Темень Натан: другие произведения.

Место, где земля закругляется. общий файл + глава 33

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 5.27*36  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Вот так выйдешь купить хлеба, и окажешься в магическом мире, где не знают, что такое пистолет, зато знают, как метать кинжалы и накладывать проклятия. В один день Игорь лишился старой жизни и начал новую... завёл корабль, несколько разношёрстных друзей и заодно получил головную боль - смертельную. Попаданец в магический мир. Приключения, маги, корабли, пираты и всё такое... Обновление от 18.08


   Место, где земля закругляется
  
  
  
  
   Обычно ступает по розам тот, кто топчет грядки.
   Станислав Ежи Лец
  
   Глава 1
  
   Чёрная птица чистила клюв о бушприт. Корабль поскрипывал оснасткой, медленно танцуя на тягучих волнах. Невидимая во тьме мачта с марсовым гнездом наверху описывала плавные круги вслед движению корпуса.
   Игорь лежал у штурвала и смотрел на птицу. Чёрный силуэт на фоне чернильного неба, похожий на ожившее оригами. Звякнула стальная цепь, прикованный к мачте человек повернулся на другой бок.
   Над горизонтом висела огромная звезда. Нижняя часть её похожего на медный диск тела тонула в чернильном море. Огненный полукруг у горизонта перечёркивали несколько крестов - корабли пиратского флота.
   Птица последний раз черкнула клювом о бушприт, переступила когтистыми лапами, хрипло каркнула и взмыла в небо. Игорь закрыл глаза, чтобы не видеть, как её изломанный силуэт пересекает кресты корабельных мачт. Он вспоминал...
   ***
   - Купи хлеба! - крикнула Марина.
   Игорь хлопнул дверью. Теперь малец Никита проснётся, и по возвращении будет новый скандал. Неизбежный, привычный уже скандал. Игорь вспомнил Юльку, её смешные кудряшки за ушами - нежными маленькими ушками - и незлобивый нрав. Где теперь Юлька... А он, как дурак, повёлся на эффектную Марину. Её декольте до пупа и гладкий животик, который она в решающий момент загадочно погладила и сообщила о внезапной беременности.
   Игорь был тогда ещё честный человек, и женился. И потом у него не было сомнений, пока однажды, через полгода после рождения Никиты он вдруг не увидел в улыбке сына глаза Валерки. Валерки Никишина из их группы, что учился в своё время на деньги папаши-бизнесмена. Теперь они иногда виделись в спортзале и на совещаниях, и дежурно пожимали руки друг другу.
   Что-то оборвалось тогда в Игоре, и на Маринку он теперь смотрел с холодной брезгливостью. Если бы не общая квартира, совместный бизнес - маленький, но свой, потом и кровью... Что говорить.
   Ночное небо подмигнуло ему парой колючих звёзд. Круглосуточный магазин с торца соседней многоэтажки тускло светил заляпанным рекламой стеклом. Усталая продавщица бросила на прилавок такой же усталый батон в целлофановом пакете и пачку сигарет.
   Он постоял у магазина, глядя на звёзды. Вытянул из пачки одну сигарету, щёлкнул зажигалкой. Домой идти не хотелось. Там ждала хлеб Марина. Игорь затянулся глубже, чем хотел, и закашлялся. Если лечить простуду, проходит за семь дней. Не лечить - за неделю.
   За кашлем он не сразу услышал визг тормозов. Большая тёмная машина лихо развернулась и встала поперёк дороги. Сразу же ей в блестящий бок въехала другая, расписанная под хохлому. Пёстрая дверца распахнулась, на тротуар вывалился водитель.
   Игорь вжался спиной в стену - машина едва не проехала ему по носкам ботинок. Возле разбитой тачки поднялся крик. Кого-то уже били. Игорь принялся отходить вбок, двигаясь вдоль стены, чтобы поскорее убраться подальше от эпицентра. Распахнулась задняя дверца, кто-то высунулся наружу, стукнул тяжёлыми ботинками о тротуар. Дорогу к отступлению загородила туша амбала выше Игоря на голову. В лицо ему пахнуло густой смесью дорогой выпивки и ещё чем-то сладким, приторно-душным. Он попытался поднырнуть под локоть амбалу, целясь в узкий просвет у стены, одновременно отбросив его толчком в бедро. Бесполезно - здоровяк даже не покачнулся. С таким же успехом можно было толкать гранитный памятник.
   - Куда! - огромная пятерня впечаталась в подбородок, толкнула, ударила затылком о стену.
   Сбоку выскочил водитель тёмной машины, сквозь искры в глазах Игорь успел увидеть его окровавленное лицо. Услышал истошный визг. Ощутил сильный, тупой удар в бок, и сразу - пронзительную боль. Уже лёжа в пыли асфальта, принял последний удар в висок тяжёлым ботинком. Вспышка ослепительного света, и Игорь провалился туда, где нет батонов в помятом целлофане, погасшей сигареты и Марины.
   ***
   Кто-то хлопал ему по лицу. Он открыл глаза. Над ним плавали несколько забавно перевёрнутых лиц. Все они смотрели на него с разной степенью тревоги.
   - За убийство пеня полагается, добрый господин, - одно из лиц, полное, бородатое, зашевелило сизыми губами. - Парень молодой, сколько бы ещё наработал, а ты его кружкой по голове. Видно же, что дурак, что ж теперь, убивать его?
   - Он мне на ногу наступил, облил пивом, - резкий голос, второе лицо, худое, с торчащим по-птичьи носом. - Тупая прислуга. Ты хозяин, ты отвечаешь.
   - Да живой он, смотрите, глазами хлопает, - третье лицо, женское, беспокойно кривило полные красные губы. - Живой, слава богам!
   Ему дали пинка. Он поднялся на ноги. Ноги дрожали.
   Он взглянул вокруг и покачнулся. Не было уже никакого ночного города, круглосуточного магазина и звёздного неба.
   Зал с низким потолком - судя по всему, это была какая-то убогая забегаловка - скудно освещала люстра в виде тележного колеса. Люстра под старину, явный антиквариат. Поверху колеса вместо лампочек натыканы свечи в мутных стеклянных стаканах. Потолок будто расписан художником-готом: сплошь разводы то ли копоти то ли сажи, не разберёшь. Скудно освещённый зал занят грубо сработанными столами, на столах стоят пивные кружки. Столы блестят, но не от чистоты, а от пролитого пива. Кружки сжимают в руках, прикладывают к жадно разинутым ртам разновозрастные мужики, одетые как массовка к историческому фильму. Они попеременно пьют, разговаривают, рыгают, сплёвывают на пол.
   Пол покрыт густым слоем опилок, в которых щедро насыпан мусор. Очень натуральный мусор. Санитарная инспекция явно обходит эту рыгаловку стороной.
   Игорь в изумлении перевёл взгляд на себя. Тело было не его. Оно стало больше. Крупнее. Он увидел свои ноги - большие ступни в грубых башмаках. Рубашка из чего-то вроде мешковины болталась над линялыми штанами с прорехой на коленке. Руки его, с крупными кистями, поросшими светлым волосом, вяло свисали по бокам и заметно дрожали.
   Руки тоже были не его, незнакомые, непривычные. Всё тело было не его, оно не желало слушаться, что-то в нём сопротивлялось, не давало даже повернуться как следует. Игорь усилием воли подавил беспорядочное дрожание и нараставшую панику. Покачался, но кое-как устоял на ногах. В районе виска пульсировала боль - судя по всему, там нарастала здоровенная шишка. Ну да, ему же дали по голове пивной кружкой...
   Но раздумывать над чудесным превращением Игорю не дали. Едва дождавшись, пока он примет вертикальное положение, ему сунули в руки метлу, и велели идти работать. Игорь проковылял в сторону, подальше от людей, опёрся о метлу и перевёл дух. В воздухе стоял едкий запах несвежего пива и жареного мяса. Ещё здесь пахло тушёной капустой, просто кислой капустой и дымом. Нет. Это настоящая сажа, и настоящий мусор. И здесь никогда, никогда не было санитарной инспекции. Куда он попал, чёрт побери?
   Он попытался незаметно выйти в дверь, но здоровый парень у входа, головой как раз под перекладину, что стоял, привалившись к косяку, развернул его и под хохот пьяных рож пинком под зад отправил обратно.
   Игорь сметал с каменного пола мокрые опилки, пропитанные пивом, плевками и усыпанные огрызками. Голова соображала медленно, что-то мешало: то ли пульсирующая боль в раненом виске, то ли смутное ощущение чужого присутствия. Невнятный шёпот, слабое бормотание на грани слышимости. Эхо прошлого владельца, не иначе. Ведь это не его голова. Он чувствовал, что не его. Тогда чьё же всё это?
   Непривычное тело ворочалось с трудом, руки, большие и неуклюжие, сжимали рукоять метлы, ноги неловко переступали по затоптанному полу. К этому телу нужно было привыкнуть. Оно было сильнее прежнего, и он уже несколько раз наткнулся на скамьи, людей и помял прутья метлы - всё с неловкой лёгкостью и незаметно для себя. Каждый раз на него орали, ругались, давали затрещины - насколько могли дотянуться - но кружками по голове больше не били.
   Постепенно зал всё больше наполнялся народом. Две служанки с трудом протискивались между столами, колыхая пышными грудями и шапками пены над кружками. Их щипали за упругие зады, девицы устало взвизгивали с наигранным испугом.
  
   Хозяйка подозвала его, - он не сразу откликнулся, и понял, что его зовут, только когда увидел злое, красное лицо женщины за стойкой - сунула в руки поднос, и велела идти помогать.
   - Иди уже, несчастный! Вверх по лестнице, вторая дверь! - крикнула хозяйка, яростно протирая тряпкой столешницу. - Отнеси ужин господам. Да не пролей ничего, дурачина. Из жалованья вычту. Хотя какое у тебя жалованье... - пробормотала она уже вполголоса.
   Он поднялся по узкой, холодной лестнице, для верности скребя боком о резные каменные перила. Он ещё не был уверен в стойкости окружающего мира, и холодный серый камень создавал иллюзию хоть какого-то якоря в общем безумии.
   На стене подмигивал узорчатым огоньком висящий на крючке фонарь. Кованый металл, тонкая пластинка слюды - кажется, это была слюда - и трепещущий фитилёк внутри. В его свете Игорь увидел ряд дверей, по четыре с каждой стороны коридора. Все были закрыты. Под второй справа виднелась полоска неяркого света. Значит, туда.
   На подносе, который ему вручила хозяйка, дребезжал серебряный бокал - почему-то Игорь был уверен, что бокал серебряный - стучал выпуклым боком в узорчатый кувшин. На тарелке свисал жирными боками кусок мяса, жареного, посыпанного какой-то мелко нарезанной травой. Ломти хлеба громоздились щедрой горкой.
   Он перехватил поднос поудобнее, едва удержав бокал с кувшином от падения, и толкнул свободной рукой закрытую дверь. Уже когда дверное полотно качнулось и со скрипом отмахнулось к стене, он вспомнил, что не постучался. Ему уже попало несколько раз, - не считая того, фатального удара кружкой по голове - за неловкость. Народ тут был обидчивый и скорый на расправу, это Игорь уже понял. А ещё он понял - вместе с тычками и затрещинами - что его личный статус здесь ниже плинтуса, и затрещины входят в программу "трудового договора". Он криво усмехнулся, дав себе слово разобраться во всём, как только будет свободная минутка, и вошёл в комнату.
   ***
   Тусклый свет фонаря в коридоре бросил неверную тень на пол комнаты. На пёстрый полосатый половик. На обнажённую фигуру женщины, похожую на полированную гитару чёрного дерева. Женщина сидела к Игорю спиной, склонившись над чем-то, белые волосы, странно светлые на фоне тёмного блестящего тела, спадали до пола, прямо в густую тень.
   Женщина обернулась на скрип двери. Быстро поднялась на ноги, шагнула к Игорю. Он увидел её лицо, овальное, тёмное лицо, тонкие светлые брови и глаза, ярко-синие, с огромным алым зрачком. Метнулись белые волосы, почему-то окрашенные на концах в красное, будто их окунули в кровь...
   Игорь попятился, поднос задребезжал в его руках. Это была кровь. На полосатом половичке лежала скорченная фигура. Под ней расплывалась неровная багровая лужа. Он не успел толком рассмотреть, в глаза бросилась неестественная худоба этого тела, пёстрая ткань шёлковых одежд, словно крылья помятой бабочки.
   В углу, в тени разворошенной кровати смутно угадывалось ещё одно тело, лежащее навзничь. Крупный мужчина в богато расшитой куртке и узких штанах безвольно раскинул ноги. На свету торчали только подошвы его коротких сапог с подбитыми каблуками.
   Женщина подняла руки, будто защищаясь, растопырила тонкие пальцы, унизанные тяжёлыми кольцами. Полные губы раскрылись, издали хриплый гортанный звук. Синие глаза блеснули. В следующее мгновение женщина покачнулась и упала вперёд, обрушилась прямо на руки Игорю. Загремел об пол уроненный поднос.
   Игорь машинально обхватил её, посмотрел поверх плеча. Он ничего не успел сделать. Только что фигура на половичке была мертвей некуда. И тут же она - вернее, он - ожил, подобрался, взмахнул тощей рукой, больше похожей на лягушачью лапку, и в спине женщины уже торчал нож, вошедший в узкую спину по самую рукоять.
   Женщина коротко простонала, обвисла на руках Игоря. Он прижал её к себе, чувствуя ладонью содрогание умирающего сердца. Освободил одну руку, ухватил кинжал за рукоять и выдернул из раны.
   Тощий человечек в пёстрых одеждах оскалился, показав острые белые зубы. Попятился, метнулся прочь. Напротив двери в каменной стене было окно, сводчатое, забранное мелкой решёткой с кусочками цветного стекла. Человечек ловко подпрыгнул, врезался ногами в окно, решётка вылетела наружу с печальным звоном. Пёстрой бабочкой мелькнула за рамой быстрая тень и скрылась в темноте.
   Игорь застыл в изумлении. На его руках обвисло женское тело. Под ладонью растекалась горячая кровь из раны на спине незнакомки, капала на пол, на полосатый половичок.
   За окном, на улице раздался крик, потом ещё. Крик переместился во двор, огласил забитый людьми зал, заметался под низким потолком. По лестнице наверх затопали торопливые шаги.
   Всё ещё в ступоре, Игорь обернулся и увидел сунувшихся в дверь людей: круглолицего хозяина, пару посетителей - из самых трезвых, здоровяка-вышибалу с дубинкой в руках. У плеча вышибалы маячил остроносый профиль любителя разбивать кружки о головы прислуги.
   Раздался истошный визг хозяйки - её багровое лицо металось за спинами мужчин.
   - А-а-а! Убили! Убили! А-а-а!
   - Убийца! - крикнул кто-то.
   - Держи его! - гаркнул командный голос. - Хватай!
   Сразу несколько человек одновременно сунулись в комнату. Они мешали друг другу, пыхтя и толкаясь. Здоровяк вышибала, яростно взрыкивая, размахивал дубинкой, вслепую попадая по косяку. Со стены сыпалась штукатурка.
   Игорь вздрогнул, его оцепенение пропало. Все эти люди рвались сюда за ним - убийцей и злодеем. Ну конечно, ведь юркий цветастый человечек уже испарился, будто его не было.
   Он разжал руки - мёртвое тело женщины безвольно повалилось на пол - перескочил труп, и одним прыжком оказался у окна.
   Рама была уже выбита, к счастью. Он сунулся головой в окно, и с запоздалой паникой понял, что это совсем не первый этаж. Пёстрый убийца был мал и ловок, а Игорь, в своём новом теле - велик и неуклюж. Но давать задний ход было уже поздно. Он полез в узкий проём, обдираясь об острые края сломанной рамы. Под руками звенели и крошились остатки стекла.
   Перевалившись по пояс наружу, он повис, судорожно вцепившись в края оконного проёма. Дальше можно было только падать. Внизу, под стеной, вокруг здания протянулась полоска вроде бордюра, выложенная из булыжника. Дальше был неширокий газон, на котором росли густые кусты, усыпанные красными ягодами.
   Сзади закричали, уже громче - люди ворвались в комнату. Игорь оттолкнулся от стены и вывалился из окна. Уже падая, ощутил сильный удар - дубинка лишь задела его по щиколотке, но ногу пронзила резкая боль.
   Густой куст лишь немного смягчил падение. Игорь свалился на газон, машинально выставив вперёд руки. Затрещали ветки, он перекувыркнулся через голову, в вихре оборванных листьев и красных ягод.
   Он лежал на траве газона, возле уничтоженного куста. Над ним возвышалась стена дома, сложенная из грубого камня, с проёмами редких окон. Наверху в разбитом окне метался грозный силуэт с дубиной, ещё несколько угадывались позади. Вдоль стены, в десяти шагах, виднелся огороженный невысоким забором крытый двор - вход в заведение. Из ворот уже выбегали люди - как осы из разворошенного гнезда.
   Игорь торопливо поднялся на ноги. Скорее, надо убираться отсюда, пока цел.
   Нога подломилась в щиколотке, он заставил себя удержать равновесие, и, неловко припадая набок, побежал.
  
  

  
  
   Глава 2
  
   Рыба виновна, что глотает крючок, ведь это -- чужая собственность.
   Станислав Ежи Лец
  
  
   Нога вспыхивала болью при каждом шаге. Игорь до хруста сжал зубы и заставил себя двигаться быстрее. На ходу он обернулся и увидел, что за ним бежит изрядная толпа. Впереди, тяжело топая ножищами, несётся здоровяк с дубиной. За ним, немного отставая, шустро перебирает тощими ногами остроносый гадёныш в облитых пивом рубахе и штанах. Хозяин заведения тяжело пыхтит, но тоже развивает приличную скорость. С ними ещё десяток человек посетителей, разгорячённых выпивкой и азартом погони. К погоне, по ходу дела, присоединялись всё новые ловцы из числа прохожих. Видно, в этом мире с развлечениями беда.
   Ясно было, что разговаривать и выяснять, кто виноват и что с тупоумным слугой делать, никто не будет. Сначала его догонят, поймают и вышибут дух. Из тела, к которому он даже ещё не успел привыкнуть.
   Позади кричали, обещали что-то сделать с его задницей и требухой. Загремел по мостовой брошенный вслед булыжник.
   Игорь со всхлипом втянул воздух, ещё прибавил ходу и выскочил на перекрёсток. Прямо перед ним расстилалась широкая набережная, за ней, за каменным парапетом, насколько хватало глаз, переливалось в закатном свете багровое море. Над горизонтом, наполовину уйдя за край моря, висело огромное солнце. Оно было гораздо больше того, что Игорь привык видеть по вечерам, стоя на балконе и выкуривая последнюю сигарету.
   Но не вид громадного светила заставил его поперхнуться воздухом и споткнуться на ровном месте. У набережной, вдоль парапета, на невысоком помосте, где в привычном мире стояли бы пара громкоговорителей и любительский хор, торчала виселица. Столбы с перекладиной в виде уродливой буквы "П", и свисающие сверху верёвки. На паре верёвок болтались останки повешенных. Тела лениво покачивались, вращаемые ветерком.
   - Ах ты, йож... - судорожно выкашлял Игорь, глядя на пустые глазницы трупа.
   Откуда силы взялись - он резво взял с места, и в несколько заячьих скачков заметно оторвался от преследователей, которые уже тянули к нему руки.
   Набережная оказалась пустынной, её широкая полоса, вымощенная мелким булыжником, тянулась вдоль побережья. Её украшали витые столбы фонарей. Но прохожих почему-то не наблюдалось. Видно, здесь не было в обычае прогуливаться, наслаждаясь морскими видами и вечерней прохладой.
   Редкие каменные дома с другой стороны набережной, двух или трёхэтажные, с коваными оградами и тяжёлыми воротами, были скупо освещены изнутри и выглядели горделиво-неприступно.
   Игорь понёсся вдоль парапета, со всхлипами втягивая в горящие лёгкие свежий морской воздух. Ушибленная нога болела всё сильнее. Хорошо, что новое тело оказалось сильным, и с упорством машины колотило тяжёлыми башмаками по камням, унося его от погони.
   Крик позади поднялся с новой силой: из-под арки ворот у празднично освещённого особняка вывалилась группа нарядно одетых гуляк - в ярких кафтанах, полосатых штанах, подпоясанных разноцветными шарфами. На поясах болтались богато украшенные ножны.
   Гуляки радостно завопили при виде нового развлечения. Толпа преследователей Игоря отозвалась ответным разноголосым воплем. Вооружённые гуляки выскочили наперерез беглецу, кое-кто уже вытащил из ножен и размахивал изрядной длины клинками.
   Игорь хрипло выдохнул, сделал немыслимый скачок в сторону и чудом избежал столкновения с самым резвым охотником. Завертелся на месте, оттолкнул ладонью сунувшегося вплотную хозяина забегаловки - тот отлетел назад и грохнулся затылком о мостовую - и перепрыгнул парапет.
   Это немного задержало преследователей. За парапетом берег круто уходил вниз. Полоса голой земли ниже сменялась камнем. Вдоль воды, где плескались багровые от закатного солнца волны, тянулась полоса выложенного шершавыми каменными плитами причала. Вдоль причала, метрах в пятидесяти, виднелась чёрная на фоне неба мачта небольшого судна. На таких катерах они когда-то совершали прогулки по воде, в весёлой компании и без...
   Затопали ноги, зазвенело оружие - погоня лезла через парапет. Разбойничьи присвистывая, нарядные охотники до развлечений потрясали своими ножами - или это были короткие шпаги? Игорю было всё равно. Ему хватит удара одного такого клинка, чтобы помереть.
   Он понёсся по причалу. Ноги уже подкашивались, дыхание клокотало в груди. Долго он так не протянет. Этот парень, в котором Игорь поселился, явно не был бегуном на длинные дистанции. Судно у причала покачивалось на волнах, на палубе суетились тёмные фигуры, звучали резкие команды. Должно быть, команда готовилась к отплытию. Игорь как раз топал разбитыми башмаками мимо борта, когда ему навстречу блеснул ослепительный луч света.
   За корпусом отплывающего судна у берега скрывались ещё несколько посудин - поменьше размером, вроде крытых лодок, и на них тоже кто-то суетился. С ближайшей лодки блеснул свет фонаря, направленный на причал. Раздался окрик, потом тревожный свист, и навстречу бегущему Игорю посыпались люди. Не меньше десятка их спрыгнуло на причал, и все были вооружены.
   "Это конец" - пронеслось в голове беглеца. Игорь отчаянно вскрикнул, оттолкнулся от шершавого каменного края, и прыгнул на палубу отплывающего судна. "Катер" уже отходил от берега, полоса чернильной воды увеличивалась на глазах.
   Игорь перемахнул расширяющийся провал. Башмаки стукнули о палубу, он ухватился за канат и пошатнулся, едва не упав.
   Это спасло ему жизнь. Ветерок пробежал по волосам, что-то свистнуло у щеки, и в край борта ударило лезвие меча. Если бы Игорь не отклонился, ему рассекло бы голову, как арбуз. Не думая, машинально он ткнул рукой в корпус человека, что ударил его.
   Человек взмахнул руками, выронил оружие, отлетел назад и шлёпнулся на палубу. В следующую секунду крик стал оглушительным. Со всех сторон бежали люди, и все, кажется хотели одного - прикончить Игоря на месте.
   Он бросился от одного борта к другому, метнулся наискосок через палубу - за ним кинулись вслед, вопя и толкаясь. В полутьме, в неверном свете заходящего солнца и мечущегося луча фонаря он обогнул мачту, споткнулся обо что-то и покатился кувырком. Время будто замедлилось - должно быть, перед неминуемой гибелью - и он с мгновенной вспышкой изумления увидел в своей руке намертво зажатую рукоять кинжала. Это был тот самый кинжал, что торчал в спине убитой женщины. Игорь тогда машинально выдернул его из раны. Неужели он так и бежал с ним от самой таверны? Ну конечно, так и есть. Как не погнаться за парнем с окровавленным клинком в одной руке, и мёртвой красоткой в другой? Особенно, если этот парень - идиот.
   Игорь зарычал и проворно откатился в сторону. Идиот или нет был владелец его нынешнего тела, но реакция у него оказалась отличная.
   На месте, где он только что валялся, ударились в палубный настил чьи-то ноги. Некто тяжёлый прыгнул на него. Неразличимые в полутьме люди очень хотели его прикончить. Обрушилась рядом с головой дубинка, глухо стукнула по настилу.
   Он снова откатился, махнул рукой с кинжалом, очертив свистящий полукруг. Раздался крик - значит, кого-то задел. Игорь приподнялся, и на карачках - было не до гордости - проскакал под защиту борта. Луч фонаря метался во все стороны, с ним метались тени. Палуба дрожала от топота.
   К нему сунулись - он выставил ногу в грубом башмаке и пнул в живот первого, с коротким мечом. Нападавший потерял равновесие, он ухватил его за запястье и дёрнул на себя. Человек с мечом влетел лбом в край борта. От страха или от непривычки к новому телу рывок оказался так силён, что раздался глухой треск, и нападавший с разбитой головой замертво рухнул на Игоря. Тяжёлое тело свалилось на него, закрыв живым, вернее, уже мёртвым щитом от выпада второго противника.
   Игорь почувствовал отголосок удара, который наверняка пригвоздил бы его к борту, если бы не покойник. Следующий удар, на этот раз точнее, задел его голову. К счастью, острие меча только скользнуло, вспоров кожу сбоку, над ухом. Многострадальный висок, и так ушибленный пивной кружкой, отозвался вспышкой боли. Горячая волна потекла по лицу, заструилась с носа. Он ощутил вкус соли на губах - кровь. Сбоку возникла ещё одна, третья, тень с занесённой дубиной.
   Игорь бросил покойника вперёд - на второго человека с мечом. Тяжёлое тело обрушилось на противника и сшибло его с ног. Сам он прыгнул в сторону, прямо на тень с дубинкой.
   Он врезался лбом и плечами в противника. Тот с придушенным воплем опрокинулся навзничь. Игорь мгновенно вскочил. Ушибленная нога и рана на голове фонтанировали болью, но он не обращал на это внимания. Его противник, выронив дубинку, скорчился на палубе, зажав руками живот. Второй, отбросив тело мёртвого товарища, как раз поднялся на ноги и шагнул вперёд, подняв меч.
   - Умри! - выкрикнул мечник, наступая на Игоря.
   - Умри! - прохрипел зашибленный с палубы. Он корчился, извивался, пытаясь подобраться к чужаку, вторгшемуся на их корабль, и щёлкал оскаленными зубами. Не иначе, чтобы цапнуть за ногу.
   В их настойчивости было что-то жуткое. Игорь подхватил дубинку, увернулся от удара меча, попытался ударить в ответ - мимо. Позади, на возвышении, чернел круглый силуэт с распяленной фигурой человека посредине - штурвал. Рулевой намертво вцепился в рукоятки штурвала, схватка на судне его как будто не касалась.
   Мечник прыгнул вперёд, его оружие полоснуло воздух крест-накрест там, где только что стоял Игорь. Откинулся палубный люк, из черноты отверстия показалась всклокоченная голова. Человек в люке завопил, увидев чужака. Провалился обратно в чёрный проём, пропал на мгновение, сунулся назад, уже с оружием в руке, и вылез на палубу. Он был толст, полугол, его жирные бёдра едва прикрывала набедренная повязка. Толстяк одышливо пыхтел, но казался полным решимости и злобы.
   Зашибленный наконец опомнился, поднялся на ноги, и, полусогнутый, тоже двинулся к Игорю, пытаясь обойти его сбоку.
   Игорь выбрался на единственное место, куда можно было сбежать - к штурвалу. Противники издали дружный вопль и кинулись в атаку. Полуголый толстяк взмахнул своим оружием - это был устрашающего вида топор - от этого удара едва удалось уклониться. Игорь ударился спиной об стойку штурвала, пригнулся. Лезвие топора срезало прядь волос с макушки. Мечник ткнул ему в грудь, держа оружие обеими руками. Сила этого удара должна была пронзить чужака насквозь, но только высекла искры из рукоятки руля.
   Игорь извернулся, махнул дубинкой. Он метил в мечника, но попал в зашибленного, который сунулся вперёд. Удар дубинки пришёлся в голову. Брызнула кровь, осколки чего-то белого, зашибленный кувыркнулся, как игрушечный паяц, и откатился к мачте. Дёрнулся раз, другой, и затих.
   Человек с топором - он был толст, одышлив, и почти гол - отпихнул мечника, его топор описывал угрожающие восьмёрки. Игорь в отчаянии попытался ткнуть в него дубинкой, но попал лишь по толстому, трясущемуся животу. Человек хрюкнул, отшатнулся, и снова ринулся в бой. Игорь пнул его носком башмака в пах. Услышал пронзительный крик, увидел, как нападающий согнулся и выронил топор. И тут же ощутил, как железные пальцы сжимают ему горло.
   Рулевой бросил рукоятки штурвала, и, тонко завывая, сзади вцепился чужаку в шею. Задыхаясь и хрипя, пытаясь вдохнуть, Игорь метнул кинжал в мечника. Он никогда не метал ножи, только видел, как это делается.
   Кинжал кувыркнулся в воздухе и вонзился мечнику в глазное яблоко. Мечник сделал несколько мелких шажков назад, всплеснул руками, выронил оружие и осел на задницу.
   Почти ослепнув от удушья, Игорь закинул освободившуюся руку за спину, и попытался ухватить рулевого за волосы. Другой рукой он принялся вслепую колотить позади себя, пытаясь попасть дубинкой по голове противника, который его душил с отчаянным упорством.
   Ему удалось вцепиться противнику в ухо. Он ухватил скрюченными пальцами комок плоти, как птица когтями, дёрнул что было силы. Рулевой дико завизжал, но горло не выпустил. Колесо штурвала мешало Игорю развернуться и ухватить противника как следует. Уже ничего не видя перед собой, он выронил дубинку, подпрыгнул на месте, опёрся всем телом и пятками на руль и дёрнул рулевого на себя.
   Визжащий противник перелетел через рулевое колесо, руки его вывернулись, разжались, и отпустили шею Игоря. Рулевой свалился на палубу, обрушившись на едва пришедшего в себя толстяка с топором.
   Сипло, тяжело дыша освобождённым горлом, Игорь подскочил к копошащимся телам, которые всё никак не могли подняться. Ухватил рулевого за руку и за ногу - за что пришлось - и швырнул того за борт. Рулевой оказался худощав и лёгок, как высушенная деревяшка. Он перелетел через фальшборт и шлёпнулся в воду, подняв тучу брызг. Толстяк, который выронил топор, увидев, как его товарищ упал в море, в страхе зашарил по настилу пухлыми ладонями и заорал дурным голосом, пятясь на четвереньках от подступившего чужака.
   Удар тяжёлым башмаком в бок, рывок - толстяк оказался намного тяжелее рулевого, но Игорь поднял его - и очередное тело полетело через фальшборт и шмякнулось в морскую волну.
   Игорь мельком глянул на воду - за бортом широкой волной расходились круги - и быстро осмотрел палубу. Никого живого уже не было на судне. Только четыре трупа, два у штурвала, один возле мачты, другой подальше, лежали так, как упали, и под ними расплывалась чёрными потёками густая кровь.
   За кормой плескали багровые волны. Корабль, неторопливо покачиваясь, уходил в открытое море.
  
  

   Глава 3
  
   У подлинного избранника нет выбора.
   Станислав Ежи Лец
  
   Берег неторопливо удалялся. На мелких судёнышках сияли огни фонарей, суетились люди. Ещё больше их собралось на причале. Игорь видел, как люди машут руками, бегают туда сюда и что-то кричат. Возгласы их были уже неразличимы, и напоминали крики чаек.
   Несколько лодок отчалили от берега в попытке догнать корабль с беглецом. Насевшие в них люди вопили и потрясали оружием. Но двигались судёнышки небыстро, виляли из стороны в сторону, тяжело переваливались на волнах и плохо держали курс. На глазах Игоря две лодки столкнулись и под дружную ругань с обеих сторон пытались разойтись. Как будто там не было ни одного моряка.
   - Криворукие дебилы, - отдуваясь, сипло выговорил Игорь и сплюнул в воду. Он тяжело опёрся о борт и смотрел, как отдаляются его преследователи. Руки дрожали, его ещё трясло от всего случившегося. - Криворукие.
   - Море ненасытный зверь, - сказали за его спиной. - Ты накормил его, но он всё ещё голоден.
   Игорь дёрнулся от неожиданности. От половинки огромного солнца по палубе пролегали длинные чёрные тени. В одной из теней, возле основания мачты, что-то шевельнулось. Игорь подобрал с палубы дубинку, и, осторожно переступая, двинулся туда. Если это один из недобитых членов команды... Ему стало не по себе. Прикончить противника в пылу драки - это одно, а добивать раненого... Он сглотнул горькую слюну пересохшим горлом, крепче сжал дубинку и шагнул к мачте. Если матрос окажется таким же чокнутым, как остальные, придётся его кинуть в море - пускай подбирают те, криворукие на лодках.
   То, что он принял поначалу за смотанный в бухту канат, шевельнулось, задвигалось, и оказалось человеческим существом. Трудно было назвать как-то по-другому этот набор костей и лохмотьев, что приподнялся ему навстречу.
   Человек, что сидел сейчас на палубе, когда-то, наверное, был крепким мужчиной. Но теперь он выглядел как скелет, обёрнутый в потерявшее всякий цвет тряпьё. Кожа его обвисла на иссохших мышцах, обтянула лицевые кости. Из-под грязных, спутанных волос блеснули узкие, неожиданно светлые глаза.
   - Ты кто? - спросил Игорь, остановившись в паре шагов от оборванца. Поднял дубинку и предупреждающе покачал в руке. Кто его знает. - Ты матрос?
   Человек хрипло засмеялся. Смех перешёл в кашель. Оборванец подвигался, не вставая со своего места у мачты, и неловко вытянул вперёд правую ногу. Звякнуло железо.
   На костлявой лодыжке красовалось широкое, в ладонь, кольцо кованого металла. От кольца отходила толстая цепь из крепких звеньев, в палец толщиной каждое. Цепь уходила под задницу незнакомца и скрывалась в тени. Тот подвинулся и Игорь увидел, что такое же кольцо, только гораздо больше в диаметре, охватывает основание мачты. Человек был прикован, надёжно прикован к кораблю.
   Игорь вдруг невольно представил тонущий корабль, прыгающих в воду - или в шлюпки - матросов. И захлёбывающегося беднягу, жадно хватающего разинутым ртом последний глоток воздуха... А тяжёлая цепь жадно тянет его вслед за тонущим судном вниз, в холодную глубину.
   - Нет, - сказал человек, наблюдая за выражением лица Игоря. - Я не матрос.
   Игорь оглянулся. Лодки преследователей удалялись. Его судно, хотя и неторопливо, уходило всё дальше от причала, оставив позади причал и колышущуюся на волнах погоню. Он перевёл дух. Кажется, с этой стороны ему пока ничего не грозило.
   Он взглянул в сторону горизонта. Корабль, покачиваясь с носа на корму, неуклонно шёл вперёд, держа курс наискосок от берега. Солнце, казалось, не сдвинулось с места, всё так же купая круглое брюхо в багровом море.
   - За что тебя приковали? - Игорь оглядел палубу. Кроме четверых покойников и этого бедняги, больше никого не было видно. До него начало доходить, в какую задницу он угодил. Судно полно трупов, у мачты сидит какой-то подозрительный тип в кандалах, ведь просто так на цепь не сажают, а он плывёт неизвестно куда, и вернуться к берегу нельзя - повесят. Как пить дать.
   - Ты не хочешь встать к штурвалу? - спросил оборванец. Он переменил позу, приподнялся и взглянул на корму.
   - Я не умею управлять кораблём, - сказал Игорь. - Ты не ответил. За что тут сидишь?
   - Сейчас не это главное, - мягко ответил прикованный. - Если ты не возьмёшься за руль, нас ждёт верная смерть.
   - Здесь есть ещё люди, кроме тебя? - может быть, матрос, уснувший после вахты. Он мог бы доставить корабль в тихое место, а там уже они разобрались бы, что к чему...
   - Люди? - человек снова рассмеялся, зазвенел цепью. - Какие люди? Ты всех убил!
   Он затрясся, задыхаясь от кашля, хлопая по палубе костлявыми ладонями. Игорь окончательно убедился, что у этого психа не все дома.
   Он прошёлся по палубе, наклоняясь над каждым телом. У парочки трупов возле борта рядом лежали мечи - обоюдоострые клинки, длиной примерно в локоть, насаженные на грубые рукояти с незамысловатым перекрестьем. Он подобрал оружие и отнёс на корму.
   У толстяка на теле, кроме набедренной повязки, ничего не было. Должно быть, он спал внизу, когда шум на палубе поднял его с постели. Возможно, ему повезло, и лодки уже подобрали его, вместе с рулевым. Во всяком случае, ему ничего не помешает плыть. Игорь нашёл его топор, и тоже отнёс на корму, положив возле штурвала в общую кучу. Человек, которому он разбил голову дубинкой, лежал навзничь, раскинув руки. Игорь, стараясь не глядеть в мёртвое лицо, повернул труп, расстегнул пояс с привешенным сбоку кожаным кошельком - мало ли что, сейчас ему всё пригодится - и оттащил тело к борту. Подумал немного, глядя на окровавленные останки. Потом ухватил покойника за ноги, и перевалил через борт. Сколько им ещё плыть, неизвестно. Не стоит ждать, пока труп завоняет. Так же он поступил и с другими телами.
   В глазу матроса, того, что тыкал в него мечом возле рулевого колеса, торчала рукоять кинжала. Узкий клинок глубоко ушёл в глазницу, вокруг расплылась пузырящаяся кровавая жижа. Игорь немного поколебался, решая вопрос: стоит ли кинжал того, чтобы его взять, или оставить его там, где он есть? Но всё же решился, взялся пальцами за рукоять, и выдернул клинок из раны.
   Потом постоял немного, упёршись ладонями в колени, сдерживая рвотные позывы. Перед внутренним взором стояло зияющее отверстие на месте глаза у мертвеца; разбитое лицо покойного матроса и его отвисшая, болтающаяся челюсть с выбитыми зубами. Он никогда не думал, что способен с одного удара убить человека. Его руки, новые, крепкие, с широкими ладонями, поросшие светлым волосом, упирались в коленки прямо перед его взглядом, и он не узнавал их. Это новое тело оказалось непривычно сильным.
   Игорь выпрямился и перевёл дыхание. Хватит распускать сопли. Это ему сейчас ничем не поможет. Он преодолел брезгливость, поднял пояс одного из покойников и застегнул его на себе. Чтобы пристроить в крепление кинжал, пришлось повозиться, но вскоре клинок занял своё место, и Игорь сразу почувствовал себя увереннее.
   Он ещё раз оглянулся назад - берег неуклонно удалялся, корабль спокойно двигался в прежнем направлении - и пошёл обследовать трюм.
   Люк был по-прежнему открыт, с тех тор, как оттуда выбрался полуголый толстяк. Прямоугольный проём был чёрен, оттуда тянуло жаром нагретого помещения, духотой немытых тел и ещё чем-то мерзким, кислым.
   Игорь с опаской потыкал перед собой дубинкой. Ничто не бросилось на него из темноты. Зато что-то звякнуло сбоку, возле узкой лесенки, ведущей вниз - фонарь. Он был подвешен на крюке, рядом болтались кремень и кресало, привязанные прочной бечёвкой.
   Окошко фонаря было открыто. Игорь с нескольких попыток высек искру кремнем, и запалил фитилёк внутри. Осторожно прикрыл окошко - только пожара ему не хватало на судне - взял фонарь в одну руку, в другой сжал дубинку, и стал спускаться по узкой лесенке.
   ***
   Внутри было жарко и воняло всё сильнее, чем дальше он спускался по трапу. Должно быть, гигиена была не в чести на судне, невзирая на огромное количество морской воды вокруг.
   В мерцающем свете фонаря Игорь увидел несколько пустых гамаков, подвешенных в ряд, смутные очертания лавок вдоль бортов, прямоугольник стола с кувшином и пивными кружками (посуда бы вставлена в выемки в столешнице) и у переборки - ряд бочек и груду мешков. Мешки были аккуратно сложены горкой. Только один лежал отдельно, возле лавки. В полутьме Игорь не сразу разглядел, что там, и вздрогнул, когда от борта послышался тихий стон.
   Игорь поднял фонарь повыше и двинулся туда, держа наготове дубинку. Из темноты показались очертания туго набитого мешка из грубой ткани. В углублении между мешком и лавкой лежал человек.
   Тонкая фигура утопала в тени, в свете фонаря виднелись только торчащие худые коленки и локти. Человек слабо шевельнулся, стон послышался снова. Игорь опустил фонарь пониже и увидел, что это девушка. Худенькое тёмное тело, тонкие руки закинуты за голову, стройные ножки на лодыжках украшены металлическими браслетами. Кроме браслетов, больше на девушке ничего не было.
   Игорь со стуком опустил фонарь на лавку и замысловато выругался. Нет, это были не браслеты.
   Щиколотки, на которых он теперь разглядел кровавые ссадины, сковывали ножные кандалы, цепочка от которых соединялась посередине кольцом. Кольцо удерживалось прочным крюком в деревянной стойке у лавки. Он посмотрел - руки в запястьях тоже были скованы. Он выругался снова, переставил фонарь на лавку и осмотрел крепление кандалов. Крюк был вделан в дерево на совесть, цепь выглядела прочной, кандалы тоже. Где-то должен был быть ключ. Если он случайно не выбросил его вместе с покойниками в море.
   - Подожди, - пробормотал Игорь, шаря взглядом вокруг, - подожди... Сейчас я тебе помогу.
   Он вдруг отчётливо вспомнил блеск металла на столешнице, рядом с кувшином. Но это оказался всего лишь поварской нож. Девушка тоненько заскулила, как брошенный щенок, не открывая глаз.
   Игорь зарычал, поставил фонарь на стол и взбежал вверх по трапу. Топор толстяка лежал в общей куче оружия, возле штурвала. Игорь схватил его, вернулся в трюм, и в несколько ударов перерубил цепи на ножных кандалах. Потом проделал то же самое с цепочками на запястьях. Отбросив топор - лезвие у него стало похоже на полотно пилы - он поднял девушку с мешка и усадил на лавку. Сбегал за кувшином, где плескалось пиво, принёс ей. Она только мотала головой, не разжимая губ, и он вылил немного пива на ладонь и протёр ей лицо. Она тяжело задышала, отфыркиваясь, но глаз не открыла. Свежий воздух! Ну конечно. Вот он дурак!
   Игорь подхватил девушку на руки и взобрался с ней по трапу наверх.
   Там он уложил её на палубный настил и пошлёпал по щекам.
   Она легонько вздохнула, выгнула спину, так, что он невольно взглянул на напрягшуюся грудь. В следующее мгновение Игорь успел увидеть только крепкий кулачок, летящий ему прямо в лицо. Глаз полыхнул феерической вспышкой боли, Игорь отшатнулся, не удержал равновесие и грохнулся спиной на палубу.
  
