Редькин Александр Валерьевич: другие произведения.

Скользящие в Огне.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    На Сол-Нце существует разумная кремнийорганическая жизнь. Странник - существо, рождённое из плазмы самим Солнцем, путешествует по Океану, познаёт жизнь и побеждает холодные эксперименты Эволюционера, создающего новую расу из мирных плазмоидов.

  Скользящие в Огне.
  
  Глоссарий:
  Сол-Нце - огненная планета, полностью покрытая бурлящим океаном плазмы.
  Эос - пространство над Океаном, естественная среда обитания разумной плазмоидной формы жизни.
  Сол-Эос - верхние очень горячие слои Эоса, обдуваемое термальным ветром место под водородными облаками.
  Сол-Яч - относительно холодное место между волн океана; воронки-бездны, образую-щееся путём синхронного отлива и провала волн. По периметру огромных ледяных ям можно найти вкусную и питательную кальциевую плазму.
  Живой Огонь - факел раскалённого водорода. Место выхода энергии Сол-Нца со дна.
  Шароид или деление - новорождённый живой организм без разума, но с зачатком нерв-ной системы. Без образовательного воздействия гелиосферусов не способен освоить разум и стать плазмоидом.
  Плазмоид - единственный разумный вид жизни на Сол-Нце. Плотный прозрачный шар с кремнийорганическим мозгом. Имеет врожденную способность к телепатии.
  Гелиосферус - плазмоид с совершенной организацией психики, сторонник гелиоцентрической системы взглядов на место своей жизни. Плазмоиды данного типа повышенно интуитивны и склонны к одухотворению океана, воспитанию шароидов и материализации мыслеформ.
  
  1
  Как всегда огненная и активная материя управляет своим более сжатым и холодным слоем. Вот и сегодня термальный ветер согнал в концентрированные флоккулы массы водородных облаков. Для плазмоида-странника это опять означало невозможность прямой левитации к очередной колонии. Кроме того, существовала необходимость контроля над тем, чтобы тело не втянуло внутрь плотного вихря. Магнитные поля, периодически рождающихся флоккул дистанционно взаимодействовали с его разумом, мешая телу перемещаться над динамически меняющейся сотовой поверхностью Океана. Требовалось опять корректировать курс, чтобы облететь группу холодных Сол-Ячей. Вылетая из родной колонии полюса, путешественник был предупреждён о сложной траектории пути, вдоль которой он предполагал свою левитацию. Но не появился ещё ни один странник, который бы после получения информации об опасностях предстоящего пути, принимал решение навсегда остаться в своей колонии.
  Такой вариант бытия как странничество существовал у гелиосферусов, как называли себя плазмоиды Сол-Нца, настолько давно, что никто из старых, отправляющихся в свой последний медитативный сон, даже не сомневался в изначальном его существовании. Хотя некоторые сообщали страннику о появлении этого пути бытия несколько 120-летних циклов назад. Глубоко входя в стандартный месячный сон, старые гелиосферусы впоследствии имели обыкновение делиться Знанием с плазмоидами, уходящими в странничество. В частности они сообщили новому страннику перед отправлением, что само явление зародилось, когда неожиданно окрепшие Сол-Ячи, сетью покрыли Океан почти на четверть его простора. Новый странник, конечно, и сам знал, когда приблизительно появились его предшественники, но тонкие детали и подробности их появления, Информационное Поле Сол-Нца раскрывало ему не сразу. Первые странники являлись неопытными пионерами и часто ложно просчитывали маршрут: взлетали высоко вверх, снижались в холодные бездны, уходили далеко вглубь в огромные по площади пустыни Живого Огня. И никогда не возвращались. Первым гелиосферусом, возвратившимся в их полюсную колонию, был его предок. Тогда он, перед своим последним сном, проинформировал всех, что облетел часть Сол-Нца, видел много разных колоний и гелиополисов, собрал много Знания в разных точках Поля. Сообщал также, что необходимо левитировать исключительно в Эосе над Океаном, не рисковать, сокращая путь прямо через Сол-Яч. Это, впрочем, на опыте знал и сам новый путешественник, залетев во время поедания сгустков в центр холодной зоны. В целом молодой плазмоид решил использовать в путешествии опыт своего предка и начал ожидать благоприятных для полёта погодных условий.
  Вначале ему предстояло пробраться через необитаемые гелиосферусами области Живого Огня, лежащие выше его колонии. Это представлялось относительно несложным, но требовало полугодичной левитации с несколькими остановками на сон и приём пищи. И вот тут минимальная активность водородных облаков была принципиальным условием преодоления этого участка пути. Кроме того, плазмоид-путешественник ожидал своего деления, а выполнить это среди водородных вспышек и замков Живого Огня означало подвергнуть новорождённый шароид опасности. Новому страннику и ранее уже несколь-ко раз приходилось делиться. Обычно это происходило раз в год, как и у всех гелиосферу-сов. Рискующих делиться в опасных местах, гелиосферусы его колонии отнюдь не поощ-ряли, добавляя это событие в Информационное Поле. Отслеживая процессы размножения в любой точке Эоса, плазмоиды вели учёт новорождённых.
  Обычно он делился далеко - в стороне Нижнего Полюса. Вот и сейчас, отлетев на значительное расстояние от колонии и, насытившись, необходимой для деления холодной кальциевой плазмой с границы новой Сол-Ячи, молодой странник принялся выбирать место. Делиться прямо на границе холода являлось запретным - высока вероятность рождения шароида без кремнийорганического разума. Поэтому странник, избегая разрушительного влияния магнитного поля Сол-Ячи, отлетел от неё подальше и выбрал относительно спокойный участок Океана, где волны ещё не успели ничего из себя сгенерировать.
  Рождённый странником шароид оказался меньше его ровно в два раза, и казалось, что сота Океана плазмы готова поглотить сотню таких как он. Новорождённый мгновенно начал знакомство с горячей средой вокруг. Для этого он поднимал к Сол-Эосу и опускал к Океану свой динамический с фиолетовым отливом термоглаз. Через его прозрачное, как и у всех гелиосферусов тело, странник видел соты Океана, облака вдали и Эос, пускающий их ветром по поверхности.
  Сразу после рождения будущий странник почувствовал необходимость сна, и, по-кружив друг вокруг друга, они вместе с шароидом полетели обратно в колонию. Спать, как обычно, предстояло долго, и тут существовала необходимость контроля над сном. Ге-лиосферусы циклы сна которых, являлись индивидуальными, следили, чтобы тела их со-братьев, спящих крепким медитативным сном, не слишком далеко отлетали от колонии. Ведь, тело, дрейфующего на ветру плазмоида, без наблюдения могло унести высоко вверх, через слой обитаемого Эоса к разреженному и обжигающему Сол-Эосу, где могло быстро сгореть. Или же тело могло унести в зону Сол-Ячи, где под воздействием сильного холода, кремнийорганический разум спящего мог навсегда трансформироваться в твёрдый кальциевый шар. Во избежание всех этих неприятностей во всех колониях и гелиополисах Сол-Нца назначались смотрящие за сном гелиосферусы, имеющие отрицательную фазу сна и спящие всего лишь несколько суток в году. Таких в колонии Нижнего Полюса было несколько и им, включая будущего странника, доверяли свой сон все колонисты. Вот и сейчас, вернувшись со своим новым прозрачным и ещё медленно летящим делением, странник решил доверить смотрящим свой 25-дневный сон.
  Рождённого странником шароида сразу отдали старейшине колонии - процесс обу-чения и переход в гелиосферусы обычно занимал у них около двадцати лет. Странник помнил всех отделившихся от него шароидов. Они жили здесь же в колониях Нижнего Полюса, но пока ни один из них не стал странником, ввиду возраста и малого количества, Знания, получаемого во сне.
  Быть странником в их цивилизации означало всего лишь один из путей бытия - путь искателя, одиночки, странствующего мыслителя, носителя уникального опыта. Но некоторые плазмоиды всю свою жизнь прожили на одном месте. Не летая никуда далеко от материнской колонии, они, тем не менее, занимались наукой, следили за звёздами, изу-чали Океан и генерировали мыслеформы. Большинство из них стали полноценными ге-лиосферусами, что означало, высокую степень осознания ими стратегической роли Сол-Нца в Эосе - непосредственной среде их обитания, широко раскинувшейся над Океаном горячей плазмы и поднимающейся бесконечно вверх вместе с температурой. Гелиосферу-сы изначально доверяли Сол-Нцу как Творцу - единому для всех космическому телу. Уважение гелиосферусов к Сол-Нцу вызывалось также даром последнего - Информационным Полем, через которое все плазмоиды цивилизации получали Знание и осуществляли свою дальнюю коммуникацию.
  Передавая шароида старейшине, молодой странник слегка снизил высоту полёта и, прикоснувшись своим термоглазом к термоглазу малыша, передал отделившемуся от него прозрачному шарику комбинацию холодных и горячих сигналов. Такая передача строго индивидуальных температурных сигналов, диктовалась необходимостью записи родовой информации в Поле. С его помощью даже через сотни лет любой плазмоид мог опреде-лить своего предка. Малыш шевелил своим динамическим термоглазом и хотел пищи. Старейшина облетел вокруг него, тем самым приглашая следовать за ним. Некоторое вре-мя молодой странник следовал за ними над Океаном, и видел, как старейшина ввёл его порождение в группу таких же голодных шариков, которым вскоре предстояло отправиться выше флоккул за питательными кремниевыми сгустками.
  Эос пламенел. Из сот Океана вырывались обжигающие столбы раскалённого водо-рода. Циклические процессы Сол-Нца в который раз являли гелиосферусам своё могуще-ство. Поля Живого Огня рядом с колонией, объединившись друг с другом, превращались в горы, поднимались высоко вверх, накладывались на другие горы и превращали полёт над Океаном в игру со смертью. Огонь возникал огромными горячими волнами, рос вверх яркими от сжигаемого водорода цветами. Динамические термоглаза гелиосферусов позволяли облетать такие факелы с высоким качеством навигации, но надолго оставаться между ними было нельзя - Живой Огонь мог возникнуть так, что его стены, сомкнувшись, могли заключить в себе зазевавшегося плазмоида и он погибал в огненной ловушке от жары или голода. Обычно Живой Огонь возникал в тех областях Океана, где никогда не существовали холодные Сол-Ячи - ещё одного свидетельства разнообразной активности Сол-Нца.
