Пьянкова Карина: другие произведения.

Ролевик: Дракон-менестрель

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
  • Аннотация:
    ТЕКСТ ЗАМОРОЖЕН В 2010 ГОДУ


ГЛАВА 1

  
   Я не ролевик, честное слово, не была, не замечена, не привлекалась ни единого раза и вроде бы не собиралась. Фентези читала, грешна, с ребятами ролевыми общалась, но дальше разговоров "Тинка, а не поехать ли тебе с нами на ролевку?" не доходило. Я домашняя девочка, мне больше по душе тепло и уют своей квартиры, чем ночевка в лесу с малознакомыми молодыми людьми со странным привычками и еще более странным прозваниями. К тому же комары, клещи, палатки, ночевки в спальниках и прочая прелесть ролевых развлечений меня не прельщала. Вообще. Я даже в лагере в детстве не была ни разу, не говоря уж о полноценных походах. Какие мне выезды, а тем более игры, куда и обмундирование какое-то требуется и героя придумать нужно. Книжки читать одно, а вот самому мечом махать, пусть даже текстолитовым - это уже совсем другое.
   Мечом, кстати говоря, махать я пробовала. Не добровольно. Просто однажды недобрым утром моя лучшая подруга поставила меня перед фактом: я еду с ней в клуб исторического фехтования, а если переводить на человеческий язык, то в странное место, где собираются странные люди, принадлежащие к самым разнообразным неформальным течениям города. Там странный дядечка между двадцатью и бесконечностью вяло руководил тренировкой, вручив каждому у кого не было собственного оружия по деревянной палке. Мне в пару достался парень по прозвищу "Кот" на год старше меня и на голову ниже. Мы посмотрели друг на друга большими несчастными глазами, Кот раз ударил мечом, попав по моей руке, и больше наносить увечья малознакомой девушке не решился. Я, получив один синяк, потеряла даже ту жалкую долю энтузиазма, что у меня наличествовала и быстро присела на скамейку, где не возжелавшие познавать боевые искусства, мучили гитару. Там мне понравилось куда больше: сказалось наличие музыкальной школы за плечами, где училась я как раз на шестиструнной. Подруга, которая-то наоборот упиралась в фехтование, попыталась меня пристыдить и заставить снова взяться за оружие, но на этот раз я и не думала соглашаться. Я неуклюжа, я могу убиться даже текстолитовым мечом без постороннего участия, что уж говорить о поединке. Так что с тех пор, когда меня затаскивали к ролевым ребятам, я тащила с собой свою красавицу-гитару и забивалась с ней в угол. Репертуар у меня был как раз подходящий, так что в итоге все довольны, и Галя, моя подруга, и ее приятели, часть из которых благополучно стала и моими, и даже я, получив возможность "стонать под гитару" перед благодарной и терпимой публикой...
   Так бы моя жизнь и дальше тянулась спокойно и размеренно, без больших авралов... Если бы опять не Галин энтузиазм.
   Началось все печально... В пять часов утра с истеричного смеха главного маньяка из "Тетради Смерти", чей голос стоял звонком на номере моей лучшей подруги. Я с трудом оторвала голову от подушки и протянула руку к надрывающемуся мобильному, намереваясь сказать Гале, как сильно я ее люблю. Не удалось. Стоило только ответить, как поток речи собеседницы остановить возможным не представлялось:
   - Кристина! Собирайся! У нас в одиннадцать автобус! Возьми что-нибудь из консервов, сухарей, чая, крупы. Носки шерстяные захвати, ночью холодно будет. Спрей какой от комаров. Кружку железную с ложкой. Спички. А, ну и гитару свою бери.
   Галин голос с утра звучал преступно жизнерадостно... При всем моем патологическом миролюбии, в тот момент я захотела придушить ее своими руками.
   - А... - вяло отозвалась я, подавляя малодушно желание выключить телефон или, того хуже выкинуть к чертям в окно. - Галка, ты сдурела, что ли? Какой автобус? Какие консервы? Чего ты меня на каникулах в такую рань несусветную будишь?
   Через три минуты я с изумлением узнала, что мы едем на грандиозную игру по "Сильмариллиону" в соседнюю область, что я уже три месяца как заявлена, у меня есть персонаж, и если я сейчас же не начну собираться, Гале я больше не подруга.
   Об игре я, поднапрягшись, вспомнила. Среди наших ролевиков о ней много судачили, обсуждая, кто и кем поедет, но вот о том, что в этом глобальном безобразии принимаю участие и я тоже, узнала впервые.
   - Га-а-а-а-аля! - умоляюще простонала я. - Ты же знаешь, как я отношусь к выездам на природу!
   - Потерпишь! Ничего страшного! - безжалостно ответили мне.
   Никогда она не понимала, какая мука для меня остаться без душа, нормальной кровати, средств для умывания... Это же настоящая смерть.
   - Я и часть твоих друзей до одури боюсь, а там будет толпа совершенно незнакомых неформалов!
   - Познакомишься!
   - На последней игре какому-то парню глаз выбили!
   - Так потом всем миром скинулись на операцию! - возмутилась Галя.
   - А ты думаешь, ему от этого легче?! - воскликнула я.
   - Не дрейфь, ты же не мечом махать поедешь! Менестрелем нашим будешь. Тебе не привыкать.
   - У меня палатки нет! И спальника! - вспомнила я еще причины невозможности поехать на игру.
   - Ничего, у Дзирта четырехместная, он нас к себе возьмет. А спальник Сарумян одолжил.
   Ну, с Сашкой-то все понятно, он по Гале уже с полгода сохнет, попросила бы - он эту палатку ей вообще подарил, а не просто пустил на ночь с нахлебницей в моем лице. А вот как удалось выбить имущество у Сарумяна, одному богу известно.
   - Да у меня никакого костюма нет!
   - Есть, - добили меня. - Девчонки одолжили уже.
   Один со мной размер был у Кати, Веры и Оли, то бишь Катиссы, Эовин и Олли... Спасибо вам, девочки, большое. Век не забуду вашей доброты и отомщу при первой возможности.
   - Тин, я Галадриэль буду! И ты собираешься это пропустить?
   Галадриэль?.. Это ж надо было...
   - Галка, ты же брюнетка. Неужто на парик разорилась? - подивилась я.
   На той стороне повисло напряженное молчание.
   - Я перекрасилась...
   - О... - только и смогла выдавить из себя я.
   Галя относилась к блондинкам с видимым пренебрежением, делая исключение лишь для меня и то, потому что я за десять лет знакомства доказала наличие определенной доли интеллекта. А уж что она говорила про блондинок крашеных... Да для подруги перекраситься было равносильно смене пола или даже ампутации конечности. Но, очевидно, роль эльфийской Владычицы того стоила...
   - Ну... тогда ладно, - смирилась я с горькой участью.
   С час я, вывихивая в зевках челюсть, сгребала весь названный мне подругой "арсенал юного ролевика". Ехать не хотелось. Безумно. Но Галя же не простит мне, если я пропущу ее звездный час. Непонятно, как она вообще получила эту роль, разве что Дзирт постарался, чтобы пустить пыль в глаза. В любом случае, мало кому достается побыть королевой повторно.
   Так что я смирилась с участью придворного эльфийского менестреля, пусть и подневольного и, найдя в кладовке рюкзак старшего брата, упаковала все собранное барахло, оделась. Напоследок черканула на прощанье родителям, пребывавшим на даче в этот судьбоносный момент, где меня искать в случае чего, и кто в этом виноват, и вышла из квартиры, готовясь к худшему.
   Пока я добиралась к автовокзалу с другого конца города, мне трижды позвонила Галя, трижды Олли и один раз Кот. Вопрос у них был только один "Где ты?" и мой ответ не понравился ни одному из троих. Олли так и вовсе пригрозила пристукнуть меня в случае опоздания. А я беспомощно смотрела на затылок водителя маршрутки, который вопреки сложившимся стереотипам вел настолько медленно, что мне казалось, что умру я в пути к вокзалу безо всякого постороннего вмешательства. На задворках сознания вертелась подленькая мыслишка, что если я опоздаю, то это будет даже к лучшему.
   Успела.
   На свою голову.
   Пятнадцать человек наших, которых понесло на игру, встретили меня тяжелыми взглядами, заставив виновато втянуть голову в плечи.
   - О-о-о-о... Тинвэ! - приветствовал меня Сарумян.
   - Почему "Тинвэ"? - не поняла я. - Всегда же вроде бы просто "Тин" была.
   - А ты у нас заявлена как "Тинвэ, драконья дева".
   Я читала Сильмариллион. Пусть по диагонали, но читала. Поэтому пребывала в полнейшем изумлении.
   - Ересь какая! Это чья была идея? - возопила я.
   Ребята красноречиво замолчали, косясь на Гальку, чьи волосы были подлинно эльфячьего золотистого цвета, на зависть всем натуральным блондинкам. Надо будет узнать, где и чем так хорошо покрасилась. Та виновато потупилась.
   - Галь, но драконы же вроде как создания Мелькора! Я ж тогда попаду в стан к идеологическому врагу! И на меня будет пялиться Всевидящее око!
   - Ты с нами! - обрадовала меня Галка. - Мы договорились.
   - Кто договаривался?
   На этот раз потупился Дзирт.
   - Могла бы и не спрашивать, - хмыкнула я. - Саш, ну ты же филолог. Ты должен понимать, что этим вы прошлись по памяти Профессора в грязных говнодавах!
   - Да забей, Тин, - махнул рукой Кот. - Зато тебе магию дадут. Наверное. Немного. И будешь не совсем уж бесполезная.
   - Дракон-менестрель при эльфийском дворе. Ничего глупее в жизни не слышала, - вздохнула я.
   - Да ладно тебе, - хлопнул меня по плечу Сарумян. - Будет весело. Пропустили же как-то. Такой персонаж еще в девяносто седьмом году на ХИ прошел.
   - Ты с чего вообще мне спальник одолжил? - тихо зашипела на него я. - У тебя ж зимой снега не допросишься!
   - Сделал гадость - сердцу радость, - еле слышно прошипел Сарумян, с удовольствием наблюдая, как перекашивает от неземного счастья мое лицо.
   С гоготом и шутками наша компания, из которой выбивалась только чудовищно нежизнерадостная я, загрузилась в междугородний автобус, пугая прочих цивильных пассажиров как своим видом, так и повадками. Бабушка, которая сидела перед Маэглином и Сарумяном нервно косилась на длинноволосых странно одетых парней с кучей фенек на руках. Как я ее понимала... Сама также боялась сперва всю эту братию, пока не поняла, что в большинстве своем ролевики куда безопаснее многих обывателей.
   Мое место было у окна, рядом с Галкой, что гарантировало веселую во всех смыслах поездку и море информации о грядущем событии. Все бы ничего, вот только меня страшно укачивало во всех видах транспорта: автобусах, троллейбусах, автомобилях и даже трамваях... Поэтому обычно перед поездкой я запасаюсь бумажными пакетами, влажными салфетками и мятной жвачкой. Я уселась, не выпуская из рук драгоценную гитару, и приготовилась к худшему.
   Худшее не заставило себя ждать...
   Из автобуса я не вышла, а вывались, вымотанная, нежно-зеленого цвета, так и не выпустившая гитару, как солдат боевого знамени. Кто-то из наших смилостивился и вызвался нести мой рюкзак. Я вяло поблагодарила, но даже, честно говоря, не поняла, кто же взял на себя нелегкую ношу, не сумев толком сфокусировать взгляд на лице добровольного помощника.
   - Ну все, Тинка, все, доехали, - попыталась успокоить меня Галка.
   - Угу, - довольно подхватил Сарумян. - Сейчас только еще полчаса на другом автобусе...
   - Я умру раньше. На игре не будет лояльного к эльфам дракона и святотатство не будет совершено, - пафосно простонала я, едва не упав на задницу.
   От позора меня спас подхвативший за шкирку Дзирт.
   - Спокойно, Кристин, прорвемся. Мы все в тебя верим!
   Я в себя совершенно не верила, но спорить уже сил не было, да и зачем? Полчаса - и на полигоне, а вот там уж точно будет так весело, что хоть помирай.
   До непосредственного места боевых действий добирались на старом раздолбанном пазике, провонявшем бензином насквозь. Свободных мест было всего три, и ребята, увидев, как я из зеленой становлюсь уже синюшной, усадили меня первой, насовав в руки столько пакетов, что хватило бы на всех пассажиров разом.
   Бабуля с авоськами, сидевшая рядом со мной, сперва сочувственно косилась, затем по доброте душеной дала мне немного попить. Я все боялась, что вода попросится назад, но ничего, прижилась вроде. Уверившись, что мне стало чуть лучше, старушка начала опасливо расспрашивать:
   - Девонька, а это кто, сектанты, чо ли?
   Я даже закашлялась.
   - Нет, ну что вы!
   Бабушка задумалась и минут десять меня не трогала.
   - Скинахэды?
   У стоявшего рядом с моим сидением Сарумяна на лице появилась такая гримаса, будто он съел что-то очень горькое.
   - Нет, - вздохнула я.
   - А хто?
   - Ролевики, - обреченно отозвалась я.
   Кто такие ролевики, пожилая женщина не знала, о фентези представления не имела, а Профессор для нее исключительно научная степень. Как мне ей разъяснять особенности конкретной молодежной субкультуры? На пальцах?
   Единственное, чего я добилась, так это сумела убедить бабулю, что вот эти странные ребята не уголовники, не Свидетели Иеговы, не голубые и вообще белые и пушистые по определению. Что пушистые - это точно, у нас с короткой стрижкой был только Кот. И тот грозился отрастить волосы.
   За время просветительской беседы весь автобус чуть ли не катался от смеха, ролевики шли пятнами, а Дзирт то и дело рвался вмешаться и сказать что-то. Правда, старушке здоровенный загорелый бугай в отличие от хрупкой и безобидной девушки не понравился, и общаться с ним она не пожелала. Сашка, добрейшей души парень, будущий учитель русского языка и литературы, явно расстроился из-за такого отношения.
   За всеми этими разговорами я даже не поняла, когда мне легче стало. Но факт остается фактом, на нашей остановке я вышла уже самостоятельно и даже отобрала свой рюкзак, который, как оказалось, безропотно тащил Йода, студент-историк. Он сперва поупирался для вида, пытаясь изображать рыцаря, но так как на нем висела еще и палатка, то галантность проявлялась недолго, и я получила назад свои вещи.
   Через лес мы шли по проторенной широкой тропинке, которую, по словам Дзирта топтали ноги тысяч ролевиков разной степени именитости. Его послушать, так тут даже Лора вроде как появлялась. Честно говоря, в последнее верилось слабо...
   Сашка гордо вышагивал впереди рядом с Галькой, и я сразу могла понять, кто же будет второй частью дуэта правителей Лориэна. Может, уже сейчас начинать звать его Келеборном? Ну, для реалистичности.
   Через полчаса дотопали до нескольких палаток, которые обозначили как "мастерятник" или же "мастерский штаб". Никто из наших не удивился увиденному, поэтому я сочла, что это нормально, когда это место выглядит как разворошенный муравейник. Все мечутся, кричат, что-то пытаются узнать, на земле кучами свалены рюкзаки, обмундирование, часть народа уже в игровом, часть так и щеголяет в берцах и джинсах. Одно было сразу заметно: люди знают, что делать и чего ждать в этом кошмаре, и идут к цели самым прямым и надежным путем.
   Я почувствовала себя лишней... И ничего непонимающей в происходящем.
   - Так, вы тут стойте, - скомандовал Дзирт. - А мы с Галадриэлью к мастерам, подхватим еще эльфов иногородних и пойдем Лориэн строить.
   Вообще-то, как мне говорили, руководит в Лориэнской группировке обычно именно Галадриэль, но... Галька не лидер, Галька у нас звезда, она больше покрасоваться и мечом помахать любит, а командует всегда Сашка, у него вообще неплохо получается объяснять, кому и что делать, и на него никто не обижается за ценные указания.
   Дзирт вернулся через минут двадцать, когда вымотанный маленький отряд уже успел вусмерть переругаться исключительно из-за усталости и голода. Саша заявил, что приблудных лориэнских эльфов обнаружили и согнали кучу (с дюжину умученных парней и девушек маячили за спиной лидера, кто-то даже помахал рукой в знак приветствия, но в основном все мрачно молчали), место нам для Лотлориэна нашли и инструкции на первое время получены.
   Мимо нашей компании пробежал какой-то чуть сутуловатый парень, притормозил на минуту, пожал руку Сашке и двинулся дальше.
   - Саурон, - кивнул на него Дзирт.
   - Келеборн дружески общается с Сауроном, - протянула я. - Вот еще одна причина, почему я не желала сюда ехать. Мне еще дорог мой рассудок.
   - Тин, ты просто чересчур ленива, - хмыкнул Сарумян. - Поэтому-то ты и не ездила. Ты же "Черную книгу Арды" взахлеб читала, так что не надо теперь втирать про свое почтение к канону.
   Захотелось сказать ему гадость, но в сущности это ведь правда... Ну ленива, что поделать? И удобство люблю. Так ведь это не великий грех...
   За оставшееся до ночи время мы разбили наш игровой лагерь, поставили палатки и сварганили из привезенных продуктов походный ужин. Наверное, было не очень вкусно, но есть хотелось настолько сильно, что слопали все почти мгновенно, а потом алчно поглядывали на соседей... Когда стало понятно, что больше ничего съестного не предвидится, а акт каннибализма провалится по причине излишней костлявости присутствующих, мы разбрелись по своим палаткам, надеясь отоспаться перед завтрашним парадом и грядущими игровыми действиями.
   В дзиртовой палатке помимо меня и Галки обжился еще и Кот, который на время игры стал Халдиром. Ребята подкалывали его, говоря, что с таким ростом ему только в хоббиты, но наш Игорь стоически держался, не поддаваясь на провокации.
   Ночью приходили орки. Точнее, это утром мы уже узнали, что это были именно они. А вот спросонья упитые до поросячьего визга типы идентификации не поддавались. Вообще-то, говорили, что на полигон спиртное провозить запрещено, однако же, эти на правила начхали.
   Наши мальчики дружно выскочили из палаток, накостыляли ворогам по шеям, и те покладисто удалились дебоширить в другом месте. И уже утром из мастерского штаба явился наш посредник, который и разъяснил, что это представители Темной стороны настолько вошли накануне в роли. Если у нас им дали достойный отпор, то в Ривенделле сауроновы отродья оторвались на полную катушку. Кстати о Сауроне. Он тоже приходил и очень извинялся, обещая, что больше он не позволит своим подручным такое поведение во внеигровое время. А вот за игровое - не ручается.
   Ну что ж, по крайней мере, орки у нас будут довольно-таки реалистичные. В отличие от разукрашенных синяками и ссадинами Перворожденных. Эльфы... они же должны быть прекрасными, утонченными, а уж никак не злобными, ругающимися матом и избитыми.
   - М-да... - прокомментировал Дзирт, то бишь уже Келеборн, вид сородичей. - С зятем теперь, по крайней мере, первый день связываться не стоит. Он мстить будет по черному. И наверняка нарвется.
   Элронд и правда носился как угорелый, собирая анти-оркскую группировку, чтобы отправиться чистить морды врагам. В итоге его отволокли к мастерам, а те уже, судя по рассказам очевидцев, долго вправляли князю мозги, объясняя, что нехорошо подбивать на неигровое насилие и жить вообще дружно надо. В итоге, более-менее утрясли все.
   Только не для меня. Девчонки, уже успевшие переодеться в игровое, совместными усилиями потащили меня в палатку, чтобы и меня "расчеловечить". Я ныла и сопротивлялась, но больше для вида. Поздно упираться, раз уже на полигоне.
   В итоге с мира по нитке мне достались: штаны серые из спандекса, которые облепляли ноги как лосины в худших традициях фильмов про Робин Гуда, рубашка зеленая с вышивкой, которую буквально от сердца оторвала Олли, поверх нее на меня натянули серую же котту. На лоб мне повязали ленту, не дававшую моим блондинистым локонам лезть в глаза, а затем торжественно вручили текстолитовый кинжал. Даже с ножнами. Щедрость Сарумяна меня просто пугала, заставляя думать о стихийных бедствиях или вовсе конце света.
   - Да тебе ж магии все-таки не отпустили. Не положено, - пояснил он. - Можешь только огнем пыхать, вот только в драконьем облике. Но и тут лимит на превращения выдан. Так что будешь кинжалом отбиваться, если что. Ну, или зарежешься, в крайнем случае, чтобы не выдать Врагу под пытками наши планы.
   - Добрый ты... - пробормотала я, взяв эту идею на заметку.
   Если будет совсем туго, то покончу с собой и до конца этого безобразия отсижу у костерка или похожу хвостиком за посредником, он у нас парень добрый, положительный по всем статьям и не пытался измываться надо мной, как наша компания.
   Когда меня облачали, я уж боялась, что стану совсем чучелом, но ничего, нормально так вышло, простенько и со вкусом, не Галькины, конечно, сияющие одежды, ну так я и не Галадриэль, так, менестрель придворный. Подруга же выглядела эффектно: тут тебе и развевающийся плащ, и белое одеяние, и кольчуга, и меч... Все это дополняли потрепанные черные кроссовки, на которых, впрочем, внимания никто не заострял. В общем, подлинная воинственная дева нолдор, владычица Лориэна в отвратном настроении, вооружена, опасна и жаждет крови Саурона. Причем, не в принципе Саурона, а именно того конкретного, что на игре был. Уж не знаю, что этот несчастный ей сделал, но о дуэли с ним Галя просто грезила. А мне полагалось написать про то славное событие балладу и потом с тоскливым подвыванием в голосе исполнить ее во славу сестры Финрода. Ну, или в память о ней же. Это как кому повезет.
   Гитара моя, слава богу, ну, или Валар, если уж совсем в роль входить, перенесла переезд довольно неплохо, а уж после того, как я струны подтянула, так и вовсе запела любо-дорого, что я и продемонстрировала ближайшему кусту, под который засела, чтобы попробовать инструмент и голос без посторонних глаз и ушей. Но меня довольно быстро обнаружили и окружили пришлые лориэнские эльфы, которые в отличие от своих, не знали, что я терпеть не могу распеваться и настраивать инструмент в чьем-либо присутствии. Под чужими взглядами я смущалась, терялась и фальшивила, но ролевики мне это по широте душевной прощали, а потом и вовсе подпевать стали, да так, что не было слышно ни меня, ни гитары. Так бы, наверное, и дальше просидели, но явился Дзирт и по праву Владыки Лориэна погнал всех на фиг. На парад.
   Я встала с земли с трудом, ноги занемели, так что идти наравне с остальными не получалось. Да и того... в кустики отлучиться захотелось, а то не срываться же потом посреди торжественного мероприятия по малой нужде. Так что по дороге я тихонько свернула с тропинки, прикинув, что тут я вряд ли заблужусь, ведь идти-то дальше по прямой, да и вопли такой прорвы народу уж точно не услышать не получится.
   Сделав свои дела, я снова повесила на плечо гитару, и пошла в ту сторону, где по моим предположениям должен был находится мастерятник...
   Спустя двадцать минут я поняла, что зашла куда-то не туда...
   Во-первых, было так тихо, что даже страшно. А после одной ночи в лагере ролевого братства я поняла, что такого на игре не бывает. Крики разной степени приличности лес оглашать просто обязаны. Потом пропала тропинка, и больше я не нашла никаких следов человеческих ног. Это уже нервировало. У меня, может быть, и топографический кретинизм, но не настолько же, чтобы натоптанная несколькими десятками пар ног дорожка просто исчезла у меня перед носом...
   Еще через двадцать минут я начала "аукать", понимая, что сама точно уже никого нигде не найду. Из ближайших зарослей малины с перепуганным писком вылетела какая-то птичка. Больше никакой реакции на призыв о помощи не последовало.
   Я испугалась и разозлилась одновременно.
   Идти дальше куда-то было страшно. Раз выйти не могу, то только заблужусь. Попытка вернуться по своим следам тоже провалилась, так как их попросту не было. А это уже попахивало откровенным бредом. Я могла заблудиться и не видеть следы других, но сама-то должна была порядком травы намять своими кроссовками. Ан нет. Такое ощущение возникло, будто я возникла прямо посреди лесной поляны.
   - Эй! Кто-нибудь! - еще раз заорала во всю мощь легких я.
   На этот раз услышали. Вот только я не обрадовалась тому, что меня нашли.
   - Стоять! - рявкнул позади мужской голос.
   Я медленно обернулась. Говорившего не увидела, но вот металлический наконечник стрелы был достаточно красноречив сам по себе.
   Сперва подумала, что кто-то из Темных опять развлекается, но потом сообразила: вряд ли кто-то бы рискнул до начала игры такое творить, мастера после "оркских набегов" немного озверевшие и за очередное нарушение правил устроили бы такое, что мало никому не показалось. Да и вряд ли кто-то из ролевиков потащил бы на полигон стрелы с настоящими металлическим наконечниками. Ими ведь и убить можно.
   Ну и кто тогда это такой?..
   - С-стою, - дрожащим голосом ответила я.
   Испугалась я сильно. Все-таки встреча с вооруженным психопатом мало для кого пройдет без потери нервных клеток.
   - Кто такая? - грозно рявкнули на меня.
   Я посреди леса, который кишмя кишит ролевиками. Мне угрожают. Стрелой. Нет, мне сразу показалось, что чего-то тут определенно не то, но иной версии кроме того, что это нефоры так экстремально развлекаются, мне в голову не пришло... Так что сперва я решила считать незнакомца ролевиком. Там разберемся.
   - Я... это... Тин. То есть Тинвэ, менестрель из Лориэна, - выдала я свой статус в игре, решив, что сейчас более уместно будет представиться сперва в соответствии с ролью.
   - Кто? Откуда? - опешили по ту сторону кустов. Наконечник стрелы озадаченно качнулся вверх вниз.
   Я вздохнула. Не прокатило. Хорошо. Попробуем по-другому.
   - Коренева Кристина Владимировна, - начала я называть свое "прижизненное имя".
   - А ну не смей произносить заклинание! - заорали на меня.
   Я даже растерялась от крика и глупо хлопала глазами.
   - Какое заклинание? У меня нет магии! - праведно возмутилась я. - Мне ее не дали!
   - Закрой рот, если не хочешь чтобы я прострелил тебя насквозь! - даже не стали слушать мой лепет.
   Я предпочла выполнить требование. Еще в школе на БЖД нас учили, что с террористами и прочими психопатами ни в коем случае нельзя спорить.
   За кустами на какое-то время озадаченно смолки, будто подозрительный тип, держащий меня под прицелом, сам толком не знал, что со мной делать. Схватил. Отлично. Но дальше-то что?
   - Эй, чего ты там копаешься? - раздалось откуда-то сбоку.
   И тут на поляне появился третий участник этого безобразия. Был он довольно высок, по крайней мере, на голову выше меня, довольно-таки крепкого телосложения, прямо как наш Дзирт, только у нашего лидера волосы светлые, да еще и выгорели едва ли не до белизны, а у этого грива каштановая с рыжинкой. Лицо же мужчины было закрыто платком на манер бандитов дикого запада, так что я имела возможность видеть только цепкие глаза то ли серые, то ли зеленые. И глядели они на меня ой как неласково...
   - Да вот, девка какая-то. И ведьма еще поди, - отозвался из-за укрытия "террорист". - Пыталась меня заклясть.
   Я стояла и едва не плакала от страха и полного непонимания происходящего.
   - Не пыталась я никого заклясть! Я даже не умею! - с плохо сдерживаемыми рыданиями в голосе воскликнула я. - И вообще, кто вы такие?!
   Мой вопрос, очевидно, пропустили мимо ушей.
   - Как она прошла через охранные заклинания?! - недоуменно спросил второй.
   - А демон ее разберет! - раздраженно ответили из кустов. - Будто с неба сюда свалилась, ведьма проклятая!
   Я посмотрела на стрелу, посмотрела на явившегося мужика, оглянулась, чтобы еще раз убедиться - следов моих за спиной не обнаружилось. Голова у меня пошла кругом, и я в полной растерянности уселась на задницу, наплевав на сохранность одолженных штанов. Ситуация с каждой секундой становилась все чудесатее и чудесатее... Захотелось во все горло заорать "Мама!" и разреветься в голос. Первого я делать не стала, мама все равно не услышит, но вот хлюпать носом начала. А потом выдала такие трагичные и проникновенные девичьи рыдания, какие и на похоронах сейчас редко когда услышишь. "Террористы" от неожиданности даже перестали спорить о том, кем я могу быть.
   Правильно учит женская мудрость: никогда не спорь - сразу плачь.
   - Девка, ты чего? - настороженно спросил тот, что мне оружием угрожал.
   Я особо трагично, с подвыванием, всхлипнула и жалобно посмотрела на того, кто находился в пределах моей видимости, несчастными глазами.
   - Я н-не в-ведьма! М-менестрель я! - сквозь слезы сказала я и снова начала реветь.
   Мужчины чаще всего женской истерики попросту пугаются. Потому что слабо представляют, что в таком случае делать: успокаивать или не успокаивать, а если успокаивать, то как.
   - Угу. Ладно, пусть менестрель, - чтоб хоть как-то меня заткнуть согласились эти двое. - А как ты тут оказалась?
   - П-пришла! - выдала единственную имеющуюся в наличии версию я.
   Оба "террориста" синхронно и раздраженно вздохнули. Нет, я понимаю, что не ахти какой ответ, но что я могла еще сказать? Шла из одного лагеря ролевиков в другой и черт знает куда пришла?
   - Откуда? - решил уточнить второй мужчина, хотя в голосе надежды на успех у него не было.
   - Оттуда, - неопределенно махнула рукой назад я.
   - А почему следов нет? - спросили меня.
   - Н-не знаю! - снова всхлипнула я.
   - Вот точно ж ведьма, - мрачно донеслось из-за кустов.
   - Или действительно с неба упала... - нехорошо так протянул шатен.
   - Тогда уж лучше бы ведьма... - вздохнул лучник.
   - И что с ней делать? Может пристрелить все-таки? - недоумевал по поводу моей возможной судьбины второй ворог.
   - Давай лучше в лагерь притащим, пусть уже там решают, кому положено, - не поддержал кровожадных намерений захвативший меня стрелок.
   Когда я поняла, что убивать или еще что дурное со мной делать не собираются в ближайшее время, на душе немножечко полегчало, но плакать я на всякий случай не прекратила, предположив, что кого-то настолько жалкого не станут сходу подозревать в дурных намерениях.
   - А кинжал отдай, - велел мне наконец-то выбравшийся из своего укрытия "террорист". - Оружие пленникам не положено.
   - Да какое ж это оружие! - сквозь слезы хмыкнула я, услышав, как гордо именуют сарумянову поделку.
   - Ну оружие и правда не больно грозное, но в любом случае давай сюда.
   Я потянулась к пряжке пояса с ножнами и удивленно на нее уставилась. По моим воспоминаниям купленное в магазине тканей изделие галантереи выглядело как-то... иначе. И уж точно не как медь... Не говоря уж об узоре из кленовых листьев. Я дрожащими руками сняла пояс... И поняла, что натягивали на меня девочки не это... В узорных ножнах судя по всему был настоящий кинжал, а не жалкая поделка. Чтобы удостовериться, я обнажила клинок... и увидела действительно клинок. А в нем отражалось мое лицо... Вроде бы и похожее на то, что я обычно имела счастье наблюдать в зеркале, но черты стали более резкими, а вот глаза... Они у меня зеленые. Точнее были зелеными. У нового моего отражения они оказалась янтарно-желтыми.
   - А ну отдавай кинжал! - рявкнул на меня лучник.
   Я подняла на него взгляд и спросила дрогнувшим голосом:
   - А что тут вообще происходит?..
   Моя одежда тоже претерпела некоторые изменения. Штаны вроде как тоже серые, вот только замшевые. Котта теперь оказалась сшита из плотного шерстяного сукна. Что стряслось с рубашкой, было не видно, но мне почему-то казалось, что и с ней произошли какие-то метаморфозы.
   - Блаженная, отдай кинжал, а то еще зарежешься ненароком!
   Оружие я отдала безропотно, и тут же решила проверить, а что же с моей гитарой. Я перекинула через голову ремень, на котором висела моя красавица... и с ужасом взирала на то, во что она обратилась. В моих руках было... нечто... Корпус выглядел как ополовиненная груша, отверстия в нем не наблюдалось, гриф был под углом по отношению к шейке... И струны. Их было одиннадцать штук! Пять пар и одна одинарная. Мама дорогая... Что это вообще такое? И, главное, что мне с этим монстром делать?!
   - Это что? - беспомощно спросила я у пленителей, кивая на инструмент в моих руках.
   - Точно блаженная, - уверенно вынес диагноз лучник. - Это ж лютня твоя, менестрель!
   Лютня. Моя. Ну да. Раз я ее таскала, стало быть, моя. Вот только я не умею играть на лютне.
   - Вставай уж, девка полоумная. Нам идти пора.
   Шатен подхватил меня за шкирку и поставил на ноги. Я шмыгнула носом, перекинула бесполезную для меня лютню через плечо и была готова покорно плестись куда скажут. А что могу сделать против двух здоровых лбов?
   Те смотрели на меня то ли с жалостью, то ли с презрением. Ну да. Хилая, что с меня взять? Однако при всей моей внешней безобидности руки за спиной связали. Я, поморщившись, представила, что произойдет, если я таки упаду... Точнее, как я в этом случае вставать буду. Картинка вышла комичная и неприятная. Правда, "террористы" все же издеваться надо мной не стали, подхватив под руки с двух сторон, так что, по крайней мере, у меня была зыбкая надежда, что упасть мне не дадут.
   - А если ведьма? Вдруг она что нашему Кэйлю сделает... - пробормотал лучник.
   - Ты, главное, при нем это не ляпни, - насмешливо фыркнул "ковбой". - А то оскорбится еще. Чтобы сопля такая с нашим Кэйлем справилась?!
   Первый на минуту задумался, а затем ответил:
   - Ну мало ли... Надо же перестраховаться. А то подозрительно все это как-то. Явилась незнамо откуда, вся такая вроде бы безобидная...
   - Ты ж сам говорил, что убивать ее не хочешь, - пожал плечами шатен.
   - Не хочу. Но и за Кэйля боюсь.
   - Можем прибить - и за Кэйля бояться не надо, - беззаботно ответил второй мужчина.
   У меня от этих разговоров ноги от страха подломились, и я мертвым грузом повисла на пленителях. Те посмотрели на мое перепуганное лицо, переглянулись.
   - Знаешь, у меня на нее тоже рука не поднимется, - мрачно прокомментировал мой жалкий вид "ковбой".
   Дальше меня тащили вперед (тащили, потому что ноги я переставляла вяло и неохотно) молча, стараясь не смотреть на мою физиономию. Лютня периодически наподдавала мне по спине, это мало того, что было больновато, так еще и сопровождалось характерным "треньканьем", которое очень скоро начало раздражать до крайности. Можно было бы, наверное, попросить, чтоб ее к чертям выкинули, но меня с детства приучили бережно и с почтением относиться к книгам и музыкальным инструментам. Так что я сжимала зубы и терпела, надеясь добраться без телесных повреждений до того самого таинственного лагеря, где обретается какой-то Кэйль, который и должен решить мою судьбу. Оставалось только надеяться, что мучиться я буду в случае неблагоприятного исхода недолго.
   До лагеря мы дотопали, несмотря на все мои постоянные спотыкания, минут за пятнадцать. И перво-наперво, еще не увидев самих построек, я почувствовала запах жареного мяса... Если учесть, что я утром не позавтракала толком, а автобусе попрощалась и с той малостью, что в нем была с предыдущего дня... В общем, мой желудок заговорил. Громко.
   - И-извините... - пролепетала я, виновато глядя на своих конвоиров.
   Те едва не расхохотались.
   - Эй, Мар, Томас, какого демона вы так долго? - окликнули мужчин.
   Часовой. Странно, если бы логово этих местных психопатов никто не охранял.
   - И кого вы с собой приволокли?
   Голос был низкий и довольно грубый, и я посчитала: обладатель его должен быть велик. Но в реальности... часовой оказался гораздо крупнее, чем я могла себе представить.
   К нам из-за дерева вышел такой бугай, что у меня едва ноги не подогнулись от страха. Нечто двухметрового роста с рожей матерого пирата и шрамом, который по диагонали пересекал все лицо. Как только глаз уцелел после такого удара, мне лично было неясно.
   - О... Это долгая история! - отозвался лучник, толкнув меня вперед.
   Я споткнулась, ойкнула, но на ногах удержалась, правда врезалась в грудь верзилы. Тот даже не дрогнул, когда в него с некоторым ускорением влетело мое тело, а я ведь не бесплотная далеко, пятьдесят с лишним килограммов живого веса - это не пушинка.
   - Могли бы и повежливее! - всхлипнула я, готовясь снова разразиться рыданиями.
   - О, девка! - опешил встретивший нас, взирая на меня сверху вниз. - Откуда взялась-то?
   - Долгая история, - устало вздохнул шатен, стягивая с лица платок. - Пусть Кэйль посмотрит на нее и решит, что делать.
   - Вряд ли он обрадуется... - протянул здоровяк.
   - Но он не обрадуется, и если мы решим все без него, - пожал плечами стрелок.
   - Ну да, - не стал спорить мужчина.
   - Кэйль сейчас в лагере. Вовремя вы успели. Удачи, Мар.
   - Спасибо, она мне пригодится, - ухмыльнулся лучник.
   Ага, этот Мар, стало быть, второй - Томас. От того, что я хотя бы знаю, как зовут этих двоих, мне стало почему-то легче.
   Лагерь, в принципе, очень смахивал на ставший практически родным за одну ночевку "Лориэн". Шатры, палатки, пара тентов, под одним из которых разместился длинный стол, сколоченный из грубых досок с лавками по бокам, кострище... Только тут все было какое-то более... надежное, что ли. Возникало ощущение, что стоянку обживали не одну неделю и обустроили на совесть. Меня целенаправленно вели к центральному шатру, который был чуть больше других. Очевидно, там и обитал тот самый пресловутый Кэйль, который в итоге должен решить мою участь. От страха меня даже знобить начало.
   И тут Кэйль вышел из шатра безо всякого зова.
   Он выглядел молодо, лет на двадцать пять, ростом, кажется, был равен с той громадой, что встретила меня, волосы его отливали медью и чуть вились, спускаясь на плечи, потом уже до меня даже дошло, что Кэйль красив, но сперва я видела только глаза. Желтые, яркие, такие же, что я увидела у своего отражения.
   Я разглядывала его, он - меня... Взгляд рыжего, казалось, имел вполне реальный вес, по крайней мере, ноги у меня в очередной раз подломились, и я бы повторно опустилась на задницу, если бы меня не держали под руки. Ужасно хотелось забиться куда подальше, только бы он на меня не смотрел.
   - Вы где ее вообще нашли? - пораженно спросил "террористов" Кэйль чуть хрипловатым голосом.
   Я попыталась отшагнуть назад, а еще лучше спрятаться за Мара или Томаса, но те держали крепко, не вырваться. А Кэйль подходил все ближе. Меня от паники даже колотить начало.
   - Да недалеко, на поляне, - ответил ничего не понимающий Мар.
   - И сумели схватить? - неверяще произнес желтоглазый. Я зажмурилась от страха, втянув голову в плечи. Зубы предательски стучали.
   - Ну... да. А что?
   - Да она вас сожрать могла!
   - Я никого не могла сожрать! - вырвался из меня возмущенный писк.
   Рыжий зло сверкнул глазами, и я тут же прикусила язык, предприняв еще одну попытку вырваться.
   - Сожрать? - ужаснулся Томас.
   - Ты о чем? Она что?..
   Я даже на миг позабыла о страхе, так интересно стало, кем же я по мнению Кэйля являюсь.
   - Она мой сородич.
   Услышав это, оба конвоира отскочили от меня как от прокаженной, успокоившись, только когда нас разделяло метра по два. Естественно, оставшись без опоры, я тут же упала. Лютня обиженно брякнула. Смотреть на возвышавшегося надо мной мужчину оказалось еще гаже, чем стоять с ним лицом к лицу.
   Стало интересно, кем же является сам рыжий, если узнав, что я с ним одной породы, от меня так шарахнулись два не самых хилых и слабых мужика.
   - Ну и что ты изображаешь из себя бедную овечку, девчонка? - разъяренно прошипела Кэйль. - Кто послал тебя?
   У меня будто язык отнялся от страха. Я могла только смотреть на него и беспомощно хлопать глазами. Впрочем, я в любом случае не была в состоянии ответить на вопрос. Даже если меня кто-то послал, мне об этом сообщить забыли.
   - Отвечай! - рявкнул окончательно вышедший из себя мужчина.
   Его глаза сверкнули золотом на мгновение, и я совершенно четко увидела, что зрачки Кэйля вытянулись наподобие кошачьих.
   Я открыла рот... и икнула. Порой, когда нервничаю, со мной это случается. На лице Кэйля проступило изумление. А я икнул еще раз, понимая, что иных звуков от меня в ближайшие пятнадцать минут никто не дождется.
   - Может... ты ошибся, а? - несмело спросил Мар, рассматривая меня с безопасного на его взгляд расстояния. - На ваших вроде не похожа. Не сопротивлялась вообще, оружие отдала по первому требованию. Говорит, что менестрель.
   К месту событий стали понемногу подтягиваться еще люди, в основном вооруженные мужчины в средневековой одежде, но пара-другая женщин тоже присутствовала. У меня уже даже мысли не было, будто это ролевой лагерь...
   - Ты во мне сомневаешься? - тут же окрысился на него Кэйль.
   - Н-нет! - тут же пошел на попятный лучник, покаянно опустив голову.
   - Представители моего племени умны и коварны, как мало кто из людей, и кровожадны сверх всякой меры. Она могла просто обмануть вас.
   - А почему тогда она так боится тебя?
   - Это как раз нормально. Мы сходимся с себе подобными только, чтобы зачать потомство в брачный сезон. Во все остальное время, встреча с сородичем, кем бы он ни был, закончится сражением. Она знает, кто я, и знает, что я сильней. Так ведь, девочка?
   Я икнула и отчаянно замотала головой, давая понять, что совсем ничего не знаю и вообще плохо понимаю суть происходящего.
   - Так и будешь настаивать на своем? - почти ласково спросил он. И от этого "почти" мне стало совсем уж плохо. Но я все же судорожно кивнула.
   Кэйль криво ухмыльнулся, зашел мне за спину и развязал руки. Я, счастливо выдохнув, тут же начала разминать затекшие кисти, краем глаза замечая, как удивленно взглянул он на меня, будто не ожидая такой моей реакции.
   - Дай мне лютню! - велел мужчина.
   Я тут же протянул ему свой инструмент. Спорить с ним мне казалось опасным для жизни и здоровья, да и на кой мне этот пережиток прошлого, в который обратилась моя гитара?
   - Зачем тебе лютня-то? - удивился Томас.
   - Мы презираем человеческие инструменты, но она зачем-то притащила лютню в лагерь. Возможно, в инструменте какое-то заклятье, - ответил Кэйль, вертя в руках предполагаемый вражий артефакт.
   Параноик. Точно параноик.
   - Кэйль, да может она правда менестрель? - предположил Мар. - Посмотри на нее: зареванная, перепуганная, а ты "коварная, кровожадная".
   - Демон, - сплюнул желтоглазый, оставляя в покое лютню. - Ничего. Сейчас я покажу тебе, какая она "перепуганная"! Девка, оборачивайся!
   Я послушно обернулась, не представляя, зачем ему это понадобилось.
   - Я велел тебе обернуться!
   - Я же обернулась! - совсем уже ничего не понимала я.
   - Издеваешься! - прошипел он.
   Я только беспомощно икнула от страха.
   - Ну, ты сама выбрала!
   Кэйль склонился надо мной, что-то зашептав. И мое тело выгнуло от невыносимой боли.
  

