Прудков Владимир: другие произведения.

Финал Рт-18

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:

 Ваша оценка:

  
   Это - что взбрело мне в голову при прочтении конкурсных рассказов.
  Можете просто ознакомиться, можете вообще не заглядывать, а можете чем-нибудь, если сочтёте подходящим, воспользоваться.
  
  
  Вержуцкий Д.Б. Женька
  Написано вполне добротно. Иногда, правда, попадаются такие бюрократические перлы, как "представители власти" или "наиболее заинтересованные представители местного населения" - но, следуя за увлекательным сюжетом, их почти не замечаешь. .
  Пожалуй, существенное замечание одно. Написано от "я", со взгляда очевидца и участника событий, и вдруг - как бы вставка-главка от всёзнающего стороннего автора-романиста:
  Они жили с матерью вдвоем в бараке на окраине города. Отца убили по пьяному делу у магазина еще до того, как он пошел в школу. Служил срочную в десантуре, полтора года провел в Афгане... - Тут ведь как: или всё надо писать в таком ключе, то есть вовсе не от "Я", а от маститого романиста, у которого в героях некто Дмитрий и прочие лица. Это даёт право на всезнание. Но автор предпочитает от "я", что, правда, имеет свои плюсы. А эта главка позарез нужна ему, чтобы дать симпатию к зеку, бывшему афганцу, защитнику обиженных, и (скажем так) в противовес - недоброжелательство к ментам: время от времени, когда милиции надо было какое-нибудь сложное дело срочно закрыть, наведывались они в поселок, отбирали самого подходящего кадра, увозили, прессовали, шили ему дело и этим успокаивались.
   Только ведь в этом случае (когда от "я") автор лишается статуса всезнающего, стоящего над событиями. И эти нюансы (симпатии-антипатии) надо подать более искусно и вовремя, то есть желательно до допроса-опроса главгероя, тогда читателям будет понятно, почему он "умолчал". Например, было бы уместно добавить, что когда он спрятался в безопасное укрытие, то разглядел, что срезанная от выстрела ветка - намного выше человеческого роста. И почти успокоился: "Значит, не в меня целил, выстрел предупредительный". Это тоже добавит симпатии к беглецу: не совсем он отмороженный. Ну, а уж ту доскональную главку-вставку о беглеце, о чём ведущий повествование не мог знать, можно дать и попозже, когда ближе познакомится с беглецом (распивают чаи, нанимает на работу). Причем желательно подать в диалоге, ибо диалога у вас мало. Психологически интересный эпизод с допросом-опросом - с сомнениями, колебаниями главгероя (выдать, нет) тоже просится быть исполненным в сиюминутном диалоге с ментами, а не в описании. Это были бы очень выигрышные сцены.
  Оценка высокая, но какая именно - это позже, когда все рассказы надо будет выстраивать "по ранжиру", будь он не ладен.
  