  

   Глава 4
  
   Когда вода доходит до твоего рта, не огорчайся, что она не пригодна для питья.
   Станислав Ежи Лец
  
   Он ударился затылком и спиной. Девушка издала тонкий, вибрирующий визг, который ввинтился Игорю в уши, как штопор. Подскочила кошкой, и обрушилась на него всем своим телом, которое, кажется, превратилось в набор локтей, коленей, твёрдых маленьких пяток и оскаленных зубов.
   Он едва успел увернуться, когда эти самые зубы - мелкие острые белые зубки - щёлкнули у самого его горла. Кожу его обдало горячим дыханием, девушка ухватилась Игорю обеими руками за волосы и цапнула за ухо.
   Он заорал, пытаясь оторвать её от себя, но она только крепче сжимала челюсти. Тоненькие ручки держались мёртвой хваткой, ноги обхватили его, как железные. По прокушенному уху, по шее потекла кровь - уже в который раз за этот день. Игорь взялся за тонкие запястья, на которых всё ещё болтались браслеты кандалов, сжал посильнее, шагнул вместе с девушкой через палубу и придавил её спиной к борту. Сказал, преодолевая слепящую боль:
   - Отпусти, слышишь? Я тебе спину сломаю.
   Она зашипела сквозь стиснутые зубы, но хватку не ослабила.
   - Я не хочу тебя убивать. Опусти. Пожалуйста.
   Никакой реакции. Похоже, девчонка совсем спятила от духоты трюма и грубого обращения. А может, она под стать этому, что сидит возле мачты?
   Игорь сдавил тонкие ручки, намереваясь всерьёз сломать ей кости запястья, и вдруг услышал сквозь болезненный девичий вскрик спокойный голос прикованного психа:
   - Отпусти его, Майита. Он нам не враг.
   О чудо - девчонка послушалась. Игорь почувствовал, как ослабела хватка на его теле, как разжались острые зубы на потерявшем уже всякую чувствительность несчастном ухе. В следующий миг девушка оттолкнулась от него, как от стенки и одним прыжком очутилась в нескольких шагах.
   Она замерла в угрожающей позе, покачиваясь на напружиненных ногах. Маленькое личико с заострённым подбородком было перепачкано кровью - кровью Игоря. Влажно блестели оскаленные белые зубы.
   Игорь медленно отёр шею ладонью. То ли от постоянной потери крови, то ли от ушиба ему померещилось... Чертовщина какая-то. Он усмехнулся. А во всё остальное ты веришь, дружище? Ты, выпускник университета и мелкий бизнесмен? Что ты делаешь здесь, на залитой кровью и багровым светом неземного солнца палубе?
   - Если ты уж взялся освобождать всех подряд, то отпусти Ний'Зи, - невозмутимо предложил псих. - Она там, внизу.
   - Кого? - Игорь машинально провёл руками по поясу. Кинжал был на месте. Хорошо, что ему не пришлось применить его. Резать молоденьких девчонок - последнее дело.
   - Ний'Зи, - выплюнула диковинное слово девушка. Её треугольное личико сморщилось в презрительной гримасе. - О, да. Она там - за бортом. Ногами в воде!
   Игорь перегнулся через борт. Ему и в голову не могло прийти, что можно использовать живое существо в качестве украшения носа корабля. Под бушпритом, у самого его основания, висела распластанная женская фигура. И она была живая.
   Ему наотрез отказались помогать. Девушка, которую он только что вытащил из вонючего трюма, освободил от кандалов, гордо задрала подбородок и отвернулась. Одеваться она не спешила. Девчонка демонстративно повернулась к нему спиной, и теперь он мог любоваться её крепкой округлой попкой и пышной гривой спутанных волос, развеваемых ветром над стройной шейкой. Игорь вздрогнул, торопливо отвёл глаза от тонкой фигурки, и полез за живым украшением.
   Когда он с трудом выбрался обратно и свалил добычу на палубу у борта, псих возле мачты приподнялся, насколько позволяла цепь, и любопытно вытянул шею.
   Игорь разглядывал то, что вытащил из-под бушприта. Это была тоже совсем ещё молодая девушка. Взрослой она ему показалась из-за пышной фигуры. Кажется, в прошлой жизни, до того, как попасть в носовые украшения, эта девушка изрядно любила налегать на пирожные, торты и всякие другие сласти. Но она хотя бы была одета, в отличие от первой девицы, как её - Марийта? Майита?
   Вокруг спасённой по палубе расплывалась изрядная лужа воды. Вода текла с тонкого платьица, больше похожего на ночную сорочку, и с насквозь промокших волос.
   Кажется, девушка даже не дышала. Лицо её, белокожее, с округлыми щеками и пухлыми губками, было бледно до синевы. Мокрые пряди облепили шею и лицо, отчего девушка стала похожа на утопленницу. Да она почти что такой и была - Игорь никак не мог нащупать у неё пульс. Наверное, наглоталась воды, и замёрзла...
   Он вспомнил уроки по спасению утопающих, и принялся делать девушке искусственное дыхание. Положил ладони ей на грудь, и принялся ритмично на неё надавливать, потом наклонился, прижал губы к холодным пухлым губам утопленницы и сильно выдохнул.
   - Ты даже штаны не снимешь? - Майита подошла поближе и любопытно наклонилась. - Никогда не видела такого способа.
   - Я ей жизнь спасаю! - рявкнул обозлённый Игорь. Кажется, эта наглая девица решила, что он... вот дрянь.
   - Ну конечно. Кто-то любит девушек, а кто-то лягушек, - фыркнула Майита.
   Игорь яростно отвернулся, и снова попытался втолкнуть воздух в рот утопленницы. Та вдруг прерывисто вздохнула, задрожала ресницами и открыла глаза. При виде Игоря глаза раскрылись ещё больше, пухлые губы испуганно приоткрылись, девушка тихо пискнула и прикрылась руками. Смущённый Игорь отодвинулся, дав ей сесть. Она приподнялась, пошатнулась и беспомощно ухватилась за него. Ему пришлось обнять её за талию, отвести поближе к мачте и усадить, прислонив к фальшборту.
   Бывшая утопленница благодарно взглянула на него и стыдливо оправила на себе мокрое платьице.
   - Может быть, ты всё-таки возьмёшься за руль? - настойчиво предложил прикованный к мачте псих. - Если уж не хочешь снимать последнего?
   - Не снимайте его! - зарычала Майита. - Ему там самое место!
   Игорь посмотрел на море. За кормой разбегались потревоженные кораблём волны. Берег вместе с причалом казался уже просто тёмной полосой с редкими проблесками огней. Лодок преследователей почти не было видно в багряных отблесках заката.
   Перед бушпритом плескалась вода, озарённая величественным солнцем. Огромный диск всё так же неторопливо опускался за горизонт, его сияющий полукруг окрашивал море во все оттенки крови.
   Похоже, их судно само неплохо справлялось со своей задачей. Он ходко шло вперёд, ветер постоянно дул в одном направлении, и даже штурвал не мотался туда-сюда, как показывают в кино. Во всяком случае, немедленная гибель от кораблекрушения им явно не грозила.
   Что они сказали? Последнего? Да что сегодня за день такой...
   Он огляделся. Никакого последнего, никого вообще, кого стоило бы спасать, не наблюдалось. Это что, шутка такая?
   - Он на мачте, - тихо, нежным голоском пропела пышнотелая девушка от борта. - На самом верху. Бедняжка.
   Игорь задрал голову. То, что он увидел, поначалу показалось ему вороньим гнездом, устроенным на самом верху мачты. Но приглядевшись, он понял, что это человек, скорченный на крохотной круглой площадке, согнутый в три погибели, как будто обмотанный вокруг шпиля.
   Он представил, как будет лезть наверх, по хлипким креплениям верёвочной лесенки, и ему стало не по себе. Как давно он уже не ел и не пил, убегая от смерти и сражаясь за свою жизнь? Чёрт, он не железный, и в спасители бедных, больных и слабоумных не записывался.
   - Э, как тебя... Майита, - он повернулся к голой девице. Худая, ловкая - вон как его отделала, до сих пор ухо болит - пусть отработает спасение из трюма. - Будь добра, слазай наверх. Сними это... этого.
   Девица презрительно фыркнула. Сверкнула глазами в сторону мачты.
   - Тебе надо, ты и снимай.
   Она резко мотнула головой в жесте отрицания. Свежий ветер поднял её пышную спутанную гриву волос, и теперь Игорь уже ясно увидел её уши. Да, ему не померещилось. И на потерю крови это уже не спишешь. Девчонка упрямо отвернулась, и теперь он рассмотрел её как следует.
   Чёрт побери, куда он попал? Это огромное солнце, эта виселица на берегу, толпа ряженых с мечами... А теперь ещё это.
   Он шагнул к Майите. Она вызывающе взглянула на него. Он сказал, внимательно разглядывая её треугольные, покрытые нежным коричневым пушком уши, так похожие на собачьи:
   - Может быть, я зря вытащил тебя из трюма? Тебе это было не нужно?
   Девчонка оскалилась. Блеснули мелкие белые зубы. На верхней челюсти отчётливо выделялись острые как иголки клыки.
   - И не фыркай на меня, - веско продолжил Игорь, не давая ей ответить. - А то подвешу за хвост рядом с ним, на мачту.
   Он не понял, что сильнее подействовало на девчонку - угроза вернуть в трюм или подвесить за хвост. Но Майита смутилась, спрятала зубы и отправилась к мачте, всем видом показывая, что вовсе не торопится.
   Там, где у обычного человека, гомо сапиенса, был бы копчик, у девушки виднелся короткий, покрытый всё той же пушистой коричневой шёрсткой, хвост. Игорь отвернулся, чтобы не видеть его. Почему-то это зрелище вызывало у него стойкое отвращение.
   Девчонка неторопливо, но очень ловко забралась на мачту. Повертелась на крохотной площадке наверху, и крикнула оттуда:
   - Я не могу его снять! Не могу! Он прикован!
   Игорь выругался, велел девчонке спускаться, прихватил зазубренный топор и сам полез на мачту.
   Наверху свистел ветер, палуба внизу, под ногами, сразу показалась маленькой, а столб мачты с лесенкой - чертовски ненадёжными. Игорь, яростно чертыхаясь, мельком оглядел скорченное тело, и принялся перерубать уже надоевшие цепи. Занесла его нелёгкая на этот корабль. Не то работорговцы, не то бандиты... Половина за бортом, половина в цепях. Вот везенье, так везенье.
   Он кое-как, рискуя свалиться, сполз по мачте вниз, и, уже не церемонясь, бросил неподвижное тело на палубу.
   Тело перекатилось и застыло, раскинув руки. Это был тощий парень, тощий до жалости, с торчащими под загорелой дочерна кожей рёбрами. Из одежды на нём была только замызганная набедренная повязка. Худющие руки и ноги, с выступающими жгутами мускулов, похожими на верёвки, налысо выбритая коричневая голова. Видно, этого парня давно коптили на солнышке и морском ветерке.
   - Принеси ему попить, - скомандовал Игорь. У него самого пересохло в горле, но надо было сделать последнее, самое важное - взяться за штурвал. Хотя бы закрепить его, на всякий случай.
   - Я тебе не служанка, человек, - Майита вновь оскалила зубы, и он понял, что она не шутит. - Ты меня вытащил из цепей, я благодарна. Да, спасибо тебе. На этом - всё!
   - Я принесу, - мелодичным голоском пропела другая девушка. Она выглядела уже гораздо лучше, и теперь стояла у борта, внимательно прислушиваясь к разговору. Её сияющие светлые глаза остановились на Игоре, она улыбнулась. - У меня тоже есть долг, человек.
   Под свежим морским ветром, что посвистывал в снастях и неутомимо продувал палубу, платье девушки просохло, волосы уже не свисали мокрыми прядями. Лёгкая ткань колыхалась, развевались под ветром волнистые, уже не похожие на змей волосы, изгибались в улыбке пухлые губы. Но не это привлекло взгляд Игоря. За её спиной, над округлыми плечами, возле нежной белой шеи девушки трепетали полупрозрачные крылья. Четыре радужных, похожих на стрекозиные, крылышка дрожали на ветру, их просвечивало солнце, и бросало едва заметную тень на палубный настил.
   Это было уже слишком. Игорь закрыл глаза, взялся обеими руками за мачту и принялся равномерно колотить лбом о твёрдое дерево.
  
  
  
  
   Глава 5
  
   Спасти человека от пасти акулы может и людоед.
   Станислав Ежи Лец
  
  
   Ветер завывал в оснастке. Солнце исчезло. На горизонте громоздились чернильные тучи, похожие на горы грязной ваты. Ветер выдирал из их боков чёрные клочья и гнал по небу, как стадо испуганных овец. Где-то на крае земли вспыхнула маленькая белая искра - молния.
   Игорь сжал рукоятки штурвала вспотевшими ладонями. Разбитая кожа на лбу саднила, здоровенная шишка пульсировала болью. Он криво усмехнулся, вспомнив давешнюю истерику. Ха. Знал бы он, какая это на самом деле ерунда...
   ***
   Пока он бился головой о мачту, крылатая девушка слазила в трюм и принесла кувшин с пивом. Игорь услышал, как они ругаются над обезвоженным телом снятого с мачты парнишки - ушастая девица и та, с крыльями, - всё громче и громче. Что может быть хуже женской истерики? Только мужская. Игорю стало стыдно. Девчонки явно не поладили, и собирались уже вцепиться друг другу в волосы, когда он подошёл. При нём они притихли и разошлись в стороны.
   Вместе они напоили парня. Тот поначалу пить не хотел, и Игорю пришлось разжимать ему зубы и вливать жидкость по глотку.
   Потом он оставил парня на руках у девчонок, и пошёл к штурвалу. Ветер дул всё так же ровно, сильно, надувая косой парус. Команда судна успела поднять ещё парус над бушпритом, и они шли с хорошей скоростью, оставляя за кормой разбегающийся след. Надо бы посмотреть, есть ли здесь судовой журнал, подумал Игорь. На кораблях должны быть журналы, а ещё карты с проложенным маршрутом. Он очень надеялся, что ему удастся увести корабль подальше отсюда, и причалить где-нибудь у безопасного берега. Что будет дальше, он пока не думал. Выбраться хотя бы живым с этой посудины...
   Штурвал - небольшой, с отполированными до блеска рукоятками, словно ждал его. Устало раздумывая, отчего на таком относительно малом судне стоит эта штука вместо обычного румпеля, Игорь взялся за рукоятки. Он представил себя на мгновение эдаким морским волком, который с уверенной небрежностью ведёт свой корабль сквозь шторм и туман к заветному берегу.
   Его прошило насквозь, как ударом тока, от головы до пяток. Ладони намертво прилипли к штурвалу, тело скрутило судорогой. Ничего не видя, корчась от пробегающих по рукам и позвоночнику огненных вспышек, Игорь заорал, не слыша своего голоса.
   Судорога прекратилась так же внезапно, как началась. Он повис на штурвале, весь мокрый от пота, часто дыша.
   - Человек, эй, человек! - встревоженное лицо Майиты вплыло в поле зрения. - Что с тобой?
   - Ему плохо, - голос Ний'Зи, она тоже была здесь. - Он кричал.
   - Сама знаю, - огрызнулась Майита. - Отчего?
   - Смотри, он не может отпустить руль, - заметила Ний'Зи.
   Игорь посмотрел на свои руки. Ладони намертво вцепились в рукоятки штурвала, там, где он за них взялся, буквально пару секунд назад. Пальцы побелели от напряжения. Он попытался их разжать - ничего не получилось.
   - Это магия, - сказала Майита. - Колесо зачаровано.
   - Это и червяку понятно, - заметила Ний'Зи.
   - А этот червяк знает, что делать?
   - Любой знает, что лучше не делать ничего, когда замешана магия...
   Так Игорь простоял непонятно сколько времени, которое показалось ему вечностью. Он уже потерял счёт попыткам оторвать руки от штурвала. Всё было напрасно.
   Девчонки ничем не могли ему помочь, только взялись переругиваться через его голову, отчего Игорю захотелось вырвать штурвал из кормы и выброситься за борт вместе с ним.
   Он увидел, что парень, которого он снял с марса, уже самостоятельно сидит на палубе, и смотрит в их сторону. Парень ничего не говорил, только молча смотрел, и взгляд у него бы отсутствующий. "Очередной псих" - в отчаянии подумал Игорь, дёргая руками. Чёрт, чёрт, чёрт, что же делать...
   Мужик, что так и остался прикованным к мачте, вдруг взвизгнул, вскочил на ноги, но цепи потянули его вниз. Он упал на четвереньки и стал мотать головой, как безумный.
   - Я понял! - заорал он дурным голосом. - Понял!
   Из безумного ора и потока слов наконец вычленилась мысль, которая поначалу показалась Игорю наблюдательностью идиота.
   Мужик, как выяснилось, остался из всей компании единственным, кто наблюдал за жизнью корабля с палубы. Он видел, как команда ставила паруса и готовилась к отплытию. По его мнению, рулевой ни на миг не покидал своего места на корме (Игорь застонал). За исключением парочки моментов, когда... (псих задумался, Игорь перестал дышать) когда его заменял кто-то другой. При этом они производили какую-то странную церемонию, которую он, мужик, со своего места не разглядел. Во всяком случае, штурвал ни на минуту не оставался пустым.
   - Кто-нибудь хочет меня сменить? - с тайной надеждой спросил Игорь. - Хотя бы на минутку?
   Желающих не нашлось. Девушки переглянулись, как будто их удивляла сама эта мысль, и дружно удалились. Парень ответил пустым взором. Псих усмехнулся, и демонстративно потряс цепями.
   Через какое-то время, которое Игорь провёл, то пытаясь безуспешно оторвать себя от проклятой штуковины, то застывая в отчаянии, тупо глядя на волны, Ний'Зи принесла ему попить. Он дошёл уже до того, что серьёзно раздумывал, как бы ухватить девчонку и поставить к штурвалу вместо себя. К счастью, трусливая мыслишка не реализовалась - девушка мило улыбнулась, протянула кувшин с пивом так, чтобы он мог взяться за него кончиками пальцев, и сразу отошла подальше.
   Он жадно высосал половину кувшина, и спросил, отдуваясь:
   - Вы нашли карты?
   - Тебе нужны карты, человек? - мелодично спросила девушка. - Как жаль, что ты не можешь сам их поискать.
   - Я хочу, чтобы вы их отыскали, - устало выговорил Игорь. Он помнил из каких-то пособий по общению с похитителями, что надо быть с ними дружелюбным и завести разговор на близкую тему. Девушки сейчас в его сознании почти ничем не отличались от вымогателей. - Эту нужно нам всем.
   - Зачем, человек? Ты умеешь читать карты?
   - Просто найдите их. И судовой журнал.
   - Тогда тебе надо попросить Майиту. Она была ближе к капитану, чем все остальные, - крылатая девушка снова улыбнулась.
   - За что тебя привязали на нос корабля?
   - Ты странный, человек. Ты ничего не знаешь. Ты как животное. Когда я увидела тебя, удивилась.
   - Чему? - тоскливо спросил Игорь. Он уже понял, что в этой девице жалости не больше, чем в булыжнике.
   - Что ты вообще умеешь говорить.
   Крылатая девушка развернулась и ушла. Тонкое платье трепыхалось за ней на ветру. Крылья были сложены за спиной, и сейчас походили на шлейф из полупрозрачной ткани.
   Потом пришла Майита. Она принесла кусок хлеба и кусок сыра, завёрнутые в тряпочку. Она быстро положила их на палубу в пределах досягаемости, и отошла так же как Ний'Зи.
   - Эта лягушка сказала, что ты хочешь найти судовой журнал, - сообщила девушка. Личико её при упоминании Ний'Зи брезгливо скривилось. - Если хочешь, я найду его для тебя.
   Не успел Игорь обрадоваться, как она добавила:
   - Только с одним условием. Ты выкинешь эту тварь за борт при первой возможности.
   - Э-э... Послушай, - он постарался быть убедительным. Последнее дело - влезать в женские разборки. - Нас на судне и так мало. Кораблём надо управлять. Сейчас каждый чел... каждый на счету. Даже такой, как... э, Ний'Зи.
   Майита поморщилась и повернулась к нему спиной.
   - Не затем я её спасал, чтобы потом топить! - крикнул ей в спину Игорь. - Это нечестно!
   Майита развернулась. Он увидел её расширенные от удивления глаза.
   - Эта тварь была здесь. Разве ты не пообещал ей то же самое для меня?
   - Нет.
   - О. Хорошо, человек. Я найду тебе эти карты. Ты будешь мне должен. Согласен?
   - Если это не повредит моей карме, - устало сказал Игорь. Подобрал хлеб и затолкал его в рот. К чёрту. Он попал в ад. Это точно. Вон одна идёт - с хвостом.
   Майита скрылась в трюме. Тощий парень прилёг неподалёку на палубу, раскинулся, как на пляже, и задремал. Прикованный к мачте псих глядел на небо и что-то бормотал себе под нос, загибая пальцы и хмуря облезлые брови.
   Игорь в который раз обвёл взглядом корабль, насколько мог оглянуться со своего поста. Возможно, это последнее место, которое он видит в своей короткой жизни.
   Судно мерно покачивалось на волнах, ветер посвистывал в вантах, обдувал потную шею. Игорь на глаз прикинул длину посудины. При самых грубых прикидках выходило не меньше пятнадцати метров без бушприта. В ширину было метра четыре с половиной - пять. Фальшборт с прорезями для стока воды, палубный настил выложен мелкой деревянной плашкой. Небольшой бак, над бушпритом натянут треугольный парус... кажется, его называют кливер. Через равные промежутки над фальшбортом торчат стойки с шарообразными навершиями, похожие на обнажённые концы рёбер кита, на которые кто-то надел теннисные мячики. Как будто это не борт, а чугунная ограда с шишечками... Зачем они здесь, непонятно, то ли для красоты, то ли для чего-то другого. Игорь представил, как за такие штуки пришвартовывают корабль, и отмёл эту идею. Над головой покачивается мачта - не меньше десяти метров в высоту. Наверху виднеется марсовая площадка - совсем крохотная, одному человеку едва поместиться. Над марсовой площадкой и под ней торчат распорки краспиц, отсюда похожие на зубочистки. Надо же, он ещё помнит эти слова... Когда-то, ещё пацаном, Игорь покупал коробки с изображениями парусных кораблей. Они были полны деталями, которые надо было собирать, чтобы получить великолепное трёхмачтовое чудо, и он сидел над конструктором часами. Потом увлечение прошло, но некоторые вещи застряли в памяти.
   Вон те штуки называются ванты... Над бушпритом красуется треугольник кливера, высокий грот поднят и натянут, как пузо плотно пообедавшего кота. Он кажется красным в закатном свете, и посередине его нарисовано нечто, похожее на голову Медузы Горгоны...
   А потом Майита вылетела из трюма. Игорь было обрадовался, что она нашла бумаги, но девушка встала у борта, и уставилась на горизонт. Как ни странно, к ней присоединилась Ний'Зи, и тоже принялась смотреть туда же.
   - Шторм, - сказал вдруг совершенно нормальным голосом псих у мачты. - Шторм идёт. Мы погибли.
  
  
  
  
   Глава 6
  
   Собственная немощь опасна так же, как чужая сила.
   Станислав Ежи Лец
  
   Тучи заслонили уже полнеба. Изредка в их лохматых телах ещё возникали просветы, и багряные лучи солнца, ослепительно острые, как пучок лазерных указок, тыкали рулевому прямо в лицо, пятнали парус кровавыми пальцами.
   Ветер дул всё сильнее, он уже завывал, как стая волков, рвал ледяными пальцами одежду, трепал волосы. Их корабль несло прямо туда, в клубящуюся черноту на горизонте. Прикованный к мачте мужик тихо взвыл от ужаса, скорчился на палубе, закрыл руками голову и застыл в позе эмбриона.
   Тощий парень куда-то незаметно исчез - не иначе убрался в трюм, подальше от непогоды. Дурак дураком, а сообразил.
   - Что я могу сделать, человек? - спросила Майита. Она стояла в двух шагах от штурвала, гриву волос её мотало порывами ветра, треугольные уши были прижаты, как у испуганной собаки.
   Игорь пытался вспомнить, что нужно делать во время надвигающегося шторма. Кажется, следует уйти как можно дальше от эпицентра (глаза) урагана. Ещё рекомендуется опустить как можно больше парусов, чтобы... чтобы увеличить устойчивость судна. Или чтобы их не порвало к чёртовой бабушке. Поставить штормовой парус... Только кто ж его поставит? Отойти от штурвала он не мог. Лавировать как следует, да ещё при поднявшемся ветре - тоже. У него не было на это ни знаний, ни умения.
   - Снимите грот... большой парус! - крикнул он. - Уберите его!
   Она помотала головой, уголки губ скорбно опустились.
   - Я не могу. Не умею.
   - Возьми летучую лягушку! - рявкнул Игорь. Эта пассивная забастовка приводила его в бешенство. - Тащи её силой, если надо! И тощего придурка тащи, он наверняка знает. Зря, что ли, на мачте жопу коптил?!
   Майита неожиданно фыркнула, взглянула на Игоря огромными изумлёнными глазами, и бросилась в трюм.
   Через какое-то время они появились вдвоём: Майита и Ний'Зи. Крылатую девушку даже не пришлось тащить - она шла сама.
   Они уставились на парус, потом посмотрели на Игоря, нерешительно, словно ожидая указаний. Он попытался объяснить, выходило плохо, девчонки его не понимали. Игорь бессильно заскрипел зубами. Да и как сказать: возьмись вон за ту хреновину и тяни к той фиговине? Невозможность даже помахать руками приводила в бешенство.
   Наконец, отчаявшись, он выкрикнул:
   - Делайте хоть что-нибудь, мы все тут подохнем!
   Это подействовало. Ний'Зи пробралась через судно, держась за гик, и принялась возиться возле нока. Её платье трещало на ветру, прозрачный шлейф крыльев метался за спиной. Майита стала помогать. Даже скрюченный на палубе у мачты псих приоткрыл один глаз и стал наблюдать за их работой.
   Игорь мог только смотреть и давать советы, стоя за штурвалом. Стремительно темнело, ветер завывал всё громче, хотя это казалось уже невозможным. В какой-то момент корабль качнуло особенно сильно, Игорь моргнул от ледяного порыва, а в следующий миг увидел, как срывается с палубы и взлетает в воздух белое платье. Услышал, как вскрикнула Майита, цепляясь за ванты.
   Ветер закрутил светлую фигурку, швырнул, как куклу, через корабль, в море. Игорь дёрнулся, пытаясь броситься, поймать, но тщетно - штурвал держал намертво.
   Он заметил размытое движение, чёрную тень, что метнулась от борта. Будто кошка, выпрыгнувшая из укрытия, кто-то ловкий взвился в воздух, завис над палубой в невозможном пируэте, подцепил белый клочок ткани и упал обратно, уже с добычей.
   - Йожкин кот, - потрясённо выговорил Игорь, не в силах сказать ничего другого. - Ять твою дивизию!
   Следующие события пронеслись, не задевая сознания, как будто кто-то прокручивал перед ним кадры немого кино, не потрудившись снабдить их титрами. В качестве тапёра выступал ветер, неистово разыгрывая дикую пляску на волнах и вантах.
   Не в силах сойти со своего места, Игорь видел, как чёрная тень, в которой он с изумлением признал тощего придурошного парня, опускает свою крылатую добычу на палубу, кидается к мачте и ловко берётся за такелаж. Майита следует его примеру, и через какое-то время парус свёрнут, убран и больше не представляет угрозы.
   Игорь закричал им, чтобы уходили в трюм, но они и сами догадались. Он увидел, как быстрые силуэты исчезли в отверстии люка, как захлопнулась крышка. Осталось надеяться, что судно, на которое его занесла судьба, достаточно крепкое и устойчивое. Иначе он вместе с этой посудиной пойдёт ко дну, прикованный к штурвалу, и его пафосную позу оценят только морские "санитары", когда приплывут обглодать хладный труп.
   Волны всё выше, корабль взлетает по их спинам и падает вниз, как на аттракционе. Игорь жалеет, что съел кусок хлеба и выпил половину кувшина пива. Наконец всё это выплёскивается из его желудка на палубу, и тут же смывается солёной водой. Мужика возле мачты мотает туда-сюда, но он ловко обматывается цепью, цепляется жилистыми руками и только качается вместе с палубой, как часть такелажа.
   Темнеет всё быстрее, неба уже совсем не видно за чёрным месивом клубящихся туч. Ледяной ветер хлещет по щекам мокрыми ладонями. Корабль мотает так, что захватывает дух. Вода перекатывается через палубу, смывая остатки крови и всё, что было не закреплено. Игорь краем глаза видит прикованного мужика, мельком думает, что тот имеет реальные шансы захлебнуться, и тут же забывает о нём.
   Вспышки молний частят, как морзянка. Вот уже из крошечных искр на горизонте они превратились в маленькие зигзаги.
   В очередной бросок на волне Игорь поднял глаза и содрогнулся от ужаса, хотя был уже напуган до чёртиков. Верхушка мачты, кончики распорок-краспиц, шарики - навершия на стойках фальшборта - всё светилось призрачным фиолетовым светом. Ветер, который способен был сорвать парус, кажется, не влиял на них нисколько. Огоньки мерцали и переливались, как ёлочные игрушки, покачиваясь вместе с кораблём. Игорь взглянул на штурвал и заорал дурью: рукоятки рулевого колеса, его собственные пальцы, сжимающие рукоятки казались облитыми фиолетовым мерцанием.
   Огненный зигзаг прошил воздух. Раздался оглушительный треск, будто разорвали полотно высотой с небоскрёб. Из темноты на мгновение показалось застывшее, как на кадре из фильма, месиво воды и неба. Палуба осветилась трепетным, нереальным светом. Штормовой треугольник паруса сменил цвет, как негатив, и на его полотнище отчётливо проступил рисунок женской головы в окружении вьющихся змей.
   Фиолетовые огоньки на такелаже мигнули и погасли. Игорь зажмурился, горло саднило от крика. Волоски на руках, и, кажется, на голове наэлектризовались и стояли дыбом.
   Ещё вспышка, и сразу же - удар грома. Молния прошила воздух совсем рядом, так что Игорь увидел сияние разряда сквозь сомкнутые веки. "По кораблю бьёт, - отстранённо, в спокойствии отчаяния подумал он. - Мы сейчас мишень. Одинокое дерево в пустыне. В вилку взяла. Сейчас попадание..."
   Третий разряд пришёлся по мачте. Как будто разом зашипела сотня кошек. Игорь не понял, открыл он глаза, или нет - всё было видно, как днём.
   По мачте скользнул огненный бич. Громовой удар сотряс корабль от марса до киля. Даже концерт популярной рок-группы в первых рядах не смог бы так сотрясти внутренности человека.
   Стойки фальшборта вдруг вспыхнули, их круглые навершия засияли, как лампы. Засветились части рангоута, ванты; распорки мачты засияли чистым синим огнём. Площадка марса ярко светилась, плавно описывяа круг в небе, выжигая сетчатку ослепительным росчерком. Последнее, что увидел Игорь - огненный кругляш штурвала, и свои горящие, сжатые на рукоятках пальцы. Потом он уже не видел и не слышал ничего.
   ***
   Ритмично покачивалось офисное кресло, ласковый голос Эльзы, секретарши, настойчиво уговаривал выпить ещё чашечку кофе, электрик Петрович, почему-то развалившийся на хозяйском месте, скрипуче ругался незнакомыми словами...
   Игорь открыл глаза.
   Светило солнце. Багрянец заката - или восхода - протянул длинные тени через палубу. Корабль плавно покачивался, на марсе мачты сидела чёрная птица и деловито чистила клюв. Доски палубного настила высохли на солнце и приятно грели спину. Спину?
   Игорь подскочил на месте. Он сидел на корме возле фальшборта. Колесо штурвала, совершенно пустое, плавно покачивалось вместе с судном, и выглядело вполне мирно. Ничего от недавнего неправдоподобного сияния, просто колесо и потёртые рукоятки.
   Как это случилось, значит, он теперь свободен? Игорь ухватился за стойку фальшборта и поднялся на ноги. Солнце грело сквозь одежду. Влажные волосы прилипли ко лбу, кожа, изъеденная морской водой, чесалась.
   Он осмотрелся. Палуба, отмытая штормом, блестела, как новенькая. Мягко круглились шары стоек, обвисший треугольник паруса лениво шевелился от слабого ветерка, и контур женской головы со змеиными волосами был почти незаметен.
   Психованный мужик возле мачты растирал ногу, натёртую кандалами и хрипло ругался вполголоса. Половину слов понять было нельзя. Звенели звенья цепи, хрипел мужик, птица на марсе чиркала клювом.
   - Ты живой? - задал Игорь очевидный вопрос. - Сколько я тут уже...
   - Достаточно для сна, - мужик отбросил цепь, и уставился на него сквозь спутанные лохмы. - Я уже хотел тебя будить, лентяй.
   - Заткнись.
   - Ты рулевой. Ты нас сюда привёл.
   - Заткнись, - сквозь зубы скомандовал Игорь.
   Он только сейчас заметил то, что должен был увидеть ещё несколько минут назад. Море больше не было пустым. Вокруг судна, слева и справа, со всех сторон лениво покачивались на волнах ещё десяток кораблей. И все они были гораздо больше их маленькой одномачтовой посудины.
  
  

   Глава 7
  
   Когда доводы шатки, позиция человека нередко становится жесткой.
   Станислав Ежи Лец
  
  
   Корабли стояли на приличном отдалении. Как раз таком, чтобы дать понять: мы вас (пока что) не трогаем, но и уплыть спокойно тоже не дадим.
   Игорь, стараясь двигаться неторопливо, прошествовал к штурвалу и встал рядом. Чёрт его знает, что лучше, сбежать отсюда с риском снова прилипнуть к рулю, или остаться здесь и попасть в руки... кого? Впрочем, ветра всё равно недостаточно, чтобы уйти. Разве что обогнать черепаху.
   С кормового возвышения он осмотрел неизвестные суда повнимательнее. Корпуса кораблей были сделаны из дерева, однако практически от фальшбортов и ниже они имели покрытие из непонятного материала, похожего на брезент. Материал этот плотно облегал доски и шёл по всему корпусу: до ватерлинии и вниз, до самого киля.
   У каждого корабля было по меньшей мере три мачты. Из бортов торчали ряды вёсел - у некоторых кораблей один ряд, у кого-то два.
   Над бортами торчали головы моряков, из прорезей опасливо блестели глаза, как будто команды опасались нападения со стороны маленькой посудины Игоря.
   Зато на шканцах самого большого корабля, многовёсельного, с высокой кормой и задранным носом, украшенным затейливой фигурой, стояли, не скрываясь, несколько человек, и в упор разглядывали посудину Игоря. Эти не прятались, и Игорь мог как следует их рассмотреть в ответ.
   Трое мужчин. Крепкие, с обветренными лицами, потемневшими от солнца. Нарядные кафтаны, как будто вытащенные из сундука на этот случай, перетянуты кожаной сбруей портупей. На поясе у одного, самого здорового, с бычьей шеей и гладко выбритой лысиной, висел широкий меч с искривлённым лезвием. Что-то вроде янычарского ятагана.
   У второго, длинного, с закрученными усами и острой бородкой, меч был больше похож на шпагу, из тех, чем размахивали недавние преследователи на набережной. Чувак явно косил под аристократа. Из-под обшлагов его малинового кафтана выглядывали кружева белой сорочки.
   Третий, самый невысокий из всей компании, коротко стриженный, с гладко выбритой верхней губой и узкой бородкой - такие называют шкиперскими - носил на потёртой портупее два длинных кинжала. Кафтан его, тёмно-синего полотна, украшала на правом плече связка витых шнуров, заколотая металлической пряжкой.
   Человек этот бросил осматривать незнакомое судно, встретился взглядом с Игорем и обнажил зубы в улыбке. Кивнул, слегка, как равному, и приветливо взмахнул рукой.
   Игорь сдержанно улыбнулся в ответ. Улыбка ещё никому не вредила.
   Человек взглянул на своего соседа, здоровяка с бычьей шеей. Тот тоже повернулся к Игорю и зычно крикнул, приставив руки ко рту рупором:
   - Переговоры! Переговоры! Мы спускаем шлюпку!
   Игорь оглянулся на свою команду. В данный момент она состояла из одного чокнутого мужика, прикованного к мачте. Какие переговоры? Эта флотилия при желании не оставит от них мокрого места посреди моря.
   - Кажется, нас боятся, - невозмутимо заметил псих от мачты. Он вытянул губы трубочкой, скорчил зверскую гримасу и яростно зачесался подмышками. - Кхе-кхе.
   Игорь заставил себя сосредоточится. Мысли яростно крутились в мозгу. Сейчас нельзя дать промашку, от этого зависит твоя жизнь. Да и жизни остальных... скажем, двоих девчонок, это и к гадалке не ходи. Думай, голова, думай.
   Десяток кораблей, гораздо больше их водоизмещением, вооружением и численностью команды. У моряков возле борта видны луки в руках. Это не пушки, но даже из луков можно с такого расстояния положить кучу народу. Не говоря уже об абордаже, если он случится.
   Дальше... Суда стоят на приличном расстоянии, хотя у посудины Игоря нет ни пушки, ни даже намёка на оружие дальнего боя. Кстати, он сейчас вспомнил во внезапной вспышке озарения: те люди на причале, что гнались за ним, вовсе не горели желанием последовать за беглецом на судно. Да, конечно! На борту на самом деле оказалась лишь команда. Никого из тех, кто бежал за ним по набережной, он на борту не признал. Остальные лишь громко кричали, топали ногами, размахивали руками и оружием. Короче, изображали бурную деятельность.
   Но когда дошло до дела, с беглецом один на один осталась только команда судна, куда Игорь перемахнул с берега. Остальные остались топтаться на набережной. Разве что те, на лодках, попытались его преследовать. И то...
   Он вспомнил, как преследователи неуклюже болтались на волнах, как столкнулись две передние лодки, как будто нарочно. А может, и нарочно. Теперь Игорь вовсе не был уверен, что его так уж старались поймать. Так бывает, когда обязанности говорят одно, а чувство самосохранения - другое.
   Почему это произошло, и чего боялись преследователи, он не знал. Но игнорировать это обстоятельство никак нельзя.
   Значит, примем как данность - их боятся. Это уже хорошо. Почему? Хороший вопрос.
   Ничего такого, что стоило бы остерегаться, на первый взгляд у них нет. Судно небольшое, одномачтовое. Видимого оружия на борту тоже не наблюдается. Команда, состоящая из берсерков, слава которых обгоняет корабль? Вряд ли. Они, конечно, были храбрые ребята, но не настолько, чтобы бежать от них сломя голову.
   Игорь взглянул на психа у мачты. Разве что эта посудина предназначена для перевозки опасных грузов? Если считать опасным грузом компанию психов и генетических уродцев. Или они на самом деле опасно больны местной разновидности чумы и он тоже заразился?
   Он вздрогнул и поёжился. Нет, почему тогда кораблю разрешили пристать к берегу, а не оставили на якоре? Да и команду, которая вовсю развлекается с заразной девчонкой в трюме, трудно представить. А моряки не производили впечатление больных. Наоборот, дрались они очень даже живо и бодро пытались проломить ему, Игорю, голову. Да и не стали бы эти, что окружали их сейчас, разговаривать с зачумлёнными. Выпустить пару - тройку зажигательных стрел, и прощай, гнилая посудина.
   Тогда что-то другое. Игорь вспомнил, как пацаны в его дворе разбегались от машины соседа, когда личный шофёр подруливал на ней к подъезду. В его доме тоже жили не последние люди, но с Иваном Ивановичем связываться не хотелось никому. Как говорится, сначала ты работаешь на репутацию, а потом она на тебя...
   Так что же за репутация у его корабля - а в лицо самого Игоря наверняка здесь никто не знал, откуда! - что к ним относятся с такой осторожностью? Кому принадлежит эта посудина, важной шишке, которую все боятся, как огня?
   Во всяком случае, не стоит торопиться и болтать лишнее. А вот уже и шлюпка на подходе...
   Шлюпка подошла к его судну метров на пять, и гребцы принялись табанить. Шлюпка не стала приближаться вплотную, и остановилась в нескольких метрах от судна Игоря. Игорь незаметно проверил кинжал на поясе, ненароком поправил короткий меч. Его команда наконец показалась на свет. Он увидел, как Майита пробралась под прикрытием борта к прорези в фальшборте и принялась разглядывать незнакомцев. Ний'Зи тем временем нарисовалась с другой стороны, и тоже присела, стараясь быть незаметной. Невесомые крылышки её трепетали за спиной, почти невидимые в тени. Тощая чёрная тень скользнула сбоку. Игорь почему-то был уверен, что парень нарочно дал себя заметить. Наверное, дал понять, что он здесь.
   Лохматый мужик возле мачты просто приподнялся, насколько позволяла цепь, и любопытно вытянул шею.
   На подошедшей к ним скорлупке, кроме гребцов, нарисовались двое: долговязый в нарядном кафтане и невысокий, со шкиперской бородкой.
   В приступе вдохновения Игорь приветливо повёл рукой:
   - Хотите подняться на борт?
   В глазах длинного на мгновение мелькнул испуг, тут же сменился злобой и погас. Второй замешательства ничем не проявил. Криво улыбнулся и сказал:
   - Спасибо за любезное приглашение. Мы останемся здесь.
   Понятно. На борт подняться никто не хочет. Значит, абордаж им пока не грозит. Очевидно, сама мысль о том, чтобы попасть на палубу их посудины, вызывает у незнакомых моряков панику.
   Особенно у того, что сидит вторым с правого борта. В отличие от остальных гребцов, он одет в рубаху с длинными рукавами, что странно. По бритой голове, блестящей от пота, ползают багровые блики солнца, на кончике носа повисла мутная капля.
   - Вы заплыли в наши воды, - приветливо проговорил "шкипер". - Вас привёл сюда шторм или такова была ваша цель?
   Молчание повисло над волнами с тяжестью свинцовой чушки. Вот он, первый вопрос. Какие люди, и без охраны...
   - Пути судьбы неисповедимы, - в тон любезно отозвался Игорь. - Надеюсь, мы не заняли ваше место на этом участке морского пространства?
   Долговязый выпучил глаза. Шкипер моргнул. Игорь увидел мгновенный взгляд бритого у весла, брошенный на него. Ага. Третий значимый субъект.
   - Видите ли, - штурман продолжал улыбаться, хотя улыбка уже была похожа на оскал. - Мы знаем, кто вы. Мы знаем, что будет, если мы полезем к вам напрямую. Мы считаем, что вас принёс шторм.
   Игорь выругался в душе. А чего ты ждал, кого хотел обмануть? Какой дурак сам приплывёт сюда, на чужую территорию и ляжет в дрейф? Но что имел в виду это морской волк, когда сказал, почему они не полезут на судно?
   Шкипер тем временем продолжил:
   - Однако вы всё-таки уязвимы. Мы можем отойти подальше, и стрелять с безопасного расстояния. Можем взять вас измором. Как видите, я говорю это прямо. Мы намерены воспользоваться вашим положением. Не каждый день в наши руки залетает такая редкая птица.
   Игорь краем глаза увидел, что бритый парень у весла обливается потом. Что рубаха у него под мышками стала такой мокрой, хоть выжимай.
   Надо срочно что-то придумать. Нельзя вести переговоры вслепую. Давай же, думай. А пока...
   - Вашим людям жарко, как я погляжу, - любезно заметил он, в упор глядя на бритого. - Нелегкая работа.
   Бритый вздрогнул, и выпустил весло из рук. А Игорь явственно ощутил, как ему стало легче дышать. Как будто его выпустили из душной комнаты. Странно, он заметил это только сейчас, в тот момент, когда это ощущение пропало.
   - Не обращай внимания, - отозвался "шкипер". - Он от рождения глуповат.
   - Я здесь капитан, - веско проговорил Игорь. - И мне решать, на что смотреть, а на что нет.
   С лиц двоих гостей окончательно пропали улыбки. Шутки кончились.
   - Признаю, мы попали в шторм, и немного уклонились от курса, - он плотоядно улыбнулся, и заметил, что попал, не целясь. Отлично. - Но это не страшно. Наш долг будет выполнен в любом случае.
   Что это за долг, он не имел представления. Но видел по мрачным лицам, что угадал. Репутация. Плохая. Плохая репутация.
   - Вы можете попробовать помешать нам. Если хотите. Долг всё равно будет исполнен. Хотите принять на себя его тяжесть?
   Он сказал это наугад. В голове почему-то крутились воспоминания про долги, которые выплачивала Виктория - подруга жены. После смерти мужа они перешли к ней, и не было им конца...
   Игорь оскалился в улыбке не хуже этого шкипера. Он весь дрожал внутри - от страха и возбуждения. Ну, давайте. Карты брошены, Рубикон перейдён.
  
