# Марионетка для некроманта. Королевами не рождаются. Прода

Екатерина Рейнард

Обновление от 3.03.2017.

## Глава 6


Глупо было надеяться, что хотя бы на этот раз мне удастся выспаться.

Проснулась я оттого, что услышала тихое перешептывание в подозрительной близости от королевского ложа. Скрипнул стул, и на кого-то сердито зашикали:

- Тс-с-с, ее величество все еще изволит почивать, ведите себя прилично!

Полог над кроватью был уже приподнят. Я широко раскрыла глаза, настороженно прислушиваясь, повернула голову в ту сторону, откуда доносился шум, и... поняла назначение позолоченной кованой решетки с лилиями.

За изящным ограждением на стульях устроились лорды и леди при полном параде, терпеливо дожидающиеся моего пробуждения. Я почувствовала себя лежащей на театральных подмостках, испуганно заморгала спросонья и натянула одеяло до самого носа. Здесь были несколько смутно знакомых мне лиц, были и приглашенные гости, которые еще не разъехались. Среди них я заметила Луку - конечно, в первом ряду. Поймав мой растерянный блуждающий взгляд, он тут же подмигнул мне.

На мое счастье, по левую сторону от меня стояла Кики, и я громким шепотом спросила у нее:

- Что они все тут делают?

- Дожидаются, пока вы проснетесь, ваше величество, - так же шепотом ответила она.

- Они что, не могут подождать где-то в другом месте?

- Утренние часы, во время которых вы будете заняты туалетом - это время визитов и особый ритуал во дворце. По регламенту они имеют полное право здесь находиться.

- Что я должна делать? - обреченно вздохнув, спросила я.

- Сейчас вы спуститесь с кровати, и лорд Рэйсин подаст вам тапочки - сегодня именно он удостоился этой чести.

Тот самый лорд Рэйсин, с которым Дартмор посоветовал мне быть особенно любезной?! Похоже, мне не придется прикладывать особых усилий - он сам мечтает о том, чтобы угодить мне.

По словам Кики выходит, я должна спуститься к ним в этом облаке пенных кружев. Благо, ворот сорочки наглухо закрывался у самого горла, не оставляя и сантиметра открытой кожи. Обнаженными оставались лишь ладони, но от этого ситуация не перестала казаться мне менее патовой. Вот уж не знала, что у королевы так мало личного пространства - в моей комнате c раннего утра толпились люди, будь то слуги или, как сейчас, представители высшего сословия.

И кто бы мог подумать - один из этих небожителей посчитает за счастье поднести мне домашние туфли!

Я медленно сползла к самому краю кровати и выбралась из-под мягкой перины, стараясь, чтобы сорочка не задралась выше колен - вряд ли зрелище моих оголенных ног подходит для королевской спальни, хотя уверена, некоторых из присутствующих оно бы очень порадовало. Едва моя нога коснулась мягкого ворсистого ковра, лорд Рэйсин, полноватый человек лет пятидесяти, со всей юношеской прытью распластался передо мной в галантном поклоне, протягивая мне две мягкие домашние туфельки на красной подушке.

- Благодарю, лорд Рэйсин, - сказала я в его лысину, пытаясь поднять его с пола.

Страх прошел, и теперь меня разбирал смех - эта мышиная возня вокруг моей персоны порядком развеселила меня.

- Позвольте выразить свое восхищение самым прекрасным цветком в этом райском саду, - медовым голосом пропел он, обведя рукой пространство вокруг себя.

Это он намекал на многочисленные цветочные орнаменты на стенах и занавесях. Пятясь, как рак, и не отрывая от меня влюбленных глаз, он отошел обратно к своему месту.

Я вопросительно поглядела на Кики.

- Ну, что теперь? Они, наконец, уберутся?

- Теперь вы должны зайти за ширму, где мы переоденем вас в утреннее платье.

- Что, на виду у всех?

- За ширмой, ваше величество, - нервно повторила Кики, удивляясь моей непонятливости.

- Ну уж нет, скажи им, что на сегодня аудиенция окончена, - прошипела я, возмущенная до глубины души. - Я не хочу, чтобы на меня глазели, пока я переодеваюсь. Представление отменяется!

Вместе мы представляли собой довольно комичную картину - громко перешептывающиеся служанка и королева в неглиже, шикающие друг на друга на виду у недоумевающего сонма придворных. Я бы посмеялась от души, если бы не была сейчас в самом центре разыгравшегося действа.

- Это невозможно, ваше величество. Дворецкий, месье Гримсби, зорко следит за тем, чтобы все прошло, как полагается, - она кивнула на невозмутимого человека, одетого в коричневую ливрею, серые бриджи с чулками и башмаки, который стоял у самых дверей, блокируя вход и выход. На его лице отражалось такое высокомерие, что он мог бы заткнуть за пояс всех присутствующих.

- Да что он себе позволяет? Королева я или нет? - пискнула я.

- Если вы сорвете утреннюю церемонию, он тут же доложит об этом герцогу, так он мне и сказал, - ответила Кики, боязливо косясь в сторону дворецкого.

