Робинзон: другие произведения.

владыка восточного архипелага

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 6.35*159  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это просто бродилка графомана. Не нужно в ней искать что-то большее.


   Я сидел на горячем песке, до боли в глазах, вглядываясь в морскую даль. Однако во все стороны вплоть до горизонта простирались бескрайние просторы океана, смыкающиеся там с перистыми облаками небес.
   Устало, вздохнув, перебрался под жидкую тень кокосовой пальмы и, прикрыв глаза, попытался заснуть. Однако не прошло и несколько минут, как безжалостное солнце, совершая свой путь, сдвинуло эту тень и продолжило жечь мою и так уже обгоревшую спину.
   В который раз за бесконечный день пришлось нырнуть в прозрачную голубую воду лагуны и, шипя от прикосновения соленой воды к ожогам, в какой-то мере охладить кожу.
   От бессилия что-либо изменить, на глазах появились злые слезы. Смахнув их рукой, нырнул и поймал очередного краба, безмятежно ползущего по песчаному дну. Не выходя из воды, отломал клешни и начал высасывать из них беловатое мясо.
   После скудной трапезы ужасно хотелось пить. Не торопясь, выбрался из лагуны и пошел на самую высокую точку островка, где два дня назад навалил горку из обломков кораллов.
   Сунув руку в отверстие под ней, осторожно вытащил половину скорлупы кокосового ореха с колыхающей на донышке лужицей воды. Бережно отпив два глотка, сунул орех обратно, под кусок полиэтиленовой пленки, именно ей я был обязан своей жизнью. По ней стекала вода, конденсировавшаяся ночью на кораллах, прямо в кокосовую скорлупу. За ночь набиралось около полутора литров воды, поэтому приходилось пару раз за ночь переливать её в другой кокос, чтобы не терять зря драгоценную влагу.
   Иногда я думал, что кусок пленки оказался здесь не просто так, а был специально оставлен той же неодолимой силой, перенесшей меня в один миг из дома, на горячий коралловый песок. Если бы не пленка, то, скорее всего, сейчас на берегу лежал бы мой высыхающий труп.
   -Хотя, чего там! Может, не стоит дальше бороться за жизнь? Всего лишь нырнуть глубже, открыть широко рот и постараться не всплывать хотя бы секунд десять. Этого вполне хватит, чтобы закончить с этой непонятной историей,- периодически возникала мысль в моей голове.
   Вот уже четвертый день сижу голышом на небольшом атолле, где растет полтора десятка кокосовых пальм, и больше ничего нет кроме белого кораллового песка.
   За эти дни на горизонте не показался ни один корабль, не было видно ни струйки дыма, ни паруса.
   Солнце начало клониться к закату, и становилось прохладней. Я прошел к своей лежке, сделанной неподалеку от водосборника и устланной сухими пальмовыми листьями. За эти дни удалось сплести из них и небольшое покрывало, в какой-то мере защищавшее от ветра и дававшее иллюзию тепла. Поворочавшись в ямке, я нашел удобное положение и, накрывшись с головой плетенкой, попытался заснуть.
   Хотя увидеть очередной сон было страшновато. История с ними началась еще месяц назад, когда еще ничто не предвещало, что я окажусь в одиночестве на крошечном коралловом островке.
   Обычно, сон у меня бывал глубоким и без сновидений. Но в последних числах декабря, навалилось много работы и, придя, домой поздно вечером, в пустую квартиру, готовкой ужина себя не утруждал. От безнадеги, поселившейся в душе, ставил на стол бутылку, залпом выпивал стакан водки, заедал его яичницей из нескольких яиц и падал в кровать. Засыпал и просыпался мокрый от пота. Именно тогда пришел первый сон.
   Я висел в черном ничто, без времени и без места. Ощущение одиночества ужасало. И тут прозвучало слово:
   -Ищи!
   Я задергался, пытаясь крутить головой, чтобы понять, откуда пришел голос. Однако в черной пустоте раскинувшейся вокруг меня ничего не менялось.
   Снова меня одолел полубред полусон, который вновь был нарушен громовым голосом.
   -Ищи и обрыщешь долю свою.
   Чернота закрутилась, бешено вокруг, или это я сам крутился в ней, и меня моментально выкинуло из сна в промокшую от пота кровать.
   Следующей ночью я снова висел в пустоте и глядел на небольшой шарик, гостеприимно моргающий голубым светом.
   Опять громовой голос звучал у меня в голове:
   -Ищи, и найдешь то, что хочешь!
   Проснувшись, уныло глядел на бардак, который творился в квартире. Прошло уже полгода со дня смерти жены и детей, и с тех пор я ни разу не делал уборку, да и вообще ничего не делал. Всего, на что меня хватало - ежедневное хождение на работу. Благо там не требовалось соблюдать дресс- код.
   Хотя мой сменщик Вован последнее время морщился при встрече и даже советовал принять душ.
   По небольшому раздумью, я все же решил последовать его совету и как-то по приходу домой выкинул из ванны все грязное белье, набравшееся за полгода, и открыл кран. Тот озадаченно фыркнул и, кашляя, выпустил из себя ржавую струю воды. Дождавшись, пока она станет прозрачной, я залез в ванну и, переключив воду на душ, попытался направить его на себя. И тут включенный в сеть фен, благополучно провисевший на гвоздике несколько месяцев, упал в воду.
   Последнее, что я ощутил, была страшная боль судорогой сжавшая сердце. И наступила тьма.
   Сколько она продолжалась, не знаю, но голубоватый шарик, который я видел в последних снах, вдруг появился и стал приближаться ко мне, понемногу увеличиваясь в размерах, и скоро занял все поле зрения. Я понял, что передо мной планета, покрытая океаном, на котором яркими зелеными пятнами выделялись гряды островов, Ближе к полюсам острова покрывали шапки ледников. Меня со страшной скоростью несло туда, прямо в голубые просторы океана.
   В голове вновь возникла чужая мысль.
   -У тебя есть еще шанс, ищи его здесь.
   Когда очнулся на горячем песке маленького островка, эти слова, еще звучащие в моей голове показались просто издевательством.
   -О каком шансе говорил мой странный собеседник? О шансе умереть не от электричества, а от голода?
   На всякий случай обыскал весь островок, в надежде отыскать свой шанс, но его не было. Прошло четыре дня, в пустых надеждах и ожиданиях. И сейчас лежу в своем хлипком укрытии и пытаюсь заснуть, не зная, что принесет завтрашний день.
   Он принес усиление ветра и плохую погоду, солнце скрылось в серых тучах. Моросил мелкий дождь, колющий иголками, не привыкшую к таким испытаниям, кожу. Волнение понемногу усиливалось, и отдельные волны докатывались до самой высокой части атолла.
   -Надвигается буря!- наконец, дошло до меня. Я принялся лихорадочно собирать еще не улетевшие в воду пальмовые листья и, перетирая их в руках, плести веревку. Между тем ветер становился все сильней. Когда закончил свой труд, волны уже гуляли по островку, как хотели, но были еще недостаточно высоки, чтобы смыть меня в океан.
   Привязав себя к самой, на мой взгляд, толстой пальме, я смог уже в полной мере наблюдать за разыгравшейся стихией. Периодически на голову обрушивались валы соленой воды, и приходилось задерживать дыхание, чтобы ее не наглотаться.
   Страха не было совершенно. Иногда, правда, возникало желание отвязаться и отдать себя на волю волн. Мрачный день пошел к концу, и наступила ночь, ветер продолжал бесноваться, пошел очень сильный дождь, крупные капли текли по лицу и я пил, казавшуюся сладкой, воду. Потом, уже ничего не соображал и только привычно задерживал дыхание, когда на голову обрушивалась очередная огромная волна.
   Очнулся от того, что сижу на песке, все еще привязанный к пальме. Шторм явно утихал. Волны умерили свой пыл и не добегали до ног.
   Непослушными пальцами долго распутывал размокшие листья, и когда отвязался от толстого ствола, с вздохом распростерся на мокром песке.
   Вскоре появилось солнце, с помощью ветра моментально высушившее островок, и вновь возникла проблема пресной воды. От водосборника не осталось и следа, так же как и от кокосов до шторма в изобилии валявшихся на песке. Кусок полиэтилена также улетел в неизвестность.
   Я обследовал все пальмы, обнаружил, что зеленых орехов висит на них достаточно, но добраться до них никак не получалось. Видимо, шторм изрядно подкосил мои силы, поэтому, взобравшись на пару метров по стволу, я неуклонно сползал вниз.
   Плюнув на все, лег на песок и забылся беспокойным сном. Проснулся от сильного озноба.
   -Наверно простудился во время шторма,- мелькнула мысль и сразу исчезла во вновь наступившем беспамятстве.
   Сны смешивались с явью и мелькали, как кинолента. В один из таких моментов я вознесся над своим островком на несколько километров, и с этого расстояния обозревал открывшуюся картину. Далеко на юге виднелась в легкой дымке череда островов. Мой атолл казался крошечной точкой по сравнению с ними.
   Затем я вроде бы расхаживал по островку, и периодически взлетал к вершинам пальм и срывал кокосы. Потом снова наступила темнота.
  
   Сначала появился странный шуршащий звук, затем я услышал женский голос, напевающий на неизвестном языке мелодичный мотив.
   Открыв глаза, обнаружил, нависающую надо мной крышу из пальмовых листьев, повернув голову в сторону, откуда шло шуршание, увидел обнаженную темнокожую женщину с отвисшей грудью, сидевшую на бамбуковом настиле. Между ног у нее стояла каменная ступка, в которой она что-то усердно долбила деревянным пестиком.
   Я хотел позвать ее, но вместо слов изо рта вырвалось какое-то шипение. Но, женщина услышала. Она оставила свою работу, и легко поднявшись на ноги, подошла ко мне. Откуда-то из-за моей головы она достала большую сушеную тыкву и, наклонив, отправила струйку воды мне в рот.
   - Боже! Как было здорово пить прохладную воду с привкусом лимона! Но много пить не дали. Тыква была отставлена в сторону и женщина, широко улыбаясь ртом, полным начерненных обточенных зубов начала забрасывать меня вопросами, смысла которых я, естественно, ни хрена не понимал.
   Поняв, что разговор не получается, женщина кого-то громко позвала, и рядом сразу нарисовались несколько голозадых детишек шоколадного цвета, с любопытством уставившиеся на меня. Но после очередного указания они сорвались с места и исчезли в зарослях, начинавшихся сразу же за легким строением островитян.
   Я опять начал впадать в полузабытье, когда надо мной наклонилось страшное разрисованное лицо. Но сил закричать, или пошевелиться не было, поэтому ничего не оставалось делать, как спокойно смотреть на него. Лицо отодвинулось, и тут до меня дошло, что это просто маска, надетая на лицо плотного мускулистого мужчины. Он, в отличие от женщины, был слегка одет. Кроме маски у него на члене имелся колпачок, наверно с метр длиной.
   -Где-то уже видел подобное,- мелькнуло в голове.
   Тут вновь прибывший снял маску, и я увидел улыбающееся широкоскулое мужское лицо с редкой седой бородой и приплюснутым носом. Оно и без маски впечатляло черными татуировками, покрывающими щеки и лоб.
   Пришедший шаман, или лекарь положил мне ладонь на лоб и от нее сразу пошла волна тепла.
   -Кто ты? - возник вопрос в моей голове.
   -Ничего себе! - восхитился я, - телепатия в диких джунглях.
   -Человек!- как можно сильнее подумал я.
   -Странный человек, откуда ты пришел? - возник следующий вопрос.
   Вместо ответа я представил себя в черной пустоте, несущегося со страшной скоростью к огромному шару планеты, к голубому океану с зеленой цепью островов.
   Рука, лежащая на лбу, вздрогнула. Ее обладатель выпрямился и что-то гортанно прокричал. Затем нацепил маску и принялся прыгать вокруг меня, размахивая коротким копьем с привязанным у его острия пучком сухой травы. За этой пляской внимательно следили уже около двадцати человек, Когда шаман, взмахнув копьем, провел им кровавую царапину на моем животе, все восторженно закричали.
   Мне все эти танцы были уже по барабану, я вновь отключился.
   Когда снова пришел в себя, было темно, теплый ветерок дул с моря, тяжелый запах лесных цветов дурманил голову. Я попробовал привстать, но сил на это не хватило.
   Видимо, моя возня была услышана, потому, что передо мной в вечернем полумраке появилась все та же женщина, в руках у нее был глиняный горшок и что-то вроде ложки. Она присела рядом и начала кормить кашей из полуразваренных, неизвестных мне зерен. После диеты из морских крабов, несоленая и недоваренная каша пошла на ура. Но, все же больше десяти ложек я съесть не смог и обессиленный откинулся на полированный камень, подложенный под голову.
   Женщина погладила меня по голове и ушла. Почти сразу, как ее шаги стихли, из кустов вылезли две девушки. Они тихо переговаривались, оценивающе разглядывая меня. Потом одна из них присела рядом и осторожно погладила член. Как бы я не был истощен и болен, орган отреагировал в нужном направлении. Девушки негромко засмеялись, и сидевшая рядом со мной девица наклонилась, взяла набрякший орган в рот и начала интенсивно двигать головой под непрестанные комментарии подружки. Мне совсем не хотелось прерывать это дело, тем более что вскоре следовало ожидать финиша. Но в этот момент раздались возмущенные крики, и все та же женщина с дубинкой в руках появилась рядом с нами.
   Звучный удар по заднице девицы прозвучал одновременно с моим воплем. Эта сучка умудрилась прикусить мне хер, получив дубинкой по заду! Пока обе девицы удирали в кусты от возмущенной до глубины души, сиделки, я пытался определить, какой урон органу нанесли зубы островитянки.
   Вроде бы раны там не было. Не успел я провести полный осмотр, как появился старый шаман и вдвоем с сиделкой, под светом факела, сами провели полную ревизию всех моих причиндалов.
   После этого шаман протер место укуса какой-то жгучей жидкостью и, погрозив пальцем, удалился.
   Женщина же осталась сидеть рядом, видимо, намереваясь всю ночь охранять мою честь от пытающихся покуситься на неё молодых островитянок.
  
   Прошло два месяца. Я шел по узкой натоптанной тропинке и нес на коромысле две оплетенные ремнями тыквы с водой. Все женщины племени Тирами носили тыквы на голове. Но ученику ваги Умару стыдно подражать женщинам, поэтому пришлось вспомнить детство золотое и сначала выжечь в костре, а затем выскоблить каменным скребком деревянное коромысло, с помощью которого можно было нести сразу две тыквы литров на десять воды.
   Моя рацуха особого внимания не привлекла. Мужчинам племени на такие мелочи было наплевать. Женщины тоже не были в восторге, одни дети, да и то лишь в первое время бегали за мной, распевая дразнилку. Только вага Умару -шаман племени и мой учитель, внимательно рассмотрел каждый изгиб коромысла и затем вернул его мне, не сказав ни слова.
   Так вот я шел по тропе и почти столкнулся с Сахе - девушкой, которая в первый день моего пребывания в племени покусилась на мое семя.
   Лишь через месяц пребывания здесь, удалось понять из еще плохо усваиваемых объяснений ваги Умару, что тогда решался вопрос, как поступить со странным человеком? Военный вождь племени предлагал безотлагательно зарезать его и приготовить на костре, пока тот не умер своей смертью, ведь поедать умерших своей смертью людей и животных - страшное табу.
   Сахе, которая очень хотела стать ученицей ведуньи Гамбы, решила, что если она выпьет семя чужака, это поможет ей в этом нелегком деле. Ведь любому известно, что самый быстрый способ стать шаманом или шаманкой - выпить семя колдуна, которым непременно является этот светлокожий чужак, найденный на Орурума.
   Поэтому ей надо было торопиться, она взяла в советчицы старшую подругу, которая однажды удостоилась чести пить семя воина, чтобы та подсказывала ей, как быстрее это сделать, и они вдвоем отправились на это ответственное мероприятие. Они очень спешили, так, как еще не знали, что вага Умару осмотрел чужака и запретил, его съедать.
   Однако у Сахе ничего не вышло, она просто не успела, бага Мина отлупила ее дубинкой по толстой заднице, и теперь все племя смеялось над неудачницей. Первое время женщины ей вообще не давали проходу, спрашивая:
   -Эй, Сахе! Расскажи, как ты своим неумелым ртом доила вагу Инту?
   Вагой Инта я стал, когда вага Умару официально принял меня в ученики и нанес первую татуировку в виде рыбы на правую щеку.
   Сахе отодвинулась в сторону, давая мне пройти, и встала в ритуальную позу, какую любая девушка племени, как только прошла первая кровь, должна принять при встрече с мужчиной, если сама еще не замужем. То есть повернуться к нему спиной и прогнуться так, чтобы тот мог оценить красоту ее половых губ.
   Я, искоса поглядывая на выдающиеся розовые прелести, прошел мимо, когда услышал тихие слова:
   -Вага Инта, подожди.
   Остановившись, глянул в ее сторону.
   -Чего тебе нужно мената? - высокомерно спросил я.
   Та повернулась ко мне и прошептала:
   -Вага Инта, все смеются надо мной. Неужели тебе жалко немного семени? А я за это могла бы носить воду и убирать катоду ваги Умару, чтобы тебе не надо было заниматься женской работой. И я сплету красивую чинари на твою котеку.
   -Хорошо,- после некоторого раздумья сказал я,- приходи вечером ко мне, надеюсь, в этот раз ты не укусишь меня.
   -Не укушу, я буду стараться!- закричала довольная Сахе и, забыв о приличиях, схватила свою тыкву и побежала к источнику.
   Когда я принес тыквы к катоде и по лесенке поднял наверх, вага Умару, сидевший в трансе, приоткрыл один глаз и сказал:
   -Ученик, я все слышал, ты зря обещал этой менате свое семя. Однако будущий шаман должен держать свои обещания, поэтому я не призываю тебя отказаться от своих глупых, необдуманных слов. Тем более что баге Гамбе, действительно, нужна ученица. А сейчас я расскажу историю сотворения нашего мира, и ты поймешь, что семя нельзя раздавать всяким тупым менатам просто так.
   Вага Умару каждый день рассказывал мне очередную притчу, показывая, как я еще молод и неопытен, поэтому, сдержав вздох, мне пришлось усесться, вывернув ноги, и внимать его рассказу.
