Радов Анатолий Анатольевич: другие произведения.

Изгой: По стезе Номана - роман

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


Оценка: 5.30*66  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    На нём магическое клеймо раба и метка Тьмы, аристократы и стражи Алькорда жаждут его смерти и у Анта-Изгоя нет выбора. Один путь теперь перед ним - поход в Зыбь в составе армии Храма Семи Дорог. Туда, откуда возвращаются не все. Туда, где раз в семь лет поля боёв устилаются трупами и щедро поливаются кровью тех, кто не даёт орде тварей Тьмы прорваться к землям людей. Туда, где ему предстоит сделать выбор.
    В связи с выходом книги финальная часть текста удалена. Купить книгу или оставить отзыв если Вы прочитали можно здесь Лабиринт

  
Изображение

   Изгой: По стезе Номана
  
   Глава первая
  
   Зыбь, внутренний Тонг
  
   Чёрная карета, запряжённая четвёркой ездовых гронов, мчалась по серому полотну дороги, оставляя за собой длинный шлейф клубящейся пыли. По обеим сторонам проплывали бесконечные иссохше-жёлтого цвета луга, в преддверии зимы выглядевшие уныло и безжизненно. Лишь изредка, испуганный грохотом и топотом, срывался с места степной карбулк и серой стрелой уносился вперёд, теряясь среди лугового сухостоя.
   Так же скоро, как и двигалась карета, близился вечер, но всё ещё не мог полностью утвердиться в правах. Слева он уже каскадом тонких оттенков синего темнил небо, но справа заходящее светило продолжало вовсю играть лучами на спицах колёс, слившихся в единую серебряную рябь. И от этой предзакатной его игры на дверце ярко отблескивал замысловатый и ужасающий на вид герб. Разинутая зубастая пасть мерзкого зверя изготовившегося к прыжку.
   Едва успевавшие улепётывать с дороги слоты-крестьяне, завидев его, валились на колени и прятали грязные лица в пожухлой траве. Но даже если бы они оставались стоять, никто бы не обратил на это внимания. А тем более не остановился, чтобы наказать рабов за подобную наглость.
   Вслед за каретой во весь опор неслись с десяток всадников на боевых гронах. Высшие аземы, в чёрных развевающихся плащах и с мечами за спинами. Слегка изогнутые ножны были видны, когда плащи сносило встречными порывами ветра в сторону.
   - Ай-й-ха! - огласил округу резкий вскрик кучера, мелькнула плетённая кожаная полоска кнута, раздался сухой, но мощный щелчок.
   Сидевший в карете демон вздрогнул и приоткрыл глаза. Ритмичный цокот подков размаривал, погружая время от времени на несколько секунд в сон. А может и минут. В этой лишённой каких-либо впечатлений двухдневной поездке чувство времени терялось напрочь.
   Поведя левой рукой, он пощупал небольшой ящичек, прочно привязанный к лавке кожаными ремнями. Улыбнулся, обнажая верхние клыки. То, что в ящичке, добавит к его наделу, как минимум, сорок онгов земли, что почти удвоит площадь владений семьи Ало.
   Демон потянулся, поиграл мускулистыми плечами. Погоны на мундире зашевелились в такт движениям мышц.
   А главное, повышение, - подумал он, снова мечтательно улыбнувшись. - Старый амул Суто-Руаго погиб в схватке с Другими, да и он сам едва унёс ноги от этих странных существ, напавших посреди ночи, вырезав все расставленные секреты.
   Нет, - демон щёлкнул пальцами. - Не так. Что значит - еле унёс ноги? Подобным образом докладывать нельзя. Лучше так. Суто-Руаго с маленьким отрядом попал в ловушку устроенную Другими у самой Кроми. И если бы не он, младший амрал Дунк-Ало со своими аземами, то Другие вернули бы книгу Крови обратно. А про эту старую мразь Суто-Руаго владычица и не поинтересуется даже. Книга-то вот она.
   Демон бросил взгляд на ящичек, потом перевёл его на ножны, которые стояли заткнутыми за стальную железную полоску, прикреплённую к стенке кареты. Именно тем мечом, что был в этих ножнах, он собственноручно перерезал глотку старому амулу. И потом долго смотрел, как чёрная кровь льётся по его шее и пропитывает длинную, из дорогой ткани рубаху. После этого отрезал голову полностью и закопал в землях Других, а тело выкинул в лес. Там, за Кромью, полно тварей, которые с радостью сожрут мясо демона.
   На горизонте показался замок владычицы, и кучер снова вскрикнул, погоняя гронов. А спустя двадцать минут он уже наоборот останавливал их, поднявшись в рост и натягивая изо всех сил вожжи. Циклоды на воротах что-то гаркнули вниз, и выросшие, словно из-под земли, аспейны, бросились открывать створки.
   Остановившиеся гроны разгорячёно зарыли копытами землю, четверо всадников медленно обогнули карету и первыми проехали рысью под огромной серой аркой ворот, а циклоды и аспейны уже стояли, вытянувшись в струнку и прижимая левые ладони к животам.
   Дунк-Ало рывком отодвинул в сторону перегородку и выглянул в окошко. Как и ожидалось, практически весь внутренний двор Чит-Тонга был заставлен шатрами дригов. Пока карета двигалась по дорожке к замку, демон внимательно вглядывался меж этих шатров, выискивая Шрес-Вула. Ещё один конкурент в его продвижении вверх по служебной лестнице. И конкурент гораздо серьёзней, нежели старый амул. Шрес-Вул - дриг, и этим всё сказано. Владеющий шестым тонгом магии Тьмы, он был опасным противником.
   Только хитрость, - в который уже раз подумал Дунк. - Только она поможет мне выбить у этой мрази почву из-под ног.
   Однако тут же пришло понимание, что мысль о выбивании почвы из-под ног Шреса так же пуста, как и год назад, как и два, как и три. Ничего стоящего для достижения своей цели он всё ещё не придумал. Был один вариант... но тот крайний. Самый крайний.
   Кучер повернул логов, потянув за левую вожжу, и через пару секунд карета застыла у массивной широкой лестницы парадного входа. Дунк принялся торопливо расстёгивать бляшки ремней. Одна, вторая. Схватив ящичек с книгой, он выбрался из кареты.
   Придворный аспейн тут же закрыл дверцу и склонился перед младшим амралом. Тот поправил мундир, и с зажатой под мышкой ношей, зашагал к ступеням. Резво поднялся по ним, не теряя осанки. Шагнул в прохладу и полумрак каменного здания.
   Красный свет магических фонарей разливался по холлу. В дальнем углу Дунк разглядел знакомую, слегка сгорбленную фигуру.
   - Гат? - спросил он, и советник тут же двинулся навстречу.
   - Приветствую тебя, славный представитель рода Ало, - голос советника был настолько сладок, что Дунк невольно насторожился. С чего бы это? Вулы никогда не были друзьями Ало. А если учитывать, что один из представителей этого рода его главнейший враг, то и вовсе такое обращение тайного советника владычицы рождало подозрения.
   - Чего тебе? - грубо поинтересовался молодой демон, остановившись.
   - Ничего, в общем-то, и не мне, - тонко ответил советник, с улыбкой посмотрев на воина. - Всего одна просьба, которую меня просили передать.
   - Кто?
   - Узнаешь. После встречи с владычицей следуй в западную башню, там тебя...
   Гат-Вул резко замолчал, увидев входящего в холл Стах-Лоно. Младший советник владычицы, и что самое плохое - молодой советник. Едва старше самой Лилианны, её друг детства, и возможно - нынешний любовник. Именно он пришёл к нему, когда Литион Шестой, отец Лилианны, собирался четвертовать его за нелепую, но серьёзную оплошность. И он, дурак, согласился перейти на их сторону. Впрочем, у него и не было другого выхода.
   Всё решилось в одну ночь. Старый владыка был опоен собственной дочерью ядом зелёной катуции и для полного успокоения придушен подушкой. Утром объявили о его безвременной кончине от неизвестного недуга. Лёгкие волнения во внутреннем Тонге, как впрочем и в среднем и внешнем, были быстро подавлены. Как оказалось, Лилианна уже давно плела интриги, и большая часть военачальников выступила на её стороне, не говоря уже о дригах. Эти перешли в её лагерь почти полностью. Он же, старый идиот, сохранил свою жизнь и напрочь потерял влияние. А вот теперь и жизнь его снова висела на волоске.
   Молодой советник шёл в сопровождении двух дригов, таких же молодых демонов-магов.
   - Гонец сообщил, что должен прибыть Суто-Руаго. Где он?
   - Он погиб в схватке с Другими, - Дунк сделал шаг в сторону, чтобы его невзначай не посчитали приятелем этого старого сгорбленного демона, и легонько поклонился, положив ладонь на живот. - Мне пришлось вступить в бой и вновь вернуть книгу. Старший амул поступил опрометчиво, решив перевезти столь ценный груз без особой...
   - Ступай за мной, - грубо перебил Стах-Лоно. Бросив презрительный взгляд на Гата, он развернулся и зашагал в красный полумрак коридора.
   Дунк поспешил следом, ругая себя за то, что заговорил со старым советником. О том, что Гат-Вулу недолго осталось коптить небо Зыби, поговаривали уже давненько. Лилианна убирала всех, кто служил её отцу, окружая себя молодыми и верными ей демонами. И даже родство Гата с командиром личного отряда владычицы Шресом ничего ему не гарантировало.
   Интересно, кто хотел видеть меня? Неужели Лизгольд?
   Коридоры, лестницы, переход между двумя башнями и слегка запыхавшийся Дунк оказался в тронном зале. Склонился перед владычицей, протягивая перед собой ящичек.
   - Ну, слава Оргду, - довольно выдохнула молодая демонесса. - Стахи, принеси её сюда.
   Молодой советник едва не вырвал ящичек из рук Дунка и понёс к трону. Поставив его у ног демонессы, он обернулся.
   - Ключ!
   - Ах, да, - засуетился Дунк и достал из кармана небольшой, но замысловатой формы ключик.
   - Кидай, - грубо буркнул советник и Дунк подбросил навесом.
   Через секунд пять Стах откинул крышку. Аккуратно вытащив из ящика белоснежную каменную скрижаль, он протянул её демонессе. В тусклом свете факелов скрижаль, казалось, излучала ослепительное сияние.
   - Книга Крови, - прочитала Лилианна на камне, и взяв его в руки, улыбнулась. - Что ж. Наши шансы на победу растут.
   - Главное, чтобы всё остальное сложилось, - таинственно проговорил Стах, и владычица задумчиво кивнула.
   А Дунк терпеливо ждал. Пока владычица занималась книгой, превратив её в обычный бумажный фолиант и листая первые страницы. Пока Стах уносил вновь превращённую в каменную скрижаль книгу. Все его мысли сосредоточились на грядущем повышении. После того, как он привёз книгу Крови - он мог на это рассчитывать.
   Но какого же было его удивление, когда владычица, наконец-то, бросив на него взгляд, недвусмысленно махнула рукой.
   - Моя госпожа... - начал было Дунк, но Лилианна перебила, повернувшись к дригам справа.
   - Проводите его, - коротко бросила она, и откинувшись на спинку трона, медленно закрыла глаза. - Я хочу подумать.
   Не дожидаясь пока дриги приблизятся, Дунк торопливо поклонился и почти выбежал из зала. Его лицо исказила гримаса возмущения и злости.
   - Как так? - спросил он себя несколько раз, напряжённо шагая по коридору. - Да разве не сделал я полезное дело для Зыби? Да разве не должен был получить... Лизгольд, - мелькнуло вдруг в мозгу. - Ну, что ж, придётся, видимо, получше рассмотреть этот крайний вариант.
   Он свернул вправо, нырнул под арку, ведущую в переход к западной башне, и ускорил шаг. Ладонь нервно сжала рукоять тирогского клинка. Хорошо. Если мне не оставляют выбора, то я пойду на этот шаг. А владычица мне не оставила выбора.
   Пройдя через одну из арок, он едва не сбил с ног старого советника. Тот отскочил в сторону, и кивнув, направился дальше по коридору. Дунк укоротил шаг, поплёлся следом, задумчиво уставясь в согбенную под тяжестью лет спину Гат-Вула.
   Через минуту они вошли в покои Лизгольда, младшего брата владычицы, тщедушного и трусоватого демона, но, тем не менее - законного наследника. Почему Лилианна его ещё не убила, как отца? - подумалось вдруг Дунку, и на секунду внутри разлился холодок страха. Во что он ввязывается, Номан их всех побери? Он даже застыл на месте, и едва не развернулся и не бросился прочь, но взгляд ещё одного присутствующего в покоях, да и само его присутствие, сдержало. Это был Шрес-Вул.
   - Не ожидал? - спросил старший амул личной охраны владычицы и криво усмехнулся.
   - Признаться, нет, - сухо ответил Дунк, собрав волю в кулак и решив быть немногословным. Вдруг это проверка?
   - А почему? - хитро прищурясь, поинтересовался Шрес. - Разве я не могу навестить брата нашей госпожи? По вопросу охраны его владычества. Поговаривают, кто-то жаждет убить молодого господина. Не знаешь случаем - кто?
   Лизгольд глупо хихикнул, Гат-Вул сделал лицо непроницаемым, а Шрес продолжил хитро щуриться. Дунк тяжело, но незаметно проглотил слюну. Что за игру затеяли эти трое?
   - Не знаю, - ответил он на последний вопрос, сделав лицо как можно спокойнее.
   - Ну, а ты, кстати говоря, с какой целью пожаловал в покои господина? - старший амул сделал жест рукой, словно собираясь использовать заклинание, и Дунку пришлось проявить немалую выдержку, чтобы не ринуться в ответную атаку.
   - Был приглашён вашим братом, - ответил он, и его голос, несмотря на все усилия, прозвучал сдавленно.
   - И всё-таки, с какой целью ты пожаловал сюда? - продолжил издевательский допрос Шрес и Дунк не выдержал.
   - Мне плевать. Если вы не прекратите этот дешёвый фарс, я развернусь и уйду, - в последнее Дунк не очень-то верил. Если дриг захочет его убить, у него не будет никаких шансов отсюда вырваться.
   - Перестань, брат, - вступил в разговор Гат-Вул. Его голос звучал миролюбиво и успокаивающе. - Думаю, не стоит проверять этого молодого демона. В нём и так сейчас кипит злость к нашему общему врагу.
   Последние слова он проговорил очень тихо, но в ушах Дунка они прогрохотали громовым раскатом. Ну, надо же, как откровенно. Или это всё-таки проверка?
   - Ведь так, славный представитель рода Ало? - советник внимательно посмотрел на младшего амрала.
   - Думаю, вы и сами всё знаете, - коротко ответил Дунк.
   - Знаю, - кивнул Гат. - И даже знаю почему ты ничего не получил за книгу.
   - И почему же?
   - Твой отец был одним из лучших друзей прежнего владыки. Ты никогда не будешь приближен к себе Лилианной.
   - Ненавижу её, - пробурчал вдруг Лизгольд и надул губы. Дунк бросил на него секундный взгляд. Да уж, молва права - младший брат владычицы - идиот. Может, именно поэтому она и не убрала его до сих пор? Хм, а ведь так даже интересней.
   - Какие у вас шансы? - Дунк неожиданно почувствовал внутри почти утраченную уверенность. Да и пока ещё он не теряет ничего, ведь он не с ними. Он просто пришёл послушать.
   - Шансы есть, - заговорил советник. - Но, прежде всего, ты должен узнать следующее...
   Рассказ о неком пришлом удивил Дунка. Особенно его удивило, что этот пришлый может каким-то образом стать владыкой. Нет, он знает о Сатэне, но это дела давно минувших дней, да и честно говоря, он всегда воспринимал данную историю, как миф.
   - На нём стоит последнее изобретение наших магов-штудийников - "след Сатэна", - невозмутимо, словно рассказывает самые заурядные вещи, продолжал советник. - В отличие от обычной "метки" храмовники не смогут обнаружить её. Это сложное сращивание из двух ветвей - Тьмы и Воздуха. До того момента, пока пришлый находится на земле людей - "след" никак не проявляет себя. Его составные распределены по всему телу пришлого, но стоит ему ступить на земли Зыби, как он начнёт собираться в единое плетение. Срок полной сборки - один тонг времени. В этот момент ты должен отыскать пришлого и убить.
   - Но как? - Дунк недоверчиво нахмурился. Вся эта история была слишком странной.
   - Я сделал два амулета с заклинанием способным определить новое плетение. Дюжина таких же будет у отряда дригов. Их цель выкрасть пришлого из лагеря храмовников, либо во время боя и доставить в Чит-Тонг. После этого власть Лилианны станет практически неуязвима. Поэтому вы должны добраться до пришлого раньше.
   - Кто - мы? - с интересом спросил Дунк.
   - Эй, подойди, - советник повернул голову и бросил взгляд в дальний угол покоев. Из мрака появилась рослая фигура. Она сделала несколько шагов и замерла.
   - Но это же человек, - Дунк хмыкнул. - Чтобы демон исполнял одно дело с человеком? Я не так воспитан, - на лице младшего амрала нарисовалось крайнее презрение. - Думаю, мне придётся отказаться.
   - Место ген-амула среднего Тонга тебя устраивает? - раздался холодный голос Шреса и Дунк перевёл взгляд на него. Потом посмотрел на Лизгольда. Этот тщедушный демон довольно уверенно кивнул и на секунду в его глазах мелькнул по-настоящему злой огонь. Может, он и не совсем идиот? - подумалось вдруг Дунку. - Может, он только притворяется?
   - Это как-то неожиданно. Я должен...
   - У тебя есть минута на размышление, - холодно перебил Шрес-Вул.
  
   Глава вторая
  
   Первое что я увидел - низкий серый потолок. На пару с воспоминаниями он надавил, прижал к жёсткому ложу, и я снова закрыл глаза. Страха не было, наверное, потому что догадался, где нахожусь.
   Было лишь отчаяние. И ещё боль - физическая и моральная.
   Я пошевелил левым плечом, и физическая боль стала сильнее, на время приглушив моральную. От этого на какие-то секунды душа вздохнула свободней.
   Повернув голову, я попытался разглядеть плечо. Обмотанное бинтами, оно было похоже на кокон гусеницы, решившей, наконец-то, стать бабочкой. Вспомнил, как вытаскивал из своего собственного мяса болт, и от этой мысли внутри растеклось отвращение. До тошноты и дрожи. Вряд ли сейчас, не в разгорячённом боем состоянии, я повторил бы подобный трюк.
   Пока боль в плече затихала, медленно осмотрелся. Небольшая комнатка квадратов на двенадцать, в дальнем от меня углу нечто вроде иконостаса с фигуркой Номана высотой в локоть, простенькие стул и столик. И, в общем-то, всё.
   Осторожно пошевелил ногами. В левой тупо потянула боль. Вспомнил, как вчера сильно хромал, пересекая небольшую площадь перед храмом, потом вспомнил высокого человека в длинной до колен рубахе и плаще с красным крестом вышитом с левой стороны на уровне груди, дальше воспоминаний не было. И я вновь стал думать о Лите, отчего моральная боль тут же вернула утраченные позиции.
   Поэтому на вошедшего в келью незнакомца я посмотрел с искренней благодарностью за то, что он не дал мне сожрать самого себя в приступе стыда. Разве я её не предал?
   Невысокий лысеющий мужичок, в бежевой рубахе до колен, посмотрел на меня, и заметив ответный взгляд, улыбнулся. На его рукаве я увидел крест в круге, но чёрного цвета. Значит, всё верно, я в храме Семи Дорог.
   - Очнулся? - спросил он, подойдя к моему ложу.
   Я только слабо кивнул.
   - Ну, ты вчера и наделал шума, - лицо мужичка стало серьёзным. - Его светлейшество Артуно долго колебался, оставить тебя или всё же отдать твоим гонителям. Надеюсь, то решение, что он принял, продиктовано ему Великим Номаном.
   Он присел на край лежака, потянулся к моему плечу, тронул его осторожно.
   - Как, болит?
   - Болит, - честно выдохнул я и мой неожиданный посетитель, поджав губы, пару раз кивнул.
   - Хорошо. Значит, ещё разок обработаем заклинанием. Тебе повезло, что нынешний викариус добрейший человек, - он потёр руки и подвёл обе ладони к моему плечу-кокону. Рана тут же запульсировала, разгорелась внутри страшным жаром. Я скривился от боли, но он в ответ лишь подмигнул мне. - Терпи, - проговорил с весельем на лице и в голосе. - Раз в Зыбь собрался, придётся учиться терпеть.
   - Вы лекарь? - спросил я, лишь бы что-то спросить и отвлечься хоть на секунду от разгоревшегося в плече пожара.
   - А то кто. Не викариус же, - он хихикнул и отвёл руки. - Ну вот. Думаю, завтра твоё плечо будет как новое. Мне его светлейшество приказал тебя до завтрашнего утра поставить на ноги. А послезавтра тебя и ещё две десятицы парней отправят в Шан-Эрмиорд.
   - А это где? - спросил я, и лекарь удивлённо вскинул брови.
   - Странный ты какой-то. Это в сотне риг севернее от Алькорда. Небольшой городок, из которого войска уходят в Зыбь. Неужели не слыхал?
   - Слыхал, - тут же соврал я. - Да вот не помню половины после вчерашнего.
   - Не удивительно. Его светлейшество сказал - девять человек тебя преследовали.
   Это не считая тех, кто в доме, подумал я. Надо же, как кому-то не терпелось меня убрать. Или тут дело в том чревловом сосуде?
   - Скажи, э...
   - Кардито, целитель Храма, - не без гордости проговорил мужичок и схватил меня за левую лодыжку. От боли, а главное, от неожиданности, я вскрикнул.
   - Вывих, - буркнул он, не обратив внимания на мой вскрик. - Придётся тоже ещё разок заклинанием обработать. Эх, и много ж на тебя магической силы уходит, молодой человек, - закончил он шутливым тоном и стал водить ладонями над моей ступнёй. Снова запульсировало, зажгло, но я в этот раз не скривился. К боли, как и к хорошему, привыкаешь быстро.
   - Кардито, а могу я поговорить с Артуно? - закончил я свой предыдущий вопрос.
   Целитель обернулся, не прекращая своего занятия.
   - Его светлейшество сейчас исполняет данный им в Зыби обет, а по его завершении он и сам намеревался прийти сюда. У него к тебе много вопросов.
   - А у меня к нему, - выдохнул я.
   - Странный ты, - хмыкнул целитель. - Так, всё, - он отвёл руки от моей "горящей" ступни и снова потёр ладони друг о друга. Потом встряхнул кистями и поднялся.
   - Скажи, - я напряжённо кашлянул, - А ты знал Руну'Арк?
   Целитель посмотрел на меня с интересом и в его глазах я прочитал всё то же - странный ты. Но, слава Номану, он это не произнёс вслух.
   - А зачем тебе?
   - Она умерла? - спросил я, проигнорировав его вопрос.
   - Да, - на его лице выразилась крайняя озадаченность, и он всё же не сдержавшись, повторил в третий раз. - Странный ты.
   - Я уже это понял. И её похоронили в Вальтии?
   - Так, молодой человек, - вся благожелательность с лица целителя разом слетела, и он посмотрел на меня чуть ли не со злостью. - Все вопросы оставьте его светлейшеству. Мне вообще было велено не разговаривать с вами. Пока не будет решён вопрос по поводу вашей "метки"...
   Он запнулся, и развернувшись, направился к двери.
   - Вы имели в виду - клейма? - бросил я вдогонку, но целитель никак не прореагировал на мои слова. Толкнув дверь, он быстро вышел, и тут же не совсем легонько закрыл её.
   Ладно. Как говорится - пока так, а дальше поглядим.
   Жар в плече уже давно остыл, в лодыжке теплился, медленно затухая, и я пошевелил и тем и другим. Острой боли не было. Так, где-то в самой глубине мышц, тянущая и даже слегка приятная.
   Интересно, что там за обет дал этот Артуно в Зыби? Неужто, испугавшись? Да уж, как-то неясно пока выходит - это я удачно сюда зашёл, или всё-таки лучше было вчера сдохнуть?
   Впрочем, последнее точно нет. Как бы там ни было, а Литу нужно спасать.
   Каким образом? Это уже другой вопрос. Но то, что она жива - внутри теперь была полная уверенность. Ну, или почти полная. Ведь не было гвардейца с арбалетом за спиною, не было её вскрика - Ант! А значит, будущее, которое она наблюдала в видении, в самом деле, изменилось. Странная вещь это будущее - хрупкое, как стекло и в то же время, гибкое и неуловимое, как вода...
   - Проснись, - разбудил меня громкий уверенный голос и я вздрогнул. Открыл глаза, уставился на высокого мужчину, стоящего у кровати. Тот, что был вчера, разве что без плаща с красным знаком воинов-храмовников. - У меня к тебе разговор.
   Он взял стул, и передвинув его ближе к лежаку, уселся. Несколько секунд просто смотрел на меня, и от этого взгляда я почувствовал себя неуютно. Слишком куда-то внутрь пытался он проникнуть.
   - Итак, приступим, - наконец, заговорил викариус. - Начнём с того...
   - Со мной вчера была девчонка, её нужно спасти, - несмотря на понимание своего положения, не очень церемонно перебил я. - Её могут убить.
   Но Артуно не особенно обиделся, лишь слегка нахмурился и хмыкнул.
   - Что ж. Весьма похвально думать прежде о других. Она тебе кто?
   - Сестра, - соврал я. - Двоюродная.
   - Хорошо, об этом мы обязательно поговорим и решим что делать. А пока, давай всё же по порядку. Ты признаёшь господом нашим Великого Номана?
   - Да, - кивнул я, в этот раз, в общем-то, и не соврав. В контексте данного мира, разумеется, признаю.
   - Хорошо, - викариус довольно кивнул. - Теперь расскажи кто ты и откуда.
   - Зовут меня Ант, - начал я плести сложную вязь из правды и лжи. - Родом из Сухины. После засухи моим родителям пришлось туго, помимо меня у них было ещё шестеро детей... В общем, я стал рабом Вир'Сторов.
   - А потом сбежал.
   Я кивнул, улыбнулся болезненно, показывая всем видом, как мне плохо.
   - А почему ты выбрал Алькорд? - спросил викариус.
   - Думал уплыть отсюда в Вальтию.
   Повисла пауза. Викариус о чём-то несколько секунд размышлял, хмуря широкий лоб.
   - Твои преследователи сказали, что ты преступник и проник в особняк Муан'Туров со своей шайкой.
   Я усмехнулся и дёрнул головой.
   - Какая же это моя шайка? Я всего несколько дней в Алькорде. Искал работу.
   - Тебе нет смысла лгать, - голос Артуно стал холодным. - В Шан-Эрмиорде ты будешь проверен на стуле правды. Если окажется, что ты был нечестен со мной - тебя казнят.
   - Нравится мне у вас. Весело, - пошутил я, но лицо викариуса осталось серьёзным.
   - Ты не в том положении, чтобы шутить, - проговорил он голосом "командора". - Городская управа потребовала твоей выдачи, и мне пришлось объявить им, что ты находишься под эгидой Повелителя. По закону ты можешь пребывать в таком статусе три дня.
   - Значит, я могу выйти в город? - внутри меня словно ниоткуда появились силы, и я приподнялся на локте. - Мне нужно найти сестру.
   - Это, вряд ли. Повелитель далеко, охотники и наёмные убийцы близко. Эгида всего лишь формальность. Всё что она позволяет - это не выдавать тебя в течение трёх дней.
   - А потом? - я снова прилёг и уставился в потолок. Понятно, что викариусу глубоко наплевать на какую-то там девчонку и его больше заботят всякие формальности.
   - Потом, если ты не будешь лгать мне, тебя ждёт Шан-Эрмиорд.
   - Я не уйду из города, пока не буду уверен, что моя сестра в полной безопасности.
   Викариус поиграл желваками, но лицо его осталось непроницаемым.
   - Вы должны помочь мне в этом. Ведь вы служитель Храма.
   - Я подумаю, что можно сделать, - сухо отрезал викариус. - И так, продолжим. Ты примкнул в Алькорде к шайке. За то время пока ты находился в городе, ты убил кого-нибудь?
   Я задумался. Первым делом для того, чтобы вспомнить, ну и при этом параллельно размышлял, говорить ли вообще, или лучше промолчать. Что там за чревлов стул правды - это ещё поглядеть нужно. Есть же мастера в нашем мире, которые обводят вокруг пальца "полиграфы".
   - Значит, убил, - подвёл итог моему молчанию Артуно. - Есть ли среди убитых тобой стражи или люди лурда?
   - А какая разница? - спросил я.
   - Если ты убивал служивых людей, или, не допусти Номан, благородных жителей - то по закону я обязан буду выдать тебя городскому суду.
   - А как же эгида?
   - Выдать по истечению трёх дней, - добавил викариус.
   Я быстро "пролистал" в памяти последние несколько суток. Страж на перекрёсте, которого ударил "молнией", и один гвардеец с отсечённой кистью. Вот и весь список. Ах, да, ещё тот бандюган. Но, судя по всему, его вообще никто сейчас в расчёт не принимает.
   - Так есть служивые или аристократы? - повторил Артуно и я уверенно повертел головой. Ударенный "молнией" дышал, когда мы с Локсом затаскивали его в телегу, гвардеец... ну не думаю, что здесь совсем не разбираются, как действовать в таких случаях. Наверняка, уже зашили всё, что надо было. А если даже случилось заражение, то это уже не совсем моя вина.
   Артуно указал рукой на божка Номана, стоящего на столе.
   - Поклянись перед лицом великого Творца.
   - Клянусь, перед лицом Номана, что служивых и аристократов не убивал.
   Тяжело сглотнув, я на всякий случай приготовился к немедленной каре. Всё приготовление заключилось в лёгком напряжении мышц, отчего самому вдруг стало смешно. Можно подумать, так приятней будет умереть.
   - А особняк Муан'Туров? Вы грабили его? - продолжил викариус допрос, удовлетворившись моей клятвой. Или просто сделав вид, что она его устроила полностью.
   - А как, по-вашему, я должен был попасть в Вальтию? - ответил я вопросом на вопрос. - Или вы думаете, беглым рабам прямо в руки с неба мешки с золотом падают?
   То, что кары от Бога-Творца не последовало, придало мне уверенности. Поэтому я и позволил себе немного раздражения и сарказма.
   - Следующий вопрос, - Артуно проигнорировал и первое и второе. - Откуда на тебе "метка" Тьмы? Ты как-то связан с нею?
   - Что? - моё лицо само по себе вытянулось, а сердце заметно ускорилось. - Какая ещё "метка"?
   - Ты хочешь сказать, что ничего не знаешь об этом? - невозмутимость викариуса придавила сильнее, нежели сама новость.
   Я нервно провёл ладонью по лицу, после чего она сжалась в кулак. Глаз открывать не стал, а так и замер с опущенными веками. Так-так-так-так - молоточками заколотилось в мозгу, это возможно проверка. Или нет? А тогда, значит, на мне действительно "метка" Тьмы? Но отку... Стоп. А почему это тебя удивляет? В комнате Мариши раз, на ритуале - два. Заполучить эту штуку я мог, как минимум, дважды, не говоря уже о том, что случилось на поляне перед границей. Там этой Тьмы валом было.
   - Так откуда на тебе "метка"? - повторил мой допросчик.
   - Не знаю, - честно ответил я. - Лишь предполагаю. По дороге в Алькорд я повстречал Руну'Арк. А точнее, кого-то, кто использовал "иллюзию", чтобы быть на неё похожей. Или похожим.
   - Интересно, - взгляд викариуса стал более внимательным.
   - Мне самому интересно, - усмехнулся я. - Так вот. На границе южного и северного Доргонов мы попали в переплёт. Хотя, мне теперь кажется, что это было подстроено. Да... Помню, этот неизвестный привёл сначала на одну поляну, но она ему не понравилась чем-то, и он повёл на другую. И на этой поляне открылся портал, откуда...
   - На поляне трава была с чёрными крапинами, так? - Артуно подался вперёд.
   - Да. А откуда вы знаете?
   - Кровь адгрона, - он потеребил массивный подбородок. - Чтобы открыть портал Тьмы, нужно вылить в землю кровь этой твари. Она расползается и переделывает структуру пространства примерно на четверти куска. Где точно эта поляна?
   - Прямо возле перекрёстка на границе. Только не новой дороги, а старой. На которой разбойники когда-то шалили. Там ещё указатель стоит покосившийся.
   - Я понял, - викариус кивнул. - Хм. Странный ты, - повторил он слова лекаря и сощурил глаза. - Вроде и во вред Тьме сейчас говоришь, а в то же время на тебе её "метка".
   - Вы дорассказать позволите? - повысил я слегка голос, и викариус снова кивнул.
 &nnbsp; - А зачем тебе?
bsp; - Ну, так вот. Когда портал открылся, оттуда выскочили тени. Шрейлы которые. И огненные ещё, как их там...
   - Тварасы.
   - Ага. Они самые. И вампиры ещё.
   - Кто такие вампиры? - удивился викариус, и я выдавил из себя виноватую улыбку.
   - Эт я после вчерашнего заговариваюсь немного. Аземы, разумеется.
   - Хм, - викариус потёр ладони, задумчиво уставился на дверь. А я судорожно прокручивал в голове наш разговор. Не наговорил ли я лишнего? А то чего доброго и вправду решат меня казнить или выдать управе.
   - И дальше что? - отвлёкся Артуно от своих размышлений, а заодно и меня отвлёк от моих.
   - Ну, вступили мы с ними в схватку. Руна... ну, я тогда так считал... она этих аземов и шрейлов бить начала, а я, не буду врать, бегал бесцельно туда-сюда и никого не смог даже повредить. А сквозь теней меч так и вообще, как сквозь пустоту проваливался. Кстати, - я кашлянул, - А где он?
   - Для этого нужно заклинания Порядка на оружие ставить, - как-то отвлечённо проговорил викариус и поднялся. - Значит, говоришь возле перекрёстка старой дороги с пограничным трактом та поляна... - скорее просто проговорил, нежели спросил он. - Хорошо. Если хочешь есть, тебе принесут.
   - Неплохо было бы.
   Артуно кивнул и шагнул к двери.
   - А что насчёт меча? - бросил я вдогонку, но он, даже не обернувшись, вышел из моего теперешнего прибежища.
   Я прикрыл глаза и ещё раз провертел в голове наш разговор. То, что я сдал портал, выходило, в общем-то, неплохо. Так что о казни можно на время позабыть. Вдобавок у меня есть ещё козырь - причастность некоторых Алькордовских аристократов к Тьме. Но его я уже просто так разыгрывать не стану. Только в обмен на помощь храмовников Лите. Что им, трудно, что ли? Как-никак серьёзная организация, для которой вырвать девчонку из лап, пусть даже и лурда, должно быть раз плюнуть.
   В мозгу вдруг ярко представилось, что Литу сейчас пытают. Тут же снова накатил стыд за то, что не пытался пробиться вчера к лестнице, а решил обойти дом снаружи. Вчера это казалось единственно правильным решением, а сегодня, в спокойной обстановке почему-то представлялось, как проявление трусости.
   Но я же не струсил. Я же помню свои вчерашние чувства. Все. Ненависть, злоба, ещё раз ненависть, обречённость... да, даже обречённость, но не страх. Ни разу.
   Я поднялся и уселся на краешке кровати, вцепившись руками в волосы. Потом провёл по ним. Надо же, отросли уже, даже уши закрывают. Хотя, чего странного? Если бриться я ещё брился маленьким ножичком, то про волосы как-то совсем позабыл за те дни, что находился в бегах. Зеркал тут почти нету, не только о причёске забудешь, а и вообще как выглядишь. Что и произошло, если честно сказать. И дело даже не в том, что забыл, а в том, что как-то перестал думать об этом.
   Чревл, не время сейчас о подобной ерунде.
   А с чего ты взял, что её пытают? - спросил сам у себя, надеясь опровергнуть эту мысль, но ответ пришёл сразу. Если сосуд они так и не нашли, то будут пытать. Да и по поводу меня пытать могут - кто такой, откуда, что рассказывал.
   От последней мысли едва не взвыл. Да и взвыл бы, если бы дверь в мою маленькую келью снова не открылась.
   - Да что тут, проходной двор, что ли? - сгоряча, и боясь, что кто-то увидит мои терзания, прокричал я и повернул голову. У двери стоял Кардито, держа в руках поднос с глубокой тарелкой и горкой хлебных кусков. Лицо его выражало предельное недоумение.
   - Извини, - выдохнул я и неопределённо махнул рукой. - Хотел на ноги встать, да не вышло. Вот и злюсь.
   - Так рано ещё, - резко успокоившись, проговорил лекарь. - Да и не ел же ничего со вчерашнего. Вот кстати я лузянки с мясом принёс.
   - Лузянки? - глухо переспросил я, вспомнив, как вкусно готовила эту кашу Лита.
  
   Глава третья
  
   От сытного то ли обеда, то ли ужина, а возможно и завтрака - непреодолимо потянуло в сон. Едва я вернулся от столика к лежаку, как тут же упал на него и прикрыл веки. Сон окутал в одну секунду, а разбудил громогласный звон колокола.
   Вздрогнув и открыв глаза, я прислушался. Бом, бом-бом, бом, бом-бом! Судя по ритму - сзывали к заутрене.
   Как ни странно, но находясь на хоть каком-то расстоянии от храмов и прочих религиозных построек, я на все эти звоны не реагировал. Сказывалась привычка, приобретённая за два года рабства. У Вирона имелась небольшая рубленная из стволов сейконы часовенка, где раз в десятицу он молился сам, а в остальные дни туда по утрам и вечерам ходили набожные рабы. За минут двадцать до побудки старый предлег часовни начинал выбивать в небольшой колокол характерный ритм, призывая всех яро верующих на утреннюю молитву. В первые дни это жестоко, почти разрывающе действовало на нервы. Я просыпался, стискивал зубы и тупо пялился в предрассветные сумерки, рассуждая о своей проклятой судьбе. Но примерно через месяц как отрезало. Просто в одно утро полностью перестал замечать чревлов звон, мешавший доспать самые сладкие предрассветные минуты.
   Но вот теперь звон снова разбудил меня, видимо, оттого, что его источник находился практически под ухом. Перевернувшись на другой бок, я измученно скривился. Бом, бом-бом! С гулким разливом прямо внутри головы. Чревл!
   Ну, хотя бы один плюс есть, - попробовал я пошутить. - Теперь точно определился, что вчера всё-таки ужинал. Не мог же сон забрать меня в свои объятья больше чем на стандартные восемь часов.
   Правда, веселее не стало.
   Поднявшись, я осторожно потянулся и принялся искать глазами сапоги. Не обнаружил. Медленно наклонился и заглянул под лежак. Слава Номану, они были там. Этот простой факт, в отличие от неудачной шутки, настроения прибавил. И дело совсем не в пяти золотых, а в том, что сапоги эти оказались действительно неплохи, и пожав немного в первые два дня, они словно подстроились под мои ноги. Учитывая грядущие переходы - это было важно.
   Обувшись, я поднялся. Боли в ноге не чувствовалось. Мысленно поблагодарив лекаря, подошёл к двери своей кельи, и помедлив несколько секунд, нерешительно толкнул дверь. К моему удивлению она оказалась незапертой. Что ж, это уже неплохо. По крайней мере, я здесь не в роли заключённого.
   За дверью оказался длинный, и благодаря большим окнам-аркам через каждые шагов десять, хорошо освещённый коридор, который изгибался словно плечи лука. Я бросил взгляд в одно из окошек. Выходило оно во внутренний двор храма. После его беглого осмотра, развернулся и с интересом окинул взглядом саму дверь. Ни замка, ни навеса. Повертелся, рыская глазами вокруг. В колонне напротив двери имелось небольшое круглое углубление. Понятно, всё-таки если нужно, могут и подпереть дверцу с внешней стороны.
   Снова ударили в колокол. Я выбрал одно из возможных направлений и бодро зашагал вперёд. Судя по архитектурному плану здания, выгнутого дугой от двора, и по тому, что моя келья находилась почти посредине этой дуги, входы-выходы должны были иметься с обеих сторон. Предположение оказалось верным.
   Через сотню шагов я спустился по белым ступенькам и первым делом полюбовался самим Храмом. Вчера, а точнее, уже позавчера, было как-то не до этого.
   Здание состояло из двух ротонд, соединённых широким перешейком. Дальняя ротонда увенчана куполом с крестом, ближняя просто куполом. Окинув взором пустой скучный двор, я направился к Храму. Подошёл к небольшой двери, которая была открыта настежь, глянул в проём. Внутри шла пышная неторопливая служба. Поднявшись по ступенькам, я замер под дверной притолокой. Облокотился о косяк, разглядывая происходящее. Зрелище, конечно, то ещё, но когда больше смотреть нечего, то даже захватывает.
   В длинном центральном нефе, ведущем от главного входа со двора к алтарю, толпилось множество людей. Чуть поменьше в двух крайних нефах, отделённых от основного белыми с позолотой колоннами. У каждого прихожанина на ладони маленький светящийся шарик. Магический, разумеется. В часовенке Вирона было так же, старый предлег раздавал такие шарики всем присутствующим на службе. Здесь они были вместо свечей.
   Я бросил взгляд на алтарь. В задней его части возвышалась огромная статуя из дерева. В три человеческих роста, седовласый мудрый старец, Великий Номан.
   Постояв минут пять, я развернулся и вышел. Монотонное чтение и пение с хоров вперемежку с затхлым воздухом рождали внутри какое-то безысходное уныние.
   Глубоко вздохнув, я поискал глазами на что можно присесть, и у небольшой одноэтажной постройки в самой глубине двора увидел две простенькие деревянные лавочки. Поплёлся к ним, разглядывая то здание, из которого вышел. Отсюда большое количество равномерно расположенных дверей, через каждые два метра, объясняло его предназначение. Скорее всего, за ними такие же как моя комнатки-кельи. Кто там обитает в другое время, гадать не берусь, но уверен, что сейчас они служат временным жилищем для таких же будущих воинов Номана, как и я.
   Устроившись на одной из лавок, я стал дожидаться окончания службы. Поговорить с Артуно нужно как можно скорее, а то и оглянуться не успеешь, как Алькорд останется за спиной, а Лита в лапах этой твари городского лурда.
   - Решил свежим воздухом подышать? - раздался слева знакомый голос.
   - Доброе утро, Кардито, - сдержанно протянул я и медленно повернул голову. - Да вот что-то надоело в четырёх стенах лежать, решил выйти, прогуляться. Храмом полюбовался. Красивый у вас храм.
   Я кивком указал на сизого цвета купол, над которым возвышался симметричный посеребрённый крест.
   - Его светлейшество приказал присматривать за тобой, - лекарь достал платочек, протёр себе местечко и грузно уселся. - Ты ведь ещё не совсем оправился, слабый, поди. Вдруг сознание потеряешь, - он, развернув платочек и сложив его по-другому, вытер вспотевший лоб. - А мне тебя заново лечи, силу магическую трать.
   Ну-ну. Я мысленно усмехнулся. Именно поэтому тебе и было приказано следить за мной, как же.
   - А долго эта заутреня длиться будет? - поинтересовался я.
   - Это не заутреня, а особая служба с причастием, - слегка обиженно отреагировал лекарь. - Многие хотят именно от Артуно Верлонского причаститься. Вот и набилось народу в храм так, что не шевельнуться, не продохнуть. Артуно же завтра уезжает отсюда.
   - Куда уезжает? - моё лицо вытянулось.
   - Как куда? - не меньше моего удивился лекарь. - С вами же в Шан-Эрмиорд.
   Вот так новость. Я присвистнул, и лекарь тут же упрекнул меня.
   - Не свисти в доме Номана.
   - А как же Лита? - выдохнул я, в общем-то, ни к кому не обращаясь.
   - Какая Лита? - Кардито слегка подался вперёд. - Пассия твоя?
   - Сестра, - буркнул я в ответ. - Так когда закончиться эта ваша особая служба?
   - Часа через два.
   Я поднял голову и посмотрел в небо. Прищурился. В Ольджурии стояло нечто навроде нашего бабьего лета. Летающие редкие паутинки, голубое небо, яркое светило, но листья, тем не менее, с каждым днём становились желтее, а приближение холодов чувствовалось всем нутром.
   - Это долго, - устало выдохнул я. - А мне что-то плоховато стало, не дождусь. Пойду лучше полежу.
   Я медленно поднялся и лекарь тут же подскочил с лавочки.
   - Позволю себе проводить, - как-то чересчур заботливо проговорил он, пытаясь взять меня под руку, но я легонько отстранил его.
   - Ничего. Я сам, - мои губы расплылись в извиняющейся улыбке. - Вы и так много делаете для меня.
   Перейдя дворик по тому же пути, но теперь довольно неплохо играя с трудом перебирающего ногами пациента больницы, я добрался до своей кельи. Прикрыл дверь и минут пять напряжённо прислушивался. Никто за мной не следовал. И это хорошо.
   Помогая себе зубами, я разобрался с бинтом. Потом, усевшись на лежаке в позу лотоса, восстановил магическую силу. Пусть меча нет, но если повезёт, то успею раздобыть его или боевой нож, до того, как узел будет пуст. Чревлов Артуно! И ведь главное, обещал позаботиться о Лите. Лжец! Точнее, он лишь обещал подумать, но и это ложь, как ни крути. Как же он собирается об этом думать, если завтра свалит из Алькорда вместе с нами?..
   Скрутили меня, когда я уже взобрался на крышу того самого одноэтажного здания в конце дворика, возле которого стояли лавочки, и собирался с неё сигать через забор. Аккуратно, даже нежно, но всё же скрутили.
   Оплели простенькими "путами" первого круга, заскочили на крышу вслед за мной и бережно спустили вниз. Два здоровых бугая с красными крестами на рукавах длинных белых рубах. Похоже воины-храмовники.
   Отбиваться, выкручиваться, да и попросту пороть горячку я не стал. Двое храмовников - это серьёзно. Возможно даже серьёзней тех девяти ублюдков, что преследовали меня позавчера вечером.
   Странно, но повели меня не в келью, а в то самое здание с крыши которого сняли. Внутри оно напоминало школьный спортзал - деревянный скрипучий пол и длинные лавочки у стен. Не хватало только баскетбольных колец, натянутой поперёк зала сетки и "козла" в углу. Правда, пол тоже был не совсем таким. Во-первых, он не был раскрашен в несколько цветов, а во-вторых - покрывал лишь половину зала. Остальной половине в качестве пола досталась обычная ольджурская земля.
   Мне указали на лавку справа. Пока я шёл до неё и потом усаживался, мой молчаливый конвой расположился по бокам двери, и с достойной уважения выправкой, застыл двумя статуями.
   Следующие полчаса я тупо оглядывал зал, размышляя о своей дальнейшей судьбе. Понятное дело, что по окончании служения сюда придёт Артуно. Вот только зачем? Если бы всё было нормально, то меня отвели бы обратно в келью, да и всего делов.
   Я принялся дотошно исследовать стены на предмет пятен крови. В зоне видимости не было, а там, где кончался пол и начиналась земля... там рассмотреть в деталях не получалось. Но больших вроде нет, что уже неплохо.
   Артуно пришёл не один. С ним был полноватый мужчина лет пятидесяти с заметным вторым подбородком и маленькими цепкими глазами. Он был в таком же точно одеянии, как и викариус.
   - Зачем убежать хотел? - едва подойдя ко мне, спросил Артуно, и я ухмыльнулся.
   - Думаю, вы и сами должны знать.
   - Я хотел бы услышать это от тебя.
   - Я вам ничего про сестру не говорил? Ах, я, наверное, забыл сказать. Про сестру. Лита её зовут. Да, видимо и правда - забыл.
   - Перестань паясничать, - с лица Артуно слетел налёт прохлады и озлобления. - Хорошо. Кардито сообщил мне о вашем разговоре. Это, - он указал на пришедшего вместе с ним, - новый викариус Алькорда - Стадир Лиордский. Он займётся после моего отъезда всеми здешними делами. Про твою сестру я ему сказал. Этого тебе достаточно?
   - Нет, - мотнул я головой. - Пусть поклянётся Великим Номаном, что выручит мою сестру и пристроит её...
   Полноватый мужчина на пару секунд обомлел, потом его лицо полыхнуло гневом, и он перебил меня высоким визгливым голосом.
   - Да как этот сопляк смеет дерзить мне?! И это при том, что на нём "метка" Тьмы! Чревл его раздери! Я бы на твоём месте Артуно давно применил пытки и выведал у этого мерзавца всю подноготную.
   Артуно тут же положил руку на плечо своему "коллеге".
   - Успокойся, Стадир. Этот сопляк открыл нам место расположения портала Тьмы, так что думаю, он не соврал мне.
   - Что не соврал? - не понял "коллега".
   - То, что ничего не знал о "метке".
   Я искоса поглядел на чёртова Стадира. Да уж, хорошо, что не он был позавчера вечером. Такой бы и вмешиваться не стал. Так, на всякий случай. Вдруг я вхожу в список тех, кого он считает мерзавцами. Вот так спасёшь кого, а он мерзавец прямо-таки из этого списочка. Непорядок.
   Я усмехнулся, и Стадир окатил меня злобным взглядом.
   - В любом случае, Артуно, я бы не стал снимать её сейчас, - торопливо заговорил он, заглядывая в лицо нынешнему викариусу. - Слишком уж подозрительная личность этот мерзавец. Может, оставишь эту затею и передашь его орджунам с "меткой"?
   - Нет, - Артуно коротко мотнул головой. - Снимем сейчас. У меня у самого есть подозрения, поэтому я и не хочу, чтобы посредством него, - он кивнул в мою сторону, что меня задело. Не очень приятно, когда о тебе говорят, как о какой-то вещи. Да и напомнил мне весь этот тон моего бывшего хозя... Тьфу! Чёртова Вирона, - Тьма имела возможность получать сведения. Иди в центр той площадки.
   Последние две фразы Артуно произнёс, глядя на меня и указывая на непокрытую деревянным полом часть зала. Я медленно поднялся.
   - Ты уверен? - снова высказал сомнения будущий викариус. - С каждым разом Тьма идёт на всё новые ухищрения. Не ровен час и адгрон в процессе ритуала появится.
   - Адгрон тварь свободолюбивая, - Артуно хмыкнул. - Даже демонам приходится убивать его, чтобы получить кровь для порталов.
   - Я знаю это, - недовольно скривившись, проговорил Стадир. - Но, мало ли...
   - Всё будет хорошо.
   Артуно снова указал рукой на ту сторону зала.
   - Надеюсь, мне не придётся просить храмовников отвести тебя?
   Да ну что вы, что вы - я сам. Тем более, мне, что есть "метка", что её нету, как-то всё равно. Сделав лицо непроницаемым, я пересёк половину зала и ступил на землю. Бросил взгляд под ноги. Земля, как земля, значит, и глемы, как глемы будут.
   Дойдя до середины площадки, обернулся.
   - Может мне лучше лечь? Вы же усыплять будете?
   - Усыплять? - спросил Артуно и у обоих викариусов губы расплылись в удивлённых улыбках. Я в ответ только хмыкнул и уселся в позу лотоса. Ладно, я клоуном не нанимался, помолчу пока.
   Артуно кивнул и поднял руки. Его лицо, как и лицо коллеги стало сосредоточенным, улыбок словно и не бывало. Стадир не шелохнулся, а лишь слегка отвёл левую руку в сторону, словно ганфайтер, готовый выхватить револьвер из кобуры. У рук Артуно образовалась яркая оранжево-красная дуга.
   - Эй, не так же, - глупо проговорил я, вспомнив, как совершал данный ритуал с Руной. Хотя, если то была не Руна...
   Дуга вдруг резко, с треском распрямилась, потом обвисла, став похожей на плеть, и эта плеть рванула ко мне. От её прикосновения к едва зажившему плечу всё тело пробило током. Из моего горла вырвался крик, лицо перекривилось, но Артуно не обратил на это ни малейшего внимания. Я же, несмотря на адскую боль, краем глаза уловил отскочивший в сторону красный сгусток. Ну, хоть здесь, всё так же, как было с Маришей...
   И вдруг из моего плеча вверх рванул сгусток чёрного цвета, с таким звуком, словно кто-то долбанул из РПГ. Шум и треск эхом раскатились по пустому залу и вернулись прохладными волнами, отскочив от стен. Резко запахло озоном и ещё чем-то противным.
   - Тавманта! - заорал Стадир и нервно вскинул руку, плетя какое-то заклинание.
   Я мигом задрал голову. Над потолком зала висело огромное чёрное облако, которое стремительно трансформировалось в крылатое существо. Тело, как у птицы, крылья размахом метра в два, куриные лапки, прижатые к гузку, а голова женская. Не такая, как у людей, конечно, а похожая на голову мумии. Почти, как у аземов, что выскочили из портала на поляне. Только волосы длинные. Чёрные и редкие, висящие растрёпанной паклей.
   Тварь оскалилась, показав острые, похожие на толстые иглы зубы, яростно заверещала, и сложив крылья, бросилась на Артуно. Лицо Стадира побелело от ужаса, он засуетился, но его заклинание всё ещё не было готово.
   Лёгкий поворот левой кисти, ладонь смотрит прямо на тварь, удар.
   Ослепляющий оранжевый луч воткнулся в пикирующую мерзость, когда та была уже в полуметре от викариуса. "Луч" откинул её, она перекувырнулась пару раз в воздухе и шмякнулась на пол. Тут же подскочила, взмахнула крыльями. Но воины-храмовники, что привели меня сюда, уже вступили в дело. Точно такие же "лучи", как мой, только более яркие, ударили в тварь и, огласив помещение истошным писком, та забилась в конвульсиях. Последним в неё воткнулся "луч" Стадира. Тварь дёрнулась, прекратила трепыхаться, замерла.
   А Артуно тем временем разбивал в пух и прах появляющихся из земли глемов. Одного, второго... На появившуюся тварь он даже не отвлёкся.
   Я бросил взгляд вправо, и вывернув ладонь, рубанул одного из глемов, ещё не полностью сформировавшегося, "срезнем" первого круга. Диск разрезал земляной столб, из которого едва начали вырастать руки, пополам. Из среза появились четыре красных щупальца, потянулись змеями вниз. Но Артуно принялся хлестать по ним своей магической плетью.
   А я на всякий случай отскочил в сторону, перевалившись через земляной холмик, образовавшийся после разрушения первого глема. Огляделся спешно. Словно цунами откуда-то издалека накатила крупная дрожь. И непонятно даже, то ли она только что появилась, то ли просто не замечал её в горячке.
   Но, судя по всему, бояться было уже нечего. Самое плохое осталось позади. Раз уж Артуно "отцепил" плеть от моего плеча, то ничего больше выскочить из "метки" не должно. Я поднялся на ноги, глядя, как викариус Алькорда добивает последнего недоделавшегося из земли чудовища. Ничего интересного, видали мы такое не раз.
   Поэтому взгляд, словно железо к магниту, притянуло к убитой твари.
   Возле неё уже суетились мои бывшие конвоиры. Один из них, тот что был постарше, лет сорока на вид, выхватил из ножен меч и занёс над головой твари, прицеливаясь к шее. Но в последний момент передумал бить, видимо сообразив, что сделай он это и на деревянном полу останется пятно крови и огромная зазубрина. Впрочем, и без этого лапы твари медленно вытянулись, дрогнули пару раз и замерли навсегда.
   - Что-то не пошло. Давно не использовал магию, - залепетал Стадир, когда Артуно закончил с глемами. - И неожиданно как-то. А ведь я предупреждал...
   - Ладно, - перебил викариус, и разрушив плеть, развернулся. - Одна тавманта - это не страшно. Хм, а ты умеешь удивлять, - добавил он, и я понял, что Артуно обратился ко мне. - Значит, знаешь магию Света?
   - Только пару заклинаний первого круга, - проговорил я.
   Артуно ничего не ответив, двинулся к дохлой твари. Подойдя, пнул её в голову и после этого склонился над тушкой.
   - Гвидо, - заговорил он, чеканя слова, - Притащи тряпок, и побольше. Нужно замотать эту богомерзость, вывезти в лес и закопать. И голову там не забудь отрубить. Так ты говоришь - Стадир должен поклясться Номаном, что выручит твою сестрёнку?
   Артуно повернул голову и посмотрел на меня. Пока он отдавал приказ одному из воинов, я успел подойти и теперь не без мистического ужаса взирал на дохлое порождение Тьмы.
   - Да, - выдохнул я слегка отстранённо, продолжая пялиться на почти человеческое лицо твари. Если судить по мифологии нашего мира, лежащая на полу тушка больше всего напоминала гарпию.
   - Стадир, поклянись, - слишком обыденно для подобной фразы попросил викариус.
   - Клянусь Номаном, - глухо бросил Стадир.
   - Что выручу Литу, - буркнул я, и он недовольно добавил.
   - Что выручу Литу.
   Артуно выпрямился, проводил взглядом отправившегося выполнять приказ Гвидо, и повернувшись ко мне, вдруг дружески хлопнул по здоровому плечу. Его губы тронула лёгкая улыбка.
   - А ты молодец, не растерялся. Ну что же, все дела сделаны, можно идти обедать.
   Он кивнул в сторону выхода из зала и уже занёс ногу, чтобы переступить через дохлую тавманту, но я остановил его, легонько тронув за локоть.
   - Да, - обернулся он, ставя занесённую ногу на пол.
   - Я хотел поменять эти сведения на клятву, но раз клятва была принесена и так, то мне нет смысла что-то скрывать. Думаю, это в интересах и храмовников, и Повелителя.
   - Повелителя, - хмыкнув повторил Стадир. - Этот сопляк не знает границ.
   - Этот сопляк спас мне жизнь, - холодно проговорил Артуно. - Давай, выкладывай, что там у тебя.
   - Дело касается лурда Алькорда и некоторых местных аристократов.
   - А что с ними не так? - снова влез в разговор будущий викариус.
  
