Райдо Витич: другие произведения.

Стать Богом 2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa


   Глава 11
  
   В зале собрались все шестеро арханов. Весть, что план с треском провалился, одних взъярил, других не удивил. Изель в гневе метался вдоль стены, Бафет насуплено смотрел на него, Ушпак шипела проклятья ангелам, тогда как Сантана подпирал плечом стену и смотрел на своих товарищей с нескрываемым презрением. Дэван равнодушно взирал на всех и словно не был удивлен, а наоборот, ждал подобного исхода дела. Марон вовсе был весел, на его губах играла лукавая улыбка.
   -- Что ты ржешь?!! -- не выдержав его довольства, взревел Изель. Устрашающе навис над мужчиной, явно желая его придушить. Тот скорчил мину наивного полудурка и всплеснул ладонями:
   -- Ну, что ты, я полон скорби... по твоим людям.
   -- И моим!! -- грохнула кулаком по столу Ушпак.
   -- Конечно, конечно, -- заверил ее Марон.
   -- Вы получили, что хотели. Я предупреждал, -- зло бросил Сантана.
   Изель выпрямился, развернулся к нему, забыв про претензии к Марону, но высказаться не успел. Каменная статуя - Дэван - ожила. Мужчина разжал губы и спросил:
   -- Где она? Надеюсь, убита?
   -- Нет! Ее взяли. Уриэл не рискнул оставлять ее в Ханграде и уже на рассвете отправил вместе с конвоем скорей всего в Амалон. Они уже сплавились вниз. Он сам лично пошел. Я оставлял своих узнать. Только вернулись. Доложили, -- дернулся Изель.
   -- А наши, хоть кто-нибудь, жив? -- спросила Ушпак.
   -- Нет. Ни одного, -- отрезал и рухнул на скамью у стола.
   -- Двадцать отборных воинов, -- протянул Бафет.
   -- Сами виноваты, -- уставился на него Дэв. Марон самодовольно улыбнулся - его воины были живы, все. Потому что ни один не участвовал в вылазке.
   -- Ты этого ждал, -- обвиняющее уставился на Дэвана Сантана и тот не стал скрывать.
   -- Исход бы очевиден.
   -- Зачем согласился?! Вы тупо отдали ее ангелам!...
   -- Потому что твой план был еще хуже, -- уставился на него в упор. Люферт не выдержал и подошел, уперся руками в подлокотники кресла, в котором сидел архан и процедил ему в лицо:
   -- Но в свое время ты голосовал и за него.
   -- Надеялся.
   -- Нужно было подождать! А ты слил ее!
   -- Сколько ждать? Еще пять лет? -- выгнул бровь и хоть бы одна мышца на лице дрогнула, хоть бы какая эмоция в глазах появилась.
   -- Ты редкая сволочь, Дэв, -- прошипел Сантана.
   -- Ну, мы все здесь не ангелы, -- пожал плечами Марон и поправил манжеты рубашки.
   -- Это все ты! -- оскалилась на него Ушпак.
   -- Ну, что ты, лапочка?
   -- Тебе говорили, что главное ум, а не красота рожи, -- повернул к ней голову Дэван.
   -- Это ты умный?!! -- возмутилась женщина, поднялась, выказывая мощь своего тела.
   -- Только давайте не будем ругаться, -- предложил Марон.
   -- Хитрая сволочь, -- буркнул Бафет.
   -- Тупой баран...
   -- Хватит, -- осек их Дэв и обвел присутствующих холодным взглядом. -- Она должна умереть. Мне жаль, что этого не случилось. Придется исправить оплошность.
   -- Ааа, вот ты чего хотел, -- протянул Сантана. -- Ну как же! -- и рявкнул. -- Она наш последний шанс! Ее нужно вернуть!
   -- Она факел на наш погребальный костер, -- тихо, между прочим, заметил Марон, поправляя свою рубашку на груди. И почуяв недобрые взгляды арханов, пожал плечами. -- Что? Это так. Твой план не сбылся, поэтому нужно ликвидировать проблемную персону, -- уставился на Сантану с наивностью младенца.
   -- И что будет? Война до упора, до бесконечности!...
   -- Ну и что?
   -- ...Пока нас не передавят!
   Марон поджал губы. Стало тихо - каждый задумался.
   -- Спорно, -- вдруг бросил Дэв. -- Девка все же принесла пользу. Ее идея отправлять лазутчиков в тылы ангелам - весьма. Лобовые атаки - глупо.
   -- Вот тогда точно мы до-олго будем сидеть в этих пещерах.
   -- Почему нет? Здесь вполне комфортно, -- протянул Марон и чуть притих под взглядом Сантаны. И тут же встрепенулся. -- Ой, только не надо мне читать мораль. Мол, и так сидишь, никуда не лезешь, а мы ту, понимаешь, пупы за тебя надрываем. Надо на рожон лезть - лезьте. Я лучше посижу, чем тупо голову подставлять. И потом, -- развел руками. -- У нас все хорошо.
   -- У тебя! -- прорычал Изель. -- Тепло и сытно, и мухи не кусают. Окопался там на южном склоне!
   -- Не окопался, а устроился, -- поправил его Марон. -- Кто не дает тебе?
   -- Придут ангелы и узнаешь, -- прошипела Ушпак.
   -- А то они не знают, где мы, -- всплеснул ладонями. -- И что? Где ангелы? Ау?-- оглянулся на очаг, глянул под стол и повел плечами. -- Зачем им сюда лезть? Они не глупы.
   -- Рано или поздно они придут и вырежут нас всех, -- процедил Сантана, клонясь к мужчине.
   -- Да, -- поджал губы Дэв. -- Если девка будет жива и, если мы не притихнем.
   -- Ты что, предлагаешь - сидеть сложа руки? -- возмутилась Ушпак.
   -- Притихнуть и только. Прекратить набеги на предгорье, не травить зверя. Но обхитрить.
   -- Угу, -- заулыбался Марон. -- Убить девку, проникнуть во все уголки территории ангелов. Тайно, тихо, поодиночке или парами. Осесть, жить... и травить их изнутри.
   -- Бред, -- качнул головой Сантана. -- Нам с ними не ужиться.
   -- Всех вырежут до того как осядут, -- поддакнул Изель. -- В Хангард, вон, прошло лишь восемь из двадцати. Двенадцать положили тут же.
   -- Но семеро прошли. Девка не в счет, -- уставился на него Дэв.
   -- И там же остались, -- скривила губы Ушпак.
   -- Это самый тупой и длинный путь. И он все едино ведет в тупик. Мы ничего не добьемся тактикой выжидания, потому что ждать нечего. Единственный шанс - Вита. Но вы послали его, терпения не хватило, -- выдал злую отповедь Сантана. -- И погубили все. Не оставили ни шанса. Ее нужно вернуть. Вернуть во чтобы то не стало!
   -- Убить. Во чтобы то не стало, -- поправил архана Дэв.
   -- Упрямый сукин сын!
   -- Ну, мамочка у нас у всех, по сути, одна, -- хохотнул Марон.
   -- И не поможет, -- тяжелым взглядом уставился на Сантану Дэван.
   Сантана закрыл глаза: идиоты, какие редкие идиоты! Почему он идет у них на поводу? Зачем ему тонуть со всеми? Хотят пойти на дно - их право, а он побарахтается еще.
   -- Делайте что хотите, -- бросил устало и сел на скамью у стола, взялся за кувшин с вином. Оно интереснее собеседников.
   -- Девку - убить, -- перевел взгляд с Сантаны на Изеля Дэв.
   Демон помолчал, размышляя, и вздохнул:
   -- Похоже, выбора нет. Не досталась нам, нельзя чтоб осталась им.
  
   Вита приподнялась на локтях и огляделась. Ничего не поняла. Зажмурилась, тряхнула волосами и опять осмотрелась. Картина не поменялась и ясности в понимание не внесла. Сероватая материя укрывала ее как небосвод. На куполе виднелась прореха углом и в такт тряске то пропускала светлый лучик внутрь, то преграждала ему путь. Пол с углублением, выстлан чем-то светлым, мягким, но плотным. Все. Только за пологом слышны странные звуки: что-то поскрипывает, кто-то топает.
   Что за ерунда?
   Девушка нахмурилась и потрогала затылок - целый. Но отчего-то чувство, что приложили по нему душевно, и состояние под стать - муть в голове.
   Что же было?
   Девушка пробралась по шаткому полу к пологу и осторожно посмотрела в щелочку. И увидела две лошадиные морды. Моргнула, глянула выше и отпрянула вглубь непонятной комнатушки - ангелы. Двое на лошадях находятся прямо в паре шагов от нее и этого убежища.
   И вот тут она вспомнила, что было и, поняла, что попала скорей всего в плен.
   Девушку передернуло - надо же быть такой везучей!
   Черт, черт, черт!
   И как теперь выбираться?
   Вита прокралась к щелочке с противоположной стороны, чтобы понять, что твориться там. И не порадовалась: был виден круп лошади, а чуть в стороне справа четыре ангела со спины на лошадях шли цепью. Все те же светлые головы, светлые плащи, светлые рукояти мечей. Уже шестеро. А если посмотреть влево...
   Вита глянула и чуть съехала вниз на пол - еще трое. Итого девять ангелов, которых она видит. А сколько их на самом деле? Скольких она не узрела?
   Ситуация складывалась плачевная. Вита не знала, взяли ли демоны Хангард, но понимала, что скорей всего затея провалилась с треском, и она, хоть кричи, что ее подставили, виновата. Но мало впустую легли все девятнадцать ее товарищей - она осталась жива и находится в плену.
   Но почему других демонов ангелы убили, а ее куда-то везут?
   Впрочем, хорошего от этого рандеву Вита не ждала, от ангелов в принципе ничего хорошего ждать не приходилось. Это осознание и подстегивало - нужно уходить.
   Остались ли еще ребята Изеля в лесу под Ханградом, далеко ли ее увезли ангелы и как найти дорогу к дому, в пещеры - она разберется позже. И ответит перед Сантаной и другими арханами, перед советом шести и всем обществом демонов. Сначала надо сбежать.
   Девушка ощупала себя, надеясь найти нож, прикрепленный к лодыжке или какой-нибудь острый предмет в куртке - ничего. Теперь у нее не было даже ремня и сапожек. Уж это-то совсем свинство, -- уставилась на свои голые ступни. Ангелы бы еще и одежды ее лишили, чтоб точно побег не устроила.
   Затейники, маму, Бога, душу!
   И притихла - что за слова? Откуда в ее голове непонятный набор выражений? Может, пока ангелы ее к этой тарантайке тащили, головой все-таки приложили?
   И мысленно отмахнулась - об этом она потом подумает, сейчас дела поважней есть.
   Оглядела еще раз место своего пребывания, соображая как выбраться на волю, чтобы конвойные не заметили. В открытый бой с ними вступать глупо и бесперспективно. Значит, нужна хитрость. Взгляд ушел к краю настила у бортов. Девушка потянула его и поняла, что он не прикреплен. Под ним виднелись деревянные жерди телеги, а сквозь щели через них, была видная трава, коричневатая земля.
   Если выломать дно и прицепиться с внутренней стороны повозки, дождаться поворота или кювета рядом, густых зарослей или овражка, есть шанс скрыться. Мизерный, но все же больший, чем если идти в лобовую или пытаться сбежать через полог. Внезапность даст ей фору на пару секунд, максимум, и этого времени, чтобы скрыться ей не хватит. А вот если не вступать в бой, не ломиться в лес по головам - можно и скрыться.
   Вита подергала жерди и поморщилась - хорош план, и деревяшки хороши. Куда лучше ее проекта.
   Девушка ударила по жердям ногой и лишь пятку отбила.
   Села, зажав ступню, и расстроено в материю полога уставилась. Выходило, что она беспомощна, а ее план - наивная мечта. И остается лишь одно - ждать удобного случая.
   Паршивая перспектива.
  
   -- Ты не переусердствовал?
   Аллель покосился на архана и качнул головой:
   -- Я был почти нежен.
   Уриэл сомневался, но промолчал.
   То, что девушка долго не проявляет любопытства и не пытается вылезти из повозки, начинало его тревожить. Путь и так был нелегок - до Амилона мало далеко еще и опасно с таким грузом.
   Мужчина не тешил иллюзий на счет демонов. Уверен был - попытаются либо отбить, либо убить девушку. Она нужна им, очень нужна, но либо живой в их руках, либо мертвой в руках ангелов.
   И вздохнул - это одна забота. Другая - сама девушка. Сидеть на бочке с порохом с факелом, пожалуй, поспокойней будет, чем пуститься в путь в сам Амилон с самой Витой. То, что Элай прав и девушка недужна, он убедился, но проблем это лишь добавляло, а не снимало. И он каждую секунду ждал неприятностей или неожиданностей.
   -- Смотрите в оба, -- бросил Аллелю и двинул коня ближе к повозке. Чтоб лично проследить и быть уверенным - не упустил. Отогнул полог, заглянул внутрь и встретился с тяжелым взглядом исподлобья.
   Жива, цела, на месте, -- успокоился и выпустил полог.
  
   Виту перекосило от вида "желтоглазого". Если б не его появление, она бы еще подождала удобного случая, но мужчина сам того не ведая, толкнул ее на безумие.
   Одна мысль о том, что этот убийца рядом, взвела девушку, и она вновь отогнула настил, ударила ногой по жердям телеги. Сжала зубы от боли и ударила опять. Потом снова и снова, с завидным упорством била по одной из жердей пока та не треснула, потом вторая, третья.
   Вита не думала, в нее вновь словно вселилась другая, и у этой Виты не было метаний и сомнений - только цель, которой она начала методично добиваться.
   Вторая жердь треснула, следом третья. Ступня была разбита до крови, но это была незначительная для Виты частность. Она доломала жерди руками, но куски не выкинула - сложила под настил, а острый обломок сунула за пояс - пригодиться вместо оружия.
   Лаз получился небольшой, но достаточный, да и жерди удачно расположены - с пазами. Под колеса телеги не попадешь - та ползет еле-еле. Можно успеть с одной стороны на другую перекатиться, не то, что в одну.
   Девушка юркнула вниз.
   Вылезти, зацепиться снизу не составило труда, трудно было вернуть на место настил. Держаться было удобно, но в постоянном напряжении мышц долго не провесишь, а чуть расслабишься, спиной начинаешь шоркать по траве. Неприятно. Опасно - кто-то что-то может заметить или услышать. Стоило поспешить, однако что слева, что справа виднелись копыта лошадей и бесконечность травных полей.
   Бежать по открытому пространству через траву по колено - глупо. Один взмах меча, одна стрела и привет.
   Вита зорко поглядывала по сторонам, ожидая удачный момент, а его все не было.
   И вот пахнуло сыростью и хвоей. Показался куст справа, потом одна ель, вторая слева - колонна входила в лес.
   Колесо телеги наехало на корень и тот неслабо прошелся по позвоночнику Виты. Девушка поморщилась и покосилась на колеса. В голову пришла идея.
   Пара ударов ногой в обод и колесо начало вихлять, телега подпрыгивать. И вот завалилась на одну сторону, а Вита откатилась в другую. Юркнула меж копыт лошади, поднялась и рванула в лес, хотя уже понимала, что просчиталась. Лес оказался всего лишь пролеском - небольшим участком заросшим молодняком. Ей его проскочить удалось за пару минут, конным же - за минуту.
   Ангелы начали молча окружать ее. Уриэл преградил путь, направив коня поперек дороги Виты, и покачал головой, одарив беглянку странным взглядом.
   Девушка остановилась, оглядела взявших ее в кольцо всадников, оценила их количество. И развела руками, выдала Уриэлю беззаботную улыбку: ладно, твоя взяла.
   И вдруг метнулась к тому ангелу, что был менее осторожен и внимателен, чем его товарищи. Молодой и видимо малоопытный, вот это его и подвело. Девушка рванула его на себя, выкидывая из седла, а сама оказалась на коне и тут же ударила рысака пятками что есть сил. Конь вздыбился, распугивая своих собратьев и, ринулся по полю прочь от них.
   Однако первоначальный отрыв и фора постепенно таяли. Виту нагоняли всадники и брали в тиски. Кто-то засвистел и лошадь под девушкой стала нервничать, не слушаться, и постепенно тормозить. Вита просвистела что-то самой себе непонятное, вторя уже услышанному, и конь опять понес во весь опор. Но было уже поздно, момент был упущен. Один из ангелов схватил узду, другой выхватил девушку из седла, перехватив крепкой рукой через талию.
   Вита вытащила свое "оружие" - остатки жерди, но не смогла даже размахнуться - рука в перчатке сжала ее руку, заставляя выпустить палку. Та полетела в траву и осталась где-то в стороне от наездников.
   Вита притихла. Ее не кинули поперек седла - ее усадили и крепко прижали, перехватив через руки рукой и только. Это больше походило на заботливые объятья, чем на пленение. И заставляло задуматься.
   Ангелы развернули коней обратно к оставленной телеге, один вел лошадь без седока. Передал ее молодому, что получил урок от девушки. Парень хмуро глянул на нее и влетел в седло.
   Вита растерялась.
   Сколько длилась погоня? Пять, семь минут? Максимум. Сколько раз за это время ангелы могли ее убить? Пятьдесят, семьдесят раз. Сколько из них оголило мечи, вытащило стрелу из колчана? Ни один, ни одну.
   И ни криков, ни улюлюканья ни при побеге девушки, ни в спину беглянке, ни когда уже взяли.
   И лица у мужчин сосредоточенные, взгляды у некоторых хмурые, но без злости или ненависти.
   Количество ангелов тоже поражало: двое возниц и двенадцать конных. Не много ли для сопровождения одной женщины, одного демона? Так сильно нужна, так сильно важна или так сильно чего-то боятся?
   Что-то не так, -- поняла Вита. Косилась то на одного, то на другого что шли рядом, круп к крупу лошади, конвоировали уже четко - не вырвешься, и пыталась понять, чем вызвана лояльность ангелов и их количество. В лучшее она не верила - не те люди. Тогда зачем ее куда-то везут, а не убивают? И решила, что ключом к разгадке их поведения является именно конечная цель пути. Или пункт.
   -- Куда вы меня везете? -- развернулась к мужчине, что ее держал, не ослабляя хватку. И смолкла, увидев всю ту же ненавистную физиономию и желтые глаза.
   Ангел молча смотрел на нее, а ей казалось, он что-то говорит.
   Чушь, -- тряхнула волосами и отвернулась. Если б кто-то другой держал ее, если б кто угодно из этого полчища прижимал к себе, она бы проявила благоразумие, но это был Уриэл. И его рука, что сейчас касалась ее, была в крови жители той сгоревшей деревни и товарищей Виты. А этого ей было не вынести.
   Девушка вдруг выгнулась, поддаваясь вверх и назад, с маху ударила его затылком в лицо, и рванула в сторону, пытаясь вывернуться. Но мужчина и на грамм не ослабил хватку, наоборот, сжал пленницу сильнее. Вытер второй рукой струившуюся из носа кровь и хоть бы слово Вите сказал, ударил в ответ. Остановился уже у телеги, где двое ангелов приладили колесо.
   Спустил девушку под их присмотр и слез с лошади. Поймал кинутую ему веревку и все так же молча начал связывать Вите руки. Та терпела, но мышцы напрягла - после освободиться будет проще. Но мужчина словно знал эту уловку - перетянул веревкой плечи и затянул ее на талии, перехватив ноги. Спеленал.
   -- Что тебе надо от меня? -- выплюнула ему в лицо девушка, когда он затягивал узел на ее груди. Уриэл глянул, как ослепил и ... подхватил на руки, передал своему конному товарищу.
   -- Проверить дно повозки, -- приказал другим.
   -- Уже. Пролом.
   Уриэл кивнул, словно того и ждал.
   -- Заделать и укрепить получиться только в Листеле, -- заметил Аллель, удобнее усаживая Виту. Ту распирало от ненависти, но сделать она ничего не могла и потому лишь вздохнула.
   -- Возможно, там и с Рафаэлем встретимся, -- сказал Уриэл, усаживаясь в седло. Уставился на Виту, а она на него. С минуту друг друга разглядывали - девушка непримиримо, с обещаниями скоро и сполна поквитаться, а мужчина, будто сетуя на ее неугомонность, и вот отвернулся, развернул коня и пустил вскачь. Следом полетели остальные.
   Тряска всю душу вынимала. По дороге Вита растеряла все эмоции, зато приобрела стойкое желание проблеваться.
   К тому моменту как тропка вывела их из леса прямиком на небольшой городок с круглыми светлыми домишками, башенками и оградой, что только возводилась, девушка возненавидела не только ангелов, но и лошадей, как средство передвижения.
  