   -Сначала ничего не было,- начал свой рассказ старый шаман, - только дух великого Уи летал над бескрайними водами океана. Он летал неисчислимое время, мы не можем себе его представить. Но однажды он встретил подводного духа Анинару. Между ними разгорелась битва, в результате которой на поверхности океана поднялись острова. Не победив друг, друга духи разошлись. Теперь великий Уи мог летать на землей. Когда духи сражались от них во все стороны летели частицы их сущности и становились зверями птицами и прочими гадами. Великому Уи понравилось повелевать ими. Но он остался недоволен тем, что звери и птицы не могли говорить ему абуки и приносить жертвы.
   Поэтому он задумался и создал Ниба- первого человека.
   Ниба сразу понял, что от него требуется и начал сразу петь абуки и приносить жертвы духу Уи.
   Однако дикие звери разорвали Ниба, потому, что он был один и без племени. Тогда великий дух понял, что нужно сделать по-другому. Он взял глину и снова вылепил Ниба и Гану. Отдельно он вылепил мужской ствол и через него вдохнул жизнь в Нибу. А женщина Гана осталась без ствола, и чтобы породить новую жизнь нуждается в мужском семени, которое когда-то Великий дух Уи вдохнул в нашего предка. Поэтому, когда ты делишься семенем с менатой просто так, без всякой полезной цели, ты совершаешь паку, оскорбляешь великого духа Уи. И я должен назначить тебе наказание, потому, что сам дух Уи этого делать не будет, он слишком велик для того, чтобы замечать подобные паки.
   Я, глядя в сторону, осторожно спросил:
   -Учитель, а разве вы тоже не заслуживаете большего, чем замечать мелкие паки своего ничтожного ученика?
   У ваги Умару открылся второй глаз, который, как и первый тоже уставился на меня.
   -Инта, - сказал он,- я заслуживаю гораздо большего, чем иметь такого ученика, как ты. Но раз другого у меня нет, я должен терпеливо внушать тебе все то, что должен знать шаман, а ты должен стойко переносить испытания, как юноши, что собираются стать воинами.
   -Но, учитель,- тут же возразил я,- мне же больше лет, чем юношам. Может не стоит так меня мучить?
   -А кто говорит о мучениях,- удивился старик,- сколько дней я требую от тебя сосредоточения, чтобы ты увидел разлитую вокруг силу великого духа, а ты не можешь этого сделать. Хотя, когда был без памяти, несколько воинов не могли сдвинуть тебя с места. Ты же смог воспользоваться этой силой. А сейчас ничего не получается. Это говорит о неправильных мыслях в твоей голове. Поэтому, чтобы заставить их двигаться в нужном направлении, тебе нужен толчок. И этим толчком, надеюсь, станет мое наказание.
   Мне прекрасно было известно предстоящее наказание. Если когда-то в детстве бабушка ставила меня на горох на десять минут, то зловредный старик опять посадит меня колючие плоды тероа, и будет всю ночь ждать, когда я достигну просветления.
   Я по-честному, с того времени, как понял, что от меня требуют, пытался увидеть этот океан силы, или просто непонятной энергии, которая разлита вокруг по утверждению шамана, но, к сожалению, ничего увидеть не мог. Наверно, здесь большую роль играл природный скептицизм, благодаря которому, в прошлой жизни легко отбивался от различных коммивояжеров, цыган и прочих экстрасенсов. Мне никак не удавалось поверить и всерьез отнестись к словам учителя. А воспоминания о полете вокруг пальм на атолле я отнес на счет своего бредового состояния.
   Уже почти полночи я сидел на плодах тероа. Давно убежала Сахе, получившая, то, что хотела, на прощание, надев на мою достаточно объемную котеку, чинари, сплетенную из сушеной водоросли красного цвета.
   Небесная сфера уже повернулась почти на треть окружности и звезда Геза оказалась за моей спиной.
   Вначале меня ужасно кололи колючие орехи, но я боялся ерзать под бдительным взглядом ваги Умару. Потом ноги начали затекать, и боль уменьшилась. Но зато от напряжения заболела спина и шея. Жалкие попытки закрыть свой разум от окружающего успеха не приносили. И хотя прошло по прикидкам уже около четырех часов, ночь казалась бесконечной. Я закрыл глаза и пытался задремать. Наверно так и случилось. Мне опять начал снится сон. В этом сне я парил в воздухе, над океаном, по которому пробегали сполохи ярко синего света. Они становились все выше и выше, начали доставать меня своими острыми языками. Каждое такое прикосновение пробегало по мне, как огонь, и я инстинктивно изгибался, стараясь избежать этих сполохов. Но вскоре они начали пробегать прямо через меня, оставляя ощущение непонятной силы. Неожиданный удар по спине заставил очнуться.
   - Отродье ленивой черепахи!- кричал вага Умару и огрел меня дубинкой еще раз, - ты чуть не улетел на встречу с великим духом Уи!
   Я открыл глаза и ахнул. Все вокруг было залито переливающимися волнами света, всех цветов радуги. Эти волны около меня закручивались причудливыми изгибами, так же как и вокруг учителя.
   Но что-то было не так. И тут я сообразил, вага Умару бил меня по спине, не наклоняясь. А я висел перед ним в воздухе, в сидячем положении, скрестив ноги. Таким образом, я бессознательно решил проблему колючих плодов под своей задницей. И только веревка, привязанная к правой ноге, удерживала меня от того, чтобы не улететь еще выше.
   -Так вот зачем учитель привязывал меня!- только сейчас дошло до моей глупой головы, до сего момента не верившей ни в какую магию.
   -Вага Умару поднял руку, и сполохи закрутились над ней огромной воронкой. Он направил эту воронку на меня, и в этот же момент мое тело резко потяжелело и шлепнулось на бамбуковый пол катоды.
   -Уууу!- невольно завопил я, упав на шипы тероа.
   -Аааа!- закричал вага Умару, потрясая откуда-то взявшимся у него в руке, копьем, - я, великий шаман племени Тирами, исполнил клятву, данную Великому духу Уи. Новый шаман племени увидел его силу и смог ей овладеть!
   Он резко замолчал и потом еще раз треснул меня дубинкой.
   -С этого момента тупой ученик для тебя начинается другая жизнь, все, что ты испытал в этой для тебя останется только сладким сном,- сказал он напоследок, после чего улегся на подстилку и сразу захрапел.
   Действительно у меня началась новая жизнь. Она разительно отличалась от первых дней пребывания в племени, когда я ни черта не понимал этот язык, и мне приходилось учить его, получая затрещины и тычки от своего учителя. Никогда не был полиглотом, и даже из английского языка у меня в памяти не осталось ничего, кроме слова shit, и то оно было подхвачено у одного из приятелей.
   Как ни странно, но у ваги Умару не было никаких амулетов, облегчающих запоминание. Поэтому пришлось учиться всерьез. Немного подумав, я для улучшения запоминания решил записывать слова острой палочкой на натертой темным воском доске. Учитель, увидев в первый раз мои труды, сразу понял, что я делаю, и с видом превосходства снял с тотемного столба, стоявшего в центре его катоды, пук плетеных веревочек, завязанных причудливыми узлами, и сунул мне под нос.
   Таким образом, я напросился еще и на изучение узлового письма, что совсем не добавляло оптимизма на ближайшее будущее. Спасало только то, что словарный запас у племени был не очень велик, хотя его скудность компенсировалась порядком применения слов в предложении, интонациями и прочими ухищрениями. Итак, после двух месяцев жизни на острове Каренану, что означает остров с высокой горой, я мог достаточно хорошо разговаривать лишь с учителем. Когда рядом о чем-нибудь болтали женщины, мне не было понятно ни слова, а они дружно смеялись, когда я пытался что-нибудь у них спросить. Я как-то сказал об этом ваге Умару, на что тот пренебрежительно махнул рукой.
   -Их никто не понимает, ученик. Настоящий мужчина не обращает внимания на женские разговоры и смешки. Женщины тем и отличается от мужчины, что много говорят и смеются без повода. Главное, чтобы ты понимал, что я тебе говорю, - наставительно закончил он свою речь.
   После того, как я смог увидеть океан силы великого духа Уи, вага Умару заметно приободрился. Для начала он сообщил об этом событии обоим вождям. Так, что днем, когда я пытался, используя таинственную силу, поднять в воздух мелкую ракушку, нашу катоду посетили военный вождь вага Мбару и вождь селения вага Утара.
   Вага Мбару - здоровенный туземец выше меня на голову, с телом, исполосованным шрамами так, что трудно было понять, где идут ритуальные, а где боевые отметины. За спиной у него висела сабля из черного дерева. А длинная котека почти упиралась ему в подбородок.
   -Интересно,- подумал я,- как можно воевать с такой здоровенной калабашкой. К груди он ее привязывает, что ли?
   Вага Утара, видимо тоже в прошлом был воином, потому, что его тело также было в шрамах. Он был толст и неуклюж, но, судя по глазам, он был очень даже себе на уме. И котека у него была не такая длинная, как у ваги Мбару, но зато в два раза шире.
   Я, увидев начальство, шустро вскочил и поклонился, как меня учил вага Умару. Видимо сделал все верно, потому, что тот, стоя на шаг сзади вождей, благосклонно мне кивнул.
   - Говорят, что вага Инта начал понимать человеческий язык,- ни к кому не обращаясь, басом сказал вага Мбару,- это хорошо, потому, что я не раз за прошедшие дни сожалел, что мы не съели его тощие окорока сразу, как нашли лежащим без памяти на песке острова Орурума. Его спасло только то, что на острове не нашлось достаточно хвороста, чтобы зажечь очищающий огонь.
   Меня речь военного вождя не очень напугала, потому, что я точно знал, что сейчас представляю строгое табу для поедания. Другое дело, что для племени Оримба, живущем на другой оконечности острова, это табу ничего не значило.
   Подожди вага Мбару, - вступил в извечную игру в плохого и хорошего полицейского, вага Утара,- ты же знаешь, что предсказал великий дух Уи устами ваги Умару.
   -Знаю, - мрачно пробубнил вага Мбару, - и мне не нравится это предсказание, но мы только жалкие мошки в руках Великого духа.
   Он повернулся к ваге Умару.
   -Шаман, пусть твой ученик покажет, чему он научился за то время, что его кормили и поили наши женщины,- приказным тоном сказал он.
   -Ни хера себе залепухи!- мысленно ахнул я,- это меня то кормили и поили? Да я пахал, как папа Карло, мотыжил поле с маниокой, собирал папайю, таскал воду для полива, и до кучи, готовил еду для ваги Умару и доедал его объедки.
   Вага Умару, которому, насколько я понял, моя готовка пришлась по душе, явно не понравился тон вождя, он слегка нахмурился на слова ваги Мбару и сухо спросил:
   -Я что-то не понял, ты с кем сейчас разговаривал, Мбару?
   То, что он пропустил слово вага, по понятиям племени Тирами было страшным оскорблением.
   Вага Мбару побагровел так, что это было заметно даже на его шоколадной коже. Он глубоко вдохнул и потащил саблю из-за спины.
   Мой учитель даже не дрогнул, в его руке моментально оказался любимый ассегай, с которого слетела толстая оранжевая молния, ударившаяся в песок. В месте удара мгновенно образовалась лужица расплавленного песка, рдеющая малиново-красным цветом.
   Сабля вождя вернулась на место. Очередная схватка за место в племенной иерархии осталась за учителем.
   Он повернулся ко мне и равнодушно предложил:
   -Вага Инта подними ракушку, как делал сегодня много раз!
   Мои уши запылали, я все утро без успеха возился с этой раковиной. Сила послушно закручивалась вокруг рук, головы, но не желала даже на миллиметр, сдвинуть эту хреновину.
   Я повернулся и, без особой надежды, попытался поднять ракушку, к моему удивлению, она сорвалась с места и пулей улетела в лесную чащу.
   Вага Мбару раскрыл рот в удивлении, а вага Утара подозрительно поглядывал на вагу Умару.
   На душе сразу полегчало. Учитель помог в этот раз своему бесталанному ученику. Вопрос оставался только в том, что случится, когда ему надоест помогать в очередной раз?
   -Надо постараться,- думал я,- чтобы ему приходилось помогать,, как можно меньше.
   После этого события, вождей я ничем больше не интересовал, и они ушли, оживленно переговариваясь. Вага Умару укоризненно глянул на меня и также ушел в катоду, под тень пальмовой крыши, оставив меня на жарком тропическом солнце поднимать следующую ракушку.
   Однако, не прошло и недели, как я нарушил сосредоточение учителя воплями, что у меня все получилось.
   Вага Умару, равнодушно посмотрев на ракушку, висящую в паре сантиметров над моей ладонью, предложил:
   -Теперь займись подъемом двух ракушек.
   Я возвратился на свое место изрядно разочарованным, потому, как рассчитывал хотя бы на пару слов одобрения. Однако, поразмыслив, решил, что все правильно, нечего расслабляться. Хватит и того, что я почти забыл о работе с тяпкой на поле и готовку еды ваге Умару. Теперь пищу вновь готовила бага Мина, очень довольная этим обстоятельством и еще больше она была довольна тем, что ей не надо носить воду, и убирать катоду, этим занималась глупая мената Сахе, необдуманно давшая обещание молодому шаману.
   Так, что вага Умару был по-своему прав, когда требовал от меня большего прогресса.
   На подъем одновременно двух ракушек у меня ушло всего два дня, а вот на девяти раковинах мой прогресс затянулся.
   Учитель, обеспокоенный отсутствием продвижения в учебе, наконец, снизошел до меня и долго стоял рядом, наблюдая, как я, манипулируя потоками силы, одновременно поддерживаю в воздухе восемь ракушек, но, как только пытаюсь поднять девятую, вся конструкция, выстроенная в воздухе, рассыпается.
   -Инта,- укоризненно сказал он,- сколько раз я говорил тебе о сосредоточении. Тебе его пока не хватает. Сейчас ты должен все внимание отдать работе с ракушками, а не смотреть краем глаза, что делаю я, или, куда отправилась бага Мина. Для тебя должен исчезнуть весь мир на это время.
   Тут он сразу оговорился:
   -Конечно, шаман может так делать, только пока учится и в безопасном месте. Как только овладеешь сосредоточением в полной мере, ты должен начать совмещать волшебство и наблюдение за окружающим тебя миром, иначе долго не проживешь.
   Я редко слышал от учителя подобные тирады, в учебе он больше пользовался своей дубинкой, синяки от которой у меня не проходили. Однако с каждым днем дубинки я получал все меньше, а учебу все больше.
   Через месяц после того, как я в первый раз увидел, силу великого духа, которую стал называть про себя маной, мне уже удавалось спокойно поднимать больше сотни ракушек и кружить их в воздухе причудливыми узорами.
   Так, как вага Умару не баловал своих соплеменников подобными развлечениями, мои упражнения собирали десятки любопытствующих детей, гроздьями висевших на пальмах вокруг места, где я тренировался. Периодически оттуда раздавались восторженные вопли, когда закручивалась особо красивая спираль из ракушек.
   Дни в учебе проходили незаметно. Постепенно вага Умару стал привлекать меня к лечению больных, каждый день появлявшихся около его катоды.
   Вначале я просто стоял и смотрел, как та же сила, что могла превращаться в молнии, или держать в воздухе предметы, под чуткими пальцами учителя проникала к больному органу, и тот под ее воздействием начинал восстанавливать свою функцию.
   Потом я начал собирать и передавать ему ману, когда в этом была необходимость. Так, к примеру, случилось уже через несколько дней, как я начал этим заниматься.
   Шумная толпа принесла мальчишку, со страшными ранами на голени. Его укусила акула, к счастью это случилось на отмели, и она не могла сразу стащить его в глубину. Прибежавшие на крики взрослые быстро убили хищницу, а мальчишку понесли к шаману.
   Я смотрел на лежавшего без сознания парнишку лет восьми с огромной раной, в которой виднелись кости, одна из которых была сломана, и думал, что здесь может помочь только ампутация.
   Однако вага Умару думал иначе.
   Бага Мина по его приказу тут же принесла циновку, на которую перенесли раненого и шаман сел с ним рядом..
   Стоило ему положить руки на рану, как все присутствующие быстро испарились, никто не хотел попасть ваге Умару под горячую руку.
   А тот в это время своими не очень чистыми руками сопоставил отломки малоберцовой кости и стянул края раны так близко, как возможно.
   Стоя рядом, я отчетливо видел движение маны в его руках. Потом она, мерцая искорками, начала расходиться по коже и мышцам голени. Прямо на глазах края кожи начали разрастаться, закрывая собой срастающиеся мышцы, и через несколько минут рана исчезла, на ее месте оставалось только небольшое углубление.
   Вага Умару устало откинулся назад и хрипло приказал:
   -Давай силы сколько можешь!
   Я положил ему руки на плечи и через секунду чуть не рухнул на землю. Старик высосал все и даже больше.
   Ко мне тут же подскочила бага Мина и подала скорлупу кокоса с бодрящим напитком. Я выпил его залпом и устало уселся на землю, рядом с учителем, чтобы смотреть, что он будет делать дальше.
   Мальчишка пришел в себя и начал смотреть по сторонам. Он попытался встать, но учитель остановил его рукой. А бага Мина дала ему выпить того же напитка, что и мне.
   Когда вага Умару вновь положил руки на голень больного, исходящая из них мана, как бы осветила все сосуды и сухожилия, проходящие в этом месте. Было хорошо видно, как они, извиваясь, удлиняются и срастаются друг с другом.
   -М-да, - подумал я скептически, - тут анатомию надо знать на пятерку, если соединишь не то, что нужно, будет не очень хорошо.
   Когда учитель закончил свою работу, я понял, что мне до того, что он делает, еще долгие годы учебы и труда.
   Однако небольшие порезы и ранки я научился лечить довольно быстро. И вскоре стал лекарем для детей.
   Вага Умару с большим удовольствием объявил всему племени, что его ученик будет лечить легкие травмы и раны. Хотя чего он так радовался, мне было непонятно. Все равно к нему с такими травмами никто не обращался. А вот ко мне пошли сначала по одному два, а потом и по десятку пацанов, порезавшихся или подвернувших ногу. Особо шустрые пройдохи, ухитрялись прибегать ко мне по два раза в день.