  Для странничества предстояло выбрать ту или иную, но всегда неблагоприятную погоду. Сравнительно хорошая погода появлялась в Эосе редко - на несколько дней в году. После медитативного сна, в который он собирался погрузиться на месяц, странник ожидал уменьшения языков пламени Живого Огня, окружавших сейчас его родную колонию. Горы и долины яркой плазмы, образованные возбуждённым Океаном и, вырывающиеся из ранее спокойных сот, гейзеры газа образовывали дикий, живой и опасный ландшафт, по которому требовалось лететь около года. Зоны огромных Сол-Ячей раскинулись где-то очень далеко и по информации старых гелиосферусов окружали многочисленные гелиополисы экватора, которые молодой странник непременно хотел посетить в течение своего путешествия. Вернувшихся странников в их колонии жило немного - всего несколько, среди которых был и его предок, ушедший несколько лет назад в последний сон. Старик повествовал молодому о разных траекториях полёта, о том, что облететь Океан можно как по короткому, так и по длинному пути, как нужно сделать чтобы побывать на Верхнем Полюсе. Ни один из немногочисленных гелиосферусов, вернувшихся к жизни в колонии Нижнего Полюса после странствия, не облетел Сол-Нце полностью. Но мыслеформа такого путешествия уже родилась в кремнийорганическом разуме молодого странника. Полёт до экватора предстоял пятимесячный. А перед такой дорогой предстояло качественно выспаться, чтобы перелетев экватор с минимальным количеством остановок, успеть к неизбежному долгому сну в зоне низкой активности Океана.
  Подлетев к смотрящему за сном плазмоиду, молодой странник прикоснулся к нему термоглазом, и передал ему просьбу не вмешиваться в свой медитативный сон, в пред-стоящую самокорректировку дрейфа. Это условие - необходимость выработки навыка самоконтроля над своим собственным сном в условиях жизни в открытом Эосе. Ему предстояло неопределённо долгое время существовать одному: спать среди Живого Огня, ускользать от фонтанов сгорающего водорода во время поглощения кремниевых сгустков, а также искать себе кальциевую плазму без помощи разведчиков пищи.
  Месяц прошел в тесном контакте с Информационным Полем Сол-Нца. Во сне странник осуществлял дальнюю коммуникацию с плазмоидами экватора, Верхнего Полюса, а также с гелиосферусами-отшельниками. Все они сообщали о скором циклическом снижении активности сот Океана и отсутствии сейсмичности в области экватора. Химический состав облаков во флоккулах последней крупной группы Сол-Ячей оказался нормален и не содержал много железа или магния, что являлось само по себе странным, но хорошим знаком. А вот от самой группы Сол-Ячей советовали держаться на уважительном расстоянии, осторожно питаясь кальциевой плазмой по её краям, и не опускаясь в неё ниже двух сот.
  Не забывая о самоконтроле над пространственным положением тела, молодой странник заставлял свой разум материализовывать защитные оболочки во сне с помощью океанической плазмы. Контролирующий сон плазмоид впоследствии показывал их стран-нику. Оболочки являлись пустыми копиями тела странника и, лопаясь от высоких темпе-ратур, сообщали ему о расположенных рядом опасностях вроде раскалённого газа или Живого Огня. Такая защитная мыслеформа помогала разуму странника корректировать во сне левитацию тела относительно реальных опасностей.
  Медитативный сон окончился вместе со штормом Океана. Странник, очнувшись на значительной высоте в Эосе, обнаружил вокруг себя несколько своих оболочек, лопнув-ших от прикосновения с горячей средой. Тысячи гелиосферусов колонии также окончили вместе с ним этот необходимый цикл жизни и разлетались кто куда в поисках пищи, об-щения или свободы полёта. Несколько колонистов, знакомых страннику по совместному изучению природы Сол-Нца, подлетели к нему для передачи информации об экваториальной сейсмичности, и, как обычно, протянули ему свои термоглаза. Обычно комбинации термосигналов проходили через Поле в слегка искажённой форме, поэтому для обмена данными с гелиосферусами, например, о погоде над Океаном и активности сот был необходим непосредственный ближний контакт. Тем не менее, они передали ему информацию о сейсмичности экватора. На этом подготовка перед странствием считалась делом завершённым.
  К Живому Огню к северу от их колонии в это время года подлетало минимальное количество водородных облаков, а это означало прямую необходимость вылета. И, обле-тая ещё раз вокруг своей родной колонии, молодой странник, по ходу облёта получал от гелиосферусов приятные комбинации термосигналов. Плазмоиды умели общаться между собой - обмениваться горячими и холодными сигналами, на расстоянии до четверти со-ты, но сейчас, чтобы ответить уважительно на прощальные сигналы, странник физически протягивал к знакомым свой динамический термоглаз.
  "Высота над Океаном одна сота. Сейсмичности нет, Сол-Ячи небольшие по площади и встречаются редко. Трудно добыть кремниевые сгустки. Иногда встречаются отшельники и шароиды без разума", - сообщал странник в Поле через два месяца. Это первое сообщение странника в родную колонию. Больше он ничего не сообщал. Лишь только через полгода, когда деблокировалось Поле, в колонии Нижнего Полюса узнали от него все ужасные события, произошедшие в экваториальных гелиополисах.
  Нормальная высота в одну соту по температуре казалась оптимальной для всесто-роннего, как полагал странник, получения Знания о природе Сол-Нца. Выбирая её для познания и странствия над Океаном, гелиосферус надеялся получить наиболее полный ответ на свой главный вопрос о месте его цивилизации в Эосе и цели бытия Сол-Нца. На такой высоте, разумеется, облетая при этом и бездны Сол-Ячей и горы Живого Огня, было возможно увидеть всё, что существовало над Океаном плазмы и чему позволило существовать Сол-Нце. Некоторые астрономы его колонии утверждали и при термоконтакте и в Поле, что гелиосферусы - реальные живые модели Сол-Нца и должны быть, ввиду этого, столь же величественны и мудры. Но такая философская гипотеза требовала неоднократного подтверждения на практике. Трудность при этом состояла в наличии у плазмоидов способности к материализации разрушительных мыслеформ. Много раз плазмоиды, находящиеся в медитации, порождали перед внимательными термоглазами не спящих, разнообразные искусственные конструкции из плазмы Океана. Не каждый раз смотрящим за сном удавалось своим холодным сигналом сразу уничтожить или подавить на расстоянии опасные или порочные, гасящие функциональность тела, материализованные мысли. Но в большинстве случаев страшные или несущие смерть образования, сооружённые из плазмы и вихря магнитного поля, удавалось направить усилием кремнийорганического разума обратно в Океан или в Живой Огонь. Зная всё это, трудно было предположить, что гелиосферусы, пусть и разумная высокоорганизованная форма жизни Эоса, являли собой прямое родство с Сол-Нцем, его прототип или равенство с ним.
  Покинув через месяц пустынные области Живого Огня, где он постоянно испытывал нехватку пищи, странник, добрался до зоны повышенной сейсмичности. Выжить здесь среди внезапно возникающих плазменных цунами - очень непростая задача. Предстояло перемещаться высоко над Океаном, намного выше одной соты и следить, чтобы не обжечься на узких фонтанах раскалённого водорода, часто возникающих из волн. Горы и пики Живого Огня облетать стало проще, по краям бурлящих сот магнитные разряды ослабевали. Странник летел уже на трёх сотах от Океана и испытывал жар Сол-Эоса. На такой высоте можно было не заботиться о сгустках - здесь они изобиловали. Но тело требовало кальциевой плазмы, что означало срочную необходимость вылета из сейсмичной зоны в более разнообразный и пригодный для жизни ландшафт с небольшими, быстро угасавшими, Сол-Ячами, спокойными сотами и высоко летящими над ними маленькими водородными облаками. Вот внизу один из маленьких, чуть менее половины соты, факелов Живого Огня, вдруг широко разверзся до размеров горы и поднял с поверхности Океана огромные массы раскалённой, смешанной с газом, плазмы. И тут же находящиеся в Эосе элементы железа оставили на теле пролетающего мимо странника, незначительные микроожоги. Они не представляли опасности, но требовали регенерации тела.
  Плотно стянутое собственным магнитным полем, прозрачное тело молодого стран-ника не могло долго оставаться без основной кальциевой пищи. К первой Сол-Ячи, по-павшейся ему после нескольких дней лёта, он подлетал, используя все способности своего тела. Маленькая Сол-Яч внешне не грозила опасностью. На её краях уже начинала скапливаться свежая и липкая, ещё не успевающая отвердеть по краям, кальциевая плазма. Подлетев к краю холодного колодца, странник начал жадно поглощать её в себя, не обращая внимания на стремительно растущую площадь холода. Бездна росла. По информации Поля странник знал, что основание молодой Сол-Ячи лежит на полторы соты ниже Океана, а главные опасности заключаются в площади её холода и разрушающих разум флоккулах, образующиеся над ней. Но страннику не обращал внимание на происходящее. Слишком долго не употребляя кальциевой пищи, его разум игнорировал разрастающуюся опасность и продолжал насыщать тело. Тем временем, Сол-Яч росла сверхлинейно, уже начиная охватывать странника в кольцо, но пока оставляла ему полуостров с пищей. Более того, рядом возникла вторая Сол-Яч, размером в несколько десятков сот и начала сливаться с первой. Температура понижалась, и кальциевая плазма начала твердеть, чем сразу затруднила пищеварение. Термоглаз странника оторвался от поглощения и зафиксировал температурную ловушку. Полуостров Океана, образованный двумя Сол-Яч, почти сомкнулся и был готов превратиться в остров. Это означало гибель. Грозила непосредственная опасность замёрзнуть в самом начале странничества. Тем более, что поглощённая пища уже начинала кристаллизироваться внутри.