  

   Глава 8
  
   "Я только погрожу пальчиком", -- сказал он, кладя его на курок.
   Станислав Ежи Лец
  
   Моряки на шлюпке словно окаменели. Игорь знал, что поставил этих людей перед выбором, и уже почти жалел о своих словах. Никто не хочет потерять лицо при подчинённых, а эти двое явно начальники, и заслужили свои должности не высиживанием кресел в кабинете.
   Долговязый в нарядном кафтане открыл рот, намереваясь что-то сказать, даже положил руку на рукоять шпаги. Его товарищ придержал нарядного за локоть. Спросил неожиданно мирно:
   - Могу я узнать ваше имя, капитан?
   Игорь замялся. А впрочем, какая разница?
   - Зовите меня Роберт Льюис Стивенсон. Можно просто - капитан Роберт.
   Почему бы нет, чёрт возьми. Никто здесь не знает любимого с детства писателя.
   - Капитан Роберт, - сказал шкипер. - Меня зовут Фрей. Капитан Фрей.
   - Капитан Струй, - надменно произнёс, как припечатал, долговязый.
   - А теперь, когда мы знакомы, мы хотим заключить с вами сделку, капитан Роберт, - без тени улыбки сказал капитан Фрей. - Мы знаем, и вы знаете, что без посторонней помощи вам не обойтись. Взамен, в качестве ответной услуги, вы окажете любезность, и сделаете кое-что для нас. Небольшое дело, которое не может ждать.
   - Иначе...
   - Иначе вы можете остаться здесь, и выполнять свой долг до самой смерти. Это место называется Мёртвый круг, капитан Роберт. Здесь всегда штиль, безветрие. Ваш предшественник знал об этом, и никогда не заплывал сюда. Вы бы тоже это знали, если бы совершили хоть один рейс. Но вы не знаете. Мне всё равно, как вы заняли это место, капитан Роберт. Нам нужен ваш корабль, а мы нужны вам. Не скрою, были горячие головы, которые предлагали проверить, так ли страшен ваш корабль с его командой.
   Фрей усмехнулся, а его товарищ в нарядном кафтане саркастически задёргал щекой.
   - Но мы не станем рисковать своими душами.
   ***
   Их взяли на буксир. Были перекинуты тросы, гребцы чужих кораблей взялись за вёсла, и судёнышко Игоря тронулось с места. Пока не было необходимости браться за штурвал, он сделал знак своей команде, и спустился в трюм.
   Там он прошёл к столику, нацедил пива в кружку и махом выпил. Оглядел всю разношёрстную компанию. Девчонки сидели у противоположных бортов на лавках, тихие и напуганные. Тощий парень, у которого Игорь не удосужился до сих пор спросить имя, пристроился в углу на мешках. В полутьме его было плохо видно, только глаза посверкивали, как у кота.
   Лохматый мужик остался на палубе. Игорь предложил его расковать, но тот решительно отказался. Подтвердив окончательно, что с головой у него большие проблемы.
   Взяв с него обещание сообщить, если случится что-нибудь новое, Игорь оставил его в покое, и пошёл совещаться с остальными, более-менее нормальными людьми. Впрочем, даже не людьми, а неизвестно с кем. Это он как раз и собирался выяснить. Настоятельная необходимость прояснить обстановку. Если уж он взялся заключать сделки с пиратами - а что это джентльмены удачи, он практически не сомневался - надо иметь козыри на руках. Информация - вот самый главный козырь.
   - Что ты пообещал им, человек? - резко спросила Майита. Её глаза подозрительно блестели, уши прижались к голове. - Что они хотят от нас?
   - Давайте сначала познакомимся как следует, - произнёс Игорь, игнорируя рассерженное фырканье девушки. - Меня зовут Роберт. Вы это слышали. Как зовут тебя? Майита?
   Девушка оскалила зубы и тихо заворчала. Другая девушка, что сидела напротив, рассмеялась мелодичным голоском:
   - Я же говорила. Он странный.
   - Что странного я делаю сейчас? - ровно спросил Игорь, стараясь не повышать голос.
   - Майита - не имя. Тебя зовут Человек? Тогда меня зовут Ний'Зи, - с улыбкой на пухлых губах ответила девушка.
   Игорь секунду поморгал, тупо глядя на них. Вот оно что. Так это просто определение расы. Девушка с хвостом и ушами - майита. Крылатая девушка - ний'зи. А он, Игорь, человек. Чёрт побери.
   - Хорошо. Теперь вы знаете моё имя. Назовите ваши.
   - Можешь звать меня Май, человек, - фыркнула майита. - Моё настоящее имя знают только мои родичи.
   - Я - Най, - прожурчала ний'зи, кокетливо оправляя платьице. - Зови меня так.
   Игорь в досаде стиснул зубы. Ну конечно. Так они ему и сказали. "Так ты и сам хорош, - сказал ему внутренний голос. - Роберт Льюис Стивенсон? Ха! Не смешите мои тапки".
   Он повернулся к тощему парню, и выжидательно посмотрел на него. Тот пожал костлявыми плечами:
   - Зовите меня Край.
   - Я так и знала, - презрительно сказала майита. - Надо было оставить его на мачте.
   - Что плохого в имени Край? - резко повернулся к ней Игорь. Сейчас он не мог позволить им поругаться. Не в том они положении, чтобы устраивать бардак на судне.
   Майита отвернулась, и ний'зи ответила за неё:
   - Ничего плохого в имени нет. Его имя говорит, что он из Крайев. Разве ты не знаешь о них, человек по имени Роберт?
   Не успел Игорь что-нибудь сказать, за него ответил сам парень:
   - Наш народ гоним всеми, человек Роберт. Нас никто не любит.
   Вот это номер. Он тоже не человек. А с виду и не скажешь. Хотя тут темно, и толком не разглядишь, но на палубе Край выглядел обычным парнем. Только очень худым. Но ведь, сидя на мачте, особо не разжиреешь...
   Он откашлялся. Ладно. В подробностях разберёмся потом. Будем считать, вводная часть закончена.
   - Хорошо. Теперь я хочу вам сообщить, если кто-то ещё не понял: мы попали в шторм, и нас отнесло в зону штиля. Нас взяли в кольцо корабли... э, недружественно настроенных моряков. Мне предложили сделку, и я счёл возможным её рассмотреть. Короче... короче, они нас выведут из зоны безветрия, а взамен мы должны будем...
   - Мы?
   - Мы должны?
   Девичьи голоса прозвучали одновременно. В чём, в чём, а в этом они были вполне солидарны.
   - Да, - твёрдо ответил Игорь. - Мы. Должны. Если кто-то не согласен, пусть предложит свой вариант спасения. Я его не вижу. Ну?
   Он обвёл взглядом всех троих. Девчонки возмущённо уставились на него, но советов давать не спешили. Тощий парень пожал плечами. Он явно был неразговорчив.
   - Ясно. Возражений нет. Идём дальше. У пиратов... у моряков есть лидеры, трое капитанов. Они передали мне листок с заданием, которое надо выполнить. Мы уже на пути к основному курсу. Когда нас выведут в зону ветров, мы пойдём в ближайший порт и примем груз. Этот груз будет ждать в условленном месте. Задание кажется мне несложным. Очевидно, речь идёт о контрабанде. Ну, да нам выбирать не приходится. Капитан Фрей сказал, что наше судно не будут проверять. Таможенники никогда не подвергают его досмотру...
   - Досмотру! - выкрикнула майита и вскочила на ноги. - Не подвергают досмотру! Да! Хотела я бы на это посмотреть!
   Крылатая девушка засмеялась. Усмехнулся даже Край.
   - Что смешного? - спросил Игорь. Нет, так дальше нельзя. Чего-то он не знает, и это явно секрет полишинеля.
   - О боги, человек, - еле выговорила слабым голосом ний'зи. - Ты и вправду ненормальный. Все знают, что такое Корабль Мёртвых. Корабль Возмездия.
   После того, как девчонки отсмеялись, Игорю объяснили наконец, в чём дело. Дело и правда было табак. Но в одном он угадал верно - репутация у его судна была плохая. Хуже некуда.
   В общем, картинка нарисовалась невесёлая. Мрачная картинка, чего уж там.
   Корабль, на который посчастливилось запрыгнуть Игорю, был единственным в своём роде. Единственный корабль, который свободно плавал по морю Слёз, иначе называемом Едким морем, был корабль Мёртвых. Он совершал каботажное плавание каждый год, с регулярностью почтового поезда. Один раз в год судно снималось с якоря, выходило из гавани и двигалось в одном направлении - всегда одном и том же. Маршрут не менялся никогда.
   Корабль Мёртвых начинал свой путь от маленького острова, формально принадлежащего стране Нижние Земли, где для него была выделена особая стоянка в укромной бухте, и затем двигался вдоль берега, заходя поочерёдно в каждую страну. В каждом порту его ждали. У каждого причала его поджидала группа ответственных чиновников, которые передавали команде судна свой груз.
   Корабль забирал груз, и следовал дальше, заходя поочерёдно в порты следующих стран. В каждом порту процедура повторялась, и так до тех пор, пока груз не будет полностью укомплектован.
   После этого корабль отходил от берега последней по счёту страны и направлялся в одном, ведомом только его команде, направлении. Никто не смеет зайти на судно, кроме его команды и груза. Говорят, корабль пропитан проклятьем, зачарован настолько, что даже прикосновение к его борту означает верную смерть для того, кто его коснётся. Самый вид корабля Мёртвых наводит страх на жителей побережья, и когда его силуэт только показывается у причала, все прячутся по домам и закрывают окна.
   Говорят, что где-то есть остров, голый кусок скалы посреди моря Слёз, где нет ничего живого, а скалистые склоны его обожжены ударами молний. Говорят, что корабль причаливает к этому куску камня, и оставляет там свой груз. После этого он уходит, а над морем разражается невероятный ураган, центром которого становится остров. И когда ураган завершается, вместе с ним завершает свою жизнь и весь груз. Унося с ветром и огнём всю тяжесть грехов этого мира... И пепел его развеивается над морем без следа.
   - Что за груз? - спросил Игорь, всё ещё не понимая. - Какой груз, и почему его развеивают над морем?
   - Груз, полный грехов. В каждой стране выбирают преступника, совершившего самое тяжкое преступление. Служители проводят обряд, в котором на избранного возлагают груз грехов всех, кто согрешил за год - ведь ему уже всё равно, этому избранному - и сажают его на корабль. От каждой страны по одному преступнику. Это казнь, и одновременно отпущение грехов для всех остальных, снятие тяжести с душ, оставшихся на берегу. Потом живой груз сажают на корабль Мёртвых, отвозят на каменный остров и предают огню и ветру. Преступники получат наказание, а земля очистится от скверны. Вместе с прахом развеяна будет по ветру тяжесть греха, и жизнь повсюду продолжится...
   - Так преступники... - медленно выговорил Игорь, прозревая.
   - Преступники - это мы, - закончил за него фразу Край. - Это нас должны развеять по ветру. Долг будет выполнен до конца. Так ты сказал, человек?
  
  

   Глава 9
  
   Отсутствие прецедента -- уже прецедент.
   Станислав Ежи Лец
  
  
   Игорь с минуту молчал, оглушённый рассказом. Он догадывался, что ситуация фиговая, но не настолько же...
   - И что же, вы подумали, что я вас отвезу, как положено, на тот остров?
   - А что мы должны были подумать, человек? - ответила майита. - Ты всё время толковал о долге!
   - Это говорилось для пиратов. Не собираюсь я развеивать вас по ветру. И на тот скалистый остров не повезу.
   На мгновение в глазах ушастой девушки мелькнула сумасшедшая надежа, и тут же погасла. Крылатая девушка скривила пухлые губы и опустила голову. Тощий парень смотрел на Игоря с любопытством, как на диковинное животное.
   Игорь откашлялся, и твёрдо сказал:
   - Не будет этого. Как только мы выполним условия сделки, я отведу корабль в укромное место, и мы разойдёмся. Идите, куда хотите. Вы свободны.
   - Как жаль, - печально проговорила нийзи. Голос её звучал, как флейта. - Как жаль, что это неправда. Ты так красиво говоришь, человек. И всё это ложь.
   - Я не собираюсь вас обманывать...
   - Твоё желание здесь не причём, капитан Роберт, - сказал Край. Он продолжал разглядывать Игоря, как будто хотел отыскать что-то на его лице. - Это не зависит от нас. Любой, кто ступил на корабль Мёртвых, обречён. Это судьба, а с судьбой не спорят.
   - Какая ещё судьба, - с досадой возразил Игорь. Что за суеверия, в конце концов! - Никто не обречён. Что бы вы не совершили у себя дома, это не значит, что вас надо сжечь живьём и рассыпать пепел над морем. Кто нас заставит?
   - Магия, - тихо проговорила майита и вздрогнула. - Магия. Она всюду. Корабль пропитан заклятиями. Самые сильные маги прокляли его, и указали ему путь. Что бы ты не делал, как ни старался, судьба приведёт тебя к острову проклятых.
   Девушка задрожала и обхватила себя руками.
   Игорь смотрел на них и не находил слов. Они тут все с ума посходили. Какая ещё магия? Всё это форменное шарлатанство. Понятно, что у них не двадцать первый век на дворе. И даже не девятнадцатый. Но он-то, он - современный, цивилизованный человек и не даст запудрить себе мозги!
   - Послушайте, - настойчиво сказал он, стараясь, чтобы до них дошло. - Какая бы магия не пропитала этот корабль, какие бы маги его не прокляли... я обещаю - никто не умрёт. Слышите? Никто. А теперь давайте успокоимся, и решим, что делать прямо сейчас.
   ***
   Первым делом надо было решить один вопрос. Неотложный вопрос. Пока что пиратские суда тащат их на вёслах по морю, как туристов на прогулке. Но как только они войдут в зону ветров, всё изменится. Вряд ли кто-то из капитанов захочет надрывать команду и тянуть судно, которое может идти само.
   А из этого следует, что Игорю придётся снова стать к штурвалу. Это значит, что он может снова прилипнуть к рулевому колесу, и на этот раз шторм не поторопится оказать ему услугу. Молнии как по заказу в одно место не падают. Надо срочно что-то придумать, чтобы и судном управлять, и свободным остаться. Но как?
   Он потёр лоб.
   Итак, что мы имеем? Отчего он прилип к штурвалу, неясно. Зато можно проанализировать процесс и последствия. Магия или нет, но шарахнуло его здорово. Похожие ощущения были у него давно, когда по дурости он прикоснулся к обнажённому проводу под напряжением.
   Идём дальше. Что его держало, неизвестно. Может, эдакий диковинный паралич. Но зато он помнит, как его отпустило. Это не самое приятное переживание на свете, и хуже, наверное, только электрический стул. Что последнее из воспоминаний? Огненный столб, шарахнувший сверху, и шипящей змеёй вцепившийся в мачту. А ещё мгновение страшной ломоты в руках и во всём теле, точь-в-точь как в начале. Чёрт знает, почему его не убило. Молния - это вам не фунт изюма... Однако теперь от этого факта можно танцевать, как от печки.
   Почему бы не попробовать создать условия, схожие с ударом молнии... а что такое молния? Электрический разряд, дикий, неуправляемый, но ничего загадочного в нём нет. И если создать условия, сходные с этим ударом, можно надеяться, что его отпустит и на этот раз, только с меньшими потерями. И ему не придётся валяться несколько часов, как дохлая рыба, на палубе.
   Дальше. Как на судне, которое не оснащено современным оборудованием, и вообще будто выплыло из фильма про пиратов, можно сделать что-то подходящее для эксперимента? Подожди, приятель, не паникуй. Даже в таких условиях можно что-нибудь придумать.
   Игорь зажмурился, вспоминая уроки физики, опыты с электричеством и всякое баловство в лаборатории, где они с приятелем-лаборантом проводили немало часов, копаясь в проводах и детальках. Тогда он был юн, весел и интересовался всем на свете. Жизнь протрезвила его и убавила щенячьего веселья, но память так легко не уходит. А он-то уже думал, что всё забыл.
   Из того, что приходило в голову, самой удачной мыслью показалось соорудить вольтов столб. Это вполне доступно, и материалы найдутся даже здесь. Итак...
   Игорь взглянул на свою команду. Они уже немного успокоились и порывались ему что-то сказать.
   - Человек... Роберт, - подала голос майита. - Ты хотел найти карты? Я знаю, где они.
   Только это известие могло отвлечь Игоря от мыслей о будущем эксперименте со штурвалом.
   - Где?
   Майита поднялась с лавки, и изящной походкой прошла по трюму мимо Игоря, к противоположной переборке, скрытой густой тенью. Он невольно повернулся ей вслед, глядя, как покачиваются узкие бёдра. Девушка успела накинуть на себя нечто вроде набедренной повязки, больше похожей на драные шорты, и прикрыла маленькую грудь куском ткани, которого хватило бы разве что на бандану.
   Хотя бы сейчас не было видно этого её хвоста, от которого Игоря бросало в дрожь. Теперь она выглядела почти как обычная девчонка.
   Майита прошла к переборке и указала пальцем. Там оказалась дверь, которую прикрывал свисающий сверху коврик - линялая тряпка, видимо, приспособленная в качестве занавески.
   За дверью оказалась капитанская каюта - крошечная, вонючая, захламлённая всякой всячиной. Над откидным столиком, на котором не было ничего интересного, обычный хлам, висела полка, где в ячейках торчало несколько небрежно свёрнутых пергаментных свитков. Отдельно стояла книга, явно видавшая лучшие времена.
   Но самое главное было не здесь. Карта не лежала на полке и не хранилась в каком-нибудь хитром сейфе. Она всё время была на виду - нарисованная во всю стену капитанской каюты.
   Игорь уставился на карту. Изображение занимало всю поверхность переборки. Это был старательно выписанный красками мир - с контурами побережий, островерхими горными пиками и нитками рек. Центральную (и основную) часть карты занимало море.
   Море своими очертаниями походило на лежащую на боку фасолину. С одной стороны фасолина пустила короткий отросток, с другой - пучок извилистых корней. Вокруг её вытянутого изогнутого тела мельтешили всякие линии и точки. Линии, должно быть, означали дороги, они были выведены коричневой краской, и тянулись вдоль боков фасолины, то приближаясь, то удаляясь от них.
   Кружки с надписями означали города. Их оказалось не так уж много. Несколько кружков примерно одинакового размера жались вдоль побережья. Ещё несколько поменьше были разбросаны на некотором отдалении от более крупных, как крошки, рассыпавшиеся поблизости от основного куска.
   От каждого значимого кружка у побережья отходили линии дорог. Дороги расходились веером, прихотливо изгибались, делали неожиданные повороты, но все потом неизбежно сходились в следующем городе-кружке, и так вдоль всего побережья. Пунктирными линиями обозначены были границы. Должно быть, это были границы - они проходили независимо от складок рельефа, и делили куски земли на почти равные части, с большим городом-кружком внутри. В паре мест границы проходили по краю горной гряды, величественно пересекавшей побережье. На картинке это выглядело как хребет громадного динозавра, который разлёгся поперёк моря. Так, что хвост его торчал с одной стороны лужи-фасолины, а голова - с другой.
   На полотнище моря, закрашенном выцветшей бирюзовой краской, были нарисованы острые бугорки волн, из которых кое-где торчали спины неведомых чудищ с зазубренными хребтами. Возле побережья по глади моря дули ветра - росчерки стремительных линий с облачками впереди. Их выдували, напрягая круглые щёки, головы чертенят - чёрных, с рожками и козлиными бородками. Очевидно, это была карта ветров, актуальная для каботажного плавания.
   Надпись крупными буквами гласила: Море Слёз. Тщательно прорисованными оказались только прибрежные воды. Зато середина, равномерно закрашенная бирюзовой краской, выглядела пустынной, как будто в те места никогда не ступала нога картографа и не заплывало судно случайного моряка. Только в одном месте, ближе к правому краю карты, в море виднелся неровный кружок - остров.
   - Прекрасно, - сказал Игорь, разглядывая удивительную карту. - Хоть что-то у нас есть. Жалко, что на другой стенке нет всего полушария... но это тоже сойдёт... на безрыбье.
   - О чём ты, капитан Роберт? - с любопытством спросила ний'зи. Она тоже стояла рядом, рассматривая бирюзовое море. - Что такое - полушарие?
   - Карта всего мира, - рассеянно ответил Игорь, почёсывая подбородок пятернёй. Эх, если бы ещё это изображение было как в нормальном атласе, а не напоминало детский рисунок. Где тут меридианы и параллели, бог знает. - Всей планеты.
   - Но это и есть карта всего мира, - удивлённо отозвалась майита. Она стояла рядом с Игорем, но с другой стороны, будто хотела быть подальше от крылатой девушки. - Другой нет.
   - Как это - нет?
   - Нет другого мира, кроме этого, человек по имени Роберт, - твёрдо ответил Край. - Весь наш мир нарисован здесь. Больше - ничего.
  
  

   Глава 10
  
   Бывает, наказание влечет за собой вину.
   Станислав Ежи Лец
  
  
   Игорь аккуратно положил следующий кусок ткани. Кувшин был заполнен почти по горлышко. Ещё несколько разномастных посудин стояли рядом на лавке. Слова тощего парня крутились в голове. Игорь отгонял их, но они возвращались с настойчивостью осенней мухи. Нет, сначала он должен сделать батарейку. Всё остальное - потом. Весь мир или не весь изображён на карте в капитанской каюте - разберёмся попозже. Сейчас главное - встать к штурвалу и не остаться за ним навсегда. Иначе и карта ему будет без надобности.
   ***
   Стряхнув оцепенение от слов невежественной команды (он надеялся, что дело только в незнании местной географии и отсутствии глобусов) Игорь разослал девчонок на поиски материалов для эксперимента с электричеством.
   Девушки удивились, когда он объяснил, что ему нужно. Но любопытство победило, и даже фыркающая от нежелания работать на "человека" майита принялась шарить по трюму, каюте и во всех укромных местах, куда только можно было добраться.
   Вскоре на столе выросла приличная горка разных вещиц. Там были несколько ножей, должно быть, оставшихся от корабельного повара - кока, погнутая металлическая ложка, горстка монет различного достоинства, разномастные миски и кружки, пара керамических кувшинов и даже полупустая фляжка. Ещё кучка мятых тряпок, пара безрукавок разного размера, чьи-то поношенные шаровары, стоптанные башмаки и вышитые тапочки с загнутыми носами. Но самое ценное были монеты и металлический кувшин с чашкой и подносом, которые нашлись в настенном шкафчике капитана. А главное, пучок проволоки, которая лежала в шкатулке, вместе с горстью драгоценных камней. Проволока явно предназначалась для работы на заказ. В шкатулке вместе с проволокой нашёлся клочок пергамента, где от руки неумело, но с вдохновением был изображён меч с узорчатой оплёткой на рукояти и парный к нему кинжал.
   Игорь ощутил себя продавцом на барахолке. Девчонки стояли перед ним, запыхавшиеся, пыльные, и ели его глазами. Майита сдувала с глаз растрепавшиеся пряди волос и не отводила взгляда от вещей на столе. Кажется, она ждала, что вся эта куча хлама сейчас превратится во что-нибудь другое, загадочное и странное. Ний'зи сложила пухлые ручки на груди и скептически улыбалась. Она от Игоря чудес явно не ждала.
   ***
   - Сейчас, сейчас, - пробормотал он, осторожно укладывая последний слой: металл, кусок ткани, металл. - Ещё немного, ещё чуть-чуть...
   - Что ты собираешься сделать, человек? - встревоженно спросила майита, глядя, как Игорь осторожно, тонкой струйкой вливает в кувшин морскую воду.
   Девушки всполошились, когда он попросил зачерпнуть ему забортной воды. Тощий парень тоже отказался. Игорю пришлось оставить сборку и бросать за борт кувшин с привязанной за горлышко верёвкой самому. Что за странная водобоязнь у них тут у всех, он пока не понял, но разбираться было некогда.
   Зато у него был неисчерпаемый запас электролита. Море Слёз плескалось за бортом, насколько хватало глаз. Черпай - не хочу.
   Теперь оставалось только закрыть получившуюся посудину. Игорь уже совсем отчаялся, не зная, как герметично заделать отверстие, но под конец поисков в трюме удалось обнаружить запас смолы. Должно быть, она предназначалась для ремонта судна, или ещё каких-нибудь корабельных нужд. Заодно ей можно было залепить кувшин. Нет, уже не кувшин - первую в этом мире батарею.
   Девушки напряжённо наблюдали, как он, стараясь не помять проволоку, обмазывает смолой кувшинное горло.
   - Ну вот, - он распрямился, с сомнением глядя на своё неуклюжее творение. - Теперь надо бы найти подопытного кролика.
   - Зачем тебе это, капитан Роберт? - майита опасливо отодвинулась от стола. - Ты будешь кого-то пытать?
   - Попытка - не пытка, - неуклюже пошутил Игорь, встав из-за стола. Надо было наловить рыбы.
   На корабле не оказалось ни одной удочки. Ни удилищ, ни крючков, ни лески. Сетей тоже. Ничего. Странно. Должны же они были хоть иногда ловить рыбу себе на обед?
   Надо было замерить силу тока получившейся батарейки. Приборов у него нет и быть не может. На себе проверять не хотелось, девчонки точно не дадутся, парня он и спрашивать не стал. Добровольцев нет, придётся вызывать по списку...
   Рыба хотя бы какое-то живое существо. Закорачивать контакты у только что сделанной батарейки ему чертовски не хотелось. Но если не получится поймать живую тварь, придётся наделать пробных экземпляров, и проверять на глазок.
   Он попробовал сделать удочку сам и скоро понял, что выходит какая-то ерунда. Время уходило, а дело не двигалось. Корабли эскорта ходко шли по морю, и в любой момент паруса могли поймать ветер.
   Чёрт, чёрт. Не совать же пальцы между контактов.
   Он выбрался на палубу и гаркнул что было силы, обращаясь к матросу на палубе ближайшей посудины:
   - Эй, на судне! Позовите капитана!
   Появившийся на шканцах лысый здоровяк с кривым мечом хмуро выслушал Игоря. Минуту помолчал, подняв выцветшие брови, и удивлённо спросил:
   - Ты хочешь, чтобы мы дали тебе несколько живых рыбин, капитан Роберт? И всё это в счёт нашего уговора?
   - Да. Мне нужна рыба. Или что-нибудь другое. Главное, чтобы ещё дышало.
   - Главное, чтобы дышало... - медленно повторил лысый капитан. Он вдруг усмехнулся, отчего лицо его пошло мелкими морщинами. - Жди меня здесь, капитан Роберт. Будет тебе рыба.
   На корабле возникла суета, забегали матросы. Через малое время на палубу пиратского корабля выволокли здоровый мешок из грубой ткани. В мешке что-то шевелилось.
   - Вот, - сказал, непонятно усмехаясь, лысый здоровяк. - Твоя рыба, капитан Роберт.
   Мешок перетянули на судно Игоря, и перевалили через фальшборт. Внутри что-то невнятно попискивало и похрюкивало.
   С сомнением наклонившись над мешком, Игорь подумал, что лысый его обманул: то, что лежало внутри, по очертаниям не походило даже на акулу. Скорее уж на крокодила.
   Решившись, он потянул завязки мешка. Потом взялся за концы и с усилием вытряхнул добычу на палубу.
   Испуганно ахнула ний'зи, любопытно выглянувшая из люка. Майита зашипела сквозь зубы.
   Нет, это была не рыба.
   На палубный настил, вместе с лужей воды, густо перемешанной с кровью, вывалилось два тела, одно большое, другое поменьше. Одно из них, что побольше, было человеком. Жалкое существо, полуголое, в рваной рубахе до колен, всё в порезах и ссадинах. Опухшее лицо - сплошной синяк.
   Второе существо действительно оказалось похожим на крокодила. Мелкого крокодильчика, или, скорее, на игуану. Худую, изломанную, с кривыми ногами и растрёпанным гребнем. По бокам у диковинной твари болтались помятые крылья, больше смахивающие на клочки оборванной кожи.
   На соседних кораблях стало подозрительно тихо. Игорь увидел краем глаза, что народу на палубах прибавилось, и кое-кто уже заключает пари. О чём шёл спор, расслышать было невозможно. Но ставки принимались, матросы азартно били по рукам и вскоре над фальшбортом уже блестел ряд любопытных глаз, направленных на судно Игоря.
   Человек, выпавший из мешка, корчился на залитой кровавой лужей палубе и придушенно скулил. Он неловко повернулся, приподнялся на карачки, и тогда стало видно, что рук у него нет. Вместо них болтались окровавленные культяпки, обрубленные по локоть. Обрубки были грубо перетянуты заскорузлыми от крови жгутами.
   Игорь сдержал невольный порыв схватить телефон и вызвать службу спасения. Нет, никакой службы здесь не водится. Единственный благородный спаситель бедных и обездоленных на обозримом пространстве моря Слёз - он сам.
   Что-то подозрительно тихо вокруг, и взгляды у пиратских парней нехорошие... как будто чего-то ждут. Что за кота в мешке ему подложили? И теперь все ожидают, что предпримет капитан Роберт. Который только что хвастался, как он крут и ничего не боится.
   Он вздрогнул, когда тощий парень, Край, который до этого старался не попадаться на глаза, внезапно появился перед ним, будто нарисовался из воздуха.
   Парень слегка приоделся. Сейчас на нём были штаны одного из покойных матросов, найденные в трюме, перетянутые матерчатым кушаком. За поясом торчал меч, взятый из тех же запасов.
   Парень подступил к Игорю, склонился в уважительном поклоне, и сказал вполголоса, едва слышно:
   - Омерзительное зрелище, капитан. Правда?
   Удивлённый Игорь кивнул. Край низко поклонился ещё раз, произнёс, на этот раз громко:
   - Так точно, капитан Роберт!
   В следующее мгновение парень скользнул к человеку из мешка. Раздался тошнотворный хруст, мотнулась голова, окровавленное тело упало на палубу с неестественно вывернутой шеей.
   На соседних кораблях раздался дружный, одобрительный вопль. Захлопали ладонями о ладонь выигравшие пари. Проигравшие скалили зубы, нисколько не огорчённые. Даже лысый капитан скривился в людоедской ухмылке. Кажется, все были довольны.
   Игорь шагнул к Краю, и тихо сказал, сдерживая бешенство:
   - Ты что сделал, ублюдок? Кто тебе позволил?
   Край ответил без капли раскаяния:
   - Простите, капитан. Магов из анклава надо убивать сразу. Я сделал это за вас.
  
  
  

   Глава 11
  
   Табу неприкосновенны, но страшно размножаются.
   Станислав Ежи Лец
  
  
  
   Игорь присел возле окровавленного тела. Его трясло от злобы на тощего придурка. Он с трудом взял себя в руки и положил пальцы на пульс трупа. Просто чтобы убедиться, что этот несчастный действительно мёртв.
   Пальцы нащупали пульс. Слабое, прерывистое трепыхание сердца. Вот это номер. Жив ещё покойничек!
   Край стоял рядом, почтительно склонив голову, с выражением тупой исполнительности на худой морде. Вот говнюк. Играет на публику, не иначе. Надо бы реквизировать у него меч, это промашка - оставлять оружие в пределах досягаемости. Хотя... если вспомнить, как парень поймал ний'зи на лету и свернул шею этому вот мужичку, Краю меч без надобности. Он и голыми руками обойдётся.
   - Тащи его в трюм, - скомандовал Игорь.
   Сейчас не до сантиментов. Пока есть живое тело, его надо использовать... для опытов.
   Он усмехнулся, как только что лысый капитан, своему цинизму. Но ему выбирать не приходится. Бери, что дают.
   Тощий парень ухватил окровавленное тело за ноги и послушно поволок к люку. Что он там сказал: маг из анклава? Сейчас разберёмся, что у магов внутри. На предмет электрического сопротивления.
   Подопытный простучал головой по лесенке и свалился вниз. Игорь с Краем подтащили тело к специально уложенным посреди трюма мешкам и взгромоздили на них тело.
   Девчонки испуганно отшатнулись, забились на лавку с ногами. Край вежливо сказал:
   - Я тебе сейчас не нужен, капитан Роберт? От меня больше пользы на палубе.
   - Иди, - коротко отозвался Игорь.
   Этот Край опасен, но если бы хотел их убить, давно бы это сделал. Игорь уже сто раз пожалел, что не послушал майиту, и снял парня с мачты. Но что сделано, то сделано.
   Он притащил кувшин-батарею, и осторожно установил на столик рядом с мешками. Так. Операционная, то бишь лаборатория, готова. Что ещё? Пара толстых рукавиц, найденных среди вещей. Здоровая палка, вроде ручки от швабры, бог знает для каких целей лежавшая в темноте за лавкой. Сейчас она послужит прерывателем. Вроде всё.
   Он надел рукавицы. Взял в руки палку и пригнул одну из проволочек, торчащих из кувшина, к безвольно откинутой ноге подопытного. Потом задержал дыхание, и пригнул вторую.
   Тело дёрнулось. Нога подпрыгнула на мешке и едва не сбила со стола кувшин. Игорь едва успел отвести палкой второй контакт и только тогда перевёл дух. Ого. Работает.
   Так. Второй раз. Он пропустил ток через одну ногу. Надо повторить опыт.
   Он придвинул вторую ногу к первой. Стиснул зубы, и опять приложил контакт, на этот раз ко второй ноге.
   Подопытный подпрыгнул и свалился с мешка. Запахло палёным. Кувшин чудом избежал падения. Игорь, чувствуя себя садистом из подвалов гестапо, бережно отодвинул батарею от края стола и бросился к упавшему на пол телу.
   На этот раз диагноз можно было вынести сразу: пациент безнадёжно мёртв. Конечно, он и так бы помер в скором времени... но на душе у Игоря стало мерзко.
   - Прости, приятель, - пробормотал он севшим голосом. - Лучше ты, чем я.
   - Что ты с ним сделал, капитан Роберт? - спросила майита. Она таращилась на всё происходящее со своей лавки. Глаза её светились в темноте, как у испуганного животного.
   - Это магия. Магия смерти, - голосок ний'зи, обычно мелодичный, звучал резко. - Запретная магия!
   Игорь хотел возразить. Сказать, что это не магия, а обычная вещь. Наука для дилетантов. Но посмотрел на испуганных девчонок и промолчал. Пусть думают, что он применил магию. Раз уж они так её все боятся, пусть боятся и его заодно. Своего капитана. Боятся, значит уважают, уважают, значит любят... А дисциплина на корабле важнее всего.
   Зато у него теперь есть результат. Маг или не маг, но был он живой, а сейчас нет. Значит, надо убавить силу тока, иначе от такого разряда окочуришься прямо за штурвалом. Вместо того, чтобы получить свободу.
   Он метнулся в капитанскую каюту, критически осмотрел найденные кувшины и кружки и выбрал несколько подходящих по размеру. Нужно уменьшить разряд. Сделаем несколько батарей, и по очереди проверим. У него есть ещё та животина на палубе, полудохлая, но живая. И труп. Не классическая лягушка, но всё же тело, пригодное для опытов. Да ты прямо Гальвани и Вольта в одном флаконе, приятель.
   Пришлось ещё раз метнуться на палубу за морской водой. Моряки с соседних судов таращили глаза на то, как он бросает за борт кувшин на верёвке, и вытаскивает его полным до горлышка. Суеверия, не иначе. Но нам это на руку...
   Стараясь не суетиться, он сделал ещё три батареи. Пот лил с него ручьём в духоте каюты, глаза щипало, пальцы дрожали. Но в конце концов работа была сделана. Три батареи, разного размера, как матрёшки, стояли перед ним на столе. Материал закончился, монеты ушли все, покромсанный на кусочки металлический кувшин и кружка с ложкой - всё пошло в дело. Но оно того стоило. Что же, быстренько испытать, и приготовить к использованию. Того гляди, скоро пригодятся.
   Он выставил все три батареи на "лабораторный" стол, и выбрался на палубу. Надо было притащить второго подопытного.
   На палубе он увидел дивное зрелище: тощий парнишка Край сидел, сложив ноги калачиком, и нянчил на руках чёрную игуану.
   Зрелище было что надо. Загорелый до черноты парень держал чешуйчатую зверюгу, и нежно поглаживал её пальцами по выпуклым бокам. Игуана доверчиво расположилась у него на коленках. Её бахромчатый гребень, весь в торчащих меж перепонок острых иглах, подрагивал, вытянутая морда с полузакрытыми глазами прижималась к плечу Края. Кажется, тварь даже урчала, как довольный кот.
   Игорь заморгал. Умилительная сцена, кажется, удивляла не только его одного. Моряки с соседних кораблей, кажется, уже считающие судно Игоря бесплатным кинотеатром, откровенно пялились. Даже вахтенные матросы отвлеклись от своих обязанностей. У лысого капитана, что прохаживался по шканцам, лицо сделалось похожим на булыжник. С прорезями для глаз и рта. Ничего хорошего взгляд его не выражал.
   Псих у мачты улыбался во всю пасть сквозь всклокоченную бороду. Он уже подтянул к себе опустевший окровавленный мешок, и замотался в него, как в одеяло. Кажется, весело было только ему одному.
   Пока Игорь пялился на такое проявление любви к братьям меньшим, Край бережно расправил помятое крыло чешуйчатой зверюги и принялся разглядывать повреждённую перепонку. Ветеринар доморощенный...
   Парень почувствовал взгляд своего капитана и поднялся на ноги, не выпуская зверюгу. Потревоженная игуана обернулась к Игорю и зашипела, показав длинный раздвоённый язык.
   - Идём вниз, - скомандовал Игорь. Не хватало ещё устраивать разборки на глазах у посторонних.
   В трюме он не успел сказать ни слова. При виде зверюги девчонки, как по команде, испуганно запищали. Край просто подошёл к мешкам и улёгся на них, прежде опустив игуану на пол.
   - Ты что вытворяешь? - зло бросил Игорь.
   - Прости, капитан Роберт, - спокойно ответил парень. - Тебе нужно тело для испытания? Возьми меня.
   Ещё один псих. Они все здесь психи.
   - Ты готов умереть? Вместо этой... этого животного?
   - Филономун не виноват, что попал в сеть. Я вызвался добровольно. Что тебе ещё надо, человек?
   Филономун какой-то. Видно, придётся обойтись мертвецом. Чтоб их тут всех черти взяли.
   - Я не буду убивать члена своей команды, - сухо ответил Игорь. - Слезай с мешка.
   Странное облегчение разлилось у него внутри вместе с досадой. Он вовсе не хотел мучить эту тварь, даже такую уродливую. Чёрт с ней, пусть живёт.
   Край с готовностью вскочил, подобрал свою ненаглядную зверюгу и убрался в тень.
   Всё ещё злой, Игорь по очереди испытал все три слепленные им батареи. Как он и ожидал, сила разряда у них оказалась меньше, чем у первой. Ноги у свежего покойничка исправно дёргались, каждый раз по-разному, только успевай отмечать штрихами на столе.
   Жаль, что нельзя проверить на живом существе, но ничего не поделаешь. Придётся рискнуть. Если что, пираты получат его обугленную тушку, жаренную в собственном поту. Всё лучше, чем мотаться по морю Слёз под тяжестью проклятия. Не то чтобы он в него верил, но верила команда. А это уже не пустяк.
   Он унёс запас батарей в капитанскую каюту и поставил в навесной шкафчик, плотно закрыв дверцы. Повозился ещё с оставшейся, и немного доработал конструкцию. Надо было хотя бы привязать её на верёвку, чтобы не держать в руках.
   С палубы раздался прерывистый, резкий, шипящий звук, как будто кто-то пытался издать свист через щербатую пасть. Это подавал сигнал псих у мачты. Что-то случилось. Должно быть, паруса поймали ветер.
   Игорь поднялся, взял выбранную батарею и полез по трапу на палубу, навстречу судьбе.
  