  
  Рыжков Владимир. Кэн'акэтой
   Интересно, познавательно, но частенько сбиваетесь с художественной прозы на этнографический очерк или на музыковедческий отзыв для специфического журнала. Ну, чтобы пояснить свое замечание, приведу отрывок из вашего рассказа:
  И это была не характерная для местных напевов короткая, чуть орнаментированная попевка, а модуляционно и тесситурно раскручивающийся по симфонической спирали вокализ, без напряга тасующий октавы всех мужских и женских диапазонов. Уникальная перуанка Има Сумак, обладающая таковым лишь в четыре с половиной октавы, выглядела подмастерьем перед никому не известной девчонкой с этого края земли...
   Извините, но вот так было бы ближе к худ. прозе:
  Допустим, герой отчитывается о поездке:
   - Вот послушайте, Лев Валерианович, - Макс включил магнитофон.
   Профессор послушал и удивился.
  - Хм. Так это ж не орнаментированная попевка, - накрутив на палец седую прядь волос, сказал он. - Больше похоже на вокализ. Вон как раскручивается: и модуляционно, и тесситурно. Прямо по симфонической спирали.
  - Лев Валерианович, а вы заметили, что тут без напряга тасуются октавы всех мужских и женских диапазонов? - вопросил Макс и уже с искренним восторгом заключил: - Имма Сумак выглядела бы подмастерьем перед этой девчонкой!
  - Ну-ну! Не преувеличивайте, молодой человек, - осадил его профессор. - Все ж таки у перуанки четыре с половиной октавы.
  То есть все эти музыкальные термины вряд ли допустимы в авторском изложении (художественной прозы, рассчитанной для широкого читателя), но они вполне сгодятся в устах действующих лиц и, через речь, хорошо послужат для создания их образов.
   И еще одно замечание. Вы пишите об удивительной, симпатичной простоте северных народов. Так соответствуйте ей и в сопроводительной авторской речи. Вот еще одна ваша фраза:
  Словно испугавшись, что всё равно будут сдёрнуты с уже не удерживающего их атмосферного столба, лопасти предоргазменно взвыли перед отказом двигателя, и ухватившись за соломинку - режим самовращения, вертолёт выбрал сугроб пожирнее и, плюхнувшись с метров десяти, скатился под ошалелые глаза вставших на дыбы оленей. - Монструозное предложение. А ну-ка попробуйте зачитать вслух. Сами же собьетесь. Следует разбить его на несколько простых, ясных, динамичных.
  Но, повторюсь, в целом читать было интересно. Оценка, пожалуй, будет средняя или выше средней. А вообще материал очень богатый! И можно продолжать, и совершенствовать, и доводить до шедевра.
  PS/ Когда читал, вспомнился рассказ Шукшина "В воскресенье мать-старушка". Там тоже записывали песни:
  - Мы собираем народные песни. Записываем. Песни не должны умирать.
  Догадался же тот городской человек сказать такие слова!.. Ганя встал, заморгал пустыми глазами... Хотел унять слезы, а они текли, ему было стыдно перед людьми, он хмурился и покашливал и долго не мог ничего сказать...
  
  
   Странник С. Дьявольская ярость Сихотэ-Алиня
  Вот еще один добротно написанный рассказ, который читается довольно легко и с интересом. Но впрочем, всё-таки он ближе к художественно оформленным мемуарам или очерку. Пожалуй, Лермонтов, стихи и песни проходят мимо конфликта, то есть именно литературно-художественным орнаментом и служат. Ну, правда, автор пытается включить русского поэта в фабульную структуру рассказа, упомянув в финале для опознания героя: "Он Лермонтова читал", - но "опознать" можно было и любым иным способом.
   Повторюсь, что читал с интересом; еще и потому, что сам оттуда - из уссурийской тайги, там родился, крестился и в последний раз посетил в 2004 году. Что ж, живопись верная, знатная, и тигры там до сих пор водятся, правда увидеть их, да и других зверей, весьма проблематично: все животные сейчас ужас как боятся человека. Ну, конечно, единичные случаи "общения" зверей с людьми случаются.
  Несколько смутили кой-какие подробности из жизни героя рассказа. Служил он в шестидесятые годы и, по всей видимости, рядовым срочной службы (водитель грузовика), призван из деревни, наверняка из колхоза. Это как-то не вяжется с получившимся обликом интеллигентного военного. Ну это может быть, если он после срочной службы, как это часто бывало, окончил офицерское училище. Упомянуть бы (даже и звание, с каким ушел в отставку).
   Собственно, явно недостоверным является лишь тот эпизод, где японские ниндзя вырезали сто солдат. В шестидесятые годы в Приморском крае уже и вспоминать забыли про японцев, последние пленные (весьма смиренные) отбыли на родину где-то в середине 50-х годов. А в 60-х, ближе к концу, начались стычки с китайцами (остров Даманский), но только китайцы таких вольностей не позволяли: столкновения происходили на границе. Если вы, автор, эту историю с ниндзя не придумали, а действительно слышали из уст героя, то, очевидно, он вам рассказал о возможном событии 30-х годов, когда японцы были агрессивны (Манчжурия, Халкин-голл), и сам герой не мог быть участником, а всего лишь пересказал то, что слышал от тамошних ветеранов.
   Теперь насчет упомянутого конфликта, что для рассказа (в отличии от очерка) немаловажно. Может, вы его видите в том, что человек (главный герой) прошёл сквозь огонь и воду, побывал во многих экстремальных ситуациях и чудом цел остался, а тут, уже совершенно в мирное и безоблачное время, сгорел из-за преступной халатности и равнодушия власть предержащих. Если это так, можно и усилить, сделать основным стержнем вашего произведения. Оценка выше средней.
  
