Темень Натан: другие произведения.

Игрок. Глава 40

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:


Глава 40

  
   Старик выговаривает заклинание, повышая голос, всё громче и быстрее. Слова складно цепляются друг за друга, как в песне. Да это она и есть, только по хриплому голосу монаха этого сразу не понять.
   Песня кажется мне знакомой. Кажется, я узнаю слова, но их смысл проходит надо мной, как быстрые рыбы проплывают над головой утопленника.
   Мне уже не до смысла. Голова вдруг начинает болеть так, что я почти слышу хруст швов черепной коробки. В потемневшем подвале плавают красные круги, и ничего нет, кроме них. Мой внутренний голос, тот, который не-бог, издаёт странный всхлип. Всхлип быстро переходит в болезненный вопль. Это уже какофония - хриплый голос монаха и крик моего бога сливаются в один неразборчивый вой.
   Не знаю, сколько это длится, но крик наконец обрывается. Так же внезапно, как начался. Звон в ушах затихает, и я приподнимаю голову. Сажусь, опираясь на руки, меня качает, но тело уже слушается. Действие зелья прошло.
   Монах сидит на корточках у стола, глаза его широко открыты. Он смотрит на меня в упор, взгляд его предельно сосредоточен.
   Осторожно подбираю с пола свой меч. Бонифаций не реагирует. Губы его дёргаются, он издаёт странный звук, будто чем-то поперхнулся.
   Балахон на груди монаха шевелится, как живой. Что у него там - ручная крыса?
   - Бонифаций!
   Губы старика раздвигаются. Что-то округлое, блестящее, движется между зубов, будто набухший язык. В следующее мгновение "язык" выбрасывается наружу. На пол с тяжёлым шлепком падает извивающееся тело. Чёрное, матово-блестящее, мокрое тело червя свивается в кольцо, одним прыжком оказывается у меня в руках, и исчезает в походном мешке.
   С трудом перевожу дыхание. Проклятие, это же мой ручной червяк. Только здорово подрос с последней встречи. А я тут чуть не умер со страха. Рыбий хвост, обглоданный до самого плавника, валяется рядом. Останки той рыбы, в которой мой питомец прятался до сих пор.
   Монах пошатывается, и медленно падает навзничь.
   "Нет! - кричит мой внутренний голос. Кричит так пронзительно, что головная боль вспыхивает с новой силой. - Нет!"
   Он произносит, чётко и сильно, несколько слов, и я невольно повторяю за ним. Я привык повторять заклинания, которые тот диктует мне. Тело монаха, распластавшееся на полу, конвульсивно вздрагивает, дёргает ногами. Грудь его вздымается, балахон распахивается, и я вижу дыру - неровно прогрызенную, круглую дыру - между рёбер.
   Старик ещё раз дёргает ногами и замирает. Потом поднимает голову и взглядывает на меня. Какие чёрные у него глаза, со зрачком во всю радужку.
   - Ошейник! - рявкает мой внутренний голос. - Скорее, ошейник богини! Надень на него!
   Какого чёрта. Ладно, потом разберёмся. До сих пор мой бог не подводил меня.
   Достаю со дна мешка драгоценный ошейник. С отвращением защёлкиваю на морщинистой шее монаха.
   Тот медлительно поднимается на колени, и застывает, покачиваясь. Глаза его уставились в одну точку, дыра в груди влажная от крови. Кажется, я даже вижу сквозь неё огонёк свечи на стеллаже.
   "Встань, Бонифаций", - резко говорит мой не-бог, и я снова повторяю за ним.
   Поднимать мертвецов мне ещё не приходилось. Зато перед глазами, сквозь ломящую боль и багровые круги, выскакивает табличка, и блондинка торжествующе щебечет: "Теперь вы некромант-ученик. Вы создали зомби. Вы получаете дополнительные очки"...
   Бонифаций выпрямляется, встаёт на ноги. Руки его, в пятнах чернил, безвольно повисают по бокам, венчик седых волос топорщится вокруг блестящей лысины. Чёрные глаза смотрят на меня без всякого выражения.