  
  

   Глава 12
  
   Хлеб открывает любой рот.
   Станислав Ежи Лец
  
  
   Паруса надувались, как животы сытых котов. Ветер дул несильно, но ровно, и исправно подгонял судно в нужном направлении. Пиратские корабли разошлись, некоторые отстали, растаяли позади. Но лидеры остались, и теперь впереди гордо шёл величественный корабль капитана Струя, показывая дорогу.
   Игорь вспомнил карту, найденную в капитанской каюте. Если они вошли в зону постоянных ветров, что дуют вдоль побережья, можно хотя бы приблизительно узнать, где сейчас находится их посудина.
   Он запрыгнул на борт в Наратии, портовом городе Мокрых земель. Это ему сообщил Край. На радостях, что капитан Роберт позволил оставить себе игуану, парень разговорился и выдал скупую информацию. Должно быть, с мачты разглядел, куда прибыло их судно. Ний'зи на вопрос о названии порта только пожала пухлыми плечиками, и жалостно посмотрела на Игоря. Он оставил её в покое. Хотя девчонка и торчала впереди всех на судне, но с бушприта морскими видами особо не полюбуешься.
   После этого штормом их отнесло от береговой линии в море. Если предположить, что это та самая, неизведанная зона, которая на карте равномерно закрашена бирюзой, они могут находится где угодно. Но вряд ли их утащило на другой край моря Слёз.
   Значит, впереди ещё может быть несколько портов, куда не заходила команда Корабля Мёртвых. И значит, где-то впереди их ожидают делегации от "службы утилизации" местных злодеев. Их ждёт разочарование, этих парней.
   Он посмотрел на свои руки, сжимающие штурвал. Хотелось думать о чём угодно, только не о том, что будет, если эксперимент с батареей не получится.
   Сейчас они бодро шли в кильватере пиратского корабля, обок маячили ещё несколько посудин. Всё как договаривались. Их доведут до места, потом укажут направление (листок с подробной инструкцией лежал у Игоря за пазухой), а дальше как пойдёт. Если дельце выгорит, договор будет исполнен, и джентльмены удачи оставят их в покое. Игорь особо не надеялся на слово этих ребят, но сейчас было не до сомнений.
   Он посмотрел на психа у мачты. Тот вольготно разложился на окровавленном мешке и грел свои тощие телеса в лучах заходящего солнца. Солнца...
   Игорь чертыхнулся про себя.
   - Э, как тебя... приятель!
   Псих повернулся на другой бок и буркнул:
   - Я тебе не приятель.
   - Почему солнце всё время на одном месте? То закат, то восход... Когда будет полдень?
   Мужичок у мачты дёрнулся, сел на тощую задницу и хрипло хихикнул:
   - Ты только сейчас заметил, лентяй? Капита-а-ан... Капитан Ро-оберт...
   - Заткнись и отвечай по делу, - зло сказал Игорь.
   Конечно, он заметил это не сейчас. Но было не до этого. Не до этого ему было, чёрт его побери.
   - Полдень будет, когда наступит конец света! - прокаркал псих и зашёлся в кашле. Сплюнул и продолжил, завывая, как плохой трагик: - Взойдёт солнце, и озарит конец земли, конец цивилизации... единый конец придёт всему, что живёт на земле, ползает, летает и растёт!
   - И земля налетит на небесную ось... - пробормотал ошеломлённый Игорь.
   Ну и дела. Чудеса астрономии. У них тут что, никогда не бывает дня? А может, и ночи? Вот он попал. Если это не ад, то очень на него похоже.
   Псих щерился во всю пасть, глядя на багровое светило, и бормотал что-то невнятное, звеня цепями. Игорь отвернулся от него, и стал смотреть на идущий впереди корабль. Пираты не паникуют, и он тоже не будет. Живут же люди без зенита.
   ***
   Отдача якоря стоила Игорю седых волос, но они это сделали. Они подошли к берегу и стали на якорь метрах в пятидесяти от поросшей густым кустарником земли. Остальные корабли окончательно растворились в багровой дымке морских испарений под лучами неподвижного солнца.
   На прощание капитан Струй состроил грозную физиономию и многозначительно пожелал удачи. Лысый капитан просто молча положил ладонь на рукоять изогнутого меча и нехорошо улыбнулся. Капитан Фрей тоже ничего не сказал, но лицо его выражало многое, и Игорю это выражение не понравилось.
   Они стали ждать. Груз должен был прибыть к берегу, в бухточку, обозначенную тремя белыми камнями. Камни были на месте, указанную бухточку, размером с декоративный бассейн, исправно вылизывали мелкие волны.
   - Вот они, - вдруг сказала майита. Она появилась возле борта, и пристально всматривалась в кусты на берегу. Уши её встали торчком, глаза поблескивали. - Вон там.
   Игорь посмотрел. Ему показалось, что кусты на крутом склоне колышутся против ветра. Потом по склону в листве будто прочертили дорожку - кто-то бежал, ломился вниз в страшной спешке.
   Через малое время на берег выкатился первый человек. Он сделал несколько скачков по инерции и влетел в воду, разбрызгивая волны. Игорь знал, что в бухточке должна ждать лодка. Ему это пообещали. Лодка будет спрятана в прибрежных зарослях, сказали ему. Ты должен принять тех, кто сядет в неё и доберётся на ней до твоего судна.
   Второй человек выскочил на берег, нырнул в кусты у воды, и выволок оттуда посудину, больше похожую на корыто средних размеров. Лодка. Вместе с первым они взялись за борта и потащили посудину на глубину. Откуда-то из зарослей раздался крик, кусты тряслись, сыпали листву на склон. Что-то сверкнуло в листве, вверх по склону. Раздался глухой звук, как будто лопнул большой барабан.
   Двое запрыгнули в лодку, достали вёсла и теперь бешено, хотя и неумело гребли, поднимая брызги. Ещё один выскочил на прибрежную гальку, бросился в воду, размахивая руками как мельница, и, высоко поднимая ноги, побежал следом за лодкой.
   Снова сверкнуло, внизу, почти у самого берега. Ближайший к воде куст взорвался ворохом листьев. На воздух взлетели пучки травы, обломки веток и туча гальки с песком.
   - Поднять якорь! - рявкнул Игорь.
   Что тут за дела творятся, в этом мире, и кто все эти люди, он не знал, но вот это чертовски походило на обстрел. Нет, ребята, так мы не договаривались.
   Судно покачивалось на мелкой волне. Двое в лодке гребли, с пугающей торопливостью работая вёслами.
   Третий беглец бросился плашмя в воду и забарахтался, загребая руками. Видно было, что он совсем не умеет плавать.
   - Поднять якорь! - Игорь в который раз остро пожалел, что на судне не осталось ни одного настоящего моряка. Всё делалось невыносимо медленно, неловкими руками разношёрстной команды. - Скорее!
   Прибрежные кусты затрещали, мотнулись поредевшие ветки, и на берег выскочила погоня. То, что это погоня, сомнений не было. Несколько фигур в тёмных куртках, вроде средневековых дублетов, с блестящими кирасами поверх, и с оружием в руках. Оружие с длинным древком, похожее не то на длинные топоры, не то на короткие алебарды.
   Вояки забегали по берегу, замахали алебардами. В воду никто не полез. Игорь понадеялся, что лучников они с собой не привели. Иначе ему некого будет брать на борт.
   Лодка медленно приближалась, болтаясь на волнах.
   Погоня в блестящих кирасах расступилась, и на берег выбрался новый персонаж: толстенький человечек небольшого роста. На человечке красовалось нечто вроде мантии с капюшоном. Из-под мантии выпирал сытый животик.
   Торопливо перебирая короткими ногами, толстячок, переваливаясь, сбежал по склону и остановился в нескольких шагах от воды. Поднял руки, помахал ими в воздухе, как будто хотел изобразить упражнение из китайской гимнастики. Кажется, в пухлой ладони его что-то было зажато, Игорь не разглядел.
   Потом толстячок свёл руки, сделал быстрое движение, словно скручивал голову невидимой жертве. Сверкнуло. Над берегом блеснула зелёная вспышка, разлетелась с треском и грохотом. В волны ударил здоровенный невидимый кулак.
   Взметнулась волна, лодка опасно качнулась, едва не зачерпнув воды, двое гребцов завизжали от ужаса. Один бросил вёсла и схватился за уши. Другой, видимо, похрабрее, уткнулся лицом в самые коленки, согнулся в три погибели, но продолжал неловко грести. Третий ушёл с головой в воду, вынырнул и отчаянно забарахтался. Из ушей и носа у него потекли тёмные струйки. По воде вокруг расплывалось кровавое пятно.
   - Скорее, ну, скорее, - бормотал Игорь, глядя, как колышется на волнах лодка с людьми, мучительно медленно приближаясь.
   Кто-то из его команды, кажется, майита, перебросил за борт трап. Верёвочная лесенка с перекладинами. Лодка переваливалась на волнах уже в метре от судна.
   Толстячок на берегу поднатужился, покраснел лицом, снова взмахнул руками. На этот раз Игорь разглядел, что в руках у него была какая-то бумажка. Обрывки бумажки полетели на песок, и через секунду бабахнуло.
   Ядовито-зелёное сияние расплылось по борту судна. Отчаянный вопль смешался с грохотом и треском. Резко запахло озоном.
   Игорь мотнул головой. Он на мгновение ослеп. Руки свело судорогой, волосы на голове затрещали и встали дыбом. Однако. Этот хмырь в мантии швыряется электричеством?
   Что-то шлёпнуло ему по щеке. Отёрся ладонью - клочок сажи. Он отнял ладони от штурвала - они неожиданно легко отлепились - и перегнулся через фальшборт.
   Один из гребцов цеплялся за верёвочную лестницу. Ноги его соскальзывали с перекладин, но он с упорством отчаяния лез наверх. Со вторым было хуже. Его макушка едва виднелась на поверхности воды, вся с сожжённых клочьях волос, и медленно погружалась. Уродливыми медузами колыхались кисти рук.
   Невдалеке, меньше чем в десяти метрах, ещё барахтался третий. Ему повезло - толстячок обратил всё своё внимание на лодку, более весомый предмет.
   Хмырь в мантии как будто услышал мысли Игоря. Глазки его, маленькие, чёрные, как изюмины, остановились на капитане судна. Заметались, как пара испуганных тараканов, и замерли, сошлись в кучку. Толстячок сосредоточился, сжал пухлые ручки и резко развёл в стороны. Бабах! Зелёная вспышка, уже над бортом, озарила палубу неестественно резким светом. Раздался треск, озоном несло уже невыносимо. Игорь успел увидеть огненный зигзаг над водой, и зажмурился, ослеплённый.
   Что-то обожгло живот, будто к коже приложили раскалённый утюг. Батарея. Батарея возле штурвала, поставленная под ноги про запас, взорвалась в своём мешке. Мешок почернел и дымился, исходил ядовитым дымом. Вторая, что Игорь повесил себе на шею, под рубашкой, здорово нагрелась, и теперь жгла огнём. Проклятье, столько труда насмарку... Ах ты гад. Погоди, я тебя достану.
   Игорь выругался. Снял оставшуюся батарею, поставил на палубу, бросил рубашку сверху, и спрыгнул за борт.
   Он ушёл с головой под воду, схватил тонущего беглеца за остатки волос и потянул. Волосы с готовностью оторвались, в руке остались обгорелые клочья.
   Игорь перехватил его за шею, подтолкнул к трапу, зацепил безвольные руки бедолаги за перекладину.
   - Держись! Держите!
   Потом оттолкнулся ногами от борта, поднырнул у качающейся лодки, проплыл несколько метров под водой, на всякий случай, если толстяк на берегу снова захочет пострелять. Вынырнул, глотнул воздуха, снова ушёл под воду и в несколько гребков добрался до барахтающегося третьего.
   Удивительно, что тот ещё не ушёл на дно. Игорь ухватил его, как положено хватать утопающих. Тот был в панике, и попытался вцепиться в своего спасителя. Пришлось немного успокоить клиента, и дело наладилось.
   Он подплыл с бедолагой к судну и с огромным трудом втащил по трапу наверх. Перевалился с ним через фальшборт, и тяжело плюхнулся на палубу, хрипло дыша и отплёвываясь. Ничего удивительного, что все тут так не любят морскую воду. На вкус просто жуткая дрянь.
   В это время майита вместе с ний'зи уже перетащили через борт и усадили на палубу другого беглеца. Тот вяло мотал головой и всхлипывал. Из носа его текла вода.
   - А где подбитый? - спросил Игорь.
   Он выплюнул остатки горькой дряни - во рту горело, нос и глаза щипало, но он был жив, а это главное - и взглянул на берег. Толстячок мешком картошки сидел на песке, вид у него был ничуть не лучше, чем у спасённых утопленников. Что, отстрелялся, маг недоделанный? Что это был маг, Игорь уже не сомневался. Раз уж все так об этом трещат, приходится верить своим глазам.
   - Утонул, - ответил Край. Он, как всегда, нарисовался внезапно, как ниоткуда.
   - Что так? - сухо спросил Игорь. Ему предстояло вести переговоры с "заказчиком", и недостача товара ему была не нужна.
   - Зачем спасать труп, капитан? - возразил парень. - Он был уже мёртв. Маг убил его.
   Значит, в самом деле маг. Чудеса, да и только.
   Третий, чудом вытащенный из воды, беглец приподнялся, диким взором обвёл палубу, и его стошнило морской водой.
   - Господин! - налитые кровью, безумные от страха глаза беглеца уставились на мокрого, полуголого Игоря. - Господин, не убивай!
   Игорь брезгливо отступил на шаг. Ещё парочки психов ему здесь не хватало, для комплекта. Скорей бы их передать с рук на руки.
   - Заткнись, червяк, - майита презрительно ткнула ногой в бок беглеца. - Капитан Роберт строг, но справедлив. Он убивает только своих врагов.
   Игорь вопросительно взглянул на Края. Тот пожал тощими плечами:
   - Ты убил мага на берегу, капитан. Они тоже маги.
  
  

   Глава 13
  
   Будите меня, только если придут плохие новости; а если хорошие - ни в коем случае.
   Наполеон Бонапарт
  
  
   Старший маг Анклава, мастер синевы, охры и крови, выбросил горсть камней в колодец. Постоял, наблюдая, как они падают в бездонную темноту. Потом посмотрел на гонца.
   Гонец посерел лицом и попятился. Стражи толчком вернули его обратно.
   Сухой горячий ветер посвистывал между тяжёлых каменных колонн, свивал в крохотные смерчи облачка охряной пыли. Сух и безжизнен был голос мага:
   - Так Корабль Возмездия потерян в ваших водах?
   - Шторм унёс его, ваше... ваше превосходительство, - пролепетал гонец.
   Он уже видел себя самого брошенным в колодец. Ходили слухи, что двор цитадели усеян размолотыми в тонкий песок костями неугодных. Им здесь развеять человека по ветру - что прихлопнуть комара. Раз - и всё.
   Старший маг отвернулся. Прошуршала по каменным плитам пола жёсткая от золотой вышивки мантия. Блеснул на безымянном пальце кровавый камень, оправленный в серебро. Лица мага не видно было в тени глубокого капюшона.
   Центральный зал цитадели, огромный, восьмиугольный, накрывал вершину холма. В гранитные, полированные до блеска, плиты пола упирались квадратными ногами колонны красного мрамора. Над колоннами возвышалась крыша здания - удивительно строгая и в то же время изящная. На самом верху, на тонком шпиле, вращался флюгер чеканного золота.
   Зал окружали выгороженные рядами стройных колонн приёмные покои, помещения для гадания, покои для отдыха, созерцания, и других, непонятных непосвящённым, целей.
   Этот покой, обращённый к западной стороне острова, украшали колонны зеленоватого мрамора с тонкой золотой нитью прожилок.
   За колоннами, за вершинами горных пиков расстилалось море. Оно было повсюду, оно было бездонно и безжалостно, море Слёз, Едкое море.
   - Почему не послана погоня? - тихо спросил Старший маг. Напрягать голос не было нужды - его слушали так, будто от этого зависела жизнь. Впрочем, так оно и было.
   - Ваше превосходительство, погоня была собрана немедленно... Но тот, кто захватил его... он, без сомнения, маг! Могучий маг! Мы ничего не смогли сделать... Он убил всю команду, выбросил несчастных в море... О боги, наши сердца разрывались, когда мы слышали последние вопли этих бедняг... Они так кричали, призывая быструю смерть...
   Старший маг поморщился, зная, что гонец не видит его лица.
   - Так вы потеряли его. Потеряли корабль Возмездия.
   - Мы гнались за ним, сколько могли, - ответил гонец, бывший начальник порта, ныне - никто. - Гнались, хотя знали, что нас ждёт гибель. Но этот маг... он вызвал страшный шторм. Ветер и волны унесли корабль в единый миг! Больше мы его не видели...
   Секретарь неслышно возник рядом, тихо кашлянул. Старший маг, не глядя, протянул руку, секретарь подал свёрнутый листок.
   - Доставили экстренной почтой, господин. Три студента последнего курса, приговорённые к смерти, сбежали. Магистр охраны погиб при исполнении. Свидетели утверждают, что беглецов ждала лодка.
   - Лодка... - рассеянно произнёс Старший маг. Посмотрел на серого от страха гонца. Тот ещё раз попытался попятиться. Вернул листок секретарю: - Это всё?
   - Подвергнутые допросу с пристрастием, свидетели показали, что у берега стоял корабль. Лодка, возможно, направлялась к нему.
   - Возможно?
   - Свидетели не уверены, что корабль ожидал лодку. Их показания крайне запутаны.
   - Ваши свидетели разбежались кто куда, несомненно, - сухо заметил Старший маг. Он достал из складок мантии очередную горстку камушков и принялся подбрасывать их на ладони.
   - Несомненно, господин. Свидетели сказали, что корабль возле берега был похож на тот, что мы ищем. Они не поверили своим глазам. Но потом вспомнили... вспомнили всё.
   - Почему нас не известили сразу? - спросил Старший маг, перебирая пальцами камушки. - Корабль пропал, а мы узнаём об этом от городского гонца?
   - Господин, маг-наблюдатель сообщает, что выслал летучего ящера немедленно. Ящер мог попасть в шторм.
   - Корабль Возмездия пропал. Вместе с командой и грузом. Извести Совет Анклава.
   - Да, господин.
   - Отошли почтового ящера монарху Срединных Земель. Главе Старейшин Мокрых Земель. Князю Нижних Земель ничего не посылай.
   Старший маг повернулся к гонцу. Тот уже надеялся, что про него забыли.
   - Отправляйся к своему господину. Передай ему, что мы недовольны. Мы намерены пересмотреть наш договор по поставкам заклинаний. Передай, что твоё наказание я оставляю на его выбор. Надеюсь, боги смилуются над тобой. Ступай.
   Гонец, бывший начальник порта, взвизгнул и упал на каменный пол. Попытался ползти, обхватить ноги Старшего мага.
   - Нет, нет, только не это! Ваше превосходительство, смилуйтесь! Ваше... Смилуйтесь, только не это!..
   Стражи подняли его и вытолкали вон.
   Старший маг легко подбросил камушки и разжал пальцы. Разноцветная горсть сверкнула в лучах солнца, того, что никогда не заходит, того, что никогда не взойдёт. С лёгким стуком камни рассыпались по гранитным плитам пола.
   Секретарь почтительно молчал. Наблюдал, как его господин гадает на камнях. Гранитный пол приёмного покоя покрывала мозаика, искусно выложенная из разноцветной плитки, стекла и кусочков металла. Любой, кто увидел бы эту мозаику, признал в ней искусно выполненную береговую линию, всю в цветах охры, земли и зелени. Бирюзу Едкого моря. Причудливые пятна островов и белые точки волн.
   Хорошо, что Старший маг взялся гадать здесь, на карте срединных земель. Если бы он перешёл во внутренние покои, где на полу выложена карта звёздного неба... О, это было бы хуже. Гораздо хуже.
   - Морнетт, где сейчас Белый Ящер? - спросил Старший маг. Секретарь, засмотревшийся на игру света в камешках, вздрогнул.
   - Господин, после задания в Горячих песках Белый Ящер отдыхает. Вот уже неделю живёт в борделе госпожи Май...
   - Вызови. Скажи - есть работа.
   ***
   Старший маг пошарил в рукаве, вытянул ключ, задумчиво покачал в ладони. Решившись, сунул ключ в скважину и повернул: пять раз налево, три раза направо. Открылась шестигранная комната. Каждая стена в ней была разная: на одной тщательно выписанный красками вид горной вершины; на другой цветущий сад; на третьей блистающие золотом дворцовые покои. На одной стене мрачно отливала багрянцем пещера с каменным очагом и развешанными цепями по закопченным стенам. На другой переливалась тонкой струйкой клепсидра синего стекла. Вода выглядела как настоящая.
   Для непосвящённого это была лишь необычных очертаний пустая комната, зачем-то расписанная яркими фресками. Для магов Анклава - закрытый для любого чужака вход в другой мир. Созданный когда-то сильнейшими магами, портал работал на шесть сторон, по числу стран обитаемой земли.
   - Страшное расточительство. Открыть порталы вот так...
   - Расход энергии чудовищный. Недопустимая роскошь...
   Картина с золотыми покоями ожила и перебросилась словечком с цветущим садом. Садовник заботливо поправил ветку, подвязанную к стволу, оправил рукава мантии:
   - Что за срочность, Старший? До заседания ещё две фазы.
   Кисейный полог на роскошном ложе всколыхнулся, на ковёр опустились тощие волосатые ноги. Следом свалились две расшитые подушки и девица. Девица стукнулась попкой о ковёр и хихикнула. Обладатель тощих ног пробурчал:
   - Обязательно так внезапно, э?
   - Только не говорите, что солнце взошло, - хрипло хохотнула стена с пещерой.
   - Не смешно, - отозвалась горная вершина. - Старший, объяснитесь.
   - Да уж, хотелось бы знать, почему извещение от секретаря приходит одновременно с его господином, - буркнула клепсидра.
   Старший маг вышел на середину комнаты. Все шесть граней ожили, и нетерпеливо ждали.
   - Братья, - сказал его превосходительство, глава незримого воинства, предводитель мудрых, старший маг обитаемого мира и прочая, прочая. - Корабль Возмездия украли.
   Пауза. Тихий звон воды, струящейся в клепсидре. Хриплый вздох с одной из стен.
   Тощие ноги нашарили туфли. Прищёлкнули костлявые пальцы руки. Девица на ковре перестала хихикать, схватилась за горло. Алый рот некрасиво раскрылся и посинел, глаза выкатились, судорожно задёргались на ковре белые ножки. Последний хрип, и девица обмякла.
   - Жаль, - сказал тощий маг, отбросив край прозрачного полога. - Только вчера познакомились.
   Он перешагнул через тело и деловито сказал, заглушив поднявшийся гомон:
   - Говорите. Говорите, Старший, прах вас задери.
  
  

   Глава 14
  
   Трудно самому себе сказать правду, если её знаешь.
   Станислав Ежи Лец
  
  
   Груз обсыхал в трюме. Игорь решил не светить парочкой мокрых магов на палубе. Статус статусом, корабль Мертвецов сам по себе пугало, но лучше не дразнить гусей. Загнать их вниз было проще простого. Едва беглецы перевели дух, они огляделись вокруг. Псих у мачты заулыбался во всю пасть, потряс окровавленным мешком и жестом предложил местечко возле себя. Маги позеленели и едва не прыгнули обратно за борт. Ещё через пару секунд живой груз очутился в трюме.
   Двое магов сидели на лавке и дрожали. Их мокрое тряпьё лежало кучкой на полу. Майита сидела напротив, подозрительно сверкая глазами, и брезгливо перебирала вещи, что остались от прошлой команды. Капитан Роберт велел одеть этих людей, она их оденет. Да, оденет. Слушаюсь, капитан Роберт.
   Край тоже был здесь, возле откидного стола, и кормил свою игуану. Чёрная тварь устроилась у него на коленях и жадно разевала пасть. Парень разминал в пальцах кусочки хлеба, окунал в кружку с пивом и совал размокшие комки в бездонный рот игуаны.
   Уродливая морда твари выражала полнейшее довольство. Кожистые крылья, сложенные на боках, дрожали от нетерпения. Выпуклые глаза влажно блестели.
   Рядом с Краем примостилась ний'зи. Она любопытно наблюдала, как исчезают в пасти зверюги кусочки хлеба. Потом осторожно притронулась к крылу твари (рваный кусок крыла был аккуратно заштопан) и провела пухлым пальчиком по чёрной коже.
   Игуана повернула уродливую голову и зашипела.
   - Какая прелесть, - проворковала ний'зи.
   Майита презрительно фыркнула и швырнула в магов выбранными из кучи тряпок штанами и рубахами. Маги пугливо взглянули на Края и принялись одеваться.
   - За мной, - коротко скомандовал Игорь, дождавшись, когда они натянут штаны.
   Он повёл их в капитанскую каюту. Крохотная каморка едва вместила троих человек.
   Указал им на карту на стене:
   - Видели?
   Двое согласно затрясли головами.
   - Мне нужна информация. Всё, что знаете. Города, дороги, обычаи. Говорите. Ты! - Игорь ткнул пальцем в первого. - Выкладывай.
   - Господин, - пробормотал первый беглец. - Это обычная карта. Она есть в каждой лавке...
   - Считайте, что это внеплановая аттестация, - вкрадчиво пояснил Игорь. - Откуда отплывает корабль Возмездия?
   - Из гавани Анклава, господин, - быстро ответил второй. Он оттеснил первого, мотнул головой в сторону карты: - С острова у берегов Нижних земель.
   - Молодец. Продолжай. Тот, кто ответит лучше, получит моё одобрение. Тот, кто не ответит... - Игорь многозначительно замолчал.
   - Господин, - придушенно проблеял первый, обильно потея. - Нам обещали защиту. Нам обещали новую жизнь...
   Игорь пожал плечами:
   - Я мог выловить из моря одного мага. Мог выловить троих. Мне без разницы. На своём корабле я хозяин.
   Он не стал упоминать, как называется этот "корабль". Это было ясно и так. Судя по тому, что парни позеленели до невозможности, он тоже это знали.
   - Что вы хотите знать, господин... э-э? - скис первый. С кончика носа у него капал пот.
   - Зовите меня капитан Роберт. Кто вы такие?
   - Мы студенты... студенты последнего курса университета, господин... капитан Роберт. Завтра нас должны были подвергнуть казни через сожжение.
   - За что?
   Первый маг помялся. Второй пробормотал:
   - За незаконную торговлю заклинаниями и... э, оказание магических услуг без лицензии.
   "Круто у них там, в университете", - подумал Игорь. Сожжение за торговлю без лицензии, это ж надо. От такого поплывёшь в дырявой лодке даже без вёсел.
   Ещё через полчаса томительного разговора, в котором информацию приходилось тащить по словечку - размякшие студенты очень старались, но искренне не понимали, как можно не знать очевидных вещей - Игорь поднялся на палубу с гудящей головой.
   Его корабль держался заданного курса. Они ровно шли по ветру, и до места, где магов-недоучек примут с рук на руки, можно было не дёргаться. Игорь остановился у штурвала. Тот был закреплён с помощью верёвки и пары хитрых узлов. Мало ли что. На морского бога надейся, а руль привязывай.
   Псих у мачты смачно похрапывал, завернувшись в мешок. Ветер легко посвистывал в снастях, гнал мелкие волны. Половинка багрового солнца неподвижно стояла над горизонтом. Теперь Игорь знал, что это навсегда. Не будет в этом мире заката, и солнце никогда не взойдёт над морем. Какая астрономическая закавыка здесь причиной, он сейчас думать не мог. В голове крутились слова одного из студентов-недоучек. Зря он пообещал своей команде избавление от страшной смерти. Поторопился ты, Игорёк. Одарил надеждой, бросил обещание, а выполнить...
   - Ваше приказание выполнено, капитан Роберт. Штаны надеты на задницы, рубашки заправлены в штаны. Что мне ещё сделать, капитан?
   - Что? - Игорь вздрогнул. Он обнаружил, что стоит, как столб и таращит глаза в никуда. Хорошенькое зрелище - спятивший капитан.
   - Прикажете переспать с нашими гостями, капитан Роберт?
   - Нет.
   - Это моя корабельная обязанность, - зло сказала майита. - Развлекать всех подряд. До конца пути.
   Игорь дёрнул щекой, отвернулся и принялся прилаживать у штурвала последнюю батарею. Какого чёрта. Им всё равно конец. Пусть болтает.
   - Что-то случилось, человек?
   Он взглянул на неё. Зрачки девушки расширились и тревожно блестели, треугольные уши прижались к голове. Тёмные пряди густых волос растрепались, кольцами облепили маленькую грудь, с которой почти сползла узкая тряпочка.
   - Ничего нового, - хмуро ответил Игорь и шагнул к рулевому колесу. - Всё как всегда - мы плывём до конца.
   - Что сказали эти ублюдки? Ты вышел сам не свой, я видела.
   - То, что я дурак. Мне говорили, что нам конец, а я не верил.
   Он помотал головой, напрасно желая вытряхнуть оттуда слова магов: "Если бы не костёр завтра, мы бы ни за что не полезли к вам на борт, капитан. Каждый, кто взошёл на корабль Мёртвых, обречён. Никто ещё не спасся, никто. Магия высшего порядка, наложенная советом Анклава. Даже захоти один из высших снять её, ничего не выйдет. Заклятия смерти необратимы. Эта смерть будет медленной..."
   - Мы все умрём, - просто сказала майита. - Кто-то раньше, кто-то позже. Это не новость.
   Она подошла ближе, так что он почувствовал запах её тела - чистый, горьковатый запах. Тряпочный лиф задержался на напрягшихся сосках, девушка смахнула его, он соскользнул по узкой талии и улёгся на бёдрах. Майита теперь стояла так близко, что Игорь чувствовал, какая горячая у неё кожа. Наверное, обмен веществ ускоренный... температура тела выше ...
   Она провела пальцами по его щеке, спустилась по шее к подмышкам и двинулась дальше. Пальчики были маленькие, твёрдые и горячие, как вся она.
   Рулевое колесо уткнулось в спину. Игорь огляделся. Псих мерно похрапывал возле мачты. Больше на палубе никого не было.
   - Ний'зи заигрывает с Краем, - сказала майита. - Они не выйдут. Не бойся.
   - Я и не боюсь, - пробормотал Игорь. Руки девушки путешествовали по нему, и он уже не хотел её останавливать.
   Его прижали спиной к рулевому колесу. Отступать было решительно некуда, да и не нужно. В какой-то миг ему стало наплевать, что она не человек. Сейчас это было существо, которое дышало, двигалось и жаждало жизни вместе с ним. Только это единственное имело значение.
   Он уложил её на палубу, возле штурвала. Корабль мерно покачивался. За бортом плескались волны, над ними посвистывал ветер, громко храпел псих у мачты. Всё это сливалось в один ритмичный шум, в одну фоновую мелодию, исполняемую невидимым оркестром.
   Майита тихо вскрикнула и вцепилась ему острыми зубками в плечо.
   Храп у мачты ненадолго смолк, проснулся посвист свежего ветра и глухой ропот волн. Немного тишины, наполненной дыханием; храп возобновился, и снова влился в музыку корабля. Только поскрипывала верёвка, хитрым узлом привязанная к штурвалу.
  
  

   Глава 15
  
   Каннибалы предпочитают людей бесхребетных.
   Станислав Ежи Лец
  
  
   Бордель госпожи Май стоял в конце улицы. Его было видно издалека - трёхэтажное здание белого камня. Лучший бордель, самые лучшие девочки всех видов и рас, на любой вкус и размер. Чистота, порядок, конфиденциальность. Открыт в любое время, захмелевших и обессилевших клиентов доставляют до самого дома или устраивают со всеми удобствами. Повар - специально выписанный из Холодных земель чудесник, мастер своего дела. Горячительные блюда и прохладительные напитки. Цены тоже на высоте, но хозяйка разборчива, и даже на большие кошельки смотрит с подозрением.
   Морнетт, секретарь Анклава, поднялся по каменной лестнице на второй этаж. Витые столбики балясин смущали взор. Ни один столбик не повторялся. Лестницу тоже создавал мастер своего дела.
   Белый Ящер всегда развлекается на третьем этаже - это знал Морнетт, знали все. Когда Ящер отдыхает, третий закрыт для посетителей. Почему-то у клиентов в эти дни отпадало желание подниматься наверх. Посетители только посматривали в потолок, откуда доносились разнообразные звуки, покачивали головами и заказывали дополнительную порцию выпивки.
   Морнетт постоял на площадке второго этажа, прислушался. Сейчас сверху доносились звуки виолончели, скрипки и флейты. Тихо рокотал маленький барабан.
   Секретарь вздохнул, вынул из кошелька сложенную бумажку, развернул и неторопливо разорвал напополам. Торопиться в этом случае никак не следовало.
   Он постоял, выждал время. Достаточное, чтобы дать знать о себе и предупредить Ящера. Вот теперь можно идти.
   Отмахнул от лица цветочную гирлянду, что свешивалась с потолка, как вялый удав, вошёл. Полукруглый зал, с арками альковов, напоминал поле боя. Мозаичный пол с разбросанными тут и там обессиленным телами курильщиков, утомлённых дымом кальянов. Давно превысившие свой предел, уходящие в последний виток с блаженной гримасой на лице любители вина - красного, белого и фиолетового. Аромат цветов, благовоний, массажных масел, пряных блюд, человеческого пота, острого запаха специй и ещё чего-то, что Морнетт не пожелал узнавать.
   Посередине зала, прямо на полу из драгоценной мозаики, стояла большая круглая ванна. В ней иногда - по капризу состоятельных клиентов - плескалось разное, вперемешку с особями разных полов. Сейчас ванна была налита доверху, из неё торчал чей-то зад. На заду болтался потрёпанный венок из водяных лилий.
   В нишах альковов двигались тени, оттуда неслись вздохи и смех. Из одного, центрального, слышались звуки музыки: скрипка, флейта и барабан. Тягуче ныла виолончель.
   Секретарь переступил через парочку, сцепившуюся под кадкой с цветущим деревом. Дерево тряслось, последние лепестки сыпались на спину партнёру. Партнёрша, закинув покрытые замысловато татуировкой ноги ему на плечи, музыкально стонала в такт.
   Когда секретарь проходил мимо ванны, цветочный зад дёрнулся, его обладатель выбрался на поверхность и проводил Морнетта мутным взглядом. По лицу купальщика, из носа и ушей струилось фиолетовое вино, отчего тот казался свеженьким утопленником.
   Секретарь обогнул ванну и заглянул в центральный альков. На ковре, сложив ноги калачиком и закрыв глаза, выводил мелодию флейтист. Это был человек, пухлый, бледнокожий уроженец Нижних земель. Возле него склонился над виолончелью майити - уже немолодой, с поседевшей шерстью на ушах житель Сухих земель. Он сосредоточенно водил смычком по струнам, седые пряди редких волос подрагивали в такт музыке.
   Скрипач стоял, покачиваясь. Раскрытые глаза смотрели в пространство, затянутые пеленой наркотического безумия. С уголка рта у него свисала нитка слюны. Тонкая, сухая рука трепетала над инструментом, то замирая, то двигаясь в одном ему известном синкопированном ритме.
   За барабанами сидел тот, кто был нужен секретарю Анклава. Вернее, та. Белый Ящер был женщиной.
   Морнетт кашлянул. Для приличия - он не сомневался, что Белый Ящер давно знает о его появлении. Теперь надо было ждать. Лучший наёмный убийца, постоянным клиентом которого был Анклав, мог себе позволить быть не как все. Особенно в часы отдыха. В это время к ней лучше было не соваться. Если бы не прямой приказ его превосходительства, старшего мага, секретарь близко бы к борделю госпожи Май не подошёл.
   Музыкант за барабанами поднял голову. Мотнулись белые волосы, гладкие, длинные, они прядями свисали на плечи, обрамляли узкое лицо, падали на обнажённую грудь. Блеснули синие глаза с красными зрачками.
   Морнетт содрогнулся. Он уже имел дело с убийцей, и каждый раз переговоры от имени Анклава стоили ему пучка нервов. Никогда не знаешь, что придёт этой женщине в голову. Секретарей много, виртуозов своего дела мало, и случись что с Морнеттом, его смерть спишут на издержки работы.
   - Ты пришёл сообщить мне о смерти сестры, маг? - голос Белого Ящера был тих и напоминал шуршание камешков в ладони главы Анклава.
   - Я принёс контракт, госпожа.
   Маленькие барабаны отозвались дробным стуком. Трепетание сердец многих жертв послышалось в этом звуке секретарю.
   - Она умерла, я знаю. Я почувствовала это. Тогда я была с любовником. Он заплатил за мою боль.
   Морнетт молча ждал. Торопиться было нельзя.
   - Кто-то умрёт. Медленно и мучительно. Я знаю. Покажи контракт. Смерть убийцы будет частью оплаты.
   Он протянул свиток. Контракты, по традиции, писались на дорогом пергаменте. Белый Ящер развернула свиток, пробежала зрачками по строчкам.
   Узкие губы медленно расползлись в улыбке. Морнетт с радостью отвёл бы глаза от этого зрелища, но не мог. Убийце надлежало смотреть прямо в лицо.
   - Предмет похищен от гавани Наратии... - прошелестела Белый Ящер. Между острых зубов быстро скользнул красный язык, облизнул губы и так же быстро убрался. - Да. Это случилось там. Я беру контракт. Подписывай, маг.
   Морнетт уколол безымянный палец, выдавил на пергамент каплю крови и прижал. Убийца сделала то же самое. Одно кровавое пятно наложилось на другое. Потом секретарь взялся один край листа, Ящер - за другой, Морнетт провёл ладонью над контрактом и прошептал несколько слов. Пергамент вспыхнул, и в несколько мгновений истлел, разошёлся в струйках алого дыма. Сделка была заключена.
   - Аванс, - секретарь положил на барабан тугой мешочек. - Остальное - по исполнении.
   - Исполнение не задержится, - Белый Ящер взяла мешочек двумя пальцами, будто гадкое насекомое. - Скажи мне, маг, что моя сестра делала в Наратии? Выполняла ваш контракт?
   - Не могу ничего сказать, госпожа. Даже если бы знал...
   - Она никогда не позволила бы застать себя врасплох, - прошипела убийца. Лицо её заострилось ещё больше, тёмная кожа побледнела, челюсть выдвинулась. Морнетт невольно отступил. - Никогда. Если я узнаю, что здесь замешана ваша гнилая компания...
   - Разумеется, госпожа. Прошу извинить, мне нужно идти.
   Секретарь с достоинством поклонился - боги знают, чего ему это стоило - и, стараясь не торопиться, вышел из зала. На раздавшийся за спиной шум не обернулся. Он знал - если ты его слышишь, значит, жертвой стал кто-то другой.
   Он спустился по лестнице, каждая балясина которой изображал пикантные моменты из жизни живых и не очень существ, и прошёл в холл первого этажа. Там был ресторанчик для клиентов, там за отдельным столиком сидела сама хозяйка и просматривала счета.
   - Госпожа Май.
   - Господин Морнетт, добро пожаловать! Отдельную комнату, девочку, мальчика? "Фиолетовый букет" сегодня чудо как хорош, - хозяйка улыбнулась секретарю сердечной улыбкой.
   Секретарь Анклава улыбнулся в ответ. Обмен любезностями состоялся, приличия соблюдены. О финансах госпожа Май предпочитала говорить с магом-счетоводом. Остров принадлежал Анклаву, и бордель стоял на его земле. Однако само здание и всё, что там было, вместе с мебелью и девочками, было собственностью госпожи. Это давало повод для пикантных операций и захватывающих дел, которые, как знал Морнетт, добавляли немало остроты в жизнь мага-счетовода. Что они давали госпоже Май, знала только сама госпожа Май. Никто до конца не поймёт, что на уме у самки ний'зи. Особенно такой перезрелой, как хозяйка борделя.
   - Всего доброго, госпожа Май. Удачной торговли.
   - И вам всего наилучшего, господин Морнетт.
   Хозяйка борделя проводила взглядом уходящего секретаря. Пухлые губы её улыбались, полное лицо, немного оплывшее, но всё ещё привлекательное, выражало сердечную любовь и заботу.
   Продолжая улыбаться, она подняла пухлый пальчик и подозвала распорядителя.
   - Бигзи, кажется, я слышала шум наверху. Узнай, не пора ли там прибраться.
   Бигзи, худой, жилистый майити, поклонился. Выносить мусор за белокурой темнокожей клиенткой, что поселилась на третьем, было неприятно, но прибыльно. Дама никогда не скупилась.
   В ванной он выудил из тёмной жидкости порванный цветочный венок, положил к прочему мусору. Объёмистый мешок быстро наполнялся. Случайные пьяницы, любители специй и прочая шваль уже угомонились и лежали в нелепых позах на полу. Что же, надо будет сделать несколько ходок и приготовить компостную яму побольше. Многие бродяги и выпивохи считали за счастье умереть такой смертью, и бывало, дрались за право забраться на третий этаж, где кутила Ящер.
   Бигз не одобрял таких мыслей, но мог их понять. К тому же эти бездельники никому не были нужны, и только отягощали своих близких. Хорошо, что Анклав регулярно пополняет борделю запас заклинаний. Удобная вещь - разорвал бумажку, и любая дрянь превращается в жирный навоз.
   Из центрального алькова доносился размеренный перестук барабанов. Стройная, тёмная, вся будто сделанная из полированного дерева женщина стояла к нему спиной. Пальцы её порхали над инструментом, то опускаясь, то замирая в воздухе.
   У её ног лежал пожилой майити-музыкант, сжимая в объятиях свою виолончель. Майити крепко спал. Рядом, сонно положив голову ему на бедро, пристроился флейтист. Скрипач нашёлся поодаль, насаженный на смычок. Струйка слюны засыхала у него на отвалившемся подбородке.
   - Это ты, Бигзи? - не поворачиваясь, спросила дама, продолжая играть. Пальцы её выбивали дробный, размеренный ритм. В алькове звучал тихий военный марш. - Я немного напачкала. Включи в счёт. Я уезжаю.
   - Да, госпожа, - Бигзи поклонился тёмной спине, стараясь не смотреть на ложбинку между лопаток, проходящую по стройному телу, вплоть до округлых полушарий бёдер. - Как скажете, госпожа.
   Госпожа медленно повернулась. Бигзи увидел её алые, неестественно большие зрачки, раздвинутые в ухмылке губы. Торопливо упал на карачки, стукнул коленями об пол и принялся шарить вокруг, сгребая всё подряд в мешок для мусора. Работать, ему надо работать. Ведь мешок ещё наполовину пуст.
  
  

   Глава 16
  
   Справедливость всегда должна быть на своей стороне.
   Станислав Ежи Лец
  
   - Отправь почтового ящера, - князь Нижних земель брезгливо отвернулся от неприятного зрелища. Казнь гонца - необходимое зло, это, можно сказать, демонстрация намерений. Хочешь, не хочешь, провести надо. - Напиши, что виновный наказан со всей строгостью.
   Князь поморщился и мельком взглянул на помост. Палач дошёл до середины экзекуции. Каменную плиту, на которой было установлено колесо, густо забрызгала кровь и всякая гадость, на которую лучше не смотреть, иначе грядущий обед с дамами будет подпорчен.
   - Опиши казнь в подробностях. Укажи, что мы огорчены и просим не отменять поставки, - князь скрипнул зубами.
   Просить было унизительно. Но маги Анклава в своём праве. Без них хуже, чем с ними, а заклинания могут делать только они. Совсем как женщины с их потомством. Но если на женщин есть какая-то управа, с Анклавом лучше не связываться. Так проклянут, мало не покажется. Не говоря уже о таких полезных мелочах, как заклинания огня, здоровья и очищения морской воды. Хотя на очистку такая цена, что проще помереть от жажды. А женщины с ума сходят по бумажкам с заклинаниями от "тяжести", для красоты и всяких дамских штучек. Лиши их этого - такое начнётся...
   Князь приложил личную печать к пергаменту. Первый секретарь согнулся в поклоне и убежал готовить ящера. Второй секретарь почтительно ждал.
   - Ты. Вызови капитана. Шепни, что мне нужен его особый отряд. Из тех ветеранов, что остались от почётной сотни. Намекни, что дело срочное и чрезвычайно секретное. И про награду не забудь проболтаться. Ступай.
   Князь вздохнул и повернул благородное лицо к помосту. Надо досмотреть казнь до конца. Это его долг перед Нижними землями.
   ***
   - Ну и где они? - Игорь сжал вспотевшие пальцы на рукояти кинжала. Ему было не по себе.
   Сегодня они встали у причала Изгир - крупнейшего портового города Холодных земель.
   Чтобы дойти до Холодных земель, нужно было провести судно вдоль побережья, следуя постоянно дующим ветрам. Границу между землями на карте отмечала черта, проходящая по горной гряде. В реальной жизни зрелище оказалось гораздо эпичнее. Открывшаяся картина пробирала до пяток.
   Через несколько дней пути от бухточки, где на борт приняли беглых магов, течение усилилось, море сменило цвет, как будто стало глубже. Скоро впереди выросла громадная тень. Она была так велика, что заслоняла солнце.
   В море здесь вдавался каменистый мыс, продолжение горной гряды, огромным драконом разлёгшимся поперёк обитаемых земель. Гребень "дракона" уходил далеко в море, постепенно понижаясь. К дальнему краю драконьей спины, что скрывался в морской бирюзе, на карте не значилось никаких путей, и пираты решительно не советовали туда соваться, если жизнь дорога.
   В самом гребне, где-то в паре сотен метров от берега, виднелся просвет. Скалы там обрушились, и сквозь щель зловеще светило багряное солнце. Путь проходил ровно через этот просвет.
   Игорь направил туда своё судёнышко, обливаясь холодным потом от страха. Вода, бурля и пенясь, устремлялась в пролом между скал. Когда их маленькую одномачтовую посудину накрыла гигантская, холодная как лёд, тень, Игорь вспомнил миф об Одиссее. То место, где Сцилла и Харибда забирали свою неизбежную дань... Он перекрестился бы, если б мог, но руки прилипли к штурвалу, глаза не отрывались от узкого пути, где на опасной скорости между каменных стен любой миг мог оказаться последним.
   Они прошли между высоченными, похожими на гребень, скалами, о которые бились пенные буруны. Течение здесь было таким сильным, что Игорь вцепился в штурвал обеими руками и молился, чтобы ничего не случилось.
   Но, видимо, путь на карте был проложен не зря, течение знало своё дело, и они невредимыми пронеслись вдоль каменной стены. Там уже водные потоки стихали и течение разветвлялось. Главное было не упустить момент и войти в нужный поток.
   Игорь весь взмок от напряжения, пока выруливал к берегу. Листок с пиратской инструкцией, давно заученный наизусть, промок под рубашкой, волосы липли ко лбу, пот ел глаза.
   Ветер по-прежнему ровно дул вдоль побережья, исправно натягивал парус. Они поставили кливер, повозились над гиком, укрепив грот под нужным углом, и парусная тяга вытащила их из водного потока там, где надо. Горная гряда осталась за спиной, берег, словно они и правда пересекли границу миров, стал другим, изменил цвет, покрылся крупными валунами. Волны ритмично накатывались на каменные края обитаемого мира, разбивались о мокрые валуны, откатывались обратно, и так без конца.
   Вскоре на побережье возник и стал расти цветной мираж. Портовый город, весь из камня, плоских разноцветных крыш и высоких башен. Величественный собор доминировал. Он возвышался над городом, как гордый папаша над выводком разношёрстных щенков. Его центральная, пирамидальная башня, увенчанная золотым шаром, в свете солнца казалась кроваво-красной.
   Порт, весь одетый в камень, с косой волнолома и массивным зданием по центру набережной, казался слишком большим для двух десятков кораблей, что были пришвартованы у пирсов. Ещё парочка посудин покачивались на волнах, уходя вдоль береговой линии. Очевидно, эти суда предназначались только для каботажного плавания. Должно быть, жители обитаемых земель не стремились к выходу в открытое море, навстречу штормам и неизвестности.
   Когда корабль Возмездия показался вблизи порта, на судах началось шевеление. Моряки показывали на приближающееся судно, махали руками и бегали туда-сюда. Потом затрепетали поднятые сигнальные флажки, резко прогудели трубы. Команды пришвартованных судёнышек как-то вдруг исчезли в недрах трюмов, а набережная вмиг опустела.
   Игорь подвёл свой кораблик к причалу посреди всеобщего безлюдья. Только крики странных морских птиц, чёрных, нелепых, да плеск волн нарушали повисшую над портом тишину.
   Заходить в порт надо было, когда часы покажут картинку морского зверя. Часы оказались в каюте капитана в шкафчике, в этом мире они были частью каждого судна, как на Земле компас и прочие приборы. В этот час, уверяли Игоря, никто не сунется к нему с делегацией убийц и насильников в цепях. Он понял так, что это время не то сиесты, не то всеобщей молитвы, когда никто не делает решительно ничего сверх положенного.
   Так что они без лишних глаз и оваций встречающей публики подошли к причалу и неумело пришвартовались, что стоило Игорю ещё полметра нервов.
   ***
   - Ну, и где они? - повторил Игорь. Он снова начал потеть, как между Сциллой и Харибдой.
   Времени было в обрез. Скоро запретный час закончится, в порт явится делегация местных воротил от закона с цепями и стражниками, а дело не сделано.
   Место встречи, где беглых магов назначили передать с рук на руки, оказалось на задворках портовой таверны. Им должны были подать знак - белая тряпка на заборе. Игорь вспомнил Цветочную улицу с розой на подоконнике и бедолагу профессора. Усмехаясь про себя, подумал, не придётся ли ему выпрыгивать в окошко ещё раз.
   И стоило ли приходить сюда такой толпой. Два мага-недоучки тряслись от страха, переодетые матросами. Они были уверены, что их схватят, едва они сойдут на берег. Майита упросила его пойти с ними, и Игорь не смог ей отказать. Захотелось почувствовать землю под ногами. Он хотел запретить, но девчонка так взглянула на него своими раскосыми глазами, блестящими от слёз, что сердце у него дрогнуло. Ладно, лишь бы под ногами не путалась.
   Девчонка тащилась позади, одетая кем-то вроде юнги: в шароварах, перепоясанных линялым кушаком, мешковатой рубахе с закатанными рукавами и потрёпанной жилетке. Буйные волосы были туго стянуты на затылке и запихнуты по матросскую шапочку, похожую на феску.
   Они прошли по узким, тёмным закоулкам, где шатались только пьяницы и блудливые девки, и выбрались на окраину. Нужная таверна торчала посреди хилых домишек, как маяк - целых два этажа в четыре окна. И никакой белой тряпки на заборе.
   Игорь отёр ладонью пот со лба. В этих Холодных землях оказалось не так уж холодно. Чтобы отлепиться от штурвала, ему пришлось на долю секунды закоротить предпоследнюю батарею, и это был не тот опыт, который хотелось бы повторять снова.
   Один из магов вдруг кашлянул. Задняя дверь распахнулась, мелькнула растрёпанная светлая голова, криво прикрытая белым платочком. Девица в несвежем кухонном фартуке вышла из двери, протопала через дворик, стащила платок со своего вороньего гнезда и набросила на забор. Развернулась и тем же ходом протопала обратно. Сигнал!
   Игорь толкнул дверцу узкой калитки. "Вход со двора, задняя дверь" - так было сказано в инструкции.
   Видно, во дворе недавно резали свинью, или что там у них за живность идёт на жаркое. Крыльцо был закапано, над корытом у стены стоял тяжёлый запах свежевываленных кишок. У забора с другой стороны висела шкура не то кабана, не то другой скотины. Шкура была ещё свежая. Из двери неслись ароматы жаркого - немного подгорелого, с хрустящей корочкой.
   Игорь сглотнул голодную слюну и вошёл в дверь.
   Внутри оказалась одна комната без перегородок, завешанная по стенам всякими кухонным вениками, пучками трав и полотенцами. Вдоль стен теснились не то кадушки, не то бочонки. На бочонках сидели несколько мужчин.
   - Доброго дня всем. Свежее мясо покупаете? - сказал Игорь, как положено.
   - Покупаем, покупаем, добрый человек, - через паузу ответил один из мужчин. Он поднялся со своего места, вытирая руки и пухлое добродушное лицо полотенцем. На объёмистом животе его натянулся рабочий фартук, замызганный разнообразными пятнами. - Отчего же не купить, если товар хорош.
   Игорь шагнул к нему. В дверь следом уже протиснулись двое молодых магов, и робко остановились за его спиной. Он мысленно выругался - ведь велел же им стоять и ждать! Но эти парни были так напуганы, что боялись остаться без защиты "капитана Роберта" даже на минуту.
   - Так покупаете или нет? - повторил Игорь. Должно быть, он выглядит глупо, будто в сцене из шпионского фильма. "Вы продаёте славянский шкаф? Шкафа нет, есть табуретка". Что за ерунда...
   Всегда дожидайся отзыва - так в один голос твердят книжки и кино. С наглядными примерами, что бывает с теми, кто поторопился.
   Толстяк повар радушно улыбнулся, развёл пухлыми руками. Открыл рот, но за него раздражённо ответил другой:
   - Товар у тебя с собой? Сколько хочешь за него?
   Игорь повернулся и хотел уже ответить, но слова замерли у него в горле. То ощущение, как будто не хватает воздуха, накрывшее его тогда, на корабле, при встрече с пиратами, вдруг вернулось. Только сейчас оно было гораздо сильнее. Тогда маг капитана Фрея смотрел на него, пытаясь поймать в ловушку. Он догадался, уже после, когда недоучки маги объяснили...
   Он обернулся - двое магов прилипли спинами к стене с вытаращенными глазами. Лица их посинели от удушья. Вот чёрт. Засада.
   С бочонков уже поднимались остальные - крепкие мужики с решительными лицами. У одного из них были заострённые уши под кучерявой гривой бурых волос - майити.
   Он выхватил кинжал и метнул в повара. Тот схватился за горло и упал, задёргал ногами. Убивай самого опасного, это закон. А добряк-повар был здесь самым опасным. Игорь понял это в мгновенной вспышке узнавания. Когда тот развёл руками, у локтя, на сгибе руки у толстяка выглянула татуировка: круг, перечёркнутый волнистой линией. Маг воздуха, чёрт бы его побрал. За что и почему - разберёмся потом. Лучше двенадцать присяжных, чем один апостол.
  
