парень, взял дракончика на руки и, дав девушке его рассмотреть, спросил.
   - Как вы думаете, можно ему мяса купить, или лучше в зоомагазине бабочек каких-нибудь посмотреть?
   Продавщица моргнула и неуверенно улыбнувшись, покачала головой.
   - Мне кажется, он слишком большой, чтобы бабочками питаться. Печёнки вот возьмите, её кошкам часто берут.
   Кирилл довольно улыбнулся, сажая, вяло махающую хвостом и активно вертящую головкой на длинной шее ящерицу на прежнее место.
   - Ну, тогда завесьте, пожалуйста. И мяса, какого что ли, грамм триста. И котлеты у вас готовые есть?
   - Есть, - продавщица кивнула, сноровисто управляясь с взвешивающим аппаратом. - Вам, какого мяса?
   - А вот, врезку. Можно? - Он ткнул пальцем в понравившийся кусочек.
   - А кто это у вас? - Проявила любопытство девушка. - Никогда таких не видела.
   - Я тоже, - согласился сноходец, принимая заказ. - Отмечали вчера день рождения, и у кого-то сбежал. Вот, теперь пока хозяина не найду - кормить буду. А то экзотика, стоит наверняка бешеных денег.
   Вот тут Кирилл ни словом не соврал. Малые бескрылые драконы действительно были весьма редки, если не сказать больше. Собственно в нашем мире их вообще не водилось. Но, как существа неприхотливые, они легко прижились в новых для себя условиях, стойко перенося жару и наплевательски относясь к холоду. Единственное, они решительно не переносили влажность, что и позволило парню без приключений добраться до продовольственного. В туман вылезать Тошка категорически отказывался. Правда, в таких условиях, Кирилл здорово сомневался, что его бы заметили, даже вздумай он не прятаться под одежду. Сейчас сноходец радовался, что у этого вида нет крыльев. Всё-таки он слишком сильно напоминал сказочных своих родичей, чтобы можно его было принять за обычное хладнокровное. А оставлять зверушку дома в одиночестве, он всё же опасался. Мало ли что там мог поджечь оставленный голодным маленький вредитель.
   - Это верно, - Сочувственно заметила продавщица. Сноходец кивнул и пошёл в другой отдел. Продолжать беседу он не собирался.
   Тоша, заметив, что они идут в противоположную выходу сторону, сначала недовольно заворочался, и, не заметив реакции, легонько куснул транспорт за ухо.
   - Отстань, - шикнул на него Кирилл. - Раз уж я пришёл в магазин, то запасусь и для себе продуктами. Не только тебя надо кормить.
   Обидевшийся дракон скрылся в складках шарфа, перестав привлекать к парню ненужное внимание. Так что в дальнейшем поход в магазин закончился без эксцессов. Правда, сноходец всё равно старался разделаться со всем побыстрее. Затихший было Тоша начал нагнетать в себе тепло, обещая если и не сжечь ему одежду, (хотя кто может гарантировать, что он не хотел?) то оставить на теле медлительного человека ожог.
   На улице дракончик, поняв, что они идут домой, где его ждёт кормёжка, слегка поостыл, в прямом смысле этого слова.
   Кирилл, раскладывая покупки по полкам, то и дело был вынужден отгонять, пытающегося укусить его Тошку, и в итоге, не выдержав, ссадил чирикающего зверёныша с себя. Потом он, решив не издеваться над собственными нервами и желудком дракона, достал глубокое блюдце и, кинув в него горсть печёнок, с интересом принялся ждать реакции. Которая не заставила себя долго ждать.
   Тоша, подорвавшись со своего насеста (соорудил он его себе, кстати, из притащенного из прихожий Кириллового шарфа), подскочил к блюдцу и, удерживая печёнку двумя передними лапками, начал отрывать куски. На взгляд сноходца, дракончик просто стремился растянуть удовольствие, потому что он вполне мог бы заглатывать потроха целиком. Ну, да способ питания, это личное дело каждого.
   Аккуратно переступив через растянувшуюся во весь рост ящерицу, сноходец взглянул на часы. Стрелки показывали половину девятого и, решив рискнуть, он достал мобильный. Найдя там номер Гортензии, Кирилл принялся считать гудки. На десятом он нажал отбой и, хмуро покосившись на завтракающего дракона, отправился в ванну.
  

Глава 4.

   Стоило воде заполнить ёмкость, как парень опустился в неё с блаженным вздохом. Вчерашний день выдался не слишком лёгким и богатым на новые впечатления. Ночью выспаться так и не получилось, так что хотя бы сейчас хотелось просто расслабиться и немножко подремать в обжигающе горячей воде. А там, можно уже будет с новыми силами приступить к избавлению собственной квартиры от непредвиденных жильцов.
   Кстати о них. Кирилл поморщился и, приоткрыв глаза, устало посмотрел на выглядящего крайне довольным дракончика. Тот, примостился на углу ванной, сыто вздыхая и с умилением во взоре, разглядывал вдруг ставшего таким родным, почему-то кажущегося хмурого человека.
   Тоша чирикнул вопросительно, но, не дождавшись реакции от притворившегося спящим сноходца, решил, что раз его не гонят, то он имеет полное право находиться здесь. А потому мягко скользнул в воду, и сильно загребая лапками, уверенно нырнул.
   Кирилл удивлённо приподнял брови, наблюдая сквозь прозрачную воду, как Тоша, вытянувшись во всю длину, молниеносно передвигался под водной гладью. Сделав несколько кругов и восьмёрок по доступному пространству, он поднял голову над поверхностью и стал удивительно похож на одно знакомое лохнесское чудовище в миниатюре.
   Покачав головой, сноходец вновь откинулся на край ванной, предоставляя ящерице резвиться в своё удовольствие. Того, подобное положение вещей вполне устраивало.
   Они наслаждались спокойствием, пока вода уже не стала чуть тёплой. Тогда, Кирилл принялся непосредственно за мытьё, а дракон, недовольный возникшими переменами, резво выбрался и отправился в спальню, оставляя за собой мокрые следы. Сноходец проводил его прищуренными глазами и тихим скрипом зубов. Кому придётся это вытирать, было ясно без отдельных пояснений.
   На этот раз, парень набирал номер драконоводчицы до тех пор, пока с того конца наконец-то не раздалось полусонное "Алё". Тоша, в это время, сидя на столешнице перед Кириллом, лениво таскал у него из тарелки обжаренные кусочки колбасы, великодушно оставляя там лишь прожаренные яйца.
   - Гортензия? - Решил уточнить он.
   - Да, - смачный зевок и новый вопрос. - А это кто?
   - Кирилл, - и добавил, не слишком уверенный, что девушка хоть что-то помнит о вчерашнем вечере. - Сноходец, мы вчера познакомились - в баре.
   - А! - Голос сразу же приобрёл радостные интонации. - Приветик, ты чего в такую рань, после вчерашнего названиваешь?
   Сноходец украдкой взглянул на часы, сообщающие, что день собственно давно вступил в свои права.
   - Да так, слушай, а ты ничего вчера не теряла?
   - Например? - Не поняла Гортензия.
   - Ну, например, МБД тёмно-зелёного цвета, с дурацкой привычкой будить людей в кошмарную рань.
   Он резко притянул тарелку к себе, пока на ней ещё хоть что-нибудь осталось. Не растерявшийся дракончик с интересом принюхался к остывающей чашке с чаем. Пришлось отставлять и её.
   - Ты о Тошке? Так он у тебя? - Сделала правильный вывод.
   - Угу, отоспался, прогулялся, поел, поплавал, в общем, развлекается, как хочет. Ты его, когда забрать сможешь?
   - Эм. - Раздалось в ответ неопределённое. - Ну, сегодня вряд ли.
   - То есть как? - Заподозрил парень неладное.
   - Ну, понимаешь, - Начала осторожно, с просительными интонациями. Кирилл заметно напрягся. - У меня через два часа самолёт. Вернусь недельки через две. А Тошку я всё равно куда-нибудь пристроить на это время хотела. Только почему-то никто брать не захотел. Ну не в питомник же его везти? Думала Шолу вчера оставить, он его приструнить хоть может, но так упилась, что если честно и не вспомнила даже. А тут видишь, как всё удачно получилось?
   - Нет, не вижу! - Испуганно вздрогнув, ответил сноходец. - А если он мне квартиру спалит?
   - Ну что ты. - Зачастила Гортензия. - Он мальчик умный, ты ещё поймёшь. Вы с ним наверняка поладите. Да и ты ему, похоже, понравился, иначе бы к тебе не полез. Так что нормально всё будет. Ты не бойся.
   - Я не боюсь, просто... Ну, я вообще с животными не слишком лажу! И не держал их никогда. Может, давай я сам его кому-нибудь завезу? А то ещё испорчу тебе животинку, неустойку выплачивать придётся. - Заканючил Кирилл.
   - Кому завезёшь-то? - Раздалось саркастичное хмыканье. - Говорю же, отказались все. И не боись, не испортишь. Его чтобы испортить очень сильно постараться нужно. Ты ему только алкоголь пить не давай, и кофе. Остальное он сам есть не будет.
   - А от этого помрёт? - Поинтересовался парень хмуро, понимая, что похоже, отвертеться не получилось.
   - Да, нет, буянить начнёт. Так что ты осторожней там. Ладно всё. Мне пора уже, а то на самолёт опоздаю. Берегись его там. И спасибо что разбудил.
   И повесила трубку.
   Кирилл очень понадеялся, что последняя фраза была "береги его", а не то, что он услышал. Тошка как будто в насмешку склонил головёнку на бок и издал тонкое чириканье. Обречённо вздохнув, парень доел, то, что оставил ему обнаглевший дракончик и отправился в закрытую до того комнату, где располагались кучи старых манускриптов, стопки старинных книг и рукописей и множество вполне современных словарей. Ящерица, привычно последовала за ним.
   Сноходец любил свою официальную, но малооплачиваемую работу едва ли не больше чем сноходство. монотонное занятие часто помогало не только успокоить нервы, но и помочь узнать какие-нибудь тайны прошлого. Давно переставшие, правда, быть тёмными или опасными, но оттого не менее значимыми и интересными. Например, занимаясь расшифровкой, чудом попавшей к нему перепиской какого-то графа и претендента на трон уже давно развалившегося государства, он получил море удовольствия. Намного больше, чем, если бы прочитал о событиях тех дней из исторических книг. Потому что парень искренне сомневался, что в тех книгах стали бы упоминать какими словами крыл этого графа возможный будущий (или уже прошлый?) государь, когда у того что-то не ладилось с выполнением плана заговора. Больше всего Кирилл сожалел, что так и не узнал, чем же окончилась история. Имён в записях не упоминали, а так понять по небольшому обрывку сведений, что попали к нему в руки, концовку событий было, к сожалению, не возможно. Хотя сам он и догадывался, что заговорщиков поймали и казнили. Большинство проектов того времени заканчивались именно таким образом.
   Чаще Кириллу, конечно, приходилось корпеть над переводом каких-нибудь археологических находок. Всяких глиняных табличек и надписях сделанных на плитах старинных храмов. Это было уже не столь увлекательно, хотя парой и на диво познавательно. Естественно, что ни дорогие книги, ни тем паче громадные плиты он у себя не хранил. Да ему бы их никто и не дал. Но вот изображения или копии тех или иных текстов у него появлялись достаточно часто. Иногда, к нему попадали обрывки или при большой удаче целые тексты молитв и заклинаний, давно сгинувших или напрочь забывших своё наследие народов. Вот ради таких находок он и занимался этим делом. И, признаться, уже успел собрать неплохую "Книгу Теней". Которой, пусть и не мог воспользоваться по-настоящему, но самим фактом наличия у себя этих сведений гордился чрезвычайно.
   И этому были свои причины. Семья Кирилла издревле собирала различные "тайные" знания и передавала эту традицию из поколения в поколение. По семейному приданию, основоположником их рода был могущественный маг \ чародей \ жрец языческого бога, сути история не сохранила, но факт в том, что он занимался тем, что совершенствовал собственное мастерство и то ли собирался передать эти сведенья по наследству, то ли оставить для себя. Но главное, у него это не получилось. После себя он оставил, на тот момент весьма скромную, коллекцию, которую и принялись всеми силами пополнять его потомки. К сожалению, в роду их больше ни разу не рождалось чародея. Или его просто нужно было как-то учить, но в таком случае, для этого опять же не хватало знаний. Тем более что после смерти основателя рода, в семье стали с завидной регулярностью рожаться сноходцы, изредка разбавляясь медиумами. Нельзя сказать, что в семье каждый обладал необычной способностью, но раз в три или четыре поколения такой счастливчик появлялся на свет непременно. Так основной особенностью рода стало сноходство. И, тем не менее, каждый потомок, считал своим долгом обогатить домашнюю библиотеку на пару тройку старинных заклинаний. Наверно, попади настоящий чародей в их скромную домашнюю обитель, но был бы изрядно шокирован. Но к счастью, посторонние в святая святых рода допускались чрезвычайно редко. И именно благодаря этому семейному хобби, для детей стало обязательным знание нескольких языков и наречий, давно выпавших из обихода. Многие, конечно, страшно ругались на эту родительскую придурь, но учили и передавали знания собственным детям. Кто-то делал это из чувства долга перед предками, кто-то из возможности насолить кому-нибудь, пусть и собственным детям. А что? Они-то мучались? Вот пусть и детки пострадают. А что тут скажешь? Традиции.
   Кирилл просидел за переводом скучнейшего, и ко всему прочему тошнотворно сложного текста до самого вечера, изредка отвлекаясь на то, чтобы перекусить или дать отдых глазам.
   Тошка же проявил удивительную для себя выдержку, просидев всё это время, перед парнем, на одной из стопок книг и, смотря на него немигающим взглядом. Поначалу Кирилла это дико нервировало, но потом он понял, что ничего приступного дракончик предпринимать не собирается, и перестал обращать на него внимание. Однако стоило парню пойти на кухню, как он зелёной молнией понёсся за ним и всячески совался под руки, пытаясь перехватить самые лакомые кусочки. Частенько ему это даже удавалось. И затем они возвращались к переводам. Вернее, это Кирилл возвращался к переводам, а ящерица занимала свой наблюдательный пункт и замирала без движения. Когда, устав сидеть за столом в скрюченной позе, Кирилл, закрыв глаза, развалился в спальне, Тошка забрался ему на живот и принялся топтаться на нём, пока не лёг, поджав под себя лапки и не вытянув во всю длину шею и хвост.
   В итоге, парень посмотрел сначала на часы, потом за окно и с вздохом поднялся. Вечер уже начинал плавно перетекать в ночь и, по мнению сноходца, давно пора было отправляться на пробежку. Бег, вообще был весьма полезным навыком. Ещё в средней школе Кирилл начал интересоваться этим видом спорта. И, по стечению обстоятельств, не иначе, именно в этом возрасте, он впервые начал ходить по снам.
   Крепким телосложением парень никогда особо не отличался, да и не находил большого удовольствия от того, чтобы набить кому-нибудь лицо. Не то чтобы он был трусом, напротив, напугать его было не так уж легко, но свои силы он всегда знал лучше остальных, и ясно видел их границы. Да, и как тут можно было накачать достаточную мускулатуру, если большую часть своей юности, он провёл в спящим состоянии или сидя за книгами. А потому он, зачастую, предпочитал бесконфликтное решение проблем. Хотя его же родные братья с таким мнением были решительно не согласны и частенько применяли силовые методы решения для большинства своих проблем и занимались соответственными видами спорта. Кстати, оба, в отличие от того же Кирилла, являлись школьными заводилами и головной болью для учителей. А в институте звездами спортивных секций. Кирилл же смотря на это, всегда заявлял, что он как самый малогабаритный в семье на победу рассчитывать может не всегда, а потому он лучше научится достаточно быстро бегать. И нужно признаться, ни скорости, ни выносливости ему было не занимать, так что на взгляд самого сноходца, своё физическое развитие он направил в нужном русле. Правда, братья были с ним решительно не согласны, предполагая, что прекрати он убегать от противников, мог бы научиться неплохо драться. Кирилл обычно уходил от дискуссий на тему своих бойцовских навыков. Только иногда отзывался в том духе, что с теми противниками, которые попадаются ему во снах, часто сражаться бывает бесполезно. Братья, сами лишённые семейного дара, плохо понимали, о чём он рассказывает, но всё равно продолжали опекать, и заботится в меру своих сил.
   Нужно ли говорить, что подобное отношение ужасно бесило сноходца? Но поделать с этим он ничего не мог, если не хотел обидеть родственников в лучших чувствах. На чувства ему на самом деле было глубоко плевать, а вот перебороть фамильное упорство у него не получалось. Единственный выход он нашёл, когда переехал в собственную квартиру, подальше от родового гнезда, случаясь там только наездами. А вовсе о нём перестали вспоминать, когда на свет появилась их младшая сестра. Заботы родственников направились в иное русло, и от сноходца отстали. Как надеялся Кирилл - навсегда, и как он понимал разумом - временно.
   Так что, сейчас, Кирилл скоренько переоделся, обул спортивные кеды и, засунув дракона, на манер котёнка, за пазуху, под горло застегнул не слишком тяжёлую куртку и отправился на пробежку. Сегодня, Кирилл решил, что маршрут будет пролегать через парк, находящийся в километре от его дома. Это расстояние он прошёл скорым шагом, разогреваясь и давая мышцам приготовиться к нагрузкам. Да и вообще, холодно было на улице, а потому, когда впереди показались тёмные стволы деревьев, он радостно увеличил скорость, позволяя себе перейти на бег.
   Он любил бегать вот в такой спокойной манере, может чуть быстрее споро идущего человека. Пружинисто выталкивая своё тело вперёд, без лишних движений, не ускоряясь и не замедляя собственный ход. Все мысли обычно при таком передвижении отходили куда-то вглубь разума, оставляя в сознании блаженную пустоту. Только ток крови в ушах, да ровное дыхание прерывали образовавшуюся в нем тишину. Вокруг могли сновать люди, шуршать шинами машины, даже звучать музыка, но вокруг него образовывалось своеобразное поле пустоты, лишённое мыслей или переживаний. При таком беге, обострялись чувства, заставляя успокоенное сознание отмечать все мелочи, что окружали переводчика. Так что от таких вот утренних, или чаще скорее вечерних моционов Кирилл получал истинное наслаждение.
   Трясущейся под курткой Тоша вряд ли думал схожим образом, но возражать, почему-то не пробовал. Он вцепился коготками в толстовку и не пытался даже поменять место расположения. Хотя сноходец предполагал, что тому просто неохота вылезать на морозный воздух, что вероятно и являлось правдой.
   Сегодня пришлось обегать собравшиеся группки молодёжи, оккупировавшие каждую третью лавку на протяжении всех основных дорожек в парке. Веселящиеся компании не мог разогнать даже не по-весеннему холодный ветер, к ночи начавший дуть с удвоенным энтузиазмом. В конечном итоге, сноходцу надоело обгибать вечно движущиеся и распивающие алкоголь препятствия, и он свернул на самодельные, в смысле протоптанные отдыхающими второстепенные дорожки, подальше от малолетних жертв алкоголизма.
   Что выбор оказался не слишком удачным, парень понял, когда в третий раз споткнулся о не замеченный в темноте корень. Он ещё успел порадоваться, что не врезался в какое-нибудь случайное дерево, но, учитывая, что темнота только сгущалась, у него всё ещё было впереди.
   Под конец, Кирилл решил, что стандартный минимум пройден, а для того, чтобы продолжать забег необходимы лучшие погодные условии, чем те, что присутствуют сейчас. Или хотя бы другое время суток. Решив, что в следующий раз он начнёт раньше, парень отправился в направлении дома.
   Больше всего, разумеется, рад возвращению был Тоша. Он, стоило парню расстегнуть куртку, соскользнул на пол и скрылся в направлении спальной. Кирилл проводил его насмешливым взглядом и пошёл в ванну, намериваясь принять душ, да лечь спать.
   Оказавшись в постели, Кирилл закутался в одеяло, твёрдо решив отоспаться сегодня и за эту ночь и за предыдущую. Но стоило ему начать погружаться в страну морфея, как по нему пробежались маленькие лапки, и, потоптавшись, дракончик опустился на облюбованное место. Кирилл напрягся, представляя, как во сне он неосторожно повернётся и раздавит не отличающуюся габаритами зверушку. Не оценив стараний собственного воображения, он стряхнул наглое создание с себя, надеясь, что дракончик найдёт себе более подходящие для сна место. Надежды, однако, оказались тщетными. Обижено чирикнув, Тошка принялся карабкаться назад. Страдальчески застонав, переводчик схватил ящерицу и уложил её рядом с собой на подушку.
   Дракончик замер, и поняв, что мягкая подушка ему нравится гораздо больше, чем жёсткий бок человека, переместился немного выше макушки сноходца. Он, довольно чирикая, потоптался, испытывая нервы соседа, и вот когда тот готов уже был вовсе согнать суетливое животное, то плюхнулось и, положив длинный хвост парню на голову, затихло. Кирилл, решив, что из двух зол выбирают меньшее, перестал обращать на дракона внимание и вскоре спокойно заснул.
   Проснулся сноходец в начале девятого, причём самостоятельно, а не при помощи новоявленного сожителя. Он, конечно, позаботился о том, чтобы оставить дракончику пищу с вечера, но признаться не верил, что она доживёт до утра, а его не разбудят, чтобы получить добавку. Однако обошлось.
   Тошка же, честно проснувшийся в шесть часов утра, позавтракал и не найдя лучшего занятия, вернулся на понравившееся место - досыпать.
   Кирилл отправился на кухню, когда зазвонил телефон.
   - Аллё?
   - Кирилл. - Законно констатировали на том конце, зная хозяина мобильного по голосу.
   - Дим, доброе утро.
   - Утро. - Согласился собеседник, удачно игнорируя предполагаемую доброту данного утра. На памяти его компаньона, у Дмитрия ни одно время суток добрым не могло быть по определению.
   - Ты сегодня сильно занят?
   - М-м, - Кирилл вспомнил нудный, но так и не законченный вчера текст и отрицательно мотнул головой. - Да, нет. Согласен сразу на всё.
   - Буду через час. - Не стал развивать тему Дмитрий и повесил трубку.
   - Через час, - Пробормотал сноходец, ставя в микроволновку разогреваться предполагаемый завтрак, а сам пошёл умываться.
   К моменту его возвращения, на столе уже ждал Тошка, готовый разнообразить своё меню ещё и едой с чужой тарелки. Собственно, Кирилл ничего против не имел, и послушно отложил часть продуктов в драконью миску. Ящерица, проводив полное блюдце взглядом, до его места на полу обиженно выпустил в воздух облачко тёмного дыма.
   - Кхе, Тошка! Не смей дымить в квартире, и вообще воспроизводить тут пиротехнические эффекты. Ты, в конечном счете, животное, вот и иди есть на пол.
   Дракончик, выразительно изобразив скепсис на маленькой мордочке, выразительно переступил лапками по клеёнке. Чертыхнувшись, переводчик переставил миску обратно на стол и принялся за завтрак. Он быстро заглотил продукты и отправился одеваться, оставив дракончика лакомиться в одиночестве. Не сказать, чтобы тому это очень уж помешало. Так что, к моменту, когда раздался звонок в дверь, полностью собранный сноходец посадил питомца уже по отработанной схеме под куртку и открыл замок.
   - Что-то ты слишком быстро после прошлого раза дал о себе знать. - Вместо приветствия, кивнув головой, Кирилл закрыл дверь уже снаружи.
   - Так получилось. - Нейтрально сообщил Дмитрий, и, не дожидаясь, когда переводчик справится с замками, вышел из подъезда. Тот не замедлил последовать за ним. Уже садясь в машину, Кирилл дал волю мыслям.
   - Знаешь, позавчера ты поступил совершенно по свински.
   - Почему это? - Не проявил не малейшего интереса ничем кроме вопроса Дим. Кирилл бросил взгляд на его бесстрастное лицо и отвернулся к окну.
   - Потому что бросил меня одного в каком-то баре, названия которого я так и не узнал. Какого чёрта это вообще было? У тебя что, неожиданно прорезалось чувство юмора? Так вот, было не смешно.
   - А я и не надеялся, что получится весело. Но ты ведь оказался в итоге дома? Чего же возмущаешься?
   - Оказался, - Скривился сноходец. - Твоими молитвами.
   - Вот как? Тогда тебе необычайно повезло, потому что я за тебя не молился.
   - Я и не сомневался, - Буркнул недовольно. - Кстати, что это вообще было за место?
   - Ты там сколько пробыл? - Ответил вопросом на вопрос мужчина.
   - М-м, - честно попробовал вспомнить время отбытия сноходец. - Примерно до двух часов.
   - Так долго не мог выбраться? - Проявил подобие заинтересованности Дим.
   - Издеваешься? Нет, разумеется, - на слове, разумеется, Дмитрий неопределенно фыркнул, но промолчал. - Пришлось присоединиться к компании отмечающих, и разъехаться уже с ними. С интересными людьми познакомился. И кстати ты был прав.
   - Когда именно? - Как само собой разумеющееся спросил водитель. Кирилл на этих словах ухмыльнулся, скосив на соседа глаза.
   - Когда говорил, что там даже дракона найти можно.
   - Нашёл? - Удивлённо приподнял брови Дим. Эта гримаса почти напоминало нормальное выражение любопытства.
   - Вот. - Достал из-под куртки, любопытно вертящего головой Тошу. Дмитрий скосил на него глаза и вернул взгляд на дорогу.
   - Ящерица какая-то.
   - Но называется драконом. - Не стал переубеждать его Кирилл, убирая питомца назад. - Так что там за заказ?
  