ГЛАВА 2

  
   Ощущения были такие, будто меня выворачивают наизнанку, попутно ломая все до единой кости. Я хотела заорать, но из горла вырвался хрип, да и то тихий. Перед глазами стояло одно лишь кровавое марево. Казалось, что я умираю, да, честно говоря, мне и хотелось умереть в тот момент, настолько сильной была боль... Возможно, эта мука длилась минуту, возможно, вечность. А потом я пришла в себя и поняла: со мной определенно что-то не так...
   Для начала я смотрела с большей высоты, чем раньше. Гораздо большей. Зрение стало на порядок четче, а запахи так и вовсе сводили с ума... Господи, да что ж стряслось-то? И тут до меня дошло, что все это полная ерунда... А вот то, что у меня четыре чешуйчатые лапы, пара крыльев и длинный хвост - это уже гораздо большие проблемы. Хотя нет, самые большие проблемы, что эти самые здоровенные лапы меня не держат. Конечности под весом тела в итоге разъехались, и я шлепнулась на живот как новорожденный котенок. Правда, я котят таких размеров прежде не встречала...
   М-мамочки... Чем я оказалась на этот раз?..
   - Ну что, убедились? - со злорадным торжеством произнес Кэйль, указывая на меня.
   Вопрос "кто виноват?" отпал тут же, а вот "что делать?" встал во весь рост.
   Окружающие меня люди смотрели неласково и обнажали оружие. Сказать, что развитие событий мне не нравилось, - значит, ничего не сказать.
   - Ты что со мной сделал?! - заорала я что есть мочи.
   При нынешних габаритах рев получился настолько внушительным, что толпа дрогнула. Единственным сохранившим спокойствие оказался желтоглазый.
   - Немедленно превращай меня обратно!
   Вот это мое требование Кэйля, как ни странно, озадачило.
   - И чем же тебе не угодил истинный облик, а, девка? - издевательски протянул он.
   - Какой-такой истинный облик?! - практически билась в истерике я. - Превращай меня в назад в человека, изверг! Сейчас же!
   Лить слезы у меня получалось и в этом обличье...
   - Прекрати ломать комедию! - рявкнул на меня рыжий, да едва ли не громче меня, да к тому же с тем же рыком.
   Он был страшным. Даже сейчас. Но вот мне так хотелось снова получить свое тело, что пришлось, перебарывая панику, продолжить требовать свое.
   - Превращай обратно!!!
   Вместе с криком из пасти вырвалась струя пламени. Я снова икнула. На этот раз от удивления. Огонь же тем временем охватил одну из палаток и стоящую рядом сосну. Честное слово, мне было стыдно, хотя я совершенно не представляла, что я сделала, а главное, как.
   - Извините, - пролепетала я.
   В этом происшествии, правда, тоже оказались свои положительные моменты: часть тех, кто мог посягнуть на мои жизнь и здоровье, принялась тушить пожар.
   - Дура! - заорал на меня Кэйль.
   - Я не хотела! - принялась оправдываться я.
   - Выдохнуть пламя не хотела?! - вызверился он, надвигаясь на меня.
   Я пошевелила лапами, пытаясь встать. Не вышло. Крылья тоже не особо помогали двигаться. Черт, вот вряд ли рыжий решил сделать мне что-то хорошее, а я даже сбежать не могу: та туша, которая выполняет роль моего тела, вообще не слушается!
   - Кэйль, ради богов, только не оборачивайся! Драки двух драконов лагерь уж точно не переживет! - взмолился пожилой мужчина в кольчуге и с такой же окладистой бородой, как у священника из церкви, что недалеко от моего дома.
   - Драконов? - переспросила несчастным голосом я, чувствуя, что мне становится по-настоящему плохо. Совсем одно оказаться черт знает где, но собой, но вот стать каким-то сказочным чудищем - это уже другое, и такой расклад куда более неприятен.
   - Ты совсем идиотка? - сочувственно спросил меня Кэйль, как будто даже передумав меня убивать.
   Последнее очень и очень радовало, так как без его команды нападать на меня не решались.
   - Да, - не задумываясь ни на секунду, подтвердила я.
   Дракон-менестрель... Ну Галка... Вот я и получила полный набор. И весь список проблем к этому набору. Только рыцаря-драконоборца для полноты счастья не хватает.
   Почему-то добровольное признание моей абсолютной глупости умерило гнев желтоглазого. По крайней мере, он соизволил спросить:
   - Ты чего на брюхе валяешься?
   - Я встать не могу... - смущенно пробормотала я.
   - Что? - опешил он. - Как?
   - Молча, - жалобно отозвалась я. - Меня ноги, то есть лапы, не держат. Тело слишком тяжелое. Будь человеком, преврати обратно, а?
   Хохотал весь лагерь. Кэйль надрывался больше остальных.
   - Дракон при всем желании человеком не станет, - отдышавшись, ответил мне он. - И превратить назад я тебя не смогу.
   Если бы я уже не лежала на брюхе, то наверняка на него хлопнулась бы. Не может превратить? А... как же я тогда так? Всю жизнь чешуйчатой образиной буду?
   Шмыганье драконьим носом сопровождалось дымом и искрами, которые сыпались в разные стороны.
   - Спокойно! - рявкнул на меня Кэйль, подскочив и хорошенько дав по носу.
   Как ни странно, при нынешней разнице в размерах удар его все равно оказался болезненным. От обиды и удивления я даже реветь перестала.
   - Ты со своими бабьими истериками весь лес к демонам сожжешь!
   - Я не хочу быть чудищем! - снова залилась слезами я.
   - Чудищем?! - оскорбился желтоглазый. - Драконы прекрасны!
   Ну-ну. В его-то глазах поди действительно прекрасны... А остальные присутствующие не слишком-то восторгаются моим видом. Вон как оружие из рук не выпускают.
   - Здоровенные чешуйчатые монстры!
   - Это твой истинный облик! - раздраженно воскликнул дракон. - Ты же в нем большую часть жизни провела. Как ты можешь так говорить о собственном племени?!
   - Ничего не провела! Не дракон я! Я человек! И всю жизнь была человеком! Это ты меня заколдовал!
   - И правда идиотка? - спросил у Кэйля бородатый, который запретил ему оборачиваться.
   Рыжий только плечами пожал, разглядывая меня как восьмое чудо света.
   - Я тебя не заколдовывал, дурында, - тяжело выдохнув, начала мой по его утверждению сородич. - Ты была, есть и будешь драконом. Я всего лишь заставил тебя принять истинный вид.
   - Это не мой истинный вид! Я человек! - даже и не собиралась верить во всю это чушь я.
   Кэйль вздохнул еще раз, на миг прикрыв глаза, будто пытался заставить себя успокоиться.
   - Да не человек ты. Поверь на слово.
   - Я тебе вообще не верю! Я тебя боюсь!
   - Правильно, боишься. Но поверить придется. Я не смогу вернуть тебе облик человека. Ты - можешь, - теперь дракон мужчина говорил со мной медленно и преувеличенно спокойно, как с больным ребенком или умалишенной. Честно говоря, не знаю, что мне было более неприятно: запугивание или такое вот... даже названия подобрать не могу.
   - Как?
   Кэйль как-то подозрительно призадумался и примерно через минуту выдал:
   - Не знаю.
   Вот это уже оказался конец света...
   - Как не знаешь? - опять начала всхлипывать я. - Ты же говоришь, что дракон. Стало быть, ты же должен как-то превращаться туда и обратно!
   - Это... инстинктивно делаешь, - чуть озадаченно пояснил тот. - Когда меняешь обличье, не задумываешься, как это делаешь. Это в нашей природе.
   - В вашей, не моей! Я не умею! Мне что так чешуйчатой тварью теперь и умирать? - снова начала плакать я.
   Кэйль посмотрел на меня, желваки на его лице заиграли, и рыжий мне просто рявкнул:
   - Да!
   А потом повернулся и ушел. Нет, я его действительно боялась до одури, но этот нервный тип хотя бы что-то мог объяснить о том, кем меня угораздило стать. А так... Я ничего не знаю, я совсем одна, в чужом теле и даже пошевелиться не могу!
   Так мне себя еще никогда не было жалко.
   - Кэйль, а... она ничего не может устроить? - поинтересовался бородатый.
   - Если учесть, что она не может и лапой пошевелить, то вряд ли, - презрительно хмыкнул тот. - Да и потерять такую громаду вряд ли удастся. Даже спьяну.
   И меня просто бросили. Оставили лежать там же, где я и обернулась. Мимо сновали люди. Сперва настороженно косились, ожидая с моей стороны какой-нибудь гадости, потом, убедившись, что опасности от меня не больше чем от дерева, успокоились. Кто-то вообще попытался отковырять чешуйку с хвоста. Ощущение оказалось настолько неприятным, что я сбила обидчика ударом хвоста с ног. Не хотела, но движение получилось чисто инстинктивным. Опрокинутый на спину мужик озлился и, как только встал на ноги, подобрал палку, которой со всей дури заехал мне по хребту. Не то чтобы было очень больно, но настолько обидно, что я снова разревелась.
   Когда солнце опустилось за горизонт, я уже готова была выть от безнадежности и тоски. За меня выл желудок. Есть хотелось невероятно сильно, а запах съестного в лагере только усиливал мои мучения. Превращаться назад, как говорил Кэйль, инстинктивно, не получалось. Наверное, необходимых инстинктов у меня не имелось, что, в общем, и не удивительно, если учесть, что драконью природу я получила всего несколько часов назад. Сам рыжий время от времени проходил мимо, будто желая убедиться на месте ли я, но сам больше не приближался и не заговаривал.
   Через какое-то время я попросту заснула, как была, лежа на земле, и снилось мне что-то совершенно бестолковое и муторное, совсем как окружавшая меня действительность...
   Пробуждение оказалось приятным и неприятным одновременно: с одной стороны, я имела руки, ноги и голову, то есть тело снова стало человеческим, но с другой стороны это само тело ужасно ломило от долгого лежания на земли, нос заложило, в горле свербело, и ко всему прочему надо мной возвышался Кэйль. Ну просто замечательное утро. Мне казалось, что хуже моей вчерашней побудки быть ничего не может. Наивная...
   - Обернулась, стало быть, - протянул он, задумчиво оглядывая меня.
   Я тут же села и свернулась клубочком, обняв свои колени, поглядывая на рыжего только изредка. Смотреть на него в упор мне почему-то казалось опасным для здоровья.
   - Ну и как ты это сделала?
   - Я? Я спала просто, - совершенно честно призналась я.
   - Прекрати мне врать! - прошипел Кэйль, наклонившись ко мне.
   И я с суеверным ужасом поняла, что запахи воспринимаю теперь настолько же четко и ярко, как и в чешуйчатом обличьи. Этот мерзавец пах до одури вкусно. Кашей с мясом. А я была так голодна...
   Желудок тут же возмутился тем, что ему не уделяли достаточно внимания, и разродился таким рычанием, что любого дракона бы зависть взяла.
   - Я и не вру... Спала я просто.
   - Будем считать, что я даже поверил, - процедил он. - Пошли, поешь.
   - С чего такая доброта? - посмела съязвить я, за что тут же схлопотала тяжелый злобный взгляд.
   - Либо затыкаешься, либо сдохнешь от голода!
   В общем, я предпочла первый вариант, надеясь, что не пожалею о том, что осталась в живых. Гордость гордостью, но есть хотелось ужасно, да и бороться за права с этим типом, у которого, на мой взгляд, прогрессирующая паранойя, по меньшей мере, самоубийственно. Поэтому топала я молча, опустив очи долу и не делая резких или подозрительных движений. Меня довели до стола, я примостилась на скамью и замерла, ожидая дальнейшего развития событий.
   Там же уже сидело человек пять трапезничающих, которые при моем появлении предпочли быстро исчезнуть из поля зрения. Как и местная повариха. Так что накрывать для меня на стол пришлось ругающемуся Кэйлю. Выражался он при этом довольно смачно, но хотя бы не бросил на голодную смерть. В моем положении и то радость. Вот и радовалась. Ото всей души радовалась торжественно врученным мне подгоревшим остаткам. Дома бы и в рот такую мерзость не взяла, а тут, когда прекрасно понимаешь, что в случае отказа без всякой жалости голодной оставят... Вот и поглощала я эти "яства" без единого недовольного слова, да еще и так быстро, что давилась: а вдруг у "сородича" опять взыграет дурной характер и он отберет и ту еду, что дал мне.
   - О! Таки не дал девчонке от голода подохнуть! - со смехом опустился напротив меня Мар.
   Как Кэйль скривился...
   - Ты что, совсем слепой? Не видел кто она?
   - Ну видел, - фыркнул лучник. - И что собственно? А еще я видел, что она как котенок новорожденный, даже лапой пошевелить толком мне может. Не строжься ты так с ней, а то она и так зашуганная, как мышь.
   Ей-богу, в тот момент этого "террориста" я почти любила. Нет, он тоже был страшным, он мне оружием угрожал, но Мар все-таки меня от рыжего защищал, а уж Кэйль - это вообще полнейший кошмар.
   - Ты дурак. Нельзя недооценивать дракона, как бы он не выглядел и как бы себя не вел. Драконы жестоки и коварны - это в нашей природе.
   - В твоей тоже? - преувеличенно невинно уточнил этот "робин гуд" с интонацией, которая ужасно напоминала мне Сарумяна, особенно, когда тот разговаривал со мной.
   - В моей тоже, - не стал спорить желтоглазый. - Но в отличие от остальных я умею подавлять порывы своей натуры и не считаю их чем-то... нормальным. А она тебя сожрать может в порыве гнева.
   - Я не ем людей! - пискнула я, тут же снова уткнувшись в тарелку.
   - О да, ты эльфов ешь, не так ли? - тут же повернулся ко мне Кэйль. - По тебе видно.
   - Я вообще никого не ем! - возмутилась я дрожащим голосом. - Я не людоед! И не эльфо... не эльфоед! Я никого не ем!
   - Надо же, брезгливая...
   Господи ты боже мой... Он же вроде бы и слышит меня, но при этом ведь воспринимает под каким-то своим, извращенным углом восприятия. Вот втемяшил себе в башку, что я злобный монстр и ведь не докажешь обратное, хоть что делай...
   Поэтому я предпочла смолкнуть и, изредка шмыгая носом от обиды, заталкивать в себя горелую дрянь. Желудок, кстати говоря, опомнился и пытался даже вернуть сомнительные продукты назад, но я давила его трусливые порывы на корню. Да, мерзко, да, невкусно, но лучшего мне не дождаться, а умирать голодной смертью не хотелось.
   - Как тебя хоть зовут? - решил-таки озаботиться моим именем желтоглазый.
   Ответить не успела, так как рот был забит кашей, и за меня сказал Мар:
   - Тинвэ ее зовут.
   Я не знала, довольна тем, как меня назвали или нет. К "Тин" и "Тинке" я еще как-то привыкла пусть произошло это и далеко не сразу, а вот с Тинвэ имела дело меньше суток, поэтому полной уверенности в том, что я буду на это прозвание вовремя откликаться, не было. С другой стороны, я лишний раз не решалась открывать рот рядом с Кэйлем, даже ради того, чтобы отстоять свое имя. Не такая уж важность. А вдруг он опять орать на меня начнет?
   - Тинвэ значит... - как-то не очень добро произнес мужчина.
   Я даже подавилась и попыталась отодвинуться от него как можно дальше. В плечо вцепилась рука, крепко так, может, даже синяки останутся.
   - И кто же тебя так назвал, а?
   - Родители! - брякнула я первое, что пришло в голову, когда сумела проглотить то, что напихала в рот.
   Кэйль мрачно ответил:
   - Какие родители, дура? Твоя мать вряд ли могла назвать дочь "ящеркой"!
   Я рот открыла от удивления. Искра, понимаешь ли... Звезда, понимаешь ли... Галка, я тебя уже почти ненавижу... Ящерица! Это ж надо было сподобиться на такое... Я ящерица!
   - А меня люди воспитывали! Удочерили! - уперлась я, понимая, что погибать, так с музыкой. Тем более, если уж начала врать - то поздно останавливаться.
   Мар застыл с открытым ртом, переводя взгляд с меня на Кэйля и обратно. А тот, что удивительно, молчал и смотрел на меня уже чуть менее подозрительно, чем еще пару минут назад. Теоретически, я сказала что-то правильное и вызывающее доверие, но что толком - до меня не дошло, поэтому пришлось смолкнуть и дождаться пока что-то скажут эти двое, а тогда уж и дальше лапшу на уши вешать можно. Беда только в том, что врать я никогда толком и не умела...
   - Значит, люди? - переспросил Кэйль.
   - Люди.
   - Удочерили?
   - Удочерили.
   - А лет-то тебе сколько?
   - Девятнадцать, - совершенно честно ответила я, радуясь, что хотя бы с собственным возрастом потом запутаться на удастся.
   - Сколько? - опешил Мар.
   Физиономия "сородича" тоже отражала такое же удивление, которое, должно быть испытал папуас, впервые узревший белого человека.
   - Девятнадцать, - повторила я, не понимая, такой реакции.
   - Деточка, а ты ничего не путаешь? - зачем-то уточнил лучник.
   - Н-нет... - мгновенно начала нервничать я. - Ничего не путаю. Мне девятнадцать. И два месяца!
   - Этого быть не может.
   Вот этого я уже и правда совершенно не понимала. Возраст-то мой тут причем.
   - Дурында, тебе никак не меньше сотни, - резко отрезал рыжий, заставив меня замереть с открытым ртом.
   Я-то дату своего рождения очень хорошо помнила... Я в начале девяностых на белый свет появилась, причем, в начале девяностых двадцатого века, так что, естественно, ни о какой сотне лет и речи не было. Но от моих робких попыток разъяснить просто не замечали, пропуская мимо ушей. Зато запросто выдвигали версии по поводу того, что я слабоумная, у меня амнезия или еще чего-то такого, что ставило бы под сомнения наличие у меня хоть каких-то зачатков разума.
   И всего их разговора я уяснила только одно: до ста-ста двадцати лет у чешуйчатых тварей еще раннее детства, а принять облик человека они и вовсе только после пятидесяти могут. В свете этого, можно было сказать, что мое заявление о возрасте и правда звучало странно...
   - И откуда она такая взялась... - недоуменно спросил то ли Мара, то ли себя Кэйль. - Ну гляди, она ничего не знает, совершенно не управляет своим истинным телом, утверждает, что человек и выросла среди людей... И обернулась она во сне, а когда сознание теряет контроль над физической оболочкой, то та принимает наиболее привычную и удобную для себя форму.
   - Смех один, - наморщил лоб стрелок. - Она, несомненно, дракон, ведь так? Ты и ощущаешь ее как дракона, у нее есть ваш облик, но при этом она себя драконом не ощущает и не ведет себя как дракон... И что с ней такой делать?
   Лицо Кэйля так перекосила, будто он уксуса выпил. Причем стакан.
   - Мар, ты мне, конечно, друг, но какого демона ты сейчас делаешь эти многозначительные намеки?
   - Кэйль, но девочка тут совсем одна, без защиты, помощи и поддержки, не умеет управлять собственным телом, да и на голову, поди, ушибленная... Ты бы того... приглядел за ней, что ли?
   - И то верно, Кэйль, - подошел к столу бородатый. - Девчонку-то жалко. Она ж и правда как блаженная...
   Я даже задохнулась от обиды. Это я-то блаженная? Да я, по-моему, тут самое адекватное существо на фоне всех этих психопатов с прогрессирующей манией преследования.
   - А я не помню что-то, чтобы приют для сирых и убогих открывал!!! - взревел доведенный до белого каления дракон. Я дернулась в сторону и наверняка бы навернулась с лавки, если бы не поддержал бородатый.
   Честно говоря, я была солидарна с желтоглазым: мне тоже дела с ним иметь не хотелось.
   - Ты прекрати ребенка пугать, - укорил бородатый дракона. - Ты гляди, она от тебя как демон от Знаков Света шарахается, белая как полотно, да еще и трясется.
   - Она и так постоянно то трясется, то ревет, - мрачно проворчал рыжий, успокаиваясь. - А меня она и так бояться будет, хоть пугай, хоть не пугай. Я же дракон.
   - Дракон другого дракона боится? - удивился Мар. - Вы ж вроде одной породы, а она еще и девчонка.
   - Чем ты слушал? Я же и прежде говорил, что мы друг друга не выносим, даже убить можем. Только ради потомства сходимся. А я ее и сильнее гораздо, вот она, чуть что, и бьется в истерике. А ты говоришь, чтобы я с ней возился?
   - Ну-ну... Она-то, может, и из-за природы своей тебя боится, но ты-то тоже своими криками ей успокоиться не помогаешь. Что на девчонку взъелся?
   Кэйль смерил гневным взглядом сперва мужчину, потом меня, и смолчал.
   - Ну пойми, она же в необученном состоянии так страшнее войны и чумы. Ты сам видел, что она вчера устроила. А у нас, сам понимаешь, нет еще одного дракона, чтобы занялся ее воспитанием.
   - А может не надо? - робко проблеяла я, понимая, что если Кэйля уговорят, то мне придется ой как худо. - Я же и превратиться сама не могу... Давайте, без обучения как-нибудь...
   - А ты лучше вообще жуй и помалкивай! - шикнул на меня дракон.
   Я предпочла так и делать, не дожидаясь очередной вспышки.
   - Ну вот видишь, как она тебя слушается! - обрадовался бородатый.
   Попробовала бы я его не слушаться. Что-то подозреваю, что попытка перечить Кэйлю могла бы закончиться весьма и весьма печально.
   - Теодор, если меня не жалеешь, пожалей девчонку! Я же не смогу к ней нормально относиться!
   - Ну не относись. Только мозги на место вправь. И, знаешь ли, нам еще один дракон не помешает.
   Последнее произнесено было таким тоном, что я начала подозревать что-то нехорошее. Рыжий от слов Теодора недовольно нахмурился.
   - Хорошо. Беру эту дурынду под опеку. Но сразу говорю: разбираюсь с ней сам, своими методами, и ко мне больше не лезть! Ясно?
   - Ясно-ясно, - тут же закивал, обрадованный согласием бородатый. - Делай с ней, что хочешь. Я вмешиваться не буду и другим не дам.
   Заорать в голос хотела. Благонамеренность Кэйля во мне вызывала большие, прямо-таки огроменные сомнения, а жить, так или иначе, хотелось. А не начала умолять о спасении от параноика-сородича я только потому, что тот подсел поближе и приобнял за плечи, стиснув так, что плохо стало.
