Чёрные Ники: другие произведения.

Чёрные рецензии. Том 11

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:


Чёрные рецензии. Том 11

  
   Лизавета Патрикеевна 2015/08/09 20:34 (пост 724)
   Разбор первой главы повести "Алиса в иномирье" авторства Элизы Рэйнеке
   http://samlib.ru/e/ellis_l/alisainomirie.shtml
   Вступительное слово.
   Уверена, что проделанную работу Элиза не оценит. Просто потому, что проделана работа мной, а наши отношения несколько напряженные. Тем не менее, я выражаю надежду, что автор не начнет тут же орать, поминать кур, пернатых, помойки и переходить на албанский. Мне бы хотелось, чтобы Элиза смогла сохранить лицо и спокойно принять критику.
   Этот разбор - не холливар, не месть, не попытка втоптать и размазать.
   Оговорюсь сразу. Я не считаю Элизу бесталанной дурой. Мне не нравятся ее заносчивость и абсолютно неоправданная вера в собственную исключительность. В то же время я признаю, что временами она делает неплохую работу, разбирая тексты. Если бы не Элизины попытки унизить, оскорбить авторов, смешать их в пропорциях с фекалиями, одновременно расхваливая себя-любимую, работа была бы даже хорошей. Она могла бы приносить пользу и реальные плоды, помогать авторам, желающим улучшать свои тексты. Будь в отзывах меньше спеси, гонора и презрения к окружающим при той же доле критики, Элизу даже просили бы писать обзоры, радовались бы ее вниманию и появлению на своей страничке... Но пока слишком много сослагательных фраз.
   Я прочла главу, сделала заметки и некоторые предложения по исправлению. Если автор посчитает их полезными, буду только рада.
   Начиная разбор, дала себе два обещания.
   1. Быть объективной. Насколько вышло, не мне судить. Но я старалась.
   2. Не обращать внимание на пунктуацию. Править нужно чуть ли не каждое предложение, а мое уважение к той части Элизы, которая пишет дельные куски разборов, не безграничное. Это обещание я не сдержала, больно много там странных знаков препинания. Пропустила сотню, потом сорвалась.
  