Глава 5.

   Дмитрий пожал плечами и невыразительно ответил.
   - Девушка, двадцати двух лет. Чуть больше недели назад стала себя неадекватно вести. На внешний мир реагирует, но как-то странно. Родственники отказываются признать, что девочка свихнулась, так что заказ нам буквально в руки прыгнул.
   Кирилл резко отвернулся от окна и с возмущением уставился на невозмутимого водителя.
   - У тебя самого с головой как? Проклятье, я же говорил, что не люблю работать с психами?
   - Говорил, но они составляют примерно половину клиентов. И платят за них хорошо. Учитывая, что половина от гонорара моя, то естественно, из-за твоей щепетильности я от неё отказываться не собираюсь.
   - Конечно, - обижено буркнул сноходец, снова отворачиваясь к мелькающим за окном пейзажам. - Не ты же с ними работаешь.
   Дмитрий упрёк высокомерно проигнорировал.
   В этот раз до клиента ехали полтора часа. Тошка даже соскучится, успел, он перебрался на приборную панель и под неодобрительным взглядом Дима устроился там. Однако стоило машине припарковаться около здорового небоскрёба, как сноходец поспешно сунул негодующе чирикнущего питомца назад под куртку.
   - Ты что берёшь эту тварь с собой?
   - Если он тут тебе какой-нибудь провод перегрызёт, ты расстроишься.
   А про себя добавил, что если дракончик машину подожжёт, то выйдет ещё хуже. Дмитрий проводил переводчика стеклянным взглядом и, дёрнув щекой, выбрался следом. Они поднялись на пятнадцатый этаж. Дверь, единственную на площадке, им открыли практически мгновенно. Хозяйкой оказалось женщина лет тридцати пяти, в деловом костюме, но выглядящая как-то устало, и глаза, аккуратно подведённые тёмным карандашом были покрасневшими с недосыпа. Но в остальном, она создавала впечатление преуспевающей бизнес-леди, если бы ещё не это тоскливое выражение лица. Похоже, что их тут ждали, потому что Кирилл здорово сомневался, чтобы эта женщина всегда самостоятельно открывала перед посетителями дверь.
   - Дмитрий Сергеевич. Мы вас ждали. Проходите.
   Она посторонилась, пропуская поприветствовавшего её кивком мужчину и, с сомнением присмотрелась к невысокому Кириллу.
   - А вы должно быть тот специалист?
   Парень чуть приметно усмехнулся, заметив, что на слове "специалист" хозяйка практически незаметно запнулась, видимо подсознательно, или вполне осознано избегая термина сноходец.
   - Да. А вы кем приходитесь пациентке?
   С интересом осведомился сноходец, оглядывая дорогую обстановку квартиры. Женщина замялась и, махнув рукой в глубину коридора, созналась.
   - Сестра. Пойдёмте. - И первой направившись в указанном направлении, принялась рассказывать. - Когда родители погибли, Машка к нам переехала. Да и я только рада была, что она у меня под присмотром будет. И ведь всё так хорошо было. И с мужем она моим ладит. И пять лет уже вместе живём, всё так хорошо было. А тут вот - такое.
   И как наглядное пособие, открыла одну из дверей. За ней обнаружилась симпатичная спаленка, оформленная в синем с коричневым тонах. На не слишком широкой кровати сидела, подтянув к груди согнутые в коленях ноги, девушка, имеющая явное сходство с сестрой. Если так можно выразиться. Потому что, невзирая на явно тяжело переносящееся случившееся, их нанимательница выглядела всё же вполне презентабельно и достойно. В ней чувствовалось какое-то благородство, внутренней стержень. А вот у сидящей, на постели девице этого не было. И дело даже не в том, что она была одета в цветастую ночнушку, или то, что густая копна тёмных волос казалась вороньем гнездом. Просто в отличие от своей родственницы, она похоже не находила в происходящем ничего трагичного. Она улыбалась.
   А ещё руки сумасшедшей были прикованы к изголовью кровати. Наручниками.
   Кирилл вздохнул и подошёл к сумасшедшей ближе. Странно, но больше никого в помещении не наблюдалось. Парню показалось сомнительным, что нанимательница сама сидела у постели спятившей сестры, но в целом это было не так уж и важно. И он не стал заострять на этом внимание.
   Девица проводила его внимательным взглядом, не переставая растягивать губы в злой улыбке. Сноходец нахмурился, внимательно приглядываясь к девице, ожидая от неё каких-нибудь поступков, от смеха или невнятного бормотания, до попыток набросится на него или чего похуже. Но ничего не было. Девушка молча скалила зубы в улыбке и следила за ним чёрными угольками глаз.
   А вот у её сестры глаза были пусть и тёмными, но всё же синими. - Отметил про себя Кирилл, садясь на постель, в недосягаемом для девушки расстоянии.
   - Мне придётся усыпить вашу родственницу. - Сообщил он застывшей в дверях нанимательнице, стоящей за спиной у выдвинувшегося чуть вперёд Дима.
   - Лекарства? - Нервно спросила женщина. - Даже не знаю, пить ее, их не заставишь, а на уколы она очень бурно реагирует.
   - Да нет же. - Прервал словесный поток парень. Он старался говорить спокойно, стремясь даровать хотя бы немного этого чувства так и не представившейся нанимательнице. - Я просто усыплю её. Сообщаю об этом заранее, чтобы вы не пугались, когда она неожиданно заснёт. Потом, пожалуйста, не издавайте громких звуков и не приближайтесь к нам. Я постараюсь управиться побыстрее, но кто знает. Поэтому прошу не паниковать, не разговаривать и вести себя тихо. Ясно?
   - Да, - растерянно кивнула, - а вам что-нибудь ещё нужно?
   - Нет, - Кирилл расстегнул куртку, выпуская наружу дракончика, который, зашипев, устроился у него на груди, и принял выжидательную позу, как вчера, когда следил за тем, как сноходец занимался переводами текстов. Переводчик откинулся на стену и устремил взгляд на подопечную, ловя внимание чёрных угольков. Они смотрели друг на друга, окало тридцати секунд и одновременно их веки закрылись, оставляя публику любоваться на два тихо сопящих тела.
   Сноходец открыл веки и скривился, как будто в рот ему попал незрелый лимон. Такой маленький, зелёный и кислее обычного раза в три. Хотя нужно признаться, повод для подобных эмоций у него был. Вокруг пустой зоны, в которую сноходец кутался, как в защитный кокон, простирался знакомый туман. Только вместо уже привычного разноцветья, кругом преобладал угольно чёрный, где-то кажущийся светлее, где-то выглядящий непроницаемым, но, по сути, везде одинаковый. Парень недоверчиво покачал головой, заставив длинную косу мотнуться от одного плеча к другому. Подобное он видел впервые и даже не хотел представлять, чем обернуться кошмары, одолевшие скорбный разум девушки.
   Решив, что соваться в самое пекло с первых же шагов не слишком дальновидно, Кирилл нашёл самый тёмный участок в окружающем его кошмаре и шагнул на несколько сантиметров правее, не желая потом искать сосредоточение ужаса по всему, богатому на фантазии, разуму.
   Стоило ступить в окружающий его мрак, как в лицо ударили холодные волны резкого ветра. Сноходец прикрыл глаза и подозрительно огляделся. Перед ним предстали чёрные монолитные стены старых многоэтажек, не имеющих по своей поверхности ни бликов, ни отражений. Пустующие улицы продувались ледяным ветром, чьи порыва то усиливались, практически сбивая с ног хрупкую фигурку сноходца, то ослабевали, давая возможность приоткрыть глаза, и подробнее осмотреть открывшийся пейзаж.
   Парень задрожал от охватившего тела холода, и, чувствуя, как начинают стучать зубы, опустил взгляд себе под ноги. Оказывается, что он стоял по колено в чуть поблёскивающем снеге. Однако, что это снег, стало ясно далеко не сразу. Сперва, возникло такое впечатление, что ноги тонут в море крови, и лишь через минуту странного оцепенения, до Кирилла дошло, что это всего лишь ровное поле замёрзшей воды, в реальности, имеющей гораздо более оптимистичный цвет.
   Он огляделся, думая, в каком же направлении может оказаться хозяин этого весёлого мирка, и сколько до него придётся идти по лютому морозу.
   Но тут ему повезло, из-за ближайшего строения показался силуэт того единственного, кто мог здесь находиться кроме самого сноходца. Так, во всяком случае, думалось парню, пока он не смог внимательнее приглядеться к идущему. И вот тут-то он понял, что здесь что-то не так. Фигура отнюдь не напоминала его подопечную. Более того, она вообще не была женской. Хотя о чём тут можно говорить, если она даже человеческому существу и то не принадлежала!
   Кирилл разглядел знакомый уже злобно-радостный оскал и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, рванул в противоположном направлении.
   Что это было за существо, сейчас даже гадать не хотелось. Тем более что сноходец не мог и предположить, как оно оказалось там, где вообще-то должно было находиться сознание спятившей, но вполне человекоподобной девицы. Но одно было ясно сразу. Сон принадлежал именно этому существу. А потому нужно было как можно быстрее вырваться из кошмара, за который ему не платили.
   Но у существа были другие планы на их встречу.
   - Куда собрался лапка? - Мурлыкнули Кириллу на ухо и украшенные острыми когтями пальцы сомкнулись у него на шее.
   Воздух резко прекратил поступать в лёгкие и дёрнувшийся от боли парень вцепился в удушающий его захват, стремясь хотя бы глотнуть немного кислорода. Стоит ли упоминать, что освободиться у него не получилось. К спине прижалось чьё-то тело. Единственное, что мог сейчас сказать сноходец о собственном пленителе, так это то, что от его прикосновения тело пронзило холодом сильнее, чем, если бы его посреди зимы окунули в прорубь. Ну и, разумеется, что он был необычайно силён. Сжимающая горло рука казалась стальным ошейником.
   Кирилл, поняв, что в глазах уже темнеет, ударил локтём назад, предположительно в живот нападающему. Что странно, его трепыхание даже повлекло за собой некую реакцию. Не сказать, чтобы такую, какую хотелось, но шея, по крайней мере, получила свободу.
   Его дёрнули за запястье руки, которая наносила удар и, стремительно развернув, так что парень даже не успел ничего понять, другой ладонью, нападающий хлёстко прошёлся по лицу сноходца. В голове зазвенело. Кирилл упал, всё ещё ощущая, как холодные пальцы сжимают его руку, когтями раздирая кожу до крови. Падающие капли, обращались новыми снежинками, теряясь в массе остального снега.
   - Ну что же ты? - Злорадно проронили у него над головой и, дёрнув за волосы, заставили взглянуть в чёрные угольки глаз, на смуглом лице с резкими, скорее хищными, чертами. Нападающий улыбнулся ещё шире, хотя казалось, это невозможно, заставляя обратить внимание на крупные клыки.
   Кирилл сглотнул кровь из разбитых ударом губ и теперь уже сам поймал взгляд противника. Прошло всего несколько секунд, когда нападающий понял, что допустил ошибку. Чёрные глаза закатились, он пошатнулся, и разжал пальцы, чем и не преминул воспользоваться сноходец.
   Он с силой оттолкнул тряхнувшего головой существо и, резво поднявшись на ноги (откуда только силы взялись?), рванул к слабому месту в сновидении, до которого не добежал буквально пяти шагов.
   Нападающий, поняв, что жертва ускользает, издал злобное шипение и рванулся за ним, но было уже поздно. Сноходец выпал в реальность, оставляя своего недруга по ту сторону бодрствованья.
   Первое что он почувствовал, так это то, что его кто-то опять крепко держит за запястья, не давая вырваться. А ещё, в голове по-прежнему звенело, хотя и значительно слабее, чем раньше. Он рванулся, ощущая во рту вкус собственной крови. И, так и не разжавшиеся ладони, кажущееся обжигающе горячими, дёрнули его назад и резко тряхнули.
   - Да успокойся же ты. - Зашипел знакомый голос и сноходец послушно обмяк.
   - Дим? - Он моргнул, прогоняя из глаз тёмные пятна. Из горла вырвался надрывный хрип, и тут же многострадальная шея отозвалась болью.
   - Да, пришёл в себя?
   Кирилл не успел ответить, когда чуть в стороне раздался истеричный голос.
   - Какого чёрта? Эй, немедленно развяжите меня!
   Сноходец перевёл взгляд в сторону говорившего, и обнаружил две вещи. Во-первых, теперь он почему-то оказался сидящем на полу у противоположной стены, от той у которой стояла кровать. Во-вторых, растрёпанная девица сидящая на постели смотрела в его сторону крупными испуганными глазами. Синими, как вечернее небо.
   Около неё уже суетилась женщина, звеня ключами от наручников. И тут в затуманенном сознании щёлкнула неожиданная мысль.
   - Нет, - шею сдавило болью, но парень упорно продолжал. - Не расстёгивайте!
   Получившийся хрип вряд ли можно было назвать криком, но зато это привлекло внимание. Женщина замерла, а внимательно взглянувший в том направлении Дмитрий, отпустив, наконец, Кирилла, подошёл, и аккуратно забрал из руки нанимательницы кусочки метала.
   - Какого х*я? Дашка, расстегни это? - Истерично взвизгнула Маша, выразительно зазвенев оковами.
   - Но почему нет? - Растерянно спросила женщина, переводя взгляд с мужчин на сестру, и, как будто не замечая плачевного состояния сноходца.
   Ответ появился сам собой. Неожиданно замерев, девушка посмотрела чёрными глазами на прижавшего к шее ладонь Кирилла и знакомо улыбнулась.
   - Ну, куда же ты, лапка? Мы же только начали. - Даже голос приобрёл знакомые мурлычущие интонации.
   - Пошёл ты. - Прохрипел парень, с трудом пытаясь подняться на ноги. Теперь уже уверенный, что здесь пришелец не обладает ни той силой, ни скоростью, присущими ему во сне.
   Дим, прищурившись, взглянул на "сумасшедшую" и, взяв за локоть нанимательницу, выпроводил её из комнаты. Затем подхватил, то и дело пытающегося упасть Кирилла, и, вытащив его в коридор, захлопнул дверь, отсекая их от несмешливо шипящей девушки.
   - У вас в доме есть аптечка? - Поинтересовался у успевшей частично взять себя в руки женщины.
   - Да, - она проводила их в комнату, похоже, являющуюся гостиной и снова скрылась в коридоре, чтобы практически тут же появиться с белой пластиковой коробкой в руках.
   Дим в это время усадил сноходца в глубокое кресло, запрокидывая ему голову.
   - Что за..? - Он уставился на синяки и следы от когтей. - Ну, и какого чёрта?
   - Похоже, не получилось, да? - Спокойно поинтересовалась Даша, присаживаясь в соседнее кресло.
   - Смотря что, - поморщился от боли сноходец. - Если вы хотели скормить меня этой твари, то да, не получилось. Хотя признаюсь, шанс был не малый. Агх, осторожней. - Он попытался уклониться от орудующего ваткой, пропитанной перекисью, Дмитрия.
   - Объясни? - Потребовал партнёр, фиксируя его подбородок. Судя по выжидательной тишине со стороны женщины, она была согласна с требованьем.
   - Ну, всё просто. Работа тут просто не по моему профилю. Там, - он махнул рукой в сторону, где по его прикидкам располагалась спальня Маши. - В голове вашей сестры сидит ещё кто-то, и вот в его-то сон я и попал. Как я понимаю, как только мы уснули, девушка пришла в норму?
   - Да, но я думала, так и должно быть. - Поджала губы женщина. - Вот только когда вы начали задыхаться, поняла, что что-то видимо, пошло не правильно. Да и Дмитрий Сергеевич заволновался.
   - Обычно, всё проходит спокойно. - Объяснил своё поведение мужчина. - И вообще-то сны не могут оставлять на реальном теле следов. Или я ошибаюсь?
   - Нет, - Согласился Кирилл. - Не ошибаешься. Я сейчас объясню.
   - Через минуту. - Сухо заметил Дим, переключаясь на его лицо. Он сначала обработал повреждённые губы, затем заставил открыть рот и осмотрел внутренние стороны щёк на наличие ранок. Одну, Кирилл действительно прокусил, но повреждение оказалось не слишком сильным.
   Вновь получив свободу изъясняться, сноходец продолжил, недоверчиво наблюдая, как Дмитрий сноровисто заклеивает порезы и проверяет руку на возможность вывиха.
   - Похоже, что в голове вашей сестры сидит какая-то тварь. Я, признаться не имею не малейшего представления, кем он может быть, но что он агрессивен и разумен, сомневаться не приходится. Точно не человек. Мне ещё странным показалось, я ещё ни разу не видел, чтобы чей-нибудь сон представлял собой сплошной кошмар. Проклятье. Множество безумных ведь видел, но так и не дошло, что это не человеческое сознание. Но и с существом таким впервые встречаюсь. А вот он с такими как я, уже виделся.
   - С чего ты взял? - Дмитрий закончил бинтовать руку и, убрав принадлежности в коробку, уселся на диван. Сноходец опять коснулся шеи, возвращаясь к неприятным воспоминаниям.
   - Его сон, изначально был странным. Чёрные дома, кровавый снег. Жутковато, но не кошмар, как не погляди. А вот потом. Я же сначала думал, что это сон Маши, - он поморщился, - не ожидал встретить там никого реального кроме неё. Но потом, я ещё даже оглядеться толком не успел, когда он вышел на меня. Не видел, это точно. Значит чувствовал. Поняв, что он не слишком-то на моего клиента похож, я решил выбираться. Но не успел. Тварь. Он знал, что я могу удрать и не дал и десяти шагов сделать. Хорошо, что ему захотелось меня помучить, если бы сразу мне шею свернул, я бы тут не сидел.
   - Но он же не реален! - Даша нервным жестом поправила причёску. - Как он мог вам навредить, если вы на своей территории были? Вы же сноходец? Так почему же вы его не уничтожили?
   - Да что вы говорите? - Саркастически посмотрел на нанимательницу, - Думаю тут всё закономерно. Это была его территория, как вы выразились. Его сон и его вотчина. Если принять во внимание тот факт, что собственное тело у него появилось только там, а здесь он вынужден пользоваться телом Маши, следовательно, и бестелесное состояние ему привычно не меньше чем мне.
   - И что теперь делать? - Поинтересовался Дим. - Она не сумасшедшая. Значит, ты не можешь её вылечить? - Дождавшись кивка, он продолжил. - А изгнать эту тварь тебе тоже не по силам?
   - Издеваешься? Он меня как котёнка уделал. Тут экзорцист или священник нужен. Я не знаю. Говорю же, впервые с таким сталкиваюсь.
   - А твои родственники? У вас же семейное дело, может они сталкивались.
   - Кретин. - Он закашлялся, неодобрительно качнув головой. - Мы уже столько вместе работаем. Должен бы помнить, что у нас не дело, а способности схожие. Последним сноходцем в семье был мой дед, умерший, когда мне было шестнадцать. Счастье, что меня обучить успел.
   - И что же тогда? - Страдальчески закусила губу женщина. Она боялась. Сейчас, поняв, что дело много сложней, чем ей казалось поначалу, она радовалась, что единственный, кто хоть что-то понимает в происходящем по-прежнему сидит здесь, а не ушёл ещё, оставив её один на один с одержимой сестрой. Правильное слово всплыло в голове, и она поспешила поделиться мыслями.
   - Это же одержимость, да? Значит это чёрт? Бес?
   - Ну, - Кирилл скривил неуверенно губы. - Как-то я не так себе бесов представлял. Ну, давайте попробуем. Хотя не верится мне что-то, что священник тут помочь сможет. Я просто не уверен, что это тот нечистый, которым нас постоянно стращают.
   - А у него есть какие-то отличительные признаки? - Дим побарабанил пальцами по подлокотнику.
   - Копыта, рога? Дышит серой? Изъясняется на латыни?
   - Как он изъясняется, ты слышал. - Хмуро заметил Кирилл. - Внешность так себе, ни хвостов, ни рогов. Вот когти, - он коснулся здоровой рукой горла, похоже, это уже стало привычкой. Но ему до сих пор не верилось, что удалось вырваться. - Присутствуют. И холодом от него веет. Ещё бы меня пообнимал, я бы без всякого удушения сдох.
   - Обнимал? - Уголок гуд дёрнулся, искажая невозмутимую маску лица. Сноходец, однако, не видел в этом ничего смешного.
   - Я же говорю, ему страх нравится. А ещё мороз и кровь. Собственно это всё по виду его сна понятно. Только холод, похоже, он и не чувствует, скорее его сам и излучает.
   Парень обхватил себя руками, он не любил когда холодно, и похоже сегодня у него для этого даже появилась лишняя причина.
   - А где Тоша? - Он вдруг вспомнил об этом маленьком обстоятельстве.
   - Кто?
   - Моя ящерица.
   - Он в коридоре с вас спрыгнул. - Припомнила женщина.
   - Ладно, - Кирилл поморщился и напомнил. - Мы, кажется, хотели позвать священника?
   Даша поспешно кивнула и снова ушла, правда, тут же вернулась уже с трубкой домашнего телефона в руках.
  