  Перешеек тёплого полуострова, на котором странник оказался в ловушке, стреми-тельно сужался до размера небольшого мостика в пару сот шириной. При условии быст-рых действий этого могло хватить для спасения. Всё увеличиваясь в масштабе, вторая Сол-Яч ужа начала процесс слияния с первой. Мостик, на который стремительно рванул странник, оказался намного длиннее и извилистее, чем он предполагал вначале. Начина-ясь чуть ли не в самом центре Сол-Ячи, полуостров, видоизменил форму и превратился вместе со своим тонкой ниткой мостика в криволинейную спираль, по которой, разгоняясь всё сильнее, летел выпучивший термоглаз плазмоид. Раскрутившись в полёте, странник вынырнул из смертельной спирали, при этом, чуть не влетев во вторую Сол-Яч, за которой уже рождались и третья и четвёртая. Круто сменив траекторию полёта, словно играющий шароид, странник покинул холодную зону, из повреждений имея только кристаллики кальция на теле.
  Обычно Сол-Ячи рождались непредсказуемо быстро, иногда группами и неожидан-но для плазмоидов, кормящихся по их краям. Все гелиосферусы вели в Поле общий учёт Сол-Ячей, что позволяло прогнозировать количество пищи, регулировать рацион питания вновь рождённых плазмоидов и мигрировать по колониям Нижнего Полюса вместе с течением плазмы Океана. Количество и площадь Сол-Ячей постоянно менялись согласно 1-му Гармоническому Закону Сол-Нца и всегда приносили с собой какие-нибудь изменения. Когда-то очень давно количество Сол-Ячей резко сократилось до всего одной в зоне экватора. Единственная Сол-Яч тогда разлеглась на площади всего в тысячу сот и к ней, чтобы прокормиться, со всего Океана слетались миллионы гелиосферусов. Снимаясь целыми колониями с привычных мест обитания над спокойными участками Океана, плазмоиды на два месяца организовали вокруг единственной Сол-Ячи кольцевой гелиополис. Разведчики пищи в течение этих пятидесяти дней внимательно следили за равномерным и справедливым распределением дефицитной кальциевой плазмы. Но такое случалось редко - обычно количество Сол-Ячей в последние десятки лет варьировалось от сорока до шестидесяти. Они равномерно рождались над поверхностью Океана согласно 2-му Гармоническому Закону Сол-Нца.
  Молодой странник, отлетая от холодной бездны всё дальше, уже начинал понимать всю сложность и опасность своего пути. Когда каждое действие должно быть аккуратно просчитано и внимательно выполнено. В противном случае, шансы долететь даже до эк-ватора резко снижалсь. На своём пути он не встречал почти никаких следов разумной жизни. Лишь изредка над Океаном появлялись и моментально сгорали в разных опасно-стях пустые шароиды. Замутнённые тела и отсутствие термоглаз делали их похожими на плазменные пузыри, медленно плывущие над раскалённым Океаном до первой вспышки фонтана. Гораздо чаще страннику на пути попадались материализованные мыслеформы в виде, хаотично кувыркающихся над Океаном, плазменных образований. Не удалённые холодными импульсами, образования одиноко блуждали над Океаном и, представляя для кремнийорганических разумов опасность, могли причинить ущерб. Обычно это были аль-тернативные "Я" самих спящих плазмоидов в виде их агрессивных псевдокопий. Такие псевдокопии легко удалялись обычными термосигналами. А вот для отправления в огонь опасных габаритных образований в виде плазмо-магнитных конусов, звёздчатых много-гранников, колец или фракталов, требовалось уже совместное усилие нескольких плаз-моидов. Как правило, опасность от таких образований состояла в их дистанционной спо-собности физического разрушения тел плазмоидов и угнетения их наследственности. Так, например, многие конусы навсегда лишали медитативного сна, а звёздчатые многогран-ники при контакте намертво замораживали тело. Но каждый раз агрессивные оболочки и плазмо-магнитные образования носили индивидуально опасный характер. Особую опас-ность представляли фракталы. Обладая массивным телом, они обладали способностью к бурному росту, многократно копировали себя или любой элемент природы до огромных масштабов. Так, например, маленький Живой Огонь при взаимодействии с фракталом превращался в целый огненный шторм, в пламени которого терялся даже Сол-Эос. Но такие образования встречались редко. Несколько раз молодой странник встречал на пути неприятные агрессивные оболочки и легко удалял их сам, не давая им приблизиться. Один раз в зоне высокой сейсмичности он видел издалека плазмо-магнитное кольцо, которое быстро утонуло в Океане. Обычно само Сол-Нце не допускало слишком долгого существования таких, рождённых в снах, образований и утилизировало их тем или иным природным способом - в этом заключался его 3-й Гармонический Закон.
  Странник летел уже довольно давно. Не испытывая одиночества на своём пути, он изучал Океан, химию плазмы и природу Эоса. В частности, он замечал, что Сол-Ячи опасны не столько холодом, сколько сильным внутренним магнитным полем. Также они никогда не появлялись возле Живого Огня. Практически полезными оказались и наблю-дения за фонтанами и гейзерами - время их короткой жизни, рождённой из соты Океана, составляло всего несколько мгновений, а горящий дождь выпадал сутками после. В своей левитации над Океаном странник часто убеждался в правдоподобности, размещённой в Поле, информации. Всё, что происходило над Океаном, осуществлялось только при уча-стии Сол-Нца и часто являлось результатом его целенаправленной деятельности.
  После прохождения зон сейсмичности и Сол-Ячей, над Океаном установилась отно-сительно спокойная погода. Соты рождались, бурлили и, как всегда, перетекали одна в одну. Скопления водородных облаков также отсутствовали. Гелиосферус, находясь в пути уже несколько месяцев, испытывал необходимость сна. Контакт с Полем стал также актуален, как и медитация разума. Лишь только найдя подходящее место и погрузившись в сон, странник материализовал себе защитную оболочку для самоконтроля своего про-странственного положения. Оболочка получилась быстро, она начала вращаться вокруг своего создателя и уже успела заметить невдалеке небольшую флоккулу. Медитативный сон разума в своей первой фазе включал сортировку и запись комбинаций холодных и горячих термосигналов, полученных гелиосферусом в период бодрствования, а во второй -получение таких сигналов из Поля. Ещё существовала функция обмена главной информацией с другими спящими плазмоидами. Осуществляя такую дальнюю коммуникацию с гелиосферусами экватора, одновременно спящими с ним, странник узнал новую информацию. В одном из центральных гелиополисов некий плазмоид-эволюционер распространяет совершенно новую жизненную информацию, а также генерирует оригинальные плазмо-магнитные образования. Так плазмоиды экватора сообщали через Поле, что сомнительное мировоззрение всерьёз противоречит гелиоцентрической системе взглядов и отрицает, что гелиосферусы являются моделями Сол-Нца в Эосе. Это обстоятельство оказалось для странника интересной и важной новостью. Он собирался посетить гелиополис, где обитал мыслитель, чтобы самому, через действие 3-го Гармонического Закона, убедится в ошибочности идей эволюционера. Но экваториальные колонии плазмоидов располагались очень далеко, и на пути к ним вновь предстояло искать кальциевую плазму Сол-Ячей. Плазмоиды-отшельники экватора сообщали, что стали последнее время стали часто наблюдать плазмо-магнитные образования фрактального типа, а также большое количество шароидов без разума. Но молодому страннику это казалось вторичным. В отличие от новостей разведчиков пищи о местах расположения кремниевых сгустков или статистике делений в колониях Нижнего Полюса. Сон опять подходил к концу.
  2
  Месяц, незаметно пройденный в снах и контактах с Полем, завершался. Гелиосферус почувствовал, как вдруг лопнула защитная оболочка - вступила в контакт с горячей поверхностью Океана. Он уже собирался окончательно просыпаться, но тут через Поле на него неожиданно вышел один из странников, спящих неподалёку. Плазмоид находился от странника в одних сутках левитации и сообщал ему о поиске напарника для пролёта через нижнюю предэкваториальную зону. Такие зоны охватывали экватор Сол-Нца по всей длине и сжимали его сверху и снизу широкими, около ста тридцати сот, поясами. Течение в этих двух зонах обычно менялось на противоположное - кипящая плазма там медленно разворачивалась. Маршрут для левитации проходил по узким траекториям между гребней волн кипящего Океана, царапающих горячий Сол-Эос своими пиками. Разницы высот между гребнями волн Океана были столь велики, что между ними могла бы поместиться целая колония плазмоидов; именно поэтому странники не летали через зону поодиночке. Для полёта над этим сложнейшим участком требовалась хорошая организация и связь между плазмоидами. Вот и сейчас, находящиеся на границе предэкваториальной и сейсмичной зон, странники искали себе спутников для полёта.
  Молодой гелиосферус принял предложение о совместном полёте и проснулся. Даль-няя коммуникация через Поле осуществилась, и плазмоиды уже летели по границе зоны друг навстречу другу. Лопнувшая во время сна защитная оболочка действительно обож-глась на столбе водорода из ближайшей соты, что означало как высокую активность Океана, так и необходимость концентрации внимания. Целью странника являлась левита-ция через экватор, и он нуждался в напарнике, настолько же насколько спутник нуждался в нём. Сутки полёта и вот, озарённая Эосом, граница Океана стала свидетелем встречи двух странников.
  Они были идентичны: бесцветные плотные плазменные тела, кольцевые нервные системы и динамические, смещающиеся по всей поверхности тел, развитые термоглаза. Соприкоснувшись и обменявшись, таким образом, взаимной комбинацией сигналов, странники приветствовали друг друга. Напарник молодого плазмоида находился в сере-дине своего жизненного пути, отмерянного ему всепроникающим Сол-Нцем. Он прилетел из единственного гелиополиса области Живого Огня. Долго левитируя вдоль предэкваториальной зоны, он ожидал возможности перелететь через неё и также находился в странничестве, как и молодой гелиосферус колонии Нижнего Полюса. Единственными его отличиями являлись стаж путешествия и некоторая, обнаружившаяся вскоре, морфологическая особенность - красноглазие. Действительно, некоторые плазмоиды имели этот отличительный признак долгой жизни в зонах Живого Огня. Это связывалось, прежде всего, с длительными кальциевыми голоданиями, вызванными практическим отсутствием Сол-Ячей в этой зоне обитания, и не носило регрессивного характера. Обычно подавляющее количество плазмоидов имело фиолетовый цвет термоглаз. Такой же оттенок имел и глаз молодого странника, выбравшего себе в компаньоны плазмоида из зоны Живого Огня.