  
   Зайпольд Г. И в том строю есть промежуток...
  О войне. Можно догадаться по названию. Сам о чём только не писал, но вот о войне - не рискую, не решаюсь. Боюсь сфальшивить. Даже совсем в малом. Хотя ведь тоже слышал рассказы участников. И вполне верю, что вы взяли в основу реальный случай. И так было, и по-иному было - тысячи схожих случаев были, почти всегда трагических. Конечно, всегда верным решением будет положиться на правду характера. Но тут и появляется заковыка. Да, пусть в основе быль. Но смогли ли вы донести правду характера? Чтобы я, случайный читатель, мог сказать в окончании: да, этот человек (герой рассказа) только так, в таких обстоятельствах, и мог поступить.
  Вполне возможно, что тот, действительно существовавший и убивший себя, был каким-то иным, да и обстоятельства могли отличаться. Быль - это еще не художественная литература. Ибо при её подаче неизбежно преломляется взглядами автора, а еще прежде очевидца событий и, в конце концов, оформляется неизбежными литературными стандартами. "Висело" ружьё в сарае (в начале рассказа), в конце оно должно выстрелить. Это что - тоже быль? Или всего лишь удобный литературный приём?..
   Всё-таки "удел" прозаических произведений - исследовать типические характеры в типических обстоятельствах, ну или копать так глубоко, что... не знаю даже как. Создавать собственные архетипы.
  Оценка будет высокой. За смелость, за искусно применяемые художественные приёмы, за уместную стилизацию. А сомнение за финал осталось.
  
  
   Дьяков В.Е. Житейское дело
  Примерно на ту же тему, что предыдущий: : что ж ты, война, подлая, сделала! Да, много бед, несчастий принесла, вдоволь напакостила. Одного не осилила: не переменила русскую душу в её лучших проявлениях. Вот в этом рассказе я вижу правду характеров, о которой упоминал выше, - и не только главных героев, но и всех действующих лиц. И они затмевают, снимают литературность, хотя автор ведь тоже пользовался обычными приемами художественной прозы. Рассказ вполне уровня прозы журнала "Наш современник".
  
  .
   Миловзоров Б.В. Вечная житейская история
  По поводу этого рассказа сказать мне нечего. Остается только читать и вместе с автором проникаться солидарностью ко всем людям за вековечную трагедию их ограниченного биологического существования, которое вдобавок сами же укорачиваем.
  Пока эти последние два рассказа понравились больше всего, у них даже названия похожие. Ну, если это даже и вкусовщина, то... что ж мне её скрывать?
  
  
   Исаченко Виталий Ильич. Одержимый
   Спасибо, Виталий Ильич, за знакомство с Александром Игнатьевичем! Уважаю таких людей, восхищаюсь ими устно и письменно. Тоже, на площадке Самиздата, рискнул написать об одном из таких непоседливых, рукастых (рассказ "Умелец"). Но вынося вам благодарность, хочу и пожурить вас. Что ж вы о таком человеке, который, небось, всё доводил до совершенства, как следует не озаботились? Ну, я понимаю, может, вы написали о нем (дата стоит 13 год), только-только приобщившись к литературному делу и не имея еще достаточных навыков. Но с тех пор прошло четыре года! Что ж вы не подправили своё произведение? Может, вам было некогда?
   Вот выдержки из вашего текста:
  с некоторым волнением вспоминает герой сего повествования в трактовке советской истории так называемую государственную ЛЭП у которой после сдачи объекта иные из партийно-хозяйственных функционеров задерживались дабы ни в коей мере не исказить при отливке оригинал ...
  - это, разумеется, не из одного предложения, но я специально не разделил, чтобы вы почувствовали, как не надо писать. Тем более странно, что во многих эпизодах вы прекрасно пользуетесь нашим русским языком, живописуете сочно и внятно.
  Всё-таки найдите время на редактирование вашей истории о замечательном герое. А пока высокий балл поставить не могу. Будет средний.
  