Глава 6.

   - Вот только, - она явно растерялась, переводя взгляд со сноходца на Дима и обратно. - Куда звонить в таких случаях?
   - В церковь звоните. У вас же должен быть справочник? - Кирилл оставил все вопросы по планированью организации, как всегда на партнёре, а сам, устало, прикрыв глаза, старался расслабиться. Получилось это не сразу. Стоило закрыть веки и перед ним представало скалящиеся лицо недавнего знакомого. И как бы в ответ на эти ведения шея отзывалась саднящей болью и холодом. Но всё же, он был сноходцем, а потому мог контролировать своё сознание, пусть и не столь совершенно, как самому бы хотелось. Однако изгнать из головы иррациональный страх проблемой не стало. Конечно, стоит признать, что чувства, на самом деле, отличались, на сей раз удивительной логичностью, демона действительно стоило бояться, ведь тот был опасен, по крайней мере, во сне. Но, ведь, конкретно в эту минуту всё было спокойно. Так что несколько раз глубоко вздохнув, Кирилл мягко погрузился в дремоту.
   Сноходец тряхнул головой, убеждаясь, что окружающая его дымка имеет привычное разноцветье, а не представляет собой однотонную тьму. Кстати такое вполне могло быть, но, судя по всему, либо демон бодрствует, либо не способен так просто преследовать его за пределами собственного разума. Впрочем, на данный момент парня устраивали оба варранта.
   Подумав несколько мгновений, Кирилл решительно шагнул из кокона пустоты в слияние холодной серости и пушистой белизны. Дымка знакомо подёрнулась поволокой, смазываясь и теряя цветовое различие, и плавно растворилась, оставив вместо себя настоящее пространство. Ну, насколько мог быть настоящим сон. Не слишком большая комната, оклеенная светлыми обоями с цветочным орнаментом. Люстра со стеклянными плафонами, достаточно дешёвая офисная мебель и почему-то дорогой ковёр на полу - снежно белого цвета, с бледно синими узорами.
   Пару секунд сноходец недоверчиво разглядывал дисгармонирующий с прочей обстановкой предмет интерьера, и пожав плечами, молча направился к дольней стене. Заинтересовала его ясно не сама стена, а широкое зеркало, в тяжёлой аляповато оформленной раме. Собственно и зеркало так же ничем примечательным не являлось, единственное, что от него требовалось это показать отражение. Вот с этой задачей оно справлялось.
   Следует отметить, что зеркала даже в реальном мире издревле несут за собой славу чего-то пугающего - врат в потусторонний мир. Во сне же зеркало редко когда остаётся обычным куском стекла. Но, учитывая, что в этом сне Кирилл был полноправным хозяином, заставить предмет оставаться самим собой, было не так уж сложно.
   В зеркале отразился невысокий, странно одетый юноша, с аккуратно заплетенными в косу длинными каштановыми волосами. В целом его можно было назвать симпатичным или даже красивым, если бы не опухшие губы, покрытые коркой чуть запёкшейся крови. На скуле переливался густыми оттенками фиолетового синяк, постепенно переходя на нижнее веко, слегка опухшее. На шее кроме синяков, обнаружились ещё и глубокие царапины. Края ранок были нездорового синеватого цвета, что заставляло подумать, будто они подверглись сильному обморожению. Кирилл вспомнил превращающиеся в снежинки капли крови и вынужден был признать, что так оно, по сути, и есть. Запястье пострадавшей руки, во сне не отягощённые никакими пластырями, так же выглядела не слишком приятно.
   Досадливо дёрнув щекой, парень сосредоточил всё внимание на собственном отражении и начал старательно представлять, что не месте повреждений находится ровная кожа.
   Смешно? Возможно. В реальности верить, что подобный фокус будет иметь за собой какие-то последствии действительно было бы глупо. Но вот во сне, всё обстояло совершенно иначе. Сам мир сна является миром фантазий и воображения. На самом деле, суть сноходцев как раз и состоит в том, чтобы уметь представлять вокруг себя не то, что хочется подсознанию, но то, что необходимо разуму. Даже обычные люди, при определённой доли сохранения логичности мышления во время сна, способны управлять собственными грёзами. Иногда, при длительной тренировке, такие люди учатся выходить из осознанного сновидения и там получают возможность общаться с подобными самим себе экспериментаторами.
   Зная это, возникает вопрос - а чем же собственно тогда необычен дар Кирилла? Во-первых, он никогда не учился нарочно выходить из собственных фантазий, никогда не учился делать сон "осознанным сновидением". Просто с самого детства, для него не существовало разницы между сном и явью. Сначала это было не слишком хорошо заметно, - маленькие дети часто путают фантазии и реальность, но вот остальные никогда не могли ходить во сны родственников или друзей, заявляя, что просто соскучились. До восьми лет Кирилл часто грешил подобным, до тех пор, пока не попал в кошмар какого-то родственника одноклассника, которого собирался навестить. Разумеется, ему не было никакого дела до того парня, но тогда он ещё не знал, что если человек находится далеко, велика вероятность элементарно, ошибиться "адресатом". С тех пор он всеми силами старался избегать подобных прогулок. Тем более что подглядывать чужой сон, тем более близкого тебе человека, совершенно не прилично. Какая-никакая этика есть и у сноходцев.
   Кириллу повезло. Его было, кому обучить, было к кому обратиться за советом или помощью. Вспоминая прошлое, парень мог с уверенностью сказать, что дед стал для него и другом, и наставником, и старшим родственником в одном лице. Правда, наставником весьма жестоким. Парень до сих пор поражался, как он умудрялся находить или создавать для внука такие условия, что на переднем плане оказывалась непосредственно проблема выживания как такового. Зато после подобных практикумов, он научился по-настоящему чутко воспринимать окружающее пространство. За что в особо тяжёлых случаях не уставал благодарить собственного учителя.
   Последнее обстоятельство для сноходца необычайно важно - чувствовать окружающий мир. Чем, по сути, отличается сноходец от обычного человека, это наиболее полным восприятием действительности. Сон, достаточно зыбкое измерение. В каких-то местах он скользит у тебя из-под ног, как грязевой поток, в других незыблем и непробиваем, как гранитные скалы. Какой-то участок сна будет затягивать тебя дальше в бессознательность, а какой-то порвётся под твоим весом, выталкивая блуждающий разум в реальность. Именно возможностью чувствовать и распознавать такие места, и отличаются настоящие сноходцы.
   Работа Кирилла как раз состояла в том, чтобы вывести заблудившегося во сне человека на такой участок сна, где он сам бы смог выпасть в реальный мир. Или напротив, завести в такие дебри бессознательного, откуда не всякий сноходец выберется.
   Парень наблюдал, как ранки на шее подёрнулись дымкой, размазываясь и теряя чёткость очертаний. Это продлилось не более трёх секунд, и вот, отражение вновь приняло былую чёткость. Только на этот раз, стеклянная поверхность отражала уже чистую, нормального цвета кожу.
   Сноходец облегчённо вздохнул и довольно улыбнулся. Теоретически, можно было обойтись и без разглядыванья собственного отражения, а просто представить, что боль из порезов уходит, и что не было её никогда. Сознание человеческое так хрупко, и так любит обманываться. Что, по мнению Кирилла, преступно было бы не использовать. Но с зеркалом всё же было вернее. Частенько случалось не заметить то или иное повреждение на теле, а уж порванную одежду или обрезанные волосы и подавно.
   Столь необычный облик, конечно, был ему свойственен лишь во время сна, но это же не повод ходить как оборванец? Вспомнив о факте не здоровья, но внешности, Кирилл прикрыл веки и представил на голове свою обычную причёску. Волосы послушные воле сноходца тут же укоротились. Однако стоило парню переключить внимание на одежду, как на спину упала, привычно стукнув по лопаткам, длинная коса. На этот раз она восстановилась даже раньше, чем обычно.
   Саркастично хмыкнув над тщетностью собственных усилий, сноходец дёрнул кончик косы и, расправив подол одеяния, направился к оконному проёму. Подоконник был покрыт белой краской, почему-то потрескавшейся и частично облетевшей. Оконная рама оказалась ему подстать. Ни о каких пластиковых стеклопакетах и речи не шло. Простые деревянные рамы, уже распухшие до того, что открывать окно пришлось больше десять минут и масса усилий. В итоге, наконец-то поддавшаяся створка, резко распахнулась и с силой врезалась в стену, разбиваясь на множество крупных осколков.
   Парень шарахнулся в сторону, закрывая широкими рукавами голову.
   - Вот ч-чёрт. - Он со смесью недовольства, досады и проходящего испуга следил за раскачивающейся рамой с частично сохранившимися острыми кусками стекла. - И зачем спрашивается, мучился? Надо было сразу разбить. - Посетовал Кирилл.
   Он, аккуратно ступая, обутыми в лёгкие туфли на тонкой подошве ногами, по осколкам и стараясь не пораниться, залез на подоконник. За пустым теперь уже проёмом виднелся широкий двор детской площадки, с чахлыми деревцами вдоль заборчика, и сиротливыми ростками растительности на вытоптанной многими поколениями детей земле. Краем глаза Кирилл даже уловил несколько человекоподобных фигурок около качелей, но они не смогли привлечь его внимания. Окружающее было всего лишь сном, а что там собирается показать ему сумасбродное подсознание, сноходцу было не интересно. Почему-то, для того чтобы выпасть из сна, проще всего было "выпадать" в прямом смысле слова. Так Кирилл и поступил на этот раз.
   По-мальчишески шкодливо улыбнувшись, он раскинул руки, и, сместив центр тяжести вперёд, полетел навстречу, оказавшейся неожиданно близкой, земле.
   В комнате было тихо, а вот из коридора, а точнее со стороны комнаты одержимой девушки доносился разноголосый шум. На самом деле голосов было всего два. Густой мужской бас, напевно читающий что-то неопределённое, имеющее сложную ритмическую составляющую - не то заклинание, не то молитву. При желании сноходец мог бы разобрать слова и даже, с большой долей вероятности, определить язык, но желания не возникло.
   Второй участник шумовых эффектов был потерявший мурлычущие интонации голос Маши. Теперь в нём больше превалировали истерично воющие нотки. И сноходец с мстительным удовольствием подумал, что так ему нравиться гораздо больше.
   Тут со стороны живота Кирилла раздалось знакомое шипение. Парень перевёл глаза на вольготно расположившегося дракончика, который, заметив, что хозяин проснулся, выпустил из пасти жгуче чёрное облачко дыма.
   - Кхе, Тоша, я же просил не дымить.
   Он поспешно махнул рукой, пытаясь вернуть себе хоть немного чистого воздуха. В какой-то степени у него даже получилось. Сейчас кроме него и ящерицы, в комнате никого не было. Видимо заказчица и Дмитрий пошли наблюдать за процессом изгнания демона. Сноходец конечно понимал, что это скорее потакание собственной трусости, но он предпочёл остаться в мягком кресле, поглаживая зажмурившегося от удовольствия дракона. Помочь, в любом случае, ничем бы не смог, так что и смысла вмешиваться не видел.
   А вот дракончик, поняв, что хозяин не намерен двигаться с места, убежал в направлении комнаты пациентки. Ему было интересно.
   Но долго сидеть в одиночестве сноходцу не пришлось. То ли всё самое интересное он уже проспал, то ли обряд сам по себе был не слишком долог, но буквально спустя пять минут всё закончилось.
   Первым в комнату влетел Тошка, стремительно забравшийся на заинтересованно повернувшего голову к двери Кирилла. Следом в проёме появилась фигура Дима.
   - Проснулся? - И прошёл внутрь, аккуратно прикрыв за собой дверь.
   - Выглядишь значительно лучше. - Он присмотрелся внимательней и приподнял брови. - Действительно лучше. Что ты сделал?
   - Синяки сошли? - Уточнил сноходец, осторожно прикасаясь к губам.
   - И не только. Царапины, как будто недели полторы назад получил. Практически следов уже и не видно. Не знал, что ты так умеешь. И рука в порядке?
   - Угу, - Кирилл с удовольствием покрутил перебинтованным запястьем. - Более менее. А у вас там как?
   - Даша расплачивается со священником, мне показалось, что половины гонорара нам будет достаточно, учитывая, что помочь мы толком и не смогли. Надеюсь, ты согласен.
   - Разумеется. - Кирилл пожал плечами, механически поглаживая млеющего от ласки дракончика. - А как там пациентка?
   - Вроде бы в норме, сейчас собирается уезжать со священником. Какие-то очистительные обряды проводить, я не вникал толком. Хотя мне тоже интересно, где она могла эту тварь подцепить.
   Сноходец с сомнением покосился на невозмутимое лицо компаньона. Со стороны было не заметно, что его вообще может что-то интересовать, но раз уж так говорит, то, так оно и есть. Наверное.
   - Кстати, я, конечно, понимаю, что ты не хочешь иметь с моей частью работы ничего общего, но в следующий раз потрудись выбирать клиентов действительно по моему профилю. Мне и так хватает острых ощущений. Демоны явное излишество.
   - Непременно, - согласно кивнул Дмитрий, едва заметно морщась. Похоже, что его возникшая ситуация тоже порадовала мало. Тем более что она понесла за собой немалое урезание гонорара.
   Спустя некоторое время появилась и сама нанимательница. Выглядела она невероятно усталой, но тем не менее, облегчённая улыбка заметно скрашивала всю картину. Кирилл бесцеремонно запихнул практически успевшего задремать ящера себе за пазуху и поднялся навстречу.
   - Как я понял, всё прошло благополучно?
   - Да, благодарю вас за всё. И, ...ох, ваше лицо! - Глаза её изумлённо распахнулись и совершенно бесцеремонно принялись изучать сноходца. Тот, ожидая подобной реакции, однако, поморщился, не желая как-либо прояснять ситуацию.
   - Не обращайте внимания. Рад, что с вашей сестрой всё обошлось. В целом, если моя помощь больше не требуется, я бы хотел откланяться.
   - М-м-м, конечно, - спохватилась хозяйка квартиры. - Прошу, я провожу вас.
   Прощание вышло не многословным. Хотя Дим и предложил Дарье обращаться, если в этом будет необходимость. Кажется, женщина была как раз не против подобной возможности, а вот Кирилл лишь невыразительно хмыкнул, в целом не отказываясь, но про себя уточняя, что разбираться придётся всё же ему. Хотя с подобным родом деятельности глупо досадовать на случайности подобные сегодняшней.
   Уже сидя в машине, и перебирая пальцами повреждённой руки, Кирилл подумал, что его учитель ни разу не рассказывал ему о возможности столкновения с подобными созданиями. Значило это только то, что сам дед с подобным ни разу не встречался. Сомнительно конечно, что похожего вовсе не происходило за всю историю их семьи, и он оказался первым сноходцем, имеющим дело с одержимостью. Так что сведенья об этом должны были где-нибудь сохраниться. Проблема их рода заключалась в том, что, несмотря на регулярное появление детей с талантом сноходства, прямая передача знаний от старшего поколения младшему являлась величиной не постоянной. Говоря о том, что ему повезло получить обучение у собственного деда, Кирилл вовсе не преувеличивал. Нередки были случаи, когда его предкам приходилось заканчивать обучение самостоятельно, методом проб и ошибок, нарываясь на различные неприятности. Тому же учителю Кирилла, пришлось вообще постигать всё с нуля, так как его предшественник умер за пятнадцать лет, до появления на свет своего приемника. И такие случаи в их роду не были редкостью. Поэтому многие сноходцы вели если не дневники, то хотя бы заметки об особо интересных или непонятных случаях из своей практики, не желая оставлять потомков вовсе без необходимого материала. До сегодняшнего дня Кириллу не приходилось читать эти записи. Так как он считал, что полученного "образования" ему для работы хватает более чем. Но, похоже, это было опасное заблуждение.
   - Что-то ты молчалив. - Отстранённо заметил Дим. - Ещё болит что-то?
   - М? Да нет, уже не слишком. И что это значит, что я молчалив? По-твоему я обычно болтливый? - Признаться, данное откровение если и не обидело сноходца, то удивило точно.
   - Когда не спишь, то конечно. - Хмыкнул напарник.
   - Да? Хм, ну и ладно. - Он пожал плечами и вновь отвернулся к окну.
   - И всё же? - Уточнил Дмитрий, ему то ли было скучно ехать в тишине, то ли тоже занимали произошедшие события и хотелось услышать точку зрения того, кто имеет обо всём этом несколько больше информации. Зная Дмитрия, можно было смело остановиться на втором варианте.
   - Да просто думал о том, что неплохо было бы заехать в семейное гнёздышко. Где-то наверняка в семейных архивах должны упоминаться случаи столкновения с одержимыми. Да и вообще похоже что я ещё довольно многого не знаю. Не хотелось бы вот так же нарваться ещё на какой-то сюрпризец, о котором я не имею ни малейшего представления.
   - Мне казалось, о снах ты должен знать всё. - В голосе проскользнули нотки недовольства. И в самом деле, работать с дилетантом сомнительное удовольствие.
   - О снах я знаю, конечно, не всё, но гораздо больше, чем по идее должен. Только проблема в том, что сон весьма расплывчатое понятие. И место как таковое расплывчатое. Слышал когда-нибудь фразу "сон разума рождает чудовищ"? Так вот с этими чудовищами я и вынужден работать. Грёзы это отнюдь не просто плод человеческого воображения. Вообще-то они, не по отдельности конечно, но вместе, составляют некое подобие настоящего мира. Кстати, говоря, настоящего я не имею ввиду тот, что нас окружает. Просто вещественный, а вещественность бывает разная. Там совершенно иные законы и единственное, что является неизменным это постоянная зыбкость. Находясь во сне, даже думать опасно, иначе любой бред, что взбредёт тебе в голову, может тут же стать чем-то реальным. Или напротив, стоит только перестать обращать внимание на то, что тебя окружает, как это окружение может просто пропасть, ускользнуть или рассыпаться. В первую очередь дед учил меня контролировать собственный разум. Кстати, очень полезный навык и в повседневной жизни. - Кирилл с досадой вздохнул. - Хотя тебе он, судя по всему присущ от рождения. Ну, если тебе всё ещё интересно, - ответа никто не ждал, но Дим всё же кивнул. - То сноходцы не слишком много времени уделяют знаниям как таковым и теории в целом. Так необходимый минимум. Дело в том, что хождение по снам в основе своей практический навык, как езда на лошади или рукопашный бой. Не обязательно обличать в слова то, что может запомнить тело. Тут конечно работает не тело, а сознание и интуиция, но принцип схож.
   - Мне почему-то думалось, что сознание это и есть то, что осознаёт теоретическую часть, разве нет? - Дмитрий свернул во дворы, что бы избежать возникшей впереди пробки. Кирилл убедился, что они скоро подъедут к его дому, и отрицательно покачал головой, отвечая на вопрос компаньона.
   -Разумеется нет. Между прочим, за логику отвечает левое полушарие мозга, тогда как за сон - правое. В грёзах практически нет логики. Весь сон основан в большинстве своём на желаниях и чувствах. Вот на эти факторы там полагаться просто необходимо.
   Дмитрий изогнул уголок губ.
   - То есть ты во время работы не думаешь?
   - Не говори ерунды, - Обижено надулся сноходец, он почему-то предполагал, что Дим сделает именно такой вывод.
   - Разумеется, я в грёзы ухожу целиком всем сознанием, а не половиной, как остальные люди. В этом есть и свои преимущества, но и минусов не мало. Хм, - Они успели остановиться у нужного подъезда. - Приехали. Ну что, зайдёшь, чтобы пополнить свои знания на счёт сноходства или отложим до следующего раза?
   - Отложим. - Дмитрий заметно поморщился. - На сегодня с меня лекций о мире сновидений достаточно. И потом ты очень уж разошёлся, можно было сказать всё гораздо проще. Учись оперировать фактами.
   - Ну, я старался, чтобы понятнее было. В следующий раз буду краток. А сегодня считай, был вводный курс. - Саркастически усмехнулся Кирилл, открывая дверцу. - До скорого.
   - Да.
   Мужчина кивнул, сделав жест рукой, отдалённо напоминающий прощание. Машина отъехала, а сноходец, автоматически потерев горло, отправился к себе. Перед тем как заявиться к родителям, неплохо было хотя бы предупредить их об этом. А откладывать визит ему не хотелось.
   Стоило зайти в квартиру, как из-под куртки выскользнул заскучавший дракончик. Кирилл подумал, что тот опять проголодался, учитывая, сколько времени прошло с завтрака, но его подозрения не оправдались. Юркое тельце скрылось в спальне.
   Кирилл пожал плечами и направился в сторону кухни. Ему как раз есть хотелось. А если рептилия проголодается, то уж точно найдёт способ сообщить ему об этом.
  