   - Спокойно, ящерица. Убивать или увечить я тебя не планирую. Если не доведешь, конечно, - проникновенно зашипели мне в ухо. - Ты же будешь вести себя прилично, верно?
   Я судорожно кивнула, и хватка на плечах ослабла.
   - Ну вот и умница. Думаю, мы научимся друг друга понимать.
   Мне стало еще хуже. Чувствовала себя, как маленькая девочка, встретившая в глухом темном переулке маньяка.
   Мне милосердно дали съесть полученную порцию, а потом выгнали из-за стола и потащили за руку в сторону палаток. Что характерно, в глухой лес. Это опять же вызывало пораженческие ассоциации с маньяками.
   Только через минут пятнадцать Кэйль соизволил остановиться и отпустить мою конечность. На запястье расцветал синевой отпечаток его руки.
   - Так, деточка, а теперь говорить будем долго, серьезно и с глазу на глаз, - мрачно начал он.
   От слов и тона я тут же съежилась и опустила очи долу, прикидывая, куда я смогу удрать в случае чего. Теория, что дракон может быть просто местным маньяком, с каждой минутой казалась все достовернее.
   - Не надо давить мне на жалость! Если ты, ящерица, еще не в курсе, то поясняю: тебя угораздило влипнуть в очень большие неприятности.
   Никогда бы не догадалась без подсказки со стороны. Вот только он даже не представляет всего масштаба моих проблем.
   - Как ты сюда вообще попала? Лес огражден такими чарами, что даже меня дрожь пробирает!
   - Н-не знаю. Я просто шла.
   Что я могла еще сказать ему? "Дяденька, а я тут, такое дело, из другого мира, поэтому вы меня сильно не бейте"?
   - И пришла, - поддакнул он.
   - И пришла, - согласилась я, благодаря высшие силы, что он снова не начал орать на меня.
   - Даже боюсь предполагать, откуда ты шла и куда.
   - И правильно, - вздохнула я, стараясь не смотреть на скептически-презрительное выражение на драконьей физиономии.
   - Хорошо. Я тебя расспрашивать толком не буду. Но запомни: если здесь посмеешь кого-то убить - пощады не жди. Ясно?
   - Я не убийца! - возмутилась я. - Я в жизни никого пальцем не трогала!
   - Будем, считать, что я верю. Тогда не изменяй своим принципам, ящерица, - хмыкнул мужчина.
   Боже ж ты мой... Как мне не нравится эта появившаяся у него привычка называть меня ящерицей...
   - Сама тоже особо уши не развешивай. Тебе тут не дом родной, жалеть не будут, что бы ни говорили. Собственно говоря, это понять можно, война, она к возвышенным порывам не особо располагает... А все наши сородичи, за исключением нас с тобой, по другую с сторону баррикад, учти. И жалко, если тебя, девчонку дурную, в мясорубку какую отправят ни за что ни про что.
   - Жалко? - переспросила я.
   - Жалко. Вздумаешь это использовать в свою пользу - я твою жизнь в ад превращу. Веришь?
   - Верю, - произнесла я, чувствуя, что мне изрядно поплохело.
   Это ему явно удается особенно хорошо. А вот в то, что он меня жалеет, казалось чем-то не слишком реалистичным. Тем более в свете его рассказа о драконьих взаимоотношениях.
   - А... какая война? - решилась задать один из самых злободневных вопросов, среди вертевшихся в моей голове.
   - Издеваешься? - устало спросил дракон.
   - В-вообще-то, нет, - совершенно честно ответила я на вопрос. Издеваться над тем, кто может и прихлопнуть, не особо мучаясь раскаянием, как минимум глупо.
   - Ну и откуда ты такая свалилась на наши головы, а? - риторически вопросил небеса Кэйль, уже, похоже, не надеясь на вменяемый и что-то объясняющий ответ от меня.
   - Ладно, можешь не мучиться, придумывая правдоподобные объяснения. И про потерю памяти тоже заливать не надо. Я же вижу, что ты просто врешь.
   Черт.
   - Я хочу знать только одно: тебя действительно воспитывали люди?
   - Да! - выдохнула я, радуясь, что хоть тут могу сказать чистейшую правду.
   Мужчина пару минут задумчиво разглядывал, что-то прикидывая про себя.
   - Ради твоего же блага надеюсь, что ты не врешь мне.
   Я сжала кулаки, зажмурилась и задала не дающий мне покоя вопрос:
   - А чего это ты такой добрый? Я же тебе вроде как должна не нравиться.
   - Инстинкты не всем мешают пользоваться мозгами, - саркастично пояснил Кэйль.
   Какой невероятно тонкий намек на мою безмерную глупость.
   - Можно подумать, что если бы ты не был драконом, то был бы менее страшным, - вздохнула я. - Ты же меня специально просто запугиваешь!
   - В точку, - кивнул он.
   Я замолчала. А что мне еще оставалось в тот момент? Только смириться и надеяться на лучшее. Ну, ведь правда могло быть гораздо хуже... Я могла бы не превратиться назад в человека, меня бы могло прибить разъяренное местное население... Меня могли бы, в принципе, не кормить...
   После этого короткого объяснения мы вернулись назад, на этот раз уже спокойно, пешком и без лишних нервов. Кэйль шел впереди, не оглядываясь на меня, что позволяло надеяться: в абсолютную мою злокозненность он уже не верит. Или хотя бы дает мне шанс на исправление...
   - Что смолкла-то, ящерица?
   - Думаю, - мрачно ответила я.
   - О... - издевательски протянул дракон.
   Когда мы двое вошли в лагерь, нас удивленно-успокоенными взглядами встречали Мар, Теодор и Томас.
   - А мы уж думали, ты ее закапываешь, - с нервным смешком озвучил, как видимо, общие опасения лучник.
   - С чего бы это? - недоуменно поднял бровь Кэйль. - Я похож на детоубийцу?
   - Но она-то не слишком похожа на ребенка, - пробормотал Теодор.
   - Ну мозги так вовсе детские. Да и не только мозги...
   - Ну да. Подержаться не за что! - хохотнул Томас с самой пошлой миной.
   Я только вздохнула.
   - Так значит, все в порядке? - уточнил Теодор. - Девочка пока с тобой?
   - Со мной, - безрадостно подтвердил рыжий, оттирая меня за свою спину.
   - Ну тогда просто отлично, - радостно воскликнул бородатый, хлопая дракон по плечу. - Сообщим ее величеству как можно скорее.
   Мне это совершенно не понравилось. При чем тут я и какая-то неизвестная королева?
   - И что ты скажешь ее величеству? - ухмыльнулся желтоглазый. - Что у нас появился еще один лояльный дракон, да вот незадача: он слегка глуповат и плохо представляет, что ему с собственным телом делать?
   Бородатый после этих слов очевидно смутился и призадумался.
   - Ну да, девочка пока совершенно ни на что не годится, но что мы тогда скажем о ней королеве?
   Честно говоря, идея быть представленной местной коронованной персоне мне по вкусу не пришлась. Может, я не слишком приспособлена к жизни и мало что понимаю, но то, что драконов тут не очень любят и есть большая вероятность, что меня используют в качестве героя-камикадзе, так как не свое, потенциально опасное, поэтому не жалко, я все же из слов Кэйля уяснила крепко-накрепко. Поэтому я даже попытки вылезти из-за драконьей спины не сделала. Да, злой, да не любит меня, но пока прикрывает - буду слушать, как родную мать.
   - То же, что дуреха нам сказала. Мы нашли менестреля для подъема боевого духа в войсках. Пусть для начала так и будет. Там уж разберемся.
   - Предлагаешь обмануть нашу правительницу? - как-то не обрадовался Теодор.
   Я снова замерла, ожидая нового витка объяснений.
   - Предлагаю не беспокоить ее без достойного повода, - равнодушно откликнулся Кэйль. - Ее величество Аэрисэ и так несет на себе бремя заботы обо всех расах, что остались в Свете. Так зачем еще и сваливать на нее эту новость? Все равно девчонка пока бесполезно, да ты и сам видел. Она даже на лапы встать не в состоянии.
   - Ну... ты плохого не посоветуешь, - нехотя, но все же согласился бородатый.
   Забавно, вроде бы главный в лагере именно Теодор, это видно из того, как он держится, как к нему относятся окружающие, но с Кэйлем все равно считаются, мало того считаются, он умудряется заставить делать то, что вроде бы никто кроме него и желает больше.
   - Но тогда пусть девчонка отрабатывает. Пой, менестрель! - неожиданно переключился Теодор.
   А вот это очень неприятно. Нет, спеть-то я спою... А вот лютня... Я на ней играть и не умею-то....
   - А у меня Кэйль инструмент отнял. Еще вчера, - попытался отвязаться я.
   - Сейчас притащат, - отрезал мне путь для отступления дракон. - Ничего с лютней твоей не стряслось.
   Зря... Судьба меня не любит. И что мне теперь делать с этой "полугрушей"... А ведь еще и начнут пенять, будто я опять им соврала...
   Лютню мне приволокли настолько быстро, будто издевались. Я смотрела на нее, как на дохлую крысу, с откровенным ужасом. А на лице дракона появилось такое мерзкое выражение, что хоть самой себе могилу копай.
   - Ну же. Пой, менестрель!
   Я вцепилась в шейку лютни, как, должно быть, вцепилась бы в шею самого Кэйля, если бы хватило духу. Впрочем, даже если бы я и решилась предпринять попытку убиения злобного ящера (а это вряд ли, ведь пока он единственная защита в этом странном мире, пусть и поганенькая, но защита), то вряд ли мне удалось сдавить ему горло с необходимой силой.
   - Пой! - с нажимом потребовал дракон, сделал шаг вперед.
   Черт. Черт! Черт!!! Он же и правда зол... А мне что делать?
   Я еще раз взглянула на физиономию Кэйля, нервно сглотнула... и уселась прямо на землю, обхватив лютню. Та легла в руки так же привычно, как до этого гитара, да и пальцы на струнах не ощущали ничего странного.
   Я вздохнула и извлекла из инструмента звук. Струна запела мягко, глубоко, чуть необычно, но невероятно приятно. Я попробовала сыграть перебором... и с изумлением поняла, что играть на это устаревшем безобразии у меня выходит, да еще получше, чем на гитаре, что и вовсе странно... Пальцы скользили по струнам подчиняясь, кажется, одной мысли, я переходила из тональности в тональность, подтягивала струны, причем чисто автоматически, да и непонятно, что я настраивала - лютню или себя. А эта странная "полугруша" постепенно становилась совсем родной для меня.
   - Ну что, набаловалась? - насмешливо хмыкнул вроде бы успокоившийся Кэйль. - Пой. Ну что же ты!
   А вот тут уже возникли проблемы... С выбором. Я знала много песен вроде бы и подходящих к ситуации, Айрэ и Саруман, Тэм, Лора Бочарова, "Мельница", Шмендра... Но не все они подходили под местную действительность, а если ошибусь, то может произойти много чего для меня неприятного. Мучилась я минуты две, а потом просто начала "Родину" Канцлера Ги, как одну из наиболее "безопасных": навскидку я не припомнила там ни одного названия и ни единого упоминания божеств или прочих потусторонних сущностей. Нет, может, за упоминание высших сил, которые тут не наблюдаются, мне бы ничего и не было, но рисковать как-то не очень хочется. Да и сама по себе песня мне нравилась: она не была особо сложной, но брала за душу. По крайне мере меня.
   Вот что изменилось во мне, как оказалось, так это голос. Лицо, что я увидела отраженным в лезвии кинжала осталось практически тем же самым, разве что черты стали поострее, да зеленые глаза стали ярко-желтыми, а голос... Раньше он был... посредственным. Обычный, в меру тоскливый, замечательно подходящий под песни, что обычно нравятся ролевому братству. Теперь же он звучал куда лучше, завораживающе, чище и звонче, будто колокольчики зазвучали. Прежде петь я стеснялась, особенно перед незнакомцами, а тут вдруг во вкус вошла. Да как вошла...
   - Вспоминай меня пореже теперь, и не жди назад неверного воина! Я захлопнул за собой твою дверь, недостойная любви моя родина... - пропела я и с суеверным ужасом поняла, что сейчас все взгляды устремлены на меня, и во взглядах этих такое сопереживание, будто я проповедник перед толпой, жаждущей утешения. И самое жуткое, что непонятно было, почему на мое пение так странно отреагировали. Едва духу хватило доиграть до конца.
   Едва лютня смолкла, как Кэйль сказал:
   - Дракон из тебя, ящерица, препаршивый, зато менестрель ты неплохой. Кто сочинил эту песню?
   Я на миг задумалась, что ответить, а потом нашлась:
   - Одна женщина из моих родных мест.
   Дракон только задумчиво кивнул.
   - Думаю, ты можешь поднять боевой дух наших войск. По крайней мере, песни ты подбираешь мастерски и чувствуешь, что желают услышать.
   А я еще и подбирала что-то... Вот уж никогда бы не подумала.
   - Э... Можно идти? - робко уточнила я, надеясь сбежать от восторженных и почему-то страшно довольных моим маленьким концертом слушателей.
   Теодор удивленно посмотрел на меня и ответил: - Что ты, деточка! Воины так долго оставались тут без малейшего развлечения. Если ты уйдешь сейчас, это будет то же самое, что отнять у голодного кусок хлеба, который он только-только укусил. Спой еще что-нибудь.
   Я тяжело вздохнула и вновь начала перебирать струны лютни, пытаясь понять, что же еще будет в данном случае подходящим для исполнения...
   От меня отстали только поздним вечером, давая короткие перерывы на то, чтобы попить воды, перекусить (на этот раз меня оделили нормальной едой, не в пример тем горелым помоям) и отлучиться в кустики. Очевидно, культурное голодание у обитателей лагеря достигло критической точки, и они рвались наверстать упущенное. Устала неимоверно, спать хотелось, а вот голос ни разу не подвел, да и связки, которые, теоретически, я должна была перегрузить на пару месяцев вперед, не болели ни капли. А ведь это не камерные посиделки, когда услышать тебя должны только те несколько человек, что расселись вокруг тебя, а практически настоящее выступление перед большой толпой в месте с нулевой акустикой, где нужно, чтобы звук дошел до всех... Но ни единого сипа и никакого першения. Даже удивительно. Свой предел-то я уже успела узнать, как и то, что дохожу я до него быстро. А тут чудеса какие-то просто...
   - Молодец, ящерка, - похвалил меня дракон. - Всех за душу взяла. Особенна та, первая о недостойной любви родине. Многих задело за живое.
   - А почему? - решилась спросить я, не понимая причин такого воодушевления.
   - Ты что и правда не знаешь? - до крайности изумился Кэйль.
   - Нет, - покачала головой озадаченная я.
   - Откуда же ты свалилась-то?
   - Откуда свалилась - там больше таких нет, - вздохнула я. Ну не объяснять же ему всю эту ерунду об иных мирах и прочем? Тем более, что я сама не до конца во все это поверила...
   - У нас война.
   - Ну это-то уже ясно, - пробормотала я.
   - Ну хоть что-то тебе ясно, - язвительно хмыкнул рыжий. - Многие переметнулись на сторону врага. Те же, кого ты видишь, остались верны Свету и примкнули к воинству сиятельной Аэрисэ, королевы эльфов. Мы тут изгнанники. Все. Пусть и добровольные. Эта песня была... будто о нас.
   - А ты... тоже изгнан другими драконам? - задала мучающий меня вопрос я.
   Мужчина сперва глядел круглыми от непонимания глазами, а потом расхохотался.
   - Все никак не могу привыкнуть к твоей способности задавать невероятные по идиотизму вопросы.
   Хотелось обидеться. Но не получалось. И не из-за всякой там чуши, что говорил он гадости, но глаза у него были добрые или чего-то еще в таком роде. Вообще, не понимаю этих глупостей, что вроде как характер портится от нелегкой судьбы и тяжких испытаний. Это только в романтичных историях, которые так нравятся женщинам. А в реальности так происходит просто потому, что сволочь. По природе. Так вот, Кэйль на мой взгляд сволочью являлся по велению высших. А на то, что не можешь изменить обижаться бесполезно.
   - Деточка, драконы не могут изгнать другого дракона. Потому что изгонять неоткуда. Мы не взаимодействуем между собой. Не общаемся между собой. Просто у меня теперь чуть меньше шансов разминуться с соплеменником без драки. Неприятно, конечно, но это несущественно, - отсмеявшись объяснил мне желтоглазый. - Эх, ящерица, не знал бы, что ты из наших - никогда б не подумал. Такую чушь несешь... Ладно, пошли спать. Ночевать у меня будешь.
   Я глупо хлопнула глазами. Для девушки из приличной семьи совместная ночевка с малознакомым мужчиной самого паршивого воспитания не была особо привлекательно.
   - А может... Может, с кем-то другим можно поселиться? - попросила я. - Ну, с женщиной какой-нибудь.
   Кэйль сперва пристально посмотрел мне в глаза, затем с каким-то брезгливым выражением окинул взглядом фигуру... Я поежилась. Неприятное чувству, будто хозяйка на рынке мясо выбирает.
   - Если это был такой тонкий намек на то, что ты беспокоишься за свою девичью честь и предполагаешь, что я могу на нее посягнуть, то вот тебе мой ответ: размечталась. Брачный сезон, чтобы я испытывал влечение к драконихам, не наступил... А в нормальном состоянии на твои мощи мало кто покусится. Груди нет, бедер нет, тощая, как доска. Так что можешь в этом смысле за себя не бояться. А вот за то, что никто не попытается придушить тебя ночью за второй облик, я не поручусь. Так что пошли спать, ящерица. И не забивай голову ерундой.
   Я не поняла, честно говоря, оскорбилась я или испытала облегчение.
   Палатка Кэйля стояла на отшибе. Была она довольно просторной, и, несмотря на это, занимал дракон ее один, из чего я сделала вывод, что его соседство обитателям лагеря не по нутру или же они его опасаются. Ну, или же он из-за характера не слишком жаждет делить с кем-то личное пространства. Меня немедленно загнали вглубь палатки, выдали пару одеял и что-то вроде меховой куртки и велели ложиться. Я вздохнула и покорно начала устраиваться на ночлег, радуясь, что на это раз хотя бы не на улице на земле бросил. А то станется с него.
   Сам Кэйль улегся у входа и уже через пару-тройку минут уснул намертво, по крайней мере, дыхание его стало таким ровным, каким бывает только у мирно спящего человека. Но так как в данном случае я имела дело с драконом, то бог его знает, отключился он или нет.
   А вот я ворочалась часа полтора, не сомкнув глаз. С одной стороны, на новом месте всегда засыпала очень тяжело, с другой, последние события изрядно нервы помотали. Так что я ворочалась, пытаясь найти наиболее удобную позу, и поминутно проверяла, не разбудили ли мои вошканья Кэйля. Тот, впрочем, на шум никак не реагировал, что не давало уверенности в том, что он не проснется, если я пожелаю выйти из палатки. Его месторасположение вообще вызывало у меня множество сомнений: он тут улегся, чтобы меня защищать от тех, кто снаружи, или тех, кто снаружи, от меня? На второе хотелось надеяться, в первое верилось больше. Вообще, в сложившейся ситуации я стала пессимистом, хотя прежде всегда умудрялась надеяться на лучшее.
   Под боком я пристроила свою лютню. Да, теперь уже действительно свою. Я могу на ней играть, значит, мое, буду беречь холить и лелеять. К тому же здесь игра и пение - единственный способ зарабатывать на жизнь, а инструмент, стало быть, орудие производства. Потерять его значит потерять способ заработать достойным путем средства к существованию. Есть, конечно, еще пара-тройка путей добычи денег, но все они, как на зло, не для приличных девушек.
   Вообще, размышления о сложившейся ситуации выходили на редкость гадостными: я в чужом мире, причем мире не очень-то для меня комфортном, одна, среди людей и прочих созданий с прогрессирующей паранойей, о мире не знаю практически ничего... Да и дракон, к тому же. Дивно. Злобный, невероятно опасный и сильный мифический ящер. Идеальный вариант для выбивания места под солнцем. Если только вообще умеешь что-то из кого-то выбивать. Я вот, допустим, не умею совсем. Не то чтобы пацифистка... нет у меня такого вот ярко выраженного предубеждения против насилия, просто вот не могу с собой ничего сделать: для меня даже накричать на кого-то - и то дикость жутчайшая, не говоря уж о чем-либо более серьезным. Да даже если бы мои моральные устои позволяли использовать свалившееся с небом могущество, то как? Это громадное тело не мое, я не знаю, как в нем даже двигаться, а уж от мысли о полете желудок и вовсе к горлу подкатывал, боязнь высоты мне тоже свойственна с пеленок. В общем, если кто-то пошутил так, сделав меня действительно драконом в другом мире, то чувство юмор у такого "шутника" было черным, прямо-таки чернее некуда, как у того же Кэйля. Вот почему из меня не сотворили какую-нибудь прекрасную принцессу, которая живет во дворце и отбраковывает претендентов на руку и сердце, ожидая своего единственного? Вместо красоты - прежняя, до боли знакомая физиономия, вместо дворца - палатка, по которой сквозняк ходит как у меня дома, вместо принца - мерзкого нрава звероящер, высказавшийся о моей внешности так, что хоть прямо сейчас иди и вешайся. Жизнь определенно не справедлива ко мне, раз засунув в сказку, и ее сделал злой и циничной.
   - Ящерица, да прекращай возиться, спать мешаешь! - проворчал недовольно сквозь сон "мерзкого нрава звероящер".
   Я тут же извинилась и замерла. Раздражать единственного в этом месте своего покровителя казалось мне не слишком разумным решения, так что я закрыла глаза и наконец постаралась заснуть. Как ни странно, после того, как я вдоволь настрадалась, это получилось довольно легко.
   Утро же наступило с рявканья рыжего:
   - А ну встала! Живо!
   Я сперва недовольно заворочалась, пытаясь дальше уснуть, но дракон настаивал в очень грубой и некорректной форме на том, что мне жизненно необходимо встать. Мое несогласие не учитывалось.
   - Королева прибудет через четверть часа! Ты должна также присутствовать!
   Королева? А... Эта та эльфийская правительница, которой не нужно сообщать о мое чешуйчатой ипостаси. Но зачем тогда мне присутствовать при ее встрече?..
  