  
   Д. Чваков. Плотогон
  Не удержусь, приведу несколько цитат:
   - беусловные артефакты, пресловутой западной свободы...
  - порнографический журнал - спецвыпуск, посвящённый двухсотлетию США...
  - ...трудновоображаемые для советского студента сексуальные излишества...
  ...как говаривал капитан Руднев в бухте Чемульпо в 1905-ом году...
   Ну и еще многое там чего. Так ведут дружескую беседу технари, водкой и шашлыками отмечая успешное завершение работы. А мне почему-то кажется, что это беседует сам с собой самый крутой на Самиздате энциклопедист Дима Чваков. А теперь еще кусочек диалога:
   - Ты чего, балбес, раньше не сигналил? Два же раза борт мимо нас прошёл?
  - Так я на тебя, Рамис, обиделся...
  - Не понял, за что? За то, что отказался с тобой пешком назад идти?
  - Так тут всего сотня вёрст...
  - Во-во, и всё буераками!
  Чувствуете разницу? Это диалог тех же самых технарей, но весьма динамичный, двигающий фабулу вперед. Лично мне больше нравится второй способ приготовления художественной прозы. А если, например, меня заинтересуют сексуальные излишества американцев или что говорил капитан Руднев в бухте Чемульпо, то я залезу в гугл.
  Впрочем, понимаю, что вкусовщина в оценивании неизбежна. Об этом я уже упоминал в своём "отчёте". Так что наверняка найдутся и поклонники выкладки энциклопедических знаний в художественной прозе. Довольно успешный приём того вы можете узреть в "Жизне Клима Самгина". Я, конечно, прочитал весь рассказ. Но рьяный интерес ("а что же дальше?") проснулся у меня во второй его половине. Я вовсе не призываю сокращать (упаси, бог!), но было бы интересно узнать, что оставил бы Димыч, если б получил боевое задание уложиться, скажем, в 20 кб. Или автор даже под дулом автомата не согласился бы на такое насилие?
  Оценка будет достаточно высока, ибо при этом, выпавшем на мою участь оценочном действе, я стараюсь всё же приземлять свою вкусовщину на запасной аэродром.
  
  
  Политов. Воздушный извозчик
   Читается на ура. Бестелесный блуждающий автор, он же Рашид-Аль-Гарун, умело подгоняет читателей дружеским обращением к ним. Атмосфера, обстановка приснопамятных девяностых передана. Закрученная интрига понятна. Неназойливое резюме тоже.
  Замечания:
   - Есть бог на небесах! - замер, оглушённый, лысоватый молодой брюнет, которого новость застала в дверях здания аэропорта, и мысленно воздал хвалу господу........
  Тире означает прямую речь и дальше в тексте последовала уж шибко длинная речь, не обращенная ни к кому, с подробным описанием того, что герою-то самому прекрасно известно. Поэтому, на мой взгляд, в данном случае прямую речь с помощью введения двух слов (синим) лучше обратить в косвенную, то есть пересказом от автора до заключительного восклицания, опять возвращаясь к прямой: - Я! Лечу! В Томск!
  Ну, и разве что для самых недогадливых, я б посоветовал автору (прости, Зяма! Знаю, не любишь ты советы) вот в этом абзаце добавить пару фраз о визите омской дамы к пилотам (ибо через стюардессу в салоне договариваться и передавать деньги, оно того... сомнительно):
  ...Может, стюардессы знают? Ну-ну, им лишь бы посуду свою вернуть! Я было в кабину пилотов сунулся - не пускают! Задраено всё так, что даже мне не просочиться! Мне, представляете! Бестелесному! Но что удивительно, матрона из Омска - и туда, и назад проникла, не потеряв при этом ни килограмма из своих ста. Там счёт не на килограммы шёл. Ну, да ладно, хоть и с запозданием я через дверь подслушаю. Кому-то на матушке-земле первый пилот, поминая свою мать, кричит: .........
   Да и в конце, показалось несколько оборвано. То есть даже не то, что оборвано, а до классики киношного жанра не доведено.
  Ему бы, брюнету, конечно, осмотреться повнимательнее. Но куда там! Он спешит. У него личное! Он вскочил в ночное такси. Его всего трясло в предчувствии крутых разборок. Оглянулся усатый таксист: "С похмелья? - и не дожидаясь ответа, предложил. - Могу подлечить. Всего полтинник за пузырь. Дагестанский напиток". И глотая из горлышка вонючую желтую жидкость, обретая мужество, наш пассажир планировал: "Ну, держитесь! Устрою вам кардебалет!"
  То есть как бы расшифровка к авторской реплике, что он ещё своё отсидит (в тюрьме). Впрочем, возможно, я заменяю/подменяю воображение читателей на своё. Не буду лишать их этого удовольствия. Оценка высокая.
  