Глава 7.

   К радости сноходца, дома обнаружился спрятанный от самого себя пакетик конфет. Что, несомненно, подняло настроение и калорийность потребляемого обеда. Зато сильно пострадало качество пропитания. Правда, о том, что конфеты с чаем, не являются нормальной пищей, Кирилл мог бы и поспорить. Жаль, оказалось не с кем.
   К концу чаепития на кухне объявился Тошка, но свою порцию почему-то требовать не стал, а просто составил компанию. Настаивать Кирилл и не подумал. Мало ли как часто питаются малые бескрылые драконы? Всё же стоило уточнить этот момент у Гортензии.
   День уже приближался к четырём часам пополудни и сноходец, задумчиво повертев в руке телефонную трубку, набрал до боли знакомый номер. Ждать пришлось не долго, и буквально спустя пять гудков с того конца раздалось писклявое "алё".
   - Приветик мелкая! - Тут же расплылся в улыбке Кирилл. Сестрица представляла собой маленькое и бесконечно вертлявое создание, стремящиеся если и не оказаться одновременно во многих местах, то хотя бы очень быстро между ними перемещаться. Пока что ей это удавалось с большим успехом, поэтому и до телефонной трубки она добиралась всегда раньше всех.
   - Кириллка! - Радости на том конце связи не было предела, хотя девочка тут же спохватилась и поспешила со всей доступной серьёзностью поинтересоваться.
   - Тебе маму?
   - Угу, буду обговаривать условия постоя. Тебе чего-нибудь привезти?
   - Ты приедешь? - Вновь перешли интонации в верхний регистр.
   - Угу, - слушая какой восторг вызывает этот простой факт, парень почувствовал себя последней скотиной, что так надолго оставил малолетнюю сестру без своего общества. Хотя, казалось, был дома недели три назад. Да и оба их братьев навещают отчий дом не в пример чаще самого сноходца, и малышка не была обделена вниманием. Но всё равно почувствовал себя предателем.
   - Тогда мне плюшевого медведя. - Упрямо засопели на противоположном конце. Словно была заранее готова сражаться до потери последней капли крови за собственный выбор.
   - Ты же в них всё равно не играешь. - Всё же попробовал отстоять справедливость Кирилл. То кстати была абсолютная правда. Плющевыми медведями у единственной девочки в семье была завалена вся комната, но лишь в качестве украшения декора. Играть ребёнок предпочитал со строительными инструментами или лазать по деревьям к искреннему ужасу матери. Причём стремилась мелкая всегда забраться повыше, а вот спускать её оттуда приходилось уже усилиями старшего поколения. Этим она напоминала брату их кошку Дымку. Та так же любила забраться повыше, но спуститься оттуда самостоятельно могла не всегда. Предпочитая громогласно орать на всю округу, вынуждая мечтающих о тишине людей снимать ей с насеста. А через пару дней история повторялась.
   - Ну и что? Твоё дело привезти. - Эгоистично заметила сестра. - Так давать маму?
   - Давай, - кивнул сноходец, - будет тебе медведь.
   - Только коричневый, чтобы как настоящий. - Уточнила она и почти сразу трубка поменяла своего обладателя.
   - Кирилл? Привет.
   - Привет мам, слушай, я завтра хотел приехать. Не помешаю я вам там?
   - Ну, разумеется, нет! - С искреннем возмущением. - Тебе вообще стоит приезжать значительно чаще.
   - Прости, - покаянно повесил голову сноходец. Вообще-то у них было традицией собираться каждые выходные всей семьёй. Для мамы это было очень важно. Сама она воспитывалась в очень дружной семье и стремилась привить такой же подход и собственным отпрыскам. В целом нельзя сказать, что это у неё не получилось. Единственным, кто пренебрегал данными обязанностями, оставался Кирилл. Не то чтобы у него был повод, скорее мешала природная лень.
   - Но завтра я буду. И, наверное, задержусь на несколько дней.
   - Замечательно, - кажется, сейчас она улыбается. Во всяком случае, голос прозвучал довольно. - Как у тебя там дела? Всё в порядке?
   - Да более менее. - Не пожелал вдаваться в подробности сноходец. - Приеду, всё и расскажу. Мне что-нибудь захватить?
   - Себя, - добродушно проворчала мама. - Всё остальное вроде есть.
   - Отлично. - Он кивнул, - ждите.
   На следующий день, в дорогу он выехал к одиннадцати часам дня. Не особо торопясь, но и не откладывая сборы в долгий ящик. Тошку конечно пришлось брать с собой, куда его деть сноходец просто не представлял. Но он решил, что ничего особо страшного в присутствии зверя нет, родственникам сюрприз будет.
   По пути он едва не забыл заглянуть в магазин игрушек, но тот буквально преградил сноходцу путь, что натолкнуло парня на две мысли: о бестолковых проектировщиках города и о подарке для сестры. Так что в автобус он садился полностью готовый к встрече с родственниками.
   По пути пришлось делать две пересадки. Дорога была довольно утомительна, особенно если учесть, что длилась она порядка полутора часов, да ещё с багажом в виде здорового плющевого медведя под мышкой. Кирилл готов был поклясться, что со своей пацанской внешностью и игрушкой в руках смотрится он презабавно. Смеяться в открытую над ним, правда, никто из пассажиров не стал, но умильно улыбались многие. Стоит ли говорить, что злило это сноходца преизрядно? Да ещё и дракончик утомился изображать грелку уже спустя полчаса после выхода из дома и, то и дело пытался выбраться из-под куртки. Иногда ему это даже удавалось, несмотря на активное сопротивление со стороны сноходца. Но оглядев скудную обстановку старенького уже автобуса, тут же нырял обратно, хотя, сидел спокойно не долго и всё начиналось сначала.
   Конечно, жить в катеджном посёлке было намного приятнее, чем в городе, но вот добираться туда было не слишком удобно. Особенно на общественном транспорте, как это приходилось делать Кириллу, не имеющему личного автомобиля. Это кстати было лишним поводом навещать отчий дом как можно реже. Однако отговариваться подобной глупостью казалось парню жалким.
   Наконец, утомительный путь закончился. И Кирилл, вдыхая чистый воздух, не испорченный цивилизацией, бодро зашагал в знакомом направлении. Родительский дом представлял собой здоровый четырёх этажный особняк, это, правда, если считать чердак отдельным этажом. Обнесено это всё было массивным кирпичным забором, закрывающим внутренний двор от посторонних взглядов. Вообще-то участок принадлежал их семье, без малого, уже семь поколений. Именно тогда сюда перевезли часть "теневой" библиотеки, которую собрали потомки колдуна. Тут же хранились и всевозможные записи сноходцев. Разумеется, за столько лет всевозможных книг, рукописей, манускриптов собралось немало, но, большая часть старинных и без сомнения дорогих документов хранилось в более защищённом месте. А вот записи членов их рода находились именно в этом доме, для того, чтобы всегда оказаться под рукой, если понадобится. Раньше Кирилл не совсем понимал, зачем это было нужно, но сейчас, когда возникла необходимость изучить старые сведенья, был без сомнения благодарен предшественникам за предусмотрительность. Вряд ли бы он смог просидеть безвылазно в каком-нибудь хранилище несколько суток, как собирался сделать теперь.
   Позванивая связкой ключей, он вошёл на участок и, обратив внимание на то, что видимо опередивший его брат, поленился загонять машину в гараж, поднялся на крыльцо. Открыв не запертую дверь, он громко сообщил о своём прибытии.
   - Всем привет! Я пришёл!
   Из гостиной тут же послышался радостный вопль, и его едва не сбила с ног врезавшаяся со всего разбегу сестра. Алине уже исполнилось одиннадцать лет, но выглядела она на несколько лет младше из-за низкого роста и тонкой кости. Из всех четырёх детей подобную комплекцию унаследовали только Алина и сам Кирилл. А вот оба их брата отличались как высоким ростом, так и размахом плеч. Навстречу из дверного проёма как раз показалась улыбающаяся физиономия Алексея. Он был на два года моложе сноходца, но рядом с ним казался старшим. Немалую роль тут играло и совершенно богатырское телосложение. Которое, впрочем, обещало в ближайшем будущем стать ещё массивнее и на данной момент уже практически утратило подростковую угловатость. А вот Николай, самый старший из братьев выглядел скорее жилистым, чем мускулистым, хотя ростом Алексею и не уступал.
   - Ну, наконец-то соизволил явиться! - Алексей подошёл ближе, пока сноходец передавал плюшевого медведя бесконечно счастливой сестре. Кирилл улыбнулся и уже собирался поздороваться, когда радость брата резко омрачилась.
   - А это ещё что такое? - Он однозначно указал на лицо сноходца. Кирилл тяжело вздохнул. Предположить, что домашние не обратят внимания на практически исчезнувшие следы от встречи с демоном, было наивно.
   - Давай потом. Приветик. - Он предпочёл сменить тему. - Дай хоть поздороваюсь со всеми. Алинка, бери своего медведя и кыш отсюда, дайте я хоть разденусь-то.
   Девочка согласно кивнула и убежала хвастаться новым приобретением. А вот брат так и остался стоять в проходе, наблюдая, как сноходец борется со шнуровкой ботинок.
   - И всё же, что случилось? Ты же всю жизнь избегал драк, куда теперь-то влез? - В голосе слышалось явное осуждение. Ожидавший такой реакции, Кирилл только поморщился и неопределённо махнул рукой, мол, потом расскажу. Брат хмыкнул, но настаивать не стал, всё равно обо всём узнает, так что немного можно было и подождать.
   В этот момент, Кирилл избавился от кутки и получивший свободу Тошка, радостно чирикая, влез ему на плечо, жарко дыша сноходцу в ухо.
   - А это ещё кто? - Алексей приблизился и с интересом принялся разглядывать диковинную зверушку. Тот в свою очередь подозрительно покосился на парня и счёл за благо перебраться на другую сторону, отделяясь головой Кирилла.
   - Это мой новый питомец, знакомая попросила присмотреть, не мог же я его дома оставить? Вот и вожу с собой. Кстати его зовут Тоша. Тоша, это Алексей. Всё, а теперь пошли на кухню, я сегодня позавтракать забыл.
   - А животное-то покормил? - Насмешливо изогнул бровь брат. Зная Кирилла, можно было предположить, что тот и холодильник-то держит впроголодь, не то, что домашнюю ящерицу.
   Сноходец справедливо возмутился.
   - Разумеется. Его попробуй не покорми. - В опровержение нелестных слов, он ласково погладил дракончика по головке. Наконец, они добрались до кухни. Там уже присутствовали все остальные. Мама - женщина хрупкого телосложения, с мягкими чертами лица и короткой стрижкой каре - суетилась около плиты. Отец, держа, выглядящий в его руках перочинным, кухонный нож, добросовестно нарезал хлеб и прочие украшательства стола. И даже Николая припрягли сервировать стол, так как к приготовлению пищи его никогда не допускали. Он умудрялся зачастую даже колбасу нарезать криво. Удивительно, особенно учитывая, что работал старший брат хирургом и к слову сказать, весьма неплохим.
   Стоило сноходцу появиться в зоне досягаемости, как он тут же был зацелован, затискан и дружески побит по спине. Пришлось так же выслушивать удивлённые и встревоженные вопросы на счёт побитой физиономии и крайне иносказательно уходить от ответов. Немало помог Тошка, вовремя переключивший внимание семейства на себя. Правда и он выдержал повышенный интерес к собственной персоне недолго и поспешил забраться Кириллу под свитер. Сделал он это, правда, весьма оригинальным способом, так как через воротник забраться у него не получилось, элементарно не позволяли размеры, то внутрь он засунул только голову, сам при этом, оставаясь сидеть на плече.
   - Похоже, мы его напугали. - Сделал верный вывод отец семейства. - Ладно, не трогайте рептилию, давайте уже садиться за стол.
   Вот эта идея Кириллу понравилась. Тем более что с основными приготовлениями успели справиться до его прихода. Нет, он ещё мог, конечно, разложить вилки с ножами, но предпочёл сделать вид, будто и не заметил их отсутствия, а, спохватившись, не успел помочь. Данное искусство было отработано им с младых лет, и тщательно взлелеяно. При отсутствии такого немаловажного в жизни прочих людей органа, как совесть, оно порядком облегчало его подростковую жизнь.
   В итоге, все разместились на облюбованных местах, и даже у Алины сумели отобрать новую игрушку и усадить вместе со всеми, хотя ребёнок активно сопротивлялся.
   - Итак, - отец с сосредоточенным видом наколол кусок ветчины, - где успел получить по лицу?
   - А почему разбор полётов начинается с меня? - Кисло уточнил сноходец, без аппетита ковыряясь в собственной тарелке.
   - Потому что тебя дольше всех не было, и потому что ты в кои то веки подрался. Между прочим, на двадцатом году жизни - впервые! - Злорадно отозвался Николай. Невзирая на собственное старшинство, он был редкостной язвой, редко упускающей возможность подколоть собеседника. Тем более, если этим "кем-то" является родной брат. Как же тут устоять?
   - Я не подрался. - Неискренне возмутился Кирилл. - Это по работе. Эм... ну, то есть случайно, нарвался на одного типа, и не успел вовремя удрать.
   - Кирюша! Ну, ты же работаешь переводчиком. Где ты умудрился "нарваться"?
   Мама поджала губы, искоса пытаясь рассмотреть повреждения. Вроде бы и не носится вокруг аки наседка, но в тоже время не забывает проявлять заботу. Она вообще мастерица находить компромиссы.
   - Эм, ну, я же не только переводчиком работаю. - Неохотно пробормотал парень, отправляя в рот наиболее симпатичный кусочек.
   За столом воцарилась напряжённая тишина. Несмотря на то, что сноходчество является непрерывно переходящей способностью, тем не менее, дар этот проявлялся вовсе не у каждого члена. Хорошо, если хотя бы раз в поколение рождался ребёнок с нестандартной способностью. И, невзирая на то, что сноходцев в их семье старались всячески поддерживать, тем не менее, сам Кирилл часто чувствовал собственную исключительность. В детстве у выдающихся детей есть два пути: первый, гордится собственной инаковостью и активно её демонстрировать; и второй, скрывать её, при этом приобретая славу странного, или того хуже психа.
   Кириллу повезло ещё и в этом. На момент его рождения был ещё жив дед, поэтому, его странности не стали полной неожиданностью для родителей. Но всё же им было сложно, учитывая, что фактически половину жизни сына они не то что не могли контролировать, но и зачастую просто её понять. Замечая же их трудности, мальчик сам старался не касаться этой темы.
   - Кирилл, ну, ты же знаешь, что мы беспокоимся о тебе. Неужели тяжело разбираться с кем тебе приходится работать. И я очень надеюсь, что это не бандиты.- Папа поджал губы, давая понять, что думает обо всём этом.
   - Ну, конечно же нет. И вы же сами спросили, что случилось. - Сноходец меланхолично пожал плечами.
   На самом деле, именно отцу приходилось сложнее всего. Поэтому часто наибольшую заботу, или, как иногда казалось, надоедливость проявлял именно он. Мама как раз являлась носителем их крови, а потому, более спокойно относилась ко всему происходящему. Но у неё с детства перед глазами был пример деда, её отца. А следовательно она чуть больше разбиралась в происходящем.
   - Да ладно вам. - Николай выразительно скривился. - Пап, ну какая разница? Меня больше интересует, что же всё-таки случилось? Ведь насколько я помню, и сноходчество не является травмоопасным видом деятельности.
   - С чего ты взял? - Сноходец с искренним изумлением вытаращился на брата. - То, что обычно я успеваю вовремя удрать, не значит, что ничего вообще не происходит. Да и сейчас я уже подлечиться успел. Видел бы ты меня вчера. Мммм, в смысле, хорошо, что не видел.
   Поспешно спохватился переводчик.
   - Да это и не самое интересное, - Алекс с довольным видом перехватил эстафетную палочку вопросов, успев высказаться вперёд уже открывшего рот старшего брата. - Кто тебе навалял, за что и главное, навалял ли ты ему в ответ?
   Невзирая на всю его серьёзность, в некоторых моментах в Алексее проскальзывал вот такой вот азартный бойцовский дух. Иногда это становилось забавным, хотя, явно не в данном случае.
   Кирилл страдальчески поморщился, автоматически потирая шею.
   - Ага, десять раз. Хорошо смыться успел. Но за мня ему другой "навалял". Так что искренне надеюсь, что этот гад сейчас в Аду.
   Мама возмущённо вскинулась.
   - Кирилл, я, конечно, понимаю, что у тебя могут быть свои причины так отзываться об этом человеке, тем более, если он действительно напал на тебя первым, но желать ему подобного - это в лучшем случае некультурно.
   - Ну что ты говоришь? - Сноходец устало поднял глаза к потолку. Что-то беседа стала затягиваться. А он мало того, что не поел толком, так ещё и чувствует себя как на допросе с пристрастием. Изначально, Кирилл искренне надеялся, что когда обнаружится связь истории с его даром, то от него тут же и отстанут, в конечном счете, зачем спрашивать, если не понимаешь о чём речь? Но видимо родственники решили, что сколько-то они поймут точно, а остальное сын \ брат им объяснит.
   - Ты со своей верой... а не важно. Вообще я ничего такого не сказал. Но если тебе не нравиться перефразирую: "искренне надеюсь, что этот нехороший парень вернулся к себе домой". Вот, так лучше?
   Алексей разразился радостным смехом.
   - Сам то понял что сказал? Если в первой версии было - в Ад, а во второй - домой. Ты с демоном что ли каким подрался?
   - Алексей! - Возмущённо воскликнула мама. Она действительно была достаточно набожной. Хотя иногда казалось, что просто суеверной. Возможно, что имели место быть верными оба варианта.
   - Не знаю, - откровенно огорчился сноходец. - Но, по крайней мере, изгонял его священник.
   За столом снова воцарилась тишина. На Кирилла обратились крайне удивлённые глаза родственников.
   - Ты разве с чем-то подобным работаешь? - Осторожно поинтересовался глава семейства. Кирилл, смущённо сунув сопящему в ухо дракончику кусок долгожданной колбасы, честно ответил.
   - Вообще-то нет. Просто в этот раз сумасшествие спутали с одержимостью. Да я и сам хорош, сунулся в сон демона. Но по сути-то, откуда я мог знать? Я если честно и приехал больше за тем, чтобы в дедушкиной библиотеке порыться. Не хочется ещё раз так крупно вляпаться.
   Он обвёл взглядом собравшихся и спешно предложил сменить тему.
   - А то всё обо мне, да обо мне. Тем более что я, в общем, всё рассказал уже. Коль, у тебя там как в больнице-то?
   Неохотно, но родственники переключились со среднего сына на старшего. Не то чтобы его оставили в покое, но, судя по всему, каждый про себя решил не развивать столь малоаппетитную тему прямо за столом, а отложить на попозже.
   Первой улизнула из-за стола Алина, которую совершенно не интересовали взрослые разговоры, особенно учитывая, что по телевизору как раз должны были начаться любимые мультфильмы. Ребёнка никто задерживать не стал.
   Кирилл же, вкратце выслушав последние новости, предпочёл последовать примеру сестры. Аппетит всё равно пропал практически сразу, не столько из-за щекотливых вопросов, сколько из-за неприятных, ещё свежих воспоминаний. А сидеть просто так за накрытым столом казалось настоящим мазохизмом, так что, скомкано извинившись, сноходец предпочёл подняться к себе в комнату. На половине дороги, правда, пришлось вернуться за тарелкой с нарезанной колбасой. В отличие от хозяина, у Тоши аппетит после дороги только разыгрался и никакие разговоры этому помешать не могли.