  Лететь предстояло около двенадцати суток и, договорившись о взаимной координа-ции и поддержке сигналами, странники полетели к экватору. От прикосновения молодой странник узнал, что его напарник летел последнее время параллельно экватору, плохо пи-тался, и последнее время встречал всё больше пустых шароидов и агрессивных образова-ний, вызванных из Океана усилием разума. Каким-то чудом, частично в обход 3-го Гар-монического Закона Сол-Нца, плазменные образования пробирались через окружавшую экватор зону Океана, но всё равно сгорали в гейзерах и фонтанах. Гелиосферус сделал предположение о массированной генерации их непосредственно на экваторе. Возможно, это являлось результатом растревоженного сна плазмоидов экваториального гелиополиса. Молодой странник в свою очередь рассказал ему о своих наблюдениях и удивился, узнав, что его напарник достиг в астрономии серьёзного уровня. В частности, он сообщал моло-дому страннику о наличии других форм жизни в сфере влияния Сол-Нца, в том числе ор-ганических, и при этом, возможно, разумных. Но контакт гелиосферусов с ними был тео-ретически невозможен ввиду огромных расстояний и разницы в природных особенностях сред обитания. Молодой странник уже сталкивался в Поле с информацией о наличии ра-зумной жизни, поддерживаемой исключительно энергией Сол-Нца, на нескольких малых небесных объектах, видимых из областей Сол-Яч. Разумная жизнь, очевидно, находится там ещё в состоянии начального уровня эволюции. Кроме того стало известно, что Сол-Нце само катализирует эту эволюцию, путём усиления своих энергетических потоков.
  Океан постоянно бурлил, выбрасывая в Эос брызги раскалённой плазмы. Магнитные поля пересекались над сотами во множестве мест, оставляя в пространстве между своими невидимыми витками тонкие щели. Странники летели, взаимно поддерживая себя сигналами, испускаемыми термоглазами. Температура кипящего Океана являлась критичной для их плазменных тел; и холодные, дистанционно передаваемые, термосигналы были единственной ниточкой, не позволяющей плазмоиду, летевшему первым, ошибиться среди вздымающихся волн горячей плазмы, а летевшему вторым - не потеряться в горящем, перманентно изменяющемся ландшафте предэкваториальной зоны. Связанные общими кремнийорганическими разумами, гелиосферусы буквально скользили в огне, поддерживая друг друга на расстоянии четверти соты.
  Слаженная десятисуточная левитация в итоге вывела их через жидкое пламя и ог-ненный дождь в пограничные районы экватора, где течение Океана текло заметно быст-рее, Живого Огня не существовало, а Сол-Ячи рождались строго в соответствии с 1-м Гармоническим Законом. Здесь же, на экваторе располагались шесть крупнейших гелио-полисов, не считая двух колоний и плазмоидов-отшельников. К одной из таких погранич-ных колоний странники подлетели в момент выхода её жителей из сна. Разведчик пищи уже сообщил, куда следует лететь за сгустками и странники вместе с плазмоидами-аборигенами двинулись туда. Но интерес к странникам оказался сильнее голода и многие плазмоиды подлетали к ним для общения. Во время взаимного термоконтакта, помимо информации о природе Океана в разных точках Эоса, выяснилось, что колонисты, прежде всего, озабочены большим количеством пустых шароидов и плазменных образований, прилетающих в их колонию из расположенного рядом гелиополиса. Смотрящие за сном, гелиосферусы с отрицательной фазой сна, уже не справлялись с направлением агрессив-ных псевдокопий в огонь. Также за последний месяц два разведчика пищи, выполняющие в их колонии эту социально-полезную функцию, вернулись в колонию мёртвыми. Их кальциевые шары принесло вместе с водородными облаками. Кроме того, оказалось, что плазмоид-мыслитель обитает в гелиополисе рядом с колонией, и там же распространяет своё сомнительное мировоззрение. Что конкретно это за система, никто из колонистов-плазмоидов точно не знал, однако отшельниками было установлено, что новое мировоз-зрение находит немалое количество приверженцев, включая старейшину гелиополиса. У странников, прилетевших издалека, конечно, присутствовал определённый интерес ко всему новому, и они, обменявшись мнениями, решили посетить первый на их пути гелио-полис экватора. Они решили, предвосхищая дальнейшие события, некоторое время леви-тировать вместе. В Эосе уже витали опасные мыслеформы, жаждущие материализации, а это уже само по себе являлось неслучайным, отличным от обычного фона жизни, сигна-лом Сол-Нца.
  Водородные облака, сильный магнитный вихрь и Сол-Яч, зарождающаяся между ко-лонией и гелиополисом, сделали для странников полёт в гелиополис временно невозмож-ным. Ледяная пустыня буквально за треть суток выросла до таких огромных размеров, что облёт её по периметру занял бы у плазмоидов два месяца. Странники, решили ждать из-менения конфигурации Сол-Ячи и, вволю питаясь кремниевыми сгустками, общались с местными колонистами. Гелиосферусы экватора - опытные астрономы, в совершенстве владели знанием о химии Сол-Ячей. Близкие термоконтакты молодого странника с коло-нистами выявили важную информацию о новом явлении фрагментарного закрытия Ин-формационного Поля Сол-Нца. В последнее время часть гелиосферусов, находясь в своём обыкновенном медитативном сне, не могла полноценно выйти в Поле. Сол-Нце по невы-ясненным причинам закрывало плазмоидам канал сверхдальней коммуникации. Впервые это заметили в предпоследний массовый сон, после смерти двух разведчиков пищи, что определённо имело между собой причинно-следственную связь. Какую именно остава-лось не ясным, но смотрящие за сном наблюдали в моменты временного закрытия Поля, повышенную активность и массовость агрессивных псевдокопий, принесённым из гелио-полиса термальным ветром. Всё это казалось странным, так как обычно Сол-Нце всегда помогало плазмоидам и никогда не препятствовало их коммуникации.
  Дождавшись значительного смещения Сол-Ячи по течению Океана, молодой стран-ник вместе со своим красноглазым спутником поднялись высоко вверх. Ледяное дыхание Сол-Ячи и обжигающий Сол-Эос - одинаково нестерпимы, но, смещаясь вверх и вниз, проваливаясь в газовые ямы и поднимаясь из них, плазмоиды-странники постепенно отлетали от колонии всё дальше, к загадочному гелиополису. Красноглазый плазмоид неотступно летел параллельным курсом с молодым странником; им также владела жажда приключений. Обычно в Поле содержалась самая важная, стратегическая информация, детали же странникам предстояло узнавать на практике самим - это являлось единственным критерием её истинности. Союзник в деле поиска истины и диалектический партнёр оказался ему необходим для выработки нового Знания, что должно в итоге приблизить его к решению главных цивилизационных вопросов.
  Молодой странник и его спутник, подлетая к краю гелиополиса, удивились отсутст-вию движения в его окрестностях: ни стремительно скользящих новорождённых делений, ни осторожных разведчиков пищи, ни термосигналов. Эос пустовал. Конечно, любой ге-лиополис или колония перманентно смещались вместе с течением Океана, но всё равно какие-нибудь жители должны находиться вокруг: летать, кружиться, вращаться над сота-ми. Никого! Хотя гелиополис занимал над Океаном большую площадь, а его жители, не-много искажая магнитное поле сот, создавали над ним достаточно комфортное для жизни пространство.
  Вдруг из Сол-Эоса на странников обрушился кальциевый шар, оказавшийся мёрт-вым плазмоидом. Странники с удивлением сомкнули вместе свои динамические глаза. Красноглазый сообщал, что шар ранее являлся смотрящим за сном плазмоидом и его от-вердевший термоглаз, выпученный из тела, полон ужаса. Видимо, холодная смерть насту-пила не от расположенных довольно далеко Сол-Ячей, а от каких-то других, нетипичных причин. Уже само то, что мёртвый плазмоид упал сверху, а не втянулся магнитным полем в Сол-Яч, говорило о скрытой опасности. Мёртвый шар упал откуда-то сверху, с обжи-гающих высот и потому, его отвердевшая оболочка выглядела частично обожжённой. Мо-лодой странник вместе со спутником зависли над Океаном, наблюдая как в его соту, раз-брасывая вокруг плазму, погрузился мёртвый гелиосферус. Полетели дальше. И вот опять сверху на них упало ещё несколько таких же твёрдых шаров. Все они, чуть ли не задевая медленно скользящих над Океаном странников, падали в Океан и нечто жуткое и не типичное было в их смерти. Гелиосферусы в их колониях умирали всегда спокойно и медленно. Прожив около ста двадцати лет, они уходили в глубокие одиночные медитативные сны, из которых не возвращались. Конечно, случались и несчастья, особенно среди отшельников и попавших в ловушки, но никогда не встречалось групповых смертей от неизвестных причин. Не сообщалось о них и в Поле, зайти в которое, можно только во сне.
  Дождь из обожжённых мёртвых плазмоидов действовал на кремнийорганические разумы странников крайне угнетающе. Тела падали в Океан и не несть им числа. Миллионы погибших тел. Катастрофа! Это не похоже даже на массовую голодную смерть, которая встречалась в истории цивилизации гелиосферусов крайне редко. Странники заметили, что кальциевые шары падают концентрически, что у них есть эпицентр, и они осторожно полетели туда, где шары падали гуще. Действительно, как показал мгновенный анализ красноглазого странника, массовая гибель жителей гелиополиса была следствием одной причины. И причиной этой являлся фрактал холода. Сложный, дистанционно нащупанный термоглазами странников, фрактал возник на основе двух, материализованных кем-то во сне, плазменных образований: звёздчатого многогранника холода и малой копии Сол-Ячи. Один такой сложный фрактал погубил миллионы, спящих спокойным сном, плазмоидов гелиополиса. Разум молодого странника занимал только один вопрос: почему не сработал 3-й Гармонический Закон? Красноглазый же думал о том, что группа наблюдающих за сном не сумела подавить опасное плазменное образование в силу каких-то сложностей.
  Фрактал затухал. Свершив свой ужасный геноцид, он угасал, оставляя после себя тысячи, ещё не упавших в Океан тел. Звёздчатое ядро фрактала, уменьшаясь в размерах, теряло силу, но гелиополис был уже мёртв. Странники, напрягая свои разумы и, соединив для этого вместе свои глаза, гасили фрактал холодными сигналами, выдавливая его с поверхности соты обратно в Океан. Фрактал почти не сопротивлялся, острые лучи его ядра таяли в горячей плазме и растворялись в ней. Странники очень устали, такого напряжения их кольцевая интегративная система тела не испытывала ни разу. Им требовался долгий сон и кремниевые сгустки. Но расслабляться негде и некогда. Столкнувшись со страшной неизвестностью и масштабной опасностью, необходимо максимально быстро проанализировать ситуацию и избежать дальнейших смертей.