ГЛАВА 3

   Когда при мне упомянули об этой самой эльфийской королеве, то перед глазами вставала обесцвеченная Галька с мечом наперевес и своей хитрой ухмылкой. Правда, в подруге моей на самом деле эльфьего мало чего наблюдалось, она была настоящей русской девушкой, кровь с молоком, ширококостная и крепкая. Обычно она брала персонажей с тягой к мордобитию, тем более, что фехтовала на диво хорошо и без поединка ни одной игры не представляла. Это другие барышни тихо-мирно отсиживались за широкими мужскими плечами в роли целительниц и магичек, Галочка рвалась на передовую и доводила до икоты сильную часть поголовья противников, ибо вроде как девушка, увечить не очень прилично, а вот ее такие мелочи не сдерживают...
   Когда я представила, что Галька моя может мне сейчас встретиться в облике правительницы всея эльфов, мне дурно стало. Нет, я ее люблю, конечно, но тогда мне просто жаль эльфов.
   - Ящерица! Чего ты там возишься-то?! - прикрикнул на меня Кэйль, выдернув тем самым из раздумий.
   Я наскоро расчесала волосы пятерней, прикидывая, где бы взять в этом кошмаре расческу и хотя бы какое-то мыло, и вылетела из палатки пулей, тут же пристроившись на ставшее уже привычным место - за спину дракона. Тот кивнул мне, и двинулся вперед, а впереди...
   Сразу вспомнился фильм "Властелин Колец" со всеми его эльфийскими костюмами и прочей сказочной атрибутикой. Так вот, то, что я видела, оказалось гораздо красивей.
   К лагерю по лесной тропе подъезжала кавалькада всадников, все как один были одеты в светлые сияющие одежды (это особенно контрастировало с общей немытостью "палаточного городка", душок шел почитай ото всех кроме "звероящера"). И белые лошади, да не просто белые, а как будто посверкивающие, подобно жемчугу. Впереди летела на громадном жеребце совсем юная, на вид лет пятнадцати-шестнадцати, большеглазая девочка в белом платье, чьи золотые локоны развевались на ветру...
   Я испытала зверскую зависть... У меня бы после повторения такого фокуса уже на пятой минуте на голове образовался бы форменный веника, а эта будто с картины какой сошла. Да и в целом... Таких не бывает. Ну просто не бывает и все, а если бы и были, то удавили б тут же, потому что рядом с подобным совершенством чувствуешь себя каким-то недочеловеком.
   И определенно это была не Галя.
   Коня девочка остановила аккурат напротив Кэйля, давая понять: она желает, чтобы он помог ей спешиться. Дракон взирал на нее философски, как на зло, причем зло неизбежное, и не двигался с места. Она досадливо поджала губы и позволила оказать услугу одному из своих спутников.
   - Как всегда невежа, - недовольно произнесла прибывшая.
   - Пусть твои холуи целуют тебе ноги и подставляют спину, дабы ты сошла на землю, - в тон откликнулся дракон.
   - Мне никто не подставляет спины! - возмутилась девочка. На щеках ее проступили красные пятна. Забавно, конечно, но мне гораздо интереснее были острые ушки, кончики которых виднелись из волос.
   - Только потому что это не взбрело в твою голову.
   Присутствующие замерли в ожидании бури, которая почему-то не наступала.
   - Приветствую вас, ваше величество! - попытался хоть как-то сгладить ситуацию Теодор, согнувшись едва ли не в земном поклоне. Другие обитатели лагеря, помимо меня и Кэйля, последовали его примеру.
   То, что это королева, до меня дошло только после слов бородатого. Никогда бы не подумала, честное слово. Это создание... ну не походило оно, на мой скромный взгляд, на владычицу. Вот на в меру беззаботную принцессу, которая развлекается в ожидании принца - да, но уж никак не на королеву.
   - Ты даже не поприветствуешь меня, как подобает? - надула губы пресветлая как ее там.
   - С чего бы это? - скептически поинтересовался дракон. - Я тебе не подданный, чтобы спину гнуть.
   На лице королевы появилось выражение обиженного ребенка: заблестевшие глазища, надутые губы... На меня впечатление это произвело, а вот рыжий оказался куда как устойчивее к чарам эльфийки.
   - Ты пришла для того, чтобы очередной раз попытаться склонить меня? - хмыкнул он.
   - Я и так знаю, что дело это бесполезное, - со вздохом ответила она. - Вообще-то, я желала посмотреть на боеготовность воинов в этом лагере. Предпочитаю убедиться, что не зря кормлю их, лично.
   - Ты всегда отличалась удивительной практичностью, - с долей брезгливости заметил Кэйль. - Проверяй. Тебе никто не мешает.
   Я во время разговора пряталась за драконьей спиной, которая довольно надежно укрывала меня от глаз королевы и высовывать из-за укрытия не хотела. Королева мне почему-то безумно не понравилась. Просто не понравилась и все тут. И реакция Кэйля на нее тоже не понравилась. Что тут такое чувствовалось неприятное и не очень чистое.
   - А это что за создание? - все-таки заметила мою макушку королева.
   - Менестрель, - не стал ничего разъяснять рыжий.
   Я же промолчала, давая возможность дракону все решить за меня. Все одно хуже не будет. Наверное. Я надеюсь.
   - Откуда тут взялся менестрель?
   А блондиночка определенно зрит в корень. И взгляд тут же стал из мечтательного цепким. Именно взгляд меня и убедил, что передо мной никакой не ребенок. На кукольном девичьем личике глаза с усталым старушечьим выражением смотрись жутковато.
   - Я спас ее. От разъезда орков, - не моргнув, соврал дракон, причем таким уверенным тоном, что даже я начала сомневаться в том, где именно он меня обнаружил и как. Немного покоробило, что он взял на себя роль героя, но спорить при королеве я посчитала откровенной глупостью. А дурой я все же не была. По крайней мере, не круглой, так точно.
   - Это становится привычкой? - как-то странно хмыкнула эльфийка, кивнув одному из сопровождающих ее мужчин. Тот беззвучно взял поводья ее лошади и отошел в сторону.
   - Доброй привычкой, - кивнул он. - Разве это дурно спасать дев из лап злодеев?
   - А разве это драконье дело? - спросила она. - Мне всегда казалось, что драконам пристало совсем иное.
   - Радуйся, что драконьи обыкновения мне не свойственны, - дернул губой, будто желал оскалиться, Кэйль.
   Королева отшатнулась от него, будто и правда считала рыжего серьезной угрозой для себя.
   - Хорошо, ты спас ее. А зачем поволок сюда, под сень моего леса? Оставил бы девчонку там же, где нашел.
   - Бросать ее одну, без защиты среди орд порождений Тьмы? - так искренне возмутился мужчина, что эльфийка смутилась, а я испытала порыв восторга, как при встрече с истинно благородным рыцарем.
   Потом, правда, вспомнила, что никто меня вообще-то не спасал, правительнице Перворожденных он откровенно врет, ни капли не краснея, а сам так и вовсе сволочь, каких поискать. Картина мира вновь обрела целостность.
   - Отвез бы куда подальше... - попыталась было найти более-менее приемлемый вариант королева.
   - А где можно найти более безопасное место? - тут же нашелся Кэйль.
   Я же недоумевала, почему никто из тех, кто знает обо мне правду, а таких целый лагерь, не оборвет дракона, ведь они же понимают, что тот нагло врет в лицо правительнице. Однако ни единая душа не посмела вмешаться, глядя на все это безобразие, как будто так и нужно.
   - Кого ты в следующий раз приволочешь? - мрачно поинтересовалась королева эльфов.
   - А вот это не твое дело! - осклабился ящер, с вызовом глядя на ее.
   Сопровождающие правительницы неласково смотрели на него, но не делали ни единой попытки, чтобы покарать мерзавца за такое откровенное хамство. Складывалось ощущение, что все до единого, кроме меня, посчитали, будто все в порядке и иначе встреча дракона и ее величества произойти просто не могла.
   - Ты все еще на моей территории!
   - Мило, - издевательски хмыкнул Кэйль. - Тебе напомнить, где была бы ты и твоя территория, если бы не я?
   И тут королева попросту... запыхтела. Прямо, как оскорбленный в лучших чувствах еж, честное слово.
   - У тебя ужасные манеры.
   - Не спорю. Ищи другого идиота, с манерами получше, пусть разбирается с твоими проблемами вместо меня. У тебя же целый курятник золотых петухов, так пусть покажут себя.
   Эльфийские воины даже не шелохнулись после таких слов. Хотя желваки заиграли почитай у всех. Завидная выдержка. Или же сильный инстинкт самосохранения... Если учесть какого размера была в чешуйчатом обличье я, думаю, эти несколько мужчин для дракона не слишком большая проблема.
   - Владычица Аэрисэ, припадаем к ногам твоим! - вклинился в "милую" беседу Теодор, аккуратно оттесняя в сторону Кэйля, который уже готов был к новому витку взаимных упреков и придирок.
   Я задумалась, где бы мне нацарапать имя правительницы, чтобы не забыть потом и не сморозить чего не совсем приличного в отношении венценосной особы.
   - Не надо такого словословья, - нервно хмыкнула королева. - Меня тут уже... встретили.
   - Не довольна? - невинно поинтересовался желтоглазый.
   - Ну что ты... Я уже привыкла.
   - Отлично, - отозвался он. - Идем, ящерица!
   Я тут же шагнула к нему. Вот ведь... почитай два дня знакомы, а уже выдрессировал так, как кинологи собак своих. "Ящерица, место". "Ящерица, к ноге".
   - Ящерица? - изумилась эльфийка. - Почему ты называешь так это дитя?
   - По недосмотру богов, ее нарекли Тинвэ, - отозвался дракон. - И я бы не называл это бестолковое создание "дитя". Впрочем, поет она действительно хорошо, тут уж ничего не скажешь.
   - Хорошо? - колокольчиками зазвенел смех королевы. - Как это хорошо? Неужто лучше меня, Кэйль? Уязвить опять хочешь? Чтобы смертная пела лучше меня, Перворожденной?
   Взгляд у нее стал такой неласковый, что мне захотелось стать невидимой или сквозь землю провалиться. Женская злость ведь страшная, пострашнее мужской, потому что мужчины обычно отыграются сразу и дальше уже жизнь своим чередом идет, а уж если женщина невзлюбила, то это надолго, если не навсегда, и существование будет портить исправно и с фантазией.
   - Да лучше тебя, так точно, - с видимым удовольствием произнес дракон, растягивая слова, будто желая насладиться сполна очередной сказанной гадостью.
   - И голос у нее красив?
   - Соловей.
   - Про меня тоже говорят, что будто соловей пою.
   - Ты без души поешь. Не равняйся с Тинвэ.
   Оказаться предметом чужой ссоры для меня было неприятно и страшновато. Все же с одной стороны тут дракон, а с другой, какая-никакая, а все же королева.
   - Ах "не равняйся", стало быть?! - зашипела ее величество. - А ну пой, девчонка! Я желаю слушать!
   У меня едва ноги от волнения и страха не отнялись, да Кэйль за шкирку вовремя подхватил.
   - Эй, сходите кто-нибудь в мою палатку, принесите лютню ящерицы! - велел дракон.
   - Так вот что... Ты с ней еще и в палатке одной! - поняла все превратно королева. - Я все не понимала, чего ты ее нахваливаешь...
   Я залилась краской от возмущения и стыда. Вот таких слов о себе я терпеть так точно была не намерена. Хотела было уже сказать, что я об этом думаю, причем в резких выражениях, да только не успела. За мою честь вступились и без меня.
   - Не пошли, тебе не подобает, - оборвал ее измышления рыжий.
   И самое забавное, что девочка-королева смолкла смущенно, дернув щекой.
   - Прости меня, Кэйль.
   - Да я-то что? У нее проси.
   - Я и у этой безвестной девчонки? Да не дождешься.
   На личике королевы проступила брезгливость и недоумение.
   - Тогда и говорить не о чем, - что-то для себя решил Кэйль. - Не меняешься.
   - Я постоянна.
   - В своих недостатках. А ты спой, ящерица, спой, вот и лютню твою принесли. Спой для королевы.
   Спою. Если только она мне прежде от великого счастья глаза не выцарапает или еще чего хорошего сделает. Я дрожащими руками взяла свой инструмент и прикрыла глаза, пытаясь понять, что же мне спеть для эльфийки. А потом... Будто накатило что. Пальцы сами завели нехитрую мелодию, а с губ сорвалось:
   - Жил-был дурак. Он молился всерьез
   (Впрочем, как вы и я)
   Тряпкам, костям и пучку волос -
   Все это бабой пустою звалось,
   Но дурак ее звал Королевой Роз
   (Впрочем, как вы и я).
   Господи... Вот чего меня понесло именно это петь - так и самой непонятно. Кэйль прикрыл ладонью кривую ухмылку, ее величество побелела как привидение в лунном свете, у спутников ее глаза округлились, а я остановиться не могла, будто заколдованная.
   А королева тем временем шла такими очаровательными пятнами, что хоть портрет для потомков пиши. Она хлопала глазами и открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег. Должно быть, она хотела что-то сказать и вряд ли что-то приятное, но у нее не получалось до последнего аккорда, но вот потом...
   - Кэйль!!! - разразилась истеричном воплем девушка.
   - А? - невинно осведомился он.
   - Ты!!! Как ты мог подговорить ее на это?! - сорвалась на визг Аэрисэ.
   - Что? - практически искренне удивился дракон. - Я не подговаривал бедную девочку. И по твоим же собственным словам, хороший менестрель должен ощущать настроение публики и видеть суть слушателей. Так вот, это и есть хороший менестрель.
   Мне показалось, что я на этом празднике жизни лишняя. И мое нынешнее положение весьма опасно для здоровья.
   - Ты... ты говоришь, что это правда?! Те мерзости, что она тут пела!!!
   - О... мерзости? Разве? По-моему, милая песня. И вполне подходящая. Да, ящерица?
   Я даже кивнуть не решилась, прикидывая, какое поведение будет безопаснее для здоровья. Сразу ничего в голову не приходила, так что предпочла пока полное бездействие.
   - Милая? То, что она обо мне пела?!
   - Аэрисэ, она пела для тебя, а не о тебе. Или ты заметила что-то схожее с тобой? - со всей возможной язвительностью протянул Кэйль, растянув губы в потрясающей по своей змеиности улыбке.
   Королева как-то сразу сдулась и вроде бы даже успокоилась. Все-таки дракон потрясающий манипулятор. Ладно, он меня дрессирует как болонку, оно и понятно, я все же девушка молодая, в жизни мало чего повидала, но ее-то, королеву, как вокруг пальца обводит... И она, вроде бы и понимает это, но ничего поделать не может... Ну, или, может быть, не хочет.
   - А голос у твоей спасенной действительно хорош. Но откуда ты знаешь такие песни, девочка?
   Я не ответила.
   - Почему ты молчишь, дитя? - напряглась королева, подозрительно поглядывая на меня.
   Я молчала. Голос снова отнялся, да оно и к лучшему, честно говоря. Все равно неясно, что мне говорить. Да и не безопасно мне всовываться в явно давнюю свару между драконом и королевой.
   - Кэйль, почему она молчит? Она что, слабоумная?
   - Ну я, честно говоря, тоже подозревал нечто подобное... - ухмыльнулся рыжий, а потом добавил. - Впрочем... можешь считать, что твое королевское величие поразило ее в самую глубину души, и у творческой натуры отнялся язык.
   - А... - задумалась владычица. - Ну тогда ладно. Одно только понять не могу: зачем она тебе понадобилась. Ты же никогда не был склонен к благотворительности.
   - Она... забавна, - улыбнулся он. - Что же, ты желала посмотреть, как здешние воины владеют оружием? Так идем.
   Королева кивнула, и эта жуткая пара оставила меня в покое. Честно говоря, чувствовала себя использованной, причем в неблагих целях. Я радостно выдохнула и шагнула в сторону, мечтая исчезнуть с глаз долой и эльфийки, и дракона. В результате врезалась в лучника-Мара, который успокаивающе придержал меня за плечи.
   - Да чего ты, Тинвэ? Успокойся. Они всегда так. Обычно даже хуже.
   - Х-хуже? - нервно уточнила я.
   - Угу.
   - А часто сюда приезжает королева?
   - Как когда...
   Мне поплохело, да весьма основательно. Пусть разбираются сами и не втягивают меня в свои странные разборки.
   Я уже почти успела улизнуть в показавшуюся ночью такой уютной палатку. Хотелось забиться в дальний угол и просидеть так до обеда. Или даже до ужина. Но не судьба.
   - Вы дивно пели, дева, - раздалось позади меня.
   Я обернулась и увидела того самого эльфа, что помог королеве спешиться. Хотя для меня они все на самом деле были на одно лицо, так что, может быть, я и ошиблась. Как их называл Кэйль, "золотые петухи"? Ну, что золотые, так точно. Мужчина, казалось, был сделан из золота, червонного и белого. Яркие солнечные волосы и практически сияющая кожа, сперва я и видела только это мерцание, будто ослепла. Только спустя полминуты я сумела разглядеть и ненормально большие для мужчины глаза, теплые и спокойные, и теплую улыбку на губах, идеально правильные и гармоничные черты лица... Королева тоже была прекрасна, несомненно, но женская привлекательность редко когда вызывает у другой женщины добрые чувства, а вот мужская... Эльф казался невероятно красивым, просто неестественно красивым... На него хотелось любоваться не отрываясь ни на секунду.
   А замечание о моем пении меня слегка... озадачило. Я-то думала после последнего выступления свита ее величества в полном составе хочет меня колесовать, а потом сжечь останки с ритуальными песнями и танцами.
   - С-спасибо, - робко поблагодарила я. - Не стоит, ведь у эльфов голос наверняка красивее...
   По крайней мере, у Толкиена именно Перворожденные были несравненными менестрелями, тот же Маглор, один из сынов печально известного Феанаро...
   - Такого голоса и у эльфов не бывает. Вы уязвили гордость королевы. Ее зовут Соловьем наших лесов, говорят, что даже орки с восторгом слушают ее пение, позабыв о своей воинственности. Проклятый дракон знал, как можно задеть нашу владычицу. Но ваш голос и правда очаровывает, Тинвэ.
   Стоп. Дракон? Так эльфы в курсе, кто он такой? Но ведь Кэйль говорил, что драконы на противоположной стороне, так почему эльфы зная о том, что среди них дракон, относятся к нему так... лояльно?
   - Дракон?
   - О, не бойтесь, - чуть шире улыбнулся мужчина. - Он совсем не так плох, как его собратья. Кэйль никогда не был по-драконьи жесток и кровожаден. Пусть это и не добавляет ему ни добронравия, ни приятности. Хотя что я говорю, он ведь спас вас.
   - Спас, - не стала опровергать слов дракона я.
   - Ох, я же не представился! - смутился эльф. - Мое имя Эльрендил, я один из ближних рыцарей королевы Аэриса, ее верный слуга.
   Имя свое Эльрендил произнес с церемонным поклоном, будто мы были на балу, я неуклюже скопировала его движения.
   - Приятно познакомиться, - неуверенно улыбнулась я.
   - Надеюсь, вы еще порадуете нас своим пением, - произнес рыцарь и удалился вслед за правительницей.
   Я кивнула и метнулась под деревья, надеясь, что хотя бы несколько минут буду избавлена от этого такого утомительного внимания совершенно незнакомых людей и нелюдей. А еще мне стало безумно интересно, каким образом я стала играть на совершенно незнакомом мне инструменте на несколько порядков лучше, чем на привычной гитаре, с чего бы мой голос стал настолько хорош, что этим я оскорбила эльфийскую правительницу, и... каким образом я говорю на вряд ли раньше известном мне языке, да еще и пою на нем песни, которые я узнала еще там, в своем мире. Я чувствовала себя Алисой, упавшей в кроличью нору... Драконы, эльфы, орки, да мне казалось, что все вокруг меня сошло с ума.
   Откуда-то издалека доносились гневные восклицания королевы, которые время от времени прерывались ядовитыми фразами Кэйля. Слов расслышать толком не удавалось, но, судя по тону, их беседа возобновилась примерно на том же месте, на котором была прервана. Обитатели лагеря же метались, очевидно пытаясь угодить ее величеству и не вызвать очередную вспышку раздражения у дракона. Выходило не очень.
   Я же мирно притаилась под кустом, наигрывая на лютне, и размышляла о своей горькой судьбине. Спустя некоторое время в мое укрытие затесались так же Томас и Мар, на правах моих "первооткрывателей" и стало даже немного повеселее, тем более что они увели из походной кухни бутерброды.
   - Ишь как орут, - хмыкнув, прокомментировал Мар, вгрызаясь в хлеб с солониной.
   - Ну да сегодня еще довольно тихо, - ухмыльнулся Томас, также принимаясь за еду. - Ничего, скоро королева уедет обратно, во дворец. Ночевать она тут точно не станет...
   Я облегченно выдохнула и взяла еще пару аккордов, разминая пальцы. Вот как так вышло, что если у себя я с гитарой обращалась на уровне среднем, если не ниже среднего, то лютню ощущала как часть себя. Мимо нашего куста то и дело носились взмыленные люди и не менее взмыленные эльфы, старающиеся сохранить видимость совершенства. Вот только лес был немилосерден к белым одеждам, а применить какое-то волшебство, чтобы уберечь ткань от грязи Перворожденные не удосужились. Хотя о магии здешней я совершенно ничего не знала, возможно, и не было никаких бытовых заклятий, которые бы могли облегчить жизнь прачкам. Где-то в стороне от лагеря наблюдалась нездоровая активность мужского населения, они то ли маневры пытались изобразить, то ли еще что делали, не сильная я в военном деле, понять не смогла, но, очевидно, делали это не очень хорошо, потому что все действия приходилось повторять по нескольку раз, и после каждой попытки доносился недовольный голос Кэйля.
   - Чего ей от нас надо? - хмыкнул Мар. - Мы же и не должны по идее лезть в открытую к врагу, промышляем засадами и диверсиями...
   Томас дожевал второй бутерброд и ответил:
   - Королеве надо оправдать факт своего появления здесь. Вот и издевается как может. Да и Кэйль сегодня перегнул.
   Я вздохнула и решилась спросить:
   - А почему у эльфов королева - глупая и избалованная малолетка?
   Мои пленители переглянулись и одновременно расхохотались. Недобро расхохотались. И глядели на меня тоже недобро. Моему удивлению не было пределов. Ну что я такого сказала-то?
   - Что-то не так? - с обидой в голосе поинтересовалась я.
   - Ты с Кэйлем поговори на эту тему. Он тебе все обстоятельно разъяснит, - отсмеявшись сказал Томас. - А близко к королеве старайся не подходить. Мало ли.
   - Почему? - совсем растерялась я. - Она же возглавляет силы Света. Так Кэйль сказал.
   - Ты точно откуда-то свалилась, - констатировал Мар. - Главное, делай, как говорят.
   Я недовольно передернула плечами. "Делай, как говорят". А то, что это моя жизнь, которая может быть в опасности только из-за того, что кто-то решил ничего мне не объяснять - то это такие мелочи. Я же пришлая, за меня вступиться в случае чего некому, один только Кэйль обо мне заботится непонятно с чего. Вот только от его покровительства хочется на сосну лезть за неимением стены. Да и правда ли у него добрые намерения? Он ведь говорил, что драконы друг друга обычно выносят с большим трудом, так с чего бы вдруг ко мне у него возникли добрые чувства? Он не похож на благородного героя, который при виде беспомощного и жалкого существа, к которым меня можно смело причислить, испытывает неконтролируемое желание спасти и защитить.
   - Ну мне хоть кто-нибудь что-нибудь объяснит? - взмолилась я.
   - Тинвэ, прекращай придуриваться! - раздраженно оборвал меня Томас. - Ты прекрасно обо всем осведомлена. Песни подбираешь всегда к месту. Так прекрати разыгрывать из себя беспомощную ничего не понимающую дурочку. Нам и ее величества хватает.
   Я совершенно растерялась и безумно разобиделась. Что не так то? Почему меня теперь еще и за лицемерку принимают. Хотелось расплакаться. Опять. Я шмыгнула носом, но мужественно сдержала этот порыв. Опять ведь не поверят, будто я действительно сильно расстроилась от их слов.
   - Чего опять глаза на мокром месте, а, ящерица? - появился передо мной как черт из табакерки дракон.
   - Все в порядке! - гордо соврала я. И еще раз шмыгнула носом.
   - Ну-ну... - скептически прокомментировал мои слова рыжий.
   - Ты бы внимательнее к ней присмотрелся, а, Кэйль? - посоветовал Мар. - Завирает ведь.
   У меня от возмущения и обиды щеки гореть начали.
   - Не завирает, - вздохнул дракон. - Уж поверь такую неуклюжую идиотку не сыграть. Ей можно только родиться.
   Пару минут я решала, успокоиться ли мне или еще больше расстроиться из-за того, что меня назвали идиоткой. Выбрала первый вариант, наплевательски вытерев рукавом нос. На душе немножечко полегчало.
   - А светлейшая что, уехала? - недоуменно произнес Томас. - Ты же от нее обычно не отходишь, когда она является.
   - Уехала, - с торжеством ухмыльнулся Кэйль. - Ее величество почувствовала себя дурно и покинула лагерь раньше обычного.
   - Это она-то дурно себя почувствовала? - рассмеялся Томас. - Да ее голой на мороз можно выпускать - даже не чихнет потом. Бесится.
   - Ты так хочешь увидеть ее голой? - протянул желтоглазый, хитро прищурившись.
   - Упаси боги от такого "счастья"!
   Мужчины переглянулись и рассмеялись как-то непонятно для меня, будто знали какую-то общую тайну. При этом не очень приличную. Было любопытно, но не настолько, чтобы начать задавать вопросы.
   - Пошли, ящерица, - велел мне Кэйль после того, как эти трое немного успокоились, и пошел в сторону, даже не проверив, последовала ли я за ним. Как будто у него и сомнения не возникало, что я могу ему не подчиниться. Надо сказать, что он был совершенно прав. Я понурилась и потопала за ним, как привязанная.
   Дракон, как и в прошлый раз решил, что разговор надо вести, находясь как можно дальше от лагеря и целеустремленно двигался сквозь чащу, успокоившись только тогда нас окружила тишина. Признав место подходящим, он повернулся и заговорил:
   - Держись от королевы как можно дальше. И никогда не упоминай о своей истинной природе.
   Я непонимающе уставилась на него.
   - Но то, что ты дракон она знает...
   - И ты думаешь, что это ее знание принесло мне пользу? - саркастично протянул Кэйль. - Лучше побольше помалкивай.
   - Но... весь лагерь же знает.
   - Они ничего не скажут. Ни единая живая душа.
   - Почему?
   - Не твое дело, - раздраженно шикнул мужчина. - И сама к Аэрисэ близко не подходи. Она многое видит, очень многое.
   Вот тут я уже ничего не понимала. Королева же возглавляла лагерь света. Она лидер сил добра вроде как. И почему мне тогда настоятельно советуют опасаться ее?
   - Она... может мне что-то сделать? - спросила я.
   - Может, ящерица. Еще как может. И сделает, если посчитает, что это пойдет на пользу общему делу. Ей нельзя верить. Ни в чем.
   - А кому тут вообще верить можно... - себе под нос пробурчала я.
   Вроде бы тихо, но дракон услышал. И ответил:
   - Мне. Пожалуй, я единственный, кто не предаст тебя.
   - Почему? Чем ты отличаешься от других? - жалобно спросила я.
   - Я дракон. Больше тебе ничего не нужно знать. Тебе придется мне верить без пространных объяснений. И я говорю тебе: королева опасна. Пока она увидела только то, что я показал: молоденькая и талантливая девочка-менестрель. Ты вызвала ее неприятие и раздражение, но не вызвала интереса, и пока приглядываться Аэрисэ не станет. Но если ты учудишь какую-то глупость, то она вцепится мертвой хваткой.
   - Почему?
   Нет, на этот раз меня не назвали идиоткой. Но посмотрели так, что ей-богу, лучше бы назвали. Более "говорящего" взгляда я за всю свою жизни не наблюдала.
   - Я не идиотка! Я просто не понимаю ничего! - робко попыталась отстоять свое права на умственные способности я.
   - Не вижу особой разницы между первым и вторым.
   Черт.
   Обидно все-таки.
   - Но она ведь есть!
   - Я могу на это только надеяться, - с показательной тоской во взоре вздохнул Кэйль. - Просто делай, как я скажу тебе. Веди себя тихо и не демонстрируй свою природу.
   - Да как я могу сделать это? - вырвалось у меня. - Я даже превратиться-то и то не могу, а ты "не демонстрируй природу"...
   Выражение на лице дракона из презрительно-снисходительного стало хищным и очень зловещим.
   - Именно, ящерица, ты не умеешь ничего и поэтому можешь потерять контроль над собственной сущностью. Но я научу тебя, что значит быть драконом.
   В голосе рыжего прозвучал опасный энтузиазм и откровенная угроза моему благополучию...
   - Но ты же говорил, что сам не знаешь, как оборачиваешься! - попыталась увильнуть я.
   - Ничего. Это я пойму. Мы поймем. А уж с полетами и прочими умениями никаких проблем возникнуть не должно. Скорее всего.
   Вот это "скорее всего" мне очень сильно не понравилось. Я уже успела понять, что когда дело касается Кэйля, разумнее верить только плохое.
   - Но я не хочу учиться быть драконом! - попыталась заупрямиться я, испуганно зажмурившись после своих слов.
   "Особенно у тебя" повисло в воздухе.
   - Я не спрашивал твоего мнения. Я ставил тебя перед фактом, - заявили мне с удивительной самоуверенностью. - Можешь не волноваться, сегодня этим заниматься не будем, лучше уж завтра на свежую голову.
   С одной стороны, я испытала облегчение, ведь очередная пытка откладывалась. С другой стороны, она ведь только откладывалась...
   - И все же, откуда ты свалилась на мою голову, а? - произнес дракон, правда, таким тоном, что вопрос можно было спокойно принять и за риторический. Именно это я почла за благо и говорить ничего не стала.
   Мы пошли назад к лагерю. Уже стемнело, я думала даже сперва, будто стану спотыкаться через раз, но, к удивлению моему, я видела все столь же четко, как и днем. Правда, картинка была какая-то... выцветшая, но при этом на удивление четкая.
   - Кэйль, я все вижу! - тихо сообщила я рыжему.
   Тот посмотрел на меня не просто как на идиотку, а как на полную идиотку. И ничего не сказал.
   Я смутилась, поняв по выражению лица дракона, что опять ляпнула какую-то глупость.
   - Кэйль, это что, нормально разве? - снова пристала к мужчине я.
   - Прекрати нести чушь! - раздраженно рявкнул он. - Ты переигрываешь, ящерица! С чего ты вдруг начала удивляться своему зрению, если оно у тебя таким было всегда?!
   Я досадливо закусила губу. Кажется, мне безопаснее всего молчать. Причем постоянно, открывая рот только для пения.
   - Ящерица, ты точно ничего не хочешь мне сказать? - с подозрением поинтересовался дракон. И во взгляде его читалось: он обо мне кое-что понял.
   Я с энтузиазмом замотала головой, решив, действительно решив говорить как можно меньше. Мужчина хмыкнул с каким-то странным пониманием и почему-то не стал устраивать допрос, хоть и понял наверняка, что я не сообщила ему всей правды. Странно как-то. Сперва он готов был подозревать меня во всех смертных грехах разом, но теперь почему-то позволяет умалчивать. Почему? Поверил мне? Тогда... Может, и ему поверить? Ну... Хотя бы немного. Сказать еще одну маленькую часть того бреда, который со мной стрясся.
   - Я ведь не дракон даже... - все же решилась на откровенность я. Пусть не объясню всего, но уже какой-то прогресс. Тем более, лучше будет, если Кэйлю станет понятно, чего от меня ждать. Точнее, чего не ждать.
   - Точнее, я им не была...
   - Да понял уже, ящерица. Сложно было не понять... Как тебя угораздило-то? Неужели ведьма какая прокляла, как в старых сказках? - со смешком сказал он мне.
   Я пожала плечами.
   - Может, и ведьма. А может, и нет. Кто бы это ни сделал, мне он потом не доложил. Пока ты меня не превратил, - при воспоминании о принятии драконьего облика меня передернуло, - я и не подозревала, что со мной что-то не так. Я не особо-то изменилась. Разве что глаза стали желтыми.
   - Это черта всего нашего рода. Мы можем принять облик человека, но глаза у нас всегда будут светло-карими. Хорошо еще, что такой цвет у людей встречается, иначе бы драконов очень просто вычисляли в толпе.
   И почему только тут не придумали солнечных очков? Сколько бы разом у ящеров проблем решилось...
   - А вдруг меня как-то можно... расколдовать? - неуверенно предположила я. - Ну, дракон из меня все равно неудачный вышел, так может того... назад, а?
   Кэйль рассмеялся:
   - Глупая ты. Я про сказки так ляпнул, первое, что в голову пришло. Я не слышал, чтобы существовали в нашем мире такие маги, которые могли полностью изменить природу живого существа. Если ты сказала все же правду, тогда и предположить невозможно, кто способен сотворить подобное и тем более зачем.
   Я тяжело вздохнула. А ведь уже понадеялась, что нужно только найти какую-нибудь страшную бабку, живущую в лесу, и уломать снова сделать меня обычной девушкой. А в идеале еще и домой отправить.
   В более-менее дружественном молчании мы добрели обратно к нашему лагерю. Обитатели уже стали собираться спать, часть успела улечься в свои палатки. Оставленные на часах тоскливо взирали на всю эту суету.
   - И даже не надейся, что я после твоего рассказа откажусь от мысли тебя тренировать! - жестоко убил все мои надежды мужчина, втолкнув меня в палатку.
   Я свернулась калачиком на не самом удобном ложе и начала думать. О мыле, расческе, сменном белье и прочих таких замечательных и желанных вещах, до которых сейчас мне, скорее всего, не добраться. Пара дней - и я буду грязная, как поросенок, с кудлатой головой и аромат начну источать такой, что хоть вешайся. Не говоря уже об обломанных ногтях и возможном появлении вшей и чего-нибудь нехорошего грибкового... Определенно, тот, кто романтизировал Средневековье, что-то не понимал в это жизни. Точнее ничего не понимал...
   Я уже почти уснула, а дракон все не укладывался, да что там, даже не заглянул в свое временно жилище, что в сочетании с подозрительным шумом и бегатней за пределами нашей палатки наводило на нехорошие подозрения. А уж если вспомнить рассказ ящера об идущей войне... Мне стало страшно. А еще безумно хотелось узнать, что происходит. Потому что незнание пугало еще больше, чем возможное нападение непонятно кого.
   Я высунула свой нос из палатки, но появившийся как черт из табакерки Кэйль впихнул обратно.
   - Оставайся тут, поняла? - велел он мне. - В лагере сейчас безопаснее всего, здесь столько защитных заклятий, что виски ломит. Так что сиди в палатке и не лезь никуда.
   - Л-ладно, - не стала спорить я. - А что стряслось?
   - Семейные выяснения отношений, - со смешком отозвался дракон. - Обычное дело.
   - А семья чья?
   Если это разборки среди ящеров, то это... весело. Очень весело. Хоть бункер сооружай.
   - Хвала богам, не моя.
   Сказанное мне вообще ничего не разъяснило, но рыжий уже рванул куда-то, так что задавать вопросы стало попросту некому.
   Часа два я сидела в палатке, обхватив руками колени, и ждала. Хотя бы чего-то. Кроме меня остались только две женщины, которые что-то методично раскладывали на обеденном столе и то и дело оглядывались. Они тоже ждали, но в отличии от меня, они явно понимали с чем придется столкнуться. Можно было бы подойти и заговорить, но я не решалась. Мне вообще всегда неловко общаться с незнакомыми людьми, особенно в чужой и пугающей обстановке. Вот я и не двигалась с места, только изредка оглядывалась.
   Когда я уже едва не задремала, они начали возвращаться. Мужчины. Усталые, измученные, в крови и грязи.
   Вот теперь уже я испугалась по-настоящему. Обычно кровь на меня так не действует, но так обычно-то я ее видела максимум, когда кто-то резал палец или ввязывался в мордобой. А тут были раны. Настоящие. Тяжелые. До меня доносились стоны, крики, проклятия... Я вообще будто к земле примерзла. Женщины метались от одного раненного к другому, наименее пострадавшие мужчины оттаскивали в сторону неподвижные тела. Своих на поле боя они не бросили, притащили сюда... Я разглядела среди снующих Мара с перевязанной рукой, более-менее целого Томаса, Теодора, у костра мелькнула огненная шевелюра Кэйля. Все, кого я хотя бы немного тут узнала, были живы. Стало спокойнее. Пусть только чуть-чуть, но спокойнее.
   Я нырнула назад в палатку и свернулась в клубочек, заставляя себя не слышать, что происходит снаружи. Сколько так пролежала не знаю, но сон меня все-таки сморил.
   - Утро наступило, ящерица, пора вставать, - разбудил меня дракон.
   - А? Утро? - сквозь сон пробормотала я.
   Открывать глаза не хотелось, но тон у Кэйля был такой, что я это сделала мгновенно.
   - Почему ты вчера не стала помогать? - серьезно и строго спросил дракон, внимательно вглядываясь мне в лицо.
   Стало очень стыдно и совестно.
   - Я не умею... - ответила я.
   - От тебя и не требовали обладать познаниями в целительстве! Ты что, не в состоянии перевязку сделать? - прошипел он.
   Я буквально кожей чувствовала его злость. И эта злость заставляла меня ежиться и сжиматься в комок.
   - Нет... Не в состоянии... - признавалась я, потупившись. - И крови боюсь...
   - Ящерица, ты вообще прежде где обитала? Во дворце? Или в чертогах богов? Или же у тебя руки к заднице пришиты?! Велика наука рану перевязать! Побрезговала что ли?!
   Вот теперь Кэйль уже действительно орал на меня... Я молча смотрела на него и... опять плакала. А что я еще могла делать?
   Увидев мои слезы рыжий смолк и тяжело, с явным раздражением вздохнул.
   - У меня такое ощущение, что ты этим своим вечным ревом манипулируешь окружающими, как Аэрисэ своим хлопаньем глазками.
   После этих слов я пришла в себя тут же, как после пощечины.
   - Я не манипулирую! - возмутилась я, почти что грозно шмыгнув носом.
   - Я...
   - Да, понятно. Ты у нас просто безрукая неуклюжая идиотка. И чего тебя только Мар не пристрелил?
   В драконьем голосе звучали усталость и какая-то странная обреченность. Кажется, я его достала... Галька говорит, что я своей бестолковостью способна кого угодно в гроб загнать. Я всегда обижалась, когда слышала от нее такое
   - Наверное, ему стало меня жалко... - предположила я, не испытывая ни малейшей уверенности в сказанном.
   - Что ж, ящерица, раз ты у нас ничего не умеешь, то будем учить, - протянул дракон. - Вставай.
   Слова эти прозвучали действенно зловеще... Я малодушно попыталась забить в палатку, но меня безжалостно вытянули наружу за ногу. Я попыталась отбиться второй ногой, но по дракону не попала. А он же в отместку протащил меня по валявшемуся на земле сухому суку. Очень неприятные ощущения надо сказать.
   - Кэйль, что ты творишь?! - донесся откуда-то сбоку мелодичный мужской голос.
   Я повернула голову и увидела того эльфа, что заговорил со мной вчера. Эль... или даже не эль. С запоминанием сложных имен у меня всегда возникали трудности. Дракон отпустил мою ногу и повернулся к Перворожденному.
   Я тут же воспользовалась свободой и отползла от рыжего подальше.
   - Не твое дело.
   - Ты обижаешь ни в чем не повинную девушку!
   С каждым моментом этот эльф мне нравился все больше и больше.
   - Мы с "ни в чем не повинной девушкой" сами прекрасно во всем разберемся, - ответил дракон, мрачно глядя на явившегося.
   Эльф посмотрел на мою перекошенную "счастьем" зареванную физиономию, затем на прямо-таки излучающего раздражение Кэйля и заявил:
   - Нет, не разберетесь. Я не оставлю деву в беде!
   То, что хоть кто-то решил встать на мою защиту, причем не в специфической манере рыжего сородича, которые, кажется, со мной обращается по принципу "так не доставайся же ты никому", в том смысле, что, по-моему, он прикрывая меня от других, намеревался в дальнейшем угробить собственноручно.
   - А не пошел бы ты... назад, к Аэрисэ.
   Послать придворного королевы Кэйлю явно хотелось послать совсем по другому адресу. Но он сдержался. Честь и хвала ему за это.
   - Я рыцарь Света. Ты мерзостное порождение Тьмы. Даже если ты сейчас переметнулся на нашу сторону, ты все равно сеешь зло и раздор! - воскликнул мужчина. - Я беру эту деву под защиту и не позволю тебе причинить ей обиду!
   - Все сказал? - процедил дракон.
   - Да! - гневно ответил эльф, положив руку на эфес меча.
   На Кэйля этот жест не произвел ни малейшего впечатления.
   - Свободен. Ящерица, за мной.
   Я растеряно посмотрела на рыцаря, потом на желтоглазого. Сможет ли приструнить моего новоявленного сородича эльф, еще совершенно непонятно, а вот то, что Кэйль мне может жизнь испортить уже проверено. Поэтому я тяжело вздохнула, поднялась с земли и поплелась за ящером, понурив голову.
   Губы дракона искривила торжествующая усмешка. Мне показалось даже, что будь он родом из моего мира, то эльфу еще бы и средний палец продемонстрировали.
   - Тинвэ, останьтесь! - обратился ко мне Эль-как-то-там. - Вы совсем не обязаны подчиняться этому мерзавцу. Он груб, жесток, неотесан... С вашим талантам вы должны обитать при дворе.
   - Вот там-то ее Аэрисэ точно со свету сживет, - прокомментировал Кэйль. - Хочешь - послушай сказки, ящерица. Но от жизни они далеки.
   - Ее величество благородна и мудра, она окажет этой деве покровительство, коего она заслуживает.
   - Эльрендил, не будь дураком. У Аэрисэ много достоинств, скрытых и явных, она действительно покровительствует многим служителям искусства, но терпеть того, кто поет лучше нее, не станет. Ты сам в курсе того, что порой случается с придворными менестрелями. Так что не тяни девчонку в змеиную яму.
   Рыцарь сразу как-то смутился и сник. Будто бы дракон сказал ему правду. А вот лично я вообще сомневалась в наличии у ее величества каких бы то ни было достоинств. То взбалмошное юное создание, которое явилось вчера в лагерь вообще не внушало мне ничего, кроме умиления.
   - Пусть и в змеиную, - не стал спорить Эльрендил. - Уж всяко лучше драконьего логова.
   - Я-то ее точно не убью, - пожал плечами Кэйль. - Лучше скажи мне, с чего твоя королева сунула нас в пасть к демонам? Что мы ей сделали на этот раз?
   - О чем ты? - нахмурился воин, в голосе которого звучало искреннее непонимание.
   - Я почуял неладное, еще когда выяснилось, что с нами не выйдет ни одного вашего. А потом мы вляпались в такую мясорубку, что мне пришлось перевоплощаться и поливать противников огнем. Мы бы не справились сами.
   Дракон смотрел на рыцаря с укором и подозрением.
   - Возможно, она и рассчитывала на тебя, - не слишком уверенно предположил Эльрендил.
   В воздухе повисло напряжение. А вот мне немного полегчало, так как теперь я перестала быть костью, лежащей между двумя голодными собаками.
   - Предполагалось, что я в тот момент буду в лагере Тийля. Я остался самовольно, наплевав на ее возможное недовольство. Что это было с ее стороны по-твоему, а? - сощурившись спросил Кэйль.
   - Я... не могу ничего говорить. Все же я рыцарь Света и ее верный подданный.
   - А я всего лишь порождение Тьмы, - с видимым безразличием поддакнул рыжий. - Пошли, ящерица. Мы и так много времени потеряли.
  

