Раин Макс: другие произведения.

Мустанг и Чика 1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 4.63*204  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Хороший парень из нашего времени оказался в теле шебутного подростка, который жил себе во времена дорогого Леонида Ильича. Предупреждение: без валидола к чтению не приступать, беременным, детям, психически больным и извращенцам вообще не рекомендуется. Подготавливаю книгу к изданию. Добавлены 26 и 27 глава 08.11.17г. Скоро финиш.

  Пролог.
  
  - Мишка, вредина! Опять засел за компьютер! А обещал после обеда пойти с мной погулять. Погода просто прелесть!
  Моя лисичка Лорка ворвалась в комнату и принялась щипать и всячески злодеянить за моей спиной.
  - Щас как встану, да как поймаю! - зловеще промолвил я, не оборачиваясь.
  - Ну, Миш, ну, пойдем. А еще я мороженого хочу. Прямо немедленно, - заканючили и навалились сзади, прижавшись и щекотно дыша прямо в ухо.
  - Солнышко, пять минут и я весь твой, - капитулировал я под женским напором.
  Игру недавно классную закачал. Название переводится типа "Повелитель времени". Вестерновый экшен с элементами мистики. Немного смахивает на "Квантум", только здесь нужно уметь предугадывать события и находить выигрышные позиции, обороняя от ворвавшихся в маленьких город бандитов, местных жителей. Я весь из себя крутой шериф их спасаю со страшной силой. И морда у меня там, в игре, как у Грегори Пека в глубокой молодости. Спасать мне не привыкать, знакомое занятие, потому что я в реале работаю спасателем. Раньше так пожарных называли, теперь по всякому, хорошо, что не "козлами".
  В любой игре всегда существует самый критичный момент, преодолев который можно смело рассчитывать на прохождение уровня с обретением неплохих бонусов. В этой игре таким моментом оказался бой в горящем деревянном доме с необходимостью спасения семейства с целой кучей детишек. Спасать необходимо, так как бонусы за потери невинных сгорают в большей степени, чем накапливаются за убитых злодеев. В общем, меня за утро убили три раза, а остальные квесты я провалил по очкам, не сумев спасти невинных. Сейчас я только присел за комп, чтобы оправдаться за утренний проигрыш, так неугомонная Лорка тут как тут материализовалась. Ну, раз обещал, придется держать каблук.
  Город был маленьким, старинным, но невероятно красивым. Дома здесь, как деревянные, так и каменные, исполнены были как маленькие дворцы с какой-то особой любовью к месту обретения своего уюта и тепла. Я люблю гулять по этим старым, мощенным булыжниками, улицам городка. Тут тихо, красиво, люди не разучились улыбаться. Городок со своей историей. Здесь даже свои князья правили, правда, удельные. Ступаешь по этим камням, и мурашки по коже бегут от мысли, что именно тут шли к месту боя княжеские дружинники. Здесь прощались со своими женами и невестами и целовали их на прощание усатыми лицами.
  Усов у меня пока нет. Не в смысле, что не растут, а потому что не идут они мне, сбриваю их безжалостно. А не идут они мне потому, что так считает одна вреднющая особа, гуляющая сейчас рядом со мной. С вредностью я борюсь безжалостно, излавливая и зацеловывая ее до полусмерти. Мне хорошо с ней, и я славлю судьбу и всех тех, кто меня опекает там, наверху. Как я с ней встретился? Об этом разговор особый. Самое интересное, что и я, и она появились в этом городе недавно и собираемся остаться здесь навсегда.
  Я покрутился по свету. И хоть мне не так уж много лет, повидал многое. Поучаствовал в боевых действиях, поработал спасателем на стихийных бедствиях. Надоели мне эти адреналиновые ралли. Еще не знаю, чем в будущем буду заниматься, но принял окончательное решение увольняться из структур. Поживу покамест тихим обывателем. Наймусь строителем, или каким-нибудь электриком. Работы я никогда не боялся.
  Кстати, я - Михаил Мосягин, двадцати пяти неполных лет, очень даже неплохой объект для пристального женского внимания. А что? Подкачен, где надо, высок, строен, нормальной крепости. Волосы русые, морда наглая. Кандидат по легкой атлетике, рукопашкой владею, по шахматам - второй разряд. Еще паркуром иногда заморачиваюсь, езжу к друзьям на сессии. Еще в зоне моих интересов мотобайки, радиодело. Вообще я технику люблю. Не кандидатура, а просто золото, самоварное. Вот только скоро буду не свободен, так что зря я тут презентуюсь.
  Про того, кто со мной бродит, периодически прижимаясь к плечу, говорить не буду. Тем более, описывать. Не хочется потом вызывать интересующегося на дуэль и пристреливать, злобно щерясь. Очень я - миролюбивое существо. Будет потом душа сильно побаливать. Между прочим, и по стрельбе я тоже разряд имею.
  Если Москва стоит на семи холмах, то этот городок на двадцати семи. Подъемы постоянно сменяются резкими спусками. Городской транспорт по центру не ходит, только пешеходы пешеходят и велосипедисты тренькают. Ничто не мешает наслаждаться красивыми видами домов и отреставрированных церквей. К сожалению, красные товарищи вволю покуражились над древними строениями, и в восстановленных зданиях не все воспроизвелось полностью и как надо.
  Набрели на скромную церквушку, стены которой были покрашены в небесно-голубоватый цвет. Не сговариваясь, направились в само здание, чтобы насладиться им изнутри. У ограды сидело трое нищих и просили подаяние. Мы с Лорой кинули им по рублику. Внезапно, один из них вскинулся и начал выпрашивать у меня благодати, пытаясь приложиться волосатой и слюнявой физиономией к моей руке. Мне пришлось побегать от него на манер тореадора. Только здесь вместо красной тряпки значилась моя правая кисть.
  В итоге мы сбежали на улицу и не пошли в храм.
  - Чего он хотел от тебя? - изумленно хлопая глазищами, поинтересовалась моя подруга.
  - Хрен его поймет, что там в голову залезло. Нюхнул не то. Не заморачивайся!
  Не стал говорить своей будущей суженой, что с такими непонятками не в первый раз сталкиваюсь. Меня с самого детства обожали старые люди. Могли остановить и заговорить со мной, надавать всяких угощений. Я даже привык к такому и воспринимал это должным образом. Однажды в метро на меня уставился старик и принялся бормотать вроде как молитвы на латыни. Хотелось понять, чего ему такое привиделось. Но старик отказался общаться, продолжая бормотать. Ничего удивительного: мегагород, теснота, жара, шум, стресс. Поневоле крыша сползет. В другой раз на одном тусняке натолкнулся на одну ясновидящую. Так она начала заливать, что у меня какая-то особая аура, и я че-то такое из себя педставляю. Я в ответ криво пошутил, что если это не поможет хакать коды карточек в банкоматах, то и не нужно.
  Позади послышался шум бегущего человека. Бородатый нищий вздумал нас преследовать. Мы с Лоркой явили ноги от него.
  - Берегись, пресветлый! Тьма вокруг тебя! - в отчаянии закричал нищий и остановился.
  Через полчаса забыли об инциденте, занятые собой и вкуснейшим пломбиром в вафельных стаканчиках. В ожидании вечернего сеанса в стареньком кинотеатре убивали время в центральном парке. Лорка шутливо пихнула меня в бок после того, как я немного дольше положенного смотрел на грудастую деваху. Пришлось срочно делать умную моську и давать квалификацию грудей. Ткнули локтем еще сильней. Что, опять? Больно же! Такой горячей девушке нужен толстенький мачо, чтобы до костей не пробирало. Не то, что я - тощий мученик. Все, настал час отмщения за муки. Превозмогая визги и прочие женские увертки, шутливо борюсь с ней, просто тискаю девушку в объятиях. Ловлю ее губы и с наслаждением замираю.
  Недалеко вдруг закричала женщина. Мы с Лоркой заспешили туда, тем более, что она тоже умеет оказывать первую медицинскую помощь. Из окон странного деревянного строения, оказавшегося детским театром, валил дым. Я направил Ларису искать телефон и вызывать мчс, а сам срочно включил свои навыки и принялся выгонять людей из здания. Далее, все на автомате. Нырок в дым, ловлю, хватаю, тащу, пар сек даю себе продышаться... снова по кругу.
  Какие-то тени обступили меня. Стало душно дышать. Что-то обрушилось на меня сзади. Время будто бы остановилось. Везде тьма. Потом возник свет где-то вдали. Я бреду к нему.
  Накатило ощущение какой-то беспричинной радости. По мере приближения к свету радость усиливалась. Внезапно кто-то позвал меня сзади. Я обернулся. Смутно знакомое лицо. Так, что происходит? Где я?
  Позвавший напомнил о Лоре, о возможности с ней снова встретиться. Я рассмотрел внимательней зовущего. Тот оказался очень похожим на меня мужчиной. За светло-курчавой волосатостью угадывалось энергичное молодое лицо. Я сделал шаг по направлению к нему, но свет вдруг померк.
  
  1.
  Кто-то склонился надо мной испуганной пацанячьей мордой, на которой был написан немой вопрос. Довольно быстро этот вопрос перетёк на его язык и сорвался вскриком:
  - Ты чего, Чика?
  Эта моська смутно кого-то мне напомнила. Почему-то знал, что его зовут Медик. А вот почему он меня так назвал? Красный галстук напялил еще, юный зюгановец. Вдруг я с ужасом осознал, что мое собственное тело без моего участия спросило этого пацана:
  - Медик, чего это со мной?
  Конкретная шиза: сказал не своим голосом. Какой-то он пацанский, мелодичный.
  - Ганс с дружками на тебя напали... Ты че, не помнишь ничего? - осторожно вякнул Медик.
  Тело покачало головой. Потом с усилием поднялось с пола туалета. Захотелось взглянуть на себя в зеркало. Подошел к умывальнику и увидел там вместо себя незнакомого хмурого мальчугана с шишкой на голове. От неожиданности заорал:
  - Мать твою... Кто это?
  Медик еще сильнее сбледнул и снова вякнул:
  - Ты чего, Чика?
  - Как я оказался перед зеркалом? - в свою очередь испугалось изображение.
  - Щас пацаны медичку приведут, - опасливо высказался Медик.
  Так, мне нужно собраться с мыслями, осмотреться и хоть что-то понять. Я себя прекрасно помню. Прогулка с Лоркой, пожар и... этот сюр с Чики-пуки-медиками. Ах, да! Еще был свет в конце тоннели и похожее на меня существо. Получается, что я сдох и реинкарнировался в тощего засранца.
  Пока я вспоминал, мое тело уже куда-то поволокли. С правого бока меня держала молодая рыжеволосая женщина в белом халате. Слева поддерживал, вернее, сам держался за меня пацан с ником Медик. Как же все происходящее казалось нереальным! Отчаянно захотелось проснуться. Правая рука подчинилась мне и щипанула меня же за ляжку. Затем, после паузы, зловредно тяпнула женскую ягодицу.
  - Медведев, еще раз нечто подобное выкинешь, оторву руки и засуну их тебе в задницу, - сквозь зубы прошипела женщина.
  Медик обеспокоенно вытаращился на медичку.
  - И вообще, Медведев, иди в класс. Без тебя тут справятся.
  Медик отчаянно запротестовал:
  - Но, Людмила Николаевна, мне его домой еще придется провожать...
  А я всё никак не просыпался, наверное, вся нога уже в синяках от щипков. Где ты теперь, мое солнышко ласковое? Все ли с тобой в порядке? Милая Лорка...
  Не в силах преодолеть нарастающее отчаяние, я завыл и забился в истерике:
  - Не хочу! Не хочу этого! А-а-а...
  Очнулся на линолевом полу коридора школы. Медик зачем-то уселся на меня сверху. Врач умчалась. Вскоре она появилась с двумя старшеклассниками.
  - Берите его осторожно и тащите ко мне в кабинет, - скомандовала она ребятам.
  - Я сам дойду, - мявкнул своим пионерским голоском.
  Итак, триллер с главной ролью Чужого в теле пацана, не собирался заканчиваться. По комсомольским значкам догадался, что мое сознание перенеслось по времени лет на тридцать-сорок назад.
  Меня завели в медкабинет и приказали раздеться до пояса. Врач его осмотрела, проверила рефлексы и заставила выпить какую-то бурду. Финал всего действия - шприц в тощий зад под сочувственным взглядом Медика. Надо ведь подкормить хрупкий организм подростка витаминами. Ой-й-й-е-е-е! С трудом сдержался, чтобы не завопить благим матом. Этой Людмиле надо в Гестапо зверствовать, пытать несчастных партизан. Чуть нога не отвалилась. За все мои мучения - освобождение от физры на две недели и завтра вместо школы нужно будет сходить в поликлинику, проверить голову на всякий пожарный случай.
  Счастливое тело вынеслось на зимнюю улицу. Медик молча сопел сзади. Странные ощущения для меня. Эмоции захлестывали, голова почти не болела. Еще эта детская истерика, невозможная для меня бывшего. Как бы мне не опацанячиться полностью и не стать Пашкой Чекалиным, четырнадцати лет от роду.
  Вот это да! Я могу знать то, что может знать Чика. Оглянулся назад. Школа была сделана по типовому плану. Дальше должны быть улицы и однообразные панельные дома. На центральной площади красовался каменный Ленин напротив стекляшки дома культуры. На афише намалевано название фильма "Высокий блондин в черном ботинке" (Франция), 30 января, три сеанса вечером. С фасадов зданий лезли в глаза огромные плакаты "Слава Труду", "Достойно встретим двадцать пятый съезд КПСС", "Тридцать лет Победы". Кварталы панельных пятиэтажек кустились вокруг центральной аллеи. Такие поселки со всеми удобствами стали строить для сельских тружеников еще с шестидесятых годов. Это подчеркивало прогресс советского образа жизни. Самым приятным была близость лесов и водоемов, еще не загаженных коттеджами. В часе езды на электричке манила развлечениями столица. Итак, я теперь оказался таинственным образом в 1975 году, в посёлке при сельхозкомплексе "Родные Просторы".
  - Ты чего такой? - отвлек меня от размышлений Медик.
  - Голова... - пояснил, трогая осторожно свой шишак, - Многое позабыл.
  - Ух ты, сука! - завистливо протянул Медик, - Теперь у тебя законная отмазка. Контрошу по алгебре в среду можешь не писать. А мне от бати снова влетит, сука.
  Чикина память выдала сведения об отце друга. Типичный мент с нулевым интеллектом и фигурой тяжелоатлета. Не верилось, что худенький Медик произошел от него. Месяц назад этот маньяк совершил натуральное надругательство над гордым чикиным телом кожаным ремнем, обосновывая этот расклад тем, что пацан неправильно растет без отца. В дальнейшем тело проявляло предельную осторожность и не давало ему больше возможности снова проявить таланты воспитателя. Оно просто перестало появляться у Медика дома.
  К "себе" идти тоже не хотелось. Память Чики транслировала картинки с видами грязной двухкомнатки и живущей вместе пьющей матери, которая не стеснялась приводить домой разных типарей. Чика старался после школы бродить до вечера по улицам, лазить по подвалам, оставаться в гостях у друзей, если позовут. Если приходилось заходить домой, то он деликатной мышкой прошмыгивал в свою комнатку, пытаясь не прислушиваться к шорохам и возне из темной комнаты. Во многих хрущевках с проходными комнатами рукодельные жильцы превращали кладовку в дополнительную комнату, где обычно размещалась кровать. Такая комната называлась тёмной.
  Медик настойчиво зазывал меня в подвал, но я уже сильно устал управлять своим новым телом и оттянулся на задний план. Если кому доводилось ездить на необъезженном, или больном жеребце, тот меня поймет. Приходилось находиться в диком напряжении, постоянно ожидая своевольных действий от носителя. Так же и с этим пацаньим телом.
  Чика очнулся и тут же обругал Медика. Друзья поорали друг на друга и быстро успокоились, как это обычно бывает у простых уличных подростков. Решили сначала зайти домой к Чике. Как я догадался, тот собрался полазить по карманам своей мамаши, пока та спала. А она по идее должна спать, поскольку ночью яростно бухала с подружками.
  Тело шло по улице пружинистой походочкой вразвалку, смоля папиросу. Медик слева старательно копировал друга. Я угорал со смеху над ними, со своего наблюдательского пункта. Какие же мы бываем смешными в детстве. Уличные пацаны уважительно здоровались с Чикой. Видимо этот дрыщ имел здесь какой-то авторитет, но меня это мало радовало. Перспектива перманентных драк, отъема денег у мелкоты и попадание рано, или поздно на шконку не вдохновляла.
  Чика жил на четвёртом этаже. Не успела отвориться входная дверь, как почувствовался затхлый запах. Мать спала в темной комнате одна. В большой комнате располагались обыденный сервант с остатками посуды и статуэтками, черно-белый измученный телевизор на тумбочке, диван, обитый грязной бежевой тканью с пятнами вина и прочих жидкостей. Посередине комнаты лежала ковровая дорожка, давно не чищенная. Сверху весёлую картинку дополняла желтая люстра-тарелка, вся в пятнах от жизнедеятельности мух.
  На кухне громоздилась гора немытой посуды, и повсюду стояли банки с желтоватой жидкостью. Чика слил эту мочевину из разных банок в две кружки и сунул одну Медику. Они прошли в большую комнату, включили телик и развалились на диване. Посасывая пивко, пацаны лениво перебрасывались ничего не значащими словами-эмоциями. Голубоватый экран транслировал монохромное изображение мероприятия с участием самого Брежнева. Генсек принимал в Кремле и целовал взасос негра из недоразвитой страны.
  Рука Чики вдруг полезла расстегивать ширинку, его приятель тоже расстегнулся. Я запереживал и надумал срочно вмешаться. С трудом слушающейся чикиной рукой запихнул обратно то, что успело вывалиться из интимных глубин. Медик, уставившись в телик, с пионерским задором теребил свое хозяйство, эротично придыхая. Мама дорогая, куда меня занесло!
  Брежнев на экране продолжал извращаться дела с неграми. Медик продолжал подрывать основы нравственности, оглашая покой квартиры все более нарастающими стонами. Я просто охреневал на всю эту красочную акварель.
  Наконец, Вовка кончил под протяжный вой, который органично вплелся в храп матери и бубнеж телика. Подозрительно уставился на меня:
  - А ты чего не гонял лысого?
  - А что, должен был? - мявкнул по-еврейски вопросом на вопрос.
  Друган состроил моську, которая давала понять, что я выбился из привычного образа.
  - Скажи мне, Медь. Ты Брежнева любишь? - решил кое-что уточнить для себя на всякий случай.
  - А кто его не любит, сука? - тоже решил включить еврея Вовка, - Все его любят.
  - Ну, не до такой же степени... - вырвалось из меня.
  Поневоле привиделась одна жуткая картина. На экране телевизора очередной съезд КПСС. С трибуны толкает речь наш дорогой Леонид Ильич. Заполненный до отказа зал в едином порыве работал правой рукой, исключая левых она... уклонистов. В полной фантасмагории мелькали руки, расстегнутые ширинки, оскаленные в экстазе лица...
  - Чика, а ты знаешь, кого я представлял? - прервал меня Медик.
  - Стесняюсь даже предположить.
  - Людмилку. У нее сиськи такие вообще... - реабилитировался друг.
  - Классно! - похвалил его.
  - Слышь, Чика, может сходим в подвал к пацанам, попыхаем? - решил продолжить моё погружение в новую реальность персональный Вергилий.
  - Не по кайфу, - высказался я, снова вызвав заметное удивление своего мелкого друга.
  Травить дурью свое новое тело мне лично не хотелось, хотя оно, по-видимому, и так загроблено дурной эксплуатацией до дебильности.
  - Чудной ты какой-то сегодня, - заметил приятель, - Ну, как знаешь, а я пойду. Домой идти не хочется. Если литра позвонила домой, то опять влетит. Сука, хоть бы повзрослеть скорей. Если надумаешь, приходи.
  - Ладно, - согласился, выпроваживая чикиного друга до прихожей.
  Есть хотелось, но кроме пива ничего другого не предлагалось. Принёс остатки ядрёно пахнущего напитка с кухни и развалился на диване перед телевизором. Показывали какую-то хрень про комсомольцев, рвущихся строить БАМ. Как же здорово жить, не осознавая результаты твоих действий! Не в этом ли глубокий замысел творца, дарящего полноту ощущений своим адептам?
  Решил до конца разобраться с вопросом: - "Что я имею на данный момент, кроме того, что попал в глубокую-преглубокую..." Уже понятно, что я - попаданец. Моим обиталищем стало тело сорванца-двоечника с криминальными задатками, жившего задолго до моего рождения. Интересно бы узнать, каким он станет в мои времена? Заселен, так сказать, в коммунальные условия. Не заслужил, значит, собственного тела. Всё прекрасно помнилось и осознавалось из своей прежней жизни. Сведений же о чикином существовании мог получать в любой момент при своём желании. Пацан, получается, не догадывался о моем существовании. В момент моей активности, его сознание каким-то образом блокировалось и передалось под мое управление. Я получался лидером в нашем симбиозе. Хоть какая-то радость, а то быть под влиянием малолетнего недоумка мне, взрослому, состоявшемуся мужчине, не хотелось бы. Плохо, что управление телом требовало напряжения сил. Устаешь так, что приходится долго приходить в себя.
  Убитая вонючая квартира. Кругом у засранца, значит и у меня теперь, одни проблемы. Денег нет даже на просто поесть. Мать его не просыхала и жахалась со всеми подряд. Скоро собак начнёт домой приводить и на себя затаскивать. Участковый однажды заявлялся и грозился за тунеядство посадить с лишением материнских прав. Имелась такая статья в ту благословенную эпоху, когда сутью труда являлся процесс, а не результат. Какая-то гопкомпания толстых теток нагрянула как-то раз сразу после Нового года. Ходили по квартире, вынюхивали что-то, как крысы. Чику тогда выперли за дверь и срались потом целый час с матерью. Мда, интересная предыстория. Этот пацан реально может загреметь в какое-нибудь весёлое место, и я с ним прицепом. Мне такие расклады совсем не нужны.
  Что еще? Батя в бегах, скрывается от алиментов. Старший братец сидит в тюрьме по рецидиву. С самой старшей сестрой всё пока хорошо, но она живет в далёком Новосибирске. У отца ещё имелись двоюродные братья. Один живет где-то в Москве. Другой работает директором в санатории, в часе езды на автобусе. С нами эти родственники стараются не общаться по понятным причинам. Учеба на нуле, вернее, на цифре два.
  Портфель с дневником за седьмой класс "а" обнаружился на кухне. Сплошные двойки перемежались редкими тройками. Правда, к концу четвертей начинали преобладать трояки и даже четвёрки. Этот учительский финт ушами был хорошо понятен. Никто не желал терпеть это сокровище второй год в одном и том же классе. Воззвания красными чернилами учителей к родительнице пестрели почти на каждой странице. Учебники все разрисованы порноэтюдами. Весело парнишка живет.
  Есть ли хоть что-то положительное для этого оболтуса? Сестра иногда пишет письма и переводы присылает. Беспокоится о братике, зовет жить к себе. Если эта япономать окончательно откинет копчик, то у пацана по крайней мере один запасной аэродром в запасе. Друзей мало, но есть. Самый близкий конечно Вовка Медведев.
  Гитара еще имеется и не просто так. Несколько аккордов пацан сумел разучить. К спорту не равнодушен. Два года назад участвовал в детском футбольном первенстве. Его команда даже какое-то там призовое место заняла. Физрук за это продавил чикино вступление в пионеры. Значит, бегаю неплохо. Ноги должны быть не хуже, чем у меня-паркуриста в моей иной жизни.
  Подумав, стал снимать одежду. Раздевшись догола, подошел к зеркалу шкафа и провел тщательный осмотр своего нового тела. Никаких подозрительных пятен не нашлось, не считая синяков и порезов в разных местах. Нет никаких отклонений и мутаций, типа шестипалости и жутких родинок. Рост обычный для семиклассника, чуть ниже среднего. Тело поджарое, жилистое, но заметно тощее. Ноги действительно мощные и накаченные, как у бегуна. Хмм, кенгуру кривоногое! А вот плечи и грудные мышцы стоило бы немного подправить.
  Моська очень даже ничего, немного жестковата для нежного возраста. В будущем проблема дефицита девичьего внимания, думаю, мне не будет грозить. Копна черных волос, по совковой моде длинных, до шеи - "Хомо лохматикус". Продолговатое лицо дополнял большой нос, впалые щеки, прямой подбородок и большие серые глаза. Взгляд хмурый, вприщур, немного смягчают пухловатые мальчишеские губы. Сойдёт по первому впечатлению. Основа для совершенствования есть, а уж правильно воспитать мышцы в разных местах я постараюсь. Будет что девкам на взгляд вскользь и без спиртного выставлять.
  А на углублённый взгляд... Предлагать было чего. Святые угодники! Как такое может быть у четырнадцатилетнего пацана? Нет, я не завидую. У меня там тоже все было на зависть окружающим. Но, чтобы в таком возрасте так натренировалось!
  Моим прозвищем в том мире было "Мустанг". Не знаю, кто его придумал и отчего. Может быть, от фамилии, а может от излишней активности в половых вопросах. Узнал случайно, что меня так окрестили из подсмотренного электронного письма одной девчонки. Приятно, что хоть что-то перенеслось с моей личностью в этот мир.
  Походил по комнате, раздумывая, сделать ли небольшую уборочку, или оставить все как есть. Решил пока всё оставить как есть. Пугать аборигенов чистотой пока опасно. На кухне не выдержал и перемыл всю посуду. Блин, тараканы же... Я их не перевариваю. В холодильнике пустота. Мыши скоро там повесятся. Наверное, уже завещание пишут. Масло растительное, правда, еще там нашлось. Молодому растущему организму не помешало бы еще чего в топку загрузить. От пива мало толку.
  Деньги - это проблема из проблем. Шарить по карманам пьяной тетки я не хотел. Паскуда Ганс все деньги отобрал! Стоп, стоп. Откуда у меня эти эмоции. Умри сейчас же во мне пацан! Как можно так жить? Понимаю, еду и деньги приносили мамкины хахали. Иногда приходили денежные переводы от сестры. Мать брали несколько раз на работу обычной уборщицей, но ее почти сразу выгоняли за прогулы. Надо теперь срочно что-то придумать.
  Занятый мыслями, позабыл, что бегаю по квартирке голышом. Чикина мама в дурацкой ночнушке внезапно вылезла из своего темного убежища и непонимающе уставилась на меня. Маленькая худенькая женщина с испитым лицом и растрепанными волосами выглядела заурядной бомжихой с Трех Вокзалов моего времени, но фигурой обладала вполне стройной. Мать не сводила взгляда с моего передка. По её похотливому лицу прокатилась волна вожделения. Я похолодел. Руки и ноги быстро заработали по поиску и надеванию шмоток.
  Взгляд женщины приобрел более осмысленное выражение. Наконец-то она узнала сына, произнеся:
  - Ты чего?
  Блин пшеничный, в этом городке, походу, все задают только этот дебильный вопрос.
  - Жрать нечего, вот и продал последние трусы, - зло схохмил я и добавил, - Кормить сына будешь?
  Сказал больше для того, чтобы разогнать напряженную тишину.
  - Нечем, сына. Нет у нас денег, - немного гнусавя, высказалась женщина.
  - А они на тебя с неба не упадут. На работу устройся.
  Женщина молча ушла на кухню и разразилась оттуда криками:
  - Пашка, скотина! Все пиво вылакал, подлец! Мерзавец, весь в отца!
  Телевизор бухтел о всяких успехах, вторя матерщине из кухни. Я стойко высидел на диване, пропуская всю эту хрень мимо ушей. Япономама, наматерившись, заткнулась и прошмыгнула в свою тёмную комнату.
  Живот завывал, как ансамбль помоечных котов перед дракой. Покопавшись в памяти Чики, узнал имена соседей по подъезду. В маленьких поселках люди живут дружно и обычно помогают друг другу. Пришла пора включать своё пацанское обаяние и немного попопрошайничать. Увы, мой партнер слишком наследил в душах соседей. Никто не соглашался одолжить мне ни копейки. Лишь когда возвращался к себе, уныло двигая конечностями с тапках, заметил на своей лестничной клетке соседку Таисию Степановну. Старушка передумала и решила дать мне рублевую бумажку в долг. С огромной благодарностью, весь искланявшись, взял денежку и, накинув серую куртку с опушкой и лыжную шапочку, поскакал в сторону магазина. Мороз к вечеру немного спал. По центральной улице гуляли влюбленные парочки и стайки ребятишек. Устав от управления телом, отдал его Чике.
  Тело по-видимому стало привыкать к своим необычностям, и прореагировало на пробуждение не слишком эмоционально. Как я и предполагал, после недолгих раздумий, оно устремилось в направлении гостиницы. Да, имеется в нашем маленьком городке такое заведение. Я бы по честнаку этой гостинице не то, что звездочку, даже лепесток от звездочки не дал бы. Типичная общага с запахом кошачьей мочи и тухлых овощей. В отличие от жилых домов, где подвалы забиты всяким хламом и вареньями, здесь кроме крыс и их какашек ничего не хранилось. В торцевой части входа в подвал раньше размещались кабинеты коменданта. Когда он съехал оттуда, помещения достались бородатому дворнику, которого молодняк почему-то прозывал Профессором Пердуновским. Он там жил и хранил свой инвентарь. В необлагороженной части подвала заселилась уличная шантрапа. Сначала против желания дворника. Потом враждующие стороны нашли общие точки соприкосновений и взаимодействий в виде жидкой валюты.
  Бодрая, немного танцующая походка Чики начала замедляться, а затем стала напоминать движениями кота, охотящегося на голубей. Мля, этот кот встретил явно не голубей. На горизонте нарисовалась компания из трех пацанов-вэшников с параллельного класса, возглавляемая Гансом, то есть Гешкой Сердюковым. В его лице было действительно что-то от типичного фильмовского немца - белокурой бестии. Это были те самые чикины антагонисты, избившие его в момент моего подселение. Пока тело растерянно думало над своими безрадостными перспективами, паскудный Ганс заметил его:
  - Ком цу мир! - подозвал он Чика.
  Пора выручать напарника. Я спокойно вразвалочку подошел к блондинчику и поинтересовался:
  - Дальше что?
  - Будто не знаешь? Ты недоплатил копеек сорок. За это сейчас всё из карманов выложишь и отдашь, - радостно объяснил Ганс и, предвкушая приятное развлечение, заржал.
  - А может, это ты мне сейчас свои денюжки выложишь? - невинно предложил я.
  Свита Ганса в недоумении выпучила на меня глаза, а сам он, нервно улыбаясь, злобно заявил:
  - Значит, хочешь, чтобы у тебя второй рог вырос? Обеспечу, только попроси.
  С этими словами он резко замахнулся. Я присел, увернувшись от удара, и с места врезал ногой по голени. Ганс взвыл. Добавил ему по скуле боковым замахом руки. Второй пацан подскочил, но, напоровшись на удар ногой в живот, упал, согнувшись. Третий, толстенький парнишка, оказался сыкливым и не полез драться.
  - Деньги из карманов! - неожиданно для себя, рявкнул на них.
  Толстый, помертвев, мгновенно достал две бумажки по рублю.
  - Если проверю и найду хоть копейку, убью без разговоров.
  Ганс с бледным от боли лицом без слов передал мне деньги через толстого.
  - Ладно, гуляйте, - благодушно разрешил им, - Дышите через ноздри.
  Пересчитал деньги - шесть рублей.
  - Круто мы погуляли с тобой, Чиканос! - пробормотал я, сам офигевший, уходя от печальной троицы.
  Не доходя до гостиницы, свернул к магазину. Набрал там жратвы всякой примерно на три рубля с лихуем: колбасы докторской, хлеба, сырков плавленых штук шесть, лука зеленого с большими головёшками и итогово подчеркнул всё бутылочкой портвешка три семерки. Ввалился со всем этим желудочным безобразием в подвал. Кроме Медика, радостно встретившего меня, нагруженного припасами, там сидели еще несколько разновозрастных пацанов.
  Подвал этот никогда не закрывался, и никто не крал отсюда матрасы на лежаках, старенькую радиолу и гитару-шестиструнку. Здесь было тепло зимой и прохладно летом. Здесь пережидали родительские репрессии матерые двоечники. Здесь просто так сидели и общались пацаны, когда им надоедало слоняться по городку и мозолить глаза взрослым и ментам. Чужаки опасались сюда заходить без спроса. К нарушителям применялись различные меры воздействия, вплоть до набивания морд и пинания других частей тела.
  Лампочка светила только в самой большой комнате. В других частях подвала было цивильно только в близлежащих комнатах, но со свечным освещением. Там тоже располагались лежаки. В остальных помещениях было грязно, вонюче и клопно. Для ночевки на всякий случай место показалось вполне удобным. Удовлетворившись мыслями и немного поев, предоставил телу право насладиться дальнейшим насыщением. Чуть не угробил этим парня. Чика подавился куском колбасы и долго откашливался. Затем принялся упрекать Вовку:
  - Ты чего мне в рот сунул? Чуть не сдох из-за тебя.
  - Ничего я тебе в рот не совал. Сам откусил, сука, - возмущенно заорал Медик, - Если у тебя мозги отсохли, то это к Перлику. Он тот ацетон тогда притаранил. От которого, сука, чуть все не сдохли.
  - Причем здесь я? - возмутился мелкий веснушчатый пацан, - Я предупреждал. Сами то духло захотели нюхать.
  Наоравшись и не переставая работать челюстями и кадыками, подростки переключились на другие темы, которые мне были абсолютно по барабану. Я прислушался к разговору в момент, когда Медик заинтересовался у Чики происхождением еды. Тот с удивлением ответил:
  - Зачем спрашиваешь?
  - Потому и спрашиваю, что если у матери, сука, деньги стырил, рубль мне верни? - терпеливо объяснил Вовка.
  - Не, мать я не обносил. Собирался только, да и забыл чё-то. Поперся сюда, как обещал, - ответил Пашка.
  - А откуда вся эта жратва, бухло? - начал заводиться Медик.
  - Мне откуда знать? - тоже завелся Чика.
  - Все пацаны видели, как ты ввалился сюда весь из себя такой, сука, счастливый. Лыба до ушей. Я прямо тебя не узнал сначала. Всё это притащил, - орал Медик.
  - Да, ладно! - не поверил Чика и вдруг обмер.
  Его пальцы нащупали в кармане бумажки купюр. Не веря себе, пацан вытащил руку из кармана. На ладони лежали целых три рубля. Пацанье счастье!
  - Что это? - прошептал потрясенно Чика.
  - Деньги, - ответил просто Медик, - Рубль мне верни, сука!
  - Ребята, вдруг это нечистая сила со мной играет? Я слышал про такое от маминых подруг. Надо бы эти деньги в святую воду бросить.
  Я про себя ухахатывался. Такое ни в одном театре не увидишь.
  - Чика, кончай, комедию ломать. Будто я тебя не знаю. Любишь всегда придуриваться. За сегодня несколько раз меня развел, сука. Тренируешься перед контрольной, чтобы математичку обмануть? Давай мой рубль, а остальное можешь кидать в любую воду, - злился Вовка.
  Чика без возражения отдал рубль, положив остальное в карман.
  - Слышь, Чика. Если тебе деньги не нужны, то отдай мне, - предложил ему Шило.
  - И мне... И мне, - загалдели другие ребята.
  Тело никому не ответило, продолжая безучастно смотреть в одну точку.
  - Ладно, отвалите от него. Сука..., - решил Медик.
  Снова они болтали ни о чем. Кто-то включил радиолу. Полилась песня Джо Дассена "Лете Эндиен".
  - А я "Летит би" Битлов научился играть, - вдруг сказал Шило.
  Ему передали гитару. Он уселся поудобней и, после нескольких проб, заиграл, подпевая подобиями английских слов и немного гнусавя. Очень сносно, даже неплохо сыграл. Парень имел задатки музыканта. Я очень заинтересовался исполнением и незаметно для себя вылез на первый план.
  - А что ты еще умеешь? - спросил его.
  - "Естедей" Битлов.
  Шило старательно попытался воспроизвести сложную композицию, напевая под нос. Получилось не ахти. Не доканчивая, перескочил на незнакомую русскую песенку, по стилистике напоминавшей раннюю "Машину Времени". Оказалось, что я угадал. Незнакомая песня называлась "Продавец счастья". Пацаны с удовольствием подпевали. Подростковые голоса очень органично сочетались с немудрящей песней. За ней последовала "Ты или я". Эту уж я знал. "Солдат", "Наш дом", "Битва с дураками" - все знаменитые песни этой группы. Еще одна неизвестная для меня, про замки в небе. Пацаны смотрели влюбленными глазами на Шило, Сашку Шиловского, длинного, узкоплечего восьмиклассника, с тонкими нервными пальцами, порхающими мотыльками по струнам. Чем-то он мне напоминал юного Кеану Ривза. По чикиной памяти, парень учился неплохо, но предпочитал общение со шпаной.
  Из полуприглушенной радиолы полилась знакомая мелодия. Дип Перпл играл свою известнейшую композицию "Дым над водой". Я невежливо прервал Шило, проорав по-английски:
  - Smoke on the woter!
  И жестом показал желание прибавить звук. Звук усилили, но шорохи и скрипы сводили эффект к минимуму. Музыка с трудом продиралась к нашим ушам. Песня окончилась, на волне заговорили по-немецки. Звук сделали тише.
  - Классный музон. К моему стыду, я ее ни разу не слышал, - признался Шило.
  Он в школе считался знатоком современной музыки, и дома имелись два мафона: катушечный и кассетный, набор записей Биттлов, Роллингов, Высоцкого, Машины Времени. Его брат Анатолий, учась в старших классах школы, создал группу "Спектр". Бацали роковые композы, но и обычную попсу на всяких свадьбах не отторгали. На конкурсах для молодёжных ансамблей пару раз заняли призовые места и даже получили признание от местного сельхозруководства. По правде сказать, признание было обеспечено благосклонностью дочки директора Наталья. Ребячья группа была приглашёна работать в ДК посёлка в качестве полноценного ВИА. Со временем репертуар от ультрасовременного рокового почти полностью стал солиднопопсовым. Состав обновился почти полностью. Парни ушли кто на учёбу, кто в армию, а кто просто психанул и разругался. Зато пришли возрастные креатуры клубного начальства. В ВИА на фоне патлатых валетов замелькали печальноглазые неудовлетворённые дамы и лысоватые пожухлые тузы.
  Знакомство с местной принцессой помогло Шиловскому получить направление в МГУ от предприятия, обучаться почвоведению. Учась в Москве, он все равно находил время на репетиции своего детища. Шило младший упрашивал братца взять его в ансамбль гитаристом, но тот отбояривался общими обещаниями.
  - Это - Дип Перпл, хардроковая группа. В семьдесят первом у них вышла пластинка "Машин хед" с этой песней, - пояснил я.
  - Мой брат со Стасом Наминым из "Цветов" знаком. Обещал и меня с ним познакомить, - решил восстановить пошатнувшийся авторитет Шило и предложил:
  - Чика, говорят, что ты на гитаре аккорды разучиваешь? Может, сыгранёшь чего-нибудь?
  Играть на гитаре я умел. Вот только надо определиться с тем, что можно исполнять, а что ещё не существует в природе. Я задумался. Пацаны это расценили по-своему и принялись упрашивать. Битлов можно безопасно играть. Сыграю ка я "Рок-эн-Ролл Мьюзик".
  Классно гитара настроена. Звук сочный получался. Я орал по-английски в экстазе. Песенка заводная. У пацанов морды были довольные.
  - Ещё! - кричали.
  - У тебя неплохо получается. Лабаешь на гитаре вполне профессионально, - высказался Шило.
  Сыграл еще им "Мишель", "Хелп", "Энд Ай Лов Хе". С последней песней немного запалился. Если в первых быстрых песнях слова не были явными. То в последней, медленной, они проговаривались четко. Хорошо, что никто, даже Шило не знал особо английский. Подумали, наверно, что как все по-попугайски выражался.
  Хотел закончить концерт, но пацаны упросили продолжить.
  Решил перейти к русским песням. Высоцкого опасно пока давать. Он в самом разгаре своего творчества. Вилли Токарева? Он только-только эмигрировал в Америку. Некоторые песни еще не родились. Вот и классно. Ничего страшного, что Вилли их сочинит немного позже. Никто про мой подлог не узнает.
  - Я увлекаюся спортивною рыбалкой:
  Ловлю рыбешку в холод, дождь, жару и снег...
  Пацаны визжали от восторга и подпевали не вполне по тексту:
  - Эх, хвост, чешуя...
  Не поймал я них...
  Заставили, гады, еще раз исполнить. Шило завистливо пытал насчет песни. Назвал автора, объяснил, что эмигрант. Сбацал еще "Небоскребы", опять несколько раз. Напоследок решил исполнить хитовую "Тетю Хаю". Ну все! Появилось новое пацанячье божество в моем облике. Предмет для обожаний и прочих восторгов.
  - Давай еще, - прорыдали ребята.
  - Бл..., я чего, нанимался, - завелся я, но тут же натолкнулся на залп из котошрековских взглядов.
  Обреченно взялся за гриф и решил напустить романтики. Объявил следующую песню:
  - "Ты у меня одна" Юрия Визбора.
  Не понял, что случилось. Видимо, я раскрутил какие-то эмоции у пацанов. Перлик шмыгал носом и предательски заблестел газами.
  Я объявил другую песню:
  - Это из Константина Никольского.
  - Знаю Костика. Вернее, брат с ним хорошо знаком, - радостно завопил Шило, - В "Цветах" играет на гитаре. Приезжал к нам, вернее к брату на день рождения.
  Исполнил первые аккорды, торжественные и печальные...
  - О чем поет ночная птица. Одна в осенней тишине. О том, с чем скоро разлучится и будет видеть лишь во сне...
  Песня засасывала меня всего. Я словно воспарился ввысь. С каждым словом, с каждым ударом пальцев по струнам, возрастала некая сила.
  - ...Лети, я песню допою! - орала моя глотка.
  Невероятно красивый проигрыш будто вырвался из моих рук, и улетел куда-то вдаль...
  Я потерял сознание!
  
  2.
  Четверг, 30.01.1975 г., наличка - 2 руб. 25 коп., долг - 1 руб.
  Увидел себя, вернее Чику, со стороны и всю подвальную компанию мальчишек, уставившихся на тощее чудо. Чикино тело медленно, как в замедленной киносъёмке, опрокидывалось на спину. Внезапно вся картинка оказалась будто смазанной. Все светящиеся точки, все фрагменты превратились в вытянутые линии. Светящиеся линии слились в сплошной тоннель, по которому меня стремительно уносила незримая сила.
  Меня охватил покой и свет. Неявно проступающие контуры создавали ощущение тумана вокруг меня. Часть фрагментов сложилась в человека, шествующего ко мне. Фигура худощавая, спортивная, вместе с тем одетая в странную хламиду. Вокруг его головы разливалось свечение. Я узнал мужика, не давшего мне зайти в свет.
  - Наконец-то удалось тебя вызволить сюда! - с радостной улыбкой произнес подошедший.
  - Где я? - задал свой вопрос немного испуганно.
  На это мой собеседник равнодушно махнул прозрачными конечностями:
  - Это неважно. Одно из незанятых пока мест... Междумирье.
  Только теперь заметил, что общался с мужиком без голоса, мыслями.
  - Я снова умер? - сразу попытался определиться.
  - Относительно реальности твоего носителя - нет. Видишь вон ту серебристую нить? Она связывает тебя с новым носителем.
  - А почему я тогда здесь?
  - Скажем так. Я очень хотел с тобой встретиться и многое объяснить, ответить на мучающие тебя вопросы. Срезонировал твои ключевые эмоции и вытащил в одно из подпространств. Если пожелаешь, то мы продолжим разговор в более удобном месте.
  Я пожелал, и мы оказались на песчаном берегу океана с пальмами и скалами вдали. Предметы, вода и наши тела были четкими и вполне реальными. Спутник мой оказался в светло-бежевом хитоне и сандалиях на босу ногу. Он напоминал одеяниями древнего грека как на картинах Рафаэля, если бы не его славянская внешность и орнамент по краям ткани. Его сходство со мной было разительным. На мне же оказалась моя любимая темно-синяя футболка с белой надписью "Йа чоткий патсан" и обычные джинсы. Босые подошвы ласкал струящийся песок.
  - А здесь неплохо, - заметил я, радостно ощупывая свое такое знакомое тело.
  Решил убедиться в своем полном соответствии и проверить татушку на заднице. Как-то раз Лорка расшалилась и куснула меня за мягкое место. Больно так куснула, даже след остался. Я тогда надумал запечатлеть это зверство над собой татуировкой, чтобы любимая помнила и постоянно просила прощения за своё преступление. Обалденное наслаждение слушать, как Лорка с виноватым видом лепечет извинения. Мой хорошо знакомый мастер соорудил великолепный рисунок с три-дэ графикой. Там была изображена жутко кровоточащая рваная рана. Еще там прикольно так нарисован был кусок моего мяса, вырванный из жопных глубин и вытащенный наружу, а в глубине раны белела кость, почему-то больше похожая на куриную. Рисунок этот накололи на место укуса. Лорка чуть не умерла от смеха, когда в первый раз это увидела. Очень ей понравилась моя придумка.
  Без всяких комплексов я спустил джинсики и попросил мужика проверить наличие татушки. Судя по заливистому смеху, стоит родная, вернее, висит на положенном месте. На гостеприимного хозяина за глумливый смех обижаться не стал. Наоборот, всегда нравилось поднимать людям настроение. Меня вдруг охватил какой-то щенячий восторг, какое-то предвосхищение грядущих радостных событий. Может быть, это таинственное существо поспособствует моему возвращению к родному очагу?
  - Я Рей - вечный странник. А ты станешь квисцитом, если приобретёшь нужные умения. Все задатки для этого у тебя имеются. Для начала требуется создать свое собственное пространство в высших сферах, где должен будет находиться твой хранитель. Рекомендую воспользоваться небесным кабинетом хранителя Чики. Твоя корона поможет найти нужную эмоцию, чтобы забраться туда из тела носителя. Там сможешь складировать кристаллы опыта прожитой жизни. Это твой бесценный багаж, твоя сила квисцита.
  Я догадывался, какой смысл несет это загадочное слово. Оно означало... Короче, я типа Нео из "Матрицы", а Рей вроде черножо..., то есть чернокожей вещуньи Пифии, или кто там еще может быть? Вери даже круто!
  Рей продолжал:
  - Чтобы прежний хозяин кабинета не похитил твои кристаллы, не забудь поставить там блокировку.
  Рей вытащил откуда-то темный кристалл в виде ромбовидной пластины с острыми краями и вонзил в меня. Я ойкнул с перепуга, но боли не почувствовал. Субстанция моментально растворилась во мне, едва коснувшись границ тела.
  - Что будет с носителем, то есть с Чикой, если я поставлю эту блокировку? - решил провентилировать на всякий случай будущее напарника.
  - По не зависящим от нас с тобой причинам, произошло рассогласование хранителя и опекаемой им личности. К сожалению, встречаются в высших сферах подобные персоны, плохо выполняющие свои обязательства. Их подопечные оказываются в самых неблагоприятных условиях, приобретают вредные привычки, губят себя и портят жизнь окружающим. После блокировки, его хранитель окончательно потеряет к нему всякий интерес, а он сам через сорок дней прекратит земное существование.
  - Получается, что я его убью? - грустно констатировал я.
  - Глупости! - рассердился Рей, - Ты поможешь ему сохранить личность. Он тогда сможет перейти через нулевой портал на новую попытку. А тебе это позволить достичь более высокого эмоционального уровня и приобрести своё место в высших сферах. Поскольку хранителем для себя ты можешь быть сам, то получишь возможность свободно пользоваться массивами знаний верхнего мира, вести другие личности, создавать новые. Сможешь сам выбирать носителей и загружаешься в них. Ты сможешь сохранять накопленные знания и корректировать человеческие судьбы. И этими способностями ты должен научиться пользоваться. Не зря ты наделен короной.
  Что за корона? Я потрогал голову. Пальцы передали реальные тактильные ощущения твердого черепа, мягких волос, но никакого другого предмета я там не обнаружил.
  - Короной здесь называют светящийся ареал вокруг головы, - пояснил хозяин места, показав рукой над своей головой.
  - А вы случайно не Бог, или там архитектор матрицы? - ляпнул я и глупо хихикнул.
  Рей внимательно посмотрел на меня и вдруг засмеялся.
  - Почему ты так решил? - с трудом спросил он сквозь смех.
  - Это место просто парадиз...
  Отсмеявшись и заметив мой обиженный вид, решил в качестве извинения попытаться дать мне ответ:
  - Бога нет в том понимании, как представляют его люди. Ему нет смысла реализовываться в какой-нибудь объект. Он..., как бы это сказать. Он - влюбленный в себя мир. Он - высшая степень совершенства. А этот парадиз я создал по праву квисцита. Было дело когда-то... Только я не до конца реализовал все свои возможности. Надеюсь, что ты сделаешь всё то, что не получилось у меня. В любом случае у тебя есть право отказаться и пройти через нулевой портал, чтобы начать новую жизнь обычным человеком, забыв обо всем.
  - А могу я сначала дожить свою прежнюю жизнь, а потом уже выполнять миссию квисцита, - гнал я свое.
  - Можешь, только тебе придется вновь взаимодействовать со своим хранителем, а значит, вернуться к статусу обычной личности.
  - А разве эти хранители желают зла своим подопечным? - с наивным видом поинтересовался я.
  - Все они были раньше созданы, чтобы помогать личностям совершенствоваться. Взамен получали от них эмоции высокого порядка, так как сами не могли их вырабатывать. Со временем свершилась подмена. Ангелы присвоили себе функции властителей судеб. Личности были выключены из спирали развития из-за того, что лишились знаний прожитых жизней и превратились в участников бесконечных гонок и боев без правил. А общая линия судеб превратилась в какой-то квест, или как еще там у вас называются компьютерные игры. Да-да, не улыбайся. Вы все вместо божественного предназначения участвуете в глупых войнах, раболепствуете перед ничтожествами, подвергаетесь экспериментам и извращениям. Все ради того, чтобы развлечь существ верхнего мира и насытить их более сильными эмоциями.
  - Да, задачка с непростыми начальными условиями... Бога нет, ангелы вроде злокозненных пиндосов, мешающих простым личностям нормально развиваться. И что мне теперь с ними войну устроить? - подумал я, как выяснилось, вслух.
  - Насчет Бога ты неправ. Он в каждой, даже самой ничтожной личности. Получив доступ к хранилищу прожитых жизней, ты поймешь, зачем жители верхнего мира гоняют личностей по вечному кругу и как им противодействовать, - вклинился в мои размышления Рей.
  - Кругу Сансары? - блеснул ученостью я.
  - Мне все равно, какие термины вы там внизу придумываете, - сухо отреагировал собеседник и продолжил, - Я могу помочь тебе на первых порах, взяв часть обязанностей хранителя. Мой опыт и твои возможности позволят сделать многое.
  - Почему именно этого малолетнего охламона я должен спасать? - добрался до интересного вопроса.
  - По эмоциональному рисунку вы очень близки, только уровнями разные. Для хранителей вы неотличимы друг от друга, - ответил Рей.
  - А почему так далеко от моего времени?
  - Не все здесь в восторге от прихода нового квисцита. Пока ты слаб, надо тебя обезопасить и отдалить от твоего прежнего хранителя. Не переживай. Через сорок дней подберешь себе носителя по своему вкусу.
  Солнце мира Рея припекало немилосердно. Захотелось поплавать в бирюзовых водах лагуны. Воспользовавшись молчаливым одобрением хозяина места, скинул всю одежду и бросился в прохладу океана. Как это здорово ощущать свое родное тело, знакомое до каждой мышцы, каждого волоска. Дельфины подплыли ко мне играться. Плавали вместе и фыркали друг на друга. Потом я валялся на золотистом песке и лазил на пальмы за кокосовыми орехами. Божество разместилось за холмом и готовило жаркое из морепродуктов на костре. Мы лакомились гребешками и мелкими осминожками на шпажках, запивая пивом из жестяных банок.
  - А почему всё так, как в обычной жизни? Баночное пиво, шпажки, морепродукты..., - не сумел сдержать любопытство.
  - Всё, что наработано в нижнем мире, приходит сюда в виде образов и знаний, - с охотой пояснил мне Рей.
  Солнце, неподвижно висевшее в зените, начало потихоньку движение и очутилось вблизи горизонта. Наступил красочный закат. Мы молча смотрели на невероятно красивую картину, провожая солнце и отхлебывая свое пиво.
  - А теперь пора прощаться, - произнес Рей и встал, - Если захочешь меня снова посетить, вспомни эмоцию, которая тобой овладела после проигрыша на гитаре. Прошу не переигрывай и сильно не вылезай из образа своего носителя. Ты тогда усложнишь ему жизнь, а он не воспримет такой опыт. И ищи поскорей путь в пространство хранителя. Успехов тебе в новой жизни, квисцит!
  
  ***
  Я очнулся все в том же подвале. Пацаны испуганно на меня пялились.
  - Ты чего, Чика? - кто-то спросил.
  Вот моя деревня. Вот мой дом родной... Все те же слова и все те же проблемы.
  - А ничего! Рассказывайте, что тут со мной сотворилось?
  - Ты песню допел и завалился на спину. Дышать перестал, сука. Сердце кажись не билось. Горлик убежал вызывать скорую, а ты снова ожил, - облизывая губы, ответил Медик.
  - Я теперь вампиром явился с того света по ваши души. Сейчас начну сосать кровь из чьей-нибудь шеи, - пошутил, пытаясь всех развеселить.
  - Да иди ты, Чика, знаешь куда? И там соси свою шею, - обидчиво высказался Вовка.
  Прибежал Горлик, самый младший из пацанов. Сказал, что скорую вызвал. Я сообразил предложить Медику авантюру - заменить меня, изобразив пережившего приступ. Он согласился только после того, как я описал ужасы неминуемо надвигающейся домашней порки. Пацаны кроме Пёрлика торопливо попрощались и растеклись по домам. Медик разлегся на подоконнике первого этажа гостиницы и принялся так горестно стенать, что из дверей коридора полезли участливые жильцы. Мы с Пёрликом завели Вовку в одну из квартир и положили на диван. Врачи почти сразу нарисовались и забрали стонущего пацана на носилки. Я напоследок шепнул ему, чтобы сильно не переигрывал.
  С Пёрликом я больше спать не лягу. Такой засранец жутко громогласный, хоть и мелкий. Ощущение было таким, будто в подвале находилось стадо сотрясающихся в экстазе медведей во время случки. Пришлось полночи слушать всякие западные радиостанции. Говорили об академике Сахарове, о Джимми Хендриксе. К утру все-таки прикимарил.
  
  ***
  Пятница, 31.01.1975 г.
  Пёрлик ушел утром, когда я ещё спал. Проверил карманы на всякий пожарный. Деньги остались на своём месте. Поел остатками вчерашнего пиршества и вылез из подвала. После визита к Рею настроение сильно повысилось. Стало понятно, что я не брошен на произвол судьбы.
  День моего случайного отгула - тридцать первое января - оказался солнечным, хоть и морозным. Наполненные сверкающим на снегу светом улицы городка были почти пустынны. Народ разбрелся по рабочим и школярским делам, или пенсионерил перед телевизорами. Красивая аллейка центральной улицы с закутанными в снежную пелерину деревьями, располагала к размышлениям.
  Итак, мне светило веселое недолговременное времяпрепровождение в брежневском отстое. Завалиться что ли в Москву, начудить там? Скорее там со скуки помрешь. Из развлечений только музеи, библиотеки и кино. Примерно то же самое, что и в поселке, только без музеев. Зато здесь природы навалом: леса, поля, косогоры, буераки... Зайцы табунами бегают всякие.
  Тело должно знать про поход в поликлинику, а я уже замучился управлять им. Решил сгонять домой помыться и деньги заныкать, а уж потом отдать поводья напарнику. Забежал в магазин и купил там батон белого и полкило колбасы. Мать ведь тоже человек. На площадке моего этажа заметил представительную женщину, которая терзала кнопку звонка в дверь моей квартиры. В таком одухотворенном сочетании пальто с воротником из искусственной собаки, шапки-пирожка и решительной физиономии легко угадывалась передовая общественница, любительница решать чужие проблемы. Увидев меня, она тут же надвинулась и спросила густым голосом:
  - Чекалин?
  Я опасливо кивнул.
  - Наконец-то! - возопила женщина, обращаясь не то к Богу, не то к чему-то ещё вышестоящему, - К вам скоро на танке придется заезжать.
  - На танке не надо, - убежденно заявил я, оценивая габариты нежданной гостьи, - Вам бы самой разбежаться, только и всего.
  - Хамишь? - удовлетворенно констатировала женщина, - Ну, ну. А почему ты, собственно, не на уроках?
  - Освобожден из-за острого приступа триперококковой пропердиназы. Сейчас в поликлинику пойду.
  - Умный, да? Мозги бы свои лечил. Учителя все жалуются.
  Дождавшись, когда я открыл дверь ключом, вперлась в прихожую без приглашения и стала осматривать жилье, поминутно цокая и делая замечания типа:
  - В хлеву свиньи чище живут.
  Или:
  - Как только вас тараканы терпят?
  Мне осталось только буркнуть:
  - Вам виднее...
  Тем более, что из темной комнаты вдруг выплыла моя маман, то есть чикина, вся заспанная и в своей непременной ночнушке. Увидев ее, женщина просияла и грозным голосом рассказала, что она из такого-то там комитета и что ей получено сделать последнее предупреждение о недопустимости антисоциального поведения гражданки Чекалиной. Была торжественно выдана путевка на работу с требованием незамедлительно устроиться туда. В противном случае комитет собрался подать в суд о лишении родительских прав, а мне обещан казенный дом и дальняя дорога. Прогромыхав и наследив в комнате, представительница удалилась.
  Я взял листок из рук матери и окинул взглядом текст. Приглашали ее в местную больницу работать санитаркой. Потом протянул авоську с продуктами и сказал:
  - Покушай, если голодна. А мне надо помыться и в поликлинику смотаться.
  Нычку устроил под ванной в пустой жестянке. Пока намывался, обдумывал сложившееся положение вещей. Суд тут быстро обделывает дела. Значит, матери не стоит дергать судьбу за тестикулы и все-таки устроиться на работу. Я не горел желанием даже на краткий миг очутиться в детдоме. Оп-ля, крантец! Мои физресурсы на исходе. Даже пальцами с трудом могу двигать. Давай, партнер, домывай свое тело.
  Было не особенно интересно, что предпримет Чика дальше. Он послушно сходил в поликлинику и попытался изобразить там серьезные последствия от вчерашнего удара. Добился только рецепта на таблетки и курса уколов с направлением к Людмилке. Позднее он бродил по городку, общался с разной мелкотой, играл в трясучку на деньги. Это когда участвуют двое. На ладонь укладывается по одинаковой сумме монет. Все накрывается другой ладонью и один участник принимается энергично встряхивать горсть. Другой должен остановить процесс и сказать к примеру: - "Орёл", или "Решка". Если в сумме получалось больше орловых монет, то все забирал угадавший, если нет, то другой участник. Если получалось одинаково, то ничья. Никто ничего не забирает. Чика натряс около полтинника.
  В конце-концов, он завалился в знакомый мне подвал. Там присутствовал обычный пацаний контингент. Еще там обнаружился мужичок бомжеватого вида. Тот самый, которого все называли Профессором Пердуновским. Пацаны принялись приставать к Чике насчет песен на гитаре. Раздраженный Пашка разорался, обозвал всех психами, сам психанул и в итоге убрёл домой.
  Дома на кухне обнаружился пожилой и тощий хмырь в трусах и в татушках. Чикина мама сидела у него на коленях. Пашка как обычно шмыгнул в свою комнатёнку и улегся на кровать. Не понимаю я партнера. Хотя мне пофиг. Это его жизнь и по всем раскладам дополнительный источник жратвы.
  Меня разбудили странные шорохи в комнате. Когда раскрыл глаза, в свете луны увидел жуткую картину. Перед кроватью со спущенными до колен трусами стоял хмырь. Чего он намеревался делать дальше, выяснять не стал. Ткнул его кулаком в живот так, что тот согнулся. Потом вскочил с кровати и с рычанием поволок тело в прихожую. Открыв дверь, вышвырнул гостя за порог. Когда на шум выскочила япономатерь, объяснил ей, что её хахаль приставал ко мне и попросил завязывать со случайными мужиками. Она все же сердобольно впустила хахаля обратно, дала ему одеться и тихо объяснила:
  - Лёшенька, не ходи больше ко мне. Паша на тебя осерчал.
  Долго успокаивал плачущую родительницу на кухне, так как чем больше говорил ласковых слов, тем сильнее она принималась плакать. Во мне что-то щёлкнуло, будто кто-то тумблер включил. Я вдруг понял, что нужная для попадания в пространство хранителя эмоция найдена. Немного успокоившись, мать сообщила с пугливой улыбкой, что я сильно изменился и давно так с ней не разговаривал. Пообещала мне, что завтра же пойдет и устроится на работу. Зашла речь о родственниках. Оказалось, что один из ближайших двоюродных дядей живет всего в часе езды на автобусе, в поселке санатория "Березовая роща".
  Проводив мать спать, тем более, что время было далеко за полночь, залег в кровать и расслабился. Повторился полет через светящиеся тоннели, и я оказался в затуманенном месте. Повсюду висели как фрукты в йогурте разнообразные кристаллы. Вспомнив наставление Рея, вытащил из себя и привел в действие темный кристалл, который быстро растворился в пространстве, вызвав рябь и ощущение замкнутости. Подумав, решил пригласить наставника, чтобы ничего не нахимичить. Рей не заставил себя долго ждать. Похвалил за оперативность и принялся вместе со мной наводить порядок в бывшем обиталище чикиного хранителя. Для начала была организована поверхность, на которую складировались чикины кристаллы. Следующим шагом я снял с себя корону в виде золотистого шара и поставил на поверхность. Начался процесс превращения в кристаллы загадочного вещества короны. Нехилая получилась горка из разноформенных кристаллов. Рей подрядился подключить мою горку к всеобщему массиву прожитых жизней и упорядочить знания для удобства пользования. Для такого глобального дела он пообещал предоставить своих помощников.
  Перед возвращением в носителя Рей в качестве жеста доброй воли предложил загрузить какую-нибудь полезные знания. Ну, чтобы не так скучно было проживать в тощем теле. Врасплох застал. А у меня с этим словом ничего не ассоциировалось, кроме учёбы. Заказал себе знания в пределах курса средней советской школы. В принципе, я неплохо в свое время учился и закончил школу без троек. Однако все заученное удержать в голове никому не дано. Особенно это касается всяких математических изворотов типа эвольвенты с эволютами, тангенса и гипотенузы, синуса с секасом.
  Рей вторично порекомендовал мне не сильно выбиваться из образа Чики, а то у моего подопечного может крыша поехать от диссонанса, но моё желание исполнил. Я получил кристалл, будто слепленный из множества более мелких фрагментов, оттого переливающийся как бриллиант. Ангел с улыбкой заметил, наблюдая моё восхищение, что когда я стану зрелым квисцитом, то смогу обладать любыми знаниями и способностями, которые выработало человечество.
  
  3.
  Суббота, 01.02.1975 г., наличка - 1 руб., 43 коп., долг - 1 руб.
  Утром меня разбудил Вовка с горестным видом. На звонко тикающих настенных часах стрелки еще не достигли восьми. Охереть, какая рань. Даже темень была еще за окном. Хотел обложить как следует своего мелкого другана, но его морда была такой несчастной, что язык просто-напросто на него не поднялся.
  - Ты чё не идешь? Скоро первый урок. Мне сегодня нельзя опаздывать, - постным голосом зачастил он и добавил, горестно шмыгнув носом, - Эх, Чика! Не получилась у меня маза. Ты был прав. Не надо было переигрывать, сука. Врачи раскололи...
  При этих словах Вовка потер задницу, болезненно морщась.
  - Ты чего задницу трешь? - заинтересовался я, - Чирей подхватил?
  - Какой чирей? - обиженно возопил друган, - Посмотри сам!
  Он быстро расстегнулся и снял черные хебешные штаны, показав мне свой тощий задок с огромным синячищем. Невеселая житуха у этого парня. Я бы на его месте быстро повесился. Судя по количеству порок, Вовке давно пора присуждать звание святого великомученика.
  Не вовремя вышла мать и застала нас в двусмысленном положении, невинно поприветствовала приятеля и прошла на кухню. Вовка шустро напялил штаны, не смутившись ни одним мускулом и с широчайшей улыбкой поприветствовал чикомаму. Можно было подумать, что он только и делает, что показывает всем голую жопу. Стриптиз с доставкой на дом.
  Вообще по вовкиным похождениям пора сценарий боевика писать. Его доставили в больницу, обстукали, общупали. Даже капельницу поставили. Врач позвонил домой чтобы кое-что выяснить. Трубку взял отец и сообщил эскулапу, что у него дома есть самое лучшее лекарство от всех болезней. Пришлось Вовке срочно выздоравливать и тащить свою многострадальную задницу на суд и расправу отца.
  Спать хотелось прямо таки зверски. Думал, что суббота здесь выходной. Может быть, послать школу и прочие обязаловки далеко и еще дальше. Тем более, что я через сорок дней сдохну все равно. Как бы не получить новую атаку толстых общественниц, которые с удовольствием выжрут весь мозг. Узнав, что я в школу идти не собираюсь по причине все еще болеющей головы, Вовка пробурчал что-то на тему моего везения и грустно потопал вниз по лестнице.
  Мать сварила суп из пакетиков. Там мучные составляющие в виде звездочек такие имеются прикольные. Оказывается, на антресолях какая-то жрачка валялась. Значит, голодной смертью ещё рано помирать. Чай еще достала, такой странный, в плитках. Чифирить им можно запросто. Спать после расхотелось. Подумав, решил сгонять в санаторий к родственнику на разведку. Мать стала собираться в больницу, чтобы выполнить своё обещание устроиться на работу. Вместе вышли из дома.
  Автобус по нужному маршруту ходил всего четыре раза в день. После изучения расписания на остановке, пришлось возвращаться домой и ждать одиннадцати с копейками часов. Погода была в этот день морозной под минус десять. На остановке прятались от холодного ветра несколько деревенского вида женщин. В автобусе оказались свободные места, и я занял удобное место у окна. Пожилая кондукторша дала мне целую кипу билетов на тридцать пять копеек. Автобус долго петлял по дальним деревням. Интересно было наблюдать очень красивые места, которые в будущем с огромной вероятностью заменятся унылыми коттеджами богатеньких буратин.
  Поселок санатория возник белыми корпусами пятиэтажек. Кроме основных трёхэтажных корпусов, расположенных на берегу красивого озера и вдающихся глубоко в лес, поблизости от остановки располагался квартал домов для семей сотрудников. К сожалению, пройти в поселок оказалось сложной задачей. От внешнего мира санаторий и поселок отделялся высоким кирпичным забором. На КПП сидел пожилой вахтёр, которому спешащие мимо люди показывали бумажки. Пришлось вспомнить навыки паркуриста из прошлой жизни и, отойдя на сотню метров, перемахнуть забор.
  А тут классно можно жить. В магазине с продуктами побогаче будет. Была говядина разная весовая, свинина и даже кое-где проглядывалась баранина. Рыбы мороженой и охлажденной просто завались. Поражало разнообразие консервированной продукции из братских стран. Умилили бананы из Эквадора за два-писят килограмм, только очень зеленые. Весь поселок можно обойти буквально за несколько минут. Традиционного Ленина на площади не было, зато была скульптурная композиция для фонтана из девушки, держащей почему-то пучок атомов, у которых на железных прутьях, обозначавших орбиты, висели шарики электрон. Забавная инсталляция, только смысл не уловил. И лицо у неё было такое скорбное, словно она мучилась проблемами несварения, или намеревалась метнуть все свои атомы в намеревающихся войти в здание. Памятник шахидке, ети её.
  К дому культуры примыкал целый комплекс зданий с площадками для различных видов спорта и плавательным бассейном. Дирекция санатория располагалась рядом с ДК, который на самом деле назывался дворцом культуры и спорта. Зашел туда и узнал, что мой дядя уехал в райцентр Правдинск. Когда будет, никто не ведал. До обратного рейса автобуса оставалось больше трёх часов. Во дворце среди афиш и объявлений заинтересовало приглашение для отдыхающих посетить сеанс одновременный игры в шахматы, проводимой кандидатом в мастера Шумиловым Н. М. Дядюшка чикин оказался не прост. В памяти партнера сведений о спортивных достижениях родственника не отыскалось. На всякий случай решил выяснить все у местных.
  Выяснил. Хе-хе - много раз. На выходе из здания столкнулся с группой местных пацанов. Их было не меньше десятка и, в основном, постарше меня. Подошел и вежливо поздоровался, но спросить ничего не успел.
  - Ребята, это же мясо из Просторов! - завопил самый мелкий из них.
  - Какое мясо, к лешему? - офигел я.
  - Пацаны, сам драный гондон Чика к нам за звездюлями пожаловал, - восторженно заорал другой.
  - Ща мы его без трусов по морозцу пустим, - размечтался третий.
  - Че, драться со мной будете? - продолжал тупить я.
  - Нет, пихаться... - заржали в ответ пацаны.
  - А чё я вам сделал?
  - А помнишь, как ты со своими дружбанами в Правдинске нас повстречали, деньги все отобрали и морды набили?
  Против десятка озлобленных подростков мне со своим тощим телом соображать было нечего. Я включил икроножные мышцы на всю мощь. Действие напоминало загон зайца борзыми собаками. Ловили меня сначала по городку, потом мы петляли по лесочку. Пацаны даже выли злобными котами от досады, но не переставали преследовать, горя мщением.
  Мне повезло. На пути оказалась строительная площадка с остовом строящегося здания. Там я немного попрыгал белкой, перелетая со стенки на стенку. Обычный паркур в моем исполнение, только очень облегченный из-за недостаточной для такого дела силой в мышцах рук. Пацаны прихерели, наблюдая такие трюки. Под конец, я самоуверенно исполнил вольран, преодолев пятиметровый бетонный забор с одного захода. Хорошо, что не на бис. Последний элемент стоил мне разодранного носка правого ботинка и порванных в коленях клешей.
  Остановился отдышаться у хоккейного корта, где яростно рубились местные подростки, разодетые в красивую форму. За игрой наблюдала небольшая кучка зрителей, сидящих на пятирядной трибуне. Снова заметил преследователей. Кажется, они меня увидели и побежали к трибунам. Деваться было не куда, кроме как заскочить в деревянное строение. С перепугу не понял, что дверь была закрыта. Запор таким слабым оказался, что легко поддался воздействию моей тощей субстанции. Шмыгнул за дверь и очутился в неприхотливой раздевалке местных хоккеистов. Кроме шкафчиков больше спрятаться тут было некуда. Если злобные коты зайдут сюда, то окажусь как в капкане. Еще одна не менее злобная, здоровенная мохнатая серость урчала в мою сторону из-под лавки. Видимо придется героически огрести люлей. Не от серой кошки, конечно. Еще посмотрим, кто больше огребет! В дверь сразу все не влезут. Устрою им фермопильское сражение.
  Пометался немного по небольшому помещению и вдруг увидел в приоткрытом шкафчике форму хоккеиста команды "Березовая роща". Она была бело-зеленой в продольную полоску с номером девять на спине. Размер был больше моего, но можно поддеть свитер. Быстро принялся напяливать хоккейную амуницию. Кошка сопровождала мои действия негодующим шипением.
  Раньше пацаном пропадал вечерами на хоккейных площадках. Приглашали играть даже в молодежку. Так что знаю: что и куда. Когда мои преследователи заглянули в помещение, я спокойно сидел и зашнуровывал конек, наклонившись к нему. Длинные волосы забрал под шлем. На ожидаемый вопрос я отрицательно потряс головой. Кошка перенесла свою ненависть на новых визитеров и шипела, как потерпевшая. Ничего не говоря больше, злобные коты убрались. Я начал было обратно расшнуровываться, как в раздевалку влетели разгоряченные и раздражённые хоккеисты. Не обращая на меня никакого внимания, попадали по лавкам.
  - Ты кто? - наконец поинтересовался высокий, длиннолицый парень с повязкой капитана.
  - На замену прислали, - ответил, сконструировав значительную морду.
  - А-а! Все равно сливаем, - горестно высказался капитан, - За один период уже три таблетки огребли. Звать то как?
  Познакомились. Капитана звали Женей. Подскочил тренер, невысокий, лысый, с круглым лицом и носом в виде картошки, пронизанной синими прожилками. Мужичонка видимо был не дурак выпить. Самой неприятной деталью образа этого человека был невыносимо визгливый голос. Не замечая на меня, он обрушился на ребят:
  - Это не игра! Это похороны надежды остаться в зоне. В следующем году опять на областной уровень скатимся. Сонные мухи быстрее бегают, чем вы. Поймите, нельзя уже нам больше проигрывать.
  Хоккеисты молчали и уныло отворачивались. Тренер эмоционально изобразил жест "делайте, что хотите, а мне все до лампочки" и выскочил из раздевалки.
  - Павел Романыч кем тебя поставил? - снова обратился ко мне Жека.
  - Нападающим, - снова соврал я.
  - А в чью пятерку? - продолжал допытываться капитан.
  - Не знаю, не сказал.
  - Значит, в третью. Вон видишь паренька кучерявого. Это Юрка Колдопский. К нему подойдешь.
  Вообще, что я здесь делаю? Опасности для моей тощей жопы давно миновали. Осталось только дождаться родственника и попрощаться с этим недружелюбным местом. А, ладно! Что мешает мне просто развлечься?
  Начало второго периода было отмечено вязкой игрой и еще одной шайбой в наши ворота. Играли только две лидирующие пятерки. Противник был уверен в победном итоге и не особо выкладывался. Нашу пятерку Романыч выпустил только в середине периода.
  Все-таки опыт даже из прошлой жизни не прокашляешь. Легко проскочил заслоны и, оказавшись у ворот, влепил таблетку. Получилось это настолько неожиданным, что выглядело случайным. После сбрасывания, снова захватив шайбу, я пропорхнул через поле к воротам врагов, и опять обновил счёт. Ещё одна шайба затрепыхалась в сетке. Следующую забросил своим фирменным проходом из-за ворот. Сложно играть без поддержки партнеров, но можно. Я бы больше смог заколотить шайб, если хотя бы пасы делали нормально. На последний перерыв ушли при счете три-четыре.
  Настроение у соратников заметным образом повысилось.
  - А новенький неплох...
  - Подпортили настроения коломенским...
  - Павел Романыч, давайте Пашу ко мне в первую пятерку передвинем!
  Последняя фраза принадлежала капитану. Тренер не возражал. Странный тут коуч. Чтобы я в свое время дал совет тренеру, пусть хоть и ценный. Не смешите мои носочки.
  На игре пришлось превратиться в помесь кенгуру и тушкана. Кроме быстрого бега еще приходилось уворачиваться от набрасывающихся торпедами на мою бедную тушку кабаноидных защитников. Но, теперь в жекиной пятерке было гораздо удобней. С капитаном мы на площадке просто сплелись в экстазе. Такое вытворяли. Скорости бы ему еще чуток. Наши противники порой казались мне неподвижными статуями. В упорном сражении загнали оба по паре шайб. Последнюю я перед самым свистком тиснул между ног хваталы.
  Что тут началось... Наши орали со всей мощи и обнимались. Зрителей на трибунах заметно прибавилось, и там тоже с ума ор радости посходили. Проводили нас со льда под бешеный рев, свист и аплодисменты. Оказалась, что я помог одолеть команду из города Коломны "Факел". Эта команда уверенно сидела в середине турнирной таблицы. И вообще, вся эта бодяга - отборочные соревнования за приз "Золотая шайба" в высшую лигу в категории от 15 до 16 лет. "Березовая роща" слила несколько игр подряд и уныло толклась в аутсайдерах одной из зональных групп. И игроки, и болельщики почти потеряли всякую надежду, что команде удастся вылезти из опасного места.
  Парни ходили по раздевалке с такими счастливыми лицами, как будто каждому досталось наследство от заокеанской бабушки. Зашел довольно улыбающийся и заметно хряпнувший не одну стопку тренер и начал долго и выспренно произносить речь. Прослушав которую, все присутствующие должны были осознать, что к этой победе причастны: школа, комсомол, партия, правительство и даже лично дорогой Леонид Ильич. Спасибо хоть, что про банкет намекнул в кафе-мороженом после игры в воскресенье, если так же хорошо сыграем. К сожалению, этот праздник пройдет без меня.
  Душа в небольшой раздевалке не было. Чтобы не залезать потными телами в чистую одежду, пацаны придумали одеваться в треники и добираться так до своих жилищ. У меня естественно никаких треников не было, как и возможности помыться. Жека правильно просёк ситуацию и предложил завалиться к нему домой. Надо идти, ведь не являться перед дядей с запахом сдохшей собаки.
  Жека жил с мамой в простой панельной пятиэтажке. Узнав про маму, с ужасом вспомнил про свои дырявые и несвежие носки. Промявкал парню, что нужно срочно кое-куда сбегать. Жека, наверно, заметил мою пожарную окраску и выпытал причину. Понятливо шмыгнув носом, он исчез за дверью и через минуту высунулся и затащил в туалет. Там он вручил мне свои чистые носки. Потом он познакомил меня со своей красивой мамой и попросил ее починить мои штаны, пока мы в душе будем намываться.
  - А ведь тебя ни на какую замену не ставили, - заявил Жека, когда мы терли друг другу спины.
  - Пришлось соврать. Меня местные ребята преследовали. Я заскочил в раздевалку, а там форма лежала. Ну, я ее и надел, - признался я.
  - Славно получилось. Если бы ты не заскочил, то мы бы не выиграли, - счастливым голосом проговорил парень, - Я так благодарен тебе!
  Заподозрив Жеку в намерении лезть ко мне и обниматься, строго прикрикнул:
  - Но, но! Обнимашки оставим до того случая, когда на наших телах будет хоть какая-то одежда. А пока что мы - голые.
  - Ладно, - согласился Жека, недоуменно пожав плечами, - А почему ты один сюда приехал? Знал ведь, наверное, что не безопасно.
  - Я вообще-то к дяде приехал, к Шумилову...
  - Шумилов - твой дядя! - возрадовался Жека, - Я очень уважаю Николая Михайловича. Это - необыкновенный человек. Много помогает нашим пацанам по спорту. Если бы не он, то не было нашей хоккейной команды. Сам он тоже спортсмен. Ты, наверное, слышал, что он - кандидат в мастера по шахматам? Участвует во всесоюзных соревнованиях. Эх, повезло тебе с родственником!
  - Никто не знает, когда он будет. Надо было в будни приезжать, - уныло высказался новому другу.
  - Будет стопроцентно с шести вечера на шахматах, - убежденно сообщил Жека, - Я с пацанами подрабатываем у него на сеансе ассистентами по субботам. Иногда он позволяет нам с ним играть бесплатно, когда народу слишком мало. Парень раскрасневшейся довольной мордой сообщил, что имеет второй разряд, и что мой дядя его зазывает на какое-то там командное первенство областного уровня.
  У меня тоже вроде как второй разряд был. Только уже давно не играю. Нет, если заняться вплотную, то сумею быстро восстановиться. В голову шаровой молнией влетела мощная идея. А не сыгрануть ли мне партеечку против кандидата в мастера и лихо этак его обыграть? А уж потом с радостной лыбой броситься в его объятия. Надо к моему Гудвину, то бишь Рею, срочно запрыгнуть и попросить отсыпать немного шахматного ума. Надел пока жекины треники. Блистать в своих семейках в присутствии красивой женщины было выше моих сил.
  Обедали блинчиками с мясом. Нет, сначала был суп маловыразительный с фрикадельками, но блинчики меня поразили до самой последней кишечной ворсинки.
  Однажды в детстве я кормил свою кошку блинами. Мама готовила тонкие блины, очень вкусные. Я сам тогда уже наелся и принялся скармливать оставшееся лакомство кошке Машке. Мария не будь дурой моментально согласилась принять участие в пищевом разврате. Блины в порядке живой очереди исчезали в ее пасти, пока не наступило пресыщение. Я продолжал морально мучить кошку, помахивая перед ее мордой очередным блином. Кошка, подумав, с отчаянной решимостью проглатывала и его, обнаруживая потом новый блин. Глумление прекратила мама, иначе я мог стать виновником убиения своей кошки посредством блинов.
  Так вот, теперь я тоже почувствовал себя той кошкой. Живот уже полон, но блинчики так манили своим вкусовым совершенством, что приходилось преодолевать сопротивление желудочных стенок. Как только при таких маминых талантах Жека оставался худым парнем, пусть и высоким, выше меня на целую голову. Он и старше меня оказался на один класс.
  Пока мы с Жекой набивали животы, его мама трудилась над моими штанами. Жека трещал обо всём похлеще Вовки. Общественник ети его. Он и капитан хоккейной команды, и комсорг класса, и на гитаре лабает, и шахматах не хухры-мухры. А вдруг и танец живота умеет? Надо будет спросить.
  Пора к Рею в небесную канцелярию, то есть в туалет. Еле вылез из-за стола, блин. Так реально сдохнуть можно. А что будет, если умереть не через сорок дней, а гораздо раньше? Причем красиво и приятственно. Например, от обжорства, или во время секса. Интересные вопросы для наставника.
  Что будет? Что будет? А ничего не будет! К Рею так и не пробился. Из-за переедания эмоции получались очень грубыми. Только напрасно торчал в туалете полчаса. Больше постеснялся. Санузел тут совмещенный. Жека уже начал за дверью озабоченно шоркать. Ну, ладно. Не получится удивить дядю, так просто по-родственному почеломкаемся. Ну и программа-минимум - зависнуть в санатории, чтобы там были бассейны, массажики, тренажерчики, знойные медички. А потом героически сдохнуть под клизмой... Стоп, стоп! Причем здесь клизма? Не хочу клизму. Что за дурацкие фантазии мне в голову лезут? А, просто одно важное звено забылось - красивая девушка, держащая клизму. Уфф! Никогда больше не буду много есть.
  Жека завел меня в свою комнату и включил магнитофон. У каждого, уважающего себя пацана семидесятых годов имелась фонотека из пластинок и катушек с записями Высоцкого, Битлов, Джо Дассена и прочих французиков-итальяшиков. Парень поиграл на гитаре. Неплохо так прозвучал. Удобоварительно. Поделился со мной мечтой организовать свой ансамбль и исполнять клёвые песни. С грустью поведал, что Шумилов вроде бы как согласился приобрести инструменты, если команда пробьётся в высшую лигу. Сейчас они безнадёжно плелись на одном из последних мест группы и готовилась к вылету из турнирной таблицы. Хорошо, что победили сегодня, но этого мало. Нужно еще несколько побед для исправления положения.
  Посочувствовал горю искреннего парня. В качестве утешения сыграл ему из Битлов "Твист энд шаут" и "Мишель". Добился восторженной похвалы нового друга. Жека заявил, что если получится создать ансамбль, то он меня непременно туда зазовёт.
  Время тикало. Решил еще раз попытать удачу и сгенерить нужную эмоцию в туалете. Оппа, получилось! Солнце, пляж, бархатный бриз и я опять голый. Где моя одежда? Совсем не смешно ни капельки. Раздался хохот из-за спины, и на мне появились цветастые шортики. Хохмач нашелся. Пусть только попадет в мое пространство, отведает моих фирменных пакостей. Нужный мне кристалл с шахматным опытом человечества Рей согласился выдать, но предупредил, что при активации сразу нескольких массивов возможны неприятные и болезненные реакции. Я ведь сглупил и не позаботился провести активацию для ранее выданного кристалла.
  Очнулся в сидящем все в той же позе на толчке тельце Чеки и сдуру сразу же начал активацию заложенных программ. Сначала ничего не чувствовалось, только нарастающая тяжесть в голове и жар в теле. Разделся до трусов, но жар всё нарастал. Голова болела просто адски. Все тело ломило, словно на нем проводились ралли на асфальтовых катках. От сильной боли я заорал. Внезапно стало так крутить, что свалился на пол туалета. Вырвало всего наизнанку. Тело содрогалось в немыслимой пляске. Изо рта хлестала дурно пахнущая масса. Из заднего отверстия тоже произошло... это самое. Катастрофа!
  Не помню, сколько времени продолжались конвульсии, но когда пришел в себя, стало совсем жутко на душе. Кругом блевотина и каки. В дверь долбил Жека и чего-то орал. Они с мамой сильно испугались и уже были готовы вызывать скорую помощь. После болезненной жути наступила странная эйфория. Жека вперся в туалетную комнату, несмотря на мое противодействие. Меня грязного загнали под душ, а мою вонючесть, вернее чикину, принялся хозяйственно убирать тряпками Жека, поминутно давясь рвотными позывами. По совету матери он несколько раз перемыл пол водой с хлоркой. Мне казалось, что я покраснел настолько, что сейчас загорятся волосы в разных местах. Еще никогда не было так стыдно. Парня еще пришлось вдобавок разорить на другие носки и рубашку. Брюки мне подали свои, починенные. Мои трусы, рубашка и свитер с ромбиками, жекины треники и носки, все было обгажено и отправлено в стирку.
  Жека и его мама восприняли ситуацию как английские лорды - с ледяным спокойствием. Еще Елена Сергеевна заставила меня выпить стакан разбавленной марганцовки. Когда мы с Жекой собрались на шахматный сеанс, пришлось испытать еще одно унижение. Оценив мою порванную обувку, жекина мать достала с антресолей старые боты сына и заставила обуться в них. Вроде как его ноги быстро растут и приходится обувь часто покупать. Я со своим сороковым размером просто утонул в них. Пришлось набить носки газетами.
  