   Глава 12
  
   Ненависть ненавистью, но поведение ангелов ставило Виту в тупик.
   Странно - единственное слово, которое она нашла, чтобы определить их поведение и отношение к ней.
   Она пленница, демон, хотела взорвать башню, знает, где находятся базы их врага. В конце концов, она положила не меньше пяти ангелов в ту ночь. Но в итоге попала в плен, а не была убита как ее сестры и братья. В то время как с ними не миндальничали и отрубили головы там же, у дороги, ведущей на ярмарку, и тут же, как только вывели из толпы, ее куда-то везли, старались не причинить вреда. Ее ни о чем не спрашивали и ни в чем не винили. И не бросили как тюк с бельем в подвал, а принесли в глухую комнату без окон, развязали. А следом принесли и поесть - тот замечательный, уже знакомый ей хлеб - белый с золотистой корочкой, а не привычный ей серо-черный или коричневый с прогоркшим вкусом. Миску с душистой пищей и кувшин с белой жидкостью.
   Аллель поставил перед ней еду и сел сам напротив.
   Вита с минуту рассматривала яства и села, придвинула миску. Гордость гордостью, но и ей нужны силы.
   Однако кушать не спешила - помешала густую однородную массу в посудине и покосилась на ангела. Странная еда и он странный. Отравить решил? Подобие такой кашицы она уже видела в своей жизни - в подземелье.
   Лицо девушки стало мрачным и, Аллель отвернулся, сел к ней боком решив, что смущает взглядом.
   Вита же боялась пробовать угощение. Белое питье ей видеть, а тем более пробовать, еще не доводилось, и оно настораживало ее, как и каша. Единственное, что не вызвало сомнений - хлеб. У ангелов он был почти произведением искусства и манил одним своим видом, а от запаха просто булимия образовывалась.
   Девушка нехотя отодвинула миску и впилась зубами в булочку.
   -- Не хочешь кашу? -- искоса глянул на нее Аллель.
   -- Накормили в свое время. Досыта, -- тяжело уставилась на него девушка.
   Мужчина будто не понял о чем она. Взял ложку, попробовал и пожал плечами:
   -- Хороша.
   Вита засомневалась в своей правоте. Есть хотелось и каша манила, а то, что ангел ее кушал, говорило об одном - пища не отравлена. Девушка поколебалась и придвинула к себе, принялась уплетать обед.
   Мужчина налил ей в кружку молока, придвинул и уставился, сложив руки на столе.
   -- Давно у демонов?
   Вита замерла на пару секунд. Зыркнула и опять за кашу - хорошо мягко сказано - отличная!
   -- Сколько уже? -- не унялся Аллель.
   Девушка ела и думала - что за странная постановка вопроса? Они не в курсе, кто ее и откуда вытащил? Удивлены, что она у демонов? А что, должна быть у ангелов? С чего решили, что может быть с демонами "давно" или "недавно", а не "всегда"?
   -- Много ваших к нашим уходит? -- пришла к единственному выводу.
   -- По своей воле - ни один.
   Вита посмотрела на него - глаза честные. Да и сама она ни одного ангела у демонов не видела, чтобы там Сантана на этот счет не говорил. А все равно веры этому мужчине нет. Он враг, и... с чего странные вопросы задает?
   -- Так давно ты у демонов?
   "У" - не "с".
   Вита прищурила на него глаз - что хочет этим сказать?
   -- Я с демонами. Всегда. Не с вами же.
   -- Что так?
   -- Потому что демон.
   Аллель застыл, переваривая, воззрился в глаза Вите:
   -- Демон?
   Он словно сомневался и тем очень раздражал девушку. Так немного и смотри, начнет еще уверять ее, что она ангел.
   -- Хорошо, что не ангел.
   -- Почему?
   -- Потому что лучше удавиться, чем быть ангелом! И.. пошел вон отсюда! Хочешь что-то выпытать? Не старайся! Может, задружиться хочешь? На свою сторону переманить? На дуру похожа? Не трать время! Ничего я вам не скажу и знать вас не хочу! -- выдала тираду, не скрывая презрения и ненависти.
   Аллель склонил голову, слушая отповедь девушки. Посидел и вышел.
   А Вита грохнула по столу ладонью - достал гад! Убила бы их всех!
   И покосилась на молоко - заманчиво, а не тронет. Голодовка! Пусть сами травятся!
   И чуть успокоилась - чего она, действительно, взвилась. Нет, но он тоже хорош - хитрый, с подходцами.
  
   Аллель прошел в залу, налил себе молока и выпил. Уриэл не торопил - видел по лицу, что результат разговора не утешительный, значит торопить с докладом не стоит.
   -- Свята бы, -- уселся за стол мужчина и придвинул к себе плетенку с хлебом. Взял краюху.
   -- Свята? -- поджал губы Уриэл и задумчиво уставился поверх головы своего друга. -- Хорошо бы, -- согласился. -- Но вряд ли толк будет. Да и не поедет Свят. Никто уже не верил и не верит.
   -- И я, -- признался Аллель, прямо глянув в глаза мужчины.-- Вроде все сходится, а вроде - ничего.
   -- Ты ее не знал, а я - знал. И уверен, что не ошибся.
   -- Но мог?
   Уриэл нахмурился, покрутил кружку с молоком:
   -- Даже Отцы ошибались - что о нас говорить?
   -- Так пообщайся с ней, убедись еще раз.
   -- Я ее раздражаю. Она больна и я не хочу, чтоб ей стало совсем плохо, -- качнул головой.
   Аллель вздохнул, помолчал и сказал:
   -- По-мне - она если и больна, то злостью и хитростью.
   -- Ты не прав.
   -- Может быть, спешу с выводами. Не мне судить, Уриэл - ты сказал, значит так и есть, но, пойми, прошло больше пять лет. Она бы объявилась, были бы слухи. Та, о ком ты думаешь - мертва, ты сам говорил. И вдруг, жива? А где была? Слишком многое не сходится, слишком многое непонятно.
   -- Согласен. Клонишь, что все это каверза демонов?
   -- Не исключаю, -- признался. -- Потому что больно складно получается. В их духе. Ты тоже об этом подумал: ведь так?
   Уриэл помолчал - слова Аллеля не лишены смысла, и все же, если есть хоть один шанс из тьмы, что он не ошибся - стоит рисковать.
   -- Скоро появится Рафаэль. Доставим девушку до Амилона, а там Амин нас рассудит, -- постановил.
   -- Могли бы обойтись без Рафаэля.
   -- Нет. Ханград нельзя оставлять без защиты. А мы и так взяли много воинов. Но мало, что бы спокойно добраться до Амилона.
   -- Она, конечно, ловка и хитра, но мне кажется, ты преувеличиваешь опасность, -- осторожно заметил мужчина.
   Уриэл лишь грустно посмотрел на него.
   Если б Аллель был вчера у башни, а не у ворот, то сомнения бы его отпали. То, что выкинула девушка сегодня - еще цветочки. А может выкинуть "ягодки", а потом по эти плоды появятся демоны.
   Аллель слишком мало знает, чтобы понять, насколько высокие ставки сделаны.
   -- Лучше подстраховаться. Беспечность нынче стоит жизни. И не только твоей.
  
   Вита лежала на лавке и с тоской косилась на уже пустой кувшин на столе.
   Ведь знала, что отравят обязательно, не могут иначе, а все равно выпила. Теперь пожинает плоды - опять давящая слабость, голова кругом и тошнота. Вовремя, что говорить.
   Хотя, может и действительно вовремя - помрет и не получат ангелы что бы там не хотели.
   Но тогда зачем ее травить?
   Мысли опять путались в голове, вопросы запинались об ответы, ответы о вопросы. Она то проваливалась в дрему, то выплывала из нее, и уже не помнила, не понимала, кто и где находится. Ей виделись черные влажные стены казематов, чудился спертый воздух наполненный зловонием и насмешка надсмотрщиков - кусок кирпича под названием хлеб. Даже крысы на него не зарились, а их зубы и желудки были крепче, чем у Виты.
   Девушку скрутило только от воспоминания, и она рухнула с лавки на пол.
   Стражник за дверью услышал звук падения и заглянул в комнату. Увидел, что пленница корчится на полу и сразу пошел с докладом к архану. Тот только взглядом с взглядом мужчины встретился - понял, что-то неладно.
   -- Она?
   Ангел кивнул. Уриэл стремительно направился к девушке, следом поспешил Аллель.
   Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять - Вита не в себе. Уриэл поднял ее, но что делать, не знал. Уложил на скамью и покосился на друга:
   -- Зови Гришеля.
   -- Толку от него, -- бросил тот глухо, глядя на бисеринки пота на лбу пленницы, белое как молоко лицо и пустые глаза. -- Сюда бы Свята.
   "Откуда его взять?" -- хотел рявкнуть Урэл, но забыл, услышав со стороны дверей:
   -- Свята захотели? Что ж у нас здесь такое непонятное? -- весело спросил высокий мужчина, появившийся в дверном проеме.
   -- Рафаэль! Слава Отцам!
   -- Всегда слава, -- согласился, не переставая улыбаться. И двинулся к другу, желая обнять. -- Когда же мы с тобой виделись последний раз, а, друг мой Уриэл? -- раскрыл руки для объятий, но Уриэл повернул его за плечо к девушке. Как не рад был Рафу, а она важнее.
   Архан уставился на девушку и потерял улыбку. С минуту молчал и стоял как парализованный, потом шагнул к Вите и без церемоний вытянул рубашку из брюк, загнул до самой груди. И вновь замер, на какое-то мгновение с его лица спала краска.
   Уриэл увидел, что и его товарищи - грубый неприглядный длинный шрам под левым ребром, и закаменел. Сомнений больше не было.
   Рафаэль выпрямился и стремительно вышел из комнаты, гаркнув на ходу своему помощнику, что ждал его в коридоре:
   -- Свята сюда!
   Аллель проводил арханов взглядом и вернул рубашку Виты на место, прикрывая отметину старого ранения.
   Раф вышел на улицу, на площадку лестницы второго этажа и впился руками в перила, оглядывая местность внизу: лошадей у навеса, воинов, женщин у колодца, но не видел их.
   Уриэл прекрасно его понимал и не мешал ему справиться с собой. Рафу нужно было время, как несколько месяцев назад оно понадобилось Уриэлу. Он точно так же не верил своим глазам, когда вылетевшая на встречу всадница предстала перед ним не прячась и смотрела прямо в лицо. Тогда ему на миг показалось, что он сошел с ума или стал жертвой уловок демонов. Но Вита не испарялась. Лошадь нервничала под ней, крутилась и, девушку можно было рассмотреть с ног до головы, от кончика носа до носков сапог.
   Его растерянность сыграла тогда злую шутку - девушка исчезла в лесу и он так и не смог ее найти. И после почти убедил себя, что она привиделась. Но сам подспудно выискивал ее взглядом, ждал, что объявиться вновь. Если она, иначе быть не могло.
   Так и случилось.
   -- Ты понимаешь, что это значит? -- тихо спросил Рафаэль.
   Риторический вопрос, -- Урэл склонил голову и прислонился плечом к стене, сложил руки на груди.
   Раф грохнул кулаками по перилам и уставился в небо, покачал головой:
   -- Я был уверен, ты обознался. Приехал только чтоб убедиться - ты не в горячке. Свята для тебя взял на всякий случай, а то больно странный недуг, видениями такими одаривает...
   -- Я здоров и в себе.
   -- Убедился, -- развернулся к нему Рафаэль, сверкнул глазами. -- Как ты ее нашел? Где?
   -- Она, -- разжал губы мужчина. -- Вылетела неожиданно. Потом пропала. Я не говорил, не знал - привиделась ли, правда ли? Вчера в толпе заметил и опять не был уверен. Она была с демонами, -- посмотрел в упор на друга. Мужчина свел брови на переносице и стал грозным.
   -- Поэтому просил помочь? Я взял лишь двенадцать воинов.
   -- Будем надеяться, этого хватит.
   Раф в сомнениях качнул головой, задумчиво глядя перед собой:
   -- Я не поверил, понимаешь? Глупее-ец...
   -- Я тоже не верил до конца. Пока ты шрам не выказал. Даже готов был принять версию Аллеля, что это демоны нам испытания устраивают. Она ведь вчера шестерых моих играючи положила. Месяц будут в себя приходить.
   Рафаэль не удивился, только лицо стало более замкнутым.
   -- Вот так и не раз, -- ткнул сначала в друга потом в свою грудь. -- И хоть бы взглядом дала понять, что знает меня!... Нет. Мелькнет что-то во взгляде и снова ненависть. Ненависть, Раф. Такая, что страх берет.
   -- Ладно тебе, не винись. Оба мы виноваты... Теперь о другом думать надо, -- сжал ему плечо мужчина. -- Что с ней, знаешь?
   -- Понятия не имею. Знаю, что недужна, а чем, что - не знаю. Странностей много - бегает от нас, говорит такое, что то хоть в землю провались, то думаешь, кто из нас не в себе. То моих, как дрова раскидала, то ощущение, что и ложку не поднимет. Больна - а вроде не больна, в себе - а вроде не в себе, она - а вроде не она.
   -- Посмотрим, -- насупился и вдруг громыхнул на весь двор. -- Свя-аат!!! Свят, ежик тебе в сапог!!!
   -- Оставь в покое животное, -- протянули за спиной. Арханы развернулись и уставились на молодого, щуплого мужчину с меланхоличным взглядом серых глаз. -- Что? Свое дело я уже сделал, больную осмотрел.
   -- Ну и? -- спросили дружно.
   -- Здравствуй, между прочим, -- глянул на Урэля и сложил руки замком, уперся в косяк двери спиной.
   -- Здравствуй.
   -- Чем вы ее кормили?
   -- Эээ... Каша, молоко.
   -- "Каша, молоко", -- проворчал. -- А чем она питалась до?
   -- Откуда мне знать? -- пожал плечами мужчина.
   -- А мне что здесь тогда делать?!
   -- Это она или нет?! -- рявкнул Рафаэль, понимая, что не останови, Свят долго будет словоблудием да препирательством заниматься - нрав такой.
   -- Мне почем знать?!
   Архан насупился, Уриэл растерялся.
   -- То есть как?
   -- Об косяк! Спит она, что я могу узнать?
   -- Но шрам-то видел?
   -- Видел. Ну и что?! Вы в своем уме, братцы? Таких шрамов может быть пруд пруди, и что каждая с ним - дочь Отцов? Где вы вообще ее откопали?
   -- Я, -- поправил Уриэл, зыркнув на Рафаэля. -- С демонами была.
   -- Ах, с демонами, -- протянул Свят, со значением выгнув бровь. -- Дочь Отцов, да? Вы в своем уме, братцы? Хор-рошую вам приманку закинули, -- закивал.
   Мужчины молча смотрели на него - сказать было нечего.
   -- Амин рассудит, -- бросил, наконец, Уриэл.
   -- Амин? Угу. А вы не думали, что именно это им и нужно - добраться до Амина? Она - отличный способ, беспроигрышный вариант.
   Уриэл нахмурился. Слова Свята не были лишены смысла и будили тревогу.
   Рафаэль вздернул подбородок и свысока смотрел на мужчину, выказывая взглядом сомнения. Но скорей сомневался в себе, чем в его правоте.
   -- Может быть, -- согласился после долгого молчания, и тут же добавил. -- А может не быть. Может прав ты, а может Уриэл. Поэтому давай так - ты идешь к ней и разбираешься.
   -- В чем? -- поджал губы мужчина, с легким раздражением глядя на архана. -- Мое дело - болезни, ранения. Я делаю, что умею лучше всего. Поэтому не скачу за демонами по лесам, а лечу людей и учу. И вам советую заниматься своим делом.
   -- Вот и займись. Полечи и выясни, кто она: уловка демонов или дочь Отцов.
   -- Ты не понял...
   -- Нет, это ты не понял!.. насколько важно это узнать. Поэтому закончи препирательства и займись делом, -- приказал безапелляционным тоном Рафаэль и пошел вниз, пресекая возможность продолжить толочь воду в ступе.
   Подошел к Самаэлю, одному из своих людей, и приказал:
   -- Скрытно организуй дозор вокруг башни. Смотреть в оба. Утром лично мне доложишь, где какая бабочка пролетала.
   Ангел улыбнулся и кивнул: понял.
  
   Глава 13
  
   Вита лежала на скамье и смотрела в темноту комнаты. Девушке стало лучше, и в голову лезли странные видения, глупые мысли. То казематы подземелий ангелов мерещились, то возникала мысль, что слишком она зажилась, и толку от ее жизни нет, одно мучение для себя и окружающих. То виделся фрагмент картины боя: клинок, входящий в спину демона, прикрытую темным плащом, рывок обратно и на белом плаще расцветают бурые кляксы. Лязг сошедшихся крест накрест мечей, их владельцы светлый и темный, кружат, меряясь силами, а за ними, заливая их фигуры светом, заходит солнце. И появляется мысль у девушки, что пора встать и устроить бой, и убить хоть одного ангела, и быть убитой. Все лучше, чем ждать итога устроенного ей пути, лучше, чем быть пленницей, видеть рожи убийц.
   Дверь чуть скрипнула приоткрываясь.
   -- Вита? -- послышался шепот.
   Девушка встрепенулась и встала. Голос показался ей знакомым, но лишь подойдя ближе к закутанной в черный плащ фигуре, она по глазам узнала демона.
   -- Русмус!
   -- Тс! -- приложил палец к губам. -- Пошли.
   Она выскользнули за дверь...и увидела отсвет лезвия, взмах меча идущего на демона. Секунда и голова Русмуса полетела на пол, тело осело, обдавая фонтанчиками крови и убийцу ангела и Виту. Пара капель попала ей на лицо, и девушка невольно зажмурилась, а кулаки сжались сами. Когда Вита открыла глаза, она уже не владела собой.
   Чуть отклонилась в сторону, вцепившись в край двери и, с силой отправила ее в сторону вставшего за своей спиной ангела. Того смазало по стене. Вита даже не обернулась - вспрыгнула с места и врезала ногой в ухо второму, отправляя его в стену. Мужчина оглох в полете, врезался физиономией в камень и выронил меч.
   Вита же встала на колено перед головой Русмуса:
   -- Прощай, друг.
   Вот так - пришел ее спасти и нашел свою смерть. Спасибо Сантане, что не забыл о своей подруге и еще надеется что она на что-то способна, но вряд ли она сможет вернуться и посмотреть тебе в глаза. Ведь из-за нее погиб Русмус, а его жизнь стоит много больше, чем ее...
   И вскинула взгляд, услышав шорох в коридоре - к ней шли еще трое ангелов.
   Вита подняла оброненный воином меч и выпрямилась во весь рост.
   И взяла старт с места - ринулась с криком на мужчин. Пара секунд и один был убит, двое лежали без сознания. А Вита уже летела к лестнице, навстречу остальным, что поднялись по тревоге. Уперлась о перила и со всего маху дала ногами в грудь впередиидущего - Рафаэля. Мужчина, широко распахнув глаза от удивления, повалился назад, сметая своих. Вита же прыгнула вниз, игнорируя лестницу. Приземлилась на спину ангелу и вскрыла ему горло мечом. Оттолкнула на бегущих к ней с лестницы и ринулась к дверям. Вылетела на улицу и легонько получила под дых рукоятью меча от Уриэла. Согнулась, недобро глядя на него, пара вздохов и ... пнула ногой дверь позади, впечатывая ее поверхность в физиономию Рафаэля.
   Послышалось глухое "еее".
   Но Вита уже наметила путь ухода и не обращала ни на что внимание. Единственное что не дало ей сразу уйти - бой с демонами, что вели во дворе ангелы. Она должна была помочь своим, тем более их было трое, а еще двое и Русмус были мертвы. На глазах девушки ангел отправил демона в подарок смерти.
   Вита ударила ступней в колено Уриэлу, который хотел ее остановить, и локтем въехала ему в глаз, как только тот согнулся от боли. Оттолкнула и двинулась на убийцу, крепко сжимая рукоять меча.
   Самэль обернулся и уставился на девушку.
   Стройная красавица со светлыми волосами, серебрящимися в свете луны и строгий лик воительницы, вызвали потрясение. Меч отчего-то воспринялся отдельно и Самаэль не подумал, что к нему стремительно летит сама смерть. И удивленно уставился на рухнувшую у его ног девушку. И поднял обалдевший взгляд на своего архана.
   Рафаэль сплюнул кровь в сторону и перевел дух, разглядывая распластавшуюся на земле девушку:
   -- Не она, значит? -- просипел. -- Ну, ну.
   Откинул ногой меч подальше от нее и вытер с лица кровь. Но та продолжала струиться из разбитого носа и заставляла мужчину то и дело отплевываться.
   -- Свяжи крепко, -- приказал Самаэлю, кивнув на Виту и попер к бочке с водой. Ангелы уже уложили остальных лазутчиков демонов и в помощи не нуждались. Поэтому мужчина спокойно занялся собой. Стянул плащ, перчатки и, вправив себе нос, окунул голову в холодную воду.
   Вынырнул и встретился взглядом с Уриэлом. Тот смотрел одним глазом, а второму делал примочки холодной водой.
   Раф уперся в края бочки руками и вдруг усмехнулся, тряхнул волосами.
   -- Не она, да? Где у нас Свят? -- прошипел с угрожающим сарказмом.
   -- Спит, наверное, -- буркнул Уриэл.
   -- Ну, сейчас проснется, -- пообещал. Подхватил свою амуницию и двинулся в башню. Прошел мимо убирающих следы побоища воинов и ногой распахнул дверь в комнату лекаря. Тот сидел каменной статуей на лежанке и с ужасом таращился на появившегося архана.
   -- Что, не выспался? -- процедил тот, и рывком поднял Свята. -- Не она, да?! Не твое дело, да?! -- заорал в лицо и толкнул в двери со всего маху. -- Так займись своим!!
  