ГЛАВА 4

  
   - Вчера... было плохо? - решилась спросить я, топая следом за драконом по всем лесным буеракам. Даже намека на тропинку не наблюдалось, и я всерьез опасалась свернуть себе шею посреди всего этого кошмара. Причем шли мы уже с полчаса...
   - Вчера было ужасно.
   - Это королева сделала?
   - Она ничего не сделала. Она только использует тех, кто подчиняется ей на благо делу Света. Аэрисэ хорошая королева, эльфы уже несколько сотен лет благоденствуют под ее рукой.
   Про остальных дракон ничего не сказал, из чего я закономерно сделала вывод: благоденствие эльфов во многом было достигнуто за счет других. Впрочем, это вполне предсказуемо и, наверное, даже разумно с точки зрения правителя... Только все равно, как-то неправильно...
   - Куда мы?
   - О... Ящерица, это занятное место. Место, где когда-то закопали тело убитого дракона.
   Пусть я все еще не относила себя до конца к чешуйчатому племени, но мысль, что мы идем туда, где находится труп... Пусть и похороненный.
   - А в чем смысл-то?
   - А в том, что с тех пор это место считается проклятым и никто в своем уме туда не приходит.
   - А мы не в своем?
   - Мы драконы. Чего нам бояться духа нашего сородича? - пожал плечами Кэйль. - К тому же эта долина скрыта чарами эльфов. Они мастера на то, чтобы отводить глаза... Там никто не заметит то, что мы будем делать...
   У меня дернулась щека. Как-то это... многозначительно прозвучало. Нехорошо так.
   - А что мы будем делать? - уточнила я. Ну мало ли... Вдруг он скажет страшную правду, и я успею убежать?
   - Ящерица, так у тебя еще и память дырявая... - обманчиво сочувственно протянул мужчина. - Мы будем учить тебя быть драконом. Радикальными методами.
   Нет-нет-нет-нет-нет-нет... Не хочу... только не это! Он же меня угробит! Я до сих пор вздрагиваю, как вспомню свое превращение! А тут еще и радикальными методами... Может, лучше пусть сразу убьет?
   Я тут же остановилась, готовясь взобраться на первое попавшееся дерево и просидеть на нем хоть вечность. И плевать, что я в жизни своей ни разу даже через забор не лазила!
   - Не надо! Мне и так неплохо живется!
   Дракон повернулся и смерил меня тяжелым взглядом. Я нервно сглотнула и отступила назад.
   - Тебя вообще никто не спрашивает, - разъяренно прошипели мне. - Ты думаешь, дуреха, что я буду подставлять своих людей, позволив оставаться рядом с ними дракону, который не может себя контролировать?!
   Я сделала еще шаг назад.
   - Но я же ничего не могу!
   - Это сейчас! Любое сильное переживание, страх ли, счастье ли, и ты можешь оказаться на четырех лапах и в чешуе!
   - Куда уж больше бояться! - всхлипнула я.
   - Так, ящерица, я тебя в последний раз предупреждаю, либо идешь со мной, либо превращаю прямо тут. И будешь в таком виде дожидаться эльфийского разъезда, а петухи Аэрисэ сперва голову отрубают, а потом уже вопросы задают.
   Если бы со мной так поступали дома, то я бы послала все к черту. Не убил сразу - не убьет и дальше. Но именно в этой ситуации и именно в отношении Кэйля я такой утешительный вывод сделать не могла.
   - Я... Не надо! - снова начала реветь я. На этот раз слезы я лила вполне осознанно, зная, как благотворно они обычно действуют на дракона. Нет, он вроде бы и продолжает сомневаться во мне, но уже не грозится пристукнуть.
   - Значит, будем учиться добровольно. Сопли подбери и пойдем.
   Попытка бунта провалилась, еще толком не начавшись, но и наказывать меня за это пока не будут. Ну, хоть что-то.
   Я снова потопала за желтоглазым, шмыгая носом. Предстоящие процедуры по привитию мне навыков "настоящего дракона" не радовали ну совершенно... Да и вообще ничего хорошего я не ждала. Попыталась было отстать по дороге, но Кэйль заметил, и после этого тащил уже за руку как на буксире. И принципиально шел настолько быстро, что мне за ним рысью бежать приходилось.
   К тому самому "проклятому месту" мы дотопали еще минут через тридцать-сорок, за которые я успела окончательно выдохнуться и заработать колотье сразу в обоих боках, пару синяки на коленях, на которые пару раз падала, и царапины на лице. Правда, что меня несколько озадачило, так это то, что я не вспотела. Вообще. Вроде бы ничего плохого, если забыть о терморегуляции организма и о том, что любые непонятные происшествия в этом мире для меня чреваты неприятностями.
   Вдалеке виднелись горы, вот к ним-то нас и несло. Точнее к ним меня и тащил Кэйль, не слушая мой рев и мольбы о пощаде.
   - Спокойно, ящерица, мы почти пришли.
   - Не хочу-у-у-у-у!!! - снова завыла я. Крик души оказался прерван душевным же подзатыльником, который заткнул меня весьма эффективно. А больно, между прочим.
   Дракон нашел какую-то еле заметную тропочку, которая вихляла так, будто бы была проложена пьяным зайцем. Вела она вверх. Карабкаться не хотелось, все же я никаким боком не альпинист, но кто б меня спрашивал. Рыжий поднимался вперед, так и продолжая тащить меня. На самом деле, лезть было не так высоко, как мне с перепугу почудилось, да и склон оказался не так чтобы и крут. А с вершины открывался вид на довольно-таки уютную долину, ну прямо-таки Лаан Гэллонэ, только деревянных домиков не хватает и эльфов Тьмы, снующих вокруг. А так... зелень... благодать... и птицы перекликаются.
   - Красиво!.. - выдохнула я, на минуту забыв, что тут меня, вообще-то, мучить собираются.
   - Ну, я рад, что тебе понравилось. В случае чего, тут и закопаем... - осклабившись сообщил мне Кэйль.
   Я икнула и попятилась назад, в результате едва не сверзившись с обрыва. Несмотря на свои слова дракон меня все-таки подхватил.
   - Спокойно, ящерица. Это была шутка, - успокоил он меня.
   - Т-так я и поверила! - нервно пробормотала я. - А как туда спуститься? Есть еще одна тропинка?
   - Нет. Когда-то меж скал был проход, но после того, как великий маг Крон сразил дракона и закопал его здесь, он, от греха подальше, заклял горы, и они сомкнулись за ним. Теперь добраться сюда могут только те, кто умеет летать. Магия тут бессильна.
   - А... почему? - стало интересно мне.
   - Плоть драконов пропитана магией, и Крон боялся, что его враг оживет через какое-то время, - пояснил мужчина, задумчиво глядя вдаль.
   Я тоже попыталась рассмотреть, что его так заинтересовало.
   - А мог?
   - Мог, - подтвердил Кэйль, отходят от меня назад. Я сперва напряглась, ожидая от него какой-нибудь гадости. Но нет, он стоял теперь слишком далеко.
   - По крайней мере, тот дракон уже пару раз такое проворачивал. Мы живучие, ящерица. Очень живучие. Даже упав на землю с огромной высоты мы можем выжить.
   Черт... Звучит, как намек. Причем, очень нехороший... Может, все-таки как-то удрать?.. Хотя ведь наверняка упаду и шеиньку сверну... Но удирать надо. Срочно надо...
   - Но... А как мы будем спускаться вниз? - растерялась я, нервно косясь на дракона. - Или ты хотел остаться здесь?
   - Нет, мы спустимся. Можешь даже догадаться, как...
   И тут он начал превращаться... Забавное зрелище, когда крупный довольно-таки мужчина постепенно перетекал в очень крупного дракона... Прямо-таки до обморока большого... Хоть падай замертво от ужаса... В холке он был примерно с двухэтажный дом... Здоровенная такая скотина, покрытая медно-красной чешуей, выразительно и злорадно смотрела на меня желтыми глазами с вертикальными зрачками. И хвостом дракон бил совершенно по-кошачьи.
   Себя-то я во время превращения, конечно, не видела, но я явно меньше была, чем Кэйль... А еще рядом с Кэйлем-драконом чувствовала себя очень и очень неуютно. Куда неуютнее, чем рядом с Кэйлем-человеком. А уж если учитывать, что и рядом с Кэйлем человеком у меня коленки дрожат периодически...
   - Кэйль? - уточнила я зачем-то.
   И так ясно ведь, что это он, но все же не до конца верилось...
   - Что, ящерица, впечатляет? - с рыканьем в голосе поинтересовался дракон.
   - О-очень, - кивнула я.
   - Теперь дошло, как мы спускаться будем?
   - Угу. Ты меня вниз отнесешь...
   - Не совсем так... - протянул дракон, взмахнул крыльями и поднялся в воздух.
   Поток воздуха ударил мне в лицо, я зажмурилась... а потом меня подхватили когти здоровенной рептилии, и Кэйль начал набирать высоту.
   Кажется, меня не хотят просто опустить на землю безо всяких дальнейший неприятностей...
   - А-а-а-а-а-а-а-а-а! - благим матом заорала я, трепыхаясь в драконьих когтях. Безрезультатно трепыхаясь. Держал он крепко...
   - Кэйль! Отпусти меня! Мне страшно!!! - вновь завопила я.
   Потом дошло, что я несу... А вдруг и правда отпустит? И что тогда? Ой, мамочки... Точнее уже "мать твою"... А дракон взлетал все выше, выше, выше... Похолодало. Чувствительно так похолодало...
   - Ящерица, жить хочешь? - проревел мне Кэйль.
   - Да! - заорал я.
   - Вот сейчас и проверим!
   И эта огнедышащая мерзкая тварь разжала когти...
   Я с истошным визгом полетела вниз...
   Мать-мать-мать-мать-мать... Надо превращаться, надо срочно превращаться, а то от меня даже мокрого места не останется, на радость этому гаду, чтоб его... Ненавижу!!! Я же... Я же потом к нему по ночам являться буду! И над ухом стенать!!! Нет, надо срочно превращаться...
   Земля приближалась довольно быстро, что способствовало росту паники...
   Дракон. Я дракон, здоровенная отвратительная чешуйчатая тварь, которая меня сбросила... Так. Стоп. Не так. Я дракон. Гордое крылатое создание, олицетворение силы. У меня огромные крылья, на которых так удобно летать...
   Я зажмурилась, продолжая самовнушение. А потоки воздуха вертели меня как щепку в водовороте. Уже казалось, что это конец, разобьюсь насмерть, но неожиданное по телу прошла волной мелкая дрожь... и до меня дошло, что я уже не человек... Совсем. С одной стороны, это радовало, у меня имеются в наличии крылья, с другой - пользоваться я ими так и не научилась, а скудные познания по физике говорили, что скорость падения равна массе тела помноженный на какой-то забытый коэффициент. Масса тела же в разы увеличилась... И это ну очень неприятно.
   Ой, мамочки...
   Так... Думаем дальше, Тинка. Пока думать можем. Тебе не нужно взлетать, тебе хотя бы спикировать вниз надо и сесть. Для начала надо, чтобы лапы и хвост не болтались как тряпки. Ну, и крылья в идеале. Конечности поджать, хвост выпрямить, им вроде бы как рулить можно. Тело ощущалось как чужое, оно было вялым, непослушным, но жить-то хочется, и с пятой попытки я сумела выполнить задуманное. Крылья... Тоже проблема. При нынешней скорости падения перепонки порвать можно, а это будет очень больно, как мне кажется. Кожа там и так натянулась и ныла... Кажется, когда птицы снижаются - они крылья собирают. Попробуем повторить. Хуже уж точно не будет. Хуже уже просто не может быть.
   Самое смешное, что вроде бы все получилось правильно, по крайней мере, меня перестало болтать в разные стороны, и я по ровной наклонной пошла вниз, к земле. А теперь самая сложна проблема: приземлиться, оставшись при этом хотя бы относительно целой. Земля все приближалась, я зажмурилась, поминая про себя недобрым словом всю родню Кэйля с обеих сторон, выпустила шасси... то есть немного разогнула лапы, готовясь к встрече с землей.
   И все равно врезалась носом.
   В голове зазвенело. Тело через секунду мешком упало на землю.
   Больно... Очень больно...
   Да уж, при моей неуклюжести в качестве человека, странно было бы, изменись что-то вместе с обликом.
   Каждая мышца чудовищно ныла, голова после удара раскалывалась, перед глазами мелькали "мушки", но я все равно осталась жива...
   - Довольно неплохо для первого раза ящерица, - раздался справа голос Кэйля.
   Я, не задумываясь особо, что делаю, повернула голову и дыхнула на него огнем. Не долетело. Та жалкая струйка пламени, что сумела выдать я, оказалась слабой, и продержаться я сумела только пару секунд.
   Ящер все еще пребывал в своем нечеловеческом облике, и от этого саркастичное выражение на морде выглядело еще гаже...
   - Да... Работать еще есть над чем, - издевательски прокомментировал дракон. - И, к твоему сведению, огонь бесполезно использовать в качестве оружия против сородичей. Мы созданы из пламени, и оно для нас безвредно.
   - Я тебя ненавижу... - сообщила мужчине я, подавившись дымом, который повалил через горло.
   Тот только рассмеялся.
   - Ладно, ящерица, вставай, - велели мне.
   - Не могу, - ответила я.
   Практически дежа вю...
   - Опять лапы разъезжаются? - хмыкнул Кэйль.
   - Нет. Просто все тело болит. Даже хвостом не пошевелить.
   - Имей в виду, я же тебя здесь брошу, - пригрозил он. Угу. Можно подумать, меня сейчас уже так легко напугать. После такого-то...
   - Бросай, - легко согласилась я, отворачиваясь и задумчиво разглядывая чешую на лапах. Красивая, все-таки... Бледно-золотистая, посверкивающая на свету... Хотелось бы посмотреть, как я выгляжу теперь... Кэйль, он вроде бы даже красивый, как мне кажется. Но он-то еще и внушительный. Я меньше его раза в четыре, высота у меня со среднего слона, я рядом с рыжим выгляжу карликом.
   Дракон философски взирал на мое недвижное тело минут пять, что-то про себя прикидывая, а потом приказал:
   - Превращайся назад, в человека.
   Еще не легче.
   - Не умею, - процедила я.
   - Учись. И быстро. А то тут брошу.
   - Ты же и так бросить хотел. Так что разницы не вижу никакой.
   Дракон взирал на меня с некоторой долей замешательства.
   Сама себе удивляюсь... То ли недавняя угроза смерти мне так наглости добавила, то еще что... Ну, или достал он меня до ручки... Но однако смелости мне немного прибавилась.
   - Ящерица, ты бы лучше не злила меня, а? - обманчиво мягко попросил Кэйль. - Живо назад оборачивайся!!!
   Я тяжело вздохнула и зажмурилась. Да, устроить сцену - это хорошо, но все же оставаться тут нежелательно. В лагере-то меня хотя бы кормят...
   Собственный облик почему-то вспоминался с трудом. Может, сказывалось то, что своего отражения я не видела уже три дня, да и прежде-то любоваться собой желания не возникало. Поэтому представляла я себя так же смутно, как и дракона.
   - Ты долго еще возиться будешь?!
   Разумеется, Кэйль очень "помогал" мне своими такими своевременными окриками.
   Где-то через полчаса мытарств тело вновь начало знакомо покалывать и я, вроде как, начала съеживаться. А потом я имела счастье лицезреть свои совершенно обычные руки вместо чешуйчатых передних лап. Получилось. Черт побери, получилось. Может, и дальше получится нормально оборачиваться? И Кэль от меня тогда отстанет... Вероятно...
   - Вот, а говорила "не умею". Все умеешь, если заставить, - прокомментировал рыжий.
   А дальше снова начался мой самый страшный кошмар: он взлетел и подхватил меня. Сил орать и трепыхаться уже не было, так что я тихо-мирно вялой тряпочкой весела в драконьих когтях. Правда, на этот раз мой персональный мучитель решил вести себя нормально: нес достаточно аккуратно и не выпускал. Когда мы оказались за пределами долины, он сел на землю, перед этим опустив меня, перекинулся в человеческий облик и скептически оглядел мою недвижную тушку. Из всех признаков жизни у меня на тот момент наблюдалось только дыхание. Кэйль фыркнул, закинул меня к себе на плечо и потащил через лес.
   Это было немногим приятнее того, как я шла по этим непролазищам своими ногами. Желудок передавлен, голова болтается, да к ней еще и кровь прилила... В общем минут через пятнадцать я была морально готова хоть на четырех костях, но сама, лишь бы не так... Попыталась как-то выразить свой протест, но его проигнорировали, впрочем, как и всегда... Пришлось и дальше мучиться. Хорошо хоть шел желтоглазый ровной рысью, к которой можно было худо-медно, но все же претерпеться. Я в итоге даже задремала немного, болтаясь на вражьем плече. Нес он меня легко, без малейших признаков усталости, даже дыхание не сбилось. А ведь во мне весу пятьдесят с лишним килограммов, как ни крути, а все же не пушинка никаким боком.
   - Эй, Кэйль, ты что с девчонкой-то сотворил?! - разбудил меня перепуганный вопль Мара.
   Я неохотно открыла глаза и чуть повернула голову. Вид живота лучника определенно не вдохновлял.
   - Расслабься, ничего с ней не стряслось. Я просто ее летать учил.
   Учитель, чтоб его приподняло и шлепнуло... Мар нервно хохотнул.
   - Ну и как, Тинвэ, научилась летать?
   - Не особо как-то... - глухо ответила я.
   - Повторить надо, стало быть... - невинно произнес Кэйль.
   Мне плохо стало. Точнее, еще хуже...
   - Нет! Я научилась! Научилась!
   - Вот видишь, Мар, научилась она.
   - Ну-ну... - как-то не слишком поверил заявлению дракона тот.
   Вот я тоже не верила в то, что научилась летать. Вот в то, что я сегодня лет пять жизни потеряла - так в это верилось куда лучше.
   - Ничего, ящерица, завтра будем пройденный материал проходить, - пригрозил мне ящер.
   Я только измученно застонала. Лучше бы умерла сегодня. Вот честное слово. Повторения сегодняшнего кошмара я уже не перенесу.
   - Не надо... Пожалуйста, а? - взмолилась я жалобно.
   Кэйль дотащил меня до нашей палатки, занес внутрь и сгрузил на землю.
   - Надо.
   Я тонко, на одной ноте заскулила от боли, жалости к себе и ужаса от предстоящей экзекуции.
   - Прекращай мне это. Ты что, не понимаешь, что дракона-то в тебе рано или поздно распознают? И тебе тогда надо будет защищаться. Лютней, что ли, отбиваться будешь?
   А хоть бы и лютней. Господи, больно-то как...
   - Свет милосердный, что ты сделал с ней, чудовище? - тут же возник рядом давешний эльф, Эльрендил.
   Я мигом изобразила еще большее страдание, чем было на самом деле и для острастки испустила тихий стон.
   Рыцарь всплеснул руками и хлопнулся рядом со мной, аккуратно так ощупывая на предмет чего-то сломанного или вывихнутого. Но особых травм у меня не наблюдалось, Кэйль не соврал, драконы действительно создания крепкие, после встречи с землей у меня разве что растяжения были.
   - Тинвэ, он... бил вас? - спросил, в конце концов, эльф, удостоверившись, что я не собираюсь в ближайшее время умирать.
   - Нет! - взвыла я, когда мужчина слишком сильно по мнению моего измученного тела тряханул меня за плечо.
   - Простите! - тут же оставил меня в покое Эльрендил.
   Я облегченно выдохнула.
   Нет, не прощу. Мне и так плохо, так еще и этот...
   - Я не целитель, Тинвэ, но у меня, как у воина всегда есть с собой подходящие зелья, - все же не оставил он мысли облагодетельствовать меня. - Они придают сил и помогают скорейшему восстановлению тела...
   Я тут же немного оживилась. Если зелья действенные, то может, и стоит попробовать. Эльрендил похлопал по карманам и вытащил в итоге два небольших закупоренных бутылька, которые тут же протянул мне.
   Через секунду мужчина уже с воплем полетел в сторону, в конечном итоге врезавшись в ствол дерева, по которому и стек на землю с еле слышным стоном.
   - Кэйль! - пискнула я, в ужасе глядя на почему-то невероятно злого дракона.
   - Ты что, сдурел?! - заорал на него подбежавший к месту почти боевых действий Теодор. Бородатый тут же метнулся к пострадавшему от драконьей выходки эльфу. Тот лежал и не шевелился.
   - Нет! - рявкнул рыжий, залез в палатку и закрыл за собой полог.
   Все это было сделано с таким зверским выражением на физиономии, что больше никто никаких претензий высказывать не решился, а я так и вовсе притворилась трупом.
   - Слушай внимательно! - зашипел на пределе слышимости дракон. - Никогда и не под каким видом не бери снадобья от тех, кто не знает о твоей истинной природе! Ты выдашь себя! Ни одно зелье на нас не действует, так как надо. Драконы слеплены из другого теста и не похожи ни на один другой народ. В лучшем случае окружающие поймут, кто ты такая, а это уже достаточно неприятно, - в худшем... может произойти все, что угодно. Эльрендил тебе ничего плохо сделать не хотел, но он эльф, у них отвращение к нам взращивается еще с пеленок, и я не знаю, как бы он отреагировал, узнав, что "сладкоголосая дева" на самом деле мерзостный ящер.
   Я нервно сглотнула.
   - Именно, дурища.
   - Но ты...
   - Ко мне просто уже привыкли и смирились с тем, что от меня не дождешься подлости, - пожал плечами Кэйль. - Пусть драконы и поддерживают сторону Тьмы, меня это не касается. С сородичами мне не по пути. Но сколько и как меня проверяли на лояльность Свету... поверь, ящерица, это не то, через что ты захочешь пройти.
   У меня голова кругом пошла. К Темным нельзя - ибо злые и нехорошие, к Светлым тоже нельзя, узнают, кто такая - убьют безо всяких угрызений совести. Так мне теперь с этим Кэйлем до скончания века куковать?!
   - Мне что, деваться от тебя некуда? - с ужасом спросила я, так же тихо, как говорил он.
   - В принципе, да. Хотя я бы сказал, что это мне некуда от тебя деваться, - после короткой паузы ответил дракон. - Если ты думаешь, что я всю жизнь мечтал нянчиться с малолетней ничего не понимающей идиоткой, то спешу тебя разочаровать. Не мечтал.
   - Ну так и бросил бы! - в сердцах воскликнула я, тут же испуганно смолкнув. Не надо, чтобы за пределами палатки слышали наш разговор. А то вдруг Эльрендил еще не ушел. Точнее, его еще не унесли.