  
  Виктор Бердник. Легионер
  Прочитал без напряжения, по ходу чтения отмечая практически профессинальное владение словом, богатую лексику, соблюдения стандартов жанра, повествования, даже идейную составляющую воспринял и принял.
  Но, увы, эмоционального вовлечения не получил. Трудно сказать, почему. Не сошлись во взглядах? Да нет, дополнительно почитал комментарии, со всем согласился. Наверно, вербальные сигналы, мои и автора, в этот раз не совпали. Ну, конечно, рациональной частью сознания понимая, что у вас всё на месте (см. выше) низкой оценки не поставлю.
  
  
  Пантелеева. Кто такой Коля?
  Трудную задачу себе поставил автор. Не эпически, а вполне импрессионистически рассказать о большой жизни. Тут приходится пользоваться отдельными мазками, тут важно каждое слово, если не каждая буква. Ну, пожалуй, удалось. Почти удалось. Местами избыток диалога (лучше перейти на авторское изложение), иногда не очень связно выполнены переходы во времени. В первой главе - Нина и Даша дети, во второй вдруг, без предупреждения для читателя, "девушка вздрогнула". И не сразу понимаешь, что прошло с десяток лет, не меньше. И еще. Болезнь Альцгеймера - конечно, большая беда. Но подавать её в чистом виде в художественном тексте - себе дороже. Вполне можно присовокупить чуток мистики. Для этого в том ударном отрывке, где бабушка рассуждает о тишине, несколько иначе переставить фразы:
   - Тише, - проговорила старуха, - не шуми. Я всех пережила. И мужей и детей, и внуков. Ах, какая тишина была в наше время! Царская! Теперь такой нет и в помине. Что это за тишина, когда из крана капает, или шины по дороге шуршат? Тишина - это когда слышно, как звездочки шепчутся. Разве такое теперь расслышишь? Это великое счастье, когда слышишь шепот звезд. - Она обратила к Нине слепое лицо и спросила озабоченно: - Милая, подскажи-ка мне, который час?
  Нина удивилась вопросу, она думала, что Прасковья уже давно живёт вне времени.
  - Четверть десятого, бабушка.
  - Утра или вечера?
  - Вечер уже.
  - А, ну тогда уходи. Мне надо подготовиться. Сегодня в полночь за мной придёт, Коля. Мы будем вместе слушать тишину.
  Ровно в полночь она умерла, не дожив месяц до столетия.
  ................
  Царапнула фраза, где Даша "возопила: - мы каждый год выгребаем какую-нибудь квартиру". У сестёр, что ли, были десятки других бабушек и пробабушек? А у меня сложилось впечатление, что вокруг - никого. "Все умерли", - как старушка говорила.
   В заключение скажу, что было приятно окунуться в необычный стиль, весьма отличающийся от письма других участников финала.
  
  
  Юрина Т. В. Белый старик
  Рассказ Татьяны читал раньше и высказывался. Сам я ни разу не альпинист и было интересно читать. Кроме всех прочих достоинств, повествование весьма реалистическое, предметное, как будто сам поучаствовал в восхождении на горы, заразился этим делом и, того и гляди, побегу в спортивный магазин заказывать "снарягу". Чтобы уж совсем не захвалить, замечу, что порой конструктивизм и преобладание литературности над литературой имеют место быть. Процитирую эпизод с бомжом:
  Странный человек нехотя ответил:
  - Я ищу Шамбалу! - а потом быстро заговорил: - Таинственный земной рай, обитель мудрых старцев, загадочную страну бессмертия и справедливости! Источник счастья человечества!
  Это же явный пример избыточной информации, выдаваемой для читателя в прямой речи героя, который в данный момент совсем не расположен её сообщать. Ну, почему бы не так:
  - Эй! - позвал Шпигель. - Вы что тут делаете?
  - Ищу Шамбалу, - неохотно ответил странный человек.
  Виктор поморщился. Он, конечно, слышал эти сказки о таинственном земном рае, загадочной стране бссмертия и справедливости, и чуть ли не источник счастья человечества...
  Ну и так далее. Но, возможно, я придираюсь к мелочам в желании достичь перфекта. В целом рассказ оставил отрадное впечатление.
  