   Утро было тяжелым.
   Вита со стоном, морщась от боли, чуть приоткрыла глаза, и хотела потрогать гудящую голову, чтоб понять, что она не стала в два раза больше, как ей кажется, и поняла, что у нее связаны руки. Села, тряхнула волосами и с трудом сфокусировалась на сидящих напротив нее ангелах.
   Уриэл глянул на девушку и уткнулся в свою тарелку. Заплывший глаз значительно уродовал его и Вита даже не сразу узнала мужчину. Второй в принципе был ей незнаком - тот же бледно кофейный загар как у всех ангелов, светлые, с пепельным оттенком волосы до плеч, пронзительные голубые глаза и... опухший нос, губа. Привычные для ангелов утонченные, но строгие черты лица были сильно подпорчены и искривляли образ.
   Вита хмыкнула - и чем они в таком виде отличаются от демонов? Одеждой цветом волос и глаз? Ха!
   -- Кушать будешь? -- прогнусавил мужчина, не обращая внимание на ее смешок.
   Нет, -- качнула головой - давись сам.
   Мужчина, молча встал, прихватил кувшин и, схватив Виту за шею, заставил выпить немного молока.
   Девушка ощерилась, взглядом пообещав ему много неприятностей. А тот отставил кувшин, и, наплевав на укоризненный взгляд Уриэла, развернул к девушке стул спинкой, и сел сложив на нее руки.
   -- Помнишь меня? -- спросил Виту.
   Девушка думала с минуту и смутно припомнила, что вроде именно этого ангела она отправила с лестницы кубарем.
   -- Ну, -- каркнула. Голова гудела и боль мешала ворочать языком.
   -- Кто я?
   -- Убийца. Как и все твои собратья ангелы, -- процедила.
   Раф уперся подбородком в кулак и моргнул, изучая девушку.
   -- Угу? А ты кто?
   -- Демон!
   Раф выпрямился и выгнул бровь:
   -- Дааа?
   Уриэл тяжело вздохнул и положил руку на плечо друга:
   -- Не надо. Не сейчас.
   -- Нет, подожди, -- отмахнулся тот. И опять обратился к девушке. -- Значит ты демон? И кто тебе это сказал?
   Вита приняла разговор за допрос и насупилась:
   -- Больше ни слова не скажу.
   Но невольно задумалась - почему ангелы так упорно спрашивают ее кто она? Что за странность, если на ярмарке не спрашивая четко опознавали демонов, выводили из толпы и убивали? Может какие-то одним им известные признаки демонов не сходятся в ней, вот они и сомневаются, поэтому и тянут, не зная как поступить?
   Рафаэль с минуту в упор разглядывал Виту и вот встал:
   -- Нет уж, поговорим, -- заявил так, что она насторожилась. И вышел из комнаты.
   Повисло тягостное молчание. Вита сначала рассматривала пол под ногами, пытаясь понять, что придумал на ее голову мужчина и какие мучения сейчас ее ждут и исподлобья глянула на Уриэла, надеясь по его лицу прочесть свое будущие. Ангел смотрел на нее без всякой ненависти, и вдруг, вовсе улыбнулся. Улыбка была настолько неожиданной и светлой, что Вита потерялась.
   И вздрогнула от гула стремительных шагов архана.
   Рафаэль вошел в комнату с продолговатым блестящим предметом, неся его как щит. Штука вроде нестрашная, но Вита на всякий случай чуть отклонилась назад, когда мужчина выставил ее перед ней.
   -- Смотри.
   -- Зачем?
   -- Просто посмотри в зеркало.
   Вита моргнула, упорно глядя на мужчину. И вот перевела взгляд ниже его физиономии.
   На нее неприветливо уставилась особа непонятного возраста. Всклоченные русые волосы с белыми прядками, впалые щеки, серая кожа, голубые глаза...
   -- И что? -- уставилась на Рафаэля.
   -- Это ты.
   -- Я.
   -- Это! ? ткнул пальцем в отражение в зеркале.
   Вита еще раз глянула на странную особу с заведенными за спину руками и вновь хмуро уставилась на ангела: в чем он хочет ее убедить, интересно?
   Рафаэль понял, что девушка так ничего и не поняла, и не столько растерялся, сколько расстроился. Ему вдруг стало безумно больно, и та вина, что Уриэл принял, а он отодвигал, накрыла с головой. Мужчина медленно отодвинул зеркало к стене и сел за стол, опустил голову. Он готов был многое сказать Вите, но вслух не получалось - ком в горле застревал.
   Только сейчас он начал осознавать, что те пять лет, что они считали ее погибшей, она жила, и жила так, что лучше б умерла.
   -- Нужно ехать, -- тихо заметил Уриэл.
   Рафаэль кивнул, не поднимая головы, Вита скрипнула зубами.
  
   На этот раз навеса у повозки не было, чтобы пленницу было видно всем. К тому же и воинов значительно прибавилось. Однако Вита еще надеялась и потому не сдавалась, пыталась осторожно избавить руки от пут и, как ни в чем не бывало, посматривала вокруг, делая вид, что любуется пейзажем.
   Она ни за что не хотела оставаться пленницей. Сбежать стало ее самоцелью, и помог тому Рафаэль. Его допрос и финал с непонятной штукой, всерьез обеспокоил девушку. Вита решила, что ангелы начинают воздействовать на нее хитростью, и станется, могут обмануть так, что она не поймет, а уже предаст и себя, и своих братьев.
   К тому же ее нервировали взгляды ангелов. Быть под постоянным перекрестным прицелом более двадцати пар глаз - сродни изощренной пытке. Неизвестно, что они еще придумают. А если Сантана пошлет еще кого-нибудь за ней, не оставив попыток освободить, и погибнут новые демоны, она вовсе будет чувствовать себя отвратительно и не сможет вернуться домой. Поэтому нужно было вырваться как можно скорей и любой ценой, пока еще не отрезана дорога назад.
   Девушка осторожно пересчитала воинов - двадцать два. Даже двадцать один, потому что один не в счет. Не воин - недоразумение. Хлипкий, невысокий, взгляд человека, который сам в себе сомневается. И ни оружия при нем, ни приличной защиты в виде чешуйчатой кольчужки, какая вздета на остальных воинах или тех же литых, желтых щитков на руках от запястья до локтя, на ногах от икр до колена. Экипировались ангелы неслабо - тоже неприятный знак Вите. Сейчас их так запросто не взять, не ранить, ни убить. Значит, и уйти труднее.
   Меж тем процессия вступала вглубь густого леса и всадники плотным кольцом сгруппировались вокруг повозки.
   -- Большой группой демоны сюда все равно не пройдут. На постах их уберут, -- тихо заметил Рафаэль, пристально поглядывая в придорожную чащу.
   -- Себя утешаешь или меня? -- спросил Уриэл. -- По уму они и в Листеле появиться не могли, но появились.
   -- Наглеют.
   -- Или выбора нет, только как рисковать жизнями.
   Не поспоришь, и Рафаэль промолчал.
   Вите, наконец, удалось ослабить веревку, и девушка улеглась на настил повозки. Освободила одну руку и лежала, глядя на верхушки деревьев, выжидая вечера и обдумывая план побега. Больше она не должна ошибиться. Эта попытка должна стать удачной. В темноте уходить проще, следовательно, раньше и пытаться не стоит. К тому же пусть ангелы поубавят внимание, подустанут. Целый день в седле и настороже - не шутка. А Вита как раз выспится, сил поднакопит.
  
   Ночь спускалась медленно и одаривала прохладой. Небо становилось все более глубоким и искристым от звезд. Глядя в его бездну Вита чувствовала покой и безмятежность. Но пора было возвращаться в отвратительную действительность.
   Повозка остановилась, всадники спешились. Кто-то начал разводить костер, кто-то уже резал хлеб на ужин, кто-то отправился дозорить вокруг лагеря.
   Вита села и тут же встретилась взглядами с двумя ангелами, что стояли напротив. Обернулась - у ствола притулился еще один, второй сидел в паре шагов от него, и все явно находились рядом с девушкой именно по ее душу.
   "Дежурные", -- вздохнула.
   Села, свесив ноги с края телеги, и держала руки за спиной вместе - иди, разбери в темноте, по-прежнему они связаны или нет.
   Девушка ждала. Немного и ангелы сядут кушать, потом их потянет в сон - и ей останется лишь тихо и незаметно испариться.
   Уриэл послал к ней Самаэля с кружкой молока и хлебом, но девушка отказалась. Хватит, вчера попила их отравы и еле в себя пришла. Больше она на эту вкусность не купится.
   Однако ангел не ушел - встал рядом с кружкой, словно испытывал твердость пленницы и посматривал на нее, еле заметно улыбаясь. Симпатичный и с виду безобидный, глаза добрые, взгляд наивный... Только Вите известно какая жестокость кроется под этой располагающей личиной.
   -- Что уставился?
   -- Тебя Вита зовут?
   -- Откуда знаешь? -- насторожилась, даже голову к мужчине повернула.
   -- Все знают, -- улыбнулся. Вита окинула его оценивающим взглядом и решила использовать. Мужчине явно хотелось поговорить - что ж, она не против, но тема разговора будет та, что интересует ее, а не его.
   -- Куда меня везут? -- смягчила тон.
   -- Далеко, -- ответил помолчав.
   "Умный, да"? -- глянула.
   -- Такая тайна, что умрешь, а не скажешь?
   Ангел рассмеялся.
   -- Слышал, ты была в тех местах, будем подходить - сама узнаешь.
   Вите нехорошо стало, даже горло удушьем сдавило. Скрючилась от одной мысли, что опять в подземелье, в свою лабораторию везут. И смешно-о-о. Ему. А она, только подумает о тех казематах, горечи, что в нее вливали, о тех уколах и издевательствах - сил лишается.
   Но нельзя ей поддаваться, как нельзя оставаться. Теперь только от нее зависит - попадет она обратно домой или нет. И лучше умереть, чем вернуться в тот мир ужаса, темноты, боли, голода и одиночества.
   -- Ненавижу, -- прошептала в траву.
   -- Что? -- склонился к ней Самаэль.
   Вита уставилась на него тяжело, давяще и решилась. Схватила за край кольчуги, к себе подтянула одной рукой, другой меч выхватила из ножен на поясе и вонзила мужчине в живот. Тот понять ничего не успел. Рот только открыл и нахмурился, глядя на девушку с недоумением.
   Оттолкнула и рванула на ангелов, что за ее спиной дежурили, но в последний момент ушла в сторону и в лес. Они только воздух поймать успели.
   Вита неслась по чаще, не разбирая дороги, но чувствовала - настигают. Погоня не отставала и стоило подумать, насколько девушки хватит устраивать себе марафон. На ходу ушла вниз, под кусты, проехала по влажной земле и замерла. Мимо промчались двое, в паре шагов еще один, еще. Похоже, почти все ринулись за Витой. Но не заметили ее под кустом.
   Пробежал последний. Немного подождав, Вита осторожно вылезла из кустов и двинулась в сторону меж расположением лагеря и зоной поиска, что устроили ангелы. Пока те бегают, она успеет далеко уйти. Главное сейчас убраться подальше от них, не спешить и быть максимально незаметной.
   Она начала красться, стараясь держаться ближе к стволам деревьев и вдруг, краем услышала еле заметный свист, автоматически уклонилась. И замерла, увидев, как в ствол перед ее лицом воткнулась "звезда".
   Подобного оружия за все время довольно тесного общения с ангелами, она у них не видела, зато очень хорошо знала, у кого оно есть, и кто его применяет активно. Однако это рушило всю картину реальности, не то, что планы Виты.
   Она даже потерялась на минуту и очнулась, спиной чуя опасность. Что-то появилось в воздухе прямо над ухом. Девушка резко развернулась и прилипла спиной к стволу. И тут же в кору рядом с ее шеей воткнулся меч. Демон, что так удачно нанес удар, смотрел на девушку в упор, а она на него.
   У Виты была фора пока он вытаскивал клинок из дерева, но нападение своих же было неожиданно, непонятно.
   -- Я Вита, -- напомнила ему шепотом. Может брат что-то не понял, с кем-то ее спутал?
   -- Рад, -- отрезал тот и вновь замахнулся. Но на этот раз его подсек ударом в грудь ангел, появившийся незаметно, что для демона, что для Виты.
   Мужчина согнулся от удара и ангел тут же отрубил ему голову.
   Глянул на Виту - цела? И бросив:
   -- Держись ближе, -- засвистел, подзывая своих.
   Девушка вздрогнула, но и только. Она стояла и смотрела на убитого демона парализованная фактом, который не хотелось признавать. И пыталась уверить себя - случайность, недоразумение.
   Однако вскоре ее мечты были сметены.
   В темноте появились три фигуры в черных плащах и все трое демонов ринулись на пару. Ангел встретил клинок одного своим клинком и прикрыл девушку спиной. Вита качнулась, желая уйти от опеки и тут же в тот район, где только что была ее голова, вонзилась еще одна "звезда". Взрыв и девушку оглушило, но и заставило действовать.
   Она перехватила ангела за край плаща и ножны и отправила в строну, а сама предстала перед нападавшими. Если демоны пришли ее убить, пусть убивают. Но она должна знать, что это так, что это не хитрость ангелов, что именно ее, именно демоны и именно решили убить.
   Один сделал выпад мечем, метясь в живот Вите, второй замахнулся, чтобы снести ей голову. Девушка поняла, что нападение не случайность, а целенаправленность и качнулась в сторону от первого клинка, одновременно уходя чуть вниз от второго. Лезвие свистнуло, рассекая воздух и срезая прядку волос Виты. Второе же вошло в ствол вместо живота.
   Девушка перехватила демона за шею, зажала локтем и выставила его под меч второго демона. Как только тот рубанул по собрату, въехала ему в лицо кулаком. Перехватила руку с мечом и, разворачивая, с силой вонзила его рукой же демона ему в живот. Мужчина упал, рядом лег третий, которого убил ангел.
   Взгляды мужчины и девушки встретились. Секунда и ангел взмахнул мечом, отсекая головы поверженных:
   -- Не оставляй демонов в живых, -- бросил. Вита не поняла, хоть и услышала. Она смотрела на своих братьев, тех, что совсем недавно вместе с ней строили планы против ангелов, а сегодня пришли ее убивать, и все пыталась взять в толк, что это не мираж, не кошмарный сон.
   И задержала руку мужчины, что хотел отсечь голову последнему. Тот еще шевелился, пытался встать.
   Вита подхватила его за шиворот, втиснула в ствол дерева и процедила:
   -- Кто послал? Зачем? Я Вита. Ви-ита! С кем ты меня попутал?!
   Мужчина посмотрел ей в глаза и вдруг усмехнулся:
   -- Тебя не спутаешь... Вита.
   Ангел отдернул девушку от демона и взмахнул мечом. Лезвие снесло голову и, та покатилась в кусты.
   -- Впредь не трать время. Они никогда ничего не говорят. Только зубы заговаривают, -- стряхивая кровь с клинка, посоветовал мужчина.
   Вита смотрела на него и не понимала, что и кого видит. Она вообще ничего не понимала.
   К паре выскочили двое ангелов с мечами наперевес и успокоено перевели дух, увидев, что оба живы. В стороне слышался шум и, замелькали белые плащи, словно воины дрались с кем-то невидимым в ночи.
   Вита крутилась на месте, вглядываясь в черноту вокруг, прислушивалась и понимала, что там, за деревьями ангелы ведут бой с демонами. Но дальше ничего сообразить не могла, только хмурилась, видя, что те же ангелы прикрывают ее с двух сторон и выжидают, держа оружие наготове. Защищают свою пленницу от ее же собратьев.
   Она словно потеряла сознание, оглохла, ослепла от творившегося абсурда. Разум просто отказался решать эту загадку. Ночь превратилась для Виты в нарезку кадров, которые не сложить.
   Уриэл встряхивает ее, что-то говорит.
   Стрела, наконечник которого почти достигла глаза Виты, и рука в перчатке перехватившая смерть. Рука в светлой перчатке, рука ангела, того самого мужчины что совсем недавно девушка чуть не убила отправив сначала в полет с лестницы, потом приветив физиономию дверью.
   Мелькание листьев, зарослей, стволов.
   Кружка молока, белое пятно в отсвете костра кажется застывшей на небе Луной.
   А потом темнота без проблесков, густая и глухая.
  
   Глава 14
  
   Колеса телеги поскрипывали. Звук нервировал и одаривал и без того паршивым настроением.
   Виту не связали, но она и не собиралась больше бежать.
   Конвой неусыпно следил за ней и окружающим лесом, но ей на это было наплевать. Она пыталась понять, какого черта произошло.
   Ее хотели убить, убить свои же. Факт. От него можно бегать, но он от этого не испариться, и выводы, что он несет, тоже никуда не денутся.
   Вите вспомнился Сантана и, она закрыла глаза рукой, чтобы ангелы не заметили, как исказилось ее лицо, не поняли, насколько ей больно. А больно было не столько оттого, что ее приговорили к смерти свои же, а оттого, что она опять осталась одна, неприкаянная, ненужная, полутруп, зависший меж смертью и жизнью, демон, которого вычеркнули из своего общества демоны и который не будет ангелом, не встанет на их сторону из принципов, идущих вразрез с их убеждениями.
   Можно, конечно подумать, что Сантана действовал из благих побуждений, хотел лишить ее жизни, чтобы избавить от мучений, раз не удалось вытащить из плена. Только отмазка была слабой и надуманной.
   Все проще - она больше не могла принести пользу собратьям, она провалила задание, она довольно долго пробыла в лапах ангелов и могла выболтать им что-то или перейти на их стороны - поэтому лучше ее уничтожить. Логично, даже правильно. Но означает, что пути назад нет.
   Одна.
   Вита сглотнула ком в горле.
   Сколько она себя помнила, всегда была одна, и тому, кто не был в ее шкуре, не понять, насколько это жутко. Постепенно ты сходишь с ума, мир замыкается, суживается, теряется ощущение времени и пространства, и ты сама растворяешься в маленьком мирке меж одной стены и другой, и знаешь о них больше, чем о себе.
   Она и жить -то начала, поняла что такое жизнь, только после того как ее вытащил Изель. А теперь обратно?
   Но бежать некуда. Если только не объявить войну ангелам в одиночку и так же в одиночку не уничтожать их. Поселиться где-нибудь вот в таком глухом месте, как это, где они проезжают, и ...
   Что? - села и уставилась на едущего за повозкой Уриэля. Как он ее раздражал!
   Вита убила его воинов, устроила массу неприятностей, а он хоть бы бровью повел, хоть бы раз посмотрел на нее как на врага!
   О, теперь она знает, в чем коварство ангелов! Путать, сбивать с толку, наделять чувством вины, сомнениями, убеждать, что черное это белое, а белое - черное, и постепенно перетягивать на свою сторону.
   Но нет, она не поддастся. Она знает их черную жестокую суть и не купится на добрые взгляды и лояльность. Может день, может два, да пусть и десять - они привезут ее либо на смерть, либо в свои казематы для смертников. Палачи выкажут свои истинные лица и их очарование падет прахом!
   Пусть демоны отказались от нее - она не откажется ни от них, ни от общего дела. И не встанет на сторону убийц, мучителей, моральных уродов!
   И поморщилась - все-таки что-то не так, что-то постоянно ускользает от нее, причем важное. Она чувствовала, но понять не могла, как и объяснить себе, откуда это чувство.
   Что- то сидело внутри как заноза и ело, ело ее, но к четкому осмыслению не давалось.
   Уриэл... Взгляд девушки ушел в сторону Рафаэля, и она вздохнула, ощущая странное напряжение внутри. Что-то будили в ней эти ангелы, болезненное, но страшное ли?
   Девушка потерла лицо ладонями и не выдержала - спрыгнула с телеги и пошла рядом. Пара минут и, кто-то подхватил ее за талию, поднял в седло.
   Вита дернулась и встретилась со спокойным взглядом голубых глаз. Рафаэль.
   -- Я хотела размяться. Устала сидеть, -- буркнула.
   -- Скоро будем на месте, -- заверил и кивнул куда-то вперед.
   Девушка посмотрела и нахмурилась.
   Лес постепенно редел и расступался, открывая вид с пригорка. Ниже, за мостом через речку виднелся город. Светло-серые стены ограды с зубьями бойниц тянулись до самой скалы справа, и к ней же поднимались улочки с домишками, опрятными и светлыми как все, которые они видела в городах ангелов. Венчала все это великолепие огромная башня на скале, с которой, пожалуй, заберись на самый верх, можно и Адаранский хребет увидеть.
   -- Ажилон, -- протянул Рафаэль с непонятной тоской. -- Первый фор-пост перед Амилоном.
   Вита воззрилась на него:
   -- Вы везете меня в Амилон?
   -- Да.
   -- Зачем?
   Что происходит? -- растерялась.
   -- Ожидала другого? Чего?
   -- Ваших подземелий. А вы решили показательную казнь устроить. Молодцы.
   Раф посмотрел на нее, как на горячечную больную:
   -- Какой вздор тебе демоны в голову вбили. Только понять не могу - как.
   -- Как? -- она вдруг скривилась, чувствуя, что горло от ярости перехватывает. -- Никак. В том и дело! Поэтому сказки мне не рассказывай - я на собственной шкуре знаю, что вы из себя представляете!
   Выплюнула и, вывернувшись из его руки, слетела на землю, отошла как можно дальше от него.
   Гад какой!
   Демоны у него виноваты. Они ее в подземельях держали, точно. А потом спасли, выкупили. Забавы у них такие - сначала травить и убивать, потом вытаскивать. Ага.
   Кому б другому байку рассказал!
   Рафаэль лишь губы поджал, не зная как реагировать на слова и действия девушки.
   "Ничего, Амин все на места расставит", -- успокоил себя.
   Тем временем Вита немного успокоилась. Вид приближающегося Ажилона ее умиротворял и в то же время будил странное чувство легкого волнения. Она вглядывалась в башню, потом взгляд скользнул вниз, к подножью скалы и уперся в каменные глыбы. Что в них такого? А Вите казалось, что в них что-то есть. Так и мост прошла, взгляда со скалы не спуская и по дороге, что вилась по полю. Странное все же место - вокруг, сколько взора хватает - поле, холмы, и скала на которой стоит город, а за ней лес. Вернее на ней.
   Вита шла уже в сторону от конвоя, не замечая того, шла как самнамбула и видела то, чего не было, не могло быть.
   Демоны лились темной массой, из леса лавиной шли на город еще без башни, без ограды, состоящий из одной улицы и хлипких хижин. А на их пути, между жизнью горожан и их смертью встало семь ангелов. Семь!
   -- Рафаэль, Уриэл, Натаэль, Исмариэль, Лаэль, Деймель, Шатиэль, -- прошептали обескровленные губы девушки, взгляд остекленел. Она как наяву видела лицо каждого...
   Лязг, крик, шум, словно водопад обрушивается. Черные плащи, белые плащи, гремят клинки, ангелов оттесняют, им не устоять. Они все дальше друг от друга и ...от Виты. Она видит Лаэля, летящий к его шеи клинок. Голова съезжает в траву, на трупы раненных, ангел падает все еще сжимая рукоять меча. Девушка рвется к нему, еще не понимая, что поздно и напарывается на клинок демона. Он входит под ребра, как в масло и Вита вздрогнув всем телом с непониманием смотрит на кусок серой стали, по которой струйкой стекает кровь...
   Уриэл утирает кровь с лица, Рафаэль оборачивается к Вите - они ближе всех к ней, но так далеко, что им не добраться друг к другу... Черно кругом, черно...
   Девушка рухнула в траву и с удивлением уставилась на нее. Провела рукой, потрогала, не веря тому, что видит, и, не понимая, что с ней происходит.
   Обернулась и увидела того щуплого ангела. Он стоял рядом и смотрел на нее, словно чего-то ждал. Остальные так и остались на дороге, стояли и ждали чего-то.
   Вита смотрела на фигуры Уриэля и Рафаэля, что слезли с лошадей и, придерживая их за поводья, стояли плечом к плечу друг к другу. Как тогда...
   Тогда?
   Девушка не понимала - ангелы там, ангелы здесь, одни и те же. Но как?... Что это?...
   Немой вопрос застыл в ее взгляде и девушку качнуло. Свят поддался к ней и придержал:
   -- Что?
   Вита открыла рот и закрыла - вопросы не складывались, потому что не складывалось привидевшееся и имеющее место быть.
   -- Я сошла с ума, -- прошептала единственное пришедшее на ум и как-то объясняющее происходящее.
   Есть город, а не поселение.
   Есть башня, а не голая скала.
   Есть трава, а не поле усыпанное трупами.
   И есть она, которая не могла драться с демонами - могла драться только с ангелами. И не могла быть убитой, потому что жива...
   Но рука, словно еще держала клинок, рука чувствовала тяжесть меча настолько реально, что Вита уставилась на нее. Но в ладони ничего не было, только ощущение. Однако оно было настолько четким, что девушка подумала о колдовстве, что превратило оружие в невидимку.
   Ей стало страшно настолько, что мурашки прошли по позвоночнику. Голову обнесло и девушка, пошатнувшись, рухнула.
  
