Рагуля Татьяна Алексеевна: другие произведения.

Параллельные

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Два города с одинаковым названием существуют на разных планетах, и словно параллельны друг другу. Михаил и Марина - брат и сестра, живут в разных мирах, но их жизнь пересекается, чтобы разойтись в разные стороны. Нельзя навязать человеку свои ценности, пусть даже его и гроша не стоят. Рассказ написан для конкурса "Москва 2147", проводившегося на сайте Фантасты.ру 2015 г.

  
  
  - Начинается посадка на космолёт, проследующий курсом четыре - один - два "Москва - Новая Москва", - объявил диктор металлическим голосом. - Посадка продлится двадцать пять минут.
  После объявления имён пилотов, как обычно, следовал длинный список автоматонов, обслуживающих пассажиров и имена инженеров, их обслуживающих. Робот ещё долго продолжал говорить, исполняя свою программу, но его никто не слушал. Никогда. Люди спешили занять свои места в космолёте, и турникеты непрерывно выплёвывали потоки будущих пассажиров на посадочную площадку. Эту своеобразную идиллию нарушали два молодых человека, словно две каменные глыбы, возникшие на пути стремительного потока; они стояли около одного из таких автоматических пропускных пунктов, вытянув шеи и оглядываясь по сторонам.
  - Ну, где же она? - Миша нервно сжимал в руке два пропуска, которые вполне могли бы стать бесполезными кусками пластика, останься они здесь ещё на несколько минут. Он был небольшого роста с вьющимися огненно рыжими локонами, которые всегда были спрятаны под каким-нибудь головным убором; вот и сейчас на его голове красовалась тёмно-зелёная, в тон костюму, шляпа с узкими полями. Миша старался не глядеть на друга, который был на голову его выше, но то и дело их взгляды сталкивались.
  - Твоя сестра когда-нибудь приходит вовремя? - Рома поднял сумку с пола. - Если Марина не появится здесь ровно через шестьдесят секунд, я улечу один.
  - Она обязательно придёт, - ответил Миша, однако в его словах промелькнула тень сомнения. Марина никогда не отличалась пунктуальностью, если это не касалось её работы.
  - Зачем она вообще с нами летит? - В стального цвета глазах Ромы отразилось раздражение, которое нарастало с каждым новым человеком, прошедшим через пропускной пункт.
  Миша и сам не знал, зачем его сестре это понадобилось; она сказала, что хочет побывать на параде в честь столетия города - весьма странная причина, учитывая то, что в Москве пройдёт в это время празднество куда грандиознее. Но такова была она, Марина, искательница необычного и сенсационного материала.
  - Смотри, вот, кажется, и она! - воскликнул Миша и выдохнул с облегчением.
  У турникета бесшумно остановился флайкер. Дверь пассажирской кабины открылась, и появилась девушка с длинными рыжими волосами, разметавшимися по плечам, и зелёными глазами. Её одежда была скрыта под накидкой, отдалённо напоминающей хиджаб, небесно-голубого цвета, спускавшейся ниже колен на два дюйма, открывая маленькие ножки, обутые в изящные белые полусапожки, а в руке девушка сжимала такого же цвета платок. Она заметила парней, и лицо её расплылось в приветливой улыбке. Рома тоже улыбнулся: Марина появилась с авансом в пятнадцать секунд. Девушка, не дожидаясь пока флайкер приземлится, легко выпрыгнула из него и подбежала к брату, обняла его и поцеловала в щёку; Миша попытался высвободиться, и девушка его отпустила, заодно прихватив шляпу.
  - Перестань, Маринка, - воскликнул раскрасневшийся парень (привычка сестры всегда приводила его в бешенство). - Что ты, как маленькая, ей богу!
  Она попятилась назад, держа шляпу над головой на расстоянии вытянутой руки. Миша был почти в ярости: Марина, которая была одного с ним роста, вдобавок обула сапоги на каблуках. Девушка звонко смеялась; она до сих пор испытывала большое удовольствие, задевая брата, словно ей было не двадцать восемь, а шестнадцать лет. Но неожиданно Марина встретила препятствие в виде стальной груди Ромы (он всегда следил за собой и регулярно посещал спортзал).
  - Привет, Рома, - произнесла она, и её голос слегка дрогнул. Миша воспользовался замешательством сестры, отнял шляпу и нахлобучил её на голову.
