Прудков Владимир: другие произведения.

Хорошая погода, не правда ли?

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 9.47*4  Ваша оценка:


  В воскресенье Наталья проснулась рано, намереваясь съездить в город. Мать попыталась подняться и проводить, но не смогла, споткнулась и села на пол. Наталья посадила её на кровать и покачала головой. Совсем дошла мамка, ноги не держат.
  Катенька тоже проснулась. Наталья наказала ей смотреть за бабушкой, пообещав привезти "гостинец". Шла по улице и грустно улыбалась, поглядывая на опустевшие дома. Вот здесь жила её подруга Верочка; переселилась совсем недавно, естественно, прихватив с собой чад. Большая, неожиданная потеря. Верочка ведь родила трёх погодков, и двое старших уже ходили в школу.
  Но что это? Голубые ставни открыты! Неужели вернулась? Наталья вошла во двор и взлетела на крыльцо. На веранде - незнакомый мужчина в возрасте. Однако статный, подтянутый. В нём угадывался бывший военный. Поди, полковник в отставке.
  - Купил под дачу, - объяснил он и облапал взглядом её ладную фигурку. - Будем знакомы. Павел Григорьевич.
  - Наталья. Извините, спешу.
  Разочарованно вышла и ускорила ход. Всю прошедшую неделю она была в хлопотах, осуществляя намеченный план. Так известно, что под лежачий камень вода не течёт. Нанесла визит дружку бывшего мужа. Впрочем, почему бывшего? Она ведь так и не развелась с Сашкой и носит его фамилию. К чему разводиться? Лишняя морока. А замуж во второй раз не собиралась.
  Посошок - детский друг Сашки. Надо отдать ему должное, никуда не уехал, прозябал здесь, оказывая мелкие услуги оставшимся старожилам: латал изгороди, чистил печные трубы, копал могилы. Он и ещё два его приятеля сидели на летней кухне и допивали бутылку, закусывая жёлтым салом. Она сразу объявила, что ей надобно узнать, где обитает муженёк.
  - Алименты хочешь вышибить? - вопросил Посошок и усмехнулся. - Не, мы друзей не сдаём. Верно, мужики?
  - Я по другому поводу, - заверила Наталья. - Какие с него алименты?
  - А! Ну, тогда гони стольник за информацию... Нет, лучше два. А то у нас финансы поют романсы, а природа шепчет.
  Сторговались. Выложив им купюру, она узнала, что её Сашка сейчас обитает в общаге от завода "Прогресс", на улице Энтузиастов. Это звучало обнадёживающе. Не на квартире у какой-нибудь шалавы.
  - Кем он там сейчас? - уточнила.
  - Грузчиком. Если ещё не вытурили. По крайней мере, когда я навещал, он взял отгул за прогул. - Посошок подхихикнул.
  Наталья поморщилась. Докатился муженёк. В последний раз ей донесли, что он подвизается в каком-то ночном клубе - нет, не музыкантом, как планировал, а охранником.
  - А если не алименты, что тогда? - полюбопытствовал Посошок.
  - Видать, соскучилась по мужскому телу, - ухмыльнулся второй мужик, едва ей знакомый, из другой деревни. - Так мы это... заменим.
  И третий мужик что-то вякнул. Этот - брат Посошка, приблудившийся к нему, когда лишился квартиры в городе. "Да уж, с вас заменители", - она не сказала, только подумала...

  До трассы, ведущей в город, три километра. И никто не подвёз. Ехали навстречу горожане. Грибники, ягодники. К счастью, когда вышла на шоссе, недолго ждала, в первой же проходящей маршрутке нашлось свободное место.
  Ещё можно подремать. Ночью спалось плохо. Не оставляли думы, росло беспокойство: выгорит ли затеянное? А если срастётся, выдержит ли? Такую ношу на себя взвалить! Ну, да всё можно стерпеть, получая в награду желаемое, без чего жизни не представляла.
  Больше месяца, как провела последний урок. Пятеро из её подопечных успешно закончили четвёртый класс. Осенью продолжат учёбу на центральной усадьбе. Беспутную мать второклассника Вани Стрельцова ещё зимой лишили родительских прав, и Ванечку забрали в районный детдом. В распоряжении остались... до почти никого, одной пятерни хватит пересчитать. И никакого прибавления, кроме Катюши, да и то, решила отправить её на учёбу на год раньше.
  На последнем звонке дети порадовали её цветами со своих усадьб, чтением стихов и пением акапелла. Паршивец Сашка в этот раз не аккомпанировал. Но всё равно было приятно, весело. Пили чай с печеньками. Милые, смышлёные ребятки, собственные Платоны и быстрые разумом Невтоны. С каждым годом их становилось всё меньше. Её учительский стаж девять лет, родила Катьку удачно, в летние каникулы, так что ни одного учебного года не пропустила... Да нет, стаж значительно больше! Первый урок провела, когда сама еще под стол пешком ходила. Сельчане доверяли, оставляли своих Васек, Серёжек, Колек, уходили на работу. Трактористы, полеводы, работницы ферм, ныне не существующих. Сад за домом. Чурбаки из сарая вместо парт. Она - за учительницу.
  - Дети, садитесь. Возьмите в руки карандаши. Сегодня мы с вами будем изучать букву ЩИ. Пишется она трудно, но что означает, легко запомнить. А можно даже и попробовать: со сметаной вкусно.
  Ей самой-то семь лет, в сентябре в школу, первый раз в первый класс, но она уже умеет читать, рисовать всё буквы и учит ровесников: двух братиков, девочек-подружек, рыжего Лёньку, живущего напротив. Тот непокорно перекладывал карандаш в левую руку. В конце концов, она уступила, хотя и боялась, что потом получит выговор от настоящей учительницы за неправильное обучение. Где все теперь? Разъехались в поиске лучшей жизни. Братья подались на нефтяной север. Экая жалость! Они ж ведь тоже обзавелись детьми. В гости привозили. Но это давно. Теперь в отпуска всё больше в таиланды норовят.
  Даже близкий человек, её муженёк, отправился на поиски лучшей доли. Это случилось, когда убрали ставку завклуба. Перед отъездом Сашка хвастался, что его приглашают в вокально-инструментальный ансамбль. И её с Катей обещал перетащить в город. Хотя она об этом и не просила. А про маму, "тёщеньку", ни полслова, как будто не существовала.
  Навещать стал всё реже. Последние полгода не появлялся. Сельчане, перебравшиеся в город, рассказывали, будто Сашку "подцепила" богатая женщина, которая намного старше. "Да ну! - не верила. - Не может быть, когда есть я, молодая и пригожая" (про неё все так говорили). Увы, была по-деревенски наивна. А ещё доносили, что Сашка стал чаще заглядывать на дно стакана. Этому - верила. Он и в деревне пристрастился. Не пропускал ни одного веселья, участвовал во всех празднествах, играя на аккордеоне, гитаре, на горне, сохранившемся в школе с незапамятных времён. Даже бренча на ложках, мог извлекать мелодию...
  Талант, говорили все. Талант его и сгубил. А может, и не сгубил. Тут кто как считает. Что в деревне прозябать?