  4.
  Суббота, 01.02.1975 г., наличка - 1 руб. 08 коп., долг - 1 руб.
  В ДКС мы притопали без двадцати минут шесть. Дядя пока еще не появился. Встретил там еще две знакомые морды жекиных друзей-ассистентов, бродящих по холлу с ошалелыми лицами. Выяснилось, что на сеанс приобрели билеты две опупенные футбольные знаменитости из команды ЦСКА - Федотов и Копейкин. А всего было куплено билетов на тринадцать шахматных мест.
  Жека со своими приятелями носились по залу вдоль шахматных столиков как кони в яблоках, расставляя фигуры. Билет на шахматную игру стоил один рубль. При выигрыше у маэстро, победитель забирает себе два рубля. Если ничья, то только свой рубль вернется. А что - справедливо. Заодно заработаю интеллектом. Спросил нового друга:
  - Куда тут рубль платить за сеанс?
  - Не торопись, Паш. Я поговорю с Николаем Михайловичем. Он тебя посадит играть бесплатно, - начал отговаривать меня Женя.
  - Он меня не помнит. Маленьким был. Как покажу себя в игре, так сразу и назовусь.
  - Ну, как пожелаешь. Давай сюда свой рубль. Сам отнесу.
  Я вытащил из кармана брюк смятую, замусоленную коричневую бумажку и передал Жеке. Подготовив площадку, ассистенты устало покидали свои кости по стульям. Заметил с удивлением, что парни не курят. Сидели, чесали языки в ожидании прихода маэстро. Зашла вновь речь о хоккее. Недавно состоялся матч между командами "ЦСКА" и "Спартак". Его даже по телику показали. "Мясо" победило. Так спартаковцев и их болельщиков прозывали фанаты других команд. У парней была такая всемирная трагедия на моськах, что я с трудом удержался от ржания. Обсуждали игру любимых нападающих: Петрова, Харламова и Михайлова. Повздыхали насчет несчастливого дня для вратаря Третьяка. Не обошлось без намеков на подсуживание судей. Разговор подкатился к планированию драки с "мясом": - "А то они слишком стали очень выеживаться". И вдруг рыжий Тоха воскликнул, показывая куда-то пальцем за моей спиной:
  - Гля, пацаны. Сам Кабан со своими дружбанами к нам гребет. Неужто по шахматишкам решил ударить.
  Вопреки прозвищу, Кабан был нормального телосложения, только излишне плечист и скуласт. С ним было еще трое шпанистых пареньков. Блин дырявый, да они же из банды злобных котов. Вот влип!
  - Ребята, это ж мясо из Просторов, Чика который. А мы его сёдня по поселку битый час гоняли. Верткий, гад. Сбежал тогда. Теперь уж не сбежит, отведает люлей без кебабов, - радостно заорал Кабан.
  Да, наследило тело где только можно. Просто лето в колхозе. Куда не ступишь - везде коровьи лепёхи. Не удивлюсь, если он уже успел ограбить пару десятков банков.
  Ассистенты уставились на меня округленными глазами. Жека вдобавок растерянно захлопал ими же, не зная, как поступить. Было понятно, что злобные коты в поселке обладали определенным авторитетом
  - Ты чё тут расселся? Давай, вали в свои Просторы! Если бы не твоя игра, то прямо щас всю морду бы тебе расквасили. И передай своим мясогрызам, что мы скоро к вам нагрянем, - вдруг завопил один из них по имени Лёха.
  Непонятно, спасает он так меня, или на самом деле озлобился.
  - Вы чё, пацаны, забыли про игру? Кто больше всех шайб коломенским забросил? Паша теперь нам друг, что бы чего раньше не случилось, - опомнился Жека.
  - Он играл под фамилией Фролов, - поддержал капитана Лёха.
  - Обалдеть! - раскрыли теперь свои рты злобные коты.
  Возникла немая сцена, воспетая классиком русской словесности.
  - Чика, ты теперь за нас? - недоверчиво поинтересовался Кабан.
  - Не, я типа Штирлица к вам внедрился. Секреты всякие выведывать буду, - сострил я.
  Все пацаны вдруг принялись ржать от облегчения.
  - Молоток, пацан! Дай пять, - восторженно воскликнул Кабан, протягивая руку, - Классно ты коломенских обидел. Мы уж собрались нашим чинковским парням лещей вломить за плохую игру, а они придумали тебя подключить. Мощная победа. Спасибо вам всем, пацаны! Мы, собственно, пришли вас поблагодарить.
  Начался обряд стуканий-бряканий обжиманий и прочих пацанских респектов.
  - Как ты со стенки на стенку прыгал, аж дух захватывало! Нереально круто! Что это было? - еще спросил меня Кабан.
  - Это такая система движений. Называется паркур, - постарался объяснить я, - Искусство красиво преодолевать препятствия.
  - Ух, ты... А где можно этому научиться? - заблестел глазами парень.
  - Можно у меня. Только времени совсем ни на что не хватает, - сокрушенно пожаловался я, изобразив печальную морду.
  - А давай мы с тобой как-нибудь встретимся, пообщаемся где-нибудь в нормальном месте, пивка притащим.
  - У нас сеанс скоро, Кабан, - влез снова Жека, - Давайте, парни, прощаться.
  Злобные коты уходили, хитро мне подмигивая. Намекали продолжить общение на взаимовыгодной основе.
  Любители шахматной игры начали постепенно подтягиваться. Ребята их встречали, принимали деньги и усаживали с одной стороны длинного ряда столиков. Всего собралось их с чертовую дюжину. Вдруг возникла запыхавшаяся секретарша директора по имени Нелли и отозвала Жеку. Он потом сообщил нам, что Николай Михайлович попал в аварию на своей машине и скорее всего не приедет. Просит отменить сеанс и вернуть деньги любителям. На пацанов было больно смотреть. Ребята размечтались поближе подобраться к знаменитостям, а тут такой облом. Тоха даже домой за фотоаппаратом сгонял.
  Сам не понял, как додумался до такого авантюрного плана. Возможно, тут сыграл свою особую роль запах денег. Если всех победить, то можно неделю, а то и пару не думать о пропитании. Сколько там после игры мне отсыплют? Я предложил такой план: меня объявляют вместо Шумилова как другого кандидата в мастера. А если любители начнут всячески возмущаться, пообещать двойную премию за победу надо мной.
  Жека уперся было, яростно мотая головой. Но остальные ребята так мощно надавили на него, что ему пришлось только махнуть рукой обречённо, выражая согласие. Меня уволокли в помещение, похожее на гримёрку. Там быстро привели мои лохмы в какое-то подобие прически. Обрядили в свитер приятной расцветки, пожертвованный одним из пацанов. Он мне оказался немного длинноват и висел до колен. Нормально, заправил в штаны и стал немножечко позадастее. Штаны остались на мне прежние - черные, расклешенные, штопанные.
  Из комнаты было все слышно, и как Жека объявлял о замене, и как он с перепугу позабыл сказать мою фамилию. Вроде не свистели, не орали, не матерились и бедного Женю не били. Все чинно сидели, ожидая маэстро - меня. Когда я появился, раздался ропот удивления, но встали, приветствуя. Я ужасно смутился, не ожидая подобного жеста. Представляю состояние участников. Какой-то малолетний шкет изображает тут неведомо кого. Сюжет из "Двенадцати стульев" с гроссмейстером Бендером. Взгляды у знаменитых футболистов красноречиво намекали на готовность ловли меня с последующим колесованием и посажением на кол, если обнаружится намек на обман. Ребята побежали делать первый ход пешкой от моего имени. Любители почти сразу сделали ответный ход. Тут я пошел стремительным комбайном. Я предложил Жеке тоже поучаствовать в благодарность за смелость и чтобы разбавить стрёмное число. Он с довольным видом уселся за один из столиков.
  Массив информации давал удивительные возможности. Голова анализировала варианты даже тогда, когда я не смотрел на доску, и выдавала нужный результат по каждой партии. Мне оставалось только подскакивать к очередному участнику и сразу делать ход. На двенадцатом ходу вынес из игры сразу двух участников. Одному влепил мат, другой попал на вилку. К пятнадцатому ходу семеро участников лихорадочно пытались найти спасение из паутины моих комбинаций. Один игрок смошенничал и по-тихому поменял место у своего ферзя. Я восстановил позицию и попросил больше так не делать. Потом мне говорили, что таких стремительных и изящных партий еще не встречали. Проигравшие не уходили, зачаровано наблюдая за событиями на оставшихся шахматных досках. Особенно бурные аплодисменты разразились после того, как я вышиб пожилого человека с бородкой клинышком, с легкостью пожертвовав ферзя и сотворив бешеную атаку на его короля.
  Футболисты держались очень хорошо. А ведь у многих сложился стереотип, что у них вся сила в ногах, на голову ничего не остаётся. Пацаны вились вокруг знаменитостей, как навязчивые мухи возле варенья, вызывая понятное удивление других участников. Не все же такие ярые фанаты ЦСКА, как рощинские пацаны. Они буквально умоляли футболистов принять какую-нибудь услугу.
  Когда после тридцатых ходов удалось загнать обоих в безвыходное положение, меня вызвали Лёха с Тохой и предложили проиграть кумирам. Иначе... Был показан кулак.
  - А чё, раньше не могли об этом сказать? - рявкнул на них.
  - А ты сам не мог об этом догадаться? - аргументировал встречно Лёха.
  Мля, положеньице! Нет, я не испугался. Просто хотелось заслужить уважение у парней. Теперь мне предстояло правдоподобно слить две позиции и потерять целых восемь рублей. У-у-у, гады ползучие! У одного вообще мат через два хода. Пришлось поиграть в поддавки, изображая случайные зевки и прочие ляпы. Актер во мне так и не родился. Сам чувствовал, что очень фальшивлю с трагическими жестами и страдальческими вздохами. Футболисты недоуменно на меня посматривали время от времени, а потом принялись в откровенно выигрышных позициях тупить. Вот, козлы мохноногие! Издеваются они, что ли? Разозлился и просто положил обоих своих королей и поздравил победителей, пожав им руки.
  - У меня к тебе разговор будет, пацан, - мрачно сообщил Федотов, задержав мою лапу.
  - Ждем тебя в буфете, - еще мрачней добавил Копейкин.
  Обреченно кивнул им своим лохматым местом. Я парень в принципе не трусливый, но сейчас вдруг низ живота похолодел.
  - Чего они хотят от тебя? - заинтересованно подскочили ко мне Лёха с Тохой.
  - Бить будут! - горестно сообщил им.
  - А давай мы вместо тебя подставимся! - радостно предложил Лёха.
  - Нет, пацаны. Не могу я вашими телами прикрываться. Спать тогда не смогу. Совесть совсем загрызёт, - все так же горестно продолжил я.
  Жека еще тут сидит, думает. Диоген хренов. Хотел парня на ничью вывести, но раз над моим шахматным либидо так надругались, пощады пусть не ждёт. Партия была сейчас в миттельшпиле с равной позицией. На жекиной морде также наблюдался полный штиль. Щас я тебе устрою шпили-вилли. У меня даже кончики пальцев подрагивали от страстного желания повалить этого жука на лопатки. Началась выматывающая игра на поиск мельчайших ошибок. Парень мощно сопротивлялся. Уже шестидесятый ход и ладейный эндшпиль. Наконец мне удалось подловить пацана и создать проходную пешку. Жека удрученно положил короля, даже носом зашмыгал обиженно. Оставшиеся с нами до конца сеанса фанаты игры от души поблагодарили меня за красивую игру.
  Занятый событиями на доске, совсем позабыл про ожидающих меня двух ногастых друзей. Ага, торчат ещё в буфете. Оккупировали столик и попивают чего-то там, мои несчастные косточки ожидаючи. Ассистенты нагло забросили свои обязанности и вились возле знаменитостей, словно мухи над сортиром.
  Дядя так и не приехал. Жека сказал, что я пока не смогу получить заработок за сеанс. Дядя что-то там должен подписать. Значит, в пролете. Потребовал хотя бы свой рубль вернуть, раз действовал с другой стороны доски. Футболисты из буфета уже машут мне конечностями, подзывая. Делать нечего, подошел.
  - Партию слил? - грозно спросил Федотов.
  Я обреченно кивнул в знак согласия.
  - Их испугался? - показал глазами на ассистентов Копейкин.
  - Нет! - возмущенно воскликнул я, - Пусть они не выдумывают.
  - Картина ясна, Боря. Надо им всыпать. Как считаешь? - обратился к своему приятелю Федотов.
  - Истину глаголешь, Володь. Надо наподдать! - согласился Копейкин.
  - Может, не надо? - с надеждой в голосе мявкнул я.
  Пацаны тоже были в шоке, но улыбки не успели стереть со своих морд.
  - Товарищи победители. Вы можете прямо сейчас получить денежный приз! - развопился Жека, подскочив к нашей компании.
  - Себе на мороженое забери, - безразлично отмахнулся Федотов.
  - Мы мороженого не потребляем. Вот если бы пивка, портвешка, то можно, - гордо заявил я.
  - Ты только посмотри на этих пионеров, Боря! - деланно изумился Федотов, - Чего из них растет?
  - И не говори! - в ужасе округлил глаза Копейкин.
  - Вообще-то мы уже комсомольцы, - уточнил на всякий случай Жека.
  - Тогда айда за нами! - скомандовал капитан армейцев.
  Мы все обречено побрели вслед за мощными парнями. По корпусам спортивного комплекса и переходам оказались в бассейне. Футболисты пошептались с фигуристым пожилым мужчиной, одетым в голубой спортивный костюм. Тот утвердительной кивнул головой. Футболисты завели нас в раздевалку и начали сами раздеваться. Я запаниковал:
  - Извините, я без трусов!
  - Не переживай, паря. У меня запасные плавки есть, - весело хмыкнул Боря Копейкин.
  Лёха и Тоха, не сговориваясь, поскидывали свои трусы и протянули мне:
  - Если ты мне друг, отдашь те плавки... Нет, мне... Ты чего лезешь, я первый спросил. А я первый трусы снял.
  Голые пацаны принялись драться за обладание плавками Копейкина.
  - Дядь Володя, может, вы тоже поделитесь своими плавками с фанатами, а то покалечат ведь морды друг другу, - попросил я за новых друзей.
  - А я чего тогда, с голой жопой должен бегать? - поинтересовался Федотов.
  - Они вам свое отдадут.
  Футболер скептически оглядел пацаньи задницы. Размеры явно не дотягивали до нужных стандартов.
  - Ладно, решу вопрос.
  Он скрылся в сторону того помещения, где мы видели мужика в голубом костюме. Вскоре спортсмен появился в черных сатиновых трусах.
  - Что с нами эти злые болельщики делают, Боря! Последнего исподнего лишают! - попечалился он своему другу.
  - И не говори! - согласился Копейкин, - Злодеи, одним словом.
  Довольные до красноты фанаты получили от своих кумиров суперкрутые раритеты. Федотов, наконец, озвучил то, чего нас ожидало:
  - Мы с Борей спецы в футболе. Вы классно играете в хоккей и шахматы. Сразимся тогда в том виде спорта, где ни у кого нет преимущества - в водное поло. Играем на желания. Согласны?
  Лёха с Тохой принялись так яростно кивать кочанами, что я побоялся, что они отвалятся. Женек не проявлял такого фанатского рвения.
  - Что же вы вдвоем будете против четверых играть? - тявкнула где-то из далеких глубин моя совесть.
  - Не боись, парень. Мы вдвоем вас разделаем под орех, - хвастливо заявил Копейкин.
  Полотенцами обозначили на бортиках ворота. Притащили надувной мяч. Правил по-моему никто не знал. Просто гонялись друг за другом, пытаясь отобрать мяч и попасть им в обозначенные ворота. Футболёры стали применять негодные средства - щекотать под мышками, чтобы отобрать мяч, топить, стягивать трусы. Было весело и совсем чуть-чуть обидно. Все-таки они нас одолели.
  Потом футболисты в раздевалке глумливо придумывали для нас наказания: от самообзывательских кричалок и бега в девчоночьих платьях до расстрела мячом наших жоп. Борей были выданы характеристики пушечных ударов ногами Федотова. По его словам, самая толстая кость в самой толстой жопе неизбежно поломалась бы от такого сокрушительного боя. Наглумившись и наржавшись над нами, футболисты вдруг изменили выражения своих лиц на виновато-просящее.
  - Парни, тут такое дело... Мы здесь в первый раз отдыхаем. А какой отдых без хороших подруг? Вы же тут всё про всех знаете. Помогите нам. В долгу не останемся!
  А у меня скоро должен был подойти последний автобус девятичасовой. Я сообщил об этом пацанам. Они вдруг взмолились:
  - А как же завтрашняя игра с люберецкими?
  - Не уезжай, Паш. Останься! Помоги нам.
  - Ты чего, Женёк, не договорился с ним? А еще капитан называется.
  - Да не успел я...
  К уговорам подключились и футболисты:
  - Давай, пацан, помоги своим друзьям!
  - Я тебя приглашу на нашу базу погостить.
  Последнее Боря Копейкин озвучил. Ну, его вроде бы никто за язык не тянул. Согласился. Чего мне терять? С тревогой в голосе спросил только:
  - А где я сейчас буду ночевать?
  К Жеке я не смогу снова пойти. Заявившись на глаза Елены Сергеевны после случившегося, сразу же сгорю на месте от стыда.
  Не дав никому открыть рот, Борис предложил:
  - В корпусах есть много свободных номеров. Мы с Вовкой оплатим, если что. С тебя оплата парой партий в шахматы.
  - Да не вопрос.
  Попрощавшись с хоккеистами, я в сопровождении Володи отправился устраиваться на ночевку. Боря остался решать животрепещущие мужские вопросы. Увидел действие харизмы знаменитости на возрастных администраторш. По-моему она даже денег с Володи забыла взять. Правда, поселила меня в двухместный номер, уже заселенный.
  На кровати поверх одеяла в одежде лежал молодой парень с благообразным лицом. Увидев меня, поднял руку в знак приветствия.
  Я подгреб к нему с приветственной лыбой:
  - Я тут малость перекантуюсь, не возражаешь? Меня Павлом звать.
  - Не возражаю. А этот болтливый журналист куда делся? Кстати, я - Геннадий.
  Не поднимаясь с кровати, он пожал протянутую мной руку. Лицо и голос показались ужасно знакомыми. Блин горелый, да это же известный эстрадный тенор Белов Геннадий. Его "Дрозды" и "Травы, травы..." все уши по радио протрындели. Нет, я не то, чтобы против этого. Но, когда слишком... Это все равно что питаться только конфетами - вкусно, но надоедает. Слипание кое-каких отверстий запросто можно подхватить. Походу, в этом санатории куда ни плюнь, непременно в какую-нибудь знаменитость угодишь.
  - Вижу, что сегодня не твой день, Гена, - вякнул, сконфуженно хихикая, - Охота в диких, хоть и березовых кущах на норовистых буйволиц требует сосредоточения и полной отдачи сил.
  - Юноша, мы, по-моему, еще на брудершафт не пили, чтобы тыкать. Даже не понятно, по какому праву тебя тут заселили, - вдруг взвился певец.
  - Ну, я этот..., как его..., композитор, - буркнул я, растерявшись и еще тише добавил, - Начинающий.
  Тенор иронично оглядел мои перештопанные брюки и поинтересовался:
  - И какие произведения вы уже сочинили?
  - Ну, там всякие... Их по радио не передают. По ресторанам если только.
  Вот влип. Сейчас эта знаменитость волну поднимет, и меня вышвырнут на улицу. Если ли в этом поселке подвалы?
  - Если хотите, я могу наиграть свою песню. Только инструментов нет с собой.
  - Делов то. Я сейчас схожу к администратору. Что принести? Гитару, виолончель, пианино? Посмотрим, какой вы композитор.
  Тенор резко сорвался с постели и скрылся за дверью. Чего он вздыбился на меня? Не вовремя я тут нарисовался. Видно парень какой-то климакс подхватил. По-умному надо бы просто уйти и не связываться. А потом подождать футболистов. Нет, не годится. Как-то не по-пацански нюни распускать. Ладно, пусть будет то, что будет.
  Гена довольно быстро вернулся, неся две гитары. Одна была шестиструнной, другая - семиструнной.
  - Выбирай любую и давай, выдавай на гора свои сочинения, - возбужденно проговорил тенор.
  - А чего мне за это будет? Я за так горло надрывать не люблю, - нагло высказался я.
  Певец хмыкнул, прошел в прихожую и вышел оттуда с коричневой рублевой бумажкой:
  - Этого хватит?
  Я взял шестиструнку, тронул струны, колками немного подправил тоны. Улегся на постелю по примеру соседа и побренчал немного ни о чем. В голове ни одной мысли - какую песню выдать. Не бацать же этому рафинированному парню токаревский шансон. Была одна песенка задушевная на рубеже восьмидесятых. Гнатюк ее исполнял - "Зорька алая". Немудрящая такая, слова легко вспомнились.
  - "Зорька алая,
  Зорька алая, губы алые,
  А в глазах твоих,
  А в глазах твоих неба синь.
  Ты, любовь моя, запоздалая,
  Не покинь меня, не покинь меня,
  Не покинь..."
  Песня закончилась. Кашлянули. В комнате обнаружился Федотов, смущенно переминающийся с ноги на ногу:
  - Мы с Борькой идем сейчас в ресторан, зубки поточить. Давай с нами. А что за песня такая хорошая? Сыграешь нам потом?
  - Я с вами, если не против, - вскочил Белов и протянул руку футболисту, - Гена.
  - Володя... Ну, пошли с нами. Как говорил великий Ибн-Бируни: - "Не имей сто рублей, а имей сто друзей".
  - А что с подругами? - невинно поинтересовался я.
  - Охотничий сезон еще не закрыт, - загадочно улыбнулся Федотов.
  Я когда первый раз увидел здание ресторана, то подумал, что попал вновь в свое время. Архитектура двадцать первого века, напоминала чем-то космическую станцию на чужой планете. Полукруглое стеклянное здание соединялось с некоторыми жилыми корпусами дома отдыха трубчатыми переходами. Само здание сочетало в себе несколько функций. Ресторан дополнялся зимним садом. Залы располагались среди живых берез. В глубине зимнего сада, но в пределах видимости, посетители могли наблюдать невероятно красивый ландшафт с каменными пригорками, в которых виднелись гроты, искусственные водопады и водоемы. Через витражи в высоких сводах здания и стеклянные стены свет заполнял помещение в светлое время суток.
  В другой части зала ближе к фойе располагалась вместительная эстрада со стоящим в глубине пианино. Рядом с танцевальной площадкой у эстрады радовала знакомым видом барная стойка и несколько столиков для бильярда. Отсутствие обычных пивных колонок и динамиков в барном ансамбле доказывало, что я все-таки не в своем времени.
  На эстраде работал ансамбль усатых и мордатых мужиков в вышиванках, чем-то похожих на "Песняров". Группа та была очень популярна на советской эстраде. Не удивительно, что многие под них косили. Песни тоже были такие... немудрящие.
  Наша четверка заняла столик и стала ждать официанта, оглядываясь в поисках объектов охоты. Выворачивали шеи, в основном, футболёры. Мы с Геной не так активно дергались при виде женских задниц. Хотя..., если что-то вдруг откатится в мою сторону, отказываться не стану. Если честно, чикинский стиль решения сексуальных проблем меня не особо удовлетворял.
  - Что-то мне лицо твое знакомо, Гена? - обратился к певцу Борис, - Мы не встречались раньше?
  - Не удивительно. Меня не раз по телевидению показывали. Я - Белов, певец. А ваша личность почему-то мне тоже показалась знакомой.
  - Ну, надо же! - азартно хлопнул ладонями по ногам Борис, - Сам Белов со мной сидит. А мы с Вовкой обычные футболисты, цеэсковские.
  Тут он опустил глазки долу. Ну, просто скромняга-парень.
  - Я знаю... Федотов, Копейкин. Вы же футбольные легенды! - воскликнул певец.
  - Какие легенды, если девушки не хотят нас признавать! - горестно махнул рукой Федотов.
  - И не говори, - поддакнул ему Копейкин.
  - А вы разве не женаты? - не вовремя поинтересовался я.
  - Так, этому молодому человеку вина не наливаем, - окрысился Федотов, - Жена - это святое, очаг семейный. Но прикуривать можно и от зажигалки.
  - А мне вина Гена нальет. Правда, Гена? - обратил я жалобный взор к певцу.
  - Конечно налью, если ты скажешь, откуда эта чудесная песня про зорьку алую, - подарил очаровательную улыбку мне тенор.
  - Ладно, пошутил я. Пошутить что ли нельзя? - обеспокоился Володя.
  Наконец-то меж березок нарисовалась пышнотелая официантка. Федотов плотоядно на нее уставился. Копейкин сделал заказ. Футболеры сразу же дали понять, что банкет за их счет. А кто будет рыпаться, моментально отведает люлей. Понятно, что телевизионным знаменитостям это было сказано в более мягком варианте.
  И тут понеслось. Закуски-пиво-крылышки куриные-пиво-жаркое из свинины с картошкой-пиво-холодец с хреном-водочка-салат грибной-газировка-салат крабовый-водочка-селедочка-водочка-селедочка-водоч...-селедоч...-водо...-селе... На эстраде среди вышиванок замелькал Гена Белов: "Вы слыхали, как поют дрозды..." Вокруг футболистов заклубились бабы попарно. Мужики в вышиванках вдруг стали танцевать канкан. Я очутился тоже на эстраде со своим мерзким голосом:
  - Вы слыхали как орут коты-ы-ы-ы?
  Нет, не те, которым прищеми-и-и-ило,
  А коты-ы-ы, весенние коты-и-и-и-и
  Мартовское громкое вопи-и-и-ло!!!
  Вон они расселись по куста-а-а-а-м,
  По балконам, крышам и по тру-у-у-убам,
  Узнаю я их по голоса-а-а-а-а-м...
  Не узнать их, право, очень тру-у-удно...
  Зал аплодировал стоя, ревя и повизгивая. Белов раскланивался, будто он все это исполнил. А мою тушку волокли к столу два футболиста. Дальше ничего не помнилось.
  
  5.
  Воскресенье, 02.02.1975 г., наличка - 2 руб. 08 коп., долг - 1 руб.
  Воскресным утром я проснулся от тормошения за разные части тела. Продрал с трудом глаза. Проявились рожи футболеров. Я лежал в кровати на животе в одних трусах, дурацких таких, в цветочках с жуками. Не помню чьи. Как только я вчера на них согласился. Одеяло валялось на полу.
  Володя заботливо поднес к моим губам алюминиевую фляжку с непонятно пахнущей жидкостью, оказавшейся впоследствии какой-то секретной смесью для опохмела. Комната была вроде бы не вчерашней, и Гены-певца поблизости не наблюдалось. А голова гудела, как улей с неправильными пчелами.
  - Вставай, дебошир. Пошли завтракать, а то дружки твои уже рыскают по корпусам, тебя ищут, - ласково пробаритонил Володя.
  - Пристрелите меня и оставьте в покое, - жалобно промямлил я.
  В ответ на это с меня сорвали последние трусы и проволокли в ванную. Там засунули под холодный душ, невзирая на мой дикий ор. Потом меня обтерли махровым полотенцем и как ребенка занесли на руках в комнату, швырнув на кровать и дав сорок пять секунд, чтобы оделся. Устроили тут, панимаш, дедовщину, кони амбарные.
  Тем не менее, через минуту мы бодро топали на первый этаж корпуса, где размещалась общепитовская точка. Там нам бесплатно было выдано по порцухе в виде каши геркулесовой с маслом, творожной запеканки со сгущенным молоком и кофе забеленный. Мелькало в пределах доступности много смутно знакомых лиц. По телику, или по инету из прошлой жизни их видел - не стал заморачиваться.
  После столовки наши дорожки со спортсменами разошлись. Они пошли на физиопроцедуры, а я поплелся ко дворцу спорта.
  - Вот ты где! - налетел на меня Лёха и развопился, - Давай скорей за мной. Наши на раскатке уже давно.
  Зря я подписался на эту игру сегодня - ни желания, ни настроения. С трудом обмундировался все в ту же форму с девятым номером. Обряжающийся рядом Лёха бросал на меня настороженные взгляды.
  - У тебя все в порядке?
  - Башка трещит! - пожаловался ему, - Нажрался вчера с твоими футболистами в ресторане. И ты еще мне трусы позорные подсунул. Неудобно как-то было перед знаменитостями.
  Не знаю, чего там подумал про меня бедный Лёха. Командовал на льду Жека. Тренера не было нигде видно. Странные тут порядки. Не представляю такое в моем времени, когда я гонялся в молодежке подмосковного "Витязя".
  Люберецкие уже приехали и раскатывались на своем конце площадки. На трибунах было полно местной ребятни, которая от нечего делать лениво задирала гостей. Увидев меня, они радостно завопили. Гости, удивленные таким шумом с трибун, тоже стали озираться на меня. Размявшись, наша компания зашла в раздевалку и нарвалась на тренера. Он расслабленным голосом провякал составы команд и снова умыкнулся. Не знаю, как Жеке, но мне пофигизм Павла Романовича был удивителен. Ни тебе напутственных речей, ни тебе беспокойства. Как я понимаю со слов ребят, каждая игра имела значение. Поставили меня, кстати, в первую жекину пятерку.
  Раздевальскую кошару звали Буней. Поскольку это имечко по идее могло быть как мужским, так и женским, то я пока не знал, к какому полу отнести зверя. Хоккейные пацаны перед матчем коллективно тискали эту унисексную кошку на удачу.
  Выкатился на лед судья и вызвал всех на построение. Жека с капитаном "Локо" обменялись рукопожатием. Потом мы поручкались с противником. На льду осталась пятерка Лёхи Левченко. Люберчане играли заметно лучше коломенских. С первых минут матча они бросились сразу в атаку.
  С учетом своего состояния, я решил опробовать новую тактику - задавить противника изначально. Когда нас с Жекой выпустили, то буквально сразу шайба оказалась в воротах "Локо". Трибуны взорвались восторгом. Выиграли сбрасывание. Атака и снова шайба в воротах. Трибуны снова взвыли. Странно, что нас тренер не менял. Устали же. Ладно, устроил проход к воротам для Жеки. Он не сплоховал и тоже забросил шайбу. Уходили на перерыв при счете три - ноль.
  В перерыве ко мне подошел тренер, пожал мне лапу и признался, что не ожидал от меня такой великолепной игры. Сказал, что я - находка для его команды. Добился таки моего опомидоривания. До сих пор не привыкну, когда вот так хвалят. Соратники по команде тоже всякие похвальбы мне мурлыкали. А Жека вообще смотрел на меня влюбленными глазами.
  Зрителей в этот день было заметно больше, чем вчера. Пятирядные трибуны с двух сторон были заполнены больше, чем наполовину. Злобные коты бесновались так, что вражеские хоккеисты побаивались к ним близко подъезжать. Заметил на последнем ряду улыбающиеся рожи футбольных знаменитостей. Приятно!
  Следующий период прошел под знаком постоянной охоты на меня. Приходилось следить и за шайбой, и за маневрами игроков, пытающихся меня пришпилить к борту. Пару раз грубо ударили клюшкой. Зря они меня разозлили. Наказал их знатно. Наколотил с соратниками им еще три гола. Шесть - ноль.
  - Думаю, что победа у нас в кармане! - возбужденно высказал мудрую мысль рыжий Тоха.
  Бешеные нагрузки и драйв меня встряхнули и настроили в почти нормальное состояние от последствий вчерашней попойки, но чувствовалась сильнейшая усталость от двухдневных спортивных ралли. Тело вроде бы не особо мне сопротивлялось, но по-прежнему забирало много сил.
  - Парни, а можно я на третий период не пойду? - обратился я к команде, - Подустал я малость.
  Ребята вразнобой заголосили:
  - Пусть отдыхает. Выложился. Сами добьем люберов. Согласен, капитан?
  Ответить Жека не успел. Ввалился в раздевалку защитник Серега из третьей пятерки и восторженно заорал:
  - Пацаны видели, что люберецкие оделись и ушли из раздевалки к своим автобусам.
  - Это что получается - они сбежали, поджав хвост? - присоединился к серегиному ору Лёха.
  - Еще ничего не известно, погодите радоваться, - попытался охладить радость Жека, - Выходим на лёд, как обычно.
  Прав парень. Всё надо делать официально. Куда только тренер опять запропастился? Алкаш чёртов.
  Мы вылезли из раздевалки и столпились на поле. Пацаны с трудом сдерживали нетерпение. Появился судья и представитель спортивного комитета, торжественно объявивший, что по причине болезни нескольких основных игроков, команда "Локо" из Люберец вынуждена отказаться продолжать матч. Победа со счетом шесть-ноль присуждается команде "Березовая Роща". Трибуны взревели от восторга. Мы пошли переодеваться.
  Нарисовался тренер. Покачался, помычал сначала, а потом принялся произносить выспренные речи. С удивлением узнал, что мы исполняли какой-то долг. Сбрендил совсем. Я никому никогда и ничего не должен. Пока, на всякий случай. Поболтав языком, тренер стремительно исчез, ничего не прояснив насчет вечеринки в кафе-мороженое. Походу, она накрылась медным тазом и приказала долго жить.
  Настроение упало ниже плинтуса, но не только из-за тренера. Я присел на лавку возле своего шкафчика и почувствовал, как из меня стремительным потоком уходят силы. Тело словно мстило за насилие над собой сознанием. Подошел Жека и чего-то сказал. Даже ответить не мог. Все мышцы сковала слабость и боль. К ногам добродетельно привалилась Бунька, пытаясь своими слабыми кошачьими силами принести пользу. Парень испугался и умчался куда-то и быстро вернулся с полным мужчиной в очках. Так в трениках и бежал по улицам, наверное. С помощью пацанов меня раздели. Врач осмотрел меня и сделал укол.
  - Странные симптомы, непонятные, - заявил он.
  Мне действительно полегчало. Жека стал выспрашивать о случившемся. Объяснил все это перетренированностью. Надо же чего-то сказать. Посмеялся, что массажист команде нужен. Потом, когда одевался, вслух помечтал о минералке. Не ожидал, что сам Жека тут же куда-то снова метнется. Даже неудобно как-то стало. Очень благодарен мне был капитан, что его команда второй раз выиграла.
  Хоккеисты покрутились возле меня и стали понемногу расходиться по домам. Когда они выходили из раздевалки, с улицы доносились восторженные крики болельщиков. Чего там творилось, можно было только догадываться. Со мной остались только Жека и его самые близкие друзья-ассистенты. Они суетились вокруг и помогали мне одеваться, когда в раздевалку влетели Федотов и Копейкин:
  - Где наш герой? Чего это он не выходит?
  - Здесь я. Подустал немного после игры, - мявкнул я со своей лавки.
  - Эге, как тебя развезло! Знаем это состояние. Надо тебя быстрыми калориями подкормить. Пошли в медкорпус, там договоримся насчет капельницы с глюкозой.
  - Зачем капельница, если есть кафе-мороженое. И вкусно, и приятно, - высказался Жека, - Только сначала ему помыться бы надо.
  - Ничего... Помоется в бассейне, - распорядился Володя.
  На площадке у раздевалки почти никого не осталось, только несколько совсем мелких пацанов чего-то радостно пропищали нам вслед.
  Пока наша кодла намывалась в душевой бассейна, знаменитости куда-то слиняли. После душа все полезли в воду релаксировать. Поблизости рассекали водную гладь, словно круизные лайнеры, толстопузые отдыхающие. Внезапно материалировался официант, несущий на подносах кучу креманок с разноцветными шариками мороженого. Вслед ни ним шагали футболисты, неся в руках бутылки с ситро и пивом, и стаканы. Сласти были водружены на бортик бассейна.
  - Парни, налетаем! - провозгласил Боря Копейкин.
  Мы не заставили себя долго ждать. Вкусности исчезли со скоростью ураганного ветра. Понятно, что после спортивного поединка нутро сильно соскучилось по калориям. После мы лениво побросали мячиком в подобие водного волейбола. Пацаны по-прежнему млели от присутствия знаменитостей, лезли к ним и расспрашивали обо всем. Те больше отшучивались анекдотами. Наторчавшись до гусиной кожи в воде, все принялись выкручивать мне все руки на предмет проведения сеанса одновременной игры в шахматы. Я отнекивался, собравшись свалить к себе домой на пятичасовом автобусе. Футболисты клятвенно пообещали добросить меня куда нужно на своей машине. От такого предложения было трудно отказаться. Пошли всей гурьбой в ДКС. Пацаны пожертвовали домашним обедом, боясь пропустить каждую минуту общения с кумирами.
  Ассистенты натаскали шесть шахматных столиков в фойе. Футболисты настоятельно попросили меня играть в полную силу на этот раз. Только начали сеанс, как стали собираться зрители на просмотр отечественного фильма. Название картины, что показывали, кажется было "Случай с Полыниным". Смотрел когда-то в прежней жизни этот фильм про войну. Созерцательный такой. Мне он понравился не знаю чем. Может быть, добротной игрой известных актеров Анастасии Вертинской, Буркова, Ефремова Олега.
  Увидев мою лохматую рожу, тут же начали сбегаться ко мне разные любители шахмат с упреками, что их не известили о начале сеанса. Пришлось подсаживать желающих и подтаскивать дополнительные столики. Леха с Тохой вылезли из-за столов и превратились в ассистентов. Собрали деньги с участников, кроме, конечно, знаменитостей. Получилось двенадцать рублей. Некоторые пожертвовали просмотром фильма ради шахмат. Были кое-кто из вчерашних участников, в том числе бородка клинышком.
  Вот эта бородка с Жекой вместе больше всех меня донимала своим сопротивлением и занудным думанием. До сорокового хода держались. Панфиловцы просто. Большинство я вынес из-за столов почти в начале партии. Кое-кто на сеанс фильма даже успел попасть. Футболистов я завалил ближе к тридцатому ходу. Играли парни грамотно, основательно. Однако, этого против меня оказалось недостаточным. Лёха с Тохой на этот раз на меня не злились. И на том спасибо. На часах было начало восьмого, а в брюхе кишки подвывали. Мороженое с ситром насытили, но ненадолго. У пацанов тоже были голодные глаза, но они мужественно терпели все неудобства. Это не укрылось от глаз футболистов. После сеанса спортсмены повели нашу четверку в уже знакомый мне ресторан. Мне вдруг стало неловко. Уже второй вечер прокатываюсь на шару. Толкнул Жеку:
  - Мне за сегодняшний сеанс будет хоть какая-нибудь копейка?
  Жека помялся и опять высказался в том ключе, что нужно сначала отчитаться перед Шумиловым. Понятно. Огорченно махнул рукой. В кармане всего рубль с медной мелочью остался. Догнал Володю и Бориса и сообщил, что мне ужинать ну совершенно не хочется. На что спортсмены сурово на меня цыкнули и сказали, что сами горят желанием угостить нашу шахматно-хоккейную шайку за прекрасную игру.
  Когда мы ожидали заказ, откуда-то вынырнул полупьяный Геник Белов и напустился на меня с претензиями, что я пропал и что у него ко мне есть дело. Я пообещал, что непременно с ним встречусь. Он сунул мне свою визитку и отвалил к своей компании. У моих пацанов глаза были с полтинник. Наверное, тоже телик уважают смотреть.
  Напитались котлетами пожарскими, картофельным пюре и салатом витаминным. Еще отведали пивка с копченой рыбкой. Вот, во время пивной стадии появилась Елена Сергеевна в поварском халате и набросилась на сына:
  - Ты чего удумал по ресторанам шляться? Для кого я столько всего дома наготовила? Пиво начал пить?
  - А вам, молодые люди, не стыдно мальчишек спаивать? - обратилась она непосредственно к нашим знаменитостям.
  - Они, уважаемая мама Евгения, уже не мальчики, а мужчины, которые героически победили соперников в выдающемся хоккейном матче. А за пиво извиняйте. Много им пить все равно не дадим. Только несколько глоточков... Витаминов там есть много... Бэ шесть, Бэ двенадцать, микроэлементы всякие, - бормотал Боря, стоя перед разгневанной женщиной и прижимая руки к сердцу.
  - Алкоголь там прежде всего, - резко высказалась женина мама, - Ладно, чтобы пиво больше не пили.
  - Лично мне мама не запрещает пить пиво, - похвастался Лёха, когда женщина отошла от стола.
  - А мне даже покупает иногда, - признался Тоха.
  - А я с маман исключительно водочкой балуемся на пару, - вставил и я свои три копейки.
  - Куда мы с тобой попали, - ужаснулся Федотов, - Сборище малолетних алконавтов.
  - И не говори, - махнул согласно рукой Копейкин.
  Попрощался с пацанами и Федотовым у выхода после окончания застолья. К Белову я не стал подходить, так как он был пьян в хлам, как и его спутники. С Борей мы прошли к стоянке машин. Вскоре вечерний морозный воздух разорвал свет фар и выкатилась коричневая машинка, не похожая ни на одну из отечественных моделей. Я запрыгнул на переднее сиденье.
  - Хорошая у тебя машина, Борь. Иномарка? - сделал комплимент футболёру.
  - Это не моя, а Федота. Бьюик пятьдесят девятого года. Но мне он иногда доверяет рулить, - доверительно сообщил Копейкин и пристально на меня посмотрел.
  Наверное, ожидал, что я чуть ли не сознание потеряю от осознания того, что еду в такой машине. Пришлось мордой исполнить восторги, хотя, если честно, мне это тарахтящее чудище не особо нравилось.
  Ехать далеко не пришлось. По прямой трассе затратили всего минут двадцать. Боря подвез меня прямо к подъезду. Вокруг машины сразу же столпилась и принялась млеть дворовая пацанва. Надеюсь, что не узнают, кто в салоне сидит, а то вообще поумирают от восторга. Приглашать домой знаменитость по понятной причине не стал, да и спать хотелось зверски. Борис спросил номер моего телефона. Узнав, что у меня его нет, вырвал из блокнота листок бумаги и черкнул свой московский номер.
  - Звони, не пропадай. А если вздумаешь пропасть, то мы тебя все равно разыщем, - хохотнул он на прощание, пожав мне лапу своей мускулистой дланью.
  Дома меня встретила алконавтика во всем своем великолепии. Это такая область бытия, которой любят предаваться советские граждане в свободное от построения коммунизма время. Япономама принимала на кухне соседку Алевтину, живущую этажом ниже. Эта дама с вечно опухшим лицом неопределенного возраста была всегда всем недовольна. На столе располагались: бутылка водки, порезанная селедка почему-то на газете, хлеб, тоже порезанный. Маман пьяно обрадовалась:
  - О, сЫночка моя пришла!
  Лучше бы не улыбалась. Теперь эта лыба меня будет ночами преследовать. Зубов чересполосица. Не менее пьяная соседка злобно таращилась на меня своими совиными глазами. Наверное, углядела во мне конкурента на бухло. Все! Меня это достало! Идите вы все на... Отключился.
  Мог и не отключаться, а просто уйти на второй план и передать руководство телом ее истинному хозяину. Вот только я реально устал и спать хотелось немилосердно.
  
  6.
  Понедельник, 03.02.1975 г., наличка - 2 руб. 08 коп., долг - 1 руб.
  Понедельник - день тяжелый. Эту древнюю истину я познал на своей шкуре. Проснулся от звона в ушах. Сильно болела голова. Лежал голышом на разложенном диване, а не в своей комнате на кровати. Голова почему болит, догадывался. Этого тощего ковбоя все-таки напоили добрые самаритянки. Не поскупились, суки. А почему я без трусов лежал? Чекино сознание пока молчало, ничего не выдавало. Звон в голове не прекращался. Вдруг до меня дошло, что это в дверь звонят. Нашёл и натянул трусы. Почесывая тощее пузо, направился в коридорчик открывать дверь. На пороге нарисовался Медик с расквашенной мордой:
  - Ты чё не одетый ещё? Скоро первый урок. Мне сегодня нельзя опаздывать, сука. А чё такой злой?
  Как же все достало... Эти все Чики-Медики, японаматери, школы. И мутило так сильно, если бы кто-то знал. Теперь Вовка узнал. Изверг из себя поток дурнопахнущей жидкости прямо на его куртку. Он с воплями отскочил, но было поздно.
  - Чика, чё ты наделал? - чуть не расплакался Вовка.
  - Иди в туалет, замой. Все будет нормально, - мрачно посоветовал ему.
  Я молча ушел в комнату и сел на диван, пытаясь успокоиться. Обидел хорошего парня. Вон как в туалете завывает, замывая курточку. Чикина память немного пришла в себя и доложилась о событиях вчерашнего вечера. Нажравшись водярой, Алевтина не придумала ничего лучше, как предложить свое бальзаковское тело бухому пацану. Если женщина просит, то галантный Чика не откажет. Разложили диван. Алевтина встала на четыре кости. Видимо, водки оказалось более, чем нормально. У пацана не встало. Тетенька переключилась на оральный массаж чикиного достоинства. Но эффект оказывался кратковременным. Пока жирная Алевтина громоздилась над худеньким тельцем пацана, у него всё успевало увянуть. Неудовлетворенная женщина злобно убралась восвояси, а парень так и уснул непокорённым.
  От этих знаний меня еще раз вырвало прямо на ковёр. Но это оказалось ещё не всё. Оказывается я, то есть, мое тело проявляло галантность не только с Алевтиной. Охренеть можно. Среди поклонниц моего тощего пионерского тела зафиксировались в сознании ещё кое-какие тётки, некоторые до стадии беременности. Соседка наша Анка-пулеметчица, к примеру. А у неё ведь уже бегали два сына-школьника. Слава всем богам, что не от меня. Старший пацан всего на год младше меня был. Свою кликуху она поимела за способность выстреливать залпами слов в спорах и скандалах. От этого Чики я бываю в перманентном ужасе: - "Что ещё можно ожидать от этого кренделя"?
  Внезапно вспомнил о деньгах в кармане брюк. Лихорадочно порылся там - пусто. Стал бегать и осматриваться вокруг. Обнесли, твари! Получается, что я ещё и заплатил за этот секс. Чорд, мне же еще старушке-соседке надо рубль вернуть. Медик выплыл из туалета и начал возмущаться тем, что я по-прежнему в труселях по комнате рассекаю. А я плюхнулся на диван, расслабился и включил Чику.
  - Ты чё здесь делаешь? - удивленно спросил он у Медика, очнувшись.
  - Жду, когда ты належишься, сука.
  - Бл..., уже утро?
  - У тебя что, опять с головой не в порядке?
  - Бухал вчерась. Ничё не помню... А чё у тебя на морде лица?
  - Потом расскажу. Давай, скорей одевайся! Если я сегодня опять опоздаю, батя меня окончательно убьет, сука. Одному не хочется. Пошли! - высказался Вовка.
  - А чё твоя куртка воняет?
  - Сам же её уделал, и ещё удивляется. Одевайся, давай.
  Чика медленно и недовольно собрал по разным углам шмотки и напялил их на себя, не обращая внимания на вонючую кучку блевотины посередине комнаты.
  - Курево куда-то делось. Никак найти не могу, - пожаловался он другу.
  - В школе стрельнёшь, как всегда, сука. Возьми только портфель и учебники, а то не пустят, как в прошлый раз, - напомнил Вовка.
  - А что у нас сегодня?
  - Физика. По алгебре контроша. Потом литература и география. И еще физра. Мне Алеша сказал тебе передать, чтобы ты из шкафа забрал свои тренировки. Воняют на всю раздевалку.
  - Сам ты воняешь, Медик, - обозлился Чика.
  По дороге в школу Медик завалил своего друга своими вопросами:
  - Куда ты делся? Чего меня не позвал, сука? Правда, что тебя на импортной машине привезли?
  - Да ты чё, Медь, окончательно с дуба рухнул? Не было никакой импортной машины, - возопил Чика.
  Медик ненадолго заткнулся, но потом с еще большим запалом стал рассказывать свежие новости. Выяснилось, что в субботу вечером Ганс с Кирей скооперировались и созвали просторских пацанов на махач с константиновскими конями. Рослый пацан с параллельного класса "б" Киря обычно враждовал с Гансом и его вэшниками, но на время боевых действий против чужих, объявлялось водяное перемирие. Чика с Медиком примыкали к группировке Кири с бэшниками, потому что в своем классе других шпанистых пацанов не водилось. Ганс мстил исподтишка за это Чике, но Кирю побаивался. В Константинове местные дали отпор просторским. Даже денег не удалось сшибить. В драке Медик и схлопотал на губы блямбу. Его отец в этот раз не стал пороть сына, но пообещал найти меня и разобраться.
  - Я то здесь каким боком? - возмутился Чика.
  - Все равно пока моему бате не попадайся на глаза, пока у него злость на тебя не остынет. Он если узнает, что я с тобой опять вместе, пообещал так напороть меня, что задница для сидения станет полностью непригодной, сука, - со значением глядя на друга, сообщил Медик.
  - Понятно, придётся таиться. Не привыкать... - равнодушно хмыкнул Чика.
  Немного помолчав, Медик продолжил:
  - А ты классно в четверг пел. Пацаны только о тебе говорили...
  - Кому я пел? - обалдел Чика.
  - Всем, - удивленно ответил друг, - Опять стал придуриваться, сука?
  - Да иди ты в баню. Не пел я никому. Ни в четверг, ни в пятницу, - возмущенно заорал Чика.
  Друзья вошли в школу и наткнулись на группу дежуривших ребят-восьмиклассников. Те хотели заставить надеть красные галстуки, но увидев Чику, неожиданно отпустили с миром. Не только шпана, но и правильные семиклассники старались уже не носить эти символы эпохи, особенно после того, как в октябре некоторые из их класса стали носить комсомольские значки. Но пионервожатая Варвара продолжала исходить истерикой, если обнаруживала пионера без красного галстука и требовала от дежурных строго следить за этим.
  - Хочешь, сам Шило подтвердит, что ты пел еврейские песни? - предложил Медик.
  - Чего? - перекосился Чика.
  Медик пожал плечами, а Шило сам подошел к ним и начал, захлебываясь от восторга, рассказывать, как его брат офигел от песен Чики, и что он хочет встретиться с ним.
  Друзья осторожно просунулись в кабинет физики на первом этаже. Валерия Аркадьевна, маленькая улыбчивая женщина, заметив их, жестом пригласила войти.
  - Надо же, - усмехнулась она, - Скоро конец света наступит. Пришли и почти не опоздали самые отъявленные двоечники Медведев и Чекалин.
  Друзья хмуро отмолчались на привычные учительские наезды. Только вознамерились занять свою любимую заднюю парту у окна, как были остановлены учителем и вызваны к доске.
  - Чекалин, напомни мне тему прошедшего урока? - спросила физа.
  В чикиной памяти ответа не нашлось. Медик неожиданно назвал тему. Это удивило учителя.
  - Хорошо, Вова, садись! Послушаем сначала Чекалина, у которого положение аховое. А ты его дополнишь, - предложила учительница.
  - Чего рассказывать? - старательно тупил Чика.
  - Чего знаешь. Понятно, садись. Медведев к доске! - скучным голосом сказала физа.
  - Он у доски боится выступать. Дайте ему задачку какую-нибудь. Он справится, - тихо попросил учителя почти на ухо, вылезший на первый план я.
  - Ладно, пусть, - согласилась с моим предложением немного удивленная Валерия.
  Печальный Вовка подошел к столу и был отправлен обратно за парту с задачником в руках. До конца урока он должен был решить хотя бы одно упражнение.
  Еще более опечалившись, он обреченно прошептал мне:
  - Теперь домой лучше не возвращаться. Придётся в подвале заночевать.
  - Может, вместе попробуем, - предложил ему.
  Задачки оказались для возродившегося школомена суперпростенькими. Я строчил на вырванных листиках ответы и пододвигал несчастному другану, а тот старательно списывал мои каракули в свою тетрадку. Перед окончанием урока он с обречённой физиономией положил листок с ответами на стол учительнице.
  - Невероятно, но ты решил двенадцать трудных задач! - прошептала она и, обращаясь к классу строго спросила, - Что происходит? Никто не помогал Медведеву? Признайтесь, пожалуйста, я не накажу.
  Прождав небольшое время, заявила:
  - Придется тебе ставить отличную оценку. Давай дневник. Поздравляю, заслужил!
  Пацан чуть в обморок не грохнулся. Потом, в приливе благодарности тисканул мне плечо. Ладно, джин сделал свое дело - джин должен уйти. Ушел.
  Чудеса для Чики продолжались. На перемене многие мимопроходящие школьники пытались пожать ему руку, жестом, мимикой, словами выразить свое уважение. Некоторые напевали:
  - С добрым утром, тетя Хая! Вам привет от Мордыхая...
  Или:
  - Эх, хвост, чешуя. Не поймал я ни х...
  После перемены нагрянула алгебра с ее контрольной, варианты были выписаны на доске. Я снова решил помочь Вовке. Мне все больше нравился этот искренний паренек, дружащий с таким уродом Чикой. Поэтому и вылез на первый план.
  - Смерть моя пришла, сука, - трагическим шепотом сообщил Вовка, многозначительно косясь в мою сторону.
  - Не ссы, прорвемся! - утешил его.
  Совершенно не понимаю, чего тут можно бояться? Я решил всю контрольную в голове, едва взглянув на выписанные на доске варианты. Нужно сравнить квадратные корни чисел. В квадрат возвести и все дела. Порешал на листочке и передал Медику. Оставшееся время до звонка рисовал рожицы в тетради. Прозвенел звонок, все сдали свои работы. Я свои рожицы тоже.
  - Ну вот, а ты боялся, - толкнул я в бок друга.
  Тот облегченно вздохнул, а я вновь сбросил управление на партнера.
  На уроке литературы Валентина Васильевна рассказывала о творчестве Маяковского. Никогда не любил этого поэта. Тетка-педагог забавная, вернее, её голос. Говорила громко и с такими интонациями, что казалось, будто она на базаре торгуется. Если её удавалось завести на ругань, то густой голос повышался до визга, а слова сливались в набор звуков и теряли смысл. Выглядела малопрезентабельной, небольшого роста, довольно полной. На рыхлом и дряблом лице злыми пуговицами торчали маленькие глазки. На голове была закручена из крашенных красно-рыжих волос прическа в виде пирожка.
  Чика глазел по сторонам, разглядывая лица одноклассников, вернее девчонок. Некоторые выглядели вполне так зрелыми и на мордочку приятственными. Особо тут нечего надеяться, но смотреть просто так тоже интересно. Чикина память отмечала худенькую молчаливую девочку с круглым лицом - Бекетову Ленку. Она сидела на первой парте с толстой Светкой Романовой. Обе отличницы. А что? Неплоха кобылка! С другой стороны, даже если я ее закадрю. Что дальше? Изнасилование малолетней? Гулянием за руки под луной и вздохами на скамеечке я ведь не смогу удовлетвориться...
  До конца урока досидеть не удалось. Мои размышления прервал нарастающий визг. Кто-то испортил воздух в классе, а крайним как всегда оказался Чика. Досталось и Вовке почему-то. Литра вопила как сигнал воздушной тревоги несколько минут без передышки. Тело вывернуло галстук и напялило на свою мрачную рожу. Получилась маска Зорро. Это окончательно вывело женщину из себя. Произошёл выгон чикиного тела из класса. Вслед за ним вымелся и Вовка с кислой мордой под аккомпанемент раздраженного до самых высоких октав голоса учительницы:
  - Сил уже больше нет терпеть этих клоунов! Всю кровь до капли выпили! Чтобы без записки от Николая Николаевича на мои глаза не попадались.
  Кровососущие клоуны пропустили эти сентенции мимо ушей и скрылись за дверями с буковкой "м".
  Как-то само собой получилось, что я окунулся в чикины воспоминания касательно конфронтации с этой учительницей. Оба питали друг к другу лютую ненависть, и на это были свои основания. Истоком этой ненависти послужили случайные события. Как любой хулиганистый подросток, Чика любил всякие экстремальные забавы. А случайной жертвой оказывалась Валентина Васильевна.
  Как-то раз ей нужно было прийти домой к матери Чики. Тогда япономама еще не так сильно квасила. Пашка как обычно играл с соседскими пацанами в свои хулиганские игры. Они ловили кошек по чердакам, привязывали к ним тряпки наподобие парашютов и спускали затем в лестничный проем. Одна из таких кошечек спикировала прямиком на голову идущей по лестнице литры, расцарапав ей щеку. В окровавленном виде и сбитой набок прическе литра напугала чикину мать до икоты.
  Другой случай произошел во дворе летом. Мальчишки во главе с Чикой готовили ловушку для девчонок. Они натягивали черные нитки между деревьев и поджидали жертв. Вечером нити трудно увидеть. Девчонка в своем платьице будет скакать по дорожке, запнется, упадет и покажет смеющимся пацанам трусики. К великому огорчению злодеев, на дорожке вдруг возникла толстая фигура литры. Дальше описывать, что было, лучше не стоит.
  Но самое гнусное и коварное злодеяние Чика совершил примерно месяц назад, перед Новым Годом. Он еще в сентябре вместе с Кирей подломили аптеку. Она размещалась на первом этаже жилого дома. Худое тело позволило глубокой ночью пролезть через форточку и отпереть дверь подельникам. Пока Киря и еще пара его дружбанов искали деньги и наркосодержащие препараты, Чика крал коробки с вкусными сиропами, глюкозой и гематогеном. Случайно среди его добычи оказались и красочные коробки с резиновым изделием номер два. Подельникам ничего не обломилось, может быть, к счастью. Поскольку ущерб аптека получила небольшой, дело спихнули на местного участкового, вполне справедливо посчитав, что не обошлось без рук местных хулиганов. Пётр Петрович обстоятельно поработал над этим делом и добился определенных успехов, расколов какого-то алкаша, живущего в этом же доме.
  Пашка никак не мог понять, зачем людям нужны эти дурацкие штучки. Шпилить тёток в них не так приятно, как обычно. Шарики только если надувать. Понемногу он начал их раздавать приятелям и даже одноклассникам. Было весело их надувать и отправлять в полет, и они летают некоторое время с противным свистом и падают на головы учеников. Еще их можно наполнять водой из крана и бросать с высоты на головы прохожим.
  В один пасмурный декабрьский день в кабинет директора школы Николая Николаевича зашла уборщица Марья Ивановна и пожаловалась, что не в первый раз выгребает из кабинета литературы в большом количестве мокрые гондоны. Так же было известно, что Валентина Васильевна нередко задерживалась допоздна в своем кабинете. Изумленный до крайней степени директор решил пока ничего не предпринимать. Спустя некоторое время уборщица донесла, что обнаружила такие же мокрые гондоны на этот раз в спортивном зале возле снарядов. Преодолев приступ сильнейшего шока, директор снова решил еще немного выждать.
  А дальше завьюжили слухи, что пожилая и рыхлая учительница литературы и русского языка Валентина Васильевна устраивает оргии после уроков с моложавым, подтянутым и худеньким учителем физкультуры Алексеем Ивановичем, которого все за глаза называли Алёшей. Просто Мадагаскар какой-то!
  Перед литературой, была перемена, на которой паразит Вовка запустил один из своих презервативов в полет, который закончился на потолочном плафоне. Когда литра вошла в класс и начала урок, резиновое изделие, покачавшись, чвакнулось на раскрытый классный журнал, расположившись на нем как закладка. Валентина Васильевна в этот момент писала на доске тему урока. Открылась дверь и вошел Николай Николаевич. Школяры встали из-за парт. Литра тоже его поприветствовала, а побагровевший директор ничего не смог сказать раззявленным ртом. Выйдя из ступора, директор молча повернулся и неуверенной походкой вышел из класса.
  Очевидцы рассказывали, что потом Валентина Васильевна выскочила из директорского кабинета вся всклоченная и в красных пятнах, будто после драки. С этого момента и началась холодная война литры и Чики, периодически перемежающаяся горячими стадиями.
  На географию Пашка решил не пойти, зависнув в туалете со школярами из младших классов. Над Медиком же завис дамокловым мечом батин ремень, поэтому ему пришлось тащить свою многострадальную задницу на урок, горестно вздыхая и оплакивая проигранные двадцать копеек. Чика промышлял игрой в трясучку. Его тонкие пальцы творили чудеса. Они ловко придавливали нужные монеты, увеличивая шансы на выигрыш. Чтобы мелкота не разбежалась, он давал им иногда выигрывать. До большой перемены в двенадцать ноль пять тело натрясло восемьдесят копеек и настреляло три сигаретки. Этот парень от голода точно не подохнет.
  Большая перемена по понедельникам сливалась со спаренными уроками физкультуры по договоренности с Алешей, чтобы потом можно было уйти домой пораньше. У Чики было освобождение, но физрук все равно заставил его присутствовать. Возможно, он был серьезно обижен из-за пашкиного отказа участвовать в лыжных соревнованиях. Чика устроился на скамеечке спортивного зала и пялился на девочек в трусиках и маечках.
  А Бекетова очень даже неплоха. Фигурка точеная, ладная. Светкины буфера ненормальны для ее возраста. Прыгать с ними ей противопоказано. Вот если на центрифуге ее раскрутить, взлетела бы точно. Ладно, это уже чикины фантазии, не мои.
  Обе подружки сражались в волейбол в одной команде с Медиком и безнадежно сливали игру. С ними были еще пара девочек и один малорослый, но относительно спортивный пацан. Какие-то они были сейчас вялые, амебистые. Вовка пахал за всех, прыгал бешеной саранчой, вопил раненым оленем, но это мало помогало. Мне оставалось только сочувствовать издали другу.
  - Вот..., - сказал он, подойдя ко мне, когда они окончательно продули.
  Его глаза смотрели обиженно и обличающе.
  - Что, вот? - хмуро удивился Чика.
  - Мог бы помочь нам выиграть.
  - С хера ли?
  - Алеша пообещал по пятаку победителям... - горестно вздохнул Медик.
  Ах, вот оно что! Шпанистый пацан Медик вдруг начал коллекционировать хорошие отметки, а лучший друг теперь обязан для него таскать каштаны из огня.
  После раздевалки и душа друзья попёрлись домой к Вовке жирануть приготовленных его родичами супца вермишелевого с фрикаделями и котлеток с жареной картошкой. Хорошо так упало всё в желудок. Родичи вовкины все по дежурствам торчат. До вечера их не будет. Интересно, как разрешится судьба его задницы по итогам сегодняшних отметок? Перевесит ли пятёрка по физике литературную двойку? Вовка повздыхал со значением насчет домашки по геометрии. После сегодняшних моих выкрутасов он увидел во мне корифея.
  - Медь, тебе чё, константиновские совсем голову отшибли? С чего ты взял, что увлекаюсь геометрией? - раздался возмущенный голос Чики.
  - А впрочем, была - не была. Попробовать стоит, - сказал уже я.
  Быстренько сработал домашку и насладился довольной моськой друга. Кроме геометрии и алгебры нас завтра ожидала ещё история. Английский из-за отсутствия учителя должен быть отменен.
  Потом мы сидели и пялились от скуки в телик. Вовка вдруг полез расстегивать себе ширинку, а я срочно вытащил на передний план партнера.
  - Медь, не ссы. Я с Юркой Лебедевым завтра переговорю. Он тебе даст домашку по геометрии списать, - внезапно вякнул воскресший Чика.
  Медик глаза выпучил и про игрушку свою забыл. Ой-ей, надо срочно чего-нибудь делать. Снова вылез.
  - Шютка... Кергуду! Видел бы ты свою рожу, Медь. Пойду я к себе домой. Бывай!
  Надо быть осторожней. С учетом болтливости другана в такие перипетии можно залипнуть. Дома застал мать в обществе татуированного хмыря. Увидев меня, мать вскочила и вышла ко мне навстречу.
  - Тебе когда на работу? - строго спросил я.
  - Дык, к восьми вечера.
  Я выразительно посмотрел на часы. Было около четырех.
  - А этот что здесь забыл?
  - Пашенька, есть совсем было нечего. Вот Лёша принес еды...
  - Ага, и питьё.
  - Слышь, малец, не мельтеши. Иди садись с нами, или пшел уроки свои делать, - сипло высказался хмырь.
  - Ты на работу пойдешь, или нет? - решил прояснить позицию до конца, хотя и так было уже понятно, что в таком состоянии она годится только для участия в рекламе о вреде алкоголя.
  Блин дырявый, походу, пролетает очередная работа для япономамы, как фанера над Парижем. Надо бы сгонять и провентилировать возможность подмены. Кажется, у неё с прежнего раза там остались кое-какие знакомые подруги. Не говоря больше ни слова, накинул курточку и поскакал в больницу по замерзшим улицам.
  Белое, четырехэтажное здание больницы находилось в том же квартале, что и школа. Из наших общих с маман знакомых в памяти всплыли одна немолодая санитарка и две медсестры. К великому моему ужасу, все из моей клиентуры. С другой стороны, это обстоятельство могло теперь позволить мне слегка надеяться на помощь этих тёток в разрешении проблем с трудоустройством япономатери.
  Пройти вахтера не составило труда, потому что уже наступило время посещения больных родственниками. В приемном отделении строгая сотрудница выдала мне белый халат и сказала, куда идти. Нашел знакомую медсестру. Она намекнула, что могла бы договориться насчет подмены, только уже слишком поздно.
  Работать на такой грязной, непрестижной и малооплачиваемой работе находилось мало желающих. Редко в какой больнице вакансии были заполнены хотя бы наполовину, и то на дневные смены. Неожиданно в голову вперлась дикая мысль по поводу собственной кандидатуры. Попытался ее отогнать, но потом подумал, что япономама тогда окончательно с катушек съедет, и мне около сорока дней будет не слишком сладко жить в таком советском элизиуме.
  - Теть Надь, а можно мне поработать за мать, пока она болеет? - обреченно поинтересовался.
  - Ты сегодня поработаешь, а завтра мне начальство последнюю печень выест, что ребенка эксплуатирую, - решительно затрясла лицом медсестра.
  Я продолжил канючить:
  - Помните, как к тёте Галине дочка приходила помогать? Мне бы только разик продержаться, а потом мать оправится, и сама будет справляться. Помогите, а? А если кто будет спрашивать, то можно соврать, что санитарка отошла ненадолго. А я только ей помогаю по-родственному.
  Медсестра задумалась со скептическим выражением лица и решилась:
  - Ладно, поговорю с ночным врачом. Кого там сегодня принесёт на мою голову? Только тебе это будет кое-чего стоить! Понятно?
  Женщина уставилась на меня красноречивым взглядом голодной вдовицы.
  - Понятно, не маленький, - горестно кивнул я головой.
  Времени до дежурства было ещё много. Я сказал об этом Надежде.
  - Ладно, иди домой, отдохни. Только к восьми чтобы был здесь как штык, - согласилась медсестра.
  С печальной мордой побрел обратно домой. Еле заметно, где-то глубоко скребанулась мысль, что у маман проснется совесть, и она сможет выполнить свою санитарную миссию. Однако, дома я встретил совершенно окосевшую парочку на кухне за бутылками. Грустно выматерившись, я потопал в подвал.
  Там нашел основных завсегдатаев, включая Вовку. Они резались в сику на деньги. Увидев меня, моментально полезли за гитарой. Развлекать пацанов уже осточертело, если честно. У кое-кого на меня вроде как условный рефлекс выработался, как у собак Павлова. Как я только появляюсь, то сразу гитару суют. Нафиг-нафиг! Льву Бонифацию каникулы положены.
  Сел играть со своими восьмьюдесятью копейками и продулся со страшной силой. Вот уж не везет, так не везет! В итоге остался должен Медику рубль шестьдесят. Ему, кстати, здорово поперло. Незаметно подкралось время идти на работу. Я попрощался с пацанами и уныло потащился в больницу.
  На этот раз вахтер отказался меня пропускать. Пришлось вызванивать Надежду. Вскоре подошли медсестры ночной смены. Они с Надей тихо пошушукались, понятное дело про меня.
  Меня заставили переодеться в синюю курточку и штаны. В комнатульке с ведрами и тряпками, где я переодевался, ютились еще кухонный столик и топчан. Потом меня проинструктировали насчет обязанностей, тряпок, полотенцев, простыней и моющих жидкостей. Короче, я должен относить утки с отходами жизнедеятельности неходячих больных, помогать ходячим добираться до туалета, вымыть полы во всем отделении и палатах утром перед сдачей смены. Надя уговорила одну из медсестер замениться. Та с некоторым удивлением согласилась:
  - Ты же дневная, раньше ведь на ночную не соглашалась?
  - Катюш, ну нужно мне...
  Надя, кстати, помогла мне принять смену у дневной санитарки с грубым, монголоидным лицом, проверив качество вымытых полов и стен.
  С первых минут понеслась звезда по кочкам. Звонок один от постели больного означало вызов меня, два звонка - медсестры, три - дежурного врача. Больные не заморачивались и почти всегда давали один звонок. Я прибегал и выяснял на месте, что на самом деле был нужен врач, или медсестра. В основном, приходилось подавать тяжелым больным утку, а потом ее выносить в туалет и замывать прибор в моечной. Еще требовалось воду поднести, или чего-нибудь ещё из тумбочки. Самым удивительным было то, что в палатах с тяжелыми больными болели и нормальные ходячие, но меня всё равно гоняли по всякому поводу. Один старик так меня просто задолбал, заставляя ему подавать то яблоки, то книгу, то полотенце. Зато некая старушка по имени Авдотья всячески привечала. Вызывала, чтобы сунуть то кусок пирога, то шоколадку, то еще чего-нибудь съестное и приятное.
  В общем, носился я по отделению угорелой кошкой с взмыленной жопой. Еще приходилось ворохать тяжелых больных, помогая медсестрам делать перевязки и уколы. Старался все исполнять добросовестно, понимая, что при первом косяке моя карьера санитарки моментально закончится.
  Один вызов особенно запомнился. В женской палате позвала меня девушка с переломами. Ей нужно было сделать одно маленькое, но деликатное дело. Увидев пацана, девушка смутилась и попросила позвать женщину. Я признался ей, что санитаром этой ночью буду только я и взмолился меня не прогонять. Я так расписывал горячим шепотом жуткие наказания, которые последуют от начальства, если я не окажу больному помощь, что девушка улыбнулась, как не силилась остаться серьезной.
  - Хорошо. Только не поднимай одеяло. Я сама продвину. Я смогу.
  Еще сильней смутившись, она подала судно.
  - Меня Пашей зовут, если что... - не вовремя брякнул я.
  Девушка ничего не ответила, только отвернулась с улыбкой.
  На посту я прочитал, что девушку зовут Инной, по фамилии Филатова. На её Жигуль последней модели наехал грузовик. Ушибы и гематомы мягких тканей, внутренних органов, головы, множественные переломы ребер, ноги и, самое главное, позвоночника. Ей угрожала реальная неподвижность. Почему я про это знаю? У меня товарищ после Чечни с таким диагнозом в инвалидном кресле оказался. Мля, девушка с такой красивой внешностью и будущий инвалид. Несправедливо!
  Доктор Леонид, флегматичный молодой парень, поначалу косился в мою сторону недовольно. Только после того, как я помог обработать разбившегося на мотоцикле парня, потеплел ко мне отношением. В целом за ночь было только две доставки "скорой помощью" в наше отделение. Чуть не забыл: от меня ещё требовалось транспортировать лежачих больных из приемного отделения на наш этаж и принимать участие в санобработке, если это было нужно.
  Около полуночи Надежда зазвала меня в сестринскую. На столике красовались откупоренная бутылочка вина, тарелка с нарубленными бутерами с колбасой и сыром, перья лука зеленого. Из радиоприемника лилась приглушенная эстрадная песня Эдуарда Хиля. На диване развалилась в белом халате вторая медсестра Татьяна. Возрастом и фактурой она была такой же, как и Надежда, только в отличие от той была не блондинкой, а брюнеткой. По моему внутреннему ощущению, обе были крашеными. Блондинка была цветом блеклой соломы, тогда как брюнетка была прокрашена более качественно и ядовито. В принципе, мне масть любая подходила, вот только формы не соответствовали моему вкусу. Обе были малость полноваты. К тому же, я чувствовал себя не в своей тарелке. В общем, у меня не получилось. Как там Чика со своим агрегатом справлялся?
  Дамочки, посовещавшись, решили применить ко мне французские меры воздействия. Очень так качественно обработали. Дальше все пошло как по маслу. Сначала на меня влезла Надюха и скакала, пришпоривая моего бедного конягу. Потом выполнил обязательную программу по Татьяне. Та даже визганула случайно на все отделение. Надежда её чуть не пришибла, перепугавшись. Потом меня разморило, и я уснул в сестринской.
  