   Глава 15
  
   Вита открыла глаза и увидела золотистый полог. Повернула голову и замерла.
   Незнакомая круглая комната дышала уютом и была очень необычна от архетектуры до интерьера. Большие окна в ряд полукругом, эркер на ступени, пол застелен чем-то ворсистым, однородным то там, то тут. Камин, свечи в подсвечниках, резной стол, стулья с высокими спинками... и незнакомый мужчина, сидящий на стуле у стола лицом к ней. Он крутил в руке кубок и с легким прищуром, не мигая, следил за девушкой. То, что он ангел - не спутать. Монументален фигурой, лик с точеными чертами, легкий загар, светлые длинные волосы... Только отчего-то глядя на него Вите хотелось кричать и сердце сжало, как в тиски. Она словно видела привидение и не знала то ли бежать, то ли орать, то ли ждать пока само растает.
   Если б мужчина пошевелился, хоть одно движение в ее сторону сделал, Вита бы точно не сдержалась и запаниковала. Но шли минуты, а незнакомец все смотрел и только.
   Девушка села, настороженно поглядывая на него и, тут заметила, что одета в легкую длинную рубашку с вышитым рисунком от груди до подола. Подняла руки, дивясь широким рукавам и, вопросительно воззрилась на мужчину. Тот молчал и смотрел.
   То что ангелы молчаливы, Вита уже знала, но ни один не вызвал у нее столь странного впечатления, не заставлял теряться перед своей гордой осанкой и даже робеть под пристальным взглядом.
   -- Где ... остальные?... -- заставила задать себя вопрос. "Кто ты" - отчего-то язык не повернулся спросить.
   Мужчина потер подбородок и только. Но этот простой жест убедил Виту, что перед ней живое существо и она не сходит с ума.
   Она перевела дух и встала. Ступни коснулись холодного пола и девушка вовсе пришла в себя. Прошла к окну, чтобы понять, где находится. И увидела лишь круглую площадку чуть ниже, со скамьями и зубьями как у башни, а дальше, за ней, лишь пятна в которых угадывался лес, озеро. И все так далеко и сверху, что сомнений не осталось - она в высокой башне, возможно на самой окраине города.
   Что ж, выходит не придется ей познакомиться с достопримечательностями Ажилона. Не беда - посмотрит Амилон, то самое "сердце ангелов" - мечту Изеля.
   Развернулась к мужчине и встала у стены, подперев ее плечом:
   -- Ты новенький? Местный? Что-то я не видела тебя в конвое.
   Мужчина молчал, и головы не повернул. Его явно больше интересовал кубок, чем девушка.
   -- Где твои начальники братья - солдатики - Уриэл с Рафаэлем? Когда едем в Амилон?
   Мужчина не шевельнулся, даже не моргнул.
   -- Ты немой?
   Молчание.
   -- Глухонемой?
   Тишина.
   Вите надоело - пошла к дверям, попыталась открыть, но те были тяжелые, кованные и никак не поддавались. Девушка просто треснула по ним кулачком и повернулась к мужчине: новый вид издевательства, да?
   Незнакомец встал, медленно подошел к ней и склонился к самому лицу:
   -- Ты в Амилоне. Никуда ехать больше не придется.
   -- Каким образом? -- просипела через паузу. Глаза огромными стали от новости.
   -- Ты спала. Только здесь больше двух суток.
   Голос мужчины был ласков настолько, что девушка растерялась еще больше.
   -- Ааа... вообще сколько?
   -- Трое. Я стал беспокоиться.
   Вита моргнула: тревожился за нее?
   -- Ты кто?
   Незнакомец выпрямился, посмотрел на девушку так, словно она удивила его своим вопросом, и разжал губы:
   -- Амин.
   Его имя с минуту доходило до нее. И вот девушка побледнела, отступила, втиснувшись в стену.
   Амин! Главный ангел, архан арханов.
   Главный палач демонов, убийца детей. Тот, кто начал войну. Тот самый, что держал Виту в подземелье, тот, кто вообще придумал подобное издевательство. Тот, кому она должна сказать спасибо за то, что в ее жизни были лишь сырые холодные казематы, крысы, палачи и боль.
   Девушка бледнела на глазах Амина, Амин на ее глазах мрачнел.
   -- В чем дело?
   И он еще спрашивает!
   -- Ты!... -- у нее горло перехватило, еле справилась. -- Редкая сволочь. Главная сволочь! -- прохрипела.
   У мужчины бровь вверх ушла:
   -- Поясни?
   -- Ты!... Ты начал эту войну! Ты убиваешь нас!...
   -- Нас - этого кого?
   -- Демонов!
   -- Кого-нибудь еще?
   -- Мирное население! Твои палачи жгут деревни, убивают обывателей! Детей!!...
   -- Ты видела хоть одного ангела убившего не демона? Видела, как ангелы поджигают деревни? Видела, как убивают население?
   Его голос стал вкрадчив и, Вита, только открыв, закрыла рот, сообразив, что с ней говорят как с тяжелобольной.
   А что она могла сказать в ответ? Она действительно не видела, как уничтожают, она видела последствие уничтожения. И кто это сделал - очевидно, чтобы там не выдумывал этот главный урод.
   -- Ты слишком долго спала. Давай поговорим позже...
   -- Позже я тебя убью! -- выпалила правду, не сдержалась. Сейчас у нее бы не хватило сил, поэтому смысла лезть нарожон не было. Но завтра, чуть окрепнув, она это сделает!
   Мужчина склонил голову на бок, словно в таком ракурсе глядя на Виту он больше поймет из того что она ему говорит. И вдруг заулыбался.
   -- И только?
   -- Я не шучу!
   Улыбка не исчезла с его губ, но взгляд мужчины стал жалеющим, и это было невыносимо. Вита от сонма ярости и непонимания, как можно таким уродиться, говорить нормально не могла - дыхание то и дело перехватывало.
   -- Ты редкий гад... Ты изувер! Ты... Держишь людей в подземельях, издеваешься!...
   Амин перестал улыбаться, схватил вдруг девушку за плечи и потащил к стулу. Усадил, а сам навис над ней, упершись одной рукой в край стола, другой в спинку стула у головы Виты.
   -- Какое подземелье? -- спросил, словно сомневался, нормальна она или нет.
   -- Твоя лаборатория! Где ты мучаешь людей, ставишь на них эксперименты!...
   -- И на многих?
   --Да!
   И смолкла, сообразив, что не знает точно, сколько людей было вместе с ней.
   Амин буровил ее взглядом так, что Вите показалось, она сейчас вспыхнет и сгорит.
   -- Значит, ты была в какой-то лаборатории.
   -- Да! В твоей!...
   -- Я лично держал тебя?
   -- Нет! Но!...
   Вита смолкла, увидев, что твориться с глазами и лицом мужчины. Он серел на глазах и смотрел так, словно готов был заплакать и кого-нибудь убить одновременно.
   -- Пять лет... -- протянул с отчаяньем и неверием. Складывалось впечатление, что он в шоке. Вита смотрела на него и терялась.
   -- Значит, я держал тебя, а потом отпустил...
   -- Меня спасли демоны, -- не заметив, как перешла на шепот, ответила девушка. -- Выкупили.
   -- Выкупили, -- кивнул. В голосе появились стальные нотки, и взгляд уже был полон гнева.
   Мужчина выпрямился:
   -- Каким же образом?
   -- Каким все покупают и продают?
   -- Вот и мне интересно - каким.
   -- Ну-у... деньги, -- повела плечами, не зная, что еще ответить.
   -- Деньги, -- повторил как эхо. -- Конечно. Только вот никто не знает, как они выглядят, -- и качнулся к Вите, склонился опять к ее лицу, глядя ей в глаза с жалостью и состраданием. -- У нас нет денег, Вита. У нас ничего не продают и не покупают - у нас обменивают.
   Девушка открыла рот, чтобы возразить и ... не смогла сказать ни слова.
   Ей вдруг четко вспомнилось, как она шла рядами по ярмарке и видела своими глазами, как люди обменивались товарами. Дородная тетка отдавала мужчине половик, а тот ей сапожки на плечо повесил. Сын и мать стояли у лотка со свистульками и женщина подала продавцу расписанную ложку, а тот протянул ее малышу игрушку...
   Виту скрючило. В горле мигом пересохло, а в груди, как вулкан образовался.
   Получается, ее обманул Сантана. Но зачем? Зачем?!
   А ведь она даже не усомнилась в его словах, даже представить не могла, что он лжет. А если и остальное - обман? Если?... Нет!... Если ... ангелы не жгли ту деревню?
   Ей вспомнился отряд всадников на холме и их светлые одежды, абсолютно чистые. Но если ты проедешь по пепелищу, не сможешь не запачкаться. Невозможно и отрубить голову так, что кровь не попадет на тот же плащ... "Потому что сначала нужно зачистить деревни", -- что-то в этом роде произнес Изель...А девушка в той штуке, что принес Рафаэль?... Вита была связана, и девушка... У нее были светлые волосы... светлые!
   -- Господи, -- выдохнула.
   Амин отпрянул от этого слова и побледнел.
   Но Вита этого не заметила. Она смотрела перед собой и пыталась справиться с эмоциями, выговорить то, что стало очевидно. Но внутри словно что-то разорвалось и смело даже те обрывочные мыли, что были, и осталась пустота, звенящая и мутящая.
   -- Я - ангел, -- слетело с губ слышное только ей. И застыла, словно умерла.
   Я - ангел - стало ее приговором, крестом на могиле. Она убивала своих же, она верила врагам и была на их стороне. Она разработала план и сказала, как можно постепенно уничтожить ангелов... Она ... Сколько своих братьев она убила, искренне веря, что поступает правильно?
   Вита не шевелилась и Амин склонился к ней, заглянул в лицо. Минута, вторая - ничего. Стеклянный взгляд, лицо как из воска.
   Мужчина легонько тряхнул ее за плечо и опять - ничего, даже не моргнула.
   Амин взял кубок и поднес его к губам, заставил девушку пить. Только тогда она очнулась, закашлялась и оттолкнула мужчину. Оттерла губы и прошептала с тоской глядя на него:
   -- Оставь меня. Пожалуйста.
   -- Уверена?
   -- Уйди, прошу!
   Она не могла смотреть ему в глаза. И все же спросила:
   -- Все обман, так? Ты не держал меня ни в какой лаборатории.
   -- Нет.
   Голос был почти бесцветен, но это не имело значения. Чтобы Амин не сказал, она знала, что нашла истину. Она ангел, которым умело манипулировали демоны. Она глупая кукла, игрушка, то самое соломенное чучело Ольгерды.
   -- Куда же делись дети? -- хмуро посмотрела на Амина. Мужчина свел брови на переносице:
   -- Дети?
   -- Вы убили Ольгерду, девочку лет четырех...
   -- Мы не убиваем детей, Вита.
   -- Дети демонов...
   -- У демонов нет детей, а полукровки живут достаточно далеко, чтобы ничто не нарушало их покой.
   Вита кивнула - так и знала.
   Склонила голову и на минуту прикрыла глаза ладонями - все верно. Только Сантана может иметь детей. Значит Ольгерда его дочь. Как и те, кто уже родился или еще только родится. И он манипулирует ими, как и их матерями.
   Как манипулировал ею, глупой курицей! Выдумывал небылицы, а она верила.
   Господи, рождались ли еще на свет такие тупицы как она?!!
   -- Уйди. Уйди! -- крикнула мужчине не в силах вынести его присутствие, взгляд, что не винил, но сопереживал, словно архан мог понять, что она сейчас чувствует. Но он не убивал своих, не был марионеткой в руках врага.
   -- Уйди!!
   Мужчина нехотя отступил. Постоял и все же вышел.
   А Вита обняла себя за плечи, сжалась и закричала сквозь зубы. Впрочем, это был даже не крик - вой, как у раненной волчицы.
  
   Глава 16
  
   Сантана сидел на камнях, на самой верхушке скалы.
   В небе свинцовые облака клубились в вихревой воронке, душа свет солнца. Его уже не было видно, а тот свет, что еще не поглотили предвестники серьезной непогоды, освещал лишь небольшой участок холма далеко внизу.
   Мужчина ждал, когда это пятно исчезнет.
   Ветер бросал в лицо Сантане холодные капли, порывами пытался сбить с валуна, но мужчина упорно смотрел на островок света далеко внизу и не собирался уходить пока не дождется своего. Он сделал ставку - если тьма поглотит пятно - он получит, что хотел. Если нет - его карта бита.
   Над лазом за спиной демона появился Изель. Прошел и встал рядом:
   -- Кого ждешь?
   Сантана даже не посмотрел на него - все внимание было направлено лишь в одну точку.
   -- Они не вернутся, -- озвучил Изель уже ясное. Только с чего взял, что архану интересна судьба посыльных убийц по душу Виты?
   В душе Сантаны начала закипать злость.
   -- Идиоты, -- процедил.
   Изель поморщился, потоптался и сел рядом:
   -- Есть другой план?
   -- План?! -- Сантану развернуло, взгляд как клинок вонзился в демона. -- У меня был план, и мы следовали ему. Но у вас не хватило терпения, вы пошли своей дорогой, вы решили, что самые умные, вы сорвали простую комбинацию, не оставив и шанса никому из нас! И ты, ты был с ними, ты был за их предложения. А сейчас ты приходишь ко мне спрашиваешь: дорогой Сантана, а не знаешь ли ты, как бы нам изменить ситуацию?... Удавись! Вот мой ответ!
   И отвернулся, вновь уставился на пятно света, а то, словно насмешничало над ним - не сдавалось, не уменьшаясь ни на йоту.
   Изель смиренно молчал, косился на архана чуть покаянно и вот, не выдержал, заметил осторожно:
   -- Согласись, в живых ее оставлять нельзя.
   Сантана хохотнул.
   -- Давать ангелам такой шанс нельзя, -- повторил Изель тверже. -- Мы обязаны ее уничтожить.
   -- Уничтожить? -- повернул к нему голову мужчина, прищурил глаз, пытаясь понять за каким чертом он связался с этими идиотами. И ощерился. -- Мы не могли ее уничтожить пять лет. Пять! Мы держали ее в таких условиях, что загнулись бы и крысы. Мы лишили ее памяти, сил, мы лишили ее себя. Но она выжила. Теперь вы хотите ее убить? Сейчас, когда она уже у своих? Удивляетесь, что не получается?
   -- Она была нужна, она могла пригодиться.
   -- Могла. Но вы сделали все, чтобы этого не случилось. Шикарный трофей, доставшийся по случаю! Повезло и как!... Но вы использовали выпавший шанс, как бросовый товар. А она одна! Единственная возможность!
   -- Которую не использовать, -- поджал губы Изель. -- Все эти твои лекарства превратили ее в тупицу. Она ничего не вспомнила бы. Фрагменты...
   -- Да? Уверен? -- осклабился архан. -- Тогда зачем тратить время, силы и демонов на то, чтобы ее убить? Пусть существует, кому она помешает?
   Изель отвернулся. Помолчал и нехотя признал:
   -- У ангелов тоже не должно быть шанса. Если не наша, значит ничья.
   -- Гениально, -- кивнул мужчина, глядя на пятно света, что словно назло ему стало увеличиваться. И будить бурю уже в душе Сантаны.
   Он знал слишком много, чтобы легко отнестись к провалу своих планов. В начальной стадии они совпадали с планами других демонов и ему удавалось лавировать между своими тайными желаниями и их откровенными целями. Но стоило оступиться всего раз и все пошло наперекосяк. Он остался один на один с той информацией, которой владел и не мог ее выдать, как не мог ничего изменить. Нет, он мог все рассказать совету арханов, но это бы поставило окончательную точку на цели его жизни. А он еще надеялся выиграть.
   Его не устраивало быть "одним из". У ангелов, какими бы придурками они не были, совет имел номинальное значение и все подчинялись лишь одному, главному, самому умному, опытному по их мнению. Только за Амином оставалось последние слово, только Амин решал чему быть, чему нет. Он был королем, главой огромной территории, огромных просторов с огромным будущим и не менее колоссальными возможностями.
   Амин! Этот недалекий, набитый глупыми предрассудками болван!
   А он, Сантана Люферт, так виртуозно и незаметно для всех провернувший немало гениальных комбинаций, единственный в своем роде, как та же Вита, был всего лишь одним из шести.
   О какой справедливости речь? -- уставился в небо.
   Отцы!
   О, какие красивые сказки были спеты их детям, какими ветвистыми дубами они проросли в сердцах и душах их творений, этих тупых овец, марионеток - ангелов! И ведь живут ничуть не печалясь, что их бросили, и словно так и надо, и будто иначе быть не могло!
   Ну, нет, Сантана еще добьется своего. Он, а не марионетка Амин, станет верховным правителем всего этого мира, теперь пустого от глупой дребедени Отцов. И он всем откроет на это глаза и будет владеть единственно и безраздельно и душами и сердцами и телами жителей этого мира.
   Правда, на данный момент он не смог овладеть всецело даже Витой...
   Тучи сдались. Солнце оказалось сильнее и светом начало гнать темноту, расширяя свои владения.
   Сантана скривился и повернулся к Изелю:
   -- Она нужна живой. Я знал, как лишить ее памяти, я знаю, как ее восстановить. Если бы вы дали мне время...Идиоты! -- процедил. Да смысл сетовать? -- Среди ангелов есть лишь один, кто может ей помочь - его зовут Свят. Вот его нужно убрать, и быстро. Если он возьмется за Виту... нам всем конец.
   Изель помолчал, обдумывая и, качнул головой:
   -- Ерунда. Ее просто не будет. Нам станет нелегко, но не труднее, чем сейчас. Прорвемся.
   Сантана оскалился и тут же взял себя в руки: смысл объяснять тупице, что он тупица? Меньше знает - лучше спит. И у тебя голова не болит.
   -- Уберите Свята, -- процедил.
   -- А сам?
   -- Я послал уже, но вестей нет.
   -- Дэван и Марон настаивают на убийстве. Так спокойней - не нам, так и не ангелам.
   -- Да. Только ангелам и так неплохо, а насколько хорошо нам?
   Изель передернул плечами и вздохнул: конечно, красивая мечта добраться до Отцов через Виту и получить их возможности. Тогда бы не ангелы, а демоны властвовали в мире. Победа бы была быстрой и абсолютной. Но какой смысл наедятся на то, что несбыточно? Всегда есть минимум два варианта пути. Одна дорога оказалась слишком извилистой и глухой, завела в тупик. Но вторая-то, хоть и длинная, осталась. И по-прежнему ведет к цели.
   Сантана ошибся, его план был неудачен, но пока не стал роковой ошибкой и, то хорошо.
   Но были, конечно, сомнений - пел-то он красиво, складно. Слишком заманчиво получить все и сразу - на это и купил.
   Однако, что сулил Сантана пошло прахом. А Дэван упреждал, что затеяна игра с огнем.
   И оба, что тот, что другой, умны - не чета Изелю.
   Кого послушать, на чью сторону встать?
   Сантана привел в тупик и, дальше только прорубаясь. Дэван ведет длинной, но дорогой, у которой есть понятный и видимый финиш. Да, долго, с потерями, но четко. Люферт только обещает, манит перспективами, а на деле демоны получают только потери и дополнительную головную боль.
   Нет, все-таки прав Дэв - убрать Виту из расклада. Спокойней будет.
   Зря они вообще послушались Сантану.
   Изель встал и пошел к лазу.
   Архан проводил его недобрым взглядом и сжал зубы.
   Как жить, если приходиться опираться на полных кретинов?! Они же видят не дальше собственного носа! И предпочитают бесславно утонуть, чем не просто плыть, но и приплыть.
   Нет, чтобы не случилось, тонуть со всеми Сантана не собирался.
  