   "Поправь на нём одежду, - сухо говорит внутренний голос. - Он пойдёт с нами. Возьми зелья со стола. Возьми всё".
   Выгребаю из ниши все бутылки и пузырьки. Хорошо, что рыбины больше нет, не будет болтаться в мешке. Подбираю то, что старик вытащил у меня. Рыбий хвост оставляю валяться на полу. Беру со стола оставшиеся зелья. Ещё стеклянная колба на подставке, хорошая ступка с пестиком, перегонный аппарат для зелий. Всё пригодится. Заталкиваю реторту в мешок, та вываливается обратно.
   Оглядываюсь по сторонам. Ага. Срываю гобелен со стены, завязываю в узел, получаю нечто вроде мешка. Складываю бутылки и набор алхимика туда. Попытка - не пытка.
   - Бонифаций!
   Бывший монах обращает ко мне тусклый взгляд.
   - Бонифаций, возьми этот мешок и неси его за мной.
   Получилось. Монах протягивает руку, хватает мешок и крепко сжимает его костлявыми пальцами. Отлично. Пусть тащит, его же добро, в конце концов.
   Прохожу между стеллажей, но больше в подвале ничего ценного нет. Разве что связки сухих трав на стене, да ночной горшок с помятой ручкой возле решётки в полу. Видно, монах и вправду сидел здесь безвылазно. Чёрт побери, его злость на старого дружка Аристофана можно понять. Но кто мешал ему уйти отсюда? Ладно, потом разберёмся. Мне ещё с вождём разговаривать. Разворачиваюсь к выходу.
   Огонь, огонь. Оранжевый вихрь распухает, завивается жгучими языками. Клочья пламени перечёркивают густые пунктиры осколков. Чей-то истошный крик. Может быть, мой. Земля вздрагивает, уходит из-под ног.
   "Эрнест. Эрнест!" Стою у стеллажа, пальцы намертво вцепились в деревянную стойку. Равнодушный мертвец в саване, сложив руки на груди, равнодушно смотрит в потолок. Что это было? "Эрнест, очнись! Что ты видел?" - настойчиво спрашивает внутренний голос.
   Мотаю головой, отряхиваюсь, как пёс. Накатившая было паника стихает. Мне надо идти.
   - Ничего.
   Отцепляюсь от стеллажа. Крепкое у монаха зелье, забористое. Не может это быть действием заклинания памяти. Нечего мне вспоминать, ведь я не Аристофан. Я просто его копия. Аристофан умер.
   Толкаю дверь, выхожу из подвала. Поднимаюсь по лестнице в боковой неф, прохожу вдоль скамей к алтарю. Мои жрецы лежат на полу, связанные, как сосиски. Тихо потрескивают фитилями толстые свечи в канделябрах, мирно светит глаз витража над двустворчатыми дверьми.
   Наклоняюсь над главным жрецом. Тот с усилием поворачивается ко мне, трясёт пухлыми щеками. Сипит перехваченным горлом:
   - Будь ты проклят, дикарь. Будь проклят...
   Сказал бы спасибо, что я его не убил. Вот она, благодарность. Выхожу из храма на широкие ступени.
   Город изменился за то время, что прошло за бурной беседой в подвале. Над черепитчатыми крышами стелется сизый дым. Из узких окон, из-под стропил выползают новые дымные клубы. В воздухе стоит запах гари. На площади, возле здания ратуши, и дальше по улице, в разнообразных позах лежат люди. Одетые и не очень. Но все мёртвые. На крылечке ратуши, возле тела молодого стражника, что я убил, сидит вождь и что-то стругает ножом.
   Подхожу к нему. Мой ручной монах послушно топает башмаками следом.
   - А, это ты, маг, - Эйлиот отрывается от своего занятия и обращает внимание на меня. - Наконец-то. Я жду тебя.
   Он поднимает повыше и вертит туда-сюда круглый предмет, оценивая получившийся результат. Это череп. Человеческий череп, судя по всему. Вождь отряхивает нож, тщательно обтирает его об одежду мёртвого офицера. Под ногами его валяются, как стружки, ошмётки окровавленной плоти. Один выковырянный глаз, со шнурком нерва, лежит как раз возле его ноги, и смотрит в небо синим взглядом.