  7.
  Вторник, 04.02.1975 г., долг - 2 руб. 60 коп.
  Разбудили меня около семи утра. Нужно было приступать к мытью пола в коридоре, в кабинетах и туалетах. Набухал в ведро теплой воды хлорки и принялся шоркать шваброй по линолеуму. Целый час возился, потому что тяжелых болезных развезло на срач, и они постоянно меня отвлекали.
  Передачу дежурства провел снова с помощью Надежды. Была сочинена легенда, что санитарка Чекалина срочно домой убыла. Чего-то там с трубой якобы произошло и соседей снизу залило. А ее сын, значит, помогать матери пришёл. Пожилая санитарка с благодушным хохлушечным лицом не вредничала и даже пирожками с капустой угостила из своего тормозка. Мне осталось только резво переодеться в чуланчике и покинуть больницу. Еще долгое время ощущались запахи формалина и испражнений.
  Домой забежал на пару секунд чтобы переодеться и портфель забрать. Сладкая парочка храпела из темной. Кухня была завалена бутылками, объедками и очистками. В некоторых бутылках плескалось немного водки. Забросить в зоб было совершенно нечего. Вздохнув и плюнув, я поплелся на первый урок геометрии.
  - Чика, чего от тебя такой духман, будто в аптеке обосрался? - невинно поинтересовался Вовка.
  - Это твои нюхательные рецепторы барахлят, - лениво отбрехался от него.
  Спорить с другом не было ни желания, ни сил.
  Елена Ивановна кроме алгебры вела и этот предмет. Прежде, чем приступить к уроку, она объявила результаты вчерашней контрольной по алгебре. Медик получил пятерку, я же двойку и замечание в дневник за хулиганские рисунки. Умирающий от счастья Вовка долго не мог поверить своим глазам. А одноклассники так просто впали в анабиоз. Зрелище в очередной раз получающего пятерку Медика для них было равнозначно летающему крокодилу. Представляю, что теперь будет у него дома твориться.
  Учительница рассказала новую тему, потом велела сдать тетради с домашними работами. Я придерживался тактики Чики: - "Если можно ничего не делать, значит нужно ничего не делать". Поэтому ожидалась очередная двойка по геометрии. На алгебре получил трояк, ответив на какой-то ерундовый вопрос у доски.
  Урок Английского языка заменили на Русский, поэтому нас с Медиком опять радостно вышибли из класса. Толстая литра сделала это с торжествующей улыбочкой и пожеланиями поскорей попасть в колонию для малолетних. Эти её слова да отцу вовиному бы в уши. Сама бы тогда имела бледный вид. Я вытащил из себя Чику и поперся в туалет зарабатывать на прожор своей растущей тушки, а Вован умотался по своим делам.
  Мне попались двое пятиклашек. Тело не теряя ни минуты принялось их окучивать в трясучку. Талантливо раззадорив пацанов, Чика сразу стряс в свой карман четыре пятнашки. На историю Чика, поймав волну, решил не ходить. Тем более, что в перемену набилось в туалет куча школяров. Даже пройти мимо, чтобы отлить приличным пионерам было затруднительно.
  Бенефис моего рукодельного тела злобно прервали на пике коммерческого оргазма. Ворвались трое комсомольских парней с целеустремленными мордами и принялись обшаривать карманы. Тело к этому времени почти два рубля мелочью промыслило. Короче, отняли всю выручку, волки форшмачные, и из туалета повыгоняли. Чё за беспредел тут творится?
  Хорошо что Медик после уроков в благодарность за свои успехи, вознамерился меня отблагодарить столовской едой. Намекнул ему ещё и долг мой простить по-дружески. Парнишка подвигал сосредоточенно мышцами своей моськи и высказал мне финансовую амнистию.
  Неожиданно перед столиком нарисовался Славка Лешуков по прозвищу Леший, комсомольский бог. А это уже становится интересно. Парень он мощноватый, боксом занимается. В отличие от многих активистов имел реальный авторитет у школяров. Благодаря ему уличная шушера, типа Панка, боялась сунуть в школу свой нос. Леший молча уселся и уставился на меня. Чика тоже молча и настороженно доедал свои котлеты. Пора мне выходить на арену играть свой номер.
  Поиграв в гляделки, Леший вдруг улыбнулся и спросил:
  - Пацаны говорят, кто ты классные песни играешь?
  Я скорчил задумчивую морду.
  - Они малость не в советскую тему. Их можно только по подвалам выть, - высказался, пожимая плечами.
  - А давай, ты нам сбацаешь, а мы сами решим? - предложил комсорг.
  - Что, прямо сейчас?
  - Нет, лучше завтра.
  - А подвал будет? - хихикнул я.
  - Зачем подвал? У Ангелины в музыкалке соберемся, - не понял моего юмора Леший.
  Выступать не хотелось, но денежная проблема и обида за расправу в туалете вынудила пойти навстречу.
  - А что я за это буду иметь?
  - Не бойся, не обидим, - Леший подмигнул, - Ну как, договорились?
  Я театрально выдержал паузу и объявил:
  - Уже обидели. Твои комсомольцы ограбили меня в туалете. Отобрали все деньги из карманов. Пусть возвращают, тогда поговорим.
  Я сделал движение чтобы вылезти из-за стола. Леший остановил меня, взяв за руку.
  - Сколько у тебя забрали?
  - Два рубля с копейками...
  - Держи трешник. Давай завтра в три в зале музыкальной школы.
  - Заметано.
  Комсорг пожал мне и Вовке лапы на прощание и убрался из зоны видимости. Я задумчиво проводил его взглядом.
  - А мне можно будет с тобой? Я ведь все-таки друг тебе, - отвлек меня от разных мыслей голос Медика.
  - Рискни, - пошутил я.
  Задумался я о том, что несерьезно относился к своему симбиоту. Кроме знатной игры на мелочь и лазания по форточкам, он ведь еще чего-то может сотворить.
  - Смотри, председатель наш сюда чешет! - гыгыкнул Вовка.
  - Что за председатель...
  Я оглянулся и увидел, что к нашему столику пробирается Ленка Бекетова. В голове всплыло, что она и есть пионерский председатель совета отряда нашего класса. Я позабыл, что кроме старосты, еще есть другие руководящие должности. Ленка и комсоргом вполне могла стать, если бы поторопилась пораньше родиться, как ее подруга Светка, которая, кстати, и была теперь старостой. Сейчас в классе всего трое комсомольцев, а комсоргом сделали хорошиста Юрку Пономарева. Мне лично пофиг на эти расклады, тем более, что они все в упор меня не замечают.
  - Эй, отсталые! - насмешливо крикнула Ленка, - Заседание совета отряда будет пятым уроком. Чтобы были оба.
  Причем смотрела так, как будто нас нет, как будто мы с Вовкой внезапно превратились в мелких бацилл. Блин жеванный, но до чего же приятно смотреть на ее строгое лицо.
  Ленка смерила нас на прощанье оценивающим взглядом на предмет, дошли ли ее слова до нас, вздохнула и ушла по своим делам.
  - Опять макулатуру заставят собирать, - горестно шмыгнул носом Медик.
  - Скорее про подвиги Павлика Морозова в уши вкручивать будут, - предположил я свою версию.
  Вспомнилось боевое чикино детство. Еще с младых ногтей парня отличало скептическое отношение к идеалам. В первом классе его не хотели принимать в октябрята, потому что он надругался над портретом Ленина в пионерской комнате, пририсовав ему два клыка снизу как у сказочной бабы Яги. В октябренки его все же приняли, но вот с пионерством отношения не завязались. До шестого класса его туда не пускали.
  К тому же в семье Чики начался разлад. Отец ушел к другой женщине окончательно. Мать начала употреблять алкогольные напитки. Градус чикиного хулиганство вознесся до апогея.
  В третьем классе он натер носы коммунистическим классикам на барельефе, висящем в школьном коридоре на первом этаже, красной краской. Материал барельефа оказался такой, что краску оттереть так и не смогли, и его пришлось убрать. С этого зловещего преступления и начались препоны в пионерской карьере.
  В кабинете литературы все уже собрались, нетерпеливо поглядывая на Бекетову, которая стояла возле учительского стола. За ним сидела литра. Почему-то в классе расположилась и комсомолка Светка Романова. Когда наши с Вовкой костляво-вертлявые задницы занеслись в помещение, литра кивком головы скомандовала, что можно начинать.
  - На повестке дня сбора нашего пионерского отряда три вопроса..., - начала, немного волнуясь, Ленка, - Осуждение агрессии американских империалистов против мирного Вьетнама. Потом выдвижение кандидатур для приема в члены ВЛКСМ. И последним пунктом нашего собрания будет рассмотрение недостойных званию пионеров поведения двух членов нашего отряда - Чекалина Павла и Медведева Владимира.
  - Прежде чем приступить к рассмотрению этих вопросов, предлагаю удалить посторонних, - высунулся я с задней парты.
  - Это кто тут посторонний? - взвизгнула литра.
  - Все, кто на данный момент не являются пионерами, - вежливо пояснил я.
  - Я - член партийной ячейки школы и имею право контролировать работу совета отряда, - взвилась учительница.
  - Если вас уполномочила на то ваша ячейка, то покажите протокол этого решения? - еще более вежливо предложил я.
  - Ничего я вам, шаромыжникам, не собираюсь показывать, - взревела литра.
  - У нас открытое собрание. Можно любому присутствовать, - вовремя вмешалась Ленка и, не дожидаясь продолжения перебранки, провозгласила, - Слово по первому вопросу предоставляется Абрамовой Наталье.
  Девчонка Натаха еще ничего из себя не представляла, то есть не имела положенных для данного возраста грудей. А еще была нудной зубрилкой. Ее слушать было тоскливо и зёвно. С учетом недосыпа, я так сладко выворачивал свою челюсть, что заразил этим весь класс. Получалось вроде волны на стадионах. Только нужно было не вставать, или руками взмахивать, а дружно зевать. А когда она закончила ныть, то все в классе с завидным энтузиазмом приняли единогласно проект постановления в защиту мира в Индокитае. Ну да, американские империалисты прям таки до обморока напугаются нашим постановлением и моментально прекратят бесчинствовать. Довеском к этому решению последовало предложение сдать по три копейки в фонд мира. Взамен выдавалась марка. Ее можно было наклеивать на парту, на стены, на лоб соседу, вообще куда неуемная фантазия подскажет. Могли бы просто попросить, я бы в два раза больше заплатил и марок не взял. Только пусть мне объяснят технологию борьбы за мир. В чем это выражается? Да, ладно! Мне не жалко трех копеек. Пусть на эти средства борются в свое удовольствие те, кому все равно делать нечего.
  Рубль на монеты никто не хотел менять. Даже к литре подкатился с этим предложением. Она даже дернулась испуганно, словно я ей перепихон предложил. В общем, Вовка снова за меня заплатил. От всех этих мыслей и проблем слегка взгрустнулось и навеялось хулиганистой песенкой моего веселого детства "Проснулся я в овраге...":
  - ...За эти три копейки
  Вся жопа в малофейке...
  Вроде бы только для вовкиных ушей было продекламировано. Кто знал, что у литры такие локаторы мощные. Ей бы на подводной лодке плавать, мины обнаруживать. С другой стороны если посмотреть, лодка с ее наличием просто не всплывет, или только кверху пузом.
  Опять начался скандал. Самое смешное, что никто не понимал из-за чего. Если бы кто еще мог понять, что за слова выбрасываются из жерла ее орущей глотки. Так и подмывало попросить председателя вывести дебоширку из класса. Наругавшись всласть, она быстро успокоилась.
  По второму вопросу Ленкой был зачитан список тех, кого по возрасту можно было принимать в комсомол. Получилось восемь девочек и всего три пацана. Девчонок в нашем классе на самом деле было заметно больше, почти две трети. Меня, кстати, в этом списке не было, несмотря на то, что чикин день рождения состоялся еще в прошлом году в октябре. Вдруг вылезла литра и предложила придержать трех школяров:
  - Они учатся неважно. Пусть подтянут успеваемость, тогда и поговорим.
  Я в отличие от некоторых деликатно так поднял руку и дождался разрешения выступить. Высказался в том ключе, что нельзя смешивать общественную деятельность и учебу. К тому же учеба во многом зависит от качества работы учителей.
  Опять заклокотал грязевой вулкан из непонятных ругательств на мою голову. Когда он исчерпался, собрание проголосовало предварительно в пользу всех одиннадцати кандидатов. Им было предложено подготовить что-то типа автобиографии с описанием своих заслуг и грехов. А уже после, по итогам обсуждения, проголосовать за каждую кандидатуру окончательно. Договорились провести для этого специальное собрание через неделю.
  По третьему вопросу наши две гордые, но, к сожалению, пока еще тощие фигуры были выставлены на всеобщее обозрение перед классом и подверглись осуждению тремя одноклассниками: двумя девчонками и пацаном Ситкарёвым Сергеем по прозвищу Сита. Вот они гниды подзаборные! Знали бы мы с Вовкой о такой заподлянке, ни за что не проголосовали за прием их в комсомол. А Сита этот никакой даже не пацан. Ботан самый настоящий. Парень вроде бы рослый, плечи нормальные есть, но не компанейский какой-то, валенок. Видно было, что эту троицу натаскивала сама классуха. Короче, клеймили нас с Вовкой во все возможные и невозможные места. Основным обвинением были не конкретные проступки, а некий расплывчатый образ жизни и вредоносное влияние на окружающих. В конце каждого выступления предлагалось исключить нас обоих из пионеров и вынести на совет дружины школы предложение поддержать это решение.
  Смотря в безучастные лица одноклассников, я понимал, что все они были готовы сделать так, как подскажет литра. Мне лично было пофиг, только Вовку жалко. Отец его тогда просто изувечит. Неожиданно выступила Бекетова и предложила ограничиться в наш адрес последним предупреждением и пока не исключать. Литра что-то такое прочувствовала своим толстым чревом, какое-то изменение в настроении класса, и решила напоследок хотя бы поунижать нас с Медиком. Нас принудили произнести покаянные слова и всякие обещания. Литра распалилась и сама принялась надиктовывать предложения, а мы только повторяли, сначала Вовка, потом уже я. Но, если Вовка искренно винился и каялся чуть ли не до соплей горючих, то я всего лишь играл роль кающегося грешника. Придумал говорить еле слышно, и получилось, что каялась на самом деле сама Валентина. Многие заметили эту несуразность и заулыбались. На голосовании большинство было за наше помилование. Некоторые тормоза все же проголосовали за изгнание, но погоду не сделали.
  После завершения собрания, мы с Вовкой пошли в туалет. Вовка еще долго обмывался в умывальнике, гася пунцовую рожицу. Я же просто дожидался когда все разойдутся, не желая на сегодня видеть рожи своих одноклассников.
  У выхода из школы я заметил одиноко стоящую и уже одетую в белое зимнее пальто ленкину фигурку. Она явно кого-то ждала.
  - Медь, давай ты сейчас домой без меня метнешься. С Бекетовой надо пообщаться, - предложил другу.
  Он понятливо кивнул, оделся и шмыгнул на выход. Я подошел к нашему председателю. Она по-прежнему смотрела мимо меня, словно не желая опорочить свой взгляд лицезрением моей персоны.
  - Лен, спасибо тебе, что защитила от Валентины, - осторожно начал я.
  Нет, все же взглянула на меня как-то даже заинтересованно.
  - А ты очень сильно изменился, Павел. Взгляд, жесты, походка, даже голос по-моему стал другим. Будто тебя подменили.
  Уголки губ немного дрогнули в едва заметной улыбке. От нахлынувшей мысли бешено заколотилось сердце и сперло дыхание. Подумать только! Оказывается, эта недотрога давно за мной наблюдает.
  - Ты меня раскусила. Меня действительно подменили. Инопланетяне на тарелочке прилетали... Мое настоящее имя - Кал-Эл.
  Хмыкнула. Показалось, что с трудом сдерживает себя, чтобы не улыбнуться.
  Неожиданно для себя предложил:
  - Хочешь, я тебя до дома провожу?
  - Нет! - резковато ответила она, затем немного мягче пояснила, - Я Свету жду. Обычно мы вместе ходим.
  - А в кино можно тебя пригласить? - не отступал я.
  - Потом поговорим. Ты иди, давай..., - заволновалась Ленка.
  Я понял, что позади меня нарисовалась Романова и, отвесив прощальный кивок, выскочил на морозную улицу.
  Маман в квартире отсутствовала, как и ковер, который я облевал. Вот и прекрасно. На кухне по-прежнему царило запустение. Мне кажется, что в пещере у неандертальца было бы гораздо чище. Даже заходить туда было стремно. Вид объедков напомнил мне о долге перед старушкой-соседкой. Вытащил предпоследнюю коричневую бумажку из портфеля и понес отдавать долг. Таисия Степановка вышла в банном халатике и сильно удивилась тому, что я не позабыл вернуть рубль. Наверное, она уже мысленно попрощалась с ним.
  Все, в койку и спать. Блин засохший, еще тридцать четыре дня в этом времени куковать! Только расслабился в постели, как рявкнул звонок. Медик что ли приперся звать на прогулку? Если так, то мучительной смертью он не отделается. Не стал одеваться. В трусах и босиком пошлепал в прихожую. За дверью оказался майор Медведев во всем своем милицейском великолепии. Я молча пропустил мента в квартиру. Тот снял бушлат и фуражку и с немного удивленным лицом прошел в зал. Наверное, ожидал, что я обделаюсь со страху, или начну трястись перед ним. Я показал на диван. Майор присел и жестом предложил мне сесть возле него.
  - У меня к тебе серьезный разговор, пацан. Сегодня моего оболтуса чуть из пионеров не исключили. Отступился бы ты от него. По-хорошему прошу. Чего тебе, других пацанов мало?
  - Ладно, не вопрос. Скажу ему. А дальше пусть он сам решает. Взрослый уже человек, - покладисто высказался я.
  - Тоже мне взрослый... Мозгов у вас еще - кот наплакал. Короче, чтобы к сыну моему больше не подходил, а не то...
  - Что "не то"? - мне стало интересно, что этот мент собирается предпринять в отношении меня.
  - Узнаешь. Только поздно будет.
  - А если точнее?
  - Мать твою за тунеядство можно привлечь. А тебя в детдом.
  - Не выйдет у вас этот каменный цветок. Мать на работу уже устроилась, в больницу санитаркой. А ещё у меня сестра есть родная. Опекунство может оформить. Так что...
  Блин, чуть язык не показал ему как дитё малое. Что за дебильные эмоции меня иногда одолевают?
  - С участковым вашим Панасюком переговорю. Рано, или поздно он тебя на чём-нибудь поймает. И тогда тебе светит дальняя дорога, бубновый интерес.
  - Ладно, я попозже сильно испугаюсь. А то мне чего-то очень спать хочется. До свидания, товарищ капитан, - промявкал я постным голосом и зевнул для убедительности.
  Не знаю, как для Чики, но для меня подобные угрозы срабатывали обычно с противоположным эффектом. Если Медик не спрыгнет, то я со своей стороны постараюсь не прерывать наших отношений.
  - Ты, парень, перепутал. Я уже майор, а не капитан, - вдруг опомнился мент, направляясь на выход.
  - Если начнете нарушать законы хоть на йоту, чтобы мне навредить, то станете, - все тем же тоном произнес, захлопывая дверь перед самым носом вовкиного отца.
  Сон испарился под влиянием драйва от встречи. Меня даже потряхивало от адреналина в крови. Этот бычара в погонах меня пугать вздумал. Хе! В мозгу крутились все нюансы встречи. И мое существо поневоле заполнялось неудовлетворенностью, что не использовал все возможные словеса и подколки. Захотелось догнать мента и продолжить разговор, сопровождая его глумливой улыбочкой. Вот только тогда он точно закончился бы битьем моей наглой морды посредством волосатых ручищ.
  По телику, по единственной программе показывали такую унылую хрень, что я сразу же выключил его. Книг в квартире не было категорически. В подвал тащиться тоже не желалось. Послонялся по квартире в своих трусах. Немного убрался на кухне, а то там даже тараканы от ужаса инфарктами исходят и бухнул наконец-то в кровать с намерением как следует выспаться.
  
  8.
  Среда, 05.02.1975 г., наличка - 2 руб.
  Теплым счастливым котом мою рожу к подушке придавила блаженная истома и осознание, что не потребуется изнасиловать себя всего, чтобы встать в дикую рань, в стылую темень. Спать можно по крайней мере до четвертого урока, до химии. Литра на свои уроки все равно не пустит, к моему счастью. Чем меньше я буду мельтешить в этом времени перед аборигенами со своими заморочками, тем меньше проколов огребу. А то так и до дурки недалеко.
  Откуда-то издалека доносились странные рычания. Фу-ты, это же маманя с хахалем дуэтятся в своей конуре. Как им самим этот храп уши не режет? Пришлось вставать и прошлепать в туалет. Там в аптечке набрал ваты, чтобы сделать для ушей беруши.
  Заснуть снова не удалось. Перед глазами всплыли картинки вчерашней позорной экзекуции и торжествующее толстое лицо литры. Только теперь осознал, как выглядел в глазах одноклассников и Бекетовой. Жаркий стыд обдал с макушки до кончиков пальцев на ногах кипятком. Нет, я сегодня в школу определенно не пойду. Пусть волокут хоть в колонию, хоть в дурку, куда угодно. Только отстаньте от меня всего на месячишко с небольшим.
  Может, повторить финт, опробованный в игре с люберами - задавить своим превосходством всех учителей сразу, и пусть только попробуют ко мне приставать ещё. Тогда партнёра точно подведу, выбившись из привычного образа. Что там в этом случае предрекал мой небесный приятель? Помутнение рассудка. Было бы чего там у него мутить.
  А если прикинуться больным? В больницу залечь с каким-нибудь воспалением. Там кормят сносно. Продержусь до дня Х, если раньше от скуки не сдохну. Лучший вариант в санаторий к дяде залечь. Там знаменитости гуляют, бассейн, кафе-мороженое. Друзья там классные появились - лучше и не надо. А тут Чика все напортил. Куда не кинь, везде мины.
  Недовольно заурчал, напоминая о себе, пустой живот. Перед глазами почему-то возникла Бекетова в странном декольтированном платье. Её маленькие грудки были почти что обнажены. Она присела возле меня и принялась кормить как больного с ложечки манной кашей. Бр-р, что за бред? Я не о Ленке, а о еде. Нет бы, чего-нибудь более существенного предложить. Девчонка послушно переключилась на кормление пельменями.
  Лежать стало невыносимым. Все бы отдал за тарелку запашистых пельменей со сметаной, вплоть до последней девственности. Если бы она еще хоть как то сохранилась. Пожалуй, стоит заглянуть на химию и попялиться на Бекетову. Все равно на концерт к Лешему потом придется тащиться. А на большой перемене наемся до отвала традиционными котлетами, денег теперь у меня имеются.
  За размышлениями стрелки на часах незаметно подгребли к одиннадцати. Я вскочил, почистил зубы и оделся. Парочка в темной комнате по-прежнему усердно исполняла храповицкую. Бросив грустный взгляд на кухню, я побрел в прихожую напяливать на себя верхнюю одежду.
  Дежурных у входа в школу не было. Они обычно исполняли свой странный долг только до второго урока, поскольку во многих классах занятия начинались в такое время. Я удовлетворенно потрогал ситцевую материю в кармане и поскакал по бурлящим переменой коридорам к кабинету химии. Медика заметил издалека, стоящим возле окна с фикусами. Он виновато на меня посмотрел и опустил глаза.
  - Привет, Медь! Че хмурый такой? Из-за отца? - сочувственно поинтересовался я.
  Тот печально кивнул в ответ.
  - Вчера он ко мне приходил. Угрожал, что посадит, или в детдом загонит, если я с тобой буду общаться. Если хочешь, то не дружи со мной. Я не обижусь, - подбадривающе улыбнулся ему.
  Теперь Вовка возмущенно затряс мордочкой:
  - Не, я тебя не предам!
  - Пороть будет! - убежденно высказался я.
  Вовка вдруг хитро улыбнулся и сказал:
  - Не будет. Он только с литрой сговорился. А на её уроках мы раздельно сидеть станем. Если кто другой нас выдаст, то ты же с ним разберешься?
  - Разберусь, - заверил я повеселевшего друга.
  Химия прошла без происшествий. Училка Дина Денисовна нас с Вовкой не дергала и давала новую тему про водород. Сама она была ещё молодой, но некрасивой из-за излишней костлявости. И какой-то жутко скучной. Я чуть не уснул к концу урока. Бекетова в своем стиле смотрела принципиально мимо меня. Да и остальные ашники нас с Вовкой будто не замечали, только актив Пономарев буркнул после урока, что меня Варвара Николаевна искала, которая главная по пионерам. Ну, пусть ищет, авось обрящет. Еще я узнал, что классный час уже состоялся вместо урока Английского, и что Валентинка была сильно раздосадована моим отсутствием.
  Вовка решил со мной пойти в столовку на большой перемене. Обычно тут зависают более старшие классы, потому что у них бывает по пять и даже по шесть уроков. Наших уже никого не было. Мне и другу было снова организована "зеленая улица". Всегда кто-нибудь, да найдется здесь из ценителей подвального искусства. В меню царили котлеты и суп вермишелевый. Я устроил себе котлетное изобилие. Так как отдельную котлету мне не захотели продать, прошлось брать и двойной гарнир из макарон. Еще кофе с пирожком с повидло себя угостил. Почти рубль без нескольких копеек потратил.
  Внезапно нарисовался Ганс со своей шпаной. Они расселись за соседними столиками и поглядывали в мою сторону. Я старательно делал равнодушный вид, хотя настроение заметно упало. Он набрался наглости и пересел за мой столик. Для затравки разговора, Ганс дружески улыбнулся и начал вспоминать недавние фанатские битвы. Вовка тоже включился в этот разговор и угодливо подсказывал Гансу всякие детали историй. Смысл этого трепа: пацаны не должны обижаться по пустякам. Мне накостыляли и я накостылял - ничья. Потом он стал намекать, что у него есть какая-то такая мощная крыша, и что мне с Кирей быть не с руки. Короче, он предлагал мне быть в его кодле. Я обещал подумать, лишь бы отвязаться от этого мутного кренделя.
  Вовка ушел с вэшниками, но пообещал заявиться на мое выступление в музыкалке. Ну, а мне нужно теперь думать, как убить два часа. Не придумал ничего лучшего, чем бродить по многочисленным переходам школы. На улице сопли морозить не хотелось.
  Своими переходами, соединявшими разные части, школа напоминала спрута. Некоторые переходы были приспособлены под разные надобности. Самый длинный расширили и сделали дополнением библиотеки. Я там посидел и почитал газеты. Кстати, записался, ломая стереотипы. Очкастая библиотекарша не удивилась, или только сделала вид. Выяснилось, что дядя двоюродный не прост: уже год, как избрался районным депутатом. Мне он нравился все больше и больше. Читать вскоре тоже надоело. Зевнув, пошел слоняться дальше.
  Музыкальная школа располагалась на первом этаже двухэтажного строения и начиналась после перехода с большого холла, превращенного в подобие концертного зала. Здесь стояли рояль и несколько рядов стульев с традиционными пальмами в кадках. Коридорчик дальше вел в классы для занятий. Еще далее лестница вела на второй этаж. Там тоже располагались классы музыкалки.
  Все классы были пусты. Занятия здесь, кроме школьных по пению, начинались только с четырех часов. Похулиганил немного, нарисовав на классной доске голую женщину. Подумав, дорисовал ей пышную прическу. Нахлынуло вдруг...
  Милая моя Лора, Лорочка. Моя принцесска. Как мне повезло, что ты была в моей жизни. Наполнила ее своим теплом. Заставила поверить в самое лучшее. Как же мне хочется вновь увидеть тебя, прикоснуться к тебе, дышать одним воздухом, ловя ароматы безумного счастья. Как мне тебя не хватает...
  Поддавшись грустному настроению, не заметил, как оказался возле рояля. Тихо полились звуки известной композиции Игоря Крутого "Когда я закрываю глаза". Они звучали как-то по-особенному нежно.
  Я весь отдался исполнению, погруженный в воспоминания. Когда отзвучали последние аккорды, позади меня раздался женский грудной голос:
  - Какая у вас чудесная мелодия...
  Ничего не придумал лучше, как стрекануть с места тощей молнией. Остановился только возле библиотеки. Вряд ли какая-либо женщина со своими каблуками станет преследовать меня. Вот я идиот, запалился с несуществующей мелодией. Надеюсь, что та неизвестная особа не особо разбирается в музыке.
  Отзвучал звонок с шестого урока, а значит уже полтретьего. Я временно затаился в библиотеке, деловито перелистывая третий том "Истории СССР с древнейших времен и до наших дней". Обалдеть можно - СССР оказывается в древние времена существовал! Со своего места наблюдал, как по переходу в сторону музыкалки дрейфовали старшеклассники. Если это по мою душу, то плохо. У меня с детства боязнь выступления со сцены перед большим скоплением людей.
  Помню, как в школе мне пришлось принять участие в спектакле "Маленький принц". Я тогда был тоже в седьмом классе, как и Чика сейчас, хотя учились уже по одиннадцать лет. По пьесе играл пьяницу. Совсем небольшая роль. Нужно было задумчиво стоять перед рядами бутылок и отвечать на идиотские вопросы маленького принца, которого изображала моя тайная страсть - Ленка Пузырёва. Из-за неё я и согласился тогда на это позорище, но сил моральных не рассчитал. Мало того, что со страху забыл все слова и мычал что-то невразумительное, так еще и громко пукнул. Актовый зал стонал от смеха. Ленка сожгла меня ненавидящим взглядом. А я тогда осознал, что никогда не стать мне артистом.
  Леший меня как-то высмотрел и зашел за мной.
  - Слышь, Слав. Ты что, всю школу созвал? Договаривались же, что только своих приведешь, - укорил комсорга.
  - Не боись, пацан. Парни мои простые, понятливые, - радостно оскалился в ответ Леший, - Если не понравится твое искусство, то не сильно побьют.
  Народу в холле собралось человек под тридцать. Тут были, в основном, его однокашники, и кое-то из девятых и восьмых. Наш, седьмой уровень представляли только я и Медик. Рояль стоял на подиуме, но вряд ли он мне мог понадобиться. А вот табуретка перед ним вполне. Друзья Лешего притащили гитары, целых три. Я выбрал шестиструнку подстроеную, чтобы не заморачиваться и не терять время. Стал выбираться на этот злосчастный подиум и растянулся, зацепившись ватной ногой за край. Чуть инструмент не угрохал. Разозлившись, с размаху бросил свой тощий зад на табурет и не удержал гримасу боли. Многие захихикали. К великому своему огорчению заметил среди школярских рож девичьи личики. Немного, но все же... Это меня сильно обеспокоило, потому что некоторые композиции нельзя назвать безупречными. Хотел было высказать Лешему, то тогда пришлось бы вновь спуститься с подиума. Не рискнул, однако.
  Как же это нервирует, когда много глаз одновременно пялятся на твою рожу. И еще задница болит. В подвале все же проще, когда все вместе сидим.
  - Кто будет конферансье? - криво пошутил, поздно поймав себя на мысли, что Чике такие слова не соответствуют.
  - Я, я! - выскочил Вовка.
  Надо же, какая культурная шпана подрастает в подмосковных трущобах. Хотя, Голубые Огоньки все вроде бы смотрят.
  - Ну, тогда объяви какую-нибудь песню, - попросил его.
  Несколько пацанов заспорили, но первой Вовка назвал "Тетю Хаю". Я начал бацать хулиганский мотив. Пацаны весело мне подпевали. Я исполнил весь музыкальный ряд по Токареву как на концерте в подвале, добавив еще "В шумном балагане", "Чубчик кучерявый", "На Дерибасовской", "Тракторист" и "Жиган ростовский", все что вспомнил. Кстати, заметил, что многие притащили мафоны и делали запись. Все песни имели шумный успех, но меня вымотали, потребовав просто дикой экспрессии. Умоляющим голосом попросил перерыв. Парни потянулись курить в туалет. Подошел к Лешему, спросил:
  - Слава, чего скажешь об эмигрантских песнях?
  - Офигенно! Чего ты раньше таился? Ларик из "Спектра" говорит, что у тебя зрелое исполнение. Он хочет тебя рекомендовать Толику Шиловскому.
  Чика и не знал, что одноклассник Лешего Витёк Ларионов работает клавишником в "Спектре".
  - А ничего, что я только школьник? - на всякий случай поинтересовался.
  - Вот об этом с ним и поговори, ответил комсорг и махнул кому-то рукой.
  Подошел круглолицый улыбчивый парень и представился:
  - Ларик. Рад знакомству. Зайди как-нибудь в выходные в ДК на репетицию "Спектра". Обсудим все с Толиком Шиловским, нашим лидером. Непременно зайди.
  Деньги нужны, и всегда. Надеюсь, Санёк Шило меня поймет и простит. Слава всем святым, что его в это время не было в холле, и он не наблюдал моего подлого подрыва его мечты.
  Когда народ снова собрался, Шило попросил что-нибудь из Никольского. Сашка тоже записывал мое исполнение. Понятно, что он нацелился на "Ночную птицу", вот только я уже вспомнил, что такой песни еще не существовало. Она появится только в семьдесят девятом году. Вот Костян Никольский охренеет, когда ему эту песню предъявят. Я решил дать знаменитейшего "Музыканта". По легенде, эта песня была написана в начале семидесятых.
  Повезло мне. Я эту песню, как и другие у Никольского, хорошо знал и удачно исполнил все пассажи. Школяры мне взволнованно зааплодировали. Шило заметил, что такой песни Кости не доводилось слышать. Возможно, я снова поторопился, потому что автор не делал никаких записей этого шедевра. Только в начале восьмидесятых она обрела широкую известность.
  - Хорошо исполняешь. И голос у тебя хороший, теплый. Хоть ты и пытаешься его огрубить, - неожиданно раздался женский грудной голос.
  Я вздрогнул, узнав его. Молодая женщина лет тридцати с восточными чертами лица стояла возле открытой учительской. Она улыбнулась, прошла к первому ряду и присела на то место, с которого галантно соскочил Лешуков. Он тут же примостился почти рядом, согнав с места одного из своих товарищей.
  - Можно попросить вас... Как его? - она обратилась к Лешему. Тот подсказал ей, - Паша, исполнить ту чудесную композицию на рояле.
  Это уже не летающие низенько крокодилы, а целый их парад над Красной площадью. Если выдать на всеобщее обозрение версию Чики, играющего на рояле, то можно смело в "Просторах" филиал дурки открывать.
  Отчаянно замотал головой:
  - Нет, вы ошиблись. С кем-то спутали меня...
  - Я хочу еще раз услышать ту мелодию! - капризно потребовала женщина.
  - Слышь, пионер, не зли меня! - приподнялся Лешуков с побелевшим лицом.
  - Ничем не могу помочь! - Я поднял свой зад с табуретки и развел руками, - Когда научусь играть на рояле, то с радостью исполню все, что вы захотите. Желает ли публика еще моих исполнений, или я домой пошел?
  Славка метнулся сначала к женщине и пробурчал что-то типа:
  - Сейчас, сейчас...
  Потом он сделал рывок в мою сторону и буквально стащил с подиума.
  - Пойдем на пару слов...
  Остальным слушателям он рыкнул про технический перерыв. Мы заскочили в туалет. Леший навис надо мной и прошипел:
  - Ты знаешь, кто это?
  - Принцесса Будур..., нет, скорее дочь директора рынка, - невинно включился я в игру-угадайку.
  - Тебе все смешочки, а тут на кону мое будущее, а может быть и твое. Это сама Касимова Лейсан Муратовна.
  - Звучит многообещающе, - подвякнул я комсомольскому вождю.
  - Тогда не выпендривайся и делай то, о чем тебя просят, - заключил Леший.
  - А что мне с того будет? - похлопал я невинно глазками.
  - Какой же ты, однако..., - комсорг чуть не задохнулся от возмущения.
  Мне даже на мгновение показалось, что амбалистый парень сейчас заплачет. Потом он сухо поинтересовался:
  - В комсомол хочешь вступить?
  - И так загонят, рано, или поздно.
  - Хмм... Деньгами, значит, хочешь?
  - Ими, тугриками...
  - Сколько?
  - А сколько дашь, - перебросил мяч в его сторону.
  - Пятёра?
  - Чирик!
  - Лады!
  Не стал сильней давить на самолюбие комсомольского вождя. Чувство меры положено знать. Мы вскоре вышли из переговорной, то есть туалета. Большинство присутствующих недоуменно на нас взирало, не понимая причин задержки. Сейчас состоится нечто. Запуск первого кроконавта на орбиту.
  Не глядя ни на кого, подошел к роялю, поднял крышку и уселся осторожно на табурет, щадя задницу. Все напряженно притихли. Уже эта мизансцена предполагала сюр и полное отключение мозгов. Даже шебутной Вован вытянул челюсть. Полилась желанная для Лейсан мелодия.
  Медленно, словно нехотя рождалась она, напоминающая полет ангела. Вот он набирает высоту, летит, в потоках красоты и нежности. Он достигает каких-то немыслимых пределов, заполняя своим светом пространство вокруг себя. Свершив предначертанное, ангел тихо исчезает.
  Тишина. Никто не хлопает. Оглядываюсь, все смотрят напряженно, будто я сейчас начну мутировать в хрен знает кого, или взовьюсь в воздух. Кто-то осторожно хлопнул. К нему присоединились еще несколько рук. Через мгновение зал взорвался аплодисментами. Просто бешеный шквал от мегавзрыва, ломающего стереотипы. А меня охватило необычное состояние. Не хотелось ни думать ни о чем, ни говорить. Полная прострация.
  - Ещё, - распорядилась Лейсан.
  - Ещё..., - еле слышно повторил за ней.
  Звуки женского голоса помогли мне прийти в себя. Пора заканчивать чудеса. Если Чика вроде как чиканулся в обратную сторону, то у многих от шока точно могло начаться помутнение рассудка. Я резко встал и покинул подиум и холл. Возникло странное ощущение, что это не я, а Чика контролирует тело. По крайней мере, я не запомнил, как очутился дома.
  Квартирка встретила меня настороженной тишиной. Матери дома не было. Вот и славно. Отдохну от алкогольных испарений. В задумчивости выключил свет и прилег на кровать. Наплевать. Мне сейчас на все наплевать.
  Чирик! Я подскочил с кровати. Нет, не про тот, что на заднице иногда выскакивает. Забыл десятирублевку у Лешего забрать. Надо знать этого деятеля. Тот еще жук! Как бы не обломал завтра. Денег в кармане, если только на жратву, на несколько дней только хватит. Буду экономить. Пускать тело на трясучный промысел стало опасно. Возьмут меня, тощего пионера, в местный ВИА - большой вопрос, а на материной работе зарплату не скоро выдадут.
  Если честно, работа эта нужна только для того, чтобы чикину мать по тунеядству не привлекли. Тогда у вовкиного отца точно начнется праздник до небес. Да и чёрт с ним. Чего я все время заморачиваюсь? Я тут проездом. Своего рода проходимец. Влез в это дурацкое тело и выгребаю кучу дерьма за безмозглым засранцем. Вот уйду в подполье и хрен меня кто оттуда вытащит.
  Выгреб Чику с его насеста. Он покрутился немного по квартире и свинтил в сторону подвала. Там уже тусили лучшие люди нашего городка в составе Горлика, Перлика, Шилы, Пики и примкнувшего к ним Профессора Пердуновского. Дружелюбно оскалившись мне, веселый народец тем не менее не преминул попенять, что не позвал на свой концерт в музыкалке. Шило, гад, проговорился стопудово. Мой подопечный привычно отмолчался, неопределенно похмыкав. Еды никакой здесь не было, но принос был, судя по объедкам. Всё подчистую сожрали, гады. Горлик предложил курнуть травки. Я напрягся, собравшись выскочить на поверхность, но тело вдруг проявило мудрость и не стало брать это дерьмо в рот. Когда предложили гитару, Чика не стал как обычно злиться и отказываться, а спокойно её взял и попытался наиграть блатную "Вот идет караван". Получалось удовлетворительно, но гораздо хуже, чем у меня. Шило возмутился:
  - Чика, ты чего, играть разучился?
  - А я и не умел особо, - согласилось тело.
  - Скажешь, что не ты на рояле бацал? - продолжал наседать Шило.
  - Скажу, что не я, - снова согласилось тело.
  - Странный ты какой-то стал, Чика! - сделал вывод Шило.
  Потом играли в карты в буру. Бородатый мужичонка притащил гармошку и веселил пацанов матерными частушками. Странно, что Медик всё не показывался. Чика нашёл в своих карманах рубль и проиграл его. Потом наодалживался у разных пацанов денег ещё на рубль и тоже продул. От огорчения он разлегся на лежаке и уставился в низкий потолок.
  Амба, мне надоело спонсировать идиота. Я, значит, буду добывать деньги, а он их спускать. Сам виноват, понадеялся на фортуну, которая с Чикой не очень дружна. Извини, партнер, но твоя пора закончилась. Придётся снова одолжить твое тело. Тем более, что решил посетить небесного Гудвина за очередной порцией мозгов.
  Рей появился не сразу на своем живописном берегу, материализовавшись будто из воздуха.
  - Приветствую тебя, квисцит. Задержался, потому что приходится контролировать помощников. Работы в твоем кабинете еще много, но к сроку все будет готово.
  - А могу я посмотреть, что там сейчас?
  Рей был не против. Даже по-моему обрадовался возможности провести экскурсию. Позитивный мужик этот Рей. Мы вместе перенеслись в мой будущий кабинет. Ничего там особенно не изменилось. Пустое пространство с огромной кристаллической горой, которая приобрела форму призмы и была словно бы собрана из множества сот. Повсюду шустро скользили тени, в которых с трудом можно было различить подобия людей. Рей тоже немного размылся.
  - Рей, а почему здесь так уныло? Нет такого пляжа и прочих красот, как у тебя? - озадаченно поинтересовался у своего наставника.
  Мне показалось, или мой небесный покровитель вдруг смутился:
  - Со временем сделаешь по своему вкусу. Я тебе большую часть своих помощников оставлю, пока своих не наработаешь. По какой надобности сейчас прибыл сюда?
  Я взглянул на него и попросил:
  - Мне нужен массив по эстрадной музыке.
  - Как пожелаешь, квисцит, - добродушно ответил небесный житель.
  Требуемое вскоре было мне доставлено. Я тут же загрузил кристалл в себя, поблагодарив небесного жителя. Осмотрев с пояснениями спутника кристаллотеку со всех сторон, мы оба переместились обратно на пляж.
  - Слушай, Рей. А почему ты девочек тут не заведешь? Дельфины, пальмы - это здорово, но я бы с твоими возможностями маленький коллективчик все же организовал.
  - Смеешься? - мне показалось, что Рей немного обиделся, - Заведи у себя сначала, а потом мне предлагай.
  Я серьезно перепугался и спустил цветастые шорты. Вроде бы все на месте. Однако, есть чему ангелам завидовать простым смертным. Что положено быку - не положено Юпитеру. Хех, тут тоже не особо повеселишься. Внизу все же интересней жить. Ладно, пора прощаться с гостеприимным пространством и отчаливать в свои тощие телеса.
  В подвале никто не обратил внимания на мой отрешенный вид, продолжая резаться в карты. Вот я лох! Надо бы у Рея выпросить еще и способности по карточным играм. С трясучкой теперь денег не промыслишь, а тело растущее чем-то надо питать. При мысли о жратве кишочки недовольно заворчали. Ужинать сегодня придётся материными концентратами с антресолей, если ещё чего-то стоящее на кухне не возникнет. Чика может быть и привык к голодным диетам, но я лично из другого теста. Толстеть не удавалось никогда, все сжигала епическая сила.
  Решил позорно уйти от ответственности, переложив её на напарника. Чика вознамерился вновь попытать счастья в карточных играх, но никто больше не желал его кредитовать. Возникла потасовка, закончившаяся выгоном чикиного тела из подвала.
  Взъерошенный даже складками одежды, Чика притрюхал домой. На лестничной площадке его встретила Таисия Степановна, которая поведала, что его матушку вместе с хахалем сегодня днем забрали в милицию. Соседка Алевтина выпивала с ними горькую. Потом все естественно озаботились выяснением, кто кого уважает. В ходе прений соседка неслабо огребла по сусалам. Обидевшись, она и вызвала ментовскую службу.
  - Так ей и надо, шлюхе подзаборной, - равнодушно высказался Чика и открыл дверь в квартиру.
  Ковер в зале оказался сбит на сторону, дверцы серванта распахнуты, вся посуда и статуэтки разновсякие таинственно поисчезали. Пропала гитара и телевизор. Чика не придумал ничего лучше, как выскочить на площадку и вызвать соседку. Вышедшей старушке он принялся вопить о пропаже вещей из квартиры. Та приняла всё сказанное на свой счёт и со словами:
  - Не звони мне больше!
  Шустро скрылась за своей дверью. Чика потопал к себе домой. Он отчаянно метался по квартире в полном отупении, не зная, что делать. А мне уже порядком достала его истерия. Пришлось его отключить. Как я понял, сильнее всего Чику ранило кража телевизора и возможность посмотреть очередную серию телесериала "Семнадцать мгновений весны", о которой все окрестные пацаны говорили.
  Хотелось заснуть пораньше, но не удалось. Из прихожей послышались звуки. Кто-то пытался открыть дверь квартиры ключом. Ясно, что это вернулась алкогольная фея в статусе моей нынешней матери. Быстро же её выпустили из милиции. Из большой комнаты раздались звуки шагов и открываемых шкафов. Потащили какую-то тяжелую вещь. Видимо, мать привела кого-то и распродает остатки мебели. Хрен с ней. Пусть делает, что хочет. Я собрался отвернуться к стене, как в мою комнату зашли и включили свет. Присмотревшись, увидел Алевтину. Соседка и партнер матери по алкогольным утехам держала в руках ключи от квартиры. Увидев меня, она испуганно отпрянула. Я вскочил с постели и спросил:
  - Что тут происходит?
  Холодильник тоже исчез. Двое плоховыбритых мужичонка собрались выносить диван.
  - Я задал непонятный вопрос?
  Мои спокойные слова и тон вызвали вдруг странную реакцию. Визитеры резко развернулись и бодрым шагом покинули квартиру. Я натянул брюки и в тапках прошествовал до квартиры Алевтины. Она долго не открывала.
  - Чтобы через пять минут ключи и вынесенные из квартиры вещи были на своем месте, - сказал я в приоткрывшуюся на цепочку дверь.
  - Жить без приключений нам никак нельзя... - напевал я крокодилью песню, возвращаясь в свою квартиру.
  Итак, возникла проблема. Мать зависла в милиции. Для неё я - человек посторонний. Но, если она, к примеру, куда-нибудь пропадёт, или вообще коньки отбросит, то и мне не поздоровится. Засунут куда угодно, лишь бы с глаз долой. Давно заметил, что там, где декларируются много красивых, правильных слов, в реальности все обстоит хуже некуда.
  Прошёл к входной двери, раздумывая над намерением вызвать милицию и сам потешаясь над этой безумной мыслью. Что предъявлять им, пропавший телевизор с холодильником? Так мать его сама пропила, возможно. Надо бы узнать о её судьбе, сколько ей там напаяли. Да только как? Соседку тело основательно оскорбило, а выходить к уличному автомату не было желания, да и денег. Если маман вляпается в традиционные пятнадцать суток, то придётся тогда отпахивать за неё в больнице, а ещё могут нагрянуть последствия в виде наездов всяких социальных служб. Как можно срочно нужно отдаваться всеми потрохами загадочному дяде. Должен ведь он помочь.
  За всей этой канителью забыл про ужин. Полез на антресоли, а там пусто. Всё выскребано подчистую. Снова спустился на этаж вниз и позвонил в дверь Алевтине. Напомнил ей о ключах и вещах и наврал о скором приезде милиции. Ключи воровка вернула сразу, злобно бросив через щель двери, открытой на длину цепочки. Спустя некоторое время вернули назад телевизор, холодильник и гитару два уже знакомых угрюмоватых субъекта, недовольно посверкивая глазами.
  Спать не получалось взбудораженными мозгами. Чтобы не терять время понапрасну, решил инициировать приобретенную только что у Рея программу. На всякий пожарный случай разделся догола и залез в ванну, запустил процесс. Температура и лихорадка с головной болью были не такие сильные, как в прошлый раз.
  К чертям свинячим все переживания! Все равно их все не испереживаешь. Я решил как можно лучше расслабиться и в режиме он-лайн наблюдать происходящее. Информация наполняла меня, фиксируясь в глубинах нейронной структуры. Я проживал множество моментов жизней выдающихся личностей. Мне дарили свой опыт, восторг и вдохновение Пол Анка и Пахмутова, Джон Леннон, Дитер Болен и многие-многие другие.
  
  9.
  Четверг, 06.02.1975 г., долг - 1 руб.
  Разбудил звонок будильника, но вставать ужасно не хотелось. Решил передовериться подопечному и заодно дать ему возможность порадоваться возвращённому телевизору. Вскоре последовал звонок и в дверь. Друг зашёл за Чикой, чтобы вместе пойти в школу.
  - Ты, Медик, чего-то зачастил в школу. В отличники выбиваешься, или батин ремень очень уважаешь? - подколол его Пашка.
  - Чика, я иногда тебя не понимаю. То ты - хороший и умный, на рояле играешь, а то вновь дубом становишься, - ответствовал Вовка.
  - Чего-то ты уж больно разговорился..., - зло ответил Чика и добавил, - У меня вообще не тема идти в эту школу. Во-первых, ограбили. Гитару сп...ли. Во-вторых, мать в ментовку загремела. Какая тут учеба?
  - Ограбили! - почему-то обрадовался Вовка, - Тут у вас кроме грязи и взять то нечего.
  - Поговори у меня! - внезапно разозлился Чика.
  - Прости, Чика. Случайно брякнул, - внезапно посерьезнел пацан, - А вон твоя гитара лежит.
  - Не помню чет не фига. Вчера домой пришёл, ни телика, ни гитары. Сегодня просыпаюсь, телик на месте. Нечистая опять меня кружит, - пробормотал Чика, потирая виски, - Сволочь этот Пёрлик. Как нанюхался его состава, с тех пор эта фигня началась.
  - Ну, как знаешь! Тогда я пошел? - Вовка заметно огорчился.
  - Погодь, Медь, у тебя копеек каких-либо не найдется? Матери неизвестно сколько дома не будет, а жрать нечего, - вдруг опомнилось тело.
  - Мне сегодня велели домой обедать приходить. Ни копейки по карманам нет. Вчера все потратил, - огорченно сообщил друг.
  Подумав, Чика решил тоже наведаться в школу. На химии Чика весь урок молча пялился на Бекетову. На физике мой партнер неожиданно схлопотал тройку. Вопреки обычному своему поведению, он напряг все свои извилины и кое-что вспомнил про закон Ома. На перемене перед историей на Чику набросилась Варварка. Сначала заставила его надеть галстук, а потом сообщила, что ему нужно срочно появиться перед ясными очами Николая Николаевича. Тело послушно потопало вслед за пионервожатой, которая одновременно являлась секретарем директора. Совместительствовала, видите ли.
  В то советское время махровым цветом цвёл взаимный обман. Государство недоплачивало гражданам за работу, а граждане недорабатывали, только числясь на дополнительных работах. По каким-то там инструкциям, дополнительная работа оплачивалась не более, чем на половину. Интересно было бы понять, кем в основном являлась Варварка. Судя по бамперам, все же в большей мере секретаршей. Дурацкий пионерский галстук выглядел забавным недоразумением на ее стильном костюмчике.
  Директор принял Чику, прохаживаясь по своему кабинету. Стала понятна срочность вызова. Отпрыск каких-то начальствующих родителей продулся в трясучку, а потом нажаловался об этом. Игрой этой были увлечены многие в школе, а виноватым моментально назначали моего партнера. Николай Николаевич говорил тихо и почти вежливо. Чике был выдвинут ультиматум:
  - Либо ты прекращаешь отнимать деньги у младшеклассников любым способом, пропускать занятия и грубить учителям, либо будет поставлен вопрос на педсовете о твоем переводе в спецшколу. Чика выслушал угрозы с мрачным видом и согласительно тряхнул лохмами после уточняющего вопроса:
  - Понятно ли тебе то, что я сказал?
  На истории и зоологии учителя друзей не трогали, хотя Вовка чего-то там изображал поднятой рукой. Круто папанька за него взялся. На одной из перемен встретил Лешукова, который целеустремленно пронесся мимо. Сделал вид, что не заметил, или на самом деле не заметил? Душу охватили нехорошие предчувствия. На большой перемене натолкнулся на учительницу пения Ангелину Давыдовну. Тело хмуро произнесло:
  - Здрасьте!
  И попыталось продолжить свой путь.
  - Павел, постой! Извини, что задерживаю. Удели мне минутку своего времени, - просящий тон был необычен в общении учителей с Чикой.
  Он озадаченно остановился и ожидающе уставился на учительницу.
  - Признаюсь, я покорена. Где ты так научился? - восторженно произнесла она.
  Думаю, что у моего партнера вытянулась челюсть. Он шумно сглотнул и проблеял:
  - Я не помню. Если что не так, извините. К матери моей обращайтесь, когда из милиции выйдет.
  Кто о чем, а голый о бане. Я же вспомнил, что видел открытую дверь в учительской музыкальной школы во время выступления. Оттуда появилась Лейсан, там видимо находилась сама Ангелина.
  Чика успел испортить отношения и с этой учительницей, отказавшись в начале четверти участвовать в исполнении песни "Гори костер". Ежегодно от школы кто-нибудь посылался на конкурс пионерской песни. Обычно этот кто-то был из последних пионерских классов. В прошлом году три наши семиклассницы получили на районном отборочном конкурсе третье место с песней "То березка, то рябина", и Ангелина на сей раз вознамерилась пробиться на республиканский уровень. Ее уроки пения теперь превратились в песенные смотры. Почти каждый семиклассник был обязан показать свои диапазоны в песенном творчестве. До марта оставалось всего ничего.
  Не сказать, что тело было не способно петь. В младших классах, когда еще не пришло время мальчишкам обращать внимание на девчонок, Паша пел неплохо. И пятерки даже имел в четверть. Теперь же не соглашался ни за какие коврижки.
  Учительница улыбнулась, взъерошила парню лохмы и, прощаясь, сказала:
  - Завтра чтобы был обязательно на уроке. Нужно с тобой кое о чем посовещаться.
  Вовка намылился свалить как и обещал домой к мамкиным щам. В столовой можно было бесплатно взять пару кусочков хлеба и намазать их бесплатной горчицей на столах. Зайдя в столовку, Чика наткнулся на другую неприятность. Прямо у входя за столом сидел Ганс со своими прихлебателями - толстым Пятаком и худеньким Великом. Они догрызали второе.
  - На ловца и зверь бежит, - удовлетворенно отметил Ганс, - Подгребай к нам.
  - Я же говорил, что здесь его надо искать, - высказался Велик.
  - А чего меня искать? Я ни от кого не скрываюсь, - сообщил Чика, немного струхнув, но послушно присаживаясь за столик к пацанам.
  Ганс поинтересовался:
  - Как у тебя с манями?
  Понятно, что никак. Удовлетворенный ответом, приглушив голос, сообщил, что намечается дело. Стопроцентный верняк. Дачу одну надо будет подломить в зареченском лесу.
  Лес за речкой Змейкой был особым местом. Население городка туда ходило отдыхать, собирать ягоды и грибы, пока его недавно не отдали высоким чинам под участки и не застроили дачами-теремами.
  - А когда? - сразу же заинтересовался Чика.
  - Еще неизвестно. Панок после сообщит.
  - А Киря будет?
  - Считай, что нет твоего вонючего Кири. Тряпка он, а не пацан. К Лешему переметнулся. Панок еще с ним разберется, - взвился Ганс, брызжа слюнями.
  Тут стоит обратиться к памяти Чики и вызнать все про этого кренделя Панка. Мой носитель с ним мало пересекался. Говорили про него всякие жуткие вещи, что он имел несколько ходок по убийству. Хотя внешне он не производил никакого грозного впечатления. Худой, длинный, с бледным узким лицом и большим хищным ртом, он напоминал одну глубоководную рыбину... Не помню названия. Сопровождавшие его всегда подручные выглядели гораздо внушительней.
  - Я в деле, - не подумав, согласилось тело.
  - Я не сомневался в тебе, Чика, - обрадованно заговорил Ганс. Он даже подскочил и шлёпнул дружески по плечу, - Настоящий просторский пацан. Не то, что некоторые. Медик, твой кореш, тоже согласился.
  Уф, то, что Чика - пень долбанный, я давно знаю, но от Вована никак такой бестолковости не ожидал. Не стал вылезать, так как решил поиграть в сексота и устроить капкан для Панка и его подельников. Как это сделать, ещё надо подумать.
  Тело решило ещё больше меня удивить. Немного изменившимся от волнения голосом оно попросило:
  - Ганс, можно половину твоей котлетки доесть? Денег совсем нет...
  Выскакивать было уже поздно. Ганс ехидно заулыбался и предложил:
  - Пацаны, поможем голодающим. Сбросимся остатками, а то он копыта нахрен отбросит. На компот можешь не рассчитывать. Это святое.
  Чике поместили в одну тарелку недоеденные остатки котлет, макарон. Пока он жевал объедки, я чувствовал себя упавшим ниже плинтуса. Ганс со свитой ушли, выпив свой компот и глумливо пожелав мне приятного аппетита. Чорд, как стыдно! Не прощу этого поступка Чике, никакой гордости нет в пацане.
  Напитавшись, тело вознамерилось покинуть стены школы. Я имел другие намерения и развернул его в сторону кабинета физрука Алёши. Оттуда я позвонил в милицию. От дежурного узнал, что Чекалина Мария Михайловна находится под административным арестом на пятнадцать суток. Завис на несколько минут, озадачившись полученной информацией. Интересно, на сколько времени хватит органам соцопеки, чтобы не беспокоить меня своей заботой?
  Дома - тоска и "Человек в футляре" по телику. Выпустить что ли партнера снова попастись? Недолго ему осталось вольной жизни. Наглупив с концертами, я сильно ограничил партнёра свободой. Слишком заметной стала разница между нами. Если кто силен в медицине, то легко додумает, какого диагноза следует ждать обладателю тела. А с учетом того, как радостно лезло государство в личную жизнь своих граждан, с каким упоением любило регламентировать их поступки, то место в психушке гарантировано.
  Чика сразу же поперся в подвал. Медом там намазано что ли, или кое-чем другим? Это смотря от какого насекомого смотреть. Обитатели подвала встретили его ожидаемо хмуро и естественно поинтересовались долгом. К игре в буру его не допустили. На гитаре играть он сам отказался. Вовка домоседом заделался, отсутствовал. Радиола мерзко хрипела и выводила из себя слушающих. Ремонтировать ее давно пора.
  Повалявшись на лежаке, Чика выметнулся на улицу и побрел в школу. Там в спортзале просторская команда по баскетболу отстаивала спортивную честь школы и даже городка в каком-то турнире. В школу его не пустили. На входе бронетанково встала на пути сторожиха тетя Настя. Она почему-то решила, что мое тело готово не есть и не спать, пока не сотворит во вверенном ее заботам заведении жуткое хулиганство. Лимит безобразий на сегодняшний день ещё не исчерпан, по ее мнению.
  Если Чике надо, то он проникнет-пролезет-просочится сквозь любые преграды с окнами, чердаками, кошками и пожарными лестницами. Вскоре мое всепролазное тело нарисовалось скромно сидящим на лавочке в самом спортзале с группками других болельщиков, яро дерущих глотки за свои команды.
  Позже я определил чикин интерес - по залу носился Киря. Витек Кирюшин был странным образом похож на Чику. Такой же темноволосый, с длинными патлами. Вот только выглядел он заметно крепче и плечистей. Рослый для седьмого класса, он почти не отличался от многих десятиклассников. Играл он, во всяком случае, не хуже них.
  Игра шла с переменным успехом. Тренер у наших был Алеша, который больше только суетился, вскакивая, ругаясь и суматошно маша руками.
  В перерыве потный и вонючий Киря углядел меня и подскочил с радостной лыбой.
  - Привет, Чекушка, поболеть пришел?
  - Не только это, Кирь. Дело одно есть к тебе.
  - Дела у прокурора. А правда, что ты концерты невероятные давал, на рояле играл?
  - Кто тебе такую муру в уши дует? Не было такого. Так это..., поговорим?
  Чика со значением оглянулся. Киря понял и кивнул подбородком к выходу из зала:
  - Ну, пошли, поговорим.
  Они вышли в пустой школьный коридор.
  - Ну, говори свое дело.
  - Ты чего, Киря! Соскакиваешь?
  - Вот что..., - Киря помрачнел, - Тут такое дело... Меня в комсомол принимают. Сам Лешуков мне рекомендацию написал. Всю жизнь ведь не будешь со шпаной бегать. Да и сказать по правде - надоела мне эта беготня. А самому тебе не надоела такая жизнь? За голову надо браться. Думать о будущем. Вот, скажи честно: "Кем бы ты хотел стать?"
  Тело долго переваривало информацию и выдало наконец:
  - Думай, не думай, уже давно решено, что будет. Это ты можешь мечтать о будущем за папочкиной спиной, а мне сегодня надо жрать. Денег в кармане ни шиша, и долгов - полная жопа. Я на тебя так надеялся. Я тебя за место старшего брата признавал. А ты... Козел ты, после этого, вонючий! Понял, кто ты?
  - А по рыльнику?
  - Да пошел ты...
  Чика рванул с места и пролетел огнедышащим болидом мимо ошалевшей сторожихи. Жаль, что я не мог узнать мысли Чики, но эмоции клокотали вулканом. На центральной улице он случайно столкнулся с интеллигентной пожилой женщиной. На нейтральное замечание:
  - Мальчик, ты меня толкнул. Надо бы извиниться...
  Последовало:
  - Да кто ты такая? Дура недопёртая! Шалава! Все вы только об этом мечтаете, суки мокрые! Хочешь, приду к тебе за треху?
  Не дождавшись ответа, тело рвануло скакать дальше. Женщина осталась стоять столбом, силясь что-то сказать. Далее он налетел на двух пацанов, немного младше возрастом. Ему показалось, что те презрительно на него посмотрели. Бедные пацаны предпочли дать деру и не связываться с "психом". Вскоре показался родной подъезд. На лестнице, слава всем святым, никто не встретился.
  Сделал однозначный вывод с высоты своей колокольни, что не стоит сожалеть о скором уходе этой личности из этого мира. Собственно, какая эта личность? Нечто противоположное - дырка. Как в физике полупроводников. Даже захотелось напакостить этому Чике, коль он на самом деле такая гнида. В женском прикиде по школе пройтись, или литре признаться в любви. Подумав еще, решил, что наврежу скорее всего только своим интересам. Чике и так уже все фиолетово.
  Отключиться бы от этого тела и забыться? Что-то мне подсказывало, что такое мое действие было бы чистым безумием. В прошлый раз прокатило когда я приехал из Березовой рощи и напился. Чикины эмоции от звонка в дверь меня тогда спасли. Я пришел в сознание в тот раз, а мог остаться в отключке на неопределенный срок.
  Ладно, можно не отключаться, а отвлечься на воспоминания, или просто сконцентрироваться на разных мыслях. Устроить для своего сознания что-то типа йоги. Отвлечься действительно удалось. Краем сознания воспринималась информация, что тело лежит на диване, безучастно смотрит скучную телепередачу. Судя по эмоциям, никаких мыслей в голове у него не было.
  Внезапно оно вскочило и принялось собираться для выхода на улицу. Я решил, что оно опять потащится в подвал. Да хоть в ад на вечеринку, мне все равно. Спасибо тебе, Рей, за этот экстрим с путешествием в прошлое. Я им насладился по самую макушку. Контакты с этим тупым телом решил свести к минимуму. Пусть оно пропадает, как хочет.
  Странно, что тело бежало в больницу и что странности множились. Чика поприветствовал вахтера на входе. По лестнице добрался до хирургического отделения и полез в подсобку переодеваться. Это что получается? Он в курсе моей части жизни? Как он жив до сих пор с осознанием, что его предали все, кто только мог? Даже ангела-хранителя у него своего нет. Внезапно пошли эмоции, явно не чикины. Я ощутил острую жалость к этому нескладному пацану. Попутно пришло понимание, что небесные жители ничего просто так не делают. Рей меня испытывает Чикой и наблюдает, как я себя поведу. Гад он потусторонний и больше никто.
  Чика с деловой мордой пообщался со сменщицей Галиной, у которой некрасивое лицо. Из медсестер вышли на смену Татьяна с худенькой пугливой девчушкой Олей.
  - Работать пришел? - подмигнула Танюха хитрющими глазами.
  - Матери плохо..., а я сумею, - косноязычно пояснило тело.
  - Мда... Придется тебе за нее опять отдуваться, - посочувствовала медсестра, - Но, ты не бойся. Девчонки все за тебя. Больные тобой очень довольны. Все время спрашивают.
  Многие манипуляции пацан не умел делать, как он ни старался. Мне пришлось слезть со своей уютной колокольни и врубиться в пахоту. Ночным врачом дежурил Леня, который в отчаянной борьбе за солидность принялся отпускать бороду. Мне он страшно обрадовался. Даже какую-то жуткую колбасу притащил. Называли ее сухой, и была она по консистенции пересушенного сухаря, или кости в миске у собаки. Видом она напоминала слоновью фекаль. Скорее мамонтячью. Ведь окаменелость все-таки. Поскольку в Советском Союзе заводы часто выпускали продукцию двойного назначения. Эту колбасу можно было использовать в боевых действиях. В умелых руках бойца череп противника раскалывался как орех.
  Ко всем этим достоинствам добавлялось то сокровенное качество, которое наполняло существование у многих советских людей особым смыслом, а именно дефицитность. Опуская в желудок кусочек этой радости, сердце простого труженика преисполнялось особой гордостью. Хотя, грызть эту окаменелость было чревато не только лишением зубов, но и переломом челюсти. Колбасу было положено нарезать тоненькими шайбочками и класть на так же тонко порезанные кусочки черного хлеба.
  Несколько позже на столе возник молдавский коньяк "Солнечный". Теперь стало понятно, к чему велась эта артподготовка бутербродами. Очевидно, какому-то бывшему больному понравилось качество работы Лёни. Поначалу врач целомудренно высказался, что мне еще рано сосать коньяк, но спустя пару минут все же налил немного. Я ведь для него сейчас боевой товарищ, как-никак. Обижать таких не принято.
  Перед тем, как погрузиться в пиршество, сгонял в палату к Инне. Девушка спала. Я осторожно постоял возле нее, стараясь не разбудить. Бросалась в глаза усилившаяся бледность. Спи, дорогая. Суперчика тебе поможет, если советская медицина слажает.
  В эту смену было относительно спокойно. Новых больных, которые обычно капризничают, поступило за два дня мало. А старым больным дневные санитарки уже успели провести курс начинающего больного, где популярно разъяснили свой объем работ и какие деньги они при этом зарабатывают. Вредного старика уже выписали, а старушка Авдотья, вызнав, что я на смене, принялась забрасывать меня пирожками с разными начинками. Очень они оказались кстати к нашему столу.
  Медсестры уже все дрыхли. Мы с Леонидом болтали обо всем. Его заинтересовала моя персона, мои идеалы и устремления. Зарядил ему, что моя цель - стать генсеком и улететь на Марс. На естественное удивление:
  - Почему не на Луну?
  - Потому, что американцы ее попрали своими ногами.
  Лёня как-то по особому загрустил и признался, что душевно пожелал бы удачного полета нынешнему генсеку. Смело с его стороны так высказываться первому встречному. Рассказал в свою очередь доктору пару тематических анекдотов: - "Брежнев вызвал группу космонавтов.
  - Товарищи! Американцы высадились на Луне. Мы тут посоветовались и решили, что вы полетите на Солнце!
  - Так сгорим ведь, Леонид Ильич!
  - Не бойтесь, товарищи, партия подумала обо всем. Вы полетите ночью".
  Не знал, что товарищ доктор окажется таким смешливым. Ржал, как лошадь перед случкой. Думал, что всех больных перебудит. Скорее всего, так и получилось, потому что те начали шмыгать по туалетам. Зря я ему впер еще и этот: - "Брежнев движется по коридору в Кремле. Навстречу ему старушка.
  - Узнаете меня, Леонид Ильич?
  - Как же, как же, знаю вас, товарищ Крупская, и мужа вашего, товарища Крупского, тоже хорошо знаю!"
  Последний анекдот касался "позднего" Брежнего и сопровождался характерными интонациями, но и сейчас его маразмы становились все более заметными.
  Думал, что врача из другого отделения придется вызывать на помощь. Леня закатился под стол и хрюкал там обессиленно. Нет, девственно неиспорченным мозгам такие анекдоты противопоказаны. Дальше трепались на самом дружеском уровне. Молодой врач решил рассказать немного о себе. Здесь он был по распределению. Пока холост, но кое-что наклевывалось. Жил он в той общаге, под которой располагалась наша пацанья лежка.
  Осторожно признался доктору, что мать попала в ментовку. Было бы неплохо написать из больницы милицейскому начальству письмо с согласием взять ее на поруки. С учетом нехватки кадров в ночных санитарах, я надеялся, что такое письмо будет изготовлено. Леонид пометил у себя в блокноте ручкой все нужные данные и пообещал завтра с утра переговорить с завом.
  Спать Леня позвал меня в ординаторскую. Там располагались два мягких кожаных дивана, электрообогреватель, приемник. Еще оставалось немного коньяка и бутербродов, но физиология властно потребовала сна для тела. Я взобрался на диван, свернулся как кутенок, чтобы потеплее было, и уснул.
  