   - Пропадешь ты тогда... - тяжело вздохнул он.
   Ну-ну. Как будто я не смогу пропасть и с его подачи.
   - Ладно, отлеживайся пока, - милостиво позволили мне. - Если не оклемаешься к ужину - принесу тебе что-нибудь, так и быть.
   Благодарить его я не стала. Не заслуживает.
   Господи, какое же это блаженство - просто лежать и не шевелиться. В лагере опять бегали, что-то кричали, а для меня это казалось лучше колыбельной. Отключилась через минут двадцать.
   - М-да... - услышала я сквозь сон недовольный, а главное, незнакомый мужской голос надо мной. - Что-то тут определенно не то...
   Я открыла глаза и посмотрела, кто же решил меня потревожить. Тип был мне совершенно незнаком и в лагере прежде точно не появлялся.
   - Ты кто такой? - недовольно пробурчала я, прикидывая не может ли чужак сделать мне что-то гадостное.
   Он мне напоминал какую-то знаменитость... А! Вспомнила! Виго Мортенсен! Ну действительно вылитый Виго Мортенсен, прямо как со съемок "Властелина Колец", даже щетина на месте.
   - Галадриэль? - спросил мужчина, разглядывая меня с удивлением и недоверием.
   - Тинвэ! - ответила я.
   - Что-то тут точно определенно не то... Так ты точно не Галадриэль?
   - Нет! Вы ошиблись...
   - В который раз, - недовольно пробормотал он. - И хилая ты какая-то... И страшненькая... М-да... Не густо. И почему с этими бабами всегда что-то не так получается?
   Меня начали терзать смутные сомнения, которые с каждым мгновением становились все четче. Это что же такое получается, если он знает о Гальке... То это он?.. Тот, кто виноват в моем нынешнем бедственном положении...
   - А вы вообще, кто такой, а? - в лоб спросила я.
   - Это тебя не касается, - отмахнулся "Мортенсен".
   Я почувствовала злость.
   - Я тут из-за вас?
   - Вообще-то... да. Ну и что? Это не играет никакой роли.
   Что?! Никакой роли?! Могла бы встать - встала бы и всю наглую рожу расцарапала. Он меня сюда, в этот кошмар отправил, а теперь говорит, что вроде как и не при чем?!
   - Ну чего ты дергаешься-то? Кем ты там у себя была? Мышью серой?
   Я возмущенно засопела и даже решилась осуществить попытку подняться. Чужак особой угрозы во мне не увидел и продолжил:
   - А тут ты... А кстати, ты тут кто?
   Еще лучше. Засунул меня по ошибке непонятно куда и даже не в курсе, кто я теперь.
   - Дракон я!
   - Ты?! - расхохотался незнакомец. - Дракон?!
   - Да! - воскликнула я.
   - Э... Ну, по крайней мере, оригинально... - хмыкнул он. - Хотя дракон из тебя, конечно, не очень...
   - А то сама не знаю! Из меня никакой дракон! И здесь мне не нравится! Немедленно верните меня назад!!!
   А вот это уже была полноценная настоящая истерика. Даже самой удивительно, что я могу так орать.
   - Ну... тут есть некоторые проблемы. Так что прости, но ты здесь задерживаешься...
   - Что?! - еще громче взвыла я.
   Вместе с криком изо рта вырвался маленький язычок пламени, который тут же облюбовал одно из выданных мне Кэйлем одеял.
   - Ой.
   Тут уж хочешь не хочешь, а надо подскакивать и бороться с возникшим по моей вине пожаром. Помощи от неизвестно откуда взявшегося мужчины я не дождалась, хотя на нее и не надеялась, а все равно неприятно.
   - Идиотка!!! Ты что сотворила?! - уже привычным образом заорал Кэйль, давая мне чувствительный подзатыльник и быстро прихлопывая "очаг возгорания" вторым одеялом. Пламя оскорблено выдало порцию дыма и погасло.
   - Боги, тебя даже на минуту оставить одну нельзя! Либо сама угробишься, либо кого-нибудь угробишь!!!
   - Я не виновата! - обиделась я. - Меня просто... довели! Я даже не превращалась! Просто огонь выдохнула случайно...
   Дракон посмотрел на меня, поморщился и вздохнул.
   - Кто же тебя довести мог? В палатку никто не входил.
   - Входил! - растеряно воскликнула. - Крупный такой небритый мужчина! Он тут был! И со мной разговаривал!
   - Угу... А потом испарился.
   Я оглядела палатку. Дважды. Но тут были только мы с моим мучителем. Больше никого. Вообще.
   - Может, и испарился... - ошарашено пробормотала я.
   Ну, или у меня в голове помутилось после недавнего падения. Все-таки получить сотрясение мозга я там могла легко и просто. А теперь у меня галлюцинации... в виде голливудских актеров. Или... А вдруг я все это время пребывая в домике с желтыми стенами и все произошедшее только бред моего больного воображения?
   - Ящерица? - встревожено окликнул меня Кэйль. - Ты как? Голова не кружится? В глазах не двоится? - Э... Да нет... Я просто, кажется, с ума схожу. Или сошла... Но точно что-то не так...
   - Успокойся. Ты не сошла с ума, - мягко сказал мне дракон. - Тебе не с чего сходить.
   - Спасибо, ты меня очень обнадежил, - простонала я.
   А если я не бредила, то кто же такой ко мне явился?.. Кто мог засунуть меня в другой мир и перекроить меня в другое существо?
   - Что ж, по крайней мере, ты перестала блеять, как коза на скотобойне... - одобрительно хмыкнул мужчина. - Если тебя это утешит, видеть то, чего не видят другие - это далеко не всегда сумасшествие.
   - Не утешит, - пробормотала я, сворачиваясь клубком на кошачий манер.
   - Выходи к ужину. А то эта остроухая тварь меня в гроб загонит.
   Я недоуменно посмотрела на рыжего, плохо понимая о чем он вообще говорит.
   - Эльрендил, этот твой рыцарь-защитник, очухался и теперь орет на весь лагерь, что я хочу тебя уморить. Надо было приложить его получше.
   - А ты не пытаешься... - недоверчиво хмыкнула я.
   - Если выживешь - еще сама мне спасибо скажешь! - возмутился мой сородич.
   Вот это "если выживешь" особенно обнадежило меня. До дрожи.
   С другой стороны, у меня вроде бы появился защитник от драконьего произвола... Вроде бы. После его эффектного полета возникали подозрения по поводу того, что эльф выстоит против Кэйля. Но на безрыбье и Эльрендил на что-то сгодится.
   Я отлеживалась до самого вечера, побаиваясь, что мое состояние не придет в норму, но к ужину действительно оклемалась. Рыжий был прав по поводу того, что драконы существа крепкие.
   Когда я выбралась из палатки, уже были сумерки, в центре лагеря развели костер, на котором уютно побулькивал здоровенный котел, вокруг которого хлопотали женщины. Мужчины же алчно поглядывали в сторону, ожидая, когда накроют на стол. В стороне я заметила и золотую макушку эльфа, который так и не уехал. Тот сидел под деревом и, кажется, спал с открытыми глазами: не шевелился, не моргал и, кажется, даже не дышал. Кэйль наверняка бесится, что Эльрендин остался.
   Подойти или не подойти? Если подойду, то наверняка получу выволочку от дракона. Я хмыкнула про себя и двинулась к рыцарю.
   - Добрый вечер, - обратилась я к нему.
   Тот вздрогнул, дыхание его ускорилось и взгляд сфокусировался на мне.
   - Добрый вечер, Тинвэ. Вам уже лучше? - ответил мне Перворожденный.
   - Да, благодарю вас. Со мной уже все в полном порядке. Не стоит вашего беспокойства, - улыбнулась я, присаживаясь рядом. - А как вы? Кэйль вас не поранил?
   Мужчина смутился и нахмурился.
   - Нет. Этот варвар не причинил мне особого вреда. Он всегда соразмеряет свои силы и никого еще не убил в припадке гнева.
   - А... много у него таких "припадков гнева"? - решилась выяснить я.
   - Кэйль вспыльчив, как и все драконье племя, но знает, когда нужно остановиться и никогда не срывается без причины. В целом же... Что еще можно сказать? Он дракон. А все эти твари злопамятны и склонны к ярости. Даже если сейчас он кажется почти человеком, нельзя забывать о его истинной природе, которая склонна к злу. Вы должны быть осторожнее с ним.
   В словах эльфа определенно имелось зерно истины. Рыжий ангелом не являлся, как не посмотри. Да и относился ко мне не лучшим образом. Но пока у меня не имелось ни возможности избавиться от сородича, ни другого покровителя в чужом мире.
   Эльрендил трактовал мое молчание по-своему.
   - Простите, я забыл, что он все же спас вам жизнь и вы испытываете к нему благодарность. Я не должен был...
   Я покачала головой, прерывая этот поток извинений.
   - Все в порядке. Не волнуйтесь. Вы только подтвердили мои собственные предположения.
   - Ну что, любезничаете? - раздался позади голос предмета нашей беседы.
   Я вздрогнула и оглянулась.
   Угу. Стоит. Смотрит. Ухмыляется. Гадостно так ухмыляется.
   - Кэйль, - со вздохом произнесла я, констатируя его наличие рядом с нами.
   - Именно, - кивнул тот.
   Эльф обреченно застыл, ожидая чего угодно от дракона. Тот, правда, на этот раз никакой агрессии не выказывал. Просто смотрел на нас двоих, над чем-то явно потешаясь про себя.
   - Ящерица, ты помнишь все из того, что я говорил тебе? - серьезно спросил меня желтоглазый, требовательно заглядывая в глаза.
   - Да, Кэйль. Я все помню.
   Да, я не забыла, что эльфы мне опасны, что они ненавидят драконов.
   - И берешь ответственность на себя? - снова задал вопрос он.
   - Да, Кэйль, - со вздохом подтвердила я.
   Тот только пожал плечами, развернулся и пошел прочь, оставляя меня наедине с Эльрендилом. Эльф только ошарашено пялился в спину удаляющегося дракона.
   - Я думал уже, что он меня убьет, - пробормотал рыцарь сглатывая.
   - Ну, вы же сами сказали, что он не станет нападать без причины.
   - Ну да. Только я не говорил, что знаю все эти его причины.
   Рядом с эльфом хорошо молчалось. С того самого момента, как я попала в этот жуткий мир, я никогда не чувствовала себя настолько спокойно. Мы досидели рядом до того момента, когда Мар подошел и позвал ужинать. Он на эльфа смотрел настороженно, будто ожидая от него чего-то дурного. Эльрендил только улыбался с долей снисходительности.
   - Все же вам стоит перебраться ко двору, Тинвэ. Что вам делать тут, посреди леса, рядом с этими грубыми мужланами.
   Я вздохнула. Конечно, житье в палатке при полной антисанитарии не сахар, но рисковать и соваться к эльфам... Тем более королева эта меня немного нервировала, особенно после запугиваний Кэйля. Может, он мне и врал, но если нет, то показываться на глаза местной венценосной "златовласке" мне не след.
   - Нет, - улыбнулась я и покачала головой. - Я многим обязана этим людям и теперь хочу помочь им хотя бы тем, что поддержу их надежду. Ведь это дело менестреля. К тому же я человек, что мне делать среди эльфов?
   Фактически я наглым образом вешала лапшу на заостренные уши благодарного слушателя. У того аж слезы на глаза навернулись от моих высоких порывов.
   - Ваше благородство несравненно.
   Вкушать пищу смертных Светлый рыцарь не возжелал, украдкой морщась от запаха. Ничего, вот узнал бы, что такое голод, первым бы кинулся к котелку. Все обитатели лагеря провожали его взглядами, в которых явственно читалась радость: то ли присутствие Перворожденного заставляло беспокоиться, то ли на лишний рот не рассчитывали. Я склонялась ко второму, все же рацион был достаточно скудный.
   После трапезы меня снова приперли к дереву и всучили лютню. Я тоскливо посмотрела на толпу, которая получила хлеба, а теперь требовала еще и зрелищ, посмотрела на спину Кэйля, который куда-то уходил с Теодором, на лежащую на коленях лютню... и поняла, что мне опять до ночи не отвязаться от нелегкой менестрельской доли.
   - Спой о войне, Тинвэ! - попросил Мар. - Из последнего боя многие не вернулись, спой в память о них.
   Многие не вернулись. А я их и не запомнила. Я вообще мало кого тут знаю. Разве что Мара, Томаса и Теодора. Ну и сородича, чтоб его приподняло и шлепнула за издевательства.
   - Золото мое - листья ломкие на ветpу,
   Сеpебpо мое - словно капля pосы костpу...
   Кpовь с лица сотpет ветpа тонкая pука:
   Завтpа не пpидет - лишь тpава pазлуки высока.
   Красивая песня. Душевная. Как меня, так до слез пробирала. Я ее и на той клятой ролевке спеть хотела, но мастер, которому кто-то настучал про мою трепетную любовь к "Черной книге Арды" сказал мне даже не думать ее об этом.
   - Рассекли доспех, чтобы легче дышалось мне...
   Я смотрела на этих усталых измученных людей, на их глаза, в которых видела боль и скорбь и поняла, что хочу дать им. Покой. Живым - успокоение и силу, мертвым - покой и память.
   Мар украдкой утер слезу и отвернулся.
   И неожиданно мне показалось, что я вижу вокруг каждого слушателя какое-то бледное мерцающее облако, которое переливалось разными цветами от ясного белого до пасмурного синего. Последний цвет почему-то совершенно не нравился. Слишком темный, слишком безрадостный. Захотелось, чтобы его стало как можно меньше.
   То ли повеселее что попробовать?
   После пары-другой шуточный песен мути стало куда меньше. Отсюда встал вопрос: во-первых, брежу я или нет, во-вторых, если вижу, то что? Аура, эмоции или еще какая ерундовина?
   Думать долго мне не дали: сверху ударила струя пламени, деревья и несколько навесов тут же занялись пламенем, люди закричали, забегали...
   Кажется, так выглядит здешний ад: крики, огонь, разрушения... И дракон, который беснуется сверху.
   Я подскочила на ноги и побежала сломя голову, не разбирая дороги. Куда угодно, лишь подальше отсюда. Кэйль вроде бы говорил о том, что огонь драконам не страшен, но я и дракон-то неправильный, да и огнеупорность не означает непрошибаемости для падающих деревьев. Ну и ревущий над головой ящер, носящийся сверху и исправно выдыхающий пламя, тоже скорости способствовал изрядно.
   Что характерно - лютню я так и не выпустила из рук, хотя без нее бежать было бы на порядок легче. Но бросить ее для меня казалось равносильно оторвать и бросить руку.
   Справа несся откуда-то появившийся Мар, слева Томас, оба ругались так, что у меня щеки горели почище, чем от жара. При этом я осознавала, что слова совершенно чужие, незнакомые, но смысл каким-то странным образом до меня доходил, и был он сугубо матерным.
   - Как он сюда попал?! - в конце концов, выдал конструктивную фразу Томас.
   - Аэрисэ поди нас совсем разлюбила и чары слабила! - проорал в ответ Мар. - Томас налево!
   Тот рванулся, куда велено, и в тот же момент место, где он должен был бы быт, не послушай друга, залило пламя.
   Черт.
   Не хочется мне проверять, насколько огонь для меня безопасен. Будет очень неприятно, если Кэйль соврал.
   - С чего бы королеве это делать?!
   Как эти двое на бегу еще и разговаривать могут, я понять не могла. У меня уже и дыхание сбилось, и в обоих боках колет, какое там говорить - я и не останавливалась только из-за страха перед огнедышащей гадиной. Которая еще и являлась моим сородичем...
   - Может, ее Кэйль достал?! - предположил лучник. - И она решила от него избавиться?!
   - Три раза "ха"! - откликнулся его приятель. - Пока не закончилась война, без Кэйля не обойтись.
   - Тогда...
   - ... ! - грязно выругался Мар. - Нам только его не хватает! Как только рискнул подобраться близко?!
   - А кого ему бояться? Аэрисэ, что ли? Он и в худшие дни от нее не бегал!
   - Кто "он"?! - прохрипела я из последних сил.
   - Аэнор, чтоб его демоны драли! - один голос заорали двое.
   Я раздраженно фыркнула и прибавила ходу, хотя думала, что это уже невозможно. Как оказалось, рык прямо над головой способствует открытию не только второго, но и третьего дыхания.
   Чего именно ко мне привязался-то? Или действительно врожденная ненависть одного дракона к другому? Ну почему я не могла стать какой-нибудь прекрасной эльфийской девой? Или человеком на худой конец? Почему именно мне так не везет? Попала в сказку - и та какая-то странная и злая!
   Рык вновь раздался, но теперь другой, звучал он уже не так. Второй дракон.
   - Сейчас Кэйль ему устроит! - радостно воскликнул Мар. - Отойдем подальше и полюбуемся. Драка двух драконов - это красиво. И страшно.
   Мы трое отбежали на безопасное расстояние и задрали головы. В небе метали два ящера, один медно-рыжий и второй, изумрудный. Они драли друг друга когтями и зубами, но огнем действительно не дышали. Они то налетали друг на друга, то отскакивали в разные стороны. Я, честно говоря, не понимала, кто в этой схватке сильнее, а кто слабее, но мужчины улыбались и одобрительно хмыкали.
   - Кэйль как всегда хорош. Отколошматит этого недоумка, как нечего делать... Лагерь теперь из-за него перестраивать... Вот ведь гад.
   - Не в первый раз, - пожал плечами Мар.
   - А кто такой Аэнор? - спросила я, вешая драгоценную лютню за спину.
   - О... - протянул Томас. - Аэнор - это потрясающая личность. Один из сильнейших магов, талантливый политик, могучий воин. Его честь и доблесть воспевают едва ли не все менестрели...
   - А почему тогда вы предполагаете, что он натравил на нас дракона? - не поняла я.
   Описанное "зерцало рыцарства" и поганец, который натравил на нас ящера для меня одной личностью быть просто не могли.
   - Давняя история. Он брат королевы, - пояснил Томас. - Нет, вы только посмотрите на эту неуклюжую образину. Куда там ему до нашего Кэйля.
   - Брат? Ну и что? - снова попыталась вернуть разговор в интересующее меня русло я.
   На меня посмотрели как на идиотку. Снова. Что я на этот раз ляпнула не то?
   - Он младший брат-близнец, - начал доходчиво и медленно, как малому ребенку разъяснять мужчина. - У эльфов наследует старший ребенок, вне зависимости от пола. Но близнец обычно получают все, будь то власть или имущество в равной доле. Это не закон, но так принято. Но когда сгинул отец нынешней королевы, она пошла против обычаев и не пожелал делить власть с младшим родичем. Аэнор оскорбился.
   - Да кто бы не оскорбился на его месте, - хмыкнул Мар. - О! Кэйль ему перепонку крыльев порвал.
   Чужой дракон взвыл, и громко.
   - Должно быть, это больно, - поежилась я, представляя, что было бы, порви я во время своего "полета" самые нежные части крыльев.
   - Говорят, что очень, - ухмыльнулся Томас.
   - И что же потом стало с Аэнором?
   - Он ушел из леса, вусмерть разругавшись со своей сестрицей и, говорят, поклялся взять то, что ему принадлежит, силой, - ответил Томас.
   - Лучше бы он придушил Аэрисэ подушкой и правил сам, - язвительно процедил Мар. - Убирается восвояси. Кэйль как всегда справился.
   - Кто бы сомневался. При таком нраве он должен или умереть или быть лучшим. А он все еще жив. Долгое время об Аэноре никто ничего не слышал. Будто бы сгинул. А теперь он вернулся. И очень хочет получить трон и голову сестры.
   - Голову Аэрисэ эльфы бы ему, может, и отдали, но проблема в том, что сам Аэнор сейчас водит дружбу с такими тварями, что в качестве правителя он очень нежелателен.
   Разговор прервал опустившийся на землю Кэйль. Приземлился от довольно грузно, подняв кучу пыли в воздух, одно крыло двигалось неуклюже, неловко, хоть видимых повреждений я у дракона и не увидела.
   Превращался в человека рыжий странно. Сперва тело ящера будто накрыло бледное мерцание, затем он начал медленно истаивать и через минуту перед нами стоял уже до зубовного скрежета привычный Кэйль с мерзкой усмешкой на губах.
   - Хорошо бегаете, - произнес он с издевкой.
   - Паршиво летаешь, - мрачно отозвался Мар. - Еще бы немного и нас поджарили.
   - Ящерицу так просто не поджаришь, - пожал плечами желтоглазый. - А вы не такие идиоты, чтобы дать себя задеть.
   Мужчины вздохнули, но спорить с драконом не стали. Скорее всего, пришли к тому же выводу, что и я: бесполезно.
   - Как думаешь, Аэнора рук дело? - спросил Томас.
   - Конечно. Лес все еще знает его, как одного из правителей. Аэрисэ сглупила, когда решила получить все и сразу. Жадность не доводит до добра. Тем более жадность по отношению к родственникам. Лучше бы сразу убила - проблем возникло бы на порядок меньше.
   - Твой цинизм как всегда убивает, - прокомментировал Мар.
   Дракон только пожал плечами и пошел назад, туда, где еще недавно находился обжитый лагерь, в котором кипела жизнь. Теперь только дым, выгоревшая трава, сваленные деревья и трупы. Не все быстро бегали. К сожалению.
   Желудок сжался и, судя по ощущениям, пополз вверх, к горлу. Я зажала рот руками и сломя голову побежала в кусты. Почему-то казалось очень важным, чтобы вывернула меня на изнанку не на глазах у всех.
   И потом, когда все съеденное было явлено миру, я предпочла отсидеться за уцелевшими зарослями малины, только бы не видеть все это. Не видеть обгоревших тел, не видеть собранных и серьезных людей, на лицах которых можно было увидеть только деловитость и никакой скорби. Они уже привыкли к смерти, а я вот - нет. Они могут спокойно обсуждать, где нужно похоронить погибших, не содрогаясь. Они смотрят на изуродованные тела и не отворачиваются.
   Я так не могу и не хочу.
   Кэйль на этот раз не стал ни кричать на меня, ни выволакивать назад. Так я и коротала время едва ли не до рассвета вместе со своей лютней. На души не кошки даже - тигры скреблись.
   Уже под утро меня нашел Теодор, заставил встать и куда-то повел. Я даже спрашивать ничего не стала. Ну ведет и ведет... Какая разница куда?
   - Откуда ж ты такая взялась-то, изнеженная, а? - тяжко вздохнула бородатый, поддерживая меня. - Соберись, девочка, а то так не протянешь долго... Тут тебе не дворец.
  