  

   Глава 17
  
   Жизнь вынуждает человека ко множеству добровольных поступков.
   Станислав Ежи Лец
  
  
   Четверо уже поднялись с мест и разошлись в стороны отработанным маневром. У двоих в руках вдруг оказались топорики. Удлинённые топорища, изогнутые лезвия, похожие на те, что были у погони на берегу. Той, что гналась за недоучками.
   У двух других в руках были увесистые ножи, что-то вроде мачете. Один шагнул вправо, другой - влево, чтобы не мешать тем, что с топориками. Сразу видно, что брать подпольных торговцев крадеными магами им не впервой.
   Игорь шагнул вперёд, потянул меч из ножен - короткий меч, взятый с тела моряка. Он не умел им пользоваться, но местные полицейские этого не знали.
   Двое вышли навстречу, первый - чтобы взять на себя выпад меча, второй изготовился нанести ответный удар.
   Маги-студенты у стенки хлопали глазами и жадно разевали рты, глотая воздух. После падения "повара" их отпустило.
   - Бегите! - Игорь сделал ложный выпад, заставив противника отшатнуться и прыгнул назад к двери. Геройски умирать в вонючей таверне он не собирался. Это уже слишком.
   Маневр почти удался. Но двое недоучек-магов в панике одновременно ломанулись к выходу.
   Они тут же застряли. Два идиота, которые так боятся попасть на костёр, что ничего не соображают.
   Первый мужик с топориком выдохнул: "Ха-а-а!", блеснуло изогнутое лезвие, хищно свистнуло совсем рядом, Игорь едва увернулся. Мечник из него никудышный, а голыми руками воевать он не мастак. Синий пояс десятилетней давности его не спасёт. Чёрт, вот теперь ему точно кранты.
   Дико завизжал один из магов. От косяка полетела каменная крошка, брызнула кровь. Удар топором отсёк кусок кожи с плеча одного из беглецов.
   Игорь подхватил кадушку у стены и швырнул в полицейского с топором. Крышка осталась у него в руке, и вовремя: мачете с силой ударило в его "щит" и застряло в дереве.  Из кадушки в полёте вывалилась отрубленная голова и шмякнулась в грудь второго служителя закона с топориком. Так вот чем тут так пахло - засада уже удалась, а компания Игоря поспела к десерту...
   Голова на секунду отвлекла нападавших. Но к двери было уже не пробиться: там уже стоял один, прижал беглого мага к полу, наступил ногой, взмахнул топором...
   Истошный крик взвинтился штопором к потолку, заполнил тесную комнату.
   Второй маг, отчаянно извиваясь, с удивительной быстротой пополз обратно в комнату.
   Игорь прыгнул вбок, чудом отбил рубящий удар. На этом его щит - крышка от кадушки - окончательно развалился. Это конец, приятель. Он уже видел, как его разрубают на куски, отсекают голову и складывают в кадушку. А шкурку вывешивают сушиться во дворе.
   В глазах потемнело. Он видел, как падает заострённый металл, рассекая воздух с тягучим мерзким звуком. Лезвие топора падало почему-то медленно, неотвратимо приближаясь к его незащищённой груди.
     Противник промахнулся. Топорище, увенчанное острым металлом, пролетело рядом, обдав ветерком лицо. Удар ушёл в пол. Игорь, отстранённо наблюдая, как меч в его руке совершает сложное движение, отступил, пропустил противника. Острие меча вошло в открывшуюся подмышку и вернулось обратно, окрашенное кровью.
   Следующим движением он пинком подбросил содрогающееся тело человека с топором - тот уже умирал, но ещё не знал об этом. Тело отлетело назад и врезалось в майити с мачете. Мачете звякнуло о стену, майити рухнул на кадушки.
   Второй с топором, занёсший своё оружие для очередного удара над поверженным магом, выпрямился, застыл с поднятыми руками. Потом издал боевой клич и прыгнул на Игоря. Ещё один мужик с мачете вклинился в освободившееся пространство, стал заходить сбоку.
   Игорь без малейшего участия разума - он только наблюдал за собой и даже не удивлялся - легко нагнулся, пропустил над собой топор, странно скакнул, развернулся. Подбил ногу противника с топором быстрым тычком в пятку, чиркнул лезвием меча под коленкой. Возвратным движением рассёк запястье.
   Скакнул ещё, махнул рукой. Дзынь! Мачете второго противника столкнулось с перекрестьем меча. Закрутил клинок, подбросил. Ногой в печень, толчок.
   Топорник заорал, затряс рассечённой рукой, повалился набок, неловко подвернул ногу. Из-под коленки у него струилась кровь.
   Майити высвободился из-под содрогающегося тела убитого, пришёл на помощь товарищу.  
   Они разошлись - первый сгибался, ещё не отойдя от удара в бок, - изготовились к нападению.
   Хлопнуло, сверкнуло. Маг-недоучка, доползший до "повара", запустил руки в фартук на пузе толстяка, выудил оттуда смятую бумажку. Визгливо выкрикнул что-то, махнул руками, вверх полетели клочки. Вспышка никому не повредила, только напустила дыму. Но двое служителей закона дёрнулись на звук.
   Пахнуло озоном. Отстранённо заметив знакомое ощущение наэлектризованных волос, вздыбившихся на руках и голове, Игорь скользнул в сторону, выбрался из угла, в который его зажали, швырнул веником в майити, тот ловко увернулся. Мачете так и играл в руках ушастого противника, перепрыгивал из руки в руку.
   - Сдавайся, чужак, - насмешливо сказал майити с ножом. - Ты один, нас двое.
   Второй противник молча оскалился, показав щербину на месте переднего зуба.
   - Хрен тебе, - Игорь ещё переместился. - Капитаны не сдаются. Они уходят последними.
   Ему надо было только отвлечь противника болтовнёй, но майити, похоже, удивился. Игорь скорее почувствовал, чем увидел, быстрый взгляд. Что он там увидел, на его руке?
   - Сдавайся. На костре гореть очень больно, - после неуловимого на сторонний взгляд колебания снова сказал майити. - Брось оружие.
   - Нет! - заорал Игорь. Это не был ответ. Быстрая тень скользнула за спинами противников в комнату, метнулась вдоль стены. Майита не дождалась во дворе. Дурная девка, чёрт, куда полезла...
   Девушка сорвала со стены полотенце, прыгнула кошкой на спину мужику с мачете. Тряпка захлестнула лицо врага вместе с вооружённой рукой. Майита быстро обмотала его, и теперь с силой тянула полотенце за концы, повиснув у мужика на спине.
   Мужик завертелся, тыча кулаком назад, она сжалась, плотно обхватила его ногами, как клещами, всё туже затягивая ткань.
   Игорь скользнул к оставшемуся противнику. Сейчас, на краткое время, пока они один на один, надо спасать девчонку и спасаться самому. Он не сомневался, что долго девушка не продержится.
   Странное состояние, овладевшее его телом, всё ещё длилось. Мужчина-майити ловко ушёл от выпада меча, отскочил, держа дистанцию. Они сделали несколько выпадов, кружась в подобии танца. Никто пока не смог достать противника.
   Девушка выкрикнула что-то, резко и отчаянно. Её противник прижал её к стене и колотил назад свободной рукой, вторая , с ножом, уже проделала прореху в ткани, и вот-вот должна была освободиться.
   Мужчина-майити оскалил зубы - они были гораздо крупнее и внушительнее, чем у девушки-майиты - быстро прыгнул, быстро ткнул остриём. Промазал, так же резво отскочил, но Игорь успел подцепить носком башмака его за пятку. Нога майити нелепо задралась кверху, он опрокинулся на спину. Попытался извернуться по-змеиному, но Игорь не дал ему шанса. Прыгнул за ним, наступил ногой на руку с мачете, прижал к полу. Тычок остриём меча, и противник уже не боец. Майити захрипел, свернулся калачиком вокруг раны.
   Игорь подскочил ко второму, который уже почти высвободился, пнул в солнечное сплетение. Тот повалился, и Игорь добавил ему ещё для верности. Майита наконец разжала руки, отпустила полотенце и отпрыгнула в сторону.
   - Добей их! - зарычала она. На девчонку было страшно смотреть - глаза светятся, как у хищного зверя, уши прижаты, зубы оскалены. - Добей, и уходим!
   - Зачем убивать, - Игорь нагнулся над "поваром". Тот уже истёк кровью, и лежал в широкой луже неподвижно. Кинжал рассёк ему сонную артерию. Надо же, какое удобное оружие - как ни бросишь, всё в яблочко...
   Маг, который так неудачно хотел помочь, трясся на полу рядом с трупом, среди обрывков бумажки с заклинанием. Непонятно было, его кровь на нём или чужая.
   Второй маг корчился у двери, тихонько завывая и колотясь головой о косяк. Ему точно было плохо.
   - Перевяжи его, - Игорь сорвал пару полотенец со стены, бросил девушке. - Надо убираться отсюда.
   - Нет! - майита резким движением выдернула из покойного толстяка кинжал, легко подскочила к скорченному телу мужика с мачете, и одним движением рассекла ему горло.
   Отпрыгнула, подскочила к мужчине-майити. Тот неловко повернулся, зажимая живот, взглянул на неё снизу вверх. Сказал что-то, гортанно, с прищёлкиванием выговаривая слова.
   Она ответила - резко, холодно. Мужчина оскалил клыки, попытался приподняться, привстал на колени. Зрачки его расширились во весь глаз и светились красным огнём.
   Хрипло рыкнул, в упор глядя на майиту. Игорь дёрнулся, но было поздно - тычок кинжала, чмоканье протыкаемой плоти, и майити с остановившимся взглядом упал к ногам девушки.
   Игорь выдернул кинжал из рук майиты, отёр об одежду покойника.
   - Уходим, быстро!
   Раненого мага перетянули полотенцами, как смогли. Он корчился, стонал, и не мог идти сам. Игорь подхватил его, но бедняга свалился, едва его подняли.
   - Брось его, - зашипела майита. Она озиралась по сторонам, как испуганная кошка. - Брось!
   - Нет, не бросайте нас! - взвизгнул второй маг. По лицу его стекал пот пополам с кровью. - Нас сожгут! Кишки выпустят и сожгут на медленном огне!
   Игорь яростно потёр лоб. Часы на полке - здесь, как и везде, были часы - показывали силуэт крылатой птицы. От фигуры морского зверя остался только краешек. Запретное время почти закончилось. Даже если они выйдут прямо сейчас, в таком виде соваться на причал глупо. Поздно метаться. Поздно бежать к кораблю. Ту-ту, Михаил Светлов, цигель-цигель ай-лю-лю...
   - Мы опоздали.
   - Я знаю, куда идти! - маг пополз к нему на коленях. - За городом есть убежище! Там живёт старый лекарь, он поможет! Ради всех богов, помогите!
   - На кой ты нам сдался, червяк, - презрительно бросила майита. - Сделка провалилась!
   - Он мудрец, он знает, как снять ваше проклятие! - выкрикнул маг и зажмурился - как видно, в страхе от сказанных слов.
   Игорь застыл. А вдруг правда. Крошечная, безумная надежда. Всё равно - надо бежать отсюда, пока их не застукали здесь на горячем.
   Он поднял раненого, взвалил на плечо.
   - Веди. Где там твой лекарь?!
    
  
  

   Глава 18
  
   Безвыходным мы называем положение, выход из которого нам не нравится.
   Станислав Ежи Лец
  
   В таверне наверняка знали о полицейской операции. А может, такие дела здесь были не впервой, и торговцы людьми давно отбили охоту у любопытных. Никто не прибежал на шум, никто не сунул нос в комнатушку, залитую кровью. Игорь безнаказанно пронёс раненого мага на себе через двор.
   В переулке за углом стояла закрытая повозка с намалёванным на боку знаком: треугольник, перечёркнутый крест-накрест стрелой и топором. Полицейский символ? Похоже на то.
   Повозка оказалась кстати. На козлах никого не было, видно, все, кто на ней прикатил, сейчас лежали в таверне мертвее мёртвого.
   Игорь забросил внутрь стонущего мага. Второй забрался самостоятельно, скорчился в полутьме возле раненого дружка. Сам Игорь собирался усесться на козлы.
   - Ты умеешь управлять ящером? - недоверчиво спросила майита.
   Только тогда он обратил внимание, кто запряжён в повозку. Тварь, что стояла в оглоблях, походила на лошадь только издали. Должно быть, когда он мельком взглянул на неё впервые, изумлённое сознание выдало более привычную картинку.
   Длинная шея животного, изогнутая по-лебединому, увенчивалась головой игрушечного удава. Или диплодока, которые на картинках ели траву и высовывали длинные шеи из доисторических озёр. Большие круглые глаза затягивала полупрозрачная плёнка. Когда Игорь подошёл, плёнка поползла вверх, и на человека глянул выпуклый, янтарного цвета глаз с вертикальным зрачком. Округлые кожистые бока, все в складках, высокие ноги с мозолями на суставах. Ороговевшие пальцы, похожие на толстые когти - по три на каждой ноге. Заострённый хвост, покрытый мелкой чешуёй, длиной почти до земли. На хвосте зверюги красовалось выжженное треугольное клеймо, такое же, как на повозке.
   - Лучше ты, - уступил Игорь. Кто её знает, эту рептилию.
   - Майити - лучшие укротители ящеров! - самодовольно сообщила девушка и ловко запрыгнула на козлы.
   Майита снова затянула в узел густые волосы и запрятала под круглую шапочку. На поясе у неё теперь красовалось мачете, взятое с трупа. Парочку топоров они тоже прихватили, вместе с кое-какой одежонкой, свёрнутой в узел. "Какие нежности при нашей бедности" - проворчал Игорь, стаскивая с тела мёртвого полицейского пояс и жилетку.
   Он тщательно обыскал тело мага воздуха, и кое-что нашёл. Пару бумажек со странными каракулями, аккуратно сложенные в кармане поварского передника. Ещё несколько мелочей, которые он наспех сгрёб в горсть и сунул к себе за пазуху. Потом разберёмся.
   Девушка гортанно крикнула, шлёпнула рептилию по круглому крупу вожжами. Животина переступила когтистыми ногами, мотнула головой, издала странный звук - не то визг, не то рёв. Повозка дёрнулась и тронула с места.
   - Вперёд, отродье крайев! - выкрикнула майита, привстав на козлах. Она оглянулась на Игоря, и он увидел её бесшабашно блестящие глаза, оскаленные в разбойничьей ухмылке острые зубы. - Не то сожру!
   Видно, то была нешуточная угроза. Рептилия резво пошла, топоча мягкими копытами по переулку. Игорь рассеянно взглянул на свои руки, перемазанные кровью. Возбуждение драки ещё не прошло, и странная усталость, что одолела его на пути к таверне, отпустила. А это что за пятно?
   Он перевернул руки ладонями вверх. Что такое?
   Под разводами крови и грязи на запястьях чернело клеймо. Такие же, поменьше, красовались на обеих ладонях. Но все они изображали одно: что-то вроде колеса с торчащими, как спицы, чёрточками, выходящими из него, как лучи - из солнца. Картинка подозрительно напоминала штурвал.
   Игорь вытаращился на клеймо. Самое глупое, что он никак не мог понять, когда оно появилось. Он не смотрел на руки так пристально с тех пор, как выпрыгнул из окна таверны. Той таверны, где зарезали беловолосую женщину. Наверное, это случилось, когда он впервые взялся за штурвал. Тогда его так прижарило, какие уж обожжённые ладони... Так вот на что так смотрел покойный майити - на его клеймо. И что это значит, чёрт его побери?
   Пока он любовался на свои руки, повозка катилась по улицам города. Чешуйчатая тварь бодро перебирала ногами, поощряемая шлепками по крупу и голосом майиты.
   Сначала они петляли по узким улочкам бедняцкого квартала, где вместо дорожного покрытия была сухая, вытоптанная до каменной твёрдости земля. Потом звук под колёсами изменился: это пошли застройки жителей побогаче.
   Маг-недоучка выглядывал в щёлочку и указывал, куда ехать. Второй маг лежал, зажавши рану, и страдал. Игорь, стараясь не думать о заклеймённых руках, полез за пазуху, достал оттуда ворох мелочей, что нашёл на покойнике, и принялся их рассматривать.
   Парочка бумажек, таких же, что разорвал маг воздуха, очевидно, с заклинаниями. Бумажки были аккуратно сложены, и на каждой начертана какая-то закорючка. Наверное, чтобы не перепутать в суматохе. Кроме бумажек, там был амулет на цепочке, из полированного круглого плоского камушка. Поперёк кружка блестел вплавленный в камень росчерк золотой молнии. Почему маг его не надел, бог весть. Цепочка была короткая, как для браслета. Игорь подумал, и нацепил его на руку. Хуже уже не будет.
   Он попытался прочитать бумажки, но ничего в них не понял. Бессмысленный набор слов. Остальное вообще выглядело кучкой мусора: какая-то трубка, не то флейта, не то мундштук; горсть камушков разной величины и цвета, вроде тех, что кладут для украшения аквариума; кусочек кожи, будто оторванный от дублёнки; монета из белого металла и красивая ракушка с дырочкой посередине.
   Повозка теперь катила по богатой улице, среди каменных особняков, за оградами и крепкими воротами. За столбиками ограды виднелись редкие зелёные кусты, кружки чахлых цветов и полоски узких газонов. Видно, с зеленью в городе была проблема. Редкие прохожие сторонились и провожали их взглядами. Должно быть, полицейская таратайка была на приличной улице зрелищем непривычным.
   Зато дорога здесь была ровная, колёса весело крутились, прищёлкивала на козлах майита, погоняя ленивую скотину, норовящую сбавить ход и перейти на шаг.
   - Капитан, вы знаете, что ваша майита - убийца? - вдруг спросил маг-недоучка. Он сидел, обхватив колени, возле своего раненого дружка. Глаза его поблескивали в полутьме повозки.
   - Трудно не заметить, - отрезал Игорь. Как будто не при них девушка зарезала двоих.
   - Она убийца по рождению, - маг пугливо посмотрел на козлы, завешенные от них тканью, как будто девушка могла услышать. - Вы слышали, что сказал ей тот, ушастый?
   - Нет, - не признаваться же, что ни черта не понял из их разговора.
   - Майити сказал: мередин. Это значит "изгой". Изгнанная. Майити когда-то были бродягами. Теперь они живут в городах. В пустынях остались только изгои. Они нищие. И очень гордые. Считают себя истинными майити.
   - И что?
   - Гордость не мешает им служить в войсках наёмников. Они готовы убить за горстку камней. Пустынные майити все убийцы. Они учатся этому с детства.
   - Эта убийца только что спасла тебе жизнь, - отрезал Игорь.
   - Да, я знаю, - маг поёжился, крепче обхватил коленки. - Только они никогда... никогда ничего не делают даром. Ты думаешь, что майити твой друг, а завтра он выпускает тебе кишки за пару монет. Ты думаешь, что девушка-майита тебя любит. А она втыкает в тебя нож, потому что ты забыл ей заплатить за час в постели. Они все такие.
   - Я думаю, что вы все расисты, - холодно сказал Игорь. - Лучше скажи, что это такое?
   Он показал свою добычу.
   - Заклинания, - сказал маг, рассмотрев бумажки. - Громовой удар. Воздушный кулак. Деньги.
   - А это? - Игорь показал камушек на цепочке.
   - Это личный знак магистра воздуха. Никто не имеет права надевать и носить, кроме владельца... - отбарабанил маг-недоучка, испуганно таращась на амулет.
   - Владелец откинул копыта, - грубо сказал Игорь. - Что с тела снято, то свято. Для чего он?
   - Э-э, это знак... - маг запнулся. - Мы это не проходили. Ну, то есть, нам это не задавали. Но... говорят, в нём можно запасать силу. Чем мощнее маг, тем больше силы он может накопить. Этот был из средних...
   - Отчего же он им не воспользовался? - спросил Игорь, рассматривая амулет. Красивая вещица, полированный камень, золотая стрелка. Вот только бесполезная.
   - Не знаю. Господин... капитан, вы когда-нибудь видели себя в зеркале? - осторожно спросил маг.
   - Э?
   - Вы же типичный итиол.
   - Кто?
   - Итиол. Только не обижайтесь! - маг вжал голову в плечи и на всякий случай отодвинулся. - Итиолы рождаются у людей, не так часто, но бывает. Они сильные, но глупые от рождения. И ещё они невосприимчивы к магии. Их ничему нельзя научить. Они как... как камни под ногами.
   Вот как. Игорь заморгал. И правда, он ведь никогда не смотрел на себя со стороны. На себя нынешнего.
   Он вытянул из ножен клинок и посмотрелся. Видно было плохо, но кое-что он сумел разглядеть. Да, итиол... типичный. Простодушное, открытое лицо, не красавец, но и не урод. Здоровый простачок, из тех, что нравятся некоторым женщинам. Да... ни один маг не примет такого иди... как его там, всерьёз.
   - Магистр решил, что вы просто охранник, тупой охранник, - тем временем говорил маг-недоучка. - Не стал тратить на вас силы. Наверное. Сила прекрасна, но она истощает.
   Он вздохнул и ещё больше съёжился рядом с раненым дружком.
   Повозка катилась дальше, ящер бодро стучал когтистыми лапами по мостовой.
  
  

   Глава 19
  
   Бывает, что не хочется жить, но это вовсе не значит, что хочется не жить.
   Станислав Ежи Лец
  
   "Хребет дракона" нависал над землёй, он доминировал, он угнетал. От скалистой стены веяло холодом, в тени, куда не доставал солнечный свет, было темно, как в погребе.
   Холодные земли. Ну конечно.
   Последний километр пути пришлось тащиться пешком. Повозка не могла пройти по камням, а дорога кончилась ещё раньше, чем тень от горного хребта легла на землю. Хорошо хоть здесь была тропа, узкая, в самый раз для вьючных животных или пеших просителей. Видно, лекарь был чудаковат, и кого попало к себе не пускал. Так что просителям приходилось изрядно побить себе ноги и попыхтеть. А может, и помереть по дороге, избавив целителя от лишних хлопот с особо тяжёлыми клиентами.
   Вьючным животным Игорь как раз сейчас ощущал себя.
   Раненый маг совсем раскис, мотался на спине Игоря как тряпка и только слабо мычал. Бросить бы его, да жалко потраченных сил и времени. Да и к лекарю с пустыми руками соваться не с руки. На пиратов Игорь уже не надеялся - сделка всё равно пошла псу под хвост. Так что тащись, капитан Роберт, пока сил хватит. Узнай, как снять проклятие, а то каюк.
   Это началось, как только они выехали из города. Приступ потной дурноты накатил внезапно - видно, кончился адреналин в крови. Руки - запястья и ладони, где было выжжено клеймо, - зачесались. Потом клейма стали припекать кожу, того гляди, загорятся настоящим огнём...
   - Гони быстрее, Май, - сдавленно попросил Игорь. Девушка только кивнула бледным личиком - ей тоже было не по себе.
   Холодный воздух предгорья немного помог, но всё равно Игорь еле передвигался, и чем дальше, тем идти было тяжелее. Казалось, к ногам прицепили груз, и этот груз всё увеличивался.
   Майита становилась всё бледнее, лицо у неё заострилось, уши опустились и подрагивали. Но девчонка упрямо скалила зубы и шла вперёд, ловко переступая стройными ножками среди камней.
   Первый труп они увидели на подходе к пещере, где обитал лекарь.
   Женщина казалась спящей. Она чинно сидела возле тропы, её сухие коричневые руки были сложены на коленях. Впалые глаза закрыты, седые волосы шевелились от ветерка. Рядом с босыми ногами лежала горстка разноцветных камушков, будто старуха присела здесь просить милостыню, да так и отдала душу местным богам.
   - Они здесь так делают, - дрожащим голосом сказал маг. - Если не получилось... или не дошли... садятся здесь и... вот. Оставляют немного денег, чтоб труп убрали.
   - Что? - Игорь пошатнулся. Его и так уже качало, едкий пот заливал глаза, и от мысли о напрасно потраченном времени лучше ему не сделалось. - Ты же сказал, что лекарь - кудесник?
   - Бывает, он отказывается лечить, - маг пугливо втянул голову в плечи. - Без объяснений. Нет, говорит, и всё!..
   Игорь сжал зубы и двинулся к пещере. Вот так сюрприз. Не откинуть бы здесь копыта, рядом со старушкой - божьим одуванчиком.
   На тропе им встретилось ещё три трупа: два у самого входа, сидели, привалившись друг к дружке, должно быть, супружеская пара. И один чуть в стороне, лежал, скорчившись, среди камней.
   Неважная реклама для фирмы, мрачно подумал Игорь и шагнул в пещеру.
   Здесь был только вход, низкий лаз с нависшим каменным сводом, скупо освещённым парой масляных ламп.
   Удушливо воняло жжёными травами, какой-то ароматной дрянью (даже на запах маслянистой) и ещё почему-то псиной.
   Из стены торчали несколько вделанных в камень металлических колец. С одного свисал обрывок цепи. Под стеной стояли несколько глиняных чаш, в них лежали подаяния - или дары, как посмотреть - для лекаря.
   Горстки всё тех же разноцветных, гладких камушков, несколько монет разного достоинства, даже кусок мяса, завёрнутый в листок. Впереди, в полутьме пещеры, слышались приглушённые голоса.
   Игорь поднял обмякшего раненого, и тяжело зашагал к источнику звука.
   Стены разошлись, верхний свод поднялся, гул голосов стал яснее - они вошли в подземный зал.
   Лекарь-чудесник сидел со скрещёнными ногами на каменном возвышении. По правую и левую руку от него с высокого свода на цепочках свисали лампы, круглые плошки с пляшущими в них огоньками.
   Игорь моргнул - ему показалось, что в огоньках пляшут маленькие ний'зи, размахивая крылышками. Чёрт, плохи дела, уже девочки крылатые в глазах.
   Лекарь оказался человеком. Вопреки ожиданию, он был не так уж стар, хорошо упитан и гладок.
   Цветастые шаровары плотно облепляли толстые ляжки целителя. Над широким кушаком нависал большой волосатый живот. Кожаная безрукавка, вся в подозрительных пятнах, ничуть не скрывала обвисших складок на теле. Поверх безрукавки был накинут - должно быть, для важности - узорчатый красный халат. У возвышения маялись три фигуры.
   "Двое с носилками, один с топором, - с мрачным сарказмом подумал Игорь, глядя на очередь. - Эй, народ, мне только спросить... кто последний?"
   Лекарь как раз с положил ладонь на лоб пациента и закрыл глаза. Двое друзей больного замерли, с надеждой и страхом глядя на процесс.
   Лекарь молчал, прикрыв глаза и покачиваясь. Лицо его было неподвижно, тёмные, лоснящиеся пальцы возложенной на лоб клиента руки едва заметно подрагивали.
   Раздалось шипение - целитель с силой выдохнул воздух сквозь стиснутые зубы. Ладонь его на голове пациента напряглась, пальцы сжались, как будто он тащил что-то с неимоверным усилием.
   Больной выкатил глаза, приподнялся вслед за рукой. Тело его безвольно дёргалось и болталось, как тряпичная кукла на верёвочках.
   - Хах-х!.. - лекарь откинулся назад, уронил руки.
   Игорь неверяще моргнул - ему показалось, что с пальцев целителя на каменный пол пещеры закапала какая-то светящаяся дрянь.
   Больной покачался на нетвёрдых ногах, и свалился обмякшей куклой. Двое друзей бросились к нему.
   - Отнесите вашего друга на воздух, - раздался мелодичный голос.
   Рядом с целителем вилась девушка ний'зи. На мгновение Игорю показалось, что это их Най. Но девушка целителя была пониже ростом, упитанней и волосы её казались темнее. За спиной у ний'зи дрожали тонкие крылышки, вырезанные по краю затейливым узором, как новогодняя снежинка.
   И на пухленькой шее этой девушки сидел ошейник. Широкий, металлический ошейник, как у собаки. Вместо платьица, что было у Най, девушку прикрывала только кожаная тесёмка на груди и короткая юбочка на бёдрах.
   Юбочка не скрывала ничего, так что смущённый Игорь отвёл глаза. Майита при виде ний'зи зашипела, уши её прижались, бледное личико побледнело ещё больше.
   - Следующий, - пропела чужая ний'зи, обратив взгляд сияющих глаз на Игоря и майиту.
   - Ты видишь, - прошипела майита, не отрывая глаз от крылатой девушки. - Видишь?
   - Подожди, - Игорь отмахнулся. Ясен день, майита ненавидит всех существ другой расы, а крылатых девчонок - особенно. Но сейчас не время для личных склок. - Не до тебя.
   Он кое-как дотащил раненого мага к подножию каменного трона, где сидел целитель, и с облегчением сгрузил его там.
   Целитель нехотя приоткрыл один глаз.
   - Тьфу. Что, гильдия лекарей в одночасье испустила дух? В городе нет ни одного потрошителя ящеров?
   - У вас есть деньги? - пропела крылатая девушка. Её сияющий взор обратился на Игоря, и тот заметил, какие странные у неё зрачки - синие и блестящие. - Без денег учитель не принимает.
   - Да. Вот, - Игорь выгреб всё, что у него было, и положил в специальную миску рядом с "троном".
   - Мало, - отрезал лекарь. Он открыл уже оба глаза и наклонился вперёд, будто хотел обнюхать раненого. - Здесь пахнет магией.
   Он поднял голову и уставился на Игоря.
   - Ты! От тебя несёт, как от выгребной ямы в знойный день!
   - Я пришёл просить о помощи, - хрипло сказал Игорь. - Мне сказали, что наше проклятие можно снять. Что вы знаете, как это сделать. Помогите, и моя благодарность не будет иметь границ.
   Он сказал это уже на автомате. Его качало всё сильнее, в ушах нарастал комариный звон, руки горели огнём. Он перевернул их ладонями кверху и в полутьме пещеры ему показалось, что клейма-штурвалы светятся багровым светом.
   - На что мне благодарность мертвеца, - задумчиво ответил целитель. Он размышлял, собрав лицо в горсть и пощипывая губу. - Не будет иметь границ, говоришь?
   - Да, - устало подтвердил Игорь. Ему было уже всё равно. - Исцеление для всех нас, и чтобы никто не ушёл обиженный.
   Лекарь, конечно, не узнал цитату, но оживился. Глазки его на толстощёком лице блеснули. Он потёр ладони, кивнул:
   - Хорошо. Думаю, что смогу помочь тебе, капитан.
   - Откуда вы...
   - Клеймо корабля мёртвых ни с чем не спутаешь. Это клеймо смерти.
   Лекарь глубоко задумался, гладкий лоб его пошёл морщинами.
   - Да. Я скажу тебе, что нужно сделать.
   По знаку хозяина крылатая девушка принесла два рулончика пергамента. Один лекарь отложил в сторону, на другом взялся чертить при свете ламп:
   - Смотри, капитан. Твоё проклятие из самых сильных, что есть на земле. Это ловушка, сплетённая, как паутина паука. Заклятие завязано на предметах, а предметы эти прикованы к земле. Нет ничего сильнее, чем этот способ связать кого-то, или что-то. Ты понимаешь?
   Игорь пожал плечами. Ему было душно, пот катился по лицу и спине. Какая, к чертям, паутина, какая привязка к земле? Помог бы скорее, а то, того гляди, отбросишь копыта прямо здесь, в храме здоровья...
   Лекарь тем временем продолжил:
   - Чтобы снять заклятие, нужно расплести паутину. Для этого ты должен найти все точки... о, скажу понятней. Ты должен отыскать волшебные предметы, на которые наложены частицы заклятия. После этого, когда все предметы будут у тебя, ты должен расположить их в определённом порядке в назначенный час. Порядок расположения и час мне пока неизвестен, но я могу узнать. Это потребует времени. Приходи ко мне, когда найдёшь все предметы, и тогда я дам тебе точные указания. А теперь...
   - Подожди, уважаемый, - перебил Игорь. - Подожди. Предметы, говоришь? Я же могу помереть прямо сейчас, не сходя с этого места. Когда мне искать эту чёртову коллекцию?
   Целитель склонил голову набок. Блики лампового света скользили по его лысой голове, отчего тот стал похож на леопарда.
   - Ты далеко отошёл от своего корабля, капитан. Как только ты повернёшь назад, тебе станет легче. Мой совет - не отходи далеко от берега. Иначе никакой целитель тебе не поможет.
   Он вручил Игорю пергамент. Пока тот сквозь туман в глазах разглядывал лекарские закорючки, целитель быстро настрочил что-то на втором клочке пергамента.
   - Держи. Да не так. Возьмись за край.
   Удивлённый Игорь взялся за край листка, лекарь взялся за другой, и нараспев произнёс что-то непонятное. Пергамент задымился, и, не успел Игорь отдёрнуть руку, исчез, разошёлся сизым дымом.
   - Ну вот, сделка заключена, - удовлетворённо произнёс лекарь. - Теперь ты мне должен.
   - Не понял, - угрюмо сказал Игорь, разглядывая расползающийся змейками дым. - Что это было?
   - Наш договор. Я лечу тебя, ты платишь. Сам сказал - всё что хочешь. Собери предметы и возвращайся, капитан. Я буду ждать.
  
  

   Глава 20
  
   В действительности всё не так, как на самом деле.
   Станислав Ежи Лец
  
   Повозка ждала их у каменного обломка, похожего на гриб. Поводья ящера были обмотаны вокруг грибной "ножки".
   Ящер при их приближении поднял голову и визгливо замычал. Видно, соскучился.
   - Гони, - коротко приказал Игорь. Майита молча хлестнула скотину по крупу.
   Говорить не хотелось. Голова лопалась от боли и спутанных мыслей.
   Магов-недоучек пришлось оставить у лекаря. Игорю чертовски не хотелось этого делать, но выбора практически не было.
   Тащить их обратно, через город, где беглых студентов могли в любой момент узнать и отволочь в магическую канцелярию, или как это у них называется? А там и до костра рукой подать.
   Или оставить на милость этого странного лекаря, который Игорю решительно не понравился. Но тот хотя бы обещал подлечить и приютить до поры до времени... Веры толстяку было мало, но подозрения - ещё не факт.
   Так что он с тяжёлым сердцем оставил пещеру, унося с собой драгоценный пергамент, обещавший спасение. Ему и всей команде.
   Ящер, застоявшийся в тени, нехотя топал мягкими копытами. Лёгкая повозка подскакивала на неровной дороге. Игорь разглядывал клеймо на ладони. Кажется, когда они повернули назад, от горного хребта и двинулись к морю, жечь стало слабее. Ощущение, что штурвал на коже сейчас загорится настоящим огнём, постепенно пропало.
   Он попытался разобрать, что народный целитель написал на клочке пергамента, но повозку трясло, а закорючки были жутко неразборчивые. Мрачно подумав, что все доктора на свете одинаковы, Игорь спрятал рулончик за пазуху.
   Когда повозка загрохотала по камням набережной, он уже почти пришёл в себя.
   Толстяк-лекарь не обманул - потная дурнота почти прошла, только её отголоски ещё слышались в теле. Здоровом теле итиола, не будь которого, Игоря, возможно, уже хватил бы кондратий. Он вспомнил события этого утра и содрогнулся. Уложить нескольких противников - серьёзных парней с оружием - и остаться невредимым, это чего-то стоит.
   Не доехав до причала, они бросили полицейскую колымагу. Майита похлопала ящера по круглому боку, провела ладошкой по широкой морде и прошептала что-то, глядя в выпуклые янтарные глаза. Что она сказала, было не разобрать, но ящер фыркнул, кивнул башкой игрушечного удава и послушно побрёл прочь, неторопливо переступая трёхпалыми ногами и унося за собой повозку.
   На набережной, напротив их судёнышка стояла толпа.
   Игорь поправил на поясе оружие, разгладил, как мог, кушак и штаны. Капитан Корабля Мёртвых должен быть всегда на высоте. Даже если он выглядит как тупой громила.
   Вблизи толпа смотрелась уже не совсем толпой. С краю её обрамляли, как обломки кирпича клумбу, стражники. Следующим слоем топтались невзрачные цветочки чиновников низкого ранга. Дальше, кругом поуже, стояли низшие маги и чиновники городского совета.
   Совсем уже неширокой компанией, не тесно, но значительно, стояли маги высокого ранга и члены совета. Не было только самого главы.
   Любопытные граждане низкого звания маячили в отдалении, боясь стражи с алебардами. Разношёрстная публика, где люди и майити стояли, не смешиваясь друг с другом, но одинаково любопытно вытягивали шеи и прислушивались. Между взрослыми бегали дети. Их различия рас пока не волновали, и маленькие ушастики носились наперегонки вместе с маленькими людьми.
   Игорь шёл, топая тяжёлыми башмаками по каменной мостовой. Чувство громадного облегчения - от того, что страшная дурнота прошла, смерть, уже заглянувшая в глаза, отступила, пусть ненадолго, а главное, от надежды, что лежала у него пергаментным свитком за пазухой - придало его походке бесшабашную лёгкость и уверенность.
   Сзади легко переступала ножками майита. Игорь знал, что девушка ему доверяет. Хотя с чего бы - ведь он только что оставил на милость подозрительного типа двоих доверившихся ему людей? Но кто знает этих девушек...
   Толпа шумела. Кажется, на пристани шёл митинг.
   - Корабль возмездия не ушёл, получив свой дар... жертва взошла на борт, но что мы видим - он всё ещё здесь! Боги разгневались, говорю вам...
   - Истинно говорю вам - чаша грехов переполнена! Долго ли ещё будет испытывать терпение богов мерзостные вредители всего светлого, что есть на нашей земле? Долго ли будут затмевать солнце их деяния, возносящиеся к небесам вредоносными испарениями?
   Толпа простолюдинов зашумела, не то осуждающе, не то одобрительно. Игорь ничего не понял. О чём это они там говорят?
   Он хотел прибавить шагу, но майита вдруг догнала его и преградила дорогу.
   - Стой! - прошипела она. - Не иди туда!
   На пристани поднялся крик, он становился всё громче. Люди рассыпались вдоль набережной и замахали руками. Взрослые поднимали на плечи детей и тыкали пальцами в сторону причала.
   Да что там такое? Игорь решительно отстранил майиту, и, обежав толпу сбоку (на всякий случай, бережёного бог бережёт) выбрался к парапету.
   Зрелище, которое открылось ему, пригвоздило его к месту. Море сверкало в багряном свете вечно восходящего солнца. Свежий ветер гнал мелкие волны по бирюзе воды. От причала, покачивая мачтой, отходило единственное судно - корабль с головой медузы горгоны на парусе. Корабль Мёртвых. Его корабль уходил в море, оставив на берегу своего капитана.
   ***
   Чудо-лекарь с кряхтением распрямил толстые ноги. Цветные шаровары при этом затрещали и едва не лопнули.
   Крылатая девушка отступила к стене пещеры и склонила голову в жесте покорности.
   - Мда-а-а, - задумчиво протянул толстяк. Он перебирал в пухлой ладони разноцветные камушки и монетки, что дал ему Игорь. - Неплохо за день работы, а?
   Он разжал пальцы. Выпавшие из руки дары блеснули в лучах светильников и дробно простучали по глиняной миске для подаяний. Лекарь, склонив лысую голову, внимательно вслушался в получившийся звук.
   Фигура его начала неуловимо меняться. Толстые бока похудели, живот втянулся. Пухлое лицо вытянулось, яркий халат обвис на заострившихся плечах. Скоро возле каменного возвышения стоял худощавый, средних лет человек, ничем не похожий на прежнего лекаря. Он знакомым уже жестом обхватил ладонью подбородок и пощипал пальцами губу.
   Маг-недоучка, всё это время почтительно стоящий в тени возле своего товарища, погружённого в целительный сон, испуганно вскрикнул.
   - А, это ты, - рассеянно заметил бывший толстяк. - Помолчи-ка.
   Он щёлкнул пальцами. Молодой маг дёрнулся и застыл с разинутым ртом.
   - Вот так-то лучше, - целитель запахнул халат - теперь тот был ему впору, и свободно облегал тело - и двинулся вглубь пещеры. По мере его движения на стенах загорались новые лампы, освещая ему путь.
   Узкий коридор, вырубленный в скале, сменился просторным залом. Со сводчатого потолка свисали на цепях несколько узорчатых фонариков. Их витражный свет бросал цветные тени на стены пещеры, завешенные коврами. В одной из стен был устроен камин. В камине весело потрескивал огонь. Вокруг камина на стене, развешанные на крючках, блестели начищенные котелки, поварёшки и вертела. Внушительная цепь для жарки больших туш солидно расположилась поверх кухонной мелочи, удерживаемая толстыми металлическими штырями.
   Если бы в этот скрытый в скале уголок заглянул кто-нибудь из членов совета высших магов, он тут же узнал бы знакомую картинку. Точно такая красовалась на стене шестигранной комнаты в святая святых Анклава, обозначая портал в одну из стран обитаемого мира.
   Целитель сбросил халат на пушистый ковёр посреди зала, повёл плечами, повертел шеей:
   - Забавно. В толстяках есть своя прелесть... Ты рада, что избавилась от старого хрыча?
   Он взглянул на крылатую девушку. Та стояла, сложив пухлые ручки, и скромно потупив голову.
   - Я говорю, твой старый хозяин был жирная свинья. Да ещё молоденькая девка под боком... Вот уж правда - целитель, исцели сперва себя!
   Он хмыкнул. Прошёлся по сводчатому залу. В углу, под отдельно висящим фонарём, темнела ниша. Там, сложив ноги калачиком и свесив пухлый живот, сидел труп прежнего лекаря.
   Тело казалось живым. Прикрытые глаза, сложенные на коленях ладони - казалось, человек присел подремать, да так и застыл в медитации.
   - Знаешь, для чего я его здесь держу?
   - Вы говорили, господин, - смиренно ответила девушка, не поднимая глаз.
   - Я повторю, - с удовольствием сказал поддельный лекарь, а на самом деле - высший маг. - Каждый человек, как бы высоко он не вознёсся, должен помнить одну истину: чем выше залез, тем больнее падать. Когда я доволен собой, я прихожу сюда и смотрю на эти жалкие останки. Да. Всё суета, всё проходит, исчезает, как дым сгоревшей листвы...
   Маг отвернулся от трупа и уже бодрым шагом двинулся обратно.
   - Так. Что же, сегодня мы поймали крупную рыбу. Сам капитан корабля Анклава посетил моё скромное жилище. Это знак. Пусть совет подёргается. А мы пока потянем за другие ниточки, хе-хе.
   Маг тихо, язвительно засмеялся, пламя очага плясало на его худом лице, блестело на весело оскаленных зубах.
   - Да, я же забыл тебя покормить, моя девочка. Можешь употребить того недобитого студента. Вот ведь мерзавец, сбежал с занятий... Иди, развлекайся. Мне нужно подумать.
   Маг уселся на пушистый ковёр, зябко набросил на плечи халат и принялся смотреть на пляску языков пламени в очаге. Из дальнего угла пещеры, где застыл один маг-недоучка и лежал погружённый в сон другой, доносились странные звуки. Словно кто-то жадно ел, причмокивая, и постанывал в экстазе.
   - Подумать. Надо подумать... - рассеянно повторил высший маг, подбрасывая в ладони полученную от капитана монетку.
  