  10.
  Пятница, 07.02.1975 г., долг - 1 руб.
  Утром я бегом и на автомате выполнил все необходимые утренние манипуляции с больничным полом и суднами. Заработал пару пирожков, банан и десять копеек. Монетка лежала под лавкой в коридоре, когда я мыл пол. Жалостливые старушки ужасались моей худобе и пытались подкормить работящего пацана. Ещё сменщица Нина шматок украинского сала отрезала и каких-то пончиков надавала. Фух, наконец-то можно хоть что-то в спасённый холодильник положить. Забежал по пути домой в продуктовый магазин и выпил там на десять копеек стакан томатного сока, которого мне налили из конусообразной стеклянной емкости. Подмигнул круглолицей продавщице:
  - Жаль, водки нет. Запить томатный сок нечем.
  - Ишь ты, какой деловой выискался! Водки ему подавай. Мал еще. Вот родители узнают, и будешь тогда иметь бледный вид и модную походку, - вдруг озлобилась она.
  - Не узнают. Они по тюрьмам сидят за убийства продавщиц, - наврал ей с добродушной улыбкой и направился к выходу.
  Ответа мне вслед не последовало.
  Вовка традиционно забежал ко мне перед школой с невинной мордой. Я в это время запихивал в свой организм пустой чай.
  - Что скажешь в свое оправдание? - грозно вопросил его, стоя со стаканом на пороге.
  - Ты о чем?
  Он опасливо заглянул мне в глаза, силясь понять, что я имею в виду.
  - Все о том же. О ренегатстве.
  - Чего? - глаза пацана удивленно округлились.
  - Того... К Гансу переметнулся.
  - Дык, Ганс говорил, что с тобой обговорено. Что ты тоже с нами будешь, - зачастил Вовка, облизывая губы.
  - Врет твой Ганс, как сивый мерин.
  - Причем здесь сивый мерин?
  - Классиков надо читать, а не только "Курочку Рябу".
  - Чика, что мне теперь делать? Я же обещал Гансу, - скорчил печальную рожу Медик.
  - У тебя голова для чего? Чтобы в нее котлеты совать, или все-таки думать порой? Сам выбирай с кем быть, со мной, либо с Гансом.
  - С тобой, конечно, - уверенно выдал Медик.
  - Тогда пошли мозги мастурбировать, вдруг поумнеть удастся.
  Первым уроком планировался Русский язык. Я шел и гадал: "Пустит ли меня литра, или продолжит конфронтацию?" После недавних событий век бы её не видеть. Она была того же мнения в отношении меня, как мне показалось. Во всяком случае, появление моей наглой морды было ею проигнорировано. Валентина сегодня не горела желанием тратить на нас свои калории. Появившись в начале урока, написав на доске три темы сочинений: "Герои в нашей жизни", "Кем быть?" и "Край родной" и назначив ответственных за дисциплину, она унесла свою жирную задницу в одной ей известном направлении. Я особо не заморачивался, написал стишок из творчества "Жуков" на вторую тему: "Хорошо быть солнцем, светишь, да и всё.
  Да и небом тоже, тоже ничего.
  Хорошо быть травкой, хорошо луной.
  Тут же хоть об стену бейся головой!
  А проснёшься утром, выглянешь в окно.
  Чем-то серым небо всё заволокло.
  Облепили стёкла насекомые.
  Ходят человеки незнакомые..."
  И еще добавил своих любимых чертиков.
  Вовка ваял труд тоже по второй теме. Что-то там о буднях советской милиции. Теперь стало понятно, почему он на грабеж подписался. Попрактиковаться хотел. В наше время, если не поучаствуешь сам в криминальных историях, то в полиции делать нечего.
  На втором уроке предполагалось продолжение нудного сидения над сочинением. Литра не появлялась. Мне было скучно сидеть, но сдать работу и уйти я побоялся. Одной из ответственных была Бекетова. Не хотелось, чтобы она прочитала мой опус. Ну, да. Маленький треш под настроение. Дождался, когда перед переменой основная масса ломанулась на выход, тогда тоже вышел.
  За дверью меня встретили жекина и лехина морды с лыбами до ушей. Эти гаврики специально дежурили возле учебного кабинета, поджидая меня. Постукались-побрякались приветственно руками и грудными клетками, поорали восхищенно друг на друга.
  Выяснилось, что парни приехали в наши "мясные" дебри, превозмогая все возможные опасности для своих задниц и отпросившись со своих уроков ради того, чтобы только найти и предупредить меня о завтрашнем матче. Привез их четыреста одиннадцатый Москвичонок с водилой Сашей, полноватым симпатичным парнем. Меня с ним познакомили, потому что он должен будет к часу дня за мной заехать и отвезти в Зеленую рощу.
  До третьего урока еще было некоторое время, и мы потрещали немного на улице. Шумилову, кстати, рассказали про талантливого меня, утаив конкретику по моей ранее высказанной просьбе. Когда я стал выспрашивать про шахматные деньги, то Жека сильно стушевался:
  - Понимаешь, Паша. Ты работал без оформления. Не законно, как бы. Поговори с директором сам, может быть, он чего-нибудь придумает.
  - Ну, знаешь...
  Я чуть не присел на льдистый асфальт. Меня захватило возмущение. И тут пролет. Так надеялся на эти деньги! Даже уже представлял их у себя в кармане. Жека, заглянув в мое помрачневшее лицо, забеспокоился:
  - Паша, что с тобой? Тебе плохо?
  - Вот что я вам скажу, парни. Напрасно вы приехали. Я не буду играть в ваш хоккей, - раздосадовано высказался и побрел в школу.
  - Паша, ты чего? Обиделся? - закричал мне вслед капитан.
  Я отмахнулся рукой, не оборачиваясь.
  Как раз начался урок черчения. Рисовали втулку в трех проекциях. Я сосредоточенно и угрюмо нарисовал битву демонов. Не заметил, как к парте подошел учитель Михаил Иванович и забрал моё художество, пообещав по достоинству оценить его.
  Мысли мои вернулись к разговору у школьного крыльца. Этот Жека ничем от Лешего не отличался. Темнило тихушечное. Знал же, что ничего мне не заплатят и таился. А я, придурок, размечтался. Боже, как тяжело в советское время подростку заработать нормальное бабло.
  Урок закончился. Выйдя из кабинета, первым делом заметил стоящих неподалеку и наблюдающих за дверью грустных рощинских парней. Общаться с ними не было ни времени, так как предстояло тащиться переходами в музыкалку, ни желания. Подскочил Вовка:
  - Чик, это рощинские пацаны. Чего они от тебя хотят? Хочешь, я за Кирей сгоняю?
  - Сам разберусь, - процедил ему.
  Не дело этим ребятам тут находиться. Какой-нибудь упертый фанат увидит "коней", наскочит, и начнется махач. Хотя, чего это я туплю? Школа служит сакральным местом, как кладбище для бессмертных горцев. Фанатские битвы здесь запрещены. Ничего с ними не будет.
  Ангелина перехватила меня до звонка на урок и утащила в музыкальную учительскую. Тут было очень уютно: большой деревянный стол с расписным самоваром и фарфоровым чайным сервизом, диван, картины на стенах. Но самым значимым элементом композиции был шоколадный торт, кажется "Прага", покоящийся в немного покоцанном виде неподалеку от самовара. Невероятно дефицитная вещь. Я чуть слюнями не захлебнулся.
  Учительница перехватила мой вожделеющий взгляд и сама предложила угоститься чаем и прочим. Торт был порезан, чай разлит по чашкам. Поразил его насыщенный вкус и запах, похожий на бергамот.
  Ангелина сразу стала выспрашивать меня о том, где и когда я научился так замечательно играть на рояле. Я отвечал неопределенно. Врал про какую-то соседку с роялем, к которой я бегал маленьким подбирать услышанные мелодии. Учительница странным образом удовлетворилась таким ответом и вспомнила свое детство и свой путь к музыке. Потом она потихоньку принялась выспрашивать об исполненных вещах:
  - Скажи, Паша, кто автор той чудесной мелодии?
  Я задумался надолго, не зная как ответить. Любой ответ будет враньем, а лгать хорошему человеку не хотелось.
  - Точно не знаю... Слышал где-то.
  Умный, внимательный взгляд через очки-телевизоры, казалось, сканировал мои мысли.
  - Я всегда слежу за всеми музыкальными новинками, но такого не слышала. Сильная проработанная композиция.
  Прозвенел звонок на урок. Не дождавшись ответа, женщина вдруг обратилась ко мне с просьбой:
  - Напиши, пожалуйста, песню для пионерского возраста. Очень тебя прошу.
  Еще ни о чем не успел подумать, как тело вроде как само кивнуло в знак согласия. Ничего себе, твою мать..., японо... Но этим сюрпризы дня не ограничились. Ангелина попросила исполнить сейчас на уроке позавчерашние композиции. Эх, не вовремя я вылез с ними тогда. Взгляд уперся в остатки торта. Только теперь я заметил, что в ходе разговора от волнения умял больше половины дефицита. Почувствовал, что заливаюсь краской. Женщина чуть заметно улыбнулась и позвала к выходу. Делать нечего, надо отрабатывать потраву.
  Уроки пения часто проходили не в классах, а в холле. Особенно в последнее время, когда Ангелина терзала школьников, срочно разыскивая среди них таланты. Так что никто из ашников не удивился, когда их пригласили перейти туда. Учительница присела на выступ подиума, дожидаясь, пока все рассядутся на стульях. В коридоре перехода на подоконнике умостились рощинские пацаны. Не уехали, значит. Одноклассники опасливо занимали места в последних рядах, предполагая, что начнутся обычные прослушивания для конкурса. Я с Вовкой уселись в средних рядах. Бекетова с Романовой в первом ряду. Они уже прошли эту процедуру.
  Все радостно оскалились, когда Ангелина вызвала меня. Ожидался очередной жуткий скандал с участием моей, то есть чикиной персоны. Я покорно подошел к учительнице и встал рядом.
  Она объявила:
  - А сейчас Паша Чекалин кое-что исполнит.
  И жестом указала мне садиться за рояль. Раздался гул недоумения. Я осторожно скосил глаза на Бекетову. Уставилась во все глаза, как на икону. Вывернул морду в сторону Ангелины, ожидая ее дальнейших распоряжений. Та закивала мне головой, что означало: "Начинай, чего ждешь?"
  В этот раз мандража особого не случилось. Тортик удачно подкрепил организм калориями, заглушив неприятные ощущения под ложечкой.
  Исполнил полюбившуюся Лейсан мелодию Игоря Крутого. И тишина. Целое отделение милиции родилось, наверное. Вообще-то хлопать положено в культурном обществе. Насладили удивленно вытянувшиеся лица одноклассников, а Романова даже рот раскрыла. Кажется, публика начала отходить от шока и устроила мне, наконец-то, аплодисменты. Вскочил и дурашливо поклонился. Вовка мне кактус с подоконника поднес. Я с благодарностью расшаркнулся, но цветок вернул на место. Расчувствовавшаяся учительница отпустила нас всех пораньше, заговорщецки мне подмигнув.
  Кажется, Бекетова дозрела до общения на равных, судя по бросаемым в мою стороны взглядам. Начал маневр на сближение, но в коридоре ко мне пристроились идти рядом рощинские пацаны. Ничего не говорили, только заглядывали в лицо жалобными глазами.
  - Хрен с вами, золотые рыбки. Плывите в свою рощу и пришлите завтра за мной ваш Москвич, - выразил согласие, под аккомпанемент радостных улыбок парней.
  Хорошие друзья - это тоже капитал. Только отвалите от меня уж поскорей, пожалуйста.
  Повеселевший Жека решил поделиться со мной идеей:
  - Мы тут с Лехой пообщались и придумали, что сами можем набрать для тебя денег сколько нужно среди наших пацанов, если директор вдруг не согласится.
  - Кончайте чудить. Я такие деньги ни за что не возьму! - возмутился я.
  От пацанов деликатно отцепиться не удалось. Шли и вопили всякие славословия в мой адрес. Хорошо, что в пятницу было мало уроков, и школа была почти пуста.
  - Ты такой крутой, Паша. На рояле можешь. А Жека наш чуть не всплакнул, - восторгнулся Леха и немного подколол приятеля.
  - А сам то, сам то..., весь пятнами красными тогда покрылся и пОтом стал вонять, - не остался в долгу Жека.
  Пришлось выпроводить пацанью делегацию поскорей до машины, где изнывал в ожидании водила. Вовка скакал сзади и грел уши, а потом насел:
  - Чика, куда ты собрался ехать?
  - В Рощу на хоккей, завтра после школы.
  - А мне с тобой можно?
  Какое глубокое доверие у пацана ко мне! Соваться в логово "коней" было по меньшей мере опасно. С другой стороны, сообщать о своих делах в Березовой роще пока никому в Просторах не хотелось, даже ближайшему другу.
  - Лучше не надо. Там пацаны разные есть. Мне самому поначалу чуть по шее не надавали. По всему поселку гоняли. Еле ноги унес, - постарался отговорить друга.
  - Вот вдвоем и отобьемся, - неожиданно уперся он.
  - Твой батя меня с говном смешает и съест без хрена, если что с тобой случится.
  - Ладно, я не поеду, но тогда ты не узнаешь кое-что важное, - ухмыльнулась хитрая морда.
  - Важное о чем?
  - Ну, например, кое-что интересное о Бекетовой, - продолжала вредничать одна тощая жопа.
  - Завтра около часа дня будь возле школы, - решил сдаться я, - Только никому не говори. Давай свою новость.
  Медик облизал губы, будто кое-что важное их обжигало, выдираясь из его широкого и вредного рта.
  - Шестнадцатого у Бекетовой день рождения. Так и знал, что ты забыл об этом.
  Не знал, да еще и забыл. Новость стоила любой оплаты. Тисканул от широты душевной тощего друга, который в ответ хрустнул костями.
  - Ты щас куда? Хочешь, в столовую пойдем, чего-нибудь съедим? - размяк Медик.
  Я заметил выходящую из школы Бекетову с толстой подругой и потрогал потяжелевший после тортика живот. Есть уже не хотелось. Хотелось прогуляться по морозцу.
  - Медь, что ты скажешь, если я предложу проводить до дома вон ту пару? Разрешаю взять на абордаж Романову.
  - Очень мне она нужна! - взвыл пацан, - Ладно, я домой. Мать с обедом ждет. Прощевай.
  Сунул мне свою мелкую лапу для пожатия и поскакал, обиженно сутулясь.
  - Девчонки, не хотите взять интервью у будущей знаменитости? - нагло сунулся я к спешащей мимо парочке подружек.
  Ленка улыбнулась задорно. Даже носик сморщила. Светка тоже благосклонно растянула губы. Кажется, они ничего не имели против моего общества.
  - Какие нынче дивные погоды стоят, - продолжит треп из классиков.
  - Холодно, - пожаловалась Романова, - Домой хочется. Может, потом, как-нибудь?
  Что потом? Ты мне даром не нужна. Дружи себе потихонечку, а треугольные связи тут не устраивай. Это в химии они нужны и полезны. А вслух я сказал:
  - Потом, так потом.
  - Отличную музыку ты исполнил. За душу берет. А кто автор? - возобновила разговор Ленка.
  - Ну, я автор, - скромно потупившись, признался я, - Только, чур, никому об этом не сообщать. Молчок.
  Сделал страшные глаза и приложил палец к губам.
  - Да врет он! - засомневалась Романова, - Видишь, как глаза отводит.
  - Не вру. Гипсовой головой Ленина в актовом зале клянусь, что это правда. Сам сочинил, вспоминая самое светлое, что было в моей жизни, - убежденно отстаивал свою позицию.
  - А песни сочинять можешь? - заинтересовалась Бекетова.
  - Это как два пальца... Пардон. Запросто!
  - Вот и сочини... А я пришла. Если хочешь, можешь проводить Свету к ее подъезду.
  Ленка подошла к двери своего подъезда, обернулась и помахала рукой в варежках нам на прощание. В своей белой шапочке и пальто она напоминала снегурочку. А своей улыбкой она напоминала... Кого же она напоминала? Нет, таких улыбок больше не бывает.
  Ну, если леди хочут, то джельтмены вскочут. Пришлось провожать и Романову. Она тоже перед прощанием вдруг восхотела для себя песни.
  - А это уж как получится. Вдохновение если будет, - неопределенно ответил на это.
  Вот и тема для ленкиного подарка неожиданно обрисовалась. Песенку я ей подберу, в этом нет никаких сомнений. Надо только мозгами немного пошевелить и намекнуть, чтобы не забыли пригласить на поедание тортиков.
  Торчать дома в одиночестве желания не было. Решил сходить на пацанью тусовку в подвал и заодно исправить там последние впечатления от Чики.
  Подвальная публика принялась кидать на меня многозначительные взгляды. Понятно, надеются, что я отдарюсь песнями. Однако, у меня свои интересы, о которых сообщил в общем виде:
  - Пацаны, тут такое дело. Немного шайбок мне бы не помешало. Мать в ментовке, весь в долгах и жрать дома нечего.
  Пика возмутился:
  - Карточный долг - это святое.
  Но, его другие пацаны не поддержали. В итоге, мне было прощено долга на шестьдесят копеек. Из них Шило скостил весь свой долг. Благодарно взглянув на своих спасителей, взял гитару и принялся разминать голосовые связки. Подарил пацанам еще несколько токаревских шедевров, среди которых были "Зойка-налетчица" и "Стаканчики". Еще им сбацал кое-какие дворовые песни из своего детства. Пусть даже если их пацанва знает.
  Начал с "Вот идет караван", который Чика не смог одолеть. Многие оказались для них неизвестными: "Все пройдет", "Одинокий демон", "Малолетка в 15 лет",
  Песни - целые баллады. Невероятно обаятельные своим несовершенством, как сами неуклюжистые подростки. В последней рассказывается, как малолетка-раздолбай пожертвовал собой, но спас целый автобус с детьми. Естественно, приходилось исполнять каждую песню по нескольку раз. Устал вусмерть. Не заметил, как время придвинулось к девяти.
  Дома расположился в своей постели и метнулся в пространство Рея. Накопились к нему кое-какие вопросы. Божественное создание сделало вид, что не понимает причин моего беспокойства:
  - Личности с низким статусом не имеют возможности доминировать над обладателями высоких статусов без согласия последних. Так что оснований для беспокойства нет. Нервная система рецессоров устроена таким образом, что сразу исключает из цепочки воспоминаний события, резко контрастирующие с обычными событиями, но оставляет как своё всё то, что не привносит противоречия.
  Так что у Чики некоторые фрагменты моих действий оставались в воспоминаниях кусочками своей прожитой жизни, а необычности вроде прекрасной сказки. Мои обвинения, что я преднамеренно заброшен в это время в качестве подопытного кролика, подтвердились. Существа духовного плана обязаны ответить на прямо поставленный вопрос правдиво. Свой поступок Рей объяснил желанием узнать, как я себя поведу в непривычных условиях.
  - Ведь даже космонавтов требуется тренировать перед тем, как их отправить в глубокий космос.
  Сам отправишься в кое-что глубокое, но не космос, если будешь тут тихушничать.
  У оконфуженного Рея попросил знаний по переломам. В итоге в меня был втиснут огромный кристалл по медицине: от нейрохирургии до проктологии. В медицине всё переплетено, и многие отрасли связаны друг с другом.
  
  11.
  Суббота, 08.02.1975 г., долг - 40 коп.
  Проснулся около девяти утра и занырнул в ванну. Хотелось поскорее провести инициацию и покончить с сопутствующими мучениями. Ну, да. Потрясло тогда меня колоритно. Казалось, что все кишки наружу выскочат и мозги из ушей выльются.
  Процесс длился долго. Кроме сильных болей в голове, которые ожидались, отчаянно сильно болели руки, особенно пальцы. Я нередко впадал в неконтролируемые состояния сознания. Отчего потом находил свою голую унавоженную тушку в разных местах квартиры. Когда отпустило, еще долго валялся на полу, собираясь с силами. Неприятная фаза обретения новых знаний сменилась эйфорией. Жизнь получила новые краски и заиграла в них, как солнечные лучи в витражных стеклах. Немного омрачало нагромождение стереотипов и привычек от прежних обладателей знаний. Не станешь же в беседе с пацанами использовать выражения: "Нуте-с", "Милостивый государь", "Позвольте". Да еще жесты какие-то дурацкие появились. Пришлось их срочно подавлять. Надо будет нажаловаться Рею на его помощников. Недорабатывают, собаки. Халтурят!
  Тем не менее, я теперь - монстрище медицинское. Вот только опять мимо кассы. Частную практику открыть при социализме чревато, а до работы врачом меня без корочки о высшем образовании не допустят. Наплевать, мне бы только с Инкой разобраться. В мыслях я представлял, как ее излечиваю. В благодарность она тут же влюбляется в меня, как кошка. Есть ведь примеры в литературе. Комарик в сказке, освободив муху от паука, сразу женился на ней. Тьфу, какие мысли в голову лезут... А Инка все же обалденно красива. Даже в болезненном состоянии.
  В школу можно было не спешить. Вовка, наверное, притаскивал свою вредную задницу и звонил. Понятно, что не задницей. Мне не до него было. Предстояла пара уроков труда с лохмато-всклоченным будто после драки Иваном Игнатьичем и пара по физкультуре, от которой у меня еще имелось освобождение.
  Уроки труда проводились по половому признаку. Мужская часть класса посещала стройцех агропредприятия. Тут находились и деревообрабатывающие станки, и токарные, и фрезерные. Имелась электрическая и газо-аргонная сварки. Любую вещь можно было сотворить, а не только пресловутые табуреты. Девчачья часть занималась каким-то рукоделием в школе. С трудовиком мой подопечный был всегда в отличных отношениях, помогал в цеху, прочие поручения исполнял. Думаю, что он простит мою неявку. В крайнем случае жидкой валютой откуплюсь.
  Привел себя и квартиру в относительный порядок. Забрался снова в постель, но спать не хотелось. Внезапно вспомнилось, что с десяти утра музыканты Толика Шиловского начинали свои репетиции в ДК. А по воскресеньям там же устраивались танцы для молодняка с восьми вечера и почти до полуночи. Надо выполнить свое обещание Ларику и прийти посмотреть, что за зверь этот "Спектр", заодно и себя показать. Кроме того, возникла идея насчет подарка Бекетовой. Чего-нибудь такое нужно отыскать в массиве, отчего все женщины начнут млеть со страшной силой и давать без спроса.
  Я не особый любитель попсы, поэтому пришлось долго перебирать варианты. В итоге остановился на "Алёнушке", Мистера Кредо. А что? Как раз по имени совпадает, и лирики там, хоть отбавляй. Инструменталка сложновата, но при должном желании за пару репетиций можно одолеть. Цвет её глаз по песне должен быть зеленым, а не голубым. С маленькой натяжкой можно будет сделать допущение. Вырвал тетрадный лист в клетку и расчертил нотным станом. Набросал общий мотив без привязки. Интересно, какой у "Спектра" обычный репертуар? Наверное, на Стаса Намина ориентируются с его "Цветами"?
  Решил пойти пораньше. Чего дома сидеть? В доме культуры сначала было сунулся в киноконцертный зал, откуда доносились какие-то песни, почему-то про колхозные проблемы: "...Подвези нас Петруша на тракторе". Голоса звучали далеко не молодые. Я понимаю, конечно, что шилин брат может быть сильно увлечен сельскохозяйственной тематикой. Но, зачем он такой древний репертуар откопал? Неужто здесь и молодняк на танцах кайфует от подобного музона?
  Фух, отлегло! Это явно не "Спектр". Какие-то немолодые тетки в кокошниках вяло двигались по сцене, приставая к щуплому мужичку. Руководила этим процессом очкастая моложавая женщина, чем-то похожая на Ангелину. Неприязненным взглядом руководительница загасила во мне желание чего-либо спрашивать. Надо срочно со своим имиджем что-то делать, а то скоро просто так по морде начнут отоваривать. И не будешь даже знать за что.
  - Павлуша, а ты чего здесь делаешь? - неожиданно послышался знакомый голос.
  Упс, не ожидал встретить вовкину мамуленцию Ирину... Забыл, как её по отчеству. Макияж и украшения сыграли свою роль. Сразу не узнал. Помахал приветственно лапкой, типа: - "Здрасьте, тётя Ира".
  - И Вова тоже здесь? - озабоченно-испуганно поинтересовалась его мама.
  - В школе он, - успокоил её, - А мне Толика Шиловского надо найти.
  Руководительница, срочно сменив выражение лица, помогла решить мою проблему. Состроив благодарственную лыбу ей и попрощавшись с коллективом, смылся из зала и поплёлся по указанному маршруту. Студия спектровцев располагалась в спортивной части здания на втором этаже.
  Однако, нехило они укомплектовались. Ударная секция на хай-уровне, органола Юность 70, гедеэровские электрогитары, кларнет, труба, скрипка. У инструментов беседовали молодая и стильно одетая женщина с лохматым парнем, настороженно на меня уставившиеся.
  - Я к Шиловскому, - на всякий случай мявкнул им.
  Парочка вернулась к своей беседе, продолжая боязливо на меня коситься. Подошли еще двое мужчин, один из которых уж точно не относился к молодежному возрасту со своими лысиной и брюшком. За ними явилась тощая дама в длинном платье, тоже немного не в контексте. Мой бандитский вид всех заметно нервировал. А я, вместо того, чтобы скромно таиться среди фикусов, шнырял по студии с наглой мордой.
  Ларик увидел меня и страшно обрадовался:
  - Ба! Какие люди! Рад, что согласился прийти. Анатолий про тебя спрашивал.
  Вскоре появился и руководитель ансамбля. Видом своим он никак не походил на своего изящного брата. Широкоплечий, коренастый, в вызывающе клетчатом желтом костюме, он выглядел жутко экстравагантно. Понемногу подтянулся весь музыкальный коллектив. Я привык, что в рок-группах работают примерно четыре музыканта. А с появлением синтезаторов хватало даже одного человека. Здесь же собралась целая толпа человек в десять.
  Ларик меня представил своему боссу. Мы прошли в его кабинет. Там Шиловский рухнул в кресло за офисным столом и по-хозяйски развалился в нем, скептически уставившись на меня:
  - Давно хотел на тебя посмотреть. Виктор говорит, что не у каждого встречал такого добротного исполнения. А на электро смогешь?
  Дождавшись уверенного кивка, продолжил:
  - Тогда пойдем, покажешь, чего умеешь? Приготовил материал?
   Я растерянно перевел глаза на Ларика. Как-то в голову не приходило, что вот так сразу начнутся смотрины. Ни познакомиться толком, ни присмотреться.
  Анатолий понял мое молчание по-своему:
  - Молодой человек, у нас здесь не детский сад, а сложившийся раскрученный коллектив. Нас приглашают даже в соседние районы выступать. На конкурсах в призёрах бываем. Рисковать я не имею права.
  Как так показать мастерство, чтобы не запалить свои суперспособности? Надо что-то малоизвестное для них, или даже неизвестное. Мы вышли в студию к остальным музыкантам. Толик Шиловский представил меня и с ироничным тоном сообщил, что я сейчас должен поразить всех своим умением игры на электрогитаре.
  Понятно, опять моя малосолидная внешность подкузьмила. Не принимают всерьез. Подстричься, что ли? С унылой мордой взял инструмент и опробовал звучание. В голове уже готовилась вылупиться одна веселенькая композиция. Показал ритм-бой ударнику и примерный мотивчик басу. Если они - музыканты правильные, то сами ухватят нужный стиль. После врубился в тему сам:
  - А меня укусил гиппопотам.
  С испуга я на веточку залез.
  Сижу я здесь, а нога моя там.
  Меня укусил гиппопотам,
  Гиппопотам, гиппопотам, гиппопотам...
  В инструментальной версии этой хулиганистой детской песенки даются мощные вставки разными инструментами между куплетами. Поэтому приходилось подскакивать еще и к органоле, и к роялю. Отсталые они люди - такой величайшей песни всех времен и народов не знали.
  Может быть, напрасно я так раздухарился. У Толика был такой вид, словно ему сама Эдита Пьеха подмигнула. Теперь живого он меня от себя не отпустит. Остальные участники тоже восторженно приняли эту композицию. Ларик даже предложил её срочно вставить в репертуар. Вопрос с работой вроде бы был устаканен. Детали руководитель предложил обсудить после репетиции, то есть после трёх часов. Я сообщил, что в час должен уехать по сверхсрочному делу. Лицо Шиловского скуксилось, но он справился с собой:
  - Если собираешься работать во взрослом коллективе, то с детством пора расставаться. Без дисциплины никакое дело не состоится. Другие дела придется отставить. Кстати, сколько тебе лет? Четырнадцать? Ничего, наймем на ставку вместо тебя надежного человечка с трудовой книжкой. Придется немного с ним делиться, за то все будет чисто и официально. А еще мы большей частью добираем свое по танцам, ресторанам, свадебкам. До четвертного, порой, на брата выходит за раз. Это я к вопросу об оплате. Если чего тебя еще не устраивает, то сразу говори. Проблемы для того и существуют, чтобы их решать с помощью начальства. Ну как, договорились?
  Толик перегнулся через стол и напористо вытянул для пожатия руку.
  - Есть еще одно маленькое дельце, если можно, - виновато вякнул я.
  - Давай, выкладывай.
  - Я принес одну песню в подарок на день рождения для одной девушки. Можно ли сделать так, чтобы ваш виа ее подготовил к следующему воскресенью и исполнил на танцах?
  Анатолию не удалось скрыть кислого выражения лица. Наверное, подумал, вспомнив себя в мои года, что я сейчас начну терроризировать его пацанской лирикой.
  - Ладно. Пошли, покажешь свое творчество.
  Музыканты в студии наигрывали чего-то такое антоновское. Готовились к завтрашним танцам. Толя помахал рукой, останавливая процесс, и предложил мне показать творение. Я снова взял электрогитару. Исполнил начальный проигрыш, согнулся над инструментом и дал вокал:
  - Ей сердца моего совсем не жаль,
  Не пой мне соловей-соловушка.
  Ведь в песне в этой грусть моя, тоска-печаль,
  Любовь моя, Алёнушка...
  Когда затихла последняя нота, взглянул на окруживших меня музыкантов. Лица их плотоядно улыбались, как у дистрофиков, нашедших скатерть-самобранку.
  - Это что, ты сочинил? - не скрыл удивления худрук, - Неплохо!
  Я сделал морду, которая однозначно сообщала о глупости подобного вопроса. Меня обступили будущие, надеюсь, коллеги и принялись одобрительно хлопать по спине и плечам.
  - Ну, брат, ты выдал класс... Вообще... Неожиданно!
  - Стараемся, - скромно похлопал глазками.
  Анатолий снова влез с вопросом:
  - А есть ли у тебя еще подобные песни?
  - Кое-чего найдется... - неопределенно вякнул.
  У худрука слюнки потекли. Как же, кроме гитариста, он отхватил в свою команду целого сочинителя. Радуйся, дорогой товарищ. Только не забывай, что за всё придётся платить. Благотворительностью мы при коммунизме начнём баловаться.
  Музыканты согласились подготовить подарок к нужной дате, но за это я дал согласие на использование этой песни в репертуаре ансамбля. Соответствующие ноты были торжественно вручены худруку. Порекомендовал договориться с народниками об использовании баяниста.
  До часа дня было еще полно времени. Порепетировал с музыкантами. Репертуар советского виа из глубинки был везде примерно одинаков. Микст из Шизгары, песен Антонова и Тухманова, народняк, типа "Поспели вишни..." и "У самовара я и моя Маша". Тут ожидаемо присутствовали несколько песен из "Цветов". Еще была "Натали", написанная самим худруком. По моему вкусу - вещь немного сыроватая. Может быть, раньше Толик и пытался следовать собственной линии, но потом скатился к примитивному, но сытному и безопасному винегретному репертуару.
  В целом, моим звучанием и знанием материала Шиловский остался доволен. Он мне настойчиво предлагал быть с завтрашнего вечера на танцах и заработать себе первые деньги. Я же вспомнил, что в это время нужно будет выходить на смену в больницу, с Инкой чего-то решать. Пришлось отказаться от супервыгодного предложения худрука.
  Подошло время отъезда. Я попрощался с потеплевшими ко мне участниками ансамбля и поскакал к школе. Москвичонок уже парканулся возле школы, а неподалеку от него маялся Вовка. Поприветствовал друга, который уже посинел от холода. Когда только успел?
  - Бате чё сказал? - поинтересовался я.
  - Ниче, он на дежурстве, - простодушно мне сощурилась хитрая рожа.
  - Ну, тогда, полезли в машину.
  Водила Саша улыбнулся мне из уютной кабинки своим полным лицом. Я познакомил его с Медиком. Вскоре мы пылили снегом по пустым подмосковным трассам, общаясь о всяком разном. Оказалось, что Саша работал физинструктором в санатории, обслуживал группы общей физической подготовки. Судя по предупредительному отношению к себе, догадался, что пацаны чего-то такого ему в уши про меня насвистели. Ну, да. Весь я из себя такой продвинутый чел. Сплошная суперзвезда культуры и спорта, а также космоса и политбюро. Лишний раз убедился в силе пиара, даже на пацаньем уровне. Этак скоро сам Панок начнет трястись передо мной и угодливо заглядывать в глаза, пытаясь угадать мои желания.
  Рощинские меня встречали, как какого-то генсека. Оркестра только не было. А так... Шутки, подначки, объятия. Даже кое-кто, не буду называть, клюнул меня в щеку. Вовка весь поначалу перенапрягся и опасливо жался в сторонке, но тоже попал под обнимания. Чуть сок не выделил.
  Нас повели в дворцовый буфет подзаправиться чаем с пахлавой - угощением от жекиной мамы. Пока мы там стояли и работали над сладкими кусочками жевательными мышцами, прибежали мелкие пацаны с известием, что "электроны" приехали и уже вышли на раскатку. Ребячья команда из города учёных Долгопрудного носила гордое название "Электрон". Команда обреталась где-то в середине турнирной таблицы. Сильные игроки. Предстояла серьезная рубка.
  Срочно все помчались переодеваться. Испытывать визговые децибелы Романыча на своих нервах никому не хотелось. Форму мне сделали по размеру, но легенду оставили. Я остался Семеном Фроловым, девятым номером. Менять игроков в ходе матча было категорически запрещено.
  Пока я переодевался и экипировался, в раздевалке появился импозантный пожилой мужчина с крупными чертами красивого породистого лица. Черные курчавые волосы были немного с проседью. Чем-то даже на шахматиста Спасского смахивал. Память тела подсказала, что передо мной сам Шумилов. Он некоторое время молча на меня таращился, затем спросил:
  - Что это за суповой набор?
  Даже обидно как-то стало за свое новое тело. Мышцы вроде есть и в нормальном балансе с костями. Или так дядя прикалывается надо мной? Не может быть, чтобы он меня не узнал. Хотя уже года четыре прошло. Я вытянулся и заметно повзрослел. Мордаха тоже вытянулась, из круглой стала тощей, как и я весь сам.
  Жека прокрался из-за спины и представил меня:
  - Это Паша. Он будет вместо Семена играть. Я вам про него рассказывал, Николай Михайлович.
  - Здорово, боец! Женя говорит, что чудеса на льду творишь, - с иронией высказался директор.
  - Кое-что, иногда, получается... - скромно огрызнулся я.
  - Не знаю... - засомневался вдруг дядя, - Ребята в команде противника мощные, в основном. А этот худой больно. Зашибут ведь, а мне потом отвечать.
  - Не зашибут, у меня скорость есть, - строго пояснил я.
  - Да пусть играет, Николай Михайлович. Трус не играет в хоккей. Верно, малец? - последнее выражение тренер адресовал ко мне.
  - Ну, как знаете, - махнул рукой директор, - Если выиграете сегодня, всей команде проставлюсь в ресторане. За прошлые победы не получилось вас поблагодарить. В аварию тогда угодил...
  Дядя улыбнулся и тряхнул седеющей головой смущенно.
  Пацаны расчувствовались, особенно от ресторанных перспектив. Жека по-капитански сделал стойку и заверил, что команда приложит все усилия и зубами вырвет победу. До чего же не терплю пустых метафор. Если он рассчитывает на мои зубы, то пусть обломается. Я лично другими частями тела играю.
  Вышли на раскатку. На площадке вовсю накручивали круги "электроны". Форма, естественно, темно-синяя с белым изображением атома. Ну, там где вокруг ядра электроны эти пришибленные вьются по разным орбитам. Они оценивающе поглядывали в нашу сторону. Видок у них был "мама не горюй". Не знаю, какие они там из себя умняшки, но на тюремных нарах они удобней бы смотрелись. Заметил на себе их недоумевающие взгляды. Сам понимаю, что не особо высок и могуч. Если сразу не прибьете, то готовьтесь принимать таблетки. Короче, скорчил им козью морду. Потом опомнился... Вот, Чика - гад! Его эмоции лезут.
  Вовка сначала поошивался в раздевалке, когда я там находился. Потом его тощая морда помаячила какое-то время на трибунах хоккейной площадки вблизи электронной команды. Видимо, соскучившись по приключениям, его не менее тощая жопа стала задирать вражеских хоккеистов. Довыёживался, гад! За ним по трибунам начали гоняться трое плечистых молодцов. Пришлось вмешиваться и упрашивать противника сменить гнев на милость в отношении малолетнего засранца. Подлому гаду, наблюдавшему за нами с безопасного расстояния, был показан кулак.
  Команды собрались на льду для приветствия. Игру начала наша пятерка. В самом начале было очень сложно. Буквально на первых минутах началась драка. Два костолома пытались пришпилить нашего капитана к борту. Серега кинулся ему на помощь. В итоге - взаимное удаление двух защитников. Это мне было на руку. Обыграть двух защитников гораздо легче. Вколотил злым электронам первую шайбу. Гости приложили все свои пацанские мощи и отыгрались в игре против лехиной пятерки. Смена, и Жека с моей подачи снова вывел нашу команду вперед. Трибуны неистовствовали с двух сторон. Кстати, приехало довольно много фанатов "Электрона", судя по обидным кричалкам. Рощинские пацаны старались их перекричать. Получилось двойное соревнование: и на льду, и на трибунах. На перерыв ушли при равном счете - два-два.
  Возобновившаяся игра напоминала качели: то мы вырываемся вперед, то соперники. Распознав во мне самого опасного игрока, электроны старались вышибить меня из игры. Уворачивался от бросающихся на меня туш с огромным трудом. Наша команда немного подустала и слила второй период. На табло висело четыре-пять.
  Романыч в раздевалке, пока мы отдыхали, ел лехины мозги без майонеза. Зудящая противным звуком бормашина в союзе с ржавой пилой позавидовали бы талантам тренера. Даже у меня заломило в голове. Вышел из раздевалки и прошел к скамейке запасных. Народ углядел меня и принялся скандировать:
  - Фролов! Фролов!
  Вовка внезапно возник и плюхнулся рядом со мной.
  - Чего это они тебя каким-то Фроловым дразнят? - поинтересовался он.
  - Это мой спортивный псевдоним, - разъяснил ему.
  - Псе-вду... Вечно у тебя все не как у людей! - ворчливо высказался друг.
  - Согласен. Я такой, - миролюбиво согласился с ним.
  Переоценил я свои хоккейные способности. Противник оказался слишком силен. Боюсь, что нам не получится сегодня порадовать дядюшку. Внезапно накатила злость. Я, взрослый по сути мужик, состоявшийся спортсмен, и не могу справиться с ватагой каких-то пацанов, пусть рослых? Обломитесь!
  В последнем периоде наша команда усилила напор, а противник заметно скис. Когда я выходил зверствовать на лед, несчастные электрошки жались у своих ворот, пытаясь перетерпеть таким образом мое время. Наш шайболов Глешка Синюков тогда откровенно дрых в своей калитке. Отыгрываться пытались они против других пятерок, но довольно вяло. Накидали им до конца игры еще две шайбы. Проводили нас со льда под счастливый вой фанатов. Соперники с кривыми улыбочками поздравили нас с заслуженной победой: шесть-пять!
  Радостный гад Вовка залетел в раздевалку и принялся надо мной глумиться, обзывая Семёном. Пообещал ему мучительную смерть, когда отдохну и приду в себя. Усталые парни валялись по лавкам, изнемогая от счастья. Подошел тренер с Шумиловым. Поначалу вылез Романыч со своими тупыми речевками. Директор его аккуратно задвинул и душевно поблагодарил хоккеистов за победу, не забыв напомнить, что в восемь вечера состоится банкет в ресторане. Мне он пожал руку со словами:
  - Не ожидал. Прекрасная игра!
  Я разомлел и чуть не признался в своем родстве. Подумав, решил, что шахматная победа будет выглядеть гораздо круче. Директор, кстати, напомнил своим ассистентам о предстоящем сеансе перед своим уходом.
  Жека позаботился о трениках для меня и настоятельно настаивал, чтобы я зашел к нему домой на перекусон. До шахматного сеанса еще было достаточно времени. Мои кишочки принялись предательски урчать, не давая сосредоточиться и найти предлог, чтобы уклониться от этого приглашения. Я еще помнил свое фиаско перед жекиной матерью. Поломавшись для приличия, я все-таки дал себя уговорить. Вовку тоже ведь надо где-то питать.
  Одевшись, хоккейные ребята выметались из раздевалки и попадали в чрево ожидавшей их толпы. Снова разразились крики, свист, аплодисменты, пожатия рук, хлопанье по разным частям больного тела. С трудом смогли вырваться из трясины радующейся толпы, не устающей нас чествовать.
  - А куда мы идем? - подлез Медик к нашей шустро топающей компании в трениках.
  - Паша и ты сейчас ко мне идете отобедать перед шахматным сеансом, - улыбнулся ему Женек.
  - А зачем нам нужен шахматный сеанс? - сильно удивился Медик.
  - Чтобы поумнеть... - влез я и начал давать шутливые рекомендации своему другану, - Значит так. В гостях вести себя скромно, но достойно. Как и приличествует настоящему просторскому пацану. Матом не ругаться, прыщавую задницу не чесать, носками не вонять...
  - Да иди ты, Чика, сам в эту задницу. И воняй там носками, - возмутился, смущаясь перед пацанами, Вовка.
  Я не выдержал и заржал, а Вовка принялся меня шутливо дубасить кулаками.
  - Чика - это кликуха такая? - поинтересовался, отсмеявшись, Жека, - А меня все ребята Чинком называют. Из-за фамилии - Овчинников.
  - Ух, ты! Здорово! Чин, Чика..., - тут же снова влезла вовкина морда, - А меня можно Медиком называть.
  Мама Жеки очень обрадовалась приходу нашей компании. Перед нашими голодными мордами появлялись огромные тарелки, наполненные до краев щами, тушеной капустой с сосисками, с разными салатами. И все это пропадало в прожорливых черных дырах. Невероятно вкусные щи! Я наелся с пол тарелки, а еще маячили на очереди второе и прочее. Не помню, как все это осилилось. Ощутил, что живот преобразовался из плоскости в выпуклость. Медик являл собой мою полную противоположность. Рубал яства в свой рот, как заправская мясорубка. Подозреваю, что и не прожевывал даже, а заглатывал все как кобра крыс. Женщина смотрела на наш ударный жор и улыбалась от души. Я благодарно улыбнулся ей в ответ полным ртом еды.
  
  12.
  Суббота, 08.02.1975 г., долг - 40 коп.
  В ДКС мы втроем появились за полчаса до начала. Подтянулись Леха и Тоха. Ассистенты принялись подготавливать шахматную площадку в холле, собирать деньги с пришедших на сеанс. Любителей шахмат набралось больше допустимых двадцати. Больше не позволял инвентарь. Знакомых лиц было мало. Приветливо кивнула мне бородка клинышком. Еще несколько полузнакомых лиц изобразило удивление. Не понимали, почему я с другой стороны окопа оказался.
  Я намекнул Чинку, что сейчас без денег совсем. Он воспринял это с пониманием. Еще бы ему не понимать, когда они с дядей вместе оставили меня без заслуженного гонорара.
  За пять минут до начала ассистенты попросили любителей шахмат занять свои места. На билете, выданном мне Жекой, было отмечено девятнадцатое место. Рядом со мной по обе стороны уселись толстый усач и стриженный темноволосый подросток моего возраста, крепенький такой. За каждым участником стояли болельщики. Возле усача роилась внушительная группа поддержки. За меня готовился болеть верный змей Вовка. Пацанчик справа сидел в гордом одиночестве. Кого-то его черты лица напоминали? Что-то ускользающе знакомое...
  Ровно в шесть в фойе величественно вплыл дядя в темно-синем с отливом костюме. За ним с не менее торжественными мордами вышагивали пажи..., тьфу, ассистенты в школьных костюмчиках. Все встали, приветствуя маэстро. Шумилов поблагодарил собравшихся кивком. Жека зачитал правила и условия. После, не сговариваясь, ассистенты устремились бегом к столикам, делать первый ход. Везде была двинута вперед королевская пешка. Я двинул свою такую же, но только на шажок. Получился вариант Стейница. Вот и ладненько. Его особенностью было создание у белых иллюзии пешечного превосходства в центре.
  Увидев меня, дядя состроил удивленное лицо:
  - Надо же! И в шахматы играет. Какой многогранный...
  То худоба моя ему не нравится, то ещё что-то... Что мне теперь, ботоксом уколоться, чтобы соответствовать каким-то там стандартам?
  Играл Шумилов слишком медленно. Пока до моей доски добирался, я со скуки сто раз подыхал. Ещё эти левосторонние так жужжали над своим усатым другом, что нервы собирались лопнуть. От нечего делать стал подсказывать соседям ходы. Толстяк сначала состроил недовольную гримасу. Как же, какой-то малолетка смеет считать себя умнее его. Но, когда на тридцатом ходу я одолел маэстро, молча стал прислушиваться к моим советам. Подросток справа принимал советы с благодарностью. И сам мне чего-то такое силился подсказать. Как я заметил, играл парнишка вполне сносно, но без интереса.
  Его инкогнито к середине игры было раскрыто. Подошел человек, в котором я без труда признал известного журналиста-международника Генриха Боровика. Его сынок в будущем должен стать не менее знаменитым журналистом-взглядовцем, а пока что он - всего лишь бойкий подросток.
  После поражения от меня дядя сразу как-то скис и наделал три ничьи и три поражения от интеллигента с бородкой, толстяка с усами и сына журналиста Боровика. Довольный толстяк крепко пожал мне руку:
  - Молодец, пацан! С меня бутылка ситро.
  И захохотал, увидев мою кислую рожу. Сам потребляй свое ситро, боров усатый. Чтоб тебе еще сильней растолстеть и ни в одну дверь не пролезть!
  Артем сам проявил инициативу по знакомству и, если бы не его отец, тащивший сына по каким-то, ему одному известным делам, то возможно пристроился бы к нашей пятерке. Пацан шпанистый. Не успел я сказать: "Мяу", как он уже успел перезнакомиться со всеми ассистентами и с Вовкой в придачу. Я его пригласил на завтрашний хоккейный матч. Московский парнишка невероятно обрадовался и пообещал непременно быть. Наш сегодняшний триумф Тема пропустил, так как приехал с родителями полтора часа назад. В шахматы, собственно, намеревался сразиться его отец, но задержался, а Теме пришлось выгребать игру.
  Пока общался с пацанами, Шумилов скрылся в своей гримерке. Вышло совсем не так, как я рассчитывал. Блин дырявый, упустил! Надо было бы просто подойти к этому родственнику и признаться. Интеллект вроде бы продемонстрирован. Бандитскую внешность можно лакирнуть приятственной улыбочкой... Не, надо еще перед зеркалом потренироваться, а потом уже подходить на разговор. Огорчуху уравновесила рублевая бумажка, упавшая в мой карман за победу над дядей.
  В ресторан наша теплая компания все-таки опоздала примерно на полчаса. Остальные хоккеисты чинно сидели за составленными попарно столами по восемь человек и чего-то такое дожевывали. Свободных мест за вторым столом было всего три, а нас пришло пятеро. Шумилов, по словам Чинка, велел его не ждать.
  Садиться за второй столик не хотелось еще и по причине тренера Романыча, чего-то вдохновенно вякающего сидящим рядом с ним с унылыми мордами рощинским пацанам. Других свободных столиков в поле зрения не мерещилось.
  Чинок гостеприимно предложил дорогим гостям, то есть мне и Вовке, приземлиться на свободные места, а ассистентам скромно подождать директора, пока он оправляется где надо. Я достал капитанское ухо и нашептал туда, что лучше помру голодной смертью, чем за этот столик сяду.
  Пока спорили, взгляд натолкнулся на одиноко сидящую женщину. Что-то знакомое показалось в ее фигуре, манере держать голову. Офигеть, да это же Касимова Лейсан! Принцесса Будур. Пришелица из высших комсомольских сфер.
  Шаровой молнией накатил заряд хулиганства, рассыпался по позвоночнику и разрядится сладким томлением где-то под копчиком. Шепнул Чинку, что мы с Медиком идем резко на посадку, и потащил своего тощего друга к столику с симпатичной женщиной.
  Лейсан не сразу узнала меня, глубоко задумавшись о чем-то своем. Мне пришлось отвлечь её от мыслей вопросом:
  - Не желаете продолжить интересный разговор о музыке?
  Женщина с сомнением уставилась на меня и вдруг воскликнула:
  - Боже мой, Паша! Как ты здесь оказался?
  - Правильней было бы сказать: "Шайтан тебя подери!". Нам с другом Вовой наскучило киснуть в Родных Просторах. Мы решили поискать приключений на свои сидалища и малость пошалить по всяким ресторанам. Посещаем их, жрем до отвала и смываемся. Не хотите ли присоединиться к нашему сообществу?
  Лейсан покачала отрицательно головой, потому что говорить уже не могла, сотрясаемая беззвучным смехом.
  - Эх, жаль! - горестно пропел я с гнусавыми интонациями, - Придется тогда нам к вам присоединяться. А то сидите одна за столиком, умираете от скуки. А мы с другом Вовой в это время умираем от голода. Давайте спасем друг друга?
  - Я вообще-то не одна. Скоро один человек подойдет. Но два места за столиком свободны. Присаживайтесь, искатели приключений, - с трудом произнесла женщина, давясь от смеха.
  Вовка был в полном ауте и ничего не понимал. Однако, он не поленился высунуть язык и произнести:
  - Вы были на чикином концерте. Я вас узнал.
  Ну, да. Вода - мокрая, а масло - масляное. Капитан-очевидность просто. Нарушил очарование момента.
  - Верно! - согласилась Лейсан, - А мы ведь толком не познакомились. Касимова Лейсан. Можно просто Лиза. Секретарь областного комитета комсомола, отвечаю за культмассовую работу.
  Женщина протянула свою изящную лапку сначала мне, а потом Вовке. Я осторожно пожал ее ладонь своей не менее изящной конечностью.
  - А я - Павел Чекалин, главный просторский хулиган, лодырь и нарушитель всяких правил. Отвечаю за безобразия и подрыв нервов учителей, - сообщил о себе я, при этом молодцевато вскочив и изобразив полупоклон.
  - Владимир Медведев, пашкин соучастник, - представился мой друг и повторил мои движения.
  - Забавные вы ребята. Чувствую, что не дадите мне скучать, - улыбнулась нам Лиза.
  В это время перед столиком нарисовалась как в плохой пьесе неожиданная фигура. Это был сверкающий, приглаженный и напомаженный мой двоюродный дядюшка. Наши с Вовкой гордо восседающие тушки показались ему, скорее всего, двумя опарышами, резво рассекающими по куску сочного бифштекса.
  - Молодые люди, не могли бы вы пересесть на другое место? - с нажимом в голосе произнес он.
  - Нам там место не досталось, - буркнул я.
  - Николай, я именно об этом мальчике тебе говорила. Его зовут Павел Чекалин. Превосходный талант!
  - Чекалин? Паша? Не может этого быть!
  Бедный дядюшка даже взмок от потрясения, а его глаза чуть не выскочили из орбит. К столику резво подскочил официант за заказом, но Шумилов раздраженно отмахнулся от него.
  - А как же обещанная простава, товарищ директор? - деланно возмутился я.
  Дядюшка окинул меня странным взглядом, собравшим в себя целую гамму чувств. Здесь, кроме удивления, присутствовал испуг и даже толика презрения. Из этого полуобморочного состояния его вывел солидный мужчина со страшно узнаваемыми чертами лица, вогнав теперь уже меня в легкий шок. К дяде наклонился сам Александр Ширвиндт и заговорщецки промурлыкал:
  - Есть дело...
  Шумилов быстро поднялся из-за столика и, извинившись перед Лейсан, направился вслед за знаменитостью на другой конец зала. Там за столиком, составленным из двух, как у наших хоккеистов, сидела целая компания знаменитостей. Хорошо, что во рту пока ничего не было, а то я бы неизбежно скончался, подавившись. Моментально бросался в глаза своей фигурой и экспрессией режиссер Рязанов Эльдар. Чего-то всем рассказывал своим простецким лицом Георгий Бурков. Импозантный Ипполит, в миру Юрий Яковлев, ему ободряюще улыбался. Будущий Фокс, Александр Белявский там тоже сидел. Не хрена себе, в каких сферах дядюшка вращается! Еще двое участников застолья шифровались за спинами в дорогих костюмах. Вспомнил, что в это время Рязанов должен доканчивать свою шедевральную "Иронию судьбы". Что же он женское поголовье фильма не вывез сюда? Я бы не отказался потусить с Барбарой Брыльска.
  Из этого состояния легкой прострации меня вывела Лейсан, спросив:
  - Вы с ним уже знакомы?
  - С кем, с Ширвиндтом?
  - С Николаем Михайловичем, - поправила девушка, улыбнувшись.
  - А, с ним... Ну, да. Как видишь сама. Оказывается, мы знакомы, - грустно мявкнул я, сглотнув голодную слюну, - Дядя он мне, двоюродный. Не узнал - богатым буду.
  На всякий случай повнимательней окинул зал взглядом. Вдруг еще где-нибудь интересные личности притаились. Увидел семью Боровиков, уплетающих ужин под увлеченный разговор. Шахматный толстяк тут тоже затесался в компании своих друзей. Дядя уже сидел и хохотал о чем-то со знаменитостями. Вроде бы остальная ресторанная публика мне была не знакома. Вот и ладно, я вовсе не обязан знать всех обитателей википедии.
  Вновь подошел официант, призванный жестами Лейсан. Я равнодушно согласился с ее предложениями по меню. Заказали на четверых по цыпленку табака с тушенными овощами, салаты столичные, кофе с мороженым и пирожными. Бутылочка Мукузани предполагалась только на два, далеких от малолетства, рыла. По вовкиному хотению и лизиному повелению, еще добавились всякие стрёмные шпроты в масле, колбасы копчёные и сметана.
  - А у тебя с ним какие-то отношения? - загробным голосом поинтересовался я.
  - С кем, с Ширвиндтом? - игриво хохотнула девушка.
  - С Шумиловым, - подчеркнуто отстраненно произнес я.
  Девушка окинула меня своими миндальными глазами и сказала:
  - Не тревожься, мальчик. У меня с твоим дядюшкой исключительно деловые отношения.
  - Да мне абсолютно по барабану, какие там у вас отношения! - с немного возмущенным голосом заявил я.
  - Зачем тогда спрашиваешь?
  Я почувствовал себя полным идиотом, под загадочным взглядом женщины. Пока собирал мысли в кучку, чтобы найти ответ, официант уже притаранил поднос с заказом. С трудом подавил в себе желание сразу наброситься на еду. Так сильно хотелось есть, что запросто мог разложить на молекулы целое стадо кабанов. Пришлось сдерживаться перед смеющимися глазами восточной красавицы. Ел медленно, как последняя английская королева, отрезая правильные кусочки и держа вилку и нож в правильных руках. Еще эта дебильная салфетка тупо торчала из отворота свитера. С завистью покосился в сторону Медика. Вот, тощая пиранья. Мясные куски без всякого политеса за доли секунды превращались у него в обглоданные кости. И не подавится, проглот несчастный.
  Когда более-менее насытился, мысли снова вернулись к разговору с дядей, к его странному поведению. Получается, что Чика мне очередную мину подсунул. Так и есть. Раньше мы жили почти рядом с Шумиловыми в одном квартале, в Правдинске. Он тогда работал в райкоме партии на хорошей должности. Его карьера развивалась поступательно и в некоторой степени стремительно. Когда батя бросил семью, дядя стал помогать нашей семье средствами, приглашал к себе домой пообедать. Его жена Эмма Эдуардовна умела готовить вкусно и полезно.
  У Чики, однако, в заднице таились не одно, а несметное количество шил. Несмотря на мелкий возраст, он представлял собой ходячее стихийное бедствие для всего квартала. Некоторые из его хулиганств особенно сильно затрагивали интересы Шумиловых. Так, например, любимая кошка тети Эммы Пуся геройски погибла гагаринской смертью, запутавшись в материи импровизированного парашюта при падении с девятого этажа. У годовалого Сережи, сына Галины, дочери Николая Михайловича, первым произнесенным в своей жизни публично словом оказалось "жопа". Раздосадованная кузина тогда очень сожалела, что иногда оставляла своего первенца на попечение деду с бабкой. Ведь мелкая говнистая чикина задница постоянно отиралась в той квартире. Еще один удар по репутации Шумилова нанес Чика, когда в третьем классе после школы сильно избил сына секретаря райкома партии. А полностью испортила дядину карьеру чикина мамаша. Она зачем-то накатала на него телегу в местный партийный орган. Якобы он на нее руку поднял. Шумилову тогда крепко досталось. Его поперли из партийных органов, и пришлось перейти на хозяйственную работу. Тогда ведь, как и всегда, во властных структурах на любом уровне происходила тихая подковерная война типа игры "Царь горы". Слететь с высоких мест можно было в любой момент. Был бы повод. Теперь понятно, что он чувствует при одном только упоминании нашей звучной фамилии. Знакомство с чикиным прошлым не добавило оптимизма. Ну, если не судьба опереться на дядино плечо, то оттянусь хотя бы сегодняшним вечером.
  Вернулись после отдыха музыканты, и я снова выпал в осадок. Мать моя - женщина! В патлатых рожах смело угадывались легендарные "машинисты", хотя их слишком юный вид немного сбивал с панталыку. Ну, дядя! Опять поразил до пупочных спазмов. Подскочил к пацанским столикам с заполошным вопросом:
  - Парни, знаете, что за ансамбль вылез на эстраду?
  Уставились на меня баранами, изучающими воротоведение.
  - Будете локти грызть, что мафоны не принесли. Это же "Машина времени"! - нагнетал я.
  - Эти только Битлов и Роллингов играют - обычное дело для начинающих молодых рок-групп. На любой танцплощадке такое услышишь. Играют классно, соглашусь, - авторитетно пояснил Юрка Колдопский.
  Предположим, что не на любой танцплощадке такую музыку исполняют. Тут Юрец явно загнул. Записи песен этой группы на бобинных катушках уже широко распространились среди школьников, студентов и прочего продвинутого молодняка. Не ожидал от юркиных, сведущих в музыкальных делах, пацанов такой дремучести. Впрочем, мое дело предложить, а их дело обделаться, предпочтительно жидко.
  Музыканты немного пошоркались микрофоном. Немного погодя раздался извиняющийся голос Андрея Макаревича:
  - Товарищи отдыхающие, у нашего ансамбля есть в репертуаре и свои песни тоже. Позвольте их вам представить. Надеюсь, что они вам также понравятся.
  Почти никто из жующей братии не отреагировал на эти слова. Мне кажется, что если бы Макаревич громко пернул, или послал всех в одно заповедное место, то и тогда они тоже не особенно впечатлились. Зудит где-то там муха, ну и пусть себе зудит, личинки откладывает.
  Я вернулся к своему столику и продолжил насыщение. Вовка уже закончил основную программу и приступил к дополнительной, уничтожая почти одновременно запасы шпрот и сметаны. Дядя застрял у Рязанова. Тоже мне джельтмен местечковый нашелся. Девушка тут скучает, простаивает, не смотря на все наши пацанские усилия.
  Музыканты, наконец, заиграли свои нетленки. Да, живое исполнение "машинистов" не идет ни в какое сравнение с записями и перепевками. Начали с "Ты, или я", потом пошёл "Продавец счастья". Музыканты выкладывались основательно и заслуженно награждались шквалом аплодисментов и восторженными криками, основным источником которых были столики юных хоккеистов. Пацаны были потрясены. Они узнали эти песни с магнитофонных записей и никак не ожидали лицезреть самих авторов. Ну, я ведь их предупреждал.
  Андрей устал петь после пятой песни. Его сменил другой вокалист, парень с мужественным лицом, чем-то похожим на меня, вернее, Чику. Некоторые песни мне откровенно не понравились. Особенно "Я смотрю в окно" и "Былые дни". Тексты заумные, звучание перегруженное. Видно, что парни еще ищут свой стиль в музыке. Но, некоторые были шедевральными. Мы с Лизком немного подвигали булками под медляк "Флаг над замком". Представляю, как странно мы смотрелись со стороны. Возле спортивной сексапильной девушки тёрся и дёргался какой-то тощий пионеришка.
  Когда музыканты снова выдохлись и сообщили о маленьком техническом перерыве, Лиза вдруг засмеялась и предложила:
  - А давай, ты свои песни сыграешь!
  - Ты с ума сошла! Хочешь, чтобы меня посадили в колонию для малолетних? Ну, а тебя тогда точно посадят за подстрекательство к идеологической диверсии! - шутливо ужаснулся я.
  - Меня не посадят. Я сама кого хочешь могу посадить, - многозначительно заявила Лейсан, - Ну, так как? Согласен исполнить мою просьбу? Только не блатные, конечно.
  Ее взгляд показывал, что она совсем не шутит. Вот я вляпался, мутило. Отказать такой шикарной девушке не хотелось, но боязнь публики была еще сильней. А тут все такие из себя знаменитые сидят, жуют. Сердце от страха из груди чуть не вылетало, даже если я только представлю, что вдруг согласился. Срочно придумал отмазку:
  - Зачем я буду исполнять то, что предназначено только для твоих ушей. Когда-нибудь вместе соберемся, и я сыграю все, что ты захочешь, - с отчаянием пролепетал я.
  Лейсан продолжала настаивать:
  - Паша, я очень хочу услышать ту прекрасную мелодию. Просто хочу. Ну, пожалуйста!
  Она посмотрела на меня такими жалобными глазами, что я не выдержал:
  - Ладно, сыграю, так и быть...
  Девушка забавно запрыгала на стуле сидя и тихонько крикнула:
  - Ура!
  Внезапно я увидел, что ходячие сто проблем, посетив туалет, решили материализоваться возле уставших музыкантов и принялись о чем-то трепаться с Макаревичем. Представляю, что он там ему наговорит. Наверно, сватает там меня в ансамбль. Но, как же он вовремя там оказался!
  - Лизок, будь спок. Ща все порешим, - тоном Цезаря, героически штурмующего Рубикон, мявкнул я.
  С деловой мордой подошел к музыкантам:
  - Привет, Андрей! Эта собака страшная тебя не слишком замучила своей болтовней? Не успеешь моргнуть глазом, как он в вашу группу затешится.
  Макаревич повернул ко мне свое лицо и улыбнулся своей неповторимой, но немного озабоченной улыбкой:
  - Привет, пацан! Ты, наверное, Павел? Твой друг рассказал, что ты на гитаре классно лабаешь. Извини, но сейчас не время. Нам концерт надо отработать. Потом подойдешь поиграть в свое удовольствие. Если автограф нужен, то не стесняйся, гони только ручку и куда закорючку лепить.
  Отбрил меня Макаревич, короче. Только сейчас я прикинул свои действия со стороны и свой фамильярный тон. С понурой и покрасневшей мордой отвалил к своей принцессе и печально дал понять плечами о провале миссии. Медик дрейфовал около барабанных установок, о чем-то оживленно переговариваясь с парнем восточной наружности. Впервые почувствовал легкую зависть к Вовке, умеющему непринужденно заводить разговоры с разными людьми.
  Далее последовало то, чего я уж никак не мог ожидать. Девушка сделала жест рукой, и тут же возле нашего столика возник дядюшка.
  - Николай Михайлович, очень прошу помочь. Паша Чекалин хочет выступить со своими композициями.
  
  13.
  Суббота, 08.02.1975 г., наличка - 1 руб., долг - 40 коп.
  Нет, только не так. Что теперь машинисты обо мне будут думать? Директор послушно сорвался с места и пошел к эстраде. Переговоры его с музыкантами продолжались недолго. Андрей кивнул и что-то сказал восточному парню. Вспомнил, что это никто иной как Сергей Кавагоэ, японец по происхождению. Серёга поднялся, подошел к микрофону и произнес:
  - Уважаемые товарищи! Перед вами хочет выступить хоккеист Паша.
  Как-то все вдруг в зале прекратили галдеть и жевать, или мне так просто со страха показалось. Зачем дядя так меня представил. Понятно, что я - не народный артист. А, может быть, просто подстраховался от возможного конфуза. Дескать, не стреляйте в музыканта. Он вовсе не музыкант, а хоккеист. И играет, как умеет. И штаны штопанные.
  Посмотрел в зал. Хоть бы кто свалил домой. Хоккеисты мороженкой забавлялись. Медик уже с ними угнездился и тоже жрёт мороженое. А, понятно, Романыча уже не было. Хоть какая-то радость. Рязановцы были увлечены своей беседой. Прочие отдыхающие также не томились жаждой меня услышать.
  - Давай, боец. Покажи высший класс! - подбодрил подошедший директор.
  Доковылял до эстрады еле-еле на ватных ногах. Волосы опять растрепались. В зеркало лучше не смотреть. Торчат, как у чудища. Мля, состригу их нахер. Достали!
  Лицо пылало, как при лихорадке с температурой под сорок. Начал потеть.
  Попросил у Андрея гитару. Он с некоторым раздражением произнес:
  - Вообще-то я никому свой инструмент не даю напрокат. Но, ничего не поделаешь. Держи.
  От такого обращения лицо просто закипело. Потренькал гитарой не столько для того, чтобы ее настроить, сколько чтобы самому успокоиться. Патлатые музыканты кто сидели расслаблено на выступе подиума, а кто нервно стояли столбами, оценивающе оглядывая меня. В зале многие вдруг удивленно уставились на меня. Наверное, узнали по хоккейным, или шахматным баталиям. Усатый толстяк радостно показывал на меня пальцем своим друзьям. Тема-москвич удивленно круглил глаза. Зашифрованный участник рязановского застолья обернулся и оказался известным композитором Таривердиевым. Вовка все время чего-то жевал. Смотрит и жуёт, как мышь амбарная.
  Пауза заметно затянулась. Я судорожно сглотнул слюну, вдохновенно откинулся и бросил пальцы на струны. Полилась любимая мелодия Лейсан "Когда я закрываю глаза". Пальцы сами скользили и извлекали волшебные ноты. Даже, обладая суперспособностями, если не сопереживать мелодии, не погружаться в нее всем своим обнаженным до предела духом, если не вплетать в поток звуков, несущихся в небесную высь, свои эмоции, то не стоит надеяться на приличный результат.
  Лиза подошла поближе. Она слушала мелодию истово, словно боялась пропустить самый слабенький звучок. Я играл и радостно скалился в тридцать два зуба, смотря на девушку. А как я колоритно и романтично содрогался всем телом, выдавливая из инструмента пассажи. Музыканты напряженно внимали звукам. Я знал, что мелодия цепляет, потому и не удивился восторгу слушателей. Сунулся к микрофону и произнёс, показывая рукой на Лизу:
  - Эта композиция посвящена Лейсан.
  Протянул инструмент хозяину и спустился с эстрады к девушке.
  - Спасибо тебе, милый Павлуша, - тихо поблагодарила меня Лиза, - У тебя ещё лучше получилось.
  Я её еле услышал, почти угадал, что она говорила, так как в зале расшумелись, требуя моего выступления. Подскочил Серёга из музыкантов:
  - Давай, хоккеист, ещё чего-нибудь сбацай. Успокой публику.
  Меня затащили на эстраду и снова выдали электрогитару. На этот раз машинисты воспринимали меня с большей благосклонностью. Решил кое-что дать шедевральное. Вдруг зацепит знаменитостей. Как-то само собой вспомнилась хитовая песня от группы "Русские" "Ну и что...". Невероятнейшей силы и красоты композиция, отдалённо напоминающая бессмертную "Show must go on". Вдарил проигрыш и запел в микрофон:
  - Кто мог подумать, что тихие ночи
  Столько хранят чистоты не порочной...
  Надо было бы слазить в небесный департамент за способностями к пению. Получилось вон с пальцами рук модифицироваться при активации медицинских знаний. Показалось, что своим пацанским голосом не додаю нужного драйва, поэтому сделал упор на гитарные вариации. Всё равно навопился до хрипоты, Лепс недоделанный. Тем не менее по окончании песни, от рёва молодых глоток, казалось, облетят все оставшиеся листочки на березках и попадают люстры. Машинисты тоже чего-то там жестикулировали. Весь зал выражал восторг, не только молодняк. Потом подскочили мои хоккеисты и принялись куда-то волочь. С трудом от них отбился, еле успев спасти гитару и вернуть её владельцу. Кричащая, жестикулирующая толпа у эстрады, в которой мелькали лица Рязанова и его сотрапезников, радостно поглотила меня, как коварный лейкоцит несчастную бактерию. Мне пожимали руки, хлопали по спине и другим частям тела, обнимали, тискали как кутенка. Режиссер кричал:
  - Чудесно! Браво! Несомненный талант!
  Усатый толстяк подскочил откуда-то сбоку и дергал за левую руку:
  - Пошли за наш столик. Угощаю!
  До моих ушей продрался голос Ширвиндта:
  - Вы к нам, к нашему столику подойдите...
  Лиза скромно стояла в сторонке, улыбаясь. Вовка жвачкой налип на меня и явно наслаждался моим триумфом как своим. Меня так натискали, что чуть не обделался. Реально скрутило живот. С трудом вырвался из толпы и поскакал на выход. В тиши шикарного туалета взобрался на думательное место, и не столько делал свои дела, сколько пережидал разбушевавшиеся страсти в ресторане.
  Прошла почти четверть предназначенного мне срока хроноотпуска. Понемногу смирился с новым телом и условиями жизни. Само тело стало заметно послушней и перестало устраивать мне подляны в неподходящий момент. Еще эти способности суперчеловека. Есть все возможности, чтобы кайфово оттянуться в оставшееся мне время. Надо только сделать все, чтобы ничем не зацепиться за ценности этого мира, этого времени, не желать остаться, не влюбиться снова. Неожиданно появились два источника повышенной опасности - Лейсан и Инна - одинаково влекущие к себе. Ничего, решу проблемы. Самый лучший способ избавиться от чувств - выслушать женские оскорбления. Иногда срабатывает.
  Туалеты у Николая Михайловича хай класса, но долго в них сидеть все же моветон. К тому же заслышал вопящий голос своего другана. Вот человек, не может нормально позвать, обязательно ор устроит.
  - Слышу я. Чего расшумелся? Думать мешаешь.
  - Хех, я уже долго здесь торчу. Ты там целую гору надумал?
  - А тебе важно узнать, сколько? Хочешь со своей горой сравнить?
  - Нужна мне твоя гора? Меня послали узнать, когда ты закончишь.
  - Так вот почему ты здесь так навонял? Выкуриваешь меня, змей жестокий?
  - Ну, тебя, Чика. Фигню как скажешь. И не смешно вовсе, - в голосе его послышались обиженные нотки.
  - А мы уж думали, что ты никогда оттуда не выйдешь, - неудачно пошутил Вовка, когда мы выскочили из туалета.
  - Ага, весь изойду в канализацию, - также неудачно отшутился я.
  - Гы-гы-гы!
  - Гы-гы-гы, - передразнил его, - Как там обстановка в зале вообще? Может, лучше не ходить?
  - Ты чего, Чика? Сейчас мороженого еще поедим, Михалыч шампанского обещал, - возмутился Медик.
  - Ладно, пошли. Нажремся мороженого и снова нагадим в этом красивом туалете.
  Когда вошел с Вовкой в зал ресторана, машинисты творили медляк "Хрустальный город". У эстрады медленно кружились несколько пар, среди которых были и Лейсан с дядей. Увидев меня, от разных столиков принялись махать руками, приглашая к себе. Я решил принять приглашение от столика Рязанова. Вовка пристроился возле меня с видом охамевшего адъютанта. Меня посадили рядом с режиссером. Когда рассаживание завершилось, Рязанов вдруг энергично вскочил и схватил меня сзади за плечи, как орел зайца перед тем, как им отобедать.
  - Вот, мои коллеги и друзья. Прошу любить и жаловать этого самородка, взорвавшего весь зал и мой покой проникновенными исполнениями великолепных композиций! - режиссер так экспрессивно тисканул мой загривок, что я чуть не взвыл, - Меня интересует другое... Как, кстати, вас звать-величать?
  - Так и зовите, как меня объявляли. Хоккеист Паша, - подал я сдавленный голос.
  - А я - Вовка Медик! - влез пунцовый от удовольствия друган.
  - Как прекрасно! - прокомментировал Ширвиндт, - С нами теперь хоккейный Пашка и медицинский Вовка.
  - Дорогой Паша! Скажи, кто автор этих замечательных композиций, и почему я о них ничего не знаю? - раздался сзади мягкий голос Рязанова.
  Я показал всем своим видом, что не знаю.
  - Так ты же сам сочинил. Все это знают, - влез не вовремя Вовка.
  - Ничего я не сочинял! - взвился я, претворяя в жизнь туалетные решения.
  - Очень жаль. С этим автором я бы не отказался вместе поработать, - грустно высказался Таривердиев.
  - А я бы этого автора пригласил на пончики, - зачем-то добавил Рязанов.
  - Ладно, пусть будет по-вашему. Я это сделал! - сдался я.
  Режиссер с композитором переглянулись, улыбнувшись.
  - Паша, ни за что не поверю, что у тебя нет других, не менее прекрасных композиций. Познакомишь меня с ними? - с приятной улыбкой предложил композитор.
  Резонно, такое сильное, проработанное, законченное произведение как "Когда я закрываю глаза" не может возникнуть внезапно из ниоткуда. Яркую комету предваряет рой мелких невзрачных осколков.
  Пока мы напряженно общались, на столе к бутылочкам пива "Кроненберг" добавилось "Пепси" и пирожные "картошка". Актеры-сотрапезники принялись нас с Вованом склонять к принятию в себя сладкого. Я же всеми мускулами лица намекал на желательность пивка. После некоторых колебаний и обсуждений, знаменитости решились налить нам по стаканчику янтарного напитка.
  - Спасибо! А вы царя играли, - заявил Медик Юрию Яковлеву, наливавшему нам пиво.
  - Верно! - радостно согласился актер, - Пришлось сыграть. Совратил меня Леонид Иович.
  - А ещё кого ты здесь знаешь? - подколол змЕя Александр Ширвиндт.
  Кобр открыл свой большой рот и зачастил, показывая пальцем:
  - Вы - Ширвиндт. Ну, там по лесу бегали. Вы - Бурков. Милиционера какого-то играли. Вы - Белявский, "Тринадцать стульев" вели. А еще в "Четыре танкиста и собака" играли. Вы - композитор, только фамилию забыл. А вас я не знаю.
  Бурков и Ширвиндт стали шутливо ворчать по поводу малокультурности подрастающего поколения. Остался неохваченным вовкиными познаниями мужчина в темном свитере в очках. Неузнанный не обиделся и сам себя назвал:
  - Нахабцев Владимир Дмитриевич, оператор.
  - Володю по телевидению не показывают. Он по другую сторону экрана, - хохотнул режиссер.
  - А я - Таривердиев Микаэл Леонович, композитор.
  Высокий, красивый кавказский мужчина в очках уважительно пожал наши лапы.
  - Как вы уже могли догадаться, парни. Микаэл - создатель восхитительнейшей музыкальной атмосферы нашего нового фильма, - добавил Рязанов, - А меня почему не назвали?
  Змей потешно изобразил тяжелую мыслительную деятельность на своей моське и мявкнул:
  - Режиссер Рязанов.
  - Не может быть! - ужаснулся Эльдар Александрович.
  Режиссер являл собой виртуального кота из сказки, внезапно являя свою обаятельную улыбку между разными знаменитыми физиономиями. Удовлетворившись вовкиным ответом, он вернулся к моей персоне.
  - Смотри, Микаэл. Какие конкуренты тебе подрастают. Скоро без масла съедят и косточек не оставят. А мелодии этого паренька гениальны. Их нужно срочно регистрировать в ВААПе. Я сам могу посодействовать.
  - Да, нужно. Я тоже подключусь, - добавил композитор.
  За каким хреном мне это нужно? Заметив, что обширная фигура режиссера устремилась в заветное место по естественным делам, кинулся следом. Дождался его у умывальников.
  - Эльдар Александрович, можно с вами поговорить тет-а-тет? - решительно устремил к нему подготовленный котошрековский взгляд.
  - Фейс тю фейс. Иначе по-русски выражаясь - мордой к морде, - скаламбурил Рязанов, не забыв хохотнуть, - Итак, на какую тему будем выяснять отношения, Паша?
  Рот словно свело судорогой, настолько стало стыдно. С трудом, косноязычно промямлил:
  - Если можно. Пусть Таривердиев купит у меня ту композицию. Она даже в его стиле. Поговорите с ним. Недорого, могу за сотню уступить.
  - Даже так? - режиссер внимательно, даже изучающе смотрел на меня, - Правильно, что со мной решил сначала переговорить. Насколько я знаю Микаэла, такое предложение его непременно бы оскорбило. Присваивать чужие творения он никогда не станет. Вот что. Если у тебя такая большая нужда в деньгах, то у меня сейчас рублей пять по карманам наберется.
  Рязанов принялся шарить по своим карманам. Зажатый в углу у умывальников, я не смог ушмыгнуть. Вскоре мои карманы наполнились четырьмя рублями и шестьюдесятью копейками, а затылок ощутил ободряющий шлепок.
  Наша совместная посиделка со знаменитостями близилась к завершению. Мы болтали обо всем. Вовка лыбился во всю ширь своего рта, млея от счастья. Набравшись наглости, он потребовал фотографии с автографами, кои были ему обещаны, если будет предоставлен адрес. Мне были вручены, вернее сказать, вкарманены куча визиток от всех сотрапезников. Рязанов напоследок притянул меня к себе и поцеловал прямо в морду, отчего пришлось еще раз приобрести определенный колер.
  Следующей нашей с Вовкой остановкой оказался столик шахматного толстяка, составленный так же, как у хоккеистов и артистов из двух. Вокруг него шумели разной степени опьянелости разнокалиберные мужики. Здесь мы тяпнули по стаканчику портвешка, перезнакомились, начинились визитками. Толстяк оказался директором заводика по производству музыкальных инструментов в Люберцах. Ништяк мне блатануло. Любые струны запросто можно будет достать.
  У Боровиков ничего не тяпнули. Они, в принципе, собирались уходить в свои апартаменты. Познакомился с родителями Темы: Генрихом и Галиной и получил приглашение посетить их московскую квартиру. В свою очередь пригласил всех на завтрашний хоккейный матч.
  Дела на дядином столике тоже близились к завершению.
  - Значит, музыку умеешь сочинять? - спросил, попивая из бокала винцо, дядя.
  - Ну, как сказать... Нахлынивает иногда какая-то волна, - неопределенно промямлил я.
  - Поразил ты меня. Столько сразу талантов. Надо нам с тобой об одном деле поговорить.
  Надо же, как мне сегодня отчаянно прет. Дядя сам предложил встречу.
  - Я не против, в любое время. Только нам с Владимиром сейчас негде будет ночевать.
  - Подойдешь в первом корпусе к администратору. Скажешь, от Шумилова в резерв. Вас там поселят.
  Лейсан попрощалась со мной, от всей души поблагодарив за исполненную просьбу. Они вместе с дядей вскоре ушли, и наша сладкая парочка переместилась к пацаньим столам.
  Шампанского хоккеистам директор выделил немного. Меньше половины бокала на брата. Зато в любом количестве было полно всякой шипучки, типа пепси, буратин, барбарисов, ситро, пирожных разных. Нам с Вовкой было добросовестно отлито по порцухе. Разговоры крутились вокруг победы над физиками и моих триумфов. Жека с ассистентами в красках описали, как я положил на шахматные лопатки самого Шумилова. Ребята щедро наделили меня от всех своих пацаньих душ респектом и уважухой. Еще мне с Вовкой пришлось рассказать о знакомстве с режиссером Рязановым и его компаньонами. Рассказывал, правда, Вовка. Я только глубокомысленно хмыкал мордой.
  Музыканты "Машины времени" вяло и безголосо бацали медляки, заметно фальшивя. Понятно, что устали, или что, скорее всего, накирялись. Когда директор ушел, они свернули музыкальную деятельность. Мы все тоже потянулись на выход. Решили по пути посетить шикарный туалет, брызнуть на дорожку.
  Там обнаружились приходящие в себя и покуривающие ребята-музыканты.
  - Паша, ведь так тебя звать? - спросил Макаревич, - Виже, что с гитарой на ты. Давай к нам закинься как-нибудь, пообщаемся к взаимной выгоде.
  Ага, клюнуло! Патлатые стояли, дружелюбно скалясь. Уверен, что начнут зазывать в свою банду.
  - Слыш, пацан, а последняя песня чья? - спросил Лёша, - Офигенная вещь. Никогда не слышал такую.
  - Какая разница чья. Хотите, будет вашей? - предложил им.
  - Мы не сможем, - проговорил с кислым видом Макаревич, - С финансами напряг.
  - Раз музыка понравилась, то берите её себе просто так. У меня этого добра хоть жопой ешь, - гордо так сообщил.
  Обстоятельный японец Серега спешно нарисовал для меня на листике блокнота план прохода к их резиденции от метро "Фрузенская". Гнездились музыканты в клубе от фабрики "Красная роза". Музыканты настоятельно предлагали мне приехать к ним. Говорили, что очень не пожалею. Обещали классный музон, новые знакомства и выпивку. Спросил их:
  - А можно я с другом приеду?
  - Можно и даже нужно, - поржали в ответ, - Девок всем хватит.
  Серега мне неожиданно сунул в руку волшебную синюю бумажку. Блин, да это целая пятера.
  - Ребята, да вы что? Не нужно! Мы же договорились...
  - Это за работу. Ты же часть вечера с нами отыграл. Извини, больше не можем дать. Но, ты достоин большего, поверь! - приятно и проникновенно высказался Андрей.
  Ломаться не люблю - не целка. Взял, сколько дали и воскликнул жалобно ради прикола:
  - А автографы?
  Парни рассмеялись, сказали, что мне самому скоро придётся автографы всем раздавать. Посовещавшись, они захотели мне сделать суперский подарок - расписаться всем вместе на какой-то пластинке. Ого, они уже на винил где-то успели записаться. Пластиночка небольшая, в простеньком оформлении, миньончик. В реальности они здесь только аккомпанировали какому-то трио "Зодиак".
  Потом налетели для автографов рощинские пацаны. Они подставляли для подписей всякие блокноты, тетради, даже бумажные квитанции из ресторана.
  Попрощавшись с музыкантами, отправившимися отдыхать в свои аппартаменты, хоккеисты пошли провожать меня с Вовкой до подъезда нашего корпуса. Возбуждённая, гомонящая толпа молодняка перлась по улицам поселка, словно какая-то демонстрация. От нечего делать решил приколоться над хоккейными ребятами, заставив их покричать: "Спартак - чемпион!". Стали мяться, а Серега из жекиной пятерки сказал:
  - Чика, тут такое дело... Хочешь, лупи меня сколько пожелаешь. Ни слова не скажу, вытерплю. Только так не правильно предавать свой клуб. Не обижайся на нас.
  Другие ребята одобрительно загудели, виновато косясь на меня. Только Жека заявил, что ради меня готов пойти на этот шаг. Я сказал, что пошутил слегка. Мне действительно по фигу были все эти фанатские страсти. Откипело в свое время. Радостные пацаны уговорили меня еще раз прогуляться по улицам городка. Ходили и орали в двадцать глоток:
  - Березовая роща - чемпион!
  После того, как я сообщил администратору, жмущемуся за окошком, заветные слова, нас с Вованом тут же поселили в невероятно шикарный двухместный номер с картинами, коврами, огромным зеркалом в человечески рост, шкафом, диваном, журнальным столиком между двумя креслами, холодильником и телевизором. К этому роскошеству добавлялась ванна и прочая импортная сантехника. В мое бывшее время этот был бы обыденный гостиничный быт. Сейчас же он казался умопомрачительным. Вовка так и вовсе взвыл от восторга и принялся скакать и кувыркаться по диванам и кроватям. Потом сбросил с себя шмотки и занырнул в ванну. Я устало бросил свою тощую задницу в кресло и включил цветной телик. Смотреть как обычно было нечего. По первой программе передавали концерт, посвященный Пленуму Союза композиторов. Видимо в записи, потому что Таривердиев промелькнул пару раз на экране.
  Вовка плескался не меньше часа. Я чуть не уснул в кресле. Он выкатился из ванной, обвязанный полотенцем, и рухнул на соседнее кресло. Голые ноги он по-американски водрузил на журнальный столик.
  - Чика, а чего ты дуриком прикидывался все время, пока со мной дружил? - спросил он без улыбки, пытливо заглядывая в глаза.
  - Обижаешь, братан. Я был таким же умным, как сам Цезарь. Пить, курить и материться мог одновременно, - подколол его.
  Тоже мне дознаватель нашелся. Пусть лучше позаботится о будущем для своей вёрткой задницы.
  - Вовка, я действительно придурок, совсем закрутился. Надо было бы тебя домой отправить. Достанется теперь тебе от бати. А мне он голову потом открутит.
  - Не беспокойся. Я все предусмотрел. В Москве тётка живет, мамина сестра. Я к ней иногда в гости езжу. Вон, телефон стоит. Щас позвоню ей и договорюсь. Заказали московский номер через оператора. Пришлось ждать минут пять. Вовка долго мурлыкал в трубку. Не знаю точно сколько, так как все-таки уснул.
  