  Маршрутка, преодолев шестьдесят вёрст, завизжала тормозами на нерегулируемом перекрёстке, и Наталья вернулась в сиюминутную жизнь. Вышла у автовокзала. На площади толкалось много людей. К ним и обратилась.
  - Улица Энтузиастов? Завод Прогресс? - недоумевали прохожие.
  Никто не знал. Может, переименовали? Подсказала пожилая женщина, подробно объяснила, хотя Наталья обращалась вовсе не к ней.
  - Спасибо. Вы прямо как справочное бюро.
  - У меня там сын работал инженером, - пояснила старушка. - Потому и знаю.
  - А сейчас где ваш сын? - из вежливости поинтересовалась Наталья.
  - Дак вот же он, - показала на разряженного клоуна в красных шароварах, синей куртке и белоснежном колпаке.
  - Возьмите! - тут же подсуетился тот, сунул красочный листок с рекламой супермаркета, а старушке приказал: - Мама, не будь упряма. Не агитируй за совецку власть. Нам и эта всласть. Девушка, купите жвачку!
  Наталья отказалась. Проехала ещё полгорода, по пути зашла в сберкассу и сняла последнюю мамкину пенсию. Отыскала завод "Прогресс". Аршинные буквы над производственным корпусом. Правда, поверх первого этажа переливалась неоновым разноцветьем иная надпись, извещающая, что здесь находится культурно-развлекательный центр "Атлантида". И уже стояли на мощеной площадке несколько шикарных авто, а у парадного подъезда караулили два бритоголовых молодца.
  "Однако же, - удивилась Наталья. - Атлантида! Выплыла из небытия".
  Общежитием оказалась двухэтажка на задах, без балконов, бурого цвета, с облезшей штукатуркой. Наталья вошла вовнутрь и у седоусого вахтёра выяснила, где обитает Александр Паншин. Длинный коридор, двери по обе стороны, обшарпанные стены. Повезло, Сашка оказался на месте. Лежал на койке нестриженый и небритый, смуглявый и цыганистый.
  - Наташа? - поднялся, удивлённо поморгал опухшими глазами.
  - Собирайся, - без лишних слов сказала она. - Поедешь со мной.
  - Зачем?
  - Нужно, чтобы ты пару дней погостил в деревне.
  - Для чего нужно?
  - Для дела.
  - А в постельку пустишь?
  Она сглотнула дважды, спасаясь от рвотного позыва, но потом справилась с физиологией.
  - Ладно, там посмотрим. - Ведь откажешь, и всё, что задумала, рухнет.
  - Нет, ты определённо скажи! - настаивал он.
  - Ну, если только после бани, - пошла ему на уступку.
  Согласился. Да и судя по виду, не до того ему, чтобы тратить ошмётки энергии на любовные игры. Собирался недолго. С собой взял небольшой футляр с музыкальным инструментом. Наталья спросила, где его аккордеон, которым он будоражил по ночам деревню.
  - Меха порвались. Сейчас на дудке, называемой кларнетом, играю, - доложил беззаботно, но следом добавил, помрачнев: - Если, конечно, пригласят.
  Ага, поняла она, таких дудочников, пруд пруди. И спросила, куда ж это его не приглашают.
  - Не иронизируй, - скуксился Сашка. - Приличный ансамбль "Шире ноги". Рядом тут, при "Атлантиде".
  Ещё хотела узнать, почему он в оплёванной общаге обитает, а не в хоромах при богатой любовнице, но сдержалась. Может, сплетни. А если и не сплетни, то жди - разве исповедуется?
  До обратного рейса оставалось ещё несколько часов, и она повела муженька по магазинам. Купила недорогой, но вполне приличный костюм, светлую рубаху и галстук.
  - Разбогатела? - поразился Сашка.
  - Кредит взяла, - не соврала, кредит действительно брала, неделей раньше, когда начались хождения по мукам.
  Он выклянчил бутылку вина. Пришлось уступить, а то заупрямится и не поедет. Вино опорожнил тут же, у ларька, и расслабленно погладил себя по животу.