Похоже, Гримсби держит в страхе всю прислугу, а теперь еще и меня поймал на крючок. Я еще выдержу подобострастное обожание в глазах придворных, но если сюда ворвется взбешенный герцог Дартмор...

К ширме я шла, как на эшафот.

Там меня с большим трудом облачили прелестное утреннее платье небесно-голубого цвета, украшенного небольшими нежными розовыми бутонами. С трудом - потому что я отказывалась показать из-за ширмы что-то, кроме макушки. И хотя все мужчины в комнате наперебой уверяли, что оттенок платья очень подходит к моим глазам, по правде сказать, я чувствовала себя в нем, как большой розовый куст. А виконт Лекарон улучил таки момент и прошептал мне на ухо, что весь день будет ждать меня в некоем "лабиринте". Уж не тот ли это лабиринт, что находится в дальнем конце парка? Кажется, королеве только что назначили тайное свидание...

Когда все посторонние, наконец, покинули помещение, я зашагала взад-вперед по комнате, шурша пышными юбками:

- Подумаешь, традиция. Если хотят поговорить, пусть приходят попозже. В конце концов, это, это... неприлично! Может, я громко храплю или разговариваю во сне.

От последней мысли пробежал мороз по коже - мало ли что я могу выболтать перед целой толпой опасных свидетелей?

- Но в этом нет ничего неприличного, ваше величество. Все высокородные дамы королевства принимают посетителей у себя по утрам, - возражала Мадди, которая как раз вернулась с добрыми вестями - на этот раз предлогом отправиться в город послужила покупка булавок. Если так пойдет и дальше, у меня их будет целый склад, так что впору открывать свой магазин...

- Тебя вообще тут не было, Мадлен, ты не знаешь, через что они заставили меня пройти! Я едва успела продрать глаза, а у кровати толпа разодетых господ жаждет наблюдать за моим пробуждением!

- Как вы сказали? - встрепенулась она. - Вы еще спали, а они уже находились в комнате?

- Я тебя когда-нибудь обманывала? Именно так все и было.

- Но это же грубое нарушение этикета! Двери открываются уже после пробуждения королевы.

Мадди поставила руки в боки, пораженно глядя на Кики, которая не проронила ни слова за все время и нервно теребила край передника.

- Что это значит, Кики? Опять происки Лорди?

- Кого-кого? - перебила я.

Имя показалось мне совсем незнакомым.

- Лорди - это прозвище нашего дворецкого, ваше величество. На самом деле его зовут Иеремия Гримсби, но с другими слугами он ведет себя настолько заносчиво, что между собой мы называем его так.

Тем временем на белесом лице Кики появилось плаксивое выражение, и под нашими пристальными взглядами она тут же во всем созналась.

- Он запугал меня, сказал, что расскажет его светлости, будто мы плохо выполняем свои обязанности. Не посмотрел на то, что ваше величество еще спит, и велел открывать двери. Лорди, то есть месье Гримсби, не имеет к вам должного почтения, ваше величество. Он сказал, ему некогда ждать, пока... пока "эта соплячка" соизволит разлепить глаза, - нижняя губа Кики задрожала, она боялась поднять на меня глаза.

Мне стало жаль ее - в конце концов, ее вины здесь нет. Я успокаивающе погладила девушку по плечу.

- Ты не виновата, это просто недоразумение, которое вскоре разрешится.

- Это все, или ты знаешь что-то еще? - Мадди не отступала.

Ей бы впору работать в городских казематах.

- Я слышала, как лорд Рэйсин выторговал у дворецкого право подавать тапочки королеве у камердинера, а тот пытался выудить у него как можно больше денег, - ее личико стало просто пунцовым от стыда, словно это она сама устроила торг. - Кроме того, в зале находилось гораздо больше народу, чем предполагалось.

Это новость неприятно поразила меня - отвратительный дворецкий распоряжается за моей спиной? Сначала мне хотелось сразу же доложить обо всем герцогу, но я тут же оборвала себя - с какой стати я побегу к нему при малейшей возникшей трудности? В памяти еще слишком свежо его вчерашнее обращение со мной. Наверняка Лорди имеет от своей тайной деятельности неплохой доход... Со злорадством вспомнились слова Дартмора о том, что я должна быть ласкова с лордом Рэйсином. И я буду, только на этот раз ко всеобщей выгоде.

Как раз в этот момент в покои, как к себе домой, вошел Гримсби, и задрав голову так, что было вообще непонятно, как в таком положении он еще может говорить, и объявил:

- Его светлость желает видеть вас в своем кабинете, ваше величество.

- Как? Прямо сейчас? - я разом сникла.

По спине, как обычно при упоминании о Дартморе, пополз неприятный холодок.

- Да, и вам лучше незамедлительно проследовать со мной, - безапелляционно заявил дворецкий.

Я жалобно посмотрела на девушек и поплелась за ним.

Вот уж не думала, что Дартмор вообще захочет меня видеть в ближайшее время. Я еще не пришла в себя после его вчерашней вспышки ярости, а он уже требует меня к себе. И ведь я не могу просто не пойти - это означало бы, что я струсила. Может, у меня и есть кое-какие недостатки, но трусость точно не входит в их число.