   Потом пошли редкие девочки с матерями, а затем потянулись и девушки, вначале долго демонстрировавшие мне в ритуальной позе все свои прелести, соблазнительно крутя ягодицами, а затем предъявляли к осмотру какую-нибудь маленькую ранку на пальце.
   Вага Умару смотрел на их ухищрения с усмешкой, так как давно предупредил, что брать жену мне не позволит еще очень долго. Но девицы то об этом не знали.
   Когда начался сезон дождей, я с удивлением понял, что провел в учебе полгода. Время летело незаметно. Прошлая жизнь вспоминалась смутно, потеря жены и детей подернулась легким флером забвения, хотя иногда на меня все же наваливалась хандра. Впрочем, она быстро лечилась дубинкой ваги Умару.
   Уже не казалось странным, что живу среди дикарей - каннибалов, пожирающих человеческое мясо, берущих в жены девочек, как только у тех пройдут первые месячные, воюющих с соседним племенем и хранивших на родовых столбах в катодах сушеные головы врагов.
   Кстати, у вагу Умару на тотемном столбе висели две засушенные головы шаманов племени Оримба, размером с кулак, и он каждый раз, когда колотил меня дубинкой, показывал эти головы и напоминал, что моя глупая голова может легко оказаться на таком же столбе у шамана этого племени.
   Я, однажды, воспользовавшись хорошим настроением учителя, поинтересовался, каким образом он смог добыть такие почетные трофеи.
   Каждый воин всегда счастлив, рассказать о своих подвигах и вага Умару в этом ничем от них не отличался. Для начала он рассказал целую историю, как десять дней провел в джунглях, пробираясь к катоде шамана племени Оримба. Потом еще два дня сидел на дереве, ожидая, пока шаман не встанет, так как надо. И тогда он выстрелил в него из короро.
   На вопрос, что такое короро Вага Умару продемонстрировал тонкую черную трубку около полутора метров длиной. Все сразу стало понятно, но для приличия, я все же спросил, как из такой трубки можно убить человека, а тем более шамана.
   Вага Умару расплылся от удовольствия, при возможности рассказать о своих подвигах, для примера он вытащил из толстого, плотно закупоренного бамбукового ствола, стрелу, у той вместо наконечника имелся тонкий шип, с защитным колпачком из коры. А вместо оперения на стреле был своего рода поршень из какой-то губчатой массы.
   -Пойми ученик,- проникновенно сказал учитель,- любой шаман сразу почувствует, что рядом с ним есть владеющий силой духа Уи, и сможет подготовиться к нападению.
   Но если не тревожить силу, а пользоваться отравленными стрелами, то шаман ничего не успеет предпринять. Так и получилось. Вначале я убил вагу Раге, затем вагу Вампу, который удачно вышел под мой выстрел, чтобы посмотреть, что случилось с вагой Раге. Потом я отрезал им головы и спокойно добрался домой.
   - Инта, через год тебе тоже предстоит убить своего первого врага, может, это будет и не шаман, но ты должен все равно добыть свой первый амулет. А как выделать голову врага в горячем песке, чтобы она не потеряла форму, я тебя научу,- закончил свой рассказ на этой ноте вага Умару.
   После рассказа учителя, я уже так беспечно не разглядывал, окружающие нашу катоду, густые заросли. Все время чудилось, что там пробираются вражеские лазутчики Оримба с короро в руках, для того, чтобы под корень извести шаманов племени Тирами.
   Заметив мои страхи, вага Умару, хмыкнул и показал приемы, с помощью которых можно обнаружить врага за несколько сотен метров. После чего многообещающе похлопал дубинкой по своей ладони, намекая, как будет проходить проверка усвоения, показанных умений.
   Вторая половина сезона дождей подходила к концу, когда учитель сообщил, что пора мне переходить к преобразованию силы духа Уи в молнию. Я с энтузиазмом взялся за новую стихию, но, как и следовало ожидать, сразу ничего не получалось.
   Вроде, пока я следил за движениями и преобразованием маны, проводимые учителем, мне все было понятно, но, как только пытался повторить все эти моменты самостоятельно, ничего не получалось. Всего, чего я смог добиться за месяц, была небольшая синяя искра между ладонями. Куда уходила остальная энергия, оставалось загадкой, и сам вага Умару пожимал плечами в недоумении.
   Он теперь внимательно наблюдал за моими упражнениями, сообщив, что побаивается, что его ученик может ненароком спалить половину поселка. Когда я пожаловался, что никак не могу научиться контролировать себя, он снял со столба одну из узелковых бечевок и, перебирая узелки, начал рассказывать, что должен делать ученик шамана, который хочет научиться бросать молнию. И тут он сказал интересную фразу:
   -Как учил великий белый шаман, Орегану, необходимо, познать самого себя.
   Меня, естественно заинтересовали слова насчет белого шамана. Не очень охотно и не сразу, но вага Умару рассказал, что в старые времена на берег племени Тирами приплыла лодка со странным светлокожим человеком. Его хотели убить и съесть, но чужак сам убил нападавших, а остальных обездвижил, в том числе и шамана. Потом, каким-то образом, он сумел договориться с вождями и остался в племени. Много лет он был шаманом, воспитал несколько учеников. Именно тогда, с его помощью племя Тирами победило всех своих врагов и стало доминировать на острове. Но однажды за Орегану приплыла большая лодка, и он покинул Каренану.
   Когда вага Умару в первый раз увидел меня, то сразу вспомнил об Орегану, и решил, что я такой же шаман, но потом понял, что великий дух Уи принес меня из другого мира, для какой-то своей цели, а он - вага Умару должен научить меня всему, что знает и умеет.
   Но меня в рассказе шамана заинтересовал больше всего тот факт, что где-то в этом мире живут другие люди и племена, так, что можно оставить унылые мысли о том, что придется всю жизнь провести у каннибалов, и надеяться на лучшее.
   Я с самого начала понимал, что получить какие-либо теоретические основы искусства, которым владели местные шаманы, не удастся. В ответ на мои вопросы, скорее всего, придется услышать слова, так повелел великий дух Уи, или что-нибудь еще в таком же духе.
   Но ничто не мешало принимать эту учебу, не задумываясь, откуда, что берется и как это работает. Может в будущем, если до него доживу, мне удастся разобраться в этих вопросах.
   Поэтому я последовал рекомендации учителя и еще больше времени проводил в медитации. И это была правильное решение. Мои молнии становились все ярче и сильнее.
   Теперь если я шел по главной улице поселка, взрослые воины, мужчины, раньше обращавшие на меня внимания не больше чем на насекомое, теперь уважительно поднимали в приветствии правую руку.
   Тяжкий труд по освоению волшебства был прерван неожиданным визитом ваги Мбару.
   Тот пришел один, взволнованный, и сразу обратился к учителю.
   -Вага Умару. Настало время проверить твоего нового шамана. Наблюдатели сообщили, что на нашу территорию зашел отряд молодых воинов Оримба. Они, как всегда хотят украсть девушек. Все наши воины рвутся в бой, но я хочу, чтобы молодежь показала себя. И шаманом с отрядом должен пойти вага Инта, - добавил он, безапелляционно.
   Вага Умару открыл, было, рот, и сразу его закрыл. В опасное время приказы военного вождя должны выполняться беспрекословно.
   -Мне нужно немного времени, чтобы собрать ученика в дорогу,- сказал он.
   -Собирай, но быстро,- ответил, вага Мбару и ушел.
   -Ну, вот и настал твое время,- радостно сообщил вага Умару,- надеюсь, ты не подведешь своего учителя и вернешься с головой врага, а лучше, если их будет не одна.
   Он зашел в катоду и вышел оттуда с новым покрытым воском короро.
   -Вот тебе оружие, которым ты сможешь убить шамана Оримба, береги его, я делал его целых три луны, специально для тебя.
   Потом он вынес бамбуковый тубус со стрелами и сообщил:- осторожно обращайся со стрелами, поцарапаешь руку - умрешь. Противоядия не существует.
   Это я уже прекрасно знал, так, как принимал участие в варке этого яда из здоровенных черных гусениц и красноватой коры небольшого приземистого растения.
   На прощание вага Умару протянул меня дубинкой по спине, чтобы я поторапливался и на удачу.
   Когда я пришел к месту сбора, там царило радостное оживление, полтора десятка молодых парней, у которых еще не полностью зажили ритуальные рубцы на спине и на порванных ноздрях, возбужденно обсуждали, как они надерут задницу отряду Оримби. В данном случае надрать задницу, означало - убить всех, отрезать головы, освежевать и поджарить пару человек, наесться мяса от пуза, а остальных разделать закоптить и принести в деревню.
   Как ни удивительно, я спокойно слушал эти разговоры, и даже не морщился. Хотя человеческого мяса я еще не ел, но не сомневался, что придется это сделать, иначе меня просто не поймут мои соплеменники, и чем тогда закончится дело, неизвестно.
   Тут к нам подошел огромный воин, весь в шрамах, его котека была привязана веревкой к груди. За спиной висел меч из черного дерева еще больше размером, чем у ваги Мбагу.
   Это был самый сильный воин племени вага Акуни.
   Он оглядел все наше воинство и, сделав несколько замечаний, с обожанием смотревшему на него молодняку, приказал нам выдвигаться в сторону леса.
   Шагом вага Акуни двигаться не умел. Мы бежали гуськом по джунглям. Командир вел нас известным ему одному маршрутом, и мы послушно следовали за ним. Сейчас я с благодарностью вспоминал колотушки ваги Умару, потому, что если бы не его старания, я бы давно протянул ноги, попав ногой в нору уамары, или поскользнувшись на мокрой коре упавшего дерева, или просто запутавшись в лианах.
   Бежал я предпоследним, за мной бежал молоденький парнишка и с оттопыренной губой, через которую был продет колышек. Он, похоже, был очень недоволен, что бежит последним и охраняет мою задницу. Однако, несмотря на мою неплохую тренировку, через полтора часа такого бега я стал выдыхаться и замедлять шаг. Тогда этот мелкий подлец начал колоть меня острием своего копья, когда я особенно выдыхался. Я чувствовал, что еще немного и этот способ перестанет на меня действовать, и я упаду на землю кишащую жуками и муравьями и пусть будет, что будет.
   Но тут неожиданно, наш длительный забег закончился. Я стоял согнувшись, судорожно кашляя и пытаясь отдышаться, когда меня подозвал вага Акуни.
   Свирепо глядя на меня сверху вниз, он заявил:
   -Там за излучиной ручья, лагерь Оримба. Ты должен проверить стоит ли там охранная сеть шамана, и если она есть, попытаться убрать ее. Если не получится, мы отомстим за тебя. Надеюсь, что ты умрешь, как подобает истинному воину Тирами.
   -Понятно,- грустно подумал я,- мне, собственно, будет уже до фени, отомстите вы за меня или нет.
   Однако приказ подлежал выполнению, и я скользнул в заросли, оставив за собой собравшихся в кружок вокруг ваги Акуни молодых воинов.
   Как мне казалось, я крался незаметно. Однако, то тут то там периодически взлетали птицы, что говорило о моей хреновой маскировке. Плюнув на все, воспользовался своими способностями и создал вокруг себя слабый полог тишины, надеясь, что молодой шаман Оримба не заметит его в буйстве силы великого духа Уи.
   Так и произошло. Когда выполз на край небольшой прогалины, то сразу увидел тонкие сине-зеленые нити охранного периметра. На прогалине спали около десятка туземцев, на первый взгляд ничем не отличавшихся от племени Тирами. И только один часовой, опершись о копье, бдительно следил за окружающим.
   -Ну, что Саня,- обратился я сам к себе,- ищи кто тут шаман? Пока все спят, хрен разберешь.
   Осторожно взобравшись на подходящее дерево, сосредоточился и послал слабый импульс силы в одну из охранных нитей. Часовой вздрогнул и начал озираться. Я повторил свое действие. Тут часовой уже не выдержал и пошевелил лежащего с краю воина. Тот сел и начал что-то недовольно выговаривать часовому. Потом встал и вокруг него сразу взметнулись радужные потоки маны.
   -Ага! - обрадовался я, - шаман! Ты то мне и нужен!
   Осторожно достал стрелу из тубуса, снял с шипа предохранительный колпачок. Потом на всякий случай заглянул в короро, не попала ли туда труха, или еще какая грязь. Но полированный изнутри ствол был зеркально чист. Вставил в короро стрелу и на всякий случай положил на развилку ветки еще одну про запас.
   Дальше все делал, как вбивал в меня на тренировках вага Умару. До предела убавил свое воздействие на окружающее, и мысленно слился с деревом. Навел короро на ухо шамана, который вновь собирался улечься на землю. Резкий выдох и стрела с легким шелестом вылетела из короро и попала в щеку шаману, Тот смахнул ее резким движением руки и упал на землю.
   Часовой склонился над ним в недоумении, лучшей позиции нельзя было предоставить. Выдох и вторая стрела нашла свою цель.
   Я сполз с дерева, чувствую, как бешено бьется сердце. Первый раз в жизни я убил людей. Но угрызения совести отсуствовали, было приметно такое же ощущение, когда на охоте завалил крупного зверя.
   Я немного отошел от прогалины и два раза каркнул гуаракой. И чуть не помер от неожиданности, когда передо мной раздвинув листву, появилась татуированная рожа ваги Акуни. Тот, улыбаясь черными зубами, с силой хлопнул меня по плечу. Я от этого дружеского одобрения кубарем полетел на землю. Чем вызвал тихие смешки воинов следовавших за командиром.
   Мы все видели,- сказал вага Акуни,- вага Инта сразил своих первых врагов и может начать делать из их голов кечуали. Вага Умару будет горд, нанести ваге Инте вторую татуировку. А теперь вперед, мы должны убить всех Оримба, покусившихся на наших женщин.
   Он шагнул вперед, и за ним потрясая копьями, двинулись воины, до этого завистливо глядевшие на меня.
   Когда толпа, размахивающая копьями, вылетела на прогалину, Оримба только поднимались, и половина из них сразу вновь полегла от ударов копьями. Вага Акуни выхватил свой меч, и сразу вокруг него образовалось мертвое пространство, которое никто не решался нарушить. Через минуту все было кончено.
   Первым делом с вражеских воинов было сорвано все полезное: ожерелья, амулеты, котеки, и плетеные сумки с едой.
   И наступил момент, которого я больше всего боялся. К счастью на меня никто не обращал внимания, все занимались своим делом. Поэтому мои страдания при отрезании каменным ножом двух голов просто не заметили.
   От свежевания туш я ловко ушел в сторону, сообщив, что мне надо подготовить головы для транспортировки.
   Через два часа толстого Оримба уже жарили на вертеле. Самые голодные, не дожидаясь, пока мясо будет готово, отхватывали обсидиановыми ножами большие куски и впивались в них зубами, размазывая по щекам жир и кровь.
   Вага Акуни сидел довольный на поваленном стволе и дожидался, когда ему повара преподнесут самую лакомую часть - язык.
   Когда тот очутился в его руках, он призывно махнул мне рукой.
   -Вага Инта иди ко мне, разделим трапезу. Я доволен тобой. Теперь мои уши не будут слушать поносные речи ваги Мбару. А вот вага Умару еще раз доказал, что говорит с духами.
   Я сел рядом с вагой Акуни и тот отрезал мне кусок языка чуть меньше половины.
   Когда я взял его в руки и поднес ко рту, мой желудок казалось, полез наружу, и я упал на землю в приступе тошноты.
   -Ну, все! - думалось мне, - вряд ли это понравится моим соплеменникам!
   Вага Акуни встал и только хотел что-то сказать, как у него во рту появился конец толстой оперенной стрелы.
   Воины сидевшие неподалеку попадали, как игрушечные фигурки. И я почувствовал, как непонятная сила прижимает меня к земле.
   Из осторожности я не стал бороться с ней, только тщательнее скрыл ауру, сделав ее такой же, как у остальных.
   Раздались легкие шаги, и на поляну вышел высокий старик в черном плаще, с длинными седыми волосами. У него были вполне европейские черты лица, длинный крючковатый нос, с тонкими крепко сжатыми губами под ним.
   Он молча обвел взглядом представшее перед ним зрелище и поморщился.
   За ним вышли четверо таких же одетых в черные плащи мужчин, только моложе.
   Они вообще с ужасом разглядывали останки человека на вертеле, а двое кинулись обратно в кусты и оттуда послышались звуки рвоты.
   Старик, между тем обходил лежащих на земле туземцев, тех, кто лежал лицом вниз он небрежно переворачивал ногами без малейших усилий. Я видел, как вспыхивает вокруг него сила в это время.
   При взгляде на меня он неподдельно удивился, а когда рассмотрел обрезок человеческого языка в моих руках, на лице у него появилось явное отвращение.
   Тут я почувствовал, что сила держащая меня ослабевает. Старик сделал недвусмысленный жест, предлагая мне встать. Я поднялся и он, пристально вглядываясь, обошел вокруг меня, затем что-то спросил на непонятном языке.
   Пришлось пожать плечами показывая, что ничего не понимаю. Тогда он спросил на ломаном туземном наречии:
   -Ты есть кто?
   -Я вага Инта,- пришлось ответить мне.
   Старик пару минут в задумчивости разглядывал меня, затем, видимо, придя к какому-то выводу, что-то повелительно крикнул своим подчиненным. Те быстро вытащили из закрытых чехлов блестящие металлические палки и начали их собирать в какую-то конструкцию.
   Мне очень быстро пришлось узнать в какую, когда голову сунули в дырку и защелкнули замок, я оказался в подобии колодок, которые когда-то использовали рабовладельцы. Только эти колодки были почти невесомы, как будто сделаны из алюминия. Через час весь наш отряд стоял в одну шеренгу с головами, торчащими из колодок.
   -Вага Инта, сделай хоть что-нибудь,- прошептал мне стоявший сзади меня воин,- ты же шаман.
   И тут же он подавился в коротком кашле, ошейник передавил ему горло.
   Я же был не настолько глуп, чтобы сражаться с могущественным шаманом или магом, не зная ничего, поэтому был занят только одним, чтобы тот не разглядел во мне подобного мага.
   И мы пошли по лесу, пробираясь через поваленные деревья и лианы. За нами оставалась ясно видимая тропа. Старик с пару раз с беспокойством разглядывал ее, но ускорить продвижение рабов, кем мы теперь стали, было не в его силах.