  На автовокзал поспели вовремя. Сели в маршрутку, Наталья заплатила за двоих. Расходы множились. Убаюкивающе шелестел асфальт. Стоп! Их развилка на ухабистую грунтовку. И опять пешедралом до родных Палестин. Ни одной попутки. Проскочил массивный джип, но Наталья даже руку не осмелилась поднять. На полпути Сашка выдохся и остановился. Вот горе-то луковое! А ещё в постельку напрашивался. Она сунула ему пластиковую бутылку с минералкой. Он утолил жажду и, набрав в пригоршню, протёр лицо.
  - А всё-таки, для какого дела ты меня тащишь? - поинтересовался и предупредил, что дрова рубить или картошку окучивать не будет.
  - Завтра узнаешь, - уклончиво ответила она.
  Когда проходили мимо дома, где родился и вырос, он пожелал зайти.
  - Нечего туда соваться, - придержала Наталья. - Там уже другие живут, твоя сестра распорядилась.
  - Как так? - удивился Сашка.
  Он еще не знал. Его сестра недавно перебралась в райцентр, а в дом поселила чету пожилых людей, беженцев из Донбасса. Наталья переселению золовки отнюдь не обрадовалась, лишившись ещё одного ученика, её сына Артёмку. Прилежный был мальчик. А уж Сашка, услышав новость, вообще возмутился.
  - Как посмела! Без моего ведома? Это ж наше общее наследство! - И откуда прыть взялась, вырвался и быстро взошёл на крыльцо. - Родительский дом! Надёжный причал! Куда я, в случае чего?
  Новые жильцы обескуражено выслушали молодца, объявившего себя хозяином.
  - Мы ж и деньги выплатили... почти все, - стушевался старик.
  Старуха стояла и мяла натруженными коричневыми пальцами кухонное полотенце.
  - Уже и дочке сообщили, ждём её.
  - А у вашей дочери есть дети? - тотчас влезла Наталья.
  Старик угрюмо молчал. На последующие вопросы отвечала бабка.
  - А як же, трое... внучата наши...
  - Какого возраста?
  - Малы ще, погодки, старшому девьять.
  - В школу ходят?
  - Ни. Билого свита не бачут. У нас там бомблять. Ночують в пидвале.
  Вот неожиданный подарок! Наталья чуть ли не борцовским захватом вывела муженька из "отчего дома", а он еще долго возмущался поведением "сеструхи", лишившей его доли законного наследства.
  - Молчи уж! - сдерживала рассерженного муженька, увещевала посулами. - Если отовсюду выставят, найдёшь "причал" у меня.
  - Ну, если так, - воспрял он. - Тоже вариант.
  Она, порывшись в сумке, сунула ему коробку с конфетами:
  - Вот, дочке дашь. От себя.

  Что он и сделал. Зашёл в её комнату и подал коробку: "Доча, это тебе". Катя поблагодарила, как всякая воспитанная девочка, и через минуту вошла в общую комнату уже с открытой коробкой.
  - Папа, угощайся.
  - Да я сладкое не ем. - Он хотел добавить, что на похмелье не ест, но счёл нужным эту подробность оставить при себе.
  - А в эти конфеты коньяк Арарат входит, - подсказала дочь. - Тут написано мелким почерком. .
  - Ух, ты! - удивился он. - Ты уже читать умеешь?
  - Да, мама научила. Бери больше, папа, тебе надо подлечиться.
  Он откушал конфет, но ни вкуса, ни даже запаха коньяка не обнаружил и подумал: "Неужели и на конфетных фабриках воруют?" Затем пообщался с "тёщенькой", по-прежнему сидевшей на кровати и вязавшей варежки.
  Наталья же, как прибыли, сразу принялась топить баню и, когда парилка набрала жару, отправила блудного мужа смывать грязь и накопившиеся грехи.
  - Ты это... может, спину мне потрёшь? - воодушевился он, красный, распаренный.
  - Обслужи себя сам, - отказалась она, выходя из предбанника.
  - Фу, как грубо, - крикнул вдогонку.
  Позже Наталья тоже помылась. Долго сидела на полке, поддавая пару. Пот мелкими струйками стекал меж освобождённых грудей. А когда, накинув халат на разгорячённое тело, вошла в спальню, Сашка лежал на "супружеском ложе", прикрывшись летним одеялом, чистенький и смиренный, в их бывшей семейной кровати.
  - А ну, выметайся, - прикрикнула она. - Иди в комнату, на диван.
  Сашка и не подумал.
  - А договор? - даже обиделся. - Дороже ж денег!
  Действительно, надо соблюдать, никуда не денешься. Да и смоется ещё раньше времени. Она легла с краю.
  - Наташа, Наташа... - залебезил он, запуская руку под ночнушку.
  Дверь в смежную комнатку, где лежала мать, оставалась приоткрытой. Она повернула голову, прислушиваясь.
  - Отстань, мама ещё не спит!
  - Так я щас, мигом дверь затворю.
  - Не вздумай! Мало ли что...
  Он ворочался, изнывая от нетерпения. Потом не выдержал, перелез через неё, надел штаны и рубаху. Только начало смеркаться; в открытое окно врывались запахи цветов и трав.
  - Стой! Ты куда?
  - Минуточку, - ответил, копошась, и уже из соседней комнаты сладким голосом: - Чо, тёщенька, не спится? Ну, сейчас я вам сыграю отходную.

