Пташкин Александр Сергеевич: другие произведения.

Заморье. Глава 7

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Агитки - Анимация Всем сказкам сказка! Чудеса!!!

   Глава 7
  
   От полудня не осталось ни единого признака. Тучи в конец заволокли все небо, распластавшись по всему горизонту. И без того нудный ветер превратился в настоящий ураган. А на вид безобидные раскаты грома сформировались в настоящий световой фронт, освещая безумством упоенные лица оборотней. О том, что нередкая в этих краях молния может стукнуть в темечко, воины уже не задумывались.
   Равнина Забытого Времени (о названии слышал лишь имеющий знания в области географии) переживала невиданные доселе изменения, превратившись в подобие центрифуги. Воздух и земля закружились в быстром вальсе. Минувшие позади хребты гор и горизонт в одночасье скрылись в завесе настоящей бури.
   Мир, на какое-то время, стерся, оставив после себя лишь размазанное пятно из грязи, пыли, травы, камней и, Бог знает, чего еще. Во всем этом хаосе особо выделялись три фигуры, на которые окружающее безумство явно действовало отдаленно или не затрагивало совсем. Оборотней, как и полагается представителям тьмы и ночи, отсутствие гармонии веселило. Чем больше хаоса, тем уязвимее человек. Перевертыши отчасти видели то, где находится загнанная жертва, и пользовались случаем, чтобы поиграться. Именно в такие моменты они напоминали змей, готовых ужалить в самое неожиданное время.
   Ванхин предпочитал отыскивать людей в темноте или, как сейчас, в густом смоге из песка и камней с помощью обоняния. К тому же усилий прилагать особо не стоило. Сара еще находилась без сознания, а, значит, сопротивления оказать не могла. Всему логика найдется, но только не в случае с удулучкой. У дамы всегда есть секрет в спрятанной шкатулке. А разразившаяся непогода по случаю встречи "разлюбезных друзей" была на руку. Волчий хват в таких делах всегда приводит на правильный след. Тем более что кровь жертвы, как паспорт, так и светится - я тут! Местом падения мирки стоило нанюхаться, ибо девчонки уже не было, она испарилась за сущие секунды. Браслет магички помогал, особенно когда сознание хозяйки неожиданно выпадало, как нечто ненужное. Вот и сейчас он трудился, не покладая рук, пряча удулучку от верной погибели.
   Грязный туман скрывал безумную морду волка, щерившегося, как загнанного дьявола, и готового броситься хоть на кого, лишь бы выплеснуть накопившуюся агрессию. Блеснувший было силуэт, и возобновившееся шипение могли дать подсказку, где же находилась Сара, но все же это были лишь уловки со стороны мирки. Взвизгивание и полумяукание раздавалось то с одной стороны, то с другой, а примененное (благодаря Спяти!) заклинание помогло распространить плотский запах вокруг так, что оборотень совсем сбился с толку, выискивая кошку.
   Адреналин совсем ударил в голову, загривок вновь вздернулся к верху при легком шорохе за спиной - оставалось лишь встретить бойца в боевой позиции. Ванхин дернулся, как пуля, на девяносто градусов и мгновенно встретился со взглядом больших, как два голубых озерка, глазами мирки, быстро приближавшиеся к нему. Перевертыш лишь и успел, что взвизгнуть, как побитый щенок. Пощады не стоило и ожидать. Сонная артерия оборотня со второго раза, но все же была взята, а довольная Сара уже искала в полутьме следующего боя. Где-то совсем рядом раздавались отзвуки вступившего в дело оружия.
  
   ***
  
   Данк усиленно боролся за возможность все же пожить на этом белом свете. А поэтому уже даже в шквале ударов, сыпавшихся, как градины во время непогоды, изловчался раз и попробовать заметно понизить физические данные доставшегося ему воина.
   Громила держался как надо, лишь слепой мог не заметить то, что бой этот был для карка далеко не первый и чувствовал он себя, как кузнец, у которого запланировано из куска металла сделать добротный клинок, а в данном случае - из вурдука состряпать прекрасную расплющенную колбасу. А посему затея Арсела - хоть как-то ухитриться и нанести поражающий удар - смотрелась немного странно. Даже сил Аутараникса в мече Аверха с трудом хватало, чтобы прикрывать стопроцентно смертельные для Данка выпады быкомордого карка. Спасала и хорошая физическая подготовка - попробуй всю ночь полазить по карнизам в поисках подходящей квартирки с незакрытым оконцем. Еще не такие мышцы нарастишь, а уж координацию движений отточишь как у гимнаста из олимпийской сборной.
   Не к лицу добру молодцу колени приклонять перед чудищем болотным, а посему не выдержал Данк, да и ударил супротива по балде так, что синие птицы вместо звезд зачирикали над головой. Еще покочевряжился злодей парой взмахов в сторону великана в полубезумном состоянии, и от слабости, неожиданно возникшей, и от удивления, опал, как лист осенний.
   - Финты он мне тут выкручивает! Искусство боя изображает! Видали мы таких! Чтобы ты делал, если бы встретился с безумной домохозяйкой, вот там так сюрпризы. Шарахнет сковородкой и кранты! - доказывал радостный вурдук не то врагу, почившему, не то сам себя успокаивал после пережитого стресса. - Черт! Кажется, он таво-с!...И это я его победил! Сам! Молодец! Красава! - между похвалами самому себе, Арсел поклонился Аутараниксу, исчезнувшему после благодарности вурдука незамедлительно.
   Буря стала потихоньку униматься. Обрывок неба блеснул, намекнув о своем наличии, и тут же вновь укрылся за пылевым облаком.
   Страсти здесь еще кипели. Королевич трепыхался, как рыба на льду, и под конец уже выдохся, как загнанный конь. Одного из ударов Квика хватило, чтобы ноги у царя подкосились, и он принялся ожидать у самого обрыва участи погибшего в честном бою, прикрыв при этом очи. Бывший советник уж занес меч, чтобы произвести контрольный укол, но высвободившаяся из цепких лап Ванхина мирка, в облике "котейки", пришлась к месту, нырнув щучкой прямо на оборотня. Толчок в спину состоялся в нужную секунду. Вир лишь и успел, что увидеть как удулучка и перевертыш отправляются в полет в бездну. Ущелье с благодарностью приняло новых гостей, поглотив их в один присест. Не раздалось истошных воплей из бреши. У самого края в обрыв озадаченно вглядывались вниз великан и удрученный король.
   Ветер успокоился вконец, и наступила тишь, да благодать. В мгновение ока разошедшиеся "берега" вновь соединились, и равнина приняла первозданный вид. А тела противников испарились, словно мираж.
   Равнина Забытого Времени замерла в ожидании сущей трагедии и она тут же приключилась. Вир сокрушался о потере любимой, а Арсел и не пытался останавливать приступ накатившего бешенства друга. Маг катался по земле, как обезумивший и стонал, закатывая глаза, а изо рта доносился хриплый не то вой, не то визг. Хотелось вгрызться в землю, что забрала единственную. Данк не стал изображать внимательного друга, сейчас лучше было оставить сотоварища в покое. А идеальный вариант - держаться от короля на расстоянии.
  
   ***
  
   Вернуть девчонку под теплый бочок Вира не представлялось возможным, а, значит, стоило двигаться вперед, ибо время настойчиво напоминало, что драма драмой, а жизнь людей стоило улучшать, правда об этом волшебник и не думал. На некоторый промежуток времени секретарем-напоминалкой стал вурдук, а маг только и делал, что как театральная кукла производил действия. Для начала, выполнил приказ "Встать!", а затем последовало задание усесться на Антвара, тихо, мирно пасшегося немного поодаль от треволнений. Хороший коник и до ста лет доживет, если не будет влезать в сущие передряги. Что собственно жеребец и делал. Далее королю предстояло взять за талию Арсела или то, что отдаленно ее напоминало обеими руками, чтобы не свалиться с коня.
   Данк дернул вожжами, изобразил звук, напоминающий поцелуй "Чмок" и заставил-таки Антвара тронуться с места. Скотинка отреагировала положительно, сорвалась с места и "улетела" от злосчастного места боя в туже секунду.
   О душевных муках человека не стоит упоминать, он и сам бы сейчас хотел, чтобы ему не пришлось выкладывать мысли по поводу случившегося. Разговоры были не к месту. Маг находился на грани срыва и тихо себя успокаивал, хоть и бесполезным это мероприятие вышло. Намерение покончить с жизнью наметилось и не пропадало пока злосчастное место не скрылось из виду.
   Путь стоило соблюдать неукоснительно, движения стали машинальными, они не имели для Вира смысла и лишь раздражали. Вновь и вновь король поворачивался назад, вглядываясь вдаль. Арселу приходилось даже подталкивать сотоварища локтями, средство это действовало мало. Былое радостное лицо мага стало бледным, серым, траурный голос пугал, поэтому Данк старался не спрашивать королевича о чем-либо. Арсел предпочитал руководить Антваром, оставляя за спиной и без внимания хныкавшего осунувшегося друга.
   Вир ценил беспокойство вурдука, увалень давал возможность выплакаться и, наконец, прийти в себя. В отряде воцарилось долгое молчание. Так было лучше.
   За горизонтом ожидал последний рывок до долгожданной деревеньки Дарстум.
   Небо окрасилось в багровые тона, проблески дневного света значились у самого окоема солнечного желтка, но вскоре и они пропали. От непогоды никуда не деться и это самое худшее, что могло произойти за этот день.
   Два храбрых силуэта, совсем разбив ноги в кровь и израненные душой и телом, отдыхали в седле, упорно рвались навстречу опасности, не думая об обратной дороге.
   Отступать некуда - позади загубленные жизни из-за беспечности и в чрезмерной уверенности в завтрашнем дне. Такие мысли грызли душу, как голодные крысы сыр. Вир все больше сникал и, время от времени, рождалась безумная идея расцепить руки и на полном ходу выскочить из седла и шмякнуться о землю, да так, чтобы голова отключилась раз и навсегда.
   К чему все эти мучения?! Ничего не получится - кругом одни враги, куда бы мы не ступили - везде ждет засада, а из-под каждого куста готов выскочить мерзкий оборотень или тролль. Да, меня захватила слабость и из нее нет выхода. А может и есть?! Ведь смог же пройти уже столько всего, раньше бы и представить не мог и половины произошедшего, а Она, она погибла, на моих глазах. Она спасла, спасла, спасла меня!!! Значит, так надо?! А кому? Она хотела, чтобы я жил. Точно, она хотела именно этого, а, значит, миссию нужно закончить или хотя бы попытаться. Что ж, на грусть врагу придется еще пожить, слишком уж просто было бы. Если уж и уходить, то с чувством выполненного долга.
   Королевич уцепился с еще пущей хваткой в пузо Арселу так, что вурдук даже поперхнулся, пытаясь что-то сказать и кашлять одновременно.
   О том, что король изменился внешне после боя, Данку было невдомек. Вернее не до этих мелочей было великану. Преображение происходило медленно и со вкусом, и за спиной великана. Спять производила определенные метаморфозы над каждым из своих хозяев. Вир не стал исключением. Браслет добавил крепости в кости, увеличив грудную клетку и добавив двадцать сантиметров росту. Мышц тоже ждали перемены - они налились новыми силами и объемом, не превратив при этом мага в качка. А на смешной, до этого блестящей, как сковородка, лысине возникли седые волосы. Над прической Спять тоже пошустрила, создав за считанные минуты некое подобие полубокса. Магу такая кардинальная замена на месте, что зовется головой, явно шла к лицу. Лишь бы вурдук в обморок не упал при виде "оттюнингованного" сотоварища.
   А Арселу все не почем. Как-то получается у него блокировать эмоции, способные изничтожить, съесть человека или вурдука изнутри, даже если речь идет о близком человеке. Былые резвость, нервозность, неуемность, паникерство ушли на второй план. Требовался холодный рассудок на благо существования отряда, вернее - его остатков. Как-то естественно принял на себя Данк существование ловкости, коей раньше не отмечал, а размеренность и тактические хитрости в характере так и вовсе преобразили молодца. Уже трудно было назвать его оборванцем, тупой детиной или никому ненужным переростком. Аверх сослужил ему добрую услугу, наделил свойствами настоящего рыцаря. Оставалось лишь закрепить навыки, а вот жаловаться на отсутствие практики боя можно посчитать чей-то шуткой ни к месту. Невольных встреч с врагом становилось все больше, и друзья мечтали лишь об одном - не самим уцелеть, а спасти как можно больше собратьев, а пока это удавалось с трудом.
   Потери нес не только отряд, но сотни, а то и тысячи людей и вурдуков погибали в эту минуту от меча тролля, оборотней и союзников из рода человеческого. Но были и иные...
   Целыми королевствами, герцогствами, уездами и иными областями сдавались Фрилу, предпочитая служить ему и по возможности за немалые деньжата. Хитрец с юга прикарманивал и землю и души наивных жителей, превращая их в материал для новых экспериментов. А что, получались прелестные тролли нового поколения, способные выдерживать немыслимые нагрузки и выполнять любые наказы повелителя. Арселу и Виру сейчас не стоило этого знать, ибо ребятки и без того ослабели и могли впасть хоть и в не долгую, но панику.
  