  - Привет, Марина, - ответил Рома и обнял подругу.
  
  - Где ты была, и почему я не мог дозвониться тебе? - спросил Миша, отдавая сестре пропуск. - И, кстати, почему ты так одета?
  Они прошли через турникет.
  - Я потеряла фаб, - Марина положила карточку в сумочку. - Я обнаружила, что его нет, когда приехала в Нефедьево. Не смотри так на меня, я думала, что вы в первом космопорту. Когда я осознала свою ошибку, то фаба уже не было. Наверное, я оставила его в такси, но я отпустила флайкер, и вряд ли водитель нашёл его так быстро. Во всяком случае, если бы он и заметил мой фаб, то не стал бы возвращаться - он же не знал, что я никуда не полетела? Ну, да, ладно, когда вернусь, он уже будет дома.
  - Ты бы ещё в Домодедово поехала. А, что, там тоже космопорт открыли, - усмехнулся брат. - Я же ясно сказал: второй космопорт, Долгопрудный. До Дедовска-то хоть на пневмопоезде доехала?
  - Смеёшься? Прямиком с Белорусского вокзала.
  - С Белорусского? Ты же в Измайлово живёшь, если я не ошибаюсь, а оттуда прямая ветка до Дедовска. Где ты вообще была? И почему я сутра тебе дозвониться не смог?
  - О, братик, это уже совсем другая история! Мне пришлось его отключить, иначе бы меня не пустили в Кремль. На конференцию.
  - Какую ещё конференцию?
  - Я не могла не пойти, ведь не каждый день проводится открытый совет трёх императоров. Не могла же я пропустить столь грандиозное событие! Во главе стола сидел Виктор Волков, по правую руку от него расположился Омар аль-Фает, а слева - Чоу Чи-Ин. Говорили о строительстве Нового Сеула неподалёку от Селенграда, об уничтожении последнего биооружия. Японцы долго не сдавали позиций, опасаясь повторного нападения бравых калифорнийский парней, но Чоу удалось их убедить. Ещё подписали пакт об урегулировании ситуации в штатах: там всё ещё происходят стычки мелких группировок. Странные люди, нет бы наслаждаться мирным небом над головой, а они опять - за оружие! - Марина продолжала говорить, а парни покорно принимали весь тот поток слов и эмоций, который она щедро на них выплёскивала. - Кстати, ВАЗ запускает линейку новых, полуавтоматических и автоматических флайкеров.
  Незаметно для себя они пересекли посадочную площадку и оказались в самом сердце толпы, собравшейся у трапа.
  - Да, и автоматические будут обходиться без водителя, - произнёс Рома (он был сведущ в этом вопросе побольше многих), - а полуавтоматом будет управлять робот - навигатор. И стоить они будет дороже.
  - Ну, да, робот-то может ещё и работу по дому выполнять, - мечтательно сказала Марина. Она давно хотела заменить кучу маленьких бессловесных помощников на полноценного позитронного робота, но скопить денег никак не получалось.
  
  - Уже два года врачи не применяли программу генижей, - продолжила девушка, когда они заняли свои места, - и решили её заморозить на неопределённый срок.
  - Ну, этого и следовало ожидать, - ответил Рома. - Они достигли границы эксперимента, но перейти её не захотели. Только и осталось закрыть.
  - Программа генижей, на мой взгляд, самая гениальная из всех. И мне всегда казалось, что уже больше не к чему стремиться.
  - Не тебе одной. Люди слишком ленивы, чтобы даже рассмотреть явные перспективы...
  - Команда один, - произнёс автоматон, прервав начатый разговор. На его металлической, отливающей хромом груди красовалась надпись "АРК-1". В ту же минуту Марина почувствовала, как нечто появилось из спинки сидения и мягко опутало грудь и поясницу. Она посмотрела по сторонам - такая же паутина опутала каждого из пассажиров.
  - Не бойся, - сказал Миша, взяв сестру за руку, - это только на время взлёта.
  - Я и не боюсь, - усмехнулась девушка, - просто не ожидала.
  - Ты ведь летала раньше?
  - Здесь всё другое...
  - Постой, - Миша удержал запястье сестры, когда она хотела убрать руку. - Откуда у тебя часы?
  Миша наклонился, чтобы лучше рассмотреть антиквариат.
  - Это очень дорогая вещь! - сказал Рома тоном знающего человека, заглянув другу через плечо.