  Волшебно зазвучал кларнет. Наталья улыбнулась. Знакомая ей с девичьих лет мелодия "Каравана". Нетрудно представить неторопливое шествие верблюдов по пустыне. И в самом деле убаюкивает. Она чуть не уснула... Какое там! Навалился, задышал горячо. Шептал на ухо, оскорбляя: "И всё-таки ты у меня самая лучшая", - значит, и похуже были? Вот про него она - лучший он или худший - сказать не могла. Не было у неё других мужчин. Да и этот, единственный, быстро отвалился, утомлённый, и больше не тревожил. Она ничего не почувствовала, ну, может, самую малость. Но теперь уже, перебив сон, не могла уснуть, всё более погружаясь в свои проблемы.
  Весной слегла мама. И раньше она жаловалась, а тут совсем обезножила. Приходилось разрываться, её обслуживая, занимаясь хозяйством, ну и, конечно, продолжая учить ребятишек. Правда, с ними она возилась с охотой, да что там, испытывая превеликое, постоянное удовольствие - не то, что сейчас. Директор средней школы Губанов, зазывая в кабинет, ласково называл педофилкой. "Я в буквальном смысле, - щурился, алчно поглядывая на неё. - Педофилия, если без извращения, это, всего лишь, любовь к детям".
  Коварно, рассчитывая, что она завязнет, плёл паучьи сети. Предлагал переехать на центральное отделение, обещал предоставить комнату в двухэтажном доме "для специалистов" и постоянное место в школе, много часов, повышение категории. Но куда ей; маму бросить? Не хочет она никуда. Уже и пообещала маме похоронить рядом с мужем на кладбище. Папа, бригадир строительной бригады, давно распущенной, много домов в ближних деревнях построил, работал, как ишак, и - надорвался.
  А притязания Губанова становились всё неотвязнее, настойчивее, и Наталья вспылила: не стыдно вам, женатому, приставать? "Так жаль мне тебя, Паншина. Ты не вдова и не мужняя жена". Когда его с возмущением отвергла, он даже с каким-то скрытным злорадством объявил, что её начальная школа на следующий учебный год не пройдёт лицензирование. Бюджет, мол, не потянет, в районе лишних денег нет. Бюджет представлялся ей тощей, измученной лошадью, которая не может утащить телегу с оставшимися тремя седоками со школьными рюкзачками за спиной. От непреходящего отчаяния хотелось локти грызть. Увы, не достанешь.

  С утра на западе появились тёмные тучи. И ветер подул. Неужели нагонит непогоду? Пойдёт дождь, по-летнему обильный, размоет дорогу - несчастный трехверстовый аппендикс, на который почему-то не хватило асфальта. Легковушкам не преодолеть.
  Наталья маялась, места себе не находила. Ещё раз прошлась по дому с тряпкой и метлой, всё поправляя и подчищая. Мать тоже проснулась, попросила чаю. Перед трапезой она привычно помолилась. Наталья хоть и не слишком верила, что Бог вмешивается в каждодневную суету людей, но... почему б не застраховаться?
  - Мам, ты попроси у Бога хорошую погоду. Хотя бы до вечера чтоб без дождя.
  - А для чего тебе, доченька? Пущай бы дождик огород полил.
  - Нет, мама. Пусть завтра польёт. Сегодня я гостей жду.
  - Хорошо, доченька, сичас попрошу. Подай-ка мне икону, - взяла иконку в одну руку, второй перекрестилась и стала нараспев приговаривать: "Владыко Господи Боже наш, мольбу мою нижайшую послушай, дождь на время удержати соизволь..."
  Проснулся Сашка, услышал и, удивившись, спросил: - Чтой-то моя тёщенька читает рэп без музыки?
  - Молится, чтобы бог хорошую погоду дал, - волнуясь, объяснила Наталья.
  - А! Ну это надо. А то я не смогу отсюда выбраться.
  - Ну, попроси и ты. У тех, кто тебе ближе: у чёрта лысого, у лешего, у зеленого змия...
  И ведь исполнилось! Тучи всё приближались, но расходились на два рукава, оставляя над деревней чистое небо, сияющее солнце. Неужели Бог услышал молитвы матери или нечисть откликнулась на просьбы мужа? Да нет, он ни у кого и ничего не просил; выдул кружку хлебного кваса, поморщился, не учуяв в нём крепости, и смылся в сад-огород, мимоходом бросив: "Пойду навитаминюсь".