  Вдруг, среди медленно падающих вдали мёртвых шаров, странники увидели плаз-менное кольцо, а за ним трёх живых плазмоидов. Плазмо-магнитное кольцо сгенерирова-лось почти мгновенно откуда-то из пространства сразу за плазмоидами. Оно уже начало расширяться и старалось лечь на соту Океана. Наблюдая его рост; как втягиваются в него слои плазмы, как наполняется горячей активной массой пространство внутри, странники моментально решили подавить его энергией мысли. Получалось это пока неэффективно. Тем временем, три плазмоида, встреченных странниками, полетели прочь от кольца, не сделав даже попытки помочь погасить смертельное образование. Это оказалось столь не-свойственно гелиосферусам, что гасящие кольцо странники, даже ослабили на время силу своих дистанционных термосигналов. Кольцо вырвалось, и начало сверхлинейно набирать мощь - организовывать вокруг себя зону сейсмичности, грозящую превратить участок Океана под мёртвым гелиополисом в жерло вулкана. Остановить образование уже не представлялось возможным, и молодой странник вместе с красноглазым начали улетать прочь. Точно также поступила и троица загадочных плазмоидов. Обычно все гелиосферусы по умолчанию помогали друг другу избежать тех или иных природных опасностей, но эти оказались какими-то заторможенными или сонными.
  Отлетев от погибшего гелиополиса на девять сот, странники издали заметили, как плазменное кольцо вызвало сначала извержение Океана под собой, а затем, ещё немного побурлив, закономерно подавилось Сол-Нцем. Немного питательных сгустков, получен-ных в маленькой Сол-Ячи, и молодой странник вновь прикоснулся к своему спутнику. Никаких объяснений произошедшим событиям у них не было. Ужасная ситуация. Красноглазый предполагал, что три плазмоида прилетели с фрагментарно разрушенным разумом, поскольку не могли погасить кольцо. Они каким-то образом уцелели среди ледяных игл фрактала, но разум их, вероятно, повредился. Молодой странник в свою очередь сообщал красноглазому об ещё одном гелиополисе, находящему рядом с опустевшим и предложил лететь туда. Такой полёт заинтересовал его спутника. Возможно, рассуждал он, что в соседнем гелиополисе найдутся, выжившие в холодном коллапсе, гелиосферусы, и они вместе с ними смогут осмыслить увиденное. А также сообщить об этом в Информационное Поле Сол-Нца, чтобы выработать разумную и безопасную стратегию дальнейших действий.
  Молодой странник уже набирал скорость, широкой петлёй облетая, разрушенный фракталом, гелиополис. Красноглазый летел чуть поодаль, чувствуя телом необходимость своего скорого деления. Деление следовало осуществить в нормальных условиях, но их где-то нужно ещё найти - между кладбищем в Эосе и неизвестностью впереди. Мёртвые кальциевые тела уже прекратили падать. Океан временно успокоился и странники рассчитывали уже через сутки добраться до следующего экваториального гелиополиса. Но вот опять на горизонте показалось какое-то движение, приближаясь к которому, термоглаз молодого плазмоида чувствовал горячее и скрытое дыхание новой опасности. Действительно, облетая Океан по границам сот, и скользя в нижних слоях Эоса, прямо на странников летела большая туча агрессивных псевдокопий. Пролетая по ходу полюсного ветра и, сбившись в кучу среди расположенных неподалёку водородных облаков, ложные копии хаотично мешались между собой. Альтернативные "Я" плазмоидов, где-то спящих невдалеке, представляли непосредственную опасность, прежде всего тем, что, находясь в большом количестве, могли спровоцировать у странников временную утрату пространственной ориентации, через нарушение работы кремнийорганического разума. Утративший ориентацию плазмоид, находясь в замутнённом сознании, мог сразу сгореть в Огне или раствориться в Океане. Молодой странник уже начинал гасить холодными термосигналами, подлетавшие к нему близко псевдокопии, как вдруг понял, что Океан меняется, а над некоторыми сотами, в оранжевом блеске Эоса, начинают подниматься стены Живого Огня. Над ближайшей сотой вспыхнула плазма и вот из Океана, захватывая холодные контуры материи, между странниками и массой агрессивных копий, возникли три высокие огненные стены. Странники в одночасье оказались отрезанными Живым Огнём не только от псевдокопий, но и друг от друга. Высокий, живущий около двух-трёх месяцев, огненный дворец плазмы, замкнул всех в своих пылающих стенах и башнях. Обычно Живой Огонь никогда не рождался около Сол-Ячей, поэтому двойная ловушка оказалась некоторой аномалией. Молодой странник понимал, что красноглазому предстояло деление, что недавно найденная ими маленькая Сол-Яч подкрепила их, избавив от голодной смерти. Многоуровневая структура Живого Огня, разделила все летающие объекты по разным высотам - красноглазый странник оказался на пол-соты ближе к Океану, чем молодой. За другой стеной туча псевдокопий быстро редела - глупые, лишённые даже тени разума, они быстро сгорали, устремляя полёт прямо на стены Огня. Молодой странник догадывался, что они застряли в ловушке на пару месяцев и решил войти в медитативный сон, чтобы связаться с Полем.
  3
  Целый месяц странник из колонии Нижнего Полюса не выходил в Поле. За это вре-мя, как оказалось, в жизни его цивилизации произошли ужасные изменения. Прежде все-го, выяснилось, что на экваторе погибло пять гелиополисов; и причиной их гибели яви-лись, невиданные по масштабу и могуществу, плазменные образования, вызванные чьей-то злой волей. Материализованные в одном из шести гелиополисов, они, срастаясь с эле-ментами Эоса, полностью истребили жителей. Многие гелиосферусы уже начинали дога-дываться, что первопричиной массовых гибельных наложений порочных образований на фракталы явилась странная система взглядов плазмоида-эволюционера. Лжепророчествуя в самом крупном гелиополисе экватора, мыслитель утверждал, что Сол-Нце не существу-ет! В том смысле, что его не существует сейчас, раньше же оно жило. Ещё несколько сот лет назад оно было живо, дышало пламенем, определяло погоду над Океаном, участвова-ло в жизни гелиосферусов, но недавно умерло и остывает. Осталась только среда жизни - Эос. Основание для такого всеохватывающего и опасного вывода виделось эволюционеру в том, что плазмоиды, как единственный разумный вид утратили развитие и эволюционный рост. Являясь, по его мнению, вершиной эволюции в Эосе, и единственно разумным видом в сфере влияния Океана, плазмоиды перестали быть, вместе с гибелью Сол-Нца, его моделями в Эосе.
  Из таких вот кратких выдержек информации Поля, полученных от уже погибших плазмоидов, узнавал странник о новой разрушительной теории. Ещё стало известно, что почти одновременно с её распространением в гелиополисе, часто случались фрагментар-ные отключения Поля. Как будто само Сол-Нце, перекрывая канал связи, отвергало ложь астрономического уровня. В частично отключённом Поле, молодой плазмоид узнал также об отсутствии всяческих сигналов дальней коммуникации от странников, о закрытой гра-нице экватора. Предэкваториальная зона неожиданно перестала быть доступной для леви-тации: сто тридцать сот кипящего Океана, отсутствие оазисов с пищей, и, самое главное, появившиеся недавно плазмо-магнитные конусы и кольца из погибших гелиополисов, сделали полёт абсолютно невозможным. Странников стали фактически отрезаны от ос-тальных гелиосферусов. Деятельность эволюционера продемонстрировала всей цивилиза-ции плазмоидов свою силу и намерение герметизации жизни. Как ещё выяснил странник через помехи в Поле, эволюционер намеревался запустить процесс выхода плазмоидов из мнимого цивилизационного тупика. Для этого потребовалась селекция и выведение нового типа плазмоида - "эо-сола" для сверхдальней левитации к малым космическим объектам, свободным от влияния якобы "умершего" Сол-Нца.
  Всю эту информацию молодой просыпающийся странник получил из Поля и сразу принял её на веру. Медитативный сон вновь завершился: три защитные оболочки лопнули от пламени и гелиосферус, наконец, вывел фиолетовый глаз на поверхность своего плазменного тела. Живой Огонь из замка пламени уменьшился до размеров небольшого факела, открыл пространство и странник обнаружил рядом с собой красноглазого спутника с делением, кружащемся вокруг него. Новорождённый казался обычным как все, но приблизившись к ним, странник заметил через прозрачное тело деления небольшое отличие: ожог на кольцевой нервной системе в области ещё не открывшегося разума. Обычно разум у делений открывался позже - с получением Знания и воспитанием старейшинами и только потом, пройдя период социализации, они становились плазмоидами. Шароид весело кружился вокруг красноглазого и неловко оттопыривал термоглаз. Завершили обмен генетической информацией, а потом все трое левитировали к следующему гелиополису. Полёт к нему прервался два месяца назад - на время сна. Пролетая на высоте двух сот, странники успели залететь с малышом к Сол-Яче, где шароид первый раз попробовал питательной кальциевой плазмы. Ожог шароида беспокоил красноглазого. Он думал о том, что делиться в условиях непосредственной близости к Живому Огню, возможно, оказалось ошибкой. Молодой странник уже прикоснулся к нему с новостной информацией о гибели гелиополисов и красноглазый делал свои выводы. В частности, он также принимал на веру, что причина гибели исходит непосредственно от материализованных идей эволюционера, его тёмной воли к господству и стремления к насильственной эволюции, подобной силовому вытягиванию из плазмы магнитного поля.