   ***
  
   Заморью предстояло пережить один из самых трудных периодов в своей истории, где рассвет воспринимается с превеликим счастьем, как глоток воздуха, а тьма повсеместна и жди нападения отовсюду. И не каждому предоставлялся шанс жить.
   Люди превращались в редкого загнанного зверя, чей ареал обитания сокращался прямо на глазах, не в течение года или месяца, а за сущие часы. А счастливые тролли сжигали деревню за деревней, город за городом, предпочитая не селиться на "поганых местах". Ибо человек воспринимался как сущая грязь, кою необходимо выковырять из-под ногтя не жалеючи. С вурдуками поступали несколько иначе, пытаясь взять в плен, ибо из них получаются прекрасные вьючные животные.
   К чему мог прийти мир при таком раскладе, если бы не нашлись те, кто попытался сопротивляться реалиям - не знает никто. Люди и вурдуки поспешили объединиться в тайные общества, подполья, а на территориях, где еще сохранялось видимое благополучие, сооружались добротные укрепления - и без того мощные крепости обносились дополнительным рвом, а стены укрепляли всеми подручными средствами. Местные инженеры умудрялись спешно изобретать механизмы по отражению возможных атак. Все новые устройства почти ничем не отличались от старых по функциональности, но очень успокаивали местные власти. Наивные!
   По городам и весям разнеслась новость о том, что желательно зазывать на службу побольше драконов, кои болтаются без дела. Ни в коем случае не пугать их расправой, а хвалить и всяческими способами пытаться вовлечь в бравое дело сохранения миропорядка.
   В общей сумятице судьба отдельного человека или вурдука уже не в счет, да и кто заметит исчезновение какого-то короля и бывшего разбойника. Так оно и случилось. Уж никто и не вспоминал о двух безумцах, что рвутся прямо в лапы доров, видимо потому что некому и вспоминать. Подданные и любимая королевича сгинули, а орден Удулук лучше и не учитывать, ибо там давно считают отряд почившим и ждут агента Сару со дня на день с прекрасным отчетом о проделанной работе по устранению двух недоумков. Требовалось отвлечь троллей, чтобы те увели побольше войск с юга, а значит - оставили в уязвимом положении свои исконные территории. Глава ордена Удулук - Сив предвосхищал победу. Планы оказались наполеоновскими. Ударить войсками по силам тайного союзника Фрила. О том, что Сив давно уже побратался с великим правителем темных сил, не знал простой воин, коему каждый день вбивались идеи спасения человечества, благородства души и тела. Сам же Сив, поочередно предав людей, а затем, полебезив перед троллем и поклявшись ему в кровной верности, метил ударить своего же союзника из-за спины. Не хватало лишь в кармане Кама, но как бы не терзалась его душенька в желании получить злополучный артефакт, здравомыслие, время от времени, становилось выше, ибо Удулук понимал, что Кам при нем испортит все планы, а тролльими лапами так многое делается - и земли подчищаются от былых владык, и армии всех пределов разваливаются, как карточный домик. А пригретый камешек за пазухой не даст уничтожить неудобных людишек, ибо Бог удачно пошутил, когда создал Кам, наделив бессмертием не только обладателя, но и его собратьев по племени. Как говорится, и хочется, и колется.
   О всех этих премудростях еще предстояло узнать удачливым беглецам из Свирда.
   Погоде стоило еще бы побаловать путешественников ярким солнцем и ясным небом над головой, но к обеденному времени приветливая равнина решила вновь показать резвый характер, и из отяжелевших грузных туч стало по началу моросить, а затем небосвод и вовсе прохудился, заливая луга и поля реками влаги. Тогда, собственно, и пришла в голову Данку мысль поскорее найти временное пристанище. Вир лишь поддакивал и нисколько не пытался разговориться. Болтливый Арсел тогда же и придумал вести монологи вслух с самим собой:
   - Где же эта ваша деревенька?! Дарстумом зовется, кто же придумал такое название? Кому бы в голову взбрело строить здесь что-либо, глупое место. Что за края? Ни хибары, ни одного признака жизни. Занудство сущее. Не могут здесь люди жить, не говоря уже о нас, громилах. Мы такие области обходим, нет в них ничего путного, - все говорил без умолку Данк, а сам посматривал на Вира - нового Вира. Такие внешние изменения нельзя было не отметить, но про себя. Может, это всего лишь действие магии?! Зачем? К чему? Вурдук не стал комментировать внешние изменения сотоварища, пусть человек сам себе там химичит...
   Антвар помедлил с ходом, что не мог не заметить Арсел, бесполезно подергивавший за узды, пытаясь привести в чувства жеребца.
   - И ты тоже выкручиваешь финты! Всем заведовать сегодня приходится мне. Давай, быстрее!!! - понукал коня Данк. - Я знаю, что тебе тяжело, ты устал, выдохся, совсем чуть-чуть осталось. Доплетемся вот до магического села, и там наполнишь брюхо вкусным овсом.
   Не только человеку характер показывать. Заегозил Антвар из стороны в сторону, не-то пытаясь скинуть седоков, не-то предупреждая о чем-то. Не хватало лишь раздражающего ржания и оно последовало тотчас, после угрожающего топанья копыт о землю. Змей здесь не водилось, а посему страх жеребца передался и вурдуку, мол, если уж не гадюки ползают, то жди иного - не менее пугающего сюрприза:
   - Что здесь не так?! Антварушка, совсем ты ход сбавил. Не останавливайся только. От тебя зависит - будет жить моя разлюбезная или сгинет!
   Уговоры не подействовали, ибо животное встало, как вкопанное, и далее следовать по намеченному пути не намеревалось. Арсел щучкой спрыгнул вниз, оставив мага сидеть морковкой наверху, а сам принялся воспитывать животинку, подталкивая ее сзади. Данк упирался, как мог, вгрызся в землю, вырыл настоящую траншею ногами, но все тщетно.
   - Ах, ты скотина эдакая! Я что тут должен с тобой разговоры разлюбезные вести что ли?! Ну, ладно-ладно, забудь, я не оскорблял тебя, вырвалось. Антварушка, пожалуйста, пойдем вперед, ути-пути. Хрен тебе на постном масле! Быстро пошел, иначе огребешься по-полной, - угрозы Арсела явно насмешили хвостатого собеседника, заржавшего непривычно человеческим голосом. - Ты еще издеваться надо мной будешь? Вот тебе!!!
   Вурдук сил не жалел и ударил со всей силой коню по пятой точке кулаком. От чего пышногривое возжелало ответить, чтобы не оставаться в долгу и завезенило копытом промеж глаз великана. Данк подкосился, как молодая березка, и рухнул с удивленной физиономией и метким, аккурат на переносице, следом от подковы.
   - Видимо подковка-то на счастье. Теперь тебе точно везти будет во всем, - пробудился от забытья маг, подкалывая незадачливого попутчика.
   - Ох уж и сволочная же у этого копытного натура! Так звездануть по моей и без того прохудившейся голове, - стонал вурдук, потирая пострадавший лоб. - Говорят конина - вкусное мясо, не так ли, мой славный коник?
   Вопрос явно был не по душе зверю, и он осуждающе рыкнул, как собака, мол, нечего даже такие разговоры заводить, а по балде получил заслуженно, следующий раз несколько раз подумаешь, прежде чем животинку тиранить.
   Общение великана с парнокопытным очень повеселило Вира, он хохотал, как обезумевший - возможно, так выходил накопившийся стресс. Хотя бы чуть-чуть, но стоило выпустить пар. Тем более что необычный диалог продолжался:
   - Ты что о себе думаешь?! Совсем очумел что ли, или тебя давно не гоняли как сидорову козу?!
   Конь вновь заржал, слегка оскалив зубы и тряхнув гривой.
   - И нечего со мной спорить, выпендрежник! Чего ты наше время тратишь? У нас еще столько дел. И найти Дарстум, чтоб его! Может, ты нам его найдешь?
   Антвар еще пуще показал белоснежные челюсти и затопал передними копытами, как будто пытаясь сказать что-то сверхважное.
   - Вот именно, злится он! Из-за тебя мы не поспеем вовремя в эту деревню. Все насмарку из-за лошади! - жаловаться хотелось, но кто бы еще слушал разозлившегося вурдука?!
   Тем более что жеребец повел себя сверхстранно, наконец, сойдя с того места, где он упорно стоял. Вир только и успел, что схватиться за поводья. Антвар сделал пару шагов, а затем почтенно склонил передние ноги и грузную голову так, что король чуть не перелетел через скакуна.
   Совсем рядом, почти под носом короля, зазвенел голосок:
   - Да иду я, иду! Давно уже знаю, что вы прибыли, но ведь столько дел, сейчас я вам открою.
   Арсел подскочил в надежде отыскать около себя незнакомца. Нечто подобное сделал и маг. Но обнаружить гостеприимного хозяина здешних краев не вышло. Совсем близкое шуршание заставило напрячься и схватиться за Аверх и угрожающе выставить руку с поблескивающей Спятью в то направление, откуда исходил шум.
   Прямо перед путниками занялась вспышка золотистого света, а на ее месте мелькнул сначала ярко-красный прямоугольник. Мерцание поутихло и глаза вновь стали воспринимать окружающее пространство.
   Посреди цветастого луга стояла "по стойке смирно" обыкновенная дверь с поблескивающим окоемом. Некто с уже знакомым голосом шагнул из появившегося проема вперед навстречу незнакомцам. Правда, сделал это весьма и весьма по-особенному. Предоставив пятой точке почетное право вынырнуть из невидимого мира первой. Кряхтя и переваливаясь, как неваляшка, пышнозадый, наконец, полностью вписался в косяк. Фигурка, склоненная в три погибели, приняла исходный вид - выпрямилась. Было из-за чего издавать звуки стона и страдания трехсотлетней ведуньи. Руки упорно тянули мешок, определенно набитый чем-то сверхтяжелым. Видимо, совесть у старика пробудилась, и он повернулся лицом к отряду.
   - Что тащим, дедок? - хитрый взгляд Арсела видимо означал, что вурдук повстречал коллегу по воровскому цеху. - Ну, что бандит, небось, обворовал и без того бедную семейку?
   - Что ты, что ты ирод! Как ты смеешь даже думать о таком! Никогда не промышлял и не стану, даже в самый трудный этап жизни, - как мог оправдывался Васарий - единственный житель невидимого Дарстума, плотный низенький чуть больше полутора метров старичок с коротенькой бородкой, с синюшными, как небо, глазами, с гномьей шляпой и отличным добротным коричневым сюртуком, стянутым по талии с большим количеством карманов и смешными белыми ретузами, определенно сшитыми для местной жары, а замшевые остроконечные туфли дополняли и без того весьма импозантный вид. - Картошка там, урожай нынче хороший, грех жаловаться, я полагаю, вы сюда пришли не о моих житейских делах расспрашивать?! Проходите, не бойтесь, за порогом мир и спокойствие вас ждет, сюрпризов не будет.
   - Куда же это добро тащите-то? Обратно в чисто поле высаживать? - отозвался Вир и тут же встретил на себе взгляд не только Васария, но и крайне удивленного Арсела. А было из-за чего пугаться. Лишь теперь Данк все же умудрился изучить новый облик сотоварища, а такая рассеянность чревата в столь небезопасном мире, но задать вопрос не решился, громила все мысленно свалил на проделки Спяти и был прав.
   Оставалось констатировать факт преображения:
   - Так и однажды увидим мага с крыльями как у валькирии, а вместо ног будут лапы бегемота. Как бы хотелось, чтобы меня уведомляли об изменениях, а то ненароком и увижу вместо короля орангутанга, так что бахнусь в обморок, что мне не свойственно.
   Васарий предпочел не вмешиваться в непонятные для него диалоги, а лишь сопроводил взглядом необычных гостей. Ответ чудаковатый старец решил не класть в долгий ящик, а выпалил, как школьник-пятерышник, которому уж точно поставят высший балл сегодня:
   - Никак нет, здесь ничего не растет, кроме сорняков, коих превеликое множество. Вроде бы и на вид места благодатные, но как ни копнешь в землю, камни и камни, за целый век не выкопаешь их даже для маленькой грядки. Говорят, пакость эту сделали гоблины и живут они вроде бы прямо там.
   - Где там? - удосужиться посмотреть на старика Арсел поленился. Васарий жестикулировал и указывал вниз.
   - Под землей? - каждый последующий вопрос становился все более глупым.
   - Именно так. Гостей напоить, накормить надобно. Не стойте - заходите, а я пока отнесу мешок в свой чудо-погребок. Невидимой он у меня и тут - недалече.