   Так мы шли до позднего вечера без остановки, и только тогда впереди послышался шум прибоя. Когда вышли на берег, я не поверил своим глазам, увидев вытащенный на берег драккар с огромной головой дракона. Около него горели костры с висевшими над ними котлами, рядом с ними расположились десятка два воинов, которые, увидев нас, вскочили на ноги и разразились радостными криками.
   Однако старик двумя словами прекратил это вопли, и все принялись за дело. Нас наработанным движениями освобождали от колодок, связывали и как бревна переносили и кидали в лодки, державшиеся на воде, как только в каждую попадало по пять рабов, она быстро уплывала в океан, где в отдалении виднелся большой парусник, стоявший на якоре.
   Я попал в последнюю лодку и лежал поверх остальных соплеменников, поэтому первым услышал рокот барабанов, доносящийся из-за мыса с левой стороны. Внезапно оттуда показался с десяток пирог, в которых бешено работали веслами гребцы. Еще через пару минут со стороны правого мыса вырвалось еще несколько пирог.
   Гребцы в нашей лодке заголосили и темп гребли усилился. Приподняв голову, я наблюдал, как на берегу суетились воины в кожаных доспехах, пытаясь стащить в воду драккар. И это им почти удалось, тот начал скользить по песку и уже стал покачиваться на волнах, как в него с треском впечаталась огромная молния. Во все стороны полетели доски, люди, и полуразрушенное судно осело на песке. Мертвые или оглушенные воины лежали на песке черными пятнами. С пирог послышался яростный боевой клич племени Тирами.
   -Получите суки!- злорадно подумал я, и в этот момент, молния, пролетев над нами, ударила лодку, идущую впереди.
   -Блин! Вага Умару! Зачем же по своим бить?- с сожалением подумал я. И в этот момент, огненный шар ударил в борт нашей лодки. Однако маг, стоявший на корме, даже не пошатнулся, его аура расцвела огромным, синим цветком, и ничего не случилось. Мы продолжали плыть, как плыли.
   Следующая молния, хоть и была значительно меньше, но превратила в щепки еще лодку.
   Старик, злобно смотря на приближающиеся пироги, поднял руки и на них возник огненный шарик размером с футбольный мяч, Сделав резкое движение, он отправил его в сторону преследователей. Шар ударил в одну из пирог, и та развалилась. В воде виднелись головы воинов, которые упрямо продолжали плыть в сторону корабля.
   С его стороны послышался грохот поднимаемого якоря.
   В итоге к борту парусника подошла только одна лодка, в которой повезло находиться мне. Ее поднимали уже на ходу. Когда мы были на палубе, все паруса уже наполнялись ветром, и судно медленно набирало ход. С пирог, которые были совсем близко, раздались разочарованные возгласы. Напоследок в нос корабля ударила еще одна молния и фигура морской девы, прикрепленная там, с шумом и плеском упала в морскую воду.
   И тут у меня в голове прозвучал ехидный голос ваги Умару.
   -Глупый ученик, не заслуживающий, чтобы его называли вагой, прощай, к сожалению, наши пути расходятся. Великий дух Уи, требует, чтобы ты уплыл на этом корабле. Очень жаль, что из-за этого мне не удастся повесить на тотемный столб голову еще одного тупого шамана белолицых. Уверен, что ты достойно отомстишь им всем за смерть наших братьев. Может быть, мы еще увидимся в этой жизни, пути Великого духа нам неподвластны.
   А жизни твоих спутников я прекращаю. Женщины Тирами нарожают много новых детей. В голове возник образ ваги Умару, сидящего в пироге. В руках он держал несколько сухих палочек. Он одним движением переломил их все. И четверка, лежавших около меня молодых парней, застыла в неподвижности.
   Старик в черном плаще неверяще смотрел на мертвых туземцев. И потом с громко ругаясь, начал пинать трупы. Заодно, несколько ударов досталось и мне.
   Но тут к нему подошел сухощавый, подтянутый брюнет, богато одетый, с висящим на боку палашом. Он начал явно выговаривать старику, показывая на догорающие у берега остатки драккара и развороченный нос своего корабля.
   Ругались они долго, но потом пришли к какому-то компромиссу и ушли в каюту под настройкой. Но перед этим решили вопрос со мной. Как я понял из их жестов, старик отдал меня, для пополнения поредевшего вполовину экипажа.
   Ко мне подошел коренастый моряк, про каких говорят, поперек себя шире. Он с усмешкой оглядел меня и, под смех окружающих, сдернул с меня котеку. Смех сразу прекратился. Кто-то даже присвистнул.
   Ну, что же, мне никогда не приходилось стесняться размеров своего органа. А тут, как я уже заметил, мужики насчет этого дела были не очень.
   Велев подняться, крепыш, поманил за собой. Он завел меня, в какой то отсек, заваленный одеждой и от щедрот выделил драные штаны и рубашку.
   Потом с удивлением наблюдал, как я уверенно надел все это на себя и подвязал штаны веревкой от котеки.
   Когда мы снова вышли на палубу, он ткнул себя в грудь и представился
   -Горм.
   Я в ответ сделал то же самое, и назвал свое имя.
   Горм задумчиво покачал головой и подозвал одного из матросов. Тот мигом принес что-то вроде бархотки и мела и надраил какое-то медное крепление.
   После этого инструмент был вручен мне и показан объем работ, стремившийся к бесконечности. Напоследок Горм поднес к моему носу огромный волосатый кулак, как бы символизирую кары, которые посыплются на мою голову, если я буду плохо работать.
   Все ушли, оставив меня одного.
   Только сейчас я мог оглядеться и немного придти в себя. Парусник ходко шел по курсу, оставляя за собой пенную полосу. Ветер ровно шумел в парусине. На носу тоже шла работа. Там трудились плотники, стараясь заделать уродливое черное отверстие, оставшееся после молнии. Горм суетился там и уже, по-моему, успел кому-то заехать в ухо.
   Палуба была пуста, моих соплеменников скинули в воду на корм акулам.
   Вспомнив о них, я скрипнул зубами. Пусть они были дикарями, каннибалами, но их племя спасло меня, дало приют. А вага Умару открыл для меня удивительный мир магии.
   Уже несколько часов, не замечая времени, я тер тряпкой медяшки, и представлял, как буду убивать мага, который взял нас в плен.
   Но тут хлопок по плечу оторвал меня от дела.
   Я оглянулся и увидел Горма, одобрительно разглядывающего мою работу. Он махнул мне рукой и позвал за собой. Только сейчас я заметил, что экипаж занят едой. Горм привел меня к входу в камбуз, где кок насыпал мне половник каши в оловянную миску. Посмотрев по полкам, он нашел такую же оловянную ложку и потом, что-то долго внушал Горму.
   Я прекратил эту беседу, показав жестами, что как только поем, сразу отдам посуду назад. Оба моряка переглянулись и пожали плечами. Каша была дерьмовая и сварена на сушеном вонючем мясе. Но лучшего я и не ожидал, поэтому съел все до донышка. Когда закончил еду, обнаружил, что вокруг меня собралась толпа зевак, наблюдающих, как ловко дикарь орудует ложкой.
   Запив нежирный обед затхлой водой, я собрался продолжить свой труд. Однако услышал окрик Горма.
   -Эй, Инта!
   Я повернулся к нему и увидел вновь того мага, который так легко расправился с нашим отрядом.
   -Эх, Саня,- снова мысленно вздохнул я,- хреновый ты шаман. Вага Умару одной левой всех их сделал.
   -Инта, идти сюда, говорить,- приказал старик на ломаном языке Тирами.
   Когда подошел и встал напротив, снова его сила поставила меня на колени.
   -Ты есть, принадлежать я, - сказал старик,- когда я тут, ты стоять так.
   Я стоял на коленях, опустив голову, чтобы маг случайно не заметил ненависть в моих глазах.
   -Ты понимать? - спросил старик снова.
   -Понимать,- пробурчал я.
   В это время на палубу хромая вышел один из спутников мага. Его голова была перевязана тряпками, из которых было видно только один глаз.
   Он прихромал к нам и, неожиданно, изо всей силы ударил меня здоровой ногой в бок.
   Что-то хрустнуло в груди, и я упал на палубу не в силах вздохнуть или выдохнуть. Парень хотел ударить меня еще раз. Но к нам подскочил опять капитан судна и яростно заспорил с магом, указывая на работающих матросов.
   По-видимому, ругался за то, что меня вывели из строя, а работать на корабле некому.
   Когда я закашлял кровью, он взвился еще больше и указал магам на дверь каюты.
   Те нехотя отправились туда, недоброжелательно глядя на капитана. Старик тоже что-то выговаривал своему ученику.
   Меня же два матроса грубо оттащили и бросили на плетеный мат лежащий под шлюпкой, после чего оставили в покое. Никому до моего здоровья дела не было.
   -До вечера не оклемаюсь,- думал я,- точняк выкинут за борт. Надо выздоравливать.
   М-да, себя я еще не лечил. Под шлюпкой было темно и не так шумно, как на палубе, а самое главное снаружи ничего не было видно.
   Я сосредоточился и попытался внутренним зрением рассмотреть, что у меня за травма. Два ребра слева были сломаны, и отломок одного из них пробил легкое, и оттуда понемногу поступала кровь и в бронхи и в полость плевры.
   Первым делом я остановил кровотечение, это было нетрудно. Гораздо трудней было совместить отломки ребер и срастить их. Притом необходимо было следить за тем, чтобы аурное облако не выходило за пределы шлюпки.
   Часа через два я лежал весь в поту, но кроме слабости меня уже ничего не беспокоило.
   Я думал, как бы первым делом свернуть шею гаденышу, которого не добил мой учитель.
   Поэтому не мог скрыть радости, когда увидел его забинтованную голову, просовывающуюся под лодку.
   -Неужели сам сука пришел! - обрадовался я, - захотел глянуть, не сдохла ли его жертва.
   С помощью силы мне легко удалось затащить к себе. Зажав его рот рукой, я удостоверился, что никто не видел этого момента и потом с наслаждением сломал ему шею, как только что мечтал.
   Теперь уже сам, высунув голову со стороны борта, внимательно посмотрел по сторонам. На реях никого не было, так же, как и по борту. Я спихнул труп в воду, и вновь улегся на свой соломенный мат.
   Кажется, я заснул, потому, что голоса, раздавшиеся около шлюпки, оказались для меня неожиданными. Сильная рука легко вытащила меня из-под нее. Когда я вскочил, протирая глаза, вокруг раздался удивленный смех.
   Три матроса откровенно смеялись, глядя на мое заспанное лицо. Потом они оживленно заговорили между собой.
   На смех тут же появился Горм, удивленно глянул на меня. Поднял грязную рубашку, чтобы осмотреть травмированный бок. Удивленно поцокав языком, он, что-то сказал несостоявшейся похоронной команде и те разошлись.
   Оглядевшись, я понял, что проспал всю ночь, потому, если судить по солнцу было раннее утро. Горм позвал меня за собой, и мы пошли сторону камбуза. Однако в этот момент моего спутника отвлек голос капитана.
   Погода явно хмурилась. По небу неслись рваные кучевые облака, а на западе чернели мощные тучи. Мачты поскрипывали под порывами ветра, и Горм озабоченно поглядывал на них.
   Капитан стоял на мостике рядом с рулевым и что-то кричал в рупор.
   Горм внимательно выслушал его распоряжение и без всякого рупора заорал так, что у меня зазвенело в ушах.
   Немногочисленные матросы бодро полезли по вантам и начали убирать часть парусов и крепить их.
   Ветер между тем набирал силу и иногда резко менял направление, от чего корабль начинал рыскать, подставляя борта боковой волне. И тогда на нас летела туча соленых брызг.
   Как ни странно, но страха во мне не было. Кроме той картины, которую видели мои спутники, я видел буйство красок маны, которая была повсюду, она сполохами взрывалась в небе, пока еще не совсем покрытыми тучами, спадала водопадом по мачтам корабля. Проходя через меня, она оставляла чувство бодрости и силы.
   Из каюты вышел старый маг. По его виду было заметно, что он изрядно струхнул. Мне сейчас было непонятно, как я вообще его мог испугаться.
   Он поглядел по сторонам и потом полез на мостик к капитану. Капитан начала ему что-то объяснять, но маг только отрицательно качал головой и все шарил глазами по палубе.
   -Ищи, ищи, - злорадно подумал я,- хрен чего найдешь, твой ученичок давно стал кормом для рыб.
   Меня, между тем, оставили в покое, что можно требовать во время надвигающего шторма, от дикаря, который ничего не понимает и только путается под ногами.
   Черные тучи с запада, приближались все быстрее. Матросы убирали последние паруса, когда начался шквалистый ветер. Одну мачту сломало сразу, и она упала поперек судна, резко накренив его. В море полетело, все, что не было закреплено на палубе. Мне пришлось использовать силу, чтобы не быть смытым волной.
   Краем глаза я заметил, как встрепенулся маг и начал, что-то кричать капитану, но тому было не до пассажиров. Собравшиеся вокруг сломанной мачты моряки рубили такелаж, и вскоре она плюхнулась в воду, утащив с собой двух замешкавшихся матросов.
   Парусник выпрямился и перестал захлестываться волнами.
   Маг тщательно держась за поручни, спустился с мостика и начал пробираться ко мне.
   Я видел, как он концентрирует силу, намереваясь запустить в меня огненным шаром.
   Еще в первый раз, когда меня сковало заклинание старика, я заметил некоторые странности в его действиях, потом, когда он запустил огненный шар в пирогу. И только сейчас до меня дошло, что он не видит силу духа Уи, а делает все, выучив наизусть определенные манипуляции, не представляя, что творится вокруг него в это время.
   Мне сразу стало веселей. Легким прикосновением я заставил ману огибать мага и тот сразу остановился, не понимая, что произошло.
   Он злобно уставился на меня и начал что-то говорить, делая пассы руками
   -Ай, болтай, что хочешь,- сказал я, и усмехнулся, а зря.
   Медальон, висевший у него на груди, внезапно засверкал, и выдал разряд молнии, в мою сторону.
   -Ну, ты Саня и придурок!- была единственная мысль, когда я, полуослепший и оглохший падал в бушующие волны,
   Вода, сначала показавшая жутко холодной, обожгла кожу, я заработал руками и отфыркиваясь, вынырнул на поверхность, чтобы сразу получить в лицо удар волны. Корабль уже был метрах в тридцати от меня, и его быстро угоняло ветром. Я лег на спину и начал соображать, что делать дальше. Какое-то время я смогу держаться на воде, за счет своих способностей, но, что делать потом, когда они будут иссякать?
   Размышлял недолго, потому, что получил в бок изрядный толчок, повернувшись в ту сторону, увидел, что рядом со мной плывет отломок мачты, с болтающимися вокруг концами такелажа.
   -Великий дух Уи на моей стороне,- насмешливо подумал я, забрался на отломок, и начал подтягивать к себе один из канатов. Он шел неожиданно тяжело, и вскоре до меня дошло, почему. В нем было замотано тело одного из бедолаг, которых мачта утащила вместе с собой в воду.
   Распутывать его не было никакого желания, поэтому я выбрал другую веревку и ей, уже без проблем, привязал свою тушку к мачте. После чего начал грустные размышления о том, как мне не везет в жизни.
   Ветер и волнение не стихали, и продолжали тащить меня тем же курсом, что и давно скрывшийся из вида парусник.
   Понемногу, несмотря на все старания, меня начало клонить в сон.
   Последняя сознательная мысль у меня была:
   -Интересно, кто меня найдет на этот раз?
   В сознание меня привела резкая боль в ноге. Приподняв голову, я увидел, что на ней сидит небольшая черноголовая чайка, и пытается отодрать кусок кожи.
   -Пошла вон!- крикнул я и, махнув рукой, добавил небольшой удар силой. Растрепанную чайку моментально снесло в воду. Однако не успела она придти в себя, как ее проглотили вылезшие из воды зубастые челюсти.
   Ого! - воскликнул я и вскочил на ноги. Мой нечаянный плот покачивался на небольшой волне, На голубом, без малейшего облачка, небе ярко светило солнце. И прямо передо мной метрах в трехстах, возвышался скалистый высокий берег. Наверху был заметен зеленеющий лес. А еще дальше в туманном мареве проглядывали высокие снежные вершины.
   Слева от меня, почти рядом, на скалистой отмели лежал на боку парусник, с которого меня вчера так благополучно выкинули.
   Минут десять я пристально вглядывался, но никаких признаков жизни на нем не заметил.
   Зато в воде под плотом мелькали неясные тени метров по пять в длину. Оценив эти габариты, решил, что вплавь добираться слишком рискованно, а полета с моими теперешними силами я не потяну. Собравшись с духом, начал двигать отломок мачты в сторону парусника. После того, как занимался только жонглированием ракушек, короткий путь до скал, показался бесконечным и тяжелым.
   Добравшись до борта корабля, первым делом вытер обильный пот, привязал на всякий случай свой плот к паруснику, и затем вскарабкался на палубу. Ходить по ней пришлось под углом почти сорок пять градусов, что было не особо удобным. И первым местом, куда я направился, был, конечно, камбуз.
   Попытка сразу найти воду, не удалась. В бочонке принайтованом к переборке оказалась паршивая водка. Долго плевался после первого глотка, но затем, подумав, отпил еще пару. Вскоре в голове зашумело, и дальнейшие поиски шли с большим энтузиазмом. Воду я все-таки нашел под кучей хлама, собравшейся в углу камбуза во время болтанки. Выпив сразу чуть не пару литров, аккуратно забил отверстие в бочонке деревянной пробкой. После этого хлебнул еще водяры и, решив, что на голодный желудок хватит, отправился на дальнейшие поиски пищи и прочего.
   Однако, когда вышел на палубу, внимание сразу привлекла открытая настежь дверь в каюту мага. Туда я пробирался осторожно, опасаясь, что старый хмырь еще жив. Но, зайдя внутрь, увидел, что тот лежит, пришпиленный к полу капитанским палашом.
   -Ха! А вы то, чего не поделили? - мысленно удивился я и приступил к методичному обыску каюты.
   -Это я хорошо зашел,- пронеслась мысль, когда в плотном водонепроницаемом мешке обнаружил сухой паек в виде сухих лепешек, фляги вина и сушеного мяса, типа индейского пеммикана.