  Гелиополис встретил странников одиноким завыванием Океана. Эос в районе пустовал, плазмоиды по нему не скользили. Отсутствовали звуковые волны, термосигналы и плазмо-магнитные образования. Странники, покружив ещё немного над волнами, уже хотели лететь дальше, но тут молодой гелиосферус заметил высоко над ними большой шар, висящий на высоте четырёх сот. Шар был огромен, и висел в верхнем слое Эоса. Судя по тому, как вибрировал вокруг него термальный ветер, казался живой структурой. Красноглазый направил на него термоглаз и через пелену водородных облаков, окутавших шар, почувствовал холод, излучаемый его поверхностью. Удивительным являлось то, что шар летел против течения Океана с немалой скоростью. Главное отличие его движения от лёгкой левитации обычного гелиополиса - направление движения. Вдруг деление, отделившееся от него всего около двух суток назад, на всей своей скорости полетело к огромному шару. Красноглазый странник бросился вслед за ним, желая уберечь от холодной неизвестности, но деление, словно магнит, неожиданно для своих размеров увеличило скорость и, намного опередив красноглазого, через несколько часов полёта воткнулось в шевелящийся шар. Молодой странник неотступно следовал за ними и вот, все трое оказались у шара непонятного назначения.
  О, ужас! Подлетевшие странники заметили, что тело - не шар в геометрическом смысле, а Сфера, составленная из полуживых шароидов, тесно склеенных между собой какой-то плазменной консистенцией. Поверхность Сферы вблизи оказалась пузырчатой, ввиду того, что полупрозрачные тела каждого шароида, наполовину торчали из неё. Ря-дом, словно втянутый сильным магнитным полем, и такой же вялый, как и все, из Сферы торчал шароид красноглазого. Это странники определили по его родовой отметине - ожогу от пламени Живого Огня. Тело шароида быстро мутнело, термоглаз исчез внутри, а кальциевая плазма, поглощённая недавно, быстро сворачивалась внутри. Гелиосферусы теряли ещё одного плазмоида. Красноглазый, не желавший мириться со странной потерей своего деления, кружил возле него в бессилии, но никак не мог оторвать его от Сферы: ни с помощью тепла посылаемого на клейкую консистенцию, ни с помощью касаний к телу. Ничего не помогало, и шароид постепенно вошёл в некий анабиоз, как и остальные, составляющие Сферу, шароиды.
  Молодой странник всё это время кружил возле - пытался понять назначение Сфе-ры, её размеры и возможную связь с загадочной деятельностью эволюционера. Химиче-ский состав, обеспечивающий качество склеивания шароидов, скорее мертвых нежели живых, также оставался не понятен. Очевидно, что внутри образованного Сферой про-странства, происходили какие-то процессы, качественно меняющие представление плаз-моидов о собственной функции материализации абстрактных мыслеформ. Попадание внутрь Сферы, вероятно, сняло бы многие вопросы, касающиеся создания смертельных плазмо-магнитных образований и гибели части цивилизации. Красноглазый испытывал похожие чувства, ему также было важно проникновение внутрь, в частности, чтобы спо-собствовать спасению своего деления.
  Никакие варианты взаимодействий странников со Сферой, составленной из загипнотизированных шароидов, не привели даже к краткосрочному открытию её пузырчатой поверхности. Лишь издалека можно странники наблюдать как кое-где на поверхности Сферы, не выдержав давления среды или гипнотического напряжения, лопались, не приходящие в сознание, замутнённые шароиды. Сфера в тех местах моментально сжималась, не теряя в скорости, массе или инерции никаких количественных характеристик.
  Уже четверо суток голодные, поражённые скрытой силой Сферы, странники летали вокруг неё. Но вот откуда-то издалека со свистом прилетело ещё несколько делений и Сфера, чуть раздвинувшись, приняла их к себе. Странники полетели в то место и, нако-нец, Сфера полуживых шароидов явила им свой лик. До этого момента никакой способ проникновения внутрь оказался не эффективен, но вот Сфера сама открыла себя странни-кам.
  Разверзнув свою нишу, явно технологического назначения, Сфера, как квинтэссен-ция холода и смерти, начала извергать из себя различные плазмо-магнитные образования. Фрактальные кольца величиной в десятую часть соты длинной цепочкой потянулись из её глубин к закрытой границе экватора. Ниша оказалась довольно большого размера, появилась достаточно неожиданно и образовалась так, что странники оказались по обе стороны от неё. Красноглазый уже посылал молодому страннику сигнал пространственного положения, но он возвращался, отраженный вереницей колец. Понять, где конкретно находится молодой плазмоид, оказалось невозможно, и странник полетел вокруг Сферы. Армия фракталов направилась к границе и, видимо, усиленная энергетическими потоками, распределялась вдоль неё. Далее фрактальные кольца ныряли в хаос волн Океана предэкваториальной зоны, до безумия борясь в его волнах с цунами горячей плазмы, вызванных действием 3-го Гармонического Закона Сол-Нца. Армии таких фракталов направлялись к границе с дерзкой попыткой выставить барьер между гелиосферусами и "эо-солами". Материализованные разрушительной установкой эволюционера, они старались завершить процесс энергоинформационного обмена между плазмоидами и Сол-Нцем. Через возведение огромных сейсмичных волн плазмы на границе с экватором, усиленных взаимодействием с фракталами и кольцами, эволюционер хотел заблокировать коммуникации между экватором и колониями Нижнего и Верхнего Полюсов. По этой же причине и нарушилась обычно стабильная работа Информационного Поля.
  Войско материализованных фракталов закончило свой исход. Странники облетели Сферу и, встретились у основания ниши, готовились в неё нырнуть. Последний фрактал вышел из ниши не один - армию плазменных образований сопровождал к границе быв-ший старейшина гелиополиса, ранее веривший Сол-Нцу и гелиоцентрической системе плазмоидов. Старейшина не заметил притаившихся у основания странников и левитиро-вал с фракталами на границу параллельным с ними курсом. Сфера уже закрывалась, стя-гиваясь по краям с помощью клейкой плазмы, когда странники влетели внутрь. Захлоп-нувшись, Сфера отрезала двум странникам путь к материнской системе Эоса, чем поста-вила их в беззащитное положение перед прогнозируемыми опасностями.
  На странников смотрели тысячи термоглаз. Загипнотизированные глаза шароидов, составляющих внутреннюю поверхность Сферы, на мгновение оторвались от привязавшего их невидимого гипнотического сигнала и бессмысленно уставились на гелиосферусов. Молодой странник видел в них только пустоту. Термоглаза не двигались и имели между собой физические связи - к ним, образовывая своеобразную сеть, от других глаз тянулись клейкие нити разной длины. Сеть, соединяла не только ближайшие шароиды, но и уходила многочисленными нитками и вглубь сферы, к её низу, потолку. Отчего внутреннее пространство Сферы достаточно густо пронизывалось длинными липкими связями. Это серьёзно мешало перемещению странников, в смысле постоянного прикасания и прилипания к ним. Из-за множества пересекающихся нитей центр Сферы не просматривался, но, очевидно, именно там, притаился их источник. Красноглазый пригласил молодого к контакту и сообщил ему, быстро выстраивая короткие комбинации сигналов, о химическом составе клейкой консистенции. Холодная углеродисто-кальциевая плазма. Странники знали, что данная плазма в пищу не годна, и такое её использование как склеивание шароидов между собой, они видели впервые. Более того, клейкие нити связывали не просто шароидов, а конкретно их термоглаза в какую-то единую энергетическую и информационную систему. Решив, что спасение его шароида лежит через спасение всех и, не обращая на периодические приклеивания к нитям Сферы, красноглазый рванул к её центру. Молодой странник полетел вслед за ним на ходу пытаясь осмыслить функцию клейких связей.
  Отрываться от клейкой плазмы было достаточно просто, но делать это предстояло сразу. Продержав своё тело приклеенным чуть дольше, красноглазый быстро в этом убе-дился. В месте контакта клея с телом, наблюдалась быстрая полимеризация, что нарушало отчасти собственную плазменную структуру тела. Стараясь прилипать как можно меньше, странники медленно продвигались внутрь живой Сферы, замечая, что нити сходились узлом в её центре. Когда пространство сузилось до минимальных размеров и через щели, образованные нитями, уже стало невозможно протиснуться, странники заметили рядом с собой несколько сферических коконов, сплетённых из окружающих нитей и обильно облепленных клейкими сгустками. Два Коконов! Они почти полностью покрывались углеродисто-кальциевой плазмой. Красноглазый смог приблизиться к одному из коконов достаточно близко, чтобы почувствовать термоглазом холод, исходящий от него. Странники заметили, что нити, связывающие термоглаза шароидов, замыкаются на коконах. По нитям от коконов то и дело пробегал некий вибрирующий импульс, отчего у шароидов, во множестве склеенных в единую Сферу, иногда закрывались термоглаза и они начинали особый гипнотический сон. Рождающий плазмо-магнитные образования, сон шароида быстро заканчивался, а кольцевые фракталы, созданные в таких неестественных снах, ещё не набрав своей разрушительной силы, группировались у поверхности Сферы и готовились быть сопровождёнными к границе. Сам плазмоид-эволюционер отсутствовал. Перед странниками маячили, как выяснилось чуть позже, живые покрытые плазмой коконы, воспроизводящие опасные, вызвавшие частичное закрытие Поля, плазменные образования. "Очевидно, - мыслил молодой странник, - что действие 3-го Гармонического Законы Сол-Нца на экваторе остановилось". Похожие мысли появлялись и у красноглазого. Склеенные между собой шароиды очень подходили, ввиду их физической выносливости и приобретённому через гипноз фанатизму, на новые типы плазмоидов - эо-солы, рождённые, согласно теории эволюционера, не от Сол-Нца, а от Холода.
  Неожиданно, один из генерирующих импульсы коконов, зашевелился и из него по-казался динамический термоглаз. Обычного фиолетового цвета. Термоглаз высунулся из клейкой сферической оболочки кокона и осмотрелся кругом. Странники заметили это движение и догадались, что внутри скользкого кокона находился плазмоид. Нетрудно бы-ло догадаться, что внутри расположенного рядом второго кокона также находился плаз-моид, но пока признаков активности не подавал. Тем временем плазмоид, высунувший глаз, покидал кокон. Некоторые тонкие клейкие нити при этом порвались. Когда плазмоид вылез из кокона полностью, он поднялся под купол Сферы. Второй кокон продолжал медленно вибрировать и генерировать импульсы. Взлетевший плазмоид, не двигаясь, изучал гостей своим динамическим глазом. Странники тоже в свою очередь сканировали плазмоида, покинувшего кокон, и уже не сомневались в том, что перед ними тот самый строптивый мыслитель, которому стало тесно сосуществовать вместе с гелиосферусами над огромным Океаном Сол-Нца - он реализовал практически своё эволюционное переустройство плазмоидной жизни.