С другой стороны, бояться герцога - это так естественно, мало кто может смотреть в его лицо, скрытое маской, и не испытывать страх. Фелла ластится к нему, но я вижу, что в душе она боится его, влекомая лишь его неограниченной властью и статусом. Лука кажется бесстрашным, но он мужчина и умеет взглянуть в глаза своему страху - позорно бежать, поджав хвост, - это не про него.

Бояться герцога не требует от его окружения каких-либо усилий. Гораздо труднее было бы, например, полюбить его.

Какие странные мысли сегодня лезут мне в голову...

Пора перестать думать, надо действовать!

Я посмотрела на высокомерного Лорди, который за все время не обмолвился со мной и словом. Он вышагивал впереди с таким видом, словно я была какой-то надоедливой просительницей. Самое время немного сбить с него спесь.

Я поравнялась с ним, и, сохраняя такой же невозмутимый вид, как у него, тихонько сказала ему:

- Мне известно об источнике вашего дополнительного заработка, Гримсби, и думаю, герцогу это сильно не понравилось бы.

Он сбился с шага, чуть не споткнувшись на ровном месте, и пораженно посмотрел на меня. В его взгляде проскользнули недоверие и удивление, он явно не ожидал услышать такое от меня. Затем я отчетливо увидела в его бегающих глазах страх и даже мольбу - в конечном счете, Лорди очень не хотел, чтобы Дартмор узнал о его маленьком секрете.

- Ну-ну, не волнуйтесь вы так, я не скажу его светлости...

- Спасибо, ваше величество, - он облегченно выдохнул, решив, что легко отделался.

Напрасно.

- ...если мы сумеем договориться.

- Ваши условия? - он тут же обнаружил недюжинную деловую хватку, заинтересованно глядя на меня.

- Пятьдесят процентов, и вы больше никому не откроете двери королевских покоев до моего пробуждения. Мне не нравится, когда меня застают врасплох.

- Пятьдесят? Но это же грабеж! - он выпучил глаза. - У меня жена, четверо детей...

- У всех нас есть определенные обязательства, и вы не очень-то справляетесь со своими. Так мне пойти и рассказать об этом герцогу? Интересно, что же он с вами сделает...

- Не надо, прошу вас, ваше величество. Я согласен на все ваши условия.

Он вытащил платок, чтобы отереть вспотевший лоб. Пот тек с него в три ручья.

Что, не ожидал такого от "соплячки"?

- Так значит, по рукам?

- По рукам.

Мы скрепили наш тайный договор рукопожатием и в полном взаимопонимании двинулись дальше.

Порядком присмиревший Гримсби провел меня через помещение огромной библиотеки - и она понравилась мне больше, чем любая другая зала дворца, виденная мной до этого - книжные полки приятного орехового оттенка высились от пола до высокого купола, деревянные лестницы вели на второй ярус, который поддерживали мраморные колонны. В библиотеке было светло - под куполом были специально проделаны дополнительные оконца, через которые сюда проникал дневной свет. Здесь были миллионы книг, понадобилось бы несколько жизней, чтобы прочитать их все. Мне очень захотелось подойти поближе и рассмотреть надписи на потрепанных корешках, пошелестеть желтоватыми страницами. После смерти родителей книги всегда были для меня недоступной роскошью. Но, к сожалению, мы прошли мимо всего этого книжного богатства, остановившись у больших внушительных дверей, которые охраняли двое гвардейцев в красных мундирах.

- Сейчас вы окажетесь в приемной герцога, - предупредил Лорди.

Мы вошли в просторное помещение, заваленное бумагами и гроссбухами. Несколько перьев и свитков парили в воздухе, самостоятельно переписывая что-то, словно ими водила невидимая рука. За бумажной кипой я едва разглядела своего нового знакомого - Абеля, который был с головой погружен в чтение какого-то документа. Когда он поднял глаза поверх пенсне и увидел меня, то вскочил с места, чтобы поприветствовать, и неловко задел пресс-папье на столе. Оно упало, наделав шуму и чуть не отдавив ему ногу. Перья тут же прекратили свою работу, безжизненно упав на стол.

- Нет-нет, пожалуйста, продолжайте, - сказала я, подойдя ближе.

Меня разбирало любопытство, картина самопишущих перьев заинтриговала меня.

- Как вы это делаете?

- Немного бытовой магии еще никому не повредило. К сожалению, на большее меня не хватает, поэтому я и осел здесь, среди бумаг, - Абель опять словно бы извинялся и был чем-то сконфужен.

- Вы недовольны своим положением? - удивилась я. - У меня вот совсем нет способностей, поэтому и такие фокусы кажутся мне удивительными.

- Спасибо на добром слове, - он слегка покраснел. - Вы только не подумайте, что я жалуюсь, эта работа подходит мне как нельзя лучше. Просто есть те, кто предпочитает использовать свои таланты иным способом - на поле сражений, к примеру. Отец всегда хотел видеть во мне военного. Он считает, что этой должности не хватает доблести.

- Ну, здесь вы тоже каждый день на поле боя, в некотором роде, - сказала я, осторожно намекнув на массивную темную дверь, ведущую в кабинет герцога.