  

   Глава 21
  
   Положительных героев не обязательно создавать, ими обычно назначают.
   Станислав Ежи Лец
  
   Корабль уплывал. Попутный ветер раздувал парус с головой Медузы, белые барашки волн разбегались за кормой.
   Народ на пристани приветствовал отплытие радостными криками. Страшный корабль пришёл, забрал неприятный груз и убрался по своим мрачным делам. Можно облегчённо вздохнуть...
   Игорь грязно выругался и полез через парапет. Зрелище уходящей посудины, полновластным капитаном которой он себя уже считал, привело его в ярость.
   Он прыжками понёсся вдоль берега, по пустынному причалу. Каботажные посудины, что стояли здесь раньше, исчезли. Должно быть, ушли в море - то ли по своим неотложным делам, то ли подальше от нехорошего соседства.
   - Что ты делаешь, капитан Роберт? - майита догнала его и на бегу заглянула в лицо. Девушка нисколько не запыхалась, и дышала ровно, как будто бешеный бег по берегу был для неё лёгкой прогулкой. - Зачем спешить? Он уплыл.
   Игорь притормозил и огляделся. Не смысла носиться, как курица без башки. Надо применить мозг, если он не совсем итиол, каким кажется.
   Корабль уходит, и криком и суетой его не остановить. Игорь почти физически чувствовал, как натягивается между ними невидимая нить, на которой держится его жизнь.
   - Нам нужна лодка. Любое судно, только побыстрее, - сказал он, шаря глазами по причалу. - Чем скорее догоним, тем лучше.
   - Почему?
   - Ты что, не поняла? Слышала, что сказал лекарь? Чем дальше мы уходим от нашего корабля, чтоб его... чем дальше уходим, тем хуже для нас. Понимаешь?
   - Значит...
   - Это значит, если он отойдёт от нас подальше, мы умрём.
   Девушка побледнела. Повертелась на месте и вдруг ткнула пальцем в сторону дальнего пирса:
   - Смотри!
   У самой оконечности причала стояла лодка под парусом - низкая, длинная, с вёслами, уложенными вдоль бортов. Игорю она показалась подходящей.
   - Скорей, пока не ушла!
   Они подбежали к самому краю пирса, где одинокая лодка уже собиралась отчалить. Один рыбак уже расправлял парус, другой, с шестом в руках, отталкивался от камня причальной стенки.
   Ни говоря ни слова, Игорь подбежал и спрыгнул в лодку. Майита последовала за ним.
   Рыбак с шестом попытался ударить девушку по голове. Майита ловко увернулась и пнула его под дых. Рыбак - лохматый парнишка в одной набедренной повязке - скорчился, зажал живот. Майита вырвала у него шест, хлестнула наотмашь. Парнишка свалился за борт.
   Второй рыбак оказался женщиной, тощей, загорелой, с лицом, обмотанным от морской воды и солнца линялой тряпкой, так, что были видны только узкие тёмные глаза. На ней, в отличие от полуголого помощника, были тряпичные шаровары и кожаная безрукавка поверх просторной выцветшей рубахи. Рыбачка выхватила из-за кушака нож и провизжала что-то угрожающее.
   Игорь одним движением выдернул у неё нож, толкнул на банку*. (*банка - поперечная доска, сиденье для гребцов и пассажиров). Женщина шлёпнулась задницей на доски.
   - Нам нужна твоя лодка, - бросил Игорь. - Прыгай в море или помогай. Ну?!
   Рыбачка молча таращила глаза. Её помощник, упав в море, барахтался, колотил руками и ногами по воде, поднимая тучу брызг.
   Отметив мельком, что до берега недалеко, а парень, хоть и медленно, продвигается в нужном направлении, Игорь повторил:
   - Помогай или прыгай!
   Женщина кивнула. Поднялась с сиденья и принялась неловко разворачивать парус.
   - Май, последи за ней, - сказал Игорь, и пробрался на нос лодки. Его корабль уходил всё дальше, странно виляя из стороны в сторону. Как будто рулевой за штурвалом упился вдрызг, и теперь вертел колесо как ему вздумается.
   Но как бы не вилял Корабль Мёртвых, но время шло, а лодка всё не могла его догнать. Игорь надеялся, что рулевой повернёт штурвал особенно круто, и парус заполощет. Но до этого ни разу не дошло. Кто же стоит за рулём? Он никак не мог разглядеть.
   Женщина-рыбачка пробурчала что-то неразборчивое, должно быть, это был местный говорок, или рыбацкий сленг. Майита перевела:
   - Мы выходим из каботажной зоны. Так далеко лодки не заплывают. Что делать?
   - Продолжай преследовать! - приказал Игорь. Какая разница, утонут они, или умрут от смертельной магии? Всё равно конец.
   Он не задумывался, что будет, когда они догонят корабль. Кто это говорил, адмирал Нельсон? "Сначала ввяжемся в бой, а там как пойдёт..."
   Сколько продолжалась эта гонка, он не знал. Неподвижное солнце висело над горизонтом, одинаковые волны с одинаковыми пенистыми барашками катились одна за другой, и не было им конца. Были только чёрное пятно впереди - заветный корабль, их жалкая посудина под жалким парусом, и больше ничего.
   Вода в море сменила цвет, ветер будто бы стал тише, парус лениво обмяк, но корабль впереди шёл всё так же быстро. Рыбачка опять что-то пробурчала.
   - Течение, - объяснила майита. - Здесь сильное течение. Оно идёт наискосок от берега к пиратским островам. Если мы не выйдем из него сейчас, то нас унесёт.
   Так вот оно что - корабль попал в сильный водный поток, и его несёт вместе с ним. Как она сказала - пиратские острова? Игорь сжал зубы. После нарушения договора ему не хотелось встречаться с джентльменами удачи. Если вспомнить, каким взглядом провожали его капитаны, сочувствия от них не дождёшься.
   Вдруг ему показалось, что чёрное пятно впереди раздвоилось. Игорь потёр глаза. Но пятен и правда стало больше. Вот их уже три, четыре... Корабли!
   Рыбачка у паруса зарычала что-то, визгливо забранилась. Должно быть, эти корабли ей сильно не понравились.
   - Пираты, - холодно отметила майита. - Нас заметили.
   - Правь на корабль, - отрезал Игорь.
   Рыбачка показала на вяло обвисший парус. Их жалкая лодка продвигалась куда надо, но невыносимо медленно. А что, если?.. Неожиданная мысль выскочила, и засияла светом надежды: а что, если это удача? Если кому-то понадобилось стать за штурвал - флаг ему в руки! С глаз долой - из сердца вон... Получи судно вместе с проклятием, добрый человек.
   Корабль стал потихоньку отдаляться. Их лодка с обвисшим парусом дрейфовала по течению, всё увеличивая разрыв между двумя посудинами.
   Тошное ощущение дурноты навалилось внезапно. Игорь успел только перегнуться через борт, как его стошнило в Едкое море.
   Тяжело дыша, он плюхнулся на банку, ненавидящим взглядом уставился на свой корабль. Дурак. Кретин. Если бы это было так просто!
   Он с горькой досадой чертыхнулся, сел на вёсла и принялся бешено грести, навёрстывая упущенное. Скорее, пока невидимая нить не натянулась слишком сильно.
   Наверное, раньше эту обязанность исполнял выпавший за борт лохматый рыбачок. Грести было неудобно, лодка явно рассчитывалась на человека помельче габаритами, но скоро дело пошло на лад.
   Под мощными гребками вёсел лодка полетела вперёд, как подхлёстнутая. Заветный корабль стал понемногу приближаться. Уже стали хорошо различимы пиратские корабли с рядами дружно работающих вёсел. Они тоже интересовались редкой добычей, но их скорость была повыше, чем у рыбацкой скорлупки. С такой движущей силой можно не обращать внимания на поникший парус.
   Игорь остро пожалел, что у него нет хорошей моторки. Впрочем, моторки тут мало - вот ещё парочку автоматов... нет, и этого бы не хватило на такую ораву. Разве что эффект неожиданности бы помог. Эй, приятель, тут тебе не там, хватит мечтать о том, чего нет!
   До цели оставалось уже совсем немного. Кажется, пиратские корабли сбавили ход, словно капитаны раздумывали, что делать. От такой добычи запросто можно поперхнуться. Игорь присмотрелся, и узнал среди прочих гордый корабль капитана Струя. Его легко было отличить по высоко задранному носу и величественной корме, изукрашенной богатой резьбой.
   На самом Корабле Мёртвых слышался неприличный для мрачного названия шум. Кто-то, кажется, рулевой - горланил во всю глотку, распевая песню. Слов было не разобрать, но мотивчик разухабистый, а у певца - ни голоса ни слуха.
   Лодка подошла ближе, Игорь сделал ещё несколько сильных гребков, и поравнялся со своим кораблём. Пираты неторопливо приближались, как будто чего-то выжидали.
   По левому борту, ближе к корме свисал, почти касаясь воды, лёгкий трап. Даже не трап, а так, верёвка с узлами. Благословляя чью-то удачную небрежность, Игорь подрулил вплотную, ухватился за верёвку. Ну что же, на абордаж!
   Вскарабкаться на борт было делом одной секунды. Теперь Игорь ясно увидел, что человек, стоящий за штурвалом, ему незнаком.
   Он в два прыжка подскочил к штурвалу и оказался к незнакомцу лицом к лицу. Это был высокий, костлявый человек. Его худое лицо с горбатым носом было бледным, как рыбье брюхо, глубоко запавшие глаза горели безумным огнём. Увидев Игоря, человек прервал песню и завопил ещё громче, яростно цепляясь за рукоятки:
   - Мой! Не отдам! Мой корабль! Я здесь капитан!
   Игорь отступил на шаг, взмахнул топориком и одним ударом снёс самозванцу голову. Как удачно, что у этих полицейских топоров широкое лезвие. Как удачно, что у него сильные руки итиола.
   Голова ударилась о палубу с глухим стуком, подпрыгнула и откатилась к фальшборту. Тело самозванца осталось стоять, пришпиленное ладонями к рукояткам штурвала.
  

  
   Глава 22
  
   Практичную идею можно использовать и с правой, и с левой стороны.
   Станислав Ежи Лец
  
   Кровь хлынула, обильно заливая палубу багровыми струями. Откатившаяся голова покрутилась и застыла у фальшборта. Открытые глаза таращились в небо, дерзко торчала кудлатая бородка. Игорь шагнул, ухватил голову за спутанные космы, высоко поднял и повернулся кругом. Он знал, что с пиратских кораблей за ним наблюдает множество глаз.
   - Я - капитан этого корабля! - сказал он, и швырнул отрубленную голову в Едкое море. - Вот мой знак!
   Игорь поднял руку и показал ладонь, на которой горело клеймо Корабля Мёртвых.
   Тяжело дыша, он медленно поворачивался, демонстрируя всему свету свою заклеймённую руку. Главное, не проблеваться сейчас прямо на палубу.
   Тело самозванца с отрубленной головой постояло, потом обмякло и повалилось на палубу как гнилое дерево.
   Незнакомец, которого Игорь даже толком не успел рассмотреть, был высок (когда-то), тощ и одет в грубую рубаху, похожую на балахон кающегося грешника. Кроме рубахи, на бедолаге ничего не было. Из-под задравшегося балахона торчали жилистые волосатые ноги. На откинутых в стороны безвольных руках, на бледных ладонях угасали, пропадали, как заходящее солнце, знакомые клейма. Вот последняя чёрточка мигнула и исчезла совсем. Игорь с трудом перевёл дух.
   - Капитан!
   Это был Край. Говнюк с невинным видом нарисовался в двух шагах как ни в чём не бывало.
   - Вы всё сделали правильно, капитан Роберт.
   - Что? - Игорь посмотрел на психа у мачты. В первое безумное мгновение на палубе ему показалось, что это он отцепился и занял место у штурвала. Но нет, псих был на своём месте, крепко прикованный, и улыбался Игорю сквозь лохматую бороду.
   - Это я расковал преступника, - Край говорил тихо, с лица его не сходило выражение тупой готовности услужить своему капитану. - Когда вы не вернулись, мы сами приняли груз от городского совета. Когда вышел последний срок, я снял цепи и подпустил безымянного к штурвалу.
   - Зачем? - в Игоре нарастало тихое бешенство. Что за игры ведёт этот парень? - Зачем?!
   - Если вы мертвы, вам уже всё равно. Если живы - вы нас догоните. Но корабль должен был уйти. В любом случае. Рейс должен продолжаться.
   - Должен продолжаться... - пробормотал Игорь. - Со мной или без меня.
   Значит, этот хмырь - тот, кого сегодня им загрузили на борт. Очередная жертва, победитель местного конкурса имени Джека Потрошителя. Что же, хотя бы совесть может успокоиться: этому фрукту всё равно был вынесен смертный приговор. Ему, считай, повезло - недолго мучился...
   - Ещё раз вытворишь такое - нашему уговору конец, - ледяным голосом сказал он, глядя в глаза Края. - Я освобожу себя от клятвы спасти твою жизнь. Ты понял?
   Край наклонил голову:
   - Я понял тебя, капитан Роберт.
   - Лентяй, - проворчал псих у мачты, звеня цепями. - Успел-таки, лентяй. Плати, плати по счетам, избранный. Плати!
   Игорь отвернулся от безумца и тут же в глаза ему сверкнул яростный взгляд из-под повязки. Рыбачка завопила что-то на своём ломаном языке, яростно сверкая глазами.
   - Заплати, - перевела майита. Она была уже здесь и стояла рядом, ничуть не смущённая свежим трупом. - Заплати за проезд. За убытки. За побои. За всё.
   - Извините, что отвлекаю, - мелодичным голоском пропела ний'зи. - Капитан Роберт, нас окружают.
   И правда, пиратские корабли уже подошли вплотную и взяли Корабль Мёртвых в кольцо. Вёсла и команда гребцов позволяли им маневрировать даже при слабом ветре.
   С богато разукрашенного корабля просигналили - капитан Струй требовал встречи.
   ***
   Каюта капитана Струя оказалась под стать его кораблю: большая, роскошная, вся в позолоте и завитушках.
   Игорю предложили стул, он уселся, чувствуя спиной взгляды - испуганные, злые, недоверчивые. Судя по выражению лиц квартирмейстера и помощника капитана, стул сожгут сразу после ухода капитана Роберта. Дабы не осквернять каюту вещью, замаранной прикосновением смерти.
   Посредине каюты стоял стол, тяжёлый, прямоугольный, дорогой. Перед визитом чужого капитана с него, должно быть, убрали лишнее, но всё равно он был заставлен всякой всячиной. Тоже дорогой и блестящей. Очевидно, капитан Струй заботился о своём статусе. Который обеспечивали деньги - то есть успешный пиратский бизнес.
   - Наша доля, капитан Роберт. Согласно уговору.
   Капитан Струй расправил кружевные манжеты, уселся напротив Игоря и повторил:
   - Наша доля, капитан. Где она?
   Драгоценные камни на его жабо раздражённо блестели, дрожали, покачиваясь, витые подвески на золотых шнурах кафтана.
   - Ваша доля там же, где моя, - сухо ответил Игорь. Он ещё не отошёл от убийства самозванца, и его переполняло холодное бешенство. Как ни странно, голова при этом была ясная, как никогда. - Там, где стражи закона устроили нам засаду.
   - Засада? - Струй поморщился. - Какая засада? Вам дали лёгкое задание, и вы не справились?
   - Я рисковал жизнью. Я мог потерять своих людей. А чем рисковали вы, капитан? - Игорь обвёл нарочито пренебрежительным взглядом позолоченную каюту. - Своим комфортом?
   Пиратский капитан побагровел, привстал, желая что-то сказать, но Игорь не дал ему слова:
   - С моей стороны условия выполнены. Кто был виновником засады, мне неизвестно. Я бы спросил у мага, которого прислали нас убить, но он мёртв. К сожалению. Я слишком быстро прикончил его.
   Игорь небрежно положил на стол руку. Звякнул о полированную столешницу браслет со знаком магистра воздуха. Полированный камень и золотая стрела.
   Повисла тишина. В напряжённом молчании пираты уставились на амулет. Все понимали, что это значит: капитан Роберт убил магистра магии. Капитан корабля Мёртвых. Магия смерти...
   - Те двое молодых магов тоже ничего не смогли сказать, - добавил Игорь также небрежно.
   Выходило так, что он и с ними разобрался. Двусмысленность, но она ему на руку. Так что он вроде как уделал не одного мага, а целых трёх. Ну, если двух недоучек считать за полтора землекопа, то двух с половиной. Неплохо для начала.
   Капитан Струй часто задышал, багровея всё больше. Руки его машинально теребили и обрывали кружева на манжетах. Неизвестно, что бы сказал капитан, но внезапно из тёмного уголка каюты послышался настойчивый кашель.
   - Кхе-кхе, - повторил невзрачный мужичок средних лет, низенький толстяк с круглой лысиной. - Так уважаемый капитан Роберт не может сейчас внести оплату за выполнение работ? По списку значатся: драгоценных камней - одна горсть; монет золотых - десяток; монет серебряных два десятка; камней полудрагоценных две горсти... Заклинания магические, в бумаге, десяток... э, два десятка.
   Толстенький человечек заглянул в какую-то бумажку и продолжил, щуря подслеповатые глаза:
   - Нарушение условий договора, упомянутое капитаном Робертом, в настоящий момент вряд ли возможно подтвердить, поскольку нет свидетелей противоположной стороны и письменных доказательств, подписанных двумя свидетелями. Без этого возмещение возможного вреда вряд ли возможно. С другой стороны, в качестве компенсации за невыполненные работы мы можем потребовать дополнительных услуг. Выполнение которых обеспечивается поддержкой всех сил нашего корабля и союзной флотилии...
   Струй поперхнулся и часто задышал. Реплика толстячка пришла как спасательный круг.
   Игорь тоже кашлянул в тон, и ответил:
   - Ввиду форс-мажорных... э, независящих от меня обстоятельств выплата в настоящий момент невозможна. Свидетели имеются, но в настоящий момент находятся вне зоны досягаемости.
   Чёрт побери, он заговорил, как этот бюрократ, чтоб его! На что он намекает своими "силами флотилии"? Не иначе угрожает расправой за неуплату... что с него взять, счетовод пиратский.
   - Но у меня есть решение, которое может устроить нас всех, - Игорь вытащил из-за пазухи бережно скрученный кусок пергамента. Это был его последний цивилизованный аргумент. - Мы станем богаты, господа.
  
  
  

   Глава 23
  
   Можно очутиться на дне и не достигнуть глубины.
   Станислав Ежи Лец
  
  
   - Ты безумец. Я так и знал.
   Слова капитана Струя разрушили тишину. Когда Игорь развернул на столе пергамент и сказал, что собирается сделать, все уставились на него, выпучив глаза: квартирмейстер, помощник капитана, даже лысый счетовод.
   - Взять сокровищницу Мар'йотти... - мечтательно проговорил квартирмейстер, рассеянно уставившись в пространство. - Золото, бриллианты, камни короны... Жезл императора. Эх!
   - Ценность жезла не может быть исчислена бюджетом страны за год в монетах, поскольку требует вложения дополнительных средств натуральным продуктом, в том числе рабами, кожами, камнями и водой, - назидательно заметил лысый счетовод.
   - Нельзя войти в сокровищницу, невозможно из неё выйти, - как заклинание, произнёс помощник капитана Струя. - Все это знают.
   - Я собираюсь войти в сокровищницу и вынести оттуда жезл, - сказал Игорь, пропустив мимо ушей пораженческий бред. - С вами или без вас. Решайте. Всё, что сверху - ваше. Сколько сможете унести.
   - Ты самоубийца, капитан Роберт? - лицо Струя было холодно, губы презрительно кривились, но Игорь уловил в глазах пирата жадный блеск. Мгновенно спрятанный, тщательно приглушённый блеск алчности. - Зачем тебе это?
   - Я же сказал - мне нужен жезл императора, - чётко выговаривая каждое слово, ответил Игорь. - Мне нужен этот предмет. Его ценность не в золоте, а в магии смерти, которая заключена в нём. Он нужен только мне. Для остальных он бесполезен.
   Пираты переглянулись. Упоминание магии смерти охладило пылающие мечты и остудило некоторые головы. Те, кто уже подумывал отнять заветную вещицу у капитана Роберта на выходе из сокровищницы, тюкнув попутно безумного бедолагу по башке, явно передумали.
   - Ты сказал, что всё, что сверху - наше? - медленно произнёс Струй. Глаза его впились в лицо Игоря уже с нескрываемой жадностью.
   - Да. Золото, камни, всё, что сможете унести. Помогите нам туда пробраться и взять жезл, большего мне не нужно.
   ***
   - Нет! Нет! - ний'зи отчаянно замотала головой. Вслед движению густые пряди её волос цвета мёда мотнулись и облепили её круглое личико. - Ни за что!
   Игорь молча смотрел на неё, не зная, что ещё сказать. Уговаривать девушку ему не хотелось. Но что делать? Другой выход был ещё хуже.
   - Послушай, ты не обязана ложиться в постель, просто немного... - мягко начал он, но она снова выкрикнула:
   - Нет, даже не уговаривайте!
   ***
   Вскоре они уже стояли на якоре возле рыбацкого городка Сухих Земель. Рыбацким городок был только с виду. На самом деле здесь обитали контрабандисты, браконьеры и прочие мутные личности всех мастей и оттенков. Но рыбу здесь тоже ловили - как же без этого. Даже лодки выстроились в ряд у причала, готовые к отплытию, когда потребуется.
   С пиратами здешний народ был давно знаком, вёл дела и даже породнился. Игорь видел возле лодок играющих детей - мальчишек и девчонок, и некоторые из них показались ему подозрительно знакомыми. Приглядевшись, в парочке пацанов он заметил черты капитана Струя, а в одной из девчачьих мордашек неожиданно мелькнуло нечто от хмурого Фрея, с его прямыми бровями и надменным ртом.
   Сам городок (вернее, селение, гордо называемое городом) находился неподалёку от столицы Сухих земель, Мар'йотти. Столица была богата, добротно отстроена, респектабельна и неохотно пускала в себя подозрительных личностей. Для въезда нужно было пройти фейс-контоль у ворот и предъявить бумагу от деревенского старосты или городского секретариата.
   Подозрительный Струй - а в особенности квартирмейстер и его правая рука, лысый счетовод - очень не хотели упускать капитана Корабля Мёртвых из виду. Доверия Игорю было мало. Несмотря на драгоценный пергамент за пазухой и тот факт, что без сокровищницы Мар'йотти команда никуда не денется.
   Когда Игорь развернул пергамент на столе в каюте Струя и сказал, что собирается сделать, все онемели. Квартирмейстер, помощник капитана, даже лысый счетовод - все в гробовой тишине уставились на капитана Роберта, как на чокнутого. Никто никогда не грабил сокровищницу в столице Сухих земель. Во всяком случае, никто не уходил оттуда живым. Неудачные попытки не в счёт.
   Потом, осознав, что капитану Роберту с его компанией живых покойников всё равно терять нечего, а жезл им нужен до зарезу, пираты оживились. Уж очень заманчивая была добыча, а если рисковать будут те, кому уже нечего терять - так даже лучше.
   Сокровищница славилась на весь обитаемый мир. Не столько обилием драгоценностей, количеством золота и драгоценных камней, сколько их качеством. Нигде больше, ни у одного монарха, не было таких уникальных вещиц, таких редких и ценных, как там. Многие завидовали, многие хотели туда проникнуть, но право любоваться ею имел только совет графов во главе со своим предводителем - графом Эйленном Мар'йотти.
   Оставалась только одна маленькая деталь - как в эту желанную дверь войти. Нужен был свой человек во дворце, в ближайшем окружении хранителя сокровищницы, а по совместительству - верховного графа Сухих земель.
   Вот над этим вопросом и бились лучшие умы пиратов и круг старейшин рыбацкого городка.
   ***
   - Нет, - повторила девушка и опустила голову. Медовые прядки закрыли ей лицо, выражения его нельзя было рассмотреть, но Игорь знал, что ний'зи недовольна. Она расстроена, и её можно было понять. Не каждый день предлагают продаться в чей-то гарем.
   ***
   Сколько они ни думали, ни ломали головы, как подобраться к сокровищнице, но выход нашёлся только один.
   Случилось это на второй день, когда они стали на якорь, а капитану Роберту пришлось сойти на берег вместе с компанией джентльменов удачи. Игорь шёл рядом с квартирмейстером, и встречные пацаны с визгом разбегались при виде капитана Роберта. Потом их глаза, сияющие восторженным ужасом, светились из-за каждого угла. Молоденькая женщина, выскочившая навстречу, бросилась было на нею лысому счетоводу, но посмотрела на Игоря, ойкнула и смутилась. То ли здесь сторонились чужаков, то ли клеймо корабля мёртвых уже проступило у Игоря на лбу... А может, в рыбацком селении просто не любили итиолов.
   Потом они сидели за столом у старейшины, в его доме, добротном, сложенном из камня, под новенькой черепичной крышей, и пили вино из оловянных бокалов.
   Дело, с которым пришли гости, требовало не одного кувшина. Староста, услыхав, что задумали партнёры по бизнесу, только крякнул и почесал густую бороду.
   - Мда-а, гости дорогие, задали задачку, - наконец протянул он задумчиво и глянул в сторону. Там, в затемнённом углу, стояла его старшая жена. Они переглянулись, женщина прикрыла глаза и пожала плечами.
   - Ладно, раз пришли, значит, надежды имеете, - проворчал староста после этих молчаливых сигналов. - Сдался вам этот золотой жезл. На кожах да невольниках больше бы заработали. Лучше десять раз по разу, чем ни разу десять раз... мда. Но раз надо, так надо. Думать будем!
   Наконец в селение вернулись "рыбаки" и принёсли добрую весть. Средний сын старосты от его первой жены степенно подсел к столу, отхлебнул из кубка, смачно вытер губы и рассказал, что в столице вовсю гуляют слухи о предстоящей женитьбе князя Нижних земель на дочери графа Мар'йотти.
   Свадьба намечалась шикарная. Гулять собирались на широкую ногу, как полагается правящим особам. Говорят, приданое невесте грузят возами, никак не погрузят, одних ящеров-тяжеловозов со всей страны согнали целое стадо. Но самое интересное вот что - пока ещё высокие стороны договариваются, во дворце графа уже собирается толпа хорошеньких девиц - "подружек" невесты. Все знают, что князь неравнодушен к женской красоте, а уж представления с танцовщицами и акробатками обожает до дрожи.
   Так вот, в числе прочего приданого ко двору сиятельного князя Нижних земель, да продлятся его дни, ибо дела при нём идут хорошо... так вот, один верный человечек шепнул, что графу до зарезу нужна молоденькая ний'зи. Говорят, не хватает для комплекта. Всякие девушки есть, а вот ний'зи нет. Была одна, да не то померла, не то уже старовата... Словом, нужна до зарезу.
   Сын старосты умолк, допил кубок жадными глотками и снова отёр губы.
   Все переглянулись. То, что на Корабле Мёртвых у капитана Роберта имеется молоденькая ний'зи, знали все. Шило в мешке не утаишь, и стоило крылатой девушке разок появиться на палубе, слух об этом разлетелся по кораблям, как пожар.
   Теперь, едва Най выходила из трюма освежиться, подышать воздухом и проветрить прозрачные крылышки, на пиратских кораблях случался аншлаг. Все свободные от дел матросы вылезали наверх и пялились на девушку, как зачарованные.
   Игоря поначалу страшно удивляло такое внимание. Потом, махнув рукой на условности, он состроил самое тупое выражение лица, какое бывает у итиола, и расспросил Края. Майиту спрашивать было бесполезно - разговор о девушке с крыльями её раздражал. Она сразу начинала фыркать и ворчать, так что толку с такой информации было бы немного.
   Открылось интересное. Народ, из которого происходила Най, жил в глубине Мокрых земель. Жил обособленной жизнью, контактов с чужаками не любил, и торговал с остальным миром в основном через посредников. Мужчины этого народа славились суровым нравом, и не меньше этого - хитростью, злобой и коварством. А также умением вести торговые дела, уступая в этом только народу майити.
   Зато женщины у них были славны другим: об их красоте и искусстве свести мужчину с ума ходили легенды. Насколько правдивы эти легенды, было точно неизвестно, но слухов ходило множество. Во всяком случае, любой уважающий себя правитель и мало-мальски богатый человек считал должным обзавестись любовницей ний'зи. Правда, это далеко не всем удавалось, ведь девушки этого народа были редки на рынке невольников. А нравы этого народа отличались, как известно, суровостью, и добыть такую редкую птицу было делом чрезвычайно трудным.
   Так что все взгляды устремились на Игоря с молчаливым вопросом. Дело было щекотливое. В сокровищницу проникнуть как-то надо, но и капитан Роберт в своём праве - никто не сомневался, что обе девушки на корабле принадлежат ему, тут и гадать нечего.
   Игорь помолчал, переваривая это сообщение под пристальными взглядами собравшихся за столом подельников. Потом сказал, медленно и веско:
   - Я подумаю.
   И всё. Нельзя было показать этой криминальной компании, что он на своём корабле не хозяин. Но и обещать что-либо он тоже не мог. Уговорить крылатую девушку виделось задачей не из лёгких. В чём он вскоре и убедился.
   ***
   - Послушай, до постели дело не дойдёт, - в который раз повторил Игорь. Он чувствовал отвращение к самому себе, но выхода не было. - Это ненадолго. Ты осмотришься, войдёшь в доверие, разузнаешь всё, что нужно, и мы тебя вытащим. Ни в какой гарем тебя не отправят, и до князя дело не дойдёт...
   - Вы не понимаете, - Най обхватила себя пухлыми ручками, будто ей было зябко. - Не понимаете. Я не могу, не могу.
   - Подумаешь, какая задача - повертеть задницей! - фыркнула майита. Она пробралась в каюту вслед за Игорем, хотя он просил остаться наверху. - Да вы все для этого созданы!
   Ний'зи подняла голову. Из-под медовых прядей на майиту блеснули светлые глаза. Игорь испугался - такого выражения на лице крылатой девушки он ещё не видел.
   - Ты... ты ничего не знаешь! - обычно мелодичный голосок ний'зи звучал резко. - Ничего вы не знаете, порождения праха! Да, мы любим... но нас это убивает. Убивает, можете вы понять?!
  
  

   Глава 24
  
   Одиночество, как ты перенаселено!
   Станислав Ежи Лец
  
   - Дяденька, а вы правда капитан мертвяков? - глазёнки пацана светились страхом и восхищением собственной смелостью. - Вы итиол, да?
   Игорь остановился. Пацан переминался в трёх шагах от него, готовый в любой момент удрать. За его спиной топтались ещё несколько пацанов помельче. В стороне маячила девчонка, с таким видом, что она здесь не причём. Та самая, что была похожа на капитана Фрея. В руках девчонка держала игрушечного ящера.
   - Да.
   Игоря ждала лодка. В лодке сидела, напряжённо выпрямившись и положив руки на вёсла, рыбачка - та, что они похитили с пристани в Холодных землях. Она так и тащилась за ними в своей жалкой посудине, привязанной за верёвку, в надежде получить обещанное вознаграждение за ущерб.
   Денег у Игоря не было, обещаниям рыбачка не поверила. И как он не уговаривал её вернуться домой, та только мотала замотанной в платок головой, сверкала глазами и повторяла: "Нет, сейчас деньги! За мальчика, за проезд, за ущерб, за всё!"
   Сколько ни говорил он, что мальчишка-рыбак наверняка добрался до берега, а деньги капитан Роберт вернёт, как только они у него будут, ничего не помогало. Так что теперь лодка вместе с её хозяйкой служила Игорю средством перемещения - с берега на корабль и обратно. Заодно, как он подозревал, рос и его долг хозяйке рыбацкой посудины.
   Майита предлагала выбросить наглую рыбачку за борт ("Эти люди по-другому не понимают, капитан"), но он запретил. Лишний грех на душу, к тому же лодка оказалась полезной, и на том спасибо.
   - Дяденька итиол, дотроньтесь до неё! - взвизгнул пацанёнок.
   - Дотроньтесь, дотроньтесь! - завопили остальные, прыгая и тыча пальцами в девчонку. - Она подохнет!
   Девочка, похожая на капитана Фрея, подняла глаза на Игоря, и он понял, что убить хотят не её. Игрушечный ящер шевельнулся в тощих девчачьих ручках. Это была такая же чёрная игуана, как у них на корабле - питомец Края. Только та была большая, а эта - совсем маленькая.
   Девчонка прижала к животу своего питомца, а мальчишки скакали вокруг и радостно кричали:
   - Коснись, коснись, коснись! Он дотронется рукой, смерть примчится за тобой! Он дотронется рукой, смерть примчится за тобой!
   - Это Майли, - сказала девочка, глядя на Игоря глазами Фрая. - Все думают, что он злой. А он добрый. Он просто болеет.
   Она вдруг протянула свою живую игрушку:
   - На. Возьми.
   Игорь растерянно посмотрел на чёрную ящерку, зажатую в худых ладошках.
   - Возьми, - настойчиво повторила девочка. - Они всё равно его прибьют. А если ты дотронешься - он просто заснёт, и всё.
   По смуглому личику её текли слёзы. Игорь протянул руки и осторожно взял в ладони чёрный угловатый комок. Девочка провела пальцем по кожистому крылышку питомца, закусила губу, отказываясь плакать при пацанах. Быстро отвернулась и убежала, скрылась из виду за ближайшими домами.
   Остальные, десяток мальчишек, придвинулись ближе и затаили дыхание, вытянули шеи. Очевидно, убийственная сила капитана корабля мёртвых - переходящая по наследству - вошла в легенды, и теперь все ждали, что будет. Что ящерица в руках капитана Роберта умрёт, а может быть, даже страшно и мучительно.
   Чёрное тельце дёрнулось в руках Игоря, затрепыхались маленькие крылья, похожие на крылья летучей мыши. В ладонь впились острые коготки. Крохотная игуана разинула красную пасть и зашипела. Она попыталась цапнуть его, мелкие, как иголки, зубы вцепились в палец, и вдруг разжались. Игуана часто задышала, поводя носом.
   Потом неожиданно свернулась клубком в ладонях у Игоря, сунула чешуйчатую голову под кожистое крыло и замерла.
   Пацаны радостно завопили, запрыгали вокруг, потом сорвались с места, и унеслись, мелькая пятками и крича:
   - Он дотронулся рукой, смерть примчалась за тобой! Он дотронулся рукой...
   Игорь, с игуаной в руке, забрался в лодку. Рыбачка сверкнула на него глазами из-под платка.
   - Поехали, - он не знал, что делать со зверюшкой, и так и держал её в руке. Выбросить в воду? Трупик прибьёт к берегу, увидит девчонка, разревётся... нет. Так с телом маленькой игуаны он и взобрался на борт своего корабля.
   Команда ждала его на палубе. Майита, ний'зи, Край и псих у мачты. Большая чёрная игуана - питомец Края - сидела на марсе и грелась на солнце. Широко расправленные перепончатые крылья просвечивали, на полупрозрачной коже видно было заживший шрам с остатками шва.
   Увидев Игоря, игуана встрепенулась, и принялась спускаться. Смотреть на это было странно: как будто по мачте ползёт головой вниз уродливый чёрный крокодил с крыльями.
   Перебирая когтистыми лапами, которые на ходу выворачивались, будто лишённые суставов, игуана спустилась вниз и вдруг, быстро вильнув чешуйчатым телом, очутилась возле Игоря. Морда её уткнулась ему в руку, где в ладони лежало свернувшееся в комок тельце.
   Игорь опустил ниже ладонь и показал то, что там лежало, игуане.
   Выпуклые глаза уставились на чёрное существо в его ладони, раздвоённый язык высунулся и задрожал. Игуана тихо зашипела.
   Тельце в руке вздрогнуло и развернулось. Крохотная ящерка выгнула спину, как кошка, разинула маленькую красную пасть зашипела в ответ. Игорь от неожиданности выронил зверька на палубу. Только что казавшаяся дохлой ящерка ожила и теперь раскачивалась на напряжённых лапках, глядя в упор на большого собрата.
   Потом большая игуана закрыла пасть и нагнула голову. Маленькая шагнула к ней, вытянула шею, и кончики носов двух ящериц соприкоснулись.
   Игорь услышал, как вздохнула позади него ний'зи, как негромко хлопнула в ладоши майита. Большая игуана тем временем подставила шею, и маленькая взобралась ей спину. Затем они развернулись, и скоро большая игуана снова сидела на мачте, а рядом с ней, почти невидимая снизу, грелась на солнце маленькая.
   - Спасибо, капитан Роберт, - невозмутимо сказал Край. - Ты привёл Филонумону подружку.
   - Подружку? Я думал, что она дохлая.
   - Маленькие филонумоны хорошо притворяются мёртвыми. Но мой почуял живую самку. Теперь ему не будет скучно.
   - Каждой твари по паре... - ошарашенно пробормотал Игорь. Ну и дела. Не хватало ещё развести на корабле чешуйчатый зверинец. Капитан Роберт - заводчик ящериц! Как их там - филонумонов. Сам принёс, сам на ладони протянул. Вот дурак...
   Его взяли за руку. Рядом стояла ний'зи, и смотрела на него блестящими светлыми глазами.
   - Мне нужно поговорить с тобой, капитан Роберт, - сказала она певучим голоском. - Пойдём.
   В трюме она дунула на фитилёк фонаря, и в темноте Игорь услышал шуршание. На него повеяло ветерком - это затрепетали развёрнутые крылышки. Потом на плечи ему легли тонкие пальчики, и голос Най прошептал:
   - Люби меня, капитан Роберт.
   - Но ты же сказала... - пробормотал Игорь, в то время как девушка снимала с него рубаху.
   - Да, я говорила, и это правда, - ответила Най, проводя по нему ладошками. - Меня это убьёт. Когда-нибудь я умру от этого. Но не сейчас. Ты будешь первым, человек, капитан Роберт.
   - Первым? - Игорь позволил ей делать, что хочет. Было уже поздно убегать. Девушки ний'зи и правда знали своё дело. - Я у тебя первый?
   - Как ты думаешь, почему я здесь? - её дыхание обжигало. - Желание жить сильнее любви, пока мы ещё способны думать. Потом мы становимся всего лишь самками, жаждущими нового тепла. Я не хочу закончить так. Не хочу. Обещай мне, капитан Роберт... обещай мне, что не заставишь меня делать это снова.
   - Я никогда...
   - Я сделаю, как ты хочешь. Помогу тебе украсть магическую вещь. А ты пообещай, что мы не умрём. Что мы не будем умирать долго. Мы все. Ты обещал спасти нас. Дай мне слово, человек.
   - Обещаю.
   Тело Най оказалось упругим и удивительно нежным на ощупь, будто под его руками переливался горячий шёлк. Игорь не видел её в темноте трюма, но ощущал так, как никого до этого. Никто ещё не делал с ним такого, даже дорогая девка, нанятая им как-то в отместку Марине, когда он узнал про сына...
   Он забыл о времени, о том, что на палубе ждёт его команда, и сюда могут войти. Забыл обо всём. Най шептала что-то, её тонкие крылышки трепетали, неуловимо шурша и поднимая лёгкий ветерок. В темноте трюма их радужные отблески плясали и кружились, и вместе с ними кружился корабль мёртвых, море и весь этот полуденный мир. Да, женщины ний'зи знали своё дело.
   - Обещаю. Ты не умрёшь.
   - Да. Люби меня, человек. Сейчас я твоя. Только сегодня и сейчас.
  