   Глава четвёртая
  
   Ольджурия, Южный Доргон
  
   Натянув поводья, всадник остановил лога и спешился. Взял своего боевого четвероного товарища под уздцы, повёл, обходя три телеги, груженые зерном.
   - Куда прё... - бородатый простолюдин, сидевший на одной из них, запнулся, вовремя сообразив, что с подобным громилой лучше не связываться. Тем более что на поясе у того висели ножны, и судя по выражению лица их владельца, он мог запросто пустить в дело лежащий в них клинок.
   - Какая пошлина? - спросил громила у одного из стражей, подойдя к шлагбауму, перекрывавшему дорогу.
   - Два кирама с носа и кирам с животины, - устало ответил страж и зевнул.
   - Хм, - громила выудил из кармана три серебряных монеты и протянул таможеннику.
   - Стинар, подними, - лишённым интонации голосом проговорил страж, подставляя ладонь под серебряный дождик из трёх монеток.
   Громила дождался, когда этот самый Стинар отвяжет верёвку, и едва шлагбаум взмыл вверх, шагнул на землю южного Доргона. Улыбнулся чему-то своему, и через шагов пять ловко запрыгнул на лога. Тронул стременами поджарые бока. Животина тут же припустила короткой рысью.
   Надо было по старой дороге ехать, - подумал всадник, пожалев об отданных кирамах. - Впрочем, Номан с ними. На старой дороге и поесть нормально негде.
   - А мы же любим с тобой вкусно поесть, да Лонганг? - спросил всадник у того, кто его вёз, и чуть наклонившись, потрепал лога за ушком. Лог довольно фыркнул и тряхнул головой. А Линк'Ург бросил взгляд вперёд. И была на его лице лёгкая растерянность, или скорее неуверенность.
   После неудачного случая с беглым, когда его какая-то полоумная бабка едва не отправила на тот свет, он решил бросить осточревлевшую работу охотника за рабами. Благодаря ей сильно не разбогатеешь, хотя, дело было не в этом. Просто в его голове вдруг всё перевернулось в тот день.
   Прибывшие на место происшествия стражники отвели его в управу, где целых три часа допрашивали с пристрастием. На эти их пристрастия Линку было наплевать, он и не такое в своей жизни перетерпел, но вот несколько ударов в правый бок вернули тот странный и пугающий привкус во рту. И он слегка струсил.
   Неужели, он, воин до мозга костей, подохнет от какой-то хвори? Это же позор!
   Покинув Лиорд, Линк отправился в Сухину, дав приличный крюк, чтобы объехать владения Вир'Сторов. Встретить заказчика, когда заказ не выполнен - дело неприятное. Поэтому он решил, что лучше затратить лишние полдня на дорогу, чем случайно наткнуться на Вирона, и соответственно, на разговор с ним.
   К вечеру он был дома. Достал из-под старой кровати ещё более старый походный мешок и принялся укладывать в него свой непритязательный скарб. Трое подштанников, пара штанов и столько же дублет, всякую мелочь - ложку, нож для бритья, нитки, пара игл. Уложив всё это, он отодрал в углу комнаты доску и извлёк из подпола маленькую шкатулку, завёрнутую в грязную тряпку. Развернул, и отшвырнув тряпку прочь, неторопливо поднял крышечку. Губы недовольно поджались. Даже без счёта видно, что маловато. Но он всё же перевернул шкатулку, и высыпав монеты на пол, принялся пересчитывать. Шестнадцать золотых и сорок серебряных. Вздохнул нерадостно. Даже на средненький боевой нож не хватит.
   Вёл бы более скромную жизнь, а не хлестал хорское, да с нихтами баловался, и скопил бы кое-что, - выругал он сам себя.
   Ссыпав золотые монеты в мошну, а серебряные в карман дублеты, он поднялся и оглядел комнату. На секунду стало грустно. Привык к ней. Но остаться здесь - это значит, и в другом остаться на тех же позициях. Хотя, после того, как он не выполнил заказ, вряд ли, кто-то предложит ему работу. Впрочем, ловить рабов он всё равно уже не собирался, как и заниматься тем, что предложила чревлова бабулька. Тренировать детишек аристократов - нет уж, увольте.
   Выйдя из своего жилища твёрдым шагом, Линк перекинул мешок через седло, потом привязал с обеих сторон по холщовой сумке с тирсом, который так любил жевать Лонганг, и вспрыгнул на лога.
   И вот спустя нескольких дней пути он пересёк границу северного и южного Доргонов, по дороге всё же посетив Сарона, лекаря из Орхины. Здесь ему пришлось оставить десятицу золотых, зато, после пары заклинаний, он почувствовал себя заметно лучше.
   Обогнув по правому краю вереницу из пяти гружённых зерном повозок, Линк пришпорил Лонганга и тот перешёл на резвую рысь. Спешить Линк не спешил, но плестись, тоже не привык. Разве только поутру, после очередной бурно проведённой ночи. Но с этим было покончено.
   Когда светило коснулось горизонта, Линк остановил лога, спешился и повёл его в сторону небольшого леска в паре десятиц шагов от дороги. На полянке, скрытой узким рядком деревьев, он к удивлению увидел старика, разводящего костёр. Остановился на всякий случай. Одежда старика явно указывала на то, что он простолюдин, но намётанный глаз заметил рядом скатанный плащ белого цвета и ножны с мечом, лежащие накрест этой скатки.
   - Доброго вечера тебе, путник, - спокойно проговорил старик, отводя руку от кучки хвороста и не отрывая взгляда от маленького огонька.
   - И тебе доброго, отец, - Линк расстегнул подпруги и стащил седло. Лонганг тут же принялся радостно жевать пожухшую траву, выбирая стебельки позеленее, хотя, таких почти не оставалось. Бросив седло на землю, Линк направился к костру. - Не боись, я человек не злой. На вид может и такой, а внутри нет, - проговорил он, чтобы успокоить случайного напарника по ночлегу.
   - Да ты не предупрежай, - старик усмехнулся. - Мне что злой, что не злой всё одно. Чего мне теперь бояться? Я своё уже давно отбоялся. А ежли злой окажется, смело в бой ринусь, да накажу.
   Линк хмыкнул и плюхнулся на задницу недалеко от костра, протянул к огоньку руки.
   - Уверенный ты в себе, отец. Разве не приходилось натыкаться на того, кто сильнее тебя?
   - Приходилось, - старик хохотнул. - Да дело ж не в силе вовсе, а в опыте. Опытный и сильного побьёт. А ты куда путь держишь? Уж не в Шан-Эрмиорд ли?
   - Туда-туда, - кивнул Линк, глядя, как старик подтягивает к себе походный рюкзачок. - А сам, отец?
   - И я туда же, - старик улыбнулся. - Как и ты, видимо, решил вот. В этом разе Вздох обещает быть серьёзным. Много крови прольётся. Вот и не усиделось мне в доме, дай думаю, пойду, кости разомну.
   - Ну, так это дело опасное, отец. В Зыби чаще не успеваешь кости размять, как их уже тебе переломали, - Линк коротко рассмеялся. - Так что сидел бы ты дома, батя. Нечего тебе туда на старости лет соваться, - он поглядел на краюху хлеба, которую старик достал из рюкзачка. Рот наполнился жгучей слюной. Последние деньги он потратил день назад, а у нерадивых грабителей, встреченных сегодня утром ничего кроме боевого ножа с ножнами, одного на троих, не оказалось. Поэтому желудок смело командовал глазами, приказывая тем не сводить себя с доставаемой из рюкзачка снеди. Половинка сырной головки, маленький мех с... Нет, если там хорское, он и не притронется. Пообещал себе.
   - А с чего ты взял, отец, что Вздох в этот раз сильнее будет? - спросил он, уже мысленно пережёвывая и хлеб, и сыр.
   - Так о том люди говорят. Виары-то вон как поналетели с Кроми. Сто лет не было и на тебе. Видать чувствуют, - старик переломил хлеб и протянул Линку. Тот жадно взял и тут же надкусил.
   - Погодь ты, - обветренное лицо старика гуще покрылась сетками морщин. Он улыбнулся. - Сейчас сыра отломлю.
   - Ну, так что виары, - проговорил с набитым ртом Линк и взял протянутый кусок сыра. - Раньше они тут и жили. Мне так дед рассказывал. Это потом уже переселились.
   - Не-ет, - старик, продолжая улыбаться, повертел головой. - Виар существо мудрое, он знает. И раз из Кроми эти животинки сорвались, то значит, чувствуют худое. Велика будет сила Тьмы на сей раз.
   - Она каждый раз немаленькая, - всё же не согласился Линк, и откусив приличный кусок сыра, на некоторое время потерял способность говорить.
   - И то верно, но в этот раз всё ж громаднее что-то движется. Я вон сорок два года назад в Зыбь ходил, так почитай силы той и не было. Наши военачальники говорили, что Тьма слаба. Мы её армию в двух сражениях разбили, потеряв едва треть своих. Потом две десятицы по Зыби шастали, пока половина наших от хворей не померли. Чего искали? Непонятно. И замки даже не осаждали, - старик пожал плечами. - Но Повелитель не обманул, по три сотни золотом заплатил каждому. Вот с того я себе и дом срубил ладный, и земельки у нашего брона выкупил малость.
   - То-то я гляжу плащ у тебя знакомый, - перебил Линк, проглотив. - Сейчас, отец, по пять сотен платят. Я в позапрошлом походе был, полтысячи золотом, как с куста. Новой чеканки. Так, а ты что ж, по магии не владеешь ни чем? - он кивнул на лежащее рядом со стариком огниво.
   - Чего нет, того нет - врать не стану. Бог дара не дал. Да и откуда ему быть? Мой дед сажал тирс, мой отец сажал тирс, я сажал...
   - Ох, - Линк подскочил на ноги, но даже при этом умудрился откусить от краюхи. - Спасибо, что напомнил, отец. Я ж своего боевого товарища покормить забыл.
   Он направился к Лонгангу, который мирно и задумчиво пасся в шагах пятнадцати от костра и в шаге от седла. Завидев направляющегося к нему хозяина, лог радостно запрял ушами, при этом, задрав верхнюю губу, отчего казалось, что он улыбается.
   - Сейчас, сейчас, - Линк похлопал его по шее, и присев, положил ополовиненную трапезу на седло. Взял одну из холщовых сумок и быстро развязал горловину. - Сейчас тирсу тебе дам, дружище, сейчас, - приговаривал он при этом ласково.
   - Так ты с ним в Зыбь ходил получается, раз говоришь, что товарищ боевой? - громко поинтересовался старик.
   - С ним, - кивнул Линк, расширяя горловину.
   - Выходит, старый он, - с лёгкой грустью добавил старик и задумчиво причмокнул губами.
   - Не старей тебя, отец, - отшутился Линк и высыпал всё, что оставалось в сумке прямо перед мордой лога. - Давай, ешь, дружище. Никакой ты не старый, мы ещё с тобой повоюем.
   Лонганг, словно поняв сказанное, кивнул пару раз и потянулся мордой к кучке зерна.
   Скормив логу всё, что было в сумке, Линк взял кусочки хлеба и сыра и вернулся к костру. Оставлять тирс смысла не было. Завтра к обеду, самое позднее к ужину, он будет в Шан-Эрмиорде, где его и Лонганга поставят на довольствие. Хотя, в этом Линк сомневался. Всё-таки он разжалованный риттер, чудом избежавший казни за содеянное.
   - Отец, а ты не знаешь, - осторожно начал разговор бывший охотник, продолжая по очереди откусывать то от хлеба, то от сыра, - Если вот, допустим, был человек риттером, не истинным, а по милости, а потом его разжаловали, но оставили в живых...
   - Были такие случаи, - перебил старик, и Линк осёкся. - Не бойся. Военачальники понимают, что Вздох будет жарким. Так что примут.
   - Спасибо, отец, успокоил, - слегка ошеломлённо выдохнул Линк. - А как ты догадался, что я о себе?
   - Ну, так у меня сыновья вот так же - а скажи, батя, вот если скажем мой знакомый один девку обрюхатил... А я тут же лозину и ну его хлестать. Ты что ж это нихтов сын, говорю ему, в свои семнадцать девок-то брюхатишь... Так что меня не проведёшь.
   Старик рассмеялся и Линк загоготал вместе с ним. Даже Лонганг заржал, почувствовав, что его хозяину весело.
   - Так... так, значит, вон у тебя... тебя сыны какие шустрые, - сквозь смех выдавил из себя Линк.
   - Все в батю, - сухо ответил старик, и они вдвоём рассмеялись с пущей силой.
  
   Глава пятая
  
   После того, что я сообщил, Артуно отправил в Лутиорд - резиденцию Повелителя, гонца. Написал письмо, закрыл его печатью храмов Семи Дорог и отослал неприметного на вид паренька в путь. Затем пришёл ко мне в келью.
   - У меня с собой было немного денег, - осторожно начал я, когда викариус уселся на стул.
   - Да, восемь золотых. Они будут возвращены тебе завтра утром. Как и меч. По поводу девушки, - Артуно многозначительно улыбнулся. - Вскоре сюда прибудет отряд орджунов, которые разберутся с местными предателями. А девушку я отправлю в специальный Храмовый Корпус для служительниц Номану. Это тебя устраивает?
   - Да, - я кивнул. - Только не нужно делать её служительницей.
   - Насильно никто не заставляет выбирать путь служения. Так что не переживай. Завтра до рассвета мы отправимся в Шан-Эрмиорд. Извини, но на всякий случай я прикажу тебя запереть.
   - Мне уже незачем бежать.
   - Верю. Но всё-таки...
   Викариус поднялся и направился к двери.
   - Да, - остановился на полпути. - Спасибо, что спас меня.
   Через секунду он уже вышел. Хлопнула дверь, потом послышался недвусмысленный звук - дверь подпирали. Ну и чревл с ними. Бежать я уже действительно не собирался. Если всякими там Сат'Чирами займутся орджуны, то надежда на то, что Литу спасут, довольно велика. Из коротких рассказов Альтора об этих воинах-риттерах, я понял одно - ребята они серьёзные. Личная гвардия Повелителя. Большей частью состоит из младших сыновей аристократов, тех, которые вряд ли когда унаследуют хоть что-то по законам Ольджурии, по которым всё имущество отца переходит старшему сыну. И если ты хотя бы третий сын, то дождаться смерти двух своих старших братьев и стать полноправным владельцем семейного добра - практически нереально. Хотя, бывают случаи, когда и старшие по своей воле идут в гвардию.
   Впрочем - это только костяк орджунов. Помимо отпрысков аристократов в неё входят и те, которых в нашем мире когда-то именовали бастардами, а также так называемые риттеры из милости. Последним правда нужно проходить в этом звании не меньше десяти лет, после которых они могут быть зачислены в ряды лучших из лучших. А именно такими и являются гвардейцы Повелителя. Особенно те, что составляют костяк, или старшие сотни. Они уже с семи лет становятся пэйжами.
   Успокоенный этой новостью, всю ночь я провёл в безмятежном сне. Разбудили меня несколько лёгких ударов в малый колокол. Не дожидаясь, когда отопрут келью, я оделся, натянул сапоги и уселся на краю лежака. Бросил взгляд на божка Номана и на всякий случай девять раз перекрестил лицо. Впереди у меня не самые безопасные времена, авось и пригодится.
   Через пару минут в моей келье появился сам викариус. Одет он был в форму воина-храмовника, только вот плащ теперь у него был серого цвета.
   - Я аржант, - объяснил он, заметив мой заинтересованный взгляд. - Ты готов?
   Молча кивнув, я поднялся.
   - Мне вот что подумалось, - торопливо заговорил Артуно. - Всё-таки существует опасность, что лурд или Сат'Чиры наняли по твою душу убийцу, поэтому ты поедешь со мной в карете. Со всеми, на телегах, тебе ехать опасно.
   Мы вышли из кельи, и я первым делом взглянул в окно. В глаза сразу бросилась суета во дворе Храма. В центре его стояли в ряд три телеги, запряжённые парами логов, чуть в стороне не особенно шикарная карета с красным крестом на дверце, возле неё шестеро воинов-храмовников. Двое из них были уже на логах, остальные же продолжали приторачивать к сёдлам походное снаряжение. Возле телег стояла шеренга разношёрстных людей, как по возрасту, так и по одеянию. Один из храмовников шагом подвёл лога к ним ближе, и отсчитав рукой шестерых, указал на первую телегу.
   - Вы туда, - коротко бросил он при этом и принялся дальше тыкать пальцем в сторону новобранцев. Пока мы спускались во двор, все уже разместились на телегах.
   Некоторые из новобранцев с интересом, а кто-то и с недовольством, посматривали на меня. Зная, как подобная "избранность" может сказаться на дальнейшем отношении коллектива, я на несколько секунд задумался, но вскоре отбросил ненужные мысли. С этим разберёмся потом.
   - А как же меч? - спросил я у викариуса, когда мы оба уселись в карету.
   - Слева от тебя, - Артуно полез в карман и извлёк из него мою мошну.
   - Спасибо, - глупо ляпнул я, принимая обратно своё золотишко. Потом повернул голову. Действительно, ножны с мечом были заткнуты за две железные пластины, прикреплённые к стенке кареты.
   - Трогай! - раздался снаружи громкий окрик, и тут же послышался лёгкий удар хлыста, потом ещё несколько. Карета дёрнулась и медленно покатила по накатанной земле дворика. Я уставился в правое окошко, заслонка на котором была не задвинута. Мимо проплыла часть стены Храма, потом на пару секунд показалась распахнутая створка ворот и стоящий во фрунт воин-храмовник. Его лицо было серьёзным, а кулак правой руки касался левого плеча, там, где на рубахе был вышит красный крест. На какое-то мгновение внутри меня что-то сжалось. Я тяжело сглотнул и прикусил губу.
   - Ничего, так бывает, - мягко проговорил викариус, видимо, заметив, как изменилось моё лицо. - Но излишне бояться не стоит.
   - Я не боюсь.
   Мой голос прозвучал тихо и сдавленно. Нет, страха во мне не было, разве что совсем немного, больше я переживал за Литку. Да и о карлике с великаном вдруг подумалось. Локс тот точно уже мёртв, а вот Вистус. Интересно, он смог выбраться?
   Карета повернула влево, кучер снова хлестнул логов, и скорость увеличилась. Но ненамного. Видимо, из-за телег нам придётся ехать медленно.
   Так и получилось. Мы тянулись примерно со скоростью десяти километров в час, может чуть больше, определить с точностью я не мог. В первый час пути мы разговаривали с Артуно, вернее, говорил он, а я слушал. Оказывается бывший викариус Алькорда шёл в Зыбь во второй раз, а в первый был там четырнадцать лет назад. И если бы не назначение на пост представителя Отцов он бы пошёл туда и в прошлый Вздох. Ничего особенного он, впрочем, не рассказывал. Говорил больше общими фразами, о том, что нужно научиться терпению, преодолению себя, и главное, усиленно впитывать воинскую науку.
   - Выживает тот, кто поступает правильно, - несколько раз резюмировал он по ходу своей речи.
   Через час он уснул, а я принялся пялиться в окошко. За ним плыли то пожелтевшие и засохшие луга, то стволы сейкон и прочих местных деревьев. Ближе к полудню нарисовалась широкая сероватая гладь озера, по которой гуляли небольшие, но грозные на вид волны. Озеро было довольно крупным, расположенная на том берегу деревенька едва просматривалась. В голову полезли мысли о Вальтии, потом они разом перескочили на ещё более щемящую тему. Земля, родной дом. Господи, родители уже смирились с тем, что я пропал? Или всё ещё продолжают искать?
   Колёса застучали по брёвнам, карету растрясло, и викариус проснулся. Посмотрел сонно на реку, которую мы пересекали по мосту, и снова прикрыл глаза. А я не отрываясь глядел на бегущую воду. Пейзаж нагонял неприятные мысли, но он же и отвлекал от них. Вон маленькая лодочка, а на ней двое мужчин тянут из воды сеть. Выпрямились, смотрят в нашу сторону. А вон три птицы, похожие на чаек.
   Когда местное солнце стало катиться к горизонту и как назло именно с правой стороны, я грубо закрыл заслонку и откинулся на спинку скамьи.
   - С другой стороны открой, - без эмоций и не открывая глаз, пробурчал викариус.
   Я улыбнулся и тут же передвинулся на другой край скамьи. Сидеть, тупо глядя на стенку кареты, я не мог, в голову тут же лезли все эти чревловы мысли. Но едва я отодвинул деревянную перегородку, как карета остановилась. Через пару секунд мимо окошка пронёсся храмовник на логе.
   - Эй, твою сурдетскую мать! - послышался его крик уже впереди кареты. - Чего развалился посреди дороги?
   - Да колесо вот, - прозвучал в ответ испуганный мужской голос.
   - Ну, так надевай!
   - Так как же ж я в одиночку-то? Я и приподнять не в силах. Тут подпорки нужны осо...
   - Я те дам щас подпорки! Эй, парни!
   Викариус открыл глаза и подался вперёд. Открыв дверцу, он выбрался наружу.
   - Ой, извините, - тут же залепетал наткнувшийся на него один из новобранцев.
   - Да ничего, - спокойно ответил Артуно и крикнул храмовнику. - Что там?!
   - Да колесо вот у обозника тут слетело с телеги.
   Я заинтересовано высунулся из кареты почти наполовину. Мимо пробегали наши новобранцы, спеша к преградившему путь гужевому транспорту. Повернув голову и вытянув шею, я увидел сильно накренившуюся телегу, гружённую мешками, которые были навалены большой горкой. Рядом с ней скукожившийся от испуга мужик лет пятидесяти. Но мой взгляд тут же оторвался от места происшествия и устремился вперёд, потому что там были вещи намного интереснее, начинавшиеся примерно в полуриге от нас. Одновременно с увиденным, ушей коснулся негромкий монотонный шум, но в нём чувствовалась мощь. Наверное, так же издалека слышится шум большого водопада.
   Сотни разного цвета палаток, от снежно-белых, до уныло серых, сотни повозок, сотни фигурок людей, занимающихся своими делами. Над некоторыми палатками развивались флаги, которые отсюда казались цветастыми носовыми платками. Я перевёл взгляд чуть влево и вдалеке, почти на грани видимости, увидел несколько тысяч человек, построенных в боевые шеренги. Похожи они были больше на оловянных солдатиков, как будто кто-то смешал несколько сотен наборов и расставил их на поле. Вдруг одна из шеренг, точнее, что-то напоминающее римскую когорту, быстро двинулась вперёд и через несколько секунд до меня донёсся приглушённый расстоянием рёв сотен мужских глоток. Но даже от него по спине побежали мурашки. Ну, здравствуй, Шан-Эрмиорд.
   Пока я разглядывал "солдатиков", парни успели дружно приподнять телегу и поставить колесо на место. Наш храмовник тут же заорал на бедного мужичка, заставляя того убрать телегу с дороги. Мужичок в ответ что-то лепетал, но его никто не слушал. Двое парней, видимо не понаслышке знавшие, как управляться с подобным транспортом, быстренько свели логов вправо, освобождая нам проход.
   - Всё! Гвидо, поехали! - крикнул Артуно, и легонько толкнув меня в плечо, протиснулся обратно в карету. - Мне ещё вас нужно успеть сдать, - пробормотал он недовольно. - Да и о тебе доложить. Стул правды тебе всё же придётся пройти, извини. Здесь не игрушки.
   Ну и зачем сейчас напоминать? Мне и так стало сильно не по себе от увиденного.
   Когда наши парни вернулись к телегам, карета двинулась дальше. Теперь уже с каждой секундой я слышал, как нарастает гул. Гул человеческих голосов, крики, рёв и прочие животные звуки. Через минут десять слева показались первые повозки. Они стояли прямо на лугу, сначала две-три, потом десять-двадцать, а потом вдруг я перестал даже понимать сколько их. Потому что их было море. Возле повозок крутились люди - мужчины, женщины, бегали дети. Артуно подался вперёд и выглянул в окно.
   - Обозники, - проговорил он и зевнул. - Ты в другое окно глянь, военный лагерь там.
   Но глянуть я не успел. Карета снова остановилась, сквозь гул я услышал крик того храмовника, что не стал рубить голову тавманте в зале.
   - Так, Ант, слушай, - громко проговорил Артуно. - На сегодня твой непосредственный командир - Гвидо. Держись своих новобранцев. Завтра вас распределят, а пока вы будете в "отстойнике". Вечером я найду тебя. И не делай глупостей. Иди.
   Он открыл правую дверцу, и я, поднявшись, занёс ногу для шага в новую жизнь, но викариус остановил меня, мягко ухватив за локоть.
   - Что? - обернувшись, спросил я удивлённо.
   - Меч возьми, - с улыбкой проговорил он и подмигнул. - Не боись, прорвёмся.
   Знакомое выражение, Земное. Удивляясь ему, я выбрался из кареты с прижатыми к груди ножнами.
   Наши новобранцы уже выстроились в шеренгу у края дороги, а рядом с ними стояли спешившийся Гвидо и ещё два незнакомых храмовника в синих плащах, наверное, местные. Они придирчиво оглядывали парней, иногда тыкали пальцем в сторону кого-нибудь и что-то спрашивали у Гвидо.
   Я подскочил к шеренге, пристроился с краю. Один из храмовников с толстой бульдожьей мордой посмотрел на меня недовольно, а я в ответ только сделал лицо ещё непроницаемей. Карета с викариусом и телеги двинулись дальше к самому городу, стены которого виднелись в риге отсюда. В окошке я увидел Артуно. Он высунул руку и показал мне здешний жест - всё нормально. Указательный и средний палец поднятые вверх. Я кивнул.
   - Двадцать два! - крикнул толстомордый своему напарнику, хотя тот и был от него всего в нескольких шагах, и что-то записал на куске пергамента. Потом указал на меня и обратился к Гвидо. - Это кто?
   - Обычный новобранец, просто у него дела с викариусом.
   - Понятно, - кивнул толстомордый и обвёл нас взглядом. - Так, воины. Сегодня вы можете отдыхать, а завтра готовьтесь к суровой, но необходимой муштре. Вам, как "последкам" придётся попотеть, - он криво улыбнулся, повернулся к Гвидо и протянул ему пергамент. - Всё, веди их в "отстойник".
   - Парни! - тут же прокричал наш временный командир. - Спина!
   Он запнулся.
   - В смысле, развернулись вокруг и за мной. Сегодня вам ещё разрешается ходить как стадо крог, - он коротко хохотнул и направился вглубь луга, усеянного серыми палатками, ведя за поводья своего поджарого скакуна. Двадцать два напряжённых, обеспокоенных и взволнованных рыла направились следом, беззастенчиво пялясь по сторонам.
   Но ничего сверхинтересного в пределах видимости не наблюдалось. Судя по всему, здесь везде был "отстойник". Несколько сотен таких же как мы разношёрстных парней, стоящих кучками у палаток, редкие крикливые аржанты, которые всё время кого-то пытались собрать и построить.
   Я плёлся чуть позади остальных. Моя поездка в карете уже проявляла себя не лучшим образом - никто особенно не спешил заводить со мной знакомства. Сами же парни между собой, судя по коротким фразам, которыми они время от времени перебрасывались - успели перезнакомиться в пути. По крайней мере, ехавшие на одной телеге - сто процентов.
   Через минуты две мы подошли к большой серой палатке и Гвидо, выстроив нас в шеренгу, куда-то исчез, слава Номану, не скомандовав что-то вроде - смирно. Потому что вернулся он только минут через двадцать. Мы едва успели подорваться с земли и выстроиться заново, когда он неожиданно вынырнул из-за нашего, как я понял, будущего жилища. По крайней мере, на ближайшую ночь точно.
   - Так, - тут же громко заговорил он. - Сейчас идём к реке, купаемся и назад. Придут два цирюльника, обстригут вас коротко. Чтобы животные лишние не заводились. Так же рекомендую самим побрить в срамных местах.
   По шеренге тут же прокатилась волна смешков, а мне лично почему-то наоборот стало грустно. Нет, девушек, с которыми я встречался более-менее постоянно, то есть больше недели, иногда просил выбрить там, не люблю заросли, но чтобы сделать это с собой...
   - Отставить смешки! - прикрикнул Гвидо. - Лекарей в этот раз мало, на всех не напасёшься. И если у вас там всё до крови будет расчесано, то это уже ваша личная проблема. Понятно?
   Двадцать два будущих доблестных воина что-то невнятно и нестройно промычали в ответ.
   - Так! - взревел наш командир. - Вы что, бабы смазливые? Чего там гундосите так нежно? Отвечать по "ряду" следует так - Ясно мин лег-аржант. Или - ясно мин арх-лег. В зависимости кто перед вами по званию. Не слышу.
   - Ясно мин лег арх... а кто вы по званию-то? - запутались мы, и Гвидо махнув рукой, повёл нас к реке. Понятное дело, научить салаг чётко, бешено и правильно орать в ответ на каждое слово командира по этому их "ряду" не его забота.
   Река оказалась метрах в трёхстах от того места, где военный лагерь заканчивался, а так как мы находились почти с самого края этого лагеря, то и идти долго не пришлось. Однако же с другой стороны дороги лагерь обозников продолжал тянуться ещё, как минимум, на ригу.
   На берегу было много народу, никак не меньше двух тысяч. Как я понял, тоже "последки". Светило уже почти коснулось горизонта и на широкой речной глади красиво сверкали красноватые блики. Новобранцы купались шумно, гоготали, плескались друг в друга, веселились на полную катушку, словно предчувствуя, что с завтрашнего дня веселиться времени не будет.
   Гвидо остановился, осмотрел "пляж", и ничего не придумав особенного, повёл нас прямо к основной толпе. Правда шагов за двадцать взял чуть левее, и мы оказались всего метрах в пяти от толпы человек в сто. Они уже видимо помылись и теперь скакали и прыгали, кто для сугрева, а кто для того, чтобы вылить воду из ушей. Глянув на них, я сразу сообразил, что водичка не "парное молоко", потому как просто сидевших были единицы, да и те дрожащие, с посиневшими губами и покрытой пупырышками кожей.
   - Песком тритесь хорошо, - стал громко и торопливо объяснять Гвидо. - Раз натёрлись, окунулись, ещё раз натёрлись, ещё окунулись. Три раза самое то. На всё про всё у вас полчаса. Приступили! После помывки не расходиться, я вернусь ровно к сроку.
   Наши парни тут же принялись скидывать с себя одежду, поглядывая на соседей. Большинство из тех были "голяком". Мало кто хотел щеголять потом с мокрым пятном на штанах, поэтому все без проблем стали скидывать подштанники.
   Я посмотрел на удаляющегося командира, подумал о своих сапогах и мошне и осмотрел берег. Справа делов не было - яблоку негде упасть, а вот слева никого. Шагах в двухстах пышный кустарник и пара деревцев, сильно похожих на наши плакучие ивы. Наклонились к реке, свесив к ней сотни тонких желтоватых веточек.
   - Эй, - я осторожно хлопнул по плечу ближайшего ко мне парня. Тот обернулся. На лице ни одной эмоции. - У меня с животом что-то, - я ткнул себя пальцем в район пупка. - Отойду по нужде. Если вдруг командир наш раньше появиться, объясни. Хорошо?
   - Ладно, - буркнул парень, и тут же развернувшись, бросился к речке, а я торопливо зашагал в сторону кустов. Конечно, не лучший вариант, ведь и так в коллектив не влился, но по дороге к реке я успел оглядеть всех наших. Простолюдины от двадцати до тридцати пяти лет, без особых излишков в одежде, и скорее всего, без монеты в кармане. Наверное, многие и решились на это дело из-за нужды. А насчёт того, как приватизируют в армиях оставленное без присмотра, я успел наслышался от старших отслуживших знакомых. На Земле разумеется.
   Профукать свои удобные сапоги и потом натирать мозоли в казённых не очень хотелось, да и деньжата пригодятся. Какое тут довольствие - это ещё посмотреть надо, а "чепки"... вон их, полно по ту сторону дороги. С деньгами голодать не будешь.
   Нырнув за кусты, я быстро всё с себя сбросил и подошёл к воде. Попробовал ногой. Охренеть! Как в этом можно купаться?
   Но делать было нечего. За последние дни я успел здорово пропотеть и завоняться. Проведённые здесь два года, конечно, приучили меня к подобному, но всё равно при любом удобном случае я старался привести себя в приличное состояние.
   Быстро натеревшись холодным песком, с разбегу плюхнулся в воду. Дыхание и сердце на секунду остановились, тело обожгло. Я вынырнул, развернулся и сделал пару мощных гребков. Метрах в трёх от берега самое то, примерно по грудь. Пару раз присев, поелозил руками в волосах, жалея, что нету хотя бы щёлока. Но тут же вспомнил, что горевать по этому поводу не стоит, буквально через час-два всё равно обстригут. Фыркая и отряхивая с волос воду, поплёлся к берегу, высоко поднимая ноги, и вдруг замер. То ли глюк, то ли действительно тоненький смех. Резко вскинув голову, я уставился на стройную девушку лет двадцати, стоявшую на берегу. Тут же резко прикрыл то место, куда она смотрела, со стыдом представив, как он мог скукожиться от холода. Девушка снова хихикнула.
   - Привет, - глупо ляпнул я, бросив мимолётный взгляд на свою одежду, потом снова перевёл его на девчонку. Она было очень красивой. Личико овальное с лёгким подбородком, большие задорные глаза, обрамлённые пушистыми ресницами, чёрные и прямые, до плеч волосы, изящный тонкий носик и пухлые губки почти идеальной формы. Лёгкое платьице в горошек на тесёмках, на ладонь не доходящее до колен, подчёркивали эту красоту. Я на секунду застыл глазами на загорелых ножках, сглотнул набежавшую слюну и снова посмотрел ей в лицо. - Тебе это... не холодно в таком платьице? Не лето вроде.
   - Нет, - девчонка улыбнулась и мотнула головой. - А тебе точно холодно. Дрожишь вон весь. Хочешь, я тебя согрею?
   Взгляд у девчонки из задорного тут же стал томным, и я снова тяжело сглотнул.
   - В смысле?
   Хотя, примерный смысл был мною уже уловлен.
   - Два кирама всего, - с ужимкой проговорила девчонка таким бархатным и волнительным голоском, что мне пришлось сглотнуть слюну в третий раз, а руки стали медленно, но уверенно отодвигаться от тела.
   - Ну что? Если денег нет, я могу так, а потом отдашь. Попросишь часть довольствия деньгами выдать, тут так можно. У тебя лицо честное, я знаю, ты отдашь. Или я тебе не нравлюсь?
   Девчонка вдруг скинула петельки с плечей и оголила грудь.
   Чревлова слюна! Да сколько ж можно тебя глотать!
   Я уставился на маленькие тёмные соски, и повинуясь животному инстинкту, двинулся вперёд. Девчонка не сводила с меня глаз. Я приблизился, обнял её и притянул к себе. Жадно впился в губы. Девчонка ответила на поцелуй, обняла мою шею, задышала тяжело. Моя левая рука скользнула ниже, сжала упругую ягодицу. В висках и пахе запульсировало со страшной силой.
   - Давай в ольшенник отойдём, - почти беззвучно выдохнула она, обдавая моё ухо тёплой струёй воздуха.
   Я подхватил этот внезапно свалившийся на меня подарок судьбы, не отрывая своих губ от её, перенёс к этому их ольшеннику, пышному, высотой в полтора моих роста, с пожелтевшей, но неопавшей листвой. Скроет нас идеально.
   Девчонка тут же повисла на моей шее, обвила ногами. Я поспешил войти в неё, но она вдруг дёрнулась легонько.
   - Подожди, подожди чуть-чуть, совсем немножко.
   Моя рука скользнула ей между ног, тронула мягко, принялась гладить.
   Девчонка задышала тяжелее и уже через несколько секунд я приступил к делу, больше не в силах ждать.
  