Он невесело засмеялся.

- В чем-то вы правы.

- А что все это такое? - я указала рукой на кипу бумаг, которая не умещалась на столе. Рядом стояли несколько мешков, доверху набитых письмами.

- Прошения, ваше величество. Герцог настаивает на том, чтобы каждый получил ответ. Несмотря на то, что он встает в четыре утра, и некоторые из них просматривает лично, на все, его, конечно, не хватает...

- Эта идиллическая картинка как-то не вяжется с количеством забытых всеми бедняков в королевстве.

- Ах, ваше величество, Дэзире, если бы все было так просто... - он покачал головой. - Но мы что-то заговорились, пойдемте, я провожу вас к его светлости, он давно ждет вас.

Кабинет Абеля напрямую соединялся с кабинетом Дартмора. Когда он повел меня к дверям, у меня почему-то вспотели ладони. Он впустил меня в клетку со зверем, и преспокойно вышел, оставив меня с ним наедине.

Я узнала комнату, в которой состоялось наше с герцогом первое знакомство - в камине все так же горел огонь, но на этот раз гораздо ровнее. Справа я заметила огромную темно-синюю карту звездного неба во всю стену, где золотистым светились планеты и созвездия. На карте было такое количество знаков и символов, что мне, совершенно несведущей в астрологической науке, ни за что было бы в ней не разобраться. Я только краем глаза заметила, что она была испещрена чертежами и пометками от руки.

Потопталась на месте, ожидая, что на меня, наконец, обратят внимание, и осторожно двинулась по направлению к гигантскому письменному столу, за которым сидел лорд Шерадан и что-то писал.

Казалось, он не замечал меня.

Я сделала еще несколько шагов. Никакого результата.

У его мрачности просто поразительная способность выводить меня из себя. Интересно, он делает это намеренно?

Прошла минута, другая, третья. Я так и стояла посреди его кабинета, не зная, куда деть руки.

Мне что, надо улечься на этом чертовом столе, чтобы он соизволил обратить на меня свое высочайшее внимание?

Всего пару минут назад я бала настроена весьма миролюбиво, и вот мои каблуки уже воинственно стучат по вощеному паркету, а от изящной грации, с которой я старалась двигаться по коридорам дворца, не осталось и следа. На всех порах я ринулась прямо к письменному столу, будто собиралась снести его, и резко затормозила в последний момент. Оперлась ладонями о столешницу по обе стороны от себя, задев бумаги. Низко склонившись к нему в весьма неприличной позе, нарочито громким голосом объявила:

- Мне сказали, что вы хотели меня видеть? Так вот я здесь, ваша светлость.

Он хмуро скользнул по мне взглядом, словно я была неодушевленным предметом мебели, который кто-то поставил прямо перед ним, чем вызвал определенные неудобства.

- Ты опоздала, - сухо бросил лорд Шерадан. - Сядь, - он указал рукой на стул, который я только сейчас заметила.

Неуверенно отняла руки от стола, сделала шаг назад. И все-таки...

- Может, вы хотели сказать "Пожалуйста, сядь"? "Присаживайся"? "Прошу, садись"?

В его черных глазах всколыхнулась тьма, их выражение ясно говорило о том, что он начинает терять терпение и чем это мне грозит.

- Я сказал именно то, что хотел.

В который раз проглотила обиду, послушно кивнула и благоразумно опустилась на стул.

Он взял какую-то бумагу со стола, и бросил мне.

- Твое расписание.

Кто-то сегодня с утра не очень-то многословен. Вопросительно подняла на него взгляд.

- Я думал, ты умеешь читать, - он недовольно посмотрел на меня, все еще не вполне оторвавшись от своего занятия.

- Так и есть, я просто жду ваших разъяснений.

Он оперся локтями о подлокотники огромного резного кресла и, сложив длинные пальцы домиком перед собой, вперил в меня тяжелый взгляд.

Я занервничала и беспокойно заерзала на стуле - не знаю, что заставляло меня добиваться его внимания, наверно, природное упрямство. Когда он так на меня смотрел, хотелось спешно ретироваться из залы и не показывать носа из своих покоев.

- Каждое утро ты будешь проводить в компании леди Марло. Она будет обучать тебя этикету и постарается сделать так, чтобы нам больше не пришлось за тебя краснеть, - он явно намекал на вчерашнее. - Она думает, что ты с Андамиона, поэтому твоя неотесанность ее нисколько не удивляет. Беренис очень невысокого мнения о царящих там нравах, так что это только сыграет нам на руку.

Я прошлась глазами по списку, который он назвал моим "расписанием".

- Занятия музыкой, уроки танцев? Здесь нет ни слова о науках. Судя по тому, что здесь написано, - я потрясла в воздухе листком, - из меня выйдет хорошая актриса или танцовщица, но никак не королева! Неужели вы хотите, чтобы я оставалась совершенно несведущей в вопросах политики и управления государством?

- Управление государством оставь мне и моим министрам. Для Гирамонта сейчас настали нелегкие времена, и меньше всего я хочу, чтобы ты совала нос не в свое дело, - в его голосе отчетливо слышалось раздражение. - Но несколько часов, если останется время, ты можешь проводить в библиотеке.