  
  

   Глава 25
  
   Легче назвать кого-либо курвой, чем быть ею.
   Станислав Ежи Лец
  
   Капитан почётной сотни вышел из дворца князя, как больной ящер - такой же потемневший и злой.
   Его ждали - все пятнадцать ветеранов. Всё, что осталось от сотни. Пятнадцать ветеранов: двенадцать человек, двое майити и один край. После всего того, что они пережили, никто не разбирал, кто есть кто. Все были равны среди оставшихся в живых.
   Капитан подошёл, стуча подошвами сапог по брусчатке, молча взял кувшин с пивом и стал жадно пить. Все смотрели, как ходит кадык по горлу капитана, перечерченному белым шрамом, как пиво стекает с подбородка.
   - Капитан? - наконец решился подать голос один из ветеранов. - Ну что?
   Капитан оторвался от кувшина и яростно отёр ладонью рот.
   - Собирайтесь. Мы выступаем! - он оскалился, показав щербину между зубов. Шрам на шее покраснел. Да, капитан был в ярости.
   - Что случилось, капитан? - майити Март был одним из немногих, кто не боялся своего командира в такие минуты. Его седая грива, заплетённая в кудлатые косички, воинственно торчала дыбом над ушами - одним целым и одним обрубленным на корню. Раскосые глаза были черны, как камни Сухих земель. - Куда мы выступаем?
   Капитан с присвистом втянул воздух через зубы. Глубоко вдохнул и выдохнул несколько раз. Потом сказал, уже почти спокойно:
   - Дело государственной важности. Наш князь, да продлятся его дни... посылает нас в почётную миссию.
   Он ещё раз глубоко вздохнул - все смотрели на него - и закончил:
   - Ловить корабль мёртвых.
   Все молчали. Кто-то присвистнул.
   - Казначей, возьми деньги у княжеского счетовода, - обыденно произнёс капитан. - Проверьте амуницию. Попрощайтесь со своими семьями.
   - Когда выступаем?
   - Вчера! - гаркнул капитан.
   Ветераны переглянулись. Они давно уже не воевали. Мелкие конфликты на границах и ловля банд контрабандистов не в счёт, с этим могли справиться и зелёные юнцы. Настоящая война была полтора десятка лет назад. Вот были времена... тогда и небо было ярче, и жизнь горела ярким пламенем. Кто-то сгорел, а кто-то остался. Всё затухало, сходило на нет - и память, и друзья, и даже деньги. Никто не накопил больших денег на войне, никто так и не выбрался из кварталов Среднего города, где проживали такие, как они - не богачи, но и не бедняки. Середнячки, которым ничего не светит. Почётная пенсия, за которой надо был являться во дворец и топтаться в приёмной княжеского казначея, оказалась не так уж велика, как говорили, провожая ветеранов со службы. Почётные места за столом и место возле князя во время церемоний только вызывали завистливые взгляды и едкую ненависть новичков. Знали бы они, как жалок фасад у этого роскошного здания... И вот теперь надо бежать, ловить цель, от которой так и смердит смертью.
   Они взглянули на море Слёз, где бесследно исчез корабль Мёртвых, который им нужно было найти. Ветер посвистывал над площадью, гнал низкие облака над набережной - с высоты холма её было видно, как на ладони. Половинка солнца напоминала огромный тонущий золотой. Волны в его свете блестели княжеским багрянцем.
   И поскрипывали на ветру верёвки над лобным местом, где в петлях качались разрубленные останки невыполнившего свой долг бывшего начальника порта.
   ***
   Князь Нижних земель проводил взглядом отбывающий отряд. Ветераны шли чётким шагом, как на параде. Блестели доспехи, развевалось знамя Почётной сотни, гремели по брусчатке тяжёлые сапоги.
   Всё было обставлено на высшем уровне, не стыдно показать послам дружественных держав. Впрочем, они все были здесь, а посол Холодных земель стоял рядом с князем, в знак особого расположения. Как-никак, скоро княжеская свадьба. Дочь верховного графа Холодных земель выходит замуж за князя дружественной страны - это ли не повод для праздника?
   - Как это щедро, князь, - проговорил посол, разглядывая блестящие доспехи ветеранов. В свете солнца они сияли нестерпимым золотым блеском. - Достойный эскорт для свиты невесты. Вы лишили свой двор украшения, дабы придать блеска чужому.
   - Скоро мы породнимся, так что не совсем чужому, - любезно улыбнулся князь. Мысль об отправке ветеранов на поиски Корабля Возмездия казалась ему всё более удачной. Одной стрелой убито несколько птиц: совету Анклава послано сообщение о всемерном содействии в поисках пропажи; пущена пыль в глаза соседям, которым вовсе не обязательно знать о краже корабля; и беспокойные ветераны, которые в последнее время сидели у князя как заноза в заду, убрались с глаз долой. Туда им и дорога. Дорога в один конец, несомненно. Все знают, что Корабль Возмездия полон смертельной магии по самую верхушку мачты.
   Вот и славно. Куда ни глянь - всюду выгода. А если что не так - разве князь виноват, что исполнители оплошали? Никоим образом!
   Князь любезно улыбнулся послу. Тот улыбнулся в ответ, умело скрывая потаённые мысли. "Чтобы такой скупердяй, как ты, сделал широкий жест? Ради невесты, которая тебе не нужна? Тебе, развратнику, содержащему толпу наложниц? Не-ет, дорогой князь, что-то ты темнишь. Понятно, что ты убрал подальше от двора старых псов - говорят, они стали ворчливы, а это опасно... Но это только предлог. Главная причина в другом. И ещё эти слухи о беспорядках в порту не так давно. Тайные агенты доносят такое, что уши отказываются верить... Так что ты скрываешь, дорогой князь? Если это повредит нашему графу и его дочери, лучше тебе повеситься прямо сейчас на ближайшем столбе. Это я сказал, посол Холодных земель, родной дядя невесты..."
   Посол улыбнулся князю. Церемония в честь подписания окончательного брачного договора шла блестяще.
   ***
   - Что везёте? - стражник у ворот лениво подошёл, окинул взглядом повозку. - Какой груз? Что в клетке?
   Игорь протянул пропуск. Стражник взглянул, увидел печать старосты рыбачьего посёлка, крупные буквы подписи, подвешенную на шнурке блямбу - знак уплаченной пошлины.
   - Покажи, что в клетке.
   - Ценный груз, лично в руки господину...
   - Я сказал - покажи.
   Второй стражник, почуяв развлечение, подошёл поближе. Солнце припекало каменные стены надвратной башни. Флюгер на её верхушке сиял жестяным огнём. Горячий ветер побережья однообразно посвистывал, гоня клубы мелкой пыли. Пыль покрывала лёгкие кирасы и лица стражников, полосатые красно-синие штаны от пыльного налёта казались одноцветными.
   У ворот скопилась вереница повозок, тележек, паланкинов и прочих самых разнообразных средств передвижения. Их обладатели, возницы и весь упревший по дороге люд желал попасть в столицу Холодных земель - гордый город Мар'йотти.
   Вся эта толпа шумела множеством голосов. Мычали, визжали и ревели грузовые ящеры, запряжённые в повозки и тележки. Вдоль дороги стояли продавцы свежей воды, сушёных фруктов, вяленого мяса и пирожков. Их крикливые возгласы заглушали рёв вьючной скотины, добавляя свою долю в общую какофонию.
   Стражник поднял край большого цветастого ковра, которым была укрыта клетка.
   Пару секунд он стоял, застыв в выпученными глазами. Потом осклабился во весь рот и повернулся к Игорю:
   - Ого! Что ж ты раньше не сказал!
   Игорь поморгал, тупо глядя на стражника, порылся в мешочке у пояса и протянул свиток:
   - Документ, господин. На груз.
   - Что ж ты молчал, дубина! - стражник поставил копьё, зажав его локтем, и развернул пергамент. - Тут сказано: лично господину Мур'тьетте, старшему казначею, от купеческой гильдии. Вот дубина, итиол недоношенный... что с вас взять. Понанимали дураков в охранники, только и умеют дерьмо на дороге месить. Проезжайте!
   Стражники отступили, шлагбаум со скрипом пополз вверх. Парень на козлах хлестнул ящера по крупу, гортанно прикрикнул. Повозка тронула с места и покатила в ворота.
   Игорь, вскинув грубо отёсанную дубинку на плечо, прошагал за повозкой, поднимая пыль тяжёлыми башмаками. Ему даже не пришлось делать глупое лицо - после перехода от рыбацкого поселения к столице у него саднило в горле от жажды и вездесущей пыли, а одолженные сыном старосты солдатские башмаки немилосердно натирали ноги.
   Роль тупого охранника, везущего в столицу ценный груз, удалась на славу.
   К тому же заветный пергамент оказал своё волшебное действие. Староста контрабандистов заверил, что с этой писулькой они проскочат в ворота, как по маслу, и не соврал. Видно, пути в столицу у работников нелегального бизнеса были протоптаны давно и прочно.
   - Чего там было? - любопытно спросил второй стражник.
   Первый постоял с полузакрытыми глазами, покачивая головой. Причмокнул губами, будто смаковал что-то сладкое, и мечтательно сказал:
   - Ты бы видел её крылышки... А грудь... Эх!
   - Грудь? - жадно спросил второй, вытянув шею вслед уходящей повозке. - Там девка была?
   - Де-евка... - пренебрежительно бросил его товарищ. - Куда там девке... Там была нийи'зи!
   Второй стражник громко присвистнул и с завистью поглядел на первого. Он сам никогда такого не видел.
   - Видать, во дворец повезли, - мечтательно продолжил его товарищ. - Подарочек князю. Вот людям счастье...
   Второй только вздохнул и пошёл проверять следующую повозку. Он знал, что ний'зи там наверняка нет, но всё равно переворошил её сверху донизу. На всякий случай.
  
  
  

   Глава 26
  
   Предпочитаю надпись "Вход воспрещён" надписи "Выхода нет".
   Станислав Ежи Лец
  
   Игорь ещё раз изучил план лабиринта. Он так пристально смотрел на него, что каждая чёрточка уже как будто въелась в сетчатку глаз. Всё было готово: оружие - то, что можно пронести с собой; амулеты, листочки с заклинаниями, и всякие магические штучки; одежда стражников, подогнанная по росту и фигуре.
   Сам маг, взятый для вскрытия замков и обезвреживания ловушек, уже ждал, присев на стульчик рядом, положив руки на колени и закрыв глаза - медитировал. Мага Игорю одолжили пираты. Это был тот самый, что в первую встречу, сидя в шлюпке, пытался навести на капитана корабля мёртвых заклятие удушья. Ничего у него не вышло, да и выйти не могло.
   Сейчас маг сидел и ждал, когда капитан Роберт выучит картинку с планом лабиринта наизусть. До выхода на дело ещё оставалось немного времени.
   - Всё равно не запомнишь, - презрительно сказал лысый капитан. - Он неторопливо мерил шагами тесную комнатушку. - Что толку пялиться в эту бумажку?
   - Ваш маг применил к вам заклятие памяти, - ровно ответил Игорь. - На меня оно не действует.
   - Вы же вместе идёте! - резко бросил капитан Струй. Он нервничал, и даже не пытался это скрыть. - Нет необходимости всем помнить.
   Игорь пожал плечами. О том, что до желанной сокровищницы могут дойти не все, говорить не было смысла. Струй настоял на своём непосредственном руководстве операцией - очевидно, чтобы не дать сообщникам забрать драгоценности и сбежать - и теперь не давал никому покоя. Сам он в лабиринт лезть не собирался, предоставив эту честь лысому здоровяку.
   - У нас есть маг, у нас есть карта. У нас есть сильные бойцы. Что ещё нужно? - в сотый раз повторил Струй, нервно щёлкая пальцами. Кажется, он пытался убедить сам себя.
   Игорь искоса взглянул на него, оторвавшись на мгновение от карты. Пиратский капитан слишком уж волновался. Понятно, что речь шла о большом богатстве. Но Струй выглядел так, будто бабка, провожавшая на дело любимого внучка. Что-то здесь было ещё... знать бы, что. Должно быть, дело в деньгах. Капитан жаден, а деньги нужны ему позарез. Причём большие деньги. Зачем? Проигрался, должен и не может отдать? Вот вопрос.
   Они уже какое-то время обитали в этой комнатушке на задах лавки, где торговали всякой всячиной. Лавка была расположена удачно: рядом с местным рынком. Район бойкий, шумный, никто не заметит лишних людей, не обратит внимания. Здесь обретался самый разный народ, люди и майити, разного возраста и рода занятий. От лавок, где торговали металлическими изделиями, доносился адский шум и лязг, мясные ряды, лавки с музыкальным инструментами, сапожные и портновские ряды - всё это вносило свою лепту в общую какофонию.
   Когда смолкал шум торговли, заводила свою мелодию другая карусель. В заведениях, где собирались местные майити, загорались цветные огоньки. Над открытыми площадками поднимался дымок: там жарились мясистые ящерки. Повара поливали их пряным, настоянным на горьких травах соусом, отчего у прохожих першило в горле. Звучала дребезжащая нота струнного оркестра, выводил тоскливую, с бесконечными переливами, мелодию флейтист. Местные майити вели активную вечернюю жизнь, плавно переходящую в ночную.
   Когда городские башенные часы показывали фигурку чёрной птицы и наступало время всеобщего сна, выходили на работу местные крайи.
   Они скользили вдоль домов, тихие, худые, незаметные. Никто здесь, да и в других местах, не любил крайев, считая их гражданами второго... нет, даже низшего сорта. Но все признавали за ними одно несомненное достоинство - они были полезны. Вся грязная работа в городе и его окрестностях лежала на этих неприметных созданиях.
   Они тенями скользили по улицам, заглядывали в переулки, в тёмные места, туда, куда добропорядочный житель не стал бы даже совать нос, и двигались дальше, через весь город.
   После их неслышного продвижения улицы становились чище, грязь, мусор, трупы животных и птиц исчезали, как по волшебству. Ходили слухи, что крайи едят всё, что находят. Но кого это волновало? Лишь бы не мозолили глаза и не попадались под ноги. Да, крайи были полезны. Поэтому их терпели и даже позволяли жить в своих, изолированных от прочих, районах на окраине.
   Через равные промежутки времени по улицам проходили, мерно стуча подошвами солдатских ботинок, стражники. В каждом районе они были свои, со своим рисунком на кирасах. В районе, где нашли прибежище Игорь с его компанией, на кирасах стражников красовался чёрный ящер, растопыривший кожистые крылья. Правда, в изображении местного художника ящер больше походил на больного нетопыря, но никто не придирался.
   Зато у этой бравой кирасной компании было одно несомненное достоинство - их маршрут проходил по улицам, одна из которых вплотную примыкала к стене, ограждающей лабиринт, где хранились несметные богатства столицы Холодных земель. Стена шла вокруг всего хранилища, и охватывала немалую площадь столичной земли.
   Вот в этих-то стражей порядка и собирались преобразиться Игорь с компанией пиратов. Всё необходимое для этого было приготовлено заранее. Накануне мальчишка, сын лавочника, принёс сигнал - клочок синей ткани, лёгкой, тонкой тряпицы с головного покрывала. Его можно было сжать в руке незаметным комком - ткань от покрывала прекрасных обитательниц женской половины дворца.
   Ждали только нужного часа.
   Когда стоящие на полке большие часы щёлкнули, картинка на них сдвинулась, и на свет вылезло изображение чёрной носатой птицы, лысый здоровяк хлопнул ладонью по столу и сказал:
   - Пора!
   Маг, что сидел в медитации, открыл глаза.
   Струй принялся грызть ногти.
   Игорь встал и бросил план лабиринта на стол. Маг хлопнул в ладоши. План вспыхнул бездымным пламенем и сгорел без остатка. Пора было грабить сокровищницу.
   ***
   Скоро по улице шагал бравый отряд стражников в кирасах, тяжёлых башмаках, в меру потрёпанных полосатых штанах и при коротких пиках. На кирасах красовались чёрные крылатые ящеры, похожие на больных нетопырей.
   Здесь главное было не столкнуться с настоящим отрядом. Об этом позаботились заранее. Хотя городская стража имела строгое предписание не повторять свой маршрут, и время от времени менять его, чтобы воры и разбойники никогда не чувствовали себя в безопасности, они частенько этим правилом пренебрегали. Шустрые мальчишки, во главе которых стоял местный заводила, сын лавочника, отметили все ключевые точки, по которым отряд непременно проходил в последнее время. Точки эти странным образом совпадали с парой местных лавочек, где продавали лёгкое пиво и пряное вяленое мясо, которое хорошо под это пиво шло.
   Игорь даже знал, почему это происходит в последнее время. Когда он подал идею своим сообщникам, те только крякнули. Лысый здоровяк капитан сказал: "Под топор торговцев подводишь, капитан мертвяков", и криво усмехнулся. Пиратский маг поморщился, пожал плечами и посоветовал после в эти места не возвращаться никогда: "Вас потом свои зарежут, если дело раскроется". Струй согласился сразу, нехорошо блеснув глазами. Видно, ему было всё равно, что случится потом.
   Так или иначе, когда стража добиралась до заветной лавчонки, им выносили пиво, покрошенное мелкой соломкой вяленое мясо на дощечке, и желали доброго здоровья. Стража выпивала по стаканчику, закусывала пряным мясом, и двигалась дальше, ощущая приятную лёгкость в походке и не менее приятную лёгкость на душе. При этом испытывая тайное, но сильное желание вернуться сюда снова, сделав небольшой круг, и снова выпить по стаканчику с той же самой закуской. Не подозревая, что приятность эта происходит от неприметной травки с неизвестным большинству населения названием.
   Травка эта была малоизвестна, и почти не использовалась в здешних краях. Торговцы дорожили своей репутацией и своими головами. За такие дела можно было лишиться не только имущества, но и означенной части тела.
   Как удалось провернуть это дело и уговорить торговцев, Игорь не знал. Речь сейчас шла о его жизни, а если ворошить совесть, далеко не уедешь. Во всяком случае, не уедешь дальше зловещего острова, на котором, если ограбление не удастся, произойдёт для его команды последний смертельный расчёт.
   Пока всё шло по плану. Они прошагали по улице между сонных лавчонок, где обитали люди, в этот час лежавшие в постелях. Миновали места, где отмечали последний час вечернего веселья майити, уже усталые, допивавшие свои бокалы с терпким настоем. Уже обглоданные до костей жареные ящерки валялись на земле - ожидали нашествия уборщиков-крайев.
   Когда угомонились последние выпивохи и погасли огоньки в окнах, отряд фальшивых стражников дошагал до нужной улицы. Здесь уже не было домов, только с одной стороны возвышались редкие особняки зажиточных граждан, а с другой тянулась полоса низких кустов. За кустами, тёмная и высокая, тянулась каменная стена. Эта стена служила первым препятствием к желанной цели - сокровищнице.
   Здесь их уже ждали. Когда отряд из семерых человек, во главе с лысым здоровяком - в кирасе он выглядел бравым офицером - вступил в густую тень от стены, из кустов тихонько посвистели.
   Из тени неслышно появилась тощая фигура, замотанная в лохмотья.
   - Чёртов мусорщик! - тихо буркнул один из переодетых пиратов.
   - Это мой, - Игорь с трудом узнал Края.
   Парень сейчас ничем не отличался от местных мусорщиков. Пришлось взять его собой, оставив корабль на майиту. Парень, с его боевыми, бог весть откуда взятыми, навыками, был бы гораздо полезнее здесь, чем на борту. Майита ругалась, шипела как кошка и просилась пойти с Игорем. Он с трудом смог уговорить её остаться на судне. "Я должен оставить на борту кого-то, кому можно доверять, - сказал он, взяв её за плечики и глядя в раскосые чёрные глаза, блестящие от злости. - Ты же помнишь, что случилось в прошлый раз. Останься, и сохрани корабль для нас всех. Для меня. На тебя одна надежда"...
   Кажется, его лесть подействовала на девушку. Она кивнула, всё ещё зло блестя глазами, и согласилась.
   - Я здесь, капитан, - прошептал Край, в одно мгновение оказавшись рядом с Игорем. - Ний'зи дала сигнал. Можно начинать.
  

   Глава 27
  
   Всегда следуй за стрелкой компаса - она знает, когда дрожать.
   Станислав Ежи Лец
  
   Маг прошептал что-то, потом быстро взмахнул руками, будто отгоняя птиц. На стене, прямо рядом с дверью, засветились и стали медленно разгораться огненные штрихи.
   Игорь стоял рядом, и всё равно не мог разобрать ни словечка, что тот сказал. Но заклинание работало - линии налились огнём, зеленоватым, с оранжевыми проблесками. Вот они разгорелись сильнее, оранжевые проблески победили зелень, линии сомкнулись и образовали прямоугольник, размером как раз пройти невысокому человеку.
   Для чего же рядом была дверь, массивная, с огромным висячим замком, вся в обрамлении грубого серого камня? Не иначе ловушка для воров. Первая ловушка.
   Маг шагнул прямо внутрь прямоугольника. За спиной Игоря хрипло вздохнул один из пиратов: стена казалась сплошной, и маг будто вошёл в камень. Но это была лишь иллюзия. Из камня высунулась рука и поманила их за собой.
   Один за другим они пробрались в отверстие. За стеной был сад, в этот час тихий, сонный, только ветерок шелестел в листьях остриженных кустов.
   - Скорее, - нетерпеливо прошипел маг, - проходите! Защита не вечная!
   Последний переодетый стражником пират ввалился в отверстие. Почти сразу за его спиной огненные линии стали бледнеть и вдруг погасли. Игорь знал, что маг применил, кроме заклинания прохода сквозь стену, "защиту". Защита мешала обнаружить применение этого самого заклинания. Как будто маг отключил сигнализацию, ненадолго, насколько смог.
   Они пошли, стараясь неслышно ступать по траве. Игорь слышал, как рядом тяжело дышит маг. Очевидно, поддержание режима невидимости отнимало у него много сил. Маг обещал, что если они будут идти тихо и не суетиться, их, скорее всего не заметят.
   И лучше бы это было так. Потому что истории, которых наслушался Игорь, когда они сидели в комнате за лавкой, готовясь к ограблению сокровищницы, были полны кровавых подробностей о разных видах казней, которыми славятся местные палачи. А уж что приготовит совет графов Мар'йотти для тех, кто попытается залезть в святая святых столицы, они боялись даже представить. Наверняка что-нибудь особенное. Чтоб уж никто и никогда...
   Край, который неслышно ступал впереди, поднял руку. Пышно цветущий куст шевельнулся, от него отделилась невысокая стройная тень, укутанная в покрывало цвета ночи. Это была ний'зи.
   Девушка приложила пальчик к губам и поманила их за собой. Они миновали несколько затейливо остриженных кустов, прошли мимо клумб, где одуряюще пахли белые цветы, и выбрались к беседке. Небольшая, с тонкими колоннами светлого мрамора, увитыми ползучими растениями, беседка, словно предназначенная для любовного свидания с дамой.
   Это и был вход в сокровищницу. В середине круга светлого мрамора, обрамлённого тонкими колоннами, красовался мозаичный рисунок. Выложенный из осколков цветной плитки, он изображал прихотливо свернувшегося дракона.
   Пёстрый красно-чёрно-белый зверь свивал своё длинное тело кольцами. Острые зубы из осколков блестящего камня сжимали кончик драконьего хвоста, из сомкнутой пасти вырывались опаловые языки пламени.
   Возле беседки, прикорнув под кустом, лежал и сладко спал мальчишка-евнух. Наголо обритая голова, пухлые губы, сейчас мокрые от слюны, широкие полупрозрачные шаровары и расшитая бисером безрукавка.
   - Он крепко спит, - прошептала нийзи. - Не бойтесь.
   Не теряя времени, пиратский предводитель подхватил евнуха с земли, втащил в беседку и бросил на мозаичный пол. Евнух только невнятно замычал и подвигал губами. Должно быть, ему снился сладкий сон.
   Маг достал подвешенную у пояса чернильницу. Вытащил кисть, обмакнул в краску и нарисовал на лбу, руках, ногах и груди спящего загадочные знаки. Игорю они показались не то скрюченными иероглифами, не то детскими каракулями.
   Маг убрал кисть, чернильницу. Поправил спящему голову, расправил руки, ноги и придал ему позу, как на известном рисунке Леонардо да Винчи, где идеальный человек стоит, вписанный в круг.
   Потом лысый здоровяк наклонился и одним движением перерезал мальчишке горло.
   Кровь обильно хлынула на цветные плитки. Красные струи растеклись по камню, задымились и впитались в плитки рисунка. На рисунке ожил, шевельнулся и разжал клыкастую пасть дракон. Задвигался чешуйчатый хвост. Со скрежетом каменный круг отодвинулся в сторону. Открылся проход вниз. В темноте смутно виднелись ступени спиральной лестницы.
   Один за другим отряд грабителей спустился вниз. Последним втащили тело зарезанного евнуха. Его усадили на верхнюю ступеньку. Маг достал из мешочка у пояса клочок пергамента и положил на лоб мальчишки.
   - Пока заклинание действует, мы в безопасности, - сказал он, аккуратно расправляя листок. - Этот парень постережёт вход.
   - Сколько? - коротко спросил лысый здоровяк.
   - Лучше не задерживаться, - ответил маг. - Заклинание надёжное. Но когда пергамент совсем размякнет, защита растает, как дым. Любой, кто заглянет в беседку...
   Он не стал продолжать. Всё было ясно и так.
   Спиральная лестница заканчивалась круглой каменной площадкой. От площадки расходились в стороны четыре коридора. Каменные, сводчатые, они были совершенно одинаковыми на вид.
   Лысый предводитель указал на второй справа: "Туда!"
   Они свернули под каменную арку и двинулись по тоннелю, выложенному мелким булыжником.
   Тоннель был освещён вкраплениями кристаллов, торчащих тут и там из низкого свода. Кристаллы давали мерцающий, лиловатый свет, похожий на свет ламп дневного освещения, который Игорь от всей души не любил.
   Пока что план, который они заучили наизусть, не подводил. Всё было как на рисунке. Четыре прохода, два из которых вели в никуда: один завивался кольцом и возвращал обратно, второй заканчивался тупиком. Третий шёл кругами, переплетаясь змеёй и петляя, и не было ему конца. Изощрённая фантазия строителей придумала мучительную смерть тем, кто осмелиться забраться в сокровищницу - по этому тоннелю можно было бродить практически вечно, покуда хватит сил.
   Четвёртый, по которому сейчас шёл маленький отряд пиратов, был нашпигован ловушками, неожиданными провалами и всякой другой смертельно опасной начинкой. Но он единственный приводил куда надо - к сокровищнице графов Мар'йотти.
   Сейчас впереди ждала первая серьёзная ловушка после беседки. На плане она была обозначена как магическая, со значком магии камня и перемычкой поперёк коридора.
   Так и оказалось. Они миновали несколько разветвлений, на плане нарисованных как тупики, хотя и казались заманчивыми, и вышли к металлической решётке.
   Толстые кованые прутья, посаженные в раму так часто, что только руку просунуть, перегораживали тоннель. В решётке был вставлен замок, который так и манил открыть его отмычкой, за неимением ключа.
   Маг заставил всех отойти, достал из мешочка у пояса клочок бумаги. Тоже отступил назад и разорвал бумажку пополам.
   Несколько секунд ничего не происходило, потом что-то хрустнуло, со свода тоннеля посыпалась пыль, мелкий щебень, а решётка со скрежетом поползла в сторону.
   Дальше тоннель стал изгибаться и вилять, как змеиный хвост. На плане там не значилось ничего подозрительного на протяжении ста метров, но за каждый поворот заглядывали с опаской. Маг каждый раз замедлял шаг, закрывал глаза и поводил открытыми ладонями перед собой, как будто вслепую ощупывал шероховатую стену. Лицо его уже давно лоснилось от пота, и маг то и дело отирал его рукавом.
   - Сила прекрасна, но она истощает, - сказал Игорь, пройдя очередной поворот.
   Он сказал это вполголоса, и слышал это только маг, шедший рядом.
   - Кто вам это сказал? - хрипловато спросил тот.
   - Двое магов-недоучек.
   Маг помолчал, лицо его было хмурым и сосредоточенным. Потом ответил:
   - Магия Анклава не такая, как наша, на островах. Они слишком полагаются на бумагу. У них нет сил сотворить простое заклинание огня.
   - А у вас есть? - с любопытством спросил Игорь. Он лично никаких магических потоков не чувствовал и если бы не наглядные примеры, не поверил бы в реальность всего этого колдовства. - Вы можете?
   - Ваши недоучки были правы в одном - сила истощает. Молитесь своему богу, чтобы у нас осталась хотя бы бумага, когда мы дойдём до цели.
   - Боюсь, мой бог здесь не поможет, - отозвался Игорь. Если маг имеет в виду магию смерти, то скорее всего, их не ждёт ничего хорошего. - Скажите, почему вы убиваете магов Анклава, как только увидите? Тогда, на корабле, тот, с отрубленными руками... Он был из Анклава?
   - Они убивают нас, мы убиваем их, - сухо ответил маг пиратов. - Это единственный выход.
   - Но те двое студентов тоже...
   - Они не прошли посвящения. Не стали полноценными магами. Если студент сбежит с начального, или даже последнего курса, он ещё может измениться. Но после посвящения всё кончено. Не знаю, как они это делают. Но маги Анклава... Они уже не люди. Они меняются. Для них больше ничего нет, кроме Анклава и их магии. Всё остальное - навоз.
   - Вы пробовали...
   - Да. Мы пытались. Их можно только убить. Иначе они убьют тебя. Конец.
   Маг прервал разговор. Впереди была очередная ловушка.
  
  

   Глава 28
  
   Вот ты и пробил головой стену. Что будешь делать в соседней камере?
   Станислав Ежи Лец
  
   Игорь с трудом поднялся на ноги. Потряс головой. Кажется, одно ухо перестало слышать. Под сводами тоннелей всё ещё перекатывался отзвук взрыва.
   С волос посыпалась каменная крошка, какая-то пыль. Брякнул о булыжник обломок светящегося кристалла.
   Очередная ловушка оказалась с подлянкой. На рисунке она была обозначена как простая решётка с хитрым замком. Который надо было открыть, применив отмычку и простенькое заклинание земли.
   Когда впереди в неживом свете кристаллов показалась решётка, маг поводил перед собой руками, ощупывая воздух, постоял в задумчивости. Лицо его блестело от пота. Потом кивнул и двинулся вперёд, вытащив из мешка у пояса очередную бумажку с простеньким заклинанием.
   Один из пиратов - ловкий взломщик - вставил в замочную скважину отмычку. Маг, стоя чуть поодаль, разорвал бумажку.
   Игорь успел увидеть яркую вспышку, озарившую склонённую фигуру взломщика. Потом решётка и каменный косяк вокруг неё разлетелись на куски.
   Он поморгал, глаза слезились от пыли. Их маг стоял на четвереньках и мотал головой. Из носа его капала кровь и разбрызгивалась красными звёздочками по булыжнику.
   Остальные лежали вповалку друг на друге. Лысый здоровяк, кряхтя, поднялся, лицо его было похоже на запорошенный мелом блин с оскаленными зубами.
   Он покачался, держась за саблю, утвердился на ногах, и севшим голосом загнул замысловатое коленце, где помянул создателей сокровищницы вместе со всей роднёй, дальней и ближней.
   Остальные с трудом поднялись, отряхиваясь и тараща глаза на пролом, где из обугленного камня торчали обрывки железных прутьев, свёрнутые спиралью, как тонкая проволока.
   - Щит... - прокаркал маг и закашлялся. Сплюнул кровью на булыжник и повторил: - Щит воздуха. Хорошо, поставил... сейчас бы на куски.
   - Ты, маг! Ты должен был знать! - крикнул один из пиратов, с ненавистью глядя на него. - Скорки помер из-за тебя!
   - Не должен, - прохрипел маг, поднявшись на ноги. - На карте нет ловушки. Я маг, а не ясновидец!
   - Хватит! - отрезал лысый предводитель. - Времени нет. Скорки помер, мы живы. Вперёд!
   Маг отёр лицо ладонью, поглядел на окровавленную ладонь, на дыру в решётке:
   - Можно идти. Она уже разрядилась.
   Пирату по имени Скорки, что возился с замком, не повезло. Щит, поставленный магом, оказался за его спиной, и беднягу разорвало на куски. Окровавленные клочки налипли повсюду: на сводах тоннеля, на стенах, валялись под ногами. С закрученных спиралью прутьев свисали мотки кишок.
   Нельзя было терять времени. Оставшиеся в живых пробрались в дыру, стараясь не глядеть на прилипшие к каменным косякам кровавые ошмётки.
   - Это была ловушка для мага? - тихо спросил Игорь. - Сработала на заклинание?
   Пиратский маг косо посмотрел на него:
   - Откуда вы знаете?
   - Догадался.
   Не говорить же этому магу о долгих часах, проведённых за эрпегешками, где таких ловушек было сколько угодно. Только там можно было спокойно умереть, и так же спокойно выпить кофе с бутербродом, пока твой герой валяется разрубленный на куски или отравленный смертельным ядом... Здесь такой возможности не будет, и если тебя разрубят на кусочки, ни один маг снова не склеит. Что наглядно доказал бедняга Скорки.
   - Для итиола вы слишком догадливы, капитан Роберт.
   Маг пошёл впереди, остальные опасливо зашагали следом, пугливо озираясь. Тоннель стал шире, своды поднялись, кристаллы здесь торчали из стен крупными редкими гроздьями, как светильники креативного дизайнера.
   В тишине тоннеля, который нарушало только стук башмаков и дыхание грабителей, возник и стал нарастать странный звук. Тихий шелест и тонкий, тоскливый вой, будто посвистывал ветер в камышах.
   Звук становился всё громче, тоскливое завывание усиливалось, наводя ужас. Наконец оно стало невыносимым. Пираты остановились, озираясь по сторонам.
   - Смотрите! - крикнул кто-то.
   Впереди коридор расширялся. Квадратная площадка, выложенная гладкими каменными плитами, освещалась гроздьями лиловых кристаллов высоко под потолком. Углы тонули в бархатной темноте. Вдоль стен стояли массивные постаменты с погребальными урнами. Между урнами возвышались мраморные статуи со скорбными лицами. Головы склонены, невидящие глаза уставились в пол, руки сложены в молитвенном жесте.
   На площадке звук слышался особенно громко, но откуда он исходил, было непонятно.
   - Смотри! - один из пиратов указал на погребальную урну. Крышка у неё была сдвинута, и внутри под светом кристаллов что-то маслянисто блестело. - Там золото!
   - Стой! - гаркнул лысый здоровяк. - Никому не двигаться! Что скажешь, маг?
   - Здесь нет ловушки... - пробормотал маг, обильно потея. После предыдущего провала он сомневался во всём - На карте нет, и я ничего не...
   - Там золото, - сказал один пират, не отрывая глаз от урны.
   - Где золото, там ловушка, - авторитетно заявил другой.
   Игорь присмотрелся к статуям. Они ему не нравились, он не мог сказать чем, но от каменных тел веяло опасностью. Эти неподвижные фигуры, тяжёлые складки одежд, бесстрастные лица с округлёнными в горестном вопле губами...
   Чёрт. Как жаль, что здесь никто не курит!
   - Огоньку не найдётся?
   Маг изумлённо посмотрел на него. Видно, решил, что капитан-итиол окончательно рехнулся.
   Игорь вытянул из-за пояса ненужный до сих пор факел. Маг, недоумённо хмурясь, вынул из мешка маленькую бумажку, разорвал. Факел загорелся быстро, дымя и брызгая искрами.
   - Смотрите, - Игорь осторожно вытянул руку с факелом.
   Дымное облако заклубилось и потянулось наверх, к сводам тоннеля. Переплыв невидимую границу над плитками площадки, оно заколыхалось, вытянулось полосой.
   Вдруг дымную пелену прорезали струны пустоты. Раз, два, три - быстрые прямые росчерки, как следы реактивного самолёта в высоком небе.
   Раздался звук удара, хруст. Полетели обломки дерева, взвился вихрь огненных искр. Факел, попав за границу площадки, будто срезало невидимым ножом.
   Все отшатнулись. Лысый здоровяк вытянул саблю из ножен и осторожно протянул вперёд. Звяк! Зазвенел металл, саблю отбросило вбок.
   Лысый с удивлением поднёс оружие к глазам, рассматривая изогнутое лезвие.
   - Что это?
   - Воздух, - сказал Игорь, глядя на приоткрытые рты статуй. - Они его выдувают. Высвистывают. Сильный ветер режет не хуже ножа. Здесь он как струна. Много струн.
   Лысый кивнул. О сильном ветре он знал не понаслышке.
   - Маг! - бросил он. - Щиты?
   - Щитов мало, может не хватить, - проворчал маг.
   В конце концов они поставили несколько зажжённых факелов в сомкнутые руки крайних статуй (как будто ожидавших этого), и проползли по полу, как червяки. Извиваясь и боясь поднять голову хоть немного, чтобы не срезало воздушным ножом. Густой дым обозначил множество режущих полос, они пересекали площадку на уровне головы, груди, коленей, но проползти на животе смогли все. Только у одного, самого крупного пирата, срезало прядь волос с макушки и кусок штанин с задницы.
   Теперь они знали, что план лабиринта не совершенен. В нём есть пропуски, а может, ошибки, и каждая может стоить жизни.
   Поэтому, когда впереди опять засветилась лиловым светом очередная площадка, снова зажгли факелы. Но ничего не свистело и не выло на этот раз.
   Как и в прошлый раз, у стен стояли на своих постаментах погребальные урны. Но рты у статуй были плотно закрыты, а руки заняты музыкальными инструментами. Мраморные лица лукаво усмехались сомкнутыми губами, будто статуи знали какой-то забавный секрет.
   Зато дальше, метрах в пяти по коридору, виднелась дверь. Эта была не такая, как все предыдущие. Каменная плита перегораживала проход. Белая, вся в тонкой изящной резьбе, она, казалось, просвечивала насквозь.
   - Последняя дверь, - прошептал лысый здоровяк. - Последняя перед сокровищницей.
   - Чтобы до неё добраться, надо перейти площадку, - пробормотал маг. Он сморщился, разглядывая статуи с лютнями, виолончелями, скрипками и бубнами в руках. - Я не вижу здесь магии... не вижу.
   - Скажите, для заклинания важно, кто его произносит... кто рвёт бумажку? - внезапно спросил Игорь, тоже разглядывая мраморный бубен.
   - Не совсем, - ответил маг. - Даже последний сапожник может это сделать. Применить простое заклинание. Разжечь очаг, облегчить головную боль, опреснить воду в котле. На этом Анклав и построил своё господство. На продаже заклинаний. Поэтому они так сильны. Никто не может разжечь огонь без их ведома, никто не может получить пресную воду... Они берут деньги за всё.
   - Даже за воду и за огонь? - изумлённо пробормотал Игорь. Всё это время он не имел проблем с водой и огнём. На корабле мёртвых воды было достаточно. А разжигать огонь они не собирались. Разве что для фонаря, но и тот...
   Игорь вспомнил, что на фонаре, да и на кресале стояло клеймо магии огня. Знак Анклава. Может быть, весь корабль, весь, с потрохами, принадлежал Анклаву? Всё включено? А тут все остальные платят за каждый чих...
   В поселении, где жили контрабандисты, он не обращал на это внимания. Но теперь многое стало ясно. Мелочи, которые не замечаешь, пока тебе не скажут... Вот это номер. Да этих магов душить надо в колыбели. Как они душат тут всех вокруг.
   - И что, никто не пробовал разжигать огонь просто так, без бумажки?
   Маг смотрел на него уже с нескрываемым интересом.
   - Без бумажки, капитан Роберт? За розжиг огня без бумажки вам отрубят голову. И все те люди, которые платят Анклаву за бумажки, будут аплодировать палачу на площади.
   - Аплодировать? Даже так?
   - Да, аплодировать. Потому что наш мир опасен, он похож на связку сухого хвороста рядом с огнём. Одна искра - и миру конец. Поэтому никто не пробует найти способ обойти закон. Все, кто это делал, плохо кончили.
   - В руках палача? Понятно...
   - Не знаю, с какой горы вы свалились, капитан Роберт. Это все знают. Магия рассеяна в воздухе, она клубится в нём, как грозовая туча. Если корабль мёртвых каждый год не будет совершать свой рейс, не будет собирать груз грехов и не принесёт искупительную жертву в очистительном огне финального урагана, эта магия не найдёт выхода. Даже мы, на островах, куда не дотягиваются руки Анклава, даже мы боимся лишний раз что-то сделать.
   - Вот это номер, - пробормотал Игорь. Слова о неизбежности проклятия резанули его без ножа. - И что будет, если лишний раз разжечь костёр?
   - Может быть, ничего, - сухо ответил маг, пристально глядя на "капитана Роберта". - А может случится, что в ясном небе соберутся тучи, и в один миг этого человека не станет. Его убьёт небесный огонь. Молния разрушит его очаг и оставит вместо человека горстку пепла. И знаете что, капитан? Если бы не Струй, я бы не стал помогать вам. Ведь вы хотите снять заклятие. Поможет вам жезл императора, или нет, но лучше бы вам быть мёртвым. Лучше вам, чем всем остальным.
  
  

   Глава 29
  
   Боюсь незаряженных ружей. Ими разбивают головы.
   Станислав Ежи Лец
  
   Мраморные статуи улыбались мраморными губами. Маг потел, его руки ощупывали воздух в нескольких метрах от погребальных урн. В крайней заманчиво поблескивало золото. Пираты нетерпеливо переминались, не решаясь подойти ближе.
   - Ладно, понял, - сказал Игорь, стоя рядом с магом. - Всем лучше когда я мёртвый. А пока скажите: там, впереди, ловушка?
   - Я же сказал, что не знаю, - раздражённо ответил маг. - На карте значок магии воздуха. И всё!
   - Слушай, работник магической сферы, - сквозь зубы сказал Игорь. Ему хотелось взять мага за шкирку и хорошенько потрясти. Время уходило, а это урод жевал сопли. - Ты сказал, что заклинание может использовать любой. А если это сделает итиол? Ловушка сработает?
   - Никто никогда не пробовал... - начал тот и вдруг замолчал, выпучив глаза.
   - Я могу подойти к этим чёртовым статуям, применить заклинание. Итиол - он как булыжник под ногами, верно? Это как если бумажку разорвёт манекен... та же статуя.
   - Да, это возможно... ловушка поставлена на мага, но вы не маг. Даже не обычный человек, вы ничто, для ловушки вас не существует, - потрясённо сказал маг. - Но я не смогу никого защитить на таком расстоянии. Вас может разорвать в клочки.
   - Значит, нет проблем. Давайте свою писульку, - Игорь протянул руку, глядя магу в глаза. - Я разряжу ловушку, если она есть, и мы пройдём.
   В мёртвой тишине - пираты молча ждали - маг вытащил из мешка заклинание.
   - Вас разорвёт.
   - Я всё равно покойник, - Игорь взял бумажку.
   Пираты расступились. Он кожей почувствовал, что его авторитет пополз вверх, как кривая отчёта по продажам хита сезона. Капитан Роберт делает глупость, но он крут, как яйца динозавра. Он сломает ловушку и откроет дверь в сокровищницу.
   Он взял заклинание, сжал во вспотевших пальцах и подошёл к краю площадки. Здесь, вблизи, свет кристаллов был ярче, он мерцал на мраморных лицах, которые, казалось, лукаво подмигивали. Лиловый свет скользил по бубну в руках крайней статуи, то освещая, то погружая в полумрак закорючку на каменном кругляше. Такая же была вырезана на урне возле мраморных ног музыканта. На виолончели закорючка, похожая на раздавленного паука, была вырезана возле грифеля. И ещё на второй урне.
   Игорь взялся за бумажку двумя руками. Он ещё ни разу не применял эти штуки. Ощущение было дурацкое. Стоит взрослый мужик с бумажкой, на которой намалёваны какие-то каракули, и ждёт чуда... Ну давай, приятель, не трусь.
   - Когда воротимся мы в Портленд, клянусь, я сам взойду на плаху... - отчаянно сказал Игорь, крепко сжав заклинание за края. И замер, глядя на мраморную улыбку.
   Закорючки, музыкальные инструменты, лукавые улыбки, глаза, смотрящие вверх и вбок. Куда?
   Он поднял глаза к потолку. Здесь он был выше обычного, и возвышался на добрых три метра.
   - Эй, маг, - позвал он, не отрывая глаз от накарябанной под сводом строчки из уродливых букв. - Что там написано?
   Все дружно посмотрели наверх.
   - Это песенка, - нарушил молчание лысый здоровяк. - Её все поют.
   - Ага, - подхватил другой пират. - Трам - пам- пампам, мою милку не обхватишь, весит ровно семь пудов...
   - Это нотная загадка! - выговорил маг, уставившись на закорючки. - Загадка!
   - Эти знаки на всех статуях, - медленно выговорил Игорь. Мозг его, подхлёстнутый слоновьей дозой адреналина вблизи верной гибели, бешено работал. - Кроме одной.
   Он посмотрел на статую, что стояла ближе всех слева. Это явно был руководитель маленького оркестра. Строгий взгляд, мантия учителя и в руке камертон.
   Игорь сжал в руке размокшую бумажку с заклинанием. Заклинание ветра. Что будет, если он применит его? Он представил, как срабатывает заклинание, как ветерок начинает гудеть между каменных тел, как завибрируют, набирая мощь, мраморные инструменты...
   Он протянул руку и взял камертон из руки дирижёра. Позади ахнул маг. Пираты отшатнулись.
   Ничего не случилось. Камертон легко вышел из каменной руки. Игорь повертел его в пальцах.
   - Что там с песенкой? Какая нота первая?
   - Вон та? - дрогнувшим голосом ответил лысый здоровяк. Он показал на статую с виолончелью.
   - Моя милка семь пудов, не боится верблюдов... - фальцетом пропел Игорь и слегка ударил по струнам виолончели камертоном. - Как увидит верблюда, так бежит не знай куда...
   Загудела виолончель, а он уже перешёл к следующей ноте. Зарокотал барабан, запела лютня, заныла скрипка. И завершающий аккорд в бубен, отозвавшийся звонким эхом под потолком.
   Мелодия простенькой песенки повисла под сводами, разнеслась эхом по коридору.
   Погребальные урны повернулись с душераздирающим скрежетом. Бесшумно упала вниз резная, полупрозрачная плита двери в сокровищницу.
   ***
   Они прошли по площадке, мимо ухмыляющихся статуй. В воздухе затихала, тихо вибрируя, песня мраморного оркестра.
   Прямоугольный проход в стене зиял вырванным зубом. Золотым зубом. В глубине открывшегося зала засияли отражённым светом факелов золотые огни.
   Сокровищница оказалась чередой комнат, забитых ящиками с монетами. Комнаты были разрисованы, как шкатулки: стены, от пола до потолка, украшали мозаичные картины. На одних ряды конных, вернее, ящерных рыцарей тыкали копьями в зады коленопреклонённых врагов. У всех врагов были искажённые ужасом лица. У тех, кто лишился головы, лица продолжали сохранять выражение ужаса.
   На других картинах те же рыцари, в рогатых шлемах и с внушительными мечами, штурмовали стены вражеских замков. Вопреки законам перспективы, рыцари шагали по зубчатым башням, как по игрушечным домикам, рубя в капусту вражеские толпы из трёх рыцарей. Отрубленные головы лежали здесь же аккуратной кучкой, нарушая законы математики.
   На третьих победители грузили добытые честным трудом богатства в сундуки. Груды золота лежали под ногами ящеров, ожидая своей очереди. Отрубленные головы также присутствовали.
   Видимо, те самые сундуки и стояли сейчас посреди сокровищницы. Они громоздились повсюду, образуя ровные ряды, помеченные цифрами. В углах и вдоль стен стояли доспехи, узорчатые, в блеске полировки и сиянии украшений. На стенах висели, закреплённые на штырях, драгоценные мечи, щиты и кинжалы, все в россыпи цветных камней. Просто мечта джентльмена удачи.
   Оставив пиратов нырять в золотую мечту, Игорь пошёл по сокровищнице, внимательно оглядывая каждый метр стен и пола. Где можно спрятать самое драгоценное, что здесь есть? Только среди груды золота и камней. Птицу среди птиц, дерево посреди леса. Нет, так можно искать до конца времён... как иголку в стоге сена.
   Он вспомнил рисунок, который врезался ему в память - план лабиринта. Сокровищница была обозначена несколькими квадратиками, без всякого намёка на расположение того, что внутри.
   Что же делать? Время идёт, защитное заклинание того гляди испустит дух, а он никак не найдёт то, что искал.
   В отчаянии Игорь пнул ящик и уселся на него, мрачно оглядываясь вокруг. Пираты, позабыв обо всём, в упоении звенели монетами. Они достали мешки - небольшие, прочные кожаные мешки - и теперь торопливо набивали их под завязку.
   Звенел драгоценный металл, бренчали драгоценные камни. Игорь закрыл глаза. План, как живой, нарисовался перед ним. Вот три комнаты - одна большая, квадратная, другая поменьше, третья, за ней, того же размера. Цепочка комнат, соединённых перемычками переходов. В конце третьей, на месте перемычки, толстая чёрточка - не то случайный штрих, не то замурованная дверь. Замурованная дверь...
   Он открыл глаза и обернулся. За его спиной, где должна была по плану находится глухая стена, громоздились ящики с монетами. На месте, где надо бы быть двери, стояли, гордо выпрямившись, два комплекта доспехов.
   Игорь поднялся с ящика. Приблизился к доспехам. Перед ним стояли два бравых железных молодца. Только лиц у них не было, вместо них на него смотрели закрытые забрала шлемов: один решётчатый, с острой стрелкой наносника, украшенной синим камнем, а другой дырчатый, вытянутый наподобие собачьей морды, с золотыми звёздочками гравировки на изогнутых рогах. Рога изгибались, выходя с боков шлема и соединялись наверху драгоценным камнем алого цвета.
   - Сим-сим, откройся, - пробормотал Игорь, разглядывая промежуток между доспешными молодцами. Как раз между ними оказалось расстояние, достаточное для дверного проёма. Поверх несуществующего косяка виднелась надпись из нескольких закорючек, похожих на иероглифы. Некоторые Игорь узнал - это были знаки стихий, или как их здесь называют: огня, воздуха, молнии - небесного электричества.
   На стене вместо двери раскинулась цветастая мозаика. Выложенный мелкими кусочками цветного камня рыцарь стоял, держа в одной руке щит, в другой молнию. Короткий меч висел у пояса. Кроме щита, на рыцаре был только рогатый шлем, перчатки и сапоги. Остальное - мускулистое загорелое тело мужика, который сутками не вылезает из спортзала - прикрывала только набедренная повязка.
   Игорь отвернулся от мозаики и ещё раз внимательнее рассмотрел доспехи. И нашёл, что искал. На рогатом шлеме красовался знак молнии, выполненный росчерком золотой гравировки. На поясе был выложен мелкими алмазами знак воздуха. На перчатках, на сапогах и мече нашлись другие знаки.
   Игорь вытянул из ножен свой кинжал и осторожно дотронулся остриём до рогатого шлема. Ничего не произошло. Никто не бросился на него из доспехов, ни сам доспех. Даже крохотной искры не проскочило.
   - Что вы делаете, капитан Роберт? - опасливо спросил маг.
   - Здесь должна быть дверь, - Игорь осторожно снял шлем с крепления. Конечно, доспехи были пустые внутри. Никого там не было, ни иссохших тел древних воинов, ни страшных мумий. - Что там говорит ваша магия?
   - Это может быть ловушка, - ответил маг, напряжённо разглядывая стену и знаки на ней. - Видите, знак молнии сверху, как бы венчает строку? Если это дверь, вас может убить молнией. Или нет, и дверь откроется для вас.
   Маг потёр ладони, не отводя взгляда от шлема у Игоря в руках.
   - Я могу разрядить заклинание рядом с вами, но оно будет слабым. Здесь нужен уровень не ниже великого магистра, чтобы запустить его. Вот этот знак - цифра над молнией. А у меня бумага только на простого магистра, и та нам может пригодиться для возвращения...
   - Ладно. Отойдите, - буркнул Игорь и решительно нахлобучил шлем на голову.
   Опять же ничего не произошло. Тогда он, плюнув на все предосторожности, натянул сапоги - они оказались маловаты, но влезли; опоясался мечом, натянул на руки перчатки и взял щит. Щит был небольшой, круглый, его можно было укрепить на руке, что он и сделал.
   - Теперь молния, - деловито сказал Игорь, облачившись и критически оглядев стену перед собой.
   - Говорю же, моего заклинания не хватит... - начал маг.
   - Отойдите, - скомандовал Игорь. У него было кое-что в запасе, о чём он не хотел говорить. Козырная карта в рукаве. Или пустой номер - как фишка ляжет. Но выхода не было. Кто не рискует, тот не пьёт шампанского.
   Маг поспешно отступил. На лице его явственно читалась борьба страха и любопытства.
   Игорь снял с ремня фляжку. Это была его запасная батарея. Сделанная после остальных, из материала, добытого в посёлке контрабандистов. Хорошее сукно, оловянные кубки, пластинки цветного металла. Электролит, зачёрпнутый из местной бухточки и немного выпаренный над костром. Он взял её с собой на всякий случай, тащил от посёлка до города Мар'йотти и дальше, по всему лабиринту.
   - Ну, родимая, не подведи, - тихо сказал он и замкнул контакты.
  