  14.
  Воскресенье, 09.02.1975 г., наличка - 10 руб. 60 коп., долг - 40 коп.
  Проснулся в своей постели, хоть прекрасно помнил что оставался в кресле перед телевизором. Вовка что ли перетащил? Он сопел на соседней койке без одеяла и без трусов, похабно раскинувшись на спине в позе греческого сатира. Нудист хренов! Вот так зайдет какая-нибудь тётечка с веничком и надаёт ему этим прибором по бесстыжим причиндалам.
  Если откинуть первоначальные впечатления, то какая-то крепость в нем все же есть. Драться вон не боится. Подкачаться бы ему еще немного, да подрасти. Хе, на себя бы посмотрел. Поневоле скосил глаза на зеркало, где отражалась моя героическая фигура в трусах. Кажется, ребра уже не так позорно торчали как раньше. Подкормил тело.
  - Красавец! Глаз не отвести, - раздалось сзади ехидственно.
  Нет, все-таки этот хмырь напрашивается на неприятности. Схватил со столика газету, свернул жгутом и зарядил им по тому месту, которое обожают лизать у себя коты.
  - Ты чего, ох...ел? Больно же! - взвыл раненным енотом змей и взвился вверх.
  - А чего ты коки свои выставляешь, как на витрине? Рука сама потянулась...
  - Ну, щас ты у меня получишь! Щас твои руки перестанут тянуться, куда не положено, - грозно прорычал Вован и полез на меня с подушкой наперевес. Завязалась смертельная битва, результатом которой стала смерть подушки, порванной напрочь. Пришлось маскировать ее под одеяла.
  Санаторный талон представлял собой целую книжечку карманного формата с описанием мест, где можно получать всякие блага, бассейны, массажные кабинеты, массажные ванны, тренажеры и прочее. Получить их можно, к сожалению, только после посещения медицинского кабинета. Зато можно бесплатно наедаться в буфете на первом этаже, или в ресторане на определенную сумму, предъявив эту книжицу. Оказывается, дядя нам подсуетил номер с обслуживанием по самому высшему разряду. Жаль, что только на один день.
  После душа зарядились в буфете всякими блинчиками, сырниками со сметаной и какао. Можно было еще чего-нибудь набрать, но организм уже отказывался принимать что-либо в себя. Потом, не сговариваясь, мы потопали в медкабинет. Там поставили отметку в книжицу и получили листочки с желательной программой процедур. Первым делом заскочили в бассейн и поплавали там от души. Потом собрались в массажный кабинет. Щаз, размечтались!
  Ворвался бешеным вомбатом Лёха Левченко и принялся вопить, что игра скоро начнется. Грустно поплелись вслед за ним. Совсем забыл, что матч должен начаться в полдень, а не в три. Осталось меньше двадцати минут.
  Народу на матч собралось столько, что мест на трибуне на всех не хватило. Шумилов специально ездил договариваться с организаторами турнира, чтобы как можно больше игр проводилось на площадке санатория "Березовая роща". Многие отдыхающие оказывались заядлыми спортоманами. Сегодня предстоял матч с командой "Радуга" из города Ступино. Они и в турнирной таблице располагались где-то посередине.
  Игра получилась тяжелой и нервной. Наши были какими-то вялыми, словно вареные мухи. Капитан злился, нервничал и тоже часто ошибался. Наш хватала Глешка Синюков не настроился как надо и нахватал много таблеток в начале матча. Пришлось его заменять другим. Что с парнями стряслось? Вчерашний кутеж ли был этому причиной? Я почти всю игру вынес на каком-то запредельном азарте. Только в последнем периоде рощинцы пришли в боеспособное состояние и восстановили равновесие. Вырвались вперед буквально на последних секундах: пять-четыре. Благодарные болельщики проводили нас восторженными криками, свистом и аплодисментами. После этой вымученной победы мы попали на шестое место.
  Ну, как тут с такими перегрузками поправишься? Оборал хоккеистов, начиная с капитана, добравшись до раздевалки на полусогнутых. Потом долго лежал на лавке, скрученный болью в мышцах и сногсшибающей усталостью. Организм будто бы снова вспомнил, что подчиняется чужаку, и принялся устраивать мне родео. Лежал и злился про себя матерно, что впрягся непонятно для чего. Тащить всю команду к светлым вершинам я не подряжался.
  Приходил Шумилов и благодарил всех за победу. Мне сказал, что будет ждать в ресторане. Посмотрим, что выйдет у меня с дядей. Если не получится задуманное, то плюну и начну снова дурковать в Родных Просторах, или прокачусь к сестре в Новосибирск. Романыч, слава всем святым, мелькал вокруг молча. Только вякнул чего-то благодарственное. Да пошел он... Хоккеисты, несмотря на победу, сидели вокруг пристыженные и виновато отводили глаза.
  Понемногу, кряхтя и подвывая, с вовкиной помощью снял с себя обмундирование, чтобы надеть затем треники и пойти смывать пот в душевой бассейна. В этот момент в тренерскую вперлась флибустьерская рожа Бори Копейкина с лыбой во все тридцать два зуба. Пацаны взвыли от восторга. Секундой позднее вой перерос в оглушительный рёв. За Копейкиным в помещение вошел, стеснительно улыбаясь, молодой мужчина с такой же пиратской внешностью, такой же чернявый. Это был невероятно популярный в семидесятые годы хоккеист из ЦСКА Анатолий Фирсов. Недавно он завершил карьеру игрока, но стал одним из тренеров своей команды.
  Парни облепили знаменитостей, забыв про усталость. Я же, смущенно сопя, торопился напялить на себя треники. Гости зашли, когда я был абсолютно голым. Торопясь, ногтем большого пальца ноги зацепился за ткань брючины. Вдобавок кошка с испуга до крови расцарапала мне ногу, когда я пытался скрыться в нише между шкафчиками и выгнать оттуда нервную зверюгу.
  - Молодцы, молодцы! Умеете биться до конца. Потенциал большой, - высказался Фирсов на вопрос о впечатлении после матча.
  Понятно, кто может так кучеряво задавать вопросы. Жека, естественно. Вовка меня бросил на произвол судьбы и лез к Фирсову, преодолевая сопротивление потных тел полуодетых пацанов. Возникало впечатление, что эта бурлящая толпа возьмет и повалит знаменитость на пол, а потом растащит на сувениры. Такого шквала любви к кумиру редко где доводилось наблюдать. Потом пацанва расчирикалась глупыми вопросами:
  - А хотели ли вы стать космонавтом?
  - А в каких странах вы бывали?
  - А какое мороженое вы любите?
  - А можно вас пригласить на торжественную встречу в школу?
  Тьфу, уши вянут. Легенде начали подсовывать всякие блокнотики, бумажки, чтобы он поставил там свой автограф.
  - Паш, куда ты делся? - крикнул Борис.
  Я выглянул из-за шкафчика, одетый только наполовину, снизу. Копейкин приблизился ко мне вплотную и интимно проворковал:
  - Надо будет встретиться наедине, переговорить. Фирс по твою душу сюда приехал. По моей наводке, отметь. Так что с тебя бутылка.
  Ага, не было печали, так черти примчали. Как говорила незабвенная Агата Кристи:
  - На фига?
  - Мыться я сейчас пойду в бассейн, - буркнул в ответ.
  - Нас там подожди. Мы оформимся и придем туда.
  Копейкин удовлетворенно развернулся и пошагал на выход, увлекая за собой знаменитого товарища под крики и вой малолетних поклонников.
  - Ну, ты чё застрял? Фирсов уйдет! - вспомнил обо мне Вовка, досадуя, что я не приложился к знаменитым мощам.
  - Насмотришься на него еще, - на автомате высказался, переваривая в голове сказанное Борисом.
  Ушки злодея тут же сделали стойку.
  - Не шутишь? В ресторане, наверное, будут?
  - В бассейне... Только никому. Могила, - предостерег его.
  Медик смотрел расширенными до предела, не верящими глазами. Наверное, не понимал, как я могу спокойно говорить о таком человеке без придыханий.
  - А чего он там делать будет? - глупо спросил Вовка.
  - Форель выращивать... Медь, ты чего тупые вопросы задаешь?
  - Чика, знал бы ты, как я тебе благодарен за всё? - вдруг взвыл друган и обхватил меня своими костями и клешнями.
  - Цени, пока я жив, - хмыкнул ему в ответ.
  Шуточная сентенция насторожила паренька. Он внимательно взглянул в лицо.
  - Ты что, болеешь?
  - Жизнь - это смертельная болезнь, передаваемая половым путем, - зачем-то сказанул ему выражение Занусси.
  По-моему, друган начал привыкать к моей заумной придури. Промолчал, только посмотрел с каким-то особым выражением во взгляде.
  В раздевалке бассейна было полно свободных шкафчиков. Мы разделись и пошли намываться в душ. Странно, что Вовка не напрягался физически, но тоже потел. Фанатские страсти - штука серьёзная. В душевой забавлял душ Шарко. Как следует отмывшись, я подлез под эту конструкцию, ловя кожей приятные ощущения от уколов тугих струй. Долго покайфовать не дал змей. Весь изнылся, стремясь всеми фибрами к бассейну, к предмету своего вожделения. Послал его в заданном направлении. Поскакало, чудище зловредное.
  Знаменитости лениво прогуливались у бортика в образе римских богов в плавках. Их совершенные фигуры запросто могли бы сподвигнуть нового Микеланджело к творчеству, а женщин к противоправным действиям. По крайней мере, траектории проходящих мимо женщин заметно искривлялись.
  Народу в бассейне плескалось мало и на присутствие знаменитых тел никто особо не реагировал. Или просто привыкли, или были далеки от спорта, судя по их гиппопотамности. Зато Вовка старался за всех. Спортивные боги благосклонно внимали восторгам и жестикуляциям тощего пацана в семейных трусах.
  Увидев меня, Боря радостно замахал руками. Я подошел с уважительно-настороженным:
  - Здрасьте!
  - Вот, Фирс, предъявляю тебе нового Харламова, - загнул Копейкин.
  - Ну, до Валерки ему еще расти и расти, а задатки есть, - засмеялся Фирсов и, оглянувшись на футболиста, добавил, - Я, кстати, таким же был в его годы, когда только начал заниматься хоккеем.
  Протянув мне руку, Фирсов произнес:
  - Давай знакомиться. Толя.
  - Чика.
  - А серьезно.
  - Павел Андреевич.
  - Как смотришь, Павел Андреевич, на то, чтобы в спортшколу при ЦСКА поступить? - сразу взял быка за рога Фирсов.
  - Интересное предложение. Надо обдумать, - уклончиво высказался.
  - Думай, только знай, что вакансий в этом году будет очень мало. Главный тренер планирует сам набрать ребят по результатам турнира "Золотая шайба". Промедлишь, будешь локти кусать, - заметил Фирсов, немного разочарованный моей реакцией.
  - Не, я точно не собираюсь Константина Борисовича кусать, - скаламбурил я, помятуя, что главным тренером ЦСКА сейчас был Локтев.
  - Знал бы Костя, как здешняя молодежь глумится над его фамилией! - шутливо ужаснулся Толя.
  - И не говори, - всплеснул руками Борис, - Жуткие злодеи!
  Разошлись записанными телефонами. Я дал вовкин, отправив его на более высокую орбиту счастья - "Сам Фирсов может позвонить".
  - Ты так говорил, словно не собираешься поступать в эту школу, - высказался Вовка, когда мы рысили по улице.
  - Верно заметил. Приглашали бы в команду, тогда другое дело. В спортивную школу я и без протекции поступлю. От Фирса то был вежливый жест, чтобы друга не обидеть.
  С дядей в ресторане я намеревался поговорить без свидетелей, поэтому Вовка отправился пожирать бесплатный обед в буфет при корпусе. Если успеет, так как время близилось к трем часам. В фойе у входа меня встретил водила Саша и проводил до дальнего столика у гротов, сообщив, что Николай Михайлович задерживается, но скоро должен подойти. Заказав для меня обед, Саша ушёл. В зале было мало посетителей. Я недолго скучал в ожидании дяди и заказа. Состоялось явление Фирсова и Копейкина народу. В отличие от бассейна, здесь знаменитостей узнавали и горячо приветствовали. Как я не старался, они меня заметили и устремились к моему столику. Твою ж симфонию...
  - Пашка, а ты как здесь? - деланно изумился Борис.
  - Говорят, что тут еду всякую дают. Вот я и зашел, - мявкнул шутейно.
  - А нам с Толяном разрешишь к тебе присесть?
  - Пивком проставитесь, тогда подумаю, - поиздевался малость.
  - Ты посмотри на этого вредного пацана, Толян! - возмущенно ахнул футболист, - Пива ему подавай.
  Он обхватил своими ручищами мою голову и принялся шутливо терзать.
  - Не мучай пацана, - стал заступаться за меня Фирсов.
  - Всё, всё... Осознал, виноват! Больше не буду! Дяденьки, простите засранца! - завопил я.
  - То-то же, - удовлетворенно высказался Борис, усаживаясь напротив.
  Присел и Анатолий. Моментально подскочила улыбчивая официантка. Парни заказали Жигулевского пива и какой-нибудь закуски. В это время появился Шумилов, приобретя легкую степень охренелости от обнаружения вблизи меня спортивных мегазвезд. Узнал, поди. Странно, я думал, что он давно привык к коловращению вокруг себя знаменитостей разной степени яркости. Я предложил дяде присесть и представил сидящих друг другу. Дальше пошли охи-ахи и прочие восторги перед спортивными подвигами с одной стороны, и восхищение санаторием и мудрым дядиным руководством с другой. Про меня будто все забыли, пока дядя не запалил меня родством.
  Тут же все принялись обсуждать мои перспективы. Фирсов изложил дяде предложения по спортшколе, переключившись на воспоминания о своем детстве. Оказывается, он был жутким хулиганом, таким же тощим и драчливым. Учился плохо, пока не увлекся хоккеем. Где-то в шестом классе пришлось срочно подтягивать учебу, чтобы приняли в спортшколу от общества "Спартак".
  - Слушай, Паш, а как ты учишься? - обратился он уже ко мне.
  - По-всякому... Тройки, двойки.
  - Как же так? Мне Боря говорил, что ты в шахматах всех по стенке размазываешь, как грудных младенцев. Значит, голова варит как надо.
  - Что с того? Может быть, мне просто не хочется в школе учиться. Не интересно, скучно...
  В этот момент я и спортсмены получили заказанную еду, а директор заказал себе тоже пиво с закуской и еще пиво, скорее всего для гостей.
  - Мда, какой-то ты весь необычный. Понятно, что у тебя есть куда ткнуться, кроме хоккея. В шахматах петришь. Боря говорит, что ты обалденные песни сочиняешь, - задумчиво высказался Фирсов.
  - Да какие это песни. Ерундовые, дворовые... Щас каждый пацан на своей гитаре что-нибудь сочиняет.
  - Про зорьку алую не ерундовая. Как-нибудь нам с Толей сыграй, - предложил Копейкин.
  - Ладно, сыграю, если успею. Мне домой скоро надо скоро уезжать. Дел накопилось много, - заявил с виноватой мордой.
  Пришлось рассказать про санитарные дела, пьющую матерь, исчезнувшего отца и брата в тюрьме, наезды милиции и прочих представительниц. Про устройство в клубный виа умолчал. Рассказал, как надумал помириться с дядей и решил поразить его своими способностями по игре в шахматы. Хоккей получился случайно, потому что спасался от местных пацанов и заскочил в раздевалку. Долго рассказывал, даже рассольник остыл. Дядюшка воспринял мои откровения спокойно:
  - Вижу, что за ум взялся. Пытаешься чего-то в своей жизни добиться, хоть мою вы попортили основательно. Помню тебя бестолочью, дурачком, умеющим только кошек кидать с крыш и вообще гадить людям по-всякому. Сколько лет прошло? Могу признаться, что надеялся никогда вас больше не увидеть. Теперь, конечно, по-другому думаю.
  Я молча ковырнул вилкой в остатках палтуса. Есть уже не хотелось. Парни и Шумилов ударяли по пивку с мясными ребрышками. Потом из уст директора санатория полились анекдоты, в меру похабные. Под конец заспорили из-за того, кто будет оплачивать банкет. Дядя настаивал на своем праве хозяина этих мест потчевать гостей за свой счет. Парни немного посопротивлялись и смущенно сдались. Попрощавшись с Шумиловым, они хотели забрать меня с собой. Я пообещал им, что немного пообщаюсь с родственником и потом присоединюсь к ним.
  - Как я понимаю, ты сильно нуждаешься в деньгах, - констатировал Шумилов, когда мы остались одни за столиком под журчание водопада, - Хочу предложить тебе подработку с хоккеем. За каждый выигранный матч будешь получать от меня по пять рублей. За победу над очень сильным соперником будет добавлена персональная премия. Как тебе такая идея?
  Я обрадовано кивнул.
  Дядя продолжил:
  - А за сегодняшнюю победу уже можешь получить пять рублей от меня.
  С этими словами он вытащил из внутреннего кармана пиджака синенькую купюрку и протянул мне. А жизнь походу налаживается. Приятные бумажки вдруг стали сыпаться в мои карманы, как из рога изобилия.
  - Ещё один момент. Женя рассказал о твоем бенефисе с шахматами. Раньше он таился по твоей просьбе, врал про какого-то залетного маэстро. Передо мной он отчитался. Ты за две игры выручил двадцать пять рублей. Четверть сбора, минус оплата ассистентов, налоги и взносы. Остается на твою душу четыре рубля сорок одна копейка. Деньги получишь в кассе на свою фамилию, - продолжал осыпать меня денежными перспективами Шумилов, - Но, это ещё не всё. Не против подменить меня на субботних шахматных сеансах? Выходные хочется порой дома проводить, семье внимание уделять. У меня жена, внуки. Четверть от сборов тебе пойдет. Как тебе такое предложение?
  - Обалденно! Спасибо тебе, дядя, великое. Ты словно факир, из шляпы сюрпризы достающий. Теперь можно не переживать насчет еды. Я бы здесь обосновался, если можно. Мать скоро окончательно сопьется.
  - Об этом мы после подумаем. Ещё к тебе будет одна просьба. С девятого марта здесь у нас стартует командное первенство общества "Урожай". Какой у тебя разряд по шахматам? Никакого?
  Дядя долго не мог поверить, что я его не обманываю и действительно не имею никакого разряда. До этого времени надо ещё дожить. Много ишаков может сдохнуть. Пора было уже уезжать на больничное дежурство. Мля, опоздал все-таки на автобус. Сообщил директору о возникшей проблеме.
  - Сашу найди. Он, наверное, уже в общаге, номер комнаты у администратора узнаешь. Передай, что Шумилов попросил. Он подбросит, - обнадежил меня родственник.
  Не тратя времени, стартанул прямо от столика вольным мустангом искать своего верного змея Вовку. Ага, ищи грешника в райских кущах. Нашел гада в массажном кабинете. Лежит, оттягивается в полном расслабоне. Сообщил ему о предстоящем возвращении в обыденную жизнь. После мы уже вместе поскакали в номер к легендам. Искать их, слава богам, не пришлось. Боря и Толя страшно обрадовались моему приходу. Оказалось, что у Фирсова тоже имелась тачка - копейка цвета взбесившегося цыпленка - и он согласился меня доставить к месту назначения к восьми вечера.
  На обычной акустической гитаре в санаторском номере я для троих слушателей исполнил пресловутую "Зорьку алую". Фирса впечатлило. Вовка тоже растрогался. На волне успеха озвучил "Алёнушку". Для кое-кого строго сообщил, что эта композиция будет подарком для одной девушки. Кое-кто понятливо покивал тыковкой. Чего-то поперло меня на лирику. Выдал еще и "Красного коня" до кучи. Шедевр от Рака Маткина, тьфу Марка Фрадкина.
  Ещё оставалось некоторое время. Решил заполнить его дворовыми песнями, что бацал благодарным пацанам в подвале. Спортсмены вежливо покряхтели и в конце-концов запросили повторить первоначальные песни. Пацанские песни не особо их впечатлили. В знак особого ко мне уважения, оба спортсмена решили сопроводить меня до самых Простор. Загрузились все вместе в копейку ядовито-желтого раскраса. Толя сел за баранку. Борис принял на себя обязанности штурмана. Мы с Вовкой расположились трындеть на задних сидушках. Для пацана эти два дня были путешествием в парадиз. Он с воодушевлением делился впечатлениями от моих подвигов на льду. Причем как истинный фанат хоккея хорошо разбирался в тонкостях игры. Разглагольствования Медика заинтересовали Фирсова настолько, что он невольно вовлекся в беседу и чуть с трассы не съехал в кювет.
  Незаметно появились огни городка. Я попросил подвезти меня до больницы. Высадив меня, прочие пассажиры вдруг возжелали облегчиться. В итоге получилась торжественная встреча Толяна. Началось с вахтера, потом возрадовались оказавшиеся поблизости врачи, прочий медперсонал, набежали ходячие больные. Бориса народ узнавал в меньшей мере. Фирса тормозили со страшной силой, и он молча страдал, улыбаясь и переминаясь, принимая знаки внимания. Если бы я не подталкивал его периодически в нужном направлении, жутко даже представить, что бы дальше произошло.
  Как человек, Фирс мне очень понравился. Простой такой, невероятно добрый, без всяких признаков звездности. Если бы не разница в возрасте примерно в два раза, сделал запросто своим другом. Хотя, чего я ерунду горожу. Если сексоваться получается с взрослыми, то почему дружить с ними нельзя? Вон, Вовка без всяких рефлексий взял, да и зазвал обоих звёзд к себе домой. Представляю, как у его папашки челюсть отвиснет.
  Распрощавшись со змеюго-звездной командой, грустно потрусил по лестнице вверх на хирургический этаж. В больнице работал грузовой лифт, с помощью которого доставлялись по этажам на каталках больные из приемного отделения. Лифт был медленный и старый настолько, что двери открывались вручную. Так вот, добравшись до хирургии, обнаружил япономатерь, выползающую из кабинки лифта, явно подшофе. Когда она только успевает? Не успела с нар слезть, как уже набухалась. От удивления чуть было не столкнулся со стремительно передвигающейся брюнеткой Танюхой. Она как раз сдавала смену.
  - Работать пришел? - выпалила она от неожиданности.
  - Нет, мать будет работать, - показал на чикину родительницу.
  - И-и-и, так она - никакая. Лучше уведи ее, или спрячь в подсобке. Придется тебе за нее опять отдуваться. Предупрежу девчонок. Больные тобой очень довольны. Все время спрашивают... - зачастила Татьяна.
  - Только это... Не говори про наши дела, - попросил я, заметив к своему ужасу, что лицо обдало жаром.
  - Ладно, не буду.
  Толстуха довольно заколыхалась, смакуя мое смущение. Смену нам с маман сдавала все та же работница с грубым лицом. Танюхины сменщицы были предпенсионного возраста. На меня они смотрели доброжелательно. Ночной врач с профессорской бородкой Николай Васильевич воспринял меня тоже вполне доброжелательно. Видно что-то ему обо мне рассказали.
  Инки в её палате не было, куда-то перевели. Решил позже посмотреть записи в журнале, так как резко навалились дела, и мать понятно какая. Переоделись с ней по очереди в подсобке и принялись вдвоем обслуживать больных. Старушки-медсестры были не прочь свалить на нас свои обязанности. Мать не роптала и сноровисто ставила капельницы и клизмы, делала уколы. Мне тоже пришлось овладевать этим жутким искусством. С учетом данных свыше медицинских знаний, это не составило большого труда. Вскоре япономама исчезла из поля зрения. Как выяснилось позднее, она почувствовала себя окончательно нехорошо и залегла в подсобке на топчане.
  Короче, я нарезал круги по отделению уже не угорелой кошкой, а той, у которой задницу натерли скипидаром. Лица сливались с жопами, капельницы с уколами, судна с прочей посудой. А еще нужно было чего-то принести, подать и отнести. И все это на фоне веселого смеха из сестринской. Если меня больные долго ждали, то начинали вызывать медсестер. И тогда на меня обрушивались бранные словеса и угрозы рассказать о плохой работе гражданки Чекалиной заведующему отделением. Куда делись те милые пожилые леди в начале смены?
  К полночи я рассчитывал, что необходимость в моих услугах хоть немного снизится. Но, нет. Меня точно сегодня прокляли боги. Пошел поток больных по скорой помощи. За ночь привезли пять человек. В двух случаях доктору пришлось делать срочные операции. Парня избили в драке и сломали руку. Открытый перелом. Мужика под утро привезли с сильными болями в животе. Вырезали аппендицит.
  Только после этого добрался до журнала и выяснил, что Инне сегодня делали операцию, и она находилась в реанимации. Пулей помчался туда. Дверь в отделение была открыта. Из ординаторской доносился звонкий храп. Трое больных бесконтрольно лежали в палате. Я нашел Инну с капельницей и подключенным пикающим монитором в самой дальней части помещения. Она спала, или была без сознания. Наверное, от наркоза еще не отошла. Новым медицинским умом размышлял, что если бы ей ремонтировали спину, то лежала в растяжках. Тогда непонятно что ей оперировали.
  Подскочила дежурящая здесь медсестра.
  - Ты чего здесь делаешь, мальчик?
  - Не мальчик, но помощник санитара, - со значением сообщил ей и попытался узнать все по операции для девушки.
  - К зав хирургии обращайся. Он сам оперировал. А ты иди отсюда, а то мне из-за тебя достанется.
  
  15.
  Понедельник, 10.02.1975 г., наличка - 15 руб. 60 коп., долг - 40 коп.
  За час до сдачи смены домыл полы в отделении, забыв разбудить для этого чикоматерь. Сменщица даже проверять меня не стала, взглянув на мое измученное лицо. Скормила мне пирог с рыбой, который я съел моментально. Пираньи бы позавидовали моему аппетиту.
  Маман почему-то не протрезвела, судя по жестам и мутному взгляду. Оказалось, в подсобке она раскопала чью-то чекушку и схряпала ее втихомолку. Отправил её домой, а сам решил дождаться Фарида Ахмедовича, зава. Специально не стал переодеваться.
  Повстречался с врачом Леонидом. Он и рассказал мне про эту операцию, так как ассистировал на ней. У Инны из-за внутренних ушибов обнаружилось внутреннее кровотечение в брюшную полость. Операция прошла успешно. По сложным травмам пока еще ничего не решено. Скорее всего, ее переведут в райцентр, или даже в Москву. Местные специалисты не берутся за эту архисложную операцию.
  - Лёнь, это странно звучит, но я сумею прооперировать Инну, - опрометчиво высказался я.
  - Иди, проспись, а то бредить начинаешь, - получил ответ.
  Вот, что тут сделаешь? Может быть, мне признаться, что я - инопланетянин. Прибыл из созвездия Гончих псов. Обладаю суперсовременными познаниями в хирургии и мечтаю поделиться ими с землянами. Пока девушку будут швырять по разным больницам, она стопроцентно может стать инвалидом. С Леней разговаривать было бесполезно. Чем сильнее я настаивал на своем, тем еще сильней он гнал меня домой спать.
  Действительно стоило выспаться, а потом что-нибудь придумать. Переоделся и направился на выход. Мне не верилось, что этот ночной кошмар позади. Перед глазами все еще мелькали грязные бинты, кровь, гной, голые кости, кишки, испражнения.
  Дома я добрался до ванны, разделся и залез туда. Теплая вода постепенно расслабила тело, принесла блаженство. Только собрался уснуть, как взвизгнул звонок. Поплелся открывать дверь. В квартиру торнадой влетело стихийное бедствие в вовкином образе и сразу принялось выпаливать целую кучу новостей. Казалось, что они раздирали пацану его широкий рот, отчаянно пытаясь поскорей вылезти наружу.
  Я уж и подзабыл, что змей устроил авантюру с приглашением двух знаменитостей к себе домой. С того момента, когда Фирс привез нас в городок на своем бешеном цыпленке, мне показалось, что прошла целая вечность. Простой по натуре Толян согласился зайти к Вовке в гости, не раздумывая. Боре ничего не оставалось иного, как последовать вслед за приятелем. Папанька вовкин при всем своем закаленном милицией характере, долго не мог прийти в себя от шока. Естественно последовал праздничный ужин со спиртными излишествами. Что ни говори, но в области хлебосольства вовкин отец сто очков вперед любому даст. Спортивные ребята сначала отказывались участвовать в распитии. Толя учился на третьем курсе ГЦОЛИФКа и утром ему нужно успеть на пары. Боре не с утра, но тоже в Москву куда-то требовалось. Виктор Васильевич с трудом, но уломал их. Какие бы они не были знаменитостями, но все же оставались нормальными мужиками.
  Еще больше изумился майор, когда из уст авторитетных людей узнал о моих невероятных талантах в спорте и в искусстве под аккомпанемент вовкиных одобрительных повизгиваний. После таких восторгов и восхвалений в мой адрес, ненависть Виктора Васильевича ко мне стремительно сократилась до бесконечно малых величин.
  Чем там эта катавасия со звездами спорта закончилась, узнать не успел. Заболтались с ним и пришлось мчаться рысью в школу, спасая вовкину задницу. Все равно опоздали на физику минут на десять. Верная своим традициям физичка тут же выбрала своей жертвой меня и вызвала к доске. Я с деланной неуверенностью продекламировал материал из своих массивов и заработал скромную четверку. Высший балл ставить мне было непривычно. Валерия Аркадьевна произнесла:
  - Я вижу, Паша, что ты начал думать головой.
  Алгебра пролетела мирно и безболезненно для меня и очередной четверкой для Медика за домашнее задание. Вообще-то я ему все правильно порешал, Вовке требовалось только нормально промяукать.
  На литературе Валентина раздала наши сочинения. Внизу моего листка светилась зачеркнутая двойка и рядом стоящий трояк. Необычный поступок лютейшего врага. Учительница плотоядно ухмыляясь, прокурлыкала:
  - Наш Чекалин решил стать поэтом. Только это не поэзия, а... безобразие какое-то. Но, за попытку стихосложения ставлю тебе тройку.
  - Валентина Васильевна, а можно послушать эти стихи? - вдруг проснулась толстая Романова.
  Другие школяры тоже включились в упрашивание. Литра скорчила на своем толстом лице выражение иронии и обнародовала творение. Закончив, еще сильней скривилась, высказавшись:
  - Ну и о чем этот стих, Паша? Никакого смысла, а бред какой-то!
  - Маяковский тогда тоже по-вашему бред писал... - тихо буркнул в ответ, - Поэзия должна передавать настроение, а не смысл.
  - Ну, знаешь! Сравнил хрен с ананасом... А ты чего лыбишься, Медведев? Когда сам научишься выражать свою мысль правильно? Последний раз ставлю за такую работу тройку.
  Она даже не знала, что сказать и переключилась на несчастного Вовку. Тот действительно щерился во весь свой рот. Видать, моё творчество ему пришлось по душе. Кстати, ещё несколько парней и девчонок мне осторожно показали большой палец. Выбитая мной из колеи учительница почти весь урок разбирала и жёстко ругала сочинения ашников. Досталось почти всем, даже Светке Романовой.
  На географии я не выдержал и вырубился. Все было нормально, если бы во время вовкиного солирования у доски с картой Советского Союза, с камчатки не раздался мой жизнерадостный храп. Разгневанная училка вызвала меня к доске тоже. Мне пришлось что-то лопотать о Волге, тыкая указкой в карту и с трудом подавляя зевоту. На трояк натыкал. Змей четвертак заполучил.
  От физры у меня ещё сохранялось освобождение. Я намеревался шмыгнуть в столовку и накидать чего-нибудь съедобного под ребра, как друган вдруг огорошил новостью:
  - Тебя батя к нам домой приглашает. Будем мои пятерки по прошлой недели обмывать. Торт будет, лимонад, мать чего-нибудь сготовит.
  - Странный твой батя какой-то. То колонией угрожает, а то зазывает. Тортом приманивает, а сам возьмет, да и выпорет. Боязно, - дурашливо изобразил испуг на морде.
  - Зуб даю, что не тронет! - горячо вскинулся змей.
  - Хе, зуб... Если бы поклялся чем-нибудь другим. Тогда другое дело, - насмешливо протянул я.
  - Чем же мне клясться? - обеспокоился змей.
  - Яйцом, например.
  - Каким яйцом? - решил уточнить Медик.
  - Который тебе мешает, когда танцуешь, и по которому хорошо газетой лупить. Ладно, проехали. Когда приходить? - спросил, преодолевая спазмы ржания.
  Если честно, меня больше заботили слипающиеся глаза, но упускать халявную жрачку порядочному просторскому пацану было непростительно. Ещё будет забавно лицезреть медведевского медведя-культуриста с оливковой веточкой в пасти. Всхрапнуть бы не мешало еще. Вон юлиансеменовский Штирлиц за пятнадцать минут высыпался. Надо попрактиковаться. Может быть, и у меня чего-то чекистское проявится. Цветочек с подоконника не забыть потом убрать.
  Дома чикомама обнаружилась не одна, а в компании с невысоким и круглым по всем координатам мужичонком Петрушей. Оба бухали и бухтели в свое удовольствие на кухне. Мое появление их заметно напрягло. Мне лично все было до фонаря. Прошел в свою комнатушку и закопал все деньги из кармана, включая мелочь, в куче хлама нижнего ящика письменного стола. Дальше позволил своему телу без вопросов рухнуть в кроватку.
  Очнулся от удара по лицу. Чика уже на улице успел ввязаться в драку с какими-то незнакомыми пацанами, по виду пятиклассниками. Мальцы хоть и мелкие, но свирепые. Итогом битвы стало восемьдесят копеек в кармане и фингал под левым глазом. Дальнейший маршрут был понятен, тело поперлось к своему другу. Свистом под окнами вызвал его на балкон.
  - Ты чего так долго? Заходи, давай, - махнул рукой приятель.
  - А кто дома есть? - заинтересовался Чика.
  - Все дома, тебя ждем, - удивился Медик.
  - Чего я буду заходить? Сам выходи, - потребовал Чика.
  - Мы тут торт едим. Я же говорил, что батя тебя не тронет. Честное слово!
  Торты Чика любил, но и свою пятую точку тоже. Он завис, как буриданов козел. Или кто там на самом деле был? Пришлось перехватывать управление. Надо будет посоветоваться с Реем насчет бесконтрольного хождения моего подопечного, когда я сплю. Иначе буду вечно с битой мордой очухиваться. Ещё и от лунатизма начнут вдруг лечить, если вообще в дурку не запихнут.
  Как не удивительно, за пару часиков выспаться удалось. По крайней мере, челюсть не выворачивало во все стороны как раньше, и веки не падали.
  В зале за столом чинно сидели батя Виктор со старшим сыном Ильей и пили чай из самовара. На столе красовался порезанный и местами поеденный торт. Красивая вовкина мать хлопотала на кухне. Она чем-то на певицу Кадышеву была похожа. Выглянув, обрадованно кивнула мне.
  - Команда оболтусов в сборе, - глубокомысленно высказался старший вовкин брат.
  - Как раз бы их выдрать ремнем, но нельзя. Обещал, - горестно развел руками батя, - Пятеркой прикрылся, стервец. Это же надо, что удумали на неделе - в больницу залечь. Докторов обмануть захотели, обормоты. Ха-ха-ха! Вчера я, Илюха, со своим приятелем встретился. За пивком немного посидели. Это который Николай, может помнишь? Матери лекарство помогал достать. Посидели и вспомнили проделки этих охламонов. Пашкина эта идея, к бабке не ходи. Вон, как глаза отводит. Ходить бы тебе с красной жопой как обезьян, если бы не спортсмены. Отмолили тебя. Что качаешь головой? Поймал бы тебя. Ох, поймал бы и вжарил горячих! Ха-ха-ха! Давай ешь свой торт и не бзди.
  Ага, с такой эпитафией аппетита особо не прибавлялось. Я хлебал чай, осторожно покусывая торт, в полной готовности стрекануть при очередной перемене настроения ментовского культуриста, но тот смотрел добродушно, ухмыляясь, как рекламный кот на безбашенную мышь.
  - Вовка грит, что ты здорово на гитаре играешь? Нас с Илюхой потешил бы, - вдруг просительным тоном попросил медведяра. Исполнять чего-либо у меня не было никакого желания, но и обижать отказом мента, внушающего всем своим видом уважение, не хотелось. Потерянно высказался:
  - Столько всего навалилось. Мать... хмм, приболела. Квартиру ограбили, - грустно сообщил.
  - А фонарь кто тебе поставил?
  - С пацанами местными подрался.
  Дядя Витя удовлетворенно кивнул, словно понял мои сомнения.
  - Ладно, Пашка, выбрось всю ерунду из головы и живи, как ни в чем не бывало. Вовка говорит, что ты математику стал рубить. Помогай моему балбесу, а я тебя отблагодарю. Хотел голову тебе свернуть, когда узнал, что Вовку из пионеров выгоняют, теперь, наоборот, приваживаю. Видишь, как порой круто линия жизни меняется.
  - Спасибо, дядь Вить, а то все "хулиган-хулиган", за человека не считают. А у меня из квартиры даже носовые платки со статуэтками вынесли. Диван с телевизором хотели вынести, отстоял. Соседка Алевтина с дружками это сделали.
  - Ладно, скажу участковому, пусть разбирается. Своих шалопутов мы в обиду не даем. Сами им жопы надерём, если понадобиться, - сказал дядя Витя и весело подмигнул.
  - А гитара есть? - решил отблагодарить вовкиного отца.
  Прикольно будет спеть менту про воровскую романтику. Дал токаревских "Стаканчиков", "Воров-гуманистов". Батя восхитился, стал выспрашивать про автора. Рассказал, что знал, больше нафантазировал. Все равно Вилли уже умотал в Америку в прошлом году. Илья, старший брат Вовки, прервал мою лекцию и потребовал продолжать концерт.
  Несмотря на давление отца, Илья выбрал профессию строителя. Фигурой и характером он был очень похож на отца. Подозреваю, что и тощак Вовка тоже разбухнет и заматереет со временем. А вот моему телу, судя по фоткам отца Чики, предстояло остаться худым.
  Итак, чем бы еще порадовать моих слушателей? Вовка влез и затребовал "Тётю Хаю". Я начал композицию, а Вовка принялся пританцовывать. Дядя Витя впечатлился и достал бутылочку настойки, разлив ее с Ильей. Я только сглотнул слюну. Блин, как же меня это детское тело достало. Пошел дальше веселить компанию. "Рыбацкая" прошла на ура, только мне погрозили пальцем насчет мата. "Небоскребы", "Чубчик кучерявый", "В шумном балагане", "Над Гудзоном", Виктор Васильевич только крякал довольно и подкручивал ус. Спел еще "Ростовский урка" и "Тракторист". На последней песне просто охрип. За меня вступилась вовкина мама:
  - Совсем мальчонку замучили.
  В моём мозгу пара нейронов возбухла на предмет раскрутки тёти Иры в полноценную Кадышеву. А чего пропадать материалу? И фамильице вполне сносное, солидное, хоть и опошленное изрядно кое-какими деятелями уже в моём времени.
  - Ирина Андреевна, а вы сами-то поёте в ансамбле? - возбуждённо мявкнул я.
  - Как же не петь, там все поют. Сам же видел, - немного поудивлялась женщина.
  - Я в том смысле, что соло вам доводилось петь?
  Вовкина мать неуверенно покачала головой.
  - А давай-те и вы тоже сейчас споёте, а я вам подыграю.
  Люблю, когда люди поступают по-простому, не выламываются. Ожидаемо был сделан заказ на мелодию из репертуара Ольги Воронец "Деревенька моя". Я тут же проиграл вступление. Вовина мама запела. Голос распрекраснейший. Ну, Кадышева просто, даже лучше.
  - Что же ты ни разу не радовала нас, своих домочадцев, таким чудесным пением? - укоризненно пробасил Виктор Васильевич.
  - Не было такого мастеровитого музыканта, как наш гость. Вот и не пела. Не в сухую же голос подавать, - насмешливо ответила его жена.
  "В сухую" - это она так а капелла называла. От души похлопали таланту исполнительницы.
  - Не обижайтесь, но у вас песни какие-то... обычные, - попытался объясниться и съёжился под пристальным взглядом мента.
  - А нам и такие по душе, - обиженно встрял майор.
  - Я не об этой песне, а о репертуаре вашего народного ансамбля. Люди на работе насмотрятся на трактора и поля, а на концерты они ходят послушать про человеческие чувства всякие.
  - Ишь ты... Человеческие чувства ему подавай. А они по-твоему о коровьих поют, что ли? - ещё сильней возмутился вовкин отец.
  Да и сам Вовка тоже не был в восторге от моих слов, обиженно на меня посматривая. Сама Ирина Андреевна была нисколько не задета моей оценкой. Наоборот, с улыбкой воспринимала мои слова.
  - Вам, молодым, пока не понятны такие песни. Повзрослеете и тоже с годами станете их ценить, - сказала она.
  - Почему же? Есть такие народные песни, которые не откажется послушать даже молодёжь. Хотите покажу? - осторожно предложил.
  - Показывай эти свои песни, - безапелляционно распорядился мент.
  Хотел было сразу что-то из репертуара Кадышевой зарядить, но спинным мозгом почувствовал, что надо что-то похитовей выдать, загладить неловкое впечатление от своего неуклюжего вя. Пришлось прибегнуть к песне Могилевской Натальи "Полюби меня такой...". Предварительно предупредил, что песня подаётся от лица женщины, а то не люблю, когда обсмеивают не по делу.
  Песня была моментально взята слушателями на абордаж. Меня заставили исполнить её целых три раза. В последний заход уже пела своим волшебным голосом сама тётя Ирина. Муж её шутливо грозился запретить такое исполнение, иначе точно кто-нибудь ещё её возьмёт, да и полюбит такой, какая она есть.
  - Откуда ты такую чудесную песню взял? - заинтересовалась вовкина мама, - Я её непременно предложу нашему руководителю Агнессе Павловне.
  - Он сам их сочиняет, - неожиданно влез змей.
  - Не может быть! - почти хором воскликнули его родители.
  Хотел было скромно отнекаться, но снискать уважение достойных людей многого стоило. Решил многозначительно отмолчаться.
  - Приходи, пожалуйста, к нам на репетицию в следующую субботу, попросила Ирина Андреевна, - Я предупрежу нашего руководителя. Она намеревается в скором времени обновить весь репертуар нашего коллектива. Твоя песня придётся к месту.
  - Я бы хотел, чтобы вас сделали солисткой на эту песню, - поставил условие.
  - Это уж пусть Агнесса Павловна решает, - зарделась женщина.
  Финиш концерту. Торт съеден, вдогонку умята куриная ножка с макаронами, приправленная салатом оливье. Дядя Витя со смущенной улыбкой сунул мне целую пятеру. Я немного повыпендривался, отнекиваясь, выбирая момент, когда станет прилично их забрать.
  - Это тебе на мелочь по дому, на еду, на лекарства для матери. И не заметишь, как разойдется, - начал убеждать меня мент.
  Заметив, что я продолжал отказываться, надавил на мое слабое звено:
  - Не возьмешь - выпорю.
  Что за мания у мужика? Благоразумно решил ничего не уточнять и взял деньги. Магнит продолжал действовать.
  Все семейство Медведевых проводило меня до коридорчика, где я обувался и одевался. Полупьяный, расчувствовавшийся батя Витя, расцеловал на прощание почти меня. Почти, потому что я срочно ушел на второй план, слыша сдавленный вскрик перепуганного Чики. Попрощались и со словами:
  - Заходи. Всегда будем рады видеть...
  Выдали Вовку для гуляний. Ошарашенный Чика поскакал по лестнице на улицу и только там спросил у друга:
  - Чего это с твоим родаком случилось?
  Медик непонимающе пожал плечами и вдруг тоже поцеловал Чику. Тот даже отпрыгнул, как ошпаренный. Объяснений впрочем требовать не стал, чтобы не перенапрягать извилины. На улице постоянно попадались навстречу пацаны, которые то и дело лезли с нами пообщаться, вернее с Вовкой. Слухи о его вчерашних знаменитых гостях достигли силы шквалистого ветра. Пацанва, гулявшая у вовкиного подъезда, успела тогда срисовать змеюгу, выползающую из желтой копейки в ореоле легко узнаваемых личностей, и растрепала обо всем по городку. Теперь гад купался в лучах славы, а на офигевшего такими выкрутасами Чику даже внимания не обращали. В прочем, тот от этого не особо и страдал.
  Я со своей колоколенки наслаждался триумфом друга. Уличные пацаны, умирая от восторга, с придыханием расспрашивали его даже о том, как Фирсов держал вилку, когда ел. Было понятно, что Вовка, прикоснувшись к легендам, теперь сам стал будто бы осененным благодатью.
  Мне вспомнилось, что нужно было найти Пику и прочих игроков в карты, чтобы рассчитаться с ним по долгам. Пришлось направить тело в подвал. По дороге от автобусной остановки шла девушка. Она была необычайно красивой. Задумчивое лицо принадлежало какой-нибудь фотомодели, или даже киноактрисе. Серое с черными вкраплениями пальто с опушкой на манжетах выглядело экстравагантно и выгодно оттеняло ее стройную фигуру.
  - Вот это да! - прошелестел рядом Вовка.
  Мы пошли вслед за ней на некотором удалении без всякой цели. Медленно падал снег. Мороз дружелюбно пощипывал лицо. Настроение было прекрасное. Сердце ликовало!
  Неожиданно девушка свернула в сторону гостиницы, куда собственно и нам надо было. Здание здесь было единственным на отшибе. Дальше располагалась только котельная. Так что можно было не сомневаться, что она действительно направляется в эту вонючую хрущобу. Почему-то мне вдруг стало жутко стыдно.
  Навстречу ей шли два высоких крепких парня. Девушка попыталась их обойти, но они неожиданно набросились на нее, схватили и потащили назад, откуда шли. Я через Чику знал, что основное ядро банды Панка составляли парни из Балабино, но были кое-какие крендельки из нашего посёлка и среди них работники местной котельной. Если так, то, скорее всего, девушку тащили туда, где имелись удобные места для утех.
  Я оглянулся. На вечерней улице неподалеку фланировала небольшая группка школьников. Пацаны сделали вид, что ничего не происходит, но меня такое положение вещей не устраивало. Подошел к парням. Колени почему-то начали трястись. К тому же двое взрослых мощных мужиков это тебе не пацанчики-одногодки. Попробую сымпровизировать, вдруг повезет.
  - Эй, чуваки! Дело есть, - пытался говорить спокойным тоном.
  - Шел бы ты, паренёк, к мамке. Титю сосать, - злобно ощерился один из них.
  - Девчонку отпускаем. Она - моя знакомая.
  - Минута, и тебя здесь нет, - высказался другой.
  Подобрал палку, обернулся к Медику и предложил ему гнать домой за батей. Таким образом, я освободился от него. Беспомощный пацан в драке будет только обузой. Парни заинтересованно наблюдали за мной. Надеюсь, что девушка отвлечет хотя бы одного, когда буду драться. Разогнался с палкой наперевес, целя удар в худого и длинного с лошадиным хлебальником. В последний момент резко опустил палку и оттолкнулся от земли. Попал ногой в подбородок плотному. Все, тот вне игры. Девка молодец. Бьется, занимает второго. Тот, не долго думая, ее оттолкнул и напал на меня. Я с огромным трудом отбился и отбежал, махнув девке, чтобы уносила ноги. Самому убегать пока было рано. Лошадиная морда её бы тогда быстро нагнал. Ничего, с одним мужиком я попытаюсь посопротивляться на мастерстве. Оказалось это сделать не так просто. Чувствовалась в его четких движениях бойцовская выучка и высокая натренированность. Как минимум самбист. Предпочел дать деру, когда увидел, что девушка уже испарилась.
  Как только я погнался прочь, худой пустился за мной вскачь, как собака за велосипедом. Поиграл с ним в зайчиков и волков три квартала, уводя противника дальше от места драки. В запале тот, по-видимому, забыл про своего друга в отключке. Когда мне надоели побегушки, я легко оторвался от преследователя. С чикиными ногами это нее составило особого труда.
  Лошадиномордый направился быстрым шагом обратно к месту драки. Я крадучись поскакал теперь за ним. Подходить к контуженному другу он не стал и ушёл в сторону, потому что там уже находился вовкин отец в милицейской форме. Я выждал некоторое время и подошел к нему, поинтересовавшись состоянием пострадавшего от моих рук, или правильней сказать ног, боевика. Виктор Васильевич поприветствовал меня лёгким кивком и сообщил, что тот жить будет, но плохо.
  - Ловко ты его вырубил! Грамотно. Челюсть придется лечить.
  Подъехала "скорая помощь", парня загрузили. Батя, уходя, сказал, чтобы я нашел Вовку и загнал домой. Домашние задания еще не сделаны. Тьфу! Лучше бы не напоминал о школе. У меня во рту даже оскомина образовалась. Еле отплевался.
  В подвале вестимо вещало через свой грохотальник чудище вредножопое. Пасть раззявлена, зубы блестят, глаза, как два полтинника, язык болтается, как лопасть у вертолета. Как и конечности. Ну, нафига было докладывать подвальной публике о драке с панковцами? Не мог ограничиться только своими знакомствами со знаменитостями?
  - Ну, ты и дуб! Теперь готовься к разборке с Панком, - хмуро произнес кажется Горлик.
  - В жизни нет проблем, есть лишь ситуации..., - неопределенно мявкнул в ответ.
  Сесть просто так не дали, сразу принялись интенсивно засовывать мне в руки гитару. Я не менее интенсивно от неё отбрыкивался.
  - Медь, нам домой пора, - включил я послушного мальчика.
  - А ты мне домашку тогда сделаешь? - запалил меня самый подлючий гад.
  По всем неписанным пацаньим правилам, домашние работы положено списывать у "хороших", или "умняшек". Иногда я слышал определение: "мамкин". В более позднее "моё" время их стали называть: "ботаны". Они для такого и были предназначены. Такие чуваки, как Чика должны уметь добиваться от умняшек готовности в любой момент дать списать, иначе какой тогда это будет правильный пацан. Короче, офоршмачил меня Медик капитально.
  Машинально схватился за гитару и без всякой мысли пробежался пальцами по струнам. Выстроилась мелодия, отдаленно напомнившая что-то очень романтичное, теплое из моего времени. Я напевал её для одной школьной подружаки задолго до Лоры. Блин форшмачный, как же ее звали? Не то Настюша, не то Ксюша...
  Песня неизвестного автора называлась "Стон любви".
  "Я слышу проливные как жизнь дожди,
  Я вижу угасающие в небе звезды,
  Я чувствую боль прошедшей любви,
  Гитара заменяет мне горькие слезы..."
  Естественно стрелка компаса ребячьих интересов переменилась теперь на чикультуру и поднялся гвалт с настоятельным требованием повторить песенку. Особенно горячо старался Шило. Какие жалобные лица мне не пытались состроить, я был неумолим. К тому же после драки еще болели руки и было просто тяжело бить по струнам. Уходя, раздал долги.
  Вовкины родители, прежде чем мы приступили к домашке, заставили поужинать. Еще неизвестно, кто кого заставил. Наверное, у меня такая соответствующая мордаха нарисовалась, когда с кухни неслись слюногонные запахи, что не пригласить за тарелку жареной картохи с куриными желудками такого славного парня было бы самым низким ментовским беспределом.
  Дядя Витя рассказал за столом, что заходил ко мне домой по поводу ограбления и порекомендовал чикоматери хоть немного просохнуть, чтобы нормально составить заявление и вообще, провести все положенные милицейские процедуры. Тетя Ира просто задолбала своими материнскими инстинктами, считая, что мне нужно побольше есть. Её очень удивляло, что я ем в разы меньше Вовки. Пусть лучше его на солитер проверят. Ест много, при этом остается мелким и тощим, как сама смерть.
  Алгебру я ему прорешал нормально. Геометрия показалась сложноватой для школьного курса. Решил её, конечно, владения даром с небес. Ещё мы с друганом сделали задание по русскому на тот случай, если опять английского не будет. Змею оставалось только заучить параграф по истории, но на часах было уже начало одиннадцатого. Пошел домой, хотя Медведевы предложили заночевать рядом с Вовкой. Нафиг-нафиг мне этого счастья.
  Дома застал валяющихся на диване в большой комнате пьяно-радостных и раскрасневшихся чикомаму и ее круглого сожителя. Окончательно стыд потеряли. Ладно, барахтайтесь себе, в удовольствие. Мне какое дело?
  
  16.
  Вторник, 11.02.1975 г., наличка - 21 руб.
  - Как объяснять решения?
  Влезшее в дверь чудище решило меня доканать. Времени до первого урока еще было на несколько снов. Я заспанной мимикой своей морды отправил соискателя халявных ответов на кухню, а сам поплелся делать разные туалетные дела. С высоты своей новой гениальности задачка по геометрии казалась пустяковой, но выбивалась из естественного ряда. Таким место в журнале "Квант", или в учебнике для поступающих в вузы. Если же поместить себя на место обычного школяра, скажем, Светки Романовой... Хмм, трудновато себя грудастой толстухой представить. Нужно несколько дней над ней париться, имеется ввиду с задачей.
  Наша математичка безусловно достойна всяческих слов и эпитетов, но от её заё... в смысле турбуленций это нисколько не спасает. От такой геометрии не только у школяров извилины коротит, но и у самих тичеров порой тоже пар из ушей сифонит. Так вот, в какой-то методической дидактичке, тьфу, наоборот... Надо бы еще поспать. Так вот, где-то она там откапывает задачки и заставляет решать на доске, или на дом задает. Причем обосновывает свои поступки желанием разбудить творческое мышление у детишек. Не знаю, что у них там раньше проснется, но нервный тик запросто все подхватят. И Медик будет одним из первых кандидатов, если не надоест гоняться за хорошими оценками. Хе, знаем мы, что она, как и Ангелина, самородков разыскивает, чтобы те призовое место заняли на разных олимпиадах, а школе и ей лично куча всяких ништяков тогда выпишется из высших сфер.
  Блин квадратный, а что если погнать волну обратно и сделать Вовку корифеем в геометрии, пусть даже понарошку. Сдвиг по фазе у училки определенно состоится. Будет знать, как ребенков интеллектом мучить. Тогда придется затормозить со своим зловещим планом сокрушительного удара по учителям. Зато уж как повеселюсь! Немедленно принялся за дело. Не просто рассказал змею ход решения задачи, но заставил его тщательно всё заучить.
  На подступах к школе меня поразили респекты, рассыпаемые перед Вовкой старшеклассниками, даже с десятого уровня. Подбегали к нему, жали лапы, домой в гости приглашали, разве что автографы не выпрашивали. Особенно меня поразило предложение от некоторых девчонок прогуляться после школы. Стало вдруг понятно, что не отблеск моей музыкальной гениальности склонял окружающих к подобным поступкам. Скорее, я находился в хвосте его парящей горделиво кометы. А, все понятно, вспомнил про гостивших у змеюги знаменитостей. Все респекты закончились на Варварке, которая подкараулила нас на повороте в коридор. Облаив от всей души, она вынудила нас надеть галстуки.
  Одноклассники пока не принимали изменение вовкиного статуса, привычно воспринимая его лузером. Только глазами стойку делали, пока мы шкандыляли до своей камчатки. По перешептыванию понял, что геометрию не сделал никто. Даже Романова была посрамлена. Твою ж... Я сделал знак Медику, чтобы он и не думал высовываться с домашкой. Несмотря на заметные за последнюю неделю успехи в учебе, окружающие по привычке числили его, как и меня, в образе неких экзотических зверушек, которые могут иногда чего-то такое необычное из себя выкинуть. Нас по-прежнему сторонились. Какое дело может быть у добропорядочных пионеров к хулиганистой шпане? Ясное дело, демонический мрачный вид на наглой морде, обрамленной лохмами цвета ночного кошмара, почти до плеч, вызывающая тощавость, дранная, перештопанная одежда. Вовкин перечень включал, кроме худобы, выражение вечного пофигизма на рожице, которое некоторые принимают за дебилизм, лохмы чуток посветлее, правда покороче, одежда тоже малость потертая. Тут, как говорится, с кем поведешься...
  Уважающая себя Елена Ивановна вплыла в класс, гордо неся голову с пучком на затылке, чем-то похожим на кактус. Сразу же приступила к объяснению новой темы. Мы шли с заметным отставанием по программе, которое учительница объясняла необходимостью изучения тригонометрического раздела самым тщательным образом, иначе дальше в геометрии плыть бесполезно. Только в самом конце урока, математичка вдруг заявила, что была не права, задав на выходные задачку повышенной сложности. Оказывается, её уже не надо было решать. Случайно перепутала с другим заданием.
  Все дружно облегченно вздохнули. Но не тут то было. Возмущённый до глубины души перспективой ускользания облюбованной отметки для дневника, Вован вскочил и развопился:
  - Как же так? Я решал, старался...
  - Не хочешь ли ты, Медведев, сказать, что справился с этой задачей? - неестественно улыбаясь, поинтересовалась математичка.
  Змей кивнул тыковкой. Учительница сама подошла и посмотрела решение в тетради.
  - Не может быть, - еле слышно произнесла она.
  - Почему? - удивился Вовка и даже обиженно на меня посмотрел.
  Пришлось изобразить ободряющий жест. Елена задумчиво постояла и вышла из класса, ничего не сказав. Раздался звонок. Все пошли на перемену. Теперь уже ашники начали приставать к Вовке по поводу задачи:
  - Ты на самом деле решил эту задачу?
  - Ну, решил. Что в этом такого? - недоуменно пожимал плечами змей.
  Следующий урок алгебру тоже вела Елена. Она предложила вернуться к вопросу о задаче и вызвала к доске Медика. Тщательно проинструктированный мной пацан спокойно изложил ход решения под оглушительную тишину класса. Вряд ли у кого-нибудь теперь возникли бы сомнения, что не он решал.
  Потрясенная учительница села и только смогла вымолвить:
  - Это невозможно!
  И потом вдруг зааплодировала. К ней вынужденно присоединились одноклассники. Мда, крокодил в небе мастерски выполнил мертвую петлю, отягощенную бочкой и прочими виражами. Взволнованный и вспотевший змей расцвел улыбкой и понес дневник учителю. Обратно он вернулся нетвердой походкой, полностью обалдевшим. Елена расщедрилась и выставила ему целых две пятерки с плюсом. Вторую поставила напротив алгебры. Мне показалось, что друган сейчас в обморок под парту свалится. А класс пол урока не мог успокоиться, оживленно переговариваясь по поводу вовкиного научного подвига. Я вообще-то предполагал, что уж кто-нибудь из отличников тоже постарается выложиться. Надевать на Вовку желтую майку лидера не входило в мои планы. Не оберешься тогда хлопот с поддержанием его реноме.
  Елена, с трудом устаканив относительный порядок, принялась объяснять новую тему про корни. Я заметным шепотом неудачно посетовал, что в моем возрасте корни надо из женщин извлекать, за что и был изгнан из класса.
  В коридоры на переменах Медику лучше бы не выходить. Весть о приезде знаменитостей в Родные Просторы полыхнула магниевым пламенем. Каждый мало-мальский шкет, увидев Вовку, пытался на него наброситься и выяснить, действительно ли к нему в гости приходили сам Фирсов и сам Копейкин и придут ли еще раз.
  Даже то, что легенды представляли собой клуб ЦСКА, не снижало ажиотажа. Только один единственный пацан поинтересовался от недалекого ума, почему не спартаковских звезд Вован зазвал. На него тут же напустились и зашикали другие пацаны.
  Змей не стал ничего отрицать. Таким признанием он окончательно сорвал крыши у школьной фанатствующей общественности, а его авторитет вознесся в стратосферу. Я был только рад за своего друга.
  - Надеюсь, что ты обо мне никому не растрепешься? - на всякий случай предупредил его, - А то тебя так и прёт какую-нибудь фигню сморозить.
  - Нет, могила! - убежденно вякнул Вовка, с нотками негодования: - "Как я только мог так подумать о нем?".
  Урок Английского, или что там вместо него поставят, задерживался. Я приготовился лицезреть рыхлую физию вечного чикиного врага, однако завуч привела девушку... Глазам своим не поверил! Та самая, которую я вырвал из рук панковских бармалеев. Та самую фотомодель. Святые угодники! Медик мне радостно в бок локтем сунул, а я охнул от проделок гада и судорожно сглотнул слюну, чуть ею не подавившись.
  - Вот ваш новый учитель языка, Юлия Максимовна. Прошу показать себя с самой лучшей стороны, - высказалась завуч и сделала в нашем направлении строгое лицо.
  Интересно бы узнать, какую такую сторону я должен показывать? Если бы не леди совершенство, непременно задал этот вопрос завучу. С меня станется.
  Девушка придумала знакомиться с каждым школяром последовательно. Названный ею должен вставать из-за парты и отозваться. Когда дошла очередь до меня, то она как-то растерянно произнесла:
  - Вы?
  Наверное, с перепугу тогда увидела во мне целого амбала, и тут такой шибздик теперь перед ней переминается. Практически весь урок прошел в знакомствах. После, она попросила меня задержаться.
  - Тебя ведь Пашей зовут. Так вот..., огромное спасибо тебе. Я даже не знаю, как тебя отблагодарить.
  Что же ты такая красивая! Мне осталось только убиться об стену, или упиться об спирт. Явилась на мою грешную голову. Вслух говорю дурость несусветную охрипшим голосом:
  - Так меня мама воспитала, партия, правительство... Благодарности возможны в жидкой валюте.
  Ее лицо немного нахмурилось в задумчивости, потом расцвело улыбкой.
  - Это ты про вино?
  Уфф, какой же я идиот! Пошутить захотелось. Зачем я ей про алкоголь задвинул? Партию вспомнил. Пионер перезрелый. И почему женщины в первую очередь о вине вспоминают? Есть же более продвинутые напитки. Скажем..., пиво и то лучше. Тем не менее, киваю головой, как китайский болванчик, чувствуя полыхающее лицо. Бормочу зачем-то нелепые извинения и спасаюсь бегством.
  Звонок позвал на последний урок. Правда, Бекетова известила всех о предстоящем пионерском сборе в кабинете литературы после всех уроков. Вот ей приспичило не вовремя, а я уже нацелился на большой перемене ударить всеми жорлами по котлеткам. Эххх, есть такой креольский танец - Обломинго...
  Вовка опять ко мне прилип со своими страхами. Ему вдруг видите ли кажется, что историк Иван Васильевич измечтался весь вызвать его к доске. А он, понятное дело, по нулям. Хоккей вчера смотрел. Чего от меня то конкретно хочет, чтобы я камикадзе изображал? Я даже не знаю, на какой теме они тут все сидят.
  Когда историк предложил желающим выступить у доски по теме предыдущего урока, я нехотя и недовольно вытянул руку.
  - Чего тебе, Чекалин? - испугался учитель.
  - Как чего, у доски постоять очень хочется, - хмуро высказался.
  - Ладно, выходи. Только настоятельно прошу без клоунады и прочих глупых штучек, - обусловил мое выступление Иван Васильевич.
  - Постараюсь... - неопределенно пообещал я и к Вовке наклонился, - Чего надо рассказывать?
  - Смутное время... Болотников, - сдавленным шепотом ответил змей.
  Млин, учитель, наверное, услышал. Вон, как глаза вытаращил. Отношения историка и Чики были из разряда более-менее приемлемых. Пацанская натура тела иногда позволяла себе проявлять на уроке мелкие шалости, но специально доводить интеллигентнейшего мужчину ему никогда не хотелось. Я с ним был солидарен в том, что учителями должны быть только мужчины. Дети тогда будут избавлены от женских гормональных наездов и прочих стереотипов поведения.
  Историю я любил всегда с самого детства, да плюс супербиблиотека в мозгах. Мне было о чем бухтеть хоть несколько часов подряд. Начал рассказывать и увлекся описанием деяний героев смутного времени и разными битвами.
  Учитель ограничил моё растекание словесами по древам только крестьянской войной под руководством Болотникова. Я ему доложил, что это была не крестьянская война, а эпизод авантюр самозванцев против интересов Русского государства. Рассказал учителю, как этого народного вожака нанимали в польском городе Самбор, как он способствовал развалу страны. Окончательно добил его, сказав, что в войске этого народного героя подавляющее большинство составляли казаки и служилые люди, то есть дворяне. Крестьян там почти не было. Не за их интересы этот атаман не сражался, а помогал Лжедмитрию Второму. Все ашники охренели от такой трактовки событий, а возмущенный учитель выгнал меня из класса, поставив двойку в дневник. В принципе, я почти весь урок занял, спас Вовку. Не расплатиться теперь вовек змеюге за мое самопожертвование.
  В коридоре мне встретился Алеша физрук. Поприветствовал его. Он меня остановил и начал интересоваться здоровьем. Намекнул, что скоро пора переходить к интенсивным тренировкам. Предстояли соревнования по легкой атлетике где-то в мае и турнир по футболу "Кожаный мяч" летом. Что же я про такое не знал? Порылся в чикиных закромах. Верно, парень отбывал физкультурную повинность каждый год. За это Алеша его отмазывал от двоек по всем предметам по итогам четвертей и года. Блин моченый, чего я тогда в школе парюсь? Финалом нашего разговора стала просьба физрука привести к нему Вовку. Интересно девки пляшут. Всем он вдруг страшно понадобился. Неужто у кобёра спортивные таланты проявились? А я и не знал.
  Теперь сам ходил, как леопард по вольеру, сгорая от любопытства. Прогремел звонок. Поймал тощую структуру, вылетающую из кабинета как из пращи, и потащил в спортзал. Вслед нам Ленка прокричала какие-то девчоночьи угрозы, если мы вовремя не явимся на пионерский шабаш. Вовка, пока мы вместе рысили по переполненным ребятней коридорам, сообщил, что историк передумал мне ставить двойку.
  - Так что, можешь нести свой дневник и исправлять оценку на тройку, - решил меня обрадовать друган.
  - Медь, я в отличии от тебя, не заморачиваюсь этой ерундой. То, что мне нужно, я и так узнаю. Засорять свой чердак всяким хламом не собираюсь. И в школу, наверное, скоро ходить не буду, надоело. Только время зря трачу. С Алешей договорюсь, как всегда. Тройки мне по всем предметам натянут. А от моего присутствия на уроках мало кто в восторге, - размышлял я вслух.
  Вовка остановился.
  - Ты серьезно?
  Его лицо было реально испугано.
  - Серьезней некуда.
  - А как же я? - мощный аргумент, ничего не скажешь.
  - Ты парень взрослый, самостоятельный. Должен сам справляться со своими проблемами.
  - Не получится у тебя, - убежденно сообщил Вовка, когда мы уже подбегали к алешиному кабинету, - Заставят учиться по-любому.
  Вполне возможно, что мелкий пацан прав. Отвертеться от хождений в школу может и не получиться. Тогда план Б, или операция "Школомен".
  Алеша сначала высказал желание остаться со змеем наедине. Потом махнул рукой и позволил мне присутствовать при разговоре. Понимает, что змеюга моментально все растрепет.
  - Володя, это правда, что к вам в гости приходили знаменитые Фирсов и Копейкин?
  Вовка не отрицал, тогда ожидаемо последовала просьба физрука с заискивающими интонациями:
  - Не мог ли бы ты познакомить меня с ними, а я тебе за четверть выведу "отлично"?
  - За год тоже. И чтобы на физкультуру не ходить, - начал торговаться Вовка.
  - Годится! - с готовностью согласился Алеша.
  - Еще... - вдруг вспомнил Медик, - Чике, то есть Паше, то же самое сделайте.
  - Он и без этого "отлично" получит после участия в соревнованиях. А ходить на занятия ему все равно придется. Тренироваться ведь надо? - с насмешливой улыбкой отреагировал на вовкину благотворительность физрук.
  - Алексей Иванович, у вас всё? А то у нас собрание, - закруглил я дебаты и, обращаясь к другу, тявкнул, - Давай, погнали!
  Можно было и не спешить. Бекетова не начинала мероприятие, ожидая литру.
  - Лен, труби в горн, котлеты стынут. Пионерам не положено ждать опаздывающих, - выкрикнул я со своей камчатки.
  - Чекалин, сиди и молчи, если тебя не спрашивают, - вместо нее влезла толстая подруга.
  - Светка, ты чего, секретарем у Бекетовой заделалась? - поддел её.
  Настроение было подходящее для подколок. Однако, пофехтоваться с активисткой не удалось. Вошла Валентина.
  Вздремнуть что ли? Бекетова не без руководящего влияния литры опять растянула собрание по пустым вопросам. С докладом о международном положении выступил пионер Игорь Агафонов, невзрачный такой паренёк с затравленным взглядом. Отбубнил по листочку текст, написанный в стилистике газеты "Правда". Получается, что во всем мире трудящиеся только и делают, что борются с разными угнетателями и империалистами, везде там бастуют, протестуют, демонстрации устраивают. Бедолага, наверное, ночь не спал, выписывая из газет эту хрень. Подискутировать с ним для прикола, что ли? Поднял руку.
  - В туалет только после собрания, - всколыхнулась литра.
  - У меня вопрос к докладчику, - спокойно попросил слово.
  - Слушаю, - нехорошо прищурилась Валентина.
  - Если в капиталистических странах рабочим так плохо живется, почему они не поедут жить сюда к нам? Будут с нами радостно строить коммунизм. Никакой безработицы. Право на вечный труд, - спросил с самым заинтересованным выражением наглой морды.
  Докладчик завис, жалобно оглядываясь на учительницу.
  - Потому что это не твоего ума дело, - нашлась чем ответить учительница.
  - Как же не моего ума? Я же должен понимать, о чем Игорь мне говорит. Или он на самом деле бредит с недосыпу? - изобразил в голосе возмущение.
  - Слушай, Чекалин. Иди, пожалуйста, в туалет, - постановила литра.
  - Не накопилось еще, - разочарованно сообщил собранию, - Поесть не дали. Живот уже урчит.
  В классе послышались смешки. Литра с ненавистью взглянула на Агафонова и процедила:
  - Садись уже.
  Перешли к обсуждению характеристик кандидатов в Комсомол. Поступатели выходили и зачитывали перечень своих невероятных достоинств и скромных недостатков. Валентина в этот раз решила помалкивать. Все в классе проголосовали одобрительно по представленным кандидатурам, лишь мы с Вовкой голоснули против тех троих, кто обличал нас на прошлой неделе. Я даже речугу задвинул, что Комсомол начнет паршиветь и перерождаться, если индивидуумы типа Ситы и подобных ему двух девчонок вольются туда. В ответ литра прошлась по моим скелетам, которые в шкафах обитают. Как всегда никакой конкретики, если не считать слив со стороны одной девчонки-ренегатки о том, что я на уроке истории ругал народного героя Болотникова.
  Возможно, что литре кто-то успел рассказать о вовкиных успехах в точных науках, и теперь она в красках живописала, как я вредно влияю на хорошего ученика Медведева и что его нужно спасать от меня.
  - Чекалин, в отличие от Медведева, за голову не взялся, обещания свои не выполнил. Нужно снова поставить вопрос об его исключении из пионеров, - неистовствовала педагогиня.
  - Прямо сейчас исключайте. Чего кота тянуть за... сами знаете, за что, - покладисто согласился.
  - Чекалина исключать нельзя. Он очень талантлив, - внезапно раздался немного писклявый девчоночий голос. Сказала и перепугалась до свекольного окраса худенькая востроносая девчушка с двумя хвостиками на голове. Чика даже фамилии не смог вспомнить своей защитницы.
  Валентина набрала воздуха в легкие, чтобы разразиться своим фирменным ором, но почему-то передумала.
  - Кто еще так считает? - с напряжением в голосе спросила она у класса.
  Постепенно поднялись еще руки. Собралось больше половины класса. И весь актив, с Бекетовой, Романовой и Пономаревым тоже присоединились.
  - Ладно, поглядим, - растерянно произнесла литра, - Бекетова, заканчивайте сбор.
  