   В комнату прокрались сумерки.
   Вита сидела у стены у окна и смотрела в небо. Мыслей не было, внутри нее царила тишина и пустота. Сообщение Амина убило ее, раздавило, уничтожило все цели и мнения, все, что с таким трудом появилось после полной стерильности личности.
   Теперь строить новое? А как быть с тем, что есть?
   Она не потеряла память, она помнит жизнь в пещерах с демонами. Помнит, как делила ложе с Сантаной, как верила его словам, как ненавидела тех, на кого ей указывали, своих же братьев. И как привязалась к врагам, веря, что они ее семья.
   Ей не переступить через многое, что уже совершено, что реально, как не уходи от этого.
   Девушка уткнулась лицом в колени: как она будет смотреть в глаза ангелам, если убивала их? Если предала, дала в руки демонам идею, как лучше уничтожить тех, кто оказался ее сородичами.
   В комнату вошел Амин, держа в руке кубок, а она даже не заметила.
   Мужчина постоял, глядя на нее и ожидая реакции, но девушка не шевелилась. Как замерший воробушек сидела сжавшись у стены, жалкая, застывшая.
   Архан поставил питье на стол и присел на корточки напротив Виты, осторожно коснулся ей руки.
   Девушка подняла голову и уставилась на него глазами полными тоски:
   -- Ты?... -- и опустила взгляд, отвернулась. -- Вам лучше убить меня. Я заслужила.
   Мужчина улыбнулся:
   -- За что? Что ты придумала? -- глупенькая.
   Вита поморщилась от горечи. Прислонилась затылком к стене и уставилась на последние проблески света в небе:
   -- Я убивала своих. Я сказала демонам, как можно вас уничтожить. Что нужно проникать к вам в тыл маленькими группами и поодиночке, и уничтожать. Я придумала план, как взять Ханград. Я поверила демонам и не верила вам. Рафаэль пытался мне сказать, а я отвергала. И убивала. Я - ангел - убивала ангелов.
   -- Ты не ангел, -- помолчав, сказал Амин.
   Девушка не сразу поняла. Пару минут продолжала смотреть в окно, и вот, дошло - повернулась к мужчине, нахмурилась: что он сказал? Ей послышалось?
   -- Есть ангелы и демоны?
   -- Да.
   -- Только?
   -- Да.
   -- Я не демон?
   -- Нет.
   -- Значит ангел?
   -- Нет.
   Девушка открыла рот и закрыла. Даже пытаясь разобраться в новости по фрагментам, она запуталась еще больше. А может Амин путает?
   Вита поднялась и пытливо уставилась в глаза Амина. Мужчина тоже выпрямился и стал значительно выше нее. Но чтобы сильнее не смущать девушку и не создавать ей дополнительные трудности, оперся рукой о стену, склоняясь к Вите.
   -- Ты не ангел и не демон, ты дочь Отцов. Амилон - их город, их наследие. Они его построили. И научили нас. Эта комната, башни, ограда, дома, улицы - все здесь строили они. Этот город хранит их дух, а их дух - хранит нас. Ты - их дочь. Единственное, как и Амилон, что нам от них осталось реально.
   Вот это новость!
   Не успела справиться с одной - ей выдают другую. И одна убойней другой.
   -- Кто они... эти Отцы?
   -- Боги - Творцы. Мы их дети. Все. Но ты - единокровная. Отцы подарили нам жизнь и этот мир, и дали в руки закон, как охранять порядок, как жить в ладу с ним и собой. Ты их дочь, ты сама считай, Бог. Поэтому так важна была демонам, поэтому они стремились получить тебя и удержать. В тебе слишком многое заложено. Ты слишком многое знаешь, только не помнишь. Не знаю, что они сотворили, но есть Свят, тот самый парень, которого ты в свое время учила. Он может тебе помочь.
   -- Помочь... чем?
   Вита потерялась и слабо соображала, о чем он говорит.
   -- Помочь вспомнить все. Я принес его настой. Его нужно пить три раза в сутки и постепенно память вернется к тебе.
   Вита долго смотрела на мужчину, собираясь с мыслями. Ушла в прострации к столу, взяла кубок и заглянула. В мутном отражении жидкости была видна неприметная и в принципе ни чем не отличимая от других живущих в этом мире, женщина.
   Какай дочь Отцов?
   Какие Боги?...
   А если Амин прав? Ведь что-то есть, что -то рождается в ее мышлении, мутит разум странными видениями. Конечно, это не относится к чему-то экстраординарному, но жить, не зная, кто ты, не помня вчерашний день, малоприятно любому.
   Вита решительно выпила настой. Поморщилась и промокнула губы тыльной стороной ладони. И замерла, ожидая мгновенной реакции. Но ничего не случилось, даже ничего не примерещилось. Вот только вспомнился вкус напитка...
   -- Сантана! -- обернулась к Амину.
   Мужчина выгнул бровь: о чем ты?
   -- Сантана, архан демонов. Один из арханов. Он поил меня чем-то с почти точно таким же вкусом. Я хорошо помню его.
   Мужчина нахмурился - весть наводила на размышления.
   -- Уверена?
   -- Абсолютно! Тот же мятный привкус с чем-то... не могу определить.
   Амин склонил голову размышляя над этим фактом и понимал одно - кто-то кроме Свята владеет знаниями Отцов. А это очень нехорошо.
   Дверь в комнату открылась и в нее вошли две девушки, неся блюда и тарелки.
   -- Давай поужинаем для начала, -- предложил Вите Амин. -- Сегодняшний день оказался для тебя слишком длинным и утомительным по впечатлениям. Нужно отвлечься. После вернемся к разговору.
   Вита покосилась на светловолосых улыбчивых девушек, что уже накрыли стол и зажгли камин и свечи, и подумала, что архан ангелов не хочет говорить при посторонних. Молча села за стол. Но только закрылась дверь за девушками, вновь уставилась на Амина требуя ответов:
   -- Почему и чему я учила Свята? Кто он?
   -- Очень упрямый и ворчливый парень, -- улыбнулся мужчина, придвинул Вите овощи и хлеб. -- Достал тебя, вот, наверное и взялась. Ты кушай, а не пытай меня. Я могу говорить лишь о том, что знаю, ведь ты это ты, а я - это я. Придет время, вспомнишь все сама.
   Вита нехотя послушалась его, принялась за трапезу, а сама все думала над его словами, над всем, что случилось с ней за последние время. И путалась. И решила разобраться - пойти с начала.
   -- Ты знал меня?
   -- Да.
   Он так посмотрел, что у Виты невольно возник вопрос - насколько близко. Но задать его она не решилась. Только возможных любовных отношений с Амином ей и не хватало в той каше, что заварена.
   Поэтому Вита решила обойти пока щекотливую тему и разобраться с главным.
   -- Я родилась здесь?
   -- Нет. Ты пришла.
   -- Одна?
   -- Нет.
   -- Через портал?
   Амин перестал есть и уставился на девушку:
   -- Что?
   -- Портал.
   -- Я слышал. Что это?
   Вита нахмурилась. Ей четко вспомнился разговор с Сантаной и его слова, что ангелы держали ее в лаборатории, куда можно было попасть только через портал. Но он закрылся и больше доступа нет, поэтому демоны больше никого не могут вытащить оттуда.
   Однако, выходило что даже само слово "портал" незнакомо ангелам.
   Напрашивался естественный вопрос - откуда он известен демонам, вернее - Сантане.
   Это была пока неразрешимая загадка для Виты и она отложила ее, но не откинула вовсе.
   -- Где меня держали?
   -- Я не знаю. Если бы знал, мы бы встретились раньше.
   -- Но как попала к демонам?
   -- Мне сказали, что ты мертва, а я вбою меня рядом с тобой не было, поэтому могу только предполагать, что было на самом деле. Скорей всего тебя ранили. Был бой при Аджилоне. Тебе досталось и те, кто тебя сопровождал... Я не оправдываю их, они не смогли защитить. Но их потрепало серьезно и пришлось отступать. Демонов было слишком много, они появились внезапно. Вы приняли бой, пытались их остановить. Но, как это бывает, не всегда наши желания совпадают с возможностями. Итог - тебя посчитали убитой. Они должны были забрать тебя, даже если так. Но не забрали. В общем... Больше пяти лет ты считалась убитой.
   Пять лет, -- ужаснулась Вита. А она считала, что находится в подземельях всю жизнь.
   Ей вспомнился ужас того существования и девушка невольно передернулась.
   -- Где же я была? -- прошептала.
   -- Скорей всего у демонов в плену. Другого варианта нет.
   -- У них есть лаборатория?
   -- Что? -- опять не понял Амин.
   -- Лаборатория, -- повторила по слогам, но по взгляду мужчины поняла, что задачу ему не облегчила. Ангел не понял, о чем она говорит.
   -- Еще одна загадка, значит, -- протянула, отметив про себя, что все опять упирается в Сантану. Ведь именно он назвал ее тюрьму лабораторией.
   -- Тебя что-то тревожит? -- понял по ее лицу мужчина. Но девушка качнула головой:
   -- Нет. Просто пытаюсь разобраться. Пока безуспешно.
   -- Отдохни. В конце концов, придет время и подействуют настои Свята. Все встанет на свои места.
   -- Да, -- согласилась. Вариант Амина был единственным, других она не имела. Только были еще вопросы, на которые она хотела знать ответы. Подспудно она чувствовала, что они помогут ей что-то понять, а возможно и вспомнить. Хотя не осознавала, каким образом, ведь на первый взгляд они не имели никакого отношения ни к ней, ни к ее ситуации.
   -- Скажи, почему у демонов нет детей?
   -- Не знаю. Так решил Творец, -- пожал плечами Амин. -- Хотя, нам попадались дети демоны. Да, их очень мало, но были. Мы отправили их в семьи к ангелам. Почему ты спросила?
   -- Не знаю. Что-то... -- крутилось в голове, но не давалось. Вита мучительно пыталась поймать мысль, и сдалась. -- Неважно. Лучше скажи, как вы отличаете демонов от ангелов?
   -- Просто, -- пожал плечами мужчина, сложил руки груди. -- Их всего шестьдесят шесть видов. К тому же от каждого демона исходит нечто неприятное: тревога, страх, злость. Вокруг демона словно образуется что-то неприятное и у всех кто рядом с ними, появляется озабоченность на лице, беспокойство в глазах.
   Вита задумчиво уставилась на него и попыталась вспомнить, что было. Толпа, идущая на ярмарку... Нет, не вспомнить, не понять, не за что зацепиться.
   -- Я пойду. На сегодня с тебя хватит вопросов и ответов. Отдыхай.
  
   Глава 17
  
   Амин ушел, чтобы девушка могла лечь спать. Но сон сторонился Виты. Она бродила по комнатке и пыталась сложить услышанное. Процесс напоминал собирание осколков, будто нужно было восстановить определенную вазу или тарелку, а на полу груда битой посуды из ста и больше наименований, и не пойми, какой осколок к чему относится.
   В этом же состоянии душевной расхлябанности Вита встретила рассвет, не заметив, как минула ночь. К этому времени зала и без того небольшая, стала казаться ей тесной и душной. Вита попыталась открыть дверь, чтобы выйти, но как не толкала, не могла. В итоге пнула в сердцах и осела рядом, уверенная, что ее заперли. Это было показательно, но не в пользу ангелов. В размышлениях девушки прибавилось скепсиса и поубавилось веры Амину.
   Однако вскоре все вернулось на круги своя, причем еще больше запутавшись.
   Дверь отворилась без каких либо щелчков замка, звуков отодвигаемого засова, любых других признаков, что она была заперта. В комнату вошел мужчина, неся кубок, кружку, кувшин и миску с хлебом. Пока он расставлял все это на столе, Вита обследовала дверь и чуть не сплюнула в сердцах. Она была всего лишь очень массивной, утяжеленной внутри сталью, что была видно сбоку, и нужно было сильнее упереться, чтобы отворить, только и всего.
   В полукруглом холле с лестницей вниз, дежурила пара ангелов и девушке стало неуютно под их взглядами, хотя, в принципе, доброжелательными. Но ясно, что мужчины видели, что она как слабоумная изучала дверь. Поэтому Вита не подумала покинуть свое "заточение" - отодвинулась к стене.
   Мужчина, который принес ей пищу, повернулся и, пожелав с улыбкой:
   -- Кушайте на здоровье, -- пошел обратно на выход.
   А вот девушка застыла, в первый момент решив, что стала жертвой приведения, которое пришло за ответом за содеянное.
   Она видела мужчину, которого убила лично. И могла поклясться, что не ошибалась, как в том, что он не мог выжить.
   -- Подожди, -- каркнула хрипло, слабо понимая, что еще за загадку ей подкинула судьба. Преградила путь и уставилась на ангела во все глаза. Ну, да, тот самый которому вспорола живот, когда пыталась убежать и напоролась на стрелы демонов.
   -- Ты? -- отпрянула в испуге.
   -- Узнала? -- улыбнулся мужчина. -- Я - Самаэль.
   Вита замотала головой:
   -- Не может быть... я же убила тебя, ты погиб!...
   -- Ну, что ты, -- улыбнулся тот шире. -- Ты же не отрубила мне голову. Спасибо.
   Он благодарит?!
   Может он все же мерещиться ей?
   Вита несмело протянула рук, коснулась мужчины пальцами в грудь и вовсе ушла в ступор. Вод рукой чувствовалась живая плоть под тканью рубашки. Тепло материи, согретой телом, твердость накаченных мышц.
   Мужчина рассмеялся:
   -- Не веришь своим глазам? Я жив, жив. Ни о чем не переживай. Все живы. И ты жива.
   -- Жива, -- повторила эхом, очень сомневаясь в сказанном. Зато все больше уверяясь, что сходит с ума. -- И ты жив. Правда я тебя убила. Ты просто не мог выжить по всем законам мироздания после того удара. Но жив.
   -- Ты тоже не могла выжить, но жива.
   -- Мне не наносили смертельных ран, -- заметила немного сомневаясь. Говорить о чем-то точно она уже не могла.
   -- Да? Как скажешь, -- широко улыбнулся и, обойдя Виту, вышел и прикрыл дверь.
   Девушка долго пялилась в ее поверхность, пытаясь прийти в себя и вот, очнулась, двинулась к окну и, задрав рубашку, начала себя оглядывать. Может у нее раны, а она не в курсе? Может уже разлагается плоть, а она не чувствует? Или уже стала привидением?...
   И увидела грубый, длинный рубец с неровными краями под левым ребром. Судя по нему, она должна была умереть, только получив такую рану.
   Вита выпустила рубаху и уставилась перед собой. За окнами расцветал новый день, но девушка этого не видела. Она пыталась понять, как выжил ангел, как выжила сама и живы ли те, кого она вроде бы тоже убила.
   Загадок было слишком много, слишком много необъяснимых с точки зрения любой логики фактов. И разум Виты просто отказывался дать им объяснения иначе чем, не привлекая мистику.
   В комнате появился Амин:
   -- Доброе утро.
   Девушку развернуло к нему, уставилась как на ненормального. А кто еще может считать это утро добрым?
   -- Я жива, -- разжала губы. Сказала так, будто винила.
   Амин остановился и насторожился:
   -- Да.
   -- Но вы были уверены, что я убита.
   -- Да.
   -- Я убила ангелов. Не меньше шести.
   -- Нет...
   -- Да! Я лично пронзила им грудную клетку, вспорола насквозь, проткнула!... Но один из них только что принес мне завтрак.
   -- Да.
   "Да"! - спокойно, как будто в норме вещей, что мертвецы сервируют стол! Причем для мертвецов же!
   Может, здесь все мертвы? Может она давно умерла, просто не заметила, и потому продолжает ту же жизнь в воображении, что вела в теле? Абсурд, чушь полная... Но живой мертвец, улыбающийся ей как близкому и дорогому другу - разве не чушь, не абсурд?
   -- Ты живой? -- спросила Амина, и, судя по взгляду очень в том сомневалась.
   Мужчина выгнул бровь. Прошел к девушке и встал напротив в паре шагов:
   -- Как видишь. Я живой, Вита, и ты, и все здесь живые. Хочешь - потрогай и убедись, -- протянул ей ладонь. Рука была совершенно реальной на вид, мало того - привлекательной. И будила странные желания, например чтобы Амин обнял.
   Девушка отступила, не рискнув коснуться и поддаться желаньям. Ее занимало более важное.
   -- Как?
   -- Что "как"?
   -- Как я могла выжить? У меня рубец слева, ощущение, что бок чем-то не очень острым разворотили, или не церемонились. Как выжил Самаэль? Я пробила его насквозь. Мечем. В живот. Аут артерии. Полная кровопотеря за считанные минуты. Смерть!
   -- Но голову не срубила. Он выжил.
   -- Как?!
   -- Не знаю. Так было всегда. Это дар Отцов. Все живущие могут умереть только лишившись головы. Так повелось.
   -- Поэтому вы рубите головы демонам?
   -- Да. Чтобы они не возродились.
   -- Почему же посчитали, что я мертва?
   -- Ты дочь Отцов. Ты из мира Отцов. Ты другая. Но я рад, что арханы ошиблись и ты выжила.
   Вита не могла сказать того же. Слишком "чудесатой" показалась ей жизнь.
   Единственное, на что девушка еще питала слабую надежду о помощи в разгадках всех этих ежедневных загадок, лекарство Свята. Вита прошла к столу и залпом выпила неприятное пойло в кубке. Передернулась и застыла, надеясь, что вторая доза мгновенно вернет ей память, а та даст ответы на вопросы и расставит все по местам.
   Однако ничего не случилось.
   Никогда приняла настой перед обедом, ни когда перед ужином. Прояснений в памяти не появилось, зато одолела навязчивая мысль - демонов шестьдесят шесть типов.
   Шестьдесят шесть, шестьдесят шесть, -- крутилось в голове упорно, как Вита не старалась думать о другом.
   Даже ночью эта цифра не отставала от нее и словно преследовала, возникая в воображении в разных вариантах.
   Вита лежала, таращилась в темноту и никак не могла заснуть. Ей стали мерещиться голоса:
   "-- ...Шестьдесят шесть типов. Ничего число, правда?
   -- Мне лично не смешно. Удивляюсь, как одобрили твой проект.
   Смех, заливистый, веселый.
   -- Ты ханжа, Виталька!"
   Одно и тоже, одно и тоже как заело.
   Вита крутилась, зажимала уши, пыталась думать о другом и... потерялась.
   То ли сказались переживания последних дней, то ли отравилась полученной информацией, то ли надсадила извилины, пытаясь что-то вспомнить, понять, и заработала горячку. Вита маялась, металась, горела, билась в ознобе, плавала в тумане и утопала в холодном поту. Сквозь марево, что лихорадило ее, она видела два лица - Амин и Свят. Тот самый щуплый мужчина, что сопровождал ее вместе с Уриэлем и Рафаэлем словно поселился рядом. И мучил не меньше видений.
   Он постоянно чем-то поил ее, а девушка после не знала куда деться. У нее сводило мышцы, ее гнуло дугой и одновременно вспышками шли картинки в голове, будто разрывая сознания на мелкие лоскуты, не оставляя в покое ни на секунду. А вот его, как раз очень хотелось. Единственного, пусть даже через смерть.
   Покоя.
   Покоя! -- кричала душа, но телу было наплевать, оно продолжало жить и мучить, мучаясь.
   -- Что с ней? -- с тревогой спросил архан, третий день наблюдая как мечется по постели Вита, не реагируя ни на что. Ему казалось, она сгорает.
   -- Ломки, -- буркнул Свят.
   -- Что? -- не понял Амин.
   -- Ну, типа ломок, -- чуть отступил парень, но архану его слова ничего не прояснили. Впрочем, он часто не понимал, что говорит парень. Он вообще был для него загадкой, как и то, почему Вита выбрала его своим учеником.
   -- Может быть, это от твоих настоев. Стоит прекратить на время?
   -- Угу. И пустить насмарку весь процесс?
   Амин нахмурился неодобрительно, но настаивать не стал.
   Вита царапала простыни, мяла их пальцами и скрипела зубами, обливаясь потом. Ей хотелось выть и хоть немного заглушить боль и маету, что поселилась в каждой клетке тела. И не выдержала, свернулась и закричала:
   -- Господи, Господи! Гооо-сподиии!!!
   Амин дернулся к ней, но встретился с взглядом Свята и отступил. Мужчина редкий чудак, но и редкий лекарь. Наверняка знает, что делает.
   -- Долго еще это будет продолжаться?
   -- А я знаю? И так форсирую, как могу. Но где я тебе мгновенный антидот найду? Собираю нужные ингредиенты как золотоискатель в древние времена песок мыл. А концентрация маленькая! А заменителя метилметакрилата нет! Заменителя кетролака трометамина тоже нет! А опий не катит!...
   -- Ты нормально говорить можешь?! -- рявкнул мужчина, не сдержавшись.
   Свят смолк и поджал губы. Глянул на архана, как в путь послал. И послал к вечеру, когда тот не выдержал и готов был вытряхнуть из парня точную дату окончания мучений Виты.
   А той уже не было ни в комнате, ни в Амилоне. Она ушла в себя и память начала нехотя распахивать перед ней двери...
  
