Ремельгас Светлана: другие произведения.

Morti proximus

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


 Ваша оценка:

  'Если ты любишь меня, но только если по-настоящему любишь...' - Не выдержав, она перестала читать. А секунду спустя продолжила, подняла к глазам истертый листок. - '...сделай это. Но если решишься, сделай в точности так, как я написал'.
  За окном плескался ясный весенний полдень: всей зеленью, всем солнцем своим. Выждав, она, точно одурманенная, снова заглянула в письмо. Хотя письма пишут живые живым, и ей никак не удавалось прогнать эту мысль.
  'Знаю', - писал он, - 'ты можешь захотеть позвать кого-то в помощники. Но хотя это принесло бы тебе облегчение, хотя ничего не хочу я больше, чем облегчить твою ношу, этого допустить нельзя. Ни один посторонний не должен проникнуть в нашу тайну'.
  'Ни один посторонний...' Она встала, беспамятным жестом расправив черное платье. Прошла через комнату, толкнула дверь, ступила на веранду. Пустой сад приветливо лежал перед ней, пустой дом ждал позади. А ведь она и вправду могла бы кому-нибудь заплатить. Кому-то бедному, кому-то голодному, бездомному и отчаявшемуся, кто за сдельную цену осуществил бы то, о чем говорилось в письме. Она пошла бы на это. От безысходности - и от надежды, быть может. Но сделать это самой...
  Дом ждал позади, пустой, но не совсем. Внутри осталось письмо. Письмо и другие бумаги. Ведь он справил все по закону, вызвал юриста и написал завещание. Оставил ей все: деньги, коттедж далеко в предместьях, свою квартиру в городе, автомобиль, в котором они так много катались, пока болезнь не сточила его. И тело, опустошенное этой болезнью.
  Оно было сейчас в морге, разумеется. Застыло в одной из тесных камер. Но иногда ей казалось, что сам дом стал теперь частью морга, она почти чувствовала этот стылый холод. И все никак не могла решить.
  Сначала, конечно, ее реакцией был ужас. Но время шло, и ужас затих. Из-под него, как первые цветы из мерзлой земли, проросло любопытство. Что, если это не болезнь свела его с ума. Что, если в его словах был смысл? Ведь он писал так уверенно. Писал так складно. Так убедительно.
  И этим ясным, теплым полуднем, увидев, как ранняя бабочка садится на едва покрытый листвой куст, она, наконец, решилась. В конце концов, он все равно мертв. Ему не станет уже хуже. И его нужно похоронить.
  Сумерки только начали сгущаться, когда она забрала тело. Показала все документы, встретив не один тревожный взгляд. Ей пришлось нанять специальную машину и научиться не отвечать на вопросы. Но только расплатившись с грузчиком - и увидев, как тот, оглядываясь, заводит мотор, она поняла, что за пропасть разделила ее утро и вечер. Однако она сделала выбор, и отказ теперь стал бы предательством.
  Темнота опустилась на город, густая, безлунная темнота, и до утра было еще далеко. Она купила все, что посчитала необходимым, днем. И, разумеется, просчиталась. У нее ведь не было опыта в такого рода делах. Но магазины уже закрылись, и пришлось обойтись имеющимся.
  Надев что-то из старой одежды, она расстелила брезент и долго пилила, пока закипала вода в трех больших чанах. Пилила даже дольше, потому что в первый в жизни раз взяла в руки инструмент. Перед глазами то и дело вставал отец - он все время мастерил что-то. Хорошо, что отец уехал, думала она. И пилила, пилила снова, рыдая и вытирая лицо. На нем оставались багровые потеки.
  Потом она варила, и варить понадобилось не один раз, потому что трех чанов не хватило. К счастью, готовить она умела хорошо. Прошло время, и мясо легко отстало от костей. Ей почти не пришлось скоблить. 'Болезнь проникла в мою плоть глубоко, мне нужно очиститься', - писал он. Под утро она развела в саду костер, под защитой сарая, и сожгла все, что смогла отскрести. На пальцах налипли волосы - его волосы. Так сложно оказалось их отмыть.
  Наконец, она закончила. Под первыми лучами солнца разложила кости на веранде, чтоб высохли, а сама пошла умыться. Терла и терла кожу - свою, но помнила только как клочьями отходила его. Оделась во что-то, собрала сумку, разобрала и собрала снова, опасаясь что-нибудь забыть. Всюду стоял этот запах, и она открыла окна настежь. Потом положила лопату в багажник автомобиля - того самого автомобиля, в котором они катались вместе. Потом сложила кости в мешок. И тогда поехала.
  Озираясь по сторонам - потому что соседи наверняка видели. Соседи наверняка заподозрили неладное. Ей нужно было успеть.
  Она и успела. Проделала весь этот путь до загородного коттеджа, и никто ее не остановил. День занимался пригожий, еще теплей предыдущего. 'Только тогда я, может быть, излечусь', - стояли перед глазами написанные слова. Она катила по дороге, а вокруг расстилались поля. Те тоже готовы были к обновлению, еще неделя, и посеянное взойдет. Она думала так и смеялась, а потом плакала, и хотя ветровое стекло было опущено, запах все стоял. Сколько еще раз придется помыться?
  Добравшись до места, она запарковала автомобиль. Дом, старый, с облупившейся краской, ждал ее, такой же пустой, как тот, который она оставила позади. Фамильный дом, как рассказывал он, редко и в одиночестве возвращаясь сюда. Ей довелось побывать здесь лишь раз, да и тогда не внутри. Но сейчас она провернула в замке ключ, раскрыла ворота и въехала.
  Копать пришлось долго - земля вся была перевита корнями. Словно и не желала принимать хозяина. Но принять ей пришлось. Пустой мешок лег рядом с лопатой, кости улеглись внизу. Она разложила их, как смогла, по порядку. Неглубоко, но он и не писал, что нужно закапывать глубоко. Дерн накрыл тайну - их общую тайну. Тайну, которую никто больше не должен узнать.
  Прощаясь, она путала слова.
  Шатаясь, вернулась к воротам. Заперла их и смогла даже уехать. Достаточно далеко. Как остановилась, не помнила. Не помнила и как ее нашли. Много, много чего еще не могла вспомнить, и отец, вернувшись, зря приходил проведать ее. Наконец, лечение стало давать результаты, и месяц спустя ее разрешили забрать. Но все, конечно, уже никогда не было по-прежнему.
  Однажды, через год почти, гуляя с компаньонкой по Кана-Меле, она увидела на улице человека. Как две капли воды похожего на того, кого закопала. Увидела и встретила взгляд ясных глаз на свежем лице. Так много было в том взгляде. Он исчез тут же, все поняв без слов. Компаньонка поддержала ее, когда она оступилась. Держала за руку, когда стала кричать. Решила, что это снова припадок, и спешно отвела домой. Поставила укол, потом еще один и сидела рядом, кляня свою и чужую судьбу. После приехал отец и долго качал головой. Но она знала, теперь знала точно - и лекарства ни на миг не смогли разуверить ее, - что это был он. И что он не солгал.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"