   -А старикашка, запасливый был, сучара!- помянул я мага, запивая сладким красным вином очередной бутерброд - лепешку с завернутой в нее горстью пеммикана.
   После перекуса появилась приличная сонливость. Однако было не до сна. Следовало, тщательно обыскать каюту, а затем и весь корабль, а то я, что-то сильно расслабился.
   Подойдя к трупу мага, взялся за рукоятку палаша и с трудом выдернул его из досок.
   -Здоров, однако, капитан,- подумал я,- интересно, удалось ему спастись, или утонул вместе с остальным экипажем.
   Покрутив палаш в руках, отложил его в сторону, для меня он особой ценности не представлял, так, как мои способности фехтовальщика равнялись нулю. А вот амулет, видневшийся на груди у мага, меня даже очень заинтересовал. Ведь именно им он вчера так приложил, что я сверзился прямо в море. На всякий случай разглядел его внимательней внутренним зрением. В плоском медальоне серебристого цвета, просматривались тысячи извитых каналов, в которых сейчас не было ни капли маны.
   -М-да, это, пожалуй, пока слишком сложно, вага Умару такого не показывал,- решил я и аккуратно снял амулет с шеи трупа.
   Карманов на его одежде не было, так, что шарить по ним не пришлось. Но когда я начал обыскивать вещи лежащие в каюте, то стал обладателем двух десятков золотых монет, странной эллипсоидной формы, нашел крепкий походный мешок из кожи, в который сложил все, что может пригодиться в пути, и даже огниво, кремень и насквозь промокший трут, который решил высушить попозже.
   Конечно, я вполне могу добыть огонь и так, но об этом совсем не следует знать тем, кого могу встретить на своем пути.
   Одежда мага пришлась впору, так же, как и сапоги мягкой кожи. Подумав, я уложил в мешок еще и плащ мага, пригодится для ночлега.
   К стенке каюты был прикреплен небольшой секретер. Ящики его были закрыты, а ключей найти не удалось.
   Когда я попытался воздействовать на замки силой, то понял, что на них наложены охранные заклятия, в которых еще оставалась мана. Приложив руку, выбрал ее полностью и после этого замки, щелкнув, открылись.
   В ящиках лежало еще сотня золотых монет и куча непонятных вещиц. Я не стал заморачиваться их назначением, а завернул все в тряпку и сунул в мешок.
   Взвесив получившийся груз, подумал, что будет тяжеловато, но покажите мне человека, добровольно выбросившего золото, если только в этот момент он не удирает от смертельной опасности.
   Вот именно! Нет таких людей!
   Когда вышел на палубу, первым делом решил открыть задраенный люк в трюм.
   После перекуса силы у меня хватало, так что крышка люка вылетела со свистом и упала метрах в тридцати от корабля. Аплодисментов не последовало, по причине отсутствия зрителей.
   Я лег на палубу и заглянул вниз. Трюм был почти полностью затоплен, а из черной воды торчали головы, руки и ноги туземцев племени Оримба.
   Меня бросило в жар.
   -Ну, падлы, если хоть кто-нибудь остался жив из экипажа, всех грохну сук! - подумал я. Хотя, если подумать, этот гнев был совсем нелогичным, ведь прошли только сутки, как мне предложили съесть язык воина этого племени, а теперь взбесился тем, что моих врагов взяли в рабство.
   Усевшись на горячие от солнца доски, я пытался понять, в чем разница, но, так и не поняв, плюнул и начал искать, на чем доплыть до берега. Потому, что плыть на обломке мачты совсем не хотелось. К счастью одна из шлюпок, осталась висеть на канатах, почти касаясь воды. Мне осталось только перерезать их, что я и сделал. Оставив шлюпку на привязи и кинув в нее весла, пошел шмонать капитанскую каюту.
   Открыв дверь, сразу прыгнул в сторону и чуть не блеванул. Большую часть пола в каюте занимал ее капитан, растекшийся лужей слизи мерзкого вида и запаха. То, что это именно капитан, догадался по останкам одежды и не до конца растворившейся голове.
   -Ничего себе!- мысленно воскликнул я, борясь с тошнотой,- значит так, заканчивают счеты с жизнью, покусившиеся на магов.
   Немного придя в себя, все же продолжил осмотр каюты, стараясь не вляпаться в смердящую жидкость. Однако капитанская каюта разочаровала. Денежный ящик был почти пуст. Не считать же деньгами десяток серебряных монет и пригоршню меди.
   Но, тем не менее, эти деньги я тоже забрал. Но самое главное обнаружилось на переборке.
   На вбитом в ней крючке, висел мой короро, а рядом тубус со стрелами. Дрожащими от возбуждения руками открыл тубус и с удовлетворением обнаружил, что все стрелы в полном порядке.
   -Наверно маг, преподнес оружие капитану в качестве презента,- решил я, и продолжил обыск. Однако, кроме еще одного бочонка вина ничего приличного не обнаружил. У капитана даже сменной одежды, похоже, не было.
   Покончив со сбором трофеев, перенес все в шлюпку и сам спустился в нее.
   Грести веслами одному, вместо двух гребцов было нелегко, но мне спешить было некуда.
   Тяжелая лодка медленно набирала скорость, но, набрав ее, требовала уже значительно меньше усилий. Через двадцать минут подплыв к берегу, обнаружил, что высадится на него невозможно. Высоченные скалы черно серого цвета почти отвесно уходили в воду, не оставив даже тонкой полоски суши, где можно было высадиться на берег.
   Прошептав в уме короткую считалочку, повернул и поплыл направо. Мерно взмахивая веслами, я шел вдоль берега уже около часа, отмель, на которую выкинуло парусник, казалась уже мелким пятнышком рядом с высокими береговыми скалами. И тут берег стал уходить от меня резко поворачивая вправо. Я быстро затабанил левым веслом, немного развернулся и только тут понял, что подплыл к проходу в фиорд.
   - Что же, придется заглянуть сюда, вдруг, что из этого выйдет,- решил я и устало взмахнул веслами.
   Однако довольно сильное течение легко перебороло мои хилые старания и даже начало выносить меня в открытый океан.
   -Ну, уж хер, тебе!- возмутился я и привлек на помощь силу великого духа.
   Моя шлюпка влетела в проход двухсотметровой ширины, как перышко и понеслась, оставляя за собой расходящиеся пенные полосы, вперед по зеркальной воде фиорда.
   А это еще что? - удивился я, заметив какие-то комочки, плавающие по воде стройными рядами.
   Подойдя ближе, понял, что это поплавки сетей, сделанные из коры. С одной стороны на душе стало легче, тем, что появился шанс попасть на берег, с другой стороны было совершенно неизвестно, что меня ожидает на этом берегу.
   Между тем скалы по обеим сторонам фиорда становились все ниже. На них появилась растительность, сначала редкая, а потом все обильнее. Понемногу берега расходились в стороны, а фиорд из узкого водяного рукава превратился в раскинувшееся широкое озеро, пресной воды.
   Течение, так сильно мешавшее при входе в залив, сейчас практически исчезло, и я вновь уселся за весла.
   Оглядываясь вперед после десяти-пятнадцати гребков, я видел, как на приближающемся берегу понемногу проявляются приземистые строения, стоящие среди раскидистых деревьев. За ними местность резко шла в гору, и можно было видеть желтеющие квадраты полей и пастбищ.
   Солнце начинало заходить за белеющие вдалеке горы, когда я, наконец, подплыл к песчаному берегу. Он был очень пологий, поэтому пришлось выпрыгнуть из шлюпки и тащить ее до суши, задевая килем песчаное дно.
   Откуда-то выскочили несколько босоногих мальчишек в домотканых штанах и рубахах и, задавая кучу вопросов на довольно мелодичном языке, начали помогать вытаскивать лодку.
   Помощи от них особой не было, да еще приходилось следить, на всякий случай, чтобы они ничего не сперли из моих трофеев.
   Мальчишки были самые обыкновенные, ничем не отличающиеся от любых других, может, более загорелые с мозолистыми крепкими руками.
   Вытащив шлюпку на песок, я уселся на край борта, чтобы перевести дух. Все же шлюпка весила немало, поэтому пришлось пользоваться силой, да еще и скрывать это от окружающих, что усиливало затраты вдвойне.
   Особого ажиотажа мое появление не вызвало. Но вскоре, к собравшейся вокруг меня куче детей, подошли два вооруженных копьями и кинжалами воина в кожаных доспехах, они разогнали детей по сторонам и устроили мне небольшой допрос, закончившийся ничем, из-за полного отсутствия понимания друг друга. Потом один из них ткнув в мою татуировку на щеке, что-то крикнул мальчишкам и еще через полчаса к нам подошел пожилой толстый туземец в юношеских татуировках племени Тирами.
   Увидев меня, он осклабился полным ртом начерненных зубов и завопил:
   -Вага Грена рад встрече с вагой Инта, учеником великого ваги Умару, да хранит его великий дух Уи!
   Потом он повернулся к воинам и начал что-то им быстро объяснять, размахивая руками.
   Я же тем временем размышлял о том, что как плохо сохранять инкогнито в мире, где твоя татуировка все расскажет о тебе сама.
   Рассказ туземца произвел определенное впечатление, потому, что оба воина явно насторожились и держали оружие наготове.
   Но все же с наличием хоть такого переводчика, мне удалось рассказать, что со мной случилось, и объяснить, как я сюда попал.
   Постепенно народ на берегу собрался в изрядном количестве, все оживленно обсуждали мое появление.
   -Вага Инта,- обратился ко мне Грена,- мастер Ваелин не верит, что ты владеешь силой великого духа Уи. К сожалению, мы не на Каренану, где я за такое святотатство разбил бы ему голову и съел мозг, умоляю тебя, не гневайся, и покажи, чему тебя научил вага Умару.
   Пришлось продемонстрировать свое умение держать в воздухе пару сотен ракушек, что привело в восторг детей и заставило задуматься взрослых.
   Совещалось руководство поселения недолго, меня вместе с вещами отконвоировали до нищенской хижины, где, как стало понятно, обитал мой земеля, вага Грена. Все присутствующие сопроводили нас туда, послонялись вокруг, но, в конце концов, разошлись. Тем не менее, у хижины осталось шесть караульных, очень недовольных, свалившейся на них работой.
   Уже совсем стемнело, когда я с помощью Грена сложил свои пожитки и соорудил что-то вроде постели из веток, травы и кинутого сверху плаща.
   Пока мы всем этим занимались, Грена поведал свою нехитрую историю. Почти тридцать лет назад он вместе с несколькими юношами отправился на лежащий неподалеку атолл, для сбора кокосов. Однако нежданный шторм смыл за борт весь экипаж, кроме него.
   Шторм бушевал несколько дней и в результате принес его на полузатопленной лодке к берегам острова Антеривану. Ему повезло не только в том, что его обнаружили местные рыбаки, главное, что его не выкинули в море, как обычно делали при таких обстоятельствах. Тем летом прошел очередной набег пиратов, и после него разрушенная деревня нуждалась в рабочих руках.
   Так, что его привезли на берег, но первое время держали взаперти, потом, когда он немного стал понимать язык, его освободили, и он по мере своих сил участвовал в восстановлении разрушенных домов.
   Через несколько лет он даже женился на местной женщине, вдове. Нажили они с ней троих детей. Но она умерла в прошлом году. Поэтому он отдал дом среднему сыну, а сам живет на берегу в этой хижине и доволен своей судьбой.
   Рассказывая о своей жизни, Грена, разжег очаг и повесил над ним небольшой клепаный медный котелок. Совместными усилиями мы сварили с ним неплохую кашу на пеммикане. От нее пошел такой запах, что охрана сидевшая снаружи начала недовольно ворчать. Я бы, конечно угостил и их своим варевом, но его было маловато и для нас.
   Когда мы прикончили флягу с вином. Грена улегся на свою постель -натянутую на вбитые колышки, выделанную шкуру, и спросив разрешения взял в руки короро.
   Он осторожно разглядывал его со всех сторон, заглянул внутрь ствола, и потом, вздохнув, сказал:
   - Вождь Ирура после поездки на остров обещал нам посвящение в воины и право носить короро. Но великий дух Уи решил по-другому, поэтому я всю жизнь ловил рыбу и растил детей, среди мирных рыбаков, которые при виде корабля пиратов, убегают в горы и прячутся там, вместо того чтобы грудью встретить врага и убить его, а затем устраивать пляску победителей у горящих костров.
   -Вага Инта! Здесь все по-другому! Может быть, великий дух послал тебя сюда, чтобы я смог вернуться на Каренану, и умереть там, где погребены мои предки? - закончил он вопросом свою прочувствованную речь.
   -Не знаю, вага Грена,- ответил я, глядя в щели потолка, через которые сверкали чужие яркие звезды, - я, как и ты не закончил своего обучения. Ты воин - недоучка, а я такой же недоученный шаман и не могу говорить с великим духом Уи, как это делает великий вага Умару.
   Отговорившись, таким образом, от дальнейших вопросов, я повернулся на бок и постарался заснуть.
   Все-таки режим, вбитый дубинкой учителя, продолжал действовать, несмотря ни на что. Проснулся я как раз перед восходом солнца.
   Вага Грена звучно храпел на своей шкуре, широко открыв рот.
   -Спи-спи, вояка хренов, совсем мышей ловить разучился,- мысленно подумал я и осторожно выскользнул за дверь.
   Количество охранников за ночь уменьшилось до двух человек, да и те, вместо того, чтобы бдительно следить за мной, почти так же звучно, как Грена, храпели у потухшего костерка.
   Я же привычно начал утреннюю разминку, тщательно проделал весь комплекс упражнений и застыл в позе сосредоточения.
   Мир вокруг сразу стал разноцветным и подвижным. Несмотря на то, что видел это зрелище не в первый и даже не в десятый раз, оно приводило меня в состояние близкое к экстазу. В эти мгновения казалось, что я все могу, остановить горный поток, прекратить шторм, или еще что-нибудь эдакое.
   Первое время из сосредоточения меня выводила только дубинка ваги Умару, пляшущая по ребрам, но затем, по мере того, как возрастал контроль над состоянием, я уже сам смог осторожно выходить из этого состояния.
   Неожиданно в окружающем что-то изменилось, почувствовалось внимание, направленное на меня, и негативные эмоции.
   Открыв глаза я обнаружил, что пришла смена караула, и сейчас пожилой здоровый мужчина, пинками пытается разбудить, продолжавших дрыхнуть, охранников.
   На шум открылась дверь в хижине, из нее вышел вага Грена в одной набедренной повязке, потянулся, зевнул и после этого что-то сказал разгневанному мужчине.
   Тот после этого начал колотить провинившихся стражей еще сильней.
   -Что ты ему сказал? - полюбопытствовал я у Грены.
   Тот почесал курчавый затылок и сообщил:
   -Я предложил мастеру Шакте отправить его племянников работать в поле вместе с женщинами, потому, что они не только не могут ловить рыбу, но даже охранять тех, кого не нужно охранять. А чего он вдруг разозлился, не понимаю, я ведь чистую правду сказал.
   После этого вага Грена хитро подмигнул мне. И его широкоскулое лицо расплылось в улыбке.
   В свете наступающего дня хорошо была видна разница между Греной и местными жителями. Без сомнения, в них тоже текла кровь островитян, это было заметно по смуглой коже, чертам лица, и волосам. Но в тоже время, в них присутствовали черты тех пиратов и магов, что похитили меня два дня назад в джунглях острова Каренану.
   Отложив на потом разборки с происхождением островитян, я попросил своего переводчика узнать, что старейшины поселка решили насчет меня.
   Мастер Шакт сразу преисполнился важности и сообщил, что совет старейшин соберется в полдень, потому, что нужно ждать, когда из храма в горах спустится жрец Единого бога, он тоже входит в совет старейшин.
   Упоминание о жреце мне как-то сразу не понравилось, хотя Грена в ответ на расспросы махнул рукой и сказал, что старый Меха выжил из ума, и несет всякую чушь, поэтому его никто не слушает. Совет старейшин еще до сезона дождей отправлял письмо в Антери с просьбой прислать нового жреца, но ответа до сих пор нет.
   Ответ Грены с моей стороны вызвал еще больше вопросов, но толстый туземец сообщил, что пока не поест, не сможет отвечать ни на один из них.
   Поэтому пришлось срочно заняться завтраком, тем более, что я сам был не прочь перекусить. Готовя очередной котелок каши, вспоминал похлебку, приготовленную багой Миной, и только тяжко вздыхал, понимая, что такой едьбы в ближайшее время мне не светит.
   Пока мы перекусывали, на берегу уже появились рыбаки, которые косясь на нас, начали собирать сети, развешенные на ночь для просушки. Вскоре их лодки скрылись в утреннем тумане, хотя стук уключин и разговоры еще долго оставались слышны.
   По мере того, как солнце поднималось выше, туман рассеивался и передо мной открылся обалденный вид на раскинувшиеся просторы.
   -Везет же некоторым,- завистливо думал я,- всю жизнь любуются на такую красоту.
   После короткого завтрака пришлось слегка повозиться, чтобы обезопасить свои пожитки от любопытных. Хоть Грена и заверил меня, что воровства в деревне нет, но, как говорится, береженого бог бережет.
   Однако с рассветом на берег началось паломничество любопытствующих, поэтому пришлось заканчивать разглядыванием местных красот и закрывшись в хижине продолжить расспросы ваги Грены обо всем, что только приходило в голову. Больше всего, естественно, интересовал вопрос, что меня ждет.
   Собеседник заверил, что самым неприятным может стать изгнание за пределы поселения с наказом больше здесь не появляться
   Меня такой расклад вполне устраивал, так, что я с меньшим волнением дожидался полудня.
   К середине дня за мной пришли пара посыльных и мы неспешно побрели по песку в сторону деревни под десятками любопытных глаз.
   Вскоре мы вышли на довольно приличную дорогу, выложенную булыжником, и пошли немного быстрее. Во время пути я понял, что одет гораздо приличней, чем большинство местных жителей, по крайней мере, сапог на ногах ни у одного из них точно не было. Наверно из-за этого многие девушки, провожали меня внимательными взглядами, а были они намного симпатичней, чем девицы племени Тирами. Хотя бы потому, что не протыкали себе уши и ноздри всякими острыми предметами.