  - Возможно. - Марина пожала плечами. - Они мне достались абсолютно бесплатно. Даром. Мне их подарил один коллекционер, у которого я брала интервью полгода назад. Если бы ты, Миша, меньше времени проводил в своём институте и чаще бывал дома, то ты бы так не удивлялся.
  - Видимо, этот коллекционер большой альтруист. - Миша подавил усмешку и снова сел прямо.
  - Он конструктор этого космолёта, и ему уже девяносто три года, - резко ответила Марина, сопроводив фразу привычной гримасой.
  Рядом с ними остановился другой автоматон с надписью "АРК-2"; поочерёдно он проверил защитные крепления, и перешёл к следующему ряду сидений. Такую же процедуру проводили ещё три механических человека. Автоматоны тяжело ступали по полу, их суставы практически не издавали звуков; о приближении машины можно было узнать по едва слышимым шагам, заглушаемым мягким покрытием.
  - Почему здесь нет роботов? - шёпотом спросила Марина, наклонившись к брату. Она не сводила взгляда со спины механического подобия человека, мерно ступающего между рядами сидений.
  - Ты ведь брала интервью у конструктора! Разве он тебе не сказал?
  - Сказал. Но я не поняла, что он имел в виду: люди слишком во многом полагаются на роботов.
  Марина бросила взгляд в сторону друга, в надежде снова услышать его голос, но Рома уже перевёл кресло в режим сна - за эти годы его привычки не изменились. Миша сделал вид, что ничего не заметил.
  - Ну, так слушай, сестра. - Он снял шляпу и сел поудобнее. - Автоматоны появились ещё во времена правления фараонов. Говорят, что даже у великого царя Ивана Грозного был на службе железный мужик. Долгое время люди создавали механических животных и людей, которые могли выполнять ограниченное количество действий. Предельно ограниченное. Одни играли на музыкальных инструментах, другие - писали каллиграфическим почерком, третьи - управляли какими-либо механическими объектами. Потом появились роботы, которые были намного совершеннее своих механических собратьев, и об автоматонах забыли.
  - Тем не менее, автоматоны здесь есть, а роботов нет.
  - Нибируанцы не жалуют роботов, потому все рейсы на эту планету обслуживаются только автоматонами.
  - Чудной народ, - усмехнулась Марина, - они ведь отсталые.
  - Эти автоматоны намного превосходят своих предшественников. Во-первых, и это самое главное, они могут говорить. Во-вторых, благодаря перфокартам, они способны выполнять некоторое количество действий, пусть и ограниченное. Конечно, они не способны обучаться, как роботы, но есть инженеры, которые могут добавить или убрать любую функцию...
  Лёгкий толчок возвестил о том, что корабль оторвался от земли. В иллюминатор девушка увидела сменявшиеся одна за другой картинки. Вертикальный взлёт продолжался несколько минут, и с каждым мгновением космолёт набирал скорость. Вдали были видны небоскрёбы, выросшие подобно грибам на окраине города. Несчётное число раз она смотрела на них снизу, тогда они казались бесконечными башнями. Сейчас же небоскрёбы превратились в карликов, жадно взирающих на недостижимые просторы. День сменился ночью, серое московское небо сменилось холодной чернотой. Между тем космолёт стал снижать скорость и вскоре вообще остановился. Звёзды поглотила вездесущая холодная тьма; совсем рядом висела гигантских размеров Луна, разделённая надвое между светом и темнотой, практически слившейся с остальным космосом.
  Едва космолёт лёг на курс, Марина уснула. Она не знала, сколько продолжался сон, но когда открыла глаза, в иллюминаторе была видна укутанная в облака поверхность планеты, которая с каждой секундой становилась ближе. Наконец они вошли в атмосферу, и космолёт заскользил по воздуху, как лёгкая лодочка по недвижимой озёрной глади.
  
  Едва корабль коснулся поверхности планеты, паутина отпустила своих пленников, и они могли свободно встать с мест. Марина, как и многие другие туристы, впервые оказавшиеся здесь, в нетерпении пыталась что-то разглядеть из иллюминаторов, пока они шли к выходу, но её взору представали фрагменты до боли знакомых картин. Спустившись по трапу на посадочную площадку, они оказались в точно таком же космопорту, как Домодедово и Долгопрудный в Москве. Те же самые надписи на кириллице, но с одним существенным отличием - под ними Марина не увидела привычной вязи и иероглифов.