   Глава шестая
  
   - А что у тебя со спиной? - изумлённо спросила девчонка, когда я выбрался из воды. После непродолжительного, но изнуряющего секса я решил окунуться. Первое было из-за двухлетнего воздержания, не совсем полного, конечно, но это не важно. Второе... второе из-за того, как я это сделал. Так мне ещё не доводилось ни разу. Довольно тяжёлый способ получить удовольствие.
   - Об ветки поцарапался, - зло буркнул в ответ, и девчонка слегка испугалась моей резкой перемены настроения. Поэтому пока я одевался, она стояла молча. Застегнув пояс, и удобней поправив ножны, посмотрел на неё. Глаза девчонки были всё ещё немного испуганными, но где-то в глубине их мелькал прежний задорный огонёк. И ещё в них было какое-то ожидание.
   - А, деньги, - понял я и полез в мошну.
   - Нет, нет, - залепетала девчонка. - Потом принесёшь, хорошо?
   - Куда принесу?
   - Через дорогу тут, напротив прямо. Где последние палатки вашего лагеря. Перейдёшь и там спроси дядьку Адулино. Его все знают. Он там таверну маленькую устроил - "Сложенные крылья виара" называется. Огородил пятью повозками вот так, - девчонка тонкими ручками нарисовала в воздухе букву "п". - И столики поставил. А у него спроси про меня. Меня Журбинка зовут. Он тебе скажет, где наша с мамкой повозка. Придёшь?
   - Хорошо, - кивнул я, в общем-то, довольный таким исходом. В мошне у меня были только золотые монеты и ни одного кирама.
   Девчонка радостно улыбнулась и бросилась к ольшеннику справа. Через несколько секунд она появилась из-за него, неся в руках большую корзину, в которой горкой лежало влажное выжатое бельё. Улыбнувшись мне ещё раз, она зашагала прочь. Я проводил её взглядом и когда платье в горошек скрылось за одной из серых палаток, бросился обратно к своим.
   Мне повезло, опоздать я не успел, как бы это глупо не звучало. Как раз вернулся к построению. Гвидо посмотрел на меня с лёгким подозрением, но допроса устраивать не стал. Хотя, то, что о моей отлучке он донесёт Артуно, я не сомневался. Что ж, будем придерживаться той же версии - расстройство желудка. Логов на переправе не меняют, особенно если тот парень успел передать командиру мои слова.
   Поискав парня глазами, я неожиданно наткнулся на его дружелюбный взгляд. Вдобавок он кивнул и улыбнулся. Хм. То ли это так самоволка действует, автоматически повышая авторитет, то ли он видел Журбинку. Журбинка... Смешное имя. На какое-то время я снова ощутил внутри благостное удовлетворение, расплылся в улыбке.
   - Стройся! - вошёл в командный тон Гвидо. - На-вы-прав-ку!
   - Эт как? - тут же раздалось не меньше четырёх голосов.
   - Это вытянувшись так, словно хочешь макушкой дотянуться до задницы Номана, который восседает на небесах, - рявкнул наш командир.
   Пара новобранцев тут же испуганно перекрестились.
   - Не боитесь! - не теряя задора, прокричал Гвидо. - Кто идёт по его стезе, тому богохульствовать можно. Ещё не так забогохульствуете в бою.
   Довольный своей показной бравадой, он поправил пояс с ножнами и добавил почти по-отечески.
   - А теперь правое плечо, и за мной, в ногу, марш!
   Сообразительных оказалась половина, потому поворот направо немного лишился той отточенной красоты, которая к нам ещё придёт, а точнее, которую в нас ещё вобьют. Но, тем не менее, довольно скоро мы нестройно, гуськом вернулись к нашей палатке, где были радостно встречены двумя заждавшимися цирюльниками. Они сидели на раскладных стульчиках, а у их ног мирно покоились большие деревянные тазы на половину наполненные водой. На дне лежали ножницы. По одному в тазу, итого - две штуки. Огромные, такими только овец стричь.
   Сообразив, что они быстро станут из более менее чистых очень иnbsp;
&
&
&
&
&
&
&
&Глава шестая
&
   - Ант, я бы на твоём месте выбрал пока местечко получше. Через минут пять совсем стемнеет, - услышал я над ухом голос Гвидо и медленно поднялся. Взглянул на временного командира. В глазах того ничего "командирского" не было, а даже присутствовало некое уважение.
   - А кормить сегодня будут? - поинтересовался в ответ.
   - Скоро принесут бакиллы. Это лепёшки такие.
   - И всё?
   - Пока всё. Завтра припишут вас к какому-нибудь легиону, там и на довольствие нормальное поставят. Ты только не забудь сказать, что магией Света владеешь, - тихо добавил Гвидо и подтолкнул меня в сторону палатки. Едва я приблизился к ней, как раздался его голос. - Так! Кто уже пострижен, занимайте места в палатке. Ужин скоро поднесут.
   Я быстренько оглядел помещение. Кроме топчанов, похожих на те, что можно взять на бесплатных морских пляжах, больше ничего. Топчаны были накиданы у правой стены палатки двумя кучами. Взяв верхний из первой кучи, я оттащил его в самый угол и бросил на землю. Поправил немного, устанавливая ровнее, уселся. Проверил низ палатки. Угловое место хорошо, но и минус есть. Вытащить отсюда с улицы добро - раз плюнуть. Хотя, какое у меня добро.
   Я улёгся и прикрыл глаза. Если кто захочет поговорить - окликнет. Сам искать общения я не собирался.
   В палатке затарахтело, заскрежетало, послышались удары о землю. Один из них прозвучал так близко, что я невольно вздрогнул, и подняв веки, медленно повернул голову. Тот самый парень, с которым я говорил на пляже. Он поправил ногой лежак, и усевшись, протянул мне руку. На его лице сияла дружеская улыбка.
   - Фарудо, - сказал он и добавил шёпотом, слегка наклонившись вперёд. - Видал я ту цыпочку, с которой ты у кустов тискался. Чёрненькая. Когда ты успел её подцепить?
   Я улыбнулся в ответ и пожал протянутую руку.
   - Ант. Да случайно встретил. Ничего так, поцеловались и всё. Она мне рассказала, где можно еду купить. Правда, для этого нужно часть жалованья деньгами взять.
   Я сделал разочарованное лицо, всем видом намекая, как мне жаль, что денег у меня нет.
   - А что, так можно? - заинтересованно спросил парень.
   Я пожал плечами.
   - Да пока точно я и сам не понял. Но она сказала, что можно.
   - А как её зовут?
   - Блин, - я прицокнул губами. - Забыл спросить. Совсем из головы вылетело.
   - Да ладно, - парень подмигнул. - Не собираюсь я её у тебя уводить.
   Я окинул его взглядом и усмехнулся.
   - Ты у меня? Увести? Брось.
   На моих губах появилась снисходительная улыбка. Но парень не обидился, а лишь отмахнулся рукой.
   - Тоже мне, красавчик. У меня, не подумай, в нашем посёлке полно девчат было. Половина за мной бегала.
   - А вторая?
   - Что вторая? - не понял парень.
   - Вторая половина от тебя бегала?
   Парень на пару секунд "завис", обдумывая услышанное. Потом его лицо просияло.
   - А-а, - он шутливо погрозил пальцем. - Поддеваешь?
   - Да нет, - на полном серьёзе ответил я. - Просто в жизни часто так бывает - кто любит тебя, того ты не любишь, кого любишь ты, тот не любит тебя.
   Парень "подвис" чуть жёстче. Потом с серьёзным лицом покивал.
   - Теперь понятно, почему с тобой викариус водится. Ты вон умный какой. Ты не думай, - он вдруг придвинулся ближе ко мне. - Парни на тебя не серчают. Ну, разве, что некоторые. Из-за того, что ты в карете ехал, как аристократ какой. Мы вот и решили, что ты незаконнорожденный сынок кого из благородных, - он наклонился ещё ближе и спросил еле слышно. - А ты случаем не взаправду вастард?
   - Если бы я был вастардом, то скорее всего, служил орджуном. Согласен?
   - Ну, в общем-то, оно так, - парень почесал стриженную макушку. - Да если бы и вастард, это ничего. Мы теперь в одной запряге. И телегу одну нам тащить.
   - Эй, Фарудо, - долетел от одного из углов голос. - С вастардом сдружиться решил? Думаешь, он тебе денег даст за дружбу?
   Несколько голосов рассмеялись. Мой новый знакомый обернулся, погрозил кулаком.
   - Уткнись, Варк. Не твоего ума дело. Да и не вастард он.
   - А кто ж? - спросил ещё один голос.
   Так. Дело коснулось моей персоны. Хотя, чего я ожидал?
   - Неужто не вастард? - продолжил тем временем заговоривший первым. - Да ну. У него ж нос аристократский, разве не видишь, Фарудо? Да и вообще, важный весь такой, небось, думает, раз папа у него аристократ, так и он сам аристократ. Ан нет. Мамка-то видать из рабынь. Поимел её аристократик, да отправил с глаз долой. Нихтой, поди стала, чтоб вскормить этого...
   Я поднялся и двинулся в противоположный угол. Фарудо попытался задержать меня, ухватившись за ногу, но я грубо оттолкнул. Переступая через тела лежащих новобранцев, подошёл к Варку. В палатке повисла напряжённая тишина.
   - Ну, что? - Варк вскочил на ноги. - Магией меня бить будешь? А? Вы вастарды только и знаете, что магией бить. А на кулаках слабо?
   Что ж, сосунок, ты сам напросился. Я уже не тот запуганный попаданец, который два года назад молча сидел в амбаре для рабов. Два года жизни в замкнутом коллективе, где разборки, а порой и поножовщина, случались довольно часто, научили меня правильно себя вести в подобных ситуациях. Да и рабский труд вперемежку с тренировками воспитали во мне боевой дух.
   Я схватил Варка за грудки, и несмотря на то, что весом он был на пару-тройку кромов тяжелее, довольно далеко швырнул его в сторону выхода из палатки.
   - Пошли, - бросил с холодным спокойствием. - Поговорим один на один.
   Вся палатка тут же превратилась в бедлам. Парни повскакивали, заорали возбуждённо. Кто-то требовал начать драку прямо здесь, кто-то кричал о береге реки, где сейчас никого нет. Пара голосов призывала остановить это.
   Я сделал несколько шагов вперёд к поднимающемуся Варку. Тот налетел на топчан с лежащим на нём телом и повалился навзничь. Поднявшись, он торопливо вскинул руки, ага, значит, уже боится. Хорошо.
   - Идём, - с нахрапом рявкнул я ему в лицо и он отшатнулся. Ор в палатке достиг кульминации, и тут вдруг поверх него раздался нечеловеческий крик, больше похожий на рык огромного зверя.
   - Молчать! Молчать, нихтовы дети! Заткнули пасти!
   Все тут же замолкли. Кто-то в одиночестве продолжил кричать, но его грубо одёрнули.
   - Вы что, хотите забить насмерть палками своих товарищей? - продолжил в полной тишине Гвидо. - Вы знаете, как наказывают за драку? Вот тебя, или тебя, - он ткнул в грудь ближайших к нему парней, - Выберут по жребию, дадут палку и прикажут забить насмерть тех, кто дрался. Ты готов это сделать?
   - А если отказаться? - осторожно спросил кто-то.
   - А если отказаться, то тебя за неисполнение приказа привяжут к столбу и используют в качестве мишени для лучников. Я ясно обрисовал?
   В ответ только усилилась тишина, потому что многие даже дышать стали беззвучно. Я украдкой, за спинами остальных, скользнул к своему топчану. Не дай Номан, командир узнает, кто затеял драку. Нет, дело было не в палках и прочих привязываниях к столбам. Он мог и заступиться за меня с дуру, а это потеря авторитета в коллективе, который я только что нехило проапгрейдил.
   - Кто дрался, я спрашивать не стану, - продолжил Гвидо. - Но в следующий раз я это узнаю. Я умею узнавать. Или кто-то хочет сам сейчас сказать? Ну? - его голос стал холоднее сизоватого ольджурского снега. - Есть желающие назвать тех, кто устроил потасовку?
   Никто не только не проронил и слова, но даже не шелохнулся.
   - Так-то, чревловы сопляки, - уже спокойней продолжил командир. - А теперь по одному выходим, получаем бакиллы, ужинаем и спать. Кто не уснёт сразу, как проглотит последний кусок, лично кнутом отхожу.
   Получив две законные лепёшки, я вернулся на своё место. Откусил, принялся без особой радости жевать. Лепёшки сухие, даже немного черствоватые уже, а ни о воде, ни тем паче квасе, Гвидо даже не заикнулся. Ладно, будем надеяться, что это временное недоразумение, связанное с нашей пока ещё неприписанностью куда-либо.
   Примерно через полчаса палатку огласили несколько смачных отрыжек, и парни снова улеглись. Ушей коснулся первый храп, потом ему стал "подпевать" ещё кто-то. Храпящих толкнули, ругнулись на них, но помогло ненадолго.
   Я же больше прислушивался, а время от времени и приглядывался к тому углу, где было место Варка. Как бы этом тип не решился прибить меня спящего. За свой позор. Хотя, нет. Не должен. Я не разглядел в полумраке его глаз, но как-то почувствовал, что он испугался. Словно пёс - я почувствовал его страх. И испугался Варк не на шутку.
   Поэтому когда, судя по звукам, все уснули, я отбросил прочь опасения, очень медленно поднялся и уселся, скрестив ноги. Нужно заниматься магией, не взирая ни на что, нужно заниматься. Чтобы расти. Впрочем, в данной ситуации лучше сказать так - нужно повышать свои шансы на то, чтобы вернуться из Зыби. И желательно - не калекой.
   Правда, прокачивать узел не получится, народ почувствует жар от рассеивающейся магической энергии, а вот собрать "луч" второго круга - это можно. Интересно, а среди этих парней есть кто-нибудь владеющий магией? Вряд ли, тут же ответил себе. Был бы - прокололся давно, смагичил что-нибудь по бытовухе, а я бы засёк. Да и простолюдины все, а среди таких Дар большущая редкость.
   Собрав "луч", я увидел руку-кран и взялся за дело. Схватил белую нить, и меня вдруг ощутимо ударило "током". От неожиданности я отбросил её и удивлённо хмыкнул. Странно. Вроде обычная белая нить, брал такие уже не раз, когда "срезни" второго круга делал и ничего.
   Так ты же сейчас со Светом работаешь - напомнил сам себе, но тут же мысли запутались, и родилось сразу несколько вопросов. Да, со Светом, но почему тогда нити такие же?
   Впрочем, этот вопрос уже возникал у меня, когда я поочерёдно апгрейдил воздушный и водный "щиты". И там и там нити были идентичны. И те, что я видел сейчас ни чем не отличались от стихийных.
   Но ведь я работаю с надстихийной ветвью! И нити, по идее, должны быть другими.
   Стоп. А почему должны?
   Собирать одновременно заклинания двух ветвей узел не может, а стало быть - зачем различия нитей из разных магий? Нет, скорее всего, они, в смысле - различия, есть, но увидеть их можно лишь одновременно плетя заклинания из двух ветвей. Да понятно, что так нельзя, но всё же интересно - а как они отличаются? Явно не цветом. А как?
   Поломав мозг ещё с полминуты - сдался. Если и разбираться в магии дотошно, то правильнее будет делать это с тем, что доступно, а не с тем, что не получится ни при каких условиях. И с чего начать?
   Первым делом я решил получше рассмотреть саму цепочку плетения, выискивая алгоритм её построения. Если он есть, конечно. На первый взгляд - есть. Фиолетовые идут строго через восемь чёрных-белых. А вот в чёрно-белых участках цепи - никакой закономерности не просматривается. Везде разные сочетания. Стоп! Восемь, а в "срезнях"...
   Я, торопясь, разобрал "луч". Почувствовал, как по коже бегут мурашки - снова это ощущение, словно тебе открылась великая тайна. Главное, чтобы не ошибся. Ведь могло показаться, я не особенно приглядывался к цепочке плетения, когда собирал "срезни". Посчитал просто количество колечек и всё.
   Едва не дрожа от предвосхищения, взялся за "срезни", однако ничего не вышло. На секунду опешил и даже испугался, не нарушил ли я чего? Но тут же успокоился. Узел не умеет плести две разных ветви. Наверное, он должен полностью выключиться и только после этого можно взяться за магию Воды.
   Подождал минуту. Попробовал. "Срезни" стали собираться.
   Четыре! Да, четыре! В каждом отсеке... Нет, отсек неудачное слово, тем более я уже размышлял о блочном варианте плетения. Тот, что боевой. Значит, назову эти участки чёрных-белых колец блоками.
   Когда плетение предстало в полном виде, я осмотрел его. Странно. Раньше казалось, что они очень длинные, но всё познаётся в сравнении, в данном случае, со световыми. Я, правда, пока только "луч" видел, но он точно длиннее. Намного длиннее.
   Ну правильно. Здесь в каждом блоке по четыре кольца. Белое-чёрное-белое-чёрное, потом идёт фиолетовая петелька и дальше чёрное-белое-белое-чёрное. Порядок другой, но количество тоже. Четыре! Фиолетовая петелька - куда ж без неё и следующий блок из четырёх... Но и это не самое интересное. Гораздо интересней, что самих блоков - четыре!
   Я тяжело вздохнул, чувствуя новую волну мурашек, пробежавшую по спине. Блин, а ведь всё просто. Каждое из этих колечек - это ветвь магии! Боже, а в какой там очерёдности Номан давал первые четыре книги?
   Не помню. Точнее, не знаю. Альтор не говорил, ПсевдоРуна не говорила. ПсевдоРуна говорила только, что в начале Номан дал четыре книги стихии.
   Хм. Смешно я её назвал. ПсевдоРуна.
   Я улыбнулся, нервно проглотив слюну. И меня снова осенило.
   Тут же разобрав "срезни", подождал минуту и снова сплёл "луч". Восемь чёрных-белых колечек в каждом блоке и восемь блоков, разделённых между собой всё теми же фиолетовыми петельками. Мать моя женщина - я гений!
   Ведь теперь становится понятно и что значит - чёрное и белое. Двоичный код, калий-магний - твою сурдетскую мать. Включено-выключено.
   Правда, заморочено получается...
   ...А Порядок - пятая книга. Точно. ПсевдоРуна обмолвилась, что книга Порядка была дана пятой по счёту. Ну что ж, хоть что-то. Значит, каждая пятая петелька в блоке и каждый пятый блок в цепочке должен иметь отношение к магии Порядка. Ага! А, значит, шестая - Хаос. По идее. Первые четыре, что петли в блоках, что сами блоки относятся к стихийным ветвям, седьмая-восьмая - Свет и Тьма. Если книги по надстихийным ветвям выдавались в одном алгоритме, то именно седьмая позиция - Свет, а восьмая Тьма.
   Фух. Так, спокойнее, спокойнее. Что у нас выходит. Рассмотрим первый блок "луча" - сначала две петли чёрные, потом две белые, значит, стихийные петли в одном из стихийных блоков наполовину выключены. Чревл, ну в каком порядке Номан мог выдавать книги по стихиям? У кого бы узнать?
   Ладно, дальше. Пятая петля белая - Порядок включен. Шестая тоже белая, хм, и Хаос включен?
   Я пробежал взглядом выше по цепочке. Во втором блоке Хаос снова включен. Свет и Хаос вместе - интересно. В третьем и четвёртом блоках шестые петельки чёрные. В пятом блоке тоже. Но это вроде понятно. Пятый блок относится к магии Порядка, там его, возможно, вообще нельзя включать, всё-таки противоположные по сущности ветви.
   В мозгу что-то туманно забрезжило, но так туманно, что ничего не разобрать. Тут же накатила усталость. Не к добру это я припозднился, не к добру. Вдруг завтра с утра так гонять начнут, что пожалеешь о каждой недоспатой секунде?
   Но надо ведь хоть что-то сделать - сказал я себе и снова перестроился на "сборку". До меня вдруг дошли две вещи. Во-первых, ничего страшного, что нити магии Света бьют током. Не убьют. Если бы я принимал это заклинание с нуля, тогда бы долбануло нешутейно, как тогда с ПсевдоРуной, а так получается, что сила удара разделена... я на секунду задумался, считая... на шестьдесят четыре, если не учитывать фиолетовые петли. Кстати, интересно, а какая роль у цветных нитей?
   Ладно, об этом уже завтра, или послезавтра, а точнее, когда выдастся свободное время.
   Да, а во-вторых... у меня же в узле хранится та несусветная хрень, которую я сплёл наобум. В смысле, возможно хранится. И если я её сейчас найду, то получится, что и полусобранный "луч" второго круга я смогу похранить до полной сборки.
   Пришлось вновь разбирать, отчего сильно разнервничался. Просканировал узел. Несусветная хрень присутствовала. Если образно - висела подвешенная сверху узла, словно летучая мышь. Взял её, разглядел. Какой собрал, такой и осталась. Значит, храниться всякие обрывки и недоделки могут сколько угодно. По крайней мере, дней десять точно, а за это время "луч" второго круга я уж как-нибудь дособираю.
   Подождав минуту, я собрал свой пока единственный боевой световик. "Сфера" всё же больше несёт защитную функцию. Потянулся рукой-краном к белой ниточке. Ударило, стиснул зубы. Поднёс её к первому чёрному колечку, посмотрел, как она скрутилась, и медленно выдохнул сквозь сжатые губы. Так. Терпимо вроде. Взял следующую белую. Чревл! Да что ж ты бьёшься, собака!
   Повторил проделанное два раза, потом прикрепил чёрную. Перевёл дыхание. Дальше.
   Взял чёрную и скрепя зубами прицепил её к пятой белой петельке. Блин, больно же! Но хотя бы один блок доделать надо. До фиолетовой петельки.
   На секунду стало немного страшно. Как ещё та фиолетовая жахнет - это вопрос.
   Наконец, восемь петелек второго круга были прицеплены, напрягшись потянулся к фиолетовой. К моему удивлению она вообще никак не жахнула. Ну, хоть на этом спасибо.
   Закрыв первый блок цветной нитью, решил на сегодня остановиться. Хватит. Мышцы от ударов уже болят, да и в сердечке покалывает нехорошо.
   Прицепив недоделанное плетение на манер "несусветной хрени" сверху узла, вышел из транса. Фух.
   Тело болит, руки дрожат, на лбу холодный пот.
   Прилёг аккуратно и закрыл глаза. Надо уснуть, и как можно быстрее, иначе пожалею завтра об этом ночном напряге. Но сон не шёл. Разгорячённый мозг продолжал усиленно шевелиться мыслями. Такое ощущение, что в голове их целый клубок, такой же, как из нитей в узле.
   Суперструны...
   Выхватив эту мысль из шевелящегося клубка, я снова почувствовал огромные мураши на коже. А что если эти петельки - это те самые суперструны? Почему бы и нет. Ведь именно в виде петелек учёные их и представляют. Из-за чего в нашем мире никто не может "работать" с ними? Да кто его знает, может, нет какого-нибудь переносчика. Этакого магического бозона.
   Так выходит, что я в параллельном мире, что ли?
   Этот вывод на секунду ошеломил. А ведь и правда, если та чушь, которую я сейчас нагородил, верна, то Отум не может быть в нашей Вселенной, иначе бы и на Земле существовал тот самый магический бозон, что помогает работать с суперструнами...
   Фигасе меня понесло.
   Я усмехнулся и провёл рукой по лицу. Надо успокоиться, а то сейчас до чего-нибудь не того додумаюсь. Так, чем бы отвлечься?
   Журбинка. Да, Журбинка. Завтра вечером нужно её обязательно отыскать. Как там таверна называется? Сложенные крылья виара? Ага, именно. А хозяина зовут... Ади.. Аду... Да и чёрт с ним! По названию таверны найду. Чёрные крылья... нет, сложенные кры...
  
   Глава седьмая
  
   - Подъём, разгильдяи! Светило уже спешит к вам, а вы ещё спите! Нехорошо!
   Я подорвался и сонно уставился перед собой. В сером, густо разлитом вокруг полумраке с трудом разглядел фигуру орущего. Хотя, чего разглядывать? Понятное дело - Гвидо, кому ж ещё быть?
   Первым делом согнул ноги и потрогал сапоги. Слава Номану, на месте. Потом нащупал мошну и ножны с мечом. Прекрасно - потерь ноль.
   - Поднимаемся, чревловы отродья! Вас ждёт увлекательное купание в прекрасных водах реки Стурхар.
   Вот же извращенец.
   Я толкнул в бок Фарудо, который, видимо, так глубоко погрузился в сон, что абсолютно не реагировал на то, как наш командир рвёт глотку.
   Через пару минут мы выстроились в шеренгу у палатки. Серое пасмурное небо тянуло обратно в сон, а прохлада заставляла иногда легонько вздрагивать. Бросив взгляд по сторонам, я понял, что наш командир самый ранний. Возле других палаток никаких, даже маломальских движений не наблюдалось.
   Получив приказ направляться шагом к реке, которая, как стало понятно, называлась Стурхар, мы уныло принялись его выполнять. Кто-то тёр на ходу кулаками глаза, кто-то зевал так широко, словно пытался проглотить этот чревлов мир, кто-то кривился недовольно - но всё же мы шли. Я случайно встретился взглядом с Варком и тот торопливо отвёл глаза. Что ж, неплохо. Значит, бояться его не стоит, парень уже признал себя ниже по статусу.
   Опасения о том, что придётся охреневать от холодной воды, рассеялись, едва я коснулся её ногою. Река была тёплой, видимо не успела остыть за ночь из-за густых, низко нависших облаков. Пять минут, и мы, натянув на себя шмотки, снова стояли шеренгой. Купание взбодрило, прибавило энергии и улучшило настроение. Из "отстойника" слышались крики - другие командиры только-только поднимали своих подопечных. Поэтому по пути назад нам пришлось давать путь нескольким сотням человек, бегущим к реке.
   А Гвидо тем временем повёл нас не обратно к палатке, а взяв вправо, приказал перейти на лёгкую трусцу. Пробежав с сотню метров, мы оказались на большом свободном участке луга. Здесь стояла всего пара палаток, но тёмно-зелёного цвета и около десятка телег. С первого взгляда я догадался, что сейчас нас начнут затаривать хабаром, и тут же, как думаю и все наши парни, мысленно пожелал здоровья командиру. Благодаря ему на раздаче мы оказались первыми.
   Возле каждой телеги стояло по двое мужчин, и Гвидо, подведя нашу нестройную ватажку к одной из них, гаркнул на раздающих. Те сначала потыкали пальцем в сторону реки, мол, нужно дождаться остальных, однако наш командир был не промах. Он оттолкнул одного из мужиков и приблизившись к телеге вплотную, откинул тяжёлый тёмного цвета полог.
   - Так парни, первым делом выбирайте рубахи. Тут новые...
   - Не положено так, - оба мужика попытались силой прикрыть полог обратно, но Гвидо не позволил.
   - По стойке смирно, интендантские нихты! - заорал он, злобно зыркая на них. - Эти ребята будут определены в специальный отряд, так что отвалите, олухи! Им нужно всё лучшее.
   - Но приказа не посту...
   - С нашими штабными адьютами чревл дождёшься того приказа! - заорал Гвидо. - Давайте, парни, налетайте! По рубахе на рыло. Ант, - он подозвал меня. - Не спи, выбирай обновку.
   Парни, сообразив что к чему, тут же облепили телегу со всех сторон. Зашарили жадно руками. Один из жантов направился к палаткам, видимо решив пожаловаться местному начальству. Но никого это не остановило. Я, скинув с себя дублету и прикрепив её к поясу, быстренько выбрал рубаху по размеру. Не без удовольствия посмотрел на крест ярко краснеющий на левом рукаве.
   - Все выбрали? - осведомился Гвидо и тут же направился к другой телеге, махнув нам рукой.
   Улыбавшиеся до этого момента жанты интенданты, стоящие у следующей на нашем мародёрском пути телеги, сразу поменялись в лицах. Они отчаянно замахали руками и попытались преградить нам путь, но это было бесполезно. Мы почувствовали вкус добычи.
   - Прочь интендантские нихты! - привычно проревел Гвидо, и мы облепили нагруженное транспортное средство.
   - Здесь рубахи для муштры, - чеканно вещал наш командир. - По две штуки на рыло. А белые снимайте и скатывайте. Они для смотров, парадов и боя. Я ясно изъясняюсь?
   Мы закивали, выбирая себе по паре серых рубах из грубой ткани.
   Потом мы таким же макаром "разграбили" третью телегу, взяв с неё по одному большому сидору. Потом четвёртую с сапогами. Несмотря на то, что на мне была своя хорошая обувка, Гвидо чуть ли не силой заставил взять ещё пару.
   - Для муштры пригодится. А эти береги, - по-отечески проговорил он, указав на мои ноги, и я поняв, что он прав, быстро переобулся и затарил свои сапоги на дно сидора.
   В это время стали прибывать остальные. Гвидо тут же умерил пыл, подозвал нас и сказал, что далее следует соблюдать приличие, тем более что до полного комплекта нам осталось взять лишь лекарские наборы, да всякую мелочь, которые всё равно все были новыми и стандартными. С этим приличием мы и выстроились возле пятой телеги.
   Над поляной нарастал гул. Новобранцы всё прибывали и прибывали, возвращаясь от реки галдящими, весёлыми и бодрыми. А их аржанты, или сопровождающие, я точно не знал, орали, каждый пытаясь перекричать своего коллегу.
   Пока первые прибывшие выстроились в очередь у телеги с белыми рубахами, мы успели затариться по полной программе, и Гвидо отвёл нас на край поляны. К нам тут же подошёл какой-то толстый мужик в недешёвой одежде и принялся угрожать нашему временному командиру наказанием за самоуправство, но тот и бровью не вёл. А когда толстый ему надоел, он просто не очень вежливо послал его обратно в палатку.
   Бурча ругательства, толстый удалился, а мы уселись на жухлую траву и принялись изучать большие лекарские свёртки.
   - Это перевязочные тряпицы, - объяснял Гвидо, возвышаясь над нами могучим утёсом. - А это замотан порошок. Разводить в воде и мозоли мазать. Места ушибов тоже. А это жгут из волокон сейконы. Если рана обильно кровоточит, перетягивать выше раны. Со всей силы. Не боитесь, не порвётся. Зато до помощи лекарей кровью не изойдёте. Всё понятно?
   Мы закивали, как стая индюков, заворачивая все эти неказистые предметы первой помощи обратно. Некоторые принялись разглядывать свёртки со столовой утварью - ложки, кружки и прочее.
   - Ну, всё парни, - сказал вдруг наш командир. - Теперь находитесь здесь и ждите. А мне пора, - он ударил кулаком в левое плечо и на пару секунд застыл.
   - Возвращайтесь живыми, парни, - выдохнул он после этой паузы, и развернувшись, зашагал прочь.
   Я тут же подскочил и бросился следом.
   - Гвидо! - окликнул уходящего храмовника, - Подождите.
   Он остановился, и обернувшись, с интересом посмотрел на меня.
   - Да?
   - Всего одну вещь хотел спросить, - на секунду я замешкался, стоит ли задавать этот вопрос ему, или дождаться встречи с викариусом? Но, сообразив, что Артуно может сильнее заинтересоваться с чего это вдруг меня волнуют подобные темы, я всё же решился.
   - Вы же храмовник, так? Значит, должны помочь мне. Я запамятовал, в каком порядке Номан давал книги стихий.
   - А зачем тебе? - удивился Гвидо.
   - В юности интересовался благим писанием, да вот подзабыл. Хочу вспомнить перед таким серьёзным событием, как поход в Зыбь.
   - А-а, - протянул храмовник и кивнул. - Похвально. Есть две версии, но Отцы признают канонической версию Иоранна Светлого. В начале Великий Номан дал книгу Воздуха, а затем Земли. А затем он дал книгу Воды, а затем Огня. Так он дал нам книги стихий, - судя по стилистике, процитировал он и мне вдруг вспомнилось:
   В начале сотворил Бог небо и землю.
   Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.
   Я хоть и не был никогда верующим, но лет в четырнадцать всё же прочёл библию, ища в ней ответы на сотни вопросов, рождающихся в моей голове и мучавших меня - смысл жизни, любовь, смерть, истина, красота...
   Но ответов библия не дала. Так я стал атеистом.
   Значит, в "луче" в блоке Воздуха выключены воздух и земля, а вода и огонь включены. Чтобы это могло означать?
   С этой мыслью вернулся обратно, и усевшись на траву, стал вместе с остальными ждать. И ждать пришлось долго.
   Пока все получили причитающееся, пока нужно было дождаться каких-то командиров легионов, которые должны нас разобрать, прошло не менее двух с половиной часов, вдобавок, в режиме постоянного гула, что немного угнетало.
   Но, наконец, явились командиры. Четверо, в тёмно-красных плащах, запыханные и недовольные, словно их только что оторвали от утомительного, но всё же приятного занятия. Тут же нас заставили подняться и построиться. Мы и построились, правда, не в чёткие шеренги, а во что-то больше напоминающее кучу. Бросив взгляд по сторонам, примерно оценил количество новобранцев-"последков" - не меньше тысячи точно.
   Командиры спешились, окриками заставили толпу замолкнуть. После этого снова появился тот толстый мужик в синем плаще, что выказывал недовольство по поводу нашего самоуправства. Он стал перед толпой, примерно посредине, бросил взгляд по краям и только после этого начал неприятным громким голосом.
   - Владеющие магией есть? Три шага вперёд.
   Фух. Выдохнув, я поправил на плече сидор и шагнул вперёд. Посмотрел с интересом вправо-влево. Помимо меня вышло ещё человек восемь.
   Толстый, а с ним и командиры, подозвав интендантских, чтобы те держали логов, направились к левому краю. Толстый что-то спросил у первого вышедшего, записал на пергаменте и перешёл ко второму. Через минуты три они впятером стояли возле меня, и на лицах командиров читалось разочарование.
   - Ты, - буркнул толстый. - Чем владеешь? Ветвь, круг, заклинания.
   - Стихиями. Кроме Земли, до третьего круга, - ответил я для начала, потому как перечислять все заклинания и круги, по-моему мнению, было делом долгим. - Из надстихийных - Свет.
   - Этого я беру, - тут же оживлённо рявкнули трое командиров, а четвёртый отстал от них всего на секунду.
   - Да тебе куда? - набросился на него один из троих, высокий худощавый храмовник. - У тебя в гурте по девять магов, а у меня по четыре. Не жирно будет?
   - У меня тоже по четыре, Галато, - вступил в разговор второй командир. Среднего телосложения, чуть ниже меня ростом, сбитый, со шрамами на лбу и подбородке. - И у меня полного гурта не хватает. Так что его забираю я. Приписывай к тринадцатому легиону, - он схватил толстого за руку, в которой тот держал писчее перо, и чуть ли не силой подвёл её к пергаменту.
   - Сервий, у тебя направление не самое опасное. Вы же по Стурской дороге пойдёте, к Холмогорью.
   - Ну, так и что? - грубо ответил сбитый. - Голым может мне теперь туда идти, раз направление неопасное? Да и кто тебе сказал, что неопасное? Были не раз случаи, когда и на этом направлении прорывы случались, и чуть ли не до Алькоnbsp; - Пошли, - бросил с холодным спокойствием. - Поговорим один на один.
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
nbsp; Правда, прокачивать узел не получится, народ почувствует жар от рассеивающейся магической энергии, а вот собрать "луч" второго круга - это можно. Интересно, а среди этих парней есть кто-нибудь владеющий магией? Вряд ли, тут же ответил себе. Был бы - прокололсярда Тьма доходила. Или ты плохо историю знаешь?
   - Да, но...
   - Записывай, давай, - Сервий толкнул толстого под локоть и тот наконец накарябал что-то на пергаменте.
   - Как звать? - тут же обратился ко мне, как я понял, мой новый командир.
   - Ант, - выдал чётко в ответ.
   - Хорошо, Ант.
   Он повернул голову и крикнул.
   - Сваго, Лид, ко мне!
   Двое из стоявших перед толпой парней, тут же бросились к нам, а я невольно поразился тому, что этот Сервий запомнил имена своих будущих солдат. Был какой-то и у нас на Земле военачальник, что помнил имена почти всех подчинённых. Не помню кто, но точно помню, что военачальником он был замечательным.
   Когда парни подбежали, Сервий указал нам на правый край поляны, сухо объяснив, что своих он будет собирать там. И после этого командиры двинулись в толпу. Каждый из них заметно спешил, чтобы отобрать парней покрепче, а мы втроём поплелись к указанному Сервием месту.
   Через минут пять нас уже была приличная куча. Командиры шастали по толпе, выбирали и отправляли новобранцев по разным углам поляны. Когда толпа сократилась примерно вполовину, между ними произошёл ожесточённый спор, после которого Сервий вытянул правую руку, и "отсекя" таким образом большую часть оставшихся, махнул вправо, приказывая жестом двигаться в направлении нас. Остальные трое его коллег принялись громко возмущаться, Сервий что-то кричал в ответ, но до нас долетал только сам крик, слов разобрать было нельзя. Наконец, делёжка закончилась, и Сервий направился в нашу сторону. Рядом с ним довольный собой семенил старик лет шестидесяти, который что-то торопливо объяснял на ходу.
   - Я в тот раз тоже в тринадцатом легионе был, - стали различимы слова старика, когда они подошли ближе. - Тогда им командовал арх-лег Астулио Тонк. Славный был командир, бесстрашный.
   Сервий кивал на слова старика, но не перебивал его.
   - Так, воины, - громко заговорил он, подойдя и указав своему спутнику в нашу сторону. Старик тут же нырнул в толпу и вытянулся в струнку, всем своим видом показывая, что готов ловить каждое слово. Я бросил на него косой взгляд. На поясе полуторный меч в недорогих ножнах, выправка, несмотря на возраст, но вот как раз он, в смысле - возраст - довольно приличный. Староват дедуля. Тяжело такому, наверное, будет воевать.
   - Вы попали в славный тринадцатый легион армии храмовников! Поздравляю вас! - продолжал тем временем командир, а судя по словам старика - арх-лег. - Меня зовут Сервий Гальба. Запомнили? А теперь посмотрите вокруг себя. С этого мига это ваши боевые товарищи, которые должны стать вам ближе, чем мамка с папкой. И уж намного ближе, чем любимая девушка.
   - В каком смысле ближе? - нашёлся в толпе остряк и мы дружно гыкнули в несколько сотен глоток.
   Сервий на удивление не крикнул в ответ, не завопил диким ором, не стал грозить наказаниями, а рассмеялся вместе с нами, отчего шрамы на его лице грозно выгнулись дугами и стали видны ещё отчётливее. И это подействовало каким-то странным образом. Смех тут же стих, парни подтянулись, сделали лица серьёзными.
   - Итак, будущие герои, - продолжил этот, видимо знавший, что такое война, человек. - Строимся в две десятицы шеренг по две десятицы человек в каждой. Мне нужно точно знать сколько вас.
   Нас оказалось почти столько, сколько было нужно - четыреста восемнадцать. Не влезшие в получившийся после построения квадрат восемнадцать парней напряжённо взирали на Сервия.
   - Всё нормально, воины, - подбодрил тот, улыбнувшись своей "фирменной" улыбкой, от которой его лицо становилось грознее осенних туч, что каждый год укрывали небо Ольджурии, начиная с середины последней тридницы осени. - Вы попадёте во вспомогательный отряд. А теперь, - он обратился ко всем нам, повысив тон, - Первые две шеренги начинают двигаться за мной. Как только они покинут строй, вторые две шеренги пристраиваются за ними и так далее. Всем понятно?!
   - Понятно, - ответили мы нестройным хором.
   - Тогда, за-а мной!
   Сервий двинулся вдоль края поляны и первые две шеренги, колыхнувшись, словно волна, зашагали следом. Я получался едва ли не в числе первых, поэтому почувствовал вдруг некую ответственность. Ведь нам, первым десяти, придётся определять скорость движения. Да и остановиться нельзя - либо затопчут идущие следом, либо начнётся страшная свалка.
   Подозвав интендантского, которому оставил лога, Сервий на ходу вскочил в седло, и осмотрев нас с высоты, легонько ткнул животину в бока. Тот засеменил лёгкой рысью, но едва поравнялся с парнями, идущими впереди первых двух шеренг, как Сервий перевёл его на шаг.
   - Ровней! Не напирать друг на друга! - прокричал он в хвост колонны.
   Через минут пять мы вышли к дороге, по которой я прибыл сюда с викариусом. По ней неуклюже прошагали примерно треть риги и свернули вправо, на примыкающую грунтовку шириной метров в пять. Парни впереди, да уверен, что и сзади тоже, принялись крутить головами, с интересом разглядывая палатки. Здесь они были другого цвета, нежели в "отстойнике", большая часть серо-зелёные. Причём вокруг определённого количества палаток имелись ограждения в виде кольев с натянутыми толстыми верёвками. В ограждении были "входы" и возле них торчали воткнутые в землю флаги. Высотой метра под два с половиной. Правда, флагами в обычном понимании они не являлись. Вместо полотнищ деревянные фигурки зверей. Птицы, какие-то саблезубые твари, виары. От этих фигурок животных вниз свисали золотистого цвета плетения из нескольких верёвочек, на концах которых было нечто наподобие вымпелов. Треугольные, сужающиеся книзу. Пока мы дошли до места стоянки нашего легвона, я насчитал с десяток таких флагов.
   Возле палаток суетились редкие воины, в основном занятые хозяйственными мелочами. То тут, то там между палатками стояли распряжённые телеги. Большинство из них нагружены щитами и копьями. Иногда щиты были просто приставлены к телегам. Высокие, примерно по грудь мне. Встречались и кучи из щитов поменьше, высотой в полтора и шириной в локоть.
   Возле одной из огороженных площадок, на которой находилось примерно с пару дюжин серо-зелёных палаток, Сервий остановил лога и приказал остановиться нам. Его приказ тут же был передан окриками по цепочке, но всё равно образовалась приличная свалка. Кто-то не успел понять и навалился на идущих впереди, а сзади вдобавок надавили те, кто вообще оказался не в курсе, что был отдан какой-то там приказ.
   Спешившись, наш командир подождал, пока подбежавший молодой паренёк лет шестнадцати в парадной форме - то бишь белой рубахе с крестом на рукаве и белом плаще, заберёт лога, и только после этого стал вглядываться в хвост нашей колонны.
   - Да уж, - проговорил он спустя какое-то время, улыбнувшись, - Придётся вас помучить маленько, чтобы хоть чему-то научились.
   Сказанное тут же побежало волной шёпота к хвосту нашего отряда. Хотя, как я понял из разговора арх-легов между собой на поляне, называлось это не отрядом, а гуртом.
   Что ж - гурт, так гурт.
   - Первая шеренга! - Сервий перешёл на крик, указывая нам на небольшую, ничем незанятую полянку справа от палаток. - На плац, марш!
   Мы двинулись вперёд, сворачивая кое-как, чтобы вписаться в "ворота" - небольшой проход незагороженный верёвкой. Проходя мимо нашего флага, я успел разглядеть его. Виар, раскинувший крылья, похожий на того на поляне, что мы встретили с ПсевдоРуной. Цифра тринадцать на левом крыле, и короткий девиз на правом - "Только вперёд".
   - Келтик! - окрикнул арх-лег паренька, который едва успел привязать лога к вбитому возле одной из палаток колышку. - Где Лостад?
   - Наверное, у бабы своей, - паренёк пожал плечами.
   - А кто у него сейчас в бабах?
   - Лабина. Напротив тут, недалеко. Сестра Стайреха Магиордского, того, что зерно штабным продаёт.
   - И откуда ты, стервец, всё знаешь? - шутливо ругнулся арх-лег и парень улыбнулся. - Ладно. Дуй за ним. Скажи, я ему гурт привёл. И намекни, что дождётся он плетей за свои выкрутасы. Нашёл когда по бабам ходить. Да, и постой, - Сервий сделал лицо грозным. - А не молод ли ты ещё баб бабами называть, а?
   Паренёк нарисовал на лице невинную улыбку и арх-лег только махнул рукой.
   - Ладно, дуй.
   Всё это происходило, пока мы выстраивались на площадке. Слава Номану, большинство новобранцев оказалось понятливыми и через какое-то время мы воссоздали практически такой же квадрат, что и на поляне.
   Пока ожидали этого самого Лостада, Сервий толкнул нам вдохновляющую речь о чести, славе и прочих достопримечательностях тринадцатого легиона. Цифра, надо сказать, меня не особенно радовала. Всё-таки я был слегка суеверен, потому испытывал лёгкий дискомфорт.
   Лостад оказался суховатым человеком среднего роста, но с лицом, глядя на которое становилось понятно - такого лучше не задевать. Словно выточенное из камня, с широкими скулами, и глаза какие-то... мёртвые, что ли.
   - Это ваш лег-аржант Лостад Кромт, - представил его Сервий. - Слушаться его вы должны крепче, чем отца, потому что теперь он будет вам больше, чем отец. Давай Лостад, принимай пополнение.
   - На-вы-прав-ху! - тут же рявкнул Лостад голосом, не терпящим даже малейших возражений, и мы вытянулись в струнку. - Обращаться ко мне мин лег-аржант! Слушаться с полуслова! - он двинулся вдоль первой шеренги, заведя руки за спину. - Я помогу вам впитать в себя воинскую науку с потом, а кто не захочет - то и с кровью. Помните - вы "последки". Ваши соратники находятся здесь кто тридницу, кто две, а кто и шесть. Я понимаю, что решение ступить на стезю Номана вам пришлось принять по разным, порой независящим от вас причинам, раз вы не пришли сюда ещё весной. Но это не делает вас ни хуже, ни лучше. Насчёт первого скажу вам сразу - туда пути вам нет, потому что он ведёт в могилу. Станете хуже - и будете сурового наказаны. А вот со вторым я вам помогу. Вы у меня через две десятицы будете не просто лучше, а лучшим гуртом в славном тринадцатом легионе. Для этого вам придётся забыть, что такое отдых, сон, девки и прочие радости жизни. Здесь радостей не будет. Здесь будут пот и кровь. Всё ясно?
   - Да, - ответили мы нестройно.
   - Я не понял! - Лостад остановился и с удивлением посмотрел на нас. - Что вы сейчас сказали?!
   - Да! - прокричали мы стройней.
   - Я даю вам три попытки. После этого, если не исправитесь, каждый двадцатый из вас получит по три палки.
   - Погоди, - остановил его Сервий. - Слушайте, воины. Отвечая, нужно прибавлять звание командира.
   - Спасибо, мин арх-лег, - повернувшись, поблагодарил Лостад командира легиона, после чего снова уставился на нас. - Так что вы там сказали?
   - Да, мин лег-аржант, - рявкнули мы дружно.
   - Чётче!
   - Да, мин лег-аржант!
   Я почувствовал, как от крика у меня свело горло, а на глазах выступили слёзы.
   - Ещё чётче!
   - Да-мин-лег-ар-жант! - проорали мы, рвя глотки.
  
   Глава восьмая
  
   Вконец их сорвав, отвечая ещё на два вопроса нашего гуртового аржанта, мы выдвинулись на местный полигон. Сервий отправился с нами, так как весь тринадцатый легион с самого утра находился именно там. Снова по той же грунтовке, потом налево по дороге, две риги бегом и затем направо. Примерно туда, где я видел "оловянных солдатиков".
   Эти солдатики присутствовали там и сейчас. И даже больше, чем тогда, когда я глядел на них из кареты. Наверное, потому что было утро, и муштра только начиналась.
   Выстроившись на краю огромного поля, мы дружно уставились на гурты нашего легиона, тренировавшиеся шагах в двухстах. Сервий, который, что удивительно, совершил пробежку вместе с нами, а не запрыгнул снова на лога, направился к выполняющим какую-то хрень ближним двум гуртам. Хрень эта заключалась в сминании нескольких десятков массивных брёвен обхватом примерно в полметра. Брёвна были воткнуты частоколом в землю перед гуртом. Гурт ощетинивался длинными копьями и мелкими шажками, чётко и слаженно выдыхая при этом нечто вроде "гра", "гра", "гра", двигался на частокол. Через минуту все брёвна были повалены, какие копьями, а какие и щитами, а гурты, не теряя построения, отступали шагов на тридцать назад. От них отделялась пара шеренг, и воины снова втыкали брёвна. Затем валяние брёвен повторялось.
   Нас же в это время сортировал Лостад и ещё двое жантов, подбежавших со стороны тренирующихся гуртов. Самых крепких и сбитых, но невысоких отбирали для первой шеренги, во вторую ставили парней порослее, а дальше уже шёл средний контингент. Правда при этом рослых и крепких ставили в первые и последние две позиции шеренг, а так же в последнюю пару шеренг, что было понятно. А ещё понятней стало, когда ближайший к нам гурт развернулся в нашу сторону, и двинулся вперёд. Бух-бух-бух-бух - удары восьми сотен стоп. Словно рядом с тобой мощная сваебойка вколачивает в землю огромную сваю. Честно говоря, у меня даже волосы на голове зашевелились. Идущая на тебя стена из огромных щитов и смотрящих прямо в твою грудь остриёв копий приятных ощущений не вызывает.
   Но, сделав всего с десяток шагов, гурт стал поворачивать вправо. Для этого правый парень в первой шеренге остановился на месте и сделался таким образом центром окружности, которую принялся рисовать гурт. Повернув вправо, гурт сделал ещё десяток шагов и снова стал поворачивать. Через несколько минут он совершил разворот на двести семьдесят градусов, как танк - практически на месте, и ринулся на столбы уже другим флангом. А точнее - бывшим ранее правым.
   В общем, данная коробочка должна была уметь нападать любой своей стороной. Интересно, а какая в этой коробочке моя роль? Я посмотрел на Сваго и Лида. Первый моего возраста, второй старше лет на пять. Нас троих в начале сортировки отослали в сторону, где мы и ожидали, когда командиры выстроят гурт так, как они видят правильным. Пока мы ожидали, успели перезнакомиться. Сваго был из Трухины, поселения возле Магиорда. Третий ребёнок в семье простолюдинов, лет в семь он сам обнаружил у себя магический дар, проявившийся в свечении вокруг ладошек. С расширенными глазами Сваго рассказал, как проснулся посреди ночи и закричал от страха, видя, как его руки окутывает яркий красный свет.
   Отец отвёл паренька к местному лекарю и тот посоветовал отдать его на обучение в школу при маленьком клане Искрящих. И вот он владел магией Огня до четвёртого круга, правда, помимо этого почти ничего больше не знал. Несколько простеньких заклинаний из остальных трёх стихийных ветвей, по сути бытовых, в расчёт он и сам не принимал. Лид же раньше был лекарем, но без Дара. Просто много знал о травах, отварах и мазях от своего деда, который тоже занимался лечением простых людей. Был он из Свенгиорда, маленького полугородка-полудеревни на юге Ольджурии. Шесть с половиной лет назад, сразу после прошлого Вздоха Зыби руанская провинция Пульрок занялась набегами на южные окраины своего государства-соседа. Решили, что после похода в Зыбь военные силы Ольджурии ослаблены и можно слегка помародёрить. Но Повелитель не поскупился орджунами и выслал три сотни этих серьёзных воинов, чтобы наказать оборзевших руанцев. Лид был освобождён, и при общении с одним из орджунов, которому он сделал мазь от ран, вдруг выяснилось, что он возможно обладает Даром. Орджун задал несколько вопросов, после чего накатал на пергаменте несколько слов и с этим документом послал Лида в Магиорд, где тот поступил на обучение к одному из магистров клана Крепких. Клан занимался магией Земли и Воды, и его члены частенько нанимались к купцам в качестве охраны при перевозке товаров из города в город.
   О себе я коротенько рассказал им всё ту же версию про Сухину, что поведал викариусу, правда, без упоминания рабства. Просто, мол, судьба свела с магистром-стихийником, который и обучил.
   - А Свет? - спросил Сваго.
   Хм. Интересно, а он откуда уже знает? Хотя, в замкнутых коллективах, наверное, такие вещи не скрыть. Возможно, Сервий говорил что-то лег-аржанту и Сваго подслушал, или ещё каким-нибудь способом разведал.
   - Ант, Сваго, Лид! - наконец, подозвал нас вернувшийся Сервий, и мы дружно двинулись к выстроенному гурту. Рядом с коробочкой стояли всё те же восемнадцать "лишних", среди которых был и старик. Он почти слёзно умолял Лостада поставить его в основной гурт, а лег-аржант что-то мягко объяснял в ответ, медленно крутя головой.
   - Так, Ант, - первым делом Сервий обратился ко мне и указал на вторую шеренгу. - Твоё место второе в ней. Занимай. Сваго...
   Я двинулся вперёд, парни расступились, пропуская меня. Что ж, вот тут теперь мне и воевать. Почти в самом лбу гурта.
   - Мин арх-лег, а что насчёт четвёртого? - спросил Лостад, обращаясь к Сервию, когда отправил на свои места Сваго и Лида. А всё-таки неплохо стоять почти в первых "рядах", слышишь разговоры командиров. А те общаются по привычке громко, да и не только по привычке. Крики и шум время от времени доносятся практически отовсюду. То один гурт отрабатывает быструю атаку с диким ором, от которого стынет кровь, то другой с теми же "гра" валит брёвна. Да и топот сотен ног звучит над лугом постоянным монотонным гулом.
   - Я сейчас в штабной "отстойник", там попробую хорошего мага тебе выбить. А то у тебя Светом один всего владеет, да и то слабо. Кстати, завтра с утра не забудь отправить всех троих в Шан. Пусть сразу световые "щиты" примут и начнут ими заниматься.
   - Слушаюсь, - кивнул Лостад и повернулся к нам. - А теперь, доблестные виары тринадцатого, будем учиться ходить, так как полагается! - прокричал он и повернулся к старику, стоящему с "лишними" в сторонке. - Ладно, отец, иди пока в первую шеренгу, поменяйся с правым угловым. Покажи новичкам свои навыки. А вы, - он снова глянул на нас, - Быстро достали "муштровки" и напялили на себя!
   Те, кто не поняли, переспрашивать у лег-аржанта не рискнули. Смотрели просто, что делали другие. Я же допёр сразу. Скинул с себя дублету и аккуратно свернул её. Потом достал из сидора одну из двух серых рубах, а дублету положил на её место. Через минуту стал по стойке смирно.
   Следующие три с половиной часа мы шагали по лугу без остановки. Лостад орал на нас благим матом - сначала постоянно, а через пару часов только на поворотах. По прямой мы кое-как научились ходить не толкая друг друга. Потом был перерыв минут десять. На луг въехало четыре телеги с бочками, и одна из них направилась к нам. Мы достали из мешков деревянные кружки, выстроились к ней в очередь. После утоления жажды ничего не хотелось. Лечь бы, да поспать маленько, но нас снова построили в гурт и всё покатилось по новой.
   Так мы и прошагали до самого вечера, отрабатывая движения по прямой и повороты. Радовало одно, в отличие от остальных гуртов, мы были налегке, если не считать мешков за плечами и мечей на поясах. Хотя, некоторые были без последнего. По моим прикидкам оружие имела едва ли четверть новобранцев.
   К моменту, когда светило почти коснулось горизонта, ноги гудели как провода на высоковольтных линиях, в горле пылала пустыня, а муштровку было хоть выжимай. Но этого не потребовалось. Оказалось, что именно для того нам и выдали по две штуки, чтобы после тренировок можно было натянуть на себя сухую. Заботятся о нашем здоровье, приятно.
   Улыбнувшись, я отёр мокрой муштровкой потное разгорячённое тело, и обвязал её вокруг лямки мешка. С удовольствием одел сухую.
   Обратно шли пешком, что и понятно. Если перейти на бег, то никаких муштровок не напасёшься. Дошагали к дороге, пропустили пару гуртов из другого легиона, судя по нашивкам на плащах их лег-аржантов, и поплелись у них в хвосте. Через минуты две послышался топот. Мимо нас длинной вереницей потянулись всадники. Подняв голову, я посмотрел на них. Тоже измученные.
   От логов пахло животным потом, от людей людским, но всё это перемешивалось в кучу и, в конце концов, пахло просто потом, душно и мерзко, но на вонь никто не обращал внимания.
   Когда слева начался лагерь обозников, я машинально повернул голову, но выстроенных буквой "п" телег всё так же не разглядел.
   С такими нагрузками и секса скоро не захочешь, - мелькнуло в голове. Я кисло улыбнулся, но всё же стал думать про Журбинку.
   - Парами правое пле-е-чо! - вырвал меня из приятных дум рявкнувший Лостад. Мы свернули на грунтовку, ускорили шаг. В отличие от первого раза, шли мы уже более-менее нормально. По крайней мере, никаких свалок не случилось, всего за один день мы научились держать дистанцию.
   От вида своих палаток на сердце потеплело, растеклось по телу приятной волной. Дом, милый дом. Уже на подходе нашей колонне пришлось прижаться к левому краю, чтобы пропустить несколько телег, на которых погромыхивали пустые деревянные бочки. Практически все тут же повернули к ним лица, втянули в себя будоражущий аромат пищи.
   Но до ужина нужно было ещё дожить. А первым делом нас снова построили на плацу, где Лостад стал объяснять основные положения общежития, при этом сохраняя полное спокойствие, что немного не вязалось с его словами. Воровство в первый раз - десять палок, во второй - сорок, в третий - смерть. Лостад не говорил смертная казнь, он говорил просто - смерть. И в такой формулировке звучало куда серьёзней. Драки - то же самое. Значит, Гвидо всего лишь припугнул. Всё-таки выходило, что забить палками насмерть могли только за третью драку. Гуманно, гуманно. Неподчинение приказам - двадцать палок слёту, потом сразу смерть. Круто. И ещё с десяток провинностей за которые тоже били палками. Правда, тут уже планка снизилась до пяти в начале и десяти в конце. О смерти речи не было. Ну и соответственно, за убийство кого бы то не было - хоть соратника, хоть арх-лега, хоть презренного в глазах вояк обозника - смерть без разговора. И здесь я был согласен на все сто.
   Плюс к этому провинности, которые пока нам не грозили. Оставление флага на поле боя - смерть, потеря флага - смерть, отступление без приказа - смерть, оставление без помощи раненого товарища - смерть. Смерть, смерть, смерть. В общем, весёлое времечко нас ожидало.
   - А вечером можно к обозникам ходить? - лихо спросил один из новобранцев, едва Лостад закончил. Видать парень каменный, ничем не проймёшь. Впрочем, меня самого этот вопрос волновал очень сильно. Несмотря на бешеную усталость, в голове продолжали крутиться мысли о Журбинке. Вспоминалось её молодое нежное тело, упругая грудь, мягкие губы и запах. Её волосы дурманяще пахли какими-то цветами.
   - А что, девка какая есть? - спросил лег-аржант и парни устало засмеялись.
   Парень предусмотрительно промолчал.
   - Можно, - заговорил Лостад, выждав какое-то время. - Келтик! - позвал он того самого паренька, что был утром и когда тот выскочил из-за ближайшей палатки, скомандовал ему что-то непонятное. - Скажи, чтоб подвешивали бочку.
   Парнишка кивнул, бросился к "воротам", выкрикнув по пути у самой ближней к ним палатки пару имён. Почти сразу из палатки появились два мужика лет под сорок.
   - Бочку вешайте! - весело прокричал им паренёк и те в ответ вяло кивнули. Потом без особого желания схватили одну из бочек, стоящих в ряд тут же, и потащили к трём врытым в виде треноги столбам. Перекинули прикреплённую к бочке длинную верёвку через перекрестие сверху, продолжая выражать лицами полную апатию, потянули, привязали узлом к перегородке у самой земли. В отличие от этих двух бывалых, четыреста семнадцать лиц новичков смотрели на происходящие с жутким интересом, и только дедуля успел пару раз зевнуть.
   - В бочке песок, - стал громко объяснять Лостад, когда бывалые управились. - Хватает на два часа. Если вы вернётесь, и бочка будет пуста - пять палок. Всё ясно?
   - Ясно, мин лег-аржант! - гаркнули мы устало.
   - Тогда дальше. Первые две шеренги в первую палатку, - Лостад ткнул пальцем, указывая на самую дальнюю, вторые две шеренги во вторую...
   Дослушивать дальше я не стал. И так наша палатка оказалась у чревла на куличках, а ещё нужно было успеть сбегать на речку искупаться, потом вернуться, натянуть рубаху с крестом и успеть найти Журбинку. Да и не только найти.
   С купанием повезло. Возле палатки стояло три бочки. Две маленькие, литров по двадцать, и одна огромная, литров на сто, а может и больше. Правда, здесь вместо литра был тил, но он практически не отличался от Земной меры жидкостей.
   Как объяснил ещё один из бывалых, дожидавшийся нас у палатки, вода в большой бочке для того, чтобы обмываться. Тут же рядом стояло деревянное ведро со щёлоком.
   В этот раз я снова оказался первым, как и с цирюльниками. Сообразил ещё на половине объяснения вояки, скинул муштровку и глянул на заходящее светило. Оно безжалостно пряталось за горизонт. Как искать в темноте чёртову таверну - не понятно. Да и не в этом только дело. Хотел я ещё приобрести небольшой ножик, примерно такой, какой у меня был, но сегодня видимо уже не получится. Устроить шопинг и навестить Журбинку одновременно не выйдет, хоть метеором носись.
   Натерев щёлоком торс, я оглядел бочку. Краников, разумеется, нет. Тогда, не долго думая, я откинул крышку и стал просто брать воду жменями.
   - Ничего себе, - послышался сзади удивлённый голос, в котором в то же время слышалось уважение. - Что это у тебя со спиной?
   Чревл! Этот вопрос начинает бесить.
   Я заметил подвешенный к бочке ковшик, снял его, и не глядя, протянул спросившему.
   - Полей на спину.
   Спросивший зачерпнул, стал медленно лить. Я нагнулся сильнее, но немного воды всё же попало за пояс.
   - И на голову ковшик. Не жалей.
   После этого мне пришлось проделать то же самое, не в службу, как говориться, а в дружбу, хотя внутри всё истошно торопилось. За нами уже выстроилась очередь, и многие, если не все, смотрели на меня и на мою спину с интересом. Ладно. Закончив поливать своего сослуживца, я торопливо отыскал в мешке самую большую тряпку и обтёрся. Так, это у меня будет полотенце.
   Бросив его на плечо, я схватился мешок за лямку и попёрся в палатку. Топчаны здесь уже были расставлены рядами, четыре ряда по пять топчанов в длину и два в ширину. Над проходами висела натянутая верёвка. На неё я и закинул моё новое полотенце, а заодно и мокрую муштровку, после чего положил мешок на угловой топчан. Вроде с местом определился.
   Почти бегом выскочил наружу, рванул к воротам, но тут ожидало огромное разочарование. Возле ворот стоял Лостад. Рядом с ним с ноги на ногу переминался высокий парень в какой-то вычурной форме, и едва я появился, лег-аржант окликнул меня.
   - Ант! За тобой штабной адьют приехал. От викариуса Артуно.
   Хорошее настроение тут же рухнуло в безду. Твою сурдетскую мать, ещё же этот долбаный стул правды. Совсем из головы вылетело.
   Всё. На сегодня надежду провести вечер с девушкой можно смело откладывать в сторону. Лицо само по себе приобрело унылый вид, я вздохнул и поплёлся вслед за штабным адьютом к стоящей на грунтовке брыке.
  