Глава 8.

   Комната встретила сноходца приятным запахом свежести и пронизывающим холодом. Видимо в ожидании его приезда, её решили проветрить, но перестарались и выстудили полностью. Благодарно постукивая зубами, парень поспешно захлопнул окно. И переодеваясь в домашнее, поверх привычной футболки, старой, но удобной, облачился в мягкую толстовку. Пару минут постоял, оглядываясь по сторонам и мелко вздрагивая. Радостно сверкнул глазами, хватая, уже с хозяйским видом прогуливающегося по постели дракончика, и засунул его за пазуху. Сразу стало значительно теплее.
   Тошка возмущённо чирикнул, но вырываться не стал. А его хозяин, поспешил, ретироваться в направлении библиотеки, оставив комнату прогреваться до минимальной жизневозможной температуры.
   Библиотека представляла собой уютную, обшитую деревом комнату размером двадцать на пятнадцать метров. Комнатой это конечно можно было назвать только максимально уничижительно. На деле, она целиком занимала отдельную пристройку, переход в которую находился в коридоре на втором этаже дома. Оттуда можно было попасть на небольшой балкончик и по довольно крутой лестнице спуститься уже непосредственно в библиотеку. Внешних выходов она не имела и представляла собой маленький бункер с толстыми каменными стенами без окон и с продуманной системой вентиляции. Подобным образом защищали, конечно, не только записи прошлых сноходцев, которых по самым оптимистичным подсчётам было не слишком много. Здесь так же хранились достаточно старые и дорогие книги так же являющиеся семейным достоянием.
   Он уже успел достать и разложить на столе, находящемся у дальней стены, интересующие его бумаги, когда раздались приглушённые шаги, и из-за стеллажей показался Николай.
   - Сидим?
   Кирилл тоскливо оглядел исписанные неровными рукописными буквами листы и с большим интересом взглянул на брата.
   - Угу, а ты не хочешь мне помочь с записями? - В его голосе сквозила надежда, но родственник в ответ лишь поморщился.
   - Я ж в этом ничего не понимаю. Лучше Алекса попроси. Это же он, с детства, всё к вам с дедом приставал с расспросами. Вот теперь пусть помогает.
   Сноходец согласно кивнул, признавая разумность доводов.
   - Я вообще-то спросить хотел: ты у врача-то был?
   Парень поморщился, машинально потирая ещё ноющее от резких движений запястье.
   - Нет, но тут ничего страшного. Пара ушибов, да царапин.
   - Можно я всё же взгляну? - Николай подсел рядом, и не дожидаясь ответа, профессионально ухватил кисть, аккуратно прощупывая кости. После принялся за осмотр лица и шеи. И как углядел-то? Сноходец точно помнил, что у всех кофт, в которых он был рядом с братом, были длинные воротники.
   - Это точно всё? - Дождался в ответ кивка и заметно расслабился. - И, правда, не страшно. Пойду, пришлю тебе тогда на помощь Алика. Ты на все выходные приехал?
   - Угу, спасибо доктор!
   - Не за что. Часа через два будет чай со сладким. Так что вы тут не засиживайтесь.
   Тошка, предположив, что обращаются ещё и к нему, высунул голову из-под воротника и утвердительно чирикнул. Он сладкое, конечно, не ел, но для бедного маленького дракончика ведь может найтись блюдечко молока?
   С приходом Алексея дело и впрямь пошло. Он получил в своё распоряжение половину всех записей, и наказ искать всё про одержимость и контакты с потусторонним миром. Но, разумеется, всё оказалось не так просто, как им бы того хотелось. То и дело попадались пусть и незначительные, но всё же неизвестные Кириллу факты, связанные с практикой сноходчества. Да и младший брат то и дело отвлекался, вслух зачитывая наиболее интересные на его взгляд моменты. Стоило отдать ему должное, в вопросе он действительно разбирался. Однако задачи это не облегчало. По самым скромным подсчётам сидеть здесь предстояло по-хорошему не одну неделю, что бы хоть в теории освоить опыт предшественников.
   В итоге они сошлись на том, что заниматься этим можно до бесконечности. Да и почерк у большинства предков оставлял желать лучшего, что точно не ускоряло процесс. Алексей даже съехидничал, что это у сноходцев профессиональное, мол, как у врачей. Кирилл уже хотел обидеться, но не смог: кто же на правду обижается? Сдались они, когда после двух напоминаний об обещанном чае, старший брат их едва ли не за шкирку выволок из библиотеки. Тогда решено было продолжить завтра.
   Разумеется, изучать всё от корки до корки никто не собирался. Всё-таки в основе своей записи передавали личные особенности предыдущих поколений. По настоящему же представляющие интерес сведенья встречались редко. Например, один из так и оставшихся для Кирилла безымянным сноходцев, описывал собственные наблюдения о зеркалах:
   "Ещё из древности до нас доходили предостережения, что зеркала являются границей между реальным миром и миром духов, что людям необходимо остерегаться зеркал, особенно ночью или в домах покойников. И кому как не сноходцам понимать всю серьёзность этих предостережений? Зеркала действительно имеют свойство стирать грани реальности, и становится окнами в мир человеческих страхов. Особенно во снах. Одним из первых знаний к сноходцу приходит вся важность того, что при неопытности контроля собственного сознания не то что смотреться, но и просто приближаться к зеркалам во снах может быть смертельно опасно. Только достаточно опытные и уверенные в себе сноходцы могут безбоязненно контактировать с зеркальными отражениями. Но недавно мне стала известна ещё одна особенность присущая зеркалам в мире сновидений. Они могут служить в качестве проёмов навроде дверных, и не только для передачи образов подсознания, но и для самого сноходца. На первый взгляд данное открытие не представляет значимости. Так как для сноходцев перемещение между снами или в пределах одного сна не является большой проблемой,..."
   На этом месте Кирилл тяжело вздохнул, с грустью шурша страницами. Может быть для автора этих сведений передвижение внутри сна и не являлось проблемой, а вот ему приходилось подчиняться сумасшедшим законам снов собственных подопечных. А ведь во многих, как в плохо продуманных компьютерных играх не то что телепортироваться, но даже прыгать было нельзя! Чем это обуславливалось, страхом высоты, или тем, что и во сне люди чувствуют неподвижность спящего тела, он не знал, но факт оставался фактом. К сожалению, более подробной ссылки на эти данные автор не предоставлял, видимо предполагая, что потомки будут не глупее него. Что ж, в этом он точно ошибся.
   "...но в тоже время мной сделано предположение, что благодаря зеркальным проходам во снах, можно облегчить и обезопасить перемещение между снами людей сильно удалённых друг от друга в физическом пространстве. Для большинства сноходцев, в том числе и для меня, перемещение в сон человека находящегося дальше трёх метров от самого сноходца достаточно опасное и энергозатратное дело. Согласиться на которое по доброй воле, может только безнадёжный храбрец или безумец. Но после серии экспериментов мне удалось выяснить как избежать опасности и сконцентрировать переход на конкретном человеке. Благодаря моему открытию, для сноходцев станет возможным свободное перемещение в сон знакомого человека или лёгкое нахождение сна человека незнакомого. Это сулит возможности, оценить которые дано только людям с даром сновиденья. Всю ту свободу что можно получить пользуясь этой техникой..."
   Далее следовали несколько страниц теоретических выкладок и на этом все записи сделанные рукой этого сноходца обрывались. Сколько бы Кирилл не перерывал тетради, отдельные листки и книги, но записей сделанных этой же рукой больше не встретилось. Видимо больше открытий достойных внимания потомков он не совершал. С другой стороны грех было жаловаться. Открыть что-то новое дано не каждому и Кирилл не думал, что сам когда-нибудь сможет добавить в семейную библиотеку что-то от себя.
   Собственно, на эти записи, Кирилл наткнулся только на третьи сутки пребывания в родном доме. За это время они с Алексеем просмотрели в лучшем случае одну десятую часть всего материала. Хотя по-настоящему важные сведенья попадались им не часто. Но и то, что было, действительно стоило потраченного на это времени.
   - Ну, как там продвигаются ваши исследования?
   Однажды за обедом поинтересовался отец. Уже четыре дня оба сына безвылазно просиживали в библиотеке и, естественно, остальным было любопытно, до чего же те сумели докопаться. Коля уехал ещё позавчера, всё-таки у него был чёткий рабочий график, а не то, что у брата. Хотя тот же Алексей, по мнению сноходца безбожно прогуливал институт, но спрашивать точно опасался. Ведь если это так, то ему, как старшему брату, придётся отправить того на трудовые будни, что значило - лишиться бесплатной рабочей силы. Да и просто в одиночку было скучно.
   - Нашли что-нибудь интересное?
   Ребята перегнулись, и сноходец безразлично пожал плечами.
   - Кое-что, - с вздохом сознался Алексей. - Но чтобы обнаружить эти крохи, приходится столько ерунды перечитывать, что проще всё сжечь и не маяться.
   - Ну не надо! - Кирилл попытался, впрочем, безуспешно, оторвать дракончика от колбасы и ссадить его со стола. - Я нашёл там сведенья об одном эксперименте, и собираюсь завтра его попробовать. Не уверен, что получится, но если да, то возможно овладею перемещением по далёким снам. Было бы забавно.
   - Серьёзно? - Мама удивлённо приподняла брови. Кирилл довольно кивнул.
   - Так там по крайней мере написано. Главная сложность в самой технике, но мне опыта для её создания должно хватить. Так что думаю, должно получиться.
   Все одобрительно покивали. Сам Кирилл прибывал в приподнятом настроении. Изучить что-то новое всегда интересно. И пусть это далеко от первоначальной темы их поисков, но приобрести подобный навык было бы крайне полезно, и сноходец собирался как можно скорее опробовать его на деле. А библиотека от них никуда не убежит. Чтобы перелопатить оставшийся там ещё не просмотренный ими материал уйдёт ещё не одна неделя. Так что поиски об одержимости можно пока отложить.
   - Значит, завтра мы в библиотеке не занимаемся? - Решил всё же уточнить брат.
   - Нет, я буду в дедушкиной комнате, скорее всего весь день. На всякий случай, я наложу парочку печатей. Так что сами ни в коем случае не пытайтесь открыть дверь.
   - Иначе, что? Током шибанёт? - С надеждой и неискоренимым мальчишеским оптимизмом спросил Алексей.
   - Нет, конечно! - Брат заметно приуныл. Вот что за несправедливость? У него член семьи маг, но даже молнию создать не может!
   - Печати будут не от внешнего воздействия, а от внутреннего.
   - Постой-ка, - Мать подозрительно прищурилась. - Ваш дед тоже, когда что-то опасное затевал такие ставил. Это что, настолько опасно?
   Кирилл забеспокоился, стоило только родителям прознать, что его опыты несут хоть малейшую угрозу и о них можно будет смело забыть. По крайней мере, так было с самого детства. И почему-то он подозревал, что сейчас мало что изменилось.
   - Нет. - Он поморщился, открыто врать родителям он тоже не любил. - Ну, не совсем. Это скорее предосторожность. Если всё пройдёт как надо, ничего не будет. Но всегда ведь есть минимальный риск. Вот от него и ставлю печати.
   Парень замер, напряжённо ожидая вердикта. Мама уже собиралась, судя по решительно нахмуренным бровям отказать, когда неожиданно, вмешался отец.
   - Хорошо. - Сноходец облегчённо выдохнул. - Только если этот "минимальный риск" всё-таки произойдёт, нам-то что делать прикажешь?
   Кирилл замялся.
   - А дедушка что говорил делать? Ну, в таких случаях?
   Мать поджала губы и ехидно ответила.
   - Брать деньги, документы и уходить из дома. Сейчас действовать по тому же плану?
   Сноходец печально вздохнул, пересаживая обожравшегося до состояния трупика дракончика на плечё.
   - Я оставлю номер телефона, если после захода солнца не выйду, звоните по нему.
   - По крайней мере, этот план несколько лучше, чем предложенный вашим дедом.
   Недовольно признала мама и Кирилл, виновато опустив голову, поспешно выскользнул из-за стола.
   Весь этот вечер был потрачен на то, чтобы разрисовать охранными символами все углы и дверные, оконные проёмы в выбранной комнате. Естественно ею стала бывшая комната деда. Её специально строили на чердаке, чтобы, как говорил сам сноходец "если взорвётся, то хоть пострадает только крыша". И никто даже не думал воспринимать это как шутку.
   Естественно, кроме мистических хлопот были так же и вполне обыденные: например стереть пыль и застелить постель. Ему рвались помочь, но только ради того, чтобы удовлетворить собственное любопытство. В итоге, Кирилл разозлился и, выгнав очередного "шпиона", запретил даже близко подходить к комнате. В конечном счете, даже Тошка был выдворен за дверь. Терпение сноходца лопнуло, когда скучающее животное мало того, что наполовину сгрызло, но и сожгло кисть, которой рисовались охранные знаки. В итоге, закончить удалось только ближе к полуночи. Что только укрепило парня в решении отложить эксперимент до утра.
   Следующим утром пришлось потратить ещё полчаса на то чтобы окончательно успокоить мать, у которой обострилась паранойя. Сделать этого, правда, не получилось. Так что Кирилл малодушно спихнул сию обязанность на отца, а сам поднялся наверх, под благожелательные комментарии со стороны брата.
   Заснуть получилось быстро. Этот навык был отточен уже до предела. Разноцветное марево, окутывающее его со всех сторон, на этот раз в большей свой части имело молочно белый оттенок. И лишь парой пятен растекались кое-где выходы в кошмар. Первым делом следовало создать "платформу" сновидения, откуда и предстояло начать.
   Шагнув в наиболее спокойное белое пятно, Кирилл, как это не странно оказался в той самой комнате, где заснул минуту назад. Удивлённо оглядевшись, сноходец понимающе хмыкнул. Тошка, ещё с завтрака забравшийся в эту комнату, теперь беззаботно спал, раскинувшись поверх одеяла на самом парне. Самого себя со стороны видеть было довольно странно. И ещё более странно было понимать, как чётко сон дракончика передаёт ту действительность, которую тот воспринимает, но так получалось даже удобнее. Поэтому, он перехватил сонно завозившегося ящера и привычно пристроил у себя за пазухой, откровенно боязливо покосившись на собственное спокойно сопящее тело.
   Рассуждал сноходец вполне понятно, раз уж оказались в одном сне, то и нечего отступать от заведенных в реальности обычаев. Недовольно чирикающего Тошку такая позиция, судя по всему, не устраивала, но кто его спрашивать будет? Потому спустя несколько мгновений ему пришлось смириться.
   Кирилл подошёл к единственному зеркалу в комнате и с сомнением оглядел его. Размер стекла был не более метра в высоту и половины в ширину. Можно ли считать его подходящим, если изначально оно планировалось как проход? Потом парень пришёл к выводу, что в этот раз он всё равно не собирался в этот проход идти, а только проверить возможность его создания, так что ничего страшного в небольших размерах зеркала и нет. Тем более для направленного эксперимента нужно было выбрать удалённый объект, в чей сон хотелось бы попасть. Но проблема состояла в том, что Кириллу такой объект в голову просто не приходил. Поэтому сегодня и намечался только "пробный запуск".
   Успокоив себя, таким образом, Кирилл, следуя инструкции из записей, зафиксировал постоянно порывающееся размазаться или потечь изображение, сделав его не отличимым от отражения в реальности. Когда это удалось, он стал создавать по контуру зеркала печати: путь, тропа, цель, прозрачность, стойкость...
   Всего до двадцати символов, которые легли чётко по кругу. На самом деле, создавать в изменчивой реальности сна образ печати довольно сложно. Для того, чтобы понять насколько, достаточно вспомнить, что даже чтение во сне недоступно, так как отвечает за него совершенно иное полушарие мозга. Для сноходца всё обстоит несколько иначе, но и ему держать одновременно двадцать печатей было необычайно сложно. До сегодняшнего дня, Кирилл был уверен, что больше тринадцати никогда не осилит. Другое дело, для более простых ритуалов больше и не требовалось. Но как ни странно, всё получилось.
   Сноходец прерывисто выдохнул, стирая дрожащей рукой скатившуюся с виска каплю пота. Он даже и не надеялся, что всё удастся провернуть с первого раза. И тут же, почувствовав потерю концентрации, печати поплыли, теряя чёткость образа. Кирилл застыл, до предела напрягая сознание и пытаясь удержать печати в первоначальном состоянии. И те, медленно, словно нехотя, застыли, становясь всё чётче и чётче.
   Больше Кирилл не позволил себе и на минуту расслабиться.
   Дыхание его от напряжения сделалось мелким и прерывистым, руки сжались в кулаки, в глазах начало темнеть. Наконец, все печати приняли нужную форму и заняли правильное расположение. Миг, и поверх ложиться, перекрывая остальные собой, печать единения.
   Казалось, будто ничего не изменилось, но это было не так. Цвета сновидения начали растворяться, смешиваться, терять яркость, разрушать целостность предметов. Исчезли все звуки, как шум леса за окном и звон посуды, якобы доносившийся с первого этажа. У драконов действительно были удивительно натуральные сны.
   Сейчас же Кириллу казалось, что он стоит внутри старого, обесцвеченного кино, да ещё и немого. Единственное, что сохранило или даже приобрело цвет, было зеркало. А вернее, то, что теперь оказалось на месте отражения. Серый туман клубился и тёк внутри бесцветной рамы. Жемчужно серый, молочно серый, серо-стальной, серый цвет грозовых облаков. И пробивая безмолвие выгоревшего сна, из этого тумана зазвучали голоса. Шёпот, шёпот, шёпот, сотни, тысячи голосов на разных языках из которых переводчик не знал и сотой части, кричали, плакали, пели, проклинали - и всё это шёпотом, обволакивая и без того грозящий вот-вот отключиться от перенапряжения разум сноходца.
   Кирилл тряхнул головой, заставляя взгляд проясниться, и сделал шаг назад, понимая, что опыт удался и пора прекращать. Он представил печать отрицания, но в уставшем мозгу картинка плыла, не желая создавать чёткий рисунок. Тогда сноходец досадливо вздохнул, и поднял руку, собираясь помочь собственному воображению, вот только что-то пошло не так.
   Словно не желая, чтобы проход был закрыт, туман в зеркале пошёл волнами, скручиваясь в водовороты, и сноходца как будто потянуло к нему на встречу. И без того с трудом стоящий на ногах, Кирилл не удержав равновесия, едва не пропахал носом пол. Но в последнюю секунду, тяга стала такой сильной, что его просто швырнуло в по-прежнему открытый проём.
   Ещё одно неприятное открытие заключалось в том, что оказывается, само стекло никуда не исчезало, и сейчас сноходец разбил его головой, царапая осколками все открытые участки тела. Тошка зло чирикнул, сильнее запуская коготки в тонкую ткань нижней рубаки традиционного во сне восточного наряда.
   Это было последнее, что Кирилл ощутил, теряя, наконец, сознание.
   Очнулся он оттого, что на лицо ему капала вода. Одна капля, вторя, и он, поняв, что дальше оставаться в бессознательном состоянии смысла нет, громко застонал.
   Честно признаться, сразу подняться сноходец побоялся. Максимум, на что его хватило, это открыть газа. С этим тоже пришлось повозиться. Ранка над левой бровью, оказалась достаточно серьёзной, чтобы кровь, залила веки, а, засохнув, не давала бы открыть глаз.
   Пришлось на этот момент довольствоваться одним из органов зрения. Про себя Кирилл заметил, что могло быть значительно хуже. Например, осколок мог бы попасть в сам глаз. Но к счастью прошёл выше.
   Стиснув зубы, чтобы не застонать, Кирилл оглядел место, в котором оказался. Пустое, судя по всему подвальное помещение, где под потолком проходят множество труб. На той, под которой он лежал, образовывался конденсат, и именно эти капли, и выдернули его из небытия.
   Он опёрся об исцарапанные руки и заставил-таки себя принять сидячее положение. Красно-белый его наряд отделался всего парой разрезов, чего нельзя было сказать о его хозяине. Чуть растрепавшаяся коса скользнула со спины, раненой змеёй перекинувшись ему на грудь. За пазухой завозился Тошка, но благоразумно предпочёл не вылезать.
   - Итак, - хриплым, чуть надтреснутым голосом проронил Кирилл, переводя взгляд на окружающее. - Судя по наряду и этой долбанной косе, я по-прежнему сплю.
   Он поморщился и вынуждено замолчал. Изрезанное лицо на каждое движение губ отзывалось нещадно. Но вывод был логичен, а потому, сноходец, устало, прикрыв единственный задействованный глаз, начал усиленно представлять, как исчезает боль и скованность в раненом теле. При такой интенсивности ощущений зеркало было не обязательно, да и не до внешнего вида сейчас было.
   Трюк прошёл удачно и боль, послушна его воле, поспешно отступила. Кровь, стягивающая кожу бесследно испарялась, а порезы затягивались.
   Немного успокоенный возвращением себе адекватного состояния, Кирилл решил обратить внимание на окружающую обстановку. Нет, не на внешнее её проявление, а на такое, заметить которое мог только сноходец. Он прислушался к себе, опознав, странность этого места, которое чувствовал с того момента, как открыл глаза.
   В обычных снах, "слабое" место, из которого можно вывалиться в реальность, встречалось с периодичностью от десяти метров, до двух, трёх километров. Из-за этого сноходцы чуяли их на уровне инстинктов и легко находили к ним дорогу. Здесь же таких точек не чувствовалось вообще.
   Пытаясь подавить панику, сноходец максимально сосредоточился на знакомом ощущении. И как не странно нащупал его. Точки выхода в реальность были и даже не одна, но как же далеко они находились! И друг от друга и что более обидно от самого Кирилла.
   Поняв, что в принципе выход есть, сноходец немного расслабился. Вот только теперь в душе зародились сомнения. Что за такой странный сон его окружал?
  

