Да не дёргайся ты так, ей-богу. Расслабь плечи, выпусти из кулаков эту несчастную сигарету - она и так уже наполовину истлела, а ты всё крутишь и крутишь её в пальцах, будто от этого пепел обратно в табак превратится.
Сейчас это неизбежно и повсеместно. На каждом выпускном, считай, одно и то же: парни, эти юные хищники в галстуках, какую-нибудь учительницу да обломают. Традиция, можно сказать. Ритуал перехода.
Ты думаешь, это началось вчера? Ха! Ещё в девяностые, когда твой класс сам выпускался, шептались о том, как молоденькая англичанка после шампанского "поскользнулась" в подсобке с выпускником. А в нулевые - помнишь, была такая строгая математичка? Та самая, что двойки ставила без жалости? Так вот, говорят, на прощальном балу её видели в обнимку с капитаном школьной команды КВН. И ведь никто не удивился. Все только переглядывались да кивали: "Ну, классика жанра".
А нынче твоя - вот уж сюрприз - прямо в их лапы и угодила. Знаю, тебе, как мужу, слышать это - всё равно, что стеклом по нервам. Но ты послушай, ты вникни: она ведь не под дулом шла. Не скрутили, не тащили. Сама пила с ними, сама смеялась, сама в этот водоворот нырнула.
Видел бы ты, как она кружилась под ту глупую пошлую мелодию - голова откинута, глаза блестят, а эти мальчишки вокруг, как стая молодых волков, только повод ждут. Один букет ей сунул, другой руку на талию положил "случайно", третий шепчет что-то на ухо, а она хохочет - громко, звонко, так, что даже музыка не заглушает. И помада у неё к тому времени уже размазана, и пуговицы на блузке... ну, скажем, не все застегнуты.
Вот и сиди теперь, думай. Что с этим делать? Как дальше жить? Как смотреть ей в глаза, зная, что где-то там, в полумраке актового зала, её губы шептали что-то нежное не тебе? Что чьи-то чужие руки скользили по тому запретному, что ты считал своим? И, прижавшись в танце друг другу, он чувствовал её ещё упругое тело, а она его твердую требовательную плоть. И после танца она открыла своим ключом свой пустой и тёмный кабинет...
Потом она, конечно, оправдывалась. "Да ничего не было, просто танцевали!" - и глаза такие честные-честные, как у ребёнка, который только что съел варенье из банки и облизывает пальцы. "Ты же знаешь, я тебя люблю, это всё шампанское, атмосфера, ну что ты как маленький!" И пожалела тебя, погладила по щеке, прикоснулась волосами - теми самыми, что ещё вчера пахли её шампунем, а сегодня - чужим одеколоном.
Но знаешь что? Это ведь и есть жизнь. Грязная, липкая, настоящая. Не та, что в романах пишут, где герои страдают красиво, под звуки скрипки и шелест листвы. А вот эта - с запахом перегара, с размазанной помадой, с дрожащими пальцами, которые пытаются застегнуть блузку. С неловкими взглядами на следующее утро, с кофе, разлитым на столе, с молчанием, которое громче любого признания.
И вот ты сидишь, вертишь в руках её чашку - ту самую, с трещиной у ручки, которую она так любит, - и думаешь: а когда всё пошло не так? Когда она перестала быть твоей женщиной и стала просто красивой женщиной, на которую смотрят другие? Может, тогда, когда ты перестал замечать, как она красится? Или когда в сотый раз сказал "потом" на её "давай куда-нибудь сходим"?
Так что решай. Простить? Уйти? Закрыть глаза и сделать вид, что ничего не было? Выбор твой. Только помни: мир уже не будет таким, как прежде. И ты - тоже. Потому что даже если ты простишь, даже если улыбнёшься и скажешь "забудем", где-то глубоко внутри останется этот осколок - холодный, острый, напоминающий, что твоя безупречная история дала трещину. А жизнь идет, и очередной выпускной бал когда-нибудь начнется снова...