   Глава девятая
  
   Ольджурия, Южный доргон, окрестности Магиорда
  
   Вильято всматривался на север вдоль серого полотна Магиордского тракта, отодвинув в сторону мешавшую ветку ольшенника. Светило уже давно прошло зенит и начало катиться вниз, а Повелителя всё не было.
   Неужели хваленая прозорливость Лутов и тут сработала? - подумал старый маг. - Хотя, при чём тут прозорливость? Никакой опасности для Повелителя это покушение не представляет. Не для того оно задумано. Совсем другие у братьев планы, совсем другие.
   Он обернулся. Чуть поодаль, шагах в двадцати в лесу стоял отряд магов из сорока человек. Впрочем, магами называть их было слишком громко. Так, сброд, который братья собирали почти два года по глухим деревням и поселениям северного Доргона. И за эти два года среди простолюдинов было найдено всего сорок душ, в которых теплился хоть какой-то Дар.
   Вильято криво усмехнулся. А они-то себя считают настоящими магами, верят, что однажды на их плечах появится татуировка в виде стоптанных сапог и короткая строчка под ними - Путь вечен.
   Вильято снова перевёл взгляд на дорогу, потом мимолётно взглянул на светило. Чревл подери, ну где же этот Варгросс'Лут?
   Волнение внутри старого мага усилилось. Если всего минут двадцать назад он боялся только одного, что не сможет уйти с поля боя живым, то теперь пришёл и страх, что боя вообще может не случиться. А он нужен. Нужен братьям из клана.
   От тревожных мыслей отвлёк топот вдали и Вильято подался вперёд. Ну, слава Номану! Едут, чревл их раздери.
   Он тут же направился вглубь леса, к отряду.
   - Так, все помнят? - спросил, подойдя к кучке людей в простолюдинской одежде. - Использовать только магию Хаоса. Порядок ни в коем случае.
   Зачем им вообще давали заклинания Порядка? - в который раз посетила мысль, убелённую сединами голову Вильято. Ну, да, да - брат Шидрото сказал, чтобы они не заподозрили чего-нибудь. А то, мол, как это - у самих заклинания серебристые, а нам чёрные пихаете.
   Впрочем, какая разница. Всё равно дальше второго, а некоторые и только первого круга, эти идиоты не пошли. Да и не стремился никто из братьев действительно тренировать их. Приказ от Архмагистров Великой Триады клана Странствующих был получен однозначный - пара Стихий до второго круга и сразу Хаос. Если кто подохнет от столь резкого перехода, то и чревл с ними.
   Интересно, а сами Архмагистры Великой Триады насколько знают Хаос? Вряд ли, выше третьего круга, да и то, скорее всего, с полдесятицы заклинаний, собранных за сотни лет. Вернее, "выбитых" из тварей Хаоса. Даже эти ужасные и необъяснимые существа под действием магии Порядка иногда соглашаются поделиться своими плетениями, получая взамен жизнь. Вот только кто ж им ту жизнь оставит? Идиоты. Кругом идиоты, даже в диковинном и непостижимом мире Хаоса.
   Гулкий топот копыт приближался. Вильято знал, что с Повелителем будет никак не меньше сотни орджунов, по той простой причине, что направлялся он в Шан-Эрмиорд. Обычная практика каждые семь лет. Проверить готовность армии, произнести на площади городка воодушевляющую речь и после спокойно вернуться в свои владения. В конце второй тридницы осени в лесах под Магиордом можно неплохо поохотиться на рызгоев и дролтов. А в этом году, говорят, и виары пожаловали в большом количестве. Что-что, а страсть к охоте - семейная черта Лутов.
   - Приготовиться к бою, - скомандовал старый маг, и сорок человек принялись с усердием плести "марево Хаоса". - Идите к дороге, - продолжил давать распоряжения Вильято. - Растянитесь в цепочку, пять шагов между двумя людьми. Как только проедет первая двудесятица орджунов - атакуйте.
   Отряд полубегом двинулся вперёд, растягиваясь в длинную цепь. На их лицах старый маг успел приметить какие-то довольно-горделивые выражения.
   Идиоты, в сотый раз пронеслось в его мозгу. Они ещё и гордятся тем, что им доверили совершить покушение на Повелителя. Это ж как им промыли мозги?
   Впрочем, как, Вильято знал и сам. Он и участвовал в этой промывке.
   Все эти орджуны - это миф. Нет никаких орджунов, обычные воины, владеющие кое-как Стихиями и Кровью. Да и то не все. А Кровь вам не опасна, вы не рабы. Вы свободные люди достойные лучшей доли. Власть же Повелителя держится на привычке и вы, простые люди сможете свергнуть её. Ведь вы владеете магией Хаоса и Порядка! А это сильнейшие магические искусства. Вы лучшие сыны северного Доргона.
   Тьфу. Как он только удерживался, чтобы не рассмеяться в голос, говоря это?
   Топот был уже совсем близко. Вильято на всякий случай углубился в лес ещё на десять шагов и уставился в сторону дороги. Сорок идиотов, которые через минут пять будут уничтожены орджунами, стояли цепочкой, скрытые кустами ольшенника с ярко-жёлтой, но уже редкой листвой.
   Вот меж листьев и веток мелькнули первые всадники. Логи шли рысью, и поэтому казалось, что сверкающие шлемы орджунов плывут над верхушками кустарника. Вильято задержал дыхание и напрягся, готовый в любой момент припустить бегом в чащу. Выпитое накануне зелье позволит ему какое-то время бежать легко, как в молодости, не взирая на преклонный возраст. Он бы прямо сейчас так и поступил, но была одна загвоздка. Ему нужно было удостовериться, что все эти сорок болванов будут мертвы, когда закончится бой, иначе в умелых руках орджунов они быстренько выдадут, и кто их обучал магии, и кто подослал сюда, чтобы покуситься на Повелителя. И тогда всем планам конец.
   Недаром Триада послала его... и ещё двух лучших братьев.
   Вильято тихонько свистнул условным манером и из-за деревьев вышли двое, в такой же одежде простолюдинов, но это были братья. Истинные, не чета сорока болванам. Чуть помоложе его, однако тоже далеко не юнцы. Дело было опасным и важным, отбор на него производили только из армагистров Порядка.
   Вильято указал одному на правый край вытянувшейся вдоль дороги цепочки, второму на левый, и в этот момент началось.
   Маги недоучки ударили не одновременно. Кто-то замешкался, кто-то вообще не смог направить плетение. Что поделать, учили наскоро, абы как. Но теперь это уже не имело значения, всё было в прошлом. Пять минут и они втроём уйдут отсюда, добив тех из сорока недоучек, кто решит убежать, или будет захвачен орджунами в плен.
   Чёрное марево окутало дорогу. Послышались истошные вопли людей, рёв раненых логов, несколько всадников повалились из сёдел. Шум, ор, свалка.
   С десятицу магов недоучек ринулись вперёд, на дорогу, воодушевлённые таким началом. Чревл! Вильято понял, что хочешь, не хочешь, а придётся подходить ближе. Это опасно, но ещё опасней оставить в живых хоть одного из этих идиотов. Он, не оборачиваясь, сделал знак рукой братьям и медленно пошёл к тракту.
   А там уже кипела битва, а точнее массовое убийство. Орджуны, оправившись от неожиданной атаки, поставили стихийные "щиты" и "щиты" Порядка, тем самым полностью обезопасив себя от нападавших. Вильято знал, что у орджунов старших сотен на вооружении "щиты" из ветви Порядка третьего круга. У всех. Иначе и не попадёшь в старшую сотню.
   Вильято усмехнулся, вспомнив, как сам был орджуном одной из таких сотен. Лет тридцать назад, ещё при прошлом Повелителе. Но его лицо тут же стало хмурым, скривилось от ненависти. Вместе с одним воспоминанием пришло и другое. Как его за убийство зарвавшегося вастарда из младшей сотни приговорили к смертной казни. Как он бежал из тёмной башни Пратилии и только так остался жив. Не из самой башни, конечно же, а из одного из бараков, где содержали совершивших проступки не касающиеся политической стороны. Потом были скитания, потом клан Странствующих, который дал ему приют, новое имя и возможность жить достойно.
   Метнув в одного из побежавших назад "шаром", старый маг остановился. Нет, идти дальше и опасно и бессмысленно. Орджуны за своих погибших братьев не пощадят. Сейчас они разозлены настолько, что и не подумают кого-то брать в плен. Подумают, конечно, но уже будет поздно. Когда отхлынет ярость и все сорок напавших будут мертвы. Остаётся только отслеживать убегающих.
   Один из братьев изрешетил очередного побежавшего "каскадом". Эх, любит Дранг повыделываться. К чему сейчас "каскад" магистрального круга? Только ненужная трата силы.
   Орджуны били уверенно, сжигая, разрывая на части, удушая и замораживая противника. В ход шли все Стихии и Порядок. Боевые плетения последнего у них тоже были лишь до третьего круга - это Вильято знал наверняка. Во время службы орджуном он был весьма любознателен, однажды даже подслушал разговор Высшего с Повелителем. Старый архмагистр жаловался на то, что за последние двести лет не было привезено из Зыби ни одной книги. А Земля и Огонь уже изучены вдоль и поперёк несколько раз и никаких новых зацепок для того, чтобы полностью разобраться в сути магии - нет.
   Вильято швырнул в объятого пламенем и бегущего прямо на него парня лет двадцати "стрелой". Парень успел удивлённо расширить глаза, увидев, что один из его учителей и братьев убивает его, и повалился на землю со сквозной дырой в груди.
   "Огненный вздох", примерно третий уровень, может и четвёртый - привычно, с профессиональной точки зрения подумал старый маг, морщась от запаха горелого мяса. Хотя, нет, третий. Если бы четвёртый, то он бы столько не пробежал. Сердце от болевого шока разорвалось раньше.
   Он окинул взглядом поле боя. Подтянулись новые орджуны, полыхало несколько тел, один из кустов был заляпан то ли содержимым кишок, то ли мозгами, а может и всем этим вперемежку, с тракта ощутимо тянуло тем самым свежим запахом, который бывает при большой концентрации магической силы. Вдобавок к этому бахали, шипели, потрескивали используемые плетения. И крики. Крики гибнущей плоти.
   Твою сурдет...
   Вильято едва успел поставить общий "щит" против Стихий. Пятый круг, но его всё равно откинуло назад. "Щит" окутало бушующим пламенем, он затрепетал, как крыло испуганной птицы. Снова "вздох", но этот уже магистрального круга! Мастера они по Огню, мастера. Тут же в орджуна с двух сторон воткнулись заклинания Порядка. "Каскад" слева и "шары" справа. Воин рухнул на колени, опустив голову, уставился удивлённо на быстро пропитывающееся кровью белое сюрко с красным гербом Лутов на груди. Через пару секунд герб превратился в одно большое красное пятно. От мощного удара Порядком дублета с вшитыми в неё металлическими пластинами не спасла.
   ...скую мать! - закончил Вильято, быстро поднявшись на ноги. Добив орджуна "шаром", он стёр со лба липкий пот. Чревл! Опасно! Нужно уходить. Если прибьют нас, то никаких сомнений у Повелителя не останется. Достаточно будет увидеть татуировки.
   Поэтому, боясь и дальше испытывать терпение Великой Эри, старый маг развернулся, и подав знак братьям, молодым рызгоем бросился в глубину леса.
  
   Глава десятая
  
   Через полминуты брыке пришлось съехать с грунтовки и прокатиться по лугу. Благо перед стоянками гуртов были оставлены полосы, наверное, как раз для таких случаев.
   Навстречу двигался обоз из телег, от которого возбуждающе тянуло кашей с мясом. Вот же! Я ещё и ужин пропущу. И всё из-за этого Артуно со своим стулом правды.
   Добравшись по лугу к дороге, кучер остановил логов. Подождал, пока ещё две телеги со стороны Шан-Эрмиорда свернут на грунтовку, и только после этого крикнул и стегнул животин. Брыка выскочила на более-менее ровное полотно и мягко понеслась к городу. Кучер явно спешил, боясь снова столкнуться с каким-нибудь обозом. А может ему просто было приказано двигаться быстрее, потому как дорога здесь была настолько широкой, что с телегами разминулись бы запросто.
   Сидящий рядом адьют весь путь промолчал, глядя в сторону обозников. Небось, тоже девчонка есть, или запах от телег, как и мне, напомнил ему о сытном ужине.
   В городе кучер сбавил темп, а я принялся с интересом разглядывать дома, которые в полумраке быстро наступающего вечера были плохо, но всё-таки различимы. В основном в два этажа, длинные, однотипные. Возможно казармы для офицеров. Да и вообще, судя по архитектуре, городок этот изначально задумывался, как военный. Никаких излишеств, никакой изысканности. Всё монотонно и серо. Я как-то ездил со старшим братом одного моего друга в военную часть, где тот отслужил. Интересно было посмотреть. Тем более, часть находилась в двадцати километрах от города. Как потом оказалось ездили мы за деньгами, которые этот брат даже уйдя на гражданку, снимал с духов. Так вот, казармы там выглядели точь-в-точь, как здешние дома.
   Брыка свернула влево, проехала два квартала и остановилась возле трёхэтажного здания из такого же серого камня, как и все прочие.
   - Вот тебе пропуск, - адьют протянул мне кусок пергамента. - Жди Артуно в холле на первом этаже. Выходи.
   Я хмыкнул, взглянув на важную физиономию парня, и взяв пропуск, спрыгнул на землю. Стоявшие возле дверей охранники выжидательно, но всё-таки как-то вяло посмотрели на меня. Наверное, нагляделись за день на таких. Вопреки усталости, я резво взбежал по лестнице и протянул пропуск одному из них
   Охранник долго вглядывался в пару строк, размашисто чёркнутых на пергаменте, потом кивнул и без всяких эмоций указал на дверь.
   В большом прохладном холле не было ни души. Я присел на одну из скамей у стены, бросил взгляд на широкую лестницу, ведущую наверх, потом посмотрел на потолок мерзкого зелёного цвета. Тишина, лестница и потолок надавили на психику, в душе легонько кольнуло, сжало неприятно.
   А о чём они вообще хотят узнать? Что если им станет интересно - откуда я?
   Мысли тут же интенсивно зашевелились, даже казалось потемнели от предчувствия нехорошего. Чревл, а ведь я даже не думал об этом. И сам почти забыл, что с Земли.
   А если докопаются?
   Я стал торопливо сочинять отмазки, время от времени поглядывая наверх лестницы. Но ничего путного в голове не рождалось, мешали испуганные мысли о последствиях неминуемого разоблачения. А неминуемость ощутилась вдруг отчётливо, именно ощутилась, а не понялась. Она становилась с каждым мгновением плотнее, окутывала меня словно туман. Я запаниковал.
   А как тут не запаниковать? Ведь если докопаются, то возможны всего два варианта. Либо меня отправят куда-нибудь на обследование... хотя, нет, этот отпадает. Наука в Ольджурии не развита, даже тех зачатков, что были в Древней Греции, нет. По ходу магия задавила процесс развития. Как они меня станут обследовать, да и зачем? Физиологически я ничем от местных не отличаюсь. Наверное, и в самом деле - если где-то во Вселенной есть другая жизнь, то она не сильно будет отличаться от нашей. Помню читал на эту тему. Там даже доказательств куча была и формулы какие-то.
   Но тогда остаётся второй вариант, ещё хуже - казнят без особого промедления. А вдруг я из того мира, где Тьма победила? И, значит, являюсь стопроцентным врагом. Или вообще посчитают моё попаданство шпионской легендой.
   Я уже почти полностью погрёб себя под руинами быстро разрушающегося самообладания, но тут появился Артуно. Возник на верхней площадке лестницы из полумрака и подозвал рукой. Я стал неуверенно подниматься по ступеням, всё ещё судорожно придумывая, как обойти вопросы о том - откуда я.
   - Веди себя обычно, - с искренней заботой в голосе заговорил викариус, приметив печать отчаяния на моём лице. - Не нервничай. На некоторые вопросы, которые не касаются непосредственно "метки" Тьмы - можешь не отвечать. Помни так же, что я выступаю на твоей стороне. Если что, смотри на правую руку. Увидишь два пальца - отвечай, увидишь один - можешь промолчать.
   Хм, ну так легче, конечно. Напряжение немного спало, и я позволил себе улыбнуться.
   Мы прошли по длинному мрачному коридору до самого конца, упёрлись в двустворчатую дверь. Артуно потянул на себя одну из створок, жестом предлагая войти.
   Несколько шагов, и я остановился напротив стола, за которым сидело трое почтенного возраста мужчин. В серых просторных одеяниях с замысловатыми знаками на рукавах. Скосил на секунду глаза, сначала в одну сторону, потом в другую. Слева шкафы со свертками пергаментов и кипами бумаг, справа, видимо, тот самый стул.
   На вид обычное кресло с широкими подлокотниками и высокой спинкой, правда рядом парочка крепких парней в рубахах и плащах храмовников.
   - Ваше имя, - осмотрев меня с головы до ног, монотонно спросил сидевший в центре старик. С каменным лицом и цепким неприятным взглядом серых глаз он был похож на статую гаргульи, которыми в нашем мире украшались готические соборы. Остальные двое, чуть младше "председателя", холодно и бесцеремонно вглядывались в моё лицо, отчего стало неловко и неприятные ощущения вернулись в полной мере.
   - Ант, - проговорил я, как можно спокойнее.
   Старик опустил голову, посмотрел на лежащую перед ним небольшую стопку бумаг, и не отрывая от неё взгляда, продолжил.
   - Ант, пройдите к стулу правды и сядьте на него.
   Я бросил взгляд на Артуно, который встал чуть левее от меня, но тот смотрел на старика. Значит, нужно идти и садиться.
   Никаких ремней, а тем более проводков на стуле не было. Только по одному серому камню размером с куриное яйцо на подлокотниках. Понятное дело - амулеты. Один из храмовников торопливо объяснил, что руки я должен положить так, чтобы камни касались запястий.
   - Всё готово? - спросил старик, когда я уселся, а храмовник не очень вежливо поправил мои руки.
   - Да, ваша честность, - ответил храмовник, и вернувшись на место, принял прежнюю позу. То есть вытянулся в струнку в паре шагов от кресла.
   - Что ж. Ант, вы готовы?
   - Готов, - кивнул я, соображая наскоро, как могут действовать эти серые камешки. То, что по пульсу будут определять - это понятно, а вот может ли быть что-то кроме этого? Ведь должно быть - это же амулеты, а на них какие-то заклинания. Хотя, почему какие-то? Скорее всего, из магии Крови.
   - Итак, приступим, - старик деловито причмокнул губами. - Вас зовут Ант.
   - Да.
   Я скосился на камешек справа. Ничего вроде не произошло. Интересно, а я смогу видеть изменения?
   - Откуда вы родом, кто ваши родители?
   Взгляд легонько дёрнулся влево, мельчайшая доля секунды и снова смотрю на задающего вопросы старика. На руке Артуно не согнут один указательный.
   - Я имею право не отвечать на этот вопрос?
   Сидящие за столом переглянулись, пошептались о чём-то, вновь уставились на меня.
   - Да. На этот вопрос вы можете не отвечать. Дальше. Вы были рабом. Место, время рабства, имя хозяина.
   От последнего слова машинально перекривило, но тут же вернул лицу спокойствие и расслабленность.
   - Северный Доргон, поместье Вир'Сторов, несколько лет, Вирон'Стор.
   Камешки снова ничем не проявили себя. Впрочем, пока я не сказал ни слова неправды. А два года, по большому счёту - это тоже несколько лет.
   - Что побудило вас бежать? - задал очередной вопрос старик, и тут я секунду помедлил. Умолчать, ведь не значит солгать - так?
   - Жестокое обращение. Вам показать спину?
   Проверяющие снова переглянулись.
   - Нет, не нужно, - после короткой паузы продолжил сидящий в центре. - На что вы надеялись, совершая побег?
   - Добраться до портового города, заработать денег и уплыть в Вальтию.
   - В Вальтию? - нахмурясь, переспросили проверяющие разом, и я внутренне обматерил себя. Чревл! Ну какого я ляпнул про Вальтию?
   - У вас есть знакомые в Вальтии? - спросил сидевший ближе ко мне мужчина.
   - Нет.
   - Родственники.
   - Нет.
   - Кто-то из ваших знакомых был уроженцем Вальтии.
   - Нет.
   Вокруг камешков появилось едва заметное красноватое с серебристыми змейками свечение.
   Чревл! Какого хрена? Ах, да...
   - У Вирона было несколько рабов вальтийцев.
   Свечение исчезло.
   - А кроме рабов.
   Я бросил взгляд на Артуно. Интересно, он слил всё из того, что я ему рассказал? Хм, глупый вопрос. Естественно всё. Да, я спас ему жизнь, но он первым делом адепт храма, служащий Номану и Повелителю.
   - По дороге в Алькорд я встретил одного человека. Он был похож на Руну'Арк. Если это правда, что Руна родом из Вальтии, тогда можно сказать - да. Но, учитывая, что это вряд ли была Руна, то ответ - нет.
   Амулеты не среагировали.
   - Как произошла встреча? - поразмыслив пару секунд, продолжил старик.
   - Случайно. Я встретил её на дороге. Она с помощью "иллюзии" приняла облик молодого аристократа. Я решил напасть...
   После этого начались уточнения нюансов нашей встречи, и совсем внезапно был задан вопрос - убивал ли я аристократов или людей на службе.
   - Нет, - выдохнул я, слегка замешкавшись, и камешки снова засветились.
   - Объясните, - тут же потребовал старик, "вцепившись" в меня взглядом, словно когтями.
   - Я отрубил кисть гвардейцу лурда Алькорда. Защищаясь.
   - Ваша честность, - вдруг вступил в разговор Артуно. - Исходя из того, что лурд Алькорда является пособником Тьмы, считаю, что сей момент можно не учитывать, как покушение на человека служащего Повелителю. Вдобавок, личная гвардия аристократов лишь формально принадлежит Повелителю. На самом же деле это независимые отряды, которые в случае общего воинского клича растворяются как расх в айкасе, словно их и не бывало. Не мне вам это объяснять.
   - Согласен с вами, викариус. Однако, ещё не доказано, что Крона'Тор является пособником Тьмы.
   - Думаю - это дело времени, ваша честность. У меня самого были подозрения по его поводу, - спокойно ответил Артуно, слегка поклонившись.
   - Хорошо, - кивнул старик. - Я доверяю вашим словам, викариус. Продолжим. Значит, вы с тем, кто выдавал себя за Руну'Арк, направились к Алькорду.
   - Да.
   - Что говорила вам эта липовая Руна?
   - Послушайте, - внутри меня вдруг стала закипать злость, и амулеты мгновенно среагировали, ярко засветившись. Так, значит, не ошибся насчёт них. - Я открыл викариусу место, где находится портал Тьмы. Я сдал Алькордовских аристократов, которые связаны с Тьмой. О них я узнал по воле случая, связавшись с шайкой. Разве это не доказывает мою непричастность? "Метка" Тьмы оказалась на мне случайно. Это ПсевдоРуна...
   - Кто, простите? - перебил старик.
   - Липовая Руна, лживая Руна, ненастоящая Руна...
   - Держите себя в руках, молодой человек, - повысил голос старик. - И где же, по-вашему, и когда вам была поставлена "метка"?
   - А разве она не могла быть поставлена мне этой самой лживой Руной? Я что, виноват в том, что мне не повезло её встретить?
   - Ваша, честность, - снова вступил в разговор Артуно, бросив на меня пронзительный взгляд, призывающий успокоиться. - Я думаю, это предположение наиболее верное. Посудите сами, в то время как Тьме важен каждый портал, после потери трёх за прошлый год, Ант открывает местоположение одного из них.
   - Этот портал находится далеко от какого-либо города и не представляет стратегической ценности.
   - Вы правы, ваша честность. Но благодаря Анту, мы узнаём, что Тьма собирается сотворить портал вблизи Алькорда. А этот портал весьма мощный стратегический объект. Даже небольшой отряд, который атакует наши легионы с тыла, нанесёт серьёзный урон. Хотя бы благодаря неожиданности.
   - Однако - сосуд по его же словам был украден шайкой, к которой он примкнул, - старик спросил с той интонацией, которая позволила мне вздохнуть чуть спокойней, хотя этот диалог я слушал в крайнем напряжении. Но из голоса старика исчезло желание что-то доказать. Он просто рассуждал, и это не могло не радовать. А то, что Артуно так серьёзно взялся меня защищать, радовало вдвойне. Но внешне я даже не думал выказывать своих чувств, потому что двое других проверяющих продолжали пялиться на меня, цепко изучая реакцию на слова викариуса и старика.
   - Я думаю, - продолжил Артуно, выдержав паузу, после того как старик закончил, - Тьма попытается сотворить портал у Алькорда ещё раз до начала Вздоха. Об этом сообщил завербованный нами демон. А раз уж я вспомнил об этом демоне, то спешу напомнить, что Ант подтвердил его слова, рассказав мне о произошедшем на поляне у границы. Тьма снова заключила союз с Хаосом.
   - Они уже четыреста лет как не имели между собой союза, - недоверчиво проговорил старик. - Данное предположение строится на словах продажного демона и раба. Вам не кажется, викариус, что этого мало?
   - Возможно, ваша честь. Но спешу вам напомнить о потерях армии храмовников в том походе, когда неожиданно выяснилось, что Хаос выступил на стороне Тьмы. Да, это было очень давно, но не стало от этого менее ужасно. А также хочу напомнить вам, ваша честность, о положении на сегодняшний момент с кланом Странствующих. Возможно, Тьма знает о том, что они не примут участие в этом походе, по причине...
   - Мы знаем причину, - перебил старик. После этого проверяющие снова стали о чём-то тихо переговариваться друг с другом, а я аккуратно посмотрел на Артуно. Он едва заметно кивнул мне и выжидательно замер, глядя на совещающихся за столом.
   - Что ж, - наконец заговорил старик. - Все ваши доводы разумны, викариус. А ваш авторитет позволяет прислушиваться к ним. Однако мы вынуждены задать Анту ещё несколько вопросов. Скажите, - старик повернулся ко мне. - Вы связаны с Тьмой?
   - Нет.
   Амулеты "промолчали".
   - Хорошо. Вы знали о том, что на вас "метка" Тьмы до того, как вам об этом сообщил викариус?
   - Нет.
   Снова "молчание" амулетов.
   - Приходилось ли вам когда-нибудь общаться с тварями Тьмы?
   - Нет.
   В третий раз "молчание".
   - А почему вы хотели уплыть в Вальтию?
   - Там нет рабства.
   - Вы являетесь пособником вальтийцев?
   - Нет.
   Старик замолк, посмотрел задумчиво перед собой.
   - Что ж, - заговорил он спустя какое-то время. - Рад сообщить вам, Ант, что вы доказали свою невиновность по выдвинутому против вас обвинению. Можете быть свободны. Удачной вам службы.
   Старик медленно поднялся и собирался уже развернуться, чтобы уйти, но его остановил заговоривший Артуно.
   - Ваша честность, - он снова легонько поклонился. - Если Ант признан невиновным, то по указу Повелителя он имеет право на вознаграждение за ценные сведения, имеющие отношение к Тьме. Я имею ввиду портал и Алькордовских предателей.
   - Кхм, - старик замер и бросил взгляд на викариуса. Его взгляд на секунду стал хмурым, но тут же седые брови вернулись на место. - Варлод, - обратился он к сидящему справа мужчине, который едва успел оторваться от стула, как его остановила речь викариуса. - Выпиши шекер на пятьдесят золотых. Думаю, этого вполне достаточно.
   Пятьдесят золотых? Хм, неожиданно. Что называется - из грязи в князи.
   Я торопливо отвёл руки от камешков и поднялся со стула. Стоящие по сторонам храмовники даже не шевельнулись, а Артуно снова едва заметно кивнул мне и уголки его рта тронула лёгкая мимолётная улыбка. Спустя секунд десять он взял протянутый ему Варлодом листок бумаги и кивком указал мне на выход. А меня долго упрашивать и не нужно было. Легонько поклонившись старику, который в это время смотрел на меня, я развернулся и чуть ли не бегом направился к выходу из это чревлова кабинета.
   - Спасибо вам, - поблагодарил викариуса, едва мы оказались в коридоре.
   - Не стоит, - ответил он, и обойдя меня, зашагал впереди. - Пойдём в мой кабинет. Казначей уже ушёл, так что я выдам тебе из своих, а завтра получу у казначея.
   В стремительно взмывающем вверх настроении я заспешил следом. Получение такой приличной суммы радовало несказанно, особенно если учесть, что на другом конце развилки у этой истории находилась казнь. О, Великая Эри, ты умеешь преподносить приятные сюрпризы!
   Артуно остановился примерно посредине коридора у массивной двери, провёл ладонью над замком, видимо снимая магическую печать, потом достал ключ. Два лёгких щелчка и он потянул дверь на себя. Указал приглашающим жестом внутрь кабинета.
   Кабинет был небольшим, обставлен по всем законам таких заведений - стол, шкаф, диван в углу. Всё это какое-то стандартное, угловатое, лишённое изыска. На стене над столом висел кусок материи с гербом. Герб Повелителя - догадался я и задрал голову выше. Над потолком висел маленький светящийся шар голубоватого цвета, который неплохо освещал помещение.
   - Не жалко просто так палить? - стало мне интересно.
   - Включается при открытии двери, - с некой хвастливостью объяснил Артуно и указал мне на место возле стола. Сам же обогнув его, стал копаться в одном из нижних ящичков, согнувшись почти пополам. Наконец, на столешницу с узнаваемым звоном был брошен мешочек.
   - Здесь ровно пятьдесят золотых. Ты их заработал, Ант, - проговорил викариус, выпрямившись и приняв естественную для него выправку. - Впрочем, ты заработал больше, если считать информацию о шрейлах. Но она пока не подтверждена.
   - Спасибо, - ещё раз поблагодарил я, взяв мешочек и развязав его. Стал сразу перекладывать золото в мошну по две-три монеты за раз.
   - В гуртах воровства практически нет, - продолжил викариус, наблюдая за моими действиями, - Но всё же иногда бывают случаи. Десятицу назад в шестом гурте четвёртого легиона два болвана прирезали своего спящего товарища, взяли у него двадцать золотых и решили бежать. Их поймали, разумеется, но парня уже не вернуть. Да и если бы они его не убили, а просто взяли монеты, всё равно парень остался бы ни с чем. Эти мрази успели за два дня всё прокутить.
   - Понятно, - кивнул я. - И как сделать лучше?
   - Отдай большую часть своему лег-аржанту. Он твоих денег не присвоит, а вот безопасность и золота и твоя будет обеспечена. Кстати, ты куда приписан?
   - Тринадцатый легион. Номер гурта пока не знаю.
   - Это легион Сервия Гальбы?
   - Угу, - кивнул я.
   - Ну тогда тебе придётся попотеть, - Артуно улыбнулся. - Сервий известен тем, что натаскивает обычных легионеров, как гвардейцев из штурмовых гуртов. Но с другой стороны, я немного в курсе дел и могу обрадовать - ваш легион пойдёт по Стурской дороге до Холмогорья. Обычно Тьма это направление почти не использует. Обычно...
   - Я уже слышал об этом. Стою во второй шеренге, так что всё что говорят командиры - достигает моих ушей. А что бывает, когда происходит не обычно? - я сделал акцент на последнем слове.
   - Иногда Тьма кидает туда большие силы, - начал объяснять Артуно после короткого раздумья. - Определённой закономерности нет, когда как. Иногда раз в двадцать Вздохов, иногда два Вздоха подряд. Но думаю, в это походе, вряд ли произойдёт подобное. В этот раз у них другая стратегия - союз с Хаосом. Ладно, Ант, - викариус взял торчащее в золочённой подставке перо, и склонившись, собрался что-то писать на небольшом листке бумаге.
   - Подождите, - остановил я его.
   - Что такое? - Артуно поднял взгляд.
   - Вы пишете нечто вроде объяснительной моему лег-аржанту?
   - Да, - кивнул Артуно.
   - А вы не могли бы указать более позднее время?
   - А зачем тебе? - удивился викариус, вскинув левую бровь, но тут же его лицо расплылось в улыбке. - Неужели уже нашёл себе девчонку?
   - Нет, - соврал я. - Купить нужно многое, а выпадет ещё время или нет, неизвестно.
   - У-у, - понимающе протянул Артуно и продолжил писать, а я замер в предвкушении. Интересно, сколько он даст мне лишнего времени?
   Дописав, Артуно присыпал лист мелким песочком из деревянного ящичка, стоящего на краю стола и через какое-то время аккуратно сдул его, поднеся лист к лицу.
   - Держи, - протягивая мне объяснительную, сложенную пополам, он лукаво улыбнулся. - У тебя есть полтора часа на всё про всё.
   - Спасибо. У меня ещё одна просьба. Последняя.
   - Говори.
   - У вас есть в магическом арсенале что-нибудь вроде вот такого же светящегося шара? - я указал на потолок. - Только чтобы на руке можно было носить.
  
   Глава одиннадцатая
  
   То, что я принял пару заклинаний второго круга практически одно за другим и не испытал при этом ни малейших болевых ощущений, удивило Артуно. Но не столь сильно, как в "спортзале".
   - Насколько хорошо на самом деле ты владеешь магией? - спросил он, прищуря правый глаз.
   - Просто узел усиленно развивал, - ответил я с искренней честностью на лице. - А так, заклинаний выше третьего круга нет.
   Артуно задумался, потом взялся меня проводить. Мы спустились по лестнице и вышли во двор пфаль-управы при штабе армии. Артуно подошёл к одной из служебных брык и объяснил кучеру, что меня нужно отвезти туда, куда скажу.
   - Что ж, Ант, - проговорил он, когда я уместился на мягком сиденье. - Надеюсь, ты был честен со мной во всём. Не знаю, увидимся ли ещё раз до начала похода, но в любом случае скажу - я почему-то тебе верю. Ты славный парень. Возвращайся из Зыби живым.
   Ещё раз поблагодарив викариуса за всё, я бросил кучеру самую обычную для таких случаев фразу, которую говорят в нашем мире.
   - Трогай, шеф.
   Кучер глянул на меня округлившимися глазами, выражая полное непонимание.
   - Поехали, в смысле, - торопливо поправился я и показал викариусу жест - всё нормально. Артуно в ответ согнул правую руку в локте, указывая двумя пальцами в небеса.
   Брыка тронулась с места, стала легко набирать ход, слева поплыло тёмное пятно стены пфаль-управы, выглядевшее в полумраке устрашающе. Но вдруг всё осветилось столь ярко, что стали видны даже щербины на серых камнях. Я зажмурился, улыбнулся этому свету. Секунда-другая, магический фонарь остался позади, и всё вокруг вновь погрузилось во мрак. А я откинулся на спинку, погружаясь в неторопливые размышления.
   Почти весь путь я думал о том, успею ли поужинать у обозников, купить необходимые вещи и провести время с Журбинкой за выделенные мне полтора часа? Пришёл к выводу, что нет. Но, несмотря на сжавшийся голодный желудок, всё же остановил свой выбор на общении с девушкой. Тем более что чего-нибудь перекусить у неё должно найтись.
   - Ты знаешь, где находится таверна "Сложенные крылья виара"? - громко спросил я у кучера, когда мы выехали из города и брыка, шурша о землю колёсами, покатила по накатанной дороге.
   - Знаю! - прокричал он в ответ, не оборачиваясь. - Забирал пару раз оттуда штабного адьюта одного. Митродо, по-моему. Ох, и не помню точно. Сколько перевозил их, чревлят напыщенных, пальцев не хватит пересчитать.
   - Там и останови, хорошо? - перебил я разговорившегося кучера, и тот, сообразив, что слишком развязал язык, замолк и закивал головой. Вдруг я такой же напыщенный адьют, только переодетый.
   По мере удаления от управы, внутри медленно, но горячо, словно магма в жерле вулкана начинала ворочаться радость. Всё выходило очень даже хорошо. Спасибо, Великая Эри, снова поблагодарил я богиню удачи. Это же надо - не просто отмазался от всей этой хрени с "меткой", но ещё и довольно крупную сумму получил. Пятьдесят золотых! Может, для кого-то это и мелочь, но для меня целое состояние. А если учитывать, что подобной суммы в моих карманах вообще ни разу не было, то чувствовал я себя почти олигархом.
   Кучер остановил напротив того места, о котором я спрашивал. Слегка подавшись вперёд, с удивлением отметил, что интересовавшая меня таверна довольно хорошо проглядывается с дороги даже в полумраке. Странно, почему не замечал, когда проходили мимо гуртом?
   Спрыгнув с брыки, я пожелал кучеру счастливого обратного пути и зашагал к выставленным буквой "п" повозкам. Повозки были длинные, метров по пять каждая, с натянутыми поверх каркасов серыми и тоскливыми на вид тентами, но за ними слышалось тихое пение, приглушённые голоса и смех.
   Я обошёл пару повозок, бросая взгляд на просветы между ними. Всё как в обычной таверне, столики, за ними отдыхающие люди.
   На входе налетел на выходящего из таверны аржанта. Вытянулся в струнку, сделав подобострастное лицо, но аржант был, судя по всему, сильно навеселе, и потому не обратил на меня внимания. Лишь слегка качнулся и продолжил свой путь, что-то бормоча под нос. Вслед за ним из прохода выскочила миловидная худенькая женщина лет тридцати, подхватила пьяного офицера под руку и куда-то уверенно потащила. Я проводил их взглядом и когда они скрылись среди других повозок, шагнул внутрь таверны.
   Огляделся. За дальним столиком сидел ещё один офицер в компании двух красоток, что-то очень громко рассказывая. Остальные вели себя куда тише, и судя по одежде были штатские. Впрочем, возможно просто не по форме.
   Стараясь лишний раз не обращать на себя внимания, я быстро скользнул к стойке, роль которой выполнял откинутый борт одной из повозок, и обратился к дородному мужчине, который сидел тут же на низеньком табурете.
   - Вы не подскажите, где найти хозяина этой таверны?
   Мужчина задрал голову и проговорил с ленцой в голосе.
   - Я это. Что вас интересует легионер?
   - Девушка. Журбина зовут.
   - А-а, - понимающе кивнул мужчина и ткнул пухлыми пальцами в проём меж двух повозок. - За ними дорожка есть, пойдёшь по ней направо, третья повозка с серой крышей, - он зевнул. - Есть свежее бизелье, по два кирама. Девушки очень любят.
   - Намёк понял, - улыбнулся я и выудил из мошны золотой. - Дайте четыре.
   Хозяин таверны поглядел на монету с неким разочарованием.
   - Ладно, давайте пять, - улыбнулся я. Этот прожженный торгаш знает толк в намёках. Впрочем, один лишний это хорошо, сам съем по дороге. Пригодится.
   - Лушка! - тут же зычно прокричал мужик. - Пять бизелье с собой!
   Прошла всего минута, и полноватая девочка лет двенадцати принесла мне сложенный кульком лист дешёвой серой бумаги. Я заглянул внутрь, схватил верхнее пирожное, с наслаждением откусил.
   - Фпафибо, - бросил с набитым ртом и поспешил прочь. Обошёл заведение по кругу, нашёл тропинку и зашагал по ней, доедая пирожное. А ничего так, свежее и вкусное, не соврал мужик. Вторая повозка, третья.
   Я остановился и прислушался. В голове вдруг нарисовалась неприятная картинка. А что если она сейчас с кем-то другим?
   На секунду нахлынула непонятная грусть, но я тут же отмахнулся от неё. Что ещё за блажь? Ну с другим так с другим. Сожру все пирожные сам и уйду к чревловой бабушке.
   Но в повозке было тихо. Я подошёл ближе, заглянул за край, и внутри отлегло, потеплело. Девушка сидела на коротком бревне возле костра, перекладывая бельё из одного таза в другой.
   - Журбина, - тихо позвал я. Девушка прекратила занятие, повела головой, замерла на секунду, глядя в другую от меня сторону, и снова вернулась к белью. Блин, она же возле костра сидит, не видит меня во мраке.
   Я сделал несколько шагов и снова окликнул. Девушка повернула ко мне личико и сразу же заулыбалась.
   - А я знала, что ты придёшь, - она бросила свёрнутую белую ткань в таз и радостно вскочила на ноги. Сделала пару спешных шагов ко мне, но вдруг замерла, словно что-то припомнив. На мгновение повисла неловкая пауза.
   - Я бизелье купил. Ты любишь бизелье?
   - Люблю.
   Снова пауза. Чревл, второй раз всегда так. Вроде уже и было всё, а о чём говорить - ума не приложишь.
   - Я одно съел, - заговорил, лишь бы не молчать и двинулся к ней. - Хорошие, вкусные. Бери.
   Рука с пакетом дёрнулась вперёд. Журбина поднялась на носочки, и заглянув в пакет, потянулась тонкими пальчиками к верхнему бизелье. Улыбнувшись, опустил кулёк пониже. Что-то я совсем, как слон в посудной лавке. Как в прошлый раз так само вышло, на автомате почти?
   Взяв пирожное, девчонка заглянула мне в лицо.
   - У тебя, наверное, времени мало? Общий отбой вот-вот будет, - сказала она, и внутри снова немного потускнело. Знала девчонка о быте легионеров-гуртовиков неплохо. Впрочем, чему я удивляюсь?
   Нет, я не рисовал идеалистических картинок в мозгу, я всё прекрасно понимал. Но всё равно почему-то хотелось немного другого. Наверное, надоели два года грубой одинокой жизни. Раба, беглеца, мага, воина.
   Журбина откусила от пирожного, принялась жевать, улыбаясь.
   - А мама твоя где? - спросил я.
   - Да в какой-нибудь таверне с каким-нибудь аржантиком. Как нас обокрали две десятицы назад, она пить шибко начала. Сорок золотых скопленных унесли, а она хотела домик на них купить в каком-нибудь городке и там прачкой устроиться. Или швеёй. Она шьёт очень хорошо. И меня научила.
   - У-у, - промычал я. - Это плохо.
   - Ничего, терпимо. Тут многие так.
   Что именно так, уточнять не стал. Схватил пирожное и заточил его за полминуты.
   - Пошли? - Журбина кивнула на повозку.
   Да и чревл с ним, чего я парюсь? Какие к чёрту красивые отношения, идиот. Это военный лагерь, а не город розовых соплей.
   - Пошли, - кивнул я, и девчонка направилась к повозке.
   Если снаружи небольшой костерок создавал небольшую сферу полусвета, то внутри повозки царил абсолютный мрак. Пахло сеном, цветами, сухим и душным запахом натянутого тента, служившего крышей. Поёрзав в темноте, Журбина прильнула ко мне голым горячим телом, коснулась губами губ. Они у неё были сладкими от пирожного. Я обнял, прижал, впился поцелуями в шею и осторожно уложил её на тонкий матрас посредине повозки...
   Минут через двадцать мы лежали, устало дыша, и глядя в пустоту тьмы. Голова девушки была на моей груди, а её ладошка нежно гладила в районе пупка.
   - Тебе, наверное, идти нужно? - спохватилась она вдруг и хотела подняться, но я нежно остановил её, обняв рукой.
   - Успокойся. У меня бумага есть, где мне лишние полтора часа разрешено погулять. Журбина, а сколько вы с матерью зарабатываете в десятицу? - спросил, вдохнув запах её волос. Какие-то цветы, но не так, как пахнет здесь, в повозке. Видимо, что-то вроде духов. Не помню, как они тут называются.
   - В десятицу? - переспросила девушка и задумалась. - Ну, где-то три-четыре золотых. Но ты не подумай, что я сплю со всеми. Я стиркой зарабатываю. А сплю очень редко. И со старыми никогда, как некоторые. А хочешь, я буду только с тобой? С этой вот ночи.
   - Да, - не стал я лукавить. - Поэтому и спрашиваю, сколько вы с мамой зарабатываете в десятицу.
   - Ты хочешь купить нас? - голос напитался лёгкой обидой.
   - Не вас, ваши услуги. Мне нужна стирка, пришить там чего-нибудь тоже понадобится. Ну и еда. Ты умеешь готовить?
   - Я очень хорошо готовлю, тоже мама научила, - голос Журбины всё ещё таил обиду, хотя уже и неявную, но я чувствовал её. Так, как чувствуется запах магической энергии после использования заклинания. Или, как остающийся в этом месте ментальный след плетения. Сначала чувствуется отчётливо, но быстро тает, рассеиваясь в пространстве.
   - Вот именно об этом я и говорю, - моя ладонь принялась гладить её волосы. Тонкие и мягкие, оттого словно наполненные нежностью. И сама она источала нежность, которая была во всём, в дыхании, в движениях, в тонких пальцах, в завораживающих поворотах головы. И всё это не притворно, как у некоторых, не играя, а естественно. Как лёгкий шелест листьев, как ветерок, рождающий его. - Кормить нас будут всякой дрянью, наверное, так хоть ужинать у вас стану. Да, и вот ещё.
   Я потянулся к штанам, нащупал мошну. Пальцы в темноте ловко отсчитали десять золотых. Протянул их девушке, ткнув в кулачок, блуждающий возле моего пупка, положил на самом пупке стопкой.
   - Чего ты? - тут же спросила Журбина, и нащупав стопку, хихикнула.
   - Здесь десять золотых, это...
   - Ты что, богач? - перебила она.
   - Нет. Просто сегодня получил в штабе в качестве награды, - не удержался я от хвастовства. - Но это неважно, - ещё один бонус самолюбию. - Важно другое. Пять из этих золотых твои. Плата за десятицу сразу. На остальные пять купишь мне пару муштровок, тут же продают такие?
   - Угу, - девушка принялась по одной брать монетки и перекладывать на солнечное сплетение. - Я видела, по полтора золотых за муштровку. Хорошие, тоже из тинсины, как и те, что вам выдают. Это ткань такая, прочная. Вы парни никогда не разбираетесь в тканях.
   Покупала уже кому-то? - хотел было спросить, но во время передумал. Лишний вопрос.
   - Ещё два золотых останется, - добавила она, и в её голосе уже не было обиды. Совсем другая интонация. Она просто, без задних мыслей высчитывала, прикидывала, распределяла мужний доход, как это, наверное, делают все жёны.
   Ты бы смог взять меня в жёны?.. Поклянись Номаном...
   Воспоминание ворвалось в мозг стрелой, пробило навылет довольство, больно откликнулось в сердце. Я быстро поднялся, Журбина испуганно дёрнулась, принялась собирать в темноте монетки, которые посыпались на матрас.
   - Что ты? - выдохнула одним словом, а я молча потянулся к одежде.
   - Что-то не так? - осторожно спросила она, прекратив собирать монетки.
   - Всё нормально, Журбина. Просто мне, наверное, уже пора. Не хотелось бы палок получить.
   Я почувствовал её ладошку на спине.
   - Тебя уже били. За что?
   - Повздорил с одним аристократом, - соврал я, одновременно думая, а как она отнесётся к тому, что я раб? Не может быть, чтобы, как и Мариша.
   Но проверять не стал. Натянул быстро одежду, застегнул пояс с ножнами, коротко поцеловал и выбрался из повозки. Журбина выглянула следом, обнажённая, в свете выглянувшей из-за облаков местной луны похожая на хрупкую нимфу.
   - А что с двумя золотыми делать? - задала вопрос.
   - Нож купи. Лезвие длиною не больше ладони, - я бросил взгляд на её кулачок упирающийся в дно повозки, улыбнулся и поднял руку. - Моей ладони. Мне бриться нечем.
   - Угу, - кивнула она с самым серьёзным видом.
   - Всё. До завтра.
   Я показал ей "викторию", хотя ни разу не видел этого жеста в Отуме, и развернувшись, торопливо зашагал меж повозок. Пощупал карман, в котором лежала объяснительная, и прибавил темп. Чревл его знает, сколько уже времени прошло.
   Бледноватый свет луны, то и дело скрывающейся в облачной дымке, всё же позволял хоть как-то различать дорогу. Но по ней идти я не решился, увидев пару храмовников вышагивающих по едва различимому в ночи полотну. Возможно патруль.
   Взяв правее, рванул между палаток, рискуя заблудиться, но вскоре оказался на знакомой грунтовке. Ещё прибавил темп, поглядывая влево. Вот он знакомый силуэт виара, вот тренога. Правда, бочку уже сняли и оттащили на место.
   - Так, это что такое, воин? - остановил меня грубый голос, едва я замер у штандарта, пытаясь в бледно-жёлтом свете разглядеть номер легиона и девиз.
   От тени одной из палаток отделилась и двинулась ко мне фигура. Я вытянулся в струнку и полез в карман.
   - У меня объяснительная от викариуса Артуно Верлонского, - проговорил, напряжённо глядя на незнакомого мужика в форме лег-аржанта. - А это тринадцатый легион?
   - Ты чё, легионер, совсем оборзел? - холодно ответил мужик. - Пил?
   - Никак нет, мин лег-аржант. Заблудился. У меня объяснительная есть, - повторил на всякий случай. - Я из "последков", только вчера гурт из наших собрали. Я в гурте Лостада... этого... - чревл, не помню фамилии, или как тут говорится - второго имени.
   - Не промазал, воин, - хмыкнул мужик, приближаясь вплотную и придирчиво оглядывая меня. Даже шмыгнул пару раз носом, пытаясь уловить запах хорского. - Ночью я за него. Меня зовут Линк Сатрок, а проще - лег-аржант. Так и обращайся. Ладно, давай свою объяснительную.
   Я быстро достал и протянул ему сложенный пополам лист.
   - Вот.
   На его ладони тут же вспыхнул маленький жёлтый шарик, он развернул лист, и ладонь с магическим фонариком застыла над белым прямоугольником бумаги.
   - Сойдёт, - кивнул он спустя какое-то время. - Свободен, воин.
   Я отдал честь, ударив кулаком по левому плечу, и бегом направился к своей палатке. Губы тронула лёгкая улыбка. Если не придираться к нюансам, в этот миг я был почти счастлив.
  