   Разрешение помочь Вир не спрашивал, а тут же ухватился за тюк, перекинул через плечо и велел вести его до хранилища. Арсел же принялся за исследование чудостроения, коего не увидеть. Так и ходил вокруг, да около, принюхиваясь к мерцающей дверце. Отыскать остальные элементы не-то дома, не-то сарая, или какого-либо иного строения - не вышло. Маг, тем временем, оперативно выполнил задание - сгрузил мешок в нужном месте и ничуть не удивился, вернее сделал вид, что чудеса для него повсеместны, когда посреди все той же полянки возникла высокая хижина с соломенной крышей. При этом Васарию делать ничего и не пришлось, он лишь сбросил шляпу с кудрявой седой головы на траву и перед взором возникла тропа, залитая розовым цветом. А вслед за дорожкой выросло мгновенно и само строение.
   - Вот такие дела, не помещается уже Дарстум в созданных пределах. Когда места хватало для всего. А теперь держу сарайчик на внешней стороне. Благо, что о нем не знают проклятые гномы и гоблины, а то бы уже давно разворовали все. Вас, други мои, почуял я, как пес, да еще и задолго до вашего прихода. Таков уж я, старый дурак. Все спокойно не живется, время от времени вспоминаю про свою боевую молодость. Магичил, как бешенный, но чаше по добрым делам, за боевую магию приходилось хвататься в крайних случаях, - заставлять разговаривать с отрядом пожилого волшебника не пришлось. Он и сам затараторил, как будто не общался с людьми и вурдуками как минимум лет сто. Стоявший поодаль у злосчастной дверцы Арсел все слышал, как копошатся в бараке Васарий и Вир. Ждать их обратно Данку долго не пришлось. Обернулись кудесники магии тут же и навеселе.
   - Мы пришли к Вам и должны о многом поведать. Сара сказал, что Дарстум будет в предгорье Темных Пик. Ничего подобного мы не нашли. В душе мы даже отчаялись, что не отыщем Вас, потому как горы минули, а на пути ни души, ни единого признака жизни, кроме оборотней, - держать речь Вир не сумел, ибо отшельник тут же перебил:
   - Вы сказали Сара?! Где же она? - глаза старика забегали от радости, как бесёнки.
   - Она погибла, защищая Вира, - вурдуку не терпелось войти внутрь Дарстума, манившего ярким желтым светом, а посему, не упуская нить разговора, он приблизился к входу в неизвестность.
   Ответ великана расстроил Васария. Кинутая шляпа, очутившаяся на обратном пути к дому, вновь на макушке старика тут же слезла, словно ласковая кошка, в руки хозяину:
   - Прелестная девочка, всегда была справедливой, бесстрашная и несчастная. Она же совсем не видела счастья в этой жизни. На ее долю выпали немыслимые страдания. И любви не познала, и так быстро ушла. Видимо, это карма - исчезнуть вместе со своим народом. Из удулукцев она одна с человеческим лицом. Не обращайте на мои высказывания внимания, и не понимайте меня буквально - лица-то у них есть. Чем они хуже других? Я в переносном смысле. Остальные члены этого ордена же настоящие подлецы - только и делают, что изображают из себя благородных, а на самом деле - лицемеры и что хуже всего - они верят в свои псевдоидеалы.
   - А вы разве не принадлежите к ордену? - спросил на свою голову Вир.
   - О, молодой человек! Нас с вами ждет долгий разговор, так что заходите, наконец, в гости. На каждый расспрос найдем вместе с вами ответ, - старик был убедителен в уговорах. Путники замешкались, как школьники у доски, и уже собирались углубиться в мерцающий проем, но тут услышали как Васарий воркует с Антваром. - "Ох, хороший какой! Набегался ты вдоволь, сейчас я тебе водички дам. Загнали тебя эти душегубцы. Ну, ничего, ничего, приведем тебя в порядок. Давно ты у меня не бывал в гостях, красавец! Хоть набегаешься по просторам местным, да травку пожуешь сочную".
   - Вы знаете этого жеребца? - осведомился Арсел.
   - Знаю ли я?! - зарделся Васарий. - Еще как знаю. Случилось мне его еще лицезреть человеком. Мутная история, но Антвар другом мне был. Почему же был?! Остается, только в новом облике.
   - А что за история? - рассказы из области магии вдохновляли Вира. Но лишь с недавнего времени. Да и сам он еще не отмечал в себе новую черту характера. А меж тем она проявлялась особо отчетливо, и маг превращался в подобие аборигена-канибала, завидевшего новую жертву.
   - Некогда жил в восточной провинции Свирда, Кунарии - настоящий волшебник по природе своей. Занимался он горшечным делом. Такие занимательные вещицы получались, что люди диву давались. И не могли иные мастера прознать, в чем же хитрость красоты Куларских крепких, добротных горшков. А секрет был прост, он просто месил, составлял форму глины с любовью. Многие из этих шедевров не только служили в качестве сосудов снеди, приправ, молока или иного другого варева, но и время от времени приносили знамения разные. Стоило лишь верно их интерпретировать. Настоящее волшебство. А кому понравится, если какой-то босяк превращается в ведьмака, да своими пророчествами беду накаркивает!
   И приключилось же графу Артуфану, что правил в здешних местах, прогуливаться по улицам Аккамара - столице Кунарии, и вздумалось ему заглянуть в трущобы на востоке, что славятся разбойниками. Бросать вызов судьбе граф любил, тем более что под боком значилась вооруженная дружина, готовая даже мух на пути Артуфана отстреливать. Не забыл чиновник прихватить с собой и сыночка - Шарка - разбалованного типа, ведущего развязный образ жизни, - житель равнин определенно знал негодяя и уж при встрече обязательно бы дал в глаз для профилактики. - Прогулка все не удавалась. Ни казнить, ни жестоко наказать, ни поиздеваться словесно. Жители со страху попрятались в домах (традиция в здешних краях), не забыв даже ставни прикрыть от греха подальше. И когда традиционный променад графа уже заканчивался, наткнулась великосветская натура на лавку Антвара, где тот миловался с любимой, не заметив всеобщей сумятицы, и даже паники по причине приезда столь важной персоны как наместник. Кто же хотел в воскресное утро лишиться головы?! Кулару, а нынче Антвару - повезло. Граф остановился у ремесленника на пару секунд, успев указать на понравившийся кувшин с прекрасной желто-голубой росписью и рисунками вымерших животных - слонов. Взамен горшечник получил неимоверное вознаграждение в целый хавс - отличная монетка, на которую можно жить два месяца, не думая о работе. Ни к радости было это сокровище, ибо положил Шарк глаз на Валтаму - возлюбленную Кулара. Выкрасть девушку не составило труда, а, значит, рассвет следующего дня Антвар встречал в одиночестве. Обидчиков он, конечно, знал своих. Еще к утру к нему пришла весть. В глиняном чане с водой, что хранился на кухне блеснула и пронеслась легким разводом по глади жидкости картинка - замок графа, следом мелькнуло искривленное от ужаса лицо Валтамы... хм... Ну, что тут говорить?!
   Как настоящий мужик, ринулся Кулар (известный нам как Антвар) спасать из беды красавицу. На пути к замку повстречался ему Шанк с вестью от графа. И сам сыночек его, как истинный садист, решил получить настоящее наслаждение и принести лично эту новость обвинявшемуся в черном колдовстве за то, что в купленном кувшине запечатано было заклятие на смерть. Конечно, не было никакой в горшке пакости. Просто глиняный сосуд показал графу его будущее, в котором правитель погибнет от рук лучника собственной дружины. Так, кстати, в последствии и произошло, и верный его величеству солдат во время осады крепости тролями угодил своему же начальнику в спину. А Кулара наказали ни за что, и за выдуманный проступок привели в исполнение графское постановление: колдуна его же оружием и заковать в чары навечно.
   - И что? И что? - взорвался от волнения Вир. - Дальше-то что?
   - А ничего. Превратили ремесленника в вороного коня, коего вы можете лицезреть.
   - А красотка та? Ну, девушка-то его, что с ней стало? - вопросы вурдука взбередили душу Антвара и доселе спокойный жеребец рассвирепел и стал метаться из стороны в сторону. Вороного успокоили с трудом, и после продолжили беседу:
   - Валтама, прознав, что ее готовят в жены Шанку, покончила с собой. Сбросилась с окна башни, где ее и держали. Кулар бы и рад последовать за ней, но ловко сделанное заклинание неведомыми силами оберегает.
   - Откуда вы это все знаете? - с подозрением поглядывая, спросил Данк.
   - Смешные вы какие, по всей стране разнеслась весть эта, и даже в моем закутке известно об этой трагедии. Сюда же удулукцы заглядывают, вот и тешат старика новыми россказнями, - старик немного заколебался, как будто намереваясь добавить что-то еще, но промолчал. - Мы с вами оставим Антвара в покое, пусть попасется, а сами выпьем по чашке хорошего Ваалийского чая. У меня осталась заначка с моей последней поездки в Угль. Было это лет десять назад. Ну, неважно. Пойдемте. И Антвар пусть водицы напьется - я ему уже налил.
   - Когда это вы успели, вы же все время с нами были? - озадачился Данк.
   - Какой вы наивный. Вот, смотрите, - Васарий указал на примятую траву рядом с собой. Тут же материализовалась жестянка, отдаленно напоминавшая ведерко. Антвара видимо устраивала эта посуда. Конь принялся лакать, словно загнанный пес. - Оставим его - есть о чем побеседовать. Приглашаю я вас в последний раз нерешительные вы мои. Вперед!
   Наконец, уговоры возымели должный эффект, путники перестали дознаваться о судьбе несчастного ремесленника и последовали за чудаком в колпаке, испарившемся незамедлительно в дверном проеме. Ничего не оставалось делать, как засеменить за Васарием и также пропасть посреди равнины. Анвар остался, одиноко пощипывая сочную траву на лугу. Еще доносились удаляющиеся голоса:
   - А как же черногривый смог найти дорогу именно сюда? У него, что встроенный компас в голове? - заинтересовался Арсел.
   - Вроде того. Своеобразное чутье, которое не обманывает.
   - Ой, черт, почему здесь так темно?! - Вир умудрился навернуться и упасть в кромешной тьме.
   - Сейчас будет светло.
   - А Антвар нас не потеряет? - побеспокоился о судьбе жеребца Данк.
   - Дарстум - деревенька особая - перемещается в пространстве как воздушный остров. Антвар знает это, и, даже когда закроется проход, он все равно не собьется с пути, ведь Дарстум не на сверхскоростях мчится. Так, по сто метров в день преодолевает. А сейчас прищурьтесь - глазам будет больно, и не от света, а от перехода в иное пространство.
   - Ого! Не больше, и не меньше! Прям иное пространство?! Дядя, хорош страху и таинственности нагонять, - ох, любит же вурдук в ответственный момент хорохориться попусту, ибо всегда это заканчивается очередным финтом в сторону клоунады.
   - Как хотите - я предупредил! - донесся напутствующий голос.
   В непроглядной черноте нарисовалась белая точка, затем неожиданно увеличилась до размеров футбольного меча и расплылась мутной кляксой перед носом. Затем пришли образы - красная башня с часами, чуть покачивавшаяся то влево, то вправо, как маятник, женщина с вычурным синим бантом на голове, полная, как надутый шарик, с поддоном, полным пирогов, она в чем-то убеждала, наверное - во вкусности ее выпечки, но слышно ее не было, лишь шевелились пухлые губы. Рядом играли шабутные детишки, играющие в лапту.
   Плавающие пазлы постепенно стали складываться. Перед взором возникла дорога песчаного цвета. Действительно, носились пацаны с битами и мячиком. Имелась и колокольня из обоженного кирпича по ту сторону дороги, очевидно, основной в этой деревушки. Нашлось здесь место и торговцам, что шныряли вдоль и поперек, предлагая товар на любой вкус. Прижавшись друг к другу, стояли трехэтажные дома из глины, образуя узкую улочку с выходом на главную площадь, на которой и появился отряд.
   Путники огляделись, и маг выдал весьма правильное заключение:
   - Какая же это деревня? Настоящий город...
   Договорить Вир не успел - слева завизжал, как подстреленная дичь, вурдук. Все же игра в лапту может быть опасной, и мяч детишек, шаливших поблизости, угодил и в без того травмированную голову громилы.
   - Подрастающее поколение у вас боевое, может вырубить с ходу такого воина пышнотелого, - магу уже начинало нравиться наблюдать за курьезами, творившимися с сотоварищем. - Такую крепкую башку и пушечным ядром не пробить. От оборотней ни царапинки, а от мальчишки размером с гнома получить такой удар - это что-то да значит.
   Арсел не слушал, что наговаривает ему дружище, а лишь потирал выскочившую шишку на голове.
   - Ты же у нас волшебник - знать должен наговоры, чтобы боль утихла, а то прямо звенит в голове, - сокрушался вурдук, обращаясь к королю.