Недоверчиво подняла на него глаза, силясь понять, что означает эта маленькая уступка, но в этот момент раздался легкий трехкратный стук, и в дверях появился Абель.

Между ним и герцогом последовал безмолвный обмен взглядами. Дартмор кивнул, и его черные глаза в прорезях маски зажглись странным светом, черты лица словно бы еще больше заострились. В них появился отблеск какой-то идеи, столь сильной, что она тут же безраздельно завладела им, и мрачный свет, зажегшийся в глубине его глаз и озаривший все его лицо, походил на огонек безумия.

В кабинет вошел человек, только что с дороги - весь в дорожной пыли, так что даже трудно было сказать, стар он или молод, сапоги заляпаны грязью, дорожный плащ местами оборван. Было заметно внутреннее напряжение Дартмора, когда он встал ему навстречу. Он отвел юношу в сторону, так, чтобы до моих ушей не долетел бы ни единый звук. Я, стараясь не коситься на них, сделала вид, что смотрю в окно, но краем глаза наблюдала за разыгравшейся сценой.

Когда посыльный закончил, на лице некроманта на какую-то долю секунды промелькнула тень усталости. Он прикрыл глаза и жестом отпустил юношу. Все так же сохраняя молчание, лорд Шерадан подошел к высокому зарешеченному окну, откуда, как я успела заметить, открывался вид на парк. Его мрачный силуэт выделялся на светлом фоне окна, мысли были очень далеко отсюда. На мгновение мне показалось, что его всегда такие прямые плечи слегка опустились, словно на них легла какая-то свинцовая ноша.

Во второй раз за утро он игнорировал меня, но сейчас я почему-то не почувствовал обычной злости, а лишь любопытство.

Я кашлянула, и он отозвался, не глядя на меня, так что я видела перед собой только широкую спину, обтянутую дорогим черным сукном.

- Ты можешь идти, леди Марло ждет тебя за дверью.

- Прежде чем идти, я хотела бы задать несколько вопросов.

Я услышала что-то вроде снисходительного смешка.

- Что это? Маленькая замарашка начинает задавать вопросы? - насмешливо протянул он.

- Маленькая замарашка вчера стала королевой, - я была уязвлена, и скрыть обиду в голосе у меня не очень получилось.

- Это лишь игра, не забывай, - предостерег он.

- Вот об этом я и хотела спросить. Мы ведь так и не коснулись одного весьма важного пункта нашего соглашения.

Он повернулся ко мне лицом, выжидающе скрестив руки на груди, и насмешливо выгнул черную бровь при слове "соглашение".

- Что, если наследница найдется? Что вы со мной сделаете? Убьете? - голос дрогнул против воли.

Он, казалось, был удивлен.

- Зачем мне убивать тебя? Тебе просто сотрут память. Ты забудешь обо всем, что здесь видела и слышала.

Что, если настоящая Дэзире найдется лишь спустя годы?

Что, если я не захочу забывать?..

- Понятно, - соврала я. - А если кто-то из старых знакомых увидит меня? Вы ведь не можете исключать такую возможность.

Кажется, я не совсем верно подобрала слова, потому что он помрачнел еще больше.

- Они будут молчать.

- Молчать? - я непонимающе поглядела на него.

- Мертвые не разговаривают, верно? Если только я не прикажу иначе, - уголок его рта приподнялся в жутковатой кривой улыбке.

Что, если я не хочу, чтобы ни в чем неповинных людей убивали только за то, что они узнали во мне прежнюю Эжени? Ну, если только одного, в порядке исключения, быть может... Слишком много этих "что если".

- На этом все, у меня много дел. Ты свободна.

Я свободна? Какая ирония...

Неуловимым движением он подал знак, и двери, противоположные тем, в которые я сюда зашла, распахнулись. Некромант снова подошел к столу, опустился в кресло и углубился в чтение, словно меня здесь никогда и не было.

Он не хотел слушать моих возражений. Ему нет дела до моих сомнений. Он сделает то, что должен, и рука его не дрогнет. Потому что он - первый человек в государстве, и выбирая между частным и общим благом, конечно, выберет последнее.

Я двинулась двери как сомнамбула, обдумывая слова Дартмора, и вплыла прямо в объятия заждавшейся леди Марло. Двери за моей спиной захлопнулись, и резкий звук вернул меня к реальности, в которой Беренис жизнерадостно возвестила:

- Прекрасная погода для прогулок, не правда ли?

Я посмотрела на нее, как на сумасшедшую - сквозь высокие оконные стекла было ясно видно, что небо затянуто серыми тучами и накрапывает дождь.

- Вы, должно быть, шутите?

- Никаких шуток, моя милая. Для нас в Индиворе - это вполне сносная погода, - бодро сказала она, и взяла зонтик у одной из служанок, стоявших наготове, вручив его мне.

В холле, двери которого выходили в парк, нас уже ждали и другие дворцовые дамы. Фелла приветливо помахала мне рукой в желтой перчатке.