  Не успели космические путешественники пройти и десяти метров по посадочной площадке, как к ним подбежала девочка лет семи с длинными светлыми волосами. Сияя улыбкой, она бросилась в объятья Ромы, который присел, чтобы быть с ней одного роста, и с лёгкостью подхватил ребёнка на руки.
  - Кто это? - Марина тронула брата за рукав.
  - Это его дочь.
  - Не знала, что его дочери уже столько лет. Я вообще не знала, что у него есть дети... - Марина, не отрывая взгляда, смотрела на эту сцену встречи двух родных людей, такую обыденную и, вместе с тем, необъяснимо притягательную.
  - Ты говоришь, что я редко бываю дома, а сама бываешь там едва ли чаще. - Миша остановился и опустил на пол сумку.
  - Неужели? - Марина улыбнулась, взглянув на брата исподлобья.
  - Ты постоянно в разъездах, в погоне за сенсацией. Ты интересуешься жизнью кого угодно, но только не своих родных и друзей. А ведь он тогда очень сильно переживал, когда ты вместо ресторана улетела к объединённым мусульманам.
  - Так было нужно...
  - Для кого?
  - Для нас обоих. Мне было тогда только семнадцать...
  - Вот что для тебя важно. - Он взял её за руку, указывая на подарок. - Ты даже сегодня одела этот хиджаб, поскольку не была до конца уверена, куда поедешь после конференции. Твой шкаф набит одеждой на каждый случай жизни, смотря в какую точку мира забросит тебя твоё любопытство и страсть к сенсациям, но что скрывается за этими нарядами, какие желания скрываются в твоей душе, думаю, не понять и тебе самой. Мы же не гонимся за славой, мы просто живём. Лови птицу удачи, хватай её за хвост, пока она не улетела, и у тебя есть шанс, что в руке у тебя останется хотя бы одно перо.
  - Что ты хочешь этим сказать?
  - Подумай и догадаешься сама.
  Миша взял из рук сестры сумку, которую она уже успела поднять с полу и продолжил движение к выходу.
  - Эй, Кристина! - позвал он. - А со мной поздороваться забыла?
  Некоторое время Марина стояла посреди зала, глядя вслед брату. А ведь он был прав: она до последней минуты не могла решить, поехать ли ей в космопорт или же отправиться на большой праздничный банкет. Она вздохнула. Оставалось надеяться, что этот город оправдает её надежды, и она найдёт достойный материал для статьи. Марина представила, как стоит в блеске софитов, а в руках - золотой лев; премия Марвела и место главного редактора как следствие - предел её мечтаний. Она не может терять время на глупые посиделки и бессмысленные разговоры.
  Её размышления были прерваны лёгким прикосновением - то Кристина взяла её за руку. Девочка стояла рядом и смотрела на неё своими большими глазами небесного цвета, пристально, словно читала душу.
  - Папа сказал, что я могу побыть с тобой, - произнесла Кристина, не отрывая взгляда.
  - Ну, хорошо, - согласилась Марина. Она не могла не огласиться - парни просто не оставили ей выбора. Подняв взгляд, она увидела, как Миша машет рукой в знак прощания, и подавила вздох, вырвавшийся из её груди в этот момент. О чём говорить с ребёнком, Марина не имела ни малейшего понятия - тема кукол и мультфильмов уже лет восемнадцать её не интересовала; она принуждённо улыбнулась, легко освободив руку.
  - Я покажу тебе город, пока они будут готовиться к симпозиуму, - оборвала девочка неловкое молчание; она словно не заметила неловкости Марины.
  Кристина достала из кармана мемозонд и подкинула его вверх. Белый шар диаметром около четырёх-пяти сантиметров застыл в полуметре над головой Марины.
  - Зонд, запись, - произнесла девочка. По окружности шара загорелись огоньки, испуская мягкий голубовато - зелёный свет, и он мягко поплыл вслед за ними.
  Выйдя из зала космопорта, они оказались на открытой площадке. В несколько рядов стояли блестящие флайкеры, рядом с каждым - автоматон. Кристина, шедшая впереди, сделала знак одному из них, и механический человек открыл дверцу заднего сидения. Стоило ему это сделать, на тротуар выпрыгнул маленький лохматый щенок, который, завидев хозяйку, бросился к ней со всех ног, запрыгнул на руки и принялся умывать её своим маленьким языком. Марина не могла отвести взгляда от этой сцены встречи: девочка смеялась, а Филька продолжал весело визжать.