ГЛАВА 5

  
   Если прежде я думала, будто жила в жутких условиях, то теперь я поняла, что такое действительно жуткие условия. Лагерь был сожжен дотла. Со всеми теми пусть минимальными, но все же удобствами. Теперь мужчины, которые не пострадали или пострадали несильно, соорудили шалаши-времянки из ветвей, в них все и разместились. Хорошо было бы и огонь разжечь... вот только в свете последних событий, ни у кого рука не повернулась.
   Единственным приятным моментом оказалось то, что нынешние жилища вышли настолько маленькими, что поместиться вместе с драконом не вышло, и я заночевала с одной из женщин, Альной.
   А под утро еще и дождь пошел...
   - Откуда дождь в эльфийском лесу? Его здесь никогда не бывало! - тяжело вздохнул Мар, ежась.
   - Аэнор, скотина... - вздохнул подошедший со спины дракон.
   Я вздрогнула. Терпеть не могу, когда так делают. С тех пор, как меня пытались ограбить, вообще не переношу, когда сзади подходят. Особенно агрессивно настроенные мужчины.
   - Гадит по мелочи... Значит, скоро снова что-то устроит что-то серьезное. Он предпочитает играть по крупному.
   - Или это сама Аэрисэ с погодкой поработала. На нее больше похоже, - пожал плечами Томас. - Где бы надыбать палатки?
   - И продовольствие... - поддержал Мар.
   - И оружие, - мрачно добавил подошедший к нам Теодор.
   - И мыло... - вздохнула я.
   - Молчи, женщина, - осадил меня рыжий. - Не до твоих дурных блажей. Не видишь, что ли, как все завертелось?
   Я только тихонько вздохнула. Без мыла было тяжко. Без зубной пасты вообще не жизнь.
   Нет, вроде бы понимаю, что вокруг смерть, кровь и ужас, но это все происходило будто бы не по-настоящему, не со мной. А вот отсутствие благ цивилизации ощущалось ой как реально.
   Как же домой хочется... К маме, папе и старшему брату, забота которых, иногда казавшаяся навязчивой, меня закрывала ото всех бед и проблем. К черту все эти приключения, драконов, эльфов и прочую фэнтезюшную ерунду! Половина моих ролевых друзей выложила бы все до последней копейки, чтобы оказаться на моем месте, а другая половина еще бы и душу заложили... Только это тебе не игра. Тут нельзя пойти к мастеру и заявить, что убили тебя с нарушением правил, стало быть, не считается. И тут оружие не из текстолита. К тому же игра редко длится дольше трех дней, за которые даже при палаточном образе жизни не успеваешь до конца запаршиветь, а тут я скоро превращусь в нечто грязное и запущенное. Зачем тебе прекрасный рыцарь, который может появиться лишь теоретически, если сама больше похожа на бомжа?
   - Ящерица, я задал тебе вопрос! - оборвал мои тяжкие раздумья Кэйль, хорошенько тряхнув за плечо.
   - А?
   - Мы отправляемся доить Аэрисэ, ты будешь сидеть тут тихо? - с очевидным раздражением спросил меня рыжий.
   - Доить? Королеву? - не поняла я.
   Нет, конечно, доить там... было что, но...
   - Не бойся, не в прямом смысле. Королевская честь не пострадает, - рассмеялся Кэйль. - Мы всего лишь хотим получить от ее величества необходимое для обустройства лагеря. Ничего для нее невозможного, но крик ведь поднимет, будто ей юбку задирают.
   Я поморщилась. Не люблю я грубости. И пошлости тоже не люблю. И дракона практически ненавижу.
   - Да. Я буду сидеть тихо, - подтвердила я, хотя на дворец посмотреть хотелось ужасно. Но раз уж Кэйль не пустил меня туда, когда это предлагал Эльрендил, то уж на мои просьбы точно наплюет. Как и всегда.
   Рыжий смерил меня скептическим взглядом, не слишком доверяя моему благоразумию. Зря. Вообще, я на диво спокойное, мирное существо, которое никогда не создает проблем и не ищет их. Просто порой не везет. Как с моим появлением здесь. О героях книг, которые перенеслись в другой мир, говорят "попаданцы". Я раньше думала, что это от "попали в другой мир". На самом деле же от просто "попали".
   Шалаш, как выяснилось, протекал. Сильно протекал. Холодно. Сыро. Противно. Тоскливо.
   Говорить мне было не с кем, да никто особо и не рвался. Наверное, из-за того, что я дракон, хотя Кэйля так не игнорируют и обращаются с ним как со своим, не как с опасным чудовищем. А ко мне ни один не подошел. Даже та женщина, с которой мы заночевали вместе, не пожелала остаться рядом. Честно говоря, это было ужасно обидно для меня.
   - Тинвэ! Наконец-то я нашел вас!
   Появление единственного существа, которое понимает "заботу" в общепринятом значении и не мучает меня, вызвало радость.
   - Эльрендил, - вымученно улыбнулась я, - что вы тут делаете?
   - Вообще-то вас искал, - пояснил эльф, залезая в шалашик и садясь рядом.
   Сразу появилось волнение, как бы мужчина не разворотил мое временное пристанище. Вряд ли кто-то сейчас будет настолько добр, чтобы выходить под дождь и заново сооружать для меня укрытие.
   Шалаш устоял. Эльф оказался довольно аккуратен.
   - Я волновался за вас.
   - Со мной все порядке. Ни царапины, - поспешила успокоить воина я. - Но как дракон попал сюда? Кэйль говорил об Аэноре, брате королевы.
   Эльрендил досадливо закусил губу и отвел взгляд.
   - Ее величество также думает, что это он. Подлый предатель и клятвопреступник, пошедший против законов богов и своего народа! Он привел Зло в наши земли и жаждет крови.
   Я поежилась.
   Версия была несколько отличной от той, что я слышала, но в одном все, говорившие об Аэноре были солидарны: он очень зол и хочет убивать. Так что, в принципе, не слишком-то и важно, почему он дошел до жизни такой. Причина ничего не изменит.
   - Он так силен? - задала я вопрос.
   - Силен. Но не сильней нашей благой королевы. Ее величество Аэрисэ законная правительница наших земель и вся магия эльфийских лесов подчиняется ей.
   Угу. Что не мешает ее мятежному братцу без особых трудностей справляться с местными охранными чарами и подпускать мерзких тварей, наподобие давешнего дракона.
   - Не бойтесь, Тинвэ, прислужники Аэнора не проникнут сюда. Вы в безопасности.
   Мне только кажется, или как-то странно его слова звучат в свете последних событий?
   - Но вам лучше покинуть это место.
   А вот это уже больше похоже на правду. Только маленькая такая проблема: я бы, может, и с удовольствием воспользовалась предложением рыцаря и променяла очарование лесной романтики на более благоустроенное и защищенное жилье, но вот, незадача какая, я дракон. И если этот самый рыцарь узнает, то может очень не обрадоваться этому прискорбному факту. А еще Кэйль наверняка взбесится и всем надает по шее за самоволие. А рыжий в дурном настроении мне кажется куда страшнее любого рыцаря. Дракон-то ведь создание никаким место не благородное...
   - Кэйль не одобрит, - неуверенно пролепетала я.
   Вот и хочется, и колется...
   - Он спас вас, верно. Вы должны быть благодарны. Но это не означает, что он получил власть над вашей дальнейшей судьбой.
   Вот надо еще об этом дракону доходчиво рассказать. У него же свое собственное мнение есть, а справиться с ним я не могу. И не уверена, что тот же Эльредил сможет.
   - Но... Он не желает мне зла. И заботится... пусть и специфично.
   Очень специфично. Либо убьешься, либо будешь жить долго и счастливо. Теоретически. Наверное. В мой прошлой жизни подобный прием использовался лишь однажды: в бассейне, когда тренер учил толпу школьников плавать. Бортик. Два с лишним метра воды. И обалдевшихот страха детей спихивают в воду. Как ни странно, после этого я не только плавать научилась, но еще и от страха глубины избавилась. Кэйль проделал со мной, вроде бы, тоже самое, вот только страх перед полетом у меня теперь под кожу, кажется, въелся. Как вспомню - внутренности в комок сжимаются.
   - Он сам дракон. Кровожадное злокозненное чудовище. Сейчас он поддерживает сторону Света только потому, что ему это выгодно. Сами же драконы порожденья Тьмы и зло лежит в основе их природы. Вам не стоит доверяться ему, Тинвэ.
   Я только вздохнула. Нет, не стоит продаваться за чан горячей воды и теплую постель. Если правда обо мне откроется, то точно будет очень плохо. Уж лучше тут.
   - Нет. Я не могу, - вздохнула я, понимая, что выдать лучше ту версию, которая совпадет с эльфийским менталитетом. - Я не могу бросить этих людей без последней радости и утешения.
   В очах представителя мифологической расы появилось восхищение. Мной. Сразу стало так гадко, будто ребенка обманываю. Причем их корыстных побуждений.
   - Я понимаю, что движет вами, - торжественно произнес эльф. - И я восхищен.
   На душе стало еще гаже.
   - Спасибо. А расскажите мне что-нибудь.
   - Что? - удивился он.
   - Я никогда не была в ваших лесах, расскажите мне о них.
   Глупо было бы заполучить в качестве собеседника эльфа и не допросить его как следует. И не только потому, что мне жизненно необходимо узнать о мире как можно больше, чтобы лишний раз не вызывать подозрений, но и потому что Перворожденных во всех книгах, что я читала называли превосходными рассказчиками. А мне хотелось чуда. Настоящего. Как в сказках. Пусть маленького, но чуда. Ведь это же просто несправедливо, что вместо рыцаря или принца я попала в лапы дракона с мерзким характером и замашками гестаповца, а вместо дворца оказалась в лесу при полном отсутствии не то что удобств, даже самых элементарных средств гигиены... И даже способностей не дали, точнее дали, но я их использовать не могу, вот что самое обидное.
   Эльф меня не разочаровал, рассказчиком он оказался замечательным, но каким-то... однобоким. Возникало ощущение, будто я попала с современный Китай, где все местные жители настолько любят свою страну и своего руководителя, что даже жутко немного. К королеве Эльрендил относился с восторгом и обожанием, истинное поклонение рыцаря перед прекрасной дамой, когда любой намек на взаимность скорее разрушит все очарование этого служения. Страну свою эльф боготворил, власть уважал, никаких негативных эмоций по поводу знати не испытывал... Нет, конечно, это хорошо, когда жители государства совершенно всем довольны, но у меня почему-то вся эта благостность вызывала подозрения.
   - Вам надо увидеть наш Золотой город! - закончил свой страстный монолог и совершенстве и красотах эльфийского царства мужчина. - Если вы увидите его, то никогда не захотите покидать наши леса. Что вам, с вашим талантом, с вашим голосом, делать тут, среди этих смертных, грубых и неотесанных, да еще под боком дракона... Тинвэ, ваш голос дан вам богами, чтобы нести Свет и радость, вам не нужно тратить все это на людей.
   Я только вздохнула. Чем ему люди-то не угодили? Ну, драконы - понятно, мне так тот же Кэйль также не особо нравится, но это же не повод всех подряд мусором считать... Да и о себе мне привычней думать, как о человеке, поэтому особенно обидно слышать такие вещи. Тоже мне, венец творения... Ну, красивый, так и что? Не в красоте счастье. По крайней мере, не только в красоте.
   - Мне хочется увидеть город, в котором живет ваш народ, но бросать людей... Я ведь тоже человек, я не могу бросить свой народ...
   - Странно, но вы не кажетесь мне смертной... Я не вижу на вас печати тления, что стоит с рождения на каждом человеке. От вас веет вечностью.
   - И кто же я тогда, если не человек?
   Мне стало не по себе. Неужели, понял? Что я здоровенная огнедышащая тварь? Тогда уж лучше сразу это все узнать, прямо сейчас. Пусть скажет.
   - Я не знаю... Нет, вы похожи на человека, тут нет сомнений, только что-то не дает мне покоя. Но это даже хорошо, что в вас есть загадка, Тинвэ. Так вы еще прекраснее.
   Оставалось только вздохнуть. Я особо-то внешне и не изменилась, а красавицей меня никто и дома не называл, не то что тут, где кругом сплошные эльфы. Если считать Аэрисэ образчиком женской половины расы Перворожденных, то мне лучше уж удавиться, чем соперничать во внешней привлекательности с эльфийскими девами.
   - Вы слишком превозносите мою привлекательность, - покачала головой я. - Моя внешность совершенно обычная, никакого сравнения с вашими женщинами.
   - У вас прекрасная душа. И голос, как у соловья.
   Я только тихо вздохнула. Голос. Мне не так уж и много досталось при перемещении в другой мир. А уж полезного - так и вовсе только умение петь и играть на лютне... Лучше бы колдовать. Или драться... Так и представляется: иду я вперед, на груди кольчуга, в одной руки меч, в другой - файербол... Впереди враги... А я спотыкаюсь о камень и падаю. Я же невезучая, даже и без камня на пути могу споткнуться. И меч мне давать нельзя, иначе я сделаю себе харакири. Причем совершенно случайно.
   - О, ящерица. И наш светлый герой. Ну что, девчонка, мозги тебе уже прочистили? - издевательски протянули сзади.
   - С возвращением, Кэйль, - вздохнула я, обернувшись. - Ты же считаешь, что мозгов у меня нет. Так что тогда же мне промывать-то?
   - Ну да, - хмыкнул он, - незадача. - Эльрендил, тебя жаждет увидеть Аэрисэ. Не заставляй ждать Светлейшую, а то она и так не слишком благостна сегодня.
   - Опять ты ее достал, - пробормотал эльф, поднимаясь и уходя прочь. Не оглядываясь. Ну хотя бы никто меня не будет соблазнять запретным плодом комфорта.
   Дракон более не удостоил воина не единым взглядом и с великим подозрением уставился на меня. Под пронизывающим взглядом я невольно поежилась и отступила назад. Ну вот попой чую, что выдаст любезный сородич что-то не очень приятное.
   - Эльфов, значит, слушаем? - протянул он, скорее утверждая, чем спрашивая.
   - А... нельзя? - осторожно начала я, не понимая, в чем же проблема.
   - Ну почему же... - усмехнулся Кэйль. - Можно. Если тебе не дорога твоя золотистая шкурка. Твоя масть довольно редкая. Рыцари в очередь выстроятся за право сразиться с тобой.
   - Но я не хочу ни с кем драться! - заныла я. - Я миролюбивая! И я драться не умею! И...
   - А раз так, то поменьше общайся с остроухими! - рыкнул рыжий, возвышаясь надо мной как надгробный памятник.
   - Ты сказал не показываться на глаза королеве, так я и не показываюсь! - возмутилась я. - А про Эльрендила ты мне ничего не говорил.
   Кэйль раздраженно выдохнул. Из носа показались струйки дыма, что меня жутко рассмешила. Дракона мое веселье возмутило до искр из носа и довольно болезненного подзатыльника, которым меня наградили.
   - Сама должна была сообразить. Эльрендил, конечно, дурак редкостный, но тоже что-то учуять может. Например, что ты не человек.
   - Он сказал... что на мне нет печати тления, - пробормотала я. И получила еще один подзатыльник.
   - Идиотка, - в очередной раз констатировал Кэйль. - Он уже начал ощущать твою природу, догадываться, кто ты такая. А если это дойдет до Аэрисэ... поверь, ты пожалеешь. Не встречайся с ним и уж тем более не говори подолгу.
   Оставалось только покорно кивнуть и понуриться.
   - И что теперь делать?
   - Пока ничего, - пожал плечами дракон. - Разве что продолжать учиться быть драконом. Хотя с такими способностями тебя смело можно назвать позором нашего рода.
   Я буквально рыдать готова была. Не хочу я учиться быть драконом... Не хочу и все тут.
   - Что позеленела, ящерица? - ухмыльнулся Кэйль. - Не хочешь летать, верно?
   Я кивнула.
   - А придется... - осклабился еще шире дракон. - Ты можешь пойти со мной по собственной воле и по собственной воле же пытаться взлететь, а можешь упираться и тогда мы повторим то, что было в прошлый раз. Что выбираешь, ящерица?
   Пришлось подчиниться грубой силе... А что еще делать-то? Я с ним что в человечьем обличии не совладаю, что в драконьем.
   Две недели прошло под гордым девизом "научим ящерицу летать". За это время я успела осознать, что я не просто неуклюжая, а очень неуклюжая, СС много потеряла из-за того, что Кэйль родился не в то время и не в том мире, и пытки довольно действенный метод обучения... Я худо-бедно научилась оборачиваться, ползать, и даже взлетать и набирать не большую высоту. Высоко летать не получалось не только из-за собственной неповоротливости, но из-за обычной боязни высоты, которая с появлением крыльев никуда не делась. Кэйль орал на меня так, что уши закладывало, но сделать ничего не мог, взлететь выше деревьев у меня попросту не хватало духу. С пламенем все было куда плачевнее: оно почему-то постоянно то было слишком слабым, то шло не туда, обжигая пищевод. Так что я еще и постоянную изжогу чувствовала... Отвратительно. В общем, даже несмотря на то, что прогресс вроде бы и имел место, меня все равно крыли во все корки и называли клинической идиоткой. К этому я привыкла настолько, что даже обижаться перестала.
   Поняв, что большего от меня уже не добиться и остается довольствоваться малым, дракон приступил к занятиям по стратегии и тактике. Специфическим, разумеется.
   - Итак, ящерица, смотри: это боевая единица типа конный рыцарь.
   Передо мной стояла фигурка игрушечного рыцаря, наверняка любимая вещь какого-то мальчишки. Я недоуменно взирала на фигурку, рыцарь тоскливо глядел вдаль, не ожидая ничего хорошего для себя. Судя по общей потрепанности жизнь и до нашей встречи была сурова к нему.
   - Что ты скажешь о нем?
   - Мне он не нравится. Рыцарь и дракон плохо сочетаются. Обычно это дурно заканчивается для дракона, - пробормотала я.
   - Наполовину неверно. Плохо для рыцаря. Боевая единица типа рыцарь пригодна только для лобового удара и весьма неповоротлива из-за тяжелых доспехов и большой массы. К тому же у рыцаря маленький обзор. А нормальный дракон - повторяю, нормальный, а не ты! - не будет дожидаться на земли, сидя на одном месте, когда его убьют. Рыцаря удобнее всего атаковать с неба, вырывать из седла и ронять на землю. В зависимости от высоты можно либо оглушить противника, либо убить его.
   При слове "убить" меня просто перекосило. Я не переношу насилия, крови и иного подобного безобразия, которое сплошь и рядом встречается в это мире, пусть Кэйль и говорит, что с такими замашками я долго не протяну.
   - Впрочем, можешь не волноваться, все равно ты слишком слабая, чтобы поднять такой вес.
   Я облегченно выдохнула.
   - Но ты же не планируешь пускать меня в бой? - с надеждой спросила я дракона. - Ты же знаешь, я бесполезна и крови боюсь...
   - Да знаю-знаю... - кивнул тот. С моей безнадежностью уже давно смирились. - Но только, ящерица, у меня свои планы, у судьбы - свои. И если идет война, то рано или поздно тебе придется в ней участвовать.
   - Я не принимаю участия ни в какой войне! - возмутилась я. - Меня это вообще не касается!
   - Ты уже вытащила белую карточку. Хочешь или нет - ты уже встала на одну сторону. И, поверь, чем Тьма отличается от Света в худшую сторону, так это тем, что чужаков, не представляющих ценности, они предпочитают уничтожать без выяснения обстоятельств появления. Светлые тоже не сахар, но, поверь, выжить у них немного проще.
   - Обучаешь девочку? - усмехнулся проходящий мимо Теодор. - Это хорошо. А то снова орки слишком близко к границе подошли. У Аэрисэ истерика, требует чтобы мы убрали эту мерзость от ее границ.
   - А ничего еще ей не нужно? - скривился Кэйль. - Мы же еще толком от появления дракона не отошли. Часть до сих пор отлеживается.
   - Ты ей это объясни, - пожал плечами бородатый. - Я-то это не хуже тебя понимаю, как-никак оба тут живем.
   За то время, что я провела в лагере с этими людьми, я поняла, что королева уже успела достать всех поголовно, но ее вынужденно терпели, так как деваться из эльфийских лесов было попросту некуда. Королевство перворожденных окружали силы врага, которых в большей степени удерживала защитная магия, чем военная сила. Эльфы вообще предпочитали за границы своей территории не высовываться, отбивались преимущественно небольшие отряды чужаков, что остались верны делу Света, люди, гномы, еще какие-то странные существа, которых я видела пару раз, но названия народа мне никто не сказал, да я и не спрашивала... Любви к эльфам такое загребание жара чужими руками, разумеется, не прибавляло.
   - Пусть бы свою "золотую гвардию" пинком под зад запустила. А то скоро жиром заплывут, - вздохнул Кэйль. И я по голосу его уже поняла, что очередная драка с Темными не за горами. Деваться некуда.
   - Ты же и так знаешь... - криво усмехнулся Теодор.
   - Знаю, - кивнул Кэйль. - Но девчонка останется тут. Ей в мясорубке не место. Да и пользы от нее как таковой нет... Разве что в лагерь Аэнора подкинуть, чтобы она там разнесла все вдребезги. Совершенно случайно.
   - Ну, это ей точно удастся... - ухмыльнулся глава лагеря, выразительно посмотрев на меня.
   Я мучительно покраснела... По моей вине уже произошло пять пожаров, обрушилось несколько навесов и вывихнул ногу Мар. Но я же правда не хотела!
   - Но тут тоже не безопасно, - продолжил Теодор. - Не забывай, один раз сюда прорвался дракон. И уже пару раз люди Артура натыкались на орков в предлеске. Защита слабеет с каждым часом, что бы ни говорила королева. Аэнор мало в чем уступает ей, даже не имея возможности воспользоваться родовыми артефактами.
   - Аэнор силен, - вздохнул Кэйль. - Очень силен и умен. Из него вышел бы куда лучший правитель, если бы не вышло как вышло.
   - Ну, теперь-то выбора нет. Он слишком глубоко увяз в делах Темных...
   - Жаль, - вздохнул Теодор. - Ну что ж, Тинвэ, остаешься тут, со всеми женщинами, раз уж Кэйль решил, что так будет лучше.
   В тот момент дракон практически стал моим героем. На передовую мне не хотелось куда больше, чем не хотелось летать. Рыжий смотрел на меня чуть задумчиво и насмешливо, будто уже прикидывал, чем же я расплачусь с ним за это благодеяние. Под таким взглядом хотелось поежиться, но я сдержалась, пусть и с трудом.
   - Лагерь-то уцелеет, ящерица, а?
   - Уцелеет, - смущенно пробурчала я.
   - А ты? - зачем-то уточнил дракон.
   - А что со мной может сделаться? - недоверчиво хмыкнула я. - Уцелею.
   Меня может угробить исключительно сам Кэйль. Это его приоритетное право, как сородича и того, что взялся за наставление меня на путь истинный.
   Все до единого мужчины и даже пара женщин (правда, трудно было с первого взгляда понять, что это именно женщины, выглядели они довольно-таки мужеподобно) начали вооружаться, натягивать кольчуги, доставать мечи и прочие жуткие вещи, на которые я без содрогания смотреть не могла. Да меня и те жалкие поделки, что делали наши ролевые ребята (а теперь-то я точно могла сказать, что они были жалкими) пугали, что уж говорить о настоящей стали, которой не синяки поставить можно - живот распороть. Кэйль метался по лагерю, орал, иногда прерываясь на раздачу ценных указаний и подзатыльников. Кстати говоря, меня немного утешало, что ко мне он если и хуже относился, чем к остальным, то ненамного. Дракон орал практически на каждого, да и идиотами у него были поголовно все обитатели лагеря. Так и подмывало сказать, что если все вокруг идиоты, то он, Кэйль, явно центровой, но жить долго и счастливо мне все еще хотелось, несмотря на все пережитые уже мучения и те, что только ожидались далее.
   Еще раз взяв с меня клятвенное общения никуда не деваться и вести себя паинькой, рыжий покинул лагерь вместе с остальными воинами, а я осталась вместе с десятью женщинами, которые уже начали готовить бинты и целебные мази и готовить ужин для тех, кто вернется. Я мялась минут двадцать, а потом все же решилась подойти и спросить, что делать. На меня посмотрели с подозрением и недоверием, но все же дали работу, изредка проверяя, не напортачила ли я. Но в том, что касалось дел женских - готовка, уборка, рукоделие и прочие подобные вещи - я настолько безнадежна, как с военным делом не была, как говорится, руки у меня откуда надо росли.
   - Что же Кэйль тебя к всякой ерунде приставил? - удивилась Анна, самая старшая из местных женщин, которая гласно или негласно, но руководила остальными. - Женщина для меча не рождена, ее боги для того, чтобы дом обихаживала, создали. А он тебя - тьфу ты! - учит как летать и огонь выдыхать.
   - Так дракон же, матушка Анна, - возразила золотоволосая миловидная девушка, крошившая в тот момент репу.
   - Ничего драконьего я в Тинвэ и не вижу. Я уж на своем веку и их перевидала не приведи боги никому. Вот уж где изверги, для них кровь лить, что воду. Ни детей, ни женщин, ни стариков не щадят.
   - А Кэйль? - растеряно спросила я, даже перестав помешивать похлебку.
   - А что Кэйль? Кэйля не драконы воспитывали. Его полуэльфийка подобрала и вырастила как собственного ребенка, так что он от своих сородичей мало что приобрел. Разве что нрав такой же мерзкий, как и у других тварей чешуйчатых. А ты, девочка, ни лицом на них не похожа, - те поджарые, как псы гончие, и все как есть рыжие или темноволосые, - ни характером. Ты же как ангелица, никогда слова дурного от тебя не слышишь, даже про Кэйля, а тот надо тобой так измывается, что любой бы не выдержал.
   Я залилась краской. Ангелица. Как же. Она просто не знает, что я о нем думаю и в каких выражениях... Ей-богу, про себя материть его я уже начала, и это при том, что до этого девушкой считалась весьма приличной.
   Неожиданно мое внимание от разговора отвлекло странно и неприятное ощущение, будто по спине холодная капля потекла. Я замерла и начала озираться вокруг в поисках невидимой угрозы.
   - Тинвэ, да что стряслось-то? Ты же бледная как смерть? - всполошилась матушка Анна.
   - Н-не знаю! - ответила я, стуча зубами.
   Потом на самой грани слышимости прозвучал тихий мелодичный звон... и в нескольких метров и навесов возникло фигур: одна высокая, закутанная в темный плащ и еще пять-шесть коренастых и ростом пониже, в руках которых были кривые сабли. И у этих "пониже" были страшные серые клыкастые морды.
   - Орки! - ахнула одна из женщина.
   Ой-ё... Как не вовремя. Подмога за полминуты здесь не появится, а враги уже тут. И намерения у них совсем не мирные. Вон как скалятся.
   Черт. Что делать-то?!
   - Боги, какая шваль завелась в здешних лесах... - протянул высокий с такой надменностью, будто он как минимум властелин мира, а как максимум небожитель. - Аэрисэ совсем ума лишилась, раз начала пускать под священные кроны жалких смертных... Думаю, надо спасти ее от дальнейшего осквернения эльфийских земель.
   - А ты кто такой, чтобы указывать королеве?! - задала вопрос Анна. Голос ее звучал уверенно и даже не слишком дрожал. Девушки помладше начала пятиться назад, видимо, надеясь удрать, пока старшая отвлекает внимание. Правильно, наверное. И именно этого и желает матушка Анна, намеренно провоцирую пришельца, вот только я уходить не собиралась. И не только из-за того, что такая вся из себя героическая, ничего подобного. Трусиха я и жить хочу очень сильно. Просто все равно ж далеко не убегу. От Кэйля пробовала - не получилось. Через пять минут уже носом в землю лежала, и не из-за того, что он догнал. Просто о корень споткнулась.
   - Я законный властитель этих земель! - рассмеялся мужчина.
   - Аэнор? - удивилась я.
   И чего только приперся-то в центр вражеской территории, да еще с такими небольшими силами. Ну ладно, нас перерезать можно легко, даже сопротивления толком оказать не сможем, а когда на эльфийским патруль нарвется, то что делать будет? Качать права на престол? Так не оценят. Сейчас его Перворожденные просто очень не любят.
   - Не смей пачкать своим языком мое имя! - прошипел тот и указал на меня.
   Серомордые твари не дожидаясь устной команды кинулись на меня. Вот говорила же мне мама, говорила! Язык мой - враг мой и до добра он не доведет. Точнее уже не довел...
   - Мамочки-и-и-и!!! - зажмурившись, заорала я.
   А потом почему-то заорали другие.
   Прошла минута, вокруг продолжали орать, а я все еще была жива. Странно как-то. Я открыла один глаз, чтобы понять, почему меня еще не тронули, а разглядев творившиеся безобразия от удивления и второй открыла. Орки горели. Белым пламенем, в котором изредка мелькали синие всполохи. Мне уже объяснили, что такой огонь ничем не сбить и сгорают в нем быстро и надежно, не оставляя после себя даже пепла. Горели все нападавшие, только стоявшего в стороне Аэнора не затронуло, но они же не в очередь ко мне встали, чтобы их струей накрыло, на и в человеческом обличии диаметр потока пламени получается гораздо меньше, чем в драконьем. Отсюда вывод: я выдохнула сгусток, причем очень крупный. Сгусток белого пламени... Ну ничего себе.
   - А Кэйль говорил, никогда не получится... - ошарашено пробормотала я, с чувством вины наблюдая, как сгорают дотла орки.
   Аэнор, наверное, тоже был удивлен произошедшим. Из-за плаща, в который он закутался, понять это с полной уверенностью не получалось, но капюшон эльф повернул в сторону орков и молчал.
   - Ну надо же... - спустя пять минут выдал он. - Еще одно драконье отродье... Неужто Кэйль может терпеть рядом сородича... Не ожидал. Вот такого точно не ожидал. И что же ты тут делаешь, девочка? Тебе тут не место. Свет никогда не примет тебя...
   Его слова казались мне удавкой, которую накинули на шею, и теперь она тянет вперед, к мужчине и придушивает заодно.
   Я сделал первый, маленький шажок вперед. Тут же стало легче. Ну же... Надо только подойти, и тогда меня больше не будут мучить. Только подойти к нему...
   "Трусливая идиотка!" - выдал внутренний голос. Что характерно, интонации у него были точно как у Кэйля. А Кэйля я боялась куда больше Аэнора, так что застыла на месте и заставила себя бороться с тем, что творил со мной мерзкий эльф. Наверное, это была магия, я точно не знаю, но действенная штука и донельзя неприятная.
   - Ну же, девочка, иди ко мне! - до омерзения ласково обратился ко мне Аэнор. Как к собаке или лошади.
   И вот тут меня перемкнуло.
   - Пош-ш-ш-ел прочь отс-с-сюда, темное отродье! - неожиданно для самой себя выдала я, сгорбившись и чуть согнув колени, будто перед прыжком. - Тебя с-с-сюда не з-с-с-вали!
   Я плохо представляла, что делаю, а главное, как и зачем, но что-то внутри подсказывало, что поступаю я сейчас совершенно правильно. Это чужак. Враждебный чужак, который подошел близко к логову и хочет причинить вред мне, а главное моей кладке, самому драгоценному. За мной стоят мои детеныши, я не могу отступить.
   - Ну, что ты, - снова принялся успокаивать меня мужчина, сделав шаг вперед.
   А вот это он зря.
   Я прыгнула, выставив вперед руки, на которых появились здоровенные загнутые когти. Я целила в шею, самое беззащитное место у всех двуногих. Хватит одной глубокой царапины в нужном месте и отродье никто не спасет.
   Правда, ушлый эльф и не стал дожидаться, когда я его убью. Буквально перед носом испарился, и я, встретив пустоту вместо потенциальной жертвы, смачно проехалась по земле физиономией.
   Мысль "и что со мной было?!" настойчиво стучалась в мозгу, попутно выжив все остальные раздумья.
   Я спалила орков. Причем совершенно случайно спалила. И едва не оторвала голову брату королевы, но тут уже с прямым умыслом, как выразилась бы Галька...
   Господи, так я, выходит, убийца?! Да?!
   - Ы-ы-ы-ы-ы-ы!!! - заревела я, не вставая с земли. Получилось глухо и как-то потусторонне, будто призрак оплакивает свою горькую участь.
   - Тинвэ, ты чего? - подошла ко мне матушка Анна, тронув меня за плечо.
   Я зарыдала еще безутешнее. Мало мне уже свалившихся неприятностей, так еще и это теперь?! Буйнопомешанный агрессивный дракон...
   - Ы-ы-ы-ы-ы!!!
   - Ты ж спасла всех, чего ревешь? - удивилась моему нервному припадку женщина. - Не пострадал никто. Все хорошо.
   Нет. Все очень-очень плохо!!!
   - Я же их убила!!!
   - Кого?! - опешила Анна.
   - Этих, серомордых!
   - Орков, что ли?
   - Да!!!
   - А не сделала бы этого - они бы нас всех прикончили! - ответили мне. - Ты молодец. Все отлично сделала. Настоящий дракон. Кэйль гордиться будет.
   - Я же случа-а-а-айно! - снова зашлась рыданиями я, поливая слезами землю.
   Будто мне нужно одобрение изверга-Кэйля. Отстал бы просто от меня, большего я и не желаю. Я домой хочу! К родителям, брату и Гальке!!!
   В итоге, меня еще и два часа уговаривать пришлось, расписывая, какие же эти орки были злобные, кровожадные и вообще плохие. Нет, умом-то я, может, и понимала, что все это правда, но все равно как-то жутко, что я вот так взяла и угробила несколько живых существ. Да я у бабушки на даче мышей из мышеловок выпускала, если их еще не до конца придушило, пока остальные не видят. Ну да. Грызун. Но жалко же!
   Потом вернулись воины и всем стало не до меня, а мне не до собственной истерики. Отделали наших так, что проблема убиенных орков как-то разом отошла на задний план, грозясь и вовсе исчезнуть. Я сперва по зову совести, ну и из-за воспоминаний об орущем Кэйле, попыталась также принять участие в перевязке раненых... но вывернуло меня буквально на вторую минут. Выставили с позором.
   Я, получив такую возможность, тут же сбежала под свой навес, свернулась калачиком и снова продолжила страдать, на этот раз не только из-за совершенного убийства, но еще и по причине собственной абсолютной бесполезности.
   Да еще и эти стоны, запах крови и каких-то зелий, постоянно снующие туда-сюда люди... Кто придумал, что Средневековье романтично? И вся эта ерунда про смерть в бою и геройство? Вон они, герои, лежат и так кроют жизнь и врагов, что возвышенностью и не пахнет. Комментарии уже на уровне выгребных ям.
   К тому же дико нервировало отсутствие Кэйля. Нет, не того, что он не явился ко мне объяснить, какая я идиотка, а того, что его вообще не было видно. Совершенно. Обычно он метался между палаток, раздавал указания, отчитывал кого-то... В общем, его присутствие было очень даже ощутимо, даже если он не подошел ко мне лично. А тут.
   Я поднялась и пошла искать дракона. Его я не нашла. Обнаружился Теодор, который в тот момент был несколько занят и не мог объяснить, где сейчас рыжий. Главе лагеря в тот момент зашивали рану на боку. Слава богу, задели бок, пусть и сильно, но не повредив внутренности, при нынешних условиях рана в живот скорее всего была бы смертельно и смерть от нее легкой никто не называл бы.
   Пойманные Мар и Томас тоже ничего существенного не сказали, только, что Кэйль не возвращался. А то я раньше этого не поняла... Ну где дракон-то?
   В животе образовался какой-то странный, холодный и мерзко шевелящийся комок. Как всегда, когда я волновалась. А за Кэйля я все же переживала. Как и за каждого человека в этом лагере. Да и кто еще будет меня, если что, убивать от эльфов, жаждущих драконьей крови, а?!
   В оказании помощи раненным от меня было больше вреда, чем пользы, так что я, собравшись с духом отправилась искать ящера. Чувствовала себя, честно говоря, круглой дурой. Ну куда мне идти? И кого где искать... Нет, что-нибудь я определенно найду, причем скорее всего неприятности на свою ныне драконью задницу, а вот насчет Кэйля не факт. Да и если он все же обнаружится, то это пойдет мне на пользу... А вдруг он там ранен... и в расстроенных чувствах меня прибьет? Просто за то что рядом оказалась. Он такой, он может... Тем более, он мне сказал никуда из лагеря не отходить... А я уже отошла. Ночь. Темно. Лес. Буераки. А отошла уже прилично и как назад идти - совсем уж непонятно. Кошмар, одним словом.
   Мамочки...
   - Ау! - через пару минут после осознания того, что я окончательно и бесповоротно заблудилась, заорала я.
   Ну, может, хоть какой-нибудь эльфийский патруль меня обнаружит.
   Никакой реакции на мой крик души не последовало.
   - Ау! - через некоторое время снова повторила попытку я.
   - Уа!!! - заорали сзади, да так страшно, что я на задницу села.
   - Тебе было сказано сидеть в лагере, а? - как-то устало осведомились у меня.
   Я медленно обернулась и увидела, что надо мной возвышается Кэйль. И настроение у него обычное, то есть отвратительное.
   - Г-г-говорил, - подтвердила я, заикаясь.
   - А какого демона лысого ты сюда заперлась, идиотка?!
   - Я с-с-с-с-лучайно! - уже привычно шмыгнула носом я.
   Дракон смерил меня тяжелым и усталым взглядом и философски вопросил:
   - И почему мне кажется, что ты этим своим постоянным ревом просто манипулируешь окружающими, а?
   От этих совершенно несправедливых слов я разразилась горькими рыданиями и даже время от времени сморкалась. За неимением платка - в рукав. Кэйль брезгливо поморщился.
   - Вставай уж, ящерица. Я устал и не намерен ждать, пока ты оторвешь от земли свою задницу. Случайно она... Все ты, демоны тебя дери, случайно делаешь... А потом не знаешь как разгрести.
   - Я не хотела! - снова начала оправдываться уже непонятно за что я.
   - Если бы ты еще и хотела - своими руками бы удавил, - "обрадовал" меня рыжий. - Пошли уж, ящерица...
   - Пошли, - кивнула я, с трудом поднимаясь на ставших будто ватными ногах.
   Что ж, по крайней мере, Кэйль нашелся, он не совсем зол и даже отведет меня назад в лагерь. Да при моем нынешнем положении - это предел счастья.
   Я молча топала за рыжим, и неожиданно для себя брякнула:
   - А в лагерь Аэнор приходил.
   Мужчина передо мной остановился так резко, что я влетела в его спину.
   - Что?! - пораженно выдохнул он. - Аэнор?! Тут?! Этого быть не может!!!
   Я только пожала плечами.
   - Ну, тот мужик в плаще сказал, что он Аэнор, но может, и соврал.
   - Ты хоть разглядела его? - спросил Кэйль настороженно, повернувшись ко мне лицом.
   - Нет, он в плаще был. И капюшон накинут. С ним еще какие-то странные типы были, серокожие. Матушка Анна сказала - орки.
   Кэйль прыснул.
   - Матушка Анна сказала. Ты что, сама не знаешь, как орки выглядят?
   Я замотала головой.
   - Вообще-то нет.
   На физиономии рыжего появилось какое-то странное, непонятное для меня выражение, смесь изумления с неверием и чем-то еще.
   - И сколько пострадало? - Из наших? - уточнила я, чувствую как щеки начинают гореть.
   - Из наших? - с недоумением повторил дракон. - Ну да.
   - Из наших никто.
   Не считая моего душевного спокойствия.
   - Воины успели вернуться?
   - Нет, - вздохнула я, понурившись.
   - Ящерица! - рявкнул на меня Кэйль, которому надоело выбивать из меня информацию.
   - Я случайно! - возопила я, зажмурившись.
   Дракон вздохнул так тяжело, что мне стало еще хуже.
   - И что ты на этот раз сотворила?
   - Я орков... спалила! - призналась я, чувствуя, что слезы вновь потекли. - А потом чуть Аэнора не загрызла.
   Открыла глаза. Рыжий смотрел на меня с неверием. Ну совершеннейшим неверием.
   - Ты?! - целиком и полностью не поверили мне.
   Ну да, я бы тоже не поверила такому. Вот то, что я могу что-нибудь сломать, спалить или сотворить еще что-то вредоносное без всякого злого умысла - это да, а вот кого-то убить...
   - Я! Я не знаю, как это получилось! Я не хотела! Точнее, я тогда этого хотела, но не понимаю, почему! Я же не убийца! Ну, я же была не убийцей!!! Кэйль!!!
   Тот стоял и как-то странно посмеивался.
   - Ящерица, это нормально. Ты просто дракон. Дракона нельзя пугать и дракону нельзя угрожать. Для нас нормально уничтожить врага. И наши же, сама говоришь, не пострадали. Так что прекрати этот свой слезоразлив, а то замучила уже.
   Я покорно вытерла глаза, но носом шмыгать не перестала.
   - Однако, мои уроки пошли впрок. Я уже и сам думал, что бесполезное это дело и бросать надо, а тут такие успехи. Ничего, ящерица, ты у нас еще будешь грозой всех местных рыцарей.
   Я посмотрела на лицо Кэйля, на котором ясно читался нездоровый переизбыток энтузиазма... и снова начала реветь, на это раз еще безутешнее. А ведь счастье-то было так близко!
   Мужчина досадливо поморщился, но не стал мне выговарить за плач еще раз.
   - Одно не могу понять, как ты обернуться успела-то... Тебе на это обычно минут десять требуется, - задумчиво произнес он.
   - А я и не оборачивалась! - сквозь рыдания ответила я.
   На меня уставились так ошарашено, будто я только что мертвого подняла или еще что такое же невыполнимое сделала.
   - Ты же сказала, что орков спалила!
   - Ну да! Так я же не говорила, что я оборачивалась!
   - Ящерица, ты даже в драконьем-то обличье что-то спалить можешь только по дури, а теперь ты говоришь что спалила орков в обличии человека! Сколько их было-то?
   - Пятеро! - шмыгнула носом я.
   - И всех спалила?
   - Всех. Одновременно.
   - И случайно? - нервно уточнил Кэйль, глядя на меня, как на что-то сходное с обезьяной с гранатой.
   - Совершенно случайно.
   - А Аэнора ты как потом "чуть не загрызла"? Тоже в человеческом облике? - снова начал расспрашивать дракон.
   - Да, - кивнула я.
   - Быть такого не может... - ошарашено произнес Кэйль. - Для нас естественно в такой ситуации оборачиваться. Это происходит неосознанно. А ты кинулась в обличии человека. Ящерица, ты с каждой минутой становишься для меня все более подозрительной.
   Я уже с долей угрозы многозначительно всхлипнула и сделала жалобное выражение лица.
   - Стоп! - рявкнул мужчина. - Отставить рыдания! А то в эльфьем лесу уже скоро почва соленой станет от твоего постоянного рева! Пошли в лагерь, потом разберемся. Главное, ночью не спали кого из наших "совершенно случайно".
   Я обиженно насупилась. Ну я же правда ничего такого не хотела и сама не понимаю, как все произошло с орками и королевским братом. А он еще издевается...
  