   - Есть у меня травка одна чудесная - сразу снимает боль любую мгновенно, но надо пройти ко мне домой, - поспешил успокоить раненого Васарий.
   - И то верно. Пойдем, пойдем! - тянул за собой великана, как ребенка, Вир.
   Путники проследовали по мощенной камнем улице. То тут, то там сновали люди, обычные, без беспокойства - как будто они знают, что происходит за пределами их ограниченного мира, но не боятся за судьбу Дарстума. А встреча с иноземцами нисколько не удивляла. На крышах отдыхали, расправив крылья вифы - крылатые огненно-красные ящеры. О том, что мифические существа не прах, как сказано во всех трактах о крылатых, а двигаются, да еще и могут испепелить на месте, отряд узнал прямо тут, когда над головами пронеслась струя обжигающего огня.
   - Не пугайтесь. Вифы не любят чужаков - выказывают свое недовольство сейчас. Не вздумайте отвечать агрессией на агрессию. А то огребетесь по полной от них! - совет Васария пришелся к месту, ибо Данк уже было собирался поднять мировую войну, треснув змия какой-нибудь попавшейся под руку оглоблей.
   - Я ведь их видел на картинке в книжке "Сто грозных вымерших созданий Заморья". Вот так удача - увидеть собственным глазами этих зверушек, - Вир отчего-то расчувствовался, как будто увидел маленьких беззащитных щенков.
   - Поговорить бы с ними по душам, - нахмурился Данк. - Если они вымерли... а как они вообще здесь оказались?
   - История проста. В Дарстум подтягиваются души самых благородных существ. А вифы в своей истории незапятнанны ни в одном грязном дельце. Ни один представитель вифского племени не предал, не встал на сторону зла в отличие от всех остальных существ Заморья. Вот с кого надо брать пример! А еще они очень чувствуют и читают прошлое тех, кто находится рядом. Поэтому они на вас всех и реагируют. Вы до единого в чем-то отличились, каждый по-своему, - замешкался старик и добавил о вифах как бы в качестве оправдательного приговора. - Они хорошие - всегда помогают, когда совсем худо становится Заморью, есть в них сила и даже после их смерти.
   Васарий смолк на какой-то промежуток времени пока пробирались по улицам Дарстума. Где-то вновь палил огнем очередной виф - только и успевай уворачиваться.
   Дарстумец старался произвести вид крайне умного старикана, а посему рассказывал по дороге мудрые истории. Правда, мудрость этих россказней была под большим вопросом - отряд просто не успевал схватывать налету идеи. Данк так и вообще шел, отвернувшись от безумца и посматривая себе под ноги. Васарий вошел в стремительное повествовательное пике. Конечно, ведь пожилой маг давно не видел столь пеструю и интересную компанию:
   - Вы не будете возражать, если я вам кое-что поведаю из написанного мною сегодня. Я ведь еще и писатель. Вот, послушайте и оцените, - предупредил о "пытке" Васарий. Путники еще не знали, что им предстоит долгое и мучительное выслушивание результатов творческих "потуг" писаки.
   Отряд вынужден был согласиться. Не отказывать же гостеприимному хозяину. И дарстумец начал:
   Как-то раз на высокогорном лугу завели разговор о Вселенной два арханапсуса - редких, и совершенно необходимых в работе мага, голубых цветка с коротеньким, у самой земли стебельком. Привычные в данных краях лютые ветра не могли нанести вреда этим необычным жителям, так что те, как пожилые старички, при каждом порыве ненастья покрякивали и вновь занудничали, перебивая друг друга, и выпячивая свое "я", как гордые гусаки.
   - Уважаемый, Вы сущий балбес! Как же Вы можете верить в такую тарабарщину?! Кто же вам поведал о таком? Ни в какие ворота не лезет эта дурь! Наше с Вами Заморье не может быть планетой. Как Вы себе представляете такое? И где Вы взяли это словечко заморское - планета? - вопрошал тот, что посварливей.
   - Архаичные знания всегда приводили к тупику, - многозначительно буркнул второй. - И без оскорблений, пожалуйста!
   - Вы всегда оставляете мои вопросы без ответов. Может, Вы, наконец, расскажете скопом, чтобы я удивился так, что аж проглотил слова и не знал, как аргументировать? Вы все время награждаете меня маленькой порцией безумных идей, и я их пытаюсь переварить. Что же такое планета? И, может, Вы в курсе иных процессов окружающего мира? - настаивал первый.
   - А Вы сегодня настырны как никогда. Тогда слушайте. Начнем с малого - с Заморья, - помедлив, сказал спокойный, рассудительный арханапсус.
   - Как это с малого?! Всех и вся учат, что Заморье так огромно, что его невозможно измерить. Заморье бесконечно, - перебил зачинщик диспута.
   - Так считалось до недавнего времени, но вот на днях мне принес весточку один закадычный друг - орел из Радужных Пустошей. Посчастливилось ему служить провожатым одному волшебнику, и тот ему открыл истину, в которую я верю всем сердцем. Заморью быть планетой, а за ней - сущий хаос из иных небесных объектов. Понимаешь?! - заявил "умный", изучая лицо озадаченного собрата. - Наш мир - это всего лишь лоскуток на большом одеяле, что зовется Живым Постоянством.
   - Живым Постоянством? - забияка больше не ругался и не выдвигал своих мнений - новое знание лишило его сил говорить - хотелось лишь слушать, что он и сделал, до конца повествования товарища не проронив ни слова.
   - Есть единица больше, чем мир Заморья. Мы - маленькая Вселенная в руках настоящих жерновов, перемалывающих пространство, делающих из него любые фигуры, как леденец на палочке: хочешь в виде петушка, а хочешь - сделают тебе и пингвинчика.
   Шумный цветочек, примолкший под действием рассказа, недоумевал - что такое леденец, кто такие петушок и пингвинчик, и сделал вывод, что сотоварищ нахватался глупых слов от жителя Пустоши, самих по себе ничего не значащих. А друг и сосед по лугу продолжил чудовищно непривычный рассказ:
   - Фихф также поведал мне о том, что раньше люди и иные разумные существа полагали, что Живое Пространство имеет пределы - мол, у всего есть свои границы, но постичь эти масштабы невозможно. Чушь! Магам давно известно, что Вселенная - это цикличное живое существо, наподобие обычного бублика. Не морщись. Бублик - это то, что люди едят, а на вид что-то типа солнца, только с дыркой посередине. Это колечко не стоит на месте - оно движется, и посему создает вид, что миру нет ни конца, ни края). Наша Вселенная - это одна большая масса, у которой и есть четкие очертания и одновременно все бесконечно.
   - Ты - дурак! И это не лечится. Ты хоть сам слышишь, что говоришь?! - ожил первый, словно вулкан. - Такой ерунды я уже сто лет не слыхал!
   - Какой же ты слепец! И кто ты после этого?!! Не понимаешь таких простых истин: все непостоянно.
   Перебранка приняла форму настоящего стихийного бедствия. Словесная битва длилась пару часов, и закончилась ничем. Соседи разругались окончательно, да так, что поклялись не разговаривать в ближайшие лет двести. Сколько прекрасных закатов и рассветов осталось не оцененными одиноко растущими арханапсусами на вершине горы, но их упорству и выдержке можно было лишь позавидовать. Остальным соцветиям всегда находилось о чем пообщаться. Они восхищались окружающим миром и не лезли в дебри познания. Мир прекрасен, когда о нем знаешь совсем чуть-чуть: зарево в часы заката, свежая роса, теплая прогретая почва для разомлевших корешков и закаляющий ветерок.
   Минуло сто лет. И первая крепость пала. Самый говорливый арханапсус молвил слово:
   - Непостоянно все вокруг?! Мы здесь в течение ста зим не сказали друг другу и фразы. Значит, твоя версия неправильна. Все вокруг постоянно, неизменно совсем.
   - Я и сам долго думал. Ты все же прав. Ну, что может с нами произойти?! Мы просидим здесь еще лет пятьсот, и я так же буду слушать тебя. Больше не поверю в новые теории, - заключил второй цветок, разочаровавшись во всем и уверовав в самую глупую на свете версию устройства мира.
   Переубеждать эмоционального собеседника никому не пришлось. Тонкая, как у пианиста, бледная рука известного в здешних краях чародея настигла драгоценные травы, а значит, вершкам и корешкам предстоит стать лечебным отваром для страждущих.
   Этим летом из земли червячком на поверхность вынырнут новые всходы на плодородном месте редких, но глупых цветков. Об арханапсусах никто из собратьев не скажет и слова. И рассуждать о вселенских универсумах не станут. Чего играть с судьбой? Вдруг кто-то с небес прогневается, и на их головы падет немилость в виде перемен.
   - Ну, как вам мой шедевр? - кажется, старик не шутил, называя рассказик шедевром.
   Данк скрепел зубами, мол, помолчал бы ты, а то в челюсть дарстумец получишь. Вир, как истинный дипломат терпел, но даже на его лице читалась мысль - мы очень сильно спешим!!!
   - Очень красиво, нам понравилось. У вас талант! - похвалил Вир, надеясь, что Васарий на этом успокоится.
   - Тогда послушайте еще одну историю, пока мы идем к моему дому! - обезоружил седовласый хитрец.
   В мерцающих заводях уснувшей речной глади устья Тимры мира Заморья блекнут и слегка поеживаются отражения безбрежного лазурного небосвода при встрече с беспокойным воздушным океаном. Ветреная атака проносится, и незатейливая гармония из заливных лугов, гордых камышей и мудрых дубов, что вросли корнями на долгие века, в миг тонет во временном хаосе.
   Заморье никогда не жаловалось на отсутствие сокровищ, коими именовал западные земли Евроны любой мало-мальски грамотный. Но это было когда-то давно - даже слишком. Ценить сии пределы - застарелая, забытая привычка даже не самого лучшего представителя вурдучьего племени, что раскидало свое семя по всему миру и заглянуло в самые темные его углы.
   Почетное положение среди иных географических закутков Еврона завоевала неслучайно, пусть и славного статуса никто не помнил. Континенту некогда представилось стать внимательной мамой, вынашивающей в своей зеленистой и благоухающей чудесными травами утробе очень необычное дитя. И имя ему нашлось совершенно необычное - язык. Слово данное явилось не сразу. Минула ни одна тысяча лет, прежде чем вурдуки с запада не набрались ума, чтобы напугать друг друга первыми звуками. Истории суждено было только и делать, что наблюдать за тем, как великаны мучительно шагают по ступенькам эволюции. От черного андахонца (двуглавого чешуйчатого монстра) до vurdo sabinis (вурдука мыслящего).
   Еврона молчала и особо не трогала "квартирантов" землетрясениями, природными бедствиями, и лишь грустно посматривала, как мир неуклонно меняется. Былая колыбелька малыша-вурдука уже явно не подходила по размерам, и неразумный сынок-громила поспешил покинуть родной дом, унося с собой самый ценный бриллиант в ожерелье местных красот - праязык. Конечно, через сотни передряг, треволнений и исторических поворотов (появления сотни наречий и говоров, разлетевшихся как семя по белу свету) нога беглеца вновь ступит на землю Евроны, но от истинного знания о Перворечье не останется и следа. Особо прозорливые и талантливые рассказчики разнесут слух об иной прародине Языка. Седовласые мудрецы станут подчас неучтиво ругаться друг на друга, доказывая всплывшую из ниоткуда идею. О ней поспорят и создадут еще более извращенное учение о таинственном и возможно несуществующем месте зарождения речи. А берега Тимры никогда не скажут правду, и будут молчать сотни лет, а может, и более. И легкий ветерок вновь будет мчаться по землям Евроны, бередя густую звонкую листву вековых исполинов, словно рой тружениц-пчел. Об оброненном даре вурдукам в виде исконного языка природа более не вспомнит - куда важнее гармония, а истоком говоров - считать Заморье, и точка. О людском, трольем и иных языках не стоит и речь держать, ибо были они плодами наливными, упавшими с общего дерева, именуемого вурдучьим.
   Человеческий язык в Заморье
   Магия обошла стороной это варварское, грубое наречье. Такое мнение можно было услышать еще пять веков тому назад. В высших кругах слыло дурным тоном обмолвиться словцом на безумно угловатом языке. Это была всего лишь мода времени. Вот и приходилось говору обживать самые неблаговидные области Заморья. Людскому словоблудию предрекали скорый конец, но прогнозам не суждено было сбыться. Не знающие чуждого им языка высшие чины королевств, да и "простые" высокопоставленные гордецы вынуждены были учить ненавистный им лусский (на языке людей лус - звон), ибо в руках торговцев-людей всех волостей оказались основные значимые рынки мира. А ученые из числа людей принялись вытеснять вурдучий язык, составляя трактаты с новыми открытиями на лусском. Так понемногу красивый звучный говор занял место под солнцем, а вурдукский со временем остался лишь языком дипломатии и магии.