   Глава 1
  
   Гости съезжались на дачу
  
   Эта пятница выдалась на редкость неудачной, весь день меня допекали мелкие неприятности, вот и сейчас, до начала тренировки осталось меньше часа, а я бесцельно крутилась по квартире и не могла собраться. (на самом деле это несколько предложений. Объединение их в одно лишает начало динамичности.) Всё валилось из рук, мне никак не удавалось сосредоточиться, казалось голова забита ватой (Выделенное курсивом можно безболезненно убрать, смысловой нагрузки оно не несет, образности не добавляет) . Положив большую спортивную сумку на диван, я ещё раз проверила всё ли собрала: косметичка, коврик-пенка для занятий, спортивный костюм, полотенце, бутылка минералки. Пакет с кошачьим добром - мисочки, рыбные консервы, поводок. (На тренировку? Создается впечатление, что консервы героиня собирает для себя) Поворошив задумчиво вещи, сходила на кухню за едой для себя, так, погрызть в дороге: шоколадка, несколько пакетиков сырных палочек, орешки. После тренировки на меня нападает зверский аппетит, а предстоит ехать загород - путь неблизкий - перекушу. (Очень корявое предложение. Рубленное, некрасивое)
   Постелив поверх вещей старый шерстяной плед, поискала взглядом кота - Ёсик сладко дремал на подушке в корзинке. Сердце скребнула (нет такого слова) холодным коготком печаль (Сочувствия к пожилому коту не возникло. А все из-за красивостей, которые выглядят напыщенными, надуманными, неискренними): совсем старичок, раньше так любил играть, а теперь, свернётся клубочком и спит где-нибудь в тёплом местечке.
   Ласково приговаривая, я уложила мягкое сонное кошачье тельце на подстилку (тушки ЖЮФ добрались и до котов. Или кот умер на руках хозяйки?):
   - Потерпи немного... поспи пока в сумке... поедем к дедушке... он звонил сегодня, что-то сердце у него прихватило... (Так, девушка едет к дедушке, потому что у него болит сердце. Но любовь к деду не столь сильна, чтобы вынудить героиню пропустить тренировку. Хороший моральный облик. А состояние здоровья деда так важно для повествования? Ведь героиня собирается попадать куда-то)зато в саду погуляешь... хоть уже и не тепло (так трудно было написать "прохладно"?)... но там птички, Матильда ...(кто такая Матильда? Если она неважна для дальнейшего повествования, то упоминание лишнее)
   Кот понятливо муркнув, боднул лбом мою руку и, положив голову на лапки, зажмурил глаза. (я за коммуникацию с животными, но к чему это длинное предложение? Половину можно безболезненно убрать)
   - Так и знала, что пацан согласится - пристроив животное поудобнее, я вжикнула замком. (и зачем здесь жаргонизмы? Неужели без них так сложно нарисовать образ молодой девушки? Так же и "вжикнула". Почему нельзя просто написать "застегнула змейку". Красиво, литературно. Откуда взялась уверенность в том, что человек может уложить животное поудобней? Само ляжет, как ему нравится)
   Уже в прихожей, надев пальто и наматывая шарф, вспомнила: "чёрт, зубную щётку не взяла..." - не раздеваясь, в ботинках и с сумкой через плечо, потопала обратно. (Удивительно корявое предложение. Потому что их опять несколько, скомканных в одно. Необходимо перефразировать. Например, "Уже надевая пальто и наматывая шарф, вспомнила, что забыла зубную щетку. Раздеваться и снимать перекинутую через плечо сумку было лень, поэтому я пошла в ванную так")
   Но едва я переступила порог ванной, пол под ногами заходил ходуном, а потом, словно в кошмарном сне, кафель напротив вспучился и зазмеился чёрными трещинами, загрохотало, и всё - темнота. (Это опять несколько скомканных в одно предложений. Кафель не может зазмеиться, а вот фраза "по кафелю зазмеились трещины" - нормальная конструкция)
   Очнулась я в странном непонятном месте. (как неожиданно для попаданки!)
   В зеленоватом потустороннем сумрачном свете удалось рассмотреть то ли пещеру, то ли шахту. Я сидела на полу (удивительно было бы сидеть на потолке), в бок мне упиралась сумка, а вокруг валялась разная мелочёвка из ванной: банное полотенце, мыло, станочки для бритья, аптечка и сверху насмешливо щерилась зубная щётка (если щетка детская, с рожицей, то да. Без этой подробности насмешливую улыбку зубной щетки трудно представить).
   Вдруг, под боком зашевелилось и мяукнуло Ёськиным голосом. (Не удержусь, все же спрошу. Зачем здесь запятая? Что от чего она отделяет?)
   Кот не пострадал, вытянув мордочку, он испуганно оглядывался, и из сумки вылезать не торопился.
   С трудом, держась за стену, я поднялась на ноги (хорошо, что не на руки. Просто "поднялась" или "встала"). Меня штормило (представьте море, шторм. Волны, ветер. Переносим все это на человека. Бред? Бред. ), реальность плыла и раскачивалась:
   - Зайка, как мы здесь очутились? И куда мы, собственно, попали? - но Ёся ничего не отвечал, он и сам был в недоумении. (После второго знака вопроса абзац. Или это прямая речь Ёси?)
   Я глубоко вдыхала сухой безжизненный воздух (когда героиня провела анализ и выяснила, что в воздухе не было ни одного микроба, вируса? Зачем вообще это странное определение?), пытаясь прогнать тошноту и прийти в себя.
   Но всё казалось таким зыбким, как во сне или под водой, и желудок продолжал бунтовать. Чтобы отвлечься, я стала внимательно рассматривать стены тоннеля - скорее всего к его происхождению приложили руку строители (все, что после тире можно сократить до "он казался рукотворным". Но если нужно загромоздить текст или нагнать побольше знаков для а.л., то эту тяжеловесную конструкцию можно оставить.). На крупнозернистых серых камнях, похожих на гранит, кое-где виднелись следы кирки, а в некоторых местах выступы оплавились. (То, что тоннель гранитный, как-то важно для дальнейшего повествования? Оплавленные выступы важны? Потому что если они роли не играют, то здесь этих неуместных уточнений быть не должно)
   Усыпанный у стен мелким щебнем пол тоже слишком ровный, похоже, его искусственно выравнивали.
   Свод коридора сплошным ковром покрывало что-то фосфоресцирующее - плесень или лишайник. Эта масса и служила источником освещения, она мерцала и переливалась бледно-зелёным мёртвым светом, навевая мысли о покойницкой или преисподней.
   До высокого потолка рукой мне было не дотянуться, и изучить эту странную субстанцию не представлялось возможным. Да и не стала бы я этого делать, вообразив, как копаюсь пальцами в мерцающем киселе, я передёрнулась от омерзения.
   Диссонансной нотой в этой морговской атмосфере - витал приятный цитрусовый запах. (И опять не сдержусь. Зачем тут тире? Почему нельзя было просто написать, например, "Диссонанс в атмосферу морга вносил приятный цитрусовый аромат"?) Но это объяснилось просто стоило посмотреть под ноги. (А это пример того, как неспособность дружить с запятыми превращает текст в неудобоваримую кашу)Аромат источала разбитая бутылка с лимонным маслом.
   Пятничное невезение продолжалось, я стояла среди масляной лужи.
   -- Всё пацан, рок нас настиг - Аннушка уже вляпалась в масло - я огорчённо вздохнула, - и будет теперь благоухать как лоток с апельсинами. (вау, попытка пошутить. Будь предложение согласованным, не будь там жаргонизма, будь в нем больше запятых, будь оно чуть аккуратней построено, и дело было бы сделано. Шутка могла быть хорошей)
   Постепенно я пришла в себя, превозмогая головокружение подобрала раскиданное барахло и засунула его в боковое отделение сумки. (опять пафос в плюсе, запятые в минусе)
   Затем расчистила от камней место у стенки и, постелив полотенце, уселась на полу в позе лотоса. Закрыв глаза, я попыталась сосредоточиться и понять, что же случилось. (До того героиня спокойно сидела на полу без полотенца. Зачем она пачкает чистую вещь? Она ведь может понадобиться чистой. Почему героиня не использовала коврик? Зачем нам знать, что она села именно в позу лотоса и именно на полу? Важны ли эти два уточнения?)
   Но мозги скрипели заржавленными шестернями (героине сто лет, у нее маразм? Без этой шаблонной фразы предложение ничего не теряет), в голову лезла всякая чушь, а правдоподобное объяснение не вырисовывалось.
   - Звонок другу?
   Я достала смартфон - вне зоны доступа. (Минимализм не принес нужных плодов. Предложение рваное, не хватает связки)
   - Ясно, мы же под землёй.
   Спелеологией я никогда не интересовалась, где находятся пещеры или катакомбы с таким освещением понятия не имела. Но точно не в моём городе, такую достопримечательность давно бы разрекламировали культисты: готы, сатанисты, какие-нибудь поклонники вампиров. Очень уж тут обстановочка подходящая для их шабашей - склеп, только гробов не хватает.
   - А может это недостроенная, заброшенная ветка метро? Или подземный ход ведущий в секретную военную лабораторию? А плесень - объект разработки? Вырвалась на волю, сожрала создателей и жаждет мирового господства? - я мотнула головой, отгоняя глупые мысли. - Надо меньше фантастики читать.
   Впрочем, диггер из меня не лучше спелеолога.
   От досады я шлёпнула ладонью по колену - ничего путного на ум не приходило. (шлепок должен был породить новые мысли? Зачем это предложение вообще? Все и так знают, что у героини есть колени, а сама девушка в замешательстве. Ни экспрессии, ни раскрытия характера это предложение не дало)
   - Как мы оказались в этом месте - похитили? (Четкое ощущение, что за знаки берут деньги. Это два предложения. "Как мы оказались здесь? Нас похитили?") Пустили в ванную какой-то галлюциноген, и когда я вырубилась, привезли сюда? Усадили у стеночки и сверху посыпали банными принадлежностями. Что ж, спасибо злодеям за заботу - и кто они? (Абзац) Глянула на смартфон, в ванную я зашла пятнадцать минут назад - какие, нафик, похитители.
   - Взрыв? И мы рухнули в тоннель под домом прямо со своего четвёртого этажа? А где же кучи щебня, балки-палки и прочий строительный мусор? Где дыра в потолке?
   - Да, Алиса, провалилась ты в кроличью нору... (Это прямая речь отвечающего героине кота?)
   Я совсем расстроилась, сидела и тупо разглядывала стену напротив... ничего правдоподобного не придумывалось.
   Недоумение и шок первых минут прошли, на смену им пришло осознание странности моего положения, и сердце начали сжимать холодные змеиные кольца паники. (Это три полноценных предложения. Слияние в одно ничем не оправдано)
   Вдруг, задремавший было Ёсик, насторожил уши, и напряжённо уставился вправо. Никто в том конце не появился, мрачный коридор оставался совершенно пустым, сухой неподвижный воздух не шелохнуло ни единое движение ветерка или сквозняка. (а сквозняк разве не ветерком ощущается?) Но прислушавшись, я уловила где-то за поворотом едва слышные голоса. Подождала ещё, но ничего не происходило, кот опять задремал.
   Я решительно встала, нужно что-то делать, иначе сойду с ума от страха:
   - Знаешь, котя, ничего мы здесь не высидим. Раз своя башка не работает, позаимствуем мудрости у кого-то из китайцев, Мао или Конфуция, да, без разницы: ' дорогу осилит идущий'. Не нравится мне эта ситуация... будем осторожны. (ничем не скрашенный и не облагороженный поток сознания)
   Пейзаж по пути не радовал разнообразием видов, лишь раз, монотонность скучной серой стены нарушил боковой проход, узкий и тёмный. (красивости, красивости. А толку чуть. Картинка этой местности создается меньшими усилиями. "Коридор был пустынным и мрачным. В одном месте от него ответвлялся узкий боковой проход. Но я побоялась туда заходить") Я туда заходить побоялась, только заглянула: раз коридор ветвится, значит это либо катакомбы, либо шахта.
   Через какое-то время, уже явственно слышались мужские и женские голоса:
   - Ау-ау! Отзовите-е-сь, люди! Ау-ау!
   Я нерешительно остановилась, на душе было тревожно, следовало посмотреть кто там, прежде чем показываться. (Обрубленные фразы, скомканные в одно предложение. Опять. Кроме нагромождений тонн картона никакого положительного эффекта. Можно попробовать передать чувства героини, например, так: "Я замерла в нерешительности. Наверное, следовало обрадоваться, что я не одна в этом странном в подземелье. Но в душе росла тревога. Поэтому я решила подкрасться и посмотреть на неизвестных, прежде чем откликнуться")