ГЛАВА 6

   Наше с Кэйлем появление не привлекло ничье внимание, что меня, наверное, даже порадовало. Хотя нет, вру. Меня не радовало большое количество раненных и несколько мертвых тел, с которым я только утром сидела за столом.
   - С кем вы сегодня дрались? - задала я вопрос Кэйлю.
   Тот шел вперед, явно не планируя ни оборачиваться, ни останваливаться. Но все же до разговора со мной снизошли.
   - Все те же, - сухо отозвался он. - Орки, гоблины, люди, что поддались чарам Тьмы. Хвала богам, хотя бы без моих сородичем обошлось, иначе жертв могло бы быть еще больше. Пусть все кары падут на головы Аэнора и Аэрисэ, которые заварили эту кашу.
   - А почему проклятья должны пасть на головы обоих? Почему не на кого-то одного?
   Еще одному мужчине матушка Анна с горестным стоном закрыла глаза. Я резко отвернулась.
   - Потому что они оба в равной мере виноваты за всю пролитую кровь.
   - Не бывает в равной мере, - покачала головой я. - Кто-то обязательно виноватее...
   - Что бы ты еще знала в свои девятнадцать лет, - хмыкнул дракон.
   Я смущенно смолкла, а потом неожиданно поняла... Он же сказал "в свои девятнадцать лет".
   - Ты что, веришь теперь, что мне девятнадцать? - неуверенно переспросила я. - Правда веришь?
   - Мозги у тебя так точно как девятнадцатилетней, - подтвердил мои надежды мужчина.
   Что ж, комплимент сомнительный, но мне хотя бы в чем-то начали верить. А это уже небольшой прогресс.
   - Иди, ложись уже, ящерица. Ты все равно ничем не поможешь, только реветь опять начнешь.
   - Начну, - всхлипнула я.
   Сам же дракон пошел сам разбираться с проблемами, организовывать похороны, помогать с ранеными. Даже представить было страшно, сколько раз ему - да всем им, тем кто был с ним - приходилось заниматься все этим кошмаром, от которого у меня в голове мутится. Как же тут страшно... По-настоящему страшно. Смерть тут такая... будничная, будто восход солнца. Для людей, которые сейчас вокруг меня гибель стала обычным повседневным событием.
   Я вошкалась на подстилке из веток, прикрытой одним-единственным жалким одеялом - пока что Кэйлю удалось выбить для своих подчиненных у королевы совсем немного - и жалела, что не могу засыпать быстро. Еще больше я жалела, что проснусь я утром тут же, посреди крови, трупов и полнейшей антисанитарии... А так хотелось, чтобы это был только дурной сон. Обычный дневной сон...
   - Она и правда убила орков, Анна? - услышала я сквозь сон приглушенный голос своего нынешнего персонального кошмара.
   Сон отбило напрочь. Я замерла на лежаке, боясь пошевелить и даже дышать пыталась через раз. Ежу ведь понятно - обо мне говорят.
   - Да, Кэйль, - ответила женщина. - Но их действительно случайно. Девочка просто закричала - и у нее изо рта вырвался сгусток пламени. И довольно большой, на всех тварей разом хватило. А вот уже на Аэнора она кинулась. В лучших твоих традициях. Глаза золотые, когти здоровенные и метила в шею. Прыгнула хорошо, не телепортируйся он вовремя - убила бы точно.
   Мужчина нервно рассмеялся.
   - Да ящерица десяти шагов не может сделать, чтобы не споткнуться, а тут вдруг такое... Неужели все-таки притворялась?
   Последовала пауза.
   - Знаешь, я бы не сказала. Это было что-то похожее на... ну не знаю даже, на то, как ты порой звереешь, только она не обратилась в дракона. Будто что-то приказывало ей, как поступать. Но как только Аэнор исчез она снова стала той же неуклюжей Тинвэ, что и прежде.
   - Что ж, возможно, и правда это только инстинкты. Но почему не обернулась?..
   - И кстати, кажется, Аэнор пытался подчинить себе девочку. Он увидел, как она выдохнула пламя, понял, кто она и пожелал забрать с собой.
   - Ублюдок... В точности как его любезная сестрица. Так и начинаешь верить, что у близнецов одна душа на двоих. И как она умудрилась устоять, ведь Аэнор же...
   - Одним богам известно, но рассвирепела она именно после того, как он попытался зачаровать ее.
   Кэйль коротко и хрипло рассмеялся.
   - Я бы тоже взбесился, если бы он посмел такое со мной провернуть. Чертов эльф... Я прежде радовался, что покойный король Алиэн отдал то свои наследство сыну, а не дочери, но теперь уже не уверен какой вариант был бы лучше. Аэрисэ властная и где-то жестокая, но...
   - Думай о том, что получи она в свои руки такую власть - использовала бы в первую очередь именно на тебя, - ответила дракону женщина.
   Я уже совсем не понимала о чем речь. Что же это за власть, которая была у предыдущего короля, а сейчас есть у Аэнора... С помощью нее он пытался подчинить меня, и будь эта власть у королевы, она бы использовала ее на Кэйле...
   - Даже с наследством отца сломать мою волю Аэрисэ бы не смогла. Король Алиэн пробовал - не вышло. Я тогда думал, он убьет меня... - медленно, будто продираясь сквозь воспоминания сказал ящер. - Но кто бы мог подумать, что ящерица тоже устоит против такого нападения. Это вечно зареванное недоразумение.
   - Сила женщины именно в слабости и слезах, - отозвалась матушка Анна. - А мудрость женщины, чтобы не забывать вовремя использовать эту свою слабость на мужчинах. Когда она рыдает ты не знаешь, что делать с ней и перестаешь злиться.
   - То есть она просто манипулирует мной... - тяжело и раздраженно вздохнул Кэйль. - Как и подозревал.
   - Ну не надо сразу подозревать Тинвэ во всех смертных грехах. Для женщины естественно так управлять мужчинами, мы делаем это не задумываясь и уж точно не из корысти. Она действительно в меру глупенькая и в меру трусливая девочка, можешь поверить, и уж точно не замышляет ничего злодейского.
   Вновь затянувшееся молчание.
   - Меня смущает ее поведение. Иногда я даже готов поверить, что она не нашего племени, вопреки тому, что говорят все мои чувства. Она двигается не как мы, думает не как мы, поступает не как мы. Я ощущаю ее драконом и ожидаю от нее поведения дракона. А она ведет себя как человек, причем человек молодой и бестолковый.
   - Ты взвалил на себя тяжкую ношу, когда согласился взять ее под опеку. Ты не можешь использовать рядом с Тинвэ свой опыт. Просто доверься сердцу, оно у тебя порой мудрее головы.
   - Благодарю вас, - с теплотой в голосе отозвался Кэйль. - Вы мне очень помогли.
   - К сожалению, сейчас только советом. С тех пор, как Аэнор разошелся, я отрезана от большей части своих возможностей. Так что остается только совет и утешение.
   - Это тоже очень много, матушка. Порой это куда важнее, чем вся прежняя ваша мощь.
   - Льстец.
   Та-а-а-ак... Меня окружают поголовно странные личности. И матушка Анна, вроде бы такая простая и сердечная, тоже оказалась со своим секретом. Кто бы знал, как меня это все нервирует. Выдайте мне инструкцию по эксплуатации к каждому из здесь присутствующих, пожалуйста, а то я ничего не понимаю...
   После подслушанного разговора - ну правда же совершенно случайно? - стало уже не до сна... Узнанное заставляло о многом задумываться, в частности, о том, что я слишком уж тут выделяюсь, а это совсем нехорошо в моей ситуации. Выступающий гвоздь забивают, и у меня уже есть все шансы получить молотком по шляпке. Даже от того же Кэйля, а если и не от него, то еще от многих можно получить... Нигде не любят чужаков, особенно чужаков опасных. Я здесь пришлая, но раньше меня хотя бы считали безобидной, а теперь вот оказалось, что у меня и когти с зубами имеются. И непонятно, как теперь поступить со мной Кэйль.
   - Эй, ящерица! Поднимайся, утро уже! - через пару часов пришел меня будить дракон.
   Я все еще не спала и чувствовала себя как только что поднятый труп. Глаза горели, голова болела и все тело ломило. Для меня лучше вообще не ложиться, чем проспать пару часов.
   - Я не сплю, - пробурчала я, вылезая из шалаша и являя ящеру свою физиономию.
   Дракон оглядел меня и удивленно присвистнул:
   - На тебе что, всю ночь ездили?
   - Нет, - мрачно ответила я. - Не выспалась просто.
   - М-да... Ладно, девчонка, нам на сегодня надо убраться отсюда на сутки. Лучше бы нам с тобой сегодня не видеться с королевой.
   - А она приезжает? - удивилась и насторожилась я.
   То, что ее величество Аэрисэ мне опасна я уже успела усвоить.
   - Да, мы сообщили ей об Аэноре. Она захочет узнать подробности.
   - Ой, - испугалась я.
   - Не паникуй, - успокоил меня рыжий. - Для всех я погнался за Аэнором, и я остановил его и орков. Никто не скажет другого. Ты все еще бестолковая девочка-менестрель.
   Я облегченно выдохнула.
   - Спасибо.
   Дракон только насмешливо фыркнул.
   - Скоро возьмешь свою благодарность, обещаю.
   Я поежилась и приготовилась к самому худшему.
   - Верю, что возьму, - буркнула я. - Но пока спасибо.
   - Что ты почувствовала, когда кинулась на Аэнора? - спросил он.
   - Что сошла с ума, - ответила я.
   - Что? - изумился дракон.
   - Я... Я почему-то думала о кладке, - со вздохом призналась я.
   - Кладке?
   - Я думала, что Аэнор хочет причинить вред кладке. Моей кладке. Но это же бред. Причем полнейший. У меня нет никакой кладки и уж тем более никаких детенышей. Но именно из-за этой мысли меня так понесло. Я бы никогда не посмела сама напасть, если бы в тот момент я не считала, что защищаю детенышей.
   - Но ты защищала, - хмыкнул Кэйль. - Не детенышей, остальных женщин. Скорее всего, думала ты именно о них, они слабые, беззащитные, поэтому в тот момент инстинкты сделали их для тебя кладкой. Вот и все. Так что ты не сошла с ума, ящерица. Да и сходить тебе вроде бы не с чего.
   Я только усмехнулась, когда меня в очередной раз назвали дурой. Уже успела привыкнуть.
   Интересно, что хуже, сойти с ума или начать "одракониваться"? Как по мне, так второе... С другой стороны, я же вроде бы и так стала драконом, по крайней мере, оборачиваться с двадцатой попытки у меня выходит, так разве хуже, если я еще и начну понимать как обращаться с новыми возможностями?..
   - Хватит размышлять, ящерица, - одернул меня ящер. - Нам стоит убираться. Аэрисэ вот-вот явится, а от тебя сейчас несет гарью.
   - Гарью?
   Я тут же понюхала руку. Да нет, вроде бы ничем не воняю. Даже потом, как ни странно. От Кэйля, кстати говоря, тоже почему-то немытым телом не пахло, хотя все остальные благоухали так, что хоть нос затыкай или вообще не дыши.
   - Дуреха. На магическом уровне воняет. Драконьим огнем. Когда мы выдыхаем пламя, то маги еще некоторое время могут уловить особый магический "аромат". Аэрисэ поймет, что ты дракон засчитанные секунды, если окажешься рядом с ней в ближайшие несколько часов. Так что ноги в руки и уходим отсюда.
   Я кивнула и потопала вслед за драконом, желая только одного - оказаться как можно дальше от эльфийской угрозы.
   - А Эльрендил также почувствует, что я недавно дышала огнем? - спросила я спустя пару минут.
   - Он не маг. Ничего конкретного не почувствует. Разве что беспокойство или наоборот восторг. Мы, драконы, порой можем зачаровывать вольно или невольно, это часть нашей природы. Вот поэтому-то глупый эльфийский рыцарь никак не может от тебя отлипнуть, хоть я и не один раз говорил ему держаться от тебя подальше. Но я же злобный и злокозненный дракон, который только и жаждет разлучить два влюбленных сердца...
   Я прыснула в кулак. Кэйль тоже насмешливо фыркнул.
   - Вот и мне смешно, ящерица.
   - Снова туда, в долину?
   Мы явно двигались по тому пути, по которому уже не единожды ходили. Даже при моем топографическом кретинизме я поняла это.
   - Да, снова в долину. Там спокойно и безопасно.
   Я кивнула драконье спине и приготовилась к новому кругу мучений. Мои последние успехи воодушевили Кэйля, и он вряд ли откажется от идеи продолжить и дальше мое воспитание.
   Черт... Как же неприятно.
   Неожиданно я почувствовала что-то странное. Будто озноб.
   - Что это? - произнесла я. - Кэйль, что происходит? Кто тут?..
   Мужчина застыл на месте и начал озираться.
   - Встань поближе ко мне, - приказал он.
   - Что это? Почему так страшно?!
   - Ш-ш-ш-ш. Тихо, дуреха. И спокойно. Я справлюсь.
   Я замерла, прислушиваясь. Но в лесу было тихо. Неестественно тихо. Я уже успела понять, что так не бывает. Это неправильно. Хотелось еще раз спросить, что нам угрожает, но Кэйль был настолько собран и напряжен и мне показалось лишним его сейчас отвлекать. Ему же, наверное, сейчас драться за нас...
   Неожиданно буквально в нескольких шагах воздух как будто замерцал и в этом бледном сиянии материализовалась мужская фигура.
   Дракон тихо выругался.
   - Назад, девочка.
   В голосе у моего мучителя и защитника слышался страх.
   Я отступила на пару шагов и замерла.
   Перед нами стоял эльф. Высокий, светловолосый, одетый в одни брюки, да и те были обтрепаны. Глаза мужчины были закрыты и от этого мне стало еще более жутко. Он сделал шаг вперед. Дракон резко выставил перед собой руки, и эльфа отделила от нас стена алого ревущего пламени. Тот сперва отшатнулся от огня, а потом начал упрямо обходить его. Так и не открывая глаз.
   - ... ! - удивленно выругался рыжий. - Он не может этого сделать!
   - Что? - шепотом спросила я. - Кто это? Почему он полуголый посреди леса?
   - В чем закапывали, в том он и ходит, - таким же шепотом откликнулся Кэйль.
   - Что?!
   А тем временем эльф очень медленно, но целеустремленно обходил преграду.
   - Я его лично хоронил две недели назад! У Аэнора совсем крыша съехала!
   Я нервно икнула, осознав весь кошмар ситуации.
   - Это зомби?!
   - Я был бы счастлив, если бы так. Один раз дохнул огнем - и никаких проблем. С этим не выйдет. Проверено. Это не зомби, это кое-что гораздо хуже и названия этому еще не придумали. Личное изобретение Аэнора, чтоб его демоны драли.
   - И что делать? - Позорное бегство в нашем случае лучше всего.
   - А остальные?
   - Он шел за нами, а не просто так. Мы уже довольно далеко от лагеря. Тем более у него самого нет никаких желаний, жажды крови тоже нет. Кукла.
   - Кэйль, он ее сейчас обойдет...
   Мертвец уже дошел до края стены и теперь был настолько близко, что у меня коленки дрожали.
   - Бежим! - криком ответил на мой испуганный шепот ящер, схватил меня за руку и понесся вперед. Я думала, у меня рука оторвется, а остальное тело так и останется валяться в кустах. Бежать на такой скорости - удел избранных, к которым я точно не отношусь.
   - А почему ты не превращаешься? - сумела несмотря на чудовищную одышку спросить я.
   - Идиотка! Где превратиться?! Кругом деревья! Я слишком крупный, чтобы тут менять облик.
   Вдруг Кэйль резко остановился. Мы были на поляне. Не то чтобы очень большой, но...
   - Оборачивайся ты. И по воздуху в долину!
   - Заметят!
   - Ночью вряд ли... Живо! Или ты хочешь повстречаться с тем мертвым?!
   - Но... Мы же убегаем! - растеряно воскликнула я.
   - Ты долго не продержишься! Ты должна быть сильнее и быстрее людей! Но ты уже задыхаешься! А он уже мертв и не знает, что такое усталость... Оборачивайся и улетай. Если не сделаешь это - погубишь обоих.
   - Ну так брось меня! - едва не заплакала я. Удержаться помогла только мысль, что сейчас не время. Тот самый дохлый эльф скоро будет здесь.
   - Я же неуклюжая идиотка!
   - Я взял тебя под опеку. И не брошу, - зло прошипел мне дракон. - Я обернусь! - всхлипнула я. - Честно.
   - Давай.
   Закрыть глаза.
   Я уже знала, как превращение должно ощущаться и как я буду выглядеть после.
   Я дракон.
   Огнедышащий ящер, пусть и не очень большой.
   Четыре лапы. Хвост. Крылья. Золотистая чешуя. Костяной гребень.
   По коже пробежало покалывание.
   Все правильно, но все равно медленно.
   Я дракон.
   Я могу летать и выдыхать пламя.
   Кэйль рядом зло рыкнул.
   Мертвый эльф рядом. Я чувствую.
   Нужно обернуться. И улететь. Я и Кэйль не погибнем.
   По телу прошла короткая резкая судорога. Я резко открыла глаза и расправила крылья.
   Получилось.
   - А теперь пошла отсюда!!! - заорал на меня мужчина и резко повернувшись побежал дальше.
   Я тяжело подпрыгнула и быстро замахала крыльями, пытаясь оторваться от земли.
   В итоге хлопнулась на брюхо.
   Раздраженно выдохнула дым из ноздрей и повторила попытку, краем глаза заметив преследователя уже совсем близко с моих хвостом.
   Взлет прошел практически мгновенно.
   Я несколько раз взмахнула крыльями, набирая высоту, поднялась над кронами деревьев и медленно полетела в сторону долины.
   Мертвец как-то растеряно топтался внизу. На поляне.
   За Кэйлем, стало быть, не пошел...
   Ему была нужна я?
   В воздухе я чувствовала себя чудовищно неуверенно... Меня мотала из стороны в сторону, я то заваливалась головой вниз, то задницей. В общем, рожденный ползать летать не может, или, по крайней мере, нормально летать точно не может. Ко всему прочему я плохо представляла, куда мне надо двигаться. Тренировалась-то я только в пределах долины, и не летала над лесом, тем более ночью, когда все плохо видно... Хотя нет. Видно, как ни странно, было более-менее нормально. Скорее всего, еще одна положительная особенность драконьей природы, которой я так и не научилась пользоваться...
   Черт, а ведь еще и садиться как-то, а вот с этим у меня огроменные проблемы. Просто-таки нереально огроменные. Вроде бы удалось усвоить всю необходимую последовательность действий, но выходило все как-то... ну невовремя, неуклюже. Так что в итоге я регулярно пропахивала носом место посадки. Было больно. А еще и Кэйль со своими "добрыми" комментариями.
   Как оказалось, я сперва летела не в сторону долины, пришлось разворачиваться (в процессе едва не навернулась на землю) и лететь обратно. Когда увидела знакомое кольцо гор, едва не упала от счастья.
   Посадка получилась столь же "удачная" как и прежде. Я пропахала носом пару метров земли, затем хлопнулась всей тушей. Воздух из легких выбило, перед глазами звездочки, физиономия болит ужасно, но я была невероятно счастлива. Впрочем, как и всегда, когда удавалось сесть. Плевать как. Главное, что вообще села. Когда падаешь гораздо больнее. Я это уже уяснила.
   - Поздравляю, ящерица, прогресс в полетах на лицо, - с сарказмом поприветствовал меня Кэйль. - Ты сделала за час то, что нормальный дракон сделал бы за двадцать минут.
   - Спасибо, - мрачно буркнула я, пытаясь обернуться обратно.
   - А с мертвецом что?
   - За тобой пошел. Вот как ты умудрилась настолько отличиться, что за тобой лично посылают убийц, а?
   - Сама не знаю...
   Ну... Не из-за того же это все произошло, что я бросилась на Аэнора? На него ведь не я одна покушалась, я такого внимания не заслуживаю!
   - Не знает она... - хмыкнул Кэйль. - Ничего, тварь по лесу походит немного - и ее Аэрисэ назад вышвырнет. Она терпеть не может разную мерзость на своей территории. Да обернись ты в конце-то концов.
   Я четырхнулась про себя и плотно зажмурилась, представляя свое человеческое тело, но из-за сильной усталости сосредоточиться не удавалось. Сменить облик удалось только спустя еще пятнадцать минут. Все же агрессивное умертвие за спиной - это хороший стимул для проявления способностей, практически такое же хорошее, как падение с большой высоты, без таких вот неприятных факторов все гораздо сложнее и дольше.
   - Не прошло и года, - прокомментировал ящер, когда я вновь стала человеком.
   - Между прочим, было куда хуже! - посмела выразить недовольство я.
   - Молчала бы, недодракон. Начала превращаться за час, а не за сутки - и уже гордится. Просто один большой позор сменился на другой, поменьше.
   Оставалось только обиженно засопеть. Ну я же учусь только! Чего он от меня хочет?!
   - А сюда мертвец не заявится? - нервно уточнила я.
   - Нет, сюда двуногим хода нет.
   Из груди вырвался облегченный вздох.
   - Но можешь не надеяться, что на этом все закончится. Если Аэнор хочет чью-то голову, то в итоге он ее получит так или иначе.
   Звучало это как-то зловеще и мрачно.
   Ну почему у меня не все как у людей?! Ладно, пусть на меня свалился враг непонятно откуда, а главное, за что, но где мои верные друзья, готовые сражаться за меня?!
   - А королева?
   - А что королева? - не понял Кэйль.
   - Аэнор хочет и ее голову, но она до сих пор жива, - пояснила я.
   Дракон только расхохотался.
   - Ты себя с Аэрисэ-то не сравнивай. Она при желании кого хочешь в бараний рог согнет, а потом разогнет и в угол завяжет. Они с братом ровня и непонятно, кто кого одолеет, когда они встретятся. Поэтому-то ни королева, ни ее брат и не жаждут столкнуться лицом к лицу. Не знаю, каков будет итог встречи.
   - И сколько это все длится?
   - Что выяснение отношений в эльфийской королевской семье?
   - Нет, война, которая из-за этого выяснения отношений началась?
   - Уже около двадцати лет. Пока Аэнор выигрывает. Вытеснил силы Света с большей части территорий, умудрился заполучить множество союзников, даже подчинил наш народ...
   Tinwe - (пер. с квенья) искра, звезда
   Имеется ввиду Лора Провансаль, она же Лариса Бочарова.
   Котта - европейская средневековая туникообразная верхняя одежда с узкими рукавами.
   "Дурак" Стихи Р.Киплинга в переводе К.Симонова, музыка И.Коваль
  
   "Трава разлуки" слова Натальи Некрасовой, музыка Алены Беспаленко.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  


Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"