   N.B. Здесь Васарий немного лукавит, ибо лусскому языку вполне нашлось место и в магии. А по силе в атаке он даже превосходил вурдучий, но лишь когда волшебник знаком с ним не понаслышке.
   Троллий язык Южных Топей
   Чего можно ожидать от тролля? Конечно, мощного удара булавой по мыслящей части тела. Эффект от слова на тролльем примерно такой же. Никто не помнит, чтобы тролль спокойно завел беседу о житейских проблемах. Нет же, он лучше рявкнет, как старая больная собака со злобой.
   Строить особо предложений не умеют, а посему только и слышны призывы к атаке в два, три слова. Может, по причине своей воинственности, ненасытной жажды уничтожать, нарушать равновесие в мире, не нашлось им времени, чтобы должным образом организовать собственную письменность. А значит, в тролльих областях, городах, встречаются книги прошедших времен, когда тролли лишь созидали. Случилось это на заре эпох, а, может, и вовсе слух. Так или иначе, но жители болот Заморья наказали себя серьезно, предавшись безумному образу существования, что не могло не сказаться на умственных способностях. До селе необычный язык умирал, а на его месте пышным цветом прорастал мох из дурных ругательств, да и угловатых, порой несвязных меж собою, не то слов, не то нечленораздельных звуков.
   Надежде не стоит умирать. Еще есть славные мужи данного отечества, берегущие прекрасные обломки некогда языка песен, сказок, притч. И временное безумство, что затмило разум большинства, не разорвет в клочья троллей как расу.
   - А вот последняя история правдивая. Честно вам говорю. Представился мне случай изучать трактаты некого Афгурта Шпенгера. Видимо, замечательный линвист. Я бы с ним пообщался, - задумчиво заключил старик.
   - Если бы он пообщался с вами, то точно бы умер, - пробурчал чуть слышно себе под нос Данк.
   - Я все слышу! - намекнул Васарий на свой тонкий слух.
   - Простите моего товарища, уж слишком у вас здесь погодка жестокая. Прямо зной какой-то - раздражение и проявляется. Хочется утолить жажду, а то горло прямо-таки совсем пересохло, - попытался перевести разговор Вир.
   - Вурдучье племя ведь одно из самых умных в этом мире. А вашему другу не помешало бы знать историю своих славных предков. А вода будет - еще десять минут нашей с вами прогулки, и мы на месте, - успокоил гостей Васарий. - Хотелось бы мне наградить вас еще одним литературным наброском, не рассвирепеете?
   - Повествуйте! - отрезал Вир, полагая, что лучше перетерпеть весь этот ужас.
   С еще большим задором представил новое произведение старый маг. Когда еще выдастся случай показать публике столь "чудесные" шедевры:
   С золотистой кроны одинокого ясеня на краю крутого покатого обрыва, скрывавшего у подножия спокойный монотонный поток Быстрицы, отправился в путешествие с насиженного места пестрый, как шкура тигра, и правильный по форме, словно корпус тщательно отшлифованной лодки, листок. Совершил пируэт с переворотами в воздухе и уселся на речную гладь аккурат по речному курсу. Водная стихия уцепилась за гостя всеми лапами и унесла незадачливого пилигрима подальше от родного дома.
   Вак устроился на нижней, массивной и раскидистой ветке могучего великана-отшельника. Отсюда можно было отлично понаблюдать за тем, как сплавляют по реке молем лес и повспоминать голоштанное детство, проведенное в местных краях.
   Минуло уже пять лет с того момента, как молодой, ничем не обремененный юноша, потиранив душу размышлениями о том, кем стать, бросился навстречу новым впечатлениям, колеся по королевству Свирд.
   Судьба преподносила то хорошие, то не очень, сюрпризы. Хотя никогда не доводила его до голодного обморока. Заработать на кусок хлеба, да еще и с маслом, удавалось в ранге поломойщика в забытых богом тавернах, погонщика скота на южных рубежах, грузчика на железнодорожной станции в далекой Аранусии. "Посчастливилось" заработать "увесистую" сумму в десять золотых андваров, изображая из себя повара в вурдучьем ресторане. Не нужно иметь особой прозорливости, чтобы догадаться, что отовсюду, рано или поздно, неумеху гнали, как бродячую собаку.
   Знаний не хватало и для работы водителем. Космолеты на солнечных батареях оказались очень неповоротливыми из-за своего веса. Но то было время самого расцвета этих дикарских машин. Такие агрегаты встречались повсеместно. Благо время техники давно минуло.
   Ваку удалось и на поприще дальнобойщика между Дальним и Ближним мирами проявить себя на все сто. Уже во второй поездке он умудрился превратить в хлам добротный, мастерившийся с полугода, скоростной звездолет. Домой - в привычную ему реальность, добираться пришлось на попутках. А когда неудачливый водитель заглянул в офис фирмы перевозчиков, то тут же получил свою трудовую книжку в нос.
   Шли годы. Парень выучился. Стал юристом, но вскоре охладел к профессии. Потом захотелось быть поближе к деньгам. Так и выпала удача поработать в банковском хранилище. Удовлетворения от таких жизненных перемен тоже не получил. Задумал оставить свой след в образовании и умудрился устроиться в школу вурдуков, учить детишек грамоте. Нервов не хватило, и горе-путешественник подался и оттуда.
   Так и маялся бы, корил бы всех и вся, но недотепа остановил собственные попытки трепыхаться, как рыба об лед.
   Грустный и подавленный он решил совершить прогулку до речки Быстрицы. Уединение должно было расслабить закипавший от дум мозг. А чтобы уж никто точно не приметил чудака и не пристал с разговорами, совершил, словно натренированная обезьяна кульбит, и в два прыжка оказался на первом ярусе одинокого ясеня.
   Там Вак и предался размышлениям. Думы сводились к тому, что ничего в жизни не сбывается, а мечтам так и суждено остаться таковыми.
   Чтобы я не делал - получается сущее безобразие. Хоть кто-нибудь бы дал знак, по какому пути двигаться дальше! Боже, хоть бы ты не забывал про меня. От Тебя я жду помощи как никогда. Помоги!!! Из моих самых пленительных целей осталась одна - в других областях, мне близких, я уже испробовал себя. Последняя мечта - самая безумная - стать магом. Но ведь в наших краях нет ни одного учителя. В смутные времена их уничтожили под корень. Ох, сколько бы пользы я мог бы принести людям, да и всем жителям Заморья...
   В бирюзовых тонах облачного небосвода дал о себе знать, ослепив на мгновение, солнечный отблеск. Свет быстро залил собой великовозрастного дитя с ног до головы. Осенние ослабшие листья векового ясеня задрожали, разнося звук оглушительного шелеста по округе.
   Я знаю, что ты всегда со мной. Дай же мне прожить свой век с пользой. Я не хочу оставаться прожигателем жизни. Если ты меня услышал - дай знак неверующему в чудеса!!!
   В ярко-желтый луч в вышине, устремилась одна из многочисленных частичек летней одежы ясеня - листочек, совсем маленький, но ретивый, как самый сильный жеребец из табуна. Он рвался все выше и выше в образовавшуюся в небе временную брешь, прибавляя с каждым рывком в скорости. Ему не мог помешать ни ревевший, как бешеный бык ветер, ни настырный, постоянный в этих краях дождь.
   Вак более ничего не просил, а вслух не решался проронить ни слова и лишь удивленно всматривался ввысь.
   Ослепляющий поток вскоре погас, словно рубильником выключили мощный прожектор, когда лист достиг недосягаемой даже для птиц высоты. А затем, словно бешеный истребитель, летун устремился вниз. Прямо туда, где недоуменно вопрошал у самого себя незадачливый человек.
   У самой земли листок сделал пике и улегся на ладони Вака. О том, что нужно делать в такой ситуации, не стоило и спрашивать. Парнишка и сам знал, что такое знамение свыше дарует силу. Случаев таких чудес в мире Заморья легко сосчитать по пальцам, но все они аккуратно хранятся в летописях знаний.
   Что ж, новоиспеченный маг не стал долго размышлять, а пустился совершать чудеса. Прикрыл глаза и пожелал, чтобы листок вновь взмыл в воздух.
   Подчиняться волшебнику, если он, конечно, владеет белой магией, всегда приятно, потому без особых сопротивлений, легкий кораблик взмыл с ладошки в высь и устремился кружиться над речным потоком. А затем аккуратно опустился на поверхность Быстрицы и умчался прочь. Только его и видели.
   Так "просто" начинался путь самого сильного и благородного мага в истории Заморья...
   А пока глаголил старожила Дарстума, Вир переваривал впечатления и даже стал похихикивать, мол, наивностью пахнут ваши фолианты, но все же заметил следующее:
   Васарий - удивительный человек, ну или кто он там...Ладно, не суть важно. Тонкий он по натуре и рассказы у него получаются такие, как будто...не должны они были появиться, слишком уж красивые. С удовольствием бы присел где-нибудь в тенечке и слушал, слушал его, в меру конечно, а потом бы провалился в сон и все увидел рассказанное собственными глазами. Только бы не смог представить кое-что...старикан использовал совершенно экзотические, незнакомые слова - фирма, офис, рубильник, прожектор, Дальний и Ближний миры. Что это такое? Спрашивать его не буду. Бредит он, но бредит красиво, ничего не сказать! Правда, ни к месту все его россказни!
   Размышления Вира, то и дело, прерывались, когда старик затевал новую повесть, а перед этим принимался за самокритику.
   - Писатель из меня "куций". Возможно, меня бы профессионалы раскритиковали, разнесли мои произведения в пух и прах. Но для себя то я имею право насочинять?!
   Такие нудные вставки рыжего старикана короля "крепко" раздражали:
   Ну, давай уже глаголь истину. Ни к чему эти "пляски" застенчивого подростка. Не стесняйся. Продолжай!
   - С вашего позволения, хотел бы поделиться еще одним "шедевром"!
   - Действуйте! Мы еще пока не услышали чего-то вздорного! - на похвалы Вир всегда был щедр, вот и сейчас поспешил вогнать в краску дарстумца комплиментом.
   Писака откашлялся, как делают оперные певцы перед тем, как выйти на сцену и поразить публику отменным голосом. Воображаемый занавес отворился.
   Заморью всегда не хватало святости. Удивительно, но у людей и иных племен в фаворе был и есть варварский образ жизни, где на первое место всегда выдвигалась идея "по принципу силы". Именно поэтому в мире так много насилия, а Бог со слезами на глазах посматривает откуда-то сверху и лишь успевает покачивать головой, мол, что ж я натворил, когда создал этих дикарей. Земля помнит, как бесчинствовали люди в свое время, затем свою лепту в дела кровавые внесли вурдуки. По той же тропинке устремились тролли.
   Уж никто не следует традициям, а о религиозных течениях ни один человек и слова не сможет замолвить, потому что не знает ничего по этому поводу. Хранимые прадедами религиозные обряды, культура ушли в забытье. Бездумные потомки еще вспомнят о том, что натворили, когда отказались от Бога, но это будет потом. И человек, вурдук, тролль, гоблин, дракон, дор вернутся к божьему закону, пролив немало крови. Не зря говорит Бог, что существа Заморья, сколько бы им не было лет, остаются детьми, детьми в песочнице - каждому хочется и куличики полепить и оттяпать самую лучшую часть, где вроде земля "получше", и прихватить машинку, да еще и хозяину игрушки накостылять, чтоб не был столь жадным.
   Бог, конечно, простит своих чад. Куда же ему деваться, ведь он за них в ответе. И пусть созданий с разумом отпустят Гордыня, Похоть, Алчность, Чревоугодие, Зависть, Гнев, Лень.
   Немного боязливо закончил рассказ Васарий. Вурдук вскипал, словно чайник, но не вымолвил ни слова. Настроение Арсела подхватил и королевич. Наверное, именно поэтому дарстумец смолк и больше не требовал от гостей мнения. "Шедевры" явно не понравились.
   Солнце палило нещадно так, что даже невозможно было и взглядом окинуть местные достопримечательности. Задувал ветер, поднимая песок в небольшие вихри. Лицо и тело обжигал зной. Хотелось пить.