   Когда мы подошли к строению, которое по моим представлениям было ничем другим, как забегаловка, меня остановили сопровождающие и через вагу Грену сообщили, что надо немного подождать.
   -Подождать, так подождать, - согласился я и, присев на небольшой валун, начал подкидывать в воздух мелкие камушки, те начали летать по задуманным мной орбитам, ускоряя свой ход. Зеваки стоявшие рядом, открыв рот, глядели на мои упражнения.
   Вскоре вокруг меня стояла плотная толпа, через которую с трудом протолкался мастер Шакт, пригласивший меня зайти внутрь.
   Внутри было темновато, но я был доволен своей интуицией, это действительно была забегаловка. Именно в ней вечерами местные жители отдыхали от трудовых будней.
   Она представляла собой небольшой зал с четырьмя длинными столами и прикрученными к полу скамейками. За небольшой формальной перегородкой был виден огромный очаг и с подвешенными в нем котлами. Еще одна дверь, наверняка, вела в жилые комнаты.
   За одним из столов сидели четверо пожилых мужчин, двух из которых я уже видел вчера. Немного поодаль от них сидел сморщенный седой старик с длиннющей бородой. Чем-то он напоминал Хоттабыча. Вот только его фанатично блестящие глаза говорили, что, скорее всего, у него не все дома.
   Сесть мне никто не предложил, так же, как и ваге Грене.
   Неприязненно глядя на меня, сидящий в центре мужчина что-то сказал моему переводчику.
   -Вождь просит снова рассказать, как ты попал в нашу деревню,- перевел Грена.
   Я, не спеша начал рассказывать свою историю с момента похищения. Слушали меня не очень внимательно, пока не услышали о паруснике, выкинутом на скалы. Тут между членами совета началась перепалка вплоть до хватания друг друга за грудки.
   На нас с Греной уже никто не обращал внимания и тот тихо объяснил, что трактирщик, уже с утра отправил сыновей к разбитому кораблю, оставив с носом менее предприимчивых земляков.
   Однако вскоре перепалка утихла, видимо стороны пришли к консенсусу в дележке предполагаемых трофеев и теперь хотели заняться решением моей судьбы. И тут, неожиданно к жизни пришел монах.
   Он пристально глянул на меня и на беглом языке Тирами спросил:
   -Принимал ли ты сын мой участие в оргиях с поеданием человеков?
   К счастью, на этот вопрос мне можно было ответить отрицательно.
   Сразу после этого я почувствовал волну силы, прошедшую по телу. Жрец довольно кивнул и больше ничего не говорил.
   -А старик то непрост,- подумал я и получил в ответ хитрую ухмылку.
   После этого остальные потеряли интерес к разговору и после непродолжительного обсуждения объявили, что мне надлежит жить у жреца до тех пор, пока тот не посчитает возможным меня отпустить. Если же я что-то имею против этого, то должен буду сегодня покинуть поселение, либо пешком, либо уплыть на свой лодке. Держать меня никто не собирается.
   Я тоже долго не думал и согласился на проживание со старым жрецом Единого бога.
   -Интересно складывается моя жизнь, - думал я, пытаясь успеть за шустрым стариком, - полгода ученичества у ваги Умару, а теперь у меня наставник - жрец Миха. С чего это мне так везет?
   Каменистая дорога круто поднималась в гору, и сейчас приходилось расплачиваться за хомячество, то бишь, нежелание оставлять свои трофеи, нажитые непосильным трудом, в хижине ваги Грены. Отец Миха, как горный козел, стремительно двигался вперед. Я же, груженый, как ишак, весь в поту, уныло плелся сзади.
   Теперь было понятно, почему Грена так насмешливо глядел, когда я навьючивал на себя огромный походный мешок.
   Мы поднимались в гору уже около часа, под палящими лучами солнца, а конца нашему пути еще не было видно.
   -Неужели жителям не тяжело ходить в храм, на горе?- в который раз подумал я, - чего его было не соорудить прямо в деревне?
   И тут за очередным поворотом дороги перед нами появилось невысокая башенка, сложенная из валунов, накрытая деревянной крышей, как у пагоды.
   Отец Миха повернулся ко мне и улыбнулся, показав отличные белые зубы.
   -Вот Инта мы и пришли, - сказал он, - сейчас немного передохнем, а затем предстанем с тобой перед алтарем Единого.
   Так, как моя чуйка, не предвещала ничего плохого, я с наслаждением скинул с плеч тяжеленный мешок, и уселся на него.
   Миха, тем временем исчез в дверях пагоды, и вскоре оттуда послышался заунывный напев, а в воздухе появился аромат сжигаемых трав.
   Через какое-то время отец Миха появился в проеме и поманил меня к себе. Я с вздохом поднялся и пошел к нему.
   Монах взял меня за руку и повел к большой черной плите лежащей в центре округлого помещения.
   Сила диким вулканом бурлила вокруг нее, столбом уходя в небо.
   Мне стало не по себе. Такого в этом мире я еще не видел.
   -Может, действительно здесь живут боги?- в первый раз за время пребывания на этой планете подумалось мне.
   -Положи правую ладонь на алтарь,- негромко сказал Миха.
   Только сейчас я заметил, что на плите имеется углубление, по форме напоминающее человеческую ладонь, но с шестью пальцами.
   Опять же чуйка молчала, и я осторожно вложил ладонь в углубление.
   Пахнуло свежей хвоей и сознание исчезло.
   В себя я пришел на жестком топчане, покрытом грубой циновкой. Пахло выпеченным хлебом. Запах напомнил мне о доме, но каменные стены, сложенные из огромных валунов, сразу подсказали, что дома, увы, здесь нет.
   Приподняв голову, увидел, что отец Миха возится у неказистой печи. Он, как всегда бормотал какую-то мантру, и занимался приготовлением завтрака.
   По солнцу, светящему в открытую настежь дверь небольшого дома, было понятно, что сейчас раннее утро.
   -Неплохо меня вчера приложило!- подумал я, вспомнив, как отрубился, так необдуманно приложив руку к алтарю.
   -Ну, что пришел в себя?- бодро спросил монах, повернувшись ко мне.
   -Вроде бы, да,- неопределенно ответил я и в свою очередь спросил:
   -Я, что сутки спал?
   -Если бы!- хмыкнул отец Миха в ответ,- три дня валяешься, я уже надежду начал терять, думал, все, не выдержал ты алтаря, как и сотня человек до тебя.
   -Тут, он осекся и начал бормотать, что-то невнятное.
   -Отец Миха,- спросил я с подозрением,- получается, я первый выживший у тебя?
   Мне ужасно захотелось прибить хитрого монаха, останавливало лишь одно обстоятельство - не прибьет ли он меня первым.
   Тот по-прежнему продолжал нести всякую ахинею, типа у меня необычайные способности и прочее, а я возмущенно думал:
   -Во, блин! Никому нельзя верить! Если сразу не убьют, так на алтаре зажарят.
   -Инта, - торжественно произнес монах,- ты неправильно отнесся к моим словам, я, как тебя увидел, сразу понял, что тебе суждено остаться в живых после прикосновения к алтарю Древних.
   -Ага, пой ласточка, пой,- подумал я,- рассказывай сказки кому ни будь другому.
   Но вслух спросил про другое.
   -Отец Миха, разве это не алтарь Единого? Ты же сам мне это говорил.
   Монах нетерпеливо перебил меня.
   -Говорил, не говорил, какая разница, это не важно. Главное, теперь у меня есть ученик, которому будет послушен алтарь Древних.
   Только тут до меня потихоньку стало доходить, что фанатичный взгляд отца Михи говорил не о его набожности, а о стремлении докопаться до каких то древних истин и угробить на этом пути столько народу, сколько потребуется.
   -Какой он на хрен, монах! - наконец понял я,- заморочил голову простодушным деревенским жителям, а сам тут занимается своими делами.
   Видимо мои мысли отразились на лице, потому, что старик хищно улыбнулся и сообщил:
   -А ты соображалистый парень, не то, что эта деревенщина. Ну, что же тем лучше, для меня. Сейчас поднимайся, я не собираюсь кормить тебя с ложечки, мне вполне хватило тех трех дней, когда пришлось смотреть за тобой, как за ребенком.
   Я, с кряхтением поднялся, ощущая, как ноет каждая клеточка организма. Выйдя во двор, увидел, что лежал до этого в небольшом домишке, спрятавшемся позади храма. Видимо это было жилье отца Михи. Хотя сейчас у меня были большие сомнения, что он является жрецом Единого бога и заслуживает такого титула.
   Повернувшись в другую сторону, далеко внизу увидел извилистый фиорд, заканчивающийся большим озером, мелкие коробочки домов и людей двигающихся между ними, казавшихся с этого расстояния мелкими двигающимися точками. Океана видно не было, мешали высокие скалы ближе к берегу.
   Я уселся на нагретый утренним солнцем плоский валун и привычно провалился в сосредоточение.
   Может, сказалась близость алтаря, или что другое, но мне впервые удалось выйти из своего замершего тела и воспарить над ним.
   Мир, в котором я оказался, лишь приблизительно копировал настоящий. Все пропорции были искажены, а цвета сдвинулись в фиолетовую часть спектра. Окружающие меня предметы казались полупрозрачными, все вокруг пронизывали потоки маны, только в башне, черным параллелепипедом выделялся алтарь, над ним свивался огромный водоворот силы, уходящий в небеса. Недалеко от алтаря находился еще один черный предмет представлявшего собой квадрат небольшого размера. Я поднял призрачные руки, и мана, концентрируясь в них, струей пошла в сидящее на камне тело.
   Долго пробыть в таком состоянии не получилось, меня почти сразу выкинуло в обычный мир, прямо под внимательный взгляд монаха.
   Отец Миха укоризненно покачал головой и сказал:
   -Торопливость может довести до беды.
   Мне, конечно, хотелось ему сказать много хороших слов, но осторожность, как всегда пересилила. Я поклонился и легко спрыгнул с валуна. Вернулось отличное самочувствие и настроение.
   - Сейчас бы еще пожрать, - мелькнула мысль, -и все будет хорошо.
   Мысль эта до конца не была осознана так, как меня отвлекло появление на озерной глади нескольких кораблей, и похоже, это были пиратские драккары.
   Отец Миха заметил мой взгляд и тоже посмотрел в ту сторону. На его лице появилось выражение, как у ребенка, получившего новую игрушку.
   -Никуда не уходи! - крикнул он, скрываясь в дверях храма, - сейчас вернусь!
   Я никуда не собирался, поэтому продолжал наблюдать, как в деревне забегали люди, и первые повозки появились на дороге.
   Драккары замедлили движение, видимо, боясь сесть на мель. Когда они, наконец, встали на якорь, до берега было еще изрядно. А на дороге быстро двигалась в горы беспорядочная людская толпа.
   Тут ко мне подбежал запыхавшийся отец Миха. В руках у него было большое зеркало, отливавшее странным изумрудным оттенком.
   -Держи!- приказал он мне, -только не урони, оно тяжелое.
   Я крепко прижал к груди тяжеленную штуковину и думал:
   -Все ли дома у моего нового учителя?
   А тот, тем временем внимательно вглядывался в зеркальную глубину, как будто там было что-то интересное.
   -Бородавку на носу разглядывает что ли?- спросил я себя, и в этот момент зеркало будто бы проснулось и начало выкачивать из меня силу, как мощный пылесос.
   -Держись,- крикнул монах и ткнул пальцем в зеркало.
   Над озером пронесся громоподобный звук и вместе с ним с неба опустился огромный палец с кривым черным ногтем. Он навис над одним из драккаров, казавшийся под ним крохотной мошкой и затем решительным движением воткнул его в воду, прижав ко дну.
   Высоченная волна белой стеной начала расходится кругами от этого места.
   Драккары сорвались с якоря и беспорядочно закружили по акватории.
   Но исчезнувший в вышине палец появился вновь и прижал следующий корабль ко дну.
   Отец Миха ожесточенно тыкал пальцем в зеркало, и с каждым его тыком одним драккаром становилось меньше.
   Когда на озере остался единственный корабль, монах озабоченно посмотрел на хилую поленницу дров и пробормотал:
   -Надо бы дров припасти.
   На этот раз на злосчастное судно опустилось сразу два пальца и легким движением утопили его.
   Отец Миха отнял руку от зеркала и начал разглядывать что-то в своих пальцах.
   -Что-то я маловато отломил,- сказал он озабоченно.
   И в это время у него в руке я увидел, быстро увеличивающуюся в размерах палочку.
   Монах размахнулся и кинул ее в кусты за поленницей.
   Оттуда раздался треск, кусты разлетелись в стороны, вырванные с корнем, а на освободившемся месте вместо палочки лежала мачта драккара с оборванным парусом, из которого доносились сдавленные вопли.
   -Никак я еще и пирата умудрился прихватить,- пробормотал озадаченный Миха и повернулся ко мне.
   -Ты понял, что произошло? -восторженно закричал он, -сейчас я подтвердил теорию этого сумасброда - Эйкена!
   Затем он безнадежно махнул рукой и изрек,- чего трачу перлы красноречия перед дикарем, все одно, ни хрена не понимает.
   Мне стало обидно от такого пренебрежения, поэтому мой язвительный ответ не заставил себя ждать.
   -Мне конечно, неизвестно, кто такой Эйкен, но понять ваше волнение могу, - сказал я, - видимо у вас были разночтения по возможности переноса через это зеркало живых организмов. На какое-то время наступило молчание, монах внимательно разглядывал меня
   Однако пока мы разговаривали и переглядывались, вопли под останками паруса начали стихать. Отец Миха вытащил из-за пояса большой нож и начал им разрезать толстую парусину. Я в это время оттаскивал в сторону разрезанные края. Подняв очередной кусок ткани, обнаружил под ним маленького оборванного пирата. Удивившись его размерам, легко вытащил его наверх и только тут обнаружил, что держу за воротник грязную девчонку лет пятнадцати. Хорошо отец Миха не растерялся и ловко выдернул из ее руки острый кинжал, который уже начал протыкать мне живот. Я же, от растерянности залепил ей такую затрещину, что девчонка потеряла сознание уже по-настоящему.
В это время с дороги послышался шум двигающейся толпы, видимо бегущие от грабителей жители, хотели молитвой выразить свою признательность богу.
   -Быстро, прячем девку! - скомандовал Миха, после чего тело девушки беззвучно поднялось в воздух и скользнуло внутрь хижины. В полу открылся, невидимый до этого, люк и его крышка мягко закрылась за влетевшим туда телом.
   Когда возбужденная толпа рыбаков и их домочадцев начала заходить под своды храма, мы с отцом Михой, стоя на коленях, возносили молитву Единому богу. Входящие немедленно падали на колени рядом с нами и молча, внимали проникновенному голосу священника. Однако я заметил внимательные взгляды некоторых присутствующих, бросаемые на приметный палец с черным ногтем, которым отец Миха водил по строчкам книги божьего Откровения. Ведь совсем недавно почти такой же палец, только гигантских размеров, падая с неба, потопил все пиратские корабли, перебаламутив всю воду в бухте.
   Постепенно в словах молящихся начали появляться истерические нотки, каким-то образом до них дошло, что своим спасением они обязаны монаху, которого все считали немного тронутым. Четко уловив ситуацию, отец Миха в цветистых выражениях сообщил, что был удостоен великой чести, на краткое время стать аватарой Единого и защитить свою паству от морских разбойников. После этого сообщения в храме начался полный
   кавардак, все бросились получать благословение святого, отталкивая друг друга. И понадобилось немало времени, чтобы восстановить подобие порядка. К этому моменту отец Миха был изрядно помят, и очень сердит. Увидев его насупленное лицо, народ поспешил убраться из храма, памятуя о недавней судьбе пиратов.
   Никто не рискнул остаться и узнать более подробно суть божественного проявления. Около храма также никто не задержался. Отсюда с горной кручи было хорошо видно множество плавающих в бухте обломков драккаров. Поэтому наиболее здравомыслящая часть населения поспешила туда, чтобы успеть выловить из воды хоть что-нибудь полезное в хозяйстве. Лишь несколько особо любопытных личностей с недоумением разглядывали мачту драккара, гадая, как она могла сюда попасть.
   Однако вскоре и они, боязливо бросая взгляды в сторону насупившегося монаха, побрели вниз по каменистой дороге.
   Наконец, наступила тишина. И сразу как ушло лихорадочное возбуждение последних двух часов, на меня навалилась жуткая слабость, стало темно в глазах, последнее, что я увидел, было встревоженное лицо моего нового учителя.
   Сколько был в беспамятстве не зная, но открыв глаза испытал явное де жа вю. Мое ноющее тело вновь лежало на жестком топчане, в открытую дверь хижины заглядывало утреннее солнце и одуряющее пахло свежеиспеченным хлебом.
   -Интересно,- подумал я, - мне это все приснилось что ли?
   Легко соскочив со своего лежака, вышел во двор и огляделся. Ничего подобного, в разломанных кустах лежала мачта драккара, только парусина с нее была уже снята.
   -Ясненько,- констатировал я,- ни хрена не приснилось, все, оказывается, так и было, вот только куда запропастился мой хозяин?
   На этот мысленный вопрос никто не откликнулся, поэтому пришлось приступить к поискам. Однако отца Михи не было ни в храме, ни в нужнике за хижиной, хотя было ясно, что он только что был где-то здесь. Не мог же хлеб испечься сам? Жрать хотелось со страшной силой, поэтому пришлось одному усесться за стол, взять приличный кусок жареной рыбы, ломоть хлеба и приступить к трапезе.
   Когда подъел почти все, что было на столе, на полу бесшумно открылся люк и из него кряхтя, выбрался монах. Увидев меня, он доброжелательно кивнул, но затем заметил опустошение на столе и скривился.
   Инта!- обвиняюще воскликнул он,- ты съел всю рыбу? Как в тебя столько влезло?
   -Что вы учитель! - оскорбился я, -вам оставлена большая часть, она еще на сковородке.
   -Это хорошо, - без особого энтузиазма откликнулся тот, -тут у нас есть один любитель жареной рыбы.
   Он сделал замысловатый жест, и из темного провала медленно поднялась в воздух вчерашняя девчонка, она была абсолютно голая, с руками, плотно прижатыми к телу и только ее глаза, бешено разглядывающие все вокруг, говорили, что она в полном сознании.