  Наконец, взаимное термическое изучение закончилось и эволюционер, чуть снизив-шись, протянул странникам для контакта, всё ещё скользкий и клейкий от пребывания в коконе, термоглаз. Чуть заколебавшись в целесообразности ближнего контакта, странники определились, кто из них на это пойдёт и вот уже молодой гелиосферус колонии Нижнего Полюса сомкнулся в диалоге с эволюционером-прогрессором.
  Мироустройство Сол-Нца и Эоса представлялось эволюционеру приспособлением среды под нужды эо-солов. Главной же целью бытия эо-солов, как единственно высших разумных существ, должна стать эволюция Космоса и самих себя. И для этого понадоби-лась селекция шароидов. Эо-солы отличаются от гелиосферусов высокой физической стойкостью. Они сгорают заживо, но не сбиваются с курса в левитации по Сол-Эосу, за-мерзают в кальциевые шары, но достигают глубин Сол-Ячей и способны материализовать из сот Океана плазменные структуры любого типа, включая фракталы сверхсложной кон-струкции. Эволюция цивилизации, как сообщал молодому страннику плазмоид-мыслитель, вызрела с гибелью Сол-Нца, как реакция на консервацию плазмоидами самой жизни, мнимую самодостаточность и созерцательность. В ответ, молодой странник ут-верждал, что тот жестоко ошибается, считая, что Сол-Нце погибло. Доказательствами его бытия могут служить как действия 3-х Гармонических Законов, так и работа Информаци-онного Поля, до недавнего времени абсолютно стабильная. Также косвенным доказатель-ством жизни Сол-Нца являются его, индивидуально обращённые к каждому плазмоиду, сигналы, аналитически различаемые любым кремнийорганическим разумом. Эволюцио-нер, отвергая доводы молодого странника, убеждал его в том, что реально Гармонические законы на экваторе не работают, что он отключил их ввиду технологической необходимости создания фракталов. Он считал, что все сигналы к разумам плазмоидов легко моделируемы с помощью нитей углеродисто-кальциевой плазмы. Также странник узнал об удачном завершении генетического эксперимента, на основании чего новые типы плазмоидов - эо-солы уже готовы к массовой левитации к первым трём от Эоса, малым космическим телам. Странник же пытался донести, уже знакомую эволюционеру, принципиальную позицию гелиосферусов, что Сол-Нце создало плазмоидов для жизни в Эосе и не приемлет радикальных форм насильственной эволюции по произволу абстрактных мировоззренческих систем. Эволюционер пытался убедить молодого странника о том, что эо-солы и есть сами сол-нца, энергией разума материализующие любые мыслеформы, а силой тела, разрезающие Эос в полёте к далёким космическим объектам и разорвал контакт. Ослеплённый опасной перспективой гибели всей цивилизации и, частично оставленной на термоглазу клейкой плазмой, молодой странник отстранился от эволюционера и подлетел к своему красноглазому спутнику.
  По невидимому сигналу эволюционера из второго кокона вылетел его адепт, ранее житель центрального гелиополиса, а теперь последовательный сторонник идеи трансфор-мации жизни в Эосе. Он, облетая в ломаном полёте клейкие нити, добрался до вогнутой плоскости Сферы и начал взаимодействовать с одним из шароидов. Жестокий выбор адепта остановился как раз на делении красноглазого - шароиде с ожогом. Странники всё это время наблюдали за его движениями. Шароид, при некотором взаимодействии с энергией застывшего адепта, оторвался от клейкой поверхности и начал быстро раскручиваться вокруг своей оси. Скорость его вращения была столь велика, что у странников не оставалось никаких сомнений в том, что перед ними уже не шароид, а селекционно выведенный эо-сол. Ещё несколько мгновений и эо-сол с ожогом, совершил метаморфозу: термоглаз исчез, прозрачная оболочка тела разрушилась, а разум трансформировался в плазмо-магнитный шар, всё увеличивающийся в объёме. Небольшая группа фракталов, образованных ранее и группирующихся у внутренней поверхности Сферы, слёгка завибрировала от вращающегося шара, начавшего быстро приближаться к зачарованным странникам. Эволюционер, активизировавший мутацию шароида, и адепт, вызвавший его метаморфозу, уже скрылись в своих коконах, когда большой вращающийся шар втянул странников в своё сильное магнитное поле. Молодой странник не успел даже произвести быстрый термоанализ вращающегося шара, как оказался поглощён им внутрь вместе с красноглазым спутником. Теперь, втянутые шаром, и потерявшие всякое равновесие, странники вращались внутри шара на невообразимой скорости, потеряв контроль над собственными телами. Сфера эо-солов, склеенных между собой, раздвинулась и раскручивающийся шар со странниками вылетел из неё на границу экватора.
  4
  Полёт длился недолго. От гелиополиса до границы экватора с предэкваториальной зоной шар, бешено вращающийся и удерживающий в себе странников, пролетел около пятнадцати сот. Приблизившись к границе, он выбросил плазмоидов из своего возбуж-дённого магнитного поля прямо в Океан, а сам, следуя команде невидимого оператора, полетел обратно к Сфере. Раскрученные шаром, странники оказались вышвырнуты из Эо-са прямо в бурлящие волны горячей плазмы. Благодаря низкому расположению волн и навыку левитации в условиях плазменных цунами, странникам удалось спастись. Не долетая до поверхности Океана четверти соты, они растратили, приобретённую от шара, кинетическую энергию при торможении об Эос и вылетели из опасной зоны по широкой дуге. Оказавшись вне опасности, смертельно голодные и психически уставшие они полетели вдоль границы.
  Неожиданно странники захотели спать. В обычных условиях их следующий сон должен был наступить не ранее как через несколько месяцев, но тут не прошло и полови-ны. Гелиосферусы связывали это с пребыванием среди загипнотизированных шароидов и энергетически затратным ближним контактом с эволюционером. Так или иначе, но крат-ковременная фаза сна на десять суток вплоть до фазы материализации абстракций стала странникам необходима. На пути они встретили Сол-Яч средних размеров. Уставший от напряжения, а также начавший краснеть от недостатка кремниевых сгустков, термоглаз молодого странника фиксировал по её периметру съедобную плазму вперемешку с угле-родисто-кальциевой. Странники снизились и принялись поглощать пищу, замечая при этом довольно быстрое образование клейкой плазмы, обычно редкой на экваторе. Плаз-моиды жадно насыщались.
  Со стороны границы дул сильный и разреженный ветер - там не прекращалась война фракталов с 3-м Гармоническим Законом. Лететь прямо в бурлящий Океан с целью сна казалось безумством, впрочем, как и возвращаться в сторону Сферы. Поэтому странники приняли решение исчерпать быструю фазу сна прямо на границе. Для этого они отлетели от Сол-Ячи за вероятные пределы её роста и, создав себе защитные оболочки, погрузили свои разумы в Информационное Поле.
  Поле открывало возможности глубоких ближних коммуникаций. И первое, что яви-лось молодому страннику в чёрном пространстве Поля, оказалось яркой красной точкой разума его спутника. В работе находился только один фрагмент Сол-Нца - экватор и в нём, кроме странников, не осталось больше ни одного гелиосферуса, находящего в меди-тативном сне. А ведь ещё три месяца назад в Поле блуждали термосигналы миллионов плазмоидов, кипел обмен информацией, шёл живой диалог гелиополисов. Ничего этого сейчас не было, только два одиноких разума быстро скользили по пустоте, ограниченные собственным воображением. Конечно, в Поле входили не только разумы плазмоидов, но и другие объекты Океана и Эоса. Так, например, красные разумы странников постоянно натыкались на информационные копии фракталов, шароидов и Огня. Стены Живого Огня выглядели в Поле как тончайшие яркие и ломающиеся нити, фракталы представлялись объёмными геометрическими фигурами, а шароиды фиксировались бледными точками.
  Разум молодого странника сообщал спящему красноглазому о сути диалога, про-изошедшего с эволюционером. Красноглазый также верил в ложность утверждений о ги-бели Сол-Нца. Но очевидным становилось то, что эволюционер всё-таки добился с помо-щью своих генетических опытов и сильной воли частичного переустройства мира под себя, под свою гордую теорию. И смерть миллионов плазмоидов, из которых так и не получился качественный генетический материал для производства эо-солов, явилась её объективным следствием. Холодная теория распространялась в Эосе со скоростью, вырывающегося из соты раскалённого водорода, и она, в целях сохранения цивилизации гелиосферусов, требовала упреждающего гашения. В этом случае рассчитывать приходилось не только на работу Гармонических Законов, но и на собственные усилия по сглаживанию той волны возмущения, которую поднял на экваторе строптивый плазмоид. Красноглазый, отбросив разумом линии Огня и бледные точки эо-солов, предложил молодому страннику контр-материализацию. Идея материализовывать абстракции из плазмы мыслящего Океана, чтобы противостоять Сфере и конкретно эволюционеру, показалась молодому страннику вероятностно эффективной. Он передал красноглазому термосигнал поддержки.
  Прежде всего, до выхода из медитативного сна, странникам предстояло предугадать, какой именно тип плазмо-магнитных образований будет особенно результативен в сопротивлении. Альтернативные "Я", материализованные с зарядом агрессивной энергии, или звёздчатые многогранники для такой борьбы не годились ввиду их слабой термической стойкости и химической нестабильности. Конусы и кольца для борьбы также не подходили: конусы контактировали исключительно с кремнийорганическими разумами, а наличие такого у эо-солов Сферы казалось сомнительным, а кольца могли лишь многократно копировать вражеские действия да ещё к тому же были слабо управляемы. Для помощи 3-му Гармоническому Закону в войне с армией эволюционера оставались только фрактальные образования, но тут следовало быть крайне осторожными. Фракталы отличались непрогнозируемым поведением, каждый раз при материализации они имели уникальные характеристики и свой индивидуальный алгоритм действий. Молодой плазмоид предложил красноглазому создать несколько фракталов разного типа, рассчитывая на то, что хоть один из их фракталов всё-таки войдёт во взаимодействие со Сферой и, вписав её силой в своё магнитное поле, втянет обратно в Океан. Гибель эо-солов беспокоила странников мало. Собственными термоглазами и разумами они убедились в их фактической мировоз-зренческой смерти: навсегда затуманенный углеродисто-кальциевой плазмой разум, мни-мая убеждённость в родстве с Сол-Ячами и дерзость мимикрии, под якобы погасшее Сол-Нце.