Парк был просто огромен и вполне отвечал размерам самого сооружения. Аккуратно подстриженным декоративным деревьям и зеленым газонам и цветникам не было видно конца и края. Все они были высажены в соответствии с четким планом - здесь не было места случайности. Парковые дорожки представляли собой симметричные аллеи строгих геометрических форм - везде была видна рука искусного садовника. Изящные кружевные партеры из тисового дерева и самшита радовали глаз из верхних окон дворца, образуя витиеватый рисунок. Сколько же людей требуется, чтобы содержать все это великолепие в том безупречном виде, в котором оно находится сейчас?

От влаги, пролившейся с небес, зелень запахла еще сильнее, ярче выделяясь на фоне пасмурного неба, и я с наслаждением втянула в себя свежий, пахнущий дождем воздух. С десяток фрейлин под изящными кружевными зонтиками следовали за нами неотступно на расстоянии нескольких шагов. По правую руку от меня ступала Беренис, по левую изящно вышагивала Фелла. На ней сегодня было прелестное платье лимонного цвета с многочисленными оборками и розовыми бантами по корсажу. В нем девушка очень напоминала лимонное пирожное.

Гулять под дождем было странно, но еще более странными показались мне слова, сказанные леди Марло, когда мы вышли на усыпанную гравием дорожку.

- Итак, что ты знаешь о главном предназначении женщины, Дэзире?

Я растерянно захлопала ресницами. Никогда не задумывалась о своем предназначении - все, чем были заняты мои мысли - это где бы достать кусок хлеба, да как не опуститься на самое дно. Зато мадемуазель Грид, по-видимому, очень хорошо сознавала свое место в этом мире - хитрая улыбка говорила о том, что она явно знала ответ, которого так ждала Беренис.

Статс-даме ничего не оставалось, кроме как обратиться к своей любимице.

- Фелла?

- Главное предназначение женщины - услаждать взор мужчины и уметь доставить ему удовольствие, леди Марло, - с напускной скромностью ответила Фелла, опустив глазки долу.

Я чуть не поперхнулась. В течение многих лет я ломала голову над тем, как отвадить назойливых ухажеров и избежать их приставаний, которые доставили мне в жизни немало проблем. Прав был герцог - во дворце царили совсем иные нравы.

- Блестяще, - леди Марло от души похвалила она Феллу. - Так вот, наши беседы будут направлены на то, чтобы ты как можно лучше могла исполнить свое предназначение - ведь когда-нибудь и тебе придется выйти замуж, дабы обеспечить трон наследником.

Вот тут уж я и вовсе открыла рот от удивления - такие мысли мне даже в голову не приходили.

- Стоит ли заглядывать в такую необозримую даль? - спросила я, но леди Марло было уже не остановить.

- Судьба распорядилась так, что ты, представительница слабого пола, встала во главе государства. Но тебе так повезло, дорогая, - тебе ненужно нести это бремя в одиночестве, ведь у тебя есть такой надежный и могущественный советник - герцог Дартмор.

В ее голосе явственно чувствовалась насмешка надо мной - ясно, что никакой он не советник, а фактический глава государства, а я - его послушная марионетка... Захотелось сказать ей какую-нибудь грубость, но мужественно сдержалась.

- Да, и Дэзире... то, что ты проделала вчера на виду у всех - просто непозволительно. Никогда, никогда, не зли герцога. Ты еще очень легко отделалась, моя милая. Леди должна быть покладистой, она не должна обнаруживать свой буйный нрав...

- А ему, значит, можно? - на смену оторопи снова пришло глухое раздражение на некроманта.

Дартмор подсунул мне эту занудную светскую львицу в роли компаньонки, он выслал меня подышать свежим воздухом в то время, когда он и его министры решают важные государственные вопросы, а я вынуждена терпеть весь этот вздор.

Беренис поморщилась, как-будто от меня исходил какой-то неприятный запах, так что я даже испугалась, не учуяла ли она чего в действительности.

- Ах, я уже и забыла, насколько девушки Андамиона дурно воспитаны! Я имела неудовольствие несколько раз оказаться в тех краях проездом - и была неприятно поражена. Ну ничего, мы быстро исправим это. Вот, к примеру, давеча я заметила, что ты совершенно несведуща во всем, что касается светской беседы и хороших манер. На приеме ты совершенно не знала, куда деть руки. А ведь для того, чтобы их занять, существует вот эта вещица, - с этими словами леди Беренис взяла у одной из девушек, брюнетки с задорно вздернутым носом, изящный шелковый веер из слоновой кости, и передала его мне.

Мы остановились у фонтана, и брызги жизнерадостно разлетались в стороны, долетая до нас.

- Что ты знаешь о том, как держать его в руках, моя милая?

- Ну, ээ.... - я замялась, расправила веер, помахав у своего лица, и снова сложила.

- Так я и думала! - Леди Беренис выхватила его у меня из рук, а девушки во главе с Феллой захихикали.

Оказалось, что существуют десятки различных способов использовать веер. Это чудесное изобретение, по словам леди Марло, может выгодно подчеркнуть плавный изгиб изящной женской руки, а может многое сказать тому, на кого он направлен. Существует целая система тайных жестов, с помощью которых женщина может переговариваться с мужчиной. Интересно, а лорд Шерадан знает, что в список обязательных дисциплин леди Марло входит курс заправской кокетки?