   Мой удивленный взгляд Миха понял правильно и пояснил:
   -Ее одежда протухшим рыбьим жиром пропитана, у меня от этого запаха голова кругом идет. Сейчас окуну ее в воду, потом что-нибудь из тряпья подберу.
   Девочка, скованная заклинанием, не понимала, о чем мы говорим, но по ее глазам было понятно, что ожидает она самого худшего.
   Струйки маны обвились вокруг монаха и грязная пиратка, пролетев десяток метров, плюхнулась в небольшой прудик. Повинуясь движениям рук мага, ее тело несколько раз окунулось туда и поднялось над поверхностью воды, Затем приблизив ее к нам, отец Миха с сомнением сказал:
   -Вроде отмыл немного?- и вопросительно глянул на меня.
   Я в ответ согласно кивнул, от малышки все еще прилично несло ворванью, но вода в пруду была ледяная, и мне стало жаль эту пигалицу, хотя вчера она чуть не проткнула мой живот своим килорезом.
Сейчас, висящая в воздухе тощая, мокрая девчонка со спутанными волосами представляла собой неприглядное зрелище.
   Я уже открыл рот, чтобы попросить Миху поскорей освободить пленницу, как тот заговорил с ней на незнакомом лающем языке. Когда он закончил свою речь, из подвала вылетело что-то похожее на длинную рубашку, и мы в четыре руки натянули ее на мокрое все в мурашках костлявое тело.
   Отец Миха щелкнул языком, заклятие неподвижности исчезло, и девчонка мигом удрала в ближайшие заросли.
   -Зачем ты дал ей убежать.- расстроено спросил я, - пропадет ведь ребенок!
   На лице монаха появилась усмешка.
   -Этот ребенок вчера чуть не зарезал тебя,- сообщил он,- я же предложил ей остаться у меня служанкой, уверен, что бегать по колючим кустам ей быстро надоест и вскоре она вернется, в деревне ей появляться нельзя, церемониться там с ней не будут, забьют до смерти. А больше идти ей некуда. Думаю, ее родичи теперь здесь долго не появятся,- ехидно добавил он.
   Усмешка исчезла, и лицо Михи вновь стало озабоченным.
   - Хотя сейчас нам не до нее, - сказал он спокойно, - надо собираться в дорогу.
   -Но, почему? Учитель! - воскликнул я жалобно, - что произошло?
   -А ты будто не понимаешь, - ядовито ответил тот,- что ни одно доброе дело не остается без награды. Вчера вечером из поселка вылетело сразу пять почтовых голубей. Я успел сбить трех, а два улетели за перевал. Так, что через несколько дней тут будет не протолкнуться от жрецов Единого бога. И мне не хочется греть свои старые кости на их очистительном костре. Надеюсь, и тебе этого не хочется?
   -Ничего не понимаю,- ведь мы спасли селение от пиратов? Почему нас должны сжечь? - удивился я.
   Миха пожал плечами.
   -Меня за то, что имел наглость назваться жрецом Единого и в тоже время заниматься запретной магией. Ну, а тебя за компанию со мной, так, на всякий случай. Тем более, что ты успел показать свои способности всем желающим. Так, что давай, начинай собираться.
   Злой, как собака я сидел перед кучей своих вещей и не знал, за что .браться, Между тем, Миха откуда-то вытащил большую поношенную суму с широким ремнем и начал укладывать в нее всякую дребедень. Я некоторое время, молча, наблюдал за его сборами, затем спросил:
   -Учитель, мне кажется, что ты уложил в сумку много всего, а она не выглядит полной.
   Отец Миха что-то неразборчиво пробормотал про слишком любопытных учеников и выудил из кармана своей рясы еще одну сумку, меньшего размера.
   -Держи!- сказал он, - для твоих вещей хватит вполне.
   Я с гримасой взял сумку, размером с небольшой рюкзачок и попытался ее открыть. Однако пальцы просто соскользнули с застежки.
   Только сейчас до меня дошло, что сверкающие серебристые нити не просто так пронизывают грубую ткань сумок. Отец Миха одобрительно кивнул.
   -Хорошо, наконец, сообразил. Эта сумка- артефакт. Я ее тут на досуге сшил. Привязка к ней идет по крови. Видишь, на ремне бронзовая булавка.
   Я кольнул булавкой указательный палец по сумке пробежали радужные переливы маны и исчезли. Передо мной лежала самая обычная сумка из грязной грубой холстины.
   Облегченно вздохнув, я приступил к сборам.
   Через пятнадцать минут все мои трофеи с корабля были уже сумке, но она была по-прежнему пуста.
   -Вещи не в ней,- довольно улыбаясь, сообщил Миха. На вопрос, а где же они тогда находятся, было сказано, что в свое время я об этом узнаю, если, конечно, сохраню к этому времени голову на плечах.
   Во второй половине дня мы были готовы к путешествию. Учитель сменил свою рясу на более подходящий костюм и сандалии на крепкие сапоги. Я же по-прежнему щеголял в одежде капитана погибшего парусника. Мы вышли на дорогу, и учитель долго глядел на хижину, в которой прожил без малого двадцать лет. Потом он тяжело вздохнул и заискрился исходящей от него маной. Хижина беззвучно рухнула, оставив после себя небольшую горку камней и досок, через которые сразу начала пробиваться трава и тонкие веточки кустарника. Вслед за хижиной так же рухнул ветхий храм Единого бога и только черный блестящий обелиск Древних сверкал в лучах полуденного солнца, а из него прямо в небо уходил дымящийся столб маны.
   -Так тут было, когда я впервые попал сюда, - мрачно сказал монах и, повернувшись, решительно пошел вверх по каменистой дороге.
   -Э-э! Учитель, постой! - крикнул я, - а как же?
   Договорить мне не удалось.
   Монах, или правильней называть его магом, повернулся ко мне и сказал:
   -Я знаю, о ком ты хочешь напомнить, поверь, все будет в порядке,- после этих слов он повернулся и вновь зашагал по дороге, поднимая белую пыль. Пожав плечами, я потопал вслед за ним. Мне также не очень хотелось ловить сбежавшую девчонку по колючим зарослям. Ничего, никуда она не денется, пойдет вслед за нами, как миленькая.
   Первое время подъем в гору был не так заметен, но постепенно он становился все круче, а довольно широкая дорога стала тропой, по которой можно было пройти рядом с вьючной лошадью. Горы с обеих сторон становились все выше, слева внизу бурлила горная речка, справа к тропе приближался отвесный утес и вскоре он закрыл от нас солнце. Сразу заметно похолодало. Мы шли по извилистой узкой тропе почти до темноты, пока не вышли к месту, где ущелье немного расширялось, его стены уже не были такими отвесными, и в этом распадке рос настоящий еловый лес.
   -Здесь заночуем,- буркнул учитель и уселся на валявшийся у огромного кострища, кусок бревна.
   -Все ясно,- мысленно воскликнул я, - мне предлагается озаботиться ночлегом.
Ну, что же, у меня появился шанс продемонстрировать свои умения. Я встал и направился в сторону леса, где надеялся отыскать дрова для костра. Однако, подойдя туда, обнаружил, что сухостоя и валежника практически нет.
   -Ничего удивительного,- подумалось мне, - странно, что за долгие годы весь лес на дрова не перевели.
   В итоге, после продолжительных поисков я все же нашел засохшее на корню дерево, собрался с духом и привычным усилием мысли выдрал его из земли и пошел в сторону нашего привала. Дерево послушно летело за мной, с его корней тихо шурша, отваливались куски почвы и мелкие камешки.
   Миха молча, наблюдал, как я грубо, силой ломал толстый ствол, а затем зажег костер маленьким огненным шариком. В результате во мне не осталось ни капли маны, поэтому пришлось, усевшись на землю, заняться ее накоплением.
   Учитель ехидно улыбнулся и, сказав что-то вроде "сила есть, ума не надо", встал, в его руках мана мгновенно скрутилась в причудливое плетение, расколовшееся, на десяток бешено вращающихся дисков, они вонзились, разбрасывая тучу опилок в несколько бревен, наломанных мной, и вмиг превратили их в аккуратные чурки, после чего растворились в воздухе.
   Отец Миха укоризненно посмотрел в мою сторону и начал извлекать из своей сумки аппетитно пахнущие свертки.
   -М-да, опять меня носом в грязь ткнули, - печально думал я, - сначала вага Умару этим занимался, теперь отец Миха, хорошо хоть у этого дубинки нет. Да, пожалуй, его не Михой зовут, уж очень простецкое имя, Может, Михаэль какой-нибудь? Архимаг, мать его!
   Пока я занимался самобичеванием, учитель не терял времени и вскоре над костром сам по себе повис медный котелок, в котором закипала кристально чистая вода, набранная из родника, журчавшего неподалеку. На тряпице лежала большая копченая рыба, запах от нее шел бесподобный. Рядом с ней Миха выложил большой каравай хлеба и горку овощей.
   Он уселся на лапник и оперся спиной о чурку.
   -Ну, что Инта, присаживайся рядом, отведаем, что нам, послал Единый, -предложил он с улыбкой.
   Только сейчас я понял, как проголодался и, поблагодарив за приглашение, приступил к ужину. Миха от меня не отставал он так же, как и я отрывал куски рыбы и жадно их ел показывая крепкие белые зубы. Когда от рыбы остались только кожа и кости, Миха извлек из сумки приличных размеров фляжку и пару бокалов, по виду оловянных. Плеснул в них на четверть жидкости из фляги, и воздухе запахло коньяком. Долив бокалы доверху травяным отваром из котелка, он протянул один мне и сказал:
   - Инта, сегодня закончилась еще одна часть моей долгой жизни, давай выпьем за то, чтобы следующая была не такой скучной и безопасной.
   Бокал в моей руке дрогнул,
   -Что за ерунду говорит учитель, мало ему на жопу приключений!? - с раздражением подумал я, но вслух благоразумно свои мысли не озвучивал. Между тем, Миха встал, с наслаждением глубоко вдохнул холодный горный воздух.
   -Инта, - сказал он с чувством, - если бы знал, как мне надоел этот пропахший рыбой поселок и его жители, церковные службы, которые приходилось проводить, это же ужас! Только тайны древнего алтаря держали меня здесь!
   Так ты их все теперь знаешь,- осторожно поинтересовался я.
   -Нет, конечно, не все, далеко не все,- поправился он,- но очень многое для меня стало ясно. Думаю, что Магистериум , не пожалел бы золота, чтобы получить эти знания.
   Увидев на моем лице вопрос, он сказал:
   -Не переживай, наше путешествие будет долгим и ты узнаешь, что такое Магистериум и многое другое.
   Я слегка удивился этим словам.
   -Учитель, насколько я слышал, путь через перевал в это время года занимает не больше семи-восьми дней?
   Миха усмехнулся.
   -А кто тебе сказал, что мы пойдем там, где ходят все. Думаю, что нас с тобой ожидал бы в конце пути сюрприз в виде отряда жрецов Единого. Так, что сюрприз им устроим мы.
   Прошло около двух часов. От прогоревшего костра шло приятное тепло, сохранявшееся охранным полем, установленным учителем. Мне оставалось только с завистью смотреть, как играючи он работал с маной, авторитет ваги Умару в моих глазах после этого несколько уменьшился. Лежа на теплом пушистом пледе, наброшенном на лапник, мы вели неторопливую беседу. Учителя очень заинтересовал рассказ о моем появлении в этом мире, меня же больше интересовало, что нас ждет за перевалом.
   Отец Миха первым заметил легкое колебание человеческой ауры с той стороны откуда мы пришли, встрепенувшись, он ткнул мне в бок жестким пальцем и ухмыльнувшись прошептал:
   -Ну, что я говорил, девка идет за нами, в деревню идти не рискнула, умная!
   -Была бы умная,- тихо ответил я,- никуда бы убегала.
   -Не скажи,- задумчиво произнес Миха, - очень быстро для нее все случилось. Только, что была дочерью капитана, прошло несколько мгновений и ты уже никто - просто кандидатка в рабыни. А тут еще какой-то древний старик служанкой быть заставляет. - он ехидно хихикнул.
   -Так она, капитанская дочка!- воскликнул я и засмеялся от пришедшей в голову ассоциации, недоуменно смотревшему на меня Михе, сквозь смех пообещал объяснить причину смеха немного погодя.
   Поняв, что обнаружена, девочка выползла из кустов. Даже в неярких, красноватых отблесках костра было видно, что сегодняшний путь дался беглянке нелегко. Она была все в том же платье, больше напоминавшем рубище, только если утром оно было вполне себе целым, то сейчас было усеяно многочисленными прорехами, а сбоку было разодрано почти до подмышки, открывая на всеобщее обозрение девичьи прелести. К сожалению, смотреть там было не что - одни костлявые, торчащие мослы, хотя редкие волоски на лобке говорили, что девчонке больше лет, чем кажется на первый взгляд. Учитель глянул на сбитые в кровь босые ноги, тяжело вздохнул и что-то ей сказал . В защитном куполе синим шнуром обрисовался вход и девушка, хромая, прошла к костру. Не обращая на нас внимания, она накинулась на остатки нашего ужина. Усевшись на корточки, и нисколько не стесняясь своей наготы, она поглощала все подряд.
   Я смотрел на нее, не отрываясь, пытаясь понять, чем меня так привлекает к себе этот неуклюжий голенастый подросток. В это время девчонка махнула головой, откидывая упавшие на лицо спутанные грязные волосы. И тут до меня дошло,
   -Да она же почти копия моей Ленки! - внутренне ахнул я, и в сознании возникло окровавленное безжизненное лицо дочки в тот момент, когда ее вытаскивали из искореженного автомобиля.
   Сам не понимая, что делаю, я наклонился и осторожно погладил девочку по голове. Та оторвалась на миг от трапезы, изумленно посмотрела на меня и после недолгой паузы снова принялась за еду.
   -Тебе нравятся маленькие девочки?- неодобрительно спросил Миха.
   -Она напомнила мне погибшую дочь, старшую,- буркнул я в ответ, сам немало смущенный своим порывом.
   -Понятно,- вздохнул учитель, его голос заметно смягчился, - так сложилась судьба, что мне не удалось иметь своих детей, но кажется, я могу понять тяжесть твоей потери.
   Ну, что же у тебя появился шанс получить приемную дочь.
   На мой ошарашенный взгляд он пожал плечами и сказал:
   -Ты только, что признался, что был отцом двух дочерей и у тебя есть опыт обращения с ними, так, что время нашего путешествия все заботы об Адели возлагаются на тебя. Не мне же этим заниматься.
   Как ни странно, я внутренне совершенно не протестовал против слов мага. Еще когда тот отмывал девчонку в холодной воде пруда, мне показалось, что нас с ней связали единые эмоциональные нити.
   -Так ее зовут Адель?- переспросил я, чтобы не молчать.
   -Да,- охотно подтвердил Миха,- пока ты был в трансе, я поговорил с ней. Девочка полная сирота, ее отец, один из мелких северных баронов взял ее с собой, просто потому, что никому не мог ее доверить. Ну, а сейчас благодаря нам у нее нет и отца.
   Я погладил девочку еще раз. Та снова глянула на меня, а потом, как кошка, прильнув к моему боку, снова принялась за еду.
   Ощущая теплое тело рядом с собой, я понял, что и в этом мире, похоже, нашелся человек, который сможет вить из меня веревки. Эх! Как бы сделать так, чтобы эта Адель об этом не догадалась, или догадалась, как можно позже.
   Через полчаса Адель уже спала, прижавшись ко мне, укрытая одеялом. Во сне она периодически всхлипывала и шмыгала носом. Мы же с учителем продолжали беседовать на животрепещущие темы. Снаружи купола явно похолодало, и на него начали падать первые снежинки.
   -Завтра поднимемся на высоту, где снег лежит постоянно,- вздохнул Миха, и топлива там не отыщешь,- завершил он свою мысль.
   -И, что нужно делать, - спросил я.
   Есть одна идея, - сказал старый маг, - в одном фолианте, прочитал как-то о дороге Древних, проходит она по пещерам, и выходит на предгорьях Мермаха. А начинается тут, неподалеку думаю, за день мы доберемся до входа в нее.
   И сколько нам придется по ней идти? - скептически спросил я.
   Миха в раздумьях погладил свою длинную бороду и сказал:
   -наверно дней двадцать.
   Я содрогнулся.
   -Учитель о чем говоришь? Я никогда не бывал в пещерах, Адель, наверно тоже, двадцать дней без солнца- это слишком!
   -ты предпочитаешь через пять-шесть дней спуститься с перевала прямо в руки жрецов,- спросил Миха, боюсь, моих сил не хватит, чтобы защитить нас троих от этой опасности.
   -Но, у меня тоже кое - что, получается,- обиженно сказал я.
   -Вот именно! - пренебрежительно усмехнулся Миха,- кое-что! Потенциал у тебя Инта огромный, прямо говорю, но пока маг из тебя дерьмовый. Мало видно тебя твой учитель на Каренану дубинкой колотил. Надо было больше.
   Утром я проснулся от назойливого гудения. Открыв глаза, увидел в белом сумраке фигуру учителя. Тот, скрестив ноги, висел в воздухе и тянул свою обычную мантру. Только сейчас я почувствовал, что на мне лежит какая - то тяжесть. Присмотревшись, понял, что Адель во сне взгромоздилась на меня, обняв руками, и сейчас ее волосы лежали практически у моего носа и ощутимо пахли рыбьим жиром. Только сейчас до меня дошло, почему во сне убирал с себя рыбу. Осторожно сняв с себя девочку, я бодро встал и удивленным взглядом окинул окружающее. За ночь снег полностью засыпал защитный купол поэтому внутри царил полумрак.
   Мантра неожиданно оборвалась, и Миха встал на ноги рядом со мной.
   -Завтракаем и собираемся в путь,- бодро сказал он, - давай буди свою воспитанницу. Я осторожно тронул крепко спящую Адель за плечо, она неожиданно резко вскочила на ноги, а ее руки безуспешно искали оружие на поясе. Она была одета по-прежнему в свое разодранное платье и, по-моему, ее нисколько это не волновало. Успокоилась она почти сразу и что-то спросила у учителя.
   -Вот бы и возился с ней сам,- подумал я,- все едино, я ее не понимаю ни хрена.