  Гости появились в одиннадцатом часу. Боже, целая кавалькада! Машины одна другой краше. Впереди всем знакомый джип Сердюка, главы сельской администрации; за ним сверкающие на солнце лимузины, сплошь иномарки, японки, француженки, немки. И замыкал колонну на новейших Жигулях директор школы Губанов.
  Автоколонну заметили и остальные жители деревни. Посошок сказал своим собутыльникам:
  - Шикарные тачки!
  - А всё одно трактора лучше, - откликнулся второй мужик, бывший механизатор. - Эти, дождь пойдёт, застрянут.
  - У них навороты есть, от непогоды, - мрачно заметил брат Посошка. - Кнопка такая на панели.
  - Нажмёшь и зонтик выскочит?
  - Не, нажмешь - и ракета в небо. Облака разгонит.
  - Да иди ты, - не поверил Посошок. - Всё шутишь. А интересно, к кому они?
  Впрочем, вскоре всем стало ясно: к Паншиной! Остановились, выстроившись в ряд. Неспешно вывалились из салонов. Мужчины и женщины, солидные, начальственные. Наталья, затрепыхавшись от волнения, вышла встречать. Ага, есть знакомые лица. Кроме своих, Сердюка и Губанова, приехала Нина Семёновна из органов опеки, мужчина из районной администрации, к нему тоже обращалась. А ещё солидный господин, гордо несущий пузо впереди себя. И щеголеватый молодой человек... Да много их, глаза разбегаются.
  Радостно взлаяла Жучка, завиляла хвостом. Чему радуется, глупая? Куска колбасы ведь не кинут. Поспешила встретить, открыть калитку. Поручкалась со всеми, назвалась. Их имена даже не запомнила. Выбежала Катенька; сзади из-за дома вышел Сашка. Наталья представила членов семьи.
  - Моя дочь, Катя. Мой муж, Александр Никитич.
  Сашка расшаркался, а Нине Семёновне даже наклонился поцеловать ручку. Вот только вид у него был далеко не презентабельный. Костюм не надел, в расстёгнутой до пупа рубахе, в сандалиях на босу ногу. Уж не тяпнул ли, стервец, разыскав в пристройках что-нибудь из старых запасов? Он и раньше прятал от неё и сам забывал, а потом к вящей радости находил.
  - Ну-с, - сказала солидная дама в оригинальной шляпе с тесёмками, наверно, доставленной из модного салона в Париже, - приглашайте, показывайте ваше бунгало.
  Наталья повела их в дом. Только Сердюк, местный глава, не стал входить, остался во дворе. Отдышавшись, промокнул толстую шею платком и сказал с укоризной:
  - Ну, учудила ты, Наталья...
  Она показала членам комиссии, все четыре комнаты, ещё раз мысленно воздав должное отцу-строителю. Гостям интерьер, кажется, понравился. По крайней мере, замечаний не последовало. Заглянули в комнатёнку к маме. Она сидела на кровати, вязала. Наталья опять забеспокоилась. В заявке не указала состояние матери и теперь остереглась разоблачения. Приготовилась объяснять, что мама пока "неоформленный инвалид" и проходит курс лечения в домашних условиях (массаж, компрессы, травы). Вот сейчас скажут: вам и так есть за кем ухаживать. Но к её удивлению, мама вдруг поднялась и на негнущихся ногах сделала пару шагов навстречу членам комиссии.
  - Здравствуйте, как вас зовут?
  - Евдокия Ивановна.
  - Очень приятно, Евдокия Ивановна. А что вы вяжете?
  - Рукавички, - ответила она, показывая на уже готовую "продукцию" на прикроватной тумбочке. - Вот эти, которые побольше, - из овечьей шерсти, а эти, которые поменьше, - из козьего пуха.
  - А почему разные?
  - Так девочки же нежнее.
  - Ну, простите, что отвлекли вас от дела, - вежливо извинились перед ней, и она, с трудом развернувшись, опять села на кровать.
  "Боже! Как же так?! Видно, мама с великого перепугу самостоятельно поднялась", - объяснила себе Наталья этот невероятный факт. Меж тем дама в шляпе пожелала пообщаться с Катюшей. При этом на её лице возникло умственное напряжение. Наверно, вспоминала имя. Но так и не вспомнила.
  - Девочка, ты не против, чтобы у тебя появились... ну, скажем так: неродные братики и сёстры?
  - Мы с мамой уже договорились об этом, - рассудительно ответила Катя. - Я нисколечки не против.
  - А маме помогать будешь?
  - Да. Я уже корову доить научилась. Только пусть дети будут меньше меня.
  Вопрошающая дама нахмурилась. Наталья, слушавшая её разговор с дочерью, панически подумала: "Ну вот, еще одно лыко в строку. Лишаю ребёнка беззаботного детства. Как бы меня саму материнских прав не лишили!"
  - Это почему же ты желаешь, чтобы они были меньше?
  - Я их тоже учить буду. Как моя мама.
  Дама в шляпке посмотрела на подоконник, где, презрительно прищурившись, лениво возлежал большой котяра, - повернулась к хозяйке и подытожила:
  - Что ж, Наталья Михайловна, вашу заявку на домашний детдом мы внимательно рассмотрели и, пожалуй, вопрос решим положительно. У вас к тому всё есть: полная семья, подходящая по размеру жилплощадь, приусадебный участок, своё животноводческое хозяйство, домашние животные в лице собаки и кошки...
  - Это Иосиф, он кот! - перебила её Катя. - А кошка Муся в погребе, мышей ловит.
  - Однако, - продолжила дама, - удовлетворим вашу заявку лишь частично. Вверим вам всех избранных, кроме Вани Стрельцова.
  - А что с ним не так?! - с неподконтрольной досадой вырвалось у Натальи. Мальчик ведь и подтолкнул её к этой идее. Случалось, она уже забирала Ванечку к себе после уроков, когда его мама пропадала неизвестно где. Он уже был, как свой. И - увезли в её отсутствие.
  - Уже подали заявку на усыновление. Весьма уважаемые люди. - Члены комиссии, видимо, заметили сожаление на её лице. - Но взамен можем предложить двух братьев-близнецов Калугиных, устраивающего вас возраста. Их разрывать мы не намерены.
  Пузан же пообщался с главой "полной семьи".
  - Имеете постоянную работу, Александр? Вообще, чем занимаетесь? Кто по профессии?
  Сашка уже врубился, что к чему, и добросовестно ответил:
  - Я музыкант, работник культуры. Заведовал тут клубом. К сожалению, ставку убрали. Может, вернёте?
  - Тут у вас одни старики и старухи остались.
  - Ну и что? Организую хор бабушек. Прогремят на всю Россию, а может, и на Евровидение попадут. Вам же почёт и уважуха!
  - Ну-ну. Вы к тому же артист комического жанра, - сказал начальник и, потеряв к нему интерес, влился в общую группу.
  Опрос Натальи продолжался. Попросили объяснить, почему она выбрала "возрастную рамку" детей с шести до восьми лет. Не затруднил вопрос. Напомнила им, что она педагог младших классов.
  - Что ж, любовь к профессии убедительный стимул, - согласились с ней. - Но заглянем в будущее. Ваши подопечные окончат начальную школу. Что вы с ними будете делать? Вернёте нам?
  - Ещё не подумала, - растерялась Наталья.
  - Может быть, вопрос станет об их усыновлении? - подсказала дама.
  - Да, да! - тотчас подтвердила Наталья. - Я же привыкну к ним. А они ко мне. Как же расставаться после этого...