- Движения не должны быть столь нарочитыми, так ты только привлечешь всеобщее внимание, - без устали твердила Беренис. - Ну хорошо, а как будет "я готова оправдать ваши самые смелые ожидания".

Секунду я подумала, потом поднесла веер к лицу и стрельнула глазами на Беренис.

- А теперь - "не приближайтесь ко мне, сегодня я не в настроении"?

Полностью закрыла лицо вееров, состроив гримасу отвращения.

Так продолжалось довольно долго. Мой взгляд случайно упал на зарешеченное окно на одном из верхних этажей, в котором я отчетливо видела мрачную высокую фигуру. Убедившись, что Беренис смотрит в другую сторону, я энергично замахала веером на человека в оконном проеме, это должно было означать что-то вроде "держитесь от меня подальше". Кажется, подействовало, потому что он исчез, и я со спокойной совестью продолжила прогулку.

Самое поразительное во всем этом было то, что на горизонте не было ни оболочка, а у нас дождь только усиливался. Я решила выудить из Беренис хоть какие-нибудь действительно интересующие меня сведения:

- А правда, что погода в окрестностях дворца зависит от настроения лорда Шерадана?

Беренис усмехнулась, а Фелла навострила ушки, когда речь зашла о нем.

- Да, это так, - ее голос приобрел заговорщицкий оттенок, и я сразу же поняла - леди Беренис, ко всему прочему, любила посплетничать. - Я, конечно, не знаю всех деталей, но говорят, когда он давал присягу королю, его кровь оказалась привязана к этому месту настолько сильно, что хотя он не стихийный маг, но мы в Индиворе целиком и полностью зависим от перепадов его настроения. А оно, как ни прискорбно, колеблется по шкале от скверного до ужасного.

- Да что не так с его настроением? - удивилась я.

Но она промолчала, сделав вид, что не расслышала моего вопроса.

Мы как раз проходили мимо зеленого лабиринта, и мне вспомнились слова Луки этим утром - он горячо уверял меня, что будет ждать меня здесь. Ни на секунду не поверив в это, я, тем не менее, решила проверить - может, бедняга и правда просидел целый день в засаде? К этому времени он уже должен был бы промокнуть до нитки и заработать насморк.

- Леди Марло, мне очень хотелось бы прогуляться по лабиринту, он не идет ни в какое сравнение с теми, что мне доводилось видеть дома, на Андамионе. Вы позволите?

Беренис царственно кивнула - ей нечего было опасаться, ведь на территорию дворца не проскочила бы и мышь - Индивор тщательно охранялся, вокруг него было установлено особое защитное поле. Поэтому единственная опасность, которая могла бы мне угрожать - это проплутать в лабиринте до вечера и пропустить обед. Ну и скрывающийся в зарослях виконт Лекарон, но об этом-то леди Беренис как раз и не знала. Герцог строго-настрого запретил мне тайно встречаться с Лукой - тем сильнее хотелось нарушить его запрет. Из вредности. Недаром ведь говорят - запретный плод сладок.

Я ступила в зеленый лабиринт. Какое-то время я бродила под зонтиком в полном одиночестве, бродя по извилистым дорожкам, окруженная высокими зелеными стенами с обеих сторон. Здесь было так удивительно тихо, словно лабиринт волшебным образом поглощал все звуки. Внезапно чьи-то ладони опустились мне на глаза, поймав в кольцо рук, и голос сзади радостно возвестил:

- Отгадай, кто?

- Лорд Дартмор? - сказала я с ехидством, и не смогла удержаться от смеха.

Трудно даже представить себе такое, не говоря уже о том, что низкий глуховатый тембр герцога никогда не звучал так жизнеутверждающе. Я вывернулась из объятий Луки, и взглянула в его мокрое от дождя лицо.

- А вот и не отгадала, это я, твой покорный слуга и кузен, виконт Лекарон. Соскучилась?

- Мы ведь только утром виделись. Признаться, как-то не успела.

Зря я упомянула об этом, потому что на его лице появилось мечтательное выражение.

- О, этим утром ты была великолепна. Я многое бы отдал, чтобы оказаться по ту сторону ширмы.

Вообще-то он тогда так на меня смотрел, что казалось, он видит и сквозь нее.

Я посмотрела на него с легкой укоризной.

- Ты умеешь говорить только одни пошлости?

- Нет, просто глядя на тебя, только они и приходят на ум, прости.

В его голубых глазах не были и капли раскаяния.

- Если ты хотел сделать мне комплимент, то он получился каким-то сомнительным.

Наверно, я должна была бы рассердиться, но разве можно было злиться на этого золотоволосого любимца судьбы? А он зря времени не терял, и тут же стал опять приставать с расспросами.

- Что у тебя с герцогом, Дэзире? У него на тебя что-то есть, почему ты согласилась на это?

- На то были свои причины. Я приняла решение добровольно.

Это было лишь полуправдой, но мне неприятно было сознаваться перед Лукой в том, что герцог не оставил мне выбора.