   Тем временем солнечные лучи начали свое дело, по куполу потекли ручейки, и вскоре можно было видеть, что в округе все завалено довольно толстым слоем снега.
   Пока я раздувал костер, Миха, поцокав языком, полез в свою безразмерную сумку и достал из нее вполне приличные меховые штаны и куртку. Когда Адель с радостным воплем скинула свое рубище и надела теплую одежду, учитель протянул ей еще длинный кинжал, или меч, который отобрал у нее два дня назад. Радостных воплей стало еще больше, и нам было продемонстрировано владение холодным оружием. В этот момент я больше всего боялся, что мне что-нибудь нечаянно отрежут. Видимо учителю тоже стало боязно, поэтому одним единственным пассом он убрал охранный купол и на нас со всех сторон повеял свежий утренний морозец.
   Адель прекратила размахивать мечом и попыталась застегнуть куртку, однако у нее ничего не получалось, пришлось завязывать .мне. Сделать это было нетрудно, потому, что груди, которая могла бы отвлечь меня от этого мероприятия, у девчонки не было в принципе. Имелись только два еле заметных бугорка, оставившие меня равнодушным.
   Похоже, моя реакция не осталась незамеченной, Адель вспыхнула, как маков цвет, и разразилась целой речью.
   Миха, улыбаясь, перевел мне ее слова.
   -Она говорит, что ты зря смеешься, пройдет немного времени, и она будет первой красавицей Севера, как ей обещала колдунья Гульдруг. И тогда ты не раз пожалеешь о своих пренебрежительных взглядах, которые кидал на ее грудь.
   Я особого внимания на слова девчонки не обратил, потому, что занялся куском окорока, пока до него не добрался учитель. На какое-то время на поляне наступило молчание, вся наша троица отличалась неплохим аппетитом.
   Когда мы собрались в дорогу, солнце уже почти подобрало снег. И только разбитая тропа оставалась более сырой, чем обычно. Первым двинулся учитель. За ним легко шла Адель, держа руку на своем мече. Ну, и я шел в аръергарде. Дорога была значительно хуже, чем вчера, и большей частью проходила по узкому уступу шириной не более полутора метров, круто спадавшему в глубокую пропасть. Я все пытался понять, как по этой тропе проходят торговые караваны и военные отряды, но воображения у меня не хватало. Через два часа подъема, грязь на дороге стала превращаться в лед. Вот тут нам пригодились колючие накладки на обувь, извлеченные из бездонных запасов мага. Меня при ходьбе уже начинала прихватывать одышка, но на моих спутниках высота пока не отражалась.
   Еще через полчаса ущелье снова стало более пологим, справа в него из узкой расщелины вытекал бурный поток, через который был, перекинут висячий мост.
   А вот перед мостом около пары костерков сидела небольшая компания вооруженных людей. Вид у них был достаточно потасканный, видимо они долго скитались по горам, но оружия у них хватало, это стало заметно, когда они с возбужденными криками похватали свои мечи, пики и бросились в нашу сторону.
   Надо сказать, что человеческие ауры в количестве двадцати двух штук я засек уже давно. Однако, глядя на невозмутимо шагающего учителя, держал свои замечания при себе. Вообще у меня сегодня с утра было прекрасное настроение, пожалуй, такого в этом мире еще не бывало. И я прекрасно понимал его причины, разглядывая шагающую впереди меня девочку. Отец Миха вполне соответствовал званию жреца, он правильно определил, как вернуть тягу к жизни своему ученика, поручив ему заботу о девочке-сироте. И я уже строил планы, как приведу в божеский вид свою нежданную дочку, и одену, как полагается. Дальше этого пока мои скромные планы не шли, потому, как будущее было очень неопределенным.
   Поэтому, когда я увидел бегущих к нам бандитов, так испугался за Адель, что выплеснул весь запас маны в огненной вспышке. Ревущая стена пламени поглотила размахивающих оружием людей и погасла.
   Я грохнулся на землю, не в силах шевельнуть пальцем. Учитель, растерянно глядя на огромное, обугленное пятно, ругался на незнакомом языке. Адель, убрала свой меч в ножны и присела рядом со мной.
   -Вот понимаешь, такая штука приключилась,- прошептал я ей и отрубился.
   Очнулся от льющейся лицо теплой воды, имевшей явно соленый привкус. Открыв глаза, увидел над собой хлюпающую носом девчонку, а сбоку озабоченное лицо мага.
   -Инта,- глядя мне в глаза, сказал он,- ты понимаешь, что чуть не погиб? Зачем ты это сделал. Ты же понимал, что я был полностью спокоен и готов к схватке. Очень глупый поступок с твоей стороны. Я такого не ожидал,- укоризненно добавил он.
   Хриплым от напряжения голосом я сообщил:
   -Учитель, я так испугался за Адель, сам не понимаю, как у меня вышла огненная стена, ты же видел, у меня до этого даже маленький фаербол с трудом получался.
   Убедившись, что со мной все порядке и умирать я не собираюсь, Миха поднимая тучу пепла, отправился исследовать, то, что осталось от нападавших. Периодически оттуда были слышны грубые ругательства, упоминавшие меня в неприглядном виде.
   Я же продолжал лежать на мерзлой каменистой почве, ощущая, как прибывает бодрость с каждой каплей маны. Адель перестала орошать меня слезами и вознамерилась снять себя куртку, чтобы подложить под голову. Я не сразу сообразил, что она хочет делать и попытался знаками запретить ей это. Упрямая девочка от своих намерений не отказывалась, поэтому пришлось перестать разлеживаться и кое-как подняться с земли.
   Прихрамывая, я пошел разглядывать последствия своей магии.
   -Ну, и натворил ты дел!- проворчал учитель, когда я подошел поближе,- теперь не могу понять, что это вообще были за люди. Гляди! - воскликнул он,- даже металл перегорел, нет, с меня хватит! Пора браться за твою учебу по-настоящему, а не так, как сейчас, чуть нас всех не прикончил.
   -Да я и не против,- мелькнула мысль в голове, - вот только за прошедшие несколько дней с момента попадания на этот остров меня никто ничему не учил.
   Между тем неугомонный старик устремился к краю водопада, ниспадающего в ущелье. На как-то время он скрылся из вида среди искрящейся водяной пыли. Затем он вышел и поманил меня к себе.
   Когда я пошел вплотную к черной скале, глухо содрогавшейся от падающих водяных струй, то обнаружил рядом с ней натоптанную площадку, на которой была начерчена огромная пентаграмма с оплывшими свечами в углах. На мой недоуменный взгляд учитель пояснил:
   -Эта банда не зря здесь обосновалась, про дорогу Древних знаю не только я. Глупцы, они надеялись с помощью такой магии открыть двери! Золото искали, придурки!
   -А вход совсем рядом и искать ничего не надо! - Отец Миха засмеялся и показал рукой вырезанный на гладкой черной поверхности скалы отпечаток шестипалой ладони. Находился тот метрах в трех над землей.
   -Инта, перенеси сюда тот валун,- неожиданно приказал он,- думаю, силы у тебя восстановилась.
   Действительно, после огненной стены это была плевая задача. Привычным усилием мысли я поднял камень в воздух и по широкой дуге отправил его в указанное место. Сзади меня восторженно охнула Адель.
   Миха сощурился и сказал:
   - А сейчас встань на камень и положи руку в углубление, как тогда, на алтаре.
   Делать мне этого совсем не хотелось, но увидев устремленный на меня взгляд девочки, я без звука встал на камень и вложил правую кисть в углубление. Ладонь слегка кольнуло, но беспамятства, как в первый раз не случилось. Механический голос в голове сообщил:
   -Генетическое соответствие индивидуума 99,7% от общегалактического, вход в систему сообщения острова разрешен.
Несколько мгновений ничего не происходило. Затем шум водопада стал стихать. Я спрыгнул с камня и вместе с Михой и Аделью, открыв рот, наблюдал, как исчезает водный поток, а в стене, открывшейся за ним, отходит в сторону массивная каменная плита, толщиной метров пять, открывая за собой высокую галерею с редкими, тусклыми в дневном свете фонарями.
   Силы, задействованные в этом мероприятии, были гигантскими. Мы с учителем могли только обмениваться восторженными взглядами. Вся моя мана, потраченная на создание огненной волны, не сдвинула бы эту тысячетонную дверь даже на миллиметр.
   Мы в раздумье стояли перед открытой дверью в подземелье, входить было боязно. Но тут у меня в голове вновь зазвучали слова автомата:
   -Расход энергии для поддержания термостатуса слишком велик, рекомендовано пройти внутрь для продолжения движения, или закрыть дверь. Через одну десятую периода накопитель полностью разрядится. Повторное открытие шлюза будет возможно через шесть обычных периодов.
   Не знаю, сколько должен был длиться период, но ждать я больше не хотел и, взяв Адель за руку, решительно шагнул в широкий проход. Учитель тенью проскользнул за нами, и каменная стена беззвучно покатилась обратно, отсекая нас от поверхности.
   Когда исчезла последняя узкая щель, сквозь которую еще попадали солнечные лучи, в широком коридоре послышались странные хлюпающие вздохи, Аллель судорожно ущипнула меня за руку и выхватила меч, готовясь встретить страшное чудовище.
   -Не бойтесь!- воскликнул я,- это работает вентиляция.
   Для Адели слово вентиляция, сказанное по-русски ничего не говорило. А вот учитель, настороженно оглядывающийся по сторонам, меня понял.
   -Так ты думаешь, это идет очистка воздуха?- спросил он.
   -Уверен, - подтвердил я, смотрите в коридоре ни пылинки. А за прошедшие века здесь должно скопиться пыли по колено.
   Однако Миха меня уже не слушал, подошел к стене, на которой висели цветной большой чертеж и начал его изучать. Зрение уже приспособилось к странному синеватому свету галереи, и чертеж был хорошо виден. Внезапно Миха начал рыться в своей бездонной сумке, откуда извлек старую книгу и, открыв ее на нужной странице, начал сравнивать рисунки в ней и на стене. Даже без подсказки я понял, что смотрю на карту огромного острова, через который по всей его длине с востока на запад проходили горные цепи, на южной стороне острова они простирались до самого побережья, где обнаружилась тонкая полоска фиорда, которым мы покинули только два дня назад. Зато с северной стороны вторая половина острова представляла собой низменности с большим количеством рек и озер. И весь этот остров, как сыр пронизывали подземные пути древней расы, сделанные с неизвестной целью. Правда, на равнинной части острова таких подземных путей было разы меньше, чем в горах.
   Притом карта не оставалась статичной. В ней постоянно что - то менялось, то сужались одни линии, становясь мерцающие красными. То расширялись, приобретая желтую окраску. Две, на моих глазах оборвались черными кляксами, и к ним немедленно начинали двигаться, судорожно сокращаясь, алые овальные эллипсоиды.
   -Почти как в метро,- подумал я,- только размеры разные.
   Учитель, тем временем сравнивал рисунок в своей книге, с монитором на стене галереи и его лицо приобретало все более растерянный вид.
   -Ничего не понимаю! - воскликнул он,- в книге имеется всего два пути. Один до Мермаха, второй прямо в столичную Академию. А тут появилось бесчисленное число дорог. Я, так сразу, и не соображу, по какой нам следует идти.
   В моей голове забрезжило одно соображение.
   -Сам древний народ ушел, а их подземные магистрали может, продолжают строиться? Работает не выключенный механизм.- подумалось мне.
   -Учитель!- обратился я к задумавшемуся учителю, -а есть ли сведения, хотя бы примерные, когда Древние покинули этот мир.
   Тот сердито глянул на меня, что потревожил не вовремя его мысли и рассеянно сказал.
   -Конечно, есть, последний Древний ушел в зеркало пять тысяч лет назад. Это знаменательное событие хорошо описано в хрониках Орегану, великого архимага древности, владыки Восточных пределов и повелителя драконов.
   -, Орегану, Орегану,- что-то я уже слышал про этого человека и тут мне вспомнились слова ваги Умару о великом белом маге. Только я думал, что события, описываемые им, происходили не так давно, ну, может, лет сто назад, - начал я вспоминать слова шамана. И тут меня, как стукнули мешком по голове,
   Учитель, я не ослышался, Древние ушли из этого мира в зеркала?- воскликнул я.
   -Конечно,- недовольно ответил Миха, - это общеизвестно. Мало известно, только то, что последнее их зеркало находится у меня. И уж совсем никто не знает, что у меня появился ученик, которому послушны артефакты древних. Теперь ты понимаешь, чего я так ношусь с тобой?
   Я, вполне понимал резоны старого мага, но для меня было ясно, что он вовсе не так жесток, как хочет казаться, поведение с Аделью ясно это доказывало.
   Было непонятно одно, чем отличаюсь от людей этого мира, что меня слушаются приборы древней расы. Ведь в отличии от Древних на моих руках имелось по пять пальцев, хотя недавно шепнувший голос в голове, сообщил о почти стопроцентном генетическом родство с ними.
   -Черт с ним, - подумал я, - надо пользоваться тем, что падает прямо в руки,- и подошел к учителю, по прежнему, с недоумением, разглядывавшему карту подземелий, меняющуюся в режиме реального времени.
   Вдвоем мы быстро разобрались в не слишком сложных чертежах, и нашли путь, ведущий прямо к владениям Михи в княжестве Мермах. Стоило приложить палец к нужному маршруту, как он ярко высветился на экране интерактивной карты. На тонкой линии этого пути расплывалась черная клякса и в ее центре уже суетились алые капли, но по тому с какой быстротой бледнела, уменьшалась клякса, мы рассчитывали, что дойдем туда, когда галерея уже будет восстановлена. Там было еще несколько пиктограмм, их смысл пока ускользал от понимания. Однако стилизованный шлем, надетый на человеческий мозг, наверняка, о чем-то предупреждал.
   Все время, пока мы с учителем разбирались с тонкостями путешествия, Адель стояла с мечом в руках, прислушиваясь к звукам, доносящимся из нескольких галерей, сходящихся у этого выхода. Судя по выражению ее лица, она была готова сразиться с самыми страшными подземными чудищами.
   Когда мы собрались спускаться в нужный нам проход, она с обреченным видом что-то коротко спросила у мага. Тот усмехнулся, и сказал, обращаясь ко мне.
   -Девочка боится, что мы заблудимся и никогда не выйдем наверх.
   Мы оба попытались приободрить ее, но она все равно оставалась задумчивой и мрачной. А рука держащая рукоятку меча, аж побелела от напряжения.
   Однако, проходил час за часом, а мы все шли по вымощенному желтой плиткой широкому полу галереи и ничего не происходило. Через каждые пятьдесят метров на потолке вспыхивал очередной сине-белый фонарь, а сзади одновременно с ним гас предыдущий. Первое время это сильно нервировало, идти в пятне яркого света, когда спереди и сзади стоит непроглядная тьма.
   Если бы не постоянное ожидание неприятностей, наше путешествие можно было бы назвать комфортным. Мы спокойно шагали по идущей под уклон галерее. Небольшой ветерок, дующий навстречу, нес свежесть горного воздуха и пока, никаких проблем у нас не возникало.
   Где-то, через четыре часа непрерывной ходьбы, на гладкой черно-матовой стене галереи блеснула золотом табличка с одной из пиктограмм, а за ней дальше по коридору явно обрисовался овал люка высотой около двух с половиной метров. На нем хорошо выделялся отпечаток кисти с шестью пальцами.
   Не раздумывая, я приложил руку к отпечатку. На этот раз не было ни уколов, ни других эффектов, люк просто растворился в воздухе, открыв вход в небольшой сводчатый зал.
   Отец Миха, тем не менее, первым проскочил в дверь и принялся вертеть головой во все стороны, я тоже собрался идти к нему, когда сзади на меня с визгом налетела Адель и чуть не сбила с ног. Обернувшись, я увидел в дверном проеме, как по галерее на многочисленных ложноножках катится алый приплюснутый шар, занимая собой, почти половину прохода. Около входа в зал он остановился, как бы задумавшись. Затем выпустив длинную ножку, схватил ей валявшуюся на полу тряпицу, выпавшую из моего кармана, и покатился дальше.
   -Фууу.!- выдохнул я, -просто уборщик и больше ничего. Интересно, а как он к живой протоплазме относится? Или ему все равно, что жрать?
   Отец Миха , видимо, подумал о том же, потому, что лицо у него было очень озабоченное.
   В дверном проеме появилась пленка, как от мыльного пузыря, в ней отражались наши искаженные, встревоженные физиономии. С легким щелчком она лопнула, и проход исчез, сейчас о том, что в этой стене имеется проход в галерею, говорил лишь тонкий абрис двери, совпадавшей по цвету со стеной
   Зал освещался точно таким же фонарем, что и галерея. Посредине стоял стол, странной, необычной формы. Вокруг него стояло с десяток стульев. Вот только сделано было все под настоящих великанов. По крайней мере, когда я уселся на жесткое сиденье, мои ноги болтались сантиметрах в тридцати над полом.
   -Неплохо бы нормальную мебель сюда поставить,- подумал я.
   -Искин зала ожидания номер 32 просит гражданина уточнить характеристики мебели,- прозвучал голос в моей голове.
   Я кинул подозрительный взгляд на Миху, но тому явно было не до меня, он с горящими от возбуждения глазами, обследовал окружающее. Адель пыталась в это время залезть на стул рядом со мной.
   -А будь, что будет!- решился я и скомандовал:
   -Искин, приказываю изменить мебель соответственно роста присутствующих!
   Адель ойкнула, когда сиденье под ней на миг стало мягким, как пластилин, а затем приняло нужную форму.
   Отец Миха сразу уловил колебания силы и удивленно сказал:
   -Ты ловко скрывал от меня свои знания, даже я не могу так быстро менять форму вещей.
   Пришлось признаваться, что это не моя заслуга, а искусственного разума этого зала.
   Тут все остальное было забыто и я начал работать переводчиком между искином и магом. По неизвестной пока причине, Миху искин полностью игнорировал.
   Причина вскоре выяснилась, еще при входе система определила меня, как гражданина галактической федерации без идентификации, и руководствуясь инструкцией выдала мне временный допуск для пребывания в подземном научном центре, мои же спутники были зафиксированы, как прислуга из аборигенов.
   Слова искина я, конечно, немного приукрасил, но, к сожалению, их смысл было