  - Айрос, познакомься, это - Марина, - непринуждённо произнесла девочка, указав на свою спутницу, когда автоматон подошёл к ним.
  Айрос поздоровался. В его голосе не было столько металла, как в голосах других автоматонов, однако слова он говорил с некоторой заторможенностью, присущей всем механическим созданиям. Между тем они заняли свои места во флайкере, дверь неслышно закрылась, и он полетел, мягко оторвавшись от земли.
  То, что увидела Марина снаружи, не вязалось ни с чем, что она видела до сих пор: вдоль дороги по обе стороны возвышались высокие до самых небес здания в форме эллипсоидов и гиперболоидов, между ними - перевёрнутые тетраэдры и октаэдры, стоящие на одной вершине. Вдоль тротуаров, по которым прохаживались люди, застыли флайкеры с блестящими, отражающими солнце крышами, а рядом с ними - такие же автоматоны, как и на борту космолёта. И не одного робота. И, что более всего поразило девушку, так это огромное количество зелени, которая была буквально повсюду. Серые стены утопали в цепких лапах лиан, вдоль тротуаров росли кусты с цветами самых разнообразных оттенков, а около каждого дома - хотя бы одно деревце; попадались также небольшие скопления цветов и деревьев, образующие своеобразные оазисы.
  - Останови здесь, - попросила девочка, оборвав повисшее на несколько минут молчание. Автоматон повиновался, и они вышли из машины.
  - А сейчас поезжай домой. Мы пройдёмся немного пешком. Я свяжусь с папой по гаджу и скажу, что отпустила тебя.
  Флайкер беззвучно поднялся в воздух и поплыл вдоль улицы, с каждым мгновением отдаляясь от них. Марина взглядом провожала летательный аппарат и, по мере того, как он становился всё меньше, исчезая в потоке других флайкеров, разрушился каркас того плана, который она построила в своём воображении, пока летела сюда. Из задумчивости её вывел весёлый лай щенка, прыгавшего около неё. Она взяла его на руки, но едва не уронила, почувствовав на щеке его мокрый язык - к такому она уж точно не была готова. Марина поспешила опустить щенка обратно на тротуар. Тем временем Кристина успела поговорить с отцом.
  - Ну, что, Марина, пойдём. Я покажу тебе город.
  - Он, по всей видимости, не очень большой, если ты отпустила своего водителя?
  - Айрос не водитель, он со мной, когда нет никого из взрослых рядом, ведь мне нет ещё десяти. Мне не нужен водитель - я сама могу управлять флайкером.
  - Это тебя Рома, то есть твой папа научил?
  - Эти знания у меня с рождения, как с рождения были у моей мамы. - Кристина наклонилась и подняла камень. - Смотри, что покажу! - И подкинула его вверх. Девочка взмахнула рукой - камень застыл в воздухе, словно воздушный шар, наполненный гелием. Она стала его вращать, производя различные манипуляции руками; её лицо озарила улыбка; мимо проходили люди, искривляя свои траектории. Марина не отрываясь смотрела на камень, пока он снова не коснулся земли, плавно, словно пёрышко опустившись вниз.
  - И многие могут так делать? - спросила Марина, в то время, как мысль её, подстёгнутая увиденным, рисовала всё новые и новые образы; одно за другим рождались слова, легко соединялись в предложения новой статьи. Ей и раньше доводилось видеть фокусы, но то, что происходило сейчас, не было похоже на иллюзию.
  - Я не знаю, - Кристина улыбнулась, - но когда я это делаю, никто не обращает на меня внимание. Наверное, это что-то значит.
  - Ты индиго?
  - Нет. Я - гениж.
  Кристина закрепила поводок и пустила Фильку на тротуар - щенок побежал вперёд, увлекая за собой хозяйку; Марина шла позади и смотрела по сторонам, погружённая в размышления. Дочка Ромы - гениж. Марина не могла поверить своим ушам - раньше она не встречала людей, которые так легко бы об этом говорили. Она всегда молчала о своём секрете, считая это скорее недостатком, хоть и исправленным задолго до рождения. Она даже журналистом стала, чтобы никому даже в голову не пришло, что у неё могло бы быть больше хромосом. Даже сейчас, когда она узнала, что здесь генетики не просто исправляют врождённые дефекты, она не стремилась сделать эту новость главной темой своего отчёта о Новой Москве. Можно, конечно, написать пару-тройку предложений. Не больше.