   Дальше туннель резко сворачивал вправо, поставив сумку на пол, я тихонько прокралась к повороту.
   Из-за угла я увидела небольшую круглую пещеру - перекрёсток нескольких проходов. Здесь светящаяся масса наростами и натёками спустилась до середины стен и ярко освещала помещение. На полу валялись большие округлые валуны и у дальней стены, на таких камнях расположилась целая компания - четыре женщины и двое мужчин. Неживое зеленоватое освещение делало их похожими на голливудских зомби. Но там сидели обычные люди, мои современники, русские, по крайней мере, говорили они по-русски.
   Всё ещё сомневаясь, я решила понаблюдать за ними.
   Люди были разного возраста, но все старше меня.
   Самая младшая женщина - крупная, лет тридцати пяти, одетая в кричащие дешёвые шмотки с китайского рынка и раскрашенная как Чингачгук на тропе войны - напоминала недорогую проститутку.
   Рядом с ней сидел мужчина, её ровесник, он покровительственно обнимал красотку за плечи. Из-за курносого, щекастого лица (ладно, щекастое лицо... но курносое лицо - это перебор) вид у него был простоватый. Одетый в обычную кожаную куртку и джинсы, он всё равно напоминал деревенского увальня, не хватало только гармошки и картуза с цветком.
   Девица время от времени всхлипывала, прижимала руку к мощной отвислой груди, трясла длинными мелированными волосами и причитала: "Д-о-о-о-ченька моя... д-о-о-ченька". Мужчина успокаивающе гладил её по плечу и прижимал к себе.
   Идиллия не нравилась их соседу - пожилому мужичонке в потрепанном камуфляже и резиновых сапогах ярко-лимонного цвета. Он неодобрительно косился на эти обжимания и его испитую щетинистую морду кривила скептическая ухмылка.
   У его ног валялась брезентовая торба, из которой торчали какие-то деревяшки.
   Чуть дальше, отдельной группой жались к стенке три женщины.
   Из них выделялась энергичная блондинка хорошо за сорок.
   Типичная представительница офисного планктона - короткая стрижка, макияж, деловой костюмчик, красные туфли на высоченной шпильке. И главное, стервозное выражение усохшего личика мелкой, но любящей командовать начальницы.
   Рядом с ней пристроилась невзрачная бабёнка, одетая в немыслимый зелёный пуховик и допотопные боты. Выглядела она тоже за сорок. Сморщенное, совершенно незапоминающееся личико с мелкими чертами и отвисшими как у мопса брылями, казалось, выражает обиду на весь белый свет. К груди она крепко прижимала большой бумажный пакет.
   Дальше, сидела полная тётка лет шестидесяти, наверное пенсионерка. У неё было на редкость злое и угрюмое выражение лица. Одетая во всё серое: полупальто, брюки и вязанный берет - она походила на огромную серую мышь. (Очаровательно. Мы уже догадались, что самой обаятельной и привлекательной будет главная героиня. Но почему так нарочито и топорно? Почему столько неприязни и презрения к другим? Почему среди описанных персонажей нет ни одного человека, вызывающего положительные эмоции? Незнакомцы показаны через ощущения и мысли героини, поэтому она, как человек, дающий всем подряд негативную оценку, немедленно вызывает неприязнь к себе. А вообще шикарный срез общества. Бомж, проститутка, мордоворот, стерва, бабенка с брылями, злобная пенсионерка. И героиня. Молоденькая девушка, увлекающаяся йогой, любящая кота и в меньшей степени дедушку. Воистину очаровательно)
   - Это бабы, всё из-за вас, - выдал дурашливым козлетоном алкаш (опять жаргонизмы. Без них точно никак нельзя создавать литературное произведение?)- из-за грехов ваших мерзких мы попали в чистилище, грешили...
   - Заткнись уже Тосик, надоел своими нравоучениями! На себя посмотри - праведник, клейма негде ставить - прервала его мадам в красных туфлях.
   - Что, правда глаза колет, Ирочка - красная туфелька - хихикая, проблеял Тосик.
   Мелированная, выдала очередную порцию громких всхлипов.
   - Уймитесь уже! - гаркнула громким басом пенсионерка - успокойся Лена, хватит истерить, со слезами и соплями из организма уходит жидкость, а воды нет, и неизвестно когда будет. Давайте лучше ещё покричим, может кто-то нас услышит.
   Лена, набравшая полную грудь воздуха и уже начавшая нудно тянуть: "Д-о-о..." - поперхнулась и закашлялась. Тосик, было, попытался примазаться к утешению, но его отпихнул локтём толстомордый.
   Недовольно наблюдавшая за их вознёй пенсионерка, подождав немного, скомандовала:
   - На - раз... два... три!
   И они все вразнобой заголосили:
   - Ау-ау! Люди-и! Отзовите-е-сь!
   Я решилась.
   - Не самая приятная компания, явно попали сюда так же как и я, напуганы и ничего не знают. Но всё-таки вместе не так страшно, и если кто-то нападёт, больше шансов отбиться. Ну, а если что - бегаю я быстро. (Ради сохранности шеи героини надеюсь, это была не прямая речь, а проявление нелюбви автора к пунктуации)
   Вернувшись обратно, ("вернувшись" по определению назад, возвратное действие. Поэтому нельзя вернуться обратно) вытащила сонного Ёсю, налила в мисочку немного воды и пододвинула к его мордочке:
   - Пей, неизвестно когда смогу тебя напоить в следующий раз...
   Пока кот нехотя лакал, (Есть такая пословица: "можно привести лошадь к водопою, но нельзя заставить пить". Поэтому то, что кот повелся на уговоры, из области фантастики) переложила вещи. Аккуратно завернув еду и бутылку с водой в полотенце, засунула свёрток на самое дно, под коврик. (А вот и место, что понадобилось чистое полотенце, а не запачканное)На всякий случай, достала из косметички газовый баллончик и спрятала его в карман пальто. (Что газовый баллончик делал в косметичке? Ему карман пальто - дом родной! Или грабитель будет ждать, пока жертва возьмет сумку, расстегнет, найдет там косметичку?)
   Уложив Ёсика, взяла сумку, и уже не скрываясь, потопала на голоса.
   Они опять о чём-то спорили, но увидев меня замолчали.
   - Ой, девочка, - озвучила очевидное Лена.
   - Девочка-припевочка, девочка-мажорочка, - заблажил Тосик. Ой, какие синие ботиночки, и синяя сумочка - небось из страусовой кожи? - подбежав, он пощупал сумку.
   - И цена твоего прикида в три раза дороже моего Опеля девяностого года. А пахнет от неё, м-м-м - апельсинчиком... (то, что героиня очень дорого одета, как-то важно для повествования? Будь она среднего достатка, у нее не было бы сумки и кота? Героиня не попала бы в подземелье?)
   - Заткнись Тосик, оставь её в покое - опять шикнула на него Ирина - не обращай на этого клоуна внимания. Ты кто? И как сюда попала?
   Я отбросила руку Тосика и подошла к женщинам.
   Мне почему-то совсем не хотелось произносить своё настоящее имя:
   - Оля Маркина - сама не зная почему, назвала я имя соседки - студентка. Занимаюсь спортивными танцами, собиралась на тренировку, внезапно потеряла сознание, очнулась тут неподалёку, услышала голоса и пришла.
   - Ясно, ещё одна жертва - констатировала факт Ирина, потом она представила мне сидящих рядом: Веру и Ксению Ивановну. (сама Ирина представиться не пожелала?)
   Мной заинтересовался толстомордый.
   Оторвав от своего локтя приклеившиеся намертво Леночкины пальчики, он поднялся, подошёл поближе и начал в упор меня рассматривать. (Странно, что Леночка на эти действия никак не реагировала. Или пальчики существовали отдельно от нее?)
   Я чувствовала, как его чёрные маленькие глазёнки, похожие на изюм в сыром тесте, липко ползают по груди, бёдрам, ногам, лицу. (Из этого описания следует, что глазки отделились от хозяина, проникли под одежду героини и ползали там в свое удовольствие. Вряд ли автор хотела это так представить)
   От омерзения мне хотелось передёрнуть плечами и спрятаться. Но стиснув зубы, я вскинула подбородок и в свою очередь уставилась на наглеца. И поняла, почему спесивый Тосик молча уступил ему предмет своих вожделений, Леночку.
   Человек напротив, напоминал земляного голема из РПГшки - несуразно длинное мощное туловище, короткие толстые руки и ноги, полное отсутствие шеи.
   Его внимание переключилось на сумку:
   - Чё там у тебя? Жрачка, вода есть?
   Я отрицательно покачала головой:
   - Спортивный коврик, костюм, полотенце, косметичка...
   Я видела - он не поверил, ему хочется самому покопаться в моих вещах, и напряглась, сжав в ладони газовый баллончик. (Это опять несколько предолжений)
   Но толстомордый, заметив мою напряжённую руку в кармане, презрительно цыкнул зубом и направился обратно к Леночке: (девушка в пальто. Оно чуть толще шелка, следовательно, напряжение руки заметить сложно. Даже если рукав обтягивающий. Курносый заметил, что девушка "на взводе", а руку держит в кармане, взгляд у девушки уверенный.)
   - Если что, меня Сирожей кличут - бросил он через плечо.
   - Угу, приятно познакомиться - пробормотала я ему в спину, думая про себя: "до чего же тебе имя подходит".
   Леночка с Тосиком представляться не посчитали нужным, а я и не настаивала.
   Ирина рассказала, что они все из разных городов, попали сюда не понятно как и зачем. Неожиданно очнулись в этой пещерке три часа назад.
   В это время, сидевшая рядом Вера, попыталась опереться на мою сумку, но тут же вскочив с диким визгом, отбежала в сторону и истеричным фальцетом проверещала:
   - Там... там... у неё... шевелится!
   Они все тоже повскакивали и уставились так, будто у меня из живота вылез "чужой".
   - Это кот - я расстегнула молнию и показала перепуганную Ёсину мордочку.
   Тосик подбежал и дёрнул язычок змейки до конца. Сумка раскрылась и все смогли убедиться, что там именно те вещи, о которых я говорила.
   - Упитанное животное - указывая на пушистые белые Ёсины щёчки, паскудно проблеял Тосик.
   Отпихнув его в сторону, я закрыла замок:
   - Убедился? Ни колбасы, ни водки там нет.
   - Какая наглая мажорка...
   Но его патетическая речь прервалась неожиданным образом - из бокового прохода вышел ещё один человек.
   Парень лет двадцати пяти, одетый совсем по-зимнему: в ватную фуфайку, свитер грубой вязки и камуфляжные штаны заправленные в армейские ботинки. Высокий, широкоплечий. Настоящий ариец - светлый ёжик волос, светлые глаза, приятные правильные черты удлинённого лица.
   - Кто ты, человече? Обзовись - заблажил Тосик - как здесь оказался? Не ангел ли ты возмездия присланный сокрушить скверных блудниц...
   - Да заткнись ты, наконец, идиот, дай человеку слово сказать - злобно прошипела Ирина.
   - Вадим - представился новоприбывший - мы ехали на лесозаготовку, наверно машина в аварию попала. Я только успел почувствовать, как голова взрывается страшной болью и сознание потерял. Очнулся здесь, с час назад, бродил по коридорам, услышал голоса и вышел к вам.
   - Зэк это - уверенно выдал Сирожа - мою ментовскую чуйку не проведёшь - и гаркнул - представься по форме, по какой статье чалишься!
   Вадиму это не понравилось:
   - Кто ты такой, чтобы я тебе представлялся, держишься за свою тёлку, вот и держись дальше...
   Голем отодвинул Леночку и набычился. Но парень, как бы мимоходом, распахнул полу ватника, и все увидели заткнутый за пояс топор. Сирожа сдулся... (можно смириться, когда так разговаривает отрицательный персонаж. Но почему главная героиня такая же? Она же "претендует на звание дома высокой культуры быта!")
   - Вадик, не обращайте внимания, мы все на взводе, такая нервная обстановка - ухватив за локоть, Ирина повела мужчину к камням у стены.
   - И чё, долго вы собираетесь сидеть - пока не подохнете без еды и воды? - попытался восстановить пошатнувшийся авторитет Сирожа - у меня уже горло осипло орать, а кто к нам вышел? Сопля с котом, да маньяк с топором - вы как хотите, а я сваливаю.
   Все засуетились, но Алису не волновал животрепещущий вопрос: который же из коридоров лучше. Не интересовало это и Вадима, они переглянулись, и он робко ей улыбнулся. В другой раз, возможно, Алиса бы ему и ответила, но не сейчас. (Ну вот, еще и провал фокала в конце главы. Только его не хватало для счастья)
  