   Глава двенадцатая
  
   - Гурт, по-о-дъё-о-ом!
   Истошный крик, выдёргивающий из сна рывком, за шиворот утреннего сновидения. И следом звон, протыкающий слух тонкими иглами. Высокий, доходящий до свиста, со стереоэффектом. Ударяют чем-то металлическим по металлическому.
   Ничего не соображая, я подскочил, ещё одной половиной находясь в сновидении, откинул грубое шерстяное одеяло, которое обнаружил свёрнутым на лежаке, когда вернулся, принялся опоясываться. Пальцы торопливо вцепились в лямку, застегнули на автомате. Натянул сапоги. Потом бросился к верёвке, расстегивая на ходу дублету.
   Ночи уже были ощутимо холодными, и я решил спать в своей достаточно тёплой дублете, а придёт время, так и рубаху под неё буду натягивать. Сорвав с верёвки штурмовку, брезгливо поморщился и вздрогнул, представляя, как надеваю это на голый торс. Муштровка не просохла, как следует.
   Но переборов мерзкое ощущение, всё же напялил её, швырнул скомканую дублету на свой лежак, и потирая глаза, рванул к выходу. Ближайший источник звона замолк, но тут и там, чуть дальше, звон продолжал раздаваться. Просовывая муштровку под пояс, я продолжал двигаться вперёд, в толпе таких же полусонных "броуновских частиц". У входа возникло лёгкое столпотворение. Сорок спешащих рыл не могут в течение нескольких секунд организованно и красиво протиснуться в проём всего в два метра шириной. Глядя на пояс, наткнулся на кого-то, выматерился на чистом русском и поднял глаза.
   Нифига себе, откуда у нас такой здоровяк? Разве был?
   Здоровяк тем временем выбрался наружу, остановился, как и я, поправляя пояс с ножнами. Я взял левее, чтобы обогнуть его и тут он обернулся.
   Ноги тут же вросли в землю. Чревл! Моя челюсть поползла вниз, а глаза здоровяка стали округляться. Но меня уже толкнули в спину, и я, дёрнувшись вперёд, по-инерции побежал дальше.
   Твою сурдетскую мать! - заметалось в голове. - Это же сукин сын Нюх. Да не может такого быть! О, Великая Эри...
   Я бежал к плацу, чувствуя спиною его взгляд, казалось, даже слыша его шаги отдельно в гулком топоте остальных.
   От каждой палатки к плацу тянулись десятки человек. Выстраивались быстро, каждый на своё место. За неумение его запомнить - две палки. Так сказал Лостад, может, и шутил, но проверять никто не стремился.
   Я стал во вторую шеренгу, бросил взгляд вправо. Наши с Нюхом взгляды встретились, замерли хищниками перед броском на жертву.
   А Лостад уже чинно вышагивал вдоль продолжающего строиться гурта, заложив руки за спину.
   - Воины! - начал вещать он, когда все четыреста человек стали единым квадратом. - Запомните. Каждое утро у вас будет двадцать минут на приведение себя в порядок. Потом завтрак. После завтрака разгружаем телеги.
   Лостад замолчал, видимо ожидая, когда кто-нибудь что-нибудь ляпнет, но все уже давно поумнели и ртов не раскрывали.
   - На телегах щиты. Большие скуты берёт первая и последняя шеренги. А также левый и правый крайние ряды. Все остальные берут себе малые щиты - пельты. Ант, Сваго, Лид - выйти из строя.
   Хм, а Нюха не позвал. Хотя, если он был в Зыби - световой "щит" и прочие плетения из этой ветви у него, наверное, соответствующего круга.
   Я сделал несколько шагов и стал ждать, когда подбегут Сваго с Лидом.
   - Так, парни, вы быстро приводите себя в порядок и на телеге в Шан. Там вам придётся принять "щит" Света. Тебе, - Лостад ткнул меня в грудь пальцем, - Второго круга, вам первого. На дороге обоз из телег, в общем, разберётесь на месте. До дороги перемещаться лёгким бегом. Завтрак у вас будет в городе. Форма одежды - парадная. Всё ясно?
   - Ясно, лег-аржант!
   - Тогда двадцать минут и чтоб духу вашего тут не было. Гурт, разо-ойтись! Построение через указанное время!
   Я бросился к нашей палатке, быстро вымыл голову с щёлоком, умылся. Потом рванул к своему лежаку и стащил мерзкую муштровку. Ну, слава Номану. Эти две нужно сегодня отнести Журбинке, а завтра в чистенькой и свеженькой...
   Приятную мысль заслонила собой неприятная.
   Что ж за напасть? Каким это хреном чёртов Нюх попал именно в наш легион, именно в наш гурт, и именно во вторую шеренгу, а соответственно, и в одну со мной палатку? Хотя, нет. С последним всё ясно - он довольно сильный маг, поэтому его и поставили в "лоб". Но что делать с первыми двумя совпадениями? Опять твой финт ушками, о, Великая Эри?
   Через двадцать минут мы втроём, в белых новеньких рубахах с крестами на левых рукавах, бежали по грунтовке к основной дороге. Тут нас ждал не очень длинный, в шесть телег обоз. Мы влезли на пятую, которая была полностью свободна, в отличие от первых четырёх. Полусонный старик, сидевший впереди телеги, без эмоций поглядел на нас и снова вздремнул. Минут двадцать мы безмолвно ждали, словно на конечной остановке, когда же уже наш "автобус" двинется. Но "двери" всё не закрывались...
   Наконец, с одной из сторон лагеря показалась бегущая группа в девять человек. Они, одарив нас не особенно приветливыми взглядами, разместились на шестой телеге. Её "водила" тут же громко прокричал что-то, эту замысловатую фразу передали по цепочке, и обоз двинулся. Не теряя времени, я удобно улёгся на солому, устилавшую тонким слоем дно телеги, и сладко прикрыл глаза. Если есть возможность - почему бы не поспать? Телеги не брыки, полчаса до города точно проплетутся.
   Разбудил меня Лид, аккуратно потеребив за плечо. Я вскочил, заозирался слегка испуганно. Было такое ощущение, что умудрился всё проспать. Его рождал какой-то полумрак вокруг, словно уже наступил вечер. Я задрал голову. За какие-то тридцать минут небо успело затянуть свинцовыми низкими тучами, с редкими просветами то тут, то там. Спрыгнул с телеги, заспешил к строящейся шеренге.
   - Так, парни, - начал объяснять худощавый пожилой человек, появление которого я по ходу проспал. В тёмно-синей мантии с серебряным крестом на груди - явно маг-храмовник. - Быстренько построились. Поживей, поживей там. Так, все? Тогда следуйте за мной.
   Тон его отличался от тона наших командиров. Тихий спокойный голос, словно он не приказывал легионерам, а строил парами первоклашек.
   Мы вошли в большое серое здание и потянулись следом за магом по длинному узкому коридору. Потом неожиданно очутились в огромном зале, хорошо освещённом четырьмя магическими светильниками на стенах. Маг тут же заспешил к одной из дверей, скрылся за ней.
   Я оглядел парней. Первым делом Сваго и Лида. Их лица были напряжены.
   - Не бойтесь, - решил их взбодрить. - Ничего страшного нет. Больновато немного, но терпимо.
   - Мне говорили, что надстихийники очень больно принимать, - не поверил Лид.
   - Не больнее, чем если бы тебе что-нибудь отрубили или выгрызли из твоего тела кусок мяса. Согласись? А если у тебя не будет световых плетений, то такое может запросто произойти.
   - Ты прав, - кивнул Лид, однако напряжение с его лица никуда не делось. - Хотя, тебе легко говорить, у тебя уже есть надстихийники.
   - Да ладно, - я усмехнулся. - Между прочим, у меня нет ни одного плетения Света второго круга. Я уже не говорю о том, что "щита" у меня и первого круга нет. А ты же слышал, что Лостад сказал. Мне сразу второй круг забабахают.
   Эта мысль, кстати, меня немного напрягала. Нет, понятное дело, что такое решение принято в связи с тем, что времени до похода мало, а у меня есть световые плетения первого круга. Но не "щит" же!
   В общем, пока я дождался своей очереди, и сам успел впасть в напряжение, граничащее с паникой. Но всё оказалось не так уж и плохо.
   По сравнению с методикой ПсевдоРуны, здесь был явный прогресс. Не поскупились даже на магов-лекарей. Два на вид супердревних старика, оба с длинными куцыми бородками и сморщенными, как вялая брюква, лицами. Вдобавок тощие, словно их месяцами на одной воде с хлебом держали. Какие-то аскеты - почему-то пришло в голову.
   Один из стариков обработал меня парой плетений. Последнее было чем-то вроде обезболивающего. Такое предположение возникло оттого, что я сразу перестал чувствовать лёгкое покалывание в затылке, появившееся, видимо, из-за перепада давления. Всё-таки тучи, тишина и отсутствие ветра намекало, что мы в эпицентре циклона.
   Когда старик закончил, он обернулся и кивнул высокому молодому магу с приятным лицом. Тот подошёл, вытянул перед собой правую руку, а я поднял свою. Оранжевая вспышка, превращающаяся в шар. Потом шар становится серебряным и двумя "воздушными" струями втыкается в ладонь. Пять секунд и всё готово. Боли почти нет.
   - Всё нормально? - дежурным тоном поинтересовался лекарь.
   Кивнув и удивлённо хмыкнув, я поблагодарил обоих задействованных в пополнении моего арсенала магов, и быстро вышел в коридор. Тут же заметил глазами Лида. Он сидел на корточках у стены, низко склонив голову.
   - Всё нормально? - повторил я вопрос лекаря, подойдя к сослуживцу.
   - Болит, чревл, - выдавил Лид.
   В углу зала парочка молодых магов, похоже с лекарским Даром, помогали одному из недавно принявших плетение. Парню совсем поплохело. Он завалился на пол и стал дёргаться в припадке. Его руки хаотично зашарили в воздухе, словно пытаясь за что-то ухватиться. Лекари тут же подскочили, наложили какое-то заклинание, схватили под руки и потащили бедолагу к одной из дверей.
   Практически все в зале наблюдали за происходящим в углу. Лица ещё не получивших плетения стали смурней.
   Когда лекари вернулись, я окликнул их и указал на Лида. Те зашагали к нам.
   - Так, кто в первый раз здесь, и уже получил плетения, построиться в шеренгу, - услышал я за спиной и обернулся. Тот же маг в тёмно-синей мантии.
   Выстроилось человек десять. Я подбадривающе похлопал Лида по плечу, и оставив его на попечение магов-лекарей, примкнул к строю. Рядом стоял Сваго.
   - А ты как, нормально? - спросил у него.
   - Терпимо. Странно, что Лида скрутило, а меня нет. У него Земля и Вода, а у меня только Огонь. А у тебя как?
   - Да какие-то волны болевые наплывают, - я прислушался к ощущениям. - Но терпимые. Наверное, лекарские заклинания ослабевают.
   - Ага, и у меня как волны. Но уже поменьше, - согласился Сваго.
   Переспросив у каждого про самочувствие, маг повёл нас к дверному проёму, за которым угадывалась лестница. Мы поднялись на второй этаж. Точно такой же зал, пустой, те же четыре светильника. Возле одной из множества дверей мы остановились.
   Маг постучал, открыл её и шмыгнул внутрь. Мы терпеливо ждали, наверное, каждый прислушиваясь к ощущениям внутри себя. Наконец, он появился и встал у стены, придерживая дверь.
   - Не орать, вести себя тихо, заходите по одному, - бросил полушёпотом, делая при этом грозное лицо.
   Помещение оказалось обычным школьным кабинетом, что-то вроде парт, деревянная доска на стене. Возле неё суетился сгорбленный старичок, торопливо стирая какие-то формулы. В левом углу я на секунду ухватил несколько колечек, а рядом столбик цифр. Хм, интересно. Но разглядеть получше не удалось. Во-первых, меня мягко подтолкнул в спину шедший следом Сваго, а во-вторых, старичок быстро прошёлся по заинтересовавшему меня углу тряпкой.
   Офигеть! Неужели здесь даже такое преподают? Или это просто осталось после теоретического спора с одним из коллег? На доске была явно изображена структура какого-то плетения. Впрочем, разобраться в структуре не так уж и сложно, если умеешь входить в режим сборки. Достаточно хорошенько приглядеться к цепочке колец. Другое дело - понять сущность магии.
   Не знаю почему, но я почувствовал лёгкий укол ревности. Нужно будет узнать как-нибудь насколько здесь вообще продвинулись в "строительстве" заклинаний. Может, на том же уровне, что и я? Структура понятна, а... хотя, сущностью я ещё особо не занимался.
   Устроившись на второй парте первого из трёх рядов, облокотился и внимательно уставился на доску. Старичок, стерев всё, принялся рисовать три круга, один в другом. Потом сбоку приписал единицу, значок похожий на земное "меньше", тире и следом - слоты. Засунув мелок в карман, он, наконец, соизволил обернуться.
   Пришлось прикусывать нижнюю губу, чтобы сдержать смех. Старичок был практически полной копией Эйнштейна, вплоть до взлохмаченных в хаотическом беспорядке волос.
   Он обвёл нас рассеянным взглядом.
   - Здравствуй, легионеры, - проговорил тихим сипловатым голосом, склонил голову и сильно щурясь, посмотрел на верхний лист небольшой стопки бумаг. Мы едва не вскочили и не поприветствовали его, как и полагается, но яростно замахавший руками маг, успел остановить нас. Иначе, мы бы здорового напугали нашего "учителя".
   - Арторион, я больше не нужен? А то у меня там ещё две десятицы легионеров.
   - Да-да, идите. Всё нормально, - пробурчал старичок и снова окинул нас взглядом.
   - Итак, легионеры - Зыбь, - начал он довольно-таки пафосно, даже не дождавшись пока маг покинет кабинет. - Что же такое Зыбь? Строго говоря, это территория, ограниченная со всех сторон Кромью. Площадь её составляет сорок шесть тысяч кусков земли, - взяв со стола длинную деревянную указку, он повернулся и ткнул ею прямо в центр нарисованных кругов. - Зыбь имеет следующее строение - Внешний Тонг.
   Указка скользнула вправо, застыв недалеко от окружности самого большого круга.
   - Средний Тонг.
   Двинулась к центру.
   - И Внутренний Тонг. Тонг, на языке демонов означает круг. Так.
   Он причмокнул губами и задумчиво наморщил лоб.
   - Что у нас дальше? - спросив это скорее у самого себя, нежели у нас, он вдруг просветлел челом и радостно продолжил. - История Зыби. Итак. Три тысячи лет назад Зыбь не была Зыбью в том понимании в котором является сейчас. На её месте находились болотистые луга, населённые племенами слотов и несколькими видами неразумных тварей. Всё изменилось после "Прорыва Миров". Так мы называем то необъяснённое до сих пор явление, которое произошло ровно две тысячи девятьсот шесть лет назад. Впрочем, по утверждению архисториков Фиоро Магиордского и Лустано Антифало сей срок больше на два года. Впрочем, это неважно.
   Старичок-учитель досадливо мотнул головой.
   - А важно следующее. В процессе "прорыва" Зыбь наполнилась всевозможными тварями. О том, как это произошло, маги-теоретики и архисторики спорят до сих пор. Эти твари заселили всю Зыбь и превратили слотов в своих рабов, после чего стали предпринимать попытки захватить окраинные территории Ольджурии. Но здесь их уже ждали наши легионы. "Прорыв" был зафиксирован несколькими архмагистрами того времени и они сообщили об этом Повелителю. Однако неосведомленность о противнике, как с нашей стороны, так и со стороны тварей привело к диким кровопролитным стычкам. Ни тактики, ни знаний о том, какие заклинания могут уничтожать этих существ, у нас не было. Но и твари, наткнувшись на достойное сопротивление - были растеряны. В тех первых столкновениях и мы, и Тьма потеряли огромное количество воинов, а с нашей стороны были и жертвы среди мирных жителей. И напомню - тогда ещё не существовало Кроми. В течение двух лет Повелителю и Отцам Храма приходилось постоянно посылать на запад Ольджурии наскоро собранные легионы, так как большинство регулярных легионов полегли ещё в первых тяжёлых боях. Наши силы истощались, были практически на исходе, а о силах Тьмы мы не знали ничего. Казалось, что она безгранична, так как твари всё шли и шли из болотистых лугов, и в людях зародилось отчаяние. В этот ужасный для нашей истории момент появилась Кромь. Итак, Кромь, - учитель кашлянул, аккуратно взял из стопки верхний лист и отложил в сторону.
   - Кромь - это полоса, отделяющая Зыбь от Ольджурии, - продолжил после этого. - А так же, предположительно, отделяющая Зыбь от земель Других. Протяжённость четыреста риг с юга на север. На юге она упирается в естественную преграду - Саргские хребты, на севере - в Ледовое море. Глубина Кроми на каждом участке - шестьдесят риг и их в "мирное" время не может преодолеть ни одно существо Тьмы. Появление её приписывается вмешательству Великого Номана, ставшего на защиту своего народа. Это одно из основных положений Мировой Доктрины Отцов храма Семи Дорог.
   Учитель внимательно оглядел нас, словно ища сомневающихся. Убедившись, что таковых нет, стал объяснять дальше.
   - А Вздох - это напоминание о нашем долге пред ним. За бесконечную заботу о народе своём и за милосердие к нему, - добавил он весьма воодушевлённо, но тут же запнулся. - Впрочем, идём дальше. Первые семь лет после появления Кроми люди жили в полном счастье, надеясь, что Тьма больше не придёт на землю Ольджурии, нещадно забирая тысячи жизней. Но случился первый Вздох. Итак - Вздох.
   Он снова отложил лист.
   - Происходит раз в семь лет, длится обычно две тридницы, плюс минус десятица. В этот момент магическое поле Кроми ослабевает настолько, что твари Тьмы могут проходить сквозь неё. Что ж, если это воля самого Великого Номана, то нам остаётся лишь смириться и противостоять злобным ордам.
   Он вздохнул. Ещё один листок перекочевал в тоненькую вторую стопочку. Я бросил взгляд на первую. Неужели вот это всё придётся выслушать? Нет, полезно, конечно, и даже интересно. Но где обещанный завтрак? После вчерашнего ужина в два бизелье и сегодняшнего приёма плетения я был голоден, как стая гиен.
   - Теперь о странном десятилетии. Так его называют архисnbsp;торики, - продолжил тем временем учитель. - Две тысячи два года назад произошёл ещё один "прорыв", названный "малым прорывом". Сила его была в треть меньше "Прорыва Миров". А через три года после этого появился тот, кого демоны называли Великим Владыкой, или Сатэном.
   Хм, невольно вырвалось у меня. Похоже на Сатану.
   - Однако в начале никто не связывал эти два явления вместе, так как "малый прорыв" случился в северном Доргоне. Но возможно это была лишь ошибка в рассчётах тех, кто создавал прорыв, и сразу же после появления Сатэн устремился в Зыбь, где три года готовился к наступлению. О природе этого существа мы до сих пор не знаем ничего, ибо никто из людей не видел его. В исторических сводах есть описания Сатэна пленными демонами и прочими разумными тварями из Зыби, но они слишком противоречивы, чтобы составить какую-то единую картину. Одни говорили, что он похож на нас, другие, что он только сгусток магической силы, были и те, - учитель презрительно усмехнулся, - Кто пытался обмануть, описывая его как крылатое светящееся существо, наподобие огромных альтов, или даже мифических ангелов. Однако, суть не во внешнем виде, а в его способностях. Он обладал либо неизвестной нам силой, либо знаниями других миров. Впрочем, на данный момент верной признана теория об умениях Сатэна, которые он принёс из своего мира. С помощью них он и мог снижать на время силу магического поля Кроми. Орды тварей снова хлынули на плодородные мирные земли Ольджурии. Но шли они очень медленно. Этот факт сначала удивил Повелителя, Отцов и Высших архмагистров. Такое медленное продвижение было списано на ошарашенность самих тварей Тьмы, которые не ожидали внезапного понижения силы поля вне Вздоха, так как тогда мы ещё не знали, что это проделывает их новый Владыка. Но оказалось - всё гораздо хуже. Сатэн умел не только снижать силу поля, но и передвигать Кромь.
   - Как это? - не удержавшись, зло воскликнул кто-то. Я посмотрел - юноша пылкий со взором горящим. Судя по внешнему виду и сжатым кулакам, он гораздо сильнее переживал то, что рассказывал местный "Эйнштейн". Хотя, думаю если бы сейчас шёл рассказ о Великой Отечественной, о миллионах убитых моих соотечественников, то самым переживающим оказался бы я, а остальные, как не имеющие к этому событию никакого отношения, чувствовали себя гораздо спокойней.
   - К сожалению, этот момент не объяснён до сих пор, - мягко ответил учитель и продолжил. - Но из исторических сводов мы знаем, что Сатэн проделывал это, и не раз, расширив границы Зыби почти втрое. За десять лет своего правления.
   Он отвёл взгляд от листка, рука потянулась к указке.
   - А теперь перейдём к основному. Тому, что вам непосредственно поможет в бою. По принятому истинным списку Валодо Стагриордского тварей Тьмы насчитывается около двух десятиц, но сегодня мы рассмотрим лишь часть, начиная с самых слабых существ. Итак, слоты.
   Он ткнул указкой в написанное ранее слово.
   - Являются коренными жителями Отума, попавшими под власть демонов. Так мы называем правящую расу Тьмы. Врождённых либо приобретённых защит к магии не имеют. Уничтожаются боевыми плетениями любых ветвей, кроме ветви Крови. Неплохо владеют холодным оружием, наступают подобными нашим гуртами, по пятьсот воинов в гурте, прямоугольник двадцать пять на двадцать. Отличие от людей - серая кожа, перепонки на нижних конечностях. Иных нет. Разумны.
   Он развернулся, и щурясь, зашарил глазами по столу. Потом заглянул под него.
   - Вы в карман положили, - сказал я громко, сообразив, что он ищет.
   - Ах, да, - воскликнул "Эйнштейн" и спустя секунду выудил мелок. - Спасибо, легионер.
   Снова повернулся к доске и нарисовал цифру "два". Значок "меньше" повёрнутый на девяносто градусов вправо. После него вывел - циклоды.
   - Циклоды, - озвучил написанное, и не оборачиваясь, тыкая мелком в слово, продолжил. - Существа ростом до десяти арсов, имеют длинные и мощные верхние конечности, а так же хорошо развитый плечевой пояс, что позволяет им отлично метать большие камни и тяжёлые копья. Вес камней достигает десяти кромов.
   Чуть больше тридцати кило, мелькнула мысль. Не слабо.
   - Врождённых и приобретённых защит к магии нет. Разумны. От их камней и копий помогают воздушный и земляной "щиты". Первый, в зависимости от круга, меняет траекторию, отводя летящее орудие по касательной, второй, благодаря своей плотности, просто принимает и гасит силу удара. По этой причине, земляной "щит" не рекомендуется применять против камней, если впереди находятся ваши соратники. Уничтожается любой ветвью, однако круг боевого плетения должен быть не ниже второго. Первый в связи с мощностью их организма обычно не вызывает серьёзных повреждений. Исключение не составляют даже боевые плетения из ветви Света. Бить "лучом" или "кольцом" первого круга бесполезно. Некоторые архмагистры сходятся во мнении, что это связано с всё же существующей у них врождённой защитой к слабым плетениям. Однако большинство их не разделяют эту точку зрения. Впрочем, это так же не существенно.
   Он поднял правую руку с мелком. Ещё поворот значка-цифры на девяносто градусов, теперь похоже на "больше". Следом слово - глемы.
   Хм, этих уже видали.
   - Не являются существами. Лишь формы, рождаемые и поддерживаемые магией Тьмы. Бывают глемы земляные, песчаные, каменные и железные. Последние наиболее опасны. Магической защиты нет, рост до девяти арсов. Первые два вида временно разрушаются любыми боевыми заклинаниями, последние только от четвёртого круга и выше. Также можно нанести временный урон холодным оружием. Для полного же разрушения необходима боевая магия Света от третьего круга. Неразумны. Следующее существо.
   Значок повернулся ещё раз, замкнув круг. Четыре положения - дошло вдруг до меня. Возможно, есть взаимосвязь цифр со структурой цепочек плетений. Нужно будет посмотреть с этой стороны.
   - Эскуры. Передвигаются на четырёх лапах, похожи на огромных тейков. Магической защиты не имеют. Уничтожаются любой ветвью. Неразумны, но очень быстры и исполнительны, практически не отступают. Основное оружие клыки и когти, иногда несут на себе боевые взрывные плетения Тьмы и Хаоса. Следующее существо - тавманта.
   Ну, этих не только видели, но и били. Я уставился на цифру пять. Тот же значок "меньше", только перечёркнут одним штришком. То, что дальше он крутанётся три раза по часовой стрелке и цифра девять будет аналогом единицы и пятёрки только перечёркнутая дважды - я знал и раньше. Но теперь это связывалось в моём мозгу с колечками в плетениях.
   - Существо крылатое, - продолжал тем временем старичок. - Единственное из не обладающих боевой магией, но имеющее защиту от стихийных ветвей. Архмагистры сводят это свойство к условиям обитания в том мире, откуда эта тварь прибыла во время "прорыва". Уничтожается ветвью Света и Порядка. Укус ядовит. Укушенный умирает в страшных мучениях в течение нескольких часов. Не может проникнуть сквозь световой "щит", сквозь "щит" Порядка проникает. Так.
   Учитель обернулся, бросил полуслепой взгляд на стопку, ничего не увидел, подошёл к столу. Откинул сразу три листа.
   - Да, значит. На сегодня дам вам ещё парочку существ с более развитыми магическими свойствами, которые в списке Валодо именуются слабыми духами Тьмы, и после перейдём к заклинаниям.
   Он бросил мимолётный взгляд на доску, но тут же снова уставился на стопку бумаги.
   - Записывать их не буду. Запоминайте. Аспейны - самые слабые духи, похожи на людей, однако сквозь них можно видеть. Владеют некоторыми заклинаниями Тьмы первого и второго круга. Уничтожаются любыми боевыми заклинаниями Света. Стихии бесполезны. Азы - духи, вызывающие болезни. Выглядят как клочки тумана, таким образом отличить их от тумана можно только по целенаправленному движению. При соприкосновении с телом проникают под кожу. Если вовремя не будет оказана помощь магов-лекарей, человека одолевает смертельный недуг. Похож на "чёрную смерть". Тело начинает быстро гнить, жар, рвота, слепота, помутнение рассудка. Самые крепкие держатся два-три дня. Уничтожается боевыми заклинаниями Света. Так, ладно. Дам ещё одно существо, так как вам возможно придётся встретиться с ним на Кроми. Я имею ввиду альтов.
   Старичок оглядел нас, по его губам скользнула едва заметная улыбка.
   - Думаю, вас в детстве пугали ими.
   Почти все легионеры улыбнулись, закивали. Чтобы не возникло ненужных вопросов, я повторил за ними, хотя меня в детстве лишь пару раз пытались напугать бабаем, когда я вёл себя особенно непослушно. Но на меня не подействовало и родители эту затею отбросили.
   - Страх людей перед ними происходит оттого, что это единственные существа, которые свободно могут проникать сквозь Кромь и не во время Вздоха. Но это не единственное их отличие. Несколько серьёзных архисториков и архмагистров магии совсем недавно выдвинули предположение, что альтов вообще нельзя причислять к тварям Тьмы. Есть и те, кто считает их посланниками Великого Номана, которые появились вместе с Кромью. Выводы эти основаны на записях в древних сводах. Во-первых, об альтах ни разу не упомянуто при описании столкновений первых двух лет после "Прорыва Миров", во-вторых, их ни разу не видели в самой Зыби, и в третьих... да, они иногда нападают на людей, но имеются и несколько десятиц свидетельств, что они нападают так же на тварей Тьмы, когда те находятся в Кроми. В юном возрасте... имеется ввиду визуально, по той причине, что определить настоящий возраст альтов мы не можем, они выглядят как обычные дети. Отсюда и происходит суеверие, что альты похищают ольджурских детей. Становясь старше, опять же только визуально, они приобретают основные черты духов. Могут перемещаться по воздуху, становиться невидимыми и так далее. Предположительно магией владеют как и люди с Даром, то есть в зависимости оттого, каков Дар и что они изучили. Встречались альты, владеющие Огнём архмагистрального, то есть последнего наивысшего круга. С остальными стихиями вероятно дела обстоят так же, хотя, подтверждённых данных нет. Свет, Тьма, Порядок, Хаос - использование плетений из этих ветвей тоже было засвидетельствовано, но всего несколько раз. Такое малое количество сведений от их скрытности. Далее. Имеют крылья, однако перемещаются как сгустки воздуха. При встрече самым лучшим будет не проявлять агрессии, в этом случае можно избежать агрессии с их стороны, но необязательно.
   Учитель замолк, глухо покашлял в кулак.
   - Теперь заклинания. Начнём с "кулака Чревла". Это заклинание Тьмы равносильно обычному надстихийному "кулаку"...
   Он ещё долго перечислял плетения, кратко описывая их боевые или защитные характеристики, наконец замолк, бросил внимательный взгляд вглубь кабинета:
   - На сегодня всё. Есть вопросы?
   - Да, - тут же поднялся один из магов-легионеров. Мужчина лет тридцати пяти, высокий, с кучерявой шевелюрой. - А почему мы не нападаем на Тьму в мирное время? Ведь в этот момент твари не могут проходить сквозь Кромь, а мы можем.
   - Садитесь, легионер, - учитель сделал жест рукой, после чего повернулся к доске. Какое-то время просто смотрел на неё, наконец, дёрнув плечами и громко хмыкнув, повернулся к нам. На его лице уже не впервый раз за "урок" светилось озарение. - Я же не писал их, - он улыбнулся на мгновение, но тут же вернул лицу серьёзность. - Но тогда припомните, легионер, что я говорил об азах - духах, вызывающих болезни. В первое столетие после появления Кроми Повелитель и Отцы не раз направляли легионы вглубь Зыби, надеясь уничтожить эту безбожную клоаку в своём логове, но потери были ужасны. Демоны практически не используют азов во время Вздоха, чтобы уберечь и сохранить их количество. Зато в мирное время тактика заражения людей страшным недугом посредством этих тварей применяется очень активно. А наши лекари, находящиеся постоянно на территории Зыби, не справляются. По их утверждениям, лечебная магическая сила в Зыби практически отсутствует и на восстановление уходит больше времени. Этот феномен был объяснён во время последнего похода Высшими. Лечебной магической силы в Зыби нет вообще, она попадает туда только во время Вздохов. Видимо, защитное поле Кроми не пропускает её, а в самой Зыби что-то не даёт твориться из общего магического поля. Раньше считалось, что это относится только к магии Крови, но как выяснилось - и с целительством та же беда. А потери в мирное время сильно сказываются на боеготовности армии во время Вздоха. Ещё есть вопросы?
   - Да, - рискнул я. - А что у вас было нарисовано в левом углу доски, когда мы заходили?
   Конечно, во мне сидела уверенность, что ответа не дождусь, но меня интересовала реакция "Эйнштейна". Тот, как я и ожидал, смутился, замешкался и даже испугался. Потом посмотрел на меня, как на врага народа.
   - Это моя внучка рисует всякие непонятные вещи, - его руки мелко затряслись, а левый глаз нервно дёрнулся. Он тяжело сглотнул. - Внучка, Тульрина. Восемь лет ей, - отвёл взгляд в сторону. - Думаю, вам пора, легионеры. Вы же ещё не завтракали, ведь так? На следующем занятии, - снова уставился в стопку листов, - Пройдём существ из категории среднесильных духов, и возможно дам вам парочку из сильных. Все свободны.
   Он развернулся, и схватив тряпку, стал стирать неровные тонги Зыби. Выходя, я на секунду обернулся, и задумчивый взгляд "Эйнштейна" метнулся с моей спины обратно на доску.
  
   Глава тринадцатая
  
   Да, рисково и глупо, но зато теперь можно хоть что-то предположить. Вероятно - конструирование плетений вовсе запрещено и могут им заниматься лишь, к примеру Высшие, то бишь архмагистры "аттестованные" лично Повелителем. Или вовсе никто не умеет толком конструировать. А этот гений сам дошёл до чего-нибудь и занимается на свой страх и риск. Внучка, восемь лет, ага. От пола до нарисованных колечек было никак не меньше двух метров. Хотя, она могла и на стул влезть, но всё равно звучит неубедительно. Это если даже не принимать в расчёт его заметный испуг.
   Он просто забыл стереть из-за своей рассеянности.
   А может такой вариант? Заниматься структурой плетений можно, только достигнув степени магистра.
   Нет, Альтор ни разу не упоминал о подобном. Или армагистра... если не вовсе - архмагистра. В таком случае, мои тренировки весьма опасны. Если какой-нибудь крендель из крутых магов засечёт... не знаю как, но всё же...
   А на мне и так много подозрений, несмотря на оправдательный приговор. Уверен, в моём личном деле все эти ПсевдоРуны, метки, порталы и прочее - жирно прописаны чёрным по белому и ждут того часа, чтобы вновь зафигурировать при первой возможности. Например, по поводу моих нелегальных занятий со структурами плетений. Нужно быть осторожней. Нет, всё-таки сглупил я, задав "Эйнштейну" подобный вопрос.
   Завтрак был хорош. Мало того, что мясного не пожалели, так ещё и добавку можно было попросить, что многие и сделали. Принятие новых заклинанией отобрало немало энергии и её нужно было восстанавливать.
   В столовой к нам со Сваго присоединился Лид. Выглядел он уже почти обычно, болтал без умолку с извиняющейся улыбкой на губах, стыдясь своей слабости. Хотя, мы даже не намекали ему о случившемся. Да и что тут такого, со всяким может произойти.
   Наевшись от пуза, подождали, пока с завтраком закончит вся группа, после чего поплелись всем скопом к выходу. Здесь нас уже ждал обоз.
   Полчаса, и мы, спрыгнув на своём повороте, заспешили к стоянке тринадцатого легиона. Всего через четыре дня нас снова повезут в Шан, чтобы принять "лучи", и до этого момента нужно изучить "щит". Если у кого не получится, то перевод в штурмовой отряд магов. Место - эгидник световика. То есть, прикрытие в бою стихиями, чтобы тот спокойно работал с ветвью Света. И вроде бы круто, но в обязанности эгидника входили и другие, менее привлекательные функции - таскание вещей световика во время переходов, обстирывание и обштопывание, если нет денег нанять кого-то из обоза, да и о дедовщине в штурмовых отрядах витал в среде магов-легионеров слушок. Что было объяснимо. Если ты не способен к магии Света, а находишься среди тех, кто в этом деле преуспел - то уважения тебе не видать.
   Лично меня это не касалось, я Светом владел, но, тем не менее, желания перейти в штурмовой отряд не испытывал. Да и видимо не было в этом необходимости, раз начальство не перенаправило. В гуртах вон недобор со световиками. Даже Нюха к нам распределили... Чревл, ещё же этот Нюх! Совсем из головы вылетело.
   Входя в "ворота" стоянки нашего гурта, я снова задумался о превратностях судьбы. О, Великая Эри...
   Впрочем, судьба такова и есть - сегодня всё хорошо - радость, любовь, счастье, или хотя бы покой, а завтра, как обухом по голове. Да так, что света божьего не видишь.
   Сваго с Лидом ушли в свою палатку, я в свою. До обеда нам было рекомендовано заняться новым плетением. В блочном режиме я уже за двадцать минут сумел изучить и собрать "щит" наполовину. Притормозил коней, или, что для Отума понятнее - логов. Нельзя так быстро. Я здесь винтик в огромной махине армии, не стоит выделяться.
   Решил прокачать узел. Качал кусками "луча" и дошёл до такой температуры, что чуть не вырубился. Зато едва ли не физически чувствовал, как узел спешно надстраивает новые "кластеры". Немного отдохнув, выбрался наружу. В режиме сборки заниматься здесь не хотелось. Лучше уж в личное время, те самые два часа до общего отбоя, сваливать куда-нибудь к реке и заниматься там. Под покровом темноты. Благо с плаца мы возвращаемся как раз, когда светило прячется за горизонт.
   Прогулялся до "ворот". Простенькие часы в виде чёрного круга из материала похожего на обсидиан из-за пасмурности "не работали". Присел, потрогал торчащий из центра узкий металлический треугольник. Прямоугольный, с основанием всего сантиметра в два, потом потёр пальцем белые линии и цифры, которыми чёрный круг был практически полностью исчёркан. Справа послышался топот копыт.
   Поднявшись, выглянул на дорогу. К стоянке галопом нёсся всадник, в котором без труда узнавался тот самый паренёк, который тут вроде гуртового адьюта. Пока он приближался, успел позавидовать его умению ездить верхом. Держался он в седле непринуждённо, даже красиво, ну и само собой лихачил по молодости. Перед воротами резко натянул поводья, едва не воздев лога на дыбы.
   - Парни, - обратился слегка запыханным голосом, хотя, я был один. - Если чувствуете себя нормально, то на плац. После обеда вы нужны.
   - Уже выдвигаемся, - кивнул ему.
   Он же, не удостоив меня ответом, развернул лога и взял с места в карьер. Сопляк, - без особой злобы подумал я и заспешил к палатке последних двух шеренг.
   - Ну, как успехи? - спросил у Сваго и Лида, заглянув внутрь.
   - Плоховато изучается, - буркнул Сваго. Лид же находился в трансе.
   - Ладно, расталкивай его и на плац. Щас этот паренёк приезжал, ну что у нас тут за адьюта, сказал, мы нужны.
   Особенно мы не спешили. По основной дороге шли, чуть ли не вразвалочку, выглядывая в лагере обозников красивых девчонок. Ну и офицеров каких-нибудь, чтобы не дай бог не выхватить нагоняя. Мне тут же вспомнились трёхкилометровые кроссы на физкультуре - когда бегущий выпадая, благодаря длинному спортзалу или зданию школы, из поля зрения учителя, тут же переходил на шаг. Сейчас мы действовали именно по такому принципу - едва поблизости возникал офицер, как мы тут же ускорялись.
   Но торопиться и впрямь не стоило. Когда мы пришли на плац, сослуживцы только-только приступили к обеду. Я достал из походного рюкзака миску и ложку и пристроился к очереди за едой. Поесть при таких нагрузках никогда мало не бывает.
   Получив свою порцию, оглядел обедающих. Многие держались своих шеренг, но мой взгляд наткнулся на Нюха, и я тронув за плечо Сваго, указал ему на место за спиной охотника.
   Нюх сидел рядом со стариком и вёл с ним беседу, словно старый знакомый. Старик кивал с серьёзным видом, потом подносил ложку похлёбки ко рту, проглатывал и сам что-то говорил.
   Как можно бесшумней приблизился, присел, и посмотрев на Сваго с Лидом, прижал палец к губам. После этого указал на старика. Мол, давайте послушаем, что бывалый вояка рассказывает. Хотя, на самом деле мне было намного интересней, что говорит ему Нюх.
   - ...не видал, - коснулся моих ушей хрипловатый голос старика. - Хотя мы в Кроми семь дней стояли. Ожидали когда турмы нашего легиона подойдут. Наши парни сходили вперёд и засекли, что впереди аземов отряд большой, тварей в полтыщи и слотов тыщи три. А у нас только пешие.
   - Жаль, - выдохнул Нюх. - А я вот из-за них как раз и лишился всего. Заступился. А как не заступиться, отец? Они ж как дети людские, один в один.
   - Надо было просто твоего жанта ногой отпихнуть, а ты сразу за меч.
   - Тут ты прав. Ну вот не сдержался, когда он одному из маленьких альтов голову снёс. Я хоть и на логе был, а и мне на лицо кровь попала. Она у них тоже красная, представляешь? В общем, не совладал я с собой, - Нюх досадливо махнул ложкой, после чего продолжил спокойней. - Так они теперь, отец, утверждают, что альты и не твари Тьмы вовсе. Так прямо мне штабной арх-лег и сказал - возможно альты посланцы Великого Номана. Врубаешься? Но, мол, вернуть риттерство, говорит, тебе не можем, потому как ты вышестоящего по званию изувечил.
   - Да-а, дела, - протянул старик и снова поднёс ложку с похлёбкой ко рту.
   Разговор на этом прекратился и я сам взялся за еду. Пустая похлёбка, штук шесть-семь маленьких, с зерно айкаса кусочков мяса на всю порцию и что-то вроде капусты. В Ольджурии эту штуку называют незамысловато - грызла. Любят местные простолюдины погрызть её в сыром виде.
   Словно почувствовав спиной, Нюх вдруг обернулся. Наши взгляды снова встретились. В глазах охотника мелькнула злоба, а мои остались спокойными. Неужели ещё тот пинок помнит? - промелькнула мысль, и я хладнокровно принялся за еду. А Нюх, видимо, не увидев во мне того, что ожидал, недовольно отвернулся. А ждал он понятно чего - моего страха. Но я уже внутренне для себя решил - хрен ему.
   - Гу-урт, стро-ойся! - взвился над лугом голос Лостада.
   Легионеры разом подскочили, засуетились, и часть плаца стала похожа на растревоженный муравейник. Я быстро вытер миску и ложку пучком жухлой травы, засунул их в рюкзак и взглянул на парней. После этого накинул обе лямки на плечи и бросился к уже на четверть построенному квадрату. На ходу с интересом разглядывал огромные, в две трети человеческого роста щиты, потом заметил, что щиты поменьше есть у всех. Забегал глазами по лугу.
   - Сваго! Лид! - крикнул спешащим в конец гурта магам и указал на три пельта, стоявших домиком в одном из углов плаца. Сам бросился к ним.
   Лостад терпеливо ждал, пока мы вернёмся обратно. Никаких претензий не высказал, понимая, что нашей вины нет. Я вернулся на своё место, разглядывая ремни с внутренней стороны щита. Два, протянуты вдоль. Просунул в них руку, вроде удобно. Можно, конечно, чуть подтянуть, но побоялся замешкаться. Потом уже.
   Посмотрел, как держат щиты стоявшие рядом сослуживцы, сделал точно так. Перед собой, верхний край на уровне подбородка, нижняя часть наполовину прикрывает пах. Правда, у тех кто пониже, полностью.
   Лостад коротко определил тактические задачи на ближайшие два часа. Наступление коротким шагом. Задача магов бить через каждые сорок шагов чем-нибудь из стихий первого круга. Куда? Вверх.
   Ясно?
   Ясно, мин лег-аржант!
   Поехали.
   Два часа мы топтали землю, шагая по плацу туда-сюда, иногда разворачивались. Правда, нашим гуртом был отработан только один вид разворота, самый простой. Но он же был и самым быстрым, эффективным и даже эффектным. А по сути именно этот разворот и являлся боевым, как я понял из коротких выкриков Лостада. Ту хрень, которую демонстрировал один из гуртов тринадцатого легиона во время первого нашего тут появления, только для парадов подавать. Как деликатес.
   Спина-а, вперь-од!
   Секунда и мы уже готовы двигаться в противоположном направлении.
   Левое плечо-о вперь-од!
   Мгновение и мы атакуем флангом.
   Лид и Сваго исчерпали узлы первыми, почти одновременно, но Лостад гурт не остановил. Понятно, первый раз проверка, кого насколько хватает. Я стал пустым через минут десять. Линк продержался ещё пятнадцать.
   - Гурт, сто-ой! Маги-легионеры ко мне! Восстановление.
   Мы скинули с рук щиты и попадали на них задницами. Войдя в транс, я не видел лег-аржанта, но каждым сантиметром кожи чувствовал его внимательный пытливый взгляд. Восстановившись до краёв, стрелой вылетел из транса и вскочил на ноги. Встал по стойке смирно. Справа в таком же положении стоял Нюх, а Сваго с Лидом всё ещё продолжали восстанавливаться. Наконец, вскочил Сваго, последним Лид.
   - Так, всё ясно. Нормально. Только вам парни, - он посмотрел на Сваго с Лидом, - Нужно будет немного поработать с узлом. В следующий раз в Шане скажете об этом армагам. В строй.
   Едва мы успели, подхватив пельты, вернуться на свои места, как последовала команда продолжать. И снова мы шли, поворачивали, разворачивались, били вверх стихийниками. Линк, судя по всему - "кулаками", Сваго небольшими огненными шарами, а Лид чем-то мне неизвестным. Наверное, из Земли. Я же молотил "молнией" первого круга, не для красоты и не ради понтов, а просто потому, что это заклинание до сих пор было моим любимым. С детства молния вызывала во мне какое-то смешанное чувство. Радости и лёгкого страха. А теперь к нему прибавилась и дурацкая гордость, оттого, что я умею ей "повелевать".
   После второго восстановления мы перешли с боевых плетений на защитные. Я выбрал воздушный "щит". По крайней мере, из сведений о циклодах я теперь знаю, что он хорошо работает против камней и копий. Нюх юзал то же, что и я, Сваго ставил огненный. А что - думаю, обычные стрелы такой пожжёт. Лид привычно работал с ветвью Земли.
   После третьего восстановления снова боевые, теперь через тридцать шагов, потом снова защитные...
   - Отдых двадцать минут! - наконец, прокричал Лостад, и мы устало расселись на земле.
   Фигасе! Я обратил внимание на внутреннюю сторону скута, стоявшего передо мной. Парень из первой шеренги не стал его класть, впрочем, и некуда было, он просто уткнулся в щит головой. В три ряда к скуту были прикреплены кармашки из кожи, всего шесть штук, и в каждом кармашке по нескольку голышей.
   А я то думал, что только мы, маги, выкладываемся на полную.
   Впрочем, все парни были вымотаны не на шутку. Я хотел было поискать глазами старика, но передумал. Лишний раз двигаться не хотелось, а поворот шеи - это тоже движение, которое на данный момент делать попросту лень.
   Я согнул колени, вслед за большей частью соратников, и упёрся в них лбом. Прикрыл глаза. С правой стороны долетел и коснулся слуха гул. Непонятный, но мощный, надвигавшийся, как стена. В первую пару секунд я проигнорировал его, но он очень быстро нарастал, и вот уже давил, словно клаксон несущегося на тебя самосвала, или как сам самосвал.
   Да что за чревл! - яростно метнулось в голове, я вскинул её и посмотрел в сторону шума.
   - Гурт, подъём, вашу сурдетскую мать! - поверх гула дико проревел голос нашего лег-аржанта, и мы ничего не соображая, повскакивали на ноги. - Стро-ой-ся! Сми-и-рно! Равнение на правое пле-е-чо!
   Проделав всё почти синхронно, мы застыли как статуи, всё ещё не в силах понять, к чему этот неожиданный парад. Но гул уже был повсюду, и можно было различить его составляющие. Короткое гортанное "гра".
   И мы вдруг увидели длинную кавалькаду, несущуюся по дороге. Отсюда она казалась слегка игрушечной, но в тоже время впечатляла. Не менее полусотни воинов в доспехах и шлемах, едва различимых с такого расстояния. За ними четыре кареты, следом снова воины.
   - Приветствуем Повелителя! - проорал Лостад. - Глоток не жалеть!
   Я тут же оказался оглушён многократным "гра". Четыреста человек за исключением меня дружно заревели одной огромной глоткой чудовища. Вдобавок то там, то тут крайние ряды и шеренги гуртов принялись молотить ножнами в щиты. Наши парни не отставали. У тех, кого ножны были, отцепляли их и начинали тарабанить, у кого не было, били в щиты кулаками. Я оглох полностью. Внутри меня наполнила какая-то непонятная и неприятная мне волна, стала распирать изнутри. Мозг отчаянно сопротивлялся ей, а сердце умоляло принять, раствориться в этой волне. Я знаю, что я винтик, но я не хочу, не-хо-чу...
   Рот раскрылся помимо моей воли, по спине побежала холодная волна мурашек, и я заорал вместе со всеми бесконечное "граааааа!". Дионисическое во мне - победило.
  