  17.
  Вторник, 11.02.1975 г., наличка - 21 руб.
  Фух, теперь срочно в столовку восполнять запасы топлива. Вовка, гад, отнекался, или правильней сказать, отмекался и умотался по своим делам. Только набрал на раздаче пайку юного пионера, как на горизонте нарисовались Ганс со своей свитой. Такое впечатление было, что меня пасли. Большая перемена давно закончилась, и школяры разбрелись кто по урокам, а кто по домам. Одинокие фигуры уныло догрызали свой обед, и кое-кто из учителей гремели приборами и издавали жизнерадостные звуки из своего огороженного угла.
  - Ого, гля пацаны, Чика забогател. Может, нас тоже угостишь? - деланно обрадованно заговорил блондинчик, подсев за мой стол.
  - Ага, щас поем, а что останется твоё будет, - хмыкнул в ответ, немного глумясь за прошлое чикино фиаско.
  - Сам жри и не подавись, - сразу же завёлся Ганс, - Панок хочет с тобой пообщаться. Завтра к шести вечера будь у котельной и без вывертов.
  Высказав послание, блондинчик с достоинством поднялся из-за стола и убрался с поля зрения со своей кодлой.
  Небольшая часть пространства столовой была огорожена декоративной стенкой с настольными цветами. Увидеть кто сидел за ней можно было только с определенных мест, но не с моего. Голоса принадлежали сравнительно молодым женщинам. Они трепались о чем-то своем, женском и еще почему-то о Есенине. Кто-то там ухахатывался над декламацией стихов этого поэта школярами. Ясное дело, Есенин стихи о любви писал, а какой-то пацан Вася Пупкин выучивал его не по повелению души, а ради отметки. Я чавкал своими макаронами и грыз котлетину, погруженный в размышления о несправедливостях мира, пока не отвлек возглас:
  - Паша?
  За Ангелиной из закутка выходили примерно такого же возраста бэшная литра Евгения Евгеньевна, молоденькая учительница младших классов Антонина Глебовна и фотомодель, по недоразумению оказавшаяся обычной учительницей, Юлия Максимовна.
  - Девочки, давайте пригласим на наши посиделки этого необычного ученика. Уверяю вас, не пожалеете, - вновь раздался голос Ангелины.
  - Может быть, у него другие планы, - предположила, усмехнувшись, Юлия.
  - ...Уроки дома делать, - хихикнула мелкотравчатая Антонина.
  - Я и уроки - вещи несовместимые! - возмущенно заявил я, окончательно заглотив котлету.
  - Тогда по улицам хулиганничать и на гитаре по ночам орать, - продолжила подколки Евгения.
  - В точку, - покладисто согласился, - Хулиган и на гитаре орец.
  - Ну как, пойдешь к нам? - подмигнула Ангелина.
  - Чего я там забыл?
  - Ну, скажем, прекрасный, вкусный тортик.
  Хитрющее лицо музыкантши изобразило неземное вожделение к сему продукту.
  - Так бы сразу и сказали, - буркнул я, поднимаясь и проглатывая залпом компот.
  Я и без всяких тортиков пошел. Посидеть вместе и пообщаться с жутко красивой Юлией - мечта не только поэта. Напрягала только бедноватая одёжка на мне.
  - Как там продвигается моя песня? - поинтересовалась Ангелина, когда мы все переходами добирались до ее владений.
  - Готова, - обрадовал ее.
  - Я не сомневалась в тебе! - искренне обрадовалась женщина.
  - Про что вы, Гелочка? - стала выспрашивать Евгения.
  - Павлик написал по моей просьбе песню для конкурса, - поделилась своей радостью Ангелина.
  - Тебе нравятся блатные песни? - влезла никчемушная Антонина, - Я слышала, что Чекалин их на гитаре по подвалам поёт.
  Ну, кто её дёргал за язык? Я в ужасе скосил глаза на Юлю. Вроде бы никакой реакции, только чуть усмехнулась уголками губ. Я теперь понял, кого мне напоминает своим видом эта сикилявка Тоня. Горлик стопроцентный. Не дам больше этому гаду свои песни слушать.
  - Среди так называемых блатных, есть вполне достойные песни, - поддержала меня Ангелина.
  - Послушаем, что за песня такая, - согласилась с ней Евгения.
  Пока беседовали, дошли до музыкальной учительской. Женщины принялись хлопотать вокруг стола, а я взял гитару и решил показать пример "блатной" чикапесни, наиграв "Стон любви". Похлопали.
  - Великолепно и необычно, - высказалась Ангелина.
  - Мне понравилось, - присоединилась к ней Юля, - Только она вряд ли сгодится для конкурса пионерской песни.
  - Для конкурса будет другая, а такие мы слушаем по подвалам, - заявил я, довольный произведенным впечатлением.
  - А кто сочинил? - ревниво поинтересовалась учительница литературы.
  - Как кто? Народ, - выдал ответ.
  На столе материализовался и начал нарезаться на куски звезда дефицита - торт "Птичье молоко". Пока готовилось пиршество, я решил устроить провокацию против Евгении, исполнив песню на стихи Есенина "Заметался пожар голубой". Когда я пел, нежно пялился на Юлю, не обращая внимания на двусмысленность слов:
  - ...Мне бы только смотреть на тебя,
  Видеть глаз злато-карий омут,
  И чтоб, прошлое не любя,
  Ты уйти не смогла к другому.
  Поступь нежная, легкий стан,
  Если б знала ты сердцем упорным,
  Как умеет любить хулиган,
  Как умеет он быть покорным...
  Аплодисменты на этот раз были энергичней.
  - Павлик, стихи для песни просто шедевр! - воскликнула, не сдержась, Ангелина, - Можно тебя попросить еще раз исполнить?
  - А вы что скажете, Евгения Евгеньевна?
  - Весьма талантливо, но можно и получше, - заметно смешалась женщина, - А давно вы стали сочинять стихи?
  - Нет, недавно. И эти стихи не мои, а Есенина.
  - Боже мой!
  Замешательство Евгении грозило перерасти в панику. Не думал, что она такая впечатлительная. Кинулся выполнять просьбу Ангелины, попутно следя за уменьшающимся в размерах тортиком.
  После повторного исполнения, Евгения пришла в себя и сказала:
  - Спасибо тебе большое. Я не встречалась с этими стихами к своему стыду. Можно попросить еще такие же песни исполнить?
  - Пусть чай с тортом попьет. Совсем паренька замучили, - заступилась за меня Ангелина.
  - Не, меня песнями трудно замучить, - хихикнул я, - Есть еще одна, очень клёвая.
  Дамы моментально навострили ушки. Я решил порадовать слушательниц козырным романсом Валерия Чередниченко "Губами губ твоих коснусь".
  - "Губами губ твоих коснусь,
  твоё дыхание вдохну.
  Чуть слышно Богу помолюсь
  благословения приму"...
  Интересно было наблюдать последействие. Все учительницы как одна застыли с кусочками торта, как оригинальные скульптуры. Мне их состояние было знакомо. Частое дыхание, иногда появляющийся запах пота, покраснение лица. Опробывал это безотказное оружие на своих прежних жертвах. Сейчас просто развлёкся. Даже таким голосом кое-что выходит.
  - Такого Есенина у нас не издадут. Слишком много религиозности, - оттаяла первой и сморозила чушь Антонина.
  - Я покорена этим произведением. Воистину он - настоящий гений, - выразилась Юля, понемногу остывая от впечатлений.
  Ну, раз удалось покорить учительниц, то можно и по тортикам вдарить.
  Посиделки, оказывается, были организованы в честь начала работы Юлии на новом месте. И торт ею был притащен. Немного позднее на столе появилась бутылочка ликера "Старый Таллин". Тоже вещь дефицитная. Мне, ясное дело, не налили.
  Хорошо и плотно пообщались о разных стихах. Я высказал мысль, что творчество поэта только тогда достойно называться стихом, если под него можно подобрать мелодию. Именно по этой причине я не уважаю творчество Маяковского. Евгения как ни удивительно согласилась со мной. Чувствовалась моя моральная победа. Уделал литературных знатоков по очкам.
  В честь Юлии я задумал подготовить музыкальный подарок. Нужно было только совсем немного адаптировать текст нежной, хоть и малость декаденской песни "Юлия" от Юлии Савичевой под мужское исполнение в последнем куплете.
  - "...И только перроны, рельсы, вагоны, мигнули красным "Прощай".
  Дороги и вьюги, друзья и подруги, тебя не забудут, ты знай!
  И стоя в ветровке на остановке в прохожих ищу я тебя.
  Юли-юли-юли-юли-юли-юли-юли-юли Юлия".
  Стилистика песни немного выбивалась из обычных для семидесятых голов, но лучше в голове не нашлось.
  Пока развлекал учительниц, подвалили четверо парней с цветами, шампанским и коробкой шоколадных конфет. Все четыре новоприбывшие морды я прекрасно знал. То были Алеша, Леший, Шиловский Толя и Ларик. Уж кого они все не ожидали увидеть, так это меня, нагло тренькающего на гитаре. У комсорга глаза забегали, и он от неожиданности выпалил:
  - Ты чего тут делаешь?
  - Жду, когда ты мне червонец принесешь, - ответил мрачно.
  Парень сделал непонимающее лицо и отвернулся.
  Каждый из них поспешил высказать в адрес Юлии банальные пожелания с добавками заумной ерунды. Шиловский потом переключился на меня, вероятнее всего услышав только конец моей песенки:
  - Что за вещь? Сыграешь еще раз?
  - Потом, как-нибудь, - проговорил, срочно вставая со стула.
  Подошла Юля и сердечно поблагодарила:
  - Никогда никто мне не дарил такой замечательный подарок. Ты снова меня удивил.
  Прикосновение нежных губ обожгло мою щеку. Однако, как вовремя я в столовую зашел. Шутка с жидкой валютой, надеюсь, будет надежно забыта.
  - Забираем в программу. Если ее хорошенько обработать, то получится неплохая танцевальная вещица, - деловито мурчал поблизости Толик.
  Я кивал неопределенно, наблюдая расклады вокруг. Алёша определенно запал на новую коллегу, и Леший тоже пялился на нее. Скоро следует ожидать волны дуэлей. Интересно бы узнать, рассказала ли Юлия кому-нибудь о моем подвиге? Я бы на ее месте конечно смолчал. Пофиг на все. Мне тут нечего ловить и оставаться в обществе подлого Лешукова не хотелось.
  Подошел к Юле и Ангелине и, извинившись, сообщил, что надо уходить.
  - А как же моя песня? - жалобно воскликнула Ангелина.
  - В другой раз. Завтра обязательно, - пообещал ей.
  - И чего я разозлился? Ведь к Юле пришел, не к нему, - ругал я себя, топая по школьным коридорам к выходу.
  Обратно возвращаться было уже бессмысленно. Решил воспользоваться оказией и сходить в больницу, узнать всё об Инне. Время посещения больных наступило. В магазине накупил кефира, пряников, конфет шоколадных. В мясном отделе скучала знакомая нервная продавщица. Сильно засвербило приколоться над ней:
  - Яйца почему отборные? У кого отбирали?
  - У кур... У кого еще? - сонно предположила продавщица.
  - А они не сопротивлялись? - вежливо уточнил.
  - Кто сопротивлялся? - не поняла тётенька.
  - Курицы, естественно...
  - Да пошел ты, мальчик, знаешь куда? - моментально вспыхнула продавщица.
  - Понял, иду. Уже в пути, - подарив даме прощальную лыбу, покинул приветливое место.
  Мне вслед возмущенно неслось:
  - Вы только подумайте, девочки, какой нахал! А что дальше из него вырастет?
  В больнице случился форменный облом. В палату к Инне меня не пустили. У неё находились папахен с мамахеном. Родичи не собирались удаляться, несмотря на мое настойчивое ожидание. Кончилось наше противостояние тем, что я плюнул. В переносном смысле, разумеется. Подошел к врачу Николаю Васильевичу и выспросил все о состоянии здоровья Инны.
  Все по старому, в смысле, по-прежнему. Состояние стабильное, ждем ремиссии. Ну, ждите, ждите, а девушка с каждым днем все ближе к инвалидной коляске. Похоже, придется применять радикальные меры. Проберусь как-нибудь сюда с ножиком в образе психа, затерроризирую ночного врача и заставлю позволить мне провести операцию. Эх, Макарова бы мне. В смысле, пистолет. Попросил дежурную медсестру передать девушке съестное и приветы от меня. Отвалил до дома, по пути купив три пакета молока, батон и полкило докторской колбасы.
  На главной аллее встретил случайно Вована в компании с пацанами и девчонками, хорошо и не очень знакомыми. Змея под ручку придерживала на целую голову выше его белокурая молодица. Увидев меня, Вовка смутился, но потом оправился и предложил составить компанию. Настроения было тухлое и не хотелось никому собой портить вечер, поэтому я отказался.
  Хахаль Петрушка оказался домовитым мужиком. Кухонька приобрела более-менее пристойный вид и в холодильнике кое-чего появилось. Мамашка было, как обычно, бухой, но не до полного безобразия. Чего-то мне сумела промекать. Посидел с ними на кухне, составил компанию. Пробавлялись портвешком, который три семерки. Петро Никодимыч, оказывается, скотником работал по лимиту. Недавно перебрался из Сибири. Местные не идут на непрестижные работы, и руководство вынуждено было приглашать на эти места из отдаленных районов рукастых и неприхотливых людей. В плане морали у мужичка все было устойчиво. Имелась жена, дети, ожидающие сигнала на переезд поближе к источникам благ по советским меркам. То, что он подвалил под бок чикиной матушке, так это почти не грех. Сбросить напряжение взрослому, здоровому мужчине иногда бывает просто необходимо, во избежание последствий от опухания яиц.
  Не знаю как Чика, но лично я ничего не имел против нормального полового союза несчастной в некоторой степени женщины с основательным мужиком. Вспомнив о предстоящей в среду работе, попросил его проконтролировать нормальный без проблем выход чикамамы на дежурство.
  - Иначе за тунеядство на химию загребут, - убеждённо донёс до него мысль.
  Когда меня окончательно вырубило, мужик дотащил меня до кровати, раздел и уложил под одеяло.
  
  18.
  Среда, 12.02.1975 г., наличка - 16 руб. 70 коп.
  Учеба в этот день начиналась со второго урока, но я на нее проспал и опоздал на Русский. Вовка подвел. Он обычно заскакивал ко мне перед школой. Сегодня почему-то проигнорил меня. Подумал, что не стоит портить себе настроение общением кое с кем на ругательном русском, а перейти сразу к приятным эмоциям на английском, следующему третьим уроком.
  - Ты чего не пришёл за мной? - прошипел я изловленному на перемене змею.
  - Я за Алкой зашел. Той самой, беленькой из восьмого бэ. Мы с ней сдружились, - пролепетало чудище, затравлено облизываясь.
  - А меня теперь побоку? - пристыдил приятеля.
  - Нет, же. Нет... У нас с тобой мужские отношения. А там... другие, - виновато щурясь, оправдывался друг.
  - Какие такие - другие? - наезжал на него по приколу.
  Собственно, парень правильно себя позиционирует. Это я так, ради собственного развлечения его поругивал.
  - Ну, эти... - Медик завис, не в силах подобрать нужного термина из закромов русского языка.
  - Короче, с тобой всё понятно. Могу пожелать только не позволять девчонкам садиться себе на шею. Чё там на русском было? Валентинка про меня ничего не спрашивала?
  - Не, все тихо было. Вызывала меня. Трояк получил, - хмуро проинформировал друг.
  Урок английского начался с юлиной улыбки и продолжался в самом прекрасном расположении духа. Так приятно просто сидеть и смотреть на красивое лицо, на плавные жесты и движения изящного тела. Кажется, что в новую англичаночку влюбилось пол класса, если не все. Глядя на нее, вспомнил о своём обещании Ангелине. Вырвал из тетради в клетку листок и принялся расписывать нотный стан и сами ноты композиции "Красный конь" М. Фрадкина. Из задумчивости вывел вовкин толчок в бок, Юлия у меня что-то спрашивала на английском. Заметив, что я не понял, повторила:
  - Can you speak English? (Можете говорить по-английски?)
  - Yes, a little, - ответил. (Говорю немного)
  - Tell me about yourself, please? - попросила Юля. (Пожалуйста, расскажите мне о себе)
  Я заунывно на английском принялся перечислять цвет волос, глаз, размер ноги. В конце повествования мявкнул наподобие героя фильма "Американский пирог":
  - I have a big male balls! (У меня большие (крутые) яйца)
  Девушка сначала закашлялась, а потом упала на стул и закатилась смехом. Ашники удивленно воззрились на нее. Я преднамеренно выпалил фразу скороговоркой, чтобы поняла лишь Юля.
  - Do I understand that you're cool man? - отсмеявшись, спросила девушка. (Правильно я понимаю, что ты - мачо?)
  - Yes, it is! - отбоярился я общеупотребимой фразой. (Да!)
  Учительница подошла к моей парте, взяла дневник и без лишних разговоров влепила пять баллов.
  - In addition, my friend is in need of excellent marks, too, - поспешил добавить и рыкнул в вовкину сторону, - Доставай дневник. (Мой друг нуждается в хороших отметках тоже)
  Юля еле заметно кивнула и поставила пятерку ему тоже.
  - Ништяк! - ошеломлённо провякало чудище.
  На перемене нарисовались чем-то довольный Жека, хмурый Леший и еще один высокий чернявый парень. Постукались грудными клетками с Жекой, познакомились с чернявым.
  - Веня, - протянул руку он, - секретарь комитета Комсомола поселка "Берёзовая роща".
  Делегация из этого поселка приехала по мою душу, потому что сегодня в три часа должен состояться очередной хоккейный матч, а я должен подорваться и ехать в город Можайск. Офигеть, не встать! Можно ведь хотя бы предупредить заранее.
  - Тебя освободили на сегодня от последующих уроков, - сообщил мне Жека с таким видом, как будто осчастливил меня на веки вечные.
  Я схватил ошарашенного парня за локоток и поволок в уголок.
  - Какого хрена вы творите? - разозлился реально, - Я никому здесь не говорил и не собирался говорить, что играю за вас.
  - Так это... Николай Михайлович пожелал... - растерянно залепетал Жека.
  - Предупреждать надо заранее. У меня тоже бывают дела, обязательства. Я вам не крепостной какой-нибудь, - прошипел я гремучей змеей.
  - Извини, друг! - виновато ныкнул Жека.
  - Могли бы по-тихому меня вызвать. На фига этот шум-тарарам с лешими вприсядку. Засветили по полной программе, - продолжил пилить его.
  - Ну, прости, пожалуйста, - искренне попросил парень.
  - Вовка с нами едет?
  - Мы думали...
  - Думать надо правильно. Решайте. Скоро звонок на урок прозвенит.
  У Вовки спросил, хочет ли он поехать со мной на хоккейный матч. Тот чуть не запрыгал от радости. А ведь стоял с напряженным видом, боялся, что я без него поеду. Подошел мрачный Леший и сообщил, что еще раз к директору насчет Вовки он идти не хочет. Лучше будет договориться напрямую с учителем.
  - Договаривайся! - соглашаюсь, - Вон, Дина Денисовна идет.
  Леший преградил путь учительнице и тихо что-то ей сказал, та моментально ответила кивком и продолжила целенаправленное перемещение.
  - С ней решено, - процедил в мою сторону комсорг.
  - Ты чё такой хмурый? - ехидно подколол его, догадываясь об ответе.
  - Скрывать, что выступаешь за чужую школу не по-товарищески.
  - А обещать деньги за концерт и кинуть, по-товарищески?
  - Ты это... Не держи зла. Промашка получилась. Денег пока нет, но скоро будут, - пообещал он, состроив честное лицо.
  Осталось устаканить вопрос с Ангелиной. Сгонял в музыкалку, но учительницы там не нашёл. Навстречу по коридору чесал Шило. Остановил его и попросил передать Ангелине от меня листок с нотами пионерской песни.
  Везти мою драгоценную тушку в Можайск должен был сашин Москвич. Леший вознамерился ехать с нами, но мест уже не было. Комсомольские вожаки придумали посадить легкого Медика к себе на колени по очереди. Саша поехал в Можайск не через столицу, а напрямую, петляя по глухим местам, отчего мы вскоре заблудились и крутились около часа по малоезженным дорогам. Зато я с огромным удовольствием полюбовался красивыми видами Подмосковья со своего переднего места. Особенно впечатляли места, где к дорогам близко подходили заснеженные ели. Однажды я не выдержал и попросился прогуляться и размять ноги в одном таком сказочном месте. Заодно повалял Вовку в сугробах. Выехав на Можайское шоссе, машинка резво полетела по прямой.
  Приехали мы в Можайск в половине второго. Много времени затратили на поиск стадиона. Он оказался задрыпанной площадкой при каком-то заводе. Раздевалкой там служили два деревянных, продуваемых насквозь сарая. Трибун у площадки совсем не было.
  Команда "Березовая роща" приехала на Икарусе раньше нас, и они уже отобедали в заводской столовой. Насчет нас, опоздавших, пришлось специально договариваться. Неужели это еще и едят? В супе непонятно что плавало. Прогорклая пшенная каша с вареной рыбой совершенно не лезла в горло. К тому же, от рыбы пованивало чем-то вроде бензина. Поковырял эту шнягу скептически. У других едоков та же картина на столах. Предложил желающим прогуляться по древнему городу и отыскать нормальное кафе с нормальной пищей. Комсорги моментально меня поддержали.
  Снова загрузились в сашин москвичонок и покатили к центру города. Отыскали пельменную поприличней, в которой оказались еще и неплохие салаты, и даже пиво. Комсомольские деятели и примкнувший к ним Вовка гнусно глумились надо мной и Жекой, смакуя пиво перед нашими несчастными мордами. Вот как с такими гадами боевой дух обрести?
  Саша нас подгонял, время выходить на раскатку. Расплатиться за себя нам с Вованом гостеприимно не позволил Жека. Подъехали прямо к раздевалке, тренер сразу же наорал на нас с капитаном. Мы отмолчались и пошли переодеваться в сарай, то есть в раздевалку. Блин, хорошо, что температура на улице почти нулевая, потому что внутри раздевалки такая же. Вовка помог быстрей обрядиться в хоккейную амуницию. Одевшись, мы сразу выскакивали на лед.
  Присутствие Лешего сильно нервировало. Настучит ведь потом Алеше, хотя по-любому придется объясняться с ним. Подумалось, что можайская команда определенно сольет игру и без меня. Неожиданно мне помог тренер. Что-то у него по пьяни меж извилин коротнуло, и он перетасовал все звенья. Я попал к Лехе, а Тоха рыжий в первую пятерку. Жека так распсиховался, что чуть клюшку не разбил о лёд.
  А вот и хоккеисты можайской "Искры" подтянулись. Форма у них красивая: синяя, на груди - желтая галочка, с названием команды. Быкастых игроков мало, так что моей шустрой тушке сегодня особо тужить не придется.
  Вопреки ожиданиям, болельного народа подтянулось немало. Порадовало присутствие наших болельщиков и непременных злобных котов, подбадривающих нас кричалками. В положенное время началось сражение. Тренер первыми выпустил лехину пятерку со мной вместе. Пришлось помучиться, нарабатывая связи с новыми партнерами. Под этим соусом, я стал преднамеренно ошибаться и вообще снизил активность. Внезапно разыгрался защитник Серёга Ливадин и заслуженно заработал очко. Итог первого периода: один - один. Подловили враги жекину пятерку на удалении и воспользовались этим. Тренер снова говорил что-то не по делу и посматривал на меня, как рецидивист на прокурора. Чего это он вдруг на меня взъелся? Пусть все играют, если хотят в дальнейшем побеждать.
  После второго периода было уже три - два в нашу пользу. Жекины ребята расстарались, поняв, что от меня сегодня мало толку. В перерыве подошёл капитан, отвёл в сторону и тихо спросил:
  - Что с тобой случилось?
  - Не хочу светиться нормальной игрой перед Лешуковым. Пусть видит во мне серость, а то потом вообще не слезут, - также тихо ответил, - Можайские слабы. Постарайтесь обыграть их без моего участия.
  Влез в раздевалку полупьяный Романыч и устроил мне выволочку:
  - Ты чего, отдыхать сюда приехал? На хрена ты такой красивый нужен в моей команде.
  - Проблем нет! Я свалю, вы только скажите, - искренне пообещал офигевшему мужику.
  Он думал, наверное, что я перепугаюсь жутко и буду за ним на коленях бегать. На оставшиеся пятнадцать минут тренер зловредно переместил меня в третье звено и пообещал нажаловаться Шумилову.
  Можайские фанаты бесновались, как ненормальные, но наши напряглись и победили, хоть и с небольшим разрывом - четыре:три. Я был доволен. Не запалился перед Лешим и подстраховал команду на случай поражения.
  После игры возникло сразу несколько проблем. Принять душ нам не предложили и пришлось ехать домой потными и вонючими. Но это еще полбеды. Принимающая сторона наплевала на нашу безопасность. После игры собралась приличных размеров толпа фанатов, которая порешила отлупить приезжих хоккеистов. Наша малочисленная группка болельщиков храбро вступилась за нас. Пришлось и нам вылезти из своего сарая и влезть в махач. Подъехала милиция, вызванная Лешим и Сашей, и принялась деловито винтить всех подряд. Похватали в основном наших хоккеистов с фанатами, так как они никуда не убегали, как местные. Сгрузили всех нас в местное отделение. Туда же подъехали Саша и Славик и принялись собачиться с милицейскими начальниками. Тренера Романыча я почему-то среди них не заметил.
  Всем спортсменам досталось неслабо. Я, как наиболее опытный боец, уберег свою морду от позорных отметин, хотя от подлого удара сзади по уху не подстраховался. Вовкина мордень так вообще была расписана, как пасхальное яичко. Не узорами, конечно. Продержали в ментовке около двух часов и освободили только после приезда местного спортивного чиновника.
  Злым собаком, не прощаясь ни с кем, забрался в сашину машину. Жека с ребятами загрузились в свой автобус, тоже в дурном настроении. Там выписывал трели пропавший и успевший окончательно наклюкаться тренер. Команда уехала, а нам с Сашей пришлось долго ожидать Вовку и Славу. Я грешным делом подумал, что они решили тут остаться, или добираться до дома другим способом. Оказалось, что оба ходили за горючим. Притащили портвейн три семерки и кусок любительской колбасы. Леший объяснил алкоголь необходимостью снять нервное напряжение, а тощий пионер готов всегда и везде растлиться, только дай повод. Леший оказался в вопросе бухания нормальным парнем и не тыкал в нас с Медиком малолетством. Пока ехали по более-менее ровной Можайке, прикладывались по очереди к бутылочке и к куску колбасы. После вчерашнего заплыва меня быстро развело на хи-хи и всякий глупый треп. Не нашел ничего лучшего, как рассказывать комсомольскому активисту анекдоты про Брежнева. Ну и про Вовочку. А то тут некоторые слишком активно ржут и на себя не смотрят.
  "Брежнев прощается на аэродроме с одним из африканских деятелей. Они долго обнимаются и целуются. Наконец, дипломат поднимается в самолет и улетает. Брежнев плачет. К нему подходит Суслов:
  - Ну что вы, Леонид Ильич, перестаньте. Ведь как политик он ничего не значит.
  - Он как политик ничего не значит, зато как целует!"
  Озвучивал анекдот с характерными брежневскими интонациями. Оба зависли, а водитель Саша начал ржать первым. Потом до этих алкашей кое-что дошло. Леший похрюкал и начал выспрашивать, от кого я этот анекдот услышал. Ответил, что не помню, а если бы помнил, то забыл. Славка мне с серьезными глазами, показывая на Сашу, начал было внушать, что в малознакомой компании такое не стоит говорить. С глупой улыбкой сообщил ему, что мне по малолетству ничего не будет, и что когда стану генеральным секретарем, то не буду запрещать анекдоты про себя. Вовка осоловело покивав головой, подтвердил, что он тоже не будет. Шофер Саша весь изоржался, а Леший, обозвав нас придурками, потребовал продолжения анекдотов.
  - Мда-а, попадешь с вами в историю, - пробурчал Леший, когда я удовлетворил его просьбу.
  - Ну, так дальше рассказывать? - спросил, глядя на комсорга и заметил положительный кивок.
  Медик уже отключился, сопя на моем плече, когда мы приехали в Родные Просторы. Вроде бы пил не так много, а из его рта неслось такое амбре, что вести домой не имело смысла. Показывая на друга, попросил Лешего позвонить его отцу и наврать, что Вовка участвовал по поручению Комсомольского комитета школы в составе боевой комсомольской дружины и приобрёл определенные побои для своей морды. Добавил, что заберу эту пьяную тушку с собой в больницу. Пусть как следует там отоспится. Попрощался с Сашей и Лешим, еще раз напомнив ему про обещание отмазать змея.
  Не представляю, как я сегодня буду работать. Почувствовал, что развезло не меньше вовкиного, когда выбрался из машины. Преодолевая немыслимые трудности, мы упорно продвигались к цели. Падали, но поднимались, как грится.
  - Да ты чего такой? Да зачем тебе сейчас в таком виде на работу? - запричитал вахтер.
  Я отмахнулся и настойчиво вызвал грузовой лифт. Он, гад, спускался целую вечность. Чуть не проклял его, боясь опоздать. Поднявшись наверх, обнаружил, что вовкиного тела со мной нет. Куда я его мог засунуть? Ладно, сначала надо показать свой сейф, тьфу, фейс дежурящему начальству, а там как понесётся.
  Фух, вроде бы не опоздал. Какие-то медсестры-близняшки сидят за одним столом и глаза на меня пучат. Чего им там вдвоём делать на ночь глядя? Ого! И двигаются абсолютно синхронно, как спортсменки-ныряльщицы. Зачем я пришёл? Что, санитары значит уже не нужны при советской власти? Точно, больные - не графья. Сами себе клизму вставят и полы помоют. Прямо в такой последовательности.
  Как я работать буду? Санитаром надо работать именно в таком состоянии. Утки все под рукой. Можно блевать, сколько душе угодно.
  О, не знал, что у врача Николая Васильевича тоже есть брат-близнец. Приятно, чёрт подери. Как звать его, в смысле, вашего брата? Ах, у вас нет брата. Только сестра. Интересно, очень интересно! Молчу, молчу... Приятно вам вместе с сестрёнкой отработать.
  Чикаматерь вскоре нарисовалась на работе. У нее тоже двойник появился. Итит меня мухой... Прицелы напрочь сбиты. Значит, это я такой пьяный, а матерь трезва как стеклышко. Респект высочайший ее сожителю, положительно влияющему на женщин. Значит, у меня ночью будут развязаны руки, и я, наконец, сделаю обещанную операцию Инне. Сначала надо Вовку найти, а уж потом оперировать.
  Снова долго пришлось ожидать грузовик, в смысле, лифт. Его бы лучше приспособили гробы перевозить под траурную музыку. Тела друга внизу не нашлось. Сам что ли уперся куда-то, или маньяки свистнули? Нет, маньяки горько пожалеют, что связались с Вованом. Он их своими костями все места занозит. А что, если моего друга в морг отвезли? Очень даже возможно. Он такой дохлый, что и в живом состоянии можно смело туда укладывать. Ладно, прогуляюсь в морг, если дойду...
  
  19.
  Четверг, 13.02.1975 г., наличка - 16 руб. 70 коп.
  Проснулся дома в своей постели... Пасмурное утро за окном, башкенций ломит и стояк рвётся в облака. Как же меня затрахало это тупое, тощее, идиотское, пионерское тело! Маман мирно похрапывала в одиночестве в своей каморке. Хахаль Петруха убрёл по всем признакам на свою работу. Подлое зеркало глумилось надо мной опухшей мордой. И часы зловеще сообщали, что я пропустил уже два урока. Вытащил свои телеса из кровати и прошаркал конечностями в сторону кухни. Поклевал там немного холодной жареной картохи из сковородки. Мужичонка Петро основателен, сибиряк, держит берега. Даже пустой бутылки с каплями живительной влаги на донышке не нашлось. Всё повыкидывал. Сколько япономатерь сможет выдержать его благотворную тиранию, даже боюсь себе представить.
  Как я дома очутился? Вот вопрос вопросов. Ничего не помнится. Кажется, меня привезли в больницу на дежурство на сашиной тачке вместе с Лешим и змеем. Затем это членистоногое где-то затерялось. Я про Медика. Видимо, он так и не нашёлся, если не зашёл по привычке за мной в школу. С такими умученными мозгами что-либо думать, вспоминать и соображать невозможно. Может быть, живая вода прохладного душа поможет? Не зря же её в сказках после мёртвой обычно принимают, если считать этиловый спирт таковой?
  Только наладился лезть в ванну, как в дверь квартиры принялись названивать. Настойчиво так, продолжительно, зловредно. Блин перчёный, если это Медик так ломится, то пусть молится своим пионерским богам, потому что я сейчас на нём отосплюсь. Нацепил на бёдра полотенце и пошлёпал в прихожую с намерением устроить аутодафе некоторым нахальным гадам.
  За отворенной дверью обнаружилась фигура толстой общественницы, приходившей сюда как-то раз с выражением высокомерной озабоченности на оштукатуренном лице. Оное выражение не смогло удержаться, зацепившись взглядом за мои оттопыренности.
  - Почему не в школе и... голый? - возник первый вопрос.
  Во мне тут же возникла встречная волна раздражения. С Вовкой я бы сразу разобрался и успокоился. Теперь то что? Накатила вдруг отчаянная безбашенность, или, как говорят: "моча в голову саданула".
  - Был одетый, но теперь вот точно угадали.
  Полотенце будто случайно слетело с моих чресел, обнажив откровенные намерения.
  - Сразу начнём, или ванну примете? - деловито хамел я, с интересом ожидая ответных действий.
  Грезилось, что впитавшая в себя законы советской морали общественница рухнет на месте без чувств, или убежит в ужасе, рыдая в голос. Действительность превзошла самые невероятные ожидания. Кто помнит сюжет из эпической басни про слона и собаку Моську? Там всё закончилось разнопараллельными маршрутами. Если же предположить, что собака перестаралась в своих выходках в отношении слона... Моська по сути уменьшительный вариант от Моисея. Нихрена как собаку назвали!
  Ну, так вот. Моисей довыкобенивался до обретения обратной реакции для своей моськи. Или подхвостья, что тоже не исключено. Довысобачивался до пенделя слоновьей ногой, или посажения на бивни. В моём случае вся слономасса обрушилась с утробным урчанием на меня и куда-то поволокла. Я даже "мама" мявкнуть не успел. Моё голое несчастное тельце было притащено в большую комнату и беспощадно брошено на диван, как пойманная на охоте дичь. Одновременно с этим действием, озверевшая слонозавриха освобождалась от мешающих ей шкур, устилая ими наш путь. Я покорно отдался на волю судьбе.
  Тётечка показала широкий арсенал своих умений. Если бы не грозная корочка, то стопроцентно подумал, что её прислали из раскрученного борделя. Следующие мгновения запомнились только фрагментарно. Соображать более-менее получилось после первой разрядки и жуткого воя партнёрши. Вот дал же Бог человеку такие голосовые связки. Наверное, её ор сотряс самые дальние стёкла окон нашего дома. По крайней мере, мне так показалось. Даже паника накатила, что милиция нагрянет, вызванная напуганными соседями. Правда, надолго партнёрша мне переживать не позволила, увлекая на следующий тур.
  Сколько длились эти ралли, трудно осознавалось. Я был истерзан, исцарапан, искусан и высосан почти до потери пульса. Спасла меня от полного истощения маман, вылезшая на шум из своей тёмной норы в простенькой ночнушке. Она с равнодушным видом оглядела наши трепыхающиеся на диване тела и прошествовала в туалет. Представительница как-то странно икнула, слезла с моей жестоко изнасилованной тушки и поскакала собирать рассеянные по полу шмотки, сразу же в них одеваясь. Исчезла она по-английски, не прощаясь.
  - Прикройся, сынок, а то прохладно, - заботливо посоветовала показавшаяся из туалета мамаша.
  И то верно. Обнажённой кожей вдруг почувствовал гуляющий по квартире сквознячок. Форточка оказалась почему-то открыта. Я поднялся на плохо слушающихся, дрожащих ногах и побрёл снова принимать душ, окончательно офигевая от всего случившегося. Был в своей юности в меру безбашенным, но о таких выкрутасах даже во сне не мечтал. Что сподвигло нашу представительницу так сорваться с резьбы? И чем этот сексуальный баттл для нас с мамашиком обернётся? Радовало только, что два органа оказались вылечены. Голова почти не болела, и вечно бунтующая мышца успокоилась. Правда, я еле совладал со своим телом, настолько эмоционально перегрузился. В итоге плюнул и решил сбросить управление на прохлаждающегося без толку охламона, отключившись в блаженное забытье.
  Разбудили меня удары по ногам. Неприятные такие, болезненные. Настроил свои окуляры - стоит надо мной парень, супротивник в той памятной драке за англичаночку. Тело естественно обнаружилось в подвале. Вокруг оцепенело вытаращили свои зенки его обитатели. Решил пока соблюсти нейтралитет и пронаблюдать, что дальше будет. Услышал чикин заметно дрожащий голос:
  - Ты чего, Крюк, дерёшься?
  - Да тебя убить мало, сявку. Оборзел вконец. На меня ветками своими машешь, - глуховато пророкотал лошадиномордый, - Пошли, дело есть.
  Ничего не понимающее тело поднялось с лежанки, отряхнулось и побрёло вслед за Крюком. Солнце уже садилось. Бедный Чика чувствовал себя не лучшим образом. Сердце больно сильно билось о грудную клетку. Колени мелко тряслись.
  Панок со свитой стояли на поляне за котельной. В это место сливалась промывочная вода из котельной, образуя болото. На сухих местах, как и в задних помещениях котельной, валялся разный мусор, поломанная мебель. Кроме главаря и его губастого подручного Слепня, здесь находились Ганс с двумя одногодками.
  Крюк подвел трясущегося Чику к этой группе, можно даже сказать - подтащил. Панок смотрел на меня, радостно оскалившись.
  - Бегать от меня вздумал, гнида борзая! Совсем страх потерял?
  - А что я такого сделал? - испуганно пролепетал Чика.
  Панок сделал удивленные глаза и обратился к свите:
  - Он еще пасть раскрывает. Если тебя сам Панок зовёт, то должен со всех ног сюда бежать.
  - Не знал я, что тебе нужен, а то бы сразу пришёл, - попытался возразить Чика.
  - Чего ты там кукарекнул? - деланно удивился главарь лицо и обернулся к группке вэшников, - Ганс, тут некоторые говорят, что ты свистишь?
  - Врёт он, говорил я ему, - перепугался блондин, - Мои кореша тому свидаки.
  - Значит, ты фуфло гонишь, гондон вонючий? Вздумал на меня положить свой мелкий вялый? Не родился ещё на белый свет такой кент, кто бы на Панка клал. Ладно, про то базар будет отдельный. Говорят, что ты возбух, на моих людей кидаешься, с самим Крюком пики строишь?
  - Берега потерял пацан, - подтвердил стоявший рядом лошадиномордый.
  - Прости, Панок! - жалобно хныкнул пацан.
  - Простить?
  В руке бандита появилась финка, которой он принялся водить возле чикиной шеи, иногда касаясь ее и оставляя сочащиеся кровью царапины. Между ног вдруг стало мокро и тепло.
  - Богородица пресвятая помоги! - вдруг услышал мольбу шепотом от партнера.
  - Чего ты там бормочешь? Молишься, что ли? Правильно делаешь. Чего с ним сделать, Ганс, чтобы он забыл, как хвост поднимать?
  - Как решишь, Панок, так и будет. Твое слово для нас в авторитете, - мявкнул Ганс.
  Одна рука Панка медленно подхватила куртку Чики у груди и стала ее подкручивать. Другая лениво водила финкой возле его лица. Мразь наслаждалась страхом парнишки и своей властью над ним. Я с трудом удержался на своей позиции.
  - Коцать его пока не будем. Отвезём Индюку, он ему красивый нужен. Слепень, отведи кента в столярню и запри, - распорядился главарь.
  - А ну, отошли от него все! Не то замочу! - раздался сзади знакомый вопль.
  К нашей группе бежал худенький Вовка и держал в руках слегу.
  - Это что за явление Христа? Крюк, разберись, - равнодушным голосом скомандовал Панок.
  Вот же незадача! Как этот змей меня выследил? Что же делать? Ведь убьют придурка мелкого, или покалечат. Пользуясь тем, что Панок отвлекся на новый раздражитель и опустил руку с финкой, вырубил его ударом в челюсть. Подскочил к коренастому Слепню и ударом ногой в живот отправил в нокаут. Остался только Крюк и пацанва. Побледневший Ганс застыл столбом. Вспомнил, гад, прошлую выволочку. С Лошадиной мордой пришлось вступить в плотный контакт. Поняв, что не получается завалить меня голыми руками, вытащил финку. А это уже интересно. Подловил его на сихонаге и тоже вырубил. Только теперь заметил, что школяры метнулись все втроем в сторону котельной. Не иначе за помощью поскакали, суки.
  Обшмонал поверженных врагов, собирая законные призы. После обладания Чикой своим телом, в карманах ожидаемо не обнаружилось бывшей там налички - рубля с семьюдесятью копейками. Опять просадил в карты, чёртов урод. У бойцов по карманам только мелочь жалкая, зато у главаря бумажек обнаружилось на двадцать целковых. Еще у него во внутреннем кармане нашелся маленький полотняный мешочек, в котором лежали всякие женские серьги и перстни. Явная улика, чтобы держать подонка на крючке. Финки из карманов бандитов перекочевали в холодную хлябь болота. Пришедший в сознание Слепень получил еще один удар по морде и снова отрубился. Хорошая работа - грабить грабителей. Медик с удовлетворением наблюдал за моими телодвижениями.
  - Здорово ты ногами дерёшься. Прям как Брюс Ли, - восхищённо заметил он.
  А сам трясётся, как цуцик. Хотел его обругать за то, что полез в опасную заварушку. С другой стороны, парень совершил подвиг ради спасения своего друга. Преодолел страх и кинулся на выручку без всяких шансов на благоприятный исход. Ладно, не время для выражений нежных чувств. Пора валить отсюда, пока не подскочила подмога для бандитов. Погнал Вовку домой с просьбой никому ничего не рассказывать, а сам решил проследить за ситуацией с укромного места. Только змей успел скрыться за поворотом, как прибежали несколько боевиков. Они осторожно подняли своего предводителя и потащили в здание. Слепень и Крюк уже пришли в сознание и сами передвигались, кряхтя и постанывая. Я вылез из своего укрытия и прочапал к болотцу. Надо было побрызгать водой на штаны и заретушировать позорное пятно.
  Уже начало темнеть, когда подходил к гостинице. В подвале как обычно полный вокзал пацанвы, и Медик вдохновенно вещал. Не надо напрягаться, чтобы понять о чем. Новая подвальная звезда, только в разговорном жанре. А какие жесты! Даже ногой дрыгал, показывая мои приемы. Увидел меня, осекся и смущенно улыбнулся.
  - Я для каких ушей говорил про "молчок"?
  Морда вся такая виноватая, просто переполнена раскаянием. Лицедей несчастный. Татьяна Доронина со Смоктуновским в одном лице. Забрал змея гадского из подвала для мужского разговора. Подвальное население проводило меня благоговейными взглядами, словно я какой-нибудь апостол с нимбом на голове.
  Вышли на свежий воздух, где я внезапно обнаружил, что не желаю ругаться. Решил для начала поблагодарить:
  - Хочу тебе, вредной сволочи, гнусному злодею и клятвопреступнику сказать огромное спасибо за подвиг ради меня.
  Пацан расцвел глазами, широкой улыбкой. Ну, что ты с ним будешь делать? Так злобы никогда и не накопится, чтобы как следует его изругать. Поинтересовался:
  - Как ты меня выследил?
  - В подвале пацаны сказали, что тебя Крюк к Панку увёл. Я то поначалу думал, что по делу предстоящему говорить с тобой станут. Смотрю, а он тебя ножиком резать собрался. Вот я и наскочил, - скромно поведал тощий герой-пионер.
  - Не боишься, что мстить будут? - не удержался об этом спросить.
  - А что мне сделают? У меня батя - мент, и ты ногами классно умеешь махать. Где только успел научиться?
  Научишься тут. Что остаётся делать, если в чикиных ногах только какая-то силушка имелась. Даже не верилось, что справился с тремя взрослыми мужиками со своим бараньим весом. Просто дикое везенье. Видимо, сильно тогда испугался за Вовку и включил свои прежние наработанные навыки на полный оборот.
  - Эх, Медик, по-прежнему мечтаешь с панковскими в деле поучаствовать? Мы для них всего лишь лохи малолетние, беспонтовые, на которых потом можно всё повесить. Держи заслуженный трофей. Рыжьё я покамест припрячу, вдруг засвеченное.
  С этими словами я протянул одну из реквизированных из бандитских карманов бумажек - красную десятку. Вовка скорчил недоумённую гримасу: - А на что мне?
  - Бери, а то передумаю. Деньги лишними никогда не бывают. Купишь чего-нибудь для себя, - пояснил, удивляясь отсутствию меркантильных поползновений у советских пионеров.
  Получается, что батя хоть и порет сына, но денег для него никогда не зажимает. Вот и воспиталось это чудо таким бессеребренником. Тем временем мы оба подошли к вовкиному жилью и, не найдя в себе сил отказаться от соблазнительного предложения совместно поужинать, я поднялся в его квартиру. Грозный отец отсутствовал, а мама Ирина встретила нас гостеприимной улыбкой и сразу же принялась собирать на стол приборы, плошку сметаны и ещё тёплые картофельные оладьи, именуемые в просторечье драниками. Накрыв на стол, она пожелала нам приятного аппетита и ушла в большую комнату смотреть телевизор.
  - Медь, ты чего за мной утром не зашёл, и куда вообще пропал из больницы? - вспомнил я об утренних сомнениях.
  - Никуда я не пропадал..., - и тут Вован поведал о произошедших с ним и со мной событиях в ночь на четверг.
  Я устроил в больнице такие трали-вали, что персонал долго приходил в себя. Кто от ужаса, а кто от хохота. Началось с того, что я попёрся в морг и ходил там между покойниками, щекоча им ступни и периодически выкрикивая:
  - Леопольд, выходи, подлый змей!
  Когда меня оттуда турнули сторожа, я оказался в хирургическом отделении с медицинской маской на морде и ножиком для чистки овощей из столовой в руке. Дежурному врачу и медсестрам я объявил, что собираюсь делать операцию Инне и предложил им всем добровольно мне ассистировать. Тётки хитромудро уговорили меня подготовить руки, на что я радостно согласился. Во время этой процедуры мне в задницу подло вонзили шприц с чем-то снотворным. После чего мою бесчувственную тушку в сопровождении матери увезла домой бригада санитаров на неотложке.
  С Медиком приключения получились еще задористей. Леший выполнил обещание и позвонил его отцу вечером, сочинив историю о некой помощи, оказываемой его сыном комсомольской дружине на очень важном мероприятии. Предупредил, что Вовка потом задержится у знакомых.
  Спустя некоторое время Виктору Васильевичу позвонил знакомый врач из больницы и выдал пацана с головой. Батя пришел в палату, где дрых его битый и пьяный сын-герой. Разбудил его, приволок домой и взгрел так, что в четверг пацан решился пропустить занятия в школе, поскольку использовать мягкие ткани для сидения было сложновато. Вот хитровыделанному созданию и придумалось пойти в поликлинику.
  - И как твою жопу там лечили? - не удержался я, гнусно хихикнув.
  - Да не жопу лечили, а голову. Если не лечить сотрясение мозгов, то это приводит к нежелательным последствиям, - назидательно высказался змей газетными фразами.
  - Неужели батя так сильно тебя драл, что ударные волны сотрясли твою голову вместе с мозгами? - не скрыл изумления.
  - Забыл что ли драку с можайскими? Мне там наколотили неслабо по голове. Вот и решил её проверить. А задницу мне батя и впрямь мощно отдубасил, - признался, морщась, змей, потирая битые места, - Больно пока ещё. Синячищи такие офигенные. Хочешь покажу?
  - Не стоит показывать, верю.
  Как не уговаривал его этого не делать, Вовка вскочил, повернулся и спустил штаны. Ну, что за мания у пацана показывать всем подряд свою задницу? Люди в это время, может быть, драник в рот засовывают. Поцокал сочувственно языком. Что ещё тут можно сделать? Внезапно вошла на кухню мама Ирина и естественно поинтересовалась:
  - Чем вы тут занимаетесь?
  Я весь обварился от стыда, а змеюга как ни в чём не бывало проворно натянул на свой куцый зад штанишки и что-то невнятное тявкнул в ответ.
  - Твою ж мать! - прошипел тощему эксгибиционисту, когда его мать не менее смущённая убралась обратно, - Говорил же не оголяться. Что теперь о нас подумает Ирина Андреевна? Правильно тебя Виктор Васильевич надрал. Надо было бы ещё больше...
  - Вот и надери..., - буркнул в запале Вовка в ответ.
  - Ты чё, мазохист, что ли? - раздражённо бросил ему.
  - Зачем ты обзываешься? - вдруг сильно обиделся друган.
  Мля, чего это я разошёлся совсем. Пора включать реверс.
  - Ничего я не обзываюсь. Мазохист - это такой чувак, который любит преодолевать всякие невзгоды и преграды, не боясь боли в кое-каких местах.
  - Верно, это я! - расцвёл пацан.
  А что врачи сказали? - вернулся к разговору о поликлинике.
  - Сказали, что всё в порядке и уколы назначили, - ответил Вован и горестно шмыгнул носом.
  - Надо было правильно симптомы им рассказать. Меня бы спросил, а я тебя подготовил. На недельку в стационар загремел. Отлежался там, коль совсем тошно, - посочувствовал ему.
  Последний, поделенный пополам по-братски драник, исчез в наших нутрах. Пора и честь знать. Я поблагодарил хозяйку за вкусный ужин и потопал на ночёвку домой.
  Что-то знакомое почудилось в согбенной фигуре впереди меня на другой стороне дороги. По пальто и платку узнал соседку Таисию Степановну. Из магазина шла, судя по наполненным авоськам. Асфальт на дороге почти весь обледенел. Здоровому человеку не так просто пройти. А для старушек это вообще квест высшего уровня, где проигрыш грозил серьёзными ушибами и переломами. Подойти и предложить помощь, что ли? Стрёмно. Чика от души изгадил отношения с этим прекраснодушным человеком. Она скорее шарахнется в сторону и тогда точно убьётся о лёд.
  Старушка вдруг как-то странно изогнулась. Есть во фриране элемент под названием "фляк". Перед началом выполнения надо правильно откинуть назад корпус, выставить руки. Ну, и ногами чуть присесть. Но старушка вряд ли намеревалась исполнить этот акробатический элемент. Не представлял её звездой паркура. Слабых старушечьих мощей не хватило бы. Скорее всего, она просто пыталась изо всех сил удержаться на ногах. Я включил форсаж и подлетел вовремя, подхватив падающее тело. Авоська с яйцами и прочей снедью отлетела на несколько шагов назад.
  - Спасибо вам, молодой человек! - проговорила пришедшая в себя после испуга соседка, - Ах, это ты. Вот уж не ожидала. Но, всё равно, спасибо тебе большое, Павел.
  - Не стоит благодарностей, - галантно отреагировал я, - Вы меня выручили денежкой, теперь я вас немножко подстраховал. Вам бы поосторожнее надо быть. Не выходить поздним вечером на скользкую улицу и кальций потреблять больше для укрепления костей. Есть же такие общеукрепляющие комплексы витаминные, и стоят в аптеке недорого.
  Млин, что я за человек? Растёкся необычными для Чики сентенциями. Что теперь люди подумают? А люди смотрели сначала несколько удивлённо, а потом с иронией.
  - Я догадывалась, что ты только притворяешься остолопом. Только зачем? По глазам видно, что красивый умный парень, хоть и драчливый.
  - Жизнь наша жестянка, - высказался словами мультяшного героя, пытаясь объяснить происхождение боевых отметин на своей красивой морде.
  Подал старушке её сумку с побитыми яйцами и повёл по тротуару домой.
  - Вот и пришли, - сообщила Таисия Степановна, когда мы очутились перед нашими дверьми, - Если снова будет не хватать на еду, заходи. Одолжу, или просто покормлю.
  - Спасибо вам, большое. И вы меня зовите в магазин за чем-нибудь сходить. Не рискуйте понапрасну, - ответно размяк я.
  Дома уже кипело веселье. Петруха проставился водкой за успешно исполненный чикомамой трудовой подвиг. Подсел к ним тоже. Всё же не чужой человек. Запомнилось перед погружением в царство грёз, что играл на кухне на гитаре чего-то такое простонародное, а мать пела.
  
  20.
  Пятница, 14.02.1975 г., наличка - 26 руб. 65 коп.
  Меня снова притащили на площадку за котельной. Снова те же поганые лица, вернее сказать - рожи. Блин тухлый, как же они меня смогли заловить? Второй раз победить троих мужиков, ошеломив их, явно не прокатит. Надо срочно придумать, как извернуться и сделать ноги.
  На этот раз бить начали без долгих предисловий. Короче, завертелось по полной программе. Еле отбился от двух наскоков, сам сунул пару раз. А эти чего здесь делают?
  На площадку выкатили крупногабаритные общественницы в своих идиотских шляпках. Целый взвод прибыл, или даже батальон. Думал, что меня спасать начнут. Ничего подобного. Накинулись тоже на меня с остервенелым визгом, ондатры озабоченные. Панок со своими бармалеями вдруг куда-то выпал из поля зрения, а эти шкирлы взялись колошматить меня со всем вдохновением. А ещё пихались животами как заправские сумоистки. Я поэтому летал между ними, как макака на батуте.
  Протренькал звонок, вырвав меня из морока кошмаров. Стрелки на часах решительно показывали начало девятого. Опять будильник сдох. Спросонья прошлёпал в прихожую и открыл дверь. На площадке переминался Вован с тёмными кругами под глазами.
  - Ты как сам? - поинтересовался он.
  - Ерунда всякая снилась..., - пожаловался ему.
  - У меня та же тема. Есть закурить?
  - Нафиг тебе курить? Бросай как я. А что тебе приснилось?
  - Какие-то собаки с оскаленными клыками лезли ко мне. Страшно так.
  - Понятно. А я с толстыми бабами дрался как проклятый... Чего ты ржёшь как конь ретивый? Не буду тебе больше ничего рассказывать.
  - Прости, Чика. Не обижайся.
  - Предлагаю сегодня забить на школу и отоспаться, - предложил я.
  - Чего забивать? - ожидаемо невкурил хроноабориген.
  - Болты..., - разозлился на себя, - Ну, то есть не идти туда сегодня.
  Чудище горестно покачало мордой.
  - Батя ещё злой за выпивку. Мне по-всякому надо пойти.
  - Ну, как хочешь, а я ещё немного сосну, - постановил я.
  - Звонили хоккейные ребята, - вспомнил змей, - Сказали передать тебе, что машину пригонят к нашей школе завтра к часу дня.
  - Можешь перезвонить им как-нибудь потом, чтобы меня не в час, а в два забрали от ДК? - попросил его.
  - Почему оттуда? - насторожился Вовка.
  - Я в "Спектре" теперь работаю, только Шиле пока ничего не говори.
  - Ну, ты даешь! Настоящим музыкантом заделался, - завистливо протянул друган.
  - Кто тебе мешает овладеть той же гитарой, или хотя бы барабанами? - резонно высказался я.
  - Овладеешь тут, - огорчился Вовка, - В музыкалку с просьбами принять столько народу набежало после твоих концертов, что Ангелина в сплошном ужасе пребывает.
  - Ладно, что-нибудь придумаю насчет твоего музыкального образования, - проворчал я.
  - Правда? - воскликнул змей.
  И в следующую секунду я оказался заключенным в его объятия.
  - Ты как Женёк любишь обниматься. Так и поголубеть от вас можно, - пошутил, освобождаясь из цепких клешней.
  - Как это поголубеть? А такое возможно? - затупился Вовка.
  Это я тупанул. Пацаны здесь еще не настолько продвинулись в тюремном лексиконе, как в мое время. Чище мозгами были, что ли? Не хотелось бы мне погружать друга в тухлые понятия эпохи путинизма.
  - Само собой возможно. От сильного пережимания кровеносных сосудов конечности приобретают голубую окраску, - насочинял три короба вранья.
  - Ну, раз так, то извини, - виновато шмыгнул носом Вовка, - Ладно, поскакал я.
  После драки с бармалеями оставлять Вована одного наедине с внешним миром опасно. Остановил его:
  - Постой! Подожди меня. Ща оденусь, вместе пойдём.
  Шмотки надо обновлять. Истрепались и штаны, и пиджак. Перед девчонками уже неудобно. Да и маловаты вроде бы стали. Расту, что ли? Хватит ли мне накопленного капитала на обновы? Задержался у зеркала, просканировал отражение в трусах. Вроде бы всё то же самое и одновременно что-то неуловимо изменилось. Надо срочно наращивать мышцы сверху, чтобы не пользоваться постоянно нижними. В своё время я в подобном возрасте пристрастился к паркуру, а далее развился по другим заинтересовавшим меня спортивным направлениям. Следует возобновить тренировки. Тело тогда станет беспрекословно слушаться своего нового хозяина.
  Быстро натянул свои шмотки, и мы выскочили на улицу. Серое, смурное утро нас приняло стылой прохладой, унылым вороньим карканьем и хмурыми, невыспавшимися лицами прохожих. Чорд, из-за этой дурацкой драки теперь придётся постоянно нянькаться с Вовкой. Хоть и мент его отец, а подловить и навалять ему люлей у панковских крендельков наглости наберётся.
  Змею неприлично длительное время находиться в молчании. Спросил зачем-то, учил ли я биографию Островского? Будто бы не знает, что я принципиально не делаю домашки. Ответил с подколкой:
  - Какого именно: Александра Николаевича, или Николая Алексеевича?
  Медик глубоко задумался. Я попросил его не заморачиваться такими пустяками в сравнении с мировой революцией. Вовка задумался еще сильней. Не знаю как Чика, но змеина явно переделывается в лучшую сторону. Задумывается о разных сторонах бытия хотя бы.
  - Медь, хочешь заниматься со мной паркуром?
  - Что за херня? - моська друга тревожно уставилась на меня.
  - Попробуешь - понравится, - отшутился я.
  Немного поколебавшись, Вовка виновато сказал:
  - Пацан я... Не хотелось бы.
  - Дурак ты, Медик, - сказал ему и шутливо толкнул в бок, - Это спорт такой особенный. А ты че подумал?
  - Сам дурак, - сунул меня кулаком по телу и стреканул в сторону.
  Я помчался за ним, догнал и начал шутливо валять в снегу. Медик яростно боролся, но тоже шутливо.
  - А что нужно будет делать? - спросил он, отдышавшись.
  - Короче, надо уметь красиво двигаться и красиво преодолевать всякие преграды.
  - А я чё? Плохо двигаюсь? - удивился пацан.
  - Нормально, но не так.
  Подскочил к стене и, оттолкнувшись ногой, сделал флик назад.
  - У-у-у... - завыл от восторга Медик и сунулся повторить движение.
  Его тело грузно шлепнулось на спину.
  - Погоди, не торопись. Тут тренировка нужна, - упокоил я его.
  - А че вы тут делаете? - подошли Пика и Ляпис, одноклассники Шило.
  - Чика паркур показывает, - влез Вовка.
  - А нам покажешь? - заинтересовался Пика.
  - Это секретные разработки кегебе, - говорю, - Показ стоит бешеных денег.
  - А Медику, значит, можно бесплатно, - вдруг обиделся парень.
  - Пика, я просто пошутил. Ничего секретного. Вы и так уже давно занимаетесь элементами паркура, только не знаете об этом. Через козла все прыгали?
  - Ну, прыгали, - обалдело подтвердил Пика.
  - Паркур - это покорение пространства человеком с помощью только своего тела. И делать это надо уметь красиво. Понятно говорю?
  Промолчали. Постеснялись признаться, что ничего не поняли.
  - Вот я и уговариваю своего друга присоединиться ко мне и заниматься вместе.
  - А мне можно? - почти одновременно выпалили восьмиклассники.
  - Всегда можно.
  Вот так нежданно-негаданно и в Просторах возникает ещё одна ячейка трейсеров, или фрираннеров. Это куда общий интерес проляжет. Засасываем меня эпоха. Ох, засасывает!
  И чего мы с Медиком умняшек с утра из себя корчили? Почти половина класса отсутствовала. Словно прочитав мои мысли, литра потрясла анкетами учеников, рекомендованных для вступления в Комсомол. Они все, оказывается, с утра с Лешим ушмыгнули в Правдинск, в районный комитет Комсомола собеседоваться.
  - А тебе, Чекалин, даже мечтать не думай туда вступать! - вдруг торжествующим тоном высказалась литра в мой адрес.
  - Вступают обычно в коровьи лепёхи, - тихо, как мне казалось, буркнул я, - Терять каждый месяц по две копейки - громадная радость! Мне и в пионерах пора уютно, не сквозит.
  - Вон из класса! - вдруг взвилась Валентина, - Бестолочь лохматая.
  - А оскорблять ребёнков не надо, они не смогут вам ответить тем же, - попенял ей, гордо волоча свою задницу из класса.
  Верный змей хотел было последовать за мной, но литра рявкнула на него, чтобы сидел и не дёргался. Раскрасневшееся лицо, пылающий взгляд цепной собаки... Мне ли не знать эти симптомы. "...И положённый час приливам и отливам".
  Пинать балду по школьным коридорам почти полтора часа не вдохновляло. Знал бы, дома остался и счастливым образом посвятил это время богу Морфею. Надумалось зайти к директору школы и выложить ему все свои козыри на стол. Не знаю как моему носителю, но мне лично обрыдло до селезёнок тут школоваться.
  В приёмной ожидаемо попался под руку вожатой Варваре, которая как известно одновременно секретарь директора. Грудастая деваха долго меня отчитывала за прошлые хулиганства и плохую успеваемость. Я в это время пялился на её груди. Казалось, сделай она одно неверное движение, и все пуговицы на жакетке разлетятся по сторонам.
  - Чекалин, прекрати глазеть, куда не надо. Глаза сломаешь! - вдруг завопила Варвара.
  - Не сломаю. Они у меня на любое безобразие натренированы! - признался ей.
  - Я директору скажу о твоём хулиганском поведении в приёмной, - прошипела вожатая.
  - А что я сделал? Посмотрел на сиськи чутка. Так, к директору мне можно, или нет?
  - Нет его, и неизвестно когда будет.
  - Вот, сразу бы так и сказала. А то сидит, соблазняет малолетних... - высказался я, выходя.
  - Чекалин, дождешься у меня... - истерически донеслось вдогонку.
  Вот так всегда... Границы и препоны. Не понимает девушка намёков. Молодая ещё, глупая.
  Звонок на перемену, и спешащий по своим делам Алёша. Он со своей подростковой фигурой в простеньком пиджачке не сразу угадывается среди старших школяров. Увидал меня, улыбнулся приветливо и подошёл. Приятно, когда кто-то из учительской прослойки тебе может вот так просто улыбнуться. Сразу начал интересоваться учебой. Я ответил:
  - Как обычно ассорти из двоек и троек.
  - Скоро весна, - напомнил, - Начнутся футбольные соревнования "Кожаный мяч". На тебя можно рассчитывать?
  - А куда мне деваться, Алексей Иванович! Надо, значит надо, - изобразил лицом покорность судьбе.
  Ему не понравится моя тональность, поэтому он решил напомнить о выгодах такого положения вещей:
  - Я ведь нервы трачу, договариваясь насчёт твоих двоек. Без меня тебя бы давно не было в школе. Ладно, на физкультуру сейчас можешь не приходить, но чтобы на спецтренировках был всегда, без пропусков.
  А кто-то где-то говорил, что крепостное право отменили. Договориться бы, чтобы мне вообще никаких уроков не нужно посещать. Я бы тогда его расцеловал... Не буду говорить куда.
  Побрёл в музыкалку к Ангелине. Захотелось выяснить о впечатлениях от моего подарка и заодно может быть угоститься чем-нибудь сладеньким с чаем из расписного самовара. Незнакомая дама в роговых очках сообщила, что Ангелины сегодня не предвидится. Уехала по срочному делу в райцентр. Но занятия непременно состоятся.
  Врагов никаких по школьным коридорам не мелькало. Они сами, когда им нужно, внезапно нарисовываются, как "чужие" из известного блокбастера. Гады, одним словом. Хотел заловить Шило и расспросить о впечатлениях Ангелины при получении моего подарка, но тот тоже как в воду канул. С Кирей было бы неплохо встретиться и обговорить вчерашний инцидент. Тоже уехал небось поступать в Комсомол.
  Полистал прессу в библиотеке, убивая время до третьего урока. Наткнулся во вчерашней местной газете "Искра" на хвалебную статью о молодёжной хоккейной команде "Берёзовая роща", борящейся за право участвовать в турнире "Золотая шайба". Статья называлась "Команда надежды". Фотка всей команды была сделана ещё до того, как я появился, с настоящим Фроловым. О нём, кстати, было написано больше всего в статье, как о подающей большие надежды спортсмене. Надо будет заставить Семёна проставиться коньяком за такую его рекламу.
  На черчении слушал лекцию об аксонометрических проекциях, скучал и мастерил рисунок карандашом об учителях, варящихся всем коллективом в котле в аду. В роли чертей мохноногих с копытами изобразил естественно себя и Вовку, зловеще так ухмыляющимися. Моё творение в конце урока было безжалостно реквизировано учителем. Ничего не сказал, только похмыкал восхищённо.
  На пении рулила всё та же мадам в роговых очках. Преподавала она нам тему героического прошлого в песнях, исполняемых ею неплохо так на баяне. Нашему неполноценному контингенту пришлось подвывать за ней хором: "На безымянной высоте", "Баллада о солдате" и "Тёмная ночь". Будто по радио и телику эти песни изо дня в день не талдычатся. Уши все уже опухли.
  Такие вот уроки. И всё заради змеюги старался, пятую точку отсиживая. Итогом моих мук стало приглашение к нему домой на обед. Маман его как обычно на смене в своей лаборатории дежурит. Умяли непременный борщ и макароны с сардельками. Приятно так в желудке потеплело и потяжелело. Потом с рощинскими ребятами созвонились и трепались с ними на всякоразные темы почти час.
  Зашел в магазин закупиться продуктами для дома и кое-чем витаминно-полезным для больницы. Картоху с капустой надо бы прикупить, но она была такого жуткого качества, что лучше у соседей с подвалов приобрести. Апельсинов естественно не было, а яблоки и груши лежали заметно подвяленные. Что тут ещё можно выбрать такого стоящего? Купил полкило ирисок "Золотой ключик", хлебушка черного, батон, бутылку кефира, колбаски докторской полкило, сыра грамм триста. В витринах мясного отдела стыдливо ютились синие куриные тушки за рупь десять. В первенстве по худобе они бы даже Медика побили. Я даже немного обалдел, разглядывая этот натюрморт, пытаясь понять, чего там можно есть. С испуга задал объёмистой продавщице с обыденно-наглым лицом нелепый вопрос:
  - А они съедобны?
  В ответ она захохотала, колыхаясь объемными грудями, и произнесла:
  - Нет, конечно, молодой человек. Ими в куклы играют.
  Поражает бесподобное умение работников советской торговли походя, играючи оскорбить клиентов. Кайф они от этого получают, что ли? Купил у тётеньки так и быть пару таких экспонатов. Пожелал работнице прилавка не переутомиться от работы. Млин, все никак не привыкну к реалиям соцреализма. Дома прошествовал на кухню и загрузил продукты по шкафам и холодильнику, вызвав тихую радость у матери. Дал ей ещё рубль на пиво. Что поделать - выпросила.
  В больницу решил наведаться часам к четырём, проведать Инну. Больничное дежурство в ночь на воскресенье ведь придётся пропустить из-за хоккея. И вообще, пусть япономама сама загружается на полные обороты. Хватит ей балдеть за мой счёт. Поднялся в хирургическое отделение, где дежурила медсестра Надя.
  - Ты чего здесь? - вскинулась медсестра.
  - Пришел навестить Филатову, - честно признался и даже показал кулёк с гостинцами.
  - А я уж подумала, что больницу пришёл громить. Что за дебоши ты вчера здесь учинил? Хорошо, что Николай Васильевич к тебе по-доброму относится и не стал поднимать шум. А то бы в милицию загремел, - принялась корить меня Надежда.
  - Виноват, больше не буду! - мявкнул и, сделав котошрековский взгляд, спросил, - Можно к ней пройти?
  - В отдельной палате она сейчас. Не рекомендовано никого пускать, тем более всяких раздолбаев.
  - Не, ты не права, тётя Надь. Я стремительно лучшею. Некоторые даже ахают и перестают узнавать, насколько я изменился и вырос над собой, - сообщил ей честной мордой, - А недавно на пионерском сборе взял повышенные обязательства по переводу старушек через дорогу.
  - Да иди уже к своей невесте, балабол. Будешь мне должен, - поменяла гнев на милость Надюха, - Только угощения напрасно принёс. Не ест ничего. Всё переживает, горемычная.
  Вздохнул горестно. Вот, собака похотливая! Все о своей выгоде печется. Какая-то сексуальная коррупция получается. Пусть такими играми лучше Чика занимается. Ему не привыкать. А я лично для себя желаю чего-нибудь возвышенного, прекрасного, приятного для души. Я просто хочу быть с Инной и видеть её счастливой. Хватит ходить вокруг да около, пора приступать к лечению. Надо только что-нибудь придумать со своей внешностью, иначе доступа к телу Инны ни за что не получить. Поможет ли мой потусторонний приятель натурально преобразить меня в какое-нибудь медицинское светило? Вспомнилось, как в фильме "Фантомас" главный герой натягивал на себя разные маски. А ещё в фильме "Внутреннее пространство" одному мужику кардинально поменяли внешность за счёт воздействий электрических импульсов на мышцы. У меня при последней активации тоже что-то такое интересное наблюдалось с изменениями суставов. Больше чем уверен, что Рей поможет мне в таком вопросе.
  Инна лежала в своей жуткой конструкции. Её глаза были открыты и смотрели безучастно в потолок.
  - Привет, - окликнул ее, - А вот и я... Ириски тебе принес.
  Девушка скользнула по мне взглядом и отвернулась.
  - Как твои дела?
  Чем больше она молчала, тем глупее в мою голову лезли вопросы, которые язык моментально озвучивал в сопровождении дурацкой улыбки. Ну, как ей ответить на мой такой сверхидиотский вопрос? Покряхтел сочувственно.
  - Ириски ешь, лакомись. В магазине ничего нормального не нашлось...
  Опять сморозил. Получается, что я ей всякую дрянь подсовываю.
  - Ну, это... Мне пора, пожалуй. Можно я к тебе ещё раз приду? - зачем-то поинтересовался, осторожно поднимаясь на ноги, - Ты это..., выздоравливай.
  Ответа естественно не получил. Весь взмокший и красный, как после пробежки, подошел снова к посту. Надя по секрету поведала мне, что на неделе приезжал какой-то знаменитый профессор из Москвы и осматривал девушку. В общем, всё очень сложно. Грозит ей абсолютная неподвижность. В лучшем случае - инвалидная коляска. Инне об этом, скорее всего, кто-то сказал, и она сильно переживает.
  - Как родственники реагируют?
  - И мать, и отец, видимо, не из простых будут. На самой "Чайке" приезжали. Недавно уехали, повезло тебе. Давно бы забрали в Москву, если было можно транспортировать, - словоохотливо разглагольствовала скучающая медсестра.
  А на меня накатила волна раздражения собой. Человеку жить тошно, а я со своими ирисками к ней лезу. Ей сейчас нужны тёплые, ободряющие слова, которые я не мастак выдумывать. Зато я могу подарить ей душевную песню. В ординаторской у Лёни, кажется, должна быть гитара. Сунулся туда и реквизировал без спроса инструмент. Всё равно никого там не было, а Надюха ничего не сказала. Вернулся в палату. Лежит всё в той же позе, отвернувшись к стене. Потихоньку зазвучали струны. Выручайте Ромазотти с приправой прекраснейшего стиха Портного.
  - Кто создал тебя такую?
  Я гляжу, и взор ликует.
  Ты как будто вся из сказки...
  Ну вот... Задвигалась, повернулась. Взор растерянный и немножечко удивлённый. Какие же у неё необыкновенные глаза! Повинуясь их неслышимой просьбе, исполнил очередную серенаду из творчества Вячеслава Быкова - "Любимая моя".
  Мой импровизированный концерт прервала влетевшая Надюха с воплями:
  - К Инне приехали. Уходи скорей, а то мне влетит.
  - Паша, спасибо тебе! Ты приходи ко мне почаще, - прошептала девушка.
  - Иди, иди, давай, - тыкала мне в спину кулачками перепуганная медсестра.
  В коридоре встретилась процессия, которую возглавлял мужчина с властным лицом. Что-то мне показалось очень знакомым в чертах его лица. Красивые породистые линии, немного неприятные тонкие губы, пронизывающий взгляд. Даже в таком почтенном возрасте подобные мужчины могли запросто вскружить голову не одной женщине. Как я не морщил извилины, вспомнить никак не получалось.
  Дома застал теплую компашку в составе чикоматери и злобной соседки снизу - Алевтины. Чудеса, да и только! Неужели позабыто, кто ментов на квартиру навёл, а потом вещи попытался скрасть? На столе красовались бухло, колбасные огрызки и остатки куриц. Всё, накупленное мной было успешно сожрано до жалких косточек. Обе гражданки уже были нализавшись до состояния алкогольного пофигизма. Маман о чем-то бормотала, глядя в пустоту. Алевтина периодически кивала либо её словам, либо своим мыслям. Твою качель... Куда её круглый хахаль подевался?
  Отломил кусок чёрного хлеба и сжевал. Теперь в койку и отрубить все рецепторы.
  