   Вывод.
   Попаданка, каких много. В подземелье, каких много. С котом, который имеет все шансы стать язвительным юморным спутником.
   Хочу ли я читать это дальше? Нет. Потому что в первой главе автор ничем не заинтересовала меня. Она удивила только дикими знаками препинания, нарочитыми украшениями предложений. Поразила способностью склеивать в одно предложение несколько неполноценных маленьких. Озадачила сухим, невыразительным языком повествования, который гораздо полноценней в ее же обзорах. Оттолкнула описанием других людей от лица главной героини. Поскольку ни об одном незнакомце, кроме молодого парня, героиня не сказала ни единого доброго слова, она настроила меня против себя. Я наивно верю в хорошее в людях, в то, что процентуально хороших людей больше, чем плохих, а поэтому сразу шесть моральных уродов не могли случайно появиться в одном месте. Это статистически невозможно.
   Мне бы хотелось, чтобы те требования, которые автор предъявляет к разбираемым текстам, она предъявляла бы и к своим. Не тоже, а в первую очередь.
  
   Nuts 2015/08/13 22:02 (пост 741)
  
   Элиза Рэйнеке. Алиса в иномирье
   Первую главу уже рассмотрели, а мне приглянулась:
   Глава 3
  
   Бойтесь мертвецов, дары приносящих...
   (Или о роялях в декорированном интерьере)
  