- Если ты - не Дэзире, то где ж настоящая наследница? - он практически слово в слово повторил слова, сказанные мной Дартмору в тот памятный вечер.

- Я не знаю, я ничего не знаю. Пожалуйста, не спрашивай меня об этом, ведь лорд Шерадан может счесть наш разговор государственной изменой, - я устало вздохнула, понурив плечи.

- Если узнает. А в мои намерения не входит сообщать ему. В твои, я думаю, тоже?

Вопрос был чисто риторическим. Лука в задумчивости потер гладко выбритый подбородок, и снова широко улыбнулся. Эффект был такой, словно на сером небосклоне вышло солнце.

- Так как же тебя в действительности зовут?

- Давай оставим все, как есть. Для тебя я - Дэзире.

Но он словно бы не слышал меня. Иногда он мог быть очень упрям, этот виконт Лекарон.

- Флора? Лилиан? Розалинда? Вайолет? - ворковал он у моего уха, - знаешь, а ведь лорд Рэйсин сегодня не соврал, когда сказал, что ты самый прекрасный цветок в райском саду Великого Зодчего. У такой красавицы должно быть непременно цветочное имя, верно?

Он заправил за ухо кудряшку, выбившуюся из моей растрепавшейся прически - влага всегда действовала на мои волосы не лучшим образом.

Я уже готова была сдаться под его нежным, но решительным натиском и выболтать ему все - его шутливая болтовня действовала так расслабляющее, и я сама не заметила, как заулыбалась. За мной никто никогда не ухаживал так, как это делал Лука. В этом зеленом лабиринте лестница социального неравенства не разделяла нас по разные стороны. Для Луки здесь конечно, была и определенная тайна, которая непреодолимо влекла его - он ведь сам в этом признался.

Наше общение прервал маленький человек, внезапно выпрыгнувший из-за поворота лабиринта, как чертик из табакерки.

- Ваше высочество, вот вы где! Я повсюду искал вас, - он так запыхался, что уперся ладонями в коротенькие клетчатые бриджи, переводя дыхание. - Ваша матушка посылает за вами уже в третий раз, и нет больше никакой возможности откладывать ваше возвращение домой...

- Черт возьми, Энгус, да ты меня из-под земли достанешь! Я же просил тебя не раскрывать мой титул, - прошипел Лука.

Я отпрянула от блондина, подозрительно глядя в его рассерженное лицо. Так как только у меня был зонтик, я эгоистично оставила его сиротливо мокнуть под дождем.

- Как он тебя сейчас назвал? Что все это значит, Лука? - я напряженно смотрела на него, в любой момент готовая пуститься наутек.

- Не сердись, я как раз собирался тебе сказать, - он протянул ко мне руки. - Видишь ли, я приехал сюда инкогнито и надеялся сохранить его до поры до времени, - он расстроено поглядел на своего слугу. - Ты все верно поняла, меня угораздило родиться наследным принцем Лоэна...

Дождь усилился, и капли дождя стекали по его мальчишескому лицу. Золотые волосы намокли и облепили его, в его голосе появились действительно умоляющие нотки. Сердце дрогнуло - я думала, он просто волочится за мной, надеясь урвать поцелуй или два, поначалу я даже не исключала шантаж и угрозы. Но этот вчерашний студент не перестает удивлять меня.

- Выходит, я не единственная, кто скрывался. А ведь от меня ты требовал честности, - обиженно сказала я.

- Все не совсем так, то есть, совсем не так... тьфу! - он не мог подобрать слова от волнения. - Когда закончилась учеба в университете и экзамены были позади, я услышал, что моя кузина, графиня Тэссен, претендует на трон Гирамонта. Мне стало любопытно, потому что, как ты уже догадалась, мы с ней знакомы. Но я не хотел, чтобы мой приезд сюда наделал много шуму, поэтому предпочел приехать инкогнито - мало кто знает меня в лицо, а последние пять лет я провел в стенах закрытого Лэнгстона, уехав туда еще подростком. Приезжаю сюда, и вижу тебя - и все, моя жизнь уже никогда не будет прежней, - в его голосе прозвучала нотка отчаяния.

- Ваше высочество, поторопитесь - карета уже заложена и ждет вас, - маленький человек по имени Энгус вновь напомнил о себе.

- Да иду я, иду, - отмахнулся Лука.

Он взял мои руки в свои ладони, и сказал, заглядывая мне в глаза:

- Мне очень жаль, Дэзире, но я вынужден покинуть твое общество. Надеюсь, Дартмор не будет слишком третировать тебя. Я скоро вернусь за тобой, кем бы ты ни была на самом деле.

- Вернешься? Но зачем?..

Мой вопрос так и остался без ответа.

Стоя под проливным дождем, я растерянно смотрела на удаляющуюся и промокшую насквозь спину его упрямого высочества.

- Ваше величество, где вы? - откуда-то из-за угла раздался противный голос статс-дамы.

Даже и не подумала отвечать.

Я слушала, как крупные капли тарабанили по листьям аккуратно подстриженного кустарника.

Он ведь наверняка простудится.