   На платформе снизу полусфера, зажатая колодками. Из ее люка торчали светлые вихры, потом появился их хозяин. Парень смотрел на Виту опасливо и виновато и цеплялся пальцами за крышку люка.
   -- Ты кто? -- удивленно уставилась на него девушка, и даже на корточки присела, чтобы лучше рассмотреть сверху явление незнакомца свету.
   -- Вова Святов, -- пробурчал тот робким баском и чуть отстранился, видимо боясь, что Вита его сейчас за ухо вытащит "на солнышко".
   -- Ах, Во-ова, -- протянула она. -- И что ты здесь делаешь... Вова?
   -- Так это... заблудился.
   Вита хмыкнула - умнее ничего не придумал?
   -- И долго плутал? Что начальным пунктом было?
   -- Нуу... я ж студент, ну и... чего? Практика.
   -- Где?! -- хмыкнула - ой, мастак на уши спагетти вешать! -- Ты хоть школу-то закончил?
   -- Чего? Я фармакологическую академию заканчиваю, -- покосился дичливо и несмело высунулся из люка уже до пояса.
   -- Ааа! Ну? Бо-ольшой мальчик. Но глупый. Ты хоть понимаешь, что добровольно "академ" взял?
   -- Я это... заблудился, говорю...
   -- Лгать будешь - в капсуле моего возвращения ждать останешься. Внятно?
   Парень кивнул так, что подбородок по худой груди брякнул.
   -- Любопытно стало, че за штука, -- пробубнил, не поднимая головы.
   Вита вздохнула: ну и что ей теперь с этим любознательным фармацевтом- недоучкой делать?
   -- В общем, так: сидишь здесь и ждешь меня.
   -- Но я это... -- вскинулся и осекся.
   -- Ты не дома, Вова. Так что в твоих интересах и для твоей безопасности лучше носа из порт-скапа не высовывать. Вернусь, обдумаем, что с тобой делать.
   -- А я... с вами могу.
   -- Ты можешь, -- кивнула, смерив холодным взглядом, в котором, впрочем, сквозил сарказм. -- Я не могу. Сиди, сказала! Студент Вова...
  
   ...Ее встречали в зале Амилона, как и положено только близкие, кому дано было знать о прибытии "дочери Отцов", их посланницы.
   Амин высился над всеми присутствующими и спутать с кем-то еще главного архана было невозможно. Вита на пару секунд потерлась, увидев фактически идеального по красоте, стати и фигуре мужчину. В голове мелькнула мысль, что столь прекрасный экземпляр хорошо бы опробовать в постели. Наверняка так же хорош. Сердце выдало дробь в грудную клетку, но девушка справилась с собой, напомнив, что прибыла она сюда с несколько иной задачей.
   -- Приветствую тебя, дочь Отцов, -- чуть склонил голову Амин. Вита попыталась изобразить ответный поклон, но уж больно картинно это было - не сдержалась - улыбнулась.
   -- Зовите меня - Вита. Мне привычней.
   Напряжение спало - Амин заулыбался в ответ:
   -- Мы понимаем... Вита...
  
   ... Девушка чуть качнулась в сторону, заглядывая за широкие, укрытые плащом плечи Рафаэля и встретилась взглядом с взглядом парня. Тот хотел отойти, спрятаться, но понял, что его уже засекли и замер. Склонил голову и поджал губы.
   -- Это кто? -- ткнула в его сторону пальцем Вита, вопрошая у Рафаэля.
   -- Свят. Смышлен...
   -- Иди сюда... С-свят, -- поманила пальцем парня, не сказав, а приказав. Тот с надеждой глянул в сторону выхода из залы, но успел лишь подумать о побеге - Вита, предугадав его желание, бесцеремонно схватила за руку и вытянула из-за спины архана.
   -- В ученики его возьму, -- делано улыбнулась ангелу. -- Лицо больно смышленое, -- добавила с желчью и уставилась на Вову. Тот вздохнул с тоской и начал усиленно изучать окна справа...
  
   .-- Я сказала тебе сидеть в порт -скапе!
   -- Я просто прогуляться...
   -- Убила бы! -- процедила Вита, одарив парня гневным взглядом. Навязался придурок на голову. Отчитывайся потом, отвечай сейчас.
   -- У тебя бо-ольшие проблемы с головой... Вова. Ты даже представления не имеешь во что влез и куда попал.
   -- А я же ничего, я не лезу, -- заискивающе заглянул ей в глаза. -- Я тише воды, ниже травы себя вести буду, честное слово, Виталия Николаевна...
  
   ... Она втолкнула парня в маленький зал и прижала к стене. Зашипела в лицо, прижимая горло локтем, с намеком на последствия:
   -- А теперь колись, юный почемучка, как ты оказался в скапе?! -- прошипела, упреждая взглядом, что шутки кончились. -- Ну!
   Святов смотрел на нее огромными от страха глазами и все елозил по стене, пытаясь выскользнуть из неуютных объятий, царапал слабыми пальцами ее руку. Понял, что бесполезно и забормотал:
   -- Я это... я ничего такого...
   -- Быстро! Внятно! -- поторопила, чуть ткнув коленом в пах малолетки, с намеком -прекращай мямлить, шутки закончились.
   У студента зрачки расширились, охнул. Открыл рот, закрыл и вдруг, затараторил:
   -- Случайно ваш разговор услышал, хотел проверить! У меня же отлично по всем дисциплинам, экстерном три курса! И та же тема на защиту в планах! Только моя тема по медикаментозному решению проблемы бессмертия, а у профессора по воздействию волнами! Я же думал, это несбыточно! А тут такое... Какой бы дурак отказался.
   Вита отступила, выпустила его. Уставилась всерьез как на дурака.
   -- Ты хуже, Вова Святов - ты полный кретин...
  
   Вита вынырнула из воспоминаний, как из воды. Увидела склонившегося перед ней мужчину и вдруг схватила за грудки, притянула к самому лицу и зашипела:
   -- Вова... Если ты, Вова, не прекратишь свои штучки, я тебя... Вова...
   -- Да тихо ты! -- зашипел в ответ парень и попытался отцепить больную от себя. -- Потерпи! Еще день, два и все будет тип-топ.
   -- Е.. -- нормальных слов у Виты не было. Она чувствовала себя так, словно ее пережевали лопасти двигателя, и точно знала, кому за это сказать спасибо. Этому умнику! Любознательному раздолблю!
   -- Сука ты, Вова, -- просипела и упала обратно на подушки - силы кончились. Мышцы опять начало сводить в судорогах, зубы клацать от боли и холода, а перед глазами заструился туман.
  
   Вита пришла в себя только через два дня. И хоть чувствовала себя еще паршиво, была слаба настолько, что не могла внятно слово сказать - помнила все.
  
   Глава 18
  
   Пять лет назад. Порт-станция закрытого типа Хирон-23.
   Огромная система вмещала в себя только более ста пятидесяти научно -исследовательских отделений и столько же курирующих отделов реагирования. ОР был судьбой Виталии, как Хирон-23 стал домом, еще когда ей было девять, а старшей сестре Лилии - двенадцать. Именно тогда они стали сиротами.
   Родители погибли во время экспериментов и, наверное, этот факт определил дальнейшую судьбу сестер. Лиля пошла в науку, пытаясь понять во имя чего погибли любимые и продолжить их дело, а Вита в ОР - чтобы охранять исследователей и больше не допускать той трагедии, что случилась с ее семьей.
   Долгие годы они были с сестрой близки настолько, что жила уверенность - им невозможно друг друга удивить, тем более что-то скрыть.
   Но это оказалось обманкой. Все вскрылось в один день, миг, с которого, по сути, и началась вся история...
  