   Я находилась в большой красивой комнате, полной воздуха и солнечного света.
   Интерьер помещения был декорирован в прозрачных пастельных тонах (И всё-таки: в прозрачных или пастельных?) зеленовато-бирюзового спектра. На сделанных из дорогой шёлковой ткани драпировках стен, обивке мебели, в узорах мягкого ковра на полу, прослеживались анималистические мотивы, повторяющие орнамент браслета и кулона. Повсюду: бежали олени; охотились лисы; летели птицы; распускались цветы и стлались травы. (Голова не заболела в таком сюрреалистическом интерьере находиться?) В приоткрытые французские окна влетал свежий ветерок и играл лёгкими кружевными занавесями.  (Да-да. Читатели прониклись эрудированностью автора на квадратный метр помещения. Выстоявшие добиты пунктуацией.)
   Я втянула носом воздух и задержала выдох, нежно и пронзительно пахло разогретой на солнце зеленью и цветущей в саду жимолостью.
   У окна стоял мужчина, его поза была столь непринуждённой, что я подумала - наверное это хозяин дома. (ГГ присуще логическое мышление: при всём богатстве выбора-то.)
   Увидев, что я его заметила, он подошёл и, прижав руку к сердцу, изящно поклонился.
   - Приветствую вас, леди Алисия. Позвольте преставиться - Теодорих, лорд Чернолесья и последний хранитель крастовой печати.
   Передо мной стоял давешний мертвец. (Нормальные девочки в такой момент с криком убегают.)
   Если он выглядел привлекательно в призрачном свете смартфона в подземелье, то сейчас, от его красоты у меня перехватило дух, и я смутилась и растерялась. (Но наша тает перед красотой, живая она или мёртвая.)
   - Я не леди - я просто Алиса Савина из России, у нас не приняты сословные различия. (Ставит мужика на место, будто он её оскорбил.)
   Мой собеседник печально улыбнулся:
   - Кем бы вы ни были в своей стране, здесь, вы, - леди Алисия, последняя леди Чернолесья.
   Браслет и кулон - атрибуты власти (надо же так велеречиво обозвать серебряные безделушки), и они выбрали вас, значит, сочли достойной. И теперь - он повёл рукой, показывая на комнату вокруг - это ваш дом. (Опа! А вот и нежданчик: рояль посреди декорированного анималистическими мотивами интерьера: наша ГГ осчастливлена не только титулом и 'атрибутами власти', но и недвижимостью. Ей даже не пришлось ради этого напрягаться.)
   Потом, осторожно придерживая под локоть, Теодорих вывел меня на террасу, и подведя к балюстраде, опять повёл кистью - а это ваши владения. (Зачем он её придерживает? Боится, что осчастливленная атрибутами рванёт осваивать владения?)
   Белоснежная лестница сбегала в роскошный сад, который, в свою очередь, всеми аллеями, лужайками, цветущими клумбами и куртинами, полого спускался к берегу озера. (Лестница сбегала, сбегала, но далеко не убежала... Интересно, что было бы, если бы сад не всеми перечисленными элементами спускался к берегу?) Озеро - вытянутый овал густого сапфирового цвета обрамлённый тонкой полоской белого песчаного пляжа - походило на глаз какого-то диковинного сказочного животного. А дальше, до самого горизонта простирались невысокие пологие горы, покрытые, густыми, тёмно-зелёными, кое-где даже в синеву лесами. (Все запятые, которые недодали в предыдущем предложении, оказались в этом.)
   И нигде, ни малейшего признака цивилизации.
   У меня вырвался невольный вздох восхищения:
   -- Господи, красота какая... Чернолесье - это Шварцвальд? В Германии, в долине Рейна?
   Несмотря на мои восторги, взгляд Теодориха оставался всё таким же печальным:
   -- Нет, леди Алисия, это не долина Рейна, посмотрите правде в глаза - вы попали в иной мир. (Померла ты, девонька, померла!)
   Сердце трепыхнулось в груди, но как-то вяло, ведь в глубине души я об этом уже догадалась, просто не хотела верить. (Просто сердце уже точно знало - поздняк метаться.)
   Теодорих был так хорош собой, что мои мысли приняли странное в данной ситуации, матримониальное направление, заалев щеками и ушами от смущения, я спросила: (С этого момента поподробнее: матримониальное направление это в какую сторону? И заалели щеками мысли или само направление?)
   -- Вы последний лорд Чернолесья, я последняя леди - что это значит?
   -- Леди Алисия, вы так юны и прелестны - как бы я хотел, чтобы это значило именно то, о чём вы сейчас подумали... Но, увы, - я мёртв, (хочется добавить: 'и вы в ином мире') вы разговариваете с моим посмертным заклятьем. Волею судьбы, вы моя наследница. Я не хотел пугать своего приемника, явившись ему призраком в крастовом подземелье. (Являться трупом как-то надёжнее показалось: наследник нужен стрессоустойчивый.) И решил познакомиться с вами, здесь, в моём родном доме.
   Маги не умирают просто так, мы должны передать знания, а если возможно и силу своему избраннику. (Вот и второй рояль: знания и магическая сила в подарок.)
   Я был слишком молод и не успел обзавестись учеником. Но обстоятельства сложились так, что мне пришлось рискнуть жизнью.
   У входа в крастовый лабиринт меня подстрелили заговорённой стрелой инквизиторы. Мне удалось скрыться от святых отцов, и войти в катакомбы. (Ну вот: подстрелили у входа в лабиринт, а скрылся в катакомбах) Пробравшись в логово краста, я набрал его чешуи. (мимо инквизиторов пройти не смог, а мимо монстра запросто.) Но, на то, чтобы выйти из подземелья, а тем более спрятаться от рыскающих у входа инквизиторских отрядов, у меня уже не хватило сил. (Инквизиторы народ шустрый и сообразительный: раз подстерегли у входа, то можно дождаться у выхода.)
   Я проиграл - не сумел до конца исполнить обязательства хранителя печати. Мне оставалось только медленно умереть, мучаясь сознанием невыполненного долга.
   И тогда, я собрал остаток сил и провёл обряд посмертного заклятья.
   В регалии рода - браслет и медальон, я вложил свои: память, знания и умения, и наконец, душу. (Жадина, мог бы и чужого добавить 'на поход'.)
   Моё тело умерло, но моя личность живёт в этих артефактах. Они долгие годы пролежали в подземелье в ожидании подходящей кандидатуры.
   Вы подошли идеально.
   Я должен повиниться, в заклятье поиска вплетено принуждение, поэтому вы откликнулись на призыв, нашли мой труп и надели украшения. (Так регалии лежали и ждали или всё-таки кого-то искали и приманивали?) Но иначе мы бы не встретились.
   Но теперь, чтобы соединить наши сознания окончательно, мне требуется ваше добровольное согласие. (Детка, скажи 'Да'!)
   Я предлагаю вам сделку: вы соглашаетесь на слияние, становитесь моим преемником и я, лорд Теодорих, обязуюсь служить вам верой и правдой. Но, взамен вы доведёте до конца начатое мной дело, исполните обязанности хранителя крастовой печати. И я не стану вводить вас в заблуждение, это очень опасно, шанс остаться в живых у вас невелик. (Правильно, вы привлекательны, я чертовски привлекателен, чего зря время терять - сливаться надо!)
   -- Если я не соглашусь, то шансов выжить, у меня вообще нет?
   -- Да, вам не выбраться из лабиринта, краст вас уничтожит. (Зачем автору придумывать сложные ходы, когда можно предложить выбор между смертью сейчас или потом.)
   -- Лаконично.
   Я смотрела на расстилающийся передо мной дивной красоты пейзаж: таинственно мерцающее в тени деревьев озеро, раскошные кусты белых и синих гортензий обрамляющие мраморную лестницу - слушала беспечное щебетание какой-то пичуги в саду, и мне нестерпимо захотелось выжить и побывать в этом месте в реальности. (Ага: 'Увидеть Париж и умереть'.)
   -- Я никогда не заключала таких договоров, и незнакома с процессуальными тонкостями. Мне следует где-то расписаться кровью? (Роспись кровью - это всего лишь 'процессуальные тонкости')
   Мой собеседник лукаво ухмыльнулся:
   -- Достаточно вашего согласия. И леди, ваша душа - только ваша, аналогия с дьяволом несколько преувеличена. (Нафига мужику её душа? Вполне хватит тела - всё как в жизни.)
   Я не видела никакого смысла в затягивании этого диалога:
   -- Хорошо, я согласна. И у меня ещё один вопрос - вы так и будете мне являться здесь, в Чернолесье?
   -- Нет, к сожалению, у меня очень мало сил, и моя главная задача, вывести вас из подземелья. Сейчас я усну, и по мере надобности, у вас просто всплывут нужные знания.  (Правильный подход: зачем мудрить с обучением ГГ, если всё можно выдать оптом - фэнтези же.) Мне требуется время для слияния, и когда я окрепну, мы сможем общаться, как вы пожелаете.
   А сейчас нам пора.
   Проснувшись, я чуть не разревелась, по контрасту с тёплым солнечным Чернолесьем, подземелье казалось ещё более мерзким - тёмным и стылым. Но пошмыгав носом, и погладив кота, успокоилась, не время сейчас проявлять слабость.
   Глянула на смартфон, спала я чуть больше часа, и хоть сидела на твёрдом полу в неудобной позе, немного отдохнула, но при этом, изрядно продрогла. Пока бегала по туннелям, я не обращала внимания на температуру, а посидев неподвижно, заметила - в пещере довольно-таки прохладно.  (Так где всё-таки наша ГГ 'попадает': в туннелях, подземелье, катакомбах, лабиринтах или в пещере?)
   Время близилось к полуночи, пора уж и о ночлеге позаботиться.
   Но не хотелось спать рядом с трупом мага. Я нацепила на Ёсю поводок, и собралась пройти ещё немного вперёд, но что-то меня удерживало, и я поняла: не дело это, оставлять Теодориха в катакомбах, надо его похоронить - и откуда-то из глубины пришло знание похоронного обряда.
   Застегнув рубашку и камзол, я уложила тело вдоль стенки и аккуратно поправила волосы мага. (Трупы магов не усыхают, а сохраняют всю свою свежесть и красоту для проходящих мимо девчонок.)
   Такой красивый, он совсем не походил на мертвеца. Я нежно провела пальцами по щеке и пригладила и без того идеальные соболиные брови: (Всё равно на слияние согласилась, чего теперь стесняться.)
   -- Прощай маг, последний лорд Чернолесья - и бережно накрыла его лицо платочком из-под артефактов.  (А нежно поцеловать в лобик забыла?!)
   Правую руку положила ему на грудь у сердца, опустившись на колени, взяла в ладони его левую кисть.
   Из моих уст, сами собой, полились напевные слова неизвестного мне языка. Я поняла - это заклинание погребения.  (Как удобно, даже знать язык не надо, ей и без того всё понятно.)
   Мои пальцы нагрелись и засветились белым светом. Свечение, как молоко, постепенно перетекло на тело мага, и он стал таять, как кусочек сахара в горячей воде. (Ням-ням)
   Неожиданно, в затхлом сухом воздухе пещеры повеяло запахом разогретых на солнце цветов и трав - ароматом Чернолесья, затем, мгновенный всполох белого пламени, и маг исчез совсем.
   В ладонях у меня остался лежать перстень, (Не смог прекрасный мертвец оставить поклонницу без прощального подарка.) из такого же как остальные украшения тёмного металла и с таким же чёрным, с белыми искрами, камнем. Приглядевшись, я увидела выгравированного на камне бегущего лиса - Тео чёрный лис, это прозвище для близких друзей, всплыло из подсознания.
   Передо мной, на земле, валялась маленькая блестящая стрелка.  (И куда показывает стрелочка?)
   Подняв острую железку с пола - наверно это и есть инквизиторская стрела - я, надавливая изо всех сил, нацарапала на стене: "Здесь умер Теодорих, последний лорд Чернолесья. Покойся с миром чёрный лис'.  (А где 'Здесь была Алиса'? Со знаниями усопшего, могла бы надгробие поосновательней соорудить.)
   Я очень устала, но мне казалось кощунственным улечься спать, в месте, где развеялся прах Теодориха.  (Заглядываться на мертвецов не кощунство, а спать на том же месте ай-ай-ай?)
   Я подобрала одиноко валявшийся на земле мешок мага, (А чего добру пропадать?) совсем лёгкий, в нём что-то перекатывалось, но я, не глядя, сунула торбу в боковой карман сумки и, подхватив Ёсин поводок, двинулась вперёд.
   Нам повезло, минут через пятнадцать мы натолкнулись на хорошее место для привала. (Она точно знает: у её смартфона вечная батарейка.)
   Коридор почти перегородил большой, вывалившийся из стены валун. После него в стене осталась ниша, и я решила, что это вполне подходящий для ночлега уголок.  
   Когда мы протиснулись в пещерку, то увидели, что пол там ровный и места, чтобы лечь и вытянуться во весь рост, хватит с лихвой. (Читатель продолжает корчиться в муках, пытаясь представить себе подземелье, которое катакомбы, которые лабиринт, которые пещера. И какими руками это странное сооружение делано, что из его стен вываливаются валуны, после которых образуются уголки, способные легко вместить взрослую девушку?)
   Со вздохом облегчения я сбросила с ноющего плеча сумку. (Да ладно, когда в сумке ещё и 6 килограммовый кот был бегала по коридорам, а тут вдруг сдулась?) Вытащив из кармана смартфон, чтобы подсветить, и замерла в ступоре - я же шла без фонарика! Я же вижу в темноте! Не очень хорошо, приблизительно, как в сереющих предрассветных сумерках, - но вижу! Могу разглядеть сумку, валун, сидящего у стенки кота:
   - Ёськин, мы прошли первый левел, и получили умение - ночное зрение. Ты знаешь, кого обычно награждают такой способностью в добропорядочных играх - класс воров и других разных жуликов. (Заигрываем с любителями компьютерных игр?)
   Ничего себе перспективка - да? Но, согласись, в нашей ситуации это куда полезней умения махать мечом - спасибо, лорд Тео! (Ещё бы - халява рулит! Может потом и умение махать мечом обнаружится.)
   В ответ я услышала мысленное ироничное: "Хм-м" - и перед моим взором мелькнула картинка метущего перьями шляпы паркетный пол кавалера. (И всё-таки автору следует иногда вспоминать, что правила русского языка придумали не только для того, чтобы школьникам ставить двойки.)
   Ответных реверансов я делать не стала, а принялась обустраивать место для ночлега
   Положив на пол поролоновый коврик, на него постелила полотенце, (А почему только одно полотенце? Их же два было?) а в изголовье задвинула сумку. После сна я так и не согрелась - шмыгала замёрзшим носом, (Носом ГГ шмыгает постоянно - повод всегда находится.) а пальцы стали совсем ледяными, вот-вот, и начну от холода отстукивать зубами какой-нибудь незамысловатый мотивчик. Достав тёплые гетры и спортивный костюм, надела всё это на себя, поверх одежды. Пальто еле-еле застегнулось. А я накинула на плечи ещё и Ёськин плед. (И как бедолага такой груз пёрла? Костюмчик-то небось тоже из поролона, раз даже пальто еле застёгивается.) Наверно стала походить на немцев под Сталинградом из хроник о Второй мировой. Ну и что? Главное сейчас не простудиться.
   Устало усевшись на подстилку, наконец, достала пакет с едой. Следовало сделать тщательную ревизию наших ресурсов. (Я правильно поняла, что она хочет посмотреть, сколько там еды? Почему не написать об этом нормальным языком?) Ёся примостился рядом, громко мурчал и время от времени бодал меня под локоть лобастой башкой, требуя кормёжки. Второй голодный зверь - мой желудок, вёл себя куда агрессивнее, он не мурчал, а урчал и кусался. (Желудок с зубами - это удобно, можно пищу заглатывать целиком.)
   А кучка провизии выложенная на полотенце, выглядела настолько жалко и неубедительно, что хотелось плакать. После нервных потрясений (Не припоминаю, чтобы ГГ особо нервничала. наверное, всё в себе держала.) и физических нагрузок сегодняшнего дня, я бы проглотила всё это в один миг.
   Наши припасы состояли из: трёх маленьких баночек Еськиных консервов - две с тунцом и одна, с особо любимым котейкой деликатесом - морскими гребешками; двух пакетиков сырных палочек, и двух упаковочек орешков - засахаренного миндаля и фундука, да на треть съеденной плитки горького шоколада. (Ой, ми-ми-ми: баночки, котейка, пакетики, упаковочки, орешки. Почему шоколад плиткой, а не плиточкой?) В полуторалитровой бутылке оставался ещё приблизительно литр минералки.
   Сухая атмосфера пещеры, как будто высасывала жидкость из организма, и меня сильно мучила жажда. За время хождений, не удержавшись, я уже дважды прикладывалась к бутылке. (А ещё котику наливала, забыла?)
   И всё равно, сейчас во рту было сухо, как в пустыне Атакама летним полднем.
   -- И сколько нам ещё блуждать по этому подземелью, как мне всё это распределить?
   Пришло знание - около трёх дней, и почему-то отчётливо представилась котомка мага.
   Проверить, что в ней находится? Хотя, если там и была когда-то еда, то за много лет она уже давно испортилась. Но я всё-таки вытащила торбу из бокового кармана сумки. (Этот рояль уже не рояль, а так - маленькое пианинко. Не оставлять же ГГ голодной? У девушек на диете характер портится.)
   При ближайшем рассмотрении это оказался чёрный замшевый мешок, с прикреплённым к горловине карабином, наверное для того, чтобы носить на поясе. (Карабин на мешке-котомке оттуда же, откуда в декорированном интерьере французские окна?) Из четырёх отверстий проделанных в горловине свешивались разноцветные витые шелковые шнуры: красный, синий, зелёный и чёрный. (Какая-то дырявая горловина получается.) Кончики верёвок были аккуратно заправлены в такие же камешки, как и на украшениях мага. (Так постепенно котомка превращается в нечто декорированное. Согласитесь, что замшевый мешок с шёлковыми шнурами с магическими 'камешками', выглядит куда предпочтительнее убогой котомки с верёвками, хотя автор пока ещё не определилась с качеством завязок. Да и вместительнее мешок-то.)
   Я думала о еде, и рука сама потянула красный шнур... (Дёрни, деточка, за верёвочку...)
   Котомка и не подумала открываться. (...А вот фиг тебе!)
   -- Нужна кровь... - прошелестел голос мага.
   -- Ага, и шаманские пляски с бубном... Подождёт - я отложила мешок в сторону.
   Ёська, бедняга, весь измурчался, не стану я мучить бедное животное, ему и так сегодня досталось, а он старенький. (Старенький, да удаленький: весь в стрессоустойчивую хозяйку.)
   Решительно взяла одну баночку с тунцом и потянула за колечко на крышке.
   Выложила рыбу в мисочку, полила это лакомство соком и пододвинула коту. (Старость надо уважать! Всё должно быть культурно: консервы в мисочке, потом поливаем соком и только так, а не иначе подаём котику, а то ещё обидится и жрать не станет.)
   Одна проблема временно решена - чавкает деликатесом, только хвост дрожит.
   Я тоже больше не могла терпеть, ухватив бутылку, поднесла горлышко к губам - глотала медленно, предварительно прополоскав рот, так нужно пить, когда мало воды. (Вижу, вижу ГГ с маниакальным блеском в глазах ухватывающую бутылку, а потом чинно подносящую её к губам...)
   Потом вытянула из кучи пакетик сырных палочек, и тщательно разжёвывая каждый кусочек, сгрызла их за несколько минут. (Не менее 60 жевательных движений на каждую, смотри не просчитайся!) Вторую проблему, к сожалению, я только раздразнила - желудок яростно требовал полноценной пищи. (Что за самоуничижение? Её первая и, на мой взгляд, единственная проблема - она сама.) Но я, упрямо стиснув зубы, сложила оставшийся провиант в пакет и отодвинула в сторону.
   Вытащив аптечку, простерилизовала палец йодом - ещё не хватает подхватить инфекцию и загнуться здесь от гангрены - и уколола иголкой от одноразового шприца. (Какая правильная девушка: пальцы стерилизует в профилактических целях. И запасливая: не у каждой из нас в аптечке есть йод и шприцы.)
   Потом, выдавив капельку, смочила камень красного шнура. Кровь вскипела, и мгновенно впиталась в поверхность, а камешек в ответ засверкал белыми искорками - признал новую хозяйку. Решив, что негоже истязать каждый раз свой организм уколами, заодно капнула крови и остальным камешкам, и они тоже просверкали мне искорками. (Может это была морзянка?)
   Наконец, я потянула за красный шнур...
   В нос шибанул запах еды - тёплого хлеба, жареного мяса, огурца.
   Я чуть не упала в обморок, от захлестнувшего меня чувства голода. (Трупы её не смущают, наверное пахнут не так аппетитно.)
   Дрожащими руками, я вытаскивала из мешка и раскладывала на полотенце настоящие сокровища. (Слабая какая-то спортсменка: всего день без еды, а уже в обморок упасть готова.)
   Завёрнутые, каждый в отдельную льняную салфетку, ломти ещё тёплого, душистого хлеба и ароматного запечённого со специями мяса; две большие из хрустящего слоеного теста свёрнутые в трубочку лепёшки с начинкой, одна с сыром и зеленью, другая сладкая с ягодами; два огурца; две крупные лиловые сливы и яблоко. (Как у неё ночное зрение-то улучшилось: уже цвета различает. Или это только на еде работает?) И наконец, тяжёлый, литра на два, кувшин, с прикреплённой цепочкой к ручке, кружкой. Передо мной возвышалась внушительная горка еды, свежей и аппетитной, где же она помещалась в сумке, и как сохранилась? (Вот и читателям интересно, почему все сумки в руках ГГ ничего не весят, а умещается в них ого-го сколько. Может быть, они стырены у Гермионы Грэйнджер?)
   Да какая, собственно, разница, пошарив рукой внутри торбы, и поняв, что там больше ничего нет, я осторожно потянула за красную верёвку, и сумка послушно закрылась.
   Ну и праздник обжорства я себе устроила. Откусывала от лепёшки с сыром, отрывала зубами кусочки сочного мяса с зажаристой корочкой, отламывала хлеб, хрустела огурцом, и запивала всё это вкуснейшей холодной ключевой водой. (Не иначе как с голодухи автор придумала этот карманный фастфуд. Но на содержимом кувшина фантазия закончилась и пришлось ГГ хлебать водичку ключевую. Зато теперь мы знаем, что автор грезит отбивной, иначе почему мясо сочное и с корочкой, а хлеб и огурец просто хлеб и просто огурец?) Такой божественно-вкусной еды я в жизни не пробовала. Глазами я бы съела всё, но в меня больше не влезало. А снеди осталось приблизительно ещё две трети. "Хватит, уймись" - мысленно одёрнула я себя - "нам ещё три дня бродить по здешним коридорам". (Не дрейфь, не все орешки ещё съедены!) Аккуратно завернув в салфетки остатки пищи, я открыла котомку... и каково же было моё удивление, когда я увидела там весь набор продуктов вытащенных мной полчаса назад - в целости и сохранности. (Вот и я удивилась: снаружи полупустая, а внутрь заглянешь и видишь целиком 3D меню)
   -- Вот, тупилка - это же магическая вещь! Наверное она синтезирует всё, что в неё положишь, и хранит в каком-нибудь пространственном кармане, где время течёт иначе! (Не иначе рог изобилия стал примером нашей повелительнице роялей.)
   Я осоловела от еды, и меня неудержимо клонило в сон. Соображала я с большим трудом. Поэтому, все эксперименты с волшебным мешком, решила отложить на завтра.
   Алиса положила торбу в сумку (Мешок мог не влезть, а торба запросто.), отодвинула свёртки с едой к камню, (Какая запасливая. У неё полный мешок свежей еды, а она эту на пол сложила. Угостить кого-нибудь хочет?) затем улеглась на подстилку, подгребла Ёсю под живот, прикрыв концом пледа, и мгновенно провалилась в усталый сон. (Конечно сон усталый: ГГ с магом болтала, а он работал.)
  