  

   Глава 30
  
   Когда падают головы, не опускай своей.
   Станислав Ежи Лец
  
   - Дверь! Капитан, она открылась!
   Игорь помотал головой. Резко пахло озоном. Кажется, он забыл закрыть глаза, и теперь перед ними плавали лиловые круги. Веки жгло, по щекам текли слёзы. Он откашлялся.
   - Что?
   Голос мага повторил:
   - Вы сделали это, капитан! Открыли дверь в сокровищницу!
   Лиловые круги побледнели, расплылись, но светлее не стало. Игорь потёр глаза и отдёрнул руку: узорчатый металл перчатки брякнул о шлем. Потное лицо мага маячило перед ним в прорезях забрала, губы шевелились, тот что-то кричал. Что-то про дверь.
   Прямо перед ним, на месте мозаичной картины, зиял изрядный проём. Часть стены вместе с мозаикой куда-то провалилась.
   Под звон в ушах Игорь шагнул к проёму. Под сапогом брякнула обугленная фляжка. Из горлышка торчали пеньки сгоревших контактов и тянулся едкий дымок.
   Игорь машинально подобрал фляжку и сунул в мешок. Маг, бледный до синевы, проводил загадочный предмет безумным взглядом. Руки его тряслись, пальцы мяли неиспользованную бумажку с заклинанием.
   "Ничего себе бумкнуло" - подумал Игорь, оглядывая получившийся проход. За прямоугольником открывшейся двери тихо переливался золотистый свет.
   - Подождите, капитан Роберт, - деловито сказал лысый здоровяк. Он уже стоял возле двери, держа обнажённую саблю в руке. - Мало ли что.
   Он кивнул, и двое пиратов первыми скользнули внутрь. Вскоре изнутри раздался короткий свист, и внутрь проскользнули ещё двое. Изнутри снова посвистели.
   - Заходим, - кивнул лысый.
   Тайная комната сокровищницы была не так уж велика. Квадратный зал с высокими стенами, на которых тускло переливались янтарного цвета кристаллы. Он был почти пуст, этот зал.
   Противоположная от входа стена тонула в полумраке. На его фоне ярко выделялась центральная тумба с единственным предметом на ней. Жезл императора.
   Игорь уставился на вещь, за которой столько бегал. Которая была ему так нужна. Ведь без неё не снять проклятие, которое висит над его командой, как дамоклов меч. Так говорил этот чудо-лекарь, а не верить ему трудно... хочется верить, иначе никак.
   На круглом мраморном возвышении, покрытом бархатной тканью, лежало нечто вроде скипетра. Золотая палка в локоть длиной, гранёная, вся в сверкании драгоценных камней и прочих ювелирных изысков. С одного конца она была увенчана чем-то вроде маленькой короны с венчиком мелких зубцов. Другой заканчивался ромбовидным утолщением с гранёной металлической бусиной на самом кончике.
   Игорь шагнул к возвышению и остановился. Из фильмов и книжек всем известно, что как раз в этот момент героя, который с радостным воплем хватает желанную добычу, подстерегает засада. Финальный аккорд в виде падающей на голову плиты или чего другого похуже.
   Заветный жезл лежал на бархате и заманчиво подмигивал золотыми гранями.
   - Ты будешь его брать или нет? - нетерпеливо спросил лысый здоровяк. Он настороженно озирался, лысина его потно блестела, обнажённая сабля бросала зайчики янтарного света на стены.
   Игорь вытянул меч, одолженный у рыцаря, и потыкал в жезл. Ничего не случилось. Какие глупости, приятель, давай, бери его. Нет здесь датчиков веса, движения и тепла. Ты сделал что мог, забирай добычу, капитан.
   Ничего не случилось и на этот раз. Игорь сомкнул пальцы латной перчатки на жезле и поднял его с тумбы. Золотая палка сверкнула в лучах кристаллов варварской роскошью.
   - Уходим, - сказал он, и повернулся к выходу.
   Свет погас. Погас сразу, будто на голову упало чёрное одеяло. Кристаллы потухли, исчез золотой блеск, словно его и не было.
   В полной темноте раздался тихий скрежет и посвистывание, похожее на свист закипающего чайника. Что-то брякнуло, застучали торопливые шаги, загремел металл о камень - видно, кто-то из пиратов попытался убежать. Судя по звуку, убежал он недалеко.
   Загорелся свет. После полной темноты он показался ослепительным.
   Игорь поморгал. Шлем, который он так и не удосужился снять, немного смягчил световой удар.
   Потайная комната изменилась. Вдоль стен, до этого пустых, шероховатых мраморных стен, служащих фоном для главного сокровища, теперь стояли лучники. Короткие луки были натянуты, и мишенью очевидно служила кучка грабителей.
   А возле покрытой бархатом опустевшей тумбы стоял седой майити, и укоризненно смотрел на Игоря чёрными раскосыми глазами.
   Какое-то, мучительное мгновение, они разглядывали друг друга в упор. Потом майити повёл руками в приглашающем жесте и сказал приятным низким голосом:
   - Поздравляю, господа. Вы первые, кто сумел зайти так далеко.
   Игорь обречённо огляделся. Лучники вдоль стен, их хватит, чтобы превратить их маленькую компанию в утыканных стрелами дикобразов. А вон ещё один хмырь, немного поодаль, позади этого седого ушастого, очень похож на мага. И не простого, а как минимум со степенью магистра, или даже покруче. Судя по спокойному, снисходительному взгляду, этот типчик был набит заклинаниями под завязку.
   Товарищи по грабежу поняли это не хуже Игоря. Пираты застыли в оборонительных позах, но по лицам было видно, что дело пропащее. Дверь позади них, в которую они вошли, намертво захлопнулась, слилась со стеной, будто её не было.
   Лысый предводитель, с саблей наголо, стоял рядом с Игорем, и единственный не выказывал страха. Зубы его были оскалены в ухмылке, прищуренные глаза зло и весело блестели.
   Зато пиратский маг совсем упал духом. Лицо его осунулось и в свете кристаллов казалось мертвенно-бледным, руки мелко дрожали. Запавшие глаза не отрывались от важного мага за спиной майити, и в них стояло отчаяние.
   - Могу я узнать, кто вы, раз уж взяли мой жезл? - добродушно спросил пожилой майити, указав взглядом на драгоценный предмет в руке Игоря. - Мы занесём ваше имя в летопись.
   Игорь посмотрел на говорившего. Его жезл? Этот майити был не очень высок, строен и скромно одет. Тёмного бархата кафтан с полоской ослепительно белых кружев, редкие искорки бриллиантов на манжетах. Седые волосы гривой стоят между острыми ушами, покрытыми бархатистой коричневой шёрсткой, тоже седеющей. Чёрные раскосые глаза, совсем такие, как у Май, смотрят по-молодому остро и внимательно. Как у хищного зверя.
   - Вы - верховный граф Мар'йотти? - спросил Игорь, не выпуская жезл.
   - Да, - просто ответил майити. - А кто вы?
   - Меня зовут Роберт. Роберт Льюис Стивенсон.
   - Так вы человек, - сказал верховный граф. Он наклонил голову, став удивительно похожим на любопытного пса. - И вы надели церемониальный шлем народа майити. Любой человек выбрал бы другой доспех. Люди брезгуют нами. Всегда.
   - А вы отдаёте свою дочь за человека... - медленно произнёс Игорь. Он не мог понять, почему они ещё живы. Почему лучники до сих пор не нашпиговали их стрелами. Или этот граф из тех, кто любит поговорить перед казнью? - Ведь князь Нижних земель - человек?
   - Да, - майити оскалил зубы в улыбке. Зубы у него были острые и желтоватые. - Это политика, человек по имени Роберт. Пусть у них никогда не будет детей, но зато у нас будет безопасно на границах.
   Верховный граф спрятал улыбку. Спросил буднично:
   - Вы гадаете, почему до сих пор живы? Я хочу заключить с вами сделку. Люди, которые смогли пройти лабиринт и добраться до святая святых нашей сокровищницы, заслуживают большего, чем глупая смерть в подвале или на эшафоте. Кстати, ваша ний'зи очень хороша. Я впечатлён.
   Игорь вздрогнул. Проклятье! Он ведь обещал Най безопасность... Откуда этот чёртов граф узнал?
   - Моя разведка лучше вашей, - сообщил граф, внимательно глядя на вздрогнувшего Игоря. - И теперь я знаю, с кем надо заключать договор. Остальные мне не нужны.
   Он кивнул.
   - Нет! - крикнул Игорь, но было поздно.
   Свистнули стрелы. Четверо пиратов были убиты на месте. Остальные попытались сражаться, но смогли сделать только несколько шагов, и повалились на пол, утыканные стрелами.
   Лысый здоровяк, с двумя стрелами в груди, рыча, бросился с саблей на графа. Он сумел подскочить на расстояние удара, когда последний выстрел в глаз свалил его. Звякнула о каменные плиты кривая сабля, пират дёрнулся и затих.
   Единственный, кто не пострадал, был маг. Он стоял рядом с Игорем, и только тот слышал его шёпот:
   - Я знал, знал, вещие знаки, всем смерть, смерть... смерть!
   Так вот почему он так откровенничал, внезапно понял Игорь. Чувствовал, что дороги назад не будет.
   - Этого я отдаю вам, - майити обернулся к стоящему поодаль магистру. - Отщепенцы - ваша епархия.
   Магистр плотоядно улыбнулся, и улыбка эта не предвещала ничего хорошего магу-отщепенцу.
   Он поманил пиратского мага одним пальцем, и тот против воли сделал шаг вперёд. Руки его вытянулись по швам, будто прилипли, лицо, мертвенно бледное, блестело от пота. Ещё шаг, деревянный, негнущимися ногами. Магистр, стоя возле верховного графа, снова улыбнулся:
   - Ты бессилен против меня, жалкое подобие мага. Чувствуешь, как страх выедает твои кишки? Скоро это будет на самом деле. Мы поджарим твоё жалкое тело на медленном огне!
   - Не дождётесь, - прохрипел пиратский маг. Он шагнул ещё ближе, совсем близко к торжествующему врагу, и вдруг плюнул. Вместе со слюной вылетели обрывки бумаги с кляксами чернил. Магистр дёрнулся в защитном жесте, но опоздал. Раздался громовой удар, воздух будто взорвался.
   Игоря отбросило взрывной волной. Он свалился прямо на верховного графа. Тот хрипло каркнул от двойного удара - о каменный пол и обрушившегося на него тяжёлого тела в доспехах.
   Игорь подхватил обмякшее тело графа и заслонился им, как живым щитом. В глазах плавали круги, в ушах звенело от взрыва, но голова работала чётко. Най. Он обещал ей безопасность.
   - Всем стоять, никому не двигаться! - крикнул он, поворачивая напоказ своего пленника. - Не то ему конец!
  
  

   Глава 31
  
   Не теряйте голову! А вдруг жизнь захочет вас по ней погладить?
   Станислав Ежи Лец
  
   - Вам не уйти, - прохрипел граф. Он как кукла болтался в руках Игоря, горло его было придавлено латной перчаткой.
   - Ваша светлость, - тихо сказал Игорь в пушистое ухо графа, - вы отдаёте девушку, я отпускаю вас. Или мы умрём вместе.
   Они выбрались из сокровищницы неподалёку от беседки. Той самой беседки, где был изображён мозаичный дракон, охраняющий вход.
   Выход был построен практически рядом с входом в лабиринт, и оказывается, всё это время грабители ходили кругами. За это одно хотелось сдавить глотку благородного майити и не отпускать, пока тот не испустит дух.
   Они протащились по винтовой лестнице наверх, в гущу склонённых над люком кустов. Игорь без церемоний выволок графа наружу. Кусты, увешанные пышными лиловым цветами размером с тарелку, трещали и ломались.
   Конечно же, наверху их ждали. Не менее десятка лучников и стражей дворца стояли между беседкой и выходом из лабиринта.
   За спинами дворцовых стражников виднелась девичья фигурка, обёрнутая в покрывало цвета неба. Под ветерком трепетала лёгкая ткань. Это была ний'зи. Най.
   Край, который должен был ждать возле входа в беседку, куда-то испарился. Видно, сбежал, завидев толпу вооружённых людей. Жаль, что они не взяли майиту. От неё и то было бы больше толку...
   - Калитка! - рыкнул Игорь. - В дворцовой стене. Выйдем - поговорим!
   В любом замке, дворце или другом месте всегда есть чёрный ход. Для тех, кто не любит излишнего внимания, а любит ходить, куда ему нужно, без лишних проблем.
   Его пленник молча указал направление.
   - Отдайте мне ний'зи, и мы разойдёмся по-хорошему, - процедил Игорь сквозь зубы. Для убедительности он сжал горло графа, скорее ради лучников, чем для него самого. Он знал, знал по опыту общения с Май, что майити трудно испугать. Они не боятся боли, и от физического насилия только больше звереют. Но с ними можно договориться.
   - Человек Роберт, - прохрипел верховный граф Марйотти. - То, что вы взяли в сокровищнице - бесполезная вещь. Бесполезная.
   - Хватит врать! - рыкнул Игорь. - Я видел картинку - это жезл! Он настоящий.
   - Жезл настоящий, - проскрипел граф. Игорь с изумлением увидел, что майити усмехается. - Только вот без навершия он ничто. Он не полный!
   - Как это?.. - внезапно севшим голосом спросил Игорь. Нет, не может быть. Благородный убийца хитрит, выгадывает время.
   - А вот так. Надо быть внимательным, человек. Жезл императора наверху венчает золотой шар - символ солнца. Я давно отдал навершие в другие руки. Не спрашивайте, зачем. Но его здесь нет.
   - Где это чёртово навершие? - прошипел Игорь. Час от часу не легче. "Стулья расползаются как тараканы" - кто так сказал? - А как же князь?
   - Князь так хочет жезл... так хочет мою дочь, что ему всё равно, - граф уже откровенно смеялся. - Он возьмёт что угодно. Лишь бы власть была крепче.
   Пожилой майити с трудом вывернул шею, глянул на своего похитителя чёрным блестящим глазом. Он не делал никаких попыток высвободиться.
   - Предлагаю сделку, человек Роберт. Вы похищаете одну вещь у монарха Сухих земель, и а я отдаю вам вашу ний'зи. Это хорошая сделка. Вы смогли пройти мой лабиринт. Сможете и это.
   Игорь задумался. Одна вещь у монарха Сухих земель... В списке, что ему дал чудо-лекарь, значилась в числе прочих одна вещица, как раз оттуда. Может быть, это она?
   Если граф хочет эту вещь, он сможет им помочь... Снабдить группой поддержки, планом, да просто деньгами... Но для этого нужно оставить ему Най.
   Граф как будто услышал его сомнения:
   - Не беспокойтесь. Вашей девушке будет хорошо. Ей не причинят вреда.
   Стена уже поднималась над ними - высокая, прочная стена. Поверху блестела щётка игольчато-острых шипов из золочёного металла - зловещее украшение.
   - Открывайте! - скомандовал Игорь.
   "Калитка" оказалась размером с хорошие ворота. Возле неё стояла стража - несколько бравых вояк в ярких полосатых кафтанах. Но отступать в поисках лучшего выхода было смерти подобно - жизнь его и девушки и так висела на волоске.
   - Сперва дайте слово, - сказал верховный граф.
   Игорь огляделся. Вокруг них живой стеной стояли лучники и не меньше десятка стражников с мечами. Прорваться сквозь этот ощетинившийся оружием круг казалось невозможным. Стоит только немного подставиться, чуть ослабить хватку, и конец.
   - Я...
   Что-то прошелестело, будто стая ласточек рассекла воздух рядом с ними. Стражник покатился по траве, разбрызгивая кровь рассечённых артерий. Свистнули стрелы, бесцельно прошили цветущие кусты. Облаком перьев взлетели лиловые лепестки. Дико вскрикнул лучник, выронил оружие и повалился навзничь, хрипя и дёргаясь.
   Раздались крики. Охрана металась, сверкали клинки изогнутых мечей, вспыхивали и гасли среди цветущей зелени райского сада.
   Игорь попятился, закрываясь телом графа. Трое особо приближённых стражей кинулись за ним, очевидно, собираясь спасти своего господина любой ценой. Остальные кричали, кричали и гибли от рук неведомого врага. Среди ярких доспехов стражи мелькала размытая тень. Её никак нельзя было чётко увидеть, как будто на них напал призрак в серых лохмотьях.
   - Най! - крикнул Игорь, озираясь кругом. Не дай бог с девушкой что-то случилось, он себе это не простит. - Най!
   Лёгкая фигурка в синем порхнула к нему.
   - Здесь, - голосок ний'зи звучал надтреснутой флейтой. - Я здесь!
   - За мной! Беги!
   Он отскочил, мигом оторвался от оставшихся трёх телохранителей, и со всех ног бросился к выходу. Его сильное тело итиола с лёгкостью несло на себе тяжесть церемониального доспеха и верховного графа в придачу.
   Он обогнул дерущихся, оставив их между собой и преследователями, перепрыгнул через труп стражника, ломанулся напрямик через куст - последние лепестки осыпали его лиловым дождём - и оказался у самых ворот.
   Стража у выхода кинулась ему навстречу, и отшатнулась, увидев его знатного пленника.
   - Открывай!
   - Нет! - захрипел граф, - хватайте ний'зи!
   Игорь боднул его шлемом. Граф обмяк.
   Его попытались достать со спины, он заметил отблеск оружия в кирасе другого стражника. Крутанулся, чужой меч соскользнул с доспеха. Его попытались достать ещё, на этот раз с двух сторон, надеясь связать его боем, не дать время убить заложника.
   Он видел, как один из стражников схватил девичью фигурку в синем покрывале, и потащил в сторону. Кто знает, слышал ли тот приказ хозяина - не убивать? Или решил, что с графом покончено...
   Он с трудом отбил удар. Ещё один звякнул о шлем. Его теснили в сторону от ворот. Бесполезно. Это конец.
   Он пнул ближайшего стража, развернулся и оглушил другого. Противники на мгновение расступились и снова бросились в бой.
   - Беги, Най!
   Мелькнула размытая тень. Тощий силуэт в тряпье мусорщика вынырнул откуда-то сбоку. Один стражник согнулся, сложился пополам и упал под ноги другому. Третий перепрыгнул упавшего, налетел на Игоря и вдруг захрипел, выронив меч.
   - Я здесь, Роберт! - зазвенел голосок ний'зи. Девушка дёргала массивный засов, пытаясь открыть створку.
   Игорь отскочил к самой калитке, одной рукой попытался сдвинуть засов. Тот неожиданно легко поддался.
   Два последних стражника попытались сражаться. Их схватка с мусорщиком была недолгой. Тощая фигура, замотанная до самых глаз в невероятное тряпьё, с неожиданной грацией скользнула между ними, как живой смерч. Здоровенный охранник взмахнул руками, сделал несколько машинальных шажков и бревном повалился на траву. Второй, с вдруг застывшим лицом, покачнулся, упал на колени, выронил меч. Изо рта его показался и лопнул кровавый пузырь.
   - Капитан! - крикнула ний'зи. Она стояла в проёме ворот и отчаянно глядела на него, в нетерпении переступая босыми ножками.
   Игорь бросил Верховного графа поверх кучки мёртвых охранников. Заложник ему больше не нужен, а бегать с телом подмышкой чертовски неудобно.
   - Прощайте, ваше сиятельство! - он ухватил девушку за руку и они проскочили между приоткрытых створок ворот. Оставив позади окровавленные тела и молчаливую тень мусорщика.
  
  
  

   Глава 32
  
   На каждой горной вершине ты оказываешься над пропастью.
   Станислав Ежи Лец
  
   Игоря спас рогатый шлем и высокий рост.
   Они с Най выскочили из ворот, потеряв всякую осторожность.
   Внезапный удар, шлем загудел как колокол, когда гордые золотые рога брякнулись о поперечину размером со шлагбаум. Испуганно вскрикнула ний'зи. Только тогда Игорь опомнился и посмотрел по сторонам.
   Прямо в глаза сияло медное солнце, наполовину высунув из моря своё огромное тело. Под ногами не было ничего. Прямо у носков сапог земля обрывалась. Беглецы стояли на узкой полоске над скалистым обрывом. На высоте около двух метров над самым его краем висела балка, укреплённая меж двух небольших башенок, встроенных в камень. Нечто вроде шлагбаума над пропастью. Об этот "шлагбаум" и ударились так кстати гордые золотые рога церемониального шлема.
   Най повисла на руке Игоря - её босые ножки соскользнули с камня и девушка едва не улетела вниз.
   Он и забыл, что дворец построен на крутом берегу, и стена выходит к самым скалам... а выбор калитки, возможно, не так уж случаен. Что это - прощальный подарок от Верховного графа? Не договорились, так и концы в воду? "Я их отпустил... пускай полетают..."
   Игорь поскорей оттащил ний'зи от обрыва, назад к створкам ворот.
   Дворцовая стена, казалось, вырастала из скалы. Единственное место, где возле неё можно было хоть как-то стоять, оставалось перед небольшими воротами, откуда так опрометчиво выскочили беглецы. Налево и направо карниз существенно сужался, и там не нашлось бы места свободно поставить ногу. Они оказались в ловушке.
   - О, волосатая задница болотной матери! - голосок Най прозвучал неожиданно резко. - Всё ради этого! Я сделала всё, и вот я здесь!
   - Най, успокойся, - Игорь прижал девушку к себе. - Мы выберемся. Жезл у меня. Я что-нибудь придумаю.
   - Ты не понимаешь, - ний'зи вздрагивала от сухих рыданий. - Не знаешь, что мне пришлось сделать! Чтобы получить карту, чтобы выйти, чтобы... - Она судорожно всхлипнула.
   Игорь снова огляделся, в отчаянии ища путь к спасению. Ворота остались приоткрытыми, сейчас за ними никого не было, кроме мертвецов. Но скоро, очень скоро сюда сбегутся новые стражники, и тогда останется только сдаваться или прыгать со скалы.
   Он ухватился за "шлагбаум" и посмотрел вниз. Бесполезно. Отсюда только птица улетит. Ни спуститься, ни съехать на заду...
   - Капитан Роберт, - Край возник рядом, как всегда неожиданно. - Капитан, надо уходить отсюда.
   - Сам знаю, - буркнул Игорь, невольно оглядев мусорщика с головы до ног. На невнятного цвета лохмотьях пятна крови не видны. Но это не значит, что их нет.
   - Сюда, капитан, - Край уже стоял возле одной из башенок и открывал неприметную дверцу на её боку. Достал оттуда моток тонкой прочной верёвки с крюком на конце, деловито закрепил крюк на кольце, вделанном в башенку. Кольца, выкованные из толстого металлического прута, шли по периметру всей башенки на высоте человеческого роста, и были прочно вделаны в каменное тело сооружения.
   Игорь невольно представил, как стражники у ворот в свободное от службы время увлекаются лазаньем по скалам, а в караулке у них по стенам развешаны почётные грамоты за спортивные достижения. Вроде: "Капралу Гафсу за первое место на кубке Верховного графа Мар'йотти". И большая медаль с профилем благородного майити.
   - Мы спустимся по этой верёвке? - дрожащим голосом спросила Най. Она недоверчиво посмотрела вниз. - Здесь очень высоко!
   - Нет, - невозмутимо ответил Край. - Верёвка слишком короткая. В половину высоты.
   - Тогда для чего она? - нийзи обхватила себя пухлыми ручками. - Я не смогу так далеко спрыгнуть.
   - Для этого, - Край, с мотком верёвки в руке, ловко взобрался на верхушку башенки, приложил ладонь ко рту и закричал.
   Крик его, не громкий, но пронзительный, разнёсся над обрывом, и многократно отразился от скал. Было в нём что-то нечеловеческое, даже не совсем звериное, от чего у Игоря мороз пробежал по коже. Зов голодного монстра звучал в нём, монстра, которому не было места в теплокровном мире даже морских львов, не говоря уж про пушистых котиков.
   Какое-то время ничего не происходило. Потом быстрая тень мелькнула над головой, и, не успел Игорь испугаться, на второй башенке уже сидел филонумон. Большой чёрный крокодил балансировал кожистыми крыльями, сквозь которые просвечивало медное солнце. Изогнутые острые когти скребли по камню.
   Филонумон повернул уродливую голову, солнечный свет скользнул по чёрной чешуе, по белому шраму под глазом. Нет, это был не питомец Края, а совсем чужой, незнакомый зверь.
   Нийзи испуганно вскрикнула. Край продолжал смотреть в небо над скалами, словно не замечая огромную игуану на соседней башенке.
   Приоткрылась зубастая пасть, выпуклые янтарные глаза безразлично глянули на Игоря и Най, и уставились на мусорщика. Зверюга неторопливо сложила кожистые крылья, развернулась и устроилась поудобнее.
   Не прошло и десяти секунд, как в воздухе мелькнула ещё одна тень, и к ним спикировала вторая ящерица. Она покружила над занятой башенкой и уселась на шлагбаум. Заскрипели здоровенные серповидные когти, зверюга покачалась, балансируя крыльями, и устроилась на балке, как птица на насесте. Только длинный ящеричный хвост выбивался из привычной картины.
   Третий крокодил оказался ещё крупнее первых двух. Он появился откуда-то сбоку, молнией вынырнул из-за скалистого обрыва и обрушился на поперечину шлагбаума, как хозяин шлёпается на любимый стул.
   Игуана на башенке разинула пасть и зашипела. Та, что сидела на шлагбауме, повернулась к вновьприбывшему и раздражённо выгнула спину.
   Край издал гортанный возглас, очевидно привлекая внимание ящериц. Три разинутые пасти дружно повернулись к нему. Мусорщик ловко бросил каждой игуане невесть откуда появившиеся у него в руках куски мяса.
   Три пасти дружно схватили мясо и дружно захлопнулись. Три глотки проглотили подачку.
   - Это место, где принимают и выпускают почтовых ящеров, - пояснил Край. Он вдруг сделался необычно разговорчив.
   До Игоря наконец дошло. Так это вовсе не шлагбаум, построенный неведомо зачем перед пропастью. Это "насест" для почтовых птичек. Только вместо голубей здесь летучие ящеры - филонумоны. И калитка эта устроена для почтальонов, или как здесь называются укротители ящеров-письмоносцев.
   Тем временем Край размотал конец верёвки и сунул ближайшей игуане в пасть. Игуана мотнула головой, оттолкнулась от насеста и взмыла в воздух. Хлопнув, расправились кожистые крылья, огромная ящерица скользнула вдоль обрыва и исчезла из виду.
   Потом она появилась снова, уже в сотне метров отсюда, и понеслась, ловко скользя в потоках воздуха, вдоль отвесной скальной стены. Потом ящерица опять сменила направление, и принялась пикировать вдоль скал вниз, как заправский истребитель. Кувыркнулась в притирку с отвесной стеной и уцепилась за выступ. Там она покрутилась немного, оттолкнулась от камня и взмыла в воздух. В пасти её уже ничего не было.
   Теперь стало видно, что конец верёвки остался на скалистом выступе, закреплённый за что-то, невидное отсюда.
   Край подёргал за конец верёвки, прикреплённый за кольцо к башенке. Верёвка натянулась и задрожала.
   - Хватайтесь! Скорее!
   Игорь недоверчиво посмотрел на получившийся "мост". Тонкая верёвка круто уходила вниз. Если соскользнуть по ней, держась руками и ногами, в лучшем случае обдерёшь кожу до мяса. Или полетишь кувырком на скалы с разгона. Нет, это безумие.
   - Ничего не выйдет. Мы сорвёмся. Уклон слишком большой.
   Край тем временем прицепил к верёвке два дополнительных крюка.
   - Хватайтесь! Сейчас здесь будут все лучники дворца!
   И правда, за воротами уже слышались крики и топот. Совсем немного - и им в любом случае настанет конец.
   Игорь решился. Он подтолкнул испуганную ний'зи к башенке, и приподнял девушку, чтобы она смогла схватиться за крюк. Сам взялся за другой. Оглянулся на ворота - там уже мелькали яркие накидки стражников.
   - А ты?
   Край улыбнулся. Странная у него была улыбка. Игорь предпочёл бы таких не видеть.
   - Я догоню.
   Больше не раздумывая, Игорь покрепче сжал крюк. Нийзи уже висела на таком же впереди.
   - Край, спасибо тебе. Если бы ты не порубил охрану возле беседки...
   - Это не я. Прыгайте!
   Игорь оттолкнулся от края обрыва. Крюк заскользил по верёвке, и они с Най понеслись вниз, быстро набирая скорость, навстречу отвесной скале.
  
  
  

   Глава 33
  
   Не стоит бегать от снайпера - умрёшь уставшим.
   Станислав Ежи Лец
  
   Скалы стремительно приближались. Крюк легко скользил по верёвке, тяжесть тела Игоря увлекала его вперёд и вниз, всё быстрее и быстрее.
   Под ногами распахнулась величественная картина морского побережья с высоты птичьего полёта. Впереди поднимались суровые скалы прибрежного хребта, всех оттенков багрянца. С одной стороны переливалось бирюзовое море, с другой - блестели купола храмов и золотые шпили крепостных башен столицы Холодных земель. Воздух был так прозрачен, что можно было разглядеть барашки морских волн, набегающих на разноцветную гальку прибрежной полосы. Картина, полюбоваться которой Игорю мешала мысль, что при падении на эти красоты его мозги разлетятся мелкими брызгами.
   Най, которая скользила впереди, отчаянно пыталась удержаться. От быстрого движения её покрывало слетело и упорхнуло в потоках воздуха синей птицей. Игорь видел, как расправились и задрожали на ветру прозрачные радужные крылышки.
   Он никогда не замечал, чтобы девушка ими пользовалась для полёта. Разве что тогда, в полутьме трюма, они светились и трепетали, овевая его разгорячённую кожу...
   Фигурка ний'зи вдруг окуталась призрачным сиянием, радужные искры пробежали по прозрачным крылышкам, которые налились синевой, как будто стали длиннее и теперь упруго бились о воздух.
   Игорь с изумлением увидел, что Най теперь движется плавно, изящно балансируя в потоках встречного воздуха.
   Засмотревшись, он позабыл, что его скорость нисколько не уменьшилась. Он с размаху врезался в скользящую впереди ний'зи.
   На мгновение его окутало мерцающее облако, он почувствовал головокружение, кожу закололо, словно по ней пробежал миллион мелких мурашек, и волшебство исчезло.
   Девушка вскрикнула. Крылышки, снова став прозрачными, бессильно затрепыхались на ветру.
   - Нет, не могу, - задыхаясь, выговорила Най, - тяжело. Слишком быстро!
   Вдруг над головами промелькнула тень, и что-то обрушилось на них сверху. Острые когти филонумона скользнули по кирасе, ухватились за перевязь. Огромная ящерица, хлопая кожистыми крыльями, теперь летела над ними и вместе с ними, мощно загребая воздух. Игорь и Най уже не так головокружительно быстро неслись вперёд.
   Потом филонумон, утомившись, отпустил перевязь, и тут же, хлопая крыльями, подлетел другой. Так, сменяя друг друга, ящерицы неслись вместе с ними, время от времени перекрикиваясь странными квакающими звуками.
   Игорь попытался повернуться, чтобы посмотреть, где Край. Ветер выжимал слёзы из глаз, видно было препаршиво. Показалось ему, или правда позади и немного сбоку по воздуху скользит нечто странное?
   Ему вспомнилась картинка из детской книжки, где в горах путешественники попали в лавину, и огромный орёл утащил мальчишку. Но ведь филонумон, каким бы он ни был большим, не может тащить в когтях взрослого человека... или даже мусорщика. Это невозможно.
   Скала выросла перед ними, заслонила небо. Они с Най неслись прямо на неё. Заскрипели когти, захлопали с усилием кожистые крылья. Теперь уже два ящера изо всех сил тормозили, загребая воздух.
   Верёвка закончилась у такой же башенки, что наверху обрыва, у ворот. Для чего эту башенку здесь поставили - для тренировки почтовых филонумонов или почтальонов ящеричной почты - неизвестно. Игорь и ний'зи кувыркнулись на камни, крючья звякнули о кованое металлическое кольцо.
   Ящерицы покружились над скалистым уступом, крича квакающими голосами, потом разом развернулись и унеслись прочь.
   ***
   Вблизи скала оказалась не такой гладкой. Пятачок, на котором они очутились, был совсем небольшим, едва развернуться паре человек. Спуститься с него на первый взгляд казалось невозможным. Только хорошенько приглядевшись и полазав вокруг, Игорь увидел, что с площадки есть путь вниз. Крутой, опасный, почти убийственный, но он был.
   А главное, что он увидел, и что взбодрило его лучше, чем кружка крепкого кофе - силуэт корабля Смерти, стоящего на якоре. Он и не думал, что так обрадуется, увидев его снова.
   Нельзя было терять времени. Рано или поздно их временное убежище найдут. А расстрелять из луков на отвесной стене двух неловких скалолазов - раз плюнуть.
   Спуск с пятачка показался бесконечным. Игорь только позавидовал ний'зи - девушка, несмотря на пухленькую фигурку, ловко спускалась, цепляясь пальчиками за камни, а её тонкие крылышки дрожали в воздухе, видимо, помогая сохранять равновесие.
   Наконец, когда он встал на более-менее ровную поверхность (ноги дрожали, пот катился по спине, ел глаза и капал с подбородка), Игорь сумел сориентироваться.
   Корабль, к которому они привязаны невидимой нитью, стоял в укромном месте, под прикрытием причудливой формы скалы, торчащей из моря. Густая тень в этом месте не давала разглядеть его из дворцовых башен. Только если знать, что он там есть, можно было его заметить.
   В условном месте их ждала лодка. Лодка, о которой, кроме команды корабля Смерти, никто не знал. Контрабандисты приготовили им с пиратской группой свой путь отступления. Надёжный и вполне безопасный - как они обещали.
   Но приступы паранойи, основанной на, возможно, дурацких опасениях, мучили Игоря чем дальше, тем больше.
   И теперь он благословлял её, свою паранойю, когда они с Най бежали по хрустящей гальке, залитой багровым светом солнца, к маячившей в паре сотен метров впереди скале. Где среди прибрежных камней их ждала лодка.
   Последний рывок, сердце ухает в пятки от мысли, что лодки нет на месте; облегчение при виде низкого чёрного силуэта, почти невидимого в густой тени.
   Рыбачка, не говоря ни слова, взялась за вёсла. Игорь подсадил ний'зи, с силой оттолкнул лодку от берега, и перевалился через борт. Жезл у него, всё остальное неважно.
   Они отошли от берега, и он, отодвинув женщину, сам сел за вёсла. Ему показалось, что от высокой скалы, где высились стены дворца, донеслись еле слышные звуки гонга и медный зов трубы.
   Силуэт корабля смертников показался внезапно, как будто картинка из рисунка, где среди мешанины закорючек вдруг обнаруживаешь женское лицо или морду зверя.
   Через борт был переброшен верёвочный трап. Видимо, их ждали, ждали с нетерпением - едва Игорь схватился за верёвку, над фальшбортом появилось встревоженное личико майиты. Уши её стояли торчком, глаза блестели, как у кошки. Она молча помогла ний'зи перебраться на корабль. Най легко спрыгнула на палубу, стукнув босыми ножками о палубу.
   - Край не вернулся! - бросила майита. - Его нет!
   Игорь сбросил надоевший шлем - взмокшие волосы встали дыбом - и задрал голову. Да, ему не померещилось. Здоровенная почтовая ящерица уже кружила над ними. Вот от неё отделился тощий силуэт, и через мгновение Край легко перекатился по палубе. Ещё через пару секунд он стоял на ногах, как ни в чём не бывало.
   - Уходим! - бросил Игорь. - Поднять якорь!
   Развернуть парус было недолго - этот маневр они отработали как следует. Поднять якорь, наполнить паруса ветром, который в этих местах дул непрерывно, и уйти от берега.
   Майита молча бросилась выполнять приказ, ний'зи принялась помогать.
   Игорь метнулся к штурвалу. Даже псих у мачты проснулся, стал на карачки и любопытно уставился на происходящее.
   Привычное уже ощущение электрического удара, прошившее тело до пяток, успокаивающая тяжесть запасной батареи на шее. Контрольное касание ногой ещё одной батареи возле основания штурвала. Всё на месте, можно уходить.
   ***
   Игорь не сразу заметил чёрную тень под фальшбортом. Только когда она шевельнулась и поднялась.
   Фигура, тонкая, тёмная, шагнула от борта странным шагом, покачиваясь из стороны в сторону, будто теряя равновесие. Блеснули синие кружки на чёрном, там, где голова - глаза. Будто синие дырки в черепе.
   Вскрикнула майита возле гика, хрипло, испуганно. Игорь вздрогнул - его самого это появление напугало до чёртиков.
   - Ты кто? - спросил он, сжав мгновенно вспотевшими руками рукоятки штурвала.
   - Твоя смерть! - прошелестел голос. Как будто из ладони в ладонь пересыпали сухой песок.
   Ещё одна тёмная фигура проскользнула мимо Игоря и встала между ними.
   - Не вмешивайтесь, капитан Роберт, - голос Края звучал скрипуче, будто у парня першило в горле. - Это вам не по силам.
   Страшная фигура блеснула синими зрачками, шагнула ближе, покачиваясь и колеблясь на ходу, как трава под ветром. Прошипела:
   - Ты надеешься победить меня, мальчишка-недоросток?
   - Надежда - удел глупцов, - Край тоже шагнул, вперёд и вбок. Игорь увидел, что двигается тот почти так же, той же странной походкой. Только Край был пониже ростом. - Попробуй ты, отродье мусорной кучи.
   Фигура раздражённо зашипела, и тут же засмеялась.
   - Не пытайся разозлить меня, ублюдок. Я знаю, кто ты - мусорщик из карьера. Сын стражника и шлюхи.
   - Утешай себя этим, - Край нисколько не смутился, голос его звучал по-прежнему ровно и немного скрипуче.
   Всё это время они с чёрной фигурой перемещались кругами по палубе всё той же странной походкой, шатаясь и покачиваясь.
   Первого выпада Игорь не заметил. Чёрная высокая фигура будто размазалась в воздухе, прошелестел ветерок. Тощая тень Края расплылась, слилась на мгновение с другой тенью. Потом они вдруг разделились, и снова застыли друг против друга.
   - Ты хорош, отродье шлюхи, - прошелестел голос. - Но тебе всё равно не справиться со мной.
   - Надежда - всё, что есть у таких, как ты, - ответил Край. Он покачивался напротив чёрной фигуры, тело его казалось лишённым костей. - У вас, лишённых памяти.
   Фигура неуловимо вздрогнула. И тут же неуловимая карусель теней повторилась снова.
   Игорь сжал рукоятки штурвала. Бежать было некуда, а помочь Краю он сейчас никак не мог. Его глаза даже не могли уловить движений, с такой быстротой двигались эти двое.
   Он видел только тени, слышал и ощущал дуновение ветра, когда они проносились по палубе, и всё.
   Потом он услышал скрежет, громкое шипение, и сразу - короткий крик. Чёрная размазанная тень метнулась через борт, и сразу же - плеск воды. Кто-то упал в море.
   Тишина повисла над палубой. Игорь слышал только своё сердце, бухавшее в груди, поскрипывание снастей да тихий плеск воды за бортом.
   - Край? - позвал он негромко, боясь услышать в ответ совсем другой голос. - Край?
  
  
  

Оценка: 5.27*36  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список