  Гости пожелали осмотреть школу. Губанов распахнул переднюю дверцу своей "Калины" и вполне галантно предложил подвезти. Но Наталья непокорно села на заднее сиденье. Вся кавалькада двинулась за ними. Впрочем, ехать-то - всего ничего. Наталья этот путь всегда проделывала пешком.
  Губанов, как лиса на виноград, поглядывал на неё в зеркало заднего вида. Увидев подновлённый фасад школьного барака, свежий плакат "Добро пожаловать", любезно сказал: "Если у тебя сохранились чеки на покупку краски и всего прочего, предъяви. Так и быть, оплатим". У неё радостно ёкнуло сердце. Директор умеет держать нос по ветру. Значит, ситуация меняется в лучшую сторону.
  Просмотрели классы. Бедно, просто, но прибрано, ухожено - ни пылинки, ни соринки. Гости делились впечатлениями меж собой. Сетовали, что нет компьютерного класса, отдельных кабинетов, мало наглядных пособий, того сего. И опять она забеспокоилась. Забракуют! Но, в итоге, снисходительно решили, что положение не безнадёжное, надо изыскать финансы. Вот ведь какая беда! У них они тоже поют романсы.
  Опять вышли на улицу. В палисаднике цветы, шёлковая трава, позади пришкольный участок. Наталья, при её загруженности, всё-таки посадила понемногу морковки, свёклы, капусты, вырезала сухие ветки ранеток, вишен. Детей надо кормить качественными овощами и фруктами, без пестицидов и прочей дряни. Магазинные яблоки даже черви не жрут.
  Привлеченные необычной процессией подошли сельчане: с пяток старух, хромой старик в кителе с орденскими планками, сельский дурачок Филя с козой, и чета из Донбасса подтянулась. Загомонили несмело, что доверяют учительнице, молодец, старается. Больше всех нахваливал великовозрастный Филя; Наталья разрешала ему присутствовать на уроках, сидеть на последней парте и поднимать руку в общем для всех порядке. Казалось бы, ценный кадр, "вечный ученик" - только ни в каких отчётных бумагах он не числился и количество учащихся не увеличивал.
  Даже троица алкашей, с Посошком во главе, подкатила на полусогнутых. Делать им было нечего. Рытья могил, к их вящему огорчению, в эти солнечные деньки никто не заказывал. Старушки, хотя и верили в будущую загробную жизнь, стойко держались за тутошнюю, не очень благоустроенную.