  Филька рванул поводок, завидев вдалеке чёрно-белое пятно. Всё здесь было другим: здания, люди, автоматоны и даже флайкеры; но собака осталась собакой - её натуру не исправила планета. Марина улыбнулась и снова погрузилась в собственные мысли. Пусть она обещала себе, что едет в Новую Москву отдохнуть от бешеного ритма жизни, которую сама себе выбрала, изменить себе она не могла, тем более на кону было место главного редактора. Как не обидны были слова брата, они быстро стёрлись из памяти, едва ей стоило придумать новый заголовок. В конце концов, это была её жизнь и её мечта. Никто не должен учить её жизни. Особенно он.
  - Не хочу, чтобы у меня в руке было только перо, - сказала Марина, - хочу поймать эту птицу и надолго посадить в клетку.
  Воображение далеко увлекло Марину, ей казалось, что она стоит на большой сцене, повсюду слышны щелчки затворов, вспышки слепят глаза, не смолкают овации.
  - А завтра пойдём на парад, - голос девочки заставил её очнуться. Парад! Словно молния это слово осветило воображение Марины - именно ради него она прилетела сюда! Не важно, что Москве уже тысяча лет, и в честь столь знаменательной даты будет устроен праздник куда грандиознее, ведь о нём и так напишут все газеты. Парад в честь столетия Новой Москвы - вот это настоящий эксклюзив! Марина не заметила, как Кристина подошла, не почувствовала, как она взяла её за руку, не услышала слов, которые та сказала при этом. Девушка посмотрела на свою маленькую спутницу, и вдруг ей стало не по себе - ей показалось, что девочка откуда-то знает её мысли. Кристина непринуждённо улыбнулась, словно желая развеять её сомнения, и крепче обняла Фильку, сидящего у неё на руках.
  
  Ночь на незнакомой планете, тихая и тёмная. Бледный лунный свет, проникающий в комнату сквозь неплотно закрытые шторы, окрасил все предметы в серый цвет, нарисовал на потолке и стенах причудливые тени. Но его всё равно было недостаточно, и комната тонула в полумраке. Темнота, словно стараясь убежать от ненавистного врага, пряталась по углам. И ни единого звука, ни малейшего шороха. Тишина была невыносимой. Марина лежала посреди серого вороха простыней, устремив взгляд в низкий потолок. Гнетущая тишина мешала спать, сбивала с мысли, когда она пыталась написать хоть строчку. Девушка вышла на балкон. Свет от двух лун был настолько ярким, что ей пришлось даже на секунду зажмуриться, чтобы привыкнуть к нему после всепоглощающей темноты комнаты. Холодный воздух освежил, но сна не принёс.
  Она посмотрела по сторонам - спящий город казался необитаемым в эту минуту. Ни одного освещённого окна, ни одного фонаря или неонового плаката. Несмотря на это в городе было светло почти как днём, с одним лишь отличием - не было слышно ни звука. Далеко внизу сновали люди, выполняя какую-то работу; Марина стала за ними наблюдать, пытаясь вникнуть в суть их действий. Присмотревшись, она увидела, что рабочие, по сути, ничего не делают, они просто ходят и лишь изредка останавливаются, проводя какие-то манипуляции с машинами.
  - Ты чего не спишь? - знакомый голос заставил её отвлечься. Рядом в полуметре от неё на соседнем балконе стоял Миша.
  - Мне не по себе от этой тишины, - ответила Марина, вынув из уха крохотный наушник. - Я не могу спать, когда так тихо.
  - Просто ты ещё не привыкла, - зевнув, ответил брат. - Шум, даже световой, мешает выспаться, поэтому здесь нет искусственного освещения.
  - А как же они, - Марина обратила внимание брата на снующих внизу рабочих. - Им наверняка приходится спать днём, при свете и окружающем шуме.
  - Автоматоны. Они всегда работают ночью.
  Марина разжала кулак, некоторое время она молча разглядывала крохотный прибор.
  - Знаешь, с моим регистратором что-то не так, - произнесла она.
  - Что с ним не так? - Миша зевнул, закрыв рот ладонью.
  - Он перестал записывать мысли, когда я вышла из космопорта. Одни помехи.
  - Зачем ты им вообще пользуешься, ведь у тебя же мемозонд есть?