   Вывод.
   Дальше читать желания не возникло, три главы уже много. Текст стандартный и довольно унылый. Автор сюжета идёт простым путём, дабы ни себя, ни читателей, ни свою героиню не утруждать. А чего может быть сложного, если история о попаданке?
  
   Куда и как попадать? Легко: из квартиры в подземелье. Или в катакомбы? Или в пещеры? Или в лабиринт? Сразу автор определиться не смогла, задекорировала их светящейся фигнёй, валунами, полумраком и решила больше не заморачиваться: всё равно в темноте почти ничего не видно.
  
   Стресс от случившегося, голод, жажда, дискомфорт? Наша Алиса не лыком шита: у неё с собой для снятия стресса мурлыкающий кот, еда, вода и ещё баул всякого добра. А то, что она не положила, услужливо выкинуло из квартиры вслед за ней. Автор позаботилась даже об ароматизации безжизненного воздуха. А потом, чтобы наверняка, подбросила местный аналог карманного фастфуда.
  
   Знания и сила? Легко: они аки манна небесная осторожно снизойдут на героиню, дабы не повредить физически или морально молодому организму.
  
   Самые яркие эмоции ГГ испытывает, глядя на еду или на мёртвого мужика. Всё остальное её не впечатляет. Текст изобилует тяжеловесными конструкциями и канцеляризмами. Автор постоянно путается в наименованиях, злоупотребляет синонимами, заставляет читателя вспоминать мучения персонажей детского мультика с выбором места для запятой в предложении 'Казнить нельзя помиловать'. Сама она по этому поводу не комплексует и ставит знаки препинания в произвольном порядке.
   Дотошный разбор чужих ошибок на количестве собственных не сказывается, к сожалению.
  
  
   Дополнение от... *МеГера (megeramos@gmail.com) 2015/08/14 11:30 (пост 756)
  
   Интерьер помещения был декорирован в прозрачных пастельных тонах (И всё-таки: в прозрачных или пастельных?) зеленовато-бирюзового спектра.
   Именно так: прозрачный и пастельный разные вещи. Пастельными считаются цвета на основе белого, прозрачный = сильно разбавленный. И зеленовато->Повсюду: бежали бегали олени;, охотились лисы;, летели летали птицы;, распускались цветы и стлались травы.
   ПОВСЮ?ДУ, нареч. Везде, по всем метам. Везде бежали, летели звучит коряво. Каким образом травы стлались по деталям интерьера тоже представить непросто.
   Меня это описание интерьера тоже "царапнуло" во время чтения. Сумбурно и картинка не возникает.
  
   Если он выглядел привлекательно в призрачном свете смартфона в подземелье, то сейчас, от его красоты у меня перехватило дух, и я смутилась и растерялась. (Но наша тает перед красотой, живая она или мёртвая.)
   Вот как, как можно любоваться трупом?! Ей же 19 лет, она не патологоанатом, а обычная мажорка постоянно сюсюкающая с котом. Но мертвецов не боится...
  
   Браслет и кулон - атрибуты власти (надо же так велеречиво обозвать серебряные безделушки), и они выбрали вас, значит, сочли достойной. И теперь - он повёл рукой, показывая на комнату вокруг - это ваш дом.
   Стандартный ход большинства книжек про попаданок, но обычно им хоть что-то приходится делать хотя бы для получения знаний по истории, географии и тп. Книжечки почитать, например. Алисе весь "пакет" выдали сразу, а это скучно.
  
   -- Нет, леди Алисия, это не долина Рейна, посмотрите правде в глаза - вы попали в иной мир.
   Иной мир = загробный мир. Словосочетание "другой мир" вопросов не вызвало бы
   Теодорих был так хорош собой, что мои мысли приняли странное в данной ситуации, матримониальное направление,. Ззаалев щеками и ушами от смущения, я спросила:
   Чтобы предложение не вызывало насмешек, надо правильно расставлять знаки препинания. У вас часто несколько предложений сбиваются в одно длинное и путанное.
  
   Я смотрела на расстилающийся передо мной дивной красоты пейзаж: таинственно мерцающее в тени деревьев озеро, раскошные кусты белых и синих гортензий обрамляющие мраморную лестницу - слушала беспечное щебетание какой-то пичуги в саду, и мне нестерпимо захотелось выжить и побывать в этом месте в реальности.
   У девушки мотивация какая-то неубедительная: держать себя в руках надо ради кота, выжить ради пейзажа. Это лучше, чем совсем никакой, но хотелось бы более ярких проявлений характера.
  
   -- Я никогда не заключала таких договоров, и незнакома с процессуальными тонкостями.
   Обычная девушка слово "процессуальные" использовать не будет - слишком специфическое.
  
   Застегнув рубашку и камзол, я уложила тело вдоль стенки и аккуратно поправила волосы мага.
   В сухом воздухе трупы хорошо сохраняются, но действительно усыхают, как было с египетскими мумиями, например. Если так важно сохранить красивый труп, то это надо как-то обуславливать. Взаимоотношения Алисы с мертвецом выглядят извращёнными. Я поставила себя на место девушки: Разглядывать, любоваться, прикасаться к трупу - бр-р-р...
  
   Передо мной, на земле, валялась маленькая блестящая стрелка.
   За годы в теле наконечник стрелы должен был потемнеть и куда делось древко, если на маге все вещи сохранились?
  
   Коридор почти перегородил большой, вывалившийся из стены валун. После него в стене осталась ниша, и я решила, что это вполне подходящий для ночлега уголок.  
   Я этого тоже представить не смогла. Валун получается почти 2 метра в длину и не меньше метра в высоту...
  
   Многие другие замечания тоже по делу. У вас в тексте, Элиза, не хватает внимания к деталям, которые позволили бы ему наполнится жизнью. Описания не создают картинку для читателя, а героиня получилась со странным невнятным характером. Все её мысли сконцентрированы на коте, еде и мертвеце, будто она сирота, а происходящее вокруг не стоит внимания.
  
  
   Гришак Валерий Иванович 2015/08/15 10:51 (пост 796)
   Всем доброго утра.
   В поисках чего бы почитать я зашёл к даме, чья фамилия промелькнула в ленте.
   После прочтения аннотации к книге "Нарисованная смерть" Терешковой Анны впал в некоторую прострацию. Жаль, что у хозяев странички нет рубрики самые неадекватные аннотации - эта заняла бы в ней достойное первое место.
   Судите сами.
   Я была похожа на тех, кого вырастили в пробирке, но отличалась создателем. (Мол все мы из пробирки, но меня запихнули туда другие) Их создали сумасшедшие ученные (Так и написано с двумя нн, видимо для убедительности) пытающиеся разработать для четырех королей идеальное оружие из эмбрионов в которые вживляли магию. (Оружие прямо из эмбрионов? Или эмбрион с магией совали в меч? Танк? О нет! Его запихивали в дракона?) А мой создатель это мировоздание вселенной, (Ого! Целой вселенной. А чего мелочиться?) то, что люди называют матерью природой, (Ну вот здрасте! Создатель мать-природа. А почему не создательница) моя магия способна положить конец их деяниям (Деяниям кого? Сумасшедших ученых? Деяниям оружия из эмбрионов?) или же конец всему к чему я прикоснусь, (Да ты опаснее, чем эти эмбриончики, видимо мать-природа совсем рехнулась) моя магия словно магическая кисть будет рисовать смерть моих врагов в погоне за местью. (Здрасте, приехали. Не успела родиться, а уже нажила врагов и собирается им мстить. И что это ещё за погоня за местью? Как это гоняться за местью, а не за врагами? Где логика? Супостатов не матушки-природы наказывать, а своих)
   Книгу даже не смотрел, хватило аннотации. У Анны Терешковой сплошь академии и прочие учебные заведения, а у меня от них давно изжога.
  