  Наталья ощущала себя как на качелях и, в зависимости от ситуации, то взмывала вверх, то падала вниз. Дама в парижской шляпе почти с ужасом указала на стоящий отдельно (на участке) домик.
  - А это что такое?
  - Туалет, типа сортир, - пошутил молодой щёголь.
  - А то я сама не догадалась, - брезгливо сказала она. - Я спрашиваю, что это за безобразие? Президент ведь распорядился с улицы туалеты убрать!
  - Маргарита Павловна, давайте всё-таки продлим лицензию ещё на год, - урезонил её пузан. - А Наталью Михайловну обяжем, чтобы к зиме сделала тёплый туалет внутри школы.
  В разговор влез Посошок:
  - Мы возьмёмся! Только кликните. - Он положил руку на плечо собутыльника. - Вот: мой старший брат Федя. Слесарь высшей пробы! В городе на заводе "Прогресс" работал, сорок рацпредложений в застойные годы внедрил.
  Пузан критическим взглядом осмотрел троицу и обратился к "брату Феде":
  - А почему сейчас не работаете?
  - В Атлантиде-то? - угрюмо пробурчал тот. - Не доверяют. Импортную сантехнику завезли. Позолочённые унитазы с программным управлением.
  - Ну, проблемку с туалетом решайте в частном порядке, - Пузан нетерпеливо повернулся к учительнице и задал неожиданный вопрос: - Наталья Михайловна, а какими иностранными языками вы владеете?
  - Да как сказать. - Она заметно растерялась. - В школе и в педучилище английский учила.
  - Good weather, is not it? - спросил молодой чиновник.
  Она смешалась, не поняв, и объяснила, что всё подзабыла, без практики-то. А Пузан с удовольствием посмотрел на неё, зардевшуюся, и пояснил свой интерес:
  - Английский не понадобится. Скорее всего, вам придётся отвечать на вопрос о погоде по-немецки. В вашу деревню приезжает господин Фишер, родом отсюда. Уехал на ПМЖ в Германию в девяностых. Сейчас возвращается, хочет заняться фермерством.
  - Фишер? Лёнька, что ли? - удивилась она, тотчас припомнив рыжего мальчугана, одного из первых своих "учеников".
  - Леонард Конрадович, - с почтением поправил Пузан. - Хотя да, здесь у вас, он, возможно, был Лёнькой. Всей семьёй соизволили переселиться. Четверо детей, родились уже в Германии. У вас, не знающей немецкого языка, возникнут трудности. Меж прочим, Леонард Конрадович первым делом поинтересовался: есть ли в вашем хуторе школа.
  - Я выучу немецкий! - воскликнула она. - Сегодня же начну. Вот вас провожу.
  - Нас радует ваш энтузиазм, - удовлетворившись ответом, похвалил чиновник. Знать, не с пустыми карманами Лёнька Фишер явится.
  Щеголеватый же с усмешкой добавил:
  - Наталья Михайловна, на всякий случай учите китайский. Южные соседи тоже не прочь обихаживать наши пустыри.
  - Не усложняй, Аркадий, - осадил его Пузан. - Арендаторы из Китая прибыли к нам без детей. С конкретной целью: выращивать бананы. - Он хохотнул и обратился к народу: - Господа, скоро мы вас завалим экзотическими фруктами.
  Господа промолчали, только Посошок пробурчал под нос: "Мы не обезьяны, нам другой продукт нужен".
  Визит был закончен. Члены комиссии расселись по машинам. Нина Семёновна, задержавшись, конспиративно сказала:
  - Наташа, не беспокойтесь, вашу школу не закроют. Решение о продлении лицензии уже принято. Так что, пожалуй, вы напрасно подстраховались детским домом. Я не слепая; вижу, вам будет в тягость. У вас мама больная, муж безработный и ведь выпивоха, не так ли? От него как от винокуренного завода несёт. Ну, да у вас ещё есть время подумать и отказаться.
  - Я справлюсь.
  Нина Семёновна, умудрённая, обожжённая и битая жизнью, посмотрела и покачала головой. И чего эта молодая женщина добивается? Боится остаться без работы? Лишиться мизерной зарплаты?
  - Хорошо, - сострадающе, как душевнобольной, сказала она. - Так тому и быть. Свои негативные наблюдения я оставлю при себе. Удачи!

  Проводив гостей, Наталья вернулась домой и первым делом подошла к книжной полке. Порылась и среди прочих книг обнаружила учебник немецкого языка. Присела на потертый диван и стала пролистывать. Задумалась. Вот ведь всё как повернулось! Из кожи лезла вон, моталась туда-сюда, устала, как лошадь, а оно... и без того бы обошлось, без домашнего детдома. Но теперь отказаться невозможно. Это после того, как познакомилась с детьми, увидела надежду на их лицах... Нет, нет, нет.
  К ней подсел, неизвестно откуда явившийся, блудный муж. Теперь он был при полном параде: в новом костюме, в новой рубашке, повязанной галстуком. Заигрывая, пощекотал шею. Она отстранилась. Какой же всё-таки он балбес! Надел доспехи после сражения. Сказала, поморщившись:
  - Роль благонадёжного супруга ты сыграл плохо. Ставлю тройку с минусом.
  - Сама виновата, - отпарировал он. - Заранее надо было предупредить. Костюм, что ли, снимать?
  - Ладно уж, - снизошла она. - И на том спасибо. Можешь возвращаться в свою Атлантиду. Костюм оставь себе.
  - Прогоняешь? - обиженно пробурчал. - А твоё обещание дать мне надёжный причал?
  - Так к чему тебя приспособить? Сам же выдвинул ультиматум: ни дрова рубить, ни картошку окучивать.
  - Беру слова обратно. Эй, раззудись, плечо! Эй, размахнись, рука! Нарублю. Окучу. Бабушек в хор зазову. Тёщеньку колыбельными буду ублажать. Прими, а?
  - Что вдруг такая перемена во взглядах? - недоверчиво спросила она.
  - Так, когда шли, понял, что развалина я, - исповедался он. - И в постели тоже... оплошал. Нет, город из меня сделает полного инвалида.
  Приняла. Может, не всё потеряно. Главное, мужиков загружать надо, продыху не давать. А от прохладной жизни толку с них не будет. И тут же дала ему посильное задание: почистить коровник.