  
   Шалабаева Л.А. Гармония
   Читается легко, техникой письма овладели, излагаете ясно. Теперь попробуйте писать шероховато, с изюминками, чтобы вам писали в комментариях "утащу на цитаты", а конфликты и образы попробуйе делать более глубокими, неоднозначными, противоречивыми, сюжеты позамысловатее и не обязательно линейными, чтобы читать было не просто интересно, а гипнотически интересно. Приведу отрывок из вашего рассказа, слегка дополненный последней репликой.
   - Мам, ну я же английский учу, вечером подмету - раздраженно крикнула в ответ девочка. Тут же схватила пухлую клетчатую тетрадь с темами для зачета и привычно забубнила:
  - My name is Evgeniya, I have mother, father, and two sisters Anzhela and Yulia.
  - You forgot me, - недовольно прохрипел из клетки попугай Джордж.
   Впрочем, это шутка. Успехов в дальнейшем совершенствовании. Оценка, наверно, средняя, так как у вас сильные конкуренты.
  
  
  А. П. Бородкин. Даты
  Не лишенный недостатков, но, пожалуй, самый занимательный рассказ конкурса. Впечатление с первых строк: читать интересно, но это не реализм. Наверно, абсурдизм. Ну да, коли он замешан на базе реальности, и нет тут ни драконов, ни принцесс, ни даже магов-чудесников, то назовём его так: "Абсурдистский реализм". Полагаю, автор от такого определения не рассердится.
  Повествование ведется от дауна (будто бы) с ограниченным умственным потенциалом, но тем не менее являющего собой культуртрегера с почти университетским образованием, знающего генетику, морфологию и французский язык - благодаря гуглу и мамаше, завучу школы. Илья, по фамилии - Раскольников. Фамилия дает основание предполагать, что автор знаком с романом Ф. М, где укокошили старушку. А вот второй не менее главный герой, по фамилии Князев, невольно отсылает нас к другому Князеву, герою рассказа Шукшина "Штрихи к портрету". Они похожи, как близнецы-братья. Шукшинский чудик жаждет построить лестницу к Луне, а наш герой строит дирижабль. Оба из неугомонных, непонятных нам людей, которые хотят перевернуть мир, но чаще изобретают очередные велосипеды.
  Читая дальше, вы найдёте ещё массу аллюзий, проникновений, переплетений. Пожалуй, они (в большей своей части) украшают текст. Лично мне не поглянулись только "тараканьи бега", ибо взяты как-то напрямую, без творческой пертурбации. Ну, добавить бы, что ли, что энтузиаст "тараканьих бегов" горит желанием включить их в программу очередных Олимпийских Игр.
  - Только вот нэ знаю, - обращается он к гостю, к Илюше, - куда лутше их включить. В Летние или в Зимние Игры? Ты как думаешь, дарагой?
  А вот еще одно ассорти (микс) из уст Князева:
  ...- Земля - частичка космоса. С этих позиций её и следует рассматривать! Официальная наука движется неверным путём. Вернее, не совсем верным! Довольно жить законом, данным Адамом и Евой! Клячу самолётостроения загоним! Левой! Левой! Левой!
  Конечно, привет Маяковскому, если его еще кто помнит.
  А вот этот эпизод требует уточнения: ...даже страшно вообразить, сколько часов я провёл за рулём этого неподвижного велосипеда, вырабатывая энергию для размышлений Сарона Князева!.. Я крутил до изнеможения, и, могу поклясться, так ярко лампочки в доме Сарона Васильевича ещё ни горели.
  Тут Илюша явно ошибается. Он не подозревает, что после полной зарядки аккумулятора, крути педали хоть закрутись, напряжение уже не меняется, и лампочки горят одним светом. Но что возьмешь с дауна, с гуманитарным уклоном!
  Промежуточный вывод. С самого начала я предположил, что Алексей Петрович Бородкин предложил нам, читателям, некую игру, сродни шарадам, квестам - в этот раз на литературной ниве. Что ж, занятно.
  Скоро натыкаемся еще на одну шараду:
  Герою, проживающему на другом конце города, должна прийти посылка из Англии. Но он является совсем не в то отделение! Даун Илюша пытается объяснить это и предполагает, что Князев (тот самый изобретатель дирижаблей), явился к ним в отделение "просто так, на всякий случай".