   12 сентября
   Блок отдыха был забит.
   Вита и Рита, дежурные, стояли у стойки и болтали, поглядывая на разыгравшихся на площадке курсантов и служащих. Апробирование новой версии гандбольного мяча, многим пришлась по вкусу, вот и устроили мини турнир.
   Мяч ничем не отличался от обычного, кроме пары прикольных особенностей. Он мгновенно менял цвет и вес при соприкосновении с живой материей, поэтому получить серьезную травму было невозможно. И испарялся, если шел на соприкосновение с незаданными в программу предметами. Поэтому техники, замучившиеся менять в свое время стекла перехода в блоке отдыха, сейчас сидели на площадке чуть выше импровизированного поля для гандбола, и активно болели за своих, а не ждали дополнительных хлопот для себя.
   -- Придумали же игрушку, -- качнула головой Рита, со снисходительной улыбкой наблюдая за мужчинами.
   -- Кто, интересно, ерундой занимался?
   -- Да это же студенты, практика в лаборатории Гурьянова показалась им скучной. Вот они вместо заданной программы разработали эту, -- своим обычным лениво толерантным тоном поведала Рита.
   -- Устроит им Гурьянов изобретение, -- улыбнулась Вита, прекрасно понимая, чем закончится научный бунт ребят. Но интересовало ее другое, верней - другой. "Секс-символ" Хирона-23, или "Дьявол", "Казанова", как его еще называли за глаза. Она смотрела на Люверта и не могла себя заставить оторвать взгляд. Как прилипла и все тут. А посмотреть было на что - каждая черта - шедевр, каждое движение - высокое искусство. Тело - идеал.
   -- Хорош самэц, -- хмыкнула Рита, заметив о кого мозолит глаза подруга. -- Только смотри, чтоб Лилька глаза не выцарапала.
   Вита не сразу услышала фразу, минуту не меньше доходило и вот, повернулась к подруге:
   -- Не поняла?
   -- Да ты что, серьезно, не в курсе? -- искренне удивилась Рыжова. -- Ну, ты даешь, Минакова, полстанции уже знают, а ты, родная сестра, ни сном ни духом? Ха! Ничего себе.
   -- Что?!
   -- Да "что"? Крутят они, вот что. Глупо, конечно, со стороны твоей Лильки, ты уж извини за прямоту. Это чудо чернокудрое все же на пять лет ее младше и в голове, как положено хорошему самцу, только самцовое. Так что, смотри, Вита, как бы не случилось с твоей сестрой личной трагедии.
   Вита хмуро выслушала подругу и уже тяжело уставилась на Сашку Люверта.
   Точеный профиль, накаченный торс, стройная сильная фигура, от которой так и фонит мужской полноценностью. Глаза как капканы для наивных дурочек. Она и то готова была попасться, хотя знала, что скачет тот кузнечиком по постелям, головы девчонкам сносит, а потом бросает без всяких моральных метаний. Не раз, ни два из своей группы попереть хотела за аморалку, но вот ведь, посмотрит и... смазлив "Дьявол", как от такого неординарного экспоната откажешься. Тем более по работе у Виты к нему нареканий не возникало.
   Вопрос, что будет сейчас.
   Когда же Лиля успела? Почему он? С ума сошла, что ли? У нее так все хорошо складывалось с Митей.
   -- Ты уверена? -- спросила Риту. -- Лиля же с Сорокиным, серьезно у них.
   -- Да, да. Да в отставке твой Сорокин, давно и наглухо!
   Вита ничего не понимала. Еще вчера виделась с сестрой, разговаривала, как всегда, и та ни словом не обмолвилась, что рассталась с Митей и завязала роман с Лювертом.
   -- Может, рехнулась там, в своей лаборатории? -- предположила.
   Почти три года Лиля фактически не выходила из отсека. Ей доверили разработку одного проекта и женщина настолько погрузилась в работу, что Вите приходилось ее вытаскивать из процесса чуть не за уши, отвлекать, чтобы хоть покушать не забывала. Приходила сразу с боксами с едой, вваливалась в лабораторию, не смотря на Лилино ворчание, и впихивала пищу.
   Когда Лиле романы крутить? Насколько известно Вите, завершающая стадия проекта прошла еще год назад, а сейчас что-то незаладилось в последствиях или развити, авралы начались. Почти месяц Лиля опять безвылазно в исследовательском отсеке сидит.
   -- Рехнулась, -- согласилась Рита и тише добавила. -- Сашка-то с Найполовой из технического закрутил. Сама видела. Вторую неделю к ней ходит. Каюта-то ее напротив моей, так что врать не стану - лично и не раз видела. Ты Лиле только не говори, она у тебя впечатлительная, мало ли.
   Вите нехорошо стало, занервничала.
   Рите она верила, та сроду не лгала, привычки фантазировать не имела. Только ей-то, Вите, что с изложением ее фактов делать? Как отнестись к глупости Лили? Совсем что ли голову свернула там со своим архиважным проектом? Думать разучилась или себя контролировать?
   Так и хотелось пойти и банально накричать на сестру, вдолбить прописные истины: не связывайся с кобелем, от него только дети, неприятности и блохи бывают!
   Но Вита слишком хорошо знала и себя, и сестру. Сама в запале может много глупостей наговорить, а это только ожесточит Лилю, но на отношения с "Дьяволом" не повлияет. Нельзя с ней "в лобовую", тоньше надо, тактичней и с аргументами. Чтобы по пунктам: один, два, три.
   Но есть вариант с Александром поговорить. Хватит ему кузнечика изображать. Не остепениться, не оставит Лилю и не остановиться, пусть убирается из отделения Минаковой.
   Игра как раз закончилась, мужчины расходились. Люверт уже на выход подался, как заметил взгляд Виталии и подошел к стойке:
   -- Что, товарищ лейтенант, как вам игра? За кого болели?
   И улыбнулся так, что ослепнуть можно.
   Вита в упор смотрела на него и, в принципе, понимала Лилю. Сорокин рядом с этим "эталоном", как саксаул рядом с баобабом.
   Рита бросила на мужчину взгляд и отошла. Видно почуяла, что Вита того сейчас отчитывать станет.
   И не ошиблась - девушка поманила Александра пальцем ближе и, когда тот наклонился, зашептала на ухо:
   -- Если ты, козлик молоденький, еще раз к моей сестре сунешься, из моей группы полетишь. С волчьим билетом, -- выпрямилась и добавила с милейшей улыбкой. -- Это я тебе легко устрою. Внятно?
   У мужчины улыбка ничуть не поблекла, только в глазах холод появился.
   Оперся на стойку, разглядывая Виту и, протянул:
   -- Дискриминация, товарищ лейтенант. По половому признаку. Превышение полномочий, злоупотребление должностью, шантаж, ущемление прав личности. Внятно? Так что, ничего у вас не получится, потому что мои личные отношения строятся в свободное от работы время и никого не касаются. Потому что на работе не отражаются. У вас есть претензии в проф плане? -- затянул ласково, только Вита чувствовала что под этим елейным тоном злость просыпается.
   -- Найду, -- заверила.
   Саша подумал, поглядывая на девушек студенток, что собрались у кофе-машины и снова уставился на свою начальницу. Улыбнулся лучезарно, как только мог. И качнулся к ней, предлагая ушко для информации подставить:
   -- Не стоит нагребать себе неприятностей. Перейдешь мне дорогу - перееду.
   Вита отодвинулась и уставилась на него, как будто впервые увидела. Не ожидала она от своего подчиненного подобные коленца. Не так давно его знала, а все же достаточно, чтобы мнение сложить. Да и само сложилось - да, ловелас, да слаб к женскому полу, но безобиден, галантен, умен, в общем - душа парень. И на службе без отказов и проколов. Идеал просто.
   Только выходило, что этот "идеал", совсем не то лицо имел, что всем показывал.
   -- Давайте жить мирно, товарищ лейтенант, -- не столько предложил, сколько намекнул. И подмигнув с уже серьезным взглядом не смотря на то, что продолжал улыбаться во всю стоматологию, пошел к девушкам - студенткам.
   Вита проводила его холодным взглядом и поняла для себя одно - как пришел он в ОР на Хирон, так и уйдет. Она не отступит. Вывод от разговора один: кто кого.
   "Не стоит мне ультиматумы выдвигать - глупо".
   В тот же день она пыталась поговорить с капитаном на счет отчисления Люверта из ее отделения, но Каргопольцев прочитал рапорт и порвал, не посчитав приведенные аргументы вескими. Оно и правда, написала Вита, что в ум пришло, а шли больше эмоции.
   "Что ж, будет урок", -- решила для себя, закрывая двери из кабинета капитана. Постояла, соображая, не податься ли к Лиле, но подумала, что выйдет толк не больше чем с рапортом, и спешить не стала. Двинулась в кадровый отсек и, закрывшись в рубке доступа, затребовала личное дело сержанта Люверта. Сдублировала на всякий случай на флэш-лист и принялась изучать, жалея, что в свое время была к этому вопросу невнимательна.
   Хирон-23 - что большая семья, здесь хватало и разновидностей личностей и букетов эмоций. Одни ученые чего стоят - дети, право. Ссорятся, мирятся, бурно дискутируют, причем так, что порой уверена - сейчас в рукопашную пойдут, а они - по разным отделам или кабинетам разошлись и тишина. Или перегрузят что-то, перемудрят, а потом чуть не сигнал тревоги включай для срочной эвакуации. Так у того же Медянникова что-то с силовым полем наперекосяк пошло, так снесло напрочь стены перекрытий в трех отсеках, людей аппаратуру смяло. Окна - иллюминаторов вышибло. В общем, весь правый корпус пришлось блокировать, проводить эвакуацию и спасательные работы.
   Да чего только не было за те почти десять лет службы, что Вита работала в ОР. С кем и чем она только не сталкивалась из запредельного и не очень. Но, ни разу не довелось натолкнуться на пошлый на шантаж, откровенную и такую банальную угрозу. И сколько знала - такого и в практике других не было.
   Вита вчитывалась в строчки голограммной проекции и все выискивала хоть намек на странности Люверта. Ничего ни на первый взгляд, ни на второй. Обычная биография: родился, учился, закончил, перевелся...
   Перевелся.
   Слово царапнуло разум и Вита щелкнула на него, разворачивая подробности. И поняла, что наткнулась на информацию, о которой стоит задуматься.
   Четыре года назад сержант Александр Люверт жил и здравствовал на Луне -10, фактически в оазисе, на одной из самых комфортных и престижных порт-станций. Ни одного нарекания, наоборот только благодарности, прекрасный послужной список, отличные рекомендации. И как итог - предложение перейти на службу в самую крупную корпорацию на Земле, приняв должность начальника службы безопасности в систему контроля поставок по галактике научно- исследовательской техники и материалов. Через четыре месяца сержант уже становится лейтенантом и возглавляет отдел по контролю за всей научно-исследовательской деятельностью входящих в корпорацию баз и разработок. А еще через пять месяцев Люверт вдруг изъявляет желание перейти на Хирон-23 обычным сержантом в обычную службу реагирования. То есть, по сути, Люверт решает уехать с курорта на Красном море в ярангу на самом крайнем севере. И при этом никаких проблем на службе он не имел, видимой причины для того чтобы пустить свою карьеру под откос, не было. Конечно, что-то не отображалось в официальных отчетах по служащим. Но мелочи. А из-за мелочей так круто свою жизнь не меняют.
   Вита пыталась копать дальше, щелкая и на месяц рапорта о переводе, и на службу в системе контроля корпорации. И наткнулась лишь на данные об отказе о переводе. Дважды Люверта пытались образумить. Но он был упорен и, в конце концов, получил предписание отправиться на Хирон-23.
   Что же произошло за эти девять месяцев от точки Луна-10 до точки Хирон-23?
   Девушка покрутилась в кресле, пытаясь сложить факты и, поняла одно - ее впечатление, что сержант очень не прост, оправдано.
   Откладывать посещение сестры она больше не посчитала нужным, надеясь разузнать что-то о мужчине. Конечно, осторожно и не давя. Пока. Подготовить почву, может быть засеять сомнения, но не больше. Рано для прямого и откровенного разговора с Лилей. А вот для остального - в самый раз - почти полночь. В это время сестра не спит, но уже не настолько загружена, чтобы общаться вскользь, отмахиваться и пытаться выставить Виту.
   Девушка прихватила скаченную информацию и двинулась к Лиле, по дороге закинув флэш-лист к себе в комнату.
   Лиля, как Вита и думала, не спала. Не сказать, что она обрадовалась посещению сестренки, но и особого недовольства не выказала.
   -- Извини, у нас проблемы, замоталась, устала, -- посетовала.
   -- Ничего, я понимаю. Но чаем-то напоишь? -- улыбнулась, усаживаясь прямо на флэш -схемы, раскиданные на столе, и загородила собой раскрытые голограммы базы данных текущих процессов, какие-то графики и формулы.
   Лиля попыталась отодвинуть ее, продолжая вглядываться в этот набор абракадабры, и встретилась с взглядом Виты, наивным и чуть просительным.
   -- Ну, налей чая, а?
   Женщина вздохнула и вдруг улыбнулась:
   -- Черт с тобой! Правда, надо отвлечься.
   И встала, принялась колдовать над чайной машиной, а Вита полулегла на стол и принялась изучать то, что так влекло сестру. Но разобралась в нагромождении цифр, знаков и заумных слов не больше, чем понял бы первоклассник в кандидатской по квантовой физике.
   -- Слушай, никогда не понимала, что ты в этом находишь, -- кивнула на голограммную полусферу с информацией. И получила кружку с крепким чаем.
   -- Это наука, Вита, это возможности. Это ликвидация рамок.
   -- Каких?
   -- Любых.
   -- Ну, например?
   Лиля со снисходительной улыбкой посмотрела на нее и вдруг махнула рукой, словно решилась:
   -- А давай покажу. Сдвигай свои мощи, -- согнала со стола и набрала какой-то код вверху экрана. Секунда и все нагромождение непонятного сменилось на вполне понятный образ человека в проекции, с боку начали открываться окошки с лицами и телосложениями, справа полезли схемы, опять формулы, спирали ДНК - опять мало понятное Вите.
   -- Видишь? -- приблизила человека.
   -- Вижу. И?
   -- Кого видишь?
   -- Мужчину.
   -- Человека?
   -- Ну, на динозавра точно не похож.
   Лиля рассмеялась и откинулась на спинку стула, закрутилась в нем довольная чем-то донельзя.
   -- И когда откроешь тайну, в чем прикол? -- выгнула бровь Вита.
   -- А попытайся сама понять! -- прищурила лукаво глаз.
   Вита вздохнула, с деланным осуждением глянув на сестру и, развернулась к проекции.
   Мужчина, как мужчина, все при нем без всяких отклонений анатомии, хоть так, хоть этак. Ни внутренней патологии, ни аномалий. Ну, не красавец, чем-то фавна напоминает. Ну и что?
   -- Нет, ну обычный человек! Чего не так? -- развернулась к Лиле. Та заливисто засмеялась:
   -- А вот и нет! Это демо-версия человека.
   Вита хлопнула ресницами и покосилась на образ этой самой демо, потом очумела уставилась на сестру:
   -- И в чем прорыв науки? Вырастили клон на генном материале или с применением нанотехнологий, на чипсетах PH?
   -- О, что мы знаем!
   -- Ладно, не подкалывай. С ребятами Окоревича тут сидели, так они про эту байду весь вечер уши парили.
   -- Не-ет, Виталенька, это не байда, это уже факт, -- протянула женщина, ткнув в сторона экрана рукой. -- Демо версии уже живут и здравствуют. Как и аналоги.
   -- Это еще что?
   -- Это? -- улыбнулась загадочно и решительно щелкнула по кнопке внизу. На второй стороне экрана появился образ другого мужчины и опять данные, лица. Правда, более аристократические, телосложения мощные правильные.
   Вита отошла, чтобы сравнить продукты изобретения сестры, и начала понимать. А осознавая, начала тревожиться.
   -- Ты понимаешь, на что это похоже, -- с трудом выдавила вопрос - слова застревали от неожиданного вывода.
   -- Да! -- вскочила из кресла Лиля. -- Да, моя дорога, твоя сестра - гений! Нет! -- выставила палец. -- Я бог!
   -- Угу? Только?
   Вите не было ни смешно, ни радостно. Она пристально смотрела на сестру и понимала, что та не понимает, что натворила.
   Но она тоже хороша - почему раньше не лезла в то, над чем работает трудоголичка Лиля? И потому узнает лишь сейчас.
   -- Демо -версии, -- первые, поэтому не очень удачные. В них превалирует инстинкт, энерго- информационная составляющая урезана. Не очень приглядны, да? Но не только внешне, эти факторы, оказывается, влияют на личность, искажают характер, взгляды, мироощущение. Но это - аналоги! Полное соответствие идеальному человеку от набора генов до морально-этической системы, -- ткнула в сторону последнего экземпляра на экране, и сложила руки на груди, не скрывая любуясь своим творением. -- Они живут, они дышат, у них работают все системы жизнеобеспечения. Они мыслят, они умеют принимать правильные решения. Они идеальны. Они шедевры.
   -- На ангелов похожи, -- тихо заметила Вита, не спуская настороженного взгляда с сестры.
   -- Да! -- развернулась к ней та. -- Именно! -- ткнула в ее сторону пальцем. -- Про себя я их так и зову - ангелы и демоны.
   -- И кому ты решила бросить вызов, Лиля? Богу?
   -- Уже, -- посерьезнела, воззрилась на Виту, потеряв всякую веселость. -- Ты не понимаешь, глупышка? Они полностью выращены из энергии, но при этом - материальны. Полностью! Они родились фактически силой мысли. За основу взята всего лишь энергия одной клетки и из этого, практически, ничего, выращен человек. Демо получились более примитивны, первый блин. Но аналоги на то и аналоги. Я воздействовала на клетки сугубо энергетически, только положительными информационными зарядами волн. Участвовала и музыка и вода и хорошие эмоции. В общем, долго объяснять процесс. Но факт на лицо - мы получили ангелов - высокоморальную нацию.
   -- Даже нацию?
   -- Да! -- улыбнулась. -- Поточно их выпущено уже более трех тысяч экземпляров. Они живут уже, посмотри, -- ткнула рукой в сторону виднеющейся из иллюминатора планеты. -- Эксперимент одобрен и запущен еще три года назад. Над Хироном-23 столько экспериментировали за время действия станции, что там уже давно образовалась благоприятная атмосфера и условия для жизни. Кого там, когда Холодов спустился со своими для биологической ревизии, они не верили своим глазам - планета живет и плодоносит - леса, поля, животные. Все прошлые эксперименты дали результаты, и удивительные, неожиданные. Не хватало человека. Его сотворила я.
   Лиля была горда собой, но Вита не спешила радоваться. Она лучше знала сестру и потому видела больше, чем ее научные кураторы.
   -- Что ты натворила, Лиля? -- прошептала. -- Решила бросить вызов Богу? Тебе так и не давала покоя гибель мамы с папой? И ты решила, что Бога нет, а если есть, то он злой дядька. А вот ты станешь добрым Богом и устроишь целую иерархию сущностей, чтобы добиться справедливости, восстановить ее. Чтобы ложь, как ты думаешь, превратилась в реальность. Но понятную тебе, правильную с твоей точки зрения.
   Лиля отвернулась к иллюминатору и молчала с минуту. И призналась:
   -- Мама с детства кормила меня чушью об ангелах, демонах, Боге. Но когда все случилось, ни осталось ни ее, не ангелов с демонами, ни Бога. Никого. Никто не помог нашим родителям, не помог нам понять, за что и почему.
   -- Потому что наши родители работали, как и ты, и создали видимо то, что их убило.
   -- А мое не убьет и не убить, -- повернулась к сестре с победным видом.
   Вита вовсе осела на стул: что еще натворила Лиля? На какой край какой бездны завели ее печаль и боль от гибели близких?
   -- Я не просто создала новый мир, создала тех сущностей, о ком мы только слышали. Миф превратила в реальность и запустила процесс эволюции. Но я дала им то, чего не дал нам библейский Бог - вечность. Это прорыв в науке, шаг за горизонт!
   -- В ад...
   -- В рай!
   Вита смотрела на сестру и почему-то очень захотела сбежать. Уйти к себе, зарыться под подушку и одеяло. И тихо там скончаться.
   Только сейчас она поняла насколько глубока рана Лили. И почувствовала себя бесчувственной, но одновременно, здоровой рядом с больной.
   -- Лиля, это все противоестественно, -- заметила тихо.
   -- Нет. Это перспективно. Пока информация закрыта...
   -- Конечно...
   -- Ты не поняла, -- склонилась к сестре. -- Об этом знают только трое. Только.
   -- О чем?
   -- О бессмертии.
   -- Даже так? Ты скрыла этот факт от кураторов, и они не пронюхали?
   -- Нет, -- качнула головой с улыбкой. -- И не могли, не смогут. Зачем им знать? Это мой эксперимент, мои разработки. Все гениальное просто. Мы существа плоти, мы вырастаем из плоти и крови, а те, кто рожден от энерго -информационного поля, может жить пока связан с ним, с базовым полем, материнским или отцовским - как тебе угодно. Это та же пуповина, только невидимая - энергетическая. Ребенка защищает плацента, а моих детей - энерго- информационное поле. А это материнское поле изначально вырабатывает наша станция. Один отдел дал планете атмосферу, другой насадил растения. А я дала людей. Чистая планета для чистых людей, для вечной счастливой жизни, не зная горя и несчастий, болезни и смертей.
   Вите даже холодно стало от слов Лили. Она смотрела на сестру и глубоко сомневалась, что та психически здорова:
   -- Лиля, тебе не кажется, что у тебя извращенное понятие о счастье и справедливости?
   -- Нет, -- улыбнулась. -- На Хироне уже отработала экспедиция Маликова. Они обучали аналогов элементарному, давали необходимые для построения цивилизации знания. Эксперимент прошел успешно, показатели самые высокие и перспективные. Доклад по теме будет позже, но даже по предварительным данным итог очень многообещающий. А весь эксперимент - прорыв в науке!...
   -- Как на счет демо-версий? Их тоже будут обучать?
   -- Нет. Вчера было принято решение об уничтожении некондиционных опытных экземпляров. Ничего страшного, даже после лабораторной работы остаются грязные пробирки. Нужно всего лишь помыть их. Помывка назначена. Кстати, я настояла, чтобы тебя взяли. Так что твоя группа входит в группу зачистки.
   -- Интересно, как мы будем зачищать бессмертных?
   -- Тебе скажу.
   И вдруг пошла из кабинета.
   Вита помрачнела, давая волю эмоциям. И уже начала прикидывать, как затащить Лилю к психологам, чтобы помочь, как она вернулась, неся в руке коробку, похожую на пульт, скрещенный с допотопной рацией.
   -- Вот, -- положила перед Витой с победным видом. -- Этот прибор уничтожит всех демонов. Тебе нужно лишь набрать код их энергетических вибраций, потом нажать черную кнопку. Связь с материнским энергополем будет прервана и, они станут смертными.
   Вита смотрела на прибор и чувствовала себя кретинкой.
   -- А если нажму красную?
   -- Прервешь связь с материнским полем всего живого на планете. Красная кнопка - перевод на самостоятельное энергообеспечение. Представь акушерку принявшую младенца. Этот прибор перережет пуповину. Но ты же не акушер? Поэтому доверь работу профессионалу. Это сделаю я в свое время. Твое дело уничтожить демо версии. Нажмешь черную кнопку и... -- развела руками, -- вернешься с победой. За успешно проведенную операцию получишь повышение. Ты рада? Я помогла тебе?
   -- Здорово. Всегда мечтала о карьерном росте, -- кивнула как сомнамбула, но сарказма не скрыла. -- И кто кроме тебя и меня знает о том, что ты возомнила себя Богиней?
   Лиля с минуту молчала и нехотя ответила:
   -- Один хороший человек. Мой любимый.
   -- Сорокин.
   -- Нет, -- поморщилась. Села за стол и вспомнила, наконец, о чае, давно уже остывшем.
   -- Лиля, что знают двое - знают все. А твою тайну знают уже трое.
   -- Он не скажет. Как и ты. Я уверена в вас обоих.
   -- Да? Что же это за глухонемой тупица?
   -- Он мало абсолютно здоров, он - идеален, -- с нежностью улыбнулась Лиля.
   -- Почти ангел.
   -- Нет, он человек и тем прекрасен. Ангелы всего лишь аналоги наших лучших проявлений и черт личности. Подожди немного и устроим семейный ужин: ты, он, я.
   Вита молчала. Нечего было сказать. У нее не оставалось сомнений, что любимый Лили - Люверт. Но только теперь она поняла насколько глупо поступила Лиля и что вообще вокруг нее заварилось. И готова была дать голову на отсечение, что Сашка каким-то образом пронюхал об экспериментах Минаковой и явился на Хирон -23 именно за ее открытием. Дальше дело техники - окрутил, втерся в доверие, получил информацию, возможно и все научные выкладки. Обычный информационный шпионаж.
   Дурочка Лиля...
   И она тоже хороша - куда смотрела?
   А что теперь с этим делать? Фактов против Люверта у нее нет и, не будет скорей всего, зато у него вся колода карт против Лили, а значит и Виталии. Поэтому открыл свое истинное лицо, не боясь, пошел на угрозы. Стоит кому-то из начальства узнать, что Лиля параллельно основному утвержденному плану исследовательских работ, ведет свои дела и что-то разработала без ведома кураторов, внедрила и апробировала, ей конец. Ее больше не пустят даже в зону для техников перед научными отсеками. Она сгниет на порт-станции и максимум в должности техника уборочных автоматов.
   Вита молча сгребла прибор со стола.
   Что ж, сестра заварила кашу, а ей теперь расхлебывать. Не первый раз, конечно, но начинает надоедать. Потому что заваренное с каждым разом все круче.
   -- Сколько еще этих приборов?
   -- Один. На сборку второго нет времени, да и зачем? Вернешься - отдашь.
   -- Угу, -- кивнула Вита, глубоко в том сомневаясь.
   -- А если б я не пришла к тебе?
   -- Я бы сама пришла завтра. По плану вас отправят только во вторник. Если ничего не случиться.
   Но случилось.
   Уже утром пришло распоряжение о ликвидации порт-станции и реорганизации структур в связи с истечением срока эксплуатации. Таким образом, всем находящимся на Хироне -23 предстояло покинуть станцию и перебазироваться по новому месту назначения. На что отводилось шесть месяцев.
   Приказ зачитали на утренней "летучке" всем начальникам подразделений. А следом Вите выдали приказ выйти с группой на Хирон, уничтожить демо-версии и эвакуировать стационарную лабораторию со всеми сотрудниками.
  