  В беспрерывных трудах и хлопотах пролетел ещё месяц. В начале августа Наталья получила письмо авиапочтой:
  "Здравствуй, дорогая сестричка! Нас переводят еще дальше, в Арктику, добывать газ для трубы. Не могла бы ты пока суть да дело принять наших детей Колю и Ксению, Витю и Настю. Хотя бы на год, а то тут нехватка кислорода и солнца. Нам сейчас очень некогда. Срочно телеграфируй о согласии. Отправим с оказией грузовым самолётом. Мат. обеспечение гарантируем..."
  Ну и дальше приветы. Да разве можно отказать братьям! Отослала телеграмму и в день прибытия помчалась на аэродром. С собой взяла фотки. Волновалась: опознает ли? На карточках племянники и племянницы были ещё в подгузниках.
  Первого сентября в погожий день, вымоленный матерью, провела линейку перед школой, затем проводила учеников в класс, а бабушек и хромого дедушку отправила по домам.
  Своих детей к началу урока подвёз неузнанный ей долговязый господин, оказавшийся обратным эмигрантом Фишером. А он её сразу признал. Перебросились парой фраз, и вот уже, как двадцать лет назад: он - Лёня, она - Наташа. Не удержалась, спросила, что ж он вернулся: разве в Германии невозможно бизнесом заниматься?
  - Да нет, у меня и там бизнес хорошо шёл, - объяснил он и положил руку на плечо одного из своих мальчишек. - Но в тюрьму погрозились посадить. Не пустили своего киндера на уроки сексуального образования. - Он добавил, смутившись: - Уж очень там наглядно показывали.
  Приходил и Филя, однако опять с козой, поэтому в помещение его не пустила.
  - Как же так, - обиделся этот большой ребёнок, - я уже девять лет у вас учился. Хочу десятилетку окончить.
  Несомненный прогресс! До десяти считать научился.
  - Ну, отведи козу в сарай и приходи, - смягчилась Наталья.
  А негодник Сашка, пообещавший присутствовать и обеспечить музыкой, не явился. Не углядела; как бы ни отправился отмечать "День знаний" к дружкам. Им-то что, дай только повод.
  Ладно, прочь дурные мысли.
  Вошла в класс, ещё пахнущий краской. Ребятишки встали. Свои, деревенские, на которых, для счёту, пятерни хватит. Бледнолицые северяне. Загорелые и кудрявые из Донбасса. Рыжие и прилизанные из Германии. Коротко стриженные, в одинаковых костюмчиках детдомовские. Впереди, за первой партой, раннеспелая Катенька с аккуратно заплетённой косой.
  - Здравствуйте, дети! Доброво ранку! Guten Tag, meine lieben!
  Смотрели на неё непонимающе. Наверно, плохо освоила новые для себя языки. Или с произношением беда. Ну, да неважно. Скоро она своих питомцев научит общаться на том самом, великом и могучем, на котором разговаривали Ломоносов и Пушкин, а пролетарский поэт советовал изучать, без унынья и лени, даже неграм преклонных лет. Вот когда к ним в деревню проведут обещанный интернет, обязательно узнает, последовал ли этому совету Барак Обама. Наталья и его могла бы обучить. Поди, он понятливее Фили.
  А в середине октября она получила ещё один "подарочек". Павел Григорьевич, вовсе не полковник, а отставной прапорщик, купивший дом под дачу, привёл в школу внука.
  - Примите под свою опеку, - попросил он и дал пацану подзатыльника. - Разбаловали мальчонку в гимназиях. Будьте с ним построже.
  - Ну ты, дедусь! - огрызнулся тот. - Не дерись. Не в казарме.
  Он цыкнул в дырочку меж передними зубами и прицельно оглядел свою новую жертву - молодую, симпатичную училку.


Оценка: 9.47*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Ю.Эллисон, "Наивняшка для лорда"(Любовное фэнтези) Е.Флат "Невеста из другого мира"(Любовное фэнтези) С.Суббота "Наследница Драконов"(Любовное фэнтези) И.Громов "Андердог"(ЛитРПГ) Е.Флат "Невеста из другого мира 2. Свет Полуночи"(Любовное фэнтези) Кин "Новый мир. Цель - Выжить!"(Боевая фантастика) А.Дмитриев "Прокачаться до Живого"(ЛитРПГ) О.Гринберга "Я твоя ведьма"(Любовное фэнтези) М.Лунёва "Мигуми. По ту сторону Вселенной"(Любовное фэнтези) А.Анжело "Отбор для ректора академии"(Любовное фэнтези)
Хиты на ProdaMan.ru Холодные земли. Анна ВедышеваМоре счастья. Тайна ЛиМое тело напротив меня. Конец света по-эльфийски. Том 3. Умнова ЕленаЧерный глаз. Проникновение. Ирина ГрачильеваНевозможный мужчина. Чередий ГалинаМоя другая половина. Лолита МороДурная кровь. Виктория НевскаяКосмолёт за горизонт. Шурочка МатвееваОдним днем. Ольга ЗимаЧужая в стае. Леонида Данилова
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список