  
   Рейнеке Элиза 2015/08/20 10:45 (пост 963)
   Зачем с "безнадёжным" Туттти вести беседы на высокие темы, он же не знает элементарных вещей. Не грузите сложностями слабый фикерский мозг, сгорит нафик, здесь следует идти от простого к сложному.
   Начать, например, с того, что знака препинания (...,) в природе не существует, а он его везде лепит.
   Или его стишок, видимо особенно дорогой фикерскому сердцу, даже коммы к нему отключены в разделе.
   Ночь.
   Вина уставшей капли
   Скользить по коже прерий томных,
   И погружаться, и взмывать,
   В так содроганья тел безумных,
   И обжигать упрямое мышленье,
   Агоний муку утверждать.
   Все на алтарь огня забвенья,
   Он будет рад, и будет ждать.
   Из пепла, что останется от ночи
   Так жизнь познания взойдет.
   Ну, а пока, твой шелест чудный,
   Пусть этой капли не смахнет ...
  
   И что же мы видим? Туттти не владеет падежами! "Капли-цапли" скользить по коже... 'КаплЕ' - Туттти, 'каплЕ' (кому, чему)
   И погружаться, и взмывать, В "так" А это как, взмывать и погружаться "в так"? И затем "Так" жизнь познания а это "так" порождение того "так" куда погружаются и взмывают? А не слишком ли много "таков" на "такое" маленькое стишко?
  
   Александр Серый 2015/09/07 16:25 (пост 992)
  
   Когда говорят о некачественном произведении, подразумевают множество факторов. Но некоторые из множества оказывают большее влияние на оценку, нежели другие. В художественном тексте это, скорее всего, будут грамматика, слог и сюжет - три столпа записанной словами истории. Большинство аматоров от литературы полагают что достаточный - и неизменно определяемый на глаз - уровень исполнения в одном единственном аспекте текста даёт им возможность оправданно забить болт на остальные.
   И они правы. Но не настолько, как упорно себя убеждают. Даже не на десятую часть. Не говоря уже о том, что обычно защищают работу начиная со слов "по сравнению..." устанавливая головокружительный стандарт в районе плинтуса.
  
   Но приступим к обзору сборника работ за авторством
   Говарда Филлипса Лавкрафта
  
   "Хребты Безумия"
   (тан-тан-тааан!..)
  
   Итак, Лавкрафт давно уже мёртв. Его работы признаны культовыми. Он не нуждается ни в защите, ни в нападениях, ни в критике, ни в оправдании.
   Но чём же дедушка Лавкрафт связан со всем здесь опостылевшими начписами? И ответ есть у меня - текст. Связь как всегда в тексте.
   Присмотримся к работам повнимательнее. В данном выпуске шесть историй:
   "Сияние извне" (The Colour Out of Space),"Случай Чарльза Декстера Варда" (The Case of Charles Dexter Ward),"Ужас Данвича" (The Dunwich Horror),"Шепчущий в ночи" (The Whisperer in Darkness),"Тень над Иннсмаутом" (The Shadow over Innsmouth),"Хребты Безумия" (At the Mountains of Madness).
   Все они выполнены примерно в одинаковом стиле, с повествованием от лица рассказчика. За исключением "Случай Чарльза Декстера Варда" и "Ужас Данвича" - в них повествование плавает между разными персонажами. Это приводит к довольно шатким конструкциям, но об этом ниже.
   Я коротко передам сюжеты каждой работы и впечатление которое они производят.
  
   "Сияние извне"
   Повествует о "проклятом месте" в глубинке. Хотя нет - на самом деле история о том, как на поле фермеров из глубинки грохнулся метеорит, который так уж получилось, оказался сгустком космического зла вселенского масштаба, а глупые понаехавшие на место падения учёные, пытаясь выяснить, отчего у каменюки такие странные свойства, взяли и это самое зло выпустили, после чего оно поселилось в колодце и зловеще светясь в темноте изощрённым образом умертвило всю округу, включая растения, животных и самих фермеров, вселив данным процессом, вечный ужас в друга семьи который и поведал эту историю нашему рассказчику - геологу приехавшему размечать место под водохранилище. Кошмар. Вы только подумайте - где-то в Америке есть действующее водохранилище, в котором предположительно живёт сгусток вселенского зла. Это хуже чем сброс радиации - её хоть счётчиком можно померять.
   Несмотря на давность событий и третьи руки автор радует нас целой кучей подозрительно точных деталей по поводу физических свойств метеорита и внутренних переживаний несчастных фермеров.
  
   "Случай Чарльза Декстера Варда"
   Считается романом, но, скорее, длинная повесть. Начинается странным эпиграфом, который в тоже время можно расценивать как спойлер. Это как эпиграф про дворецких в детективе, где убийца дворецкий. История повествует о юном Декстере (см. название) который как выяснилось принудительная реинкарнация колдуна погибшего в предыдущем столетии. Юноша становится одержим своей родословной, выясняет правду о подозрительном предке, покинув семью, отправляется в Европу - хорошо, что у них есть деньги, э? - посещает всякие сомнительные дыры, вроде Трансильвании, и возвращается совсем другим, находит портрет предка в старом доме - где становится ясно к чему всё идет - начинает сотрясать свой дом заклинаниями, затем съезжает в старый, устраивает себе там лабораторию и в какой-то момент меняется до неузнаваемости. При этом автор подаёт нам такие сигналы, что даже ежу понятно - парня больше нет, а есть только колдун. Колдун пытается держаться ниже травы, но его отправляют в психушку, конечно полагая, что это Декстер Вард, просто слегка поехавший. Друг семьи, доктор, позволяет себе экскурсию по лаборатории - любой может оценить его ощущения раздобыв себе игру "Amnesia:The Dark Descent" - и поседевшим выходит из дома вооружившись заклинаниями. После чего вызывает закрытого в больнице колдуна на откровенность и развеивает его в пыль. Буквально.
   Текст разделён на части, несколько раз меняется манера повествования - в одном месте автор вещает сам, в другом повествует с точки зрения персонажа. Повествование начинается с конца - нам демонстрируют пыль и седого доктора, а затем постепенно раскрывают предшествующие события, которые, кстати, протягиваются через несколько поколений. И исполнено всё не лучшим образом. Периодически становится сложно уследить через призму чьего восприятия идёт рассказ, автор весьма своевольно обращается с информацией, которую выдаёт читателю. С одной стороны понятно, что он пытается нагнать тайны чтобы, потом устроить кульминацию, но с другой - невнятный же текст выходит, чёрт возьми!
  
   "Ужас Данвича"
   История рассказывает о Данвиче, загнивающей деревушке хрен-знает-где заселённой всяким вырожденцами. Гнилые крыши, унылые лица, автобус раз в год... но как ни странно у многих проведён телефон. Фантастика. Для начала нам показывают семью этих самых вырожденцев - они уже много поколений поклоняются кому-то там на холмах. В конце концов, их поклонения приносят успех - появляется детёныш-мутант! Ну это читатель догадывается что по чём автор нарезает круги вокруг факта но прямо не говорит - суспенс. Большую часть повествования занимает нагнетание атмосферы - рассказы о сомнительности мутанта, его сомнительные действия на счёт сомнительных вещей, сомнительные события в доме вырожденцев, намёки на то что в этом самом доме живёт рейдовый босс... В конце концов мутант приходит к выводу что ему нужен "Некрономикон" - ага, вот мы и добрались - и отправляется на поиски во внешний мир. Никто не хочет с ним сотрудничать - сомнителен зело - и отчаявшись он решает взять штурмом одну из библиотек. Кажется, его загрызла собака. Но это не конец - намёки на босса становятся прямыми сообщениями и парочка профессоров, прислушавшись к плохим предчувствиям, отправляются в Данвич. И таки да - босс, самый что ни на есть рейдовый: размером с дом, неуязвим к простому оружию и т.д. Профессорам удаётся вычитать из запретных текстов нужную формулу и босса с грехом пополам валят. Но рейд дался большой ценой - никто из участников больше не мог нормально спать.
   Самая рыхлая с точки зрения повествования история. Автор незримо витает над событиями, периодически закрепляясь за тем, кто ему больше нравится и это весьма раздражает, порой сбивая с толку.
  
   "Шепчущий в ночи"
   Якобы записи какого-то профессора, как всегда наполненные кучей подозрительно точных деталей. После скептических замечаний по поводу вражеских гигантских крабов он получает письмо от человека живущего очередной глуши, недалеко от сомнительного леса. Рассказчик начинает издали, повествуя о наводнениях и мифах и о том, что он не верит в то, что на нашей планете может живут, а может и не живут крабобразные межгалактические монстры, которые людей не шибко жалуют и что им у нас надо не признаются. Они прячутся в лесах и все кто не с ними пропадают без вести. Так что никаких прогулок по лесу. Но более того, если кому-то не повезёт заметить что-то с ними связанное, то он тоже пропадает без вести, в лесу или нет. Таким и оказывается его знакомый - он подслушал ритуал - который возможно упоминал, а возможно и не упоминал великого Ктулху - и теперь подвергается домогательствам со стороны крабообразных внеземлян. Намерения у них далеко не дружелюбные - запас собак убывает с катастрофической скоростью. Также домогательства возможно включают, а возможно и не включают местных селян которые в сговоре, а может и не в сговоре с пришельцами. Тон писем становится всё более безнадёжным, обречённым. Рассказчик обещает знакомому, что поспешит на помощь, но приходит письмо совершенно отличное от других. Знакомый утверждает что всё - волшебным образом не иначе - устаканилось и приглашает в гости. Рассказчик хоть и понимает, что это странно всё же чувствует некий оптимизм - совершенно без причины, я вам скажу. Он навещает знакомого, с трудом игнорируя висящую в воздухе паранойю. Знакомый выглядит не ахти, с ним явно что-то случилось. Наконец рассказчика пронимает чувство опасности. Он отправляется ночью на разведку и, в конце концов, замечает нечто такое, что заставляет его эвакуироваться в кратчайшие сроки.
   Письма составляют значительную часть текста и из-за их протяжённости и практически идентичного слога, которым изъясняются и рассказчик и его знакомый легко сбиться, кто конкретно вещает в данный момент. Впрочем, это не мешает истории быть довольно жуткой, хоть она и о невидимых гигантских крабах из другой вселенной.
  