  - Тебе не понять, ты ведь не журналист.
  Миша пожал плечами и зевнул.
  - Ладно, я пойду спать.
  - Погоди, Миша, - остановила его Марина. - Сегодня во время прогулки мы зашли в кафе и едва нашли свободный столик, так много там было людей. Всё вроде бы выглядело обычно, если не одна странность - люди не разговаривали друг с другом. Просто сидели и смотрели друг другу в глаза. Ни жестов, ни слов.
  - А, ты об этом! - Миша улыбнулся. - Так они общались, только...мысленно.
  И он ушёл.
  Разговаривать мысленно - что за чушь! Он улыбался, значит шутил, ведь это невозможно.
  - Это бред какой-то, - прошептала она и закрыла глаза. - Как я хочу домой...
  Здесь, в этой просторной квартире, среди всех этих людей, она чувствовала себя, как в пустыне: её мучила жажда, но она не могла её утолить; она увидела мираж, но он растворился, стоило к нему приблизиться. Неопределённое чувство преследовало её весь вечер. После ужина, совместного ужина, они сидели в гостиной и говорили - но о чём? Все мысли Марины были заняты предстоящей статьёй, и она не особо вникала в суть беседы - абсолютно бессмысленной. Иногда наступала тишина, даже Филька переставал лаять; они смотрели друг другу в глаза и молчали. Но, оставшись в одиночестве, Марина не смогла сочинить ни строчки.
  Она разжала кулак и выпустила мыслерегистратор - крохотный прибор практически сразу скрылся из виду.
  
  Яркий солнечный луч упал на подушку и заставил Марину открыть глаза. Взглянув на время она с удивлением отметила, что уже полдень. Приведя себя в порядок, она решила выпить чашечку кофе перед тем, как выйдет из дому.
  - Вероника? удивилась Марина, войдя на кухню и увидев за столом жену Ромы, а перед ней - голограмма журнала. - Так тихо, я думала здесь кроме меня никого нет.
  - Ты - наша гостья, - ответила девушка, отвлёкшись от статьи, - было бы неправильно оставить тебя одну.
  - Что это? - удивилась Марина, взглянув на передовицу, где увидела себя за столиком в кафе. - "О чём молчат нибируанцы". Ты написала обо мне? Но как?
  - Не обязательно присутствовать где-то лично, чтобы написать статью.
  - Статью, конечно, так можно написать, но сенсацию - никогда. - Отрезала Марина, включив кофе машину.
  - Скажи, Вероника, - она не могла сдержать внезапно появившуюся мысль, - а ты всегда используешь своего ребёнка для сбора материала?
  Вероника улыбнулась - вопрос не показался ей провокационным и, тем более, обидным.
  - Кристина мечтает стать журналистом, - ответила она.
  - У нас эту статью даже печать не стали бы, без обид. - Марина села напротив.
  - Это не работа, а хобби. Когда-то я была робопсихологом, теперь тестирую автоматонов. А писать мне нравится, тем более Кристине это интересно.
  - Мне этого не понять, - Марина маленькими глотками пила кофе, - видимо, это выше моего понимания. Ну, да ладно. Я представляла себе Новую Москву другой.
  - И какой же?
  - Другой. Ваша архитектура поражает - такого я не видела даже на Луне; к тому же, здесь так много зелени. Я хотела написать статью, ещё никто никогда не писал об этой Москве, хотя она не вчера появилась. Теперь я поняла, почему про это место молчали - говорить-то не о чем.
  - Смотря что ты считаешь достойным материалом.
  Повисло молчание.
  - Мне вас очень жаль... - произнесла она, глядя перед собой.
  - В каком смысле? - удивилась Вероника. - Я тебя не понимаю.
  - Ваша жизнь такая... скучная. Взять хоть эту статью - по моему мнению, в ней нет ничего стоящего. Вы все похожи друг на друга - вы предсказуемы. Совершенно ясно, что завтра ты будешь там, где была вчера, будешь делать то же, что и всегда. Я понимаю, почему у вас автоматоны, потому что роботы вам не нужны, вы сами - роботы, биологические роботы.
  - А ты кто тогда? - вопрос Вероники застал врасплох.
  А кто она? Просто рядовой сотрудник журнала, довольно популярного, но лишь одна из сотен, она объездила всю планету, была в Ангуле, в Селенграде - её мир куда шире простенького мирка Вероники. Но почему она, Вероника, не кажется несчастной, почему так приветливо ей улыбается, когда она, Марина, так неприветливо с ней разговаривает.