   - Череп коменданта. Сделаю из него чашу. Оправлю в серебро. Айрис понравится.
   Не знаю, кто такая Айрис. Может, его женщина. Главное, чтобы меня сейчас не стошнило на газон.
   - Ты взял храм? - деловито спрашивает Эйлиот, оторвавшись от любования будущей чашей.
   - Да.
   - Хорошо. - Вождь поднимается на ноги, засовывает череп в походный мешок. - Пора.
   Он кивает эльфу, что стоит неподалёку с сигнальным рогом в руках. Эльф вскидывает рог, прикладывает к губам, и издаёт пронзительный звук.
   Какое-то время ничего не происходит. Потом слышится топот множества ног, и площадь начинает заполняться народом. Эльфы, все, кто был в отряде, появляются из переулков, выбегают из домов, спрыгивают с крыш.
   Вскоре они заполняют всю небольшую площадь. А я понимаю, что в городе не осталось ни одного живого человека.
   Вождь выжидает, пока его отряд не собрался весь. Потом неторопливо пересекает площадь, всходит на верхнюю ступеньку храма. Эльфы почтительно расступаются и пропускают его.
   - Подойди, Эрнест.
   Подхожу, встаю рядом. Он взглядывает на моего монаха:
   - Зачем тебе ходячий мертвец, брат?
   Как будто это самый важный вопрос в городе, полном лежачих мертвецов.
   - Мне нужен слуга. Будет таскать мои реторты.
   - А остальные жрецы, те, что внутри? Ты их убил?
   Запинаюсь на мгновение, но отвечаю правду:
   - Я одолел их и оставил связанными у алтаря.
   Вождь морщится:
   - Ты жесток, брат.
   Он отворачивается от меня и обращается лицом к площади. Достаёт из кармана полотняный мешочек, распускает завязки. Негромко произносит несколько слов, поднимает высоко вверх и встряхивает. Из мешочка щедро сыплется тонкая серебристая пыльца. Налетает ветер, подхватывает мельчайшие крупицы, сверкающие в лучах солнца, и быстро разносит над домами, над площадью, крутит по улицам тонкие вихри. Я вижу, как черепица крыш быстро обретает серебристый оттенок.
   Эйлиот выжидает, пока мешок пустеет окончательно, а пыльца развеивается в воздухе. Потом набирает в грудь воздуха, и произносит слова заклинания. Голос его, усиленный магией, разносится над городом, отражается от крыш, от стен домов.
   Резко звучит сигнальный рог: Уходим. Уходим. Уходим.
   Молча, быстро дикие эльфы перестраиваются, и покидают площадь. Только лёгкий топот множества ног слышен на мощёной мостовой. Дробный звук прокатывается по главной улице. Последним площадь покидает вождь. Он бегом спускается по ступеням, уверенно набирает скорость, догоняет свой отряд.
   Застываю у дверей храма, как зачарованный, смотрю, как занимаются огнём черепитчатые крыши. Как ревёт, разгораясь, синее пламя. То самое, от которого не остаётся даже золы. Беги, Эрнест. Если промедлишь ещё немного, сгоришь живьём. Ты здесь уже никому не поможешь.
   До хруста сжимаю зубы. Сбегаю по выглаженным множеством ног, широким ступенькам вниз. Спины последних эльфов уже маячат на выходе из улицы, что ведёт к городским воротам. Трещат, сгорая и испуская густой дым, стены храма. Беги, Эрнест, не то будет поздно.
   Срываюсь с места, бегу по опустевшей улице вслед за уходящим отрядом, и трупы людей смотрят мне вслед пустым глазами.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик) Н.Пятая "Безмятежный лотос у подножия храма истины"(Уся (Wuxia)) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) И.Арьяр "Лунный князь. Беглец"(Боевое фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) А.Емельянов "Последняя петля 6. Старая империя"(ЛитРПГ) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) Т.Серганова "Танец с демоном. Зимний бал в академии"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"