   "Тень над Иннсмаутом"
   Рассказывает нам об очередном непоседливом юноше интересующимся его родословной и всякой прочей стариной. В своём путешествии он обнаруживает возможность посетить городишко Иннсмаут. Поскольку он слышал о городе только плохое, ему прямо говорили чтобы он туда ни ногой, а некоторые детали заставляют думать что в городе может быть опасно для приезжих, то, разумеется, он отправляется туда немедленно. Авантюрист, что уж там. Испытывая инстинктивное отвращение к гнилому городу и его мерзким жителям рассказчик отправляется на прогулку, полюбоваться местными достопримечательностями. Да, я тоже не знаю. Ему удается раздобыть наводку на местного алкаша - этот извечный источник самой правдивой информации. Впрочем, алкашу около ста лет, так что может и сойдёт? Наверное? Старик заправившись огненной водой рассказывает о истории города и в двух словах они продались. Продались деспотичным рыболюдам за золотые побрякушки. Возможно автор пытался сделать какое-то остросоциальное заявление, но изощрённые истории о рыболюдах, жутких культах, древних подводных городах и мутациях всё застят. Разговор заканчивается паникой и видениями. Рассказчик спешит к автобусу чтобы убраться из города но - сюрприз-сюрприз - автобус-то поломался. Не изволите заночевать в отеле? Мы не придём вас убивать среди ночи, честно. Эй, куд!.. Лови его, мужики! Но рассказчику удаётся удрать. Он прячется, да так ловко, что местным приходится вызывать из моря их свояков на помощь в поисках. При виде "свояков" у рассказчика случается обморок от обилия впечатлений. Хорошо, что он лежал в кустах, его так и не нашли. В конце автор открывает нам причины, почему рассказчика понесло в Иннсмаут.
  
   "Хребты Безумия"
   Это откровения одного из участников экспедиции в Антарктику. Экспедиция якобы произвела фурор своими невероятными находками, но рассказчик полон решимости своими откровениями пресечь любые попытки повторить их подвиг. Сильно сомневаюсь, что он преуспеет - по его собственным словам уже готовят вторую экспедицию и вряд ли они просто возьмут и закруглятся. Первая часть текста посвящена описанию экспедиции - участники, оборудование, протекание путешествия, туманные намёки на космический ужас, таящийся в глубинах материка белой Смерти... Я не слишком осведомлён по поводу полярных экспедиций и тому подобных вещей, но что-то мне подсказывает, что автор в своих описаниях достижений техники заходит в область научной фантастики. В частности, потому что создатель "революционной" буровой установки также участник их абсолютно реальной экспедиции. Но вот они прибыли на базу, что-то там побурили, нашли что-то сомнительное и решают, куда направить свои силы дальше. Рассказчик говорит на восток, другой учёный говорит запад. В конце концов, разделились - часть отправилась на запад, остальные ждут на базе. И вот приходит сообщение от западной экспедиции - они нашли нечто! Огромный каменный город, а может и не город, но древний! И ещё горы. Все весьма воодушевляются, но куда больше воодушевляются позже когда запад ещё немного побурил и нашёл организмы! Учёный с запада присылает подозрительно подробные описания и отчёты о том, какие организмы нереально чужеродные и вообще. Собаки их просто ненавидят. Хм, чтобы это значило?.. Я бы отнёсся к манере описания организмов с сомнением но, в конце концов, это исследовательская экспедиция, может это и нормально. Внезапно происходит сррашный шторм, связь с западом утрачена. Экспедиция, собравшись с силами, отправляется к лагерю коллег. Рассказчик нагнетает атмосферу иии... все мертвы! Да не просто так, а очень странно мертвы. И организмы исчезли, вместе с частью припасов экспедиции. Суспенс? Н-да, возможно это работало в тридцатые, но сейчас уже нет, я боюсь. Кроме того организмы изначально были охарактеризованы как очень живучие, хоть кто-то мог бы предположить что твари оказались заморожены не настолько капитально как казалось. Но нет, все теряемся в догадках. Рассказчик берёт напарника и один самолет, и они отправляются на разведку города. Далее нам презентуют очень подробные описания чего такого они там видели и как сильно их это потрясло. В наше время это называют "пейзажным порно". Но это не слишком напрягает, поскольку ради этого всё и затевалось - донести до читателя атмосферу чужеродных объектов. В этой работе пейзажи, скажем так, не лишние. Исследователям удаётся выбрать место для посадки и они отправляются осматривать внутренности города. И уровень их просвещения взывает у меня сильные сомнения. На стенах помещений обнаруживается резьба рассказывающая историю этих самых организмов - назовём их Древними для краткости - и история эта ни разу не лучшая часть произведения. Автор благополучно забывается и начинает бурно посвящать нас в свои фантазии, периодически оправдываясь фразочками типа "как мы поняли из рисунков...". Нет смысла вдаваться в подробности - а то придётся откопипастить пол текста - но без знания языка или хотя бы придающих контекст символов информация которую можно извлечь из рисунков очень ограничена. Теоретически контекстом мог бы стать "Некрономикон", который оба исследователя читали и в котором есть информация о Древних. Но было бы приятно услышать это от автора, а не додумывать самому. История Древних занимает немало места и для существ развитых они производят впечатление довольно тупых хипстеров, которые сами не знают, что они делают. Исследователи приходят к согласию по поводу того что приходить сюда была плохая идея и двигаются дальше. Они находят пропавшие вещи, а также исчезнувших собаку и одного из членов экспедиции. Усиленно поражаются тому факту, что Древние могли быть и не мертвы - что очень, очень неожиданно ведь они же всего-навсего умеют летать в космосе сами по себе - а очнувшись, перебили всех человеков. И возможно часть съели, но это уже только мои догадки. В следующем помещении обнаруживается, что кто-то здесь не прочь подкрепится самими Древними - часть из них мертва. В смысле, окончательно. Странные звуки, наконец, пробуждают в исследователях инстинкт самосохранения. Они убегают. Но недостаточно быстро чтобы не заметить своего преследователя - жуткого монстра из глубочайшей впадины в мире. Они находят свой самолёт и без проблем взлетают. Но на обратном пути напарника рассказчика настигает жуткое откровение, где автор торжественно демонстрирует нам обрывки космического ужаса.
  
   Таким образом, видно, что Лавкрафт никогда не был мастером слова. Повествование зачастую оформлено довольно небрежно. Что характерно в основном, когда слово берёт лично автор, а не персонаж-рассказчик. Конечно, можно списать на стиль "всевидящего автора", но "стилю" всё равно не хватает постоянства. Диалоги, там, где они есть, выглядят деревянными - автор небезуспешно пытается их избежать. Персонажи не блистают глубиной или вообще характеризацией. Хорошо, что здесь это не критично, потому что эти истории не о персонажах. Довольно часто встречаются случаи "рассказывай, не показывай" когда персонаж, положа руку на сердце, искренне уверяет, что он пипец как напуган. Такой подход никогда не срабатывает, чтобы там писаки себе не думали. Если персонаж напуган, то он должен быть напуган, а не рассказывать, как он напуган, нервно поглядывая на "четвёртую стену". Конечно, в этих работах персонажи и в обморок падают, и руки у них дрожат, но причинно-следственная связь иногда слабо заметна.
   Но несмотря на все эти, довольно значительные порой, недостатки, истории Лавкрафта всё же удерживают интерес. Отчего так?
   Ответ прост - у Лавкрафта есть виденье. Да, да, термин слегка - а может и весьма - скомпрометирован. Обычно виденье упоминается либо в отрицательных тонах, как чья-то шиза, либо как оправдание какой-нибудь глупости, мол, "я так вижу".
   Но в данном случае нет другого выбора, кроме как использовать термин прямо - Лавкрафту есть что сказать. Именно это отличает его несовершенные тексты от вороха других несовершенных текстов.
  
   Из современной фантастики стремительно исчезает существенный элемент и это... э... собственно, фантастика. Как ни странно. Чем больше появляется текстов на определённую тему, чем унифицированней они становятся, тем меньше фантастичности в каждом из них. Даже появление такого ответвления как "городское фентези", несмотря на весь его потенциал, можно рассматривать как часть упадка - ведь вместо того чтобы отправляться за сверхъестественным в путешествие сверхъестественное притягивается в привычную среду, где его можно употребить не отходя от кассы.
   Кто-то может возразить: "Но ведь это попытка увидеть загадочное в привычном!" На что я отвечу: "Увенчалась ли попытка успехом? Есть ли автору что сказать?"
   Есть ли причина, по которой работа вообще имеет место? Почему именно эта работа?
   У тех, кто впрягся в ярмо современной фантастики, оказались очень короткие и кривые лапки. Они могут молотить ими по земле до изнеможения, но не в состоянии сделать шаг. И, продолжая эту странную - но невероятно остроумную! - аналогию, они своими лапками умудрились вырыть нехилую яму и продолжают опускаться всё ниже. Фантастика в данном случае осталась где-то в стороне от груды вылетающих из ямы текстов. Таинственный мираж на горизонте...
   Пока в изъеденных эскапизмом аффтарских душах не найдётся хоть что-то, что они могут сказать, я советую обратиться к историям тех, у кого уже это есть. Вот как у Лавкрафта. Хоть тексты и угловатые, но...
   По сравнению...
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Крымова "Скандальная невеста, или Попаданка не подарок"(Любовное фэнтези) С.Суббота "Драконий подарок. Королевская академия Драко ??"(Любовное фэнтези) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) Д.Максим "Рисс – эльф крови"(ЛитРПГ) З.Иван "Славия: Офицер"(Постапокалипсис) В.Кретов "Легенда 2, инферно"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик) А.Емельянов "Тайный паладин"(Уся (Wuxia)) А.Ардова "Невеста снежного демона. Зимний бал в академии"(Любовное фэнтези) А.Кристалл "Покорение небесного пламени"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"