   Глава 19
  
   Самое паршивое в этой ситуации, что порт-станция по-прежнему существует и поле функционирует, хотя ни одного человека на ней не осталось, -- подумала Вита, глядя в полог постели.
   И села, спустила ноги на пол, только тогда посмотрела на сидящего рядом на стуле Святова.
   -- Ну, что, Вова, наш разговор с Лилей подслушал тогда, да?
   Мужчина покосился на нее и отвернулся, поджав губы.
   В точку попала, -- поняла девушка. Впрочем, иного и не ожидала. И вдруг схватила его за горло, притянула к себе и прошипела в лицо:
   -- Ты как был сукой, Вова, так и остался. Ты ведь знал, что я жива, но словом ни с кем не обмолвился! Пять лет!!
   -- Да откуда я мог знать?! Ты же не продукт эксперимента твоей чокнутой сестрицы! -- просипел тот придушено, тщетно пытаясь освободить от хватки Виталии. Девушка с брезгливостью оттолкнула его и поднялась.
   Да, с одной стороны он прав - наверняка даже Лиля не предполагала о побочном эффекте своих научных экспериментов. О том это ее энерго-информационное поле воздействует и на рожденных от плоти и крови. Ну, не сортирует он в отличии от госпожи Минаковой, кто есть кто, и ровно одаривает всех кто под ним, будь ты аналог или демо-версия, привет от братьев биологов или смертных мамы с папой.
   Поэтому нет смысла пенять пацану за чужие косяки.
   Однако у него своих грехов хватает.
   -- Попал ты, Вова. Там, -- ткнула пальцем в сторону потолка. -- Никого больше нет. Все службы ликвидированы четыре с половиной года назад. Так что, поздравляю, благодаря твоему сволочизму, ты встрял по полной программе. И я с тобой... сукой редкой.
   Взяла со стула за ним одежду, принялась натягивать брюки.
   -- Вот она, благодарность, -- проворчал Свят. -- Я ее спас, а она оскорбляет.
   -- Ты меня чуть на тот свет не отправил. Знал, что смерть не грозит, поэтому и в дозах не смущался. А что скрутит, так что даже извилины взвоют, так это ерунда - не твои же, -- отрезала и еле сдержалась, чтобы по морде ему не съездить. -- Об одном жалею - обратно нам не вернуться, поэтому придется на одной планете и в одном стане оставаться. Вместе.
   -- Вот, вот! -- выставил палец и тут же сник, нахохлился под взглядом Виты. И все ж огрызнулся. -- Другая бы благодарила. Я меж прочим, как некоторые, к демкам не перебегал, план по осеменению не выполнял.
   -- Ты о Сантане сиречь Сашке Люверте? -- развернулась к мужчине и ничуть не смущаясь, стянула рубашку через голову, откинула на постель. Надела чистую, заправила в брюки. -- Это тему мы еще обсудим. Сейчас о другом речь - меня был четкий приказ, а ты, сукин сын, не дал мне его выполнить вовремя. Но раз так получилось и в том есть твоя вина, будем выполнять задание вместе. Приказ никто не отменял, -- села на постель и принялась натягивать сапожки. -- Кто из группы выжил?
   -- Никого, -- носом шмыгнул. -- Прям эпидемия случилась.
   -- Та-ак, -- протянула и руки на коленях сложила, обдумывая ситуацию. -- Значит надо тот Лилин приборчик...
   -- Ага. Тогда и нам кранты. Всем.
   Вита покосилась на него и шею принялась тереть, разминая затекшие мышцы.
   -- Лекарь, мать твою, -- процедила все еще злясь на Святова. Тот отмахнулся:
   -- Я считаю, что не стоит торопиться. Мы в самой гуще эксперимента...
   -- Он закончен пять лет назад...
   -- Нет, он продолжается...
   -- Спонтанно. Что нужно прекратить.
   -- ...Твоя сеструха даже не поняла, что сотворила...
   -- Вот тут не поспоришь...
   -- ... Я пять лет наблюдаю и уверен, что влияние базисного энерго-информационного поля продолжается и распространяется на все окружающее.
   Виту даже передернуло:
   -- Намекаешь, что ведущая базовая информация носителей заразна?
   -- Ну, конечно! -- не скрыл тот восторга.
   -- И чему ты радуешься? -- нависла над ним. -- Тому, что демо разлагают окружающий мир, оказывают отрицательное влияние на других? Словно какие-то бациллы, разносят свои морально-этические нечистоты? И при этом сами, как и все живое вокруг - имеют вечную жизнь. Класс!
   -- В этом и колоссальность происходящего! Чистое сталкивается с грязным, черное с белым, отрицательное с положительным! Война информационных энергий!
   -- И ты первый контуженный этой войной, -- скривилась.
   Встала и с силой налегла на дверь. Отворила ее и прошла вниз по лестнице на смотровую башню, проигнорировав взгляды ангелов.
   Она хотела побыть одна. Здесь, глядя сверху на монументальность сооружений города, суету на улочках и на площади справа, на лес и серебрящуюся струйку реки за стенами Амилона, Вита постигла всю колоссальность затеи своей сестры.
   Весь этот мир, в котором уже жили и здравствовали люди, будь они аналоги или демо-версии, был от начала до конца и вместе с ними, всего лишь иллюзией одной женщины, основа которой пряталась в очень давней трагедии. Смерть родителей родила в ней бунт, а страх одиночества и нехватка любви, толкнули на создание идеального, с ее точки зрения, общества и мира. Лиля воплощала свои мечты о благородных ангелах, что стоят на страже любого человека, берегут и защищают его, помогают.
   Но так случилось, что белое не бывает без черного, а черного без белого, ведь только познав боль, можно понять, что значит ее отсутствие. И в этом главное совершенство мира, а не в том, чтобы только ярко светило солнце и за каждой душой стоял прекрасный и величественный защитник и опора.
   Мир, основанный на иллюзии - сам иллюзия. Но Лиля запустила процесс сродный вечному двигателю и опять же воплотила свою мечту о бесконечности существования. И тем обрекла всех живущих на Хироне на вечный бег по иллюзии жизни, не осознавая что ни того ни другого нет, есть только они и уже только их мечты, их мысли и энергия этих мыслей, что и воплощается в их жизнь, превращая процесс превращения энергии в материю бесконечным.
   Да, в этом, наверное, и есть гениальность изобретения Лили. Только она не поняла, что же создала на самом деле, а Виталия не сможет ей рассказать, потому что уже вряд ли они встретятся.
   Мираж заявляющий право на реальность, реальность что сродни миражу - вот удел мира Лили. Она возомнила себя Богом, решив, что тот не справедлив и создал несовершенный мир. И создала в ответ свой и... повторила его ошибку. Мир Лили тоже был несовершенен. И в этом Вите виделась фатальная закономерность.
   Иначе просто не могло быть, ведь подобное рождает подобное. Иллюзия добра рождает лишь иллюзорную доброту, иллюзия справедливости рождает иллюзорную справедливость. Призрачный мир - мир призраков и все в нем лишь виденье, а настоящее лишь надежда и вера.
   Не построить счастья на трагедии, не отличить лож от истины, если не знаешь ее. Все относительно и иллюзорно. Как и задумала Лиля, не столько не осознавая побочного эффекта, сколько не желая понимать его неизбежность. Лиля убеждала себя, что действует из лучших побуждений и сколько пошли за ней и пойдут следом, точно так же уверяя, что хотят хорошего. Но это хорошее аукнется большим злом. Так было, так будет.
   Этот мир стал Лилиным фракталом, полностью отвечающий отвергнутой ею догме "по образу и подобию". Если б только Лиля поняла раньше, что все много проще и не надо изобретать еще один велосипед, после того как всмятку разбился первый и убил своего седока.
   Потому что, каков Бог, таков и мир, что он сотворил.
   Виту грызла тоска по сестре и она находила лишь одно утешение - вокруг нее была сестра. В этом здании, в ангелах, в деревьях, в крике лоточника, в ребенке играющим на ступенях с хорьком. И в том, что Вите придется как всегда исправлять ошибки сестры.
   -- Считай, и не расставались, -- прошептала ей, глядя в небо.
   И невесело усмехнулась. А ведь и здесь работает закон "за что боролся на то и напоролся". Лиля боролась со страхами, болью утраты и этот мир был наполнен страхом перед утратами. Демо версии старались. И тоже из-за страха, и все из-за того же - боясь потерять.
   Только каждый свое.
   И Вита попала в этот замкнутый круг, в этот перпетум мобиле, созданный, ее сестрой, как западня, но как всегда это бывает - с искренним пожеланием всяческих благ. О, здесь их много. Один Сантана чего стоит. И ничуть не изменился.
   Да, единственное чему остается радоваться, так это тому, что в этот капкан угодила не только Вита, но и тот, кому здесь самое место - Саша Люверт.
   Надо бы встретиться с ним и закончить былой разговор, тот самый, что был начат за стойкой в зале отдыха.
   На этот раз колода козырей была в ее руке.
   Вита была уверена, что это именно он отправил ее в подземную лабораторию порт-станции. Как раз накануне прошла эвакуация сотрудников и, Люверт должен был сопровождать их, но при докладе оказалось, что Александр не вернулся. Теперь Вита точно знала, что он ушел к демонам, но не просто так, прикинувшись своим, а с информацией, за которую его и приняли как родного. Именно он сдал всю группу, сдал всех своих товарищей, сообщив демонам, когда их ждать и как уничтожить. И к Аджилону демонов вывел тоже он. В живых осталась только Вита и только потому, что знала много больше остальных, и эта информация могла пригодиться, как и ее саму можно было бы использовать. И Сантана решил использовать, и не утруждался, ожидая подходящего момента, интересуясь, жива ли там, в бывших клетках для животных, его командир. Потому что знал - выживет по любому, а чтоб не буйствовала и боже упаси, не сбежала, наверняка использовал оставшиеся на месте лекарства для успокоения, снотворное, прочую ветеринарную аптеку.
   Вита примерно поняла, что ему нужно. Но была абсолютно уверена, что другие арханы демонов не в курсе истинных целей своего товарища.
   Осталось придумать, как выманить Люверта из своей берлоги. А дальше она сделает ему предложение, от которого он не сможет отказаться. Теперь ему придется сдать тех, кому недавно сам сдавал.
   Пора заканчивать войну.
   И не услышала, а скорей почувствовала появление на смотровой площадке Амина.
   -- Насколько помню карту местности, есть местечко Армгерда, -- сказала вместо приветствия.
   Мужчина встал рядом с ней плечом к плечу и оглядел местность вокруг.
   -- Да, есть. Идеальное место чтобы поставить точку.
   -- Вы готовы к решающей битве?
   -- Давно.
   От Амина шел такой фон спокойствия и уверенности в будущем, что только сейчас, стоя рядом с ним, Вита до конца осознала слова Свята о "заразности" носителей информационных энергий. И улыбнулась, прислушиваясь к себе - раздражение прошло вместе с грустью, стало легко, светло на душе. Ни страхов, ни печалей, ни пессимизма - ты словно в беззаботное детство под защиту и безбрежную любовь мамы.
   Вита поняла, что Лиля вложила в аналоги, вернее, чьи аналоги ангелы. Любви. Бескорыстной, безоглядной, чистой и прекрасной, одно даже легкое касание которой убивает любой недуг отрицательных эмоций. Она создала лекарство от энерго-информационной заразы, которая просто испарялась в присутствии ангелов. В них Лиля вложила самое лучшее, что помнила и чего потом хотела, но уже не могла получить.
   Все-таки сестренка создала что-то дельное, действительно нужное - ангелов. Вот их нужно беречь и сберечь любой ценой. А демо-версии, тот блин комом или питательную среду, на которой затем были выведены лучшие экземпляры, нужно уничтожить.
   -- К чему ты спросила?
   Вита очнулась, покосилась на Амина.
   -- Нужно помыть пробирки, -- брякнула.
   Мужчина выгнул бровь и получил смущенную улыбку от девушки.
   -- Это я так, мысли вслух. Не обращай внимания.
   И не сдержала себя, прислонилась к его груди. И поняла что зря. Амин приобнял ее за плечо, всего лишь еле касался, а она потерялась. Ее словно укутало теплое пушистое облако, и весь мир с его тревогами стал безразличен, потерял свое значение.
   Если уничтожить демонов, то возможно...
   Вита похолодела и мгновенно очнулась. Она поняла, что не знает кода, Лиля не сказала его. К тому же девушка не могла вспомнить, где прибор сестры, а без него весь план летел к чертям.
   Девушка, лихорадочно соображая, что можно предпринять, уставилась на Амина:
   -- Где Свят?
   -- Эээ... в своей комнате.
   -- Где?
   -- На первом этаже, прямо по коридору...
   Вита ринулась со смотровой площадки. В голову пришла мысль, что Святов может восполнить пробел. При его привычке подслушивать, он вполне мог и подсматривать, значит, мог знать, куда Вита дела прибор и услышать от Лили код прерывателя.
   Амин растерянно уставился ей вслед:
   -- Что случилось-то?...
   Но Виты уже не было, она слетала с лестницы вниз, спеша к Вове с твердым желанием вытрясти из него данные.
   Этот хитрый "жук" не вызывал у нее добрых чувств и девушка не стала даже стучать в дверь его комнаты - пнула ногой с маху и ... Первое что увидела - занесенный над скрючившимся в углу парнем нож.
   Вита не думая ринулась на убийцу. Схватила за руку и всей своей массой толкнула в стену. Ударила руку о камни, выбивая нож. Подхватила его, на развороте впечатывая локоть демону под дых и уже хотела полоснуть по шее, но передумала. Этой секунды замешательства мужчине хватило - он ринулся на Виту. Свят же, как собака, на четвереньках отполз в другой угол комнаты.
   Девушка отклонилась от летящего в лицо кулака и, схватив демона за горло, пригвоздила к стене кинжалом. Сжала пальцами кадык, намекая, что дернешься - останешься без ценного органа, и прошипела в красное от злости лицо незнакомца:
   -- Быстро: кто послал?
   -- Пошла...
   -- Ну!! -- чуть потянула кадык. Мужчина понял, что с ним не шутят и прохрипел:
   -- Сантана.
   Вита еще пару секунд смотрела в лицо демона с твердым желанием прикончить подсыла, и вот, ослабила хватку.
   -- Я отпущу тебя, но с условием, что ты кое-что передашь от меня архану.
   Демон несмело кивнул, видно не верил, что она действительно его опустит.
   Девушка выхватила нож из его плеча и воткнула в расщелину меж камней в стене. Сломала и выставила обломок стали с рукоятью перед носом мужчины:
   -- Это.
   Демон перевел взгляд с ее лица на сломанный нож, моргнул, ничего не понимая, но вновь кивнул. Вита убрала руку с его горла и спиной почувствовала присутствие Амина. Покосилась через плечо и попросила:
   -- Отпустите и сопроводите. Он должен доставить от меня привет архану.
   Мужчина перевел холодный взгляд с демона на девушку и нехотя отодвинулся с дороги, давая понять последнему, что выполнит просьбу Виты.
   Демон спрятал обломок запазуху и медленно, по стеночке, двинулся к выходу, не спуская опасливого взгляда с Амина.
   -- Проводи, предупреди, чтобы не трогали, -- попросила Вита мужчину, как только демон выскользнул за дверь. И подхватила Свята за шиворот, толкнула на постель.
   -- Ммменя... убить, да? -- пролепетал тот, белый как снег.
   -- Да. Обещаю, что закончу начатое демоном, если ты быстро и четко не ответишь на два вопроса. Даю две секунды. Код прерывания?
   -- Че-чего?
   -- Код! На прерывание связи энерго-информационного поля демонов с материнским энергополем! -- рявкнула ему в лицо.
   -- Аа...яяя... не знаю, -- пролепетал, сжавшись и на всякий случай, выставив руку.
   -- Не знаешь кода?
   -- Не-нет... откуда?
   -- Где прибор?
   -- Ччто?... Но, но... ты же ееего...уу тебя был... Я, я... честно, ни сном ни духом. Вот те крест, -- перекрестился, тараща на Виту полные ужаса глаза. И девушка поверила. Вова конечно не ангел, но лгать в состоянии полного аута от страха не смог бы и демон.
   Девушка присела перед ним на корточки и сухо проинструктировала:
   -- В общем, так, Во-ова: со скоростью звука собирай свои вещички и теми же темпами двигай под крыло Рафаэля. Твое дело продержаться сутки-трое. После твоя смерть будет уже неактуальна, и твоя душонка останется в твоем теле. Все понял?! -- рявкнула подгоняя. Мужчина вздрогнул всем телом и подскочил, начал метаться по комнате, соображая, что взять, а что оставить. В итоге вылетел с пустыми руками.
   Вита же села на его постель и свесила голову: вызов Сантане она кинула, блефанула по всем канонам детективного жанра. А что дальше? Колода-то в ее рукаве оказалась не с козырями, а сплошь с "шестерками".
  
   Глава 20
  
   Сантана слушал Бенга белея скулами. Демон мялся под холодным, давящим взглядом архана и все сжимал плечо, еще ноющее от боли.
   -- Все? -- спросил, наконец, сухо мужчина, выдержав длинную паузу после доклада.
   -- Нет, -- опустил взгляд демон. И нехотя полез запазуху, вытащил обломок ножа.
   -- Она приказала передать вам это, -- осторожно положил на стол перед арханом. -- Но пояснений не дала и я не знаю, что это значит.
   Александр минут пять пялился на сломанный нож и словно наяву видел стальной блеск глаз Виты, пренебрежительную усмешку.
   -- Обломись, вот что это значит, -- прошептал. И вдруг сорвался: приподнялся и заорал на Бенга:
   -- Пошел вон!!
   Демона сдуло. Сантана осел на стул и потер лицо ладонью, пытаясь избавиться от накатившего гнева. Он мутил разум, что успеху способствовать не могло. Но стоило ему только подумать о Минаковой, как вновь ярость начинала душить мужчину.
   И подумать - она была в его руках пять лет! А он все равно опоздал.
   Свят оказался проворнее. И кто б мог подумать, что его обскачет какой-то мальчишка! Какого черта Сантана не удавил этого гаденыша раньше? Ведь чувствовал - не прост, не просто ангел. Что-то кроме гуру Минаковой есть за спиной прохиндея.
   Теперь поздно вдаваться в подробности. Теперь нужно срочно, что-то соображать и предпринимать. Но если прибор уже у Виты - можно не торопиться.
   И куда она его спрятала тогда, когда успела?
   -- Сука! -- рявкнул и грохнул кулаком о стол. Надо было ее, правда, убить, и концы в воду - нет проблем. Но, как же! Он же хотел владеть через гребаный Лилькин прибор, у которого даже нет названия, жизнями и всем этим миром. Сколько раз он приходил в опустевшую лабораторию к единственной узнице и выпытывал, где она спрятала нужное ему. Но девка быстро отупела от лошадиных доз снотворного и успокоительного, и ничего не могла сказать. Стоило же снизить дозу, она начинала дергаться, пытаться сбежать. Приходилось снова глушить ее, пока Сантана не понял, что совсем стерилизовал ей мозг. Тогда он дождался момента и навешал тупым демкам лапши на уши, чтобы иметь возможность вытащить ее.
   И какой леший его под руку толкнул?! Какой черт за язык потянул?!
   Убрал бы ее и все. Да, остался бы без прибора, как без последнего аргумента...
   И Сантана вновь вернулся к той мысли, что не раз и не десять посещала его, и останавливала, не давая свернуть шею лейтенанту - что если прибор находится в других руках? Что если Виталия успела его кому-то отдать или кто-то кроме него знает о ценности невзрачного с вида пульта и попросту украл его у лопушки Минаковой? Только она могла знать, где прерыватель, если спрятала, и опять же, только она могла догадываться, куда он делся и кто его увел, если он пропал.
   Мужчина целенаправленно вывел из строя скип и аппаратуру, чтобы никто не мог вернуться на станцию, как никто не мог появиться с нее. А потом уничтожил всех из группы, проверив каждую их вещь, но не нашел признаков прибора. Остались только двое - он и она.
   Правда, этот Свят...
   Сантана принялся бродить по комнате в раздумьях и вскоре вызвал к себе самого преданного себе демона и приказал:
   -- Выкради Свята и привези в подземелье Отцов.
   Конечно, глупое название дали местные бывшей лаборатории биологов, но этот мир вообще пока примитивен, потому и перспективен. Пиши на его белом листе, что хочешь.
   Только писать должен он, Александр Эдуардович Люверт, а ни какие-то продукты научно-исследовательских экспериментов.
   Сантана отодвинул камень за очагом и залез в свой тайник. Достал нужный мешочек, взвесил с прищуром. Потом оторвал кусок тряпки от простыни и написал сажей: "Кажется: здесь не хватает одного. Или его не было? Подземная лаборатория".
   Свернул и вызвал еще одного демона, приказал передать ангелу для Виты, дочери Отцов.
   А сам лег на постель и прикрыл рукой глаза. Ему нужно было все хорошо обдумать. Грядет последний раунд, и если он не возьмет реванш, шансов больше не будет.
  
   Вита усиленно мучила память, пытаясь вспомнить судьбу прибора и предположить возможный код. Но память стойко хранила молчание о самом нужном, зато выдавала кучу "мусора" - мелочи не имеющие значения. Варианты кода же росли в геометрической прогрессии. Девушка с некоторым удивлением поняла, что мало знала сестру, хотя казалось, что ее внутренний мир для Виты совершенно прозрачен. Однако стоило коснуться шифра и стало ясно, что предполагать можно что угодно. Лиля могла взять кодом, как логарифм, так и слово "дом", как название какого-нибудь гена, так и цветка или острова на любой из двадцати четырех открытых и признанных пригодными для жизни планет.
   Разброс был столь велик, что Вита понимала, что может потратить половину из той подаренной Лилей вечности на подбор нужного кода, но так и не найти истинной комбинации.
   Через два дня девушка поняла, что зашла в тупик и пора либо решать вопрос без прибора, либо тупо паниковать и отползать в какую-нибудь нору как Святов.
   А меж тем Амин все решил за нее, не ожидая подарков судьбы.
   Архангел пригласил ее в залу, где собрались арханы четырех легионов. Ангелы с достоинством отвесили поклоны девушке и встали возле круглого стола, на котором была расстелена карта. Амин предложил Вите показать, где находятся главные базы демонов.
   -- Я надеялась обойтись без боя, -- тихо сказала Вита и уставилась в карту. Выхода действительно не было. -- Армгерда - идеальное место для решающей битвы. Нет смысла лезть в Адаранские катакомбы. Весь хребет изрыт, везде - базы. Основная группировка у Дэвана. Он самый осторожный, не любит рисковать. Но именно за ним остается последнее слово. С ним, как поняла, примерно пятьсот бойцов. Марон, сам по себе и себе на уме, но к Дэвану прислушивается. Хитер. Воинов мало, в районе двухсот пятидесяти. Есть еще Ушпак - женщина, горяча, своенравна, готова ринуться в любую авантюру. Изель - мутный и глуповат. Бафет - правая рука Сантаны. Этот самый опасный.
   Девушка смолкла и невидяще уставилась перед собой. Ей вспомнилось оружие, что брала ее группа. Правда кода доступа на лазерники Люверт не имел, поэтому применить его демоны и не могли бы. Уже плюс. С детонаторами тоже проблемы, поэтому так экономят "звезды".
   А все-таки редкая сволочь, Люверт, -- поморщилась:
   -- Именно Сантана изобрел "звезды". Но этого оружия у них мало. Итого, -- выпрямилась и сложила руки на груди, оглядывая собравшихся, что внимательно ее слушали. -- Против нас встанет около полторы тысячи.
   "Гребанный поточный метод! И кому в голову пришло поставить демки на поток, за каким чертом?" -- вздохнула.
   -- Сколько нас?
   Амин с минуту молчал, как-то странно глядя на Виту и, та забеспокоилась. Что? -- обвела взглядом мужчин.
   -- Двести пятьдесят, -- нехотя бросил Урэл.
   -- Триста, -- поджал губы Рафаэль.
   -- Сто пятьдесят, -- доложил Михаил.
   -- Двести, -- кивнул Гавриил.
   -- Тысяча, -- подсчитала Вита и побледнела. Выходило, что демок успели выпустить больше, чем аналогов. И как тут крепкие слова не вспомнить?
   Девушка села и сложила руки на карте: писец.
   Но перевес демонов по численности смутил только ее. Пока она искала выход из создавшегося положения, мужчины обсуждали план действий.
   Местечко Армгерда было принято единогласно, как идеально удобное для сражения. Огромное поле, зажатое с двух сторон небольшими возвышенностями из камней и песка, с двух других сторон было зажато густым, непролазным лесом, топью. Если демоны и ангелы встанут друг против друга, то у всех будет одна дорога - либо умереть, либо победить.
   -- На холме можно расположить лучников.
   -- И на опушке, ближе к стороне демонов.
   -- Разумно...
   Вита слушала самоубийц в полуха и думала о своем - что она может.
   Посетить порт-скип, поискать боезапас. Хотя процентов девяносто девять - "Дьявол" уже там поработал и выгреб что мог. Но...
   Девушка встрепенулась - был еще один арсенал - в лаборатории биологов на всякий случай хранили взрывчатку. Ровно столько, чтобы сравнять бункер, не оставив следа. Немного, но сотне, другой демонов головы оторвать можно. И Сантана точно не мог экспроприировать нанопластид - сержант. Младшим чинам подобную информацию знать не положено. А найти, не зная - невозможно.
   -- Можно устроить ловушку, -- предложил Рафаэль. -- Вырыть ров на спуске с холма, выложить кольями дно, прикрыть его, а потом добить всех, кто туда попадет.
   -- Хорошая мысль, -- оценила Вита. -- Только остается "мелочь" - выманить демонов к Армгерде.
   Амин в упор уставился на нее и, Вита четко ощутила его согласие и то же сомнение, что у нее, понимание трудности осуществить план.
   -- Вызовем, -- заявил Михаил. -- Назначим место и время.
   -- И долго ждать будете?
   -- Они не смогут не прийти. Это будет трусостью.
   -- Ну и что? Им ровно, как вы назовете их поступок. Легко проигнорируют любые ультиматумы и вызовы.
   Амин в задумчивости потер подбородок и вдруг улыбнулся Вите:
   -- Мы сделаем предложение, от которого они не откажутся. Выставим приз победителю - Амилон.
   Мужчины переглянулись. С одной стороны сработать может, с другой - рисковать городом, что является оплотом всей страны?
   -- Отдать Амилон - все равно, что отдать всех и все, -- с тревогой заметил Уриэл.
   -- Если вдруг мы не победим, -- начал Михаил, но Амин прервал его:
   -- У нас нет выбора, мы обречены либо умереть, либо победить. Поэтому никаких "вдруг" - мы должны победить. И пусть каждый знает, за что стоит. Каждый - от воина до ребенка в селеньях.
   Мужчины замерли, лица стали каменными.
   Амин воззрился на Виту. Та смотрела на него и понимала - самоубийца. Но, как ни странно, понимала его, как себя и впервые по настоящему осознала, что за человек перед ней. Именно человек, а не аналог. Потому что второго подобного просто нет.
   -- У нас действительно нет выхода, -- сказала тихо. -- Их больше, чем вас и рано или поздно, численный перевес окажется фатальным.
   Арханы молчали.
   Рафаэль уперся кулаками в стол, склонил голову:
   -- Возможно, ты и права. Но демоны не имеют детей, значит, не умножаются.
   -- Зато режут наших, -- бросил Уриэл.
   Мужчины помолчали и Амин постановил:
   -- Решено. Нужно хорошо подготовиться. Тайно. Только после вызывать демонов на бой. Отрядите ангелов в Армгерду. Пусть начинают копать ров, строгать колья. Вита?
   Девушка кивнула: похоже, действительно, иного пути нет.
   -- Мне нужно средство передвижения. Повозка слишком заметно. Ехать эскортом - тоже светиться. Оптимально если поедем вдвоем, втроем максимум. Дайте мне четырех лошадей, двух бойцов и через сутки у нас будет возможность устроить еще одну ловушку, после которой добивать будет некого.
   -- Что ты придумала?
   -- Есть у меня мысль. Если сойдется, сообразим еще один "подарок" демонам, уравняем силы. Но мне нужно сутки.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   95
  
  
  
  


Популярное на LitNet.com И.Громов "Андердог - 2"(Боевое фэнтези) А.Эванс "Проданная дракону"(Любовное фэнтези) Д.Куликов "Пчелиный Рой. Уплаченный долг"(Постапокалипсис) М.Олав "Мгновения до бури 3. Грани верности"(Боевое фэнтези) А.Вичурин "Байт I. Ловушка для творца"(Киберпанк) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) В.Палагин "Земля Ксанфа"(Научная фантастика) Д.Панасенко "Бойня"(Постапокалипсис) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) А.Емельянов "Мир Карика 8. Братство обмана"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"