Глава 9.

   В любом случае этот эксперимент пора было заканчивать. Кирилл поднялся на ноги и двинулся в направлении ближайшего слабого места. Про себя он порадовался своему невысокому росту, позволяющему идти в этом странном коридоре не пригибаясь. Хотя некоторые трубы, словно нарочно преграждали дорогу так, что через них приходилось перебираться. А иногда встречались целые скопления, преграждающие дорогу настолько, что невозможно было протиснуться даже через самую широкую щель. Впервые наткнувшись на такое препятствие Кирилл привычный к тому, что чужие сны подчиняются ему с неохотой попытался просочиться простым физическим способом. Пару раз у него это получилось. Красно-белый наряд измазался в ржавчине, и в итоге сноходец смог продолжить путь. Но уже на третий раз коммуникации располагались так плотно, что даже со своей костлявой фигурой, Кирилл не смог найти дыры, достаточной чтобы в неё пролезть.
   Растерянный, Кирилл нерешительно обернулся назад. Несколько раз ему встречались ответвления других коридоров, но сноходец успешно их игнорировал. Этот вёл в правильном направлении, а до нужной точки было и без того не близко, чтобы позволить себе отвлекаться на посторонние коридоры. Но теперь, похоже, придётся искать обходные пути. Ведь этот оказался перекрыт.
   Впрочем... Кирилл задумчиво постучал себя по подбородку. Даже если это не его сон, есть возможность немного его скорректировать. Вероятно, сознание сновидения всё вернёт на прежние места, но пара минут у него будет. Главное, успеть ими воспользоваться.
   Сноходец позволил сознанию свободно течь. Проникнуть невидимым естеством сквозь старые бетонные стены, ощутить тяжёлые металлические трубы. Следующим пунктом было заставить коммуникации разойтись, открывая проход, но здесь вышла заминка. Сквозь трубы на большой скорости проносилось нечто. Оно под большим давлением текло сквозь пространство и оставляло в сознании сноходца ощущение тяжести, словно проходило прямо сквозь его разум. Понимая, что долго так не продержится, Кирилл надавил своей волей на метал самых тонких труб, заставляя их изогнуться и открыть немного больше свободного пространства. То ли из-за того, что они пропускали через себя значительно меньший объём этого непонятного содержимого, то ли сноходец себя недооценил, но фокус удался, и Кирилл поспешно перебрался на противоположную сторону.
   Ещё не до конца отделившись сознанием от сущности сновидения, он почувствовал, как медленно, но верно раздвинутые им коммуникации принимают прежнее положение. Зябко передёрнув плечами, Кирилл двинулся дальше.
   Всё меньше окружающее пространство напоминало сновидение. И чем дольше Кирилл находился в этом месте, тем явственнее это ощущал. С одной стороны некоторые законы сновидения работали и здесь, но так криво и неохотно, что предположить, чем же является это место, было невозможно. Во всяком случае, не с его знаниями. Оказывается, чем больше он узнавал о практике своей специальности, тем больше понимал, как мало в ней разбирается. Не успел ещё найти информацию об одержимости, как наткнулся на новое явление, требующее пояснений.
   Интересно даже, что бы это значило. То ли что он выходит на принципиально иной уровень, о существовании которого ему никто не рассказывал, то ли суётся в сферу связанную со сноходчеством лишь косвенно. И как назло, нет никого, кто мог бы подсказать какой из вариантов правильный. Ведь если первый, ему стоит упереться и изучать то новое, с чем раньше не сталкивался. А вот если верен второй вариант, необходимо как можно скорее прекратить самодеятельность, так как природных способностей в этой сфере у него нет, а, не зная броду соваться в чужеродную стихию, значит погибнуть, с вероятностью в девяносто процентов.
   Кирилл прокручивал в голове оба варианта, взвешивая за и против для каждого из них, но так ни к чему и не пришёл. Оставался только один, зато беспроигрышный. Упереться и наплевав на объёмы работы, изучить весь оставленный предыдущими поколениями сноходцев материал.
   Вскоре в стенах коридора стали попадаться проплешины, открывая вид на многоцветный туман. Вот только Кирилл чувствовал, что пройти в него не сможет и, не смотря на то, что вид и фактура стен, и пространство за ними отличалось, чутьё сноходца однозначно заявляло - это место не слабая граница сна и пройти сквозь неё не удастся. Привычная глазу среда манила невозможностью до неё добраться. И пару минут Кирилл потратил на то, чтобы прощупать невидимую преграду, отделяющую его от пространства сновидений.
   Это изучение принесло неожиданные результаты. Оказалось, что пройти туда он не мог. А вот вытащить что-то оттуда... на проникновение стоял вовсе не такой всепоглощающий запрет. На секунду Кириллу даже подумалось, что он сам прошёл через такое же окно. Куда оно делось после, уже другой вопрос, но идея была интересной и единственной на данный момент.
   В некоторых таких проплешинах из тумана сна можно было разглядеть проступающие детали вещественных сновидений. Не присутствуя в них, невозможно было рассмотреть ни сюжет, ни героев, и, тем не менее, это однозначно были окна в чужие сны. Уже после первого десятка Кирилл перестал возле них задерживаться и только бросал мимолётный взгляд, отмечая движение той стороны.
   Кирилл уставал. В этом странном коридоре невозможно было различать расстояние или течение времени. Сноходец не помнил, когда он последний раз задерживался в грёзах так долго. Но точка перехода приближалась, хоть медленно, но верно и Кирилл не мог себе позволить задерживаться в этом месте дольше необходимого.
   И у одного из окон он вынужден был задержаться. С той стороны объятый жёлто-зелёным туманом замер мужчина. Сам факт того, что туман был таких цветов, уже внушал опасение. Кирилл работал с разными людьми, многие из которых были больны. И часто ему приходилось видеть такое сочетание. Жёлтый цвет страха, зелёный цвет боли. Обычно они означали патологию. Так много страха и так много боли здоровый человеческий разум просто не может в себя вместить и сознание искало пути побега от реальности. Неудивительно, что в таком случае незнакомец замер на самой кромки с этим странным местом. Преодолеть преграду он не мог, но и оставаться в кошмаре не хотел. Вот он и застыл, словно муравей в янтаре - не способный сбежать и не способный выбраться в реальность. Будь Кирилл рядом с ним в реальности то смог бы помочь ему вырваться из бреда, но отсюда мог только наблюдать. За болью и страхом.
   На самом деле в представшей картинке не было ничего чудовищного или злого. Изображение вообще было статично. Кроме слишком близко располагавшегося тела она мало отличалась от десятков таких же, какие Кирилл видел до сих пор. И можно было просто пройти мимо, если бы сноходец не так хорошо представлял себе что значат цвета, окружавшего мужчину тумана. И он не мог просто оставить его там.
   Если он не мог добраться до него со стороны реальности и вытащить туда, это не значит, что Сноходец не мог вытянуть его на эту сторону. Во всяком случае, стоило попытаться.
   Кирилл не стал испытывать судьбу и изобретать на ровном месте велосипед. Он просто принялся наносить символы на прозрачную преграду, так же как делал это во сне Тошки - силой воли. Путь, тропа, цель, прозрачность, стойкость...
   Всего до двадцати символов и последняя как завершающий аккорд - печать единения.
   Раздался знакомый звон разбившегося стекла и Кирилла отшвырнуло ударной волной. На этот раз он успел закрыть лицо широкими рукавами, и осколки не смогли добраться до кожи. Он только болезненно поморщился от удара о стену, а с пола уже раздался болезненный стон и тихое проклятье.
   Теперь, когда внимание жалостливого сноходца не сосредотачивалось на тумане, он мог обратить внимание на внешность спасённого. Старомодная рубашка с широкими рукавами и рюшечками по вороту и подолу. Широкий пояс и тёмные штаны старомодного фасона. Но ткань дорогая, даже Кирилл может это определить. Любопытно конечно, но не примечательно. Одежда во сне меняется значительно чаще, чем тело.
   Впрочем, тело тоже интересное. Широкие плечи при узкой талии, практически эталон. В целом вполне развитая мускулатура при общей плавности движений - деликатный намёк тем, кто умеет смотреть, что этот человек не откажется от хорошего боя. Светлые, короткие волосы золотисто поблёскивали даже в вечном полумраке подвального коридора. Лицо правильное, не столько миловидное, сколько даже красивое. И его совсем не портили ранние морщинки у глаз. Глаз, впрочем, вполне обычных: серо-стальных.
   - Где я? - Он настороженно огляделся по сторонам и, осознав, что опасность тут может представлять только Кирилл, снова сосредоточил внимание на нём.
   - Кто вы? - Голос у спасённого был низкий с мягкой хрипотцой. Он весь настолько же соответствовал идеалам дамских романов, насколько Кирилл из них выбивался. Впрочем, учитывая, откуда блондина, пришлось спасать, вряд ли его жизни в реальности стоило завидовать.
   - Может сейчас это прозвучит для тебя бредово, но ты спишь. - Деловито и знакомо начал сноходец. Ему регулярно приходилось объяснять происходящее, если по каким-то причинам в ближайшие пять минут не удавалось вывести потерпевшего в реальный мир. Или если для исцеления была необходима помощь со стороны самого пациента. Например, некоторые настолько теряли голову в своих кошмарах что, даже находясь рядом, Кирилл не мог до них достучаться.
   - Ты меня не знаешь, я тебя тоже. Так получилось, что проходя мимо, я заметил, как тебе сниться кошмар и вытащил в это пространство.
   С этого момента пришлось перейти на экспромт, ибо до того в подобных ситуациях сноходцу бывать не приходилось. Спасённый смотрел на него насторожено и почти злобно, но открыто агрессию не проявлял, позволяя Кириллу высказать свою версию.
   Сноходец устал, длительный переход и два сложных обряда за один день, это было всё-таки слишком. Подумав мгновение, он аккуратно уселся на пол, облокотившись спиной о стену тоннеля, устало следя как осколки стекла на полу медленно истаивают. На месте окна, из которого выпал "пациент" теперь был кусок стены, ничем не отличающийся от прочих. Плечи блондина немного расслабились, когда Кирилл прекратил нависать над ним.
   - Собственно место, где мы находимся уже не совсем сон, но имеет некоторые общие законы. Это не реальность, но не стоит думать, будто здесь всё будет просто. Меня зовут Кирилл. Я сноходец, если тебе это о чем-то говорит. Если нет, просто прими как данность, что я разбираюсь в том, о чём говорю. Сейчас я иду к одному месту, из которого можно выйти в реальность. Если хочешь, можешь пойти со мной. Очень рекомендую так и поступить. Не потому что я тебя принуждаю или ты мне зачем-то нужен. Но долго оставаться здесь нельзя, а выход без меня тебе не найти.
   Кирилл закончил вводную речь, постаравшись максимально кратко и полно обрисовать незнакомцу сложившуюся ситуацию. Видно было, что мужик задумался. Он с сомнением оглядел тощую фигурку сноходца завёрнутую в красно белые одеяния, однозначно сомневаясь, стоит ли ему доверять. Кирилл хотел было его поторопить с решением, но сейчас он так устал, что с удовольствием просто сидел, дожидаясь решения блондина.
   - Я Келл. - Представился спасённый. - Ситуация бредовая, но звучит в целом забавно. Ты можешь доказать что всё это сон?
   Сноходец вздохнул. Только доказывать ему что-то и не хватало.
   - Рад познакомится Келл. Нет, я не могу доказать что это сон. Тем более что я уже сказал, это не совсем он. И даже если бы мог, наверное, не стал бы тебе ничего доказывать. У тебя выбор прост: или идёшь со мной, или остаёшься тут. Мне, честно говоря, вообще всё равно, что ты выберешь. Просто учти что, оставшись здесь ты, скорее всего, умрёшь. Но если тебе этого хочется то - вперёд. Останавливать не буду.
   Келл прищурился.
   - А если я, скажем, вберу третий вариант. Сверну тебе шею прямо тут и сам попробую найти выход в реальность. А? как тебе такая перспективка?
   Кирилл опасливо смерил взглядом блондина. Что ж, пожалуй, этот действительно может поступить, так как расписал. Угораздило же его заняться добрыми делами - неужели не мог спокойно пройти мимо?
   - Ты не найдёшь выход, - говорил он нарочито пренебрежительно. Вот интересно, успеет он убежать от этого маньяка или нет? - И убить меня не сможешь. Всё-таки я сноходец, и в отличие от тебя это место мне почти родное.
   Он врал безбожно с самым уверенном видом, на который был способен, рассчитывая только на то, что тот всё же купится.
   - Ты же говорил что это место не сон. А с-сноходец?
   Кирилл тупо уставился на блондина. Ну и как теперь выкручиваться?
   - Послушай, - не выдержал Кирилл, - что ты хочешь услышать? Зачем эти нелепые угрозы? - Ну да, нелепые, происходи дело в реальности и сноходец уже давно огрел спасённого чем-нибудь тяжёлым по башке и задал стрекача. А здесь как назло ничего подходящего под рукой не было. Даже тапочки его и те настолько лёгкие, что едва таракана раздавить могут. Эх, жаль, что сновиденье не обувает его в гриндэра.
   - Чего ты добьёшься, даже если сумеешь выполнить задуманное? Ты непонятно где, один, без оружия, еды и информации. Единственный твой шанс, это что я говорю правду и действительно собираюсь тебе помочь. Но даже если я тебе вру, ты - не разбираясь в сути вопроса, никогда меня на этом не поймаешь. Но даже если ты мне настолько не доверяешь. Я же не держу тебя. Вперёд! Ты можешь идти в любую сторону и искать выход самостоятельно. Я не стану ни препятствовать, ни влиять на твоё решение. Выбор за тобой.
   Келл склонил голову к плечу и ещё раз, оглядев сноходца кивнул.
   - Безрадостную картину ты мне нарисовал Кирилл. Впрочем, ты прав. Не зная ничего об этом месте, я далеко не уйду. Извини меня за угрозы, просто не люблю, не понимать что происходит. Если предложение ещё в силе, то я отправлюсь с тобой.
   Кирилл только согласно кивнул.

Глава 10.