   Глава четырнадцатая
  
   К вечеру ноги еле передвигались. Такое ощущение, что сапоги сделались вдруг в несколько раз тяжелее. Стащить бы их сейчас и босиком... Или вообще упасть посреди дороги и хрен на них всех...
   Именно поэтому после вечернего построения сразу в обоз не помчался. Дождался ужина, набросился на кашу с редкими кусками варёного сала, как на изысканное блюдо.
   Теперь можно подумать дальше. Журбина. Какая к чревлу Журбина? Если я до обоза и доплетусь, то обратно уже только ползком или на носилках. Надо было ей сказать, чтоб муштровки и нож сюда принесла. Может, сама додумается?
   Решив этим вечером не ходить к девушке, а сбегать к речке, окунуться в холодную воду для бодрости и всё же поработать в режиме сборки, вернулся в палатку. Стянул с гудящих ног сапоги и рухнул на топчан. В спине заломило, но сладко. Позвоночник впервые за несколько часов оказался без нагрузки, закайфовал избавившись от неё. Я медленно потянулся, расправляя косточки. Боже, какое же это наслаждение - лежать!
   Большинство парней поступали как я. Если кто и разговаривал, то вяло, смешки редкие и какие-то дистрофичные. Сегодняшний день всех вымотал подчистую.
   Краем глаза зафиксировался на крупном силуэте Нюха. Тот долго копался в вещах, потом прилёг. Я уставился в потолок, почувствовал, как накатывает сон, встряхнулся. Нет, спать нельзя. Нужно хотя бы "срезни" второго круга попробовать в деле, а то уже и забыл о них. Да и вообще - тяжело в учении, легко в бою. Суворов вроде говорил, а он мужик правильный был.
   Я поднялся, вышел из палатки. Вечер уже полностью погрузил стоянку в полумрак, который не был полным лишь благодаря трети диска местной луны. В общем-то, обычный серп, как и у нас. Мысленно приставил к нему палочку, получилась буква "у". Стало быть - луна теперь ущербная, скоро вовсе не видно станет, и ночи превратятся в непроглядные чёрные бездны. Прошёлся к воротам, поискал на грунтовке женский силуэт, но не обнаружил. В сердце кольнула лёгкая обида и немного ревности. Что, нельзя было догадаться припереть мне эти чревловы муштровки?
   Ага, если она на твои бабки не поит сейчас какого-нибудь очередного любимого. И больше тебя любимого, раз на твои ба...
   Пристыжено задавил эту мысль. Вынырнув из полумрака у "ворот", показалась Журбина, увидев меня, расплылась в лучистой улыбке.
   - Ждёшь?
   Я молча шагнул к ней.
   - А я ждала. Смотрю, не идёшь, - затараторила, как из пулемёта. - Решила, устал. Вот.
   Я обнял её, притянул, и ей пришлось снова прижать руки к груди. Поцеловал бегло, разжал объятия, она сама сделала шаг назад, снова протянула ко мне руки.
   - Муштровки твои вот.
   - Спасибо, - взяв их и бросив на плечо, снова прижал Журбину к себе. Поцеловал в губы, теперь дольше. Ответила, языки коснулись друг друга, влажно и щекоча.
   - Пойдём? - шёпотом спросила она, когда наши губы разомкнулись.
   - Извини. Сегодня никак, устал - еле на ногах держусь.
   Лица Журбины коснулась лёгкая грусть, но тут же сменилась чутким пониманием.
   - А завтра обязательно. Обещаю, - подбодрил я её, и чмокнув в носик, развернулся.
   - А нож?
   Тьфу ты, точно.
   - Правое плечо, вперь-од!
   На лице Журбины снова расплылась улыбка, то ли от грубой солдафонской шутки, то ли ей просто радостней видеть моё лицо, нежели спину. Я взял осторожно, почувствовал пальцами кожаный чехол, поблагодарил, и развернувшись, торопливо зашагал к палатке. Ещё немного и я поплетусь-таки в обоз, но тогда завтра мне каюк, полный и неотвратимый. Поэтому и спешил уйти, чтобы желание не взяло верх.
   Шагов через десять обернулся. Журбинка стояла. Помахал ей рукой и ускорил шаг.
   Влюбилась по ходу, - довольно порхнула в голове мысль. Улыбнулся, стало немного легче.
   Но едва улёгся на топчан, лёгкость эта улетучилась. Пришли тяжёлые мысли о Лите, стал зачем-то вспоминать её голос, сравнивать с голосом Журбины. Бред.
   Чтобы отвлечься, вытянул нож из чехла и занялся им. Наощупь, разумеется. Осторожно попробовал заточку лезвия, попытался согнуть его. Несколько минут изучал пальцами ручку, вкладывал в ладонь. Ручка удобная, клинок сантиметров пятнадцать длиной, маленькое, но достаточное для того чтобы рука не соскользнула на лезвие, перекрестие, сталь шириной миллиметра три, гнётся градусов на пять от оси - вроде неплохой нож. Чревл, нужно было спросить - сколько она за него заплатила. А то ещё из своих могла добавить, тех, что дал ей задатком за стирку. Завтра нужно обязательно спросить...
   Когда низко прогудели трубы, возвещая общий отбой, сделал вид, что уснул. Дыхание ровное, не шевелюсь. Подождал минут двадцать, поднялся осторожно. Переступая соседа, нечаянно задел, но он даже не промычал в ответ. Дрых, видать, без задних ног. По проходу тихо добрался до опущенного полога, отвёл его в сторону и выглянул. Интересно, тот чёртов ночной заместитель Лостада где сейчас, возле "ворот"?
   Рисковать не стал и двинулся в другую сторону. Тем более что от нашей палатки до стоянки соседнего гурта всего несколько шагов. Зашагал вдоль разделяющей верёвки, подлёз под ней, когда наша стоянка закончилась. Дальше был четвёртый гурт тринадцатого легиона, то бишь свои. Это я расслышал по крикам их аржанта, тоже постоянно орёт о доблести и славе нашего тринадцатого.
   Уже по территории соседнего гурта наискось добрался до грунтовки, не забывая высматривать их ночного лег-аржанта. Двинулся вперёд быстро, но достаточно тихо. Для этого выданные сапоги были сменены на купленные, а они ступали куда бесшумней солдатских говнодавов.
   Несколько минут, и я очутился у реки, от которой чувствительно тянуло пробирающей до лёгкой дрожи прохладой. Попробовал воду рукой. Нет уж, ограничусь-ка я "купанием" одной головы.
   Присел и стал черпать воду сложенной из ладоней лодочкой. Плеснул на лицо, фыркнув от холода, потом на шею, волосы мочить не стал, чтобы вдруг не заболеть. Где-то на середине реки плеснулась рыба, следом на том берегу скрипучим голосом вскрикнула болотная фыль. Такие частенько орали по ночам там, у Вирона. Большая белая птица, похожая на пеликана. С непривычки её вскрик может и напугать до холодной дрожи.
   Я обернулся, всмотрелся в темноту. Бесполезно, конечно, но не посмотреть было не в моей воле. Инстинкт. Потом закрыл глаза и прислушался. Вроде тихо. Снова вскрикнувшая фыль заставила вздрогнуть. Заткнись, сука, - ругнулся беззлобно одними губами и уселся в позу лотоса.
   Для начала нужно разобраться с "фонариком". Какой интересно лучше - на основе Воды или Огня?
   Решил попробовать с огненным, тем более что с этой ветвью у меня негусто пока. Старая добрая "искра" и "щит", который со дня побега и не сделал ни разу.
   Заработал узлом, разбираясь с плетением Огня, и всего через пятнадцать минут всё было готово. Такая скорость изучения сильно не удивила. Стихийник, второй круг - особо сложным для меня уже не являлось. Тут же активировал его, держа ладонь тыльной стороной к лагерю.
   Вспыхнул небольшой красный шарик размером с пинг-понговый, не очень яркий. Я легонько поводил рукой вверх-вниз, с расстояния в сантиметров двадцать ещё довольно детально видно то, что на земле. Даже букашку вон размером с большого муравья разглядел. Хотя, тьфу ты, никакая это не букашка, просто кусочек травинки, почерневший от ночных заморозков. Улыбнулся. Какие к чревлу букашки? Середина второй осенней тридницы стоит, скоро и снег выпадет.
   Задумался, как может действовать этот огненный шарик, и объяснение тут же нашлось, вполне научное. Магическая энергия закидывает электроны того элемента из которого состоит шарик на более высокие уровни, те падают и испускают фотоны. Кончится запас энергии - "фонарик" погаснет. Так, разобрался вроде... но я не для этого сюда пришёл.
   Быстро разрушив плетение, которое и само по себе успело стать в два раза бледнее, подождал пока узел полностью отключится, и после этого собрал "срезни". Вперился слепо в тот берег. Фыль больше не скрипела, словно дверь на ржавых петлях, которую резко дёргают взад-вперёд. Возможно, почувствовала опасность и смылась загодя.
   Выставив руку, метнул "срезнями" во тьму, прямо над бесшумно текущей водой. И ошеломлённо тряхнул головой. Что за чревл?
   Вместо ожидаемых двух ледяных дисков образовался всё тот же один, как в первом круге. Может, я ошибся?
   Просканировал узел. Да нет, вот первого круга "срезни", а вот те, к которым сам достраивал вторую цепочку, даже "на вес" больше.
   Попробовал ещё раз, снова один диск. Да что за чёрт!
   Пришлось переключаться в режим сборки и рассматривать цепочку, хотя был полностью уверен, что ошибки нет. Да и невозможно ошибиться, там как в системнике - не в свой разъём ничего не воткнёшь. Чёрную к чёрной, или белую к белой никак не прицепить, даже если насильно пытаться. Такая хрень получается только в том, "специальном" варианте, в которых я "отмычки" собирал.
   Медленно, петелька за петелькой просмотрел всю цепочку вверх, потом вниз. Впервые обнаружил, что её можно двигать также по оси дальше-ближе. Отлично, система zoom. Отодвинул, окинул взглядом всю цепочку разом. Ничего не понимаю, всё правильно прикреплено, чёрные к белым, белые к чё...
   Твою сурдетскую мать! Вот же я тупой. Эта вторая цепочка не само заклинание, а матрица, по которой нужно плести второй круг. Она же получается прямо противоположна по структуре первой цепочке.
   Это выходит, что водный и воздушный "щиты" у меня ни разу не третьего круга, а всего лишь второго? Да уж. Своего ума нет, у соседа не займёшь. Нужно было "молнию" третьего круга в этом режиме глянуть, и всё сразу стало бы понятно.
   "Срезни" естественно дособирал, но изучать их времени уже не оставалось. Организму нужен сон, как ни крути. Плюнув на песчаный берег реки, поднялся и поплёлся к лагерю. Жаль, особенно поработать не удалось, разве что "фонарик" добавил в арсенал плетений. Смешно.
   Снова скрипнула фыль, прощаясь. Слева раздался лёгкий шорох. Замерев, повернул голову. Прислушался. Шорох не повторился, и я торопливо двинулся дальше. Но уже через шагов десять вновь зашуршало, теперь за спиной, и уже отчётливо. Я резко обернулся, готовый бросить "оглушением" в любой миг.
   Ко мне проворно приближался силуэт. Между нами пять шагов, четыре...
   Вдруг слева что-то просвистело, силуэт вскинул руку, едва различимый блик от луны на клинке, булькающий звук, словно потянули через трубочку сок из пустого пакета. Силуэт стал заваливаться вперёд, я "оглушил" его по-инерции и отскочил в сторону.
   Шаги слева, обернулся, перевёл руку на цель.
   - Свои, - полушёпотом бросил шагающий ко мне второй силуэт, и я не стал бить, хотя и сразу же понял чей это голос.
   - Вот же тварь, - подойдя, силуэт склонился над агонизирующим телом, присел на корточки. - Я его сразу приметил, как ты к лагерю пошёл. Он, нихтин свирк, вон в тех кустах сидел, - рука указала чуть правее. - Чревл, завалил я его, кажется.
   Усилием воли сбросил с себя оцепенение и уставился на тело. Мужик, вроде не в форме. Одежда непонятная какая-то.
   - Кто это? - спросил у меня мой неожиданный спаситель.
   - Я не знаю, Нюх...
   - Не называй меня так, - перебил охотник. - Это прозвище я получил, ловя рабов. Теперь я этим не занимаюсь. Линк.
   Не глядя, протянул мне огромную ладонь. Я пожал.
   - Ант.
   - Ну, мы, в общем-то, и так знакомы, - бывший охотник хмыкнул и схватился за рукоятку ножа, торчащую из шеи. Вытащил рывком и быстро повернул голову подыхающего мужика, чтобы рана смотрела вниз. - Падаль, просто фонтанирует кровью. Посвети. Я видел, у тебя есть светляк.
   Разобрал "оглушение", подождал немного и сплёл "магический фонарик". Приблизил ладонь к мертвяку.
   Тот ещё дёргал руками, но уже реже, примерно раз в три секунды, а Линк спокойно вытер лезвие об его простолюдинскую дублету, засунул нож за пояс и принялся шарить в карманах и за пазухой.
   - Ничего, - буркнул, медленно поднимаясь. - Хватай за руки, а я за ноги. В реку выкинем.
   Молча кивнув, я запомнил расположение рук подыхающего, разрушил "шарик" и отыскал на ощупь запястья. Мужик дёрнулся, и я чуть не блеванул от этого. Сглотнул подступивший к горлу ком, засипел носом.
   - Взялся? - спросил Линк, я ответил и он резво потянул мертвяка за ноги. Неуклюже двинулся за ним, стараясь держать тело на весу. Но руки мужика так и норовили выскользнуть, приходилось иногда подкидывать его вверх, или опускать на землю, чтобы перехватиться удобней.
   Под ногами захлюпала вода, я остановился и положил тело.
   - Чего? - тут же недовольно осведомился Линк.
   - Сапоги сниму. И ты сними, небось, уже набрал.
   - Да нет пока.
   Он небрежно выронил ноги и те со шлепком ударились об воду, обдав меня холодными брызгами. Я скривился, отпустил руки мёртвого, стёр капли с лица. Линк тем временем уже вышел из воды и присел на влажный песок. Принялся стаскивать хорошие, тоже явно не из казённых, сапоги, стянул носки и засунул их в голенища. Вскочил, и подумав маленько, избавился от штанов. Снова зашёл в воду, вцепился ручищами в щиколотки уже не дрыгавшегося в агонии трупа, и потянул. Я заходить далеко не решился, так как штаны не снимал, а лишь закатал до колен. Когда холодная вода поднялась выше икр, обжигая, словно каленое железо, остановился и разжал ладони. Пальцы больно закололи.
   Линк не сказал мне ни слова. Потащил дальше сам, зашёл по пояс, и развернувшись с мёртвым телом на месте, с силой оттолкнул его от себя. Течение подхватило труп и повлекло за собой. Тёмный бугорок, похожий в полумраке на корягу. Линк проследил, пока мог видеть, после чего выбрался на берег.
   - Поплыл, падаль, - ругнулся, трясясь от холода, и подняв штаны, стал их суетливо натягивать. Попрыгал на одной ноге, потом на другой. Я смотрел на всё безмолвно, размышляя о двух вещах - что вообще собственно произошло и почему Линк здесь? Приглушённый усталостью мозг, как и эмоции, ворочался вяло, не хотел думать. Словно это случилось и не со мной вовсе, а с кем-то другим.
   - Так что, нет предположений, кто это был? - спросил Нюх, застёгивая пояс.
   - Никаких, - соврал я.
   Хотя, мозг уже выдал не менее пяти версий, несмотря на свою вялость. Первая - разумеется, Вирон. Выследил всё-таки и нанял нового охотника. Вторая - Алькордские ублюдки. Тем и выслеживать не нужно, знают, что я в Шан-Эрмиорде. Третья - тайный поклонник Журбины из обозников? Хм, маловероятно. Впрочем, остальные версии ещё невероятней. Четвёртая - Странствующие. Нет, это вовсе нелепо. Отметается. Хотя, взглянуть на левое плечо не помешало бы. Пятая - кто-то из тех, кто судил меня. От этой версии похолодело внутри. Попытался тут же внушить себе, что такой вариант просто дурацкий, но здравый смысл подсказывал обратное. Запросто может быть. Не понравилось кому-то, что я слишком много знаю, особенно касательно шрейлов. Вдруг начну горланить направо-налево о том, что в этот раз у Тьмы в союзниках Хаос. Подрыв воинского духа, разглашение, возможно, секретной информации. Неприятный вариант. Я облизал пересохшие губы, хотя воздух вокруг был просто пропитан влагой. Ну и шестая - "учитель". А что? Он здорово перепу...
   - Эй, Ант.
   - А, - вздрогнул от неожиданности.
   - Ты чё, спишь, что ли, уже? - Линк легонько толкнул меня в плечо. - Взбодрись, давай. Нужно ещё кровь присыпать, где найдём. Делай светляка.
   Мы принялись с "фонариками", полусогнувшись, шаг за шагом обследовать наш путь сюда. Где была кровь на траве, затирали подошвами, на земле - присыпали.
   - Линк, а ты зачем за мной пошёл? - решился задать вопрос. Он хмыкнул.
   - За тот пинок хотел тебя проучит, при бабе прямо.
   - При какой бабе? - не понял я.
   - Ну, так я подумал, что ты на свиданьице отправился. Вот перед твоей бабой и хотел тебя унизить.
   - С чего ты вообще взял, что у меня баба есть?
   - Да как с чего? - удивился Линк. - Нас гоняют не щадя, а у тебя рожа довольная. Такое от двух вещей может быть - либо человек свихнулся, либо нашёл себе хорошую бабёнку. А ты вроде не свихнулся.
   Мы посмотрели друг на друга и одновременно засмеялись. Но тут же подавили смех, опасливо глянув в сторону лагеря.
   - А потом смотрю, ты магией заниматься стал, - секунд через десять продолжил Линк. - И я вдруг зауважал тебя. Вон, - он ткнул пальцем в полумрак внизу. - Возле твоей левой по-моему лужа целая.
   Я поднёс "фонарик".
   - Угу, вижу.
   Стал ковырять носком почву, закидывая кровь.
   - Я вообще уважаю тех, кто сам, понимаешь? Не по принуждению, а сам. Вон Сваго с Лидом дрыхнут, небось, а ты магией занимаешься. В личное время.
   Он замолк, немного смутившись своих эмоций, но вскоре продолжил.
   - Нам теперь делить нечего, Ант. Ты уже не беглый раб, ты воин Номана, а я не охотник. У нас теперь одна цель, сделать как можно больше тушек из тварей Тьмы, выжить и вернуться. Я риттером, а ты свободным.
   - Для тебя так важно снова стать риттером?
   - Не только, - Линк задумался. Казалось, он мечется между тем, чтобы открыться полностью и тем, чтобы промолчать вовсе. - Мне важнее скинуть с себя груз, - продолжил тяжело.
   - За покалеченного командира?
   Охотник застыл на мне взглядом, но вдруг его лицо скривилось, и он отмахнулся рукой.
   - К чревлу того командира. За его отрубленную руку я вины не чувствую. Я больше чувствую её за рабов. Понимаешь, я когда их ловил - спрашивал, куда они бежать собрались. Тех, кто просто бежал, тех я презирал. А тех, кто хотел ступить на стезю Номана... - снова небольшая пауза.
   Я закидал лужицу крови полностью, и мы медленно двинулись дальше, пристально глядя под ноги.
   - Семь лет назад я четверых поймал и в этот раз одного, за десятицу до тебя. Они сбежали, чтобы идти в Зыбь, а я их вернул хозяевам. Не нужно было бы, но я вернул. Чтобы не испортить репутацию, врубаешься? Чревлову репутацию охотника за беглыми. Вот от этого я хочу очиститься, там, в Зыби. Там от всего очищаешься.
   Он замолчал. Теперь надолго. В полной тишине мы проверили до конца путь которым тащили тело, особенно пришлось поработать в месте убийства, где крови было предостаточно. Наконец, двинулись в сторону лагеря. Двумя бесшумными силуэтами пробрались к своей стоянке, тенями юркнули к палатке.
   - Ант, - придержал меня охотник, едва я взялся за полог, чтобы слегка отодвинуть его и войти. - Мы теперь с тобой повязаны кровью, - он говорил шёпотом. - Если вдруг кого-то из нас возьмут в оборот, другой должен молчать.
   - Я никого не собирался предавать, - в моём голосе мелькнула обида.
   - Я не о том, Ант. Если одного из нас обвинят в убийстве, второй не должен пытаться его выгораживать и брать вину на себя. Я об этом. Так нас двоих казнят.
   - Хорошо.
   - Вот и отлично.
   Я разглядел лицо Линка, оно было крайне серьёзным.
   - А там, в Зыби... там всё очищается, - повторил он глухо, и отодвинув полог, скользнул в затхлую темноту.
  
   Глава пятнадцатая
  
   Ольджурия, Южный Доргон, Шан-Эрмиорд
  
   Старший мердинёр поправил лилового цвета ливрею, раздвинул полог огромной шикарной кровати и почтительно склонился. Солнечный свет тут же радостно скользнул в проём, лёг на белоснежном одеяле пятном и замер.
   Повелитель приоткрыл один глаз, бросил на мердинёра злой взгляд, но промолчал и поднялся. Зевнул, не прикрывая рта.
   - Мин Повелитель, - подобострастным голосом начал слуга заученную наизусть утреннюю речь. - Светило не в состоянии в одиночку разогнать мрак и просит наисветлейшего Варгросса'Лута четырнадцатого, достойного представителя лучезарной семьи Вар'Лутов помочь ему. Просыпайтесь, мин Повелитель, подданные Ольджурии нуждаются в вашей защите и добродетельных поступках.
   Двое младших лакеев-мердинёров, из шести присутствующих в покоях, после этих слов распахнули наполовину створки дверей, ведших из спальни в приёмную, и в комнату вошли четыре человека. Поклонившись, они выпрямились и застыли каменными изваяниями. Это были - Папа Аклонто Седьмой, глава храмов Семи Дорог, архи-архлег Сторно'Плит Магиордский, главнокомандующий армией храмовников, Трион'Варг - старый приятель Повелителя, достойный отпрыск семьи цезов Три'Варгов, и Полотино'Роск - первый советник. Из находившихся в Шан-Эрмиорде вельмож лишь эти четверо были облечены правом присутствовать при первой части обряда одевания.
   Повелитель сошёл с ложа, ещё раз зевнул, в этот раз, прикрыв рот ладонью. На его широком мрачном лице продолжало выражаться недовольство. Вставать раньше десяти он не привык. Но сейчас того требовали дела государства.
   Младшие мердинёры тут же поднесли золотой тазик с водой, и Повелитель омыл в нём руки и лицо. Вытер их поданным полотенцем с вышитым в центре гербом Вар'Лутов, скомкав, бросил его в старшего мердинёра и прокашлялся. Слуга ловко поймал, поклонился в пояс и отступил на пару шагов.
   - Пусть славится Великий Номан, творец и вседержитель Отума, - заговорил Повелитель, согнув руки и сцепив кисти в замок. - Да будет власть его во всех мирах крепка, а воля нерушима. Ном.
   Все присутствующие в спальне торопливо повторили утреннюю молитву, после чего перекрестили девять раз лица, а Повелитель тем временем чинно прошёлся по мягкой красной дорожке к креслу без спинки, что стояло недалеко от ложа. Рядом уже ожидали четверо остальных младших мердинёров. Один из них держал небольшое магическое зеркало, а второй - придворный куафер, серебряный гребень.
   Осторожно сняв сетку для волос, куафер принялся за своё дело. После пятиминутного расчёсывания и укладки, Повелителю поднесли белую, отороченную золотой нитью рубашку, которая должна была заменить ночную.
   Лакеи при дверях снова приоткрыли створки, и в покои вошло ещё с две десятицы вельмож. Эти могли присутствовать при обряде одевания лишь с данного момента. Они поклонились и расположились у стены, с благоговением наблюдая за происходящим.
   Вокруг Повелителя закрутились лакеи, каждое их движение было идеально отточено, отчего обряд одевания был похож на замысловатый неспешный танец. Наконец, на золотом подносе Повелителю подали платок и перчатки. Он засунул платок в карман дублеты из харманийской ткани, с медлительным достоинством натянул перчатки и поднялся. Его тут же опоясали, приторочили к поясу ножны, инкрустированные драгоценными камнями - отумлитами и алузами. Самый большой из алузов, чистый, как детская слеза, украшал рукоять клинка.
   Повелитель прошествовал к двери, теперь створки были распахнуты полностью, и он шагнул в коридор. Освещённый множеством оранжевых светильников, коридор был ослепительно ярок. Двое орджунов из личной охраны тут же возглавили шествие, за ними последовал сам Повелитель, следом вереница из приближённых особ.
   - Мин Варгросс, - подойдя почти вплотную, обратился к Повелителю советник. - Есть неотложное дело особой важности.
   - До трапезы никаких дел, - отмахнулся от него наисветлейший правитель Ольджурии.
   В столовой зале всё уже было готово. Длинный стол посредине - богато уставлен яствами, два стола у стен - чуть поскромнее. Во главе стола кресло, больше напоминающее трон, по бокам стулья с резными спинками, а на самом столе десятицы блюд.
   - Вина, руанского, - тихо проговорил Повелитель, усевшись.
   - Руанского вина наисветлейшему правителю Ольджурии! - тут же прокричал стоявший рядом с полукреслом-полутроном высокий полный кравчий. Повелитель недовольно скривился.
   - Не ори ты так, - бросил он ему, и лицо кравчего разом побледнело, став похожим на кусок белого мрамора. Он согнулся пополам и долго бормотал извинения, не взирая на то, что Повелитель уже не обращал на него никакого внимания.
   Те вельможи, что присутствовали при обряде одевания, усаживались за длинный центральный стол, остальные, примкнувшие к утреннему шествию уже в коридоре, занимали места за двумя крайними. Трапеза длилась не менее часа. Вино, закуски, горячее, снова вино, холодные мясные блюда, ещё немного вина.
   - Так что там за особо важное дело? - наконец обратился Варгросс'Лут к советнику, сидевшему первым справа. Полотино быстро подался вперёд.
   - Дело касается Странствующих, - проговорил он тихо. - Двое их архмагистров ожидают вас в приёмной комнате.
   - Да они что, совсем забылись?! - резко вскричал Повелитель и стукнул кулаком по столу. Стоявший рядом золотой кубок подпрыгнул, звякнула пара ложек. Лицо Варгросса, едва принявшее от сытости довольное выражение, снова стало злым и хмурым. Все присутствующие в столовой зале разом замерли и смолкли.
   - Мин Повелитель, прошу вас, не стоит горячиться, - тихо проговорил советник. - Это дело осо...
   - Я не дурак, Полотино, - Варгросс резко поднялся, вырвал заправленный за ворот платок и резко бросил его на стол.
   Вельможи, а так же командиры гвардейских подразделений, которым тоже оказывалась честь присутствия на королевском банкете, повскакивали со стульев, вытягиваясь во фрунт.
   - Подданные, продолжайте трапезу, я вынужден отлучиться, - бросил им Повелитель и вышел из-за стола. Советник уже оббегал кресло-трон и через секунду был рядом с ним.
   - Возьмите не менее четырёх Высших и четырёх орджунов, - посоветовал он в силу своей должности.
   - Сам разберусь, кого брать.
   - Я лишь советую, - на ходу поклонился Полотино.
   Снова два орджуна возглавили торопливый шаг Повелителя по коридору. С непроницаемыми лицами, они походили на огромных обученных убивать тейков.
   - Их проверили? - бросил Варгросс, проходя под огромной, украшенной барельефами аркой.
   - Да, мин Повелитель, - принялся объяснять советник. - Ничего нет. Только маленькие проявления магической силы у сердец.
   - Что это значит?
   - Они утверждают, что это простые заклинания. Ими они собираются убить себя, если вы прикажете их схватить.
   - Это опасно?
   - Ни в коем случае, мин Повелитель. Магическая сила едва определяется. Но разрушить эти плетения они наотрез отказались, боясь ваших решительных действий.
   - Хорошо. Тогда двоих Высших хватит.
   - Может всё же четырёх? - осторожно повторил советник.
   - Они не должны думать, что я их опасаюсь, - недовольно рявкнул Варгросс. - Кто они? Шайка зарвавшихся магов, не больше. А я - это вся Ольджурия. Передай им, что Повелитель ждёт их в Белой комнате.
   - Слушаюсь, - снова поклонился советник и бросился по коридору в обратную сторону.
   Белая комната была довольно большой. Пол и стены из руанского светлого мрамора, у дальней стены трон, к которому ведёт красная дорожка, обрывающаяся в десяти шагах от него.
   Два пожилых мага отмерили дорожку медленными шагами от начала до конца и поклонились.
   - Вечной жизни вам, мин Повелитель, - проговорили одновременно.
   - Что привело вас ко мне? - с лёгким презрением бросил Варгросс.
   Четверо Высших, советник всё же настоял на своём, не сводили со Странствующих своих цепких взглядов. Двое у трона, двое у боковых стен, на той линии, где заканчивалась дорожка. Одно резкое движение стоящих на ней, и они на своей шкуре испытают что такое перекрёстный магический удар гвардейских архмагистров.
   - Нас привело к вам общее дело...
   - Какие у нас могут быть общие дела? - холодно спросил Повелитель.
   Говоривший поклонился, выдержал паузу. Ни один мускул не дрогнул на его старом мудром лице.
   - Наличие Тьмы позволяет каждому ольджурцу в любой миг произнести - у меня есть общее дело со всем моим народом и наисветлейшим Повелителем. И это будет чистой правдой. А я ольджурец. И все мои предки были ольджурцами.
   - Верю, - небрежно буркнул Повелитель. - Так что там за дело?
   - Это дело будет весьма полезным как для вас, мин Повелитель, так и для нас. Никто не останется в проигрыше. До нашего клана дошли сведения, что Тьма заключила союз с Хаосом.
   - Сведения? - Повелитель усмехнулся и слегка подался вперёд. - Интересно, и откуда же у вас такие сведения? Имена людей, которые вам это сказали! Живо! - добавил он почти криком.
   - Ольджурия слухами полнится, - сохранив спокойствие, ответил маг.
   - Ольджурия предателями полнится! - выкрикнул Варгросс.
   - Мин Повелитель, - Странствующий поклонился в третий раз. - Мы узнали о союзе не от ваших людей, уверяю вас. В знак правдивости наших слов мы готовы указать вам место, где недавно появился портал. Это портал создан совместно Тьмой и Хаосом, о чём свидетельствуют некоторые признаки. Мы наткнулись на только что прошедший сквозь него небольшой отряд. С помощью наших полных, - он сделал акцент на этом слове, - Знаний магии Порядка, мы уничтожили практически всех тварей Хаоса и пленили савбита. Под пытками он и рассказал о союзе.
   Повелитель на какое-то время задумался, нахмурив широкий лоб.
   - Хорошо. Будем считать, что я вам верю, - наконец проговорил он. - Так что за дело?
   - Для вас не является секретом, что мы обладаем пятой книгой Номана. Для нас не является секретом, что вы обладаете двумя книгами. Человек, открывший нам эту священную тайну уже мёртв, - Странствующий осторожно заглянул в лицо Варгросса'Лута. Тот был хмур, желваки медленно ходили вверх-вниз.
   - В этом походе, я думаю, вам пригодится наша помощь, - продолжил маг, не отводя взгляда от его глаз. - И мы готовы предоставить её.
   - И что взамен?
   - Как я уже говорил, предложение наше взаимовыгодное, оно принесёт пользу обеим сторонам. Итак, - маг тихо кашлянул. - Мы выделим для похода две сотни клановиков - магистров и армагистров. Но после того, как получим переписанные книги Земли и Огня вместе с первичными магемами.
   - Что?! - взревел Варгросс. - Да кем вы себя возомнили?
   - Мин Повелитель, - едва заметно вздрогнув, снова заговорил Странствующий. - В обмен мы готовы дать вам переписанный текст и первичные магемы книги Порядка. Чтобы не было обмана, ваш человек будет переписывать пятую книгу Номана, а наш, вторую и четвёртую. Как я и утверждал - это дело обогатит знаниями обе стороны.
   - Этому не бывать! - Варгросс откинулся на спинку трона. Его брови нависли над задумчивыми глазами, желваки продолжали медленно двигаться. В Белой комнате воцарилась тишина, мёртвая и тяжёлая. Почти минуту ни один звук не осмелился нарушить её. Наконец, повелитель заговорил.
   - Мне нужно время на размышление, - в его голосе ощущалась неимоверная тяжесть. Он вяло махнул рукой. Странствующие, поняв жест, поклонились. Потом медленно двинулись спиной к дверям.
   - Что скажешь, Полотино? - обернулся Варгросс к советнику, когда клановики покинули комнату.
   - Скажу, что они переходят все границы, - догадываясь о мыслях Повелителя, предусмотрительно начал советник. - Но...
   - Что - но? - брови Варгросса грозно шевельнулись.
   - Но их предложение действительно выгодно нам. В армии почти нет магов, владеющих Порядком. А если учитывать, что имеет место союз Тьмы с Ха...
   - Ты на чьей стороне?
   Полотино притворно вздрогнул, сделал лицо испуганным.
   - Ладно, - успокоил его Повелитель. - Я и сам склоняюсь к мысли, что из предложенного Странствующими можно извлечь пользу. К тому же, так они обнаружат себя.
   Лицо советника сразу сделалось спокойным.
   - А после Вздоха можно будет отдать интересный приказ, - он хитро улыбнулся. - Например, в палатках. Спящих.
   - Хорошая идея, - Повелитель поднял вверх палец. - Тем более что с появлением переписанного текста нужда в этих возгордившихся идиотах отпадёт. Ведь так?
   - А зачем они потом? - в тон ответил советник. - Разве что вторичные магемы...
   - Чуть позже, когда их останутся единицы, мы просто отберём у этих мерзавцев книгу Порядка. Кстати, нужно расспросить их, нет ли в Ольджурии нового клана связанного с Хаосом.
   - Вы о покушении?
   - О нём самом. Возможно, Хаос с помощью порталов вербует себе людей чуть ли не в сердце моего государства.
   - Мне кажется, такие выводы преждевременны, - осторожно заметил Полотино. - Напавшие использовали слишком простые хаосные плетения. И ни шрейлов, ни савбитов поблизости мы не обнаружили.
   - Это могла быть только прелюдия, - не согласился Варгросс. - Так что отбрасывать предположение о новом клане нельзя. Придётся обязать этих Странствующих разобраться с прислужниками Хаоса внутри Ольджурии, но не в одиночку, - улыбка скривила его губы. - А под присмотром Высших и орджунов.
   - Я уловил вашу мысль, мин Повелитель, - с такой же кривой улыбкой ответил Полотино. - Приказать им войти?
   - Нет, - Варгросс покачал головой. - Нужно ещё обдумать сотни деталей. Лучше передай им, что ответ Повелителя будет получен ими завтра.
  
 nbsp;
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&;  Глава шестнадцатая
  
   - Гурт, по-о-дъё-о-ом!
   Следующие два дня мы месили грязь. Поскальзывались, падали, подхватываемые товарищами, помогали удержаться на ногах другим, поднимали упавших в первой шеренге. Как будто сам Великий Номан, при помощи погоды учил нас чувству локтя. И мы учились. За эти два дня мы отлично прочувствовали, что значит - гурт.
   В начале первого из дождливых дней нас дополнительно экипировали кожаными доспехами и шлемами. Если бы не погодные условия, то нам выдали бы их к концу первой десятицы, когда мы должны были начать отработку тактики военных действий полным легионом. Доспехи воду не пропускали... почти. Рукава из толстой прочной ткани всё же с утра до вечера оставались мокрыми. Вода бежала на них с наплечных пластин, и ткань жадно пропитывалась ею.
   Шлем был похож на римский, из стали толщиной в пару миллиметров. Уши не защищены, наверное, чтобы лучше слышать команды, на лбу дополнительная толстая пластина от рубящих ударов, и вдобавок "козырёк", щёки закрываются подвесными пластинами, которые можно снимать. Ещё их можно связывать под подбородком толстым шнурком, чтоб не слетел в бою. Два козырька - сзади и спереди не дают дождю попасть за шиворот и на лицо. Весит вся эта радость килограмма три, отчего в конце дня шея с непривычки затекает намертво.
   Мне достался почти новый, не после выравнивания, хотя у многих было видно - равнялись не раз. А вот со штанами был полный писец. Грязные, мокрые, до колен вообще похожи на один сплошной кусок глины. Не стряхнуть и не согнуть. Каждый из нас успел не раз и не два повалиться на колени, буксуя в превратившейся в кесю-месю земле плаца. Спасибо, что нам выдали ещё по паре, чтобы успевали просушиваться.
   О том, как это усилило нагрузки, промолчу. Выматываться до полного изнеможения умудрялись дважды, к обеду и к вечеру. Слава богу, послеобеденный отдых увеличили до полутора часов.
   Когда дожди прошли, и небо над лагерем стало чистым, но уже не таким как раньше, а тёмно-синим и словно напитанным влагой и приближающейся зимой, мы вернулись к прежнему режиму.
   Вторым от края шеренгам и рядам выдали копья. Длина примерно три с половиной метра, сразу за широким лепестком острия согнутый назад крючок для подтаскивания противника вплотную к скутам. Тут их должны были добивать короткими боевыми ножами эгидники.
   И мы занялись сбиванием брёвен, точно так же, как видели это в исполнении другого гурта.
   В зависимости от направления одна из шеренг или рядов опускала копья, кладя их на кромки скутов. К этому времени парням, как мы их успели прозвать - эгидникам, слегка разгрузили щиты, выбросив голыши из верхних двух карманов.
   Исключениями, то есть не получившими копья, являлись мы - маги-легионеры. Несмотря на то, что стояли одновременно и во вторых с краёв шеренгах, и во вторых рядах. Казалось бы, дважды должны копьё получить, но нам нужна была свободная рука для кастования.
   В этом плане, то есть в плане магии, нас продолжали гонять нещадно. Теперь уже мы плели боевые и защитные заклинания через каждые двадцать шагов. С боевыми проблем при этом не возникало, а вот с защитными... Нужно было либо быстро разбирать их, либо разрушать, если не умеешь возвращать энергию обратно в узел. Делать это могли, в общем-то, все мы четверо, но во время первого же обеденного привала пара легионеров вспомнили о тепле, что получается при разрушении. Они, мол, слышали об этом. Несколько парней подтвердили, и вскоре нас уже почти все просили разрушать "щиты", а не аккуратно разбирать.
   Мы посмотрели на красные носы соратников и трясущиеся губы, а у некоторых и зубы стучали. Как тут не согласиться?
   Самыми недовольными оказались те, чьи места были ближе к центру. До них тепло почти не доходило, и народ пошёл на хитрость. Стал меняться местами с соседями. Однако через полчаса Лостад выкупил, остановил гурт и минут пятнадцать со злым видом читал нотации. Но это нас только обрадовало, и мы с трудом сдерживали улыбки. Согреться, отдохнуть, лишний раз постоять, полежать, в идеале поспать - это были наши коллективные и бессознательные желания, и здесь каждый легионер понимал другого без слов. Потому никто и не позволил себе улыбнуться или как-то ещё выказать довольства, чтобы Лостад не дай бог не сообразил, что нам в кайф вот так стоять и слушать его. И минус только один - присесть нельзя.
   Вечера дождливых дней я коротал у Журбины. Правда, совсем недолго. После плаца приходилось мыть сапоги, выковыривая ножиком из подошв липкую грязь, потом я переобувался в свои и шёл в лагерь обозников. Оттуда так же уходил чуть раньше, оставляя в запасе время до отбоя. Приходилось мыть и свои сапоги тоже. Хорошо ещё, что Журбина стирала муштровки и штаны, иначе у меня совсем не было бы свободной минуты.
   В третий день я решил отправиться к реке. Земля вроде немного просохла, хотя следы ещё чётко прорисовывались на ней. Опасно, но мне не терпелось попробовать "срезни".
   Хотя, опасно если после отбоя, а если до, то вроде как просто прогуляться вышел. Поэтому и отправился туда, едва закончилось вечернее построение.
   Через пару минут меня нагнал Линк. Пожали руки.
   На плаце, да и в палатке, мы делали вид, что незнакомы друг с другом настолько близко, чтобы общаться. Боялись. Не знаю, как Линк, а я боялся. Всё ожидал, что вот-вот кто-то начнёт говорить о трупе, что окажется - уже весь военный лагерь об этом болтает, и вроде как проверяют по гуртам...
   - Если эту шваль отнесёт хотя бы риги на две, то никто им заниматься не будет, - тихо проговорил Линк, зашагав рядом. Словно мои мысли прочитал. Да и были у нас сейчас одни мысли на двоих. - А ты сегодня не в обоз?
   - Заниматься нужно, - не зная, что говорить, выдохнул с излишним пафосом.
   - Я с тобой. Не против?
   На секунду замешкался из-за режима сборки. До сих пор ведь неясно - распространённое это умение среди магов, или всё же крайне редкое, если вообще не отсутствующее. Но отказать было бы подозрительно. Да и повязаны мы с Линком кровью, не сдаст он меня... наверное.
   - Не против, - ответил.
   - Слушай, у меня к тебе очень важный вопрос, как мужчины к мужчине. Ты сколько своей платишь?
   Я невольно улыбнулся, потом рассмеялся. Да уж, очень важный вопрос.
   - Чего? - не понял Линк. - Что смешного-то?
   - Проехали, - я подавил веселье и дружески хлопнул его по плечу, для чего пришлось задирать руку. Линк был не меньше двух метров ростом. Даже чуть выше Локса.
   - Не, это, в самом деле, важно, - его лицо было серьёзным. - У меня денег не мешки, мне ещё Лонганга кормить. Это лог мой, он меня в прошлом походе от смерти считай спас, с поля боя вывез раненого. Я без сознания совсем был от какой-то чревлятины хаосной. А моя... ну тут одна нихточка, вчера мне заявляет, - он попытался сделать голос повыше. - С сегодняшнего вечера четыре кирама. Позавчера, - он тряхнул рукой. - Позавчера три, а вчера уже четыре. А? - он зло сплюнул под ноги. - Может, подешевле найти?
   - Если тебе только понихтиться, ищи подешевле.
   - А тебе, значит, не просто понихтиться. А шобы с любовью. И что? Бесплатно даёт?
   - Нет. Я ей за десятицу вперёд заплатил.
   - И сколько? - Линк был настойчив. Видимо, финансовый вопрос беспокоил его больше других.
   Я на секунду задумался, уменьшил на всякий случай сумму, хотя, в данной ситуации большинство бы наоборот - преувеличивать бросились.
   - Четыре золотых.
   - Сколько?! - лицо Линка вытянулось. - Это до чревла, брат! Это... - он аж запнулся от нахлынувших чувств.
   - Почему до чревла? Дешевле чем у тебя выходит. Четыре твои кирама помножь на десятицу и те же четыре золотых выйдет. Вдобавок она...
   - Так ты сравнил, - перебил Линк, всё ещё находясь в крайнем недовольстве от озвученной мною суммы. - Твоя во, - он показал свой мизинец. - Сиськи небольшие, попка... в общем, не люблю таких. А у моей вот такие сисенции, представляешь?
   Он сделал характерный жест, очертив две довольно большие полуокружности.
   - А жопа...
   - Линк, перестань, - скривившись, перебил я.
   - У-у. Молодая романтическая натура, - беззлобно поддел он и хохотнул. - О белые айны, цветущие в сердце моём, сияете вы лучезарным любовным огнём. Вильямо Сотиордский, известный рифмоплёт, помер двести восемь лет назад, - кривляясь, проговорил он. - Не люблю этих сочинителей. Навыдумывают всякой ерунды.
   - Давай лучше о магии поговорим, а? - предложил я.
   - Можно и о магии, но о бабах интересней. Ладно, - он вдруг стал серьёзным. - Что-то расшутился я. И что о магии?
   - Какие у тебя есть заклинания? - спросил напрямую.
   Грунтовка закончилась. Мы, не сговариваясь, свернули к тому месту, где произошло убийство.
   - Много всяких. Тебя что-то конкретно интересует?
   - "Срезни" из ветви Воды есть?
   - Нет, - Линк дёрнул головой. - Я из стихийных больше по Земле.
   - Предлагаю баш на баш, - сказал я, внимательно глядя под ноги. Мы как раз проходили по тому месту, где валялся напавший на меня мужик. Лица Линка я не видел, но знал, что он пялится туда же, куда и я.
   - Чисто, - выдохнул он, а я хмыкнул.
   - Так дожди ведь два дня шли.
   - Точно. Великая Эри на нашей стороне, - констатировал Линк. - Так и что ты из Земли хочешь?
   - Боевое какое-нибудь. Только не "кулак".
   - Из стихийных он самый мощный.
   - Ну, менять "срезень" на "кулак" мне просто невыгодно, - сказал я, и тут же почувствовал неловкость. Осознал вдруг чётко - Линк же не для того, чтобы меня "нагреть" предложил "кулак".
   - "Каменный дождь" устроит? Есть ещё песчаный. Правда, последний только второго круга. А каменный третьего.
   - Что за штуки? Покажешь?
   - Да запросто.
   Мы подсознательно двигались по тому пути, по которому тащили труп, хотя и ясно понимали - если следы и оставались, двухдневный дождь их смыл напрочь. У реки остановились, глянули в сторону течения. Краешек заходящего светила заставил прищуриться. Помолчав секунд десять, двинулись вдоль берега влево. Остановились шагов через двести. Прохладный густой полумрак быстро окутывал уставший вечерний мир.
   - Давай, валяй свои "срезни", - с интересом бросил Линк, усаживаясь недалеко от воды, подогнув под задницу левую ногу.
   За два дня я успел подготовить к использованию второй круг этого заклинания. Изучал по ночам в палатке, возвратясь от Журбины. Два раза по пятнадцать минут и всё готово.
   Вскинул руку, целясь ладонью на тот берег, немного охватило волнение, всё-таки в первый раз. Но всё прошло как по маслу. Образовалось облако - красиво играя в полумраке фиолетовым и синим цветами, послышалось суховатое поскрипывание снега в морозный день. Через мгновение облако разделилось пополам, половинки сгустились в красивые смертоносные диски и они стремительно понеслись над водой, со свистом рассекая воздух.
   - Неплохо. Отойди с линии удара.
   Я сделал несколько шагов и уселся в стороне от Линка. А он уже плёл что-то из Земли. Зелёноватый шар, превращающийся в десятки камней размером с кулак. Вот они полностью сформировались и рванули вперёд разъярённым осиным роем, свистя не тише чем мои "срезни".
   - Нет, - сказал я через секунд десять, расстроено цокнув языком. - У них эффективность, наверное, не очень. Что этими камешками сделаешь?
   - Третий круг куски от щитов откалывает. Четвёртый уже в щепки разносит. Если в лицо попасть, и насмерть прибить можно, скорость-то вон какая.
   - А кроме этого и пылевого, что ещё есть из Земли? Боевое.
   - Ну, они все по сути своей одинаковые. Разница только в радиусе поражения. "Пылевое облако", например, охватывает шагов тридцать в ширину, и в глубину где-то шагов десять. От круга зависит. Глаза засоряет только так, не хуже "дождя". Противник на время ослеплён, а это тебе преимущество.
   Какие-нибудь простенькие очки, вроде токарных, - пришло вдруг в голову. - И заклинание это полностью безвредным станет.
   - А что-нибудь вздымающее землю есть? - раз уж по эффективности ничего сверхмощного, то хоть пусть эффектным будет.
   - Есть. "Холмы". Третий круг. Сам удар, словно стелющаяся по земле волна. Поднимает до сорока холмов высотой почти в локоть. Против гуртов слотов самое то, теряют боевой строй только так. Пока обходят. И даже когда по ним прутся - всё одно строй ломается.
   - Понятно. А значит, есть и обратное по сущности заклинание? Я имею ввиду, что-то вроде ям.
   - Есть, - кивнул Линк. - Но показывать здесь не буду, - он улыбнулся. - А то заставят нас ночью эти ямы закапывать вручную.
   Мы оба рассмеялись, представив себя с лопатами.
   - Ладно. С тебя "ямы", а с меня "срезни". Может, и пригодятся в боях.
   - Если они будут, - выдал вдруг Линк. - Наше направление самое спокойное. Там редко большие битвы происходят. Всё больше незначительные стычки. Иногда бывают прорывы и на этом направлении, но очень редко. Очень редко. Так что считай, что ты уже свободен, - он посмотрел на меня многозначительным взглядом. - А вот мне риттерства судя по всему не видать. Я хотел в штурмовые турмы магов-всадников попасть, а они говорят - вам нельзя, у вас провинность большая.
   Мы помолчали с полминуты. Спрашивать у Линка, что за провинность не стал, тем более догадывался из подслушанного разговора.
   - Ну, так что? Обмен? - бодро спросил я, поднимаясь. Пауза начинала напрягать.
   - Давай, - радостно откликнулся Линк.
   Мы обменялись заклинаниями. "Срезни" второго круга на "ямы". Круг тот же. Я сначала хотел попросить третьего, но потом решил, что лучше доделаю их сам. Потом как-нибудь. Чем больше работать с плетениями в режиме сборки, тем серьёзней шанс разобраться в сути их структур.
   Самой же сборкой заниматься при Линке всё-таки не решился. Продолжил разговор.
   - А из Света у тебя много плетений?
   - "Луч", "сфера", "щит", "кольцо", - перечислил он. - Всё четвёртого круга. Я когда в первый раз в Зыбь шёл, заранее целых полгода с одним из храмовников занимался, потом здесь ещё, в Шане, четвёртыми кругами нагрузили. Зато в бою уверенней себя чувствуешь.
   - А пятые круги?
   - Это уже магистральная ветвь. Не всякому дано. Бывает с нескольких раз не получается принять, а если и принял, то изучить тоже не каждому удаётся. И со стихийниками так, и с надстихийниками. Мне дважды световой "щит" давали, бестолку. Потом ещё в самой Зыби уже упросил одного армагистра-световика в третий раз попробовать. Та же картина, узел не берёт.
   - Хм, - я покачал головой. - Интересно почему?
   - Да кто ж его знает. Сами армагистры и архмагистры руками разводят. Может, и лукавят, а может, и вправду не знают. Говорят, раньше вроде разбирались в этом лучше, а потом то ли утеряли знания, то ли ещё что. Чревл их поймёшь. Есть те, кто утверждает, что Высшие всё же владеют магией почти полностью, разбираются в ней до мелочей. Но что-то слабо верится. Как были основные плетения в том походе, так и сейчас те же. Я спрашивал тут у штурмовиков. "Луч", "сфера", "щит", "кольцо", и ни чревла нового. Разбирались бы, давно что-то более эффективное создали.
   - Может, зажиливают просто? Повелителю, Отцам и Высшим нужно ведь превосходство в силе. Для поддержания власти. Разве нет? Вдруг восстание какое и армия против них пойдёт? А там и рабы взбунтуются, и бедные ольджурцы к ним примкнуть могут. Так глядишь толпой и свергнут Повелителя.
   Мои слова Линка ошарашили и даже испугали. Глаза у него медленно округлились, словно он вдруг увидел перед собой привидение. Вскинув руку, Линк с силой постучал кулаком себе по лбу, так, что я даже расслышал звонкий отчётливый звук от удара костяшек пальцев по лобной кости.
   - Ты думай головой-то, что можно говорить, а что нельзя. Вроде умный парень, а такое сейчас ляпнул, что хоть бери и тащи тебя в Шан, в пфаль-управу. Это же речи предателя.
   Я почувствовал, как внутри слегка похолодело, сглотнул нервно.
   - Скажи спасибо, что ты мне это сказал, а не кому-то другому. Это же... - он чуть подался вперёд. - За такие слова и на костёр можно. Не знал, что ли?
   - Да я же сам так не считаю. Просто предположил, - поспешил я отмазаться. - Нужно ведь и такие ситуации продумывать. Вдруг что...
   - Не думай об этом вообще, - резко оборвал меня Линк. - Не наша это забота.
   Мы снова замолчали. Повисла какая-то тягостная тишина, только говорок бегущей воды и приглушённые, по-вечернему усталые и вялые звуки со стороны лагеря.
   - Ты никому не успел кроме меня эту ересь ляпнуть? - прервал молчание Линк, задумчиво сощурив глаза.
   - Нет, - мотнул я головой. Внутри зашевелилось нехорошее предчувствие. - А что?
   - Да я про нападение на тебя подумал. Может, ты кому сказал между делом, а этот кто-то оказался ярым приверженцем власти и решил тебя наказать?
   - Никому я не говорил. Я что, совсем дурак по-твоему?
   Резко поднявшись, я зло уставился на тот берег, сокрытый полумраком и туманом, начавшим клубиться над рекой.
   - Нет, - Линк пожал плечами.
   - А Вирон не мог нанять ещё одного охотника? - спросил я, поправляя ножны.
   - Вряд ли. Слишком это дорого посылать на поиски в такую даль. Да и кто ты для него? Обычный раб.
   Я почувствовал спиной внимательный взгляд. Обернулся. Линк отвёл глаза в сторону. Неужели... А почему бы и нет? Вирон мог рассказать ему о том, что я говорил в первые дни попадания.
   - Интересно, как там Альтор, - проговорил спокойно, чтобы увести и свои мысли, и возможно, мысли Линка в сторону.
   - Да что ему сделается старому пьянице? Небось, жрёт всё так же хорское. Может и нового ученика себе завёл, чтобы самолюбие тешить. Магистр. Хэ! Какой он к чревлу магистр. Говорю ему как-то раз, ну покажи что-нибудь из магистрального круга, или дай мне. А он какую-то ерунду в ответ понёс - не могу, мол, хозяин не велит. Ерунда же полная.
   - Он говорил, что магистр. Зачем ему врать?
   - Я ж тебе объясняю. С магистральными кругами не всё так просто. А если даже и изучил и стал магистром, то нужно каждый день поддерживать уровень. Иначе слетаешь с него, как плод овулы с ветки по осени. Понятно?
   - Понятно. А что за "кольцо"?
   Линк поднялся, отряхнул задницу.
   - Тебе его должны дать, потом и узнаешь. Пошли, а то ужин пропустим. Если уже не пропустили.
  
   Глава семнадцатая
  
   - Гурт, по-о-дъё-о-ом!
   И уже на полном автомате - подскочил, стянул дублету, надел поверх муштровки кожаный доспех, бегом на плац. И досыпаешь на ходу, хоть чуть-чуть ещё, лишние несколько секунд не пробуждать разум полностью. Как зомби...
   Тактические учения в составе легиона передвинули ближе на три дня. По лагерю поползли слухи, что и сам поход начнётся дня на два раньше чем планировалось. Мол, видели всадников, адьютов из прикромных отрядов - принесли весть, что мегалиты уже начинают светиться.
   Что за мегалиты и как они светятся поинтересовался у Линка. Оказалось вдоль Кроми через каждые полриги стоят огромные камни правильной прямоугольной формы, которые при падении силового поля в самой Кроми начинают излучать жёлтый свет. И чем сильнее падает напряжение поля, тем ярче они светятся.
   Учения в составе легиона начались с "великого стояния" в течение часов трёх. Мы прибыли на новый для нас плац первыми, потом ждали другие гурты, потом эти самые гурты расставлялись в определённом порядке. Наш неожиданно стал первым по номеру, но в данном случае повода для радости это не давало.
   Полный легион включал в себя - одиннадцать гуртов, в каждом по четыреста бойцов, один усиленный гурт стрелков - шесть сотен человек, из которых две сотни эгидники, то есть парни со скутами, штурмовой отряд магов - восемьдесят единиц, и девять конных турм по полсотни всадников в каждой. Девятый турм - всадники-маги.
   Итого - чуть более пяти с половиной тысяч воинов, которые должны действовать как единый организм.
   Во время боя это всё располагалось следующим образом.
   Гурты в шахматном порядке в три линии. В первой четыре гурта, во второй три, в последней - снова четыре. По флангам расстояние в полгурта, для обеспечения манёвренности. В случае необходимости первая и вторая линии могут перестраиваться в одну большую шеренгу шириной в сто сорок и глубиной в двадцать воинов. Что-то вроде фаланги. Арьергардная линия состоит из наиболее хорошо проявивших себя во время тренировок гуртов и в бой вступает последней. Стрелки - подразделение подвижное. В начале боя выстраивается в линию длиной в двести человек. Глубина, соответственно, три. Первая шеренга эгидники со скутами, которые прикрывают стрелков, вторая и третья - сами стрелки. Когда враг уже слишком близко - стрелки уходят за наши спины.
   Штурмовой отряд магов также подвижная единица легиона: прикрывает места прорывов, но чаще просто усиливает защиту гуртов. Ну а турмы распалагаются либо открыто на флангах, либо в засадах. В зависимости от местности.
   Всё это нам доходчиво объяснял Лостад во время стояния. Потом он направился к Сервию Гальбе, что гарцевал на логе на краю плаца. Возле него уже собирались командиры и остальных гуртов.
   Получив указания, наш лег-аржант вернулся, объяснил тактические задачи. Половина объяснений понималось смутно. Атака коротким шагом, перестройка в фалангу из семи гуртов, ведение боя с усилением магами - по шесть на гурт, отступление обычное и каскадом, и так далее и тому подобное. В общем, из-за отсутствия лишнего времени на подготовку, постигать все тактические премудрости мы должны были на ходу и в очень быстром ритме.
   И мы начали их постигать.
   Сервий носился между гуртами на своём логе, орал что-то лег-аржантам, те нам, а парни из крайних рядов - первой, десятой и двадцатой шеренги должны были приказ дублировать. В начале всё это казалось сумбурным, я половину слов, которые во всю глотку повторяли парни, не понимал, но уже через пару часов привык, слушал только ближнего ко мне - из первой шеренги.
   Сначала мы наступали гуртовым фронтом, потом разов десять выстраивались в фалангу и снова распадались на гурты, потом отступали, представляя наседающего противника.
   Два шага назад, и упёрлись, ещё два шага, и снова упёрлись. Парни из вторых шеренг имитировали подтягивание ближайших вражеских воинов крюками копий, эгидники держали наизготовку боевые ножи, положив их клинками на кромку скутов. Мы, разумеется, ставили магические "щиты".
   Иногда мимо нас проносились маги из штурмового отряда. Сначала я наблюдал за их действиями, а потом потерял всякий интерес. Маги, как маги. Шоркаются туда-сюда и "палят" в воздух световыми лучами. Правда, довольно яркими, даже при свете дня слегка слепят и при этом сам свет сохраняет сильный оранжевый оттенок. Интересный момент.
   И раньше видел, но не задумывался как-то.
   Получается все заклинания Света состоят из чего-то такого, что не поглощает фотоны с длиной волны соответствующей этому участку спектра.
   Хм. Может в этом направлении и кроется разгадка отличия ветвей друг от друга?
   Но поразмышлять не дали. Сервий ни с того ни с сего сменил боевую задачу. Приказ десятками голосов разлетелся по гуртам. Атакуем полубегом.
   Как, вашу сурдетскую мать? Мы и гуртом эту хрень всего дважды делали.
   Но приказы не обсуждаются.
   Прав был викариус, наш арх-лег, товарищ Сервий Гальба, тот ещё садюга.
   Без остановок и переходов на шаг бегали пока не стало хоть немного получаться. В смысле, пока не перестали сбиваться уже через пару минут бега в кучу баранов. После обеда продолжили, закрепляя результаты.
   Прошёл час, два, потянулся третий. Сопли, пар изо рта, топот в ушах, гудение ног и полный пофигизм перешедшего на автопилот тела. А на хрен думать? Ничего кроме - бежим, бежим и ещё раз бежим - всё равно не происходит. Разворачиваемся и снова бежим, бежим, бежим. Эгидники задолбаны вконец, Лостад отдаёт приказ - "скуты шеренга - р-раз". Закидываем пельты за спины, принимаем от эгидников тяжёлые щиты. Через пять минут снова - "скуты шеренга р-раз". Передаём их за спину, а угловые парни отдают соседу сбоку. Вскоре скуты возвращаются обратно, дойдя до середины гурта. Потом такая же канитель с рядами. "Скуты ряды р-раз". И бежим, бежим, бежим, до полного отупения, до кровавых мальчиков в глазах. Время от времени остановка, маги-легионеры пополняют узлы. Норматив три минуты. Время естественного разрушения стихиных "щитов". Лостад плетёт огненный.
   Быстро в позу лотоса, транс, наполнение пошло. Поднимаюсь до того, как "щит" лег-аржанта успевает разрушиться. Всё пофиг. Я часть большого механизма.
   И снова бежим.
   Главное, ни о чём не думать, не прислушиваться к ощущениям. Просто бежать, бежать, бежать...
   И вдруг эхом по плацу, повторяясь снова и снова разными голосами:
   - Гурты, стой! По плацам, р-разо-ой-тись!
   Тысячи глоток в едином порыве облегчённо выдыхают. Поворот налево и мы строевым уходим.
   Оказывается последние три часа будут отводиться теперь на новую дисциплину - индивидуальная работа с холодным оружием в парах, тройками и один-двое против преобладающей силы противника, вплоть до полного окружения. Меч, боевой нож, дротики. Для нас это каникулы. Те, к кому Лостад находится спиной, бродя меж разделившимися группками - сразу же начинают сачковать.
   Бьёмся на деревяшках. Их загодя привезли и разгрузили "запасники" нашего гурта, или как мы их называем - "довески". Но ни капли презрения к ним у нас нет. Это сейчас они занимаются в основном черновой работой - всё что необходимо для обеспечения стоянки гурта, а потом, если будут потери, они займут места раненых и погибших. Таких у нас - восемьдесят шесть человек. Старик тоже списан туда. Пока.
   Поработал в паре, потом с двумя противниками. Использовал всё, что умел, кроме "когтя". Результаты неплохие, "убил" всех. В окружении замешкался, успел "завалить" троих и получил колющий в спину. Лостад тут же принялся ругать... окружавших меня. Мол, прётесь, как болваны скопом, сектора свои не держите. Мне высказал всего пару замечаний, о которых я и сам догадывался - не использовал раненых противников в качестве прикрытия и перемещался в пределах слишком маленького пятачка. Нужно шире, растягивай противника. Попробовали ещё раз. Теперь успел "завалить" четверых, был "убит" и получил полчаса законного отдыха. Мои умения по выражению лег-аржанта оказались "довольно сносными", а так как цели доводить их до превосходных не было, он оставил меня в покое и занялся подтягиванием слабых...
   Вечер у Журбины, потом сон без единого сновидения, просто глубокий провал вымотанного организма в спасительное небытие. А утром снова:
   - Гурт, по-о-дъё-о-ом!
   На этот раз халява - четыре дня пролетели и мы едем в Шан. Линк даже позавидовал нам - полчаса на телегах, потом на расслабоне ходишь по коридорам военной маг-академии, сидишь в зале, ожидая своей очереди на получение нового плетения, потом лекция, и главное, приличный завтрак с добавкой. Короткая экскурсия в рай для отбывающих наказание в аду.
   Сначала проверили, как мы справились с прошлыми плетениями, потом дали новые. Сваго и Лиду - "луч" первого круга, мне второго. Свой недоделанный я на всякий случай разобрал, от греха подальше, поэтому и получал его с невозмутимым полуглупым лицом истинного неофита.
   Потом был завтрак, слава Номану, в этот раз до лекции. Поглощать знания на голодный желудок... хм, часть их, видимо, он с голоду перетягивает из мозга в себя. Я вон трети с прошлого урока не помню. Например, про аспейнов ничего толком и сказать не смогу.
   Сытые, мы расселись за парты. "Эйнштейн" вроде меня не вспомнил, хотя, пару раз я всё-таки видел, как он задерживался на мне взглядом. Впрочем, не только на мне, так что параноидальные предположения отбросил. Нас ни о чём не спрашивали - помним мы что, нет. В общем, если не помните, то это ваши проблемы. В крайнем случае, переспросите у соратников магов, в очень крайнем случае - прямо в бою.
   Нам просто рассказывали о шести следующих тварях Тьмы, относящихся к категории - среднесильные духи.
   Бхуры - что-то навроде оборотней, могут превращаться в разных животных, даже в логов, так что в этом плане быть настороже. Не подходить, не пытаться погладить, если лог вольно гуляет в одиночестве, без всадника. На территории Зыби, разумеется. В необращённом виде похожи на людей, только руки чуть длиннее. Так что и тут быть настороже. В общем, со всех сторон эти бхуры оборотни, даже когда не обращены. Драри - местные русалки, опасны только в заболоченных местностях. В бой по понятным причинам не идут, но вот напустить морок, обольстить и утащить зазевавшегося могут запросто. Керы, почти как тавманты, но только сами обладают магическими умениями и разумны. Соответственно помимо крыльев есть и руки. Мамун - большой червь, перемещающийся под землёй. Неразумен, но сам по себе излучает магию Тьмы и имеет защиту от световых плетений второго круга.
   Фигасе! И как мы должны определять, что он там, где-то под землёй есть?
   По этому поводу учитель напустил тумана и, в конце концов, уверил нас, что мамуны вообще редкость и это дело штурмовиков определять их наличие в округе.
   Потом были раксы - эти уже истинные демоны. Огромные, до девяти арсов роста существа, с горящими глазами, рога и клыки наличествуют. Хорошо владеют магией Тьмы до третьего круга, а так же холодным оружием. В их случае это громадные палицы.
   Да уж, картинка начинает вырисовываться фееричная и весьма зловещая.
   Аземы - демоны, владеющие магией до третьего круга, высшие - до четвёртого. Разумны. В большинстве своём всадники, но имеются и обученные пешему бою. Знаю, видел таких.
   Ядошипы - склизкие твари, хорошо защищены от Света, стреляют ясное дело ядовитыми шипами. Живут в болотистых местах, но демоны могут перевозить их в огромных бочках с болотной водой и применять на поле боя.
   Ну и разумеется высшие истинные демоны, которых два вида, не сильно отличающиеся друг от друга. И в довесок - лучшие из лучших среди этих самых демонов - дриги, что-то наподобие ольджурских архмагистров, или тех же орджунов. Элитные воины, в общем.
   После лекции обратно в гурт. Снова бег, передача тяжёлых скутов, атаки разными флангами. И нависающее над плацем безжизненное хмурое небо поздней осени.
   С каждым днём оно становилось всё ниже. Время от времени частил мелкий дождик, холодный и нудный, листья уже полностью опали, полежали недолго пёстрым ковриком и быстро сгнили на размокшей земле, став частью грязи. Пару раз я видел клинья каких-то птиц улетающих на местный юг, а на реке огромную стаю серых уток, только клювы у них были раза в три длиннее, чем у Земных.
   Близилась зима.
  