  21.
  Суббота, 15.02.1975 г., наличка - 20 руб. 04 коп.
  Япономама, значит, за старое взялась с ещё большим рвением. Петруха, видимо, отвалился на сторону. Определённо нужно рвать отсюда когти в сторону Берёзовой рощи. Пусть она тут хоть обожрётся под завязку. Верно мудрые люди подмечали, что горбатого только могила исправит.
  Чикина родительница отсыпалась от вчерашнего кутежа, хрипя и присвистывая, как прохудившийся насос. Как же я теперь ненавидел это недоразумение, по стечению обстоятельств оказавшееся моим биологическим родителем. Вспомнилась на противопоставлении Таисия Степановна. Сунулся к ней под предлогом исполнения добровольно возложенных на себя обязанностей по доставке продуктов из магазинов. Хотелось просто пообщаться с нормальным, адекватным человеком, восстановить потерянный настрой. Пришлось потом гнать галопом в магазин за хлебом и молоком.
  До десяти оставалось всего ничего. Опаздывать на репетицию не входило в мои планы. Сказать, ничего не скажут, но лишние точки напряжения создавать на пустом месте не стоило. Меня даже увольнять не понадобится. Вместо меня фиктивно числился музыкантом рабочий сцены - пожилой мужичонка с иссеченным недопохмелом и стрессами лицом. Шиловский щедрой рукой отвалил ему из моего будущего заработка по целому чирику в месяц.
  В фойе ДК разносились фольклорные голоса из главного зала на страшно знакомую тему. Я чуть не приземлился на пятую точку. Старпёры напевали "Зорьку алую". Мать вашу...! Откуда они узнали про эту песню? Само собой ворвался в зал и подлетел к очкастой... как её там вовкина мать называла:
  - Откуда у вас эта вещь?
  Та нисколько не разозлилась и даже польщенно забурела:
  - Так ведь по радио её часто передают в исполнении певца Геннадия Белова. Неужели не слышали? Мы как раз начали осваивать новую программу, и я немедленно отобрала её в номер. Очень она подходит по народной тематике.
  Ого, значит, Геню этот шедевр всерьёз впечатлил, и он вынес его на гребень всесоюзного мейнстрима. Интересно только за чьим авторством? Белов тот ещё хват. Быстро сориентировался, что у мелкого пацана вряд ли будут зарегистрированные права на авторство. Ну и хрен с ней, с этой песней. Зато люди хоть малый, но кусочек этой искрящейся радости познают пораньше.
  - Это и есть тот самый Павел, предложивший "Полюби меня такой", - сообщила подошедшая и разодетая в старинный русский наряд вовкина мама.
  - Какой же он молоденький! - удивилась руководительница, - Ты действительно сочинил эту песню?
  - Удивитесь ещё больше, если узнаете, что и "Зорьку алую" тоже, - хвастливо размявкался.
  - Предположим, что ты нас не обманываешь. Надеюсь, ты не будешь против использования этого произведения в нашем репертуаре? - с еле заметной иронией поинтересоваплась руководительница.
  Я кивнул и добавил:
  - С одним маленьким условием. Солировать должна Ирина Андреевна. У неё для этого очень подходящий голос.
  Выяснилось, что Агнесса Павловна сама собиралась так поступить. Немного с ней пообщались о всяком музыкальном. Со Спектром народники оказывается находились в натянутых отношениях, поэтому насчёт гармониста никаких разговоров не велось. Если этот клетчатый Толик угробит мой подарок Ленке, ни одной песни от меня больше не увидит.
  Всё-таки получилось припоздать немного. Ансамбль уже был весь в работе и наяривал что-то шедеврально-антоновское.
  - Где тебя носит? Я же просил не опаздывать, - раздражённо произнёс Толик, увидев вбежавшего меня.
  - Задержался у народников. Пару песен им подогнал, - запыханно оправдался.
  - Круто! - удивился Ларик.
  - Перерыв, - бросил худрук музыкантам и увлёк меня за собой в кабинет.
  - Был выезд в Ступино. В заводском клубе на торжественном вечере мы дали концерт. Это твоя доля.
  Худрук интимно сунул мне в руку синенький пятерик. И после такого некоторые пионеры смеют говорить, что Бога нет! Денежный поток не иссякает.
  - Анатолий Львович, не знаю, как вас благодарить, - растрогался я, хватая денежку.
  Руководитель добродушно отмахнулся и промолвил:
  - Твоя "Алёнушка" молодняку пришлась по сердцу. Несколько раз исполняли на бис. "Гиппопотам" тоже прокатил на ура. Так что заслужил. У меня, кстати, тоже одна новая песня случайно создалась. Позднее всем вам её представлю. А что ты там Агнессе предложил?
  Не вынесла творческая душа мук неопределённости, плавно перетекающей в творческую ревность. Пришлось срочно её удовлетворять. Напел мотивчик подаренной песни.
  - Ты это... Без моего ведома с Агнессой не контачь. Слишком многое она стала на себя брать. А эту песню и мы бы и сами смогли исполнять. У нас для такого случая Лариса припасена, - высказался Толик.
  - У меня там есть одна знакомая - Медведева Ирина. Для неё эта песня написана. Если она не будет солировать, то непременно отзову подарок, - капнул немного бальзамчика на раны Шиловского.
  - В старушечьем ансамбле у тебя знакомые? Ну-ну! - решил поглумиться немного худрук, - Ладно, пора возвращаться к работе.
  Неожиданно в студии материализовался змей. Я прямо таки завис, как левая программа, конфликтующая с материнской платой.
  - Ты чего здесь делаешь? - возмутился я.
  - Пришёл тебя поддержать, - объяснил он.
  Пока я приходил в себя от вовкиной наглости, Толя начал операцию по вытеснению из студии всяких незаконно находящихся там персон. Змеище развопилось, показывая на меня, что является моим незаменимым помощником и вдохновителем. Прямо так и сказал. Крыльев только нет на лопатках и арфы в лапах. Невероятным усилием сдерживая смех, упросил худрука не прогонять гада. Мой персональный муз в качестве благодарности принялся так активно пресмыкаться перед Толяном, что сердце руководителя ансамбля было покорено, а вакансия "мальчика на побегушках" надежно забита за Медиком.
  Началась работа над репертуаром "Спектра". Непонятно как в перечень песен ансамбля затесалась военно-патриотическая "На безымянной высоте". Денисов голос совершенно тут не годился. Инструменталка без духовых давала слишком мягкое звучание. Неудачно пошутил, что для танцев эта композиция не пойдёт.
  - Очень смешно, - угрюмо буркнул Толян, - Готовимся к конкурсу песен о войне.
  - Сложная вещь, - предположил я, - Нужен особый вокал.
  - Выбрали пока такую, как вариант. Если есть что предложить, то давай. Ещё неделя впереди есть, - ещё угрюмей заявил он.
  - Возьмите известную по фильмам песню Ножкина "Последний бой", или у Окуджавы "Мы за ценой не постоим", - искренне попытался помочь.
  - Они будут чаще всего использоваться на конкурсе. Нам бы что-нибудь пооригинальнее. Чтобы хотя бы заметили, - высказался Витёк Ларионов.
  - Жаль, что времени совсем мало осталось, не то я бы попросил одного знакомого композитора что-нибудь написать, - горестно попечалился я.
  - Это кого ты имеешь ввиду? - не сумел скрыть интереса худрук.
  - В сериале про Штирлица помнишь песни? - не сдержал хитрую лыбу в ответ.
  - Да, да, мы с ним и с режиссёром Рязановым недавно встречались. Пиво даже вместе пили, - взволновано поддакнул Вовка.
  Вот гад, одно слово. Мало ему почитания школьной общественности из-за знакомства со спортивными знаменитостями. Хочет примазаться и разделить со мной уважение музыкантов.
  - Не простые вы, видать, ребята. С самим Таривердиевым дружбу водите, - завистливо хмыкнул Денис.
  - Тольку что с этого, - грустно вздохнул Толик, - Эх, попасть бы в финал. В Прибалтику бы съездили. По телевидению показали бы. Сам отчасти виноват. Прошляпили фактически конкурс. На следующей неделе должна быть полная готовность. Будем репетировать каждый вечер. Я больничный возьму, чтобы на институт не отвлекаться.
  - Завтрашние танцы не будем отменять? - поинтересовался барабанщик.
  - Не будем. Деньги пока ещё нужны, - решил Толик.
  - А когда ты, Анатолий, нам всем наконец-то презентуешь своё новое творение? - с улыбкой обратилась к нему скрипачка.
  Не только я ожидал результата творческих потуг Толика. Музыканты - такой народ, что хлебом не корми, дай только услышать что-нибудь новое. Худрук с загадочной улыбкой решился и позвал всех к роялю, присел на круглый стул перед ним, достал и развернул бумажку с нотами и заиграл...
  Да что за день сегодня такой? Из-под пальцев худрука полилась знакомая композиция, оказавшаяся песней "Красный конь", которую я собирался подарить Ангелине. Тэк-с, получается, что Сашок обманул меня. Или Толик на правах старшего брата выцепил у него мой листик и приватизировал в свою пользу. При любом раскладе не айс. Неожиданно для себя пробухтел:
  - Это же для конкурса пионерской песни по просьбе учителя музыки написано.
  - Верно! - удивился худрук, - Она меня об этом давно просила.
  Я промолчал, но возмутился Вован:
  - Я от Паши Чекалина на прошлой неделе эту песню под гитару слушал. Он ее для Фирсова и Копейкина исполнял.
  - Малец, ты меня хочешь в чем-то уличить? - вытаращился на него худрук, - А ну, вон из студии!
  - Это мой друг. Я тогда тоже уйду, - обиженно хрюкнул я.
  - Уходи. Тебя никто не держит. Скатертью дорога! - зло шипанул Толян.
  Уходить надо красиво. Можно наговорить всяких гадостей, поорать, потопать ногами. А можно взять в руки гитару, придать морде вдохновенный вид и завернуть "Прощание славянки". Нет, не креативно. Подошёл к органоле, выдал спектровцам минусовку куплета с припевом "Песни о солдате" Владимира Мигули и высказался:
  - Примерно так должна звучать нормальная военная песня. Оставляю в силе договоренности насчет своих песен, если завтра не забудете поздравить девушку Лену Бекетову "Алёнушкой".
  Показал на прощанье Толику средний палец. Боюсь, что мой грозный жест не возымел никаких последствий. Обитатели эпохи пока до многих высоких смыслов не доросли. Пока музыканты переваривали мои малопонятные движения, мы с Вовкой гордыми орлами прошествовали на выход.
  - Разве я не прав? Чего он твою песню своей называет? - начал оправдываться змей с виноватой мордой, когда мы спускались по лестнице.
  - Ты всё правильно сделал как настоящий друг, - успокоил его.
  - Правда? - не сдержал широкой улыбки друг, - Ты только не расстраивайся. Другие ансамбли получше найдутся.
  От огорчения залезли в буфет, что на входе в здание правления, и пожрали там уйму пирожков пятикопеечных с повидлом и с кофе со сливками. До приезда сашиного москвичонка оставалось ещё много времени. Пошли со змеем смотреть на репетицию народников. По времени Вовке уже было безопасно появляться на глаза своей матери. Уже на подходе к зданию был слышен чарующий голос тёти Ирины, напевающий задорно и немного укоризненно:
  - Полюби меня такой, какая я есть...
  Проходившие мимо люди останавливались, заслушивались:
  - Красиво исполняет самодеятельность!
  Вовка просто млел от счастья и гордости за свою маму. Мы с ним зашли в зал и уселись на первых рядах. Я позволил себе сделать на правах "автора" кое-какие замечания. Лучше на ранней стадии исправлять недочёты, чем потом всё переделывать. В ответ получил от Агнессы нехилый нагоняй и просьбу не мешать творческому процессу.
  Москвичок сашин уже ожидал нас с Вованом на площади. Из машины вдруг выгрузился капитан Жека и полез обниматься в своём стиле. Против рощинцев на сегодня была выставлена команда "Ока" из Серпухова, делящая с нами пятое место. А завтра на выезде встреча с лидером турнира - командой "Менделеевец" из Воскресенска. Перед "Берёзовой рощей" предстоял трудный барьер, преодолев который можно было надеяться даже на участие в главном турнире. Понятно теперь, почему оказывались мне такие знаки внимания.
  В Роще у ДКС столпились фанаты с непременными злобными котами для встречи моей персоны. Никогда такого ещё не бывало. Очень, значит, распереживалась местная фанатская общественность из-за предстоящей игры. Кисть руки чуть не опухла от пожиманий. Жека подскочил с сообщением, что меня желает видеть сам Шумилов.
  Директор принял меня в своём кабинете. Пожал руку, посадил напротив себя. Я ожидал закономерный расспрос о шансах на победу, поэтому с трудом удержал падающую челюсть, когда он стал почему-то интересоваться конфликтом с тренером.
  - Верно ли говорит Павел Романович, что от тебя не было никакой пользы на игре в Можайске? - спросил дядя.
  - Тренеру виднее, на то он и тренер. Я бы на вашем месте поинтересовался ещё мнением капитана, других игроков, - дипломатично ушёл от ответа.
  - Спрашивал у некоторых ребят. Они в определённом смысле подтвердили слова тренера. Значит, так. Раз ты не вкладывался в игру, то рассчитывать на выплату от меня в полном объёме не имеешь права. Получишь поэтому два рубля вместо пяти, - постановил директор.
  Тут же полез в карман и выложил на стол перед собой две рублёвые бумажки.
  - У нас же была договорённость. Если я участвую в матче, и наша команда побеждает, то я получаю пять рублей. Никаких дополнительных условий высказано не было, - высказался, гася вспыхнувшую обиду.
  - А справедливо ничего не делать и получать за это деньги? - повысил немного голос Шумилов и, спустя некоторое время гораздо спокойней добавил, - Одолеете лидеров, получишь прибавку. К слову, в кассу зайди. Там тебя ожидают деньги за шахматы. Сегодня вечером ты снова участвуешь в сеансе. Афиша соответствующая уже висит.
  Честно говоря, не ожидал я от родственника такого крохоборства. Возможно, предстоящее опекунство породило у него комплекс благодетеля, которому бедный родственник, то есть я, должен быть жутко благодарным и в рабство записаться. Поменьше кудахчи, побольше несись золотыми яйцами. Пеструшка ты, или Ряба, ети их в носоглотку! Сам виноват, индюк ты беременный. Раскрыл перед дядей все карты. Придётся включать обратную тягу и лечить родственничка от излишних хотелок.
  Не слова больше не говоря встал и вышел, оставив деньги на столе и дядин вскрик позади:
  - Павел, вернись!
  В кассу я естественно заглянул. Деньги эти всё-таки честным напряжением серого вещества заработаны. В окошке мне выдали под роспись четыре рубля сорок одну копейку. Теперь надо Вовчика сыскануть и валить из этого рая в свою родную преисподнюю.
  Змей отирался возле афиш.
  - Глянь вон туда, - показал он пальцем на объявление.
  Там было написано: - "15 февраля 1975 г. в 18.00, в фойе Дворца Культуры и Спорта пос. д/о Березовая Роща состоится сеанс одновременной игры в шахматы с Шумиловым Н. М., к.м.с., или с Чекалиным П. А., учеником Шумилова Н. М. , к.м.с." Поразился дядиной византийской хитрости. Звание на конце одинаково сопрягалось как с ним, так и со мной. И ученичество моё ему тоже могло пойти в плюс, если выявятся высокие результаты. Мечтать не вредно.
  - Ждём автобус и домой. Загостились мы тут, - безапелляционно объявил Вовке.
  Тот в ответ выпучил глаза:
  - А как же хоккей?
  - Пусть Шумилов вместо меня играет, если ему так нужно, - зло буркнул ему.
  - Чё, поссорились? - понятливо хмыкнул Медик.
  - Малость того..., - согласился с ним.
  - Автобус только в пять будет. Давай, остаемся на игру, посмотрим. Чё дома то делать? - сразу принялся ныть друган.
  - Оставайся, а я попутками доеду, - взорвался я.
  - Вот вы где? Чешите в раздевалку. Команда уже готовится к раскатке, - развопился появившийся невесть откуда Лёха.
  - Чика не хочет играть. Поссорился с директором, - слил меня со всеми потрохами зловредный гад.
  - Стойте здесь, пожалуйста, не уходите. Я скоро, - перепугался хоккеист и бурно стартанул с места, только позёмка вслед за ним заклубилась.
  - Ну, зачем ты язык высунул? Кто тебя просил об этом говорить? - принялся пилить змея.
  Быстро появились Лёха и Жека. Причём капитан уже был обряжен в хоккейный свитер сверху и тонкие треники снизу. Сразу пошли в ход уговоры, жалобные интонации, взгляды несчастных котиков. Пришлось срочно соглашаться, дико злясь на себя, змеюгу и весь окружающий свет. Заодно побоялся, что капитан свои коки отморозит из-за меня.
  В раздевалке клубился дух надвигавшихся событий. Не в смысле запахов разных, а в разговорах невпопад, в суетливых движениях, в напряжённых лицах ребят. Тренер Романыч в своем репертуаре уже причастившийся, влетел на короткое время, назвал составы команд и улизнул. Потом зашёл Шумилов с невинным видом и принялся что-то нести про комсомольцев БАМа и полёты в космос. Партийное прошлое в нём порой воспалялось и вылезало косяками. Почувствовав, что наговорил лишнего, закончил свой спич намёками насчёт создания молодёжного ВИА, если успешно выступим в эти два дня. В мою сторону бросил не то просьбу, не то приказ зайти после игры к нему в кабинет. Чего он ещё от меня хочет? Ясно ведь дал ему понять, что не желаю попадать ни к кому в зависимость. Или он решил, что если я появился на игре, значит на всё согласный. Ишь, какой деловой выискался. Решил поднять свой хвост против моих золотых яиц. Обломается родственник.
  На трибунах не то, что яблоку, семечку некуда было упасть. Подросло количественно поголовье наших фанатов из окрестных сел и поселков. Даже из райцентра набежало. Статья возможно сработала. Отдыхающие взрослые внезапно тоже пристрастились к ребячьему хоккею.
  Появилась мода носить шарфики, или вязаные шапочки в цвет нашей команды. Занятный момент. Раньше этой движухой маялись только фанаты центральных клубов. "Кони", фаны ЦСКА, носили шарфы и шапочки с сочетанием красного и синего цветов. Спартаковское "мясо" имели красно-белые расцветки. Ещё были красно-зелёные "локи", страдающие по Локомотиву и сильно редкие, но стойкие бело-голубые "динамы".
  Капитан позвал меня на лёд в составе своего звена, когда тренер объявил замену. Игра получилась сложной, вязкой. Сделал неприятное для себя открытие - мастерство некоторых врагов было нисколько не хуже, чем у меня с фактурой "воробей начирикал". Пришлось включать на предельную мощность все свои навыки, заработанные в качестве Мустанга. Бились яростно, но чего-то там у нас не комбинировалось. "Окуни" быстро освоили нашу калитку. На перерыв мы ушли с отставанием в две шайбы. В раздевалке парни сидели с похоронными лицами. Влетел Романыч и завизжал:
  - Что, опять стали лениться? Всех повыгоняю к чёртовой бабушке!
  После он сосредоточил свой визг конкретно на Жеке и принялся выносить ему мозг:
  - Где твои обещания? Где твое слово комсомольца? Какой ты к черту капитан, если в команде нет порядка?
  Ёперный крокодил! Разве так вдохновляют команду на победу? Можно чуток под хвост каждому зарядить, но катком давить я бы не посоветовал. Не те эндорфины выделятся. Лучше бы пошёл, набухался в какой-нибудь чулан и не отсвечивал.
  Во втором периоде нашей команде не без моей помощи удалось немного уравнять игру и забросить пару шайб, пропустив одну. Я хоть и не забивал, но организовал пару раз выигрышные позиции для Тохи и Жеки. Романыч решил, что его психотерапия приносит пользу, поэтому вместо ожидаемых похвал в адрес Жеки и многих других ребят последовала отборная брань.
  В последнем периоде играли вяло. Обе команды вымотались в стельку. С запредельным напряжением мне лично удалось забросить шайбу в калитку противника на последних секундах. Закончили игру при ничье.
  Полной мерой осознал понятие ничьи: "ни вашим, ни нашим". Все итогом игры оказались недовольны. И наши фанаты, ожидавшие победы, и соперники, почему-то уверенные, что победят именно они, и сами мы. Переодевались в сосредоточенном молчании. Даже кошара демонстрировала плохое настроение. Романыч не зашел поздравить, или выругаться. Наверное, уже прильнул к источнику благодати.
  
  22.
  Суббота, 15.02.1975 г., наличка - 0
  Не знал, что и подумать. Всё моё шмотьё - штаны, кофта, рубашка, куртка, носки, вплоть до трусов, деньги целых двадцать восемь рублей с копейками. Всё умыкнулось в неизвестном направлении, только кеды остались. Поиграл, называется. Я подумал вначале на тренера - может его белка терзала и голову окончательно снесла. С другой стороны, любой мог из коридора забрести. Потом вдруг осенило, что это наши хоккеисты вредительствуют. Не хотят, гады, чтобы я уезжал домой. С обескураженным видом сообщил капитану о пропаже вещей и денег. Жека страшно запереживал и стал уверять, что никто из ребят не мог такое совершить. Я, кажется, ни словом не обмолвился о такой версии. Прокололись, гады. Точно, это они ноги моим вещицам приделали. Поискали некоторое время одежду все вместе и предположили с невинными мордами, что какой-нибудь посторонний залез и украл. Ага, ничего умнее не придумали.
  - Отдавайте, гады, моё шмотьё по-хорошему, пока я не сильно разозлился. Всё равно ведь уеду, пусть даже в хоккейных одеяниях, - завопил я.
  - Да ты чё, Пахом? Как ты можешь подумать на своих! - почти хором взвыли в ответ Лёха с Антоном.
  - Ладно, я домой сбегаю и чего-нибудь принесу, - пообещал Жека.
  Хоть один догадался что делать. Зря обрадовался, принесённые Чинком шмотки оказались спортивным костюмом. Я только вздохнул горестно. Придётся удовлетворяться спортивками. Не ходить же в цветастом хоккейном наряде с труселями поверху? Вместо куртки нашелся какой-то старый и драный ватник цвета медвежьего испуга. Мда, сверху будет тепло, а снизу только тонкая трикотажка.
  Выбрались на улицу. Фанаты уныло валили с трибун в своих шапочках и шарфиках цвета местной команды. Ну, нифигасе, заелись, болевары. Ничья, кровью и потом выстраданная, для них ничего не значит. А, пошли вы все! Рвать жилы? С какой такой радости. Поразвлёкся малость сам и помог рощинским пацанам сколько мог. Хорошего понемногу.
  Взгляд наткнулся на директора и стоящую рядом с ним Лизу. Они меня уже увидели и махали руками, чтобы я подошёл к ним. Как же всё не вовремя! Лучше повеситься, чем показаться в таком прикиде. Отступать было уже поздно. Темные очки Лейсан и ажурная косынка, не скрывающие, а наоборот, подчеркивающие изящество ее космической прически, придавали налет особого шарма и чего-то французского. Она с улыбкой ожидала моё приближение.
  - Молодцы, мужественно сражались. Лейсан высказала пожелание тебя увидеть, - обрисовал ситуацию Шумилов.
  Кроме жуткого неудобства стоять перед стильной женщиной в идиотском виде и с возможным боевым запахом, пикантности под хвост добавил, оказавшийся внезапно рядом, Медик. Раскрыл свою пасть и развякался:
  - А Паша очень хотел с вами ещё раз встретиться...
  Я молча подошел к Лизе и осторожно пожал ее невесомую руку.
  - Очень рада вновь видеть тебя, - с теплыми, грудными интонациями произнесла девушка, - Оказывается, ты ещё и отличный спортсмен.
  - А ещё он замечательно играет в шахматы. Подменяет меня иногда на сеансах одновременной игры, - воспел дифирамбы в мой адрес дядя.
  - Как у Фейхтвангера сказано: - "Если человек талантлив, то он талантлив во всём", - сделала комплимент Лиза и, хитро подмигнув, спросила, - Можно мне поучаствовать в таком сеансе?
  - А красивые комсомольские секретари разве играют в шахматы? - зачем-то подколол её.
  - Играют, и даже имеют первый разряд, - отбила пас Лизок.
  - Участвуйте тогда себе в удовольствие, - пожал плечами, - Николай Михайлович будет с вами рад сразиться.
  - Сегодня я как раз не смогу. Подмени меня, будь другом, - предложил дядя.
  Деваться некуда, пришлось согласиться. Обошёл меня на повороте дядюшка с помощью Лизка. Выговорил только условия, чтобы мне и другану предоставили возможность помыться, покормили и отвезли после шахмат в Просторы.
  - А разве завтра ты не собираешься ехать на игру в Воскресенск? - с удивлением спросил Шумилов.
  - С хоккеем покончено! - твёрдо заявил я помрачневшему директору.
  - Подожди меня в фойе дворца. Я провожу нашу гостью и вернусь. Кое о чём надо с тобой переговорить, - распорядился директор.
  Давно пора, а то у меня ляжки стали подмерзать и кое-что прочее. Потрюхали со змеем вместе в сторону дворца, тормозя на встречающихся фанатах. Каждый при виде меня считал своим долгом высказать своё мнение о сегодняшней игре и поделиться ценными мыслями. Около входа натолкнулись на группку злобных котов. Парни дружелюбно попеняли мне о не исполненном обещании научить их паркуру. Пришлось завести их в фойе и набросать на тетрадном листочке план подготовительных упражнений, известных каждому начинающему трейсеру: подтягивания, отжимания, приседания, прыжки в длину, прыжки на высоту с одной и двух ног, длинный шаг с приседом. С курением и хмельным придётся распрощаться. Пригрозил, что если кто будет филонить, то пусть даже не надеется попасть на дальнейшие тренировки. К следующим выходным ребята обещали организовать спортивный зал в удобное для всех время.
  Пока возился со злобными котами, вернулся дядя и увёл меня в свой кабинет. Там уселся в кресло за директорским столом и велел мне расположиться на стуле напротив.
  - Смотрел на твою игру и подумал... Павел, не считай меня жмотом. Для тебя мне денег не жалко. Только с позиции воспитания так поступил. С того раза ситуация изменилась, - начал он, как только мы расположились за столом.
  Дядя достал из кармана портмоне и выложил целых три пятирублёвые бумажки. Протянул мне их, объяснив с грустным видом:
  - Твой гонорар за среду, сегодняшний и завтрашний матчи. Думаю, что на этом наша с тобой договорённость закончилась. Хоть играли вы с полной самоотдачей, но лидера турнира вам не удастся завтра одолеть. Просить невозможного не имею права. Может быть, в следующем году лучше подготовимся.
  Карманы спортивок мало подходили для хранения дензнаков. Поблагодарил дядю и предложил:
  - Я позже у вас заберу эти деньги, если не передумаете. Боюсь потерять их в этой одежде.
  - Если хочешь, оставлю их в кассе на твоё имя. Потом их там возьмёшь, когда захочешь, - в свою очередь предложил директор.
  - А почему Лейсан сюда зачастила? - спросил родственника перед тем, как уйти.
  - Нравится ей здесь отдыхать, - смущённо буркнул он в ответ.
  - Ну, как, помирились с дядей? - заинтересованно поинтересовался змей, когда я вылез из кабинета.
  Я решил наказать другана за предательство и скорчил морду, выражающую неважнецкий итог переговоров. Змей помрачнел.
  - Ты не будешь злиться, если я с пацанами в Воскресенск поеду. Очень я переживаю за них, - жалобно провякал он.
  - Нисколько не сомневался, что ты так и сделаешь. Езжай, страстотерпец.
  - Вечно ты странные словечки придумываешь про меня. Даже не поймёшь: обижаться мне на них, или не надо, - избурчался Вовка.
  Нам повезло снова стать обладателями санаторных книжек всё от того же номера, где ранее останавливались. Отметки о врачебном осмотре там уже располагались. Сразу же направились в бассейн и накупались до гусиной кожи, забыв о времени. Блин рваный, перекусить практически уже не успевали. Заскочили в ДКС за пять минут до начала сеанса.
  Судя по столикам, билетов на сеанс было продано не меньше тридцати. Эти отдыхающие взбесились будто. Других увлечений нет тут - домино там, городки, боулинг... В Сесесере игровые автоматы уже должны по идее производиться. Хоть и примитивные, но по-своему оригинальные. Пусть дядя их устанавливает.
  Из киноконцертного зала раздавались звуки фильма "Приключения итальянцев в России" моего нового знакомого Рязанова. Подумалось, что неплохо бы исполнить обещание и проведать знаменитость. Пожрать у него все ватрушки.
  Какой же я тупорылый! Внезапно дошло, что шахматный маэстро в спортивках будет неприлично выглядеть перед публикой. Помчался обратно к дяде. Кабинет его был уже закрыт. Носился по улицам черной молнией под радостные приветствия гуляющих. Я тут уже стал узнаваемой персоной. Местная знаменитость, вашу мать. Фух, вот попал! Взмыленной лошадью влетел обратно в фойе. Народ, уже усаженный за столики, терпеливо ожидал начала сеанса.
  Жека попросил любителей приготовиться к началу сеанса, пока я в гримёрке переводил дыхание и настраивался. Появился с непринуждённой мордой перед столиками в своих позорных трениках и мокрый как мышь. Любители вроде бы не особо сильно шокировались. По крайней мере, обмороков не наблюдалось. Мои бравые ассистенты начали метаться угорелыми кошками между столиками, делая первые ходы белыми. Я почти сразу включился в пробежки вслед за ними, поскольку ответные ходы были сделаны мгновенно. Вот таким мокрым зайцем-побегайцем скакал по залу. Хотелось не утомлять участников долгим ожиданием ответа. Где-то после пятого-шестого ходов загрузил людей размышлениями и перешел с бега на шаг. Лизок сидела седьмой с края, одна среди мужчин, и играла очень даже неплохо. Люди, которым не досталось места, терпеливо роились возле столиков.
  Несмотря на спешку и гонки в начале, позиции получились для меня очень даже приятные. У большей половины противников вырисовывались комбинационные завершения. Кое-какие столики образовывали вокруг себя целые сообщества. Все во имя победы над дерзким злодеем в трениках. Вот они, гады! Нет бы пожалеть тощего несчастного парнишку, оставшегося без кормёжки. Сдаться пораньше.
  Перегрузки дня и голод всерьез крутили мне нутро, мешали думать. Живот ничего не придумал лучшего, как прилюдно опозорить своего хозяина. Посреди тишины и сосредоточенного сопения сидящих, вдруг разразился голодный рев моих кишочков. Я запунцовел, а кое-кто не выдержал и заржал. В ужасе скосил глаза в сторону Лизы. Сидела вроде бы спокойно. Вот только лицо было спрятано в ладонях и плечи дергались. Все понятно. С трудом удержал свою впечатлительную натуру от позорного бегства. Попросил ассистентов купить мне чего-нибудь быстроусвояемое в буфете. Принесли батончик, который я стал жрать прямо на ходу. Батончик - это не то, о чем вы подумали. Это такая шоколадка с полостями, в которых хранится сгущенка, или варенье. Вкуснота невероятная!
  Ходил, успокоившись, и наблюдал за лицами любителей шахмат. У всех читался настрой выложиться до конца. Замучить хотят зайчишку. Ладно, хотите войны, вы её получите. Чтобы особенно не высиживали, стал всем объявлять мат за несколько ходов. Психология тоже что-то значит. Приговоренные быстрее догадывались просто сдаться и покинуть поле боя. Один мужчина в очках, пожилой такой, очень похожий на мультяшного состоятельного крота, играл неплохо, но немного смухлевал в защите. Я его тут же наказал, создав заметный перевес. Пришло время, когда я ему объявил мат в одиннадцать ходов. Я всегда считал по максимуму. Тот сверкнул на меня очками и угрожающе налился краснотой. Я попросил пацанов на всякий случай привести врача из медкомнаты. Мужчина в очках долго сидел, уставившись на доску, потом кивнул головой, встал и протянул мне руку для пожатия, поздравляя с победой.
  - Как вы смогли увидеть? - потрясенно спросил он.
  Я сделал неопределённый жест рукой. Внезапно, этот человек попросил меня сыграть с ним партию-реванш. Обещал оплатить даже сверх положенного. Подумав для приличия, согласно кивнул. Медик помчался относить в кассу два рубля. Теперь и многие потерпевшие поражение тоже требовали реванша на таких же условиях. Соглашался, куда деваться. Намою себе побольше деньжат в карман.
  Лизе решил партию слить. От меня не убудет. Зевнул ей фигуру и якобы проспал вторжение ферзя на первую горизонталь. Наконец, горестно вздыхая, положил своего короля на лопатки. Лиза удивленно улыбнулась. Зал радостно зааплодировал красивой девушке, победившей такого жуткого шахматного монстрика. Все даже встали, хлопая в ладони. Ладно-ладно, отомщу я вам всем. Вот только еще одну шоколадку дожую.
  Стал сокрушать игроков с новой силой. Только мужчина в очках смог оказать мне грамотное сопротивление. Тех ошибок, на которых я обычно строил нормальную контригру, уже не было. Пришлось медленно накапливать позиционные преимущества в качественную возможность. На часах было полдевятого, и передо мной оставалась только эта партия на сороковом ходу. Учитывая, что мужчина подолгу задумывался над каждым ходом, хорошо бы освободиться хотя бы до десяти. Буфет работал до пол одиннадцатого.
  Вместе с тем, моя позиция была вполне выигрышной. Неужели до этого любителя никак не дойдёт? Как всегда, народ не расходился и жужжал со всех сторон доски. Мне не сиделось, и я метался по всему залу в ожидании хода. От нечего делать проработал самые невероятные варианты и нашел все-таки один, неоднозначный, авантюрный. Он предполагал эффектную игру на грани риска со случайной якобы жертвой ладьи в вилке. Понадеюсь, что этот мужичок так далеко просчитывать не умеет.
  Начало комбинации внешне выглядело, как ошибка. Люди даже загалдели оживленно. Я даже сыграл трагедию лицом. Дяденька вперился в доску и сосредоточенно считал. Наконец, ответил. Ура! Вкусная наживочка заглотилась! Теперь ему с каждым ходом будет всё трудней вырваться из ловушки. Мужчина вдруг понял, что что-то не так. Все-таки у хороших шахматистов есть какая-то чуйка на опасности в позициях. Игра замедлилась ещё больше. Вскоре противник увидел свой разгром и сдался. Он встал и с уважением пожал мне руку, произнеся:
  - Я потрясен! У меня сейчас нет с собой визитки, но мне обязательно нужно будет с вами увидеться и кое о чем поговорить. Не могли бы вы дать мне свой номер телефона?
  Подвёл к нему своего пресс-секретаря Вована. Он промявкал состоятельному кроту свои контакты. Под гром аплодисментов и в сопровождении друзей-хоккеистов, летящей походкой покинул наконец-то фойе. Шахматные помощники не торопились расходиться, экскортируя меня со змеем до корпусов. Вскоре стало понятно их поведение.
  - Чика, ты что решил насчёт завтра? - закинул вопрос капитан.
  Ага, слил инфу пацанам коварный кобр. Подраконю тогда их в отместку за кражу своего барахла. Хорошо, что пока никто не знал и не догадывался о наших с дядей коррупционных отношениях.
  - Домой с утра еду, ясный перец. Вован если хочет, может с вами переться на ту голгофу.
  - А как же мы? Ты нас бросаешь? - развопились хоккеисты.
  - Типа того.
  Вовка снова проявил свою ренегатскую сущность, полностью встав на сторону Чинка со товарищи. Линчую эту ренегадину когда-нибудь зверски в кустах. Ему развлечение, а мне ломаться костьми, суставы надрывать. Отличным аргументом в споре стал сегодняшний ничейный результат. Я признался, что не смогу помочь команде, если каждый не выложится по полной программе. Говоря это, не лукавил. Если мы окуней с неимоверным трудом смогли натянуть на ничью, то лидер покажет мастерство гораздо круче. Моих естественных способностей может оказаться не достаточно. Значит, пора привлекать небесные.
  Прощаться с пацанами никак не получалось. Взяли в кольцо меня в холле санаторного корпуса и выли голодными волками. Даже неудобно как-то было перед мимо проходящими отдыхающими. Пришлось пообещать им всем подумать над предложением при условии, если мне вернут всё украденное и выдадут со всеми потрохами чувака, устроившего покражу.
  - Мы в кровь разобьёмся, всех поселковых пацанов подымем, но вещи твои и деньги найдём, - пообещал Лёха.
  Жеку вдруг заинтересовало, что я собираюсь сделать с тем, кто содеял это гнусное преступление.
  - Руки ему просто переломаю, чтобы впредь не тянул их к чужим вещам, - пообещал я.
  Поняв, что разговор далее не срастётся и горестно повздыхав, хоккейные ребята понуро потянулись к выходу.
  Наша сладкая парочка сунулась в пока ещё работающий буфет. Плотно там закусили картофельной запеканкой со сметаной и какао с эклерами. Я лично намеревался забиться тараканом в свой номер и утихнуть, но не тут то было. Неугомонная вовкина вредная задница предложила посетить массажный кабинет. Все клеточки измученного моего организма хором просились в кроватку. Как я не рявкал на змея, вредность одержала победу. Пришлось повернуть и топать переходами в процедурное отделение.
  Не одни мы жаждали санаторных утех, тьфу, услуг. К великому моему сожалению, все массажисты мужчины были заняты, а у меня под спортивками ничего больше не имелось. Я только собрался предложить змеюке подождать, пока освободится облюбованный мной мастер, как членистоногое уже впёрлось в один из свободных кабинетов, в котором властвовала мужеподобная бабище.
  Выяснив, чего мы хотим, массажистка велела раздеваться и кивнула на стоящие кушетки, покрытые клеёнкой. Разговаривал только Вовка, а я чего-то сильно заробел. Поискал глазами хоть какое-нибудь полотенце и не нашёл ничего. Пришлось разоблачиться и лечь неприятно ёкающим, набитым запеканкой пузом на холодную поверхность. Вован, смотря на меня, тоже разголился полностью и разлёгся на соседней кушетке. Из солидарности, наверно.
  Тётечка, похмыкав и обозвав нас голожопиками, принялась терзать сначала тощую вовкину плоть. Змеище вытягивалось от удовольствия и сладко постанывало. Как только ему не было стыдно демонстрировать постороннему человеку, к тому же женщине, свои позорные иссиня-жёлтые отметины на тощей заднице? Далее без всякого смущения оно потом перевернулось на спину и выставило окружающему миру все свои интимные подробности. Даже естественных мужских рефлексов по закрыванию стыдных зон не замечалось.
  Затем пришла моя очередь ощутить мастерство массажистки. Ноющая боль усталых мышц под сильными и умелыми руками сменялась приятной расслабленностью. Зажатость от смущения уступало место постепенно нарастающему возбуждению. У меня что, эрогенные зоны по всему телу везде разбросаны, или Чика подлый вновь хулиганит?
  К моменту необходимости переворачиваться, я чувствовал себя кораблем с застрявшим в грунте якорем. На подаваемые команды мычал и делал вид, что не понимаю. Даже волосы дыбились от ужаса, как только представлял себе что будет, если повернусь. От охватившего волнения вдруг расслабились нужные мышцы, и кишечные газы с шумом вырвались на свободу. Подлое змеище разоржалось во весь свой большой рот. Бабище тоже тряслась мелким смехом. Сделал попытку вскочить и убежать всё равно куда подальше, но сильные руки прижали тело. Тётечка сноровисто принялась массировать шею, нажимать на какие-то точки на спине. Это здорово успокоило, но не сняло возбуждение. Неожиданно она сама схватила моё лёгковесное тело и без усилий перевернула в нужную позицию. Я зажмурился и приготовился провалиться сквозь землю.
  Вдруг почувствовалось неземное наслаждение внизу. Массажистка сноровисто боролась с моим возбуждением, совершенно не стесняясь посторонних вовкиных глаз, размером с чайное блюдце. Он, уже одетый, начал как в мультике про бандерлогов медленно стягивать одежду снова, неотрывно следя за процессом. Представляю, как сейчас ему рвало крышу. Когда следующий раз взглянул в его сторону, тот уже стаскивал трусы.
  Мастерица творила на моём инструменте волшебную симфонию. Не представлял раньше в эти высокоморальные времена виртуозного владения массажистками языком по-французски. Экстаз представился мне аттракционом "американские горки" в парке Горького. Чуть сам не взлетел на реактивной тяге. Надеюсь, что вопли из массажного кабинета воспримутся для гуляющих в коридоре отдыхающих как естественные звуки рабочего процесса. Мало ли какую мышцу пережали, или кость не туда вывернули.
  Чудище тоже взалкало неизведанного кайфа. Разтелешившись, надвинулось с перекошенной мордой и агрегатом наперевес. Тётечка сурово на него взглянула и пообещала откусить всё его хозяйство под корень, если тот на три счёта не уберёт из кабинета свои откровения. Последовала убыстрённая обратная перемотка. Вован даже выполнил норму молодого бойца по одеванию. Массажистка помогла мне, с трудом вставшему с кушетки, одеться и выпроводила из кабинета мощным шлепком по жопе, не дав возможности душевно её поблагодарить.
  Когда обратно возвращались в свой номер, я не шёл, а парил на невидимых крыльях. Даже не злился на Вовку за испытанный позор. Он же, напротив, плёлся рядом, обиженно завывая и грозясь написать в жалобную книгу на мою прекрасную благодетельницу.
  - Ну, напишешь ты жалобу. Забыл, сколько тебе лет? Кому ответ по жалобе придёт? Правильно, твоему отцу. Я даже боюсь представить, что он тогда с твоей жопой сотворит. Да и мне может перепасть, - предпринял попытку заставить своего малолетнего друга задуматься.
  Кто знает, вдруг действительно начирикает заяву, тупости хватит.
  Спать уже не хотелось. По телику показывали венгерский фильм про шпионов "Перстень с русалкой". Змей снова голозадым маньяком принялся слоняться по комнате. Эксгибиционист хренов, малолетний. Я то вынужденно голышом шлёпал из-за разных подлых прикольщиков. К тому же в ванную собирался. А ему чего за радость? Зайдёт вот так кто-нибудь случайно сюда и подумает про нас невесть что.
  Я заперся в ванной и вызвал эмоцию для очередного путешествия в Элизиум. Вернувшись, долго ожидал, когда Вовка насытится просмотром фильма и заберётся в свою постель. Когда змеище смачно засопело носом уютную песню, вернулся в ванну, напустил воды и включил активацию приобретённого кристалла.
  Ещё никогда не было так больно. Самая острая боль ощущалась в ногах. Болели мышцы, кости. Кое-где лопалась кожа и текла кровь. Естественно происходили обычные физиологические извержения. Насчёт своих воплей ничего сказать не могу, но в дверь явно кто-то долбил. Мда, непросто втискивать в себя опыт и способности великих хоккейных мастеров.
  - Ты так кричал страшно, что у меня сердце чуть не остановилось, - взволнованно заявил змей, когда я наконец-то открыл ему дверь.
  - У меня такое бывает иногда. Не обращай внимание. Обычная мутация, - услышал он моё объяснение.
  
  23.
  Воскресенье, 16.02.1975 г., наличка - 0
  Поднял нас в восемь заказанный звонок от дежурного администратора. Вовка шмыгнул из койки в ванну и принялся там намываться. Я тоже поднялся.
  - Ты чего запираешься? - разозлился я, - Решил начать стесняться?
  Голос мой какой-то не такой показался.
  Мокрый змей высунулся и испуганно спросил:
  - Ты кто?
  - Агния Барто в кожаном пальто... Медь, ты чего выкобениваешься, не выспался, что ли?
  - Чика, ты ли это?
  - Всё-таки у тебя определённо мозговой сотряс, - в конец разозлился я, - Пусти, мне тоже надо свой хлебальник почистить.
  Ёперный звездолёт! В туалетном зеркале мой мордухай будто другим стал. Вроде бы всё то же самое на своём месте, нос там, скулы, глаза..., но что-то неуловимо поменялось. Стало резче, взрослей..., мужественней, что ли. Нехило меня модификнуло. Метнулся к шкафному зеркалу. Мышцы по всему телу слегка увеличились. Особенно они заметно обозначились в районе груди и в плечах. На месте впуклости живота образовалась рельефная стиральная доска. Неплохо мне прилетело в виде бонуса к мастерству.
  - Чего встал? Я то на хоккей еду, а ты бы дальше дрых, сколько тебе влезет, - заметил вышедший из ванной и пришедший в себя змей.
  - Я тоже поеду в Воскресенск, - кинул между прочим другу.
  - Ура! - завопил змей во всё горло и кинулся обниматься.
  - Закругляемся с телячьими нежностями, - попытался прекратить затянувшиеся восторги, - И валим скорей в буфет насыщаться.
  Этим фанатам только дай повод повыплёскивать свои эмоции. Костей целых потом не соберёшь.
  Интересно, а как с обувкой быть? Кеды категорически отказывались напяливаться на подросшие ноги. По корпусу я бы мог в комнатных тапочках шлындать. А на улицу как выходить? Помочь мог только всемогущий дядя. Переходами добрались до управления и узнали, что директор сегодня не ожидается. Интересная диспозиция. А кто команду на подвиги будет напутствовать? Визгливый бред Романыча в расчёт принимать не стоит.
  - Походу, срывается моя поездочка на игру, - грустно сообщил своему верному змею, - Не ехать же босиком.
  - Погоди, я щас..., - вякнул и резко свинтился куда-то Вовка.
  Я уже замучился его ожидать. Из окна на этаже виднелась площадка у входа во дворец. Там уже стоял подогнанный Икарус с пока ещё закрытыми дверьми. Возле него толпились часть команды в окружении болельщиков. Наконец-то появился змей, несущий валенки какого-то грязно-бурого окраса. Блин жёванный, дальше катиться уже не куда. Для завершающего штриха образа рашен забулдыги не хватало только шапки-ушанки, бутылки беленькой, торчащей из кармана, и гармошки. Надеюсь, что мои воинственные лохмы и несколько возмужавший облик остудят желающих поржать.
  - Ты какую помойку ограбил, Медь? - не сдержался я от плевка ядом.
  - Дворник узнал, что для хоккейной команды, сразу согласился помочь, - не обратил внимания на колкости радостный змей.
  Яркий солнечный день слабо сочетался с похоронным настроением команды, и мороз совсем не злобствовал. Фанаты узнали меня в чудном прикиде и радостно взвыли. Они же не знали о разборах в команде. Хоккеисты настороженно поздоровались.
  - Тоже проводить нас пришёл? - хмуро поинтересовался Лёха.
  - Он играть с вами едет, - вылез вперёд зловредный Вовка.
  Парни просветлели лицами. Жека зачем-то спросил:
  - Мы же твои шмотки пока не нашли?
  На непонятливого капитана сразу зашикали остальные ребята.
  - Потом найдёте, - успокоил всех.
  Особняком держались хоккейные ребята, которых Жека называл блатными. Подозреваю, что Романыч их по рекомендациям местных элит в свою команду взял. Они составляли низовые звенья и редко играли. С этими парнями было интересно общаться о музыке. Почти у каждого из них дома имелись импортные мафоны и даже кассетные, записи и пластинки "Лед Зеппелин", "Дип перпл", "Пинк флойд", "УФО" и прочих редкостей. Так что, пацанчики эти были достойны моего уважения. Все как один мечтали о создании своей рок-группы. Сейчас некоторые из них в руках, кроме обычных маминых туесков со съестными припасами, держали переносные кассетники.
  Появился водитель Фёдор и запустил хоккеистов в автобус. Ждали только запаздывающего тренера. Капитан приказал Тохе сгонять за ним домой. Парень быстро вернулся и сообщил, что дома вроде бы никого нет. Чудеса! Когда опоздание стало совсем недопустимым, тихо нашептал Жеке на ухо вариант замены тренера шофёром, который будет представительствовать на игре взрослой мордой, а рулить всем станет Вовка, как матёрый хоккейный дока. Капитан даже задумываться не стал и сразу же подсел на уши шофёру. Тот никак не хотел врубаться в суть. Жека обречённо махнул рукой и сказал:
  - Федя, трогай. На месте потом разберёмся.
  Толпа провожающих заорала-засвистела-замахала конечностями, провожая нас.
  - А чего мы их не возьмём? Места здесь много. В тесноте, да не в обиде, - громко, и ни к кому не обращаясь, высказался я.
  Раньше фанатов запрещал подвозить тренер, но теперь то его не было. Икарус остановили, фанатов позвали. Гогочущая толпа жизнерадостно принялась штурмовать двери автобуса.
  - Быстрей, опаздываем, - заволновался Чинок.
  Наконец-то поехали. Молодняк так набился в салон, что рижские шпроты бы позеленели от зависти. Подозреваю, что если кому-то из них вздумается совершить один из самых подлых грехов малолетства, то автобус тогда разорвёт в клочья.
  Один из блатных врубил на кассетнике собственные записи "Машины Времени" с моими вкраплениями, потом каверы Битлов.
  - Юрок, а у тебя есть Токарев? - вдруг вскинулся Жека.
  Я напрягся и спросил:
  - Какой Токарев, Вилли?
  - Я знаю только Виктора. Блатняк поёт. В Москве у друзей записи его на мафоне слушал, - объяснил Чинок.
  - В чем вопрос? - откликнулся Юрок, - У меня приятель в Москве записями фарцует. Он тебе что угодно подгонит. Только..., сам знаешь.
  Был сделан универсальный жест "мани".
  - Договорись с ним, пожалуйста! - обрадованно взвыл Жека, - На любых условиях.
  Надо же, а я и не знал, что кроме Вилли обретался в семидесятые некий Виктор с такой же фамилией. Ничего удивительного. Фамилия не такая уж редкая. На этом бы мой интерес к теме исчерпался, если Жека не принялся насвистывать мотивчик из "Тёти Хаи".
  Всего ничего прошло времени с моего импровизированного концерта, а записи уже гуляют по столице. Ну, Лешуков, ну, зараза! Мало того, что зажал чирик за выступление, так ещё и записями приторговывает. Жлобяра позорная, типичный комсомольский карьерист. Не заметил, как стал злобно таращиться на Вовку. Тот обеспокоенно спросил:
  - Ты чего на меня так уставился?
  - Записями Токарева на Москве уже фарцуют, - прошипел ему, - Слышал, что Чинок насвистывает?
  Обернувшись к Жеке, спросил:
  - А ещё какие песни у этого Токарева есть?
  - Я те записи до конца не слушал, - задумался капитан, - Про рыбалку помнится очень классная, про небоскрёбы. В общем, блатные. Пацанчик прикольно простуженным голосом поёт...
  Видимо, переборщил я тогда с хрипотцой, кося под Высоцкого.
  - Не доставай. У меня это есть, - хмуро сообщил ему, показал змею рот на замке.
  Жека обрадовался и естественно полез обниматься. Как мало надо человеку для счастья в семидесятые годы. Под такое дело раскрутил капитана дать мне на время попользоваться своей курточкой. Сменял её на ватник, который сбивал меня с высоких помыслов одним только своим видом. От валенок избавиться не удалось.
  Воскресенск красиво расположился среди лесистых холмов на берегу реки Москвы. Много зданий сталинской постройки. Преобладал жёлтый и красный цвет. Так же внезапно нарисовалось здание, похожее на амбар для самолётов, оказавшееся нашей целью. Подъехали к ледовому дворцу с задней стороны, к служебному входу. Нас встретил местный функционер в спортивном костюме и с неожиданным брюшком.
  - Наконец-то, - запричитал он, всплёскивая руками, - У вас осталось мало времени для раскатки.
  Стоит отметить, что крытые хоккейные стадионы стали возводить в крупных городах после увлечения этим видом спорта генеральным секретарем. Деньги потекли рекой в хоккейную индустрию. Воскресенск считался не самым крупным городом Сесесерии, но и в нем выстроили довольно большой хоккейный стадион на четыре с половиной тысяч мест ещё в шестидесятые годы. Правда, основной заслугой в появлении этого редкого спортивного объекта стала заинтересованность директора химкомбината Докторова Николая Ивановича.
  Организация игры оказалась достойна всяческих похвал. Нас хорошо встретили, заботливо провели к раздевалке, предоставили напитки. Мы сразу же переоделись и вышли на раскатку. За тридцать минут до начала матча стали запускать зрителей, а хоккеистов попросили уйти в раздевалку.
  Внезапный тренер Федя пребывал в первостатейном шоке, всё ещё переваривая свалившуюся на него обязанность. Ему даже не хватило ума просто отказаться. Бывают люди, на которых взглянешь и сразу понимаешь, что они собой представляют. Простое мужицкое лицо с крупными чертами и обвислыми усами. Типажный облик простого сельского труженика, основательного, но немного заторможенного. В отличие от него Вовка, как узнал про своё новое предназначение, то просто цвёл и пах. Неотрывно сопровождал теперь несчастного Федю и тихонько чего-то ему на ухо трындел.
  А меня всё преследовали проблемы. Хоккейная амуниция на меня пока ещё налезала, а вот коньки - ну, никак. Жеке пришлось выключать из игры ради меня одного из блатных и реквизировать в мою пользу его коньки.
  Игра началась! Торжественно выкатились на лед под аплодисменты зрителей. Поприветствовали лидеров турнира и по совместительству хозяев матча. Наши фанаты на трибунах замечались яркими пятнами посреди остальной унылой безликости. Сразу понимаешь: кто есть ху? Первой вступила в борьбу лёхина пятерка. Воскресенские играли мастерски и заметно превосходили наших. Нелегко нам сегодня придётся. Вовка на командном пункте пришёлся очень к месту. Натренировал нашего водилу орать с выпученными глазами по подаваемым знакам:
  - Смена! Смена!
  После разведки боем началась моя пахота. Я почти мгновенно организовал хозяевам "визг на лужайке". Таблетка затрепыхалась во вражеской калитке. После нас лёхина пятерка целых два гола в свои ворота слили. Молодцы, что не больше. Пришлось мне снова нагонять.
  Мои успешные проходы к воротам противника сменялись столь же успешными отыгрышами с другой стороны, когда играли другие наши звенья. Трибуны ревели во все голоса. С вершин своего мастерства просто не мог в полной мере осознать, насколько трудно сейчас остальным нашим ребятам, но они старались изо всех сил. На перерыв ушли при ничейном счёте: три-три. Жека светился от счастья. Возможная ничья с лидерами турнира им воспринималась несбыточной мечтой.
  Во втором периоде наши парни стали чаще ошибаться, допускать нарушения. Из-за удалений слили две шайбы. Я извернулся только с одной. Четыре - пять. Проигрываем. Я не всемогущий и один за всех играть не смогу. В раздевалке сидели все грустные, переживали. Последняя надежда на меня таяла.
  Жаль, что нет пока полноценного тренера, который бы подбадривал, подсказывал ребятам, как действовать, обращал внимание на ошибки. Вовка деликатничал и стеснялся выступать. Про Федю лучше помолчать в глубоком раздумье. С другой стороны, уж лучше он, чем алкоголик Романыч. Для морального климата команды во всяком случае.
  На последнем раунде битвы вражины вдруг взволновались возможностью поражения, особенно после очередного уравнивания результатов моей клюшкой. По-видимому была получена от их коуча установка выключить меня из игры любой ценой. Как вовремя я сделал закачку в себя хоккейных умений. Ещё бы элементы фигурного катания не помешало бы добавить к общему списку. То, что я творил, уклоняясь от падающих на меня туш защитников, вызывало восторг даже у фанатов противника. Один особо пристрастный защитник "Юности" так впечатался в борт, что уже больше не смог принимать участие в игре.
  Понемногу инициатива переходила на нашу сторону. Вовка придумал перебрасывать меня между пятерками. Сыгрываться получалось быстро. Теперь уже мы давили противника. Жека с Лёхой тоже понемногу разыгрались и лихо подкатывали к вратарской. У воскресенских сдали нервы, полезли в драку. За счёт удалений мы смогли вырваться вперёд. В конце игры на табло светилось: семь - шесть в нашу пользу.
  Что тут началось! Рощинские пацаны чуть с ума не сошли от счастья: кричали, прыгали, лезли обниматься, змея тощего тискали. Трибуны уныло свистели. А вот и наши фанаты обозначились радостным ором. Дураки, бегите оттуда скорей! Побьют ведь запросто, как пить дать. Обошлось. Воскресенские фаны оказались слишком интеллигентными для мщения.
  При раздевалках здесь были оборудованы душевые. Однако, Шумилов что-то отстаёт в этом вопросе со спортивным сервисом. После душа и небольшого отдыха нас попросили собраться одетыми в верхнее у выхода из дворца. В коридорах ко мне незаметно подошёл и отвёл в сторону спортивного вида невысокий мужчина среднего возраста. Привлекали внимание его живые, близко посаженные глаза, из-за чего их обладатель немного смахивал на удивлённого хорька.
  - Имею честь разговаривать с нападающим Семёном Фроловым? - заговорил он.
  Получив подтверждающий кивок настороженной мордой, продолжил:
  - Воронков Олег Николаевич, помощник тренера столичного клуба "Локомотив". Здесь я оказался по чистой случайности. Приехал в гости к Вячеславу, другу по институту. Он тренирует команду, пострадавшую сейчас от вас, - в этом месте хорёк обнажил зубы в улыбке, - Ваше мастерство, очень неожиданное на игре этого уровня, просто бросается в глаза. Не у каждого взрослого хоккеиста такое встретишь.
  Приятно, когда говорят комплименты, но надо идти. Поблагодарил спортивного хорька и приготовился двигаться дальше.
  - Буквально пару минут позвольте у вас украсть, - взмолился представитель клуба, заметив мои намерения, - Прошу вас подъехать в любое удобное для вас время для встречи с главным тренером нашего клуба Богиновым Дмитрием Николаевичем. Возьмите, пожалуйста, мою визитку и позвоните, когда соберётесь.
  Олег протянул мне тиснённую визитку. Я взял её и сделал непонимающее лицо.
  - С какой целью я туда должен ехать?
  Хорёк даже вспотел, взволновавшись моей непонятливостью:
  - Я же предлагаю вам сделать хоккейную карьеру в столичном клубе. Любой подросток ваших лет будет рад даже намёку на подобное предложение.
  - Мне недавно уже поступало подобное предложение играть за ЦСКА от самого Толи Фетисова, - зачем-то соврал я, - Так что, я не могу вам ничего обещать.
  - Снова они..., - чуть слышно проговорил хорёк и заиграл желваками.
  Немного подумав, он решился продолжить разговор:
  - У Локтева вы будете в запасе без толку сидеть. Играть там вам не дадут. А у нас, судя по вашей игре, сразу определитесь в основной состав. В перспективе после школы поступление без экзаменов в МИИТ - один из самых престижных вузов страны. Можем сразу перевести вас на учёбу в нашу спортшколу с общежитием и питанием. Достойную оплату, отдых, всё что надо организуем. Если остались ещё вопросы, звоните по указанным телефонам, всё обсуждаемо. В общем, думайте и скорее соглашайтесь.
  Уважительно пожав на прощание руку, спортивный функционер быстро удалился спортивной походкой. В отдалении стояли и ревниво следили за нашими переговорами Лёха с Антоном. Я что, уже под негласным наблюдением?
  - Чего он от тебя хотел? - принялись тут же допрашивать.
  - Интересовался, почему я без нормальной одежды хожу, в одних только спортивках, - съехидничал в ответ.
  - А ты чё сказал?
  - Сказал, что в раздевалке нашей команды такая зломогучая моль завелась, что сжирает всю одежду за один рывок. Вот и приходится ходить в чём попало.
  В фойе долго ждать не пришлось. Нашего бравого усача-тренера уже куда-то успели увести. Подошла женщина приятной наружности и сопроводила нас через площадь в расположенный напротив ресторан, закрытый на спецобслуживание. Там сдала нас холёному мужчине неопределённого возраста, который сразу же принялся хлопотать:
  - Заходите, товарищи победители, рассаживайтесь. Сейчас перед вами выступит с поздравительной речью первый секретарь Воскресенского райкома нашей партии товарищ Сорока Иван Григорьевич.
  
  24.
  Воскресенье, 16.02.1975 г., наличка - 0
  Откуда-то из соседнего помещения появилась толпа пиджаков. Наш Федя, немного струхнувший и побледневший, оказался среди них. Движением рук холёный хлопотун обозначил, что нам надо похлопать руками. Похлопали, коль просят. Один из зашедших, самый полный, выступил вперёд и, улыбаясь, пробасил:
  - Вот, черти. Обидели моих ребятушек. Правильно, надо их порой с небес на землю спускать. Возгордились чрезмерно. Но, молодцы! Такую игру показали, за какую не грех и поблагодарить. Давайте угощайтесь, празднуйте свою победу. Наши повара искусны, хорошо для вас постарались. Спасибо вам за прекрасную игру. За будущее советского хоккея!
  Он поднял фужер, выпил со свитой, и все они убрались в обратном направлении. В наших наполненных фужерах оказалось настоящее шампанское. Официанты на подносах вынесли кастрюльки с борщом и сами всё разлили по тарелкам. Зазвенели ложки. Голодные спортивные морды пылко набросились на еду. Я только сделал пару взмахов ложкой, как ко мне подошёл всё тот же хлопотун и пригласил следовать за собой.
  В небольшом зальчике, как я понимаю - для VIP-персон, сидели за составленным столом, насыщались и дружески беседовали Федя со своими коллегами в окружении воскресенских функционеров. Партийные они были, или спортивные, хрен их там разберёшь. Клейм на них никаких не имелось. Столы здесь были накрыты не в пример богаче ребячьих. Кое-где мелькала водочка. Внезапный тренер наш уже заметно набубенился и втирал своим сотрапезникам в уши всякие мерзопакостные анекдоты про баб.
  Однако, мы с провожатым здесь не остались и прошли дальше. Оказались в шикарном кабинете с картинами, коврами, телевизорами, аквариумами и чирикающими попугаями в клетке. На просторных кожаных диванах восседали полулёжа массивный районный вождь, такой примерно по комплекции незнакомый мужчина с властным, почти квадратным лицом и худощавый брюнет восточной наружности. Все были примерно одного возраста за полтинник. В отдалении на стуле притулился невзрачный и неприметный пиджак.
  На столе буйствовало поистине райское изобилие: салаты, морепродукты, грибы, шарлотки с икрой, мелкие фигурные пирожки, виноград с персиками, редкие для тех времён тропические фрукты типа манго с ананасами, естественно украинское сало и всевозможное жареное мясо. Квадратный товарищ пристально следил за выражением моей морды и заметно удивился, когда я не особо сильно впечатлился. Движением толстых пальцев он указал мне присесть на свободное место на диване.
  - Бери, лопай всё, что видишь перед собой. Ты такого, наверно, в своей жизни никогда не пробовал? - хлебосольно предложил он.
  Произносил слова он с таким пыхтением, словно тягал что-то особо тяжёлое.
  - А почему клубники нет? - скривил я морду, - За границей её в любом супермаркете круглый год продают.
  - Ишь ты, какой продвинутый. Клубнику ему подавай, - хмыкнул квадрат и обратившись к своим сотрапезникам, пояснил, - Такой же наглый и нахальный, какой и я был в его лета.
  Я на такую сентенцию промолчал с ожидающим видом. Ведь не степень моей наглости сюда вызвали обсуждать. Внушительный толстяк, забросив в свой обширный роток пирожок, ласково проворковал, - Ты чего, зайчик, в спортивном костюме по ресторану разгуливаешь? Нечего одеть, что ли?
  - Украли все шмотки подчистую после игры, - зачем-то высказал наболевшее с мрачным видом.
  - Это ещё что за новости? - грозно надвинулся спросивший на своих съёжившихся сотрапезников, - Немедленно разобраться.
  Сразу стало понятно, что он в этой тусовке главный. Получается, что я кого-то подставил под раздачу. Районный вождь проворно соскользнул с дивана и выскочил из кабинета.
  - Я сейчас же сам лично куплю для паренька всю необходимую одежду, Василий Иванович, - отважно встрял спортивный брюнет.
  Обратный ход давать было уже неразумно. Прибарахлюсь бесплатно по такому случаю, коль обломилось.
  - Где ты её купишь, одежду для пацана, Николай Семёнович? В воскресенье тут все промтоварные магазины закрыты. И почему ты? Пускай этот твой хлыщ Одиноков раскошеливается, раз тренировать не научился. Ладно, потом решите этот вопрос с Иваном Григорьевичем, - распорядился квадратный и обратился ко мне, - Знаешь, малец, кто самолично высказал пожелание тебе помочь выправить одежду?
  Я уже догадался хоккейным умом, кем является чернявый. Вычислил таким же образом и квадратного босса. Подмосковного партийного царя Конотопа Василия Ивановича отличало особое пристрастие к воскресенскому "Химику" настолько, что другим подмосковным командам запрещалось даже мечтать о выходе в высшую лигу.
  Изобразил всеми мышцами своей наглой морды, что не имею никаких идей по спортивному брюнету. Тот нисколько не обиделся и даже улыбнулся, зато квадратный возмутился:
  - Ты только посмотри на этих охламонов. Не знают и ничего не хотят знать. Ты сейчас сидишь с самой легендой советского хоккея. Это же Эпштейн Николай Семёнович, основатель "Химика" и её заслуженный тренер. Команда не покидает верхние строчки высшей лиги. "Спартак" и "ЦСКА" очень трясутся, когда им предстоит игра с ними.
  - Наговариваете, - мягко поправил его тренер, - Пока мы в середнячках обретаемся.
  - Если не будем ничего делать с молодёжью, то и в середине не останетесь, - раздражённо поменял свою точку зрения квадратный вождь, - Менделята совсем играть разучились. Выгнать что ли этого твоего Славку Одинокова?
  - Вступлюсь за коллегу. Играют наши менделейчики на вполне приличном уровне. Всё дело в этом внезапно свалившемся на нашу голову феномене, - брюнет указал на меня, - Играет стервец просто виртуозно. Я бы не отказался его взять себе в основной состав Химика.
  - Ну, так за чем дело стало? Бери его, - с барскими интонациями в голосе проговорил квадрат, - Позвоню сам Коновалову в Правдинск. Но, только со следующего сезона его возьмёшь, а в этом пусть поможет нашим менделятам заделать бреши и выбраться на первое место.
  Вообще-то я здесь, кажется, в живом виде сижу и где-то даже ушами слушаю. Не перепутал ли мужик случайно эпохи, а то происходящее мне живо напомнило продажу крепостного крестьянина на торгах.
  - Моё мнение не лишним было бы спросить, - как бы невзначай пробухтел я, - У меня есть родственники, друзья, интересы. Никуда переходить пока не собираюсь.
  Партийный вождь посмотрел на меня, как на внезапно заговорившую куклу.
  - Ты представляешь себе, с кем сейчас разговариваешь? - начал багроветь он.
  - Областной первый секретарь, - скучным голосом удовлетворил его любопытство.
  Вернувшийся вождь районного уровня тут же влез с угодливой улыбкой.
  - Не беспокойтесь, Василий Иванович. Мы с ним поговорим. Всё будет в полном порядке.
  - Не сомневаюсь, - пропыхтел товарищ Конотоп и раздражённо ушёл.
  Видя, что дело идёт к развязке, срочно накидал в тарелку всяких элитных вкусностей и принялся усиленно работать челюстями, слушая об ожидающих меня молочных реках в кисельных берегах, если не стану глупить и соглашусь играть за местный "Менделеевец".
  Незаметно пролетело два часа. Очухался, когда на часах было начало пятого. Соратники мои, наверное, уже умотались домой, прихватив зловредного змея. Как они там с пьяным водилой ситуацию вырулили, интересно бы знать? А товарищ Сорока меня уже порядком остодрючел своими уговорами. Изобразил состояние, что нужно уже домой возвращаться к мамке под крылышко. Против такого аргумента сильно не попрёшь. Заставили взять визитки с обещанием в ближайшие два-три дня дать ответ и предложили посетить склады, чтобы прибарахлиться. Распоряжением Первого никто пренебречь не осмелился. На Жигулёнке меня повёз не Эпштейн, а неприметный помощник. Не знаю чей. Ещё обнаружилась одна смешная фишка. Этот чувак был готов исполнять любые мои капризы, сохраняя абсолютно бесстрастное выражение лица. Просто киборг какой-то с планеты Зет.
  Ехал и предвкушал, что мне вывалят всё самое стильное импортное шмотьё от которого дух захватит, раз уж от самого Конотопа распоряжение поступило. Джинсами там даже не пахло, зато унылых костюмов загробных расцветок хоть завались, свитерки с идиотскими оленями. Обувка тоже не особо радовала глаз. Ясное дело - всё от отечественного производителя. Рубашки более-менее приличными оказались. Набрал их целых четыре штуки. Пришлось скрепя сердцем выбрать костюм мышиной окраски, свитерок и боты чёрные "Смерть в тоске". Ещё на один костюм рука на поднялась, хотя советовали. По мелочи настрелял всяких носков, трусов, носовых платков. Мне всё это упаковали в плотную коричневатую бумазею и с выражением безмерного счастья на лице вручили.
  Заставил своего киборга сразу же отвести мою драгоценную персону в родные края. Тот слегка погрустнел, но ничего не сказал. Вскоре его Жигуль зафырчал по пустынным подмосковным дорогам. Пытался разговорить своего невозмутимого спутника. Не сидеть же безмолвным чубраном. Особых успехов не добился. Отвечал он односложно, нехотя. В городке высадил возле самого подъезда и на предложение подняться ко мне, выпить там чайку и немного отдохнуть после двухчасовой поездки, ответил решительным отказом. Ну, как говорится - насильно мил не будешь. Попрощался с ним и потопал в свою халупу.
  В квартире властвовала благодатная тишина. Япономама снова куда-то отчалила и проспиртовывается где-то там. Подозреваю, что и на работе не маячила. А, хрен с ней. Вот только придётся пережить очередной набег толстых общественниц. Чтоб их там во всех местах скрючило! В холодильнике снова царила зияющая пустота. Блин форшмачный, у меня же ни копейки в карманах! Надо было бы у Конотопа пару ряпчиков стрельнуть, не обеднел бы.
  Предложение от самого первого лица московской области обещало массу всяких вкусных бытовых приятностей. Удерживало меня от решительного согласия только страстное желание увидеть счастливой Инну. А что, если подпрячь всемогущего деятеля на решение этой проблемы? Зря я в позу полез из-за малость хамского поведения руководителя. Они же от долгого пребывания наверху мозгами меняются, разучиваются соблюдать нормальные взаимоотношения.
  К Инне уже было поздно идти. Можно, конечно, по своим каналам просунуться, но надоело, если честно, что-либо обещать медичкам. Надумал сходить на танцы в клуб, проконтролировать исполнение своего подарка для Ленки Бекетовой. Всё-таки надеюсь, что Толян Шиловский не законченный урод и выполнит условия сделки.
  В новых халявных брюках и свитере подгрёб к дому культуры. Неожиданно нарисовалась проблема на пустом месте. Вахтёрша, пикина бабуленция Нина Прокофьевна, иногда пропускавшая друзей внука бесплатно, теперь опекалась парочкой плечистых комсомольцев Лешего с решительными рожами и повязками дружинников. Понятно, что они были нацелены прежде всего тормозить пьяных, или трезвых, но начинённых пузырями, слишком мелких и девушек в критически коротких платьях. Докапывались иногда и просто так, если рожей не понравился. Вряд ли они согласятся закрыть глаза на безбилетный пролаз. Обращаться с какими-либо просьбами к комсомольскому богу по понятным причинам мне тоже не хотелось, а билеты на танцы стоили восемьдесят копий. Растерянно покрутился, глядя на весело спешащий на танцы молодняк. В голову пока ничего не приходило, кроме как повыпрашивать денег на билет. Мля, чего мне так вдруг стыдно стало? Куда пропала моя фирменная наглость? Не узнаю я тебя, Чиканос? Совсем размяк в застойном благополучии?
  К девчонкам, ясное дело, подходить было бесполезно. Все мордальные мышцы в нужный момент отказывались повиноваться, а язык только вываливался изо рта дохлой собакой. С парнями было тысячекратно легче о проблеме разговаривать, хоть некоторые не упускали момента слегка поглумиться, отчего я малость подваривался. В общем, несколько минут позора, и я на танцплощадке, что располагалась в фойе балкона на втором этаже здания.
  Группа Толяна в полном составе суетилась в предстартовой лихорадке на эстраде. Худрук в своем неизменном пиджаке, метался ярким клетчатым зайчиком. Небольшое пространство между ними и залом бдительно курировали усато-патлатые комсомольские дружинники, одетые тем не менее танцевально. По праву их руководителя рассекал по залу своим мускулистым телом комсорг Леший. Нашел, гад, чем приманивать к себе слабый пол. Волосатая грудь выглядывала из-под как-бы случайно расстёгнутой на пару пуговиц моднячей рубашки. На меня он скользнул взглядом, но ничего не сказал. Не узнал, что ли?
  Простые смертные смотрели на музыкантов благоговейно. Мне помнились эти ощущения с обоих сторон окопа по мустанговому прошлому. Понятное дело, что я расположился подальше от эстрады, чтобы не попадать бывшим коллегам на глаза. Не помогло. Откуда-то из-за спины вылез Ларик и случайно толкнул меня. Обернувшись, возможно для извинений, или обругиваний, хрен его поймёт, узнал меня и радостно пробасил:
  - Паха, ты чего тут маешься? Пошли к нам. Толик тебя искал, а ты слинял, как обиженная барышня.
  - Сам ты, Витёк, обиженная барышня. Меня не палИ, прошу по-человечески.
  Ларик озадаченно взглянул на меня и машинально кивнул, соглашаясь.
  Контингент желающих танцевать все прибывал. Моя подросшая фактура имела неплохие котировки. Девчонки отчаянно стреляли глазками и, похоже, намечали меня в качестве танцевальной жертвы. Неожиданно появилась Юлия в невероятно красивом голубом платье с вышитыми чем-то серебренным цветами, в сопровождении здоровячка с украинскими чертами лица. Хм, странные вкусы у такой изящной девушки. Увидев учительницу, комсорг разлетелся к ней, но вскоре резко переменил маршрут.
  Подошла Бекетова с друзьями и подругами в виде Романовой, Пономарева и прочих морд из разных классов. В мою сторону посмотрела, но сделала вид, что не увидела. Среди её свиты обнаружился змей. Вот гад, не то слово. Везде успевает. Увидев меня, змеище радостно замахало конечностями и ринулось ко мне.
  - Ха, а я думал, что ты в Воскресенске остался, - выпалил он, подскочив.
  - Я про вас всех такого же был мнения. Как же вам удалось уехать? Федя ведь неслабо накирялся.
  - Среди фанатов один мужик случайно оказался шофёром. Нам сказали, что тебя ждать не нужно. Поели в этом классном ресторане и сразу пошли к автобусу. Меня все так благодарили. Прямо до самого дома довезли.
  - А сейчас чего возле Ленки трешься? - переменил тему.
  - Так на дне рождения у ней был. Я же тебе говорил, что она нас приглашала. После приезда сразу к ней пошел.
  - Не слышал ни о каком приглашении... Но, допустим. Без подарка к ней припёрся? - вырвалось вдруг от обиды.
  - Обижаешь. Альбом для фотографий подарил, - гордо вякнуло чудище.
  Чего я на него взъелся. Ведь не виноват же он, что я пролетел мимо дня рождения.
  - Обо мне Ленка чего-нибудь спрашивала? - спросил просто для интереса.
  - Ага, спрашивала, почему ты не пришёл, - заулыбалось подлое чудище, - Да там ничего интересного не было. Скукота! Посидели, тортик поели, мафон послушали, потряслись чуток. Потом сюда пошли...
  - Ладно, смотри у меня. Не то враз твоей Алке нажалуюсь. Она тебя вмиг побьёт...
  Змей протестующе скорчил мне забавную рожицу, а ко мне незаметно сзади подошел худрук.
  - Пашик, пойдем в студию. Надо поговорить.
  И ни слова больше не говоря, поволок за собой. Прошли в его руководительский кабинет мимо студии. Добравшись до своего кресла, Толян привычно рухнул туда, кивком лица усадив меня напротив. Схватил выигрышно лежащую пачку Кэмела со стола и артистичным движением забросил сигаретину себе в рот.
  - Куришь? Ай, извини. Забыл, что ты блюдёшь зож. Склероз совсем замучил.
  - Танцы щас начнутся, - хмуро напомнил ему.
  - Подождут, не графья, - криво усмехнулся худрук, - Ты чего тогда сбежал? Мог нормально все объяснить, а то в обидки сразу ударился. Понимаю, творческая натура. Я то думал, что брательник вещь наваял. Забрал себе. Статус надо ведь мне поддерживать. А тут, оказывается, она твоя. Ну что, мир?
  Перед моей мордой возникла малость волосатая рука. Я не гордый, можно и помириться.
  - Значит, такое дело. Я с этой песней уже влез глубоко. Всем растрепал, что моя. Задний ход давать невозможно. Давай договоримся. Я выкупаю у тебя "Красного коня", а ты везде подтверждаешь мое авторство. И будешь дальше с нами сотрудничать, ладЫ?
  - За сколько покупаешь? - не скрыл свою заинтересованность.
  - Стольник...
  - Смеешься? Эта песня выстрелит почище "Зорьки алой", которую Гена Белов, мой приятель, по телику трындит. Ты в сто раз больше только на одних авторских отчислениях поимеешь за год.
  - Триста. И мое предложение последнее, - недовольно отчеканил Толик.
  Я промолчал, намекая, что дальнейший разговор бессмысленен.
  Худрук пожевал губами и с тяжелым вздохом произнес:
  - Пятьсот!
  Странно торгуется, парень. Большие шаги делает. Я подумал и решил, что пора соглашаться. Сильно борзеть пионерам не положено. И так перегрел ситуацию.
  - Согласен. Только давай договоримся наперед. Песен у меня больше не воровать.
  Худрук на эти слова удивленно воззрился на меня, подумав, кивнул согласительно и сказал:
  - Договорились, значит. Деньги на неделе вручу, не сомневайся. Кстати, что за композицию ты напоследок исполнял? Довольно интересная вещица.
  - Если понравилась, то можно её для конкурса приспособить.
  - А как же слова? - заинтересованный тон худрука несколько позабавил меня.
  - Подобрать слова не проблема, - принялся заинтриговывать Толяна.
  - После танцев не уходи. Обсудим вещицу.
  - ЛадЫ!
  - И последнее. На тебя сегодня можно рассчитывать?
  - В каком смысле? - немного обалдел, - Я билет покупал, чтобы попасть сюда и оценить исполнение моего подарка для Лены. Так что, я сегодня ваш, надеюсь, благодарный слушатель.
  - Вернём тебе деньги за билет и заработать сегодня дадим больше обычного, - продолжил уговоры Толик, - Если хочешь потрястись с девчонками, то часик до перерыва побалдей, а потом на пахоту. Ещё часок вместо меня поработаешь и свободен. Согласен?
  А по идее чего я теряю? С деньгами у меня опять напряг случился, хоть и временный. В Роще меня ожидают шахматный гонорар и дядина пятнашка. До среды мне ведь надо как то здесь существовать. Кивнул тыковкой, выражая согласие. Худрук порывисто вскочил с кресла, обозначив окончание рандеву, и двинулся вальяжной походкой работать. Я деликатным пионером пристроился позади.
  Танцы задержались на целых десять минут. Молодняк принялся выражать свое возмущение руганью и свистом. Дружинники обозначали движение в сторону особо матерящихся, гася протестные настроения. Клетчатый пиджак желтой молнией пронизал толпу, вскочил на эстраду и схватил гитару. Действо началось.
  Несколько композиций были для простого дрыганья. Музыканты свое дело туго знали. Я тоже немного повихлялся в компании взрослых парней. Заметил, что многие были не из нашего городка и смотрели на меня как-то странно. Потом от них ко мне подступила группка со стоячими глазами. Я даже струхнул малость, подумав, что бить собрались. Здесь с этим делом запросто. Один из них вежливо так спросил:
  - Можно поинтересоваться? Не вы ли тот самый хоккеист, кто бьется за наш район на "Золотой шайбе"? Мы тут поспорили чуть ли не до драки.
  Кивнул в ответ осторожно, переводя дыхание. Парни обрадовались, принялись знакомиться, пригласили в свою компанию. Узнал среди них некоторых, проспонсировавших меня на билет. Ребята запереживали и сильно смутились, что такому замечательному пацану пришлось унижаться у входа.
  Медляки старался ни с кем не танцевать. Раньше, в смысле, в моем мире было гораздо проще. Наметил интересный объект, потанцевали, познакомились, поехали всё равно к кому домой исполнять священный долг перед матушкой природой. Теперь хренушки, только побродить, держась за руки, по аллейке, или в самом лучшем случае, потискаться и пососаться где-нибудь в подъезде.
  Потихоньку наблюдал за Бекетовой. Подле нее плотным роем вились старшеклассники. А на один медляк ее утащил сам Леший. Меня тоже опекали разновозрастные девчонки. В общем, двойной барьер. Юлю по-прежнему кружил слоноподобный парубок. Танцевал он неплохо, несмотря на габариты. Или на фоне красивой женщины так казалось?
  