   Сомнительное конечно счастье, - сажать себе на хвост такого психа, но что можно сделать? Отказаться сейчас, верный способ спровоцировать нападение. Или попробовать оторваться от него позже? Пожалуй, самая дельная мысль за последнее время. Видно, когда он решил достать несчастного Келла из его кошмаров, мозг сноходца находился где угодно, но точно не с ним.
   Например, когда в следующий раз попадётся коммуникационное заграждение, надо будет открыть проход маленьким и ненадолго. Ростом блондин превосходил Кирилла на целую голову, да и комплекцией сильно превышал, поэтому план должен сработать. Только бы пригодное для воплощения плана побега от "благодарного пациента" место попалось поскорее.
   Сноходец поднялся на ноги и, махнув рукой, двинулся дольше. Келл проворно вскочил на ноги и пристроился, дыша Кириллу в затылок. Того аж передёрнуло всего от близости потенциально опасного субъекта, в такой непосредственной близости от своей беззащитной тушки.
   На попадавшиеся, на пути "окна" он теперь даже не смотрел. Хватит с него на сегодня благотворительности.
   - Ну, Кирилл. А как ты сюда попал? - Келлу быстро надоело идти в тишине. Некоторое время он шёл, настороженно разглядывая серые стены или ржавые трубы над их головами. Перед окнами с цветным туманом изумлённо замирал, а после спешил нагнать не замедлявшего шага сноходца. А тот только молча злился, что до того регулярно встречавшиеся на его пути препятствия вдруг полностью перестали появляться. И как скажите на милость ему теперь воплощать в жизнь свой дерзкий план побега?
   - Примерно как ты, только самостоятельно. Хотел опробовать один приём и немного перестарался.
   - Вот как? - Келл хмыкнул, не то удивлённо не то неодобрительно. Экспериментаторы ему не внушали особого доверия.
   - А что же твой наставник? Не уследил за учеником, или это был самостоятельный проект?
   Кирилл задохнулся от возмущения. Его конечно часто принимали за подростка, но почему-то слышать это от наглого мужика, которого он мало того что спас и, не дождался элементарного спасибо, так ещё и прибить его грозился, было чертовски обидно.
   - Не стоит доверять внешности, которую видишь перед собой во сне, - ехидно бросил Кирилл, указывая собеседнику на его большой пробел в знаниях. Он демонстративно откинул косу, при малейшем повороте головы норовящую соскользнуть на грудь.
   - Или ты часто встречаешь в реальном мире парней, которые носят такие причёски?
   Келл смерил его задумчивым взглядом и пожал плечами. Мало ли что могло сподвигнуть сноходца при выборе такой внешности. Может он в ордене состоит, где волосы стричь нельзя. Множество вариантов придумать можно, было бы желание.
   - Стало быть, ты здесь такой, потому что тебе нравится так выглядеть?
   Сноходец вздохнул. Тема внешности давно перестала быть больной, но приятнее не сделалась.
   - Не совсем, - признался он крайне неохотно. - Выбор облика обусловлен скорее подсознанием. Почему именно такой, вообще не представляю. Так что дальше можешь не спрашивать. Ответить всё равно не смогу.
   - Даже так... - Он как-то подозрительно оживился. - А я как выгляжу? Это же тоже будет подсознательное или в моём случае всё иначе?
   Кирилл удивлённо поднял брови, но честно описал, как тот выглядит.
   - Обычно у людей, которые не занимаются медитативными практиками, изменения внешности если и случаются, то крайне редко. - Сноходец решил честно раскрыть тему. - И в основном у детей. В течение жизни взрослый человек успевает привыкнуть к своему телу и даже если придумывает себе другое, то долго удержаться в нём не может. Внешность во сне скорее твоё самоопределение. Если ты веришь что ты стройный и красивый, то будь ты в жизни толстым и уродливым, во сне будешь казаться таким, как видишь себя сам.
   - А если думаешь, о себе хуже чем есть, то и будешь казаться уродом? - Заинтересованно подхватил идею. Кирилл кивнул.
   - Примерно. Но такой случай тоже крайне редок. Скорее человек, даже если очень себя не любит подсознательно мечтает быть лучше. Так что в таких случаях всё уравновешивается. Ты же сохранил внешность - из-за определённых представлений о себе и мечтах или разочарованиях, которые привили внешность к цельному состоянию.
   Келл чуть мечтательно улыбнулся.
   - К слову сказать, мой облик как раз претерпел определённые изменения. Но всё равно любопытно узнать, что подсознательно я вижу себя по-другому.
   Теперь настала очередь Кирилла заинтересованно оглядывать спутника. Только его интерес был обусловлен скорее профессиональной заинтересованностью, нежели любопытством.
   - А это хорошо или плохо? - Серьёзно спросил сноходец. - То, что ты видишь себя по-другому.
   Келл задумался.
   - Пожалуй, хорошо. - Он улыбнулся. - Нынешней я изменился не только внешне. Раньше я был неплохим парнем. Приятно думать, что внутри я таким и остался.
   Кирилл отвёл взгляд. Внешность во сне вовсе не гарантировала, что тот парень, которого Келл назвал неплохим, всё ещё живёт в нем. Возможно, это было только воспоминание, как фотография, нежно хранимая в старой записной книжке. Потому что она напоминает о лучших временах.
   Но рассказывать он об этом, пожалуй, не будет. Эта информация окажется лишней.
   С другой же стороны. Если то какой он сейчас, это проекция устаревшего самосознания, то какой же он сейчас?! Точно стоит оставить его здесь. Миру так будет лучше. Да самому сноходцу спокойнее. Только вот где же эти трубы, которые должны задержать чёртового маньяка?
   Кирилл раздосадовано окинул взглядом коридор, дальний конец которого тонул во мраке. Ближайшие пятьдесят метров точно будут свободными... к сожалению. Из нововведений только плесень. Странная плесень по потолку, прямо за трубами. Их вообще стало существенно меньше - всех этих коммуникаций. Даже сверху, а Кирилл и не заметил. Да и сами стены подвала стали меняться. Теперь с них словно бы облетела вся штукатурка, оставив старую кирпичную кладку. И огромную пушистую плесень фиолетового цвета.
   У Кирилла однажды жила такая. На мясной подливке, которая стояла месяц в холодильнике, ибо мыть не хотелось. Под конец её уже звали Иннокентий и он подавал ментальные сигналы братьям по разуму. Только тогда сноходец с содроганием спустил Иннокентия в туалет и вымыл кастрюлю. Во избежание.
   Интересно, на какой такой подливке выросла эта, с позволения сказать, гадость?
   Он поспешно остановился и Келл с любопытством вгляделся вперёд.
   - Чего стоим? Случилось что?
   Кирилл нерешительно пожал плечами.
   - Я не уверен.
   Он покачал головой. Состояние было - хуже не придумаешь, да ещё какие-то непонятки с миром вокруг. Стоит ли продолжить путь, невзирая на пессимистичный настрой или отдохнуть немного в компании психа, надеясь, что после Кирилл сможет принять правильное решение?
   - Давай отдохнём немного. - Вынес вердикт сноходец, опускаясь на пол. - Мне кажется, что впереди есть что-то неприятное, но я слишком устал, чтобы говорить уверенно. Нужна передышка.
   Келл опустился рядом на корточки, с любопытством оглядывая утомлённого сноходца и одновременно насторожено косясь на коридор перед ними.
   - Разве во сне можно устать? Что-то я о таком не слышал.
   Кирилл недовольно окинул взглядом бодрого маньяка и нахохлился, раздражённо спрятав пальцы в широкие рукава.
   - Можно. Устает, конечно, не физическое тело, с которым сейчас связи практически нет. А ментальное. Которое чтобы утомить, нужно чему-то нагружать. И если ты просто тут прогуливаешься, то я постоянно отслеживаю смещение нужного нам участка, чтобы не сбиться с маршрута. Да к тому же провёл сегодня два тяжёлых ритуала. Для себя и для тебя, когда вытягивал нас в это место. Так что мне нужно собраться с силами, а ты пока посмотри по сторонам, и если что изменится - тут же дай мне знать.
   Келл недобро на него сощурился, но Кирилл этого уже не увидел. Прикрыв глаза и заставляя себе отрешится от окружающей обстановки он начел воспринимать мир только на уровне энергии.
   В отличие от физического мира. Этот был насквозь пропитан энергией. Вернее не так. Тут не было ничего кроме энергии. Их тела, окружающее пространство... ничего этого не существовало на самом деле. То, что видели их глаза, осязала кожа, слышали носы и уши - только бред воображения, стремящегося окружить себя привычными вещами. Но на самом деле - подвала нет, их тел нет, и личности вне тела тоже нет. Есть только мысль, не стеснённая самосознанием. Только воля, не скованная предубеждениями и чистая энергия, разлитая вокруг.
   Тонкие нити силы, пронзающие пустоту. Не имеющие ни начала, ни конца, ни чёткого маршрута. Мир пустоты и энергии. Пожалуй, только сноходец мог увидеть это место таким. Чтобы осознать, объять, осмыслить пустоту и полостью отказаться от себя, набраться здесь силы и не раствориться - нужно было быть сноходцем. И Кирилл мог использовать это знание к своей выгоде.
   Вернуться в узкие рамки тела, увидеть пространство вновь материальным - это было тяжело. Тем тяжелее, чем больше ему понадобилось восстанавливать сил. И открыв после медитации глаза, Кирилл сделал глубокий вдох, медленно начиная осознавать своё тело заново. Ведь ещё мгновение назад его вовсе не существовало.
   - Ты собрал свои силы, сноходец? - Недовольно посмотрел в его сторону Келл.
   - Да, - пробормотал Кирилл, чувствуя удивительную лёгкость в своём выдуманном теле. - Пожалуй, даже больше чем надеялся.
   - Рад за тебя. Ты не дышал всё это время, а в какой-то момент и вовсе стал просвечивать. Может, стоило меня как-то подготовить к твоим трюкам? А то исчез бы ты, и мне пришлось бы двигаться дальше в одиночку. Или в следующий раз стоит сидеть и ждать, когда ты проявишься?
   Кирилл недоверчиво покачал головой и зябко передёрнул плечами. Трюк получился, пожалуй, даже интереснее чем казалось маньяку.
   - Нет, - как можно ровнее произнёс Кирилл, вглядываясь вперёд, пытаясь с новыми силами распознать, что же за опасность может ждать впереди.
   - Если я совсем исчезну, можешь не ждать. Тогда я больше не вернусь.
   И говоря это, Кирилл вовсе не ждал, что этот псих внезапно дёрнет его за косу, заставляя запрокинуть голову, а рукой схватит за беззащитное горло так, словно собирается пальцами вырвать ему кадык.
   Кирилл изумлённо выдохнул.
   - Бросить меня надумал, с-сноходец? Учти, ты или доведёшь меня до выхода, или сам здесь сдохнешь. Третьего не дано.
   Пожалуй, Келла можно было поблагодарить за эту вспышку. Ничто так надёжно не убедило сознание в реальности его придуманного тела, как непосредственная опасность для жизни.
   - Ты псих. - Процедил Кирилл сквозь зубы. - Если бы я мог таким образом уйти, я бы сделал это сейчас. Ты бы верил, что это просто медитация и не стал бы мне мешать. Но к несчастью, таким образом можно только умереть. Исчезнув отсюда, я утрачу самосознание и просто перестану существовать. А ты больной шизофреник, если не отпустишь, - клянусь я сделаю всё чтобы ты сдох здесь и никогда не вышел в реальность.
   Келл замер и ме-е-едленно убрал руку от его горла и осторожно отпустил косу. Едва почувствовав свободу, Кирилл дёрнулся в сторону, злобно сверля глазами примирительно улыбающегося психопата.
   - Ну, прости. Я же не знаю твоих методик. В следующий раз просто обрисуй мне в общих чертах, чего ждать от твоего колдовства. Это поможет избежать многих проблем. А то, увидев, как твоё тело внезапно начало растворяться, мне сразу в голову стали закрадываться нехорошие мысли. И признай, у меня есть повод так думать. Ведь у тебя нет причин помогать мне.
   - Ты прав! Теперь этих причин действительно нет.
   Они напряжённо смотрели друг на друга. Кирилл упрямо поджал губы, а Келл задумчиво свёл брови. И наконец, Келл первым опустил голову.
   - Я должен извиниться. Прости. В угоду своей подозрительности я обидел тебя и угрожал, хотя за всё это время ты не дал ни одной причины думать о тебе хуже, чем стоило. Обещаю, больше этого не повториться. И если мы выберемся отсюда. Я буду тебе должен дважды за спасение своей жизни. Клянусь, что расплачусь с тобой по твоему желанию. Деньгами или услугами, - что тебе будет нужно больше. Поэтому давай забудем и продолжим путь. Я действительно сожалею.
   - Ну конечно, - саркастично фыркнул сноходец. - Теперь ты сожалеешь. Как удобно, не так ли?
   Келл покачал головой, всем своим видом демонстрируя раскаянье и нежелание продолжать конфликт. А вот Кирилл не мог так просто остановиться. Враг сдался, и неплохо было бы дожать его напоследок, дабы точно не пытался в будущем целится в горло своему спасителю. Ну и просто пнуть его было бы приятно.
   - А заплатить ты, конечно, заплатишь, я тебе обязательно пришлю счёт. Уж постарайся выплатить его до копейки. Мои расценки весьма не дёшевы. И пару тысяч ты себе сверху уже накинул.
   Келл усмехнулся. Теперь он выглядел скорее позабавленным, чем виноватым.
   - Пара лишних тысяч у меня найдётся. Не думал, что ты работаешь за деньги.
   Сноходец удивлённо пожал плечами. Странный упрёк свёл на нет его благородный боевой настрой. Он ему лучше потом отомстит. Пару раз, просто для личного удовольствия.
   - А почему бы собственно и нет? Всем нужны деньги. Чем это мой способ их зарабатывать хуже, чем у прочих? В данный момент уж не тебе на него жаловаться. Не случись меня здесь, и у тебя не было бы шанса, когда-либо выйти в реальный мир.
   - Ты прав, - посерьёзнел блондин. - Ничем не хуже.
   - Тогда продолжим путь. - Недоверчиво покосился на него сноходец.
   Он дождался кивка и зашагал вперёд, стараясь не обращать внимания на подозрительную плесень и невроз, который она вызывала. Даже с обновлёнными силами он не мог почувствовать впереди никакой опасности. И только тот факт, что такая же плесень росла на мясном бульоне в его холодильнике, не должен был волновать.
   Но волновал!
   В итоге Кирилла хватило на пятнадцать метров под фиолетовой плесенью, когда он нервно выдохнул сквозь зубы и резко остановился.
   - Я не могу больше.
   - Тебе опять нужна медитация? - Деловито уточнил Келл ни единым жестом, не напоминая о только что произошедшей стычки.
   - Да нет же. Не могу идти вперёд. Там что-то есть, но не могу сказать ничего конкретного. Думаю, лучше всё равно будет обойти.
   Келл с резко вернувшейся во взгляд паранойей оглядел тоннель и пожал плечами.
   - Я ничего не чувствую. Ты уверен, что оно того стоит? Если мы оба не знаем схемы этих катакомб, не лучше ли будет придерживаться выбранного направления?
   Кирилл посмотрел на него с жалостью.
   - Ты идиот, да? Это почти что сон. Откуда здесь прямые пути и выбранные направления? То, что тебе кажется, будто мы идём в одну сторону, вовсе не значит, что мы идём прямо. И если мы свернём в другой тоннель, это не значит, что мы потеряем направление движения. Я чувствую нужную точку. Но идти здесь неправильно. Пусть я не могу объяснить - но если моё подсознание говорит, что стоит свернуть, нам действительно стоит это сделать. Идём назад, до ближайшего поворота. А том разберёмся.
   - Не называй меня идиотом. - Вполне доброжелательно буркнул Келл. И тут тоннель покачнулся и поплыл. Стены выгнулись, словно волна в море, а пол пошёл мелкой рябью.
   - Твою мать!
  

Глава 11.

   Кирилл покачнулся и едва успел выставить ладони перед собой, чтобы не встретить носом пол. А вот Келл вполне грамотно качнулся на полусогнутых и всё-таки устоял.
   - Что это? - Голос блондина был хриплым от волнения, но кричать ему не пришлось. Все изменения тоннеля происходили в полнейшей тишине.
   - Чтоб я знал! - Сноходец проворно собрал себя в кучку и с нижний позиции дал старт в обратном направлении.
   - Ходу, ходу, ходу! - Это он проорал уже на бегу, не удосужившись впрочем, убедиться, что Келл следует за ним. Но тот следовал.
   Словно бы в ответ на их действия, пространство изогнулось, и пол пошёл гигантскими волнами. Кирилл до боли сжал зубы, а за спиной раздался полузадушенный вскрик, застигнутого врасплох маньяка. Почему-то всё происходящее напоминало фантастический сюжет, словно тоннель желает их съесть. Сноходец не глядя поймал не удержавшего равновесия Келла за запястье и практически на одном усилием воли вырвался из зыбкого пространства. Тоннель за их спинами просто схлопнулся, оставив звучать в ушах лишь звенящую пустоту и частый звук сердцебиения.
   - Что... что это было? - Келл обратил на него совершенно шальной взгляд. Кирилл глубоко вздохнул, заставляя неугомонное сердце успокоится и пожал плечами. Ответа он не знал. Только был счастлив, что "это" уже ушло. Теперь на месте злосчастного коридора находился тупик.
   - Поднимайся, надо искать другой путь.
   И первым подал пример, отрывая тяжёлое от недавнего выброса адреналина тело от пола и заставляя себя двигаться вперёд. Оставаться на прежнем месте почему-то не хотелось. В этом Келл был с ним согласен.
   Блондин так же пристроился у сноходца за спиной. Но теперь он нервозно поглядывал по сторонам или поспешно оборачивался, словно считал, постепенно удаляющуюся стену тупика смертельно опасной. Кирилл повернулся было, чтобы угомонить испуганного спутника, но встретив его взгляд, только закрыл рот и отвернулся.
   Глаза Келла из серых стали красными. Можно конечно посчитать, что это занятный оттенок карего, но всё равно. Почему он изменился? Да и не гоже сноходцу обманываться. Под белёсыми ресницами настороженно посверкивали багрово-красные радужки.
   - Келл, - Кирилл задумчиво нахмурился. Спросить или не спросить? Нужны ли ему чужие тайны и как отреагирует маньяк, если поймёт, что сноходец видел нечто, о чём тот предпочёл не распространяться. - Не стоит так волноваться. Если что-то случится, я обязательно почувствую. И значительно раньше, чем сможешь сделать это ты. Так что не нервничай понапрасну. Ты только вымотаешь себя.
   Пожалуй спрашивать сейчас и нет необходимости. Если его контроль продолжит так же рассыпаться на глазах, то скоро сноходец сам обо всём узнает. А вот терпеть рядом дерганого напарника, который в нужный момент просто не сможет адекватно отреагировать, может оказаться опасно.
   Келл нервно хохотнул.
   - Пожалуй. Но ты ведь не знаешь, что это такое было?
   Кирилл пожал плечами. Тоннель вокруг успел принять прежний вид серых стен и множество трубопроводов над головой.
   - Не важно. Главное что я могу чувствовать его присутствие. Это важнее чем знать его энциклопедическое определение.
   - Точно, - Келл мрачно усмехнулся.
   Перед ними наконец-то возник поворот в соседний тоннель. Кирилл шагнул вперёд и довольно кивнул головой. Всё верно, нужная им точка выхода немного сместилась, но всё ещё оставалась в пределах маршрута. Пожалуй можно считать, что хоть с этим он не ошибся. Во многом это место и впрямь повторяло законы сновидений.
   Они шли ещё долго. В какой-то момент даже Келл понял что только сильнее выматывает себя лишним беспокойством и шёл вперёд, ограничившись разглядыванием коридора. Чтобы засечь любые изменения, способные предвещать опасность.
   А потом внезапно тоннель кончился. Буквально ещё минуту назад они шли по бесконечному лабиринту, и в следующее мгновение стены словно бы растворились в туманной дымке. Под ногами ещё был знакомый пол, а за спиной привычный коридор, но перед ними раскинулось широкое болото. Насколько хватало глаз, оно тянулось до самого горизонта. Из ушей словно вынули вату, всё вокруг наполнилось звуками стрекотания насекомых, лягушачьим кваканьем и птичьим щебетом. Стало также немного светлее. Всё небо было затянуто тяжёлыми предгрозовыми тучами. И кое-где, над болотом поднимался туман, мягко стелясь над водой.
   Ощутив сырость, принесённую к ним с ветром, Кирилл зябко передёрнул плечами. Он вопросительно посмотрел на Келл и едва приметно вздрогнул. Черты лица блондина заострились, враз сделавшись какими-то хищными. Морщинки около глаз и у рта стали заметнее, но это вовсе не добавило ему возраста. Напротив, теперь он напоминал совершенством черт скорее какую-то статую. Вне времени. Вне возраста. Красные глаза холодно рассматривали пейзаж.
   - И что это такое? - Голос его стал словно глубже, но как-то гармоничнее.
   - Болото, - недовольный из-за собственного страха, буркнул сноходец. - Сам что ли не видишь?
   Келл тяжело вздохнул. Он раздражённо повёл плечом и повернулся к Кириллу.
   - Нам снова искать обходной путь, - Прозвучало скорее утверждением, нежели вопросом.
   - Не обязательно, - Кирилл прислушался к окружающей обстановке. Кажется, такой ответ удивил Келла.
   - Но ведь это же, как в прошлый раз, разве нет? Только тогда изменился вид коридора, а теперь он вовсе исчез.
   Кирилл решительно потряс головой.
   - Вовсе нет. Похоже на этот раз без подвоха. Нам всё ещё в эту сторону. - Сноходец показал в направлении по левую руку от них.
   - Только я не умею ходить по болотам. А ты?
   Если честно, Кирилл в тайне надеялся на положительный ответ, но Келл только растерянно поднял брови. Сноходец тяжело вздохнул и махнул рукой. Ну, значит не судьба.
   - Значит, научимся в процессе. - Он решительно вышел из-под свода коридора и, сделав пару шагов, развернулся, критически разглядывая откровенно искусственно насыпанный холм, в котором словно прорубленное, выглядывало другое пространство.
   Ноги сноходца, обутые в мягкие тапочки, на очень тонкой подошве, мгновенно промокли от влажно травы. Кирилл только решительно хлюпнул носом.
   - Выйди-ка оттуда, - кивнул он Келлу.
   - Здесь твёрдая земля. - Тот послушно вышел и встал рядом со сноходцем. Деловито оглядев окрестности, он озабоченно нахмурился.
   - Ночью тут станет холодно. И до того момента лучше будет найти сухое пространство для лагеря. Судя по тому, что сейчас достаточно светло, не смотря на такие густые облака, день в самом разгаре. Мы можем успеть найти место под ночлег.
   Может по болотам он раньше и не ходил, но рассуждал весьма уверенно. Кирилл смерил его задумчивым взглядом и покачал головой.
   - Честно говоря, я не уверен, что здесь вообще будет сменяться время суток. Всё же это не реальный мир. Да и сон нам здесь не нужен.
   Кирилл задумчиво прикрыл веки. И всё-таки в словах Келла был смысл.
   - Но так же я не могу гарантировать, что этого не произойдёт. В любом случае, идти в темноте мы не сможем. И если вечер здесь всё-таки действительно наступит, тогда мы найдём безопасное место.
   Блондин согласно улыбнулся.
   Кирилл поспешно отвернулся, всем своим видом демонстрируя как ему интересна окружающая их топь. Улыбка Келла не была слишком широкой или радостной, она призвана была только продемонстрировать его одобрение решением Кирилла. И всё равно вызвала в сноходце неоднозначные чувства.
   Это что, были... клыки?...
   - В любом случае. Я совершенно не представляю как нам пройти топь. Если у тебя есть свежие идеи, прошу - высказывайся.
   Если предположить, что внешность Келла начала соответствовать содержанию, то у Кирилла явно проблемы. С другой же стороны, а собственно почему? Надо мыслить логически. Пусть даже прямо сейчас хочется с криком убежать куда-нибудь за горизонт.
   В конце-то концов, даже если это настоящая внешность, это вовсе не значит, что она соответствует представлениям сноходца. Мало ли у кого могут быть клыки и красные глаза. Вовсе не обязательно полагаться в своих суждениях на бульварную прессу. Или многочисленные фильмы. Или ещё более многочисленную литературу.
   Кирилл злобно дёрнул себя за косу. Келл удивлённо на него посмотрел.
   - Думаю, стоит подыскать нечто для прощупывания почвы. И может что-то чем можно было бы соединить нас. Не верёвку, так хоть какую-то лиану. Так если один попадёт в трясину, второй его вытянет.
   Кирилл одобрительно покосился на напарника и внезапно успокоился. В конце-то концов. Это же только сон. А он распереживался, словно в тёмном переулке его встретил. Напротив, сейчас есть вероятность сделать их путь значительно легче. Стоит разобраться с этим теперь, пока есть возможность.
   - И ещё один вопрос. - Кирилл старался сохранять максимально безразличный вид и, кажется, это у него получилось. - Если у тебя есть в реальном мире возможности недоступные для обычных людей, но привычные для тебя - они будут здесь работать. И если есть что-то способное помочь нам, то лучше скажи об этом сейчас, дабы я знал на что рассчитывать.
   Келл замер, словно окаменев на секунду, и тут же плавно повернул голову в его сторону, внимательно всматриваясь в лицо сноходца.
   - Почему ты об этом спрашиваешь?
   Кирилл мысленно похвалил себя выбранный тон. Деловые интонации должны были настроить маньяка на практичный лад.
   - Твоя внешность поменялась. - Келл настороженно сощурился. - Поэтому, если ты внезапно умеешь обращаться в летучую мышь, это сильно бы облегчило нам путь.
   В ответ Келл рассмеялся. Он попытался сразу что-то сказать, но новый взрыв смеха помешал ему это сделать и Кирилл просто ждал, когда он успокоится.
   - А ты очень практичный парень, да? - Теперь его улыбка была и впрямь широкой. Можно даже сказать беззаботной. Сноходец с любопытством первооткрывателя разглядывал клыки.
   - Ну, во-первых, да. - Он поджал плечами. - А во-вторых, почему бы, я не могу себе этого позволить, если здесь ты не можешь угрожать мне тем же чем в реальности.
   - В смысле, что раз нам не нужна еда и сон, то и кровь твоя мне не пригодиться. Так что ли?
   Келл откровенно забавлялся.
   - А ты, правда, вампир? - По-детски непосредственно округлил глаза сноходец. Он до последнего не верил очевидному. Келл снова расхохотался.
   Он пробовал остановиться, но при новом взгляде на сноходца заходился с новой силой, и Кирилл обиженно надулся. Да, он знал что удивлённое выражение делает его и без того не презентабельную внешность ещё более детской, но это вовсе не повод так ржать!
   - Да, я вампир. - Смог всё же угомониться блондин и в последний раз коротко хохотнул. - Но, к сожалению, для нас обоих, я не превращаюсь ни в летучую мышь ни в туман. Придётся идти по старинке.
   Кирилл неохотно кивнул. Но вероятность была большая, он не мог не попробовать.
   - Правда, я всё же не человек, - оптимистично продолжил Келл. Забавно, теперь, когда он осознал изменения в своём облике, он стал как-то свободнее и даже... добрее?
   Возможно дело в том, что новый облик напомнил ему о его силе, и теперь он больше не чувствовал себя столь зависимым от сноходца и беспомощным в теперешних обстоятельствах. Следующие слова только подтвердили эту идею.
   - Так что я сильнее, быстрее, выносливее и с координацией движений у меня лучше, что при нынешних обстоятельствах может быть важно. Да и ночь, когда она наступит, не станет для меня большой проблемой. Даже наоборот.
   Кирилл задумчиво кивнул. Пожалуй, изменения в спутнике сделали его только лучше и не только характер. Вот разве что за деньгами Кирилл к нему потом не придёт. Пусть подавится, клыкастая рожа.
   - Ладно. Это тоже не плохо. Тогда ищем какие-нибудь палки и что-то вроде троса. И в путь. Если здесь и впрямь наступит ночь, нам придётся не сладко.
   Вопрос с палками решился быстро и даже словно сам собою. На этой искусственной насыпи, чужеродно смотрящейся на фоне бескрайнего болота, росли чахлые, но вполне пригодные по длине деревца. Келл, недолго думая обломил пару тонких стволов и в несколько движений избавил их от веток. С веревкой, зато возникли проблемы.
   Они обыскали всё однозначно безопасное пространство вокруг выхода из серого коридора, но ничего подходящего не нашли. Разве что Кирил издалека, увидел быстро скрывшийся в камышах хвост полоза, но это была единственная напоминавшая верёвку находка за всё время. В конечном счете, Келл предложил идти так, просто не слишком далеко друг от друга. Сноходец покачал головой.
   - Так не годится. Я слышал, что если попадёшь в глубокое место с холодной водой, можно утонуть за секунду. А из-за топи уже никогда не всплыть. Нужно что-то.
   Он задумчиво дёрнул себя за косу и с сомнением на неё покосился. Келл расхохотался.
   - У тебя конечно длинные волосы, но всё же не настолько.
   - Заткнись, придурок. - Разозлённой змеёй зашипел на него Кирилл, как на всякого, кто брался комментировать его внешность в сновидении.
   Он оперативно принялся расплетать косу, высвобождая белоснежную шёлковую ленту. Сложенная вдвое, она была значительно длиннее косы.
   - Лента? - Хмыкнул вампир. - Всё равно коротковата.
   Вздохнул разочарованно, когда Кирилл полностью расплёл волосы. Тот только раздражённо покосился на напарника и откинул пряди за спину. Взял всё ещё сложенную пополам ленту посередине, так что одним кулаком сжимал очень крепко, а второй зажал между большим и указательным пальцем. Локти широко разведены в сторону, а глаза закрыты.
   Минута спокойствия и рука, зажатая в кулак, остаётся на месте, а вторая делает широкое движение в сторону, словно рывком вытягивая ленту. И та поддаётся, взлетая белой линией и вытягиваясь вдвое против своего прежнего размера со звуком, с каким громко хлопает резко натянутая ткань.
   Кирилл выдохнул и, открыв глаза, удовлетворённо оглядел творение рук своих.
   - Ну, вот. Теперь у нас есть верёвка.