  Первый, материализованный странником, фрактал имел форму диска. При его соз-дании молодой гелиосферус использовал большое количество плазмы. Он собрал её силой разума с поверхности Океана, и продукт получился при этом достаточно большим. Фрактал обладал повышенной способностью отражать тела других плазмо-магнитных образований, был достаточно лёгким для перемещения в нижнем слое Эоса. Материализующий его странник решил, что одного такого диска будет недостаточно и создал ещё два похожих, отличающихся лишь размерами и силой отражения. В это время и красноглазый, задействуя все свои резервы разума вылепил из горячей волны фрактал, чем-то похожий на маленькое полупрозрачное водородное облако. После того как четыре фрактала ожили, странникам предстояло выйти из своего сна, где они, создав несколько эфемерных, но опасных плазменных образований, пребывали уже около десятка суток.
  Первым проснулся красноглазый и тут же принялся за управление своим облаком, которое так и стремилось поскорее взлететь вверх к Сол-Эосу и сгореть в его верхних слоях. Странник, постоянно излучая холодные термосигналы, подстёгивал облако в сто-рону Сферы, не позволяя ему смещаться вверх-вниз с высоты в одну соту. Следом про-снулся и молодой плазмоид. Приобретённый им навык создания защитных оболочек, по-мог ему не быть отброшенным своими же собственными дисками. Попав в зону отраже-ния фракталов, защитные оболочки лопались и отбрасывались в Океан. Молодому стран-нику, использовавшему как и красноглазый, тот же приём управления фракталами, уда-лось выстроить свои диски перпендикулярно поверхности Океана. Разобравшись в термическом управлении своими фракталами, странники полетели вместе с ними от границы вглубь экватора, навстречу физическим опасностям и психическим неожиданностям.
  Неожиданно тих оказался экватор. В Эосе, иногда возникая из сот, проносились ост-рые стрелы струй водорода, свистел термальный ветер и кое-где горел Живой Огонь. Странники летели по Эосу быстро, почти не корректируя свой полёт. Каждый сосредото-ченно следил за качеством управления своими фракталами, которые с каждой пройденной сотой теряли силу. Необходимо как можно скорее бросить их на поражение Сферы и находящихся в ней эволюционеров. До объекта атаки оставалось всего несколько часов лёта как перед возбуждёнными фракталами странников, летящими немного впереди, показалась армия кольцевых фракталов, заслонившая собой горизонт Эоса.
  Цепь колец, управляемая старейшиной последнего экваториального гелиополиса, двигалась к границе. И вот на её пути возникли три отражающих диска. Не ожидая на своём пути никаких препятствий, кольца, растянувшиеся по горизонту, наткнулись на отражающие поля дисковых фракталов и начали отбрасываться ими во все стороны. Часть колец, летевшая первой, попадала в горячую плазму Океана и быстро там тонула. Вторая часть колец облетала диски молодого странника мимо, но попадала в облако красноглазо-го, где полностью аннигилировалось на фотоны. Облако-фрактал при этом набирало мас-су и теряло реакцию на термическое управление красноглазого. Старейшина, видя потерю контроля над ситуацией, направлял, уцелевшие в поединке с отражающими дисками, кольца термосигналами, заставляя их веерно и на большой скорости долетать до границы. Когда же огромная часть колец отразилась дисками в Океан, то старейшина понял, что всё закончено. Попытавшись скрыться бегством, он резко взметнулся вверх и, описывая там левитационную петлю, неожиданно попал под действие энергии своего заблудшего кольца и оказался им расплющен.
  Сражение закончилось. По его итогам лишь несущественное количество колец, об-летев странников и их отряд фракталов по флангам, добралось до границы. Подавляющая же часть колец погибла вместе со старейшиной, будучи либо утоплена в Океане, либо ан-нигилирована над ним. Странники вышли из сражения целыми, чего нельзя было сказать о материализованных ими фракталах. Маленькое полупрозрачное облако, поглотив массу плазмо-магнитных колец, выросло в разы и стало абсолютно неуправляемо. Красноглазый видел это и, опасаясь стать его жертвой, отлетел от облака-фрактала подальше. Диски молодого странника ещё управлялись, но ослабли энергетически, что делало их слабым оружием перед холодной и клейкой Сферой. Но, не теряя времени, в течение которого вскоре ожидался распад фракталов или их гибель по 3-му Гармоническому Закону, странники направили их в центр Сферы, уже начинающей прорисовываться в вибрирующем Эосе. Прошло ещё несколько часов полёта на безумной скорости как почти ослабевшие диски, по сигналу молодого гелиосферуса, предприняли героическую попытку снизить Сферу с вершин Сол-Эоса и отклонить ось её вращения. Тщетная попытка! Сфера, из которой неожиданно вылетел с разведывательными целями плазмоид-адепт, не отклонившись ни на мизер, лишь втянула в себя два диска. Но последний диск, самый крупный из материализованных, вместе с адептом ликвидировало само Сол-Нце по 3-му Гармоническому Закону. Тонкий и острый фонтан раскалённого водорода, с силой вырвавшись из одной из сот, пронзил адепта вместе с атакующим диском. Сгустки разорванной материи и жидкая плазма начали медленно оседать вместе с фонтаном обратно в Океан. Сфера осталась недвижима, даже наоборот, она увеличила свою скорость полёта против течения поверхностных слоёв плазмы.
  Странники понимали, что внутри клейкой и шевелящейся Сферы остался лишь один, управляющий ею эволюционер. Создание новых фрактальных колец внутри Сферы оказалось прервано, что могло в перспективе вызвать как полное открытие Информационного Поля, так и разблокирование границы экватора. Эволюционер продолжал управлять Сферой, всё ещё находясь в информационном коконе. И, то ли от атаки дисками, то ли от этого скрытого управления, изменилась внешняя поверхность Сферы. Все составляющие её эо-солы в один миг развернулись, обратив во внешнюю среду свои, ранее удерживаемые клейкими нитями, термоглаза. Выпученные от яркости Эоса, они обозревали Океан в поиске возмутителей, столь опрометчиво, попытавшихся атаковать их с помощью магнитных фракталов. Склеенные до сих пор клейкой плазмой, они, не боясь нарушить формы материнской Сферы, синхронно повернулись и уставились на странников, кружащихся рядом с ней. Несколько особо гневных эо-солов, возбуждённых энергией втянутых дисков, оторвались при этом от поверхности Сферы и левитировали в Эосе. Заметив их, лишившиеся своих материализаций, странники решили отлететь от Сферы назад, но были обнаружены. На лету меняя температуру своих плазменных тел на обжигающе-холодную, и лишённые, вследствие мутации, части разума, эо-солы разгонялись в Эосе, грозя гелиосферусам быстрой смертью. Красноглазый и молодой странники уже давно не употребляли в пищу кремниевых сгустков, ввиду чего скорость их движения резко уступала скорости догоняющих их шароидов-мутантов. Красноглазый летел за молодом странником и, находясь от него на значительном расстоянии, уже чувствовал приближение холода. Догоняющие эо-солы в несколько мгновений могли нанести им ожоги, а после, тараня тело, утопить в Океане.
  Погоня не могла продолжаться слишком долго. Странники ослабевали, теряли энер-гию и скорость. И вот уже один из стаи грозных эо-солов, срывая с поверхности Океана тонкий слой плазмы, поднырнул под отчаянно летящих гелиосферусов, и с силой ударил красноглазого в область термоглаза. Странник сразу утратил движение. Получив физиче-ский удар и холодный ожог, он по какой-то кривой инерционной траектории пролетел ещё немного и завис, утратив равновесие. В это время на него обрушилось ещё несколько десятков таких же ударов от стаи мутировавших шароидов, и он оказался повержен. Молодой странник не видел гибель красноглазого, но знал о его смерти по хаосу ощущаемых сзади термосигналов, и предпринял единственную возможную попытку спастись. Он заснул, спрятав свой глаз внутри тела, и замкнул в кольцо свою нервную систему. Используя для погружения в сон временную остановку и торможение эо-солов, он, рассчитывая сгенерировать в быстром сне отражающий диск, попытался заснуть на ходу и ему это удалось.
  Всё вокруг почернело. Странник спал на лету, в то время как его плазменное тело быстро скользило в огне между Океаном и Эосом. Позади быстро затухала красная точка - разум его спутника. Вокруг струились тонкие яркие нити Живого Огня, облетая кото-рые разум странника замечал всё увеличивающееся их количество. Нити росли, удлиня-лись, набирали вес. Между ними, всё более затрудняясь в полёте, мчалась стая серых то-чек. И, как это было видно в сумерках Информационного Поля, она гналась за одиноким ярко-красным шариком, видимым в его пространстве. Нити не прекращали роста, набуха-ли, заполняли собой пустоту и мешали полёту серой стаи. От одних нитей ответвлялись другие, третьи, ещё и ещё, пока всё пространство вокруг одинокого красного шарика и сильно поредевшей группы эо-солов не заполнилось ними. Лететь дальше стало некуда. Серые и красный объекты Информационного Поля оказались каждый в своей ловушке, а нити продолжали рост. Наконец, они заполнили собой всё, и произошла яркая вспышка.
  Сумерки закончились. Нити тоже куда-то пропали. Поле Сол-Нца открыло разуму молодого странника своё новое пространство. И вот уже в космосе этого информационного пространства странник обнаружил вдалеке несколько таких же красных точек, как и он сам, а потом ещё несколько в другом месте и понял, что Сон-Нце восстановило Поле, и вышел из фазы быстрого сна.
  Эос блистал девственной чистотой. Над Океаном не пролетало ни облачка враждеб-ной материи. Куда-то окончательно исчезла стая шароидов-мутантов. Вернувшись чуть назад, молодой гелиосферус понял, что исчезла и сама клейкая Сфера с эволюционером внутри. Вместо неё, по действию 3-го Гармонического Закона Сол-Нца, откуда-то сверху, из горячих слоёв Сол-Эоса на странника упал твёрдый углеродисто-кальциевый шар и утонул в Океане плазмы.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"