   Глава восемнадцатая
  
   За два дня до начала похода сквозь мрак ночи с неба посыпался снег. Почти как наш, только сизоватый оттенок густей. Выскакивая по утру из палатки, мы на секунду остолбеневали, и внутри рождалась необъяснимая, почти детская радость.
   Потом мы остолбеневали ещё раз, прямо перед нашим плацем. Взор натыкался на широкое сизое пространство с той стороны грунтовки. Ещё вчера там всё было заставлено палатками, а теперь только нетронутый девственный снег до горизонта и редкие деревянные домики нужников, на крышах которых тот же снег шапками.
   - Осталось два дня, - Лостад шёл перед лобовой шеренгой. Из под его сапог поскрипывало в монотонном ритме. - В которые послеобеденное время будет отведено на подготовку к торжественному параду в Шане. Первые шесть легионов срочно ушли ночью на северном направлении. Завтра ещё пять отправятся на юг. Нашему доблестному тринадцатому легиону, а так же двенадцатому, приказано выдвигаться на плацдамес - Холмогорье, - на секунду его лицо перекривилось, хотя, узнал он об этом не вчера. Наверное, демонстрировал нам своё отношение к этому приказу. - Рубахи должны быть чище снега, плащи должны, - он запнулся. - Плащи вам выдадут сегодня после обеда. Шлемы должны блестеть. Натирайте их песком.
   Он ткнул пальцем в сторону "ворот".
   - Песок сегодня высыпят там. Готовность будет лично проверять арх-лег Сервий Гальба. Так что смотрите у меня.
   Он остановился, внимательно окинул нас взглядом, и мы по-инерции подтянулись, расправили плечи.
   - Всё ясно?
   - Ясно, мин-лег-ар-жант!
   В этот день нам устроили психологический тренинг. Мы выстроились обычным порядком и после простояли полчаса, с удивлением глядя на выстраивающийся напротив нас в полуриге легион. Как оказалось - это был двенадцатый.
   - Первая линия, копья на зе-ем-лю! Щиты по-од-нять! Коротким шагом впе-ерь-од!
   И мы пошли, не сводя глаз с "противника". Впечатали в землю по полсотни шагов.
   - Длинный ша-аг, раз!
   Мы пошли быстрее. Двенадцатый легион проворно перестроился в фалангу.
   - Полубего-ом, раз!
   Ускорились вдвое, задышали в одном ритме. И вдруг:
   - Двенадцаты-ый, копья-а-а вниз!
   Парни тут же начали поглядывать друг на друга, с непониманием. До двенадцатого треть риги. Мы прём огромной массой, а на нас смотрит полторы сотни копей.
   - Что за нихт? Они чё? - эти вопросы начинают звучать сзади, справа. Взгляды уже не просто непонятливые, а растеряны.
   До двенадцатого четверть риги.
   - Да их сурдетскую мать! - выкрикивает кто-то. Один за другим парни вытаскивают из ножен мечи и боевые ножи.
   Э-э, бл..., вы чё? Это же просто проверка! - хочется мне крикнуть, но я молчу. Потому что уже сам начинаю сомневаться. До двенадцатого метров тридцать. Рука невольно тянется к рукояти, я почти выхватываю меч. До двенадцатого шагов пятнадцать.
   - Двенадцатый, копья вверх! Тринадцатый, сто-ой!
   Фух. Ну, и суки, прости меня господи!
   Один из парней в лобовой шеренге нашего гурта начинает дико ржать, сосед бьёт его по шлему кулаком, он набрасывается в ответ. Почти драка, их разнимают. Подскакивает Сервий и смеявшегося парня куда-то уводят. Наверное, заменят на другого из "довесков", или поставят в центр гурта. Ну и правильно - такие в лобовой не нужны.
   - Гурты, спина-а, раз! Клинки-и вниз! Длинный ша-аг, раз! - слышатся новые команды, и мы, развернувшись, уходим обратно.
   До обеда промаршировали всем легионом, снова атаки и отступления. Несколько раз тренировали отход каскадом. Первая линия отступает, вторая упирается. Потом отступает она, упирается третья. Подразумевается, что у первой линии потери, возможно и у второй. Пока третья держит натиск врага, из оставшихся формируется фаланга, что-то вроде того.
   Обед давали в самом лагере, поэтому потащились туда. Та же похлёбка, но теперь мяса побольше, а у магов-легионеров так и вообще его валом. Наелись от пуза. Видимо, хотят, чтобы на параде мы выглядели на все сто - бодрые, весёлые и незамученые.
   После трапезы нам привезли сюрко и плащи. Белые, с номером легиона. На сюрко справа, в районе груди, на плаще с другой стороны на плече, под красным крестом. Такой же крест и на сюрко, над сердцем. Час нас учили правильно эти плащи одевать, после чего распустили по палаткам драить шлемы.
   - Тебя Дваго же зовут? - обратился я к своему соседу по палатке. Нет, мы познакомились ещё в начале, но потом как-то не удосужились хорошенько пообщаться, вот имя и подзабылось.
   - Дваро, - парень немного обиделся. Что ж, его проблемы. Главное, чтобы он это чувство не развивал дальше.
   - Хочешь заработать?
   - Ты о чём? - он застыл на мне озадаченным взглядом.
   - Да о шлеме, - я сделал невинное лицо. - Совсем времени нет его чистить. У меня девушка в обозе, мне нужно с нею вопрос решать, как дальше. В смысле, мы же уходим. А там вон пол-обоза куда-то пропало...
   - А, - понятливо закивал Дваро. - И сколько дашь?
   Фух, ну слава Номану, обошлось без ненужных поз и криков о попранной чести.
   - Пять кирамов.
   - Шесть.
   - Договорились.
   Заплатив парню аванс в два кирама, я схватил рубашку и вышел из палатки. Если что, иду отдать вещи на стирку, всё по "ряду". Имеешь прачку, можешь в свободное время относить к ней грязное бельё. Сейчас хоть и не совсем свободное время, но и не учения ведь.
   Но никто меня не остановил. Я свободно миновал ворота и заспешил по гравийке. Снег на ней был давно истоптан, а благодаря тому, что температура за полдня поднялась выше нуля, и превращён в грязь. Под ногами снова хлюпало, а не скрипело. Но я не обращал на это внимания, занятый взрастающим внутри беспокойством.
   Когда мы шли на плац, мало кто не обратил внимания на изменения в лагере обозников. Повозок стало почти вдвое меньше. Я снова пытался отыскать глазами таверну Адулино, и снова не находил. Но теперь был уверен - это оттого, что её уже нет на своём месте.
   Свернув на дорогу, принялся жадно разглядывать "обоз". В некоторых местах от дороги до первых повозок было не меньше сорока шагов. А что если и Журбина вот так вот уехала вслед за первыми шестью легионами? Ведь не она решает, а скорее всего - мать. Пусть пьющая и гулящая, но повозка формально принадлежит наверное ж ей.
   С этими мыслями я дошёл до того места, где ещё вчера стояла буквой "п" таверна "Сложенные крылья виара". Глянул сначала на следы колёс, на грязный снег, после чего зашагал дальше. Слава Номану, то, что я искал, было на месте.
   И тут я только приметил, что рядом, на расстоянии шагов тридцати нет ни одного крога. Обычно в повозки впрягали их, от двух до четырёх, в зависимости от размеров гужевого средства. И эти тощие, но выносливые самцы местных коров всегда находились тут же, рядом. Пару штук я видел не раз, всего шагах в десяти от костра, на котором Журбина готовила пищу и грела воду, и почему-то думалось, что это их кроги. Расспрашивать же я не расспрашивал. Эгоист. Только и думал об удовлетворении своих желаний. В принципе, кроме того короткого рассказа о матери ничего больше я от Журбины и не слышал. Нет, она, конечно, говорила ещё много о чём, но всё это не касалось её лично. Как учения? Устаёшь? А тут вот шагах в сорока продают вкусные булочки, сходить? Дядя Адулино вчера двух пьяных жантов из таверны выгнал. Они драться между собой хотели. Мне так страшно за него было... Она словно не хотела нагружать меня эпизодами своей жизни. Да и обо мне не спрашивала. Как будто чувствовала, что я ничего бы не рассказал. Да и нечего было. Хотя не совсем так - рабство, шайка, "метка" Тьмы... Говорить можно долго, но я бы не смог.
   Да, она простая девушка, и к тому же изредка занимается проституцией, но мне почему-то не хотелось посвящать её в подробности своего прошлого. Я даже был уверен, что отреагирует она нормально, не осудит ни за что, но всё равно молчал.
   - Где деньги, маленькая нихта?!
   Отчётливый хлёсткий шлепок.
   Отбросив размышления, я подскочил к повозке и резко отодвинул полог. Увидел то, что и ожидал. Женщина лет тридцати пяти держала Журбину за плечо, тяжело нависая над нею. Та сидела, сжавшись в комок и низко опустив лицо, словно хотела что-то отыскать на дне повозки.
   Я остановил занесённую для следующей пощёчины руку и выволок женщину наружу.
   - Что это ещё?! - не совсем соображая, закричала она. - Что за чревл, раздери вашу душу? Ты кто? - наконец сфокусировала она на мне полупьяный взгляд. - А?
   И вдруг улыбнувшись, провела мне ладонью по груди.
   - Какой сладкий мальчик.
   Я с брезгливостью откинул руку, женщину вдруг повело и что бы не дать ей упасть, пришлось ухватиться за её локоть. Холодный, с влажной и уже довольно дряблой кожей.
   - Ух, какой, - сквозь полупьяный блеск в глазах мелькнула похоть, а я резко отнял руку. - Люблю грубых.
   - Перестаньте, - бросил я. - Вы мать Журбины?
   - Я-то? Этой маленькой нихты? Да чтоб она сдохла! - женщина зло плюнула под ноги. - Я-то мать, - вдруг согласилась, кивнув. - А ты кто? Её нихтырь? А-а, вон оно что, - хихикнула мерзко. - Хочешь настоящую опытную женщину? - попыталась прижаться ко мне, но я легонько оттолкнул. - Не хочешь? Ты из какого легиона, сосунок? Я сейчас сплю с одним лег-аржантом, он тебя научит, как обращаться...
   Она вдруг закашлялась, а я бросил взгляд на повозку. Журбина испугано смотрел на нас из-за полога, лицо красное от тяжёлых ударов, глаза заплаканы.
   - Она деньги, сучья дщерь, умыкнула. Мои! Кровно заработанные! - хрипло заорала мать, едва приступ кашля прошёл.
   - Это неправда! - вскрикнула Журбина. - Ты уже давно все свои деньги пропила! И крога нашего пропила!
   Так, не хватало ещё в семейные разборки вляпаться. Краем глаза увидел первых любопытных, заинтересовано остановившихся метрах в десяти от происходящего. Два мужика с выпирающими животами.
   - Кто пропил?! - взвилась мать, взяв на пару тонов выше. - Я пропила? Да его скрали!
   - Пропила! - прокричала Журбина. - И мои деньги пропить хочешь. А я их сама зарабатывала.
   - А что ж ты хочешь, чтоб твоя мать сдохла? А, нихта паршивая? Я же если не выпью сейчас, я сдохну. Кто тебя рожал, ублюдину? Никто меня не пожалеет, - голос женщины стал плаксивым, из глаз полились деланные слёзы. Я достал пять кирамов, сунул ей в лицо.
   - Возьмите. Только уходите.
   Женщина схватила, обрадовалась, погрозила кулаком дочке, и плюнув в грязь, заковыляла прочь. Я подошёл к повозке, окатил холодным взглядом мужиков. Те скривились и с явным разочарованием двинулись дальше, по своим делам.
   Фух. Ненавижу такие ситуации.
   - Спасибо, - выдохнула Журбина и повисла у меня на шее. Дыхание горячее, нервное. - Она хотела, чтобы я ей собранные деньги отдала, - заговорила торопливо. - Но там только мои, те, что я сама зарабатывала. Я как она не хочу, не хочу вечно со всеми спать. Я стирать хорошо умею, и готовить вкусно. Я в Алькорд пойду. Там прачкой работать буду.
   Неожиданно из-за повозки снова появилась мать. Выставила вперёд руку, указывая на дочку.
   - А ты ей маленькой нихте не верь. Она ещё с двумя спала, когда ты ходил. Утром у неё рыжий такой был, из второго легиона. А в обед Гольпо. Его папаша зерном тут торгует. Вон там его повозки стояли, - она махнула куда-то за спину. - Ты не думай, я всё вижу, и не дурочка. И тебя давно приметила, ходишь тут вечерами.
   - Не ври! - зло бросила Журбина, сжала кулачки, но всё же я успел почувствовать, как она вздрагивала при упоминании имён. Да и отшатнулась, уселась на краю повозки, зло глядя на мать. - Сама нихта конченая!
   Женщина снова сплюнула на землю и, развернувшись, ушла.
   Правда или неправда то, что она сказала, разбираться вдруг перехотелось. Всего на пару секунд появилось желание, но тут же угасло. Зачем?
   Губы тронула лёгкая ухмылка. Журбина смотрела на меня испуганным и растерянным взглядом. Я сделал пару шагов, заглянул за край повозки. Её мать была уже шагах в тридцати. Вернулся обратно.
   - Держи, - достал и протянул девушке пять золотых. - А то и забыл как-то за вторую десятицу заплатить.
   - Она же еще не кончилась, - её голос был глухим и каким-то отрешённым. Она даже не стала оправдываться. Тоже зачем? Глупо. Жаль, конечно, немного. Я создал себе в голове приятный образ, но теперь лучше его выбросить. Послезавтра мы уходим туда, где будет литься кровь, где велик шанс погибнуть. А эту игру можно закончить.
   - Она не отберёт? - я кивнул на край повозки.
   - Я хорошо прячу. Она не найдёт, - Журбина кисло улыбнулась. - Ты не останешься?
   - Нас всего на полчаса отпустили, - соврал без особых усилий. - Я к тебе сразу.
   Её взгляд чуть ожил.
   - Думал, уйдём, а я за работу оплатить не успею. Привык платить за оказанные мне услуги.
   Взгляд потух.
   - Ладно, пока.
   У меня не было к ней отвращения, а даже наоборот - где-то внутри запульсировала жалость. Но поверх неё накатила злость - если бы не одновременно, или хотя бы без этих слов - "только с тобой". Развернувшись, я зашагал прочь.
   - А рубашку? - крикнула в спину. В голосе искреннее сожаление. - Ты же постирать приносил?
   Но я не обернулся, боясь, что увидев её симпатичное растерянное личико, вернусь обратно...
   Весь вечер и половину следующего дня нас практически ничем не напрягали. Даже дообеденные учения отменили. Рубашку я выстирал сам, выжал хорошенько и повесил в палатке. Потом занялся магией. Не в режиме сборки, естественно, а просто доучивал новые плетения. В отличие от Сваго и Лида я был почти укомплектован четырьмя световиками второго круга, за исключением "кольца". Это заклинание нам выдали в последний день посещения Шана. Всем троим - первый круг.
   На следующее утро нас снова отправили в Шан, но теперь весь гурт и на своих двоих. Как оказалось - в бани. Наверное, чтобы запах пота не коснулся высочайшего обоняния ольджурского Повелителя. Вернувшись, мы снова занялись подготовкой к завтрашнему параду.
   К вечеру меня потянуло в обоз, к Журбине. Вспомнилась ненависть в словах её матери, в интонации, представил, как девушке жилось всё это время. Снова накатила жалость, даже кажется внутренне оправдал её поведение. Вспомнил свой вчерашний уход, её голос за спиной. Нет, не заниматься с ней сексом, просто сходить, сказать что не держу зла...
   Не знаю даже, пошёл бы или нет, но как-то само по себе не сложилось. Нас при полном параде выстроили на плацу, и мы почти три часа прождали арх-лега. Несмотря на то, что наш гурт числился за номером один, Сервий нагрянул к нам в последнюю очередь.
  
   Глава девятнадцатая
  
   Зыбь, Внешний Тонг
  
   Дунк-Ало бросил косой взгляд на человека. За почти три тонга времени он свыкся с мыслью, что ему придётся выполнять с ним одно задание, но ехать вместе в карете всё же было неприятно. На коленях человека лежал развёрнутый пергамент из кожи грона, и он внимательно взирал на то, что было там изображено.
   - Интересно? - спросил демон, не зная чем развлечь себя. За два дня пути скука поселилась в нём прочно.
   - Если попробовать перейти через Лкухские болота, - не поднимая головы, стал говорить человек, - То можно нанести неожиданный удар. Вот здесь, - он ткнул пальцем в пергамент.
   - Стратегия не наше дело, - буркнул Дунк, и приподняв кожаный полог, выглянул в окошко. За ним мелькал однообразный заснеженный пейзаж. - Наше дело этот пришлый, - зачем-то добавил он, хотя человек знал об этом не хуже него.
   - Вы правы. Я просто размышляю от скуки. Долгая дорога - это не самое весёлое времяпровождение.
   - Мы уже во Внешнем Тонге. Недолго осталось, - демон зевнул, опустил полог и откинулся на спинку скамьи. - Что вас заставило предать свою родину? - спросил он вдруг.
   Человек бросил на него короткий взгляд, на секунду в нём мелькнул яростный огонёк, но чего - непонятно. То ли злобы, то ли страха.
   - У каждого есть такие обстоятельства, когда выбирать не приходится, - ответил он глухо.
   - Ерунда, - демон скривился, потом снова зевнул. А в принципе, какая разница? Ещё не хватало интересоваться мотивацией каких-то людишек.
   Поэтому он стал думать о себе и своих дальнейших планах. За три тонга времени, проведённых в замке, он не однажды занимался этим, но никак не мог разложить по полочкам все нюансы. Первый тонг он просто ждал, что владычица вот-вот предоставит ему аудиенцию и всё же удостоит заслуженной награды. В этом случае он был готов раскрыть заговор. В общем-то, в первые три дня он и так собирался это сделать, но здравый ум подсказывал - спешить не стоит. Лилианна не почтила его своей милостью и вполне может статься, что она просто не поверит словам какого-то там младшего амрала, пусть и доставившего в Чит-Тонг, родовой замок Вельвулов, девятую книгу Номана. Может потом, когда она всё же вспомнит о заслуге и приблизит его к себе. Тогда уже можно рассказать всё - о Лизгольде, Гат-Вуле, Шрес-Вуле и прочих ступивших на стезю заговора.
   Но прошёл тонг времени, а владычица о нём не вспомнила. В сердце Дунка влилась злоба и он полностью, то есть теперь и внутренне, перешёл на сторону врагов Лилианны.
   Пару раз он приходил на тайные собрания. Кроме виденных ранее промелькнуло несколько новых лиц. Одного Дунк знал. Травг-Доро, демон Первого Тонга Зова. Он был старшим штудийником и занимал небольшую должность в секретной штудии, где изучали магию и её свойства.
   Но всё равно Дунк был неуверен. А что если всё провалится? Прощай карьера? Да что там карьера, тогда и жизнь прощай. А умирать в девяносто три года не хотелось - молод ещё, всё впереди.
   Когда минуло три тонга, владычица неожиданно прислала за ним и Дунк растерялся. Неужели она, наконец-то, решила приблизить его? Номан подери, а он уже так прочно погряз во всём этом глупом заговоре.
   Но оказалось, смятение его было напрасным. Ни надела, ни новой должности, ни звания ему не обещалось. Его просто ссылали на войну с людьми, в качестве командующего кучкой мерзких слотов. А война с людьми - это не западное направление, где кроме редких стычек редко что происходит.
   Как он узнал позже - всё было подстроено Шресом, дабы отправить его ближе к Кроми, где ему с Виренгом предстояло отыскать и убить пришлого.
   Выбор пал на район "Сотня Холмов". По расчетам, пришлый должен был оказаться в последних легионах армии храмовников, а именно их всегда посылали на данное направление. Штабные амралы пришли к такому выводу просто. "Метка", которую ставили на пришлом для контроля за ним в землях людей, была снята совсем недавно.
   Туда отправили тот самый специальный отряд дригов, и соответственно, туда же Шрес-Вул посоветовал послать и Дунка с Виренгом. Амралы дали добро, не подозревая о подвохе. Необходимость отправки в район "Сотня Холмов" вербованного человека Шрес объяснил просто. Будет присутствовать при пытках пленённых врагов, чтобы те не могли лгать напропалую. Человек с опытом службы в армии храмовников скорее определит ложь, нежели демоны-палачи.
   И вот они уже во Внешнем Тонге. Трясутся по присыпанной снегом дороге в дешёвой войсковой карете. Не сравнить с той, на которой он нёсся в Чит-Тонг и мечтал о наградах и повышениях.
   До прибытия в лагерь оставалось ещё несколько часов, и Дунк решил посвятить их сну. Всё равно с человеком говорить не о чем. Да и противно.
   Разбудили его громкие азартные крики. Карета двигалась медленно, и он, приоткрыв дверь, высунулся наружу. Военный лагерь, шатры, прямо перед ним небольшая, возвышающаяся на три локтя площадка. На ней два столба.
   - Стой! - крикнул Дунк, сидевшему на козлах аспейну, и не дожидаясь когда тот полностью притормозит гронов, выпрыгнул наружу. Заспешил к месту событий.
   То, что там происходило - было весьма интересно.
   Виренг выглянул следом и его взор застыл на двух людях. Их вели по площадке к столбам. Лазутники, быстро сообразил он. В грудь тут же мелкой дрожью проник страх, смешанный со стыдом, но он всё же выбрался из кареты. Несколько секунд стоял не двигаясь. Страх, что лазутники его увидят и посмотрят прямо в глаза, сковал. Но он собрался, принял непринуждённый вид и медленно двинулся за Дунком. Однако остановился шагах в двадцати от происходящего.
   Одного из лазутников уже привязали к столбу, что-то влили в рот и на время оставили. Второго пару раз ударил по щекам самый низкий из конвоирующих демонов, заглянул в глаза. Лазутник плюнул ему в морду, и демон, с усмешкой оскалившись, вытянул из ножен на поясе небольшой нож. Короткое движение, и бок человека превратился в глубокую рану. У него тут же подкосились ноги, но два других демона придержали под руки, а тот, что проткнул, полез рукой внутрь разреза. Несколько секунд что-то нащупывал там с серьёзным выражением на морде, наконец, потянул на себя. Виренг содрогнулся от увиденного, по телу разлилась испарина. Демон сжимал в ладони кишку, аккуратно, словно боясь повредить её. Стоявшие перед площадкой одобрительно загудели, заулюлюкали десятками глоток, кто-то рассмеялся. Демон взглянул на толпу и по-шутовски принялся кланяться. Послышались крики - Давай, не тяни! Кто-то тут же скаламбурил. - Наоборот, тяни, давай! Теперь уже заржали все.
   Демон вернулся к своему занятию, опять став серьёзным. Он вытянул кишку ещё немного и приложил её к столбу. Быстро достав из кармана короткую бечевку, привязал. Лазутника снова пару раз хлестнули по щекам. Тот встал на ноги, качнулся. Его поддержали и... повели вперёд. Виренг видел, как время от времени у лазутника подкашиваются ноги, но демоны не давали упасть, вели осторожно, как маленького ребёнка, который только-только учится ходить. Если кишка разорвётся, казнимый может потерять сознание или умереть, а это в их планы явно не входило. Пока.
   Обведя человека вокруг столба трижды, ему дали время передохнуть. За всё время он не издал ни единого звука. Толпящиеся внизу под площадкой стали выражать по этому поводу недовольство.
   Но Виренг не отвлёкся на них. Он неотрывно следил за человеком, веки его не моргали, тошнота стояла где-то возле горла. И страх. Обжигающий кожу страх.
   Был ещё и четвёртый круг, после чего человека под руки привязали к столбу широким кожаным ремнём. Стянули покрепче. Теперь он спиной давил свои собственные кишки.
   Виренг тяжело сглотнул.
   Тот демон, что вытягивал кишку, схватил лазутника за волосы и рывком задрал голову. Накинул на лоб узкий ремешок, завязал за столбом. Медленно сделал два шага назад и принялся разглядывать обвисшее тело, словно художник, любующийся своим полотном.
   А Виренг не отрываясь смотрел на лицо этого человека. Бледное, волосы, мокрые от пота, прилипли ко лбу, губы сжаты. И ни единого слетевшего с них звука.
   Хорошо, что он закрыл глаза, подумал Виренг, иначе я бы не смог на него даже взглянуть.
   С первым на этом закончили и перешли ко второму.
   Тот же низкий демон, видимо палач, сделал круговой надрез по шее, аккуратно, так чтобы не задеть большие сосуды, потом несколько раз широко провёл лезвием вдоль торса и принялся сдирать кожу полосками шириной в ладонь. Виренг отвернулся и заспешил к карете. Что будет дальше, он знал. Такая казнь применялась и в Ольджурии. Казнимому ссаживают кожу до пояса, оставляя только "рукава" на руках, предварительно опоив обезболивающим отваром. Пока он ещё не чувствует, но когда отвар перестанет действовать...
   Виренг сжал зубы и скользнул в открытую дверцу. Бухнулся на лавку, провёл дрожащей рукой по лицу. Чревл!
   "Красный цветок". Так называется эта казнь. Иногда на оскоблённое тело жертвы сыплют специальный раздражающий порошок для усиления болевых ощущений. Хотя, куда ещё там усиливать?..
   - Недурно, недурно, - в карету забрался Дунк. - Жаль нельзя подождать, пока второй очухается, - он бросил взгляд на человека и скривился в ухмылке, обнажая правый клык. - Вы, я смотрю, неважно себя чувствуете? Что-то не так, мой друг? - ухмылка стала явственней.
   Виренг промолчал. Ему вдруг вспомнилось, что официально он прибыл сюда для присутствия на пытках. Как бы в обморок не свалиться, если и вправду придётся там бывать, - мелькнула стыдливая мысль.
   - Нет, я всё-таки считаю, что в таких случаях нужно оставлять одного в живых и отпускать. Пусть рассказывает вашим.
   Сказав это, Дунк с интересом посмотрел на человека. Но никакой реакции со стороны того не последовало. Тогда он задал вопрос.
   - А какие у вас есть казни?
   - Всякие, - сухо буркнул Виренг.
   Карета двинулась дальше, но ненадолго. Вскоре снова остановилась, и демон выбрался наружу. С удивлением увидел Гат-Вула, хотя и знал, что того отправили на "Сотню Холмов" тонгом времени раньше. Гат был одет в кожаный кури до колен, воротник и рукава оторочены дорогим мехом каргатов. Этих животных забивали на окраинах земель Других, часто рискуя жизнью, поэтому и стоил их красивый густой мех соответственно. Старик хоть и находился в опале у владычицы, но одевался так же импозантно, как в лучшие свои времена.
   - Приветствую, - коротко поздоровался он. - Если у вас нет никаких особых дел, прошу вас посетить мой шатёр, - бывший советник бросил взгляд на выбирающегося из кареты Виренга. - Путь был скучным?
   - Казнь лазутников развеяла дорожную скуку, - Дунк громко хлопнул в ладони, и с довольством на лице, потёр их. - Я уже чувствую войну.
   - А вы, Виренг? - спросил Гат у человека.
   - Я тоже, - коротко ответил тот и скривился. Слева мерзко тянуло болотной тиной. Он повернул голову. Огромный искусственный пруд в котором плавало с десятицу ядошипов. Склизкие полупрозрачные твари, ни конечностей, ни глаз, ни рта, просто сгустки слизи, но при этом выпускали они свои шипы довольно метко. Видели людей магически, а точнее ощущали, поэтому и не промазывали. Пара ядошипов подплыла к берегу, сверху слизистых сгустков сформировалось некое подобие голов. Виренг увидел тёмные, похожие на большие иглы шипы внутри них и напрягся. Но ядошипы почуяли "метку" Тьмы, и развернувшись, спокойно поплыли обратно.
   - В течение часа нам нужно отметиться в штабе Зова, - объяснял в это время Дунк.
   - Наш разговор не займёт и половину этого времени, - Гат, полуобернувшись, указал на свой шатёр. Конус высотой локтей в восемь, из верхушки торчит шток, на котором родовое полотно Вулов. - Добро пожаловать в моё скромное походное жилище.
   Они двинулись по натоптанной дорожке. Виренг пару раз оглядывался на пруд, отчего едва не упал, поскользнувшись на накатанном снегу. Интересно, чем они подогревают воду, глупо подумал он, пытаясь удержаться на ногах. Дунк помогать ему не стал, посмотрел только со своей ухмылкой, показывая один из клыков.
   В шатре было уютно. Посредине горело магическое пламя, в дальнем углу лежак, под ногами толстые шкуры ездовых гронов. Гат снял кури и небрежно бросил в угол.
   - Отряд дригов уже здесь? - задал вопрос Дунк, усаживаясь на одну из шкур.
   - Здесь, - кивнул советник. - Прибыли три дня назад.
   - У нас практически нет шансов. Они отыщут пришлого в первом же бою, усыпят и доставят в этот лагерь. А дальше уже в Чит-Тонг.
   - Они не будут искать его во время первого боя, - старик уселся на лежак. Улыбнулся. - Это особое тайное распоряжение владычицы. Да и не смогут.
   - Что за глупость, - пожал плечами Дунк, отодвигаясь чуть вправо, чтобы в очередной раз подчеркнуть своё презрение. Человек, по его мнению, присел слишком близко. - Может, объясните, откуда вы знаете о тайных распоряжениях Лилианны? Разве она не перестала допускать вас к решению таких дел?
   - У меня есть брат, - Гат-Вул снова улыбнулся. - Он дриг и старший амул личной охраны владычицы, но вы и сами знаете об этом. Так вот, Шрес присутствовал там. Хотел запихнуть в отряд двух преданных ему дригов, но не получилось. Поэтому, к сожалению, своих в этом отряде мы не имеем.
   - Нас не могут подслушать? - осторожно вступил в разговор Виренг.
   - Не переживайте, - советник покачал головой. - Вокруг шатра восемь моих аспейнов и пара дригов. Тех самых. Они прибыли сюда в качестве обычных воинов.
   - Так и почему это дриги из отряда не станут искать его во время боя? - спросил Дунк, бросив злой взгляд на влезшего в их разговор человека.
   - Во-первых, легионы вглубь Зыби сразу не идут, поэтому "след Сатэна" не будет определяться. Во-вторых, сам Сатэн принял первые бои и выжил. Лилианна видимо хочет, чтобы в этот раз случилось всё так же.
   - Странная у неё логика. А если его убьют?
   - Думаю, она просто не уверена. Или хочет, чтобы пришлого приняли все, даже те, кто не верит в то, что он второе воплощение Великого Владыки.
   - Второе воплощение? - Дунк хмыкнул.
   - Именно так она назвала его на том тайном собрании, где давала последние распоряжения отряду дригов. Если Тьма признает его таковым, у нас не будет шансов.
   - Значит, мы должны уничтожить его во время боя? - спросил Виренг.
   - Было бы неплохо, но вряд ли получится. "След" ещё не проявит себя, а в шлемах и плащах они все на вид одинаковы, так что, - он посмотрел на человека, - Даже вы не сможете узнать его. Я прав?
   Виренг кивнул. В шлемах легионеры и правда все на одно лицо.
   - Остаётся момент после первых столкновений, - продолжил Гат-Вул. - Вы проберётесь в лагерь, Виренг узнает его и дело сделано.
   - Первые столкновения будут раньше тонга времени с начала Вздоха? - спросил Дунк.
   - Скорее всего. Дригам нужно, чтобы "след" заработал как можно скорее. Думаю, они привезли с собой приказ Лилианны наступать сразу, но малыми силами, чтобы затянуть легионы в Зыбь.
   - А если они не пойдут?
   - Тогда вам ещё лучше.
   - А почему бы не проникнуть в лагерь раньше? - поинтересовался Виренг.
   - Опасно. Скорее всего, вас схватят или уничтожат. Начинать действовать лучше всего, когда легионы будут хорошенько потрёпаны. Да и не стоит мешать Двуликой Чрами. Возможно она уже определила судьбу пришлого и он погибнет в бою.
   - А сколько легионов придёт на "Сотню Холмов"? - спросил Дунк.
   - К сожалению, у нас нет сведений, - Гат развёл руками. - В Ольджурии почти не осталось вербованных нами. Храмовники непонятным образом вышли на "меченных" в Алькорде, поработали с ними, и эти трусливые твари дали им "ниточку" за которую храмовники неплохо потянули. Шестнадцать человек схвачены и брошены в тюрьмы. В Южном Доргоне не осталось ни одного нашего.
   - Хм. Интересно, как это они вышли на "меченных" в Алькорде? Ты же сам говорил как-то, что там всё спокойно.
   - Сведений об этом нет, - на губах Гата появилась горькая усмешка. Но тут же исчезла, и он, чуть подавшись вперёд, заговорил тише. - Завтра меня уже не будет в лагере. Как вы понимаете, не имея "меченных" я не могу выполнить задание Лилианны. А она поручила мне заняться порталом возле Алькорда. Если я не справлюсь, меня ждёт смерть.
   - Да уж, - зло бросил Дунк и недовольно скривился. - Я рассчитывал попасть на ту сторону в звании старшего амула и занять место Суто-Руаго. У меня ведь немалый опыт войны с Другими. А теперь вот я должен на этой стороне иметь дело с одним опальным старым демоном и челове...
   - Пути Двуликой Чрами неисповедимы. Да и это теперь не имеет значения, дорогой Дунк-Ало, - миролюбиво перебил его советник. - Если у нас всё получится, вы выиграете больше, чем могли бы, играя на стороне Лилианны. Итак. Вам нужно дождаться первых боёв и после них пробраться в лагерь полуразбитых легионов. Дело опасное, я понимаю, но и очень важное для нас. Так что, пусть вам поможет Чревл, - он посмотрел на человека. - Если вам проще верить в помощь Номана, вы можете молиться ему. Учитывая сложность того, что вам предстоит осуществить - это не возбронится.
   - Вряд ли он теперь услышит мои мольбы, - горько усмехнулся Виренг.
  
   Глава двадцатая
  
   - Гурт, по-о-дъё-о-ом!
   На этот раз чуть раньше обычного. Насколько - неясно, но недосып чувствовался сильно.
   Зевая, выскочил из палатки, успев по пути получить несколько дружеских хлопков по плечу. Среди простых легионеров мы несомненно в авторитете и многие считают своим долгом это как-то выказать. До плаца полубегом, задержался взглядом на одном лице, другом, третьем. На них воодушевление вперемежку с волнением и даже страхом. Сегодня мы уходим. Уходим туда, откуда многие из этих парней возможно не вернутся.
   Лостад не прогуливался в этот раз вдоль лобовой шеренги. Он стоял, сцепив руки за спиной. Смотрел торжественно, и так же торжественно начал речь.
   - Воины-храмовники, легионеры славного тринадцатого легиона. До этого дня вы только на словах были ступившими на стезю Великого Номана, сегодня вы ступите на неё по-настоящему. Впрочем, и даже сегодня это всего лишь слова. Настоящая стезя начинается тогда, когда за спиной остаётся земля Ольджурии. Когда вы пересекаете Кромь и идёте к Зыби, где властвуют твари Тьмы. Всё это вы ещё поймёте. А сейчас у вас есть полчаса. В конце них я хочу видеть на этом плацу не заспанных сопляков, а настоящих легионеров, воинов славной армии храмовников. Я понятно изложил своё желание?
   - Да, мин лег-аржант!
   - Разой-тись!
   Вода в большой бочке за ночь подмёрзла. Один из "придатков" расколотил её топором, и я первым умылся холодной обжигающей водой.
   - Волнуешься? - спросил Линк, когда я вытирал лицо полотенцем.
   - Не очень, - ответил честно. Нет, было, конечно, волнение, но гораздо меньше, чем при атаке в лоб с двенадцатым.
   - А я волнуюсь. За Лонганга.
   Я посмотрел на его лицо, решив, что он просто шутит, но Линк был серьёзным.
   - Оставляю его здесь, у одного торгаша в Шане, Джакомбо, зельц делает. Если не вернусь, он, гад, его на этот самый зельц пустит.
   - Вернёшься, - сухо ответил я и поплёлся в палатку.
   Штаны новые, рубаха с крестом, кожаный доспех поверх неё. Переобулся в свои сапоги, чтобы не стереть в пути ноги. Поелозил телом. Доспех сел удобней, и я затянул ремни. На секунду замер, вдохнув носом будоражащий запах кожи. Потом повесил на пояс ножны. Вытащил меч, рассмотрел. Как ни странно, Линк узнав его, так и не сказал мне по этому поводу ни слова, хотя у самого теперь был всего лишь боевой нож. И длиной на ладонь меньше и качеством хуже.
   Поверх доспеха нацепил плащ, провозившись минут пять. Потом кинул за плечи набитый до отказа походный мешок, на две лямки, выровнял посредине спины, равномерно распределив вес. На правое плечо набросил лямку пельта, взял в руку шлем и вышел из палатки.
   Небо над лагерем было абсолютно чистым, практически лазурь, только не такая лёгкая, как летом. Давила немного на глаза.
   Как ни странно, но неторопливый процесс одевания прибавил волнения. Словно именно во время него мозг постепенно врубался в то, что на самом деле происходит.
   Мы уходим. И уходим не на прогулку.
   Через полчаса наш гурт стоял при полном параде, а Лостад теперь привычно прохаживался туда-сюда, о чём-то задумавшись. За спинами слышались крики, погоняли запаздывающих легионеров. Лег-аржант второго гурта уравновешенностью не отличался, это мы все успели понять за неполные две десятицы. Его грубый крик постоянно доносился с соседней стоянки.
   - Четыре линии, левое пле-е-чо! - наконец подал голос наш лег-аржант, остановившись. - Колонной по четыре, шагом, впе-ерь-од!
   Мы двинулись к "воротам", глядя на ту сторону грунтовки. Там теперь было столпотворение телег и повозок, которые превратили девственный снежный покров в грязевое месиво. Только напротив нашей стоянки было не менее сорока. Прыткие "придатки" даже уже успели перетащить на них какую-то часть гуртового имущества.
   Мы свернули вправо, зашагали к дороге. На перекрёстке остановились минут на десять. Появился Сервий на логе, что-то проорал Лостаду и снова умчался в хвост колонны.
   Мы двинулись вперёд. Длиннющая змея из тысяч людей, ставших одним организмом, наученным убивать и готовым умирать.
   Перед самим Шаном снова остановились, вскоре продолжили марш, по прямой, ни разу не свернув, и через минут десять главная улица вывела к широкой площади, мощёной огромными серыми плитами.
   - Колонны сто-о-ой! Первые четыре левое плечо! Пять шаго-ов, раз! Стой! Колонны коротким шагом вперь-од! Колонны стой! Левое плечо! Четыре шага-а, раз!
   Нас выстроили в гурт, и только после этого мы двинулись дальше. Площадь была абсолютно пустой, если не считать примерно десяти человек, стоявших справа на каменном возвышении. Похоже оно было на низкую, но удлинённую пирамиду инков, сложенную из тёмно-бордового камня. А вскоре я заметил ещё и магов. Они стояли через каждые десять шагов, практически невидимые на фоне стены.
   - Коротким, раз! Равнение пра-а-во!
   Единый поворот четырёх сотен голов, и мы, чеканя шаг, смотрим на тех, кто стоит на возвышении. Кто-то из них Повелитель, но кто? Хотя, мне лично всё равно и мой взгляд просто тупо "ползёт" по бордовой стене.
   - Гу-у-урт, стой!
   Мы останавливаемся довольно далеко от "пирамиды", отсюда уже не разобрать ни лиц, ни деталей одежды стоящих на ней. Ждём целый час, пока выстраивается сначала весь тринадцатый легион, а потом двенадцатый. За спинами слышны всхрапывания логов, это наши турмы, которые въехали на площадь после пеших легионеров.
   Наконец топот ног и копыт прекратился, и над площадью повисла торжественная тишина. Маги тут же сплели какие-то заклинания бледного голубоватого цвета, похожие чем-то на "щиты".
   - Возлюбленные братья! Воины Великого Номана! - громогласно зазвучало над площадью. А, так вот что это за заклинания. Интересно. И судя по цвету, на основе Воздуха.
   - Побуждаемый необходимостью, я, Аклонто Седьмой, глава храма Семи Дорог, носящий с разрешения Господа знак его наместника, надзирающий за всей землей Ольджурии, пришел к вам, слугам его, как посланник, чтобы приоткрыть Божественную волю!
   - О, воины Номана и братья мои! Поскольку мы обещали Господу установить у себя мир прочнее обычного и еще добросовестнее блюсти права Храма, есть и другое, Божье и ваше дело, стоящее превыше прочих, на которое вам следует, как преданным Богу, обратить свои доблесть и отвагу. Именно необходимо, чтобы вы как можно быстрее поспешили на Запад, к землям проклятых тварей Тьмы. Ибо близок тот час, когда они снова смогут вторгнуться в наши святые пределы! И, если мы будем пребывать в бездействии, то примут страдание невинные наши жёны, матери и дети!
   - Пусть же этот клич станет для вас воинским сигналом, ибо слово это произнесено Богом! Пусть носит каждый изображение креста Номана и на груди своей и в груди своей. Тот же, кто вернётся, пусть поместит это изображение на плече своём, как вечный знак своей доблести и отваги! Идите смело, сыны Ольджурии, ибо сам Великий Номан ведёт вас на эту битву! И под его знаменем вы будете бить врага, и под его десницей пребывать на поле боя.
   - И вот об этом-то деле прошу и умоляю вас, воинов Номана и братьев моих, - и не я, а Господь!
   - Ибо, сказано в писании - так хочет Номан!
   Глава храма перевёл дыхание и на секунду над площадью повисла, чуть ли не звенящая тишина, полная всеобщего немого воодушевления.
   - Знайте, братья мои, - продолжил он после этой короткой, но наполненной значением паузы, - Если кто, отправившись туда, окончит свое житие, пораженный смертью в сражении против тварей Тьмы, отныне да отпускаются ему грехи. А те, кто невольным отправляется, и останется жив - тот свободным станет навечно. Я обещаю это всем, кто идет в поход, ибо наделен такой властью самим Господом нашим Великим творцом Отума!
   - Пусть же выступит против порождений зла ваша доблесть, пусть двинутся на бой с ними ваши решимость и отвага. Да станут отныне воинами Номана и те, кто раньше были грабителями и убийцами, и те, кто вели жизнь праведную. Пусть справедливо бьются теперь против Тьмы и те и другие! Пусть увенчает двойная честь тех, кто не щадил себя в ущерб своей плоти и душе. Те, кто здесь горестны и бедны, вернувшись будут радостны и богаты, кто здесь враги Господа, на поле боя станут ему друзьями. Ибо тот, кто идёт по стезе Его, становится достоин Его любви! Идите братья мои и пусть Великий Номан хранит каждого из вас!
   Он закончил. Маги разрушили заклинания, но тут же сплели их заново.
   - Подданные Ольджурии, благородные и простолюдины, свободные и рабы! - зазвучал над площадью другой голос. Я пытался разглядеть говорившего, всматривался, как, наверное, и тысячи остальных, но ничего кроме широкой фигуры среднего роста не видел. Слишком далеко.
   - Семь лет канули в небытие, и снова пришло время для битв и подвигов, - продолжил Повелитель. Голос его звучал немного суховато для подобного момента. - Я верю в вас, сыны Ольджурии, мои верные подданные. Я верю в вашу силу и отвагу, в ваше стремление исполнить свой долг, как и вы верите в мою добродетель и щедрость. Помните - каждый вернувшийся получит по пятьсот золотых монет, - он вдруг запнулся, словно не зная, что говорить и весьма сумбурно закончил, - Идите, мои подданные! Уничтожьте это проклятье нашего мира! Я верю в вас!
   Тут же грянули и быстро смолкли трубы, сыграв короткий походный сбор, а секунд через десять я увидел четырёх всадников. Логи шли шагом, высоко вскидывая ноги, всадники держались подтянуто, на головах шлемы с высокими гребнями красного цвета. По площади разлетелся звонкий ритмичный цокот подков о камни, наполнил её собою, оттолкнувшись от стены, вернулся и смешался в одном плотном цокоте. Группа остановилась напротив "пирамиды". От неё тут же отделился один из всадников и направил лога в нашу сторону. Цокот снова стал ритмичным, раз-два-три-четыре.
   Узнав нашего арх-лега, те кто уже немного филонил, снова вытянулись в струнку, задрали подбородки.
   Сервий Гальба остановил лога и приподнялся в стременах.
   - Легио-о-он, левое плечо-о, раз! - рявкнул он так, что казалось даже стены вздрогнули, отталкивая от себя его окрик. Эхо усилило эффект. Мысленно сказав - и раз - мы в едином порыве повернулись влево и ударили подошвами по камням. Раз-два.
   Площадь вздрогнула от мощного монолитного удара, а наш арх-лег уже отдавал следующую команду.
   - Короткий ша-аг, раз!
   И мы двинулись вперёд. Тяжёлое, огромное орудие, пять тысяч душ, как одна. Мы уходили.
   Я шагал на автомате, не глядя, потому что мысли были глубоко. Мы уходили.
   За спиной оставались два года унижений, оставался страх быть убитым новыми охотниками, или какими-нибудь аристократами. Оставался мой первый учитель - Альтор'Кранг. И неважно - магистр он или нет. Благодаря ему я стал сильней.
   Там же, теряясь вдалеке, растворяясь в нём, как птица, взмывающая ввысь, оставалась Лита. Что с ней сейчас? Вытащили её из лап Сат'Чиров и Крона'Тора или нет?
   ...поклянись Номаном.
   Клянусь, Литка. Только для этого и мне и тебе нужно быть живыми, понимаешь? И если я вернусь, а ты не "уйдёшь" - исполню клятву.
   Оставался и Алькорд с надеждой уплыть в Вальтию, на этот далёкий, почти призрачный остров.
   И Журбина, которую я, возможно, обидел, и она оставалась там, за спиной, и возможно уже забыла меня, или начинала забывать.
   Многое оставалось там, и хорошее и плохоё. Оставалось всё, ставшее частью меня.
   А впереди ждала свобода...
   Или смерть.
  