Глава 12.

   Кирилл отдал ленту Келлу, чтобы обвязался первым, а сам выдернул алый шнурок из рукава и стянул волосы в низкий хвост. Должно быть, красный шнурок на фоне каштановых волос смотрелся тоже неплохо, но конечно не так эффектно, как белая лента.
   - Ну, что, - уточнил Келл, - ты идёшь первым, проверяешь путь и указываешь направление, а я, если вдруг что, тебя вытащу.
   Кирилл кивнул и подёргал за узел на ленте. Кажется, держит.
   Сначала двигались осторожно ступая. До сноходца никак не доходило, каким образом надо проверять дно перед собой при помощи огромной палки. Он, конечно, тыкал для поформы в почву, если вода скрывала землю больше чем на пару пальцев, но сильно сомневался, будто это им помогало.
   - Дави сильнее, - слышались из-за плеча советы. - Ты должен быть уверен, что земля там выдержит твой вес.
   - Давлю, давлю, - Бурчал сноходец себе под нос. - Нормально всё. Не провалился же пока.
   - Пока, - язвительно передразнивал вампир. - Когда провалишься, поздно будет.
   - Ну, покаркай мне тут ещё. - Разозлился Кирилл.
   Вода то становилась выше, доходя до середины икр, то исчезала полностью, позволяя идти по твёрдой земле.
   Ноги то и дело цеплялись за многочисленную растительность и скользили на иле. Бесконечные неровности и давно уже вымокшие ботинки и брюки дарили много неприятных ощущений, и Кирилл раздражался тем больше, чем дальше они шли.
   Палка оттягивала руки и с непривычки сильно мешалась. Её то и дело тянуло закинуть на плечи, для поддержания равновесия. Казалось что так от неё пользы будет существенно больше. Либо вообще выкинуть далеко в кусты и забыть об этом балласте. Пальцы, то и дело натыкались на сучки и занозы, а ноги с каждым шагом всё тяжелее было переставлять в воде.
   Очередной шаг ознаменовался хлюпаньем от вступления в грязь и внезапно Кирилл провалился до середины бедра. Его качнуло, и только верная палка помогла не макнуться лицом в зеленоватую от флоры и перегноя жижу.
   - Ой...
   - Что "ой"! - Передразнил его за плечом язвительный голос. - Ты каждый шаг проверять должен. Иначе, зачем мы тебя вперёд поставили?
   - Это ты поставил. - Раздражённо заметил сноходец пытаясь вытащить ногу, чтобы отойти на шаг назад. И тут же провалился до пояса. - Мама...
   Придушенный писк и Кирилл застыл, всё равно чувствуя, как его медленно засасывает вглубь. Лента на поясе натянулась и больно впилась в живот.
   - Тихо. - Голос за спиной сочился ласковым спокойствием. - Не паникуй. Сейчас вытащу. Главное, не двигай и не мешай мне.
   Его действительно мягко потащило назад, но трясина весьма неохотно расставалась со своей жертвой. Кирилл закусил губу, одной рукой вцепившись в ленту на животе, чтобы она не так сильно врезалась в тело, а другой пытаясь не оставить в жидкой грязи палку. Келл вытягивал его плавно, можно даже сказать размеренно, дабы не порвать такую тонкую "нить", связывающую его с утопающим сноходцем.
   Почему-то в этот момент, Кирилл больше всего боялся, что его лёгкие тапочки соскочат с ног и останутся в трясине. Самая глупая мысль, которая только могла возникнуть в его голове. И, тем не менее, только оказавшись рядом с вампиром, Кирилл искренне порадовался, что обувь-таки осталась на ногах. Такая же тяжёлая, и полная грязи как и он весь. Замечательно.
   - Ты в норме? - Красные глаза внимательно всмотрелись в его бледное лицо. Кирилл передёрнул плечами.
   - Да, только замёрз. Ног уже давно не чувствую. Вода очень холодная.
   - Правда? - Келл хмыкнул. - Ну, могу тебя ещё кое-чем "порадовать". Скоро наступит ночь.
   Он ткнул пальцем с длинным аккуратным когтём в тучное небо.
   - Ты может и не заметил, но тут постепенно темнеет. Нам надо найти место для ночлега.
   Кирилл застонал сквозь сжатые зубы и глухо ударил ладонью по лбу. Вампир полностью прав. Небо было всё так же затянуто тучами, но вокруг стало заметно темнее. Сумерки скрывали цвета, постепенно превращая мир в серое марево. Туман до того лишь кое-где поднимавшийся над водой, теперь равномерно затягивал всё болото.
   - Надо найти сухое место. Ночь пересидим там.
   Вампир согласно кивнул и, дёрнув за плечо, одним движением поставил сноходца на ноги.
   - Хорошо ещё, что тут нет никаких комаров. Даже забавно. Издалека я вроде всяких насекомых вижу, а близко, даже к тебе ни одно не подлетает.
   Кирилл кивнул. Теперь он всем весом наваливался на палку, одновременно давая отдых ногам и заодно выискивая достаточно прочный путь. Топь показалась излишне гостеприимной.
   - Это всё же не настоящее болото. Всю экосистему мы только придумываем. И вообще, не думай об этом много. А то твоя фантазия меня потом и съесть может, если в неё слишком сильно поверить.
   Келл рассмеялся и поспешил успокоить сноходца.
   - Да я уже и не помню что это такое, когда тебя кусают насекомые. Ко мне они давно потеряли интерес.
   Кирилл только завистливо вздохнул.
   К тому моменту, когда они нашли сухую землю больше двух метров в диаметре, Кирилл успел ещё дважды провалиться в трясину, и потемнело достаточно для того, чтобы перестать различать предметы дальше пяти метров впереди. Да ещё и поднявшийся туман практически полностью скрыл окружающее, так что последнее полчаса вперёд вышел Келл. Они решили, что важнее сейчас найти место под стоянку, чем сохранить правильность курса. Так что вампир, со своим ночным зрением вёл сноходца, одной рукой управляясь с шестом, а другой, удерживая Кирилла за запястье, дабы он не провалился в очередной раз.
   - Останемся здесь - выдохнул Келл, садясь на землю и утягивая сноходца за собой. - Едва ли сейчас мы найдём что-то лучше.
   - Пожалуй.
   Кирилл чуть дрожащей рукой отложил собственный шест и вытер влажное лицо относительно чистым рукавом. От холода он практически не чувствовал ног. Из за окружающей их воды, грязи и тумана одежда и волосы отяжелели, а на теле появилась испарина. Мышцы болели и ныли. Бёдра, спина и руки - всё казалось, протестует против такого обращения. Кирилл с сожалением подумал, что происходи всё в реальном мире, тогда и то было бы легче.
   - Ты плохо выглядишь, - Настороженно заметил Келл. - Может, поспишь немного? Тебе стоит восстановить силы, пока есть такая возможность.
   Кирилл только усмехнулся.
   - О чём ты? Я к твоему сведенью и так сплю. Как собственно и ты. Моя усталость скорее эмоциональная. Мы очень долго находимся в этом мире. На самом деле, чем скорее мы выберемся отсюда, тем лучше. А так... я сейчас немного помедитирую, конечно, но полностью восстановлюсь, только когда вернусь в своё тело. Мне здесь... тяжело. - Вынужден был признаться сноходец. - Даже странно, что на тебе это никак не отражается.
   Вампир пожал плечами и неуверенно покосился на спутника.
   - Ну, ты же говорил что это из-за того, что ты постоянно используешь свои силы, дабы знать, куда нам идти. Я же ничего не делаю. Для меня вообще практически нет разницы между этим миром и реальным. Если бы мне не хотелось есть я и вовсе не подумал бы, что нахожусь во сне.
   Кирилл покачал головой и зябко передёрнул плечами. Туман становился всё плотнее, а воздух всё холоднее. Сноходец обхватил себя руками и постарался унять дрожь. Реальность вокруг или нет, но холод его просто убивал.
   - Скорее всего это из-за того что ты... ну, не человек. Возможно, это позволяет тебе так легко переносить пребывание в этом месте. Впрочем это и к лучшему. Если даже мне становится плохо, то будь ты обычным человеком и чувствовал бы себя значительно хуже.
   - Вообще, вполне жизнеспособная теория. - Келл согласно кивнул и присмотрелся к сноходцу. - Ты что, дрожишь?
   В голосе слышалось неподдельное удивление, и Кирилл раздражённо на него окрысился.
   - Тут вообще-то довольно холодно, а я весь вымок. Впрочем... - Он вздохнул, принял более цивилизованную позу. Выпрямил спину и сел на колени. Немного сосредоточенности и концентрации силы и одежда сноходца плавно подёрнулась дымкой. Мгновение и костюм стал сухим и опрятным, словно бы не в нём целый день по болоту лазали.
   - Так лучше. Да и теплее. - Кирилл довольно кивнул головой. Хотя лёгкая дрожь всё ещё сотрясала тело, но в сухой одежде он почувствовал себя несколько лучше.
   - Удобно. Только не вредно ли тебе тратить силы на такую ерунду, если ты и без того чувствуешь себя не лучшим образом?
   Озабоченность в голосе вампира звучала странно. Но Кирилл только покачал головой.
   - Ты прав, это ерунда. Она сильно не повлияет на ситуацию. А если я буду чувствовать себя хоть немного лучше - значит оно того стоит.
   - Ну, смотри, - подозрительность Келла была, пожалуй, более оправдана. - Главное чтобы ты завтра смог идти. Чёрт знает сколько ещё до того места, о котором ты рассказывал.
   Кирилл потянулся к вампиру, тот конечно так не нырял, сколько это делал он, но думается, если высушить ему одежду, он не будет против.
   - Вот, так ведь лучше. - Сноходец прикоснулся к руке вампира, настраиваясь и направляя силу вовне.
   - Лучше, - вынужден был признать Келл.
   - А это ещё что такое? - Возмущённо воскликнул сноходец.
   - Что?! - Поспешно вскинулся вампир, настороженно оглядываясь вокруг.
   - Почему ты тёплый? - Кирилл изумлённо вцепился в запястье вампира.
   - А почему собственно нет? - Келл фыркнул. - Или ты думал. Что я как ходячий мертвец буду холодным? А вот ты совершенно ледяной. - Он нахмурился, - такое твоё состояние точно нормально?
   - Да откуда же мне знать, что вообще собой представляют вампиры? Я до сегодняшнего дня вообще не думал, что вы существуете. - Кирилл с сожалением отпустил такую тёплую конечность и свернулся поплотнее, обхватив колени руками. Келл в ответ на это заявление язвительно расхохотался. - Здесь я чувствую почти как в реальности. По крайней мере пока не проснусь, особый разницы не будет. Едва ли моё состояние скажется на теле, но не сказал бы, что это приятно, чувствовать всю эту сырость.
   - То есть, - осторожно осмысливал услышанное вампир. - Даже не смотря на то, что тут ты не заболеешь, и после пробуждения это не скажется на твоём теле. Сейчас тебе так же холодно и плохо, как если бы это всё происходило в реальности?
   - Ну, - Кирилл подышал на озябшие пальцы. - Как-то так. Да.
   Минуту царило напряжённое молчание.
   - Надо бы тебя как-то согреть. - Раздалось с его стороны озабоченное. - Люди до неприличия хрупкие и ужасно быстро смертные. А тебе ещё надо вывести нас из этой дыры.
   - Только не вздумай искать в этих потёках хворост, - невнятно пробормотал Кирилл. "Быстро смертные", да ещё и "ужасно" ну надо же. Обвинить его, что ли в расизме? Или загрызёт? - Я тебя потом не буду из болота вытаскивать.
   - Да нам всё равно его разводить нечем. - Вампир задумчиво поёрзал. - Ну, хочешь, я тебя обниму?
   - Всю жизнь мечтал. - Кирилл хохотнул. - Кстати, а ты-то, почему такой тёплый?
   - Да всё просто. Непонятно вообще, откуда произошла часть легенды, будто мы живые мертвецы. Если бы наше сердце не билось, то соответственно и кровь с питательными веществами не добиралась бы до внутренних органов. Так что постепенно мы начали бы разлагаться и разваливаться как обычные трупы. О каком тогда бессмертии тут вообще можно говорить? Естественно, что раз сердце бьётся, я не могу быть холодным. Только обычно сердцебиение у меня крайне медленное, впрочем, как и у всех вампиров. Но при необходимости я могу её и поднять, если это требуется для комфортного существования.
   Кирилл задумчиво склонил голову к плечу. Звучало всё до отвращения научно и логично.
   - Ладно, не упрямься. - Келл переполз поближе к сноходцу и, после короткой возни заставил облокотиться спиной себе на грудь. - Обещаю не кусать. Хотя пахнешь ты очень вкусно.
   Он обхватил замеревшего сноходца за плечи и шумно втянул воздух над шеей.
   - Ты же понимаешь, что на деле тебе не нужна здесь моя кровь? - Настороженно уточнил сноходец, готовый отскочить подальше от этого маньяка, как только тот чуть расслабит хватку.
   - Конечно. Я не голоден. - Миролюбиво согласился Келл, и не думая разжимать объятье. - Говорю же, можешь расслабиться. Я не голоден и контролирую себя. Постарайся лучше согреться. Тебя всё ещё трясёт. Или теперь уже от страха?
   Весело добавил кровосос.
   - Кретин ты. - Отказался признавать очевидное сноходец. И внезапно заинтересовался. Любопытство даже пересилило осторожность, да и прижимающийся к спине тёплый вампир действительно изрядно помогал согреться. - Слушай, но кровь же вы всё-таки пьёте?
   Кирилл почувствовал кивок.
   - Пьём. Это как раз, правда. Но по большей части, взрослый вампир способен себе контролировать и достаточно долгое время обходиться без этого. Могу рассказать подробнее, если тебе интересно.
   Сноходец вздохнул, взвешивая, что в нём сейчас сильнее, осторожность или любопытство. Любопытство победило.
   - Интересно. Раз уж вы существуете (что конечно весьма прискорбно), стоит всё-таки располагать какой-нибудь информацией.
   Келл хмыкнул.
   - Какой рассудительный. Хотя вы маги все такие. Профессиональное да?
   Кирилл поёжился.
   - Не понимаю о чём ты.
   - Ну, конечно. - Насмешливо фыркнул вампир. - В общем... честно говоря первый раз такую лекцию устраиваю для кого-то, кого не собираюсь обратить.
   Сноходец замер и постарался не дышать. Вставшая перед глазами перспектива получилась какая-то совершенно безрадостная.
   - Ладно... вампиры действительно пьют кровь. И если выпить кровь человека, а потом дать отпить ему моей крови, он станет вампиром. Но на самом деле нас не так уж и много. Нельзя дать человеку кровь случайно. Кандидат тщательно подбирается. Какой смысл растрачивать кровь и силу на кого-то, кто не выдержит бремени и либо умрёт сам, либо подставит всех. Ты, наверное, слышал, что вампиры это Повелители Ночи? - Келл усмехнулся. - Так вот это так! Сильно звучит, ага? На самом деле ты поразишься, какое количество людей желает стать одним из нас. Даже при том, что большинство верит, будто мы ходячие мертвецы. На деле же, мы действительно весьма и весьма сильны. Не знаю, правда, есть ли у нас душа или нет, как утверждает церковь, но, во всяком случае, на мою повседневную жизнь это не влияет. Сам посуди. Я силён, быстр, ни один человек не может противостоять мне. Плюс, мне подчиняются такие силы, о которых ты и не представляешь. Людей можно понять. Кто бы не хотел для себя такой жизни?
   - Я, - тоскливо пробурчал Кирилл, всё ещё нервничая из-за оброненной фразы про обращение.
   - Ты не считаешься, - совершенно беззаботно отмахнулся от него Келл. - Ты маг, а маги сами по себе живут хорошо и долго.
   - Я не маг. - Ещё тоскливее протянул Кирилл. Вампир над его плечом удивлённо замолчал.
   - Тогда потом о себе расскажешь. - Заинтересованно выдохнул Келл.
   - Короче, самую большую опасность представляют новообращённые вампиры. Птенцы не способны самостоятельно контролировать голод, и стремятся сожрать любого, кто окажется поблизости. Но это если малыш остаётся один. На деле у каждого птенца есть свой мастер, который заботится о нём. Обучает и кормит. Считается дурным тоном обратить человека и оставить разбираться со всем самостоятельно. Вернее будет сказать, это стало считаться дурным тоном сравнительно недавно. Только, когда люди стали лучше следить за себе подобными, и массовые убийства перестали проходить незамеченными. Сейчас этого почти нет и должен сказать на нас это отразилось в лучшую сторону.
   Кирилл недоверчиво хмыкнул.
   - Напрасно ты сомневаешься. - Сноходец почувствовал, как вампир покачал головой. - Ты не представляешь, как сильно на психике новообращённых сказывалась необходимость самостоятельно справляться с последствиями перерождения. Не упоминая о том, что одна треть вовсе не выживала. Зато оставшиеся становились очень сильными вампирами. Им уже не был страшен солнечный свет, и не нужно было так часто питаться человеческой кровью. Другое дело, что психологически практически никто не сохранял адекватного состояния. Большинство наслаждалось убийствами и жестокостью. Так что теперь, когда за птенцами присматривают с самого начала, подобные последствия сошли на нет. Взросление и обретение силы происходит пусть медленнее, зато равномерно и безопасно. Для нас это большое достижение. Теперь, когда человечество поднялось на высокий уровень общественного самосознания, мы не могли оставаться в дремучем средневековье. Хотя кое-кто всё ещё пытается.
   - Ты так рассказываешь, словно сам продвигал эти реформы в вампирьи массы.
   Келл мягко расхохотался.
   - Так и было. Ну, не я один конечно, но признаться это то, чем я действительно горжусь. Человеческих жертв стало в разы меньше, и за это вам людям стоило сказать спасибо.
   - Спасибо, - саркастически отозвался сноходец. - Что едите нас не там много как раньше.
   - Всегда, пожалуйста. - В том же тоне отозвался Келл. - Не понимаю, на что ты обижаешься. Это пищевая цепочка. Никто не виноват, что люди в ней ниже вампиров.
   - Ну, конечно. - Кирилл прикинул кое-что из услышанного про себя. - То есть солнца вы не боитесь. По крайней мере, хоть сколь-нибудь взрослые. А чеснок. Осина, серебро?
   - Святая вода. - В тон ему продолжил вампир. - Чеснок нет. Кидаться им бесполезно, а человеческую пищу мы не едим. Осина, как и любое другое дерево забитое как велит история в сердце полностью останавливает вампира, обездвиживает и постепенно убивает. По банальной причине. Получив столь обширные повреждения сердца, наш организм стремиться зарастить его, но находящийся в ране кол мешает это сделать и в итоге вампир умирает. Эта часть легенды правда. Серебро вообще не имеет никакого значения для нас. А вот оборотней оно действительно обжигает. Можешь запомнить - пригодиться.
   - Постой, оборотни? - Кирилл попытался оглянуться, но уже давно потемнело настолько, что и сидящего впритык вампира было не видно. - Потрясающе, так они тоже существуют.
   - Да. Ты какой-то неправильный маг. - Пожаловался Келл. - Вообще ничего не знаешь.
   - Наверное, потому что я не маг. - В очередной раз напомнил Кирилл. - Ладно, про оборотней потом расскажешь. Что там со святой водой?
   - Как любой жреческий символ имеет определённую силу, но в бою против вампира, я бы на него рассчитывать не стал.
   - Ладно... а что там со входом в дом?
   - Если не освящён, то свободно.
   - Уху... ясно, - Кирилл прикинул, освящался ли дедушкин дом и как бы собраться и освятить городскую квартиру.
   - Так, про вампиров я вроде бы рассказал. А теперь ты. И почему ты не маг?
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"