  - Ладно, расслабься, - Вероника оборвала неловкое молчание, - посмотри сюда.
  Она повернула гадж, чтобы Марина могла видеть то, что отображает голограмма. Девушка увидела множество фотографий и на каждой - автоматоны, кучи сломанных и лежащих в беспорядке автоматонов. Под каждым фото значилась надпись, а все их объединял общий заголовок: "Свалка человеческих амбиций".
  - Что это значит?
  - Это - наши роботы. Мы от них избавились, потому что они стали читать наши мысли. Вот что бывает, когда создаёшь машину слишком похожую на человека. Автоматоны не имеют микрочипа; они могут говорить, знают несколько несложных фраз, они убирают наши улицы, убирают в квартирах, управляют флайкерами, но чего они никогда не сделают, так это не залезут к тебе в голову.
  - Так значит Миша не шутил!
  - Он рассказал тебе про свалку?
  - Нет. - Марина не могла скрыть смущение от осознания, что её собеседница могла знать о ней гораздо больше. - Про то, что вы общаетесь...мысленно.
  - Бывает. Но ты не беспокойся, никто не полезет тебе в голову без твоего согласия. - Поспешила успокоить Вероника. - Во-первых, это противоречит нашему кодексу, а во-вторых, это наказуемо.
  
  - Это - чушь, полная чушь, Фёдорова! - Артём Сергеевич отключил проектор и обернулся к Марине. - С чего ты решила, что нашему читателю будет интересно читать твои рассуждения? Он ленив и не любит затянутых предложений, ему подавай только факты. Яркие, лаконичные, красочно оформленные факты. Признаться, я и сам едва не уснул, пака дочитал сие творение до середины.
  Марина готова была провалиться сквозь землю. Он продолжал говорить, но девушка старалась не вникать в смысл сказанного. Зачем она только послушала Веронику? Её статьи никогда не отличались глубиной, но, тем не менее, были интересны большинству читателей журнала. Ей было жаль потерянного времени и сил, приложенных к обработке материала, и от этого хотелось плакать.
  - Но, Артём Сергеевич, - Марина попыталась оправдаться, но директор был неумолим.
  - И ты ещё издеваешься, - он подавил нервный смешок, - говоришь, что ты с этой так называемой статьёй будешь номинироваться? Что стало с моим лучшим журналистом? Почему ты не написала встрече императоров? Почему не поехала на банкет? А знаешь ли ты, кто вместо тебя написал обо всём этом - Егор Соколов - этот пройдоха из "Москва - Экспресс"!
  - Артём Сергеевич, я хотела... но мой мыслерегистратор...
  - Я не желаю слушать отговорки, - он вынул ячейку со статьёй из проектора и выкинул её в мусоропереробатывающий контейнер.
  - Ладно, Фёдорова, даю тебе шанс исправиться, - Артём Сергеевич снова обернулся к журналистке. - Я хочу, чтобы завтра на моём столе вместо этого мусора лежала статья, которую я смогу разместить на передовице. И как можно короче, без длинных предложений, без затянутых монологов. В общем, как всегда, Фёдорова.
  - Хорошо, Артём Сергеевич, - согласилась Марина - что ей оставалось? Он - её начальник, это - её работа, её жизнь.
  - И если статья выйдет, - Артём Сергеевич сделал драматическую паузу, - то через два дня полетишь в Ангул на открытие новой сети казино.
  - Вы не шутите! - Марина в один миг забыла о статье, отправленной в переработку. Марс произвёл на неё неизгладимое впечатление, хотя она была там лишь раз, и перспектива отправиться туда вновь затмила собой всё.
  - Напишешь лучше других, - лицо начальника расплылось в улыбке, - займёшь место главного редактора. И я не шучу.
  
  - Шампанское? - стюард наклонился к Марине, демонстрируя поднос.
  - Благодарю, - девушка улыбнулась и взяла бокал. - Я так давно не была в Ангуле...
  Лицо стюарда не выражало никаких эмоций. Он оставил высказывание девушки без внимания, выпрямился и пошёл дальше, предлагая монотонным голосом напитки пассажирам. Он тяжело ступал по мягкому половому покрытию и останавливался через каждые два шага, чтобы наклониться и задать свой вопрос.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"