   Глава двадцать первая
  
   Мы вышли из Шан-Эрмиорда с западной стороны, снова перестроились в четыре колонны и двинулись по Стурской дороге. Обычная грунтовка, проложенная посреди бескрайней пустой степи. Идёшь и взгляду зацепиться не за что. Только лежалый снег, холодный пронизывающий ветер и редкие кусты, словно мертвяки тянущие свои чёрные руки-ветки из-под сугробов. Ну разве ещё иногда следы зверья. От маленьких, оставленных карбулками или птицами, до больших, размером с две подошвы армейских сапог.
   Но на всё это я не обращал внимания. Давно уже понял, что во время пути лучше всего "витать в облаках", так время проходит незаметней, и чем "выше" витаешь, тем быстрее летят часы. Однако мои размышления "витанием" назвать было трудно. Скорее ползанье - неторопливое и угрюмое.
   Минут двадцать я апатично думал о тварях Тьмы, вспоминая их боевые качества и описанную внешность, потом переключился на магию. Перебрал в мозгу все имеющиеся на данный момент заклинания, вспомнил о той хрени, что сплёл и так и не попробовал, за этим стал нерадостно думать о ветви Света.
   - Скуты, раз! - без особых эмоций прокричал Лостад, приказ вяло пополз в "хвост", и я принял переданный щит. Камни из кармашков были, разумеется, вытащены, но и в таком виде он весил килограмм семь, не меньше.
   Накинув походную лямку скута на свободное плечо, я вернулся к своим мыслям.
   Второй круг - это очень слабо. Взять того же Линка - все боевые Света четвёртого круга. А "щит" такого уровня перекрывает почти треть шеренги или ряда при стандартном построении. Вообще-то, по всем правилам в гурте должно быть девять магов, и при таком раскладе, даже обладая всего третьим кругом, они могут "щитами" полностью прикрывать гурт от магических атак. Да вот только магов недостаток. Даже штурмовые отряды укомплектованы не полностью. Поговаривают, что в них должно быть по сто воинов, а не восемьдесят, как в нашем легионе.
   - Скуты раз!
   Передал его идущему слева, подёргал плечом, разминая. Потом стащил с головы шлем, выдрал подшлемник, и прицепив железяку к поясу, кожаную шапочку напялил обратно. На хрен, шея уже затекает. Тем более, некоторые сделали так уже давно.
   Интересно, а можно увеличивать размеры "щитов"? Включить какие-нибудь места в цепочке, или наоборот - выключить. Впрочем, теоретически всё равно ни к чему не придёшь, только на практике пробовать.
   Я отвлёкся. Слева потянулся лес, справа показалась деревенька. Небольшая, всего дворов в полсотни, да и те какие-то заброшенные на вид. Стены покосившиеся, как и крылечки. Хотя, это как раз понятно. Кто захочет жить близко к Кроми? От Шана до неё по этой дороге не больше сотни риг, два дня пути всего. Если Тьма прорвётся, то и убежать не успеешь, разве что с пустыми руками, бросив весь нажитый скарб.
   - Скуты раз!
   Пока меня это не касалось, щит пошёл дальше влево. Хорошо ещё копья в телегах везут, а то бы и их пришлось время от времени нести.
   Однако в деревеньке люди были. Я разглядел на крыльце одной из хатёнок пожилую пару, которая с интересом смотрела в нашу сторону. А что ещё старикам надо? Вот и какое-то разнообразие в их скучной жизни.
   Ладно, это не так важно.
   Я повернул голову в другую сторону. Деревья стоят редко, вдобавок отсутствует листва, отчего лес просматривается вглубь шагов на сто. Если что, придётся уходить очень далеко. Чтобы спокойно работать в режиме сборки. А то, что это необходимо, я понимал с каждым шагом всё сильней и сильней. Не знаю, сколько мы простоим возле Кроми, если вообще будем там стоять, но войти в Зыбь хотелось бы, имея все боевые световики, как минимум, третьего круга. Да и защитные не мешает "приподнять".
   - Скуты раз!
   Снова пас, уважаемый Лостад.
   Нет, все третьего - это я размечтался. За сегодня и завтра собрать хотя бы одно заклинание... вот только какое? И "щит" важен, и "кольцо" неплохо бы до второго проапгрейдить. По словам тех магов, что "впихивали" его в нас, заклинание весьма эффективное. Маленький шарик концентрированного Света летит примерно на двадцать пять шагов и там резко расширяется кольцом. Наверное, что-то похожее на те колечки дыма, что пускал Альтор, пыхая трубкой после рабского дня. Диаметр "кольца" стриг - это примерно два метра. Разумеется, приведённые характеристики относятся к первому кругу. Его давали, про него и рассказывали. Вроде ничего необычного, но, во-первых, концентрация света настолько сильна, что даже физическое тело перерезает, а во-вторых, получается нечто вроде усовершенствованного "луча". Тем можно только один объект поражать, а "кольцом", если повезёт, то и пару-тройку зацепишь. Правда, это очень и очень трудно, и тоже по двум причинам...
   - Скуты раз!
   Ладно, уговорили, понесу чуток.
   ...Первая - изменить расстояние, на котором "кольцо" начнёт расширяться нельзя. Ровно десять стриг. Так что с движущимися целями неудобно. Вторая - при прямом попадании в цель действует как раз-таки, как обычный "луч", а вот энергии на него уходит гораздо больше. Так что ещё подумать не однажды придётся - либо уверенно прибить одну цель, либо попытаться завалить разом несколько, но не столь уверенно.
   Это я молчу об опасности задеть своих. В свалке вообще неприменимо, ибо мясо есть мясо.
   Так что не всё однозначно. Да и вообще у каждого плетения есть свои плюсы и минусы, прямо, как у людей. Не без греха, в общем. Вот если бы эти "грехи" как-то исправить, разобраться что означает каждое место в цепочке.
   - Скуты раз!
   Держи, братан...
   Когда солнце зависло примерно на половине своего пути с востока на запад, мы остановились на привал. Наши "обозы" притащили сухпайки - чёрствые бакиллы и сыр, потом мы долго ждали телеги с бочками. Воду давали по кружке на человека, впрочем, ничего страшного, об этом нас предупреждали. Рек и крупных озёр по пути от Шана до лимес-лагеря нет, только там уже, у самой Кроми, небольшая речушка Влажка, вода в которой чистая и вкусная. Последнее поведал Линк. А если принимать во внимание обилие снега вокруг, то можно сказать - никакой проблемы и нет.
   Получасовой отдых после скромного перекуса и мы снова в пути. После обеда мои размышления закрутились вокруг ПсевдоРуны. Сколько раз начинал об этом думать, но так ничего и не надумал. Кто же это был, и почему так просто "слил" мне информацию про режим сборки? А главное - зачем? Как я уже успел понять, подавляющее большинство магов не любят делиться своими знаниями, что, в общем-то, понятно. Со скуки или чтобы потешить своё стариковское самолюбие, как Альтор - можно, для войны - пожалуйста, а так... Ну, разве что Артуно светильнички подогнал...
   С ветвью Света ещё понятно хоть как-то. У того, кто скрывался под обликом Руны'Арк могла быть навязчивая идея убедить меня пойти в Зыбь, но режим сборки! А самое интересное, что из всех виденных мною магов, никто в нём работать явно не мог, иначе имели бы какие-нибудь винтажные плетения. Учитель в Шане? Ну, о нём достоверно известно лишь то, что он может знать о режиме сборки.
   А тот его испуг, когда я поинтересовался о стёртом с доски...
   Неужели всё-таки запрещено?
   И то, что я владею этим умением...
   - Скуты раз!
   Согласен, пока ещё мало в чём разобрался, но так ведь и входил в режим всего четыре раза! Да и то, последний, можно не считать.
   Интересно, а Странствующие? Гарантирует ли одна книга получение этой способности? Тот тип в таверне имел сложные и удивительные штуки, если, конечно, этакая экзотичность и обилие форм не является исходным атрибутом ветви Порядка.
   Ладно, этот вопрос бессмыслен и ко мне не имеет никакого отношения. Есть и куча других. Например - а как использовать "собственные" плетения, если удастся их собрать? Как бы в магической ереси не обвинили.
   Я хмыкнул. Причём, сразу по двум поводам. Магическая ересь - это я загнул. Как и с тем, что я смогу что-то там собрать. Не рано ли начал делить шкуру неубитого медведя?
   - Скуты раз!
   Но тут же пришла мысль - а обычные заклинания? Если официально я владею световым "щитом" второго круга, а в бою использую третьего, как на это отреагирует Линк, например? Или тот же Лостад? Он-то в световиках и сам неплохо волочёт.
   Засада какая-то.
   - Скуты раз!
   В размышлениях над этим и пролетела вторая часть дня. Когда дали команду "стой", светило висело над горизонтом ещё довольно высоко и неприятно било слева, грея скулу с виском и слепя глаз. Хорошо ещё, что дорога вела не строго на запад, а на северо-запад.
   Мы сошли с неё на степной простор, Лостад собрал в кучу весь гурт и четыре сотни тел тут же плюхнулись задницами на щиты, бросив их прямо в глубокий снег. Эгидники так и вовсе разлеглись, благо размер скутов позволял. Это был единственный за последние восемнадцать дней момент, когда я им позавидовал. На пельте особенно не разляжешься.
   Остальные гурты продолжали расходиться по степи, и мы какое-то время устало наблюдали за ними. Они останавливались довольно далеко друг от друга, чтобы было место для разбивки палаток. Как и положено в такие моменты, непонятно откуда вдруг появилась энергия. Парни принялись болтать друг с другом, время от времени слышались шутки. Иногда какая-то звучала довольно громко, и тогда весь гурт разом взрывался смехом. Перетащив свой пельт ближе, ко мне подсел Линк.
   - Завтра к вечеру уже в лимесах будем, - сказал он, сделав ударение на последний слог. Видимо, жаргонное. - Мы, помню, в прошлый раз шли, так метель такая была, что дальше носа не видно. Зима тогда рано началась, - он присел, ободряюще хлопнул меня по плечу. - Твоя в "обозе"?
   Подмигнул.
   - Нет, - я мотнул головой. - Она в Алькорд ушла.
   - Хм. А чего так? Ты ж говорил у тебя не просто понихтиться, - он расплылся в улыбке.
   - Не помню, чтобы я такое говорил. Помню, это ты предполагал что-то подобное насчёт меня.
   Линк рассмеялся, а я лишь криво улыбнулся.
   - Смотри, не вздумай завести себе подругу из лимесовых. Это самые умелые, но и самые грязные нихты в Ольджурии. Если не во всём Отуме.
   Он загоготал ещё громче. Несколько парней уже заинтересовалось нашим разговором, и вскоре Линк был окружён плотным кольцом слушателей, внимающих с открытыми ртами. Грязные, но всё же такие умелые лимеские нихты - что может быть интересней легионеру?
   На дороге, наконец-то, появились первые телеги. Целых полчаса они с грехом пополам, а также с криками и руганью, пытались разместиться как можно ближе к нам, для чего некоторым пришлось тыкаться меж деревьев на той стороне, а некоторым съезжать в степь. Но "последки" окончания "парковки" ждать не стали. Носились туда-сюда с гуртовым скарбом, быстро возводя палаточный городок. Мы же участия в этом не принимали, лишь перебирались иногда в сторону, если вдруг как раз на этом месте должна была встать палатка.
   Пока возводился лагерь, нам выдали сухпаёк. Быстро отужинав и выпив положенную кружку воды, я направился к телегам у кромки леса, сохраняя непринуждённый вид. Подошёл к дороге прогуливающейся походкой, полуобернулся. Взгляд неспешно оглядел нашу стоянку. Линка не видно вроде.
   Зевнув и потянувшись, явно переигрывая, но не в силах не делать этого, двинулся дальше. Мне нужно было незаметно пробраться в лес, где я надеялся спокойно поработать с заклинаниями, а точнее, всё же собрать полностью следующий круг какого-нибудь световика. С вопросом о возможности его применения в бою я так и не разобрался, хотя, одна идея была. Заплатить какому-нибудь магу из штурмового отряда, чтобы он дал мне, скажем, световой "щит" третьего круга, а потом уже всё валить на него. Мол, брал вон у того... вряд ли кто-то пойдёт проверять - что именно я брал. Тем более что Лиду и Сваго даже посоветовали принять световики второго круга у Линка. Ну а мне соответственно - третьего. Что-то я, конечно, и у него возьму, например - "сферу", но "сотрудничать" только с ним - не вариант. В этом случае он будет знать всё, чем я владею, и используй я то, чего у него не брал - удивится. Хотя, нет - не удивится - а поймёт, что я собираю заклинания сам. А как он на это отреагирует - это ещё тот вопрос. Может и сдать. Вон как на него мои слова про возможность восстания подействовали.
   Попетляв меж телег и палаток, я незаметно юркнул за густую стену молодых деревцев. Хотя из листвы на них всего пара на каждом осталась, зато ветки густые, хорошо скрывают. Присмотрелся сквозь них к лагерю. Вроде никому до меня никакого дела.
   После этого уже спокойно зашагал вглубь лесной чащи. Заблудиться страха не было. Снег не идёт, следы не укроет. Подсвечу "фонариком" и выберусь по ним обратно.
   А снег здесь был глубокий, доходил почти до верха голенищ и следы оставались чёткие. Я шёл осторожно, боясь и вовсе провалиться в какой нибудь засыпанный овражек, а глаза искали поваленное дерево, чтобы расчистить на нём место и усесться в привычную позу лотоса. Но как назло бурелома не было. Я прошёл ещё с полсотни метров, медленно погружаясь в тишину. Лагерный гул отдалялся, и тишина победно обступала меня. Если бы не хрустящая корочка подмёрзшего снега, то она была бы абсолютной. Я остановился. Вокруг какой-то фантастический пейзаж, рождающий смутное неприятное чувство. Перекрученные стволы сейкон торчащие из сизого девственного снега, нетронутого даже следами зверья. Мёртвая, пугающе молчаливая, и без всяких метафор - неземная красота.
   Взгляд наткнулся на огромную поваленную сейкону. Ну, слава богу. Я ускорил шаг, подошёл, и через пару минут расчистил на стволе площадку длиною в метр, потом столько же стоял, согревая дыханием кисть. Выданные шерстяные перчатки лежали в походном мешке, толстые, неудобные. Да и просто не нравились они мне. Нужно будет купить в "обозе" из тонко выделанной шкуры карбулка.
   Взобрался наверх и уселся, вытирая рукавом быстро замёрзающий нос. Пока дышал на ладонь, он успел покрыться испариной, и казалось, вот-вот покроется ледяной коркой. Разобравшись с этой проблемой, наконец-то, вошёл в транс. Сразу же переключился в режим сборки. "Кольцо", первый круг. Так.
   Принялся собирать матричную цепочку. Петельки били током, но уже не так сильно - сказывалось активное изучение световиков за последние две десятицы. Полчаса, и то из-за перерывов, и матрица была готова. Теперь нужно собирать саму цепочку второго круга.
   Прицепил к верхней синей такую же синюю петлю и "пошёл" вниз. Когда закончил и вынырнул из транса, вокруг уже сгустилась непроглядная темень. На секунду внутрь ворвалась паника, всё же в полнейшей темноте и тишине... К тому же где-то в чаще хрустнула ветка. Я машинально повернул голову, всмотрелся. Тут же вспомнилось покушение. Чревл!
   Прислушивался долго, но звук не повторился. Тишина правила бал.
   Хоть всё ещё и было не по себе, но желание рассмотреть самостоятельно собранный водник пересилило страх. Есть кое-какие мысли, есть.
   Уложив ножны удобней, снова вошёл в режим сборки. Если что - услышу. Это раньше я при работе с магией полностью погружался в транс, а теперь мог и одновременно контролировать реальность. По крайнеё мере, звук уловлю.
   Итак, "срезни". Круг второй.
   Я стал внимательно вести взглядом снизу вверх. Первый блок, предположительно - блок Воздуха. Предположительно в том плане, что эти куски могут быть и не связаны с ветвями, а с чем-то другим. Включены первая и третья позиции - предположительно - Воздух и Вода. Второй блок - включены Земля и Вода. Третий блок, блок Воды - включены все позиции, кроме... офигительно. Те догадки, что были - разом обрушились, оставляя на своём месте зияющую прореху. Вот так номер! Заклинание из ветви Воды, а в блоке Воды именно она и выключена. Как это вообще возможно?
   Предложенная вами гипотеза неверна. Попробуйте ещё раз.
   Я кисло усмехнулся.
   Пробовать было нечем - гипотеза единственная, других не придумал. И эта единственная строилась на предположении, что в "срезне" в блоке Воды на третьей позиции уж точно должна быть белая петелька.
   Может, белая наоборот - выключено? Да ну, глупо. Так, что там в верхнем блоке. Включены Воздух и Земля. Причём тут водник и Земля с Воздухом?
   Так, нужно и в самом деле рожать новую гипотезу, без всяких шуток. Учёные вон тоже не сразу в яблочко попадают, если, конечно, само яблочко не попадает в них.
   Заново. Первый блок. В любом случае предположение насчёт колечек должно быть верным - они связаны с ветвями. Иначе, почему в стихийниках их по четыре в блоке, а в надстихийниках по восемь? Если я и не прав, то скорее относительно функций самих блоков.
   Так, представим, как плетётся заклинание в боевом режиме. В самом-самом начале нужно что? Хм.
   Ингредиенты?
   Вода и Воздух. Первая-то понятно, а второй зачем? Может, для создания в диске полостей из-за чего он становится легче и летит дальше?
   Допустим так. Тогда первый блок можно назвать - блоком составных частей плетения. А второй?
   Я приблизил цепочку, и ещё раз рассмотрел следующие четыре петельки. Земля и Вода. И что? Что важно, после того как определены составляющие? Форма?
   Снова треснула ветка, теперь за спиной, громко. Сухой щелчок эхом повторился где-то впереди, и я, рывком выйдя из транса, обернулся. Но что разглядишь в полной темноте? Нет, на сегодня надо завязывать. И ещё одно надо - не забывать о том чёртовом нападении. До сих пор ведь так и неизвестно - кто, зачем, за что? А то внушил себе, что просто ошибка произошла...
   Я спрыгнул со ствола и в полной темноте двинулся к лагерю. Использовать "фонарик" не стал, чтобы не быть для гипотетического нового убийцы как на ладони. Ледяная корка на снегу от ночного морозца стала толще, и теперь хруст от неё разлетался эхом по всему лесу. Как будто очень огромное существо грызло с аппетитом не менее огромный сухарь. Или как будто я сам грыз сухарь.
   И ещё постоянно казалось - кто-то идёт по пятам. Убедить себя в том, что это лишь мерещится, не смог. Поэтому часто останавливался, слушал темноту. Но когда стоял - звука шагов не было. Шёл дальше, и снова казалось, и снова останавливался.
   В этом нехилом напряжении я и выбрался к дороге, судя по отсутствию телег, намного левее, и уже расслаблено зашагал к стоянке гурта.
  
   Глава двадцать вторая
  
   В палатке слышался незатейливый разговор. Я нырнул под полог, врубил "фонарик". Внутри было довольно тепло, и от контраста по телу невольно пробежали мурашки.
   - О, Ант, - тут же раздалась пара голосов.
   - Где был? - спросил третий.
   - Прогуляться ходил, - ответил как можно непринуждённей и медленно двинулся в свой угол.
   - Опять до бабы в обоз бегал?
   Это уже Линк.
   - С таким морозом не до баб, - отшутился я и протиснулся меж двух лежащих парней, которые почтительно отодвинулись, давая проход. Несколько человек хохотнули моей плоской шутке, один даже чересчур наигранно. Нет, всё-таки лучше быть магом-легионером в обычном гурте, чем эгидником в штурмовых отрядах. Уважение даётся автоматом. Впрочем, оно у меня ещё и подкреплено. Так вышло, что в одной палатке со мной двое из тех, кто стал свидетелем потасовки с Варком. Уверен, они успели рассказать эту историю другим, и даже не раз. Это я вечно отсутствую по вечерам, а большинство парней проводят свободное время в палатке или возле неё. Ну и соответственно много общаются. - Чёто у вас тут прямо лето.
   Я присел на свой лежак, подтянул мешок и разрушил "фонарик", который в принципе и сам успел израсходоваться наполовину.
   - Линк'Ург узел прокачивал. Правда пришлось по углам жаться, - сказали со стороны входа и снова послышался приглушённый смех. Я представил почти сорок дюжих тел, жмущихся как мышки по углам палатки, чтобы не обжечься от жара распадающихся плетений. И Линк, или как остальные почтительно называли его за участие в одном из походов - Линк'Ург, в центре. Не сдержавшись, тоже рассмеялся.
   - Ант, может и ты потом погреешь воздух? - послышался осторожный голос. По-моему Жиро, низкий сбитый парень, с добродушным открытым лицом и слегка виноватой улыбкой. Стоит прямо за моей спиной.
   - Да запросто. Но смотрите, я вам не Линк. Придётся из палатки выскакивать, чтобы не подгореть.
   Гоготнула почти половина.
   - Эт самое нормально, - сквозь смех бросил кто-то.
   - Не зарывайся, парень, - голос Линка. Беззлобный, но с нескрываемым желанием поддеть. - Когда в бою к тебе прицепится какая-нибудь страшная тварь, не забудь попросить дядю Линка помочь от неё отвязаться.
   - Ты тоже обращайся, если почувствуешь что самому не справиться.
   Мы всей палаткой посмеялись.
   Потом разговор предсказуемо перешёл на лимеских нихт. Я не участвовал, а занялся подготовкой ко сну. Стащил с себя кожаный доспех и поставил рядом с лежаком, следом стянул рубаху, поднялся и повесил её на верёвку. Чтобы не помялась. Ну а дальше стал напяливать на себя всё что имелось - одну муштровку, вторую, дублету... Ночи холодные, и несмотря на шерстяные одеяла, к утру успеваешь хорошенько промёрзнуть. Особенно нос и губы, но тут уже ничем не помочь. Я, конечно, укутываюсь в одеяло с головой, но для дыхания всё-таки приходится оставлять снаружи нос и рот.
   - Ант, подогрей чутка, - голос Линка.
   - Парни, а мы не заболеем к чревловой бабушке? - на всякий случай спросил я, двигаясь в темноте к середине палатке.
   - Ничего, не заболеем, - бросил кто-то, поспешно перебираясь подальше от центра.
   - Ну что, готовы? - я усмехнулся.
   - Готовы, - ответило сразу несколько голосов.
   Минута и в палатке "Ташкент". Я вернулся на своё место, укрылся одеялом по пояс, пока и так нормально.
   - А кто-нибудь ходил уже до лекаря? - спросил Гавадо. Его голос я узнал сразу. Крайний справа в первой шеренге. Именно к нему я прислушиваюсь, чтобы понять, что там приказал наш лег-аржант.
   Несколько человек недвусмысленно рассмеялись.
   - Да я не о том, парни, - слегка смутился Гавадо. - Вам лишь бы поржать. С простудой там, с ранкой какой ходил кто?
   Несколько секунд висела тишина.
   - А вообще говорят, - прервал её незнакомый мне голос. Нет, слышать я его слышал, конечно, но вот кому он принадлежит не помнил, - Что в этом походе вообще по одному лекарю на гурт.
   - А сколько должно быть? - спросил кто-то.
   - Три, - снова Линк. - Когда я в тот раз ходил в Зыбь, по три лекаря на гурт было.
   - Да-а, - выдохнуло сразу человек пять.
   - А раньше, говорят, лекарей как грязи было.
   - Сказки.
   - Не сказки.
   - Я тоже слышал. У моего отца знакомый лекарь был, настоящий, с Даром. Он рассказывал ему, а сам в книге их какой-то прочитал про это.
   - Про что? - два заинтересованных голоса в унисон и ещё один следом.
   - Про то, как их двести лет назад пожгли почти всех.
   Тишина секунд пять. Я поднялся и присел, накинув одеяло на плечи. Разговор становился интересным.
   - Сказки, - повторил кто-то.
   - Я тоже про это слышал, - голос из угла возле входа. - В одном Магиорде тысячу лекарей сожгли.
   - И все с Даром? - тут же спросили с недоверием.
   - Все не все, я не знаю. Но то, что целую тысячу пожгли - это верно, парни. Мне тоже лекарь один говорил.
   - Линк'Ург, а ты что знаешь?
   Он промолчал, и тот же вопрос, разумеется, задали мне. Ну-ну.
   - Не слышал ничего, - отнекнулся я.
   - А знаете почему? - кто-то шёпотом. Но тут же голос перешёл в нормальный и я узнал. Ниго, высокий худощавый парень. Перекинулись раз парой словечек.
   Снова повисла пауза.
   - Да не тяни ты свирка за хвост, - буркнули в темноте.
   - Ладно, парни. Только между нами. Слышал я, что они из лекарских заклинаний боевые стали делать.
   - Да ладно, - хохотнуло сразу несколько человек.
   - А ты-то что в этом понимаешь, - с сарказмом проговорил Линк. - Боевые из лекарских, - он хмыкнул.
   - Точно говорю, Линк'Ург, - не смутился парень, но тут же поправился. - Мне это всё рассказывали.
   - Кто? - голос из того же угла у входа.
   - Бабка моя рассказывала.
   Воздух в палатке содрогнулся от гогота. Я, тоже не сдержавшись, улыбнулся, хотя, сама тема разговора казалась мне весьма серьёзной. Боевые из лекарских? Интересно, как это? И почему сразу жечь за такое дело?
   - И что смешного? - спросил Ниго у тридцати девяти человек разом, когда гогот прекратился. - Моя бабка, кстати, Даром обладала.
   - А ты что ж?
   - Ну, так, сами же знаете, этот Дар случайным образом даётся.
   - Случайным образом, - передразнил кто-то. - Ишь, какие словечки говоришь. В схоле, что ли учился?
   - Три года, - не без гордости ответил Ниго. - Но в схоле тебе такого не расскажут.
   - Так, кто тут самый вольнодумный?
   Все разом глянули на откинувшийся полог. В тёмном проёме ещё более тёмная фигура. Линк Сатрок. Тёзка нашего Линка, тот самый ночной лег-аржант, неприятный тип. Лостада мы уважали, а к этому относились с неприязнью и подозрительностью.
   - Может мне донести куда надо?
   В ответ только звук ворочающихся тел. Парни молча укладывались спать. Я тоже не стал ждать, тем более что Линк Сатрок врубил магический "фонарик" и сделал пару шагов вперёд. Посветив им перед собой и не увидев ни одного сидящего тела, он самодовольно хакнул.
   - Вот так вот. А то развели мне тут вольнодумство, понимаешь.
   Развернувшись, он быстро вышел.
   - Мерзкий гад, - бросил кто-то ему в спину шёпотом, но на него тут же пришикнули.
   Прошло какое-то время, но разговор не возобновился. Да и правильно. То, что этот ночной лег-аржант трётся вокруг палатки, ни у кого сомнений не возникало. Он уже сдавал за лишние разговоры двух парней, я их лично не знаю - стоят в центре гурта. Парней куда-то отвезли на брыке, через пару часов вернули обратно. Обошлось вроде без наказания, но три дня парни ходили как в воду опущенные, забитые, на лицах ни одной улыбки. Многие хотели узнать у них - что, где, да как, но парни на эту тему испуганно помалкивали...
   - Гурт, по-о-дъё-о-ом!
   Подскочил, ничего не соображая, вроде же вечер...
   Но уголки губ тут же дёрнулись вверх. Не заметил, как уснул. За приоткрытым пологом явно было утро, хмурое, сероватое, но всё же утро.
   Быстро одевшись, я выбрался наружу и на секунду замер. Вокруг на пять шагов не видать - плотная молочная стена тумана. Медленно поплёлся к совсем невидной площадке для построения, но вскоре в мареве прорисовался полувыстроенный гурт. Заняв своё место, зевнул, втягивая в лёгкие изрядную порцию холодного и перенасыщенного влагой воздуха.
   - Что там, все построились? - гаркнул Лостад, вглядываясь в шеренги.
   - Да не видать ни чревла, мин лег-аржант! - выкрикнул кто-то из "тыла".
   - А ты на ощупь, - пошутил Лостад и мы сдержанно хохотнули. - Так. Воины, завтрак уже в пути будет, через пару часов примерно, когда туман рассеется. Всё ясно?
   - Ясно, мин лег-аржант, - без особой радости выдохнул гурт.
   - Ну, вот и хорошо. Ничего, не маленькие, потерпите. Первые четыре шеренги, левое плечо! - закончил он зычным криком.
   Мы повернулись и двинулись сквозь абсолютно белый мир - снег под ногами, вокруг туманище. Странное ощущение.
   - Левое плечо вперь-од! - понеслось со стороны стоянок, разными голосами, один крик за другим. Мы вышли на дорогу и слегка замешкались.
   - Под ноги глядите, чтоб не сойти! - прокричал Лостад и ушёл в хвост колонны. Через минут десять вернулся и отдал команду - "Короткий шаг". Колонна качнулась и зашагала, глядя вниз. Смотреть вперёд всё равно смысла особого не было, дальше шагов пяти-шести не видать. Да и пялиться в белую стену приятным не назовёшь, уже через минуты рождается стойкое ощущение скрывающейся за ней опасности.
   - Откуда такой густой? - спросил я у идущего рядом Жиро. - Сказали же что никаких водоёмов поблизости нет.
   - Есть, - Жиро ткнул пальцем влево. - Там два больших озера. Но далеко идти, по лугу прямо.
   - У-у, - промычал я. - А ты откуда знаешь? Бывал здесь?
   - С отцом туда ездили арларов ловить.
   - Это грылы?
   - Нет, - виноватая улыбка. - Это скургулы.
   Я хмыкнул. На Земле такой разговор был бы подобен окружающему нас туману.
   - По-над бережком идёшь и норы их ищешь, - стал рассказывать Жиро. - Вот такие бывают, - он сложил вместе две ладони и растопырил пальцы. - А вкуснючие-е, во рту прямо тают. Бывало целый таз нава...
   - Разговоры отставить, дыхание не сбивать! - прикрикнул на нас Лостад и Жиро разом замолк.
   Да без проблем. Я привычно принялся "витать", тем более что было о чём поразмыслить. Первый блок, значит, блок составляющих, или лучше - блок внутренних параметров. Если, конечно, эта гипотеза не ошибочна, как и предыдущая. Второй... второй, судя по всему - блок формы, или внешних параметров. И что?
   - Скуты раз!
   Во втором включены Земля и Вода. Ни черта непонятно. Земля, Вода, Земля, Вода.
   Я катал эти два слова по мозгу минут десять, но так ни до чего и не докатал. Плюнув, стал думать об учителе в Шане и невольно подошёл к теме покушения. Кто же, чревл подери? И стоит ли ждать следующего?
   Последний вопрос был неприятным, поэтому отбросил его. Не стоит нагонять на себя лишнего страха.
   Подняв голову, я огляделся. Туман потихоньку рассеивался, видимость уже шагов десять и, судя по всему, день обещал быть солнечным. Я стянул с головы подшлемник, и сложив, засунул в болтающийся на поясе шлем. Провёл рукой по волосам, колючий ёжик постепенно превратился в просто короткую причёску. Снова огляделся, надеясь найти хоть что-то, кроме пустой белой стены. Думать почему-то расхотелось, знал, что в этом случае вернутся мысли о покушении. Раз уж задел их, теперь они появятся при первой же возможности, вот и искал глазами, за что бы зацепиться и тем самым занять свой мозг.
   Туман, слава богу, рассеивался всё быстрей, причём с каждой минутой скорость рассеивания росла с геометрической прогрессией. Видимо, восходящее светило ускоряло этот процесс. Вот уже шагов на пятнадцать видно... спустя минуту на двадцать. Дерево вон вроде какое...
   Внутри дёрнулось смутное подозрение. Вроде не дерево. Я вгляделся внимательней, через секунду толкнул Жиро и указал на луг. У того тут же расширились глаза, а рот непроизвольно открылся. Значит,у меня всё же не глюки. Да и с чего бы? Не от оттого же, что натощак?
   Вывернув голову, я нашёл взглядом Лостада. Он шагал слева от колонны, примерно в районе шестого-седьмого человека. Хотел было окрикнуть его, но не успел. Меня опередили.
   - Мин лег-аржант, что это?!
   - Что? - не понял Лостад. Колонна перекрывала ему вид.
   - Кресты, - подхватил идущий в первом ряду. - С распятыми.
   - Какие кресты? - на лице лег-аржанта появилось искреннее удивление. Он стал торопливо протискиваться между легионерами, наконец, шмыгнув меж двух скутов, остановился, уставившись на то, что видели уже, наверное, все парни из первых четырёх шеренг нашего гурта. Рассеивающийся туман позволил мне разглядеть человек шестьдесят в "хвост", а учитывая расстояние до крестов, то первые двадцать их должны уже лицезреть.
   А лицезреть было что. Четыре креста, метрах в тридцати от дороги... Хотя, дальше вырисовывался в тумане ещё один, и чуть глубже этих четырёх слабо виднелись ещё два. Последний частично, лишь край перекладины и рука.
   Рука.
   Я присмотрелся к ближайшему кресту. На нём распят голый человек, руки привязаны к перекладине, ноги стоят на прибитой снизу короткой дощечке.
   - Колонна, сто-ой! - проорал Лостад и мы, с грохотом и звяканьем, словно длинный железнодорожный состав, затормозили. Подошвы ударили в землю, шлемы звякнули о ножны. Сзади тут же толкнули, на пару секунд показалось, что нас сейчас протянут вперёд идущие сзади. Но тут же послышались крики "Колонна, стой!", уходящие по цепочке в "хвост".
   Лостад, бросил взгляд вдаль по дороге, смотрел несколько секунд выжидательно, потом снова повернул голову к крестам.
   - Чревл! - ругнулся громко. - И где эти засранцы?
   Кого он имел ввиду, было не совсем ясно. Да и я как-то не особенно задумался над сказанным им, продолжая неотрывно глазеть на висящего человека. Судя по отсутствию трупных пятен, распят он недавно, а возможно, и вовсе ещё живой. Вроде ран тоже нет.
   - Может, пойти, глянуть? - словно прочитав мои мысли, спросил один из парней.
   - Я те гляну щас, - зло цыкнул на него лег-аржант. - Стой, твою сурдетскую мать.
   Справа послышался отчётливый топот, и я, оторвав взгляд от луга, повернул голову. Из тумана появился всадник. Его лог нёсся карьером, видно было, что Сервий не просто послал этого адьюта, а ещё и пинком придал его животине ускорения.
   - Мин лег-аржант! - разом голосов десять, срываясь на крик. И столько же вскинутых в направлении крестов рук.
   Голова машинально дёрнулась обратно, и по телу мелкой дрожью побежала ледяная волна.
   Тот человек, что висел на самом ближнем кресте, уже не был человеком...
   А с трёх других спрыгивали вниз голые тела. Их руки, словно становясь резиновыми, легко выскальзывали из-под верёвок, и они ныряли вниз. Именно ныряли, головами вперёд. Но до земли тела не долетали. На этом коротком пути они успевали претерпеть серьёзные метаморфозы. Сначала превращались в телесного цвета шар, потом этот шар за долю секунды обрастал серым мехом, а на землю уже становились на четыре лапы ужасные существа, достигавшие в холке полутора метров. Длинные верхние клыки, как у саблезубых кошек, мощные лапы. На тейков похожи довольно отдалённо. Скорее какие-то твари из фильмов ужасов. Морды бесформенные, то ли собачьи, то ли крысиные, не поймёшь...
   Эскуры... или бхуры, которые в них обращаются, - судорожно выдал мозг, и тут же вопросил сам себя. - Но откуда?
  
   Глава двадцать третья
  
   - Скуты перед собо-ой! Шлемы ра-аз! Маги "щиты"! - проорал Лостад.
   Мимолётный взгляд на адъюта, тот резко тормозит лога, ставя его на дыбы. Шлем на голову, застегнул под подбородком ремешки, а мозг автоматически вспоминает, что там нам рассказывали про эскуров и бхуров.
   Да ничего практически! Вторые обращаются во всё что угодно, первые на тейков похожи... ага, совсем похожи. А что ж про размерчик не упомянули? Забыли?
   - Правый край, равнять фро-онт!
   Лостад сплёл световой "щит", и отступив на пару шагов, вытащил меч. Я сделал то же, не сводя взгляда с заснеженной степи, откуда на нас неслись с дюжину то ли эскуров, то ли обратившихся в них бхуров, а расступающийся туман, открывал взору всё новые и новые кресты. Чёрт. Да сколько их там!
   Первые твари были уже в нескольких шагах. Напряжение на пределе, пресс, бицепсы, ноги - словно каменные, даже страшно, что не смогут действовать, когда будет нужно. А нужно будет вот-вот, через секунду-две.
   Правый край нашей фаланги в двадцать человек длиной полубегом пытается выровнять фронт, то есть сделать так, чтобы нападающие шли в лоб, а не наискось. Из-за чего этот самый правый край не готов, плюс к тому, поспешившая середина выгнула фалангу приличным горбом вперёд.
   Эта середина и приняла первый удар, ещё не успев, как следует, укрепиться. Но об этом я лишь услышал - удар об щиты, треск дерева, потом вроде какой-то взрыв, крики, маты, истошные вопли.
   Смотреть времени нет, пара эскуров в двух прыжках от наших рядов, умудрившись найти просветы между моим "щитом" и "щитом" Лостада, они оскаленно ликуют.
   - Держать линию! - крик аржанта.
   А в моей голове судорожная мысль - этих линий всего четыре. В смысле, глубина нашего строя всего четыре шеренги. Четыре первые шеренги гурта. И копий ни-хре-на!
   И вот удар массивного тела о скуты почти передо мной, ещё удар чуть правее.
   Я вижу морду эскура всего в метре от себя, пытаюсь дотянуться до неё колющим, попадаю в глаз. Трое эгидников от налетевшей массы валятся на землю, задевая парней из второй шеренги. Ругань, крики, дикий рёв раненой твари, перекрывающий всё. А со стороны крестов к нам мчится уже не меньше двух десятков таких же.
   - Наза-ад! - мой крик.
   Я бью в тварь "лучом", и тут же начинаю оттягивать за шиворот эгидника. Висящий на плече пельт мешает. Я сбрасываю его на землю. А на эскуре, в районе крупа быстро разрастается чёрное облачко, шипя, словно клубок змей. Как там, на поляне.
   Тот эгидник, которого я оттаскиваю, спасается, но двое других попадают под чёрную расширяющуюся пелену. Видимо "марево", про которое рассказывал "Эйнштейн". Под него попадает и Жиро. Его лицо искажается, он орёт благим матом и падает, как подкошенный.
   Но мне некогда помогать. Ещё сразу три твари налетают на первый ряд. Пара скутов трещит, ломается от мощного удара. Эскуры идут напролом, как ядра. Им главное затащить поставленные на них плетения в наши ряды. Шахиды хреновы.
   Маленькая светящаяся точка устремляется вперёд к двум эскурам, "идущим" слишком близко друг к другу. Расширяющееся "кольцо" почти полностью перерезает им шеи. Но они ещё бегут вперёд по-инерции, таща за собой головы на лоскутах кожи и мяса. А я перескакиваю через лежащее передо мной тело и начинаю яростно колотить мечом по твари, что положила принесённым на себе заклинанием трёх моих соратников. Двое парней с той стороны делают то же самое, но оказывается, замочить её железом намного тяжелее, чем магией. Шесть ударов, хруст ломающихся рёбер, но она успевает впиться когтями в одного из напавших. Я бью по лапе, причиняя боль "своему". Когти от моих ударов садятся глубже в его плечо, а тяжёлую лапу он скинуть не может. Бросив меч, легионер пытается оторвать её от себя, падает на колени.
   С той стороны кто-то пронзает зверюге шею, и она начинает метаться в агонии. Парень с когтями в плече отлетает в сторону, его подхватывают.
   - Больно! - истошно вопит он. - Больно же мне, слышите?!
   - Унесите этих за спины! - ору я, указывая на двух тяжело раненых, один из которых Жиро. Его лицо бледное, правая часть одежды разъедена словно кислотой, он в обмороке. Минута, полминуты, несколько секунд - и мы в свалке затопчем всех лежащих насмерть. Их хватают, тянут назад.
   - Всех оттаскивайте! Всех!
   Я снова ставлю "щит". Первый уже разрушен полностью. Одна из тварей налетела прямо на него. Я успел повернуть в этот момент голову и видел, что сделала она это специально. Шла напролом.
   - Выправить шеренги! - крик Лостад.
   Рядом с ним лежит огромная агонизирующая туша. Одна из её передних лап валяется метрах в двух позади нашего лег-аржанта, в черепе щель, хоть ладонь просовывай, а правая часть плаща Лостада забрызгана чёрной кровью.
   Вперёд уходит мой "луч", через секунд пять-шесть ещё один. Лостад заваливает "кольцом" двух эскуров, перерезая их почти пополам.
   Чревл! Где же Линк? Почему с его края нет ни "лучей", ни "колец"?
   Времени разглядывать нет, поэтому только мимолётно брошенный взгляд. Понятно.
   Линк успел построить восемь следующих шеренг, и они уже сошли с дороги в степь. Скутов у них нет, копий тоже. Парни просто держат перед собой мечи, а Линк перекрывает световым "щитом" середину.
   - Восстановить стро-ой! - дико орёт Лостад и бросается наперерез ближайшему эскуру. Ещё немного и эта тварь ворвалась бы в наши ряды, доламывая их. А они и без этого смяты в лепёшку. Правый край так и вообще практически отсутствует. Там двум тварям противостоят всего человек шесть. Я выцеливаю ту что ближе, но её перекрывают спинами легионеры. Чёрт!
   С разворота бью "лучом" в одного из эскуров, переключившихся на шеренги Линка. Он попадает в бок, тварь отлетает, валится на ходу. Между рёбер дымящаяся дыра, но тварь пытается подняться. Первый круг всего, второй я не смогу плести так быстро. А на поле боя ещё, как минимум, с дюжину мерзких зверюг.
   - Маги, "щиты" сверху!
   В голосе Лостада ненависть и отчаяние. Чёрт, кому он орёт? Я-тут-о-дин!
   Вскидываю голову. К нам по дуге приближается пять чёрных шаров. Какой на хрен "щит"?!
   - Вперё-о-од! - воплю я и бросаюсь первым. Ловлю недоумённый взгляд Лостада, но тот быстро соображает и сам устремляется к аземам. А там именно они. Примерно с два десятка, метрах в ста пятидесяти. И у нас единственный шанс избежать больших потерь - сблизиться с ними.
   - Быстре-ей! Скуты вниз! - крик Лостада. Эгидники бросают щиты, мы перескакиваем через них и ускоряемся. Теперь мы словно спринтеры. Холодный воздух обжигает рот и лёгкие, а мышцы напряжены до предела.
   - Гра-а! - слышится справа. Шеренги выстроенные Линком тоже переходят на бег, налетают на эскуров. Мясорубка, крики.
   - Гра-а! - подхватываю я, ставя на ходу "щит". В него тут же втыкаются два чёрных шара, разом обрушивая. Остальные с грохотом врубаются в землю уже за нашими спинами.
   Один из эскуров пытается развернуться, чтобы драпануть, но мы наскакиваем на него, сметаем, пара легионеров остаются добивать поваленную тварь. Она сперва злобно рычит, потом рык переходит в рёв. Перепуганный и жалобный. Всем перед смертью страшно.
   Ещё три шара, теперь летящих по прямой, опрокидывают на ходу нескольких легионеров. Я на мгновение оборачиваюсь. Нас человек тридцать, может чуть больше, но явно не восемьдесят.
   Неужели такие потери?
   Правый край, наверное, завяз там, на дороге, - приходит мысль. - А это человек двадцать, не меньше.
   Последний "луч" устремляется в сторону аземов. Последний, потом что я уже пустой, и понимая это, выжимаю из себя всё что можно. Так я не бегал очень давно, но промедление сейчас, без всяких метафор, смерти подобно. Аземы успевают сплести ещё по одному заклинанию, и сносят ими пятерых. Один из шаров проносится всего в локте от меня. Крики и вопли, раздирающие душу, словно когтями.
   Но они остаются позади, тонут в новом "гра-а" и мы наваливаем на аземов неудержимой цунами.
   Звон клинков о клинки, снова крики. Я слёту всаживаю остриё одному из аземов в горло. Он замешкался, пытался ударить магией, и поэтому даже не успел вынуть свой кривоватый нож. Слева, в миллиметре от уха, свистит рассечённый клинком воздух, отскакиваю, словно резиновый мяч от стены, оборачиваясь в прыжке. Азем перерезает одному из парней горло, и отбросив тело, кидается на меня. Нырок, уход, выпад. Остриё прокалывает бок. Дёргаю меч на себя. На спину кто-то валится. Короткое движение головой вправо и обратно, словно передёргивание затвора. Свой, ранен. Чревл! Укладывать его некогда, азем снова прёт на меня, не так шустро, но всё же прёт. Извини, братишка. Я делаю выпад, чувствуя, как легионер быстро съезжает по спине, а мой удар достигает цели. "Коготь виара". Остриё в глазнице, я тут же ногой бью азема в живот, и едва успеваю, развернувшись, подхватить падающего парня. Всего в сантиметре от сизого снега.
   Снег. На секунду взгляд застывает. Снег вокруг не сизый, он красный и чёрный - крап капель, длинные дорожки, огромные лужи... Повсюду кровь. Кровь людей и тварей.
   Но думать сейчас опасно. Очень... Твою мать!
   Левое бедро обжигает пламенем, и я даже не отставляя его, бью сверху по рухнувшему на колени азему.
   - А-а, су-у-ка!
   Но удар получается почти плашмя, по спине. Эта тварь снова поднимает свой кривой клинок.
   - На сука, на сука, н-на-а су-у-ка!
   Три удара по черепу, клинок застревает в раздробленной кости, я пытаюсь вытянуть его. Руки трясутся от злости, дыхание частое, сквозь зубы. Азем заваливается на меня, я левой рукой упираюсь в его череп, ладонь скользит по тёплым слизистым мозгам.
   - С-с-сука, - ползёт сквозь зубы со свистом.
   Наконец клинок выдернут, подошвой бью этой твари в скулу, оборачиваюсь... Бой закончен. Шеренги Линка навалились на оставшихся аземов, как-то молча, без "гра-а", и буквально затоптали и порубали их на мелкие куски.
   Я какое-то время просто стою, стараясь справиться с трясущимися руками и успокоить дыхание...
   - Чё там, серьёзное? - подбежавший Линк посмотрел на расплывающееся по левой штанине красное пятно.
   - Да нет, царапнул, падаль, - сквозь зубы процедил я и осторожно присел на залитый кровью снег.
   Правую ногу согнул, а левую оставил прямой. Дорвал рывком прореху на штанах, перекривился от боли и вида раны.
   - Точно царапина. Ну может на овриг в глубину, не больше, - с улыбкой проговорил Линк, присаживаясь рядом на корточки. И это ничего, что овриг - сантиметр. В сравнении с некоторыми - да, царапина.
   Я воткнул меч в землю, и достав из-за пояса ножик, распорол оторванную штанину. Линк тут же выхватил её из моих рук и принялся скручивать.
   - Я сам перевяжу. Покрепче чтобы, - бросил при этом.
   - Смотри, вон ещё живые остались, - я указал кивком головы в туман. Два бхура-эскура и штук пять аземов пытались удрать. Но их быстро настигали появившиеся всадники. Наш турм, не наш - непонятно. Не вижу вышивок на плащах.
   - Кто это были, Линк? Бхуры или эскуры?
   - Бхуры, Ант. Ты же видел они перевоплощались, когда с крестов падали.
   Я кивнул, осмотрел свой плащ и сюрко, и заржав, повалился на спину. Лямки, чревл их дери!
   В спину уткнулся край миски.
   - Чего ржёшь? - спросил Линк. Он как раз скрученной штаниной с силой перетягивал бедро чуть выше раны, но услышав идиотский смех, замер и настороженно заглянул мне в лицо.
   - Да всё нормально, - сказал я, подавив нервное веселье. - Походный мешок даже не сбросил. Кстати, там жгуты есть.
   - Бывает, - бросил Линк и принялся завязывать узел. - Чревл с ними с теми жгутами. Не больно?
   - Терпимо.
   - А с мешками почти все, - он хохотнул. - Я правда сбросил. Ну так, у меня и опыт есть.
   - Что, тоже на марше в такое попадали?
   - Было дело, но в Зыби. А чтобы вот так, - он мотнул головой. - Странно. Ни разу не слыхал, чтобы в дне пути от лимеса твари набрасывались.
   - Может, уже Вздох начался? - предположил я.
   - Да ну, - Линк быстро завязал второй узел и плюхнулся задницей на свой пельт.
   - Хм, мешок не сбросил, а пельт там кинул. Мешал он, - недовольно выдохнул я. - Всё наперекосяк. И с заклинаниями... чревл его знает, бил чем попало, вообще думать не успевал.
   Я откинул голову, увидел ещё несколько шеренг, идущих к нам.
   - Скорее всего, у них тут портал недалеко, - продолжил Линк, пропустив мимо ушей мой короткий самоуничижительный монолог. - Странно всё-таки. Не делали они раньше так. Полсотни тварей считай положили зазря.
   - А наших сколько, - выдохнул я, и скинув лямки, поднялся. Рана горячо резанула, а я вдруг заметил свою левую руку в вязкой белой слизи. Чревл, мозги же ещё эти.
   Скривившись, принялся оттирать ладонь снегом.
   - Нормально всё?
   Мы одновремено подняли взгляды. Наш лег-аржант. Лицо в чёрных точках подсыхающей крови тварей, сюрко заляпатан ею почти наполовину.
   - Молодцы, парни. Отлично сработали. Особенно ты, - его взгляд задержался на мне. - С атакой здорово приду...
   Шагах в десяти кто-то громко заругался, зовя командира, он оглянулся, и мы тоже посмотрели в сторону сдавленной, почти сквозь рыдания ругани.
   - Да мин лег-аржант, чревл вас раздери! - парень, стоявший на коленях возле одного из тел, перешёл на крик. Лицо его было измазано чёрной кровью. Видать самолично завалил азема. - Умирает же он! Где эти чревловы лекари? А?! Мать их сурдетскую! Я их разорву, нихтовых ублюдков! Где они?!
   Лостад заспешил к нему, следом направился и Линк. Ситуация явно выходила из под контроля. Ругавшийся парень подскочил, стал истошно выкрикивать полную чушь, про то, что нас бросили на смерть, что это было задумано. При этом он принялся размахивать мечом, и в его глазах заблестело что-то нехорошее.
   Лостад нырнул под замахнувшуюся руку, схватил её, и вырвав меч, отбросил его в сторону. Затем залепил парню увесистую плюху, толкнул к Линку, а сам склонился над умиравшим. Линк схватил налетевшего на него парня за плечо, рывком усадил на землю, и присев рядом, стал что-то грубо объяснять.
   Да уж. Похоже крышу слегка рвануло. Сколько ещё таких будет за время войны?
   Медленно поднявшись, я попробовал опереться на раненую ногу. Вроде терпимо. Вытащил из земли меч.
   Под левым коленом убитого азема увидел тёмное чёрное пятно. Походу кто-то перерезал ему жилу, он повалился и по пути успел тесануть меня.
   - С-сука, - повторил я, и увидел того, кто в бою привалился мне на спину. Двинулся к нему, сильно прихрамывая и пытаясь опираться на меч. Толку правда от этого не было, клинок уходил глубоко в землю. Наклонился, потрогал пульс на шее. Легионер был мёртв и я провёл ладонью по его лицу, закрывая глаза.
   А к месту сражения уже подъезжали телеги. Я оглянулся на окрики кучеров, подошёл к Лостаду.
   - Выживет? - спросил почти шёпотом.
   Тот дышал тяжело, с хрипом. Правая половина торса жутко рассечена несколькими ударами, сквозь кровавое месиво видны сломанные и вылезшие наружу рёбра. Я отвернулся.
   - К лекарям срочно бы, - выдохнул Лостад и наторелым движением сдёрнул с себя плащ. Разложив его рядом с раненым, подозвал двух легионеров. Я было сунулся, сообразив, но он мягко отстранил меня.
   - Так, - заруководил чётко. - Линк, иди сюда тоже. С той стороны бери. А вы за ноги, - это двум парням. - Аккуратно только. Не дёргайте.
   Они медленно переложили парня на плащ, подняли осторожно.
   - Следи за этим, - бросил он мне, кивнув на разбушевавшегося, и обратился к вцепившимся в края плаща. - На полусогнутых. Чтобы мягенько, как в самой дорогой карете, ясно?
   И они бережно потащили свой груз к телегам. Трёхсотый, который в любой момент мог скинуть со счетов лишнюю сотню.
  
Оценка: 5.30*66  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  М.Кистяева "Кроша" (Современный любовный роман) | | О.Вечная "Весёлый Роджер" (Современный любовный роман) | | В.Рута "Идеальный ген - 2 " (Эротическая фантастика) | | Ю.Журавлева "Мама для наследника" (Приключенческое фэнтези) | | С.Волкова "Похищенная, или Заложница красоты" (Приключенческое фэнтези) | | Галина Осень "Начать сначала" (Фэнтези) | | Лаэндэл "Анархия упадка. Отсев" (ЛитРПГ) | | С.Лайм "Страсть Черного палача" (Любовное фэнтези) | | О.Гринберга "На Пределе" (Попаданцы в другие миры) | | А.Оболенская "Правила неприличия" (Современный любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"