   Дорога до дома Васария стала настоящим испытанием воли и сил, но уже через пол часа вся компания сидела за добротным деревянным столом и попивала холодный слум (подобие кваса). Вурдук лишь и покрякивал от удовольствия. Ушиб от мяча мальчишки и впрямь больше не беспокоил. Местная медицина в лице старика исцелила неудачника.
   Местные традиции сразу вызвали море вопросов: почему дверей нет и все открыто? А где окна и почему вместо них одни дырки в стенах? Почему не нашлось места для кровати в доме? И в каких богов верят здешние люди, если на стенах неизвестные лики святых?
   На все сразу ответ не подбирался. Старый маг был слишком озадачен и не знал, за что хвататься. Начинал с ответа на один вопрос и тут же перескакивал на иной.
   Пристанище Васария стоило того, чтобы о нем можно было замолвить пару словечек. На крыше отдыхал собственный виф, которого старожила подкармливал ежедневно и тот взамен дарил внимание дарстумцу. Вифы хоть и не умели разговаривать привычным способом, но телепатически умудрялись переговорить кого угодно. "И на том спасибо" - так обычно отзывался насчет бесед с крылатыми "мэр" Дарстума.
   Сама лочуга таковой и являлась. Не обнаружилось в жилище нескольких комнат. Все напоминало отшельнические покои. Квадратная коробка, тут тебе и кухня и зал и опочивальня. Шкафы отсутствовали, а их роль выполняли полости в стенах, заполненные колбами и иными стекляшками с яркими жидкостями, от переизбытка которых невозможно было и шагу шагнуть, чтобы не вляпаться в стекло и не услышать хруст. А чтобы протиснуться до стола вурдуку так и вообще пришлось основательно выдохнуть и зашагать к стульчику, как бегемоту-балерине. Свет в здешних покоях также не планировался со дня постройки. И лишь свеча на столе, удачно освещавшая профили собравшихся на стенах, давала возможность в темном глиняном кармане почувствовать хоть какой-то комфорт. Тянуло сыростью, но в виде приличия гости не стали упоминать об этом.
   - Даже днем у вас здесь так темно, не грустно так жить? - завел разговор Вир.
   - Наоборот, здесь я отдыхаю, пожили бы здесь, поняли, что это настоящее блаженство - прийти после зноя в храм прохлады. Иначе и не скажешь, - Васарий и сам понимал и чувствовал, что гостям не терпелось поскорее вырваться из городка и умчаться в дальний путь, а посему сразу перешел ближе к делу. - Начну с того, что скажу, что я не принадлежу к ордену Удулук, Боже упаси, чтобы связываться с этими негодяями. Так соблюдаю вид, что с ними, но все лишь для того, чтобы Кам был при мне. Безопасней ему быть тут. Вы - хорошие, не такие как они. И как вас угораздило с ними связаться? Даже вон браслет вам дали, окольцевали. Вас вижу насквозь. Души ваши сейчас чисты от дурных помыслов. Многое в вашей жизни поменялось, и если бы вы пришли ко мне раньше, я бы и не стал даже с вами говорить. А сейчас вижу в вас перелом произошел, и не пошли вы по темному пути, - старик закашлялся, давая тем самым возможность и отряду задать насущные вопросы.
   - Вы же понимаете за чем мы пришли? - поспешил вурдук намекнуть на цель приезда.
   - Да я вас ждал и видел вас в шаре судеб. Он у меня никогда не врет. Еще дня три назад он мне сообщил о вас, что, мол, линия судьбы приведет короля и вора в мои пределы, я даже посмеялся, когда посмотрел в шаре на ваши лица и то, как вы себя ведете и подумал, что волшебный предсказатель сломался или обезумил от моих постоянных расспросов. Ибо идут ко мне настоящие клоуны, вы только не обижайтесь, а потом хотя бы раза два в день на вас посматривал, что вы творили, и только диву давался, как вы менялись. Прошу меня простить за то, что думал о вас как о глупцах. О сути вашего бегства ко мне я в курсе. В начале я должен вам рассказать про Сива, чтобы вы понимали какая опасность вам может грозить и что удумал этот псевдодобродетель.
   - У нас хоть и мало времени, но мы обязательно вас выслушаем, - перебил старца Данк.
   - Тогда замолчите и аккуратно переваривайте то, что я буду вам сообщать, - от мирного старца агрессия не ожидалась, поэтому Вир тут же напрягся как струна. - Не знаю до конца, какие козни решил творить Сив, но, кажется, он пытается перехитрить самого дьявола, а с Тьмой в игры играть даже смешно, так, глядишь, и укоротишь жизнь значительно, кто бы этому стервецу сказал об этом - рядом явно нет спасителя его души.
   - Где же ваш шар судеб. Так же вы его называете? - улыбка Данка была явно ни к месту. Васарий застыл на мгновение как изваяние, а далее лениво провел рукой над столом. Из пустоты явилась, нет, скорее плюхнулась, как бешенный футбольный мяч, переливающаяся стекляшка. Стукнувшись о поверхность, и тут же остановившись возле хозяина, шумная магова сфера перешла к показу фильма. Старику только и оставалось подать знак начала сеанса. На вогнутом экране замелькали объекты в хаосе. Сменялись мерзкие морды троллей, затем место их занимали вполне приличные лица людей с меткой южан на предплечье, а их оружие было направлено на своих собратьев. В это верить не хотелось.
   Вир посчитал происходящее глупой игрой воображения, но сменил мнение, как только в стеклянном кинотеатре засветилось лицо Сива. Глава удулукцев плечом к плечу дрался с Фрилом. О предательстве не стоило и речь держать. Все и так было яснее дня. А еще выяснялось самое удивительное - Сив посылал на гибель отряд, отвлекал троллей, вернее изображал великую деятельность помощи людям. И все лишь для того, чтобы стать повелителем всех и вся.
   Кто хочет все, не получит ровным счетом ничего. Эту истину трудно вбить в голову глупцу. Для Вира потрясением стало то, что Сару осознанно посылали на погибель собратья по ордену. Васарий открыл еще одну немаловажную тайну о вероятной гибели Вира от рук девчонки, которая могла состояться, если бы не произошли некоторые события, и мирка не сменила бы гнев на милость и даже любовь. Старик долго мялся, чтобы выдать зашифрованный шаром судеб факт, но все же признался.
   Королевич с самого начала доверял мирке, а выясненные обстоятельства его нисколько не смутили. А то, что убийства не случилось, стоило благодарить прекрасную девчонку, которая все же перевоспиталась и перестала воспринимать действительность под призмой фанатических идей братства. Какая она к черту мирка? Она человек, и даже больше. Ни каждый человек пожертвует жизнью ради другого. И в любви не стоит сомневаться - она была коротка, зато именно такой, какой и должна быть между сердцами, полными страсти.
   Васарий слегка ухмыльнулся, еще раз просматривая видения шара судеб. Его глаза забегали, как счастливые собачонки при виде здоровых костей с мясом. Раскрыть тайну на мгновение обезумевшего волшебника не получилось, как ни уговаривал его Арсел. Тогда стоило сменить тему разговора:
   - Вижу вашу драку с карками. Ох, и повезло вам крупно. Ведь их не может быть так мало. С вами схватились лишь трое. Такого быть не может. Мне известно, что меньше десяти их не бывает. Жуткие твари, - резюмировал старик.
   - В небе еще кружили огромные вороны, штук так пять. Но как только мы расправились с особо бравыми - остальные ретировались махом. Что это - страх или возможно чей-то приказ?! Черт с ними! Нас вела сюда Сара за Камом. Отдайте нам его. Настал момент, когда он должен поработать на силы Добра. Мне подсказывает Спять, что остальные камни уже давным давно скрылись с лица мира, - закашлялся от волнения Вир. - Послушайте, мы бы с удовольствием посидели с вами здесь и поболтали о делах житейских. Поверьте, все это мишура, ерунда. Нас не волнуют детали. От нас требуется спасти Заморье, пока оно не превратилось в кровавое месиво.
   - А мне шар судьбы говорит, что в начале ты был сущим дураком, а теперь твое сознание окончательно прояснилось. Ты поспел для таких подвигов, как и твой друг. Темное прошлое вурдука больше не тяготит. Данк теперь у нас воин, коих не сыскать во всех пределах мира. Кому как не вам вершить столь крупные дела? Пожалуй, я вам вручу Кам, но с одним "но".
   - Каким же? - ожидая подвоха, спросил Арсел. - полагается откушать блюдо из клопов?
   - Вот с юмором у вурдуков всегда случается загвоздка. Все норовят испортить кому-нибудь настроение.
   - Не то, чтобы это правда. Просто мне всего-навсего за сегодняшний день надо спасти из лап доров любимую и неповторимую.
   - Сразу двух принцесс? - ехидно заметил Васарий.
   - Ну, вы же меня поняли, не подкалывайте. Одну. Единственную! - жалобным тоном сказал Данк.
   - Так стоп. Что за "но"? - перебил Вир.
   - Вам то и надо, что послушать предысторию возникновения камушка.
   - Действуй и смысла побольше, а слов поменьше, хорошо? - одолжение из уст вурдука значит многое, ибо он редко когда делает уступки.
   - Хорошо. Полнятся земли мира, что зовется Заморьем, легендами разными. Но одна история мучает умы бродяг, мечтающих о превращении в принцев с перстнем золотым, да с невестушкой из иноземных стран, а болезные размышления безумцев в грезах приводят к решению разнести все к чертовой матери и застраивать по мановению волшебной палочки свои уже территории в ранге повелителя. Не было времен, когда бы не встречались авантюристы, бросавшие нажитое и не мчавшиеся на поиски Кама. Всех их ждал один конец - исчезновение. О таких всегда говорили: как сквозь землю провалился. Амулет в злодеяниях никогда не участвовал, но всегда отталкивал от себя тех, кто шел к нему не с добрыми намерениями - уводил иной тропой. И любого, без исключения, оставлял в живых, так что пропажа горе-искателей заключалась в них самих, то разбойников встретят, то наткнутся на зверя дикого.
   Не обошли Кам стороной слухи. Приписывались ему и лечебные свойства, некоторые поговаривали, что духом его следует кликать, ибо не камень это вовсе, а неуемных детишек глупые родители всегда подпугивали, приговаривая: опять напаршивничал, теперь жди, обернется Кам чудищем огромным, придет и съест тебя.
   Тому, что знания об амулете затеряются в смутных исторических поворотах жизни мира, поспособствовали удулукцы, потратившие изрядное количество времени на то, чтобы втемяшить в головы жители городов и весей подчас маразматические идеи, подкидывались словесные и письменные, в виде книг, газет, фальшивки в очень искусной форме. Совсем позабылись события тысячелетней давности, когда на земли Заморья ступила нога незнакомца. Его звали Тортоном. Нес он в народные массы благие идеи благочестия, покаяния за грехи, бесконечной любви ко всему окружающему миру. Его проповеди оказались настолько убедительными, что многие поверили чужестранцу и поспешили объявить его своим владыкой. Не стоит думать, что это решение пришлось по душе царям мира. Даже к тому времени малочисленный народ троллей возымел желание тоже повиноваться лишь одному Тортону, и тогда родился единый план устранения. Королям всех княжеств возжелалось самолично поучаствовать в убиении чудо-человека, путешествовавшего от одной области к другой, излечивая больных и образумливая здоровых. Оригинальничать не стали, а позвали во дворец, пустив весть в народы, что королевич Пипин Короткоух слег от некоторой странной неизлечимой болезни. И случилось знахарю оказаться в краях, где и властвовал сей грозный муж, возлежавший на псевдо-смертном одре. Приглашение в опочивальню царя было принято незамедлительно. Так Тортон и очутился в руках негодяев, не поленившихся примчаться из далеких областей лишь для того, чтобы совершить чудовищное мероприятие. Жалости не стоило ждать. Тело убиенного проповедника было великодушно представлено публике тем же числом. Бунта по этому поводу не приключилось, новость многих повергла в шок по причине того, что любимый народом Тортон обвинялся в попытке покушения на ценную жизнь Короткоуха. Близкие по душу сподвижники и любимая приняли удар с честью. Настраивать людей, троллей, гоблинов, вурдуков, доров и других жителей Заморья против королей не стали. Погребение состоялось спустя два дня в пещере Кам близ столицы Анверп графства Уизвер. По традиции Тортона завернули в белый саван и возложили на вытесанный в скале двухметровый горизонтальный булыжник. Вход в пещеру в течение месяца неусыпно охраняли от наплыва любознательных, разбойников, сочувствующих. На тридцать второй день сошло с небес чудо и Тортон исчез. А на его месте, на прежде без оных знаков камне, заблистали апельсиновым светом строки напутствия:
  