  25.
  Воскресенье, 16.02.1975 г., наличка - 0
  Под невероятно красивую мелодию Антонова "Нет тебя прекрасней" ко мне подошла сама не очень красивая девушка и предложила пригласить ее на танец. Смелая, это хорошо, а вот то, что она была не в моем вкусе, это уже не комильфо. Фигура немного тяжеловесная, круглое лицо и полные губы. Чем-то на ведущую передачи "Здоровье" похожа. Я лихорадочно принялся искать причины, чтобы отвертеться от медляка, но она так жалобно на меня взглянула, что язык не повернулся отказать.
  - Ты ведь Чика? - поинтересовалась она, кладя руки на плечи.
  Дождавшись утвердительного кивка, спросила:
  - А я - Юля. Мне тебя порекомендовали. Сказали, что ты три рубля за ночь берешь.
  Я отшатнулся.
  - Тебя разыграли, дурочка, зло подшутили.
  - Сам дурак. Про то не от одного человека слышала. Я тебе больше обычного заплачу, если сразу после танцев ко мне домой пойдём. Чего танцевать прекратил? - безапелляционно раскомандовалась пышка.
  Мы старательно двигали бёдрами под лиричные завывания солиста ансамбля Дениса. Девушка наклонила ко мне близко лицо и умиротворённо посапывала носом. Я же лихорадочно пытался собрать разлетевшийся на мелкие осколки рассудок. Офигеть! Реликтовые чикины бумеранги продолжают возвращаться и больно стукать по чердаку. Я, конечно, предполагал разные варианты съёма на танцах, но чтобы меня самого, да в такой редакции... Мог сразу же послать эту толстую дуру пастись в далёкие прерии, но несущегося на всех парах к заветной постели носорога опасно резко тормозить. Постепенно подведу к мысли, что ей ничего от меня не обломится.
  - Я тебя раньше здесь на танцах не встречала, - зачем-то сказала Юля, нарушая затянувшееся молчание.
  - Я тоже, - неопределённо промычал.
  Танец закончился. Девица придвинулась ещё ближе и жарко продышала в лицо:
  - После танцев жду тебя у выхода.
  Ну, жди, жди. Вдруг чего-нибудь наждёшь.
  Как только объявили белый танец, на меня налетели сразу несколько девиц. Юлю они просто отшвырнули со своего пути. Отдался первой добежавшей. Энергичная особа, рыжеватая, с чарующим именем Маргарита.
  Есть магия у любого имени. Достаточно вспомнить булгаковскую героиню, или решительную мадам Хоботову из "Покровских ворот". Эти ходячие трансформаторные будки разве что не искрят. Болтала без передышки, даже не утруждаясь поинтересоваться тем, как я ее воспринимаю. Для разовых контактов такие девушки - то, что надо - веселят, развлекают. Для длительного общения тяжеловаты. Денис исполнял "Звездочку мою, ясную". Рита не заботилась попаданием в ритм песни и двигала бедрами более энергично, чем следовало.
  Музыканты объявили перекур. Ко мне снова незаметно подошел Ларик и вырвал из рук рыжей бестии словами:
  - Пойдем к нам. Пивка холодненького хлобыстнем.
  Фух, пиво в данный момент было бы кстати. Оно оказалось самым обычным, магазинным, из эмалированного бидончика, зато действительно холодным. Вспомнил, что в кабинете худрука у окна стоял небольшого размера холодильник. Пиво было "Жигулевским". Действительно, зачем советскому деятелю искусств какое-то другое пиво, если есть "Жигулевское". К нему прилагалась пахучая вобла с икрой. Женская часть коллектива перебивалась "Мадерой".
  Мое появление было встречено радостным завыванием. Прям таки возвращение блудного попугая. Главный лично разливал напитки по кружкам и бокалам. Служители муз разбредались по углам студии и гудели житейскими новостями. О музыке никто не пискнул ни слова до конца перерыва. Толик подошел ко мне и сообщил, что в следующем отделении состоится мой сольный бенефис со всеми моими композициями, включая подарочную, и добавил:
  - Забыл совсем. Тебе давали текст Шизгары на русском?
  Кивнул, хоть и не давали. Проблем нет, если в тебя загружена вся музыкальная библиотека.
  - Дениску обычно меняю я, но сегодня моё горло шалит. Отголосишь вместо меня следующий час. Потом уж дальше он до конца. И подойди к Раечке. Пусть она подготовит твоё лицо, - распорядился худрук, протянул список песен для выступления, нацарапанный на блокнотном листе в клетку и направился дымить в свой кабинет.
  Хренасе, покопавшись в черепушке обнаружил, что текстов Шизгары на русском оказалось больше, чем нужно. И какой нужно выдать? Ладно, без разницы. Какой залезет на зуб, тот и выдам. Раиса, это которая макарониновидная скрипачка с платьем до пола. Она с готовностью завела меня в еще один кабинет, оказавшийся гримеркой, где принялась обрабатывать мой фейс. Единственное, что она попросила:
  - Не называй меня Раисой. Так меня только всякие клетчатые придурки называют. Мое имя - Ираида Валерьевна, или просто Ира.
  К окончанию десятиминутного перерыва моя морда блистала, как хозяйство у кота. Контингент заждался и бурлил в нетерпении. Вытащился на эстраду под озадаченные взгляды новых знакомых.
  Кто-то пацаньим голосом завопил:
  - Ребяты, это же хоккеист Фролов. Ура ему! Молоток, Фролов!
  Завыли, засвистели, начали аплодировать. Не подозревал, что столько местных пацанов фанатеют от рощинской команды. Млин, я теперь живым домой не попаду. Девчонки прямо на скаку изнасилуют. Вон, рыжая облизывается в самом прямом смысле. Давайте, родные, я в полной готовности. Музыканты тоже озадачились. Я пожимал плечами в ответ, не желая ничего объяснять.
  Другая часть публики, среди которой овалились глаза одноклассников и самой Бекетовой, недоумевала ещё сильней:
  - Какой Фролов? Это же Чика...
  Первым в моём списке стоял медляк Тухманова "Восточная песня". Я вступил на лидере. Тип своего голоса я бы определил как мужественный тенор с приятным вибрато. Хотя с иной стороны может показаться и по-другому. Отдался песне со всей своей страстностью. Девки просто визжали от восторга. Витек Ларионов оттопыренный большой палец показал.
  Следующим номером был... Впрочем, не важно. Парни принялись кричать:
  - Жги Шизгару! Эй, спортсмен, давай Шизгару!
  Без вопросов. Пошли аккорды. Эх, надо бы все-таки уточнить у Толяна текст. Многие застыли и выпучились на такую версию:
  - Я шёл домой, слегка качаясь,
  Как крейсер направляясь в порт,
  И вдруг отчаянно ругаясь
  Навстречу мне по правый борт.
  Шесть гадов,
  Здоровых шесть гадов,
  Шесть активных, агрессивных,
  Шесть га-а-адов.
  Насчёт курить вопрос задали,
  А я ответил, мол, не дам.
  За что меня слегка помяли
  И накидали по рогам.
  Шесть гадов,
  Здоровых шесть гадов,
  Шесть огромных, вероломных,
  Шесть га-а-адов
  Лежу я, маму вспоминаю,
  Житуха в падлу, всё облом.
  И вдруг случайно замечаю,
  Что рядом на асфальте - лом
  Сопя, как слон, я приподнялся.
  "Сюда, козлы!" - им заорал.
  А лом примёрзшим оказался
  Зачем же только их позвал.
  Шесть гадов,
  Здоровых шесть гадов.
  Шесть громадных, беспощадных,
  Шесть га-а-адов.
  Сейчас у меня уже было визжаще-мяукающее звучание. Даже не знаю, куда отнести. Короче, слегка хрипучий Фредди Меркьюри с истерическими вкраплениями Кипелова. И хоть с текстом я тупанул, выдал такой драйв, что народ неистовствовал и требовал повтора. Вмешался правопорядок в лице Лешукова и вознамерился запретить повторное исполнение. Пацанва разозлено заурчала и приготовилась бить морды активистам. Срочно возник клетчатый Толик и вынес соломоново решение: "Шизгару исполнят, но только через час". Мне он также показал большой палец.
  Дальше должен исполняться подарок Бекетовой, но после жаркого предыдущего экшена решился отложить его. Сдемпфировало ситуацию исполнение композиции "Юлии". Толик на слух её срисовал тогда у меня на посиделках у учительниц, но аранжировал бедноватенько. Надо будет усилить клавишными. А слова... Уж никуда не денусь, впишу.
  Музыканты хорошо постарались с подготовкой композиции. Молодняк выражал одобрение. Англичаночка благодарно, и вместе с тем удивлённо смотрела на меня.
  - А сейчас в честь именинницы Елены Бекетовой впервые исполняется специально созданная для этого события песня "Алёнушка", - объявил в микрофон.
  Надеюсь, после такого подарка она перестанет дуться на меня за то, что не пришёл на её днюху.
  Вступление отыграл сначала Витек на органоле. Жаль, что не удалось привлечь гармонь. Подключился я бархатным голоском. Лирично так помявкал. Денис немного подвывал вторым голосом. Красиво, просто жуть. У самого даже мурашки по коже побежали. Ближе к концу исполнения заметил, что что-то не так. Оказывается, никто не танцует. Все стоят и слушают. Естественно, заслужил аплодисменты. Худрук вынес из студии букет бордовых роз и поднес Ленке. Та и так была в полуобморочном состоянии, а после цветов и вовсе впала в анабиоз. Молодец, Толян. Правильно подсуетился.
  Дальше на листике был обозначен толяновский медляк "Натали". Не знаю, как его восприняли, если бы я не дал в голос немного Иглесиаса, Хулио который. Опять благодарный визг, естественно от женской части. Клетчатый весь зарделся, как слон.
  Время уже подгребало к десяти. Следующая песня должна стать последней. Боже ты мой, как же я устал!
  - А сейчас предлагаем вам одну детскую песенку. Надеемся, что она вам понравится. Называется "Меня укусил гиппопотам", - сказал я жизнерадостным тенорком.
  Вжарили гиппопотамом по толпе. Толпа чуть с катушек окончательно не свинтилась. По драйву на второй Шезгарес композиция претендует.
  Пошли снова перекуривать пивком. Меня парни в зале от души благодарили за чудесные песни, а девчонки млели в некоем предвкушении. Я тоже весь под парами. Давайте, зазывайте, если есть у кого свободная норка, лучше без пап и мам. Рыжуха где? А, вижу. Смотрит голодной волчицей. Вот с ней я, пожалуй, зажгу фейерверки. Наглую толстуху уже не учитывал, воспринимая эпизод как дебильную шутку. Вован стоял посреди группы пацанов и с упоением что-то им втирал в уши, размахивая своими лапами. Про свои хоккейные подвиги рассказывал, наверное. Его Алка стояла неподалёку с группой девчонок. Бекетова поблагодарила меня за чудесный подарок, когда мимо протискивался в направлении туалета. Рассеянно пообещал сделать магнитофонную запись этой песни и передать ей в качестве презента.
  - Молодой человек, вы торопитесь?
  Не голос, а сама симфония. И он принадлежал красивой Юлии. Я моментально обернулся.
  - А у тебя, Паша, оказывается, очень хорошие вокальные данные. Стоит больше уделить внимание своему голосу, - предложила она.
  - Благодарю. Совершенно не стоит. Карьера оперного певца меня не вдохновляет, - сказал и разозлился на себя за неуклюжее построение фраз.
  - Юлечка, тебе этот молодой человек не досаждает? - нарисовался внезапно украинистый ухажёр.
  Не только густые брови и тяжелые щеки, но и мягкое "г" выдавало в нём уроженца днепровских прерий.
  - Нет, Кость, отойди на минутку. Мне надо поговорить с этим молодым человеком, - с нотками недовольства сказала девушка.
  - Не можно, Юля. Сама ведь знаешь, - строго выговорил ухажёр и, обернувшись ко мне, выговорил, - Иди хлопчик по своим делам.
  Что за хрень? Пусть этот слоняра валит в свои края и устраивает там Домострой с себе подобными бабищами. Здесь другие порядки, или я чего-то не туда проснулся? Видел-видел, как Юля с ним танцевала. Лучше бы ей с дрессированным медведем такое совершить. Эстетичней получилось бы. Скандалить не стал. Потом разберемся по-будённовски из-за угла.
  Аллес! Зов мочевого пузыря заглушил все другие мысли и переживания. Доскакать до вожделенного места не дала пышка Юлия, которая почти Белянчикова. Она почему-то решила, что песня "Юлия" в честь неё исполнена и вознамерилась чмокнуть меня. Дался ей. Куда деваться? Не прудить же себе в штаны. Лучше бы чпокнула по кумполу, потому что в этот момент в мою сторону посмотрела Бекетова. Вот засада! Присосалась же, как пиявка, эта матрёшка. Пышка, которая. И поцелуй какой-то жирный получился. Беляш, наверно, съела?
  Что-то родители ей привили из области культуры. Когда сказал, что уже сил нет и сейчас непременно обоссусь, сразу же отпрыгнула. С трудом освободившись от объятий, я продолжил тащить наполненный пузырь в заданном направлении, тихо матерясь. При попытке кого-либо остановить меня, просто повышал громкость и смотрел бешеным скунсом. А вот и она, вожделенная комнатуля! Где тут твои драгоценные писсуары?
  Показался знакомым выходящий блондин из туалета. Твою... песочницу! Это же гнида Ганс. Скользнул по мне равнодушным взглядом и направился дальше. Не узнал, что ли? Что-то давно от Панка не было никаких приветов. Заскочили музыканты, возглавляемые клетчатым пиджаком.
  - А, ты здесь трешься? - завопил Толян, - Станешь снова на лидере. Мне финансы надо идти подбивать.
  - Мне домой надо бы... - засомневался я, - Живот чего-то стал побаливать.
  - Побаливает, так в кабинку иди, выложи лишнее. Хе, домой он собрался... Тебе деньги уже не нужны? - безапелляционно высказался худрук, застёгивая штаны.
  Надо бы пораньше умыкнуться, теперь придётся отыгрывать вместо Толика. Терпеть не могу, когда обговоренные условия вдруг начинают меняться и деваться некуда. Последний сет нашего выступления начался с песни Антонова "Если любишь ты...". Потренькал, как надо. Поподвывал голосом солисту, где надо. Нормальный такой творческий процесс. На сём работа Дениски закончилась, так как молодняк восхотел еще раз услышать "Шизгару" непременно в моей версии и моим голосом. Причём все не сговариваясь перешли на новое название "Шесть гадов". Толика поблизости не было, поэтому препирательства между мной и Дениской затянулись. Из зала меня принялись дружелюбно упрашивать:
  - Давай, спортсмен. Покажи класс! Не отказывайся! Уважь пацанов!
  Пришлось поорать гадский вариант. Потом повторил под нажимом публики "Юлию", "Алёнушку", "Звёздочка моя, ясная" Стаса Намина, тухмановскую "Налетели вдруг дожди", снова "Шесть гадов", причём одновременно бряцая на лидере. Захомутали всего, гады просто-напросто. Всё, больше не могу. Глотка не лужёная.
  С моим издохом танцы одномоментно закончились. Молодые люди свистом и аплодисментами поблагодарили музыкантов и стали расходиться. Бекетова поднесла мне часть от своего букета и изобразила желание наградить меня поцелуем. Я с готовностью подставил свою морду, но сочный клевок угнездился на правую щеку. Эхма, маловато будет!
  Мы пошли в студию. Рая и Лариса подготовили к нашему приходу фуршет с портвешком и салатиками. Традиция такая была у творческих работников - отмечать завершение каждого более, или менее достойного мероприятия. Отдал женщинам ненужные мне цветочки. Кроме участников виа, здесь крутились крепкие комсомольские дружинники, возглавляемые Лешим.
  Опять я тормознул. В традициях моего времени было отмечать такие застолья в обществе симпотных девушек. Понятно, что в это время нравственности и прогресса быть, или выглядеть девственником много престижней. Даже если у всех здесь крутящихся дома ждут семьи по лавкам, выцепить несколько фанаток было бы кстати. Теперь поздно пить боржоми. Народ уже разбежался по домам.
  Гудели почти час. Пока мы фуршетились, рабочие сцены и часть лешуковских ребят перетаскивали аппаратуру в студию. Толик по праву лидера выступил и отметил хороший старт нового участника коллектива, то есть меня. Ещё он напомнил о моём обещании показать песню для конкурса. Да сколько же можно! Пришлось брать в руки акустическую гитару и напрячь голосовые связки композицией "Песня о солдате" Владимира Мигули.
  - Отлично! Это здорово бабахнет, - довольно улыбаясь, заявил Толик.
  Остальные присутствующие, обступив меня, тоже принялись нахваливать. Выпили за песню, которая обещала ансамблю неплохие перспективы на конкурсе.
  - А ты не прост! - подкатил ко мне Леший, чтобы пожать руку.
  - Вот только чирик от тебя до сих пор в моём кармане никак не вскочит, - подколол деятеля.
  - А теперь, мои друзья, прошу получить денежку, - возвестил руководитель.
  Расписываться не нужно было. Гонорар Толян распределил по надписанным конвертам без марок и просто раздавал. Получили конверт и комсомольцы. Неожиданный момент. Я то думал, что они работали по велению души, исполняли общественно-полезный долг. В моем конверте расположилась синенькая пятирублёвая бумажка. Выделил он всё-таки меня. У клавишника Ларика, я подсмотрел, там всего четыре рубля оказалось.
  Расходились по домам около полуночи все вместе. Когда шли на выход из студии, заметил за колонной фойе притаившуюся пышнотелую Юлю. Она решительно двинулась мне навстречу.
  - Ого, верные фанатки завелись, - толкнул меня в бок Толик.
  - Я ждала, а тебя всё нет. Разве так с девушками обходятся, - укорила меня пышка, не обращая внимания на присутствующих.
  - Погоди, разве я чего-то обещал? - в свою очередь изумился я, чувствуя начинающее полыхать лицо.
  Музыканты пооглядывались, похихикали и продолжили движение.
  - Я ждала, я надеялась..., - с трудом произнесла Юли и вдруг разрыдалась.
  - На что надеялась? Прежнего Чики больше нет. Он повзрослел, поумнел, стал музыкантом. Кончилось то время, когда парню приходилось лезть в чужую постель, чтобы было на что покушать. Так и передай всем своим тупым подружкам, что Чика больше никого не обслуживает. Пусть вычеркивают его из своих блокнотов, - раздражённо выговорил ей, злясь на создавшуюся ситуацию.
  - Ты мне очень понра-а-авился, - продолжила рыданья девица.
  Трудно с этим народом. Возрастные тётки хоть понимают положение вещей и ни на что не претендуют. А эта молодуха уже лезет со своей любовью. Ну, раз хочет, то пусть получает. Чего я теряю кроме скуки?
  - Ладно, веди меня в свою берлогу. Согласен, - сказал, не забыв изобразить мордой невероятное насилие над своей волей.
  Пыха благодарно засопела и потащила меня к одному из одинаковых пятиэтажек примерно в центральной части городка. Прежде чем переступить порог её квартиры, я был предупреждён о том, что будем не одни. Моё срочно разыгравшееся воображение о групповухе не получило дальнейшего развития. Девица, оказалось, жила с родителями и с братом. Я чуть не сел на пятую конечность.
  - Ты чего, в конец ненормальная? - завопил я.
  - Не волнуйся, они нам не будут мешать, - попыталась успокоить меня Юля, - У нас трёхкомнатная квартира. Отец рано на работу уходит, а спит так, что из пушки не добудешься. Мать сейчас у сестры гостит.
  Надо было бы сразу повернуться на сто восемьдесят градусов, отвалить домой и не заморачиваться. Зашли, разделись, тихо переговариваясь, как мыши в подполье. Расположение комнат здесь необычное, коридорное. Санузел раздельный. Зашёл побрызгать после насыщенного дня и реально восхитился. Да это просто элитное жильё какое-то. Девица завела меня в свою спальню и предложила раздеваться, а сама ушла обмываться в ванну. Мне бы тоже не помешало туда наведаться после танцев и напряжённой пахоты на эстраде. Пыха появилась довольно скоро в цветастом китайском халатике и была не в восторге, что мне тоже надо под душем постоять.
  - Давай, только быстро. Мне завтра на работу к восьми надо. Тебе, наверное, тоже надо будет со мной подняться.
  Не, я не против остаться немытым с собачьим амбре, если здесь такое ценят. Девица чего-то такое осознала и моментально проводила меня в ванну, показала, где что лежит и чем пользоваться и закрыла дверь. А семейка её здесь явно не бедствует. Сантехника модерновая, кафель зеркальный, мыло-шампуни сплошь импортные. Нежась под тугими струями тёплой воды, размышлял о женщинах того и этого времени. Разницы не находилось. Ну, косметики чуть поменьше, интеллекта чуть побольше. А в остальном всё те же заморочки и наглости примерно столько же. По правде, раньше я выбирал между красивых, теперь приходится довольствоваться тем, чем Бог послал.
  Вытерся махровым полотенцем и напялил на голое тело найденный на вешалке полосатый халат. Пора идти, приноситься в жертву на алтарь любви. Пыха взглянула на вошедшего меня и недовольно профырчала:
  - Чуть не заснула, тебя ожидая. А чего ты папин халат напялил? Мог бы полотенцем обернуться.
  - Не испоганю я халат твоего папы. На мне пахучих желёз нет. Следов не останется, - проворчал в ответ, подхватив от неё инфекцию недовольства, - Резинки давай.
  - Какие тебе ещё резинки?
  - Гондоны... Так тебе понятней?
  - Зачем они тебе?
  - Шарики надувать... Мать, ты чё так тупишь. Залететь хочется?
  - Ты мужчина, или нет? Просто будь осторожней.
  Блин морковный, апофигей какой-то. Или она нарочно хочет залететь, чтобы потом насильно женить на себе. Обломится, я - малолетка. Это она сама может по статье залететь за совращение малолетних.
  В общем, врубился в дело без прелюдий. Понеслась Камасутра в самом своём расширенном издании. Тело у Юлии оказалось неожиданно упругим. К спорту девица возможно неравнодушна. Всё было бы ничего, вот только сильно увлеклись процессом и слишком расшумелись. Она, в основном, потеряла берега. Стонала так, будто её полк озлобленных маньяков оприходовал.
  Вот и доигрались. Кто-то включил свет и вошёл. Я чуть не обоссался с испуга. Оглянулся - слава всем домовым и лешим - только пацан лет пяти где-то. Конечно, тоже плохо, психика там детская как-то не туда ломается, но гораздо лучше рассерженного папаши с битой для бейсбола. Был у меня печальный опыт.
  Стоит, значит, и пялится на нас во все глаза. Я про пацана. А у нас как раз состоялся вариант "по-собачьи". Пацан поизучал нас какое-то время и выдал мучивший его вопрос:
  - А во что вы играете?
  - В паровозики..., - выпалил я, умирая от смущения.
  - А можно и мне с вами? Только я трусы снимать не буду, надоело, - предложил малец.
  - Иди немедленно спать и не мешай нам тренироваться, - наконец-то пришла в себя и взревела Юля.
  Недовольно пыхтя, мальчишка убрался из комнаты. А у меня от переживаний никак не утихомиривались дрожать руки и ноги.
  - И как это понимать? - заорал на неё, - Дети всякие шастают, смотрят... Кто ещё сюда сунется? Я не порнозвезда какая-то и не желаю больше заниматься публичным сексом.
  - Успокойся, никто сюда больше не придёт. Про брата я совсем забыла. Думала, что с матерью уехал. Вообще-то мои родители правильно подкованы и всё как надо воспринимают, по-современному, - принялась оправдываться пышка, прижавшись ко мне всем телом, - Ишь, как у тебя сердечко колотится. Как у пойманного зайчишки.
  - Хорошо, что ещё колотится, а не совсем встало, - продолжал злиться я, - Спать давай. Поздно уже.
  И правда, на часах было половина третьего. Нормальные люди уже десятый сон досматривают. Юлия долго не могла затихнуть и лазила по мне с хулиганскими помыслами, безобразничала над разными частями тела, щекотала, нежно покусывала и касалась губами обнажённой кожи.
  "Хоть бы не влюбилась", - подумал я последнее перед тем, как провалиться в сон.
  
  26.
  Понедельник, 17.02.1975 г., наличка - 5 руб.
  Утром проснулся от прикосновений губ. Пыха склонилась надо мной и осыпала поцелуями разные части моей морды, щекоча волосами шею и плечи. Ясное дело, что она пыталась меня разбудить, но я не давался. Спать действительно хотелось очень-преочень. В конце-концов, я был зверски укушен за подбородок. Желая избежать потери какой-нибудь части своего тела, пришлось подчиниться злой воле.
  По домашней привычке надел только трусы и прошлёпал в ванную, чтобы ополоснуться. Ёлки трухлявые, в коридоре увидел настенное резное панно из лакированного дерева со знакомым портретом. Широкое, мясистое лицо и властный взгляд, а также металлическая табличка с надписью внизу не оставляли никакого сомнения, что подарок был сделан директору агрокомбината и по совместительству местному правителю всего и вся Марчуку. От кого подарок, не стал вчитываться. Остохереть... Это получается, что пыха - дочь, или внучка местного феодала. Считай, принцесса. А я тут в труселях рассекаю. Благо великое, что феодал давно на работу умотал по юлиным уверениям.
  После умываний прошествовал на кухню, где обещалась какая-то жрачка. Пыха настрогала кучу бутербродов с ветчиной, с колбасой сырокопчёной и с икрой чёрной, чем меня удивила несказанно как. Сей ассортимент относился к категории труднодоставаемых товаров. Кофе в зёрнах было уже смолото, оставив на кухне приятный подзабытый запах. Осталось только поставить его на огонь в турке.
  Только расположились заморить червячка чудесными бутерами и не менее чудесным кофе, как явилось живое воплощение с барельефа, то есть с панно. К лицу пыхиного папы прилагалось крупное кряжистое тело в пижаме и в шлёпанцах на босу ногу. В открытые проёмы одежды яростно продирались седоватые волосы. Не только меня, но и Юлию такой поворот сюжета заставил охренеть до степени дебилизма. Я со своими трусами точно готов был немедленно распасться на молекулы.
  - Ну, давай, будем знакомиться, зятёк! - заявил, широко улыбаясь, её папаша хрипловатым баском, - Меня, льщу себя тайной надеждой, ты уже узнал?
  Если бы мне так улыбнулись где-нибудь в лесу меж кустов, у меня тогда точно остановилось сердце. Машинально махнул мордой, но как-то в отрицательном значении. Густые брови мужика озадаченно полезли вверх.
  - Марчук я, Никита Никитович. Слыхивал о таком? - представился он, - Разве Юлечка тебя не предупреждала? Ах, какая же она у меня умница. Не любит кичиться папиным положением.
  - Павлом меня кличут, - деликатно мявкнул в ответ.
  - Папа, я на работу опаздываю, - раздражённо влезла пыха.
  - Иди, никто тебя не держит. А мне с молодым человеком надо поговорить под коньячок.
  Мужчина посмотрел на неё так, что та не рискнула возражать и молча стала собираться на выход. Меня же он одарил хитрым взглядом и даже подмигнул. Возможно, кроликам перед смертью тоже кажется, что удавы им улыбаются.
  - Мне, в принципе, тоже нужно уходить, - осторожно намекнул как бы между прочим.
  - Подождут твои дела, никуда не денутся. Если надо, справку выпишу. Отгул на целый день, - было высказано мне барственным хрипловатым басом.
  Вляпался в новую историю по самые... фоликулы, трусами прикрытые. Как было бы здорово вчера разозлиться окончательно и улепетнуть домой. Откуда мне было знать, что попаду в директорскую квартиру? Внешне жильё коммунистических начальников практически не отличалось от жилья обычных простолюдинов. Может быть, только наличием лоджий вместо балконов. Было принято тогда проявлять демократизм. Понятно, что внутри жильё разительно отличалось от обычного.
  - Ишь, какого гарного хлопчика моя кралечка отхватила. Только тощенький уж больно. Ничего, Юленька у меня хозяйственная, борщи готовит чудесные. Откормим, - продолжал глумиться надо мной полуголым директор.
  - И нисколько он не тощий. Нормальный он, спортом занимается, - пискнула в мою защиту пыха.
  Батя принялся нахваливать меня за то, что обратил внимание на Юляшу, ненавязчиво намекая на то, чтобы рассказал о себе и о своих дальнейших планах. Вообще-то по правилам хорошего тона положено доброго молодца сначала накормить, напоить, в баньке попарить и только потом расспрашивать. Ну, с баней я уже сам разобрался, а забитый едой рот позволял устраниться от некоторых щекотливых вопросов. Сообщил только, превозмогая жевательные рефлексы, что в моих ближайших планах потребить кофе с бутербродами, а в дальних - построить коммунизм.
  - Шутить любишь? Это хорошо, - констатировал директор и потом прямо спросил, - А ты, Паша, кем трудишься, или в студентах гранит грызёшь?
  - Грызу..., - согласился, - Если бы только гранит.
  - Па-ап, мне с Павлом надо наедине поговорить, прежде чем на работу уйти, - заканючила доча.
  - Потом насекретничаетесь. У вас на это вся жизнь впереди, - не согласился директор и тут же напустился ответно, - А ты почему только бутербродами жениха кормишь? Он, наверное, думает, что мы с тобой крохоборы какие-то. А ну, давай, мечи, что есть в печи. Всё доставай.
  Стол внезапно превратился в скатерть-самобранку, или, лучше сказать, в выставочную витрину дефицитных ништяков какого-нибудь элитного распределителя. В основном появились жестяные банки с иностранными названиями, морепродукты, рыбы, паштеты, нарезанные салями, сыры. Юля помогла отцу с сервировкой стола, забрала с собой маленького Никитку и ушла.
  - Умница необыкновенная. В школе на одни пятёрки училась. Университет с красным дипломом закончила, факультет журналистики. Скромная, мастерица, всё умеет делать: и готовит, и шьёт, - с гордостью заявил пыхин отец, - Давай коньячку дерябнем, или водочку предпочитаешь?
  - Что дадите, тем и удовлетворюсь, - не стал строить из себя образцово-показательного няшу.
  - Что правдив, то мне по душе, - послал снова мне малость зловещую лыбу пыхин папашик, - Только не вздумай злоупотреблять. Молод ещё. Вам с Юлей мне внуков надо рожать, крепких и здоровых. Вот за это давай и выпьем.
  На столе появилась фигуристая бутылка шотландского виски "Дампл".
  - Редкая вещица. Приезжали ко мне однажды англичане, профсоюзная делегация, и подогнали. Зарёкся с будущим зятем эту прелесть испробовать. Дождался, наконец-то.
  Мы с Никитой Никитовичем ещё какое-то время посидели молча, под впечатлением действительно восхитительного вкуса, запаха и цвета янтаря, волшебного напитка. Допрос возобновился:
  - А куришь?
  - Я же спортсмен.
  - А какой спорт?
  - Шахматы.
  Папик восхитился:
  - Ох и нравишься ты мне. Такой же наглый нахал, каким я сам в молодости был.
  - Почему же были? Вы и сейчас ещё ничего, - сомнительно подлизнул мужичка и решил начать смущаться, - Позвольте мне приодеться. А то как-то неудобно перед вами голым сидеть.
  - Разве ты голый? И не надо меня стесняться. Свои же. Вот зарядим баньку, я тебя так пропарю, что родишься заново.
  Эх, если вот так просто можно было бы вернуться в своё время! Хотя..., Лора уже не так призывно манила к себе. Что-то во мне перемагнитилось из-за Инны.
  - Где вы всё-таки работаете, молодой человек? Или всё же учитесь? - не дал мне поностальгировать пыхин папа.
  - Ну, эта... В доме культуры, музыкантом.
   Не признаваться же этому амбалу, что его дочурку отымел семиклассник четырнадцати лет. Он меня тогда так отлупиздит, что потом сам начну завидовать Инне.
  - Несерьёзная эта работа, копеечная. Помогу тебе, устрою на достойное место. Зайдёшь в управление и найдёшь там моего зама Звягинцева. Скажешь, что Марчук прислал. Я ему по телефону о тебе звякну. Как твоя фамилия?
  - Не стоит беспокоиться, - попытался я укоротить пыл директора, Я же мужик, и сам должен такие вопросы решать.
  - Ох и нравишься ты мне. Дай-ка я тебя обниму.
  Объятиями дело не ограничилось. Не успел опомниться, как оказался в режиме глубокого поцелуя. Тьфу, до чего же мерзко! Со стороны посмотреть - пожилой гомосек насилует несчастного подростка в одних трусах. На уголовную статью вообще-то такое действо потягивает. Никогда больше насчёт мужиков не заикнусь!
  - Сходи всё равно к Звягинцеву. Не понравится, найдём что-нибудь другое. Неволить не стану, - нацеловавшись, объявил пыхин отец.
  - Как скажете, Никита Никитович, - поспешно согласился, вытирая со своей морды чужие мокроты.
  - Ладно, давай одеваться. Засиделись мы тут с тобой, а мне работать пора.
  Директор позвонил куда-то и властным голосом вызвал машину. Предложил мне:
  - Тебя куда-нибудь подвести?
  - Мне совсем недалеко идти.
  - Ладно, не прощаемся...
  Проводил директора до "Волги" цвета "жопы негра", уже стоящей у подъезда. Конечно, про машину разговор. Когда она уже скрылась с глаз, вспомнил об обещании отгула. Отоспаться бы не помешало после ночных кульбитов. Погоревал и порулил в сторону школы. По времени заканчивался второй учебный час, начинённый алгеброй. Я не собирался загружаться учёбой и хотел ограничиться только посещением директора школы. Пора выкладывать козыри и ставить кое-где окончательные точки. Я не инфузория-туфелька, чтобы мучить свои мозги всякими прописными истинами. Ради успеха такого мероприятия даже нацепил на себя пионерский галстук.
  - Николай Николаевич пришел? - забросил свои кости в приемную к Варюхе.
  - По какому вопросу к нему? - тут же включила режим стервы секретарь.
  - По очень личному, - ответил таинственным тоном.
  - В четверг, с часу до трёх, - поджав губы и не глядя, проговорила девушка.
  - А может быть, сейчас? А? Можно? - поиграл обаятельной мордой осла из мультика о Шреке.
  - Чекалин. Я ясно высказалась? - взвилась Варвара.
  - Ладно-ладно, ухожу. Уже в пути.
  Вчерашнее участие в ансамбле на танцах не прошло незамеченным. Снова восхищённые взгляды, пожимание рук, желание поговорить о чём угодно, о любом пустяке. Округлённых глаз уже не было. Привыкли к моей необыкновенности. Старшеклассники приглашали в свои тусовки. Останавливались и желали пообщаться молодые учительницы, восхищённо признавались, что я классно играю на гитаре, пою и вообще крут. Востроносая Антонина щебетала теперь про мой незаурядный талант.
  Случайно наткнулся в коридоре на историка Ивана Васильевича и надумал с его помощью провернуть одну афёрку. Педагог после моей неожиданной лекции начал относиться ко мне гораздо теплее, но когда до него дошел смысл сказанного, то чуть очки не уронил от удивления.
  - То есть, ты хочешь, чтобы я тебя отвел к директору за некое, ещё не совершённое хулиганство?
  - Скажете, что я драку затеял в коридоре, или лучше вас обозвал.
  Историк поправил очки и уставился на меня:
  - Видите ли, молодой человек. Я учу своих подопечных всегда говорить правду и следую этому принципу сам.
  - Не поможете? Ну, тогда я завтра я к вам заявлюсь на урок и жестоко нахулиганю. Воздух испорчу, или глобус подожгу.
  - Глобус на географии положено поджигать, а у меня история, - засмеялся Иван Васильевич, - Значит, ты мне ультиматум решил объявить? Может быть, обойдемся без таких сложностей? Просто обращусь к директору, и он тебя примет.
  - Хорошо бы, но боюсь, что не получится. Он привык воспринимать меня, только в образе хулигана.
  Учитель на меня снова внимательно взглянул и взял меня за руку.
  - Пойдем, злодей потенциальный, жертва стереотипов. Попытаемся, вдруг выйдет.
  Иван Васильевич завел меня за руку к Варваре в приемную и, велев там дожидаться, постучал и зашел в кабинет директора. Взгляд вожатой говорил что-то на тему могил для исправления горбатых. Через минуту историк выглянул и позвал меня.
  - Вот, принимай террориста, а то у меня уже урок начался.
  И вышел из кабинета.
  Директор школы посмотрел на меня сонно и спросил:
  - Что там опять у тебя стряслось?
  Выражение его равнодушного лица внезапно поменялось на гневное.
  - Это что такое? Почему от тебя попахивает алкоголем?
  - Меня сегодня утром директор Марчук коньяком напаивал, - честно признался.
  Блин палёный, совсем забыл про возможный запах. Всё-таки надо было дома залечь и как следует отоспаться. Разгореться скандалу помешал звонок телефона. Положив трубку, директор озадаченно на меня посмотрел и сообщил, что моей персоной почему-то заинтересовались в райсовете. Вскоре должен оттуда кто-то прибыть мной. Просили меня освободить от последующих уроков и отправить с прибывшим.
  - Что ты опять натворил? Чекалин, скажи, когда я спокойно жить начну? - наехал на меня директор.
  Мне осталось только сделать непонимающее лицо и пожать плечами.
  - Не знаю, что с тобой делать, - задумчиво проговорил Николай Николаевич, - Некоторые учителя за тебя заступаются, таланты какие-то в тебе находят. Другие жалуются на тебя. Хамишь, грубишь, срываешь уроки, не приходишь на занятия. Сколько это можно терпеть? Я тебя предупреждал, что больше не допущу никаких эксцессов? Я тебя просил взяться за голову? Видимо, мои слова для тебя - пустой звук. Терпение моё лопнуло. Буду писать на тебя представление в РОНО.
  Мне осталось только восхититься совпадению наших интересов:
  - Только не передумайте, уважаемый Николай Николаевич.
  Следующим жестом мне было предложено убраться из кабинета, но на полпути до дверей донеслось в спину:
  - Чтобы был на уроке и никуда, слышишь, никуда из школы ни ногой. Варвара Николаевна, проводите, пожалуйста, ученика Чекалина до класса, а то он может заблудиться и застрять в туалете.
  Мда, неожиданный поворот. Если Конотоп так действует, то почему через райсовет. Похоже, дни моего пребывания в этой школе сочтены. К великому моему огорченью, сейчас шёл урок литературы, где солировал густой глас извечного чикиного врага. Под варваркиным конвоем зашёл в кабинет. Не отказал себе в удовольствии изобразить зэка, замученного тяжкой неволей, с заломленными назад руками. Преобразившееся лицо литры ясно просигналило, что настроение её основательно испорчено моим появлением.
  - Началось. Не успел зайти, как сразу клоунаду принялся устраивать, - раздался злой голос Валентинки, - А ведь так хорошо день начинался.
  - Сегодня всё утро рвался в кабинет к Николаю Николаевичу как ненормальный. Еле оттуда его выставили и велели к вам сопроводить. Директор просил передать, чтобы с урока никуда не его отпускали, даже в туалет, - решила поучаствовать в моём посрамлении пионервожатка.
  Про туалет она от себя уже загнула.
  - Садись, Чекалин, только не к Медведеву. Нечего портить хорошего мальчика, - процедила в мою сторону литра.
  Где-то в учительской тусовке Медика окончательно исключили из числа отпетых хулиганов. Теперь его требовалось ограждать от моего тлетворного влияния.
  На очередной переменке мир повернулся ко мне другой стороной, передней. Ко мне снова полезли с комплиментами. Вовка со своими цеэсковыми звёздами стал теперь для всех пройденным этапом. Подобрели после танцев и одноклассники. Было забавно ходить меж ними с красным галстуком, когда большая половина гордо поблёскивала комсомольским значком. Бекетова, кстати тоже в галстуке, подошла одна без неизменной подруги. Специально затем, чтобы ещё раз поблагодарить за отменный подарок и, как мне показалось, была бы не прочь прогуляться со мной вечером. Вовка смог добраться до моих ушей только на следующем уроке географии, когда уселись вместе.
  - Ты куда делся? Я за тобой заходил, а тебя не было, - спросил он.
  - Был в гостях, угощали вискарём. Чуешь, чем от меня несёт?
  Я специально дыхнул на него, чтобы дать оценить своё внутреннее содержание. Змей оказался далёк от понимания элитных сортов алкоголя, но на всякий случай восхитился.
  Где-то на середине урока за мной явилась Варварка и отвела в кабинет директора. У закусочного столика в кресле развалился Шумилов, угощающийся чаем с сушками. Мне он кивнул и велел дожидаться в приёмной под присмотром Варварки. Высокие персоны ещё примерно четверть часа собеседовали. Дядя вышел из кабинета и коротко скомандовал:
  - Поехали.
  - Куда это мы едем? - поинтересовался, когда мы вышли в школьный коридор.
  - В Москву, покупать тебе нормальную одежду, - объяснил он, - А то ходишь как оборвыш. Меня позоришь.
  Надо же, Шумилов отложил все дела и поехал специально мне шмотки покупать. Отказываться от такого щедрого предложения было бы верхом глупости.
  - А тебе из Воскресенска насчёт меня не звонили? - решил всё же уточнить кое-чего.
  Выяснилось, что дядя был не в курсе закрутившегося вокруг меня клубка интересов с очень высоких сфер. Может быть, обманывал? А какой смысл?
  - А до шести вечера успеем обернуться? Мне в это время надо быть в Просторах, - предупредил Шумилова.
  - Если не будем задерживаться, то приедем даже раньше.
  - А можно мне своего друга Вову взять для компании?
  Четвёртый урок скоро должен закончиться, а от физры у него имеется индульгенция. Шумилов не возражал и ушёл ждать нас в свою машину. Я набрался наглости, влез на географию и провозгласил, что Медведева вызывает директор. Времени не хотелось терять. Как ни странно, учитель мне поверила и отпустила Вовку без разговоров. Вытащил обалдевшего змея в коридор и обрисовал ситуацию. Предложение съездить в столицу на шумиловской машине он воспринял сначала с бешеным энтузиазмом, но потом погрустнел и заявил, что не хотел бы пропускать встречу по хоккею "ЦСКА" и "Торпедо" Горький, которая будет транслироваться по телику с полвосьмого вечера.
  - Чудак-человек, так мы дома задолго до того будем, - заверил его, - Но, я не настаиваю. Можешь оставаться.
  Змей, понятное дело, моментально сдал назад. Просил только дать ему немного времени, чтобы дозвониться до одного из предков. Сгоняли за этим делом на физру.
  В спортзале заканчивали занятие восьмиклассники, судя по знакомым рожам Пики и Ляписа. Увидев меня, все они принялись шумно поприветствовать. Почувствовал себя неудобно перед пацанами. Пообещал им паркур и затихарился. Учителя застали в кабинете. Он без лишних вопросов позволил воспользоваться телефоном.
  Дядя припарковал свою "Волгу" цвета "испуганной мыши" прямо у входа за запрещающим знаком. Ясное дело, советским феодалам было начхать в три кучи на все те правила и законы, которые они с большим удовольствием выдумывали для простых смертных. Транспорта никакого на шоссе в столицу почти не проглядывалось, иногда попадались уныло урчащие грузовики, служебные автомобили и прочие автобусы. Промелькнут и снова тишь, да гладь. Назойливых с калькуляторами в глазах гаишников тоже не наблюдалось. Даже какое-то странное ощущение порой возникало, словно художник забыл добавить в картину важную деталь. Такой важный промысел не освоен. Дядя вел свою "Волгу" уверенно, но скорость старался не превышать по другой причине. Во многих местах дорога была покрыта наледью.
  Как только выехали, Шумилов поделился со мной разговором с директором школы. Узнав, что меня забирают со спортивными целями - это дядя про меня такую легенду запулил - Николай Николаевич высказал несколько хвалебных определений в адрес моих спортивных талантов.
  - Странно, перед твоим прибытием он предупредил меня, что собирается выгнать из школы, - гыгыкнул я, - Как там, кстати, с моим переводом в рощинскую школу?
  - Надо, чтобы твоя мать написала заявление на имя директора школы. Я тебе образец потом чиркну. Марк Ефимович уже предупреждён, - ответил дядя.
  - Ты чего, Чика, уходить собрался? - всполошился Вовка.
  - А что мне ещё остаётся делать? Если бы не учитель физкультуры, давно чалился в какой-нибудь спецшколе. Хочешь, сам тоже переводись. Говорил же как-то раз, что твоему бате обещали квартиру в Правдинске. Всё равно ведь переводиться придётся.
  Змей глубоко задумался.
  Шумилов попросил рассказать о воскресенских событиях и мы с Медиком попеременно закачивали ему в уши информацию. Про выходку тренера Романыча его, возможно, уже известили. Он реагировал на этот момент без интереса. Дальнейшую судьбу дезертира директор ещё не определил. Кинул ему для обмысливания идейку поставить тренером физинструктора Сашу. А что, высшее образование по спортивному профилю у него имеется, а хоккейная премудрость хотя бы в виде азов там должна прилагаться. В качестве консультанта можно будет использовать змея, проявившего себя в матче с "Менделеевцами" самым достойным образом. Если, конечно, тот не будет против этого возражать. Кобр не возражал. Даже слегка обиделся, что у меня насчёт него могли возникнуть ненужные мысли.
  Доложил о своих переговорах с хозяином области Конотопом. Шумилов воспринял услышанное тоже спокойно, даже равнодушно. Сказал только, что по регламенту дозаявлять игроков во время турнира запрещено. Ну-ну, надейся, а что если партийный деятель всем своим весом продавит решение, и Фролова всё-таки переведут в "Менделеевец". Начнётся тогда опупенный скандал. Я ведь не имею никакого права участвовать в этих соревнованиях.
  
  27.
  Понедельник, 17.02.1975 г., наличка - 5 руб.
  После МКАДа на месте современных микрорайонов уныло замаячили пустыри с кое-где стыдливо прячущимися частными домиками. Потом начали проявляться островки из скромных трехэтажек, окрашенных в желтый цвет. Разница с моим прежним временем просто поражала. За железной кольцевой дорогой пошли кварталы из хрущовских пятиэтажек. Наша Волга попетляла по небольшим тихим улочкам, потом выехала на Профсоюзную улицу и подкатила к небольшому по виду магазину. Неподалеку от входа бродило с таинственным видом несколько из молодых парней. Один из них подошел к нам и тихо пробормотал:
  - Сертификаты какие есть?
  Дядя отрицательно покачал головой, и молодой человек тут же испарился. Прямо у входа дорогу перегородил решительного вида мужчина. Дядя показал ему несколько цветастых бумажек.
  - Эти с вами? - мужчина пристально оглядел меня и Вовку.
  Для меня не впервой лазить по таким местам, а Медик весь сжался будто его поймали за совершением какой-нибудь проделки. Дядя важно кивнул и подтащил нас перед собой.
  Мы попали в убогий рай. Почему так? Объясню. Я еще не отвык от нормального ассортимента товаров в супермаркетах. А здесь, в этом времени такое скромное изобилие качественных товаров способно было привести к инфаркту среднестатистического жителя. Медик даже начал подвывать от увиденного богатства. Мой равнодушный вид сильно обеспокоил родственника:
  - Такое ощущение, что ты здесь бывал раньше...
  Я хмуро отмолчался. Стало понятно, чем хотел удивить меня дядя. На одном из прилавков лежали крутые фирменные джинсы: "Ранглер", "Леви", "Ли", прочие фирменные шмотки из загнивающих стран. Вовка чуть не описался до обморока и отрабатывал перед дядей по части восторгов за нас двоих. Я тоже немного полицедействовал, желая порадовать дядю, и принялся с удовлетворенной мордой просматривать витринные образцы. Продавец вежливо помог мне подобрать товар по моей фигуре. Ещё докупили джинсовую курточку и стильную рубашку. В инвалютных рублях этот комплекс стоил буквально ничего.
  Заметив унылую морду друга, с вожделением глядящего на вельветовые малиновые брюки, попросил дядю приобрести и их. Николай Михайлович недовольно посмотрел, но ничего не сказал и сделал разрешающий жест. Вовка чуть не заплакал от счастья. Я тихо поблагодарил дядю. Он в ответ чуть заметно улыбнулся.
  Вовка как вышел из примерочной, так и остался в малиновых штанцах. Я даже прикалываться начал, что теперь ему любая девка даст. Он счастливыми благодарными глазами смотрел то на меня, то на дядю. А раскулачивание родственника продолжилось в обувном отделе. Я приметил черно-белые "Адидас" ещё издали. Эта надежная вещь для меня много значила, если я надумаю здесь немного попаркурить чикиным телом. Странно, что здесь эти немцы стоили гораздо дешевле итальянских. Дядя без разговоров закупил для меня их с размером больше. Мудрый поступок.
  Вовка на этот раз старательно отворачивался. Да и я понимаю, что дядина благотворительность не беспредельна. Эти волшебные бумажки ведь ему пришлось как-то добывать. Заработать их обычным путем в стране Советов невозможно. Вон, на входе парни готовы за один инвалютный рубль выложить до трех обычных рублей. А если поторговаться, то и больше.
  Проходя секцию радиотоваров, не удержался и бросил заинтересованный взгляд на магнитофоны. Бедновато. Из кассетников лежали только японцы и немцы. Шумилов проследил за моим взглядом и сам предложил мне что-нибудь выбрать. Очешуеть! Цены здесь под полтысячу. Среднему советскому челу надо три-четыре месяца отпахивать на этот ништяк. Я замотал башкой, отказываясь, но родственник мягко настоял на своём. Интересно, есть ли дно у его портмоне? А если мы попадём в автомобильную секцию, он также расщедрится? Понятно, что дядя ничего просто так не делает. Ладно, подсажусь на этот крючок. Выбрал себе Грюндик РТ-22 четырехдорожечный, стерео, за четыреста пятьдесят инвалютных рублей. К нему набор кассет закупили, тоже немецких.
  Нагруженные покупками, выползли из магазина под завистливые взгляды простых смертных. Но это было ещё не все. Выехали на Ленинский проспект и порулили в сторону центра. Не доезжая Октябрьской площади, приехали к малозаметному ателье на тихой улочке. Там мне пришлось раздеться до трусов и дать себя обмерить хмуро-усатому мастеру. Материал предполагался просто отменный - тёмно-синий с серебристым отливом. Как у самого дяди на сеансах. Ателье относилось к номенклатурным объектам обеспечения аппарата ЦК КПСС, и дядя почему-то был туда вхож. После мы вернулись в обратном направлении по проспекту до универмага "Москва". Прошли сразу в кабинет директора. Невысокий человечек с залысинами и умными глазами выскочил навстречу нам и долго пожимал руки Николаю Михайловичу. Тот представил меня:
  - Вот, Бронислав. Смотри, каких орлов тебе привез. Этот - мой племяш Пашка, а тот - его друг Вовка. Нам срочно нужно прибарахлиться.
  Низенький пожал нам руки и уважительно пискнул:
  - Ради тебя, Коля, хоть луну с неба.
  Директор магазина провел нас в складские помещения, где женщины-товароведки, как заправские фокусницы, материализовывали из воздуха всякое классное шмотьё. Это тебе не Воскресенск дуванить. Дядя благословил Вована на покупки, предложив не стесняться. Думаю, что деревянных у дяди, как навоза в забытом коровнике. Я прикупил ещё ботиночек югославских, шикарную финскую курточку, джемпер и сорочки из разных братских стран. Про трусы, носки и прочую мелочь можно даже не упоминать. Медик раздобылся таким же джемпером, сорочками и польскими кроссовками. Помня его завистливый взгляд на мой фирменный мафон, предложил закупиться кассетником. Тоже здесь продавались, но только отечественные. Вместе подобрали простенькую Весну-306 двухдорожечную. После все отправились на последний этаж, где располагалось уютный ресторан. Там отметили покупки поздним обедом: рассольник, котлета по-киевски, салаты всякие, мороженое трех видов в креманке, пепси в бутылочках и коньяк армянский. Последнее мимо наших рыл. Дядя со своим приятелем, забрав коньяк, удалились за другой столик потрепаться о чём-то сокровенном, поручив нас грудастой официантке. Вовка тут же воспользовался халявой и заказал нам ещё по мороженому. Оправдывает свою фамилию, сластёна. Думаю, что родственник за сегодня в меня ударно вложился.
  Дядины переговоры затягивались. Человечек постоянно куда-то убегал и прибегал, принося разные бумаги. В один из периодов отсутствия я решил подойти и переговорить о своём будущем без вовкиных ушей. Шумилов был погружён свои мысли и раздражённо отмахнулся. Вернее, предложил все разговоры отложить на более позднее время.
  Закусив, мы проехали немного дальше по проспекту и оказались у продуктовой Березки. Там дядя решил закупиться без нашего участия. Ну, и правильно. Мы с Медиком решили дожидаться его на улице, а не в машине. С нами перед входом ошивалось гораздо больше таинственных молодых людей. Вдобавок здесь крутились стайки малолеток, что меня очень озадачило. Не слышал о таком, чтобы фарцовкой занимались с такого юного возраста.
  Всё оказалось проще. При выходе из магазина редких покупателей с покупками, пацаны приставали к ним и клянчили жвачки. Очень обидно было смотреть, когда какой-то негр в драной ушанке и скромном пальтишке с улыбкой кидал жвачки возбужденно галдящим пацанам, а те бросались за ними, как убогие.
  Одной из гигантских ошибок советской системы было размагничивание достоинства человека. Выпестовывались такие экземпляры, неприхотливые в быту и радостно стремящиеся к трудностям. Если бы такую задачу удалось решить до конца, то коммунизм был бы точно построен, правда только для ограниченной кучки людей. На пути к этой "благой" цели возникали явления, возможные только при "развитом" социализме. Трудно поверить, что в стране с повально грамотным населением, запускающей ракеты в космос, возник и стремительно развивался карго-эффект импортного барахла.
  Дяди долго не было. Внезапно ко мне подлетел пацанёнок, дернул за рукав и крикнул:
  - Бежим!
  Вовка озадаченно посмотрел на меня, а я пожал плечами. Пацаны смылись, таинственные парни деловито растаяли между деревьев сквера. Зато объявились два мордоворота, подскочили к нам и схватили за куртки:
  - Кто вы, откуда, чего здесь забыли? - набросились с расспросами.
  - Володя, придется позвать милицию. Два маньяка пристают к малолеткам, - проговорил скучным голосом.
  - Борзый? Давно в детскую комнату не попадал? - начал запугивать один из них.
  - Блатной жаргон... Давно откинулись, гражданин? Что, на молодое мясо потянуло? - всё так же спокойно ему ответил.
  Судя по наливающейся красноте двух рыл, я их здорово задел. Кстати очень для моей наглой задницы, у выхода появился дядя в сопровождении молодого человека в синей униформе. Оба несли большие баулы покупок.
  - Дядя, - завопил я, - Тут два педофила к нам пристают...
  - Брось их, Вадик. Видно же, что пацаны из мажориков, - огорчённо высказался один из бычар.
  Оставив в покое наши тушки, они трусливо скрылись. Мы с Вовкой подбежали навстречу и взяли несколько пакетов. Боюсь представить, сколько драгоценных сертификатов дядя потратил за этот день.
  - Ну ты даешь, Чика! - с восхищением произнес Вовка, - Как ты не боишься этих дядек?
  - Комитетчики, - подтвердил дядя и как мне показалось с неприязнью.
  Было уже где-то без чего-то шестого, когда мы возвратились в Просторы. Вовка принялся благодарить Николая Михайловича и обещать, что его батя обязательно расплатится за покупки.
  - Пустяки, - засмеялся директор дома отдыха, - Это мне вас надо благодарить за прекрасную победу над воскресенцами. Считайте это всё моим скромным призом для вас.
  - Может быть, загляните к нам - с дороги выпить чай? С папой познакомлю, - заканючил друг.
  - Как-нибудь, в другой раз. Вот, передай отцу. А это вам.
  Для Виктора Васильевича дядя презентовал упаковку баночного пива Туборг, а нам вытащил по большой упаковке жвачек, и еще одну упаковку швейцарских шоколадок треугольной формы Тоблерон. Ну, и по баночке югославской ветчины и палке финского салями. Эх, не туда ты пиво пустил, дядя! Вовка, естественно, оформил этот расклад в очередной вопль. Не завидую маньякам, которым приспичит покуситься на него. Попрощавшись с нами, дядя запрыгнул в Волгу и покатил от моего подъезда.
  - Слышь, Медь, я не особый любитель жвачек. Можешь взять все себе.
  Друг посмотрел на меня благодарным взглядом и сказал:
  - Даже не знаю, что сказать. Для тебя готов сделать все, что ты захочешь!
  - Пробегись голым по улице? - зачем-то брякнул не по делу.
  Откуда мне было знать, что пацан реально начнёт раздеваться.
  - Ты чего, Вован! Я просто пошутил, - заорал на него, - Давай, тащи свои ништяки домой. Шоколадки потом поделим. Мне на репу пора скакать.
  - Чё за репа? - сразу же заинтересовался змей.
  - Это корнеплод такой, его вместе с мышами из-под земли нужно вытаскивать. Хаха, это репетиция в Спектре.
  Для чего нужны на свете друзья? Чтобы было над кем немножечко поиздеваться без вреда для своей совести. Счастливый донельзя змей принялся навязывать мне своё общество. Напомнил ему, что скоро хоккей по телевизору начнётся, но он не отстал и только усилил нытьё. Согласился, потому что стрелки на часах неумолимо стремились к назначенному времени. Успели только заскочить домой и побросать вещи.
  Первым неприятным открытием оказалось присутствие Санька, брата худрука. Этот кидала, как увидел меня, сразу бросился навстречу, протягивая руки для пожатия. Верно, вчерашний концерт с моим сногсшибательным участием его впечатлил. Брат привлек его в коллектив пока неизвестно в качестве кого, похоже, за стыренную у меня песню. Не понимаю я этого амбициозного Толяна. Уже не музыкальная группа получается, а базарная толпа.
  Гоняли только намеченную для конкурса песню. Динамики не включали, чтобы не мешать зрителям смотреть вечерний сеанс фильма. По моей рекомендации решили, что сначала вступает только соло гитара, а уже потом клавишные. На вокал и лидер-гитару поставили меня. В дублирующем варианте Денис будет петь отдельно, без гитары. В этом случае появлялась возможность включить в число участников Саню на гитаре. Меня тоже пытались отвадить от инструмента, обосновывая тем, что так не принято. Действительно, в виа солисты обычно стояли телеграфными столбами и под собственные трели делали руками всякие жесты. С гитарой наперевес пели только какие-нибудь подзаборные рок-музыканты. За сегодня полностью подготовили рыбу композиции. Я то слова знал, а Денису по бумажке пришлось воспринимать. Оставшихся дней вполне хватит основательно заполировать песню. Решили ещё собраться завтра в это же время, а дальше будет видно.
  Младший Шило буквально навязывался к нам с Вовкой со своим общением. Если ранее он относился к Чике свысока, хоть и дружелюбно. Теперь же вился вокруг надоедливой мухой и трещал почище Медика. Вовке удалось уговорить барабанщика и в перекур немного подолбиться в своё удовольствие. Немного подготовки, и из него получится бы неплохой драммер. За час управились с репой, к моему глубокому удовлетворению. Я надеялся после сгонять в больницу и проведать Инну. Хотелось угостить её не только голландскими шоколадками, но и парой задушевных песенок на гитаре. Даже если будет спать, то просто посмотрю на её лицо. Очень соскучился по ней. Пришлось заскакивать сначала ко мне в квартиру. Вовка, как узнал, что я не сразу иду к нему домой, сыканул и решил остаться у меня в квартире смотреть хоккей. Не хотелось ему объясняться с родителями о происхождении дорогих импортных вещей без моего участия. Я, взяв гостинцы и не теряя больше ни минуты, помчался в больницу.
  Состоялся неожиданный облом. Дежурящий в приёмном отделении мужичище был мне незнаком и естественно отказался пропускать обычного посетителя в неположенное время. Я вымолил разрешение позвонить на пост медсестры, но и там не срослось. Предложил мужичку целую пятёру, ещё пока не расшибленную, чтобы только пройти, но тот вдруг включил режим праведника. Даже разорался на опешившего меня. Кто его так вымуштровал? То ли предложил мало, то ли вид мой слегка криминогенный его смутил. Пожелал ему обиженным голосом крепкого сна ночью и побрёл домой.
  Змей кайфовал от хоккея. Реально здорово было наблюдать за чудесами, которые вытворяли на льду Петров, Харламов и Михайлов. Вовка в последнее время под влиянием рощинских пацанов стал больше тяготеть к армейцам. Оконился змеюкин. Однако, волжане сегодня сумели дать мощный отпор лидерам чемпионата. К середине матча был обозначен ничейный счёт.
  Я пошёл на кухню и поставил чайник на огонь. Есть особо не хотелось. Киевские котлеты еще приятно переваривались в желудке. Вовка тоже показал отсутствие интереса к идее поужинать чем-нибудь. Глотнули только по чашке чая и по одной импортной шоколадке. Мда, чем красивее форма, тем хреновей содержание. Наши отечественные шоколадки по вкусу гораздо круче получаются. На хоккее после второго периода яростной борьбы счёт хоть и изменился, но остался ничейным. Дальше следовал перерыв на программу "Время". Мы со змеем по-братски поделили на кухне импортную жрачку, сложив его долю в пластиковую сумку к остальным покупкам, и поскакали на другую квартиру.
  - Наконец-то. Где тебя носит? - первой встретила нас вовкина мать.
  - Лягух-путешественник прибыл... и дружок с ним. А это что за пакеты? - выглянул отец.
  - Березку ограбили. Это вам, - пошутил, протягивая Виктору Васильевичу упаковку импортного пива.
  - Хорошо поработали, - подхватил шутку вовкин отец, - И эти дурацкие штаны тоже оттуда?
  - Пашин дядя возил нас в Москву. Он это все купил, - решил благоразумно вмешаться Медик.
  - Купил и навязал тебе эту хрень. Хочешь клоуном выглядеть? А деньги я ведь не печатаю... - начал раздражаться его отец.
  - О деньгах даже не переживайте. Это все - дядины подарки. Мы ему помогли кое в чём, - срочно вмешался я.
  - Ну, тогда, ладно! - сразу успокоился дядя Витя, - Показывайте, что там ещё в свертках.
  Джемпер и рубашки были одобрены вовкиной мамой, а кроссовки желтоватого цвета скептически мялись и ощупывались отцом.
  - Вот не умеешь ты выбирать товар! Нет бы какие ботиночки взять. Зачем тебе эта ерунда? Поносишь полгода и выкидывать?
  - В них бегать удобно... Польские, - уныло пояснил Вовка.
  - А жвачек зачем тебе столько? Хочешь, чтобы челюсть отросла, как у крокодила?
  - Это Николай Михайлович проявил инициативу. Мы в продуктовую Березку даже не заходили, - пояснил ситуацию уже я.
  - Вы этого Николая Михайловича случаем не разорили? Вона сколько вещей понапокупал для вас. Импортные продукты... Магнитофон какой современный. Как-нибудь поблагодарю его при встрече. Видишь, Вовка, какого дядю надо иметь. Теперь хоть пацан жить нормально начнет, и будет кому ему задницу драть. Давайте, заползайте на кухню. Сейчас вам мать поесть даст. С дороги, наверное, проголодались.
  Поковыряли вилкой в макаронах и сосисках. Дядя Витя и Илья сидели здесь же и сосали пивко из банок, выспрашивая нас о поездке в Москву. Рассказывал в основном Вовка. Я только подхмыкивал и подыгрывал мордой. Пришлось только описать эпизод у продуктовой Березки. Дядя Витя одобрил мордоворотов:
  - Правильно они молодежь гоняют. Нечего из-за западного дерьма свое достоинство советского человека ронять. И без жвачек жить можно.
  Потом помрачнел и добавил:
  - Эх, упускаем поколение. За шмотки и жвачку маму родную готовы продать. Куда партия и комсомол смотрят?
  - Туда же они смотрят. В сторону красивой жизни, - вклинился неосторожно я, - Дядь Вить, неужто вы всерьез верите, что верхи делают то, о чем говорят на съездах?
  - Ты гляди, какой антисоветчик выискался! Сначала песенки веселые поет, а после и высказывания появились, - с удивлением заявил вовкин отец.
  Однако, по тональности голоса было понятно, что он говорит не о том, что думает.
  - Сами посудите. Есть лозунги: "Все во имя человека! Все во благо человека!". А на самом деле, советский человек бесправен. Да, есть у него блага - бесплатная медицина, образование, право на труд. Но, все это мираж, фикция. Ничего в природе бесплатного не бывает. За все приходится платить. И советские люди платят многократно уменьшенной заработной платой, которой едва хватает на низкокачественную еду и шмотье. А иные блага типа гарнитуры, цветного телевизора, автомобилей, хорошей еды не всем доступны, да и еще нужно доставать их, унижаться. Я соглашусь с вами во всем, но только после того, как вы мне объясните: - "Почему дипломату можно зайти в Березку, а слесарю нельзя?".
  - Вона как, Илюха... - озадаченно произнес Виктор Васильевич, - Меня, матерого следака, сопливый двоечник учит.
  - И что ты предлагаешь делать? - это он уже ко мне обратился.
  - Быть коммунистом. Настоящим, не на словах, а на деле. И требовать этого от тех, кто наверху. Кто смешит народ пустыми речами.
  Дальше народ сидел молча, чмокая над пивом и над чаем. Наконец, раздалось:
  - Эй, молодняк! Уроки сделаны? - сурово поинтересовался майор.
  - После, пап. Хоккей щас начнётся, третий период, - отмахнулся Вовка, - А можно Паша останется у нас ночевать?
  - Можно, - вяло согласился вовкин отец.
  Армейцы всё-таки превозмогли победу с разницей всего в одну только шайбу со счётом шесть-пять к огромному удовлетворению змея. После нас перед телевизором сгрузилось на диване остальное вовкино семейство смотреть советский сериал "Тени исчезают в полдень". Хе, нравятся мне такие монументальные названия: "Мёртвые не потеют", "Рыбы не плачут", "Солнце встаёт по утрам".
  Молодняк отправился готовить домашку к завтрашним занятиям. Чика-дибейл как всегда спешит на помощь! Помог верному другану по-быстрому справиться со всеми задачами по алгебре и геометрии. Оставшееся до сна время змей дурачился с магнитофоном, записывая любые звуки, разговоры родителей тайком и мою песню под гитару "Стон любви".
Оценка: 4.63*204  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Оболенская "С Новым годом, вы уволены!" (Современный любовный роман) | | М.Боталова "Академия Невест" (Любовное фэнтези) | | У.Гринь "Чумовая попаданка в невесту" (Попаданцы в другие миры) | | М.Кистяева "Кроша. Книга первая" (Современный любовный роман) | | И.Зимина "Айтлин. Лабиринты судьбы" (Молодежная мистика) | | В.Мельникова "Жених для васконки" (Любовное фэнтези) | | V.Aka "Девочка. Первая Книга" (Современный любовный роман) | | М.Чёрная "Академия погодной магии" (Приключенческое фэнтези) | | М.Атаманов "Искажающие реальность-2" (ЛитРПГ) | | О.Алексеева "Принеси-ка мне удачу" (Современный любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"