  Естественно, я тоже попытался объяснить сей факт. И зная географию, предположил, что на самом деле Князев явился в их почтовое отделение, потому что оно расположено на северо-западе города и находится ближе всего к Англии.
  Но и я не дотумкал! Оказывается, причины появления Князева в не то почтовое отделение совсем иные...
  Интрига с новой силой взрывается после прочтения письма-завещания мамы главгероя. Но боюсь, что полный текст письма скромный автор утаил от нас и некоторым читателям суть происходящего осталась непонятной. Поэтому беру на себя смелость пояснить (расшифровать предлагаемые квесты):
  "Илюша, ты уже взрослый мужчина, и тебя интересует, кто твой отец. Это вполне естественно. Отец у тебя есть. Во всяком случае, был. Но увы, со стопроцентной точностью я не могу назвать его имя. В молодости я была активной комсомолкой и увлеклась теорией Стакана Воды, которую проповедовали мои старшие товарищи Роза Люксембург и Клара Цеткин. В коммунистическом обществе удовлетворять половые стремления и любовную потребность нужно также просто, как выпить стакан воды! В момент твоего зачатия я пользовалась пятью стаканами. Так что привожу адреса, по которым с очень большой долей вероятности проживает твой физиологический отец...
   В конце письма мама привела следующие адреса: Владивосток-Новосибирск-Ленинград-Киев. Города-улицы, номера домов... И вот Алеша отправляется в вояж по нашей необъятной стране.
  Но тут я опять позволю вмешаться и выстрою дальнейшие события так, как видятся они мне, без всяких недомолвок. Во Владивостоке возможный отец принял Илюшу гостеприимно, но парень всё не решался задать Гамлету Оресовичу главный вопрос, пока тот сам не спросил, зачем Илюша нанёс визит:
  - Чтобы... - я запнулся. И был чертовски признателен за этот вопрос. - Чтобы повидаться. Мне показалось, вы мой отец.
  - Нэ может быть! - Гамлет Оресович вскинул густые брови. - У тебя нэверные исходные данные!
  - Пошли в баню, - пригласил он.
  У меня была гладкая грудь, ноги без единой волосинки, а он продемонстрировал свою шерсть повсюду и для убедительности повернулся задом: - Вот видишь!
  Да, Илюша убедился, что это не его отец. В Новосибирске, в дружной семье престарелых гомосеков, герой тоже не обнаружил отца. И лишь случайный попутчик в поезде, суперследователь пенсионер, открыл Илюше глаза: "Письмо написано мужским почерком!"
  То есть вовсе не мамой. Оказывается, письмо написал и подсунул сам Князев, и он же отправил парня в путешествие, дабы выяснить вопрос об отцовстве, в котором силь но сомневался, в виду увлечения юной подругой теорией Стакана Воды. Но благодаря стараниям Илюши (и случайного следователя) истина пролилась: все остальные потенциальные отцы были исключены методом перебора.
   Илюша ворвался по пятому адресу, который не упоминался в письме, но который он и без того хорошо знал, и раскинул руки для объятий:
   - Папа! Я вернулся!
  - Ты точно выяснил, что я твой отец? - взволнованно откликнулся Князев. - Без булды?
  Они по-родственному обнялись и спокойно продолжили строить дирижабль.
  Весьма занимательная, остросюжетная история, автору респект за доставленное удовольствие.
  
  
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Емельянов "Мир Карика 5. Бесконечная война" (ЛитРПГ) | | У.Соболева "Остров Д. Неон" (Любовное фэнтези) | | Е.Васина "Бунтарка. (не)правильная любовь" (Современный любовный роман) | | A.Moon "Дороже золота" (Короткий любовный роман) | | Жасмин "Несносные боссы" (Современный любовный роман) | | В.Веденеева "Дар демона " (Попаданцы в другие миры) | | К.Кострова "Горничная для некроманта" (Любовное фэнтези) | | У.Соболева "1000 не одна ночь" (Романтическая проза) | | О.Иванова "Обед из трех блюд и любовь на десерт" (Женский роман) | | А.Минаева "Невеста не подарок" (Короткий любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Смекалин "Ловушка архимага" Е.Шепельский "Варвар,который ошибался" В.Южная "Холодные звезды"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"