   Не счесть безумств, но всех простить ведь стоит.
   Да станет лучше, знать лишь надо, об этом ложе говорит.
   В нем счастье, радость и любовь, раскрыть их еще вам предстоит.
   Обманом сорванный кусок не мыслим, судьбу войны он предвещает.
   Иной конец, бессмертием согретый, немыслимые реки крови принесет.
  
   Нашлись писаки, постаравшиеся расшифровать послание, но должного ответа для общественности не нашлось. Вскоре распространилась одна серьезная идея о том, что камешек продлевает жизнь до немыслимого срока в несколько сотен лет, а потом и вовсе пришлась к месту затея о том, что булыжник дарует бессмертие. Несмотря на попытки оградить пещеру Кам от посягательств, спустя недолгое время хлынул настоящий поток паломничества, в первую очередь, состоявший из вельмож, желавших заполучить кусочек чуда. Так и растащили, кто куда, реликвию. А письмена на ложе затухли, предвещая скорую рознь среди народов. К великой скорби Кам очутился, хоть и частями, в руках недальновидных, безмозглых негодяев, управлявших графствами, королевствами, уездами и черт еще знает какими образованиями. А, прознав о непроверенном действии камня, бросились королевичи делить в алчном порыве территории, наивно полагая, что именно им принадлежит право быть бессмертными. Так и встречались войска в чистом поле, а на груди великих особ во главе армий висели обломки ложа Тортона. Кто бы им напомнил сказание пещеры, но дохли недоумки, как мухи, поскольку Кам может быть лишь в руках одного воина, желательно благочестивого - вот тогда и жди, что копье или меч, наносящий смертельную рану, лишь поцарапает. Но алчных намерений было не остановить. Как итог, пролилась кровь, как и предвещал Тортон. Сотни унесенных из пещеры камешков разлетелись по всему белу свету, затерявшись в самых удивительных его уголках. Прошло пару сотен лет, прежде чем в Заморье остался один кривой неприметный обломок, именуемый Камом, хранившегося среди живых. Его берегли члены ордена Удулук, не разглашая тайны и передавая из поколения в поколение. Мир находился в относительной безопасности.
   - Тебе бы книжки писать, старик. Я уже седьмой сон чуть не увидел, пока тебя слушал, - на сие заявление Арсел Данк наделся получить гневное замечание, но реакция должная не последовала, вместо этого старик заявил, как будто не замечая иронии:
   - А теперь и сам Кам выходит на сцену, - представил Васарий предмет, выуженный из кармана.
   - Вы что же его носите все время в брюках вот просто так? - негодовал Вир.
   - У мага всегда нужное при себе, - похвастался старый волшебник. - А вам стоит его беречь как собственное "я". Вроде как и нет больше камешков столь мощных - это ведь энергия самой природы, а не магия человека или какого-нибудь горного гнома. И помните одну особенность Кам у человека - бессмертен человек, попал в руки вурдука - вечная жизнь ему дарована, если камешек под бочком. Так что учтите это, а то натворите в горячке Бог знает чего.
   - В такие то времена гарантировать нельзя ничего, но одно мы знаем наверняка - после такого пути стоит напиться аркуана, - последнее слово Данк сообщил с особым удовольствием, смакуя мысленно вкус алкогольного напитка, напоминающего вино, но приготовленного на лесных травах.
   - Могу предположить, что речь явно идет о некой горячительной жидкости.
   - Ты очевидно еще и провидец? - давясь от собственного неожиданно подкатившего смеха, заметил вурдук.
   - И такими делами бывает балуемся. А вот Кам то вы как-то не оценили, вот он перед вами. Где крики и визги радости? - озадаченно и с доброй улыбкой на лице спросил дарстумец.
   Камень находился рядом на столе. Можно было понюхать, погрызть для пущей верности. Ничего особенного в артефакте не обнаружилось. Чуть вытянутый булыжник, глиняного цвета. Кто бы мог подумать, что булыжник имеет силу.
   - А это точно он? Камень бессмертия, по сути вещей, должен быть особенным, ведь так? А вы нам всучиваете первый попавшийся под руку обломок не понять чего, - бред Арсела было не остановить. Ему мог помочь лишь королевич:
   - Так, давайте не будем метать икру! Есть простой способ проверить. Лунная Спять скажет правду, - медлить не стоило и Вир прикоснулся дрожащими руками сокровища. По руке пробежал холод. Он не пугал, а давал существующей, перемешавшейся с кровью магией новые силы. Королевич сидел, как блаженный, с прикрытыми глазами и улыбкой до ушей. Васарий тоже расплылся в идиотической понимающей ухмылке. Молчание продлилось сущих три секунды.
   - Так и будем сидеть глазки строить?! Дальше-то что? - взрывным тоном напомнил о своем существовании Данк.
   - А, ничего. Бежать вам отсюда надо, как фуриям. Кам у вас, хм... вернее у человека.
   - А вы разве не человек? - без особого интереса спросил Арсел.
   - Когда-то, лет так шестьсот был, а сейчас я всего лишь дух, охранник Кама. Я так долго ждался этого момента, вы даже не представляете. Теперь могу спокойно идти на покой.
   - Вот так дела! Так мы что беседу вели с привидением? - уже с повышенным интересом поинтересовался Данк.
   - С мертвецом, - пояснил Васарий. - Так понятней?
   - Очуметь! А за окном детишки носятся, они-то живые? - вурдук сглотнул слюну. Такого поворота событий он не ожидал.
   - Нет! - изучающее, ответил дарстумец. - Дарстум - место особое, места живым здесь не предоставляется. Вы можете остаться, если хотите, но это будет означать, что с миром живых вы попрощались. Так что возвращайтесь к Антвару, а то он вас совсем заждался.
   - А что же делать с Сивом? - вспомнил о недруге Вир.
   - Молодой человек, а что вы можете с ним сделать. Бог видит все, что творится вокруг. Вы же всего лишь сыны нашего господа, а пытаетесь вершить его дела. С Сивом лучше справиться, оставив его в покое. Его накажет собственная алчность, жажда власти. Но на этом все. О будущем говорить нельзя. Большой грех. Спасайте любовь, защищайте мир от дальнейшей жестокости и убийств и вам зачтется. А себя я карю, что не отдал Кам раньше, от этого моя душа неспокойна. Так хочется помочь, а может еще представится случай тряхнуть стариной, как считаете?
   - Вы же привидение, - подвел диагноз Арсел.
   - И у духов есть свои ресурсы. Тем более что я не совсем привидение. Ну, да ладно, ступайте. Поспешите к Урсуле. Шару судьбы невдомек, что же будет с ней.
   - Это как так? Он же видит все? - завелся было Данк.
   - Будущее же, как никак. А вызывать в шаре события в областях доров - значит, наслать на нашу деревню не только Божью кару.
   - Значит, если я спрошу о том, спасу ее или нет, вы мне не ответите? - бушевал не на шутку великан. - Духу же не отрубить пальчик, да ведь?
   - Угу, - радовался за себя дарстумец.
   - Один негатив сплошной, даже голову ему не отрубить, что это такое?! - кровожадность, проснувшаяся неожиданно, не собиралась покидать Арсела так скоро. - Вот разнесу тебе тут все!
   - Что с тобой?! Ты чего кидаешься на нашего друга? - принялся защищать старика маг.
   - Не ругайтесь! У вурдука "воинская ломка". Про Аверх-то не забывайте.
   - А откуда вы о нем знаете?!
   Васарий вновь расплылся в улыбке. Отвечать не стал.
   - Понятно. Энциклопедия ходячая, как мне в себе унять этот гнев? - разорялся Данк, но уже более спокойным тоном.
   - А никак. Меч побывал ни в одной битве, накопил в себе много темной энергии убийства. Вот и вскипает кровь у вурдука, - заметил старый волшебник о бывшем воре в третьем лице.
   - Спокоен я, спокоен. Вот видите, больше не кидаюсь и не ношусь здесь, как взбесившийся вол, - уверенно заключил Арсел, топнув грузной ногой по полу. Колбы у самого края ниш в стене затряслись, как почки березовые на ветру, и брякнулись о пол, разлетевшись на мелкие кусочки. Магической реакции дожидаться долго не пришлось. Зелья слились в одну сплошную жижу. Ожидать от смеси веществ стоило всего, чего угодно.
   Кто бы предупредил человека и вурдука, что химичить в Дарстуме разрешалось лишь слегка. А перебор грозил выдать деревню с потрохами, тем более что око Фрила в виде Аквиана так и рыскало по пределам Заморья в поисках вот таких закутков, где могла скапливаться сила Добра. О, как он был наивен, а может и нет. История знает не мало тиранов с различного рода патологиями мозга, а точнее психики. И пусть тролля мучают приступы бешенства, ненависти в поисках жертв и дай Бог эти попытки лишить еще одного хорошего человека жизни окажутся тщетными.
   Васариво зелье из разных сосудов смешалось в гремучую смесь, зашипело заунывно, а в следующий момент все вокруг померкло под вспышкой яркого света.
   Над равниной взмыл к небесам кислотного цвета гриб. Атомной бомбы здесь отродясь не видели, а вот мощь зелий Васария славится не только в здешних краях, но и далеко за его пределами.
   Выброс волшебной силы нарастал, тянул снизу вверх и, казалось, этот процесс будет бесконечным. Пасшийся у самого края Дарстума Антвар наблюдал, как вспучивается земля внутри "невидимой" деревеньки. Конь выпучивал глаза, поднимая все выше голову. Чудо взрыв устремился к небесам, выше всяких пиков. Даже самая высокая точка - вершина Вулкана Одиноких Сердец на востоке Заморья, осталась далеко позади. Время новых рекордов!
   Какие фейерверки запускают в Дарстуме, знали теперь в любой точке мира. Местный катаклизм никак не сказался на жизни королевств, континентов. Все шло своим чередом. А вот для Темных Сил наступило время настоящей, услаждающей душу (если она вообще у них есть) охоты. Жертва помахала белым флагом, сказав: "Я тут, берите меня за жабры"!!! В сторону Дарстума устремились отряды кровожадных троллей. Аквиан повернул, и медленным ходом устремился на встречу белой магии, кою он чуял, как настоящая ищейка. Даже с виду безобидные горные гномы повылазили из своих нор за сотни километров от эпицентра в надежде урвать какой-нибудь самый неблаговидный кусочек не то волшебства, не то их волновали материальные ценности. Черт их разберет, этих слепых, как кроты существ.
   Вся нечисть дала о себе знать. Быстрые выносливые гоблины потянулись на заслеженное местечко, дабы отличиться перед хозяином, Фрилом. Оборотни, истинные стайеры, сорвались первыми, позабыв о том, что рядом уже стопроцентная пища, еще живая, но еще секунда и ... Они скрываются во тьме, не тронув безобидного человека, ибо есть дельце и покрупнее.
   Карки будут первыми на пиршестве, если оно, конечно, еще случится. Скорость на их стороне. До селе наиболее спокойные представители Темной Стороны - доры - отсиживались в тени более шустрых приспешников Владыки Тени. Но даже эти ленивые летающие слоны, хоть и не все, но сорвались с насиженных гнезд, чтобы присоединиться к разделке "туши".
  
   ***
  
   Продолжаться волшебной феерии судьба предложила недолго. Реакции в колбочках хватило на несколько минут. Смерч из заключенных в жидкости заклинаний длился пару минут, а затем хлынул разноцветный дождь вперемешку с градинами весом с кулак. Нет, это не прохудилось небо, просто чудо заклинание попало в тучи. Вскоре и он закончился. Как фантасмагорию пережил Антвар сущее чудо. Еще удивительней, что в Дарстуме никто не пострадал. И когда вокруг все прояснилось, и Вир с Арселом проморгались, настал момент, когда можно было от души нахохотаться. Чем собственно уже занимался Васарий, чья макушка, да что там говорить, вся голова окрасилась в жгучий оранжевый цвет.
   - А что есть что-то в этом привлекательное! - успокаивал себя и едва сдерживался, чтобы вновь не впасть в истерику от смеха старый волшебник.
   - Вам и вправду идет. Если бы вы не жили в невидимой деревни, то вас можно было бы наблюдать из любой точки бывшего Свирда, даже не прищуриваясь, - поддержал догадку дарстумца Вир.
   - А вот и верно. Самое главное, что это смешанное заклинание совершенно безопасно при взаимодействии с ним. Давайте-ка перестанем вести тут задушевные беседы и расспрашивать меня. Я рад вас видеть, но вам пора. Деревне пора вновь исчезнуть и подальше смыться из этих предместий, - заключил Васарий.
   "Дух" проводил до врат и даже вылез из Дарстума, чтобы попрощаться. Антвар все также мирно пощипывал травку, не обращая внимания на людей и вурдука.
   - Каким бы быстрым не был наш прекрасный конь, но мы же не успеем?! - озадаченно вопрошал вурдук.
   - Сегодня у доров праздник, а к десяти вечера они принесут в жертву вурдучку. Бросят ее в жерло вулкана Атутука, и чтобы хоть как-то посодействовать вам еще, я немного усовершенствую ваше транспортное средство, - последнее выражение рыжеволосого мага заслышал жеребец и испуганно вытянул шею, позабыв пережевывать траву. Так и застыл.
   В руке дарстумца блеснул в цвете солнечного дня связанный наспех из парусины мешочек. Королевич и вурдук не успели и пискнуть, выуженный оттуда порошок тут же пришелся к делу. Антвара осыпали золотистым дождем и он в миг обернулся стрекозой гигантских размеров.
   Новое обличие явно не было к лицу бывшему человеку. Большие фасеточные глаза с зелененьким переливом взирали, лишенные какого-либо смысла. Крылья, как паруса, расправились и заблистали во всей красе. Насекомое взмыло в небо, как вертолет, покружило и присело на исходную позицию.
   - Вы что, действительно думаете, что усядусь на это противное существо?! Я даже не могу представить, что я дотронусь до этого склизкого монстра, - кто же ожидал иного ответа от Данка. Пора было уже привыкнуть к нытью "малыша".
   - Одно дело - предпочтения, а другое - что мне делать с Антваром в таком виде? - с горестью констатировал Вир. - Я же пообещал его вернуть хозяину, а теперь что? Вы как себе представляете эту картинку?! Прихожу я к Марку и говорю ему: ты знаешь, дорогой мой, я тебе привел Антвара. И показываю ему вот этого таракана?!
   - Это не таракан, а стрекоза и вполне миленькая. От нее вам одна польза и будет, - подытожил рыжеволосый волшебник.
   - Выбора нет ведь? - спросил Вир, ожидая подтверждения его очевидной догадки. Васарий кивнул в знак того, что отступать некуда.
   Данк поправил Аверх за поясом и, наконец, сказал свое веское слово:
   - За мной! Кроме нас, Вир, кто же еще спасет этот грешный мир?! - надежда на то, что ответа не последует, оправдалась. Данк вцепился в лапищи жужжащей трещотки и вмиг оседлал ее, как будто делал это не одну сотню раз. Вир удостоверился, что Кам у него в надежном кармашке, хлопнул по нему одобрительно. Васарий и молодой маг пересеклись еще раз взглядами. Рыжеволосый старикан поклонился и поторопил, указывая на то, что вурдук уже навострился на путь далекий. Вир прикрыл глаза. Спять на запястье просигнализировала, что в рабочем состоянии. Волшебник вспорхнул чуть выше самого насекомого и уселся аккурат позади сотоварища. Браслет тут же погас, а голоса в голове не возникло. Хороший ли это знак?! Можно было только догадываться, но разум артефакта либо дремал или предоставил временному хозяину позабавиться.
   - А как ей управлять, тут нет поводьев, ничего вообще нет, а? - озадаченность вурдука можно было понять. - Или она, или он понимает слова?
   Васарий продолжил общаться кивками, промолчав и предоставив путникам самим догадаться о решении задачки.
   - Ну, допустим, что так оно и есть. Тогда, дорогая моя, вперед!!! - заорал привычным для себя грубым резким голосом Данк.
   Стрекоза сорвалась с места, как беговой рысак на старте, унося кричащих, словно посетителей парка развлечений, наездников.
   За подуставшим горизонтом зачинался вечер. Сгустились тучи. Поначалу светлая точка (отряд путников) значилась на небосводе, а затем растворилась, как песчинка в бурном водопаде. До царства доров оставалось сделать самый главный шаг. Об отчаянности героев не стоит и говорить... Надо совершить героический поступок, все нужно сделать в самом лучшем свете. Но кто бы отряд предупредил, что вторгаться в местность доров - все равно, что подписать самому себе смертельный приговор. Знайте, если вы находитесь в районе Темных Пик, на севере, где заканчивается Равнина Забытого Времени, не избежать вам встречи с мирликийским огнем.
  
   ***
  
   О дорах сказано много. И во всех россказнях люди и вурдуки вспоминают о том, что доры и драконы - извечные враги и длится война между этими хищниками ни одно тысячелетие. Так уж случилось, что доры выбрали сторону Тьму, а драконам очень не хотелось становиться рабами и вьючными животными для троллей. Доров такая судьба вполне устраивала. За прилежную и преданную работу на поприще прихвостней и боевой силы дорам были отданы троллями северные земли. Уже никто не вспоминает те времена, когда люди пытались вернуть себе эти территории. За тщетность этих попыток можно побиться об заклад. В отличие от драконов доры обладают низкими моральными ценностями, а именно: убийство, грабеж, насилие - норма. Поклоняются своим специфическим богам. Приносят жертвы. Деликатесом считают вурдуков. Мало кто знает, что доры и драконы - родственники по крови. А борьба между видами - не желание драконов мириться с существованием кровожадных чудовищ и их служением Владыке Тьмы.
   Перед путешествинниками во главе с Виром рисовалась весьма грустная перспектива оказаться в цепких лапах летающих монстров.
   Горизонт совсем заволокло тучами. Промелькнула на небосводе частая гостья в этих краях - молния. Самое не беспокойное на погоду время в году как раз приходилось на Светозар - шестой месяц в году. Дождь сменялся то ярким припекающим солнцем, то тут же, из ниоткуда, налетал порывистый северный ветер. А нередкий град становился настоящим бедствием для крестьян. Раскаты грома объявились как всегда без приглашения и заставили Васария укрыться в Дарстуме.
   Волшебник не стал вмешиваться в дела природы. Менять погоду - дело греховное. Самый главный Создатель чудес находился на небесах. А значит стоило покорно откланяться и исчезнуть в пределах невидимой деревни пока не поздно. Свои уши навострили все хищники темного мира. Но ничего - плавающему Дарстуму замести следы не составит особого труда. Оставалось всего лишь прикрыть проход в мир спокойных душ.
   Васарий еще раз взглянул в даль. Грустно вздохнул, мысленно попрощавшись с умчавшимся отрядом. Старая дверца - путь в бывшее хранилище Кама, скрипнула и затворилась, оставив внутри в белесом отблеске фигуру рыжего мага. Кто знает, где Дарстум вновь объявится и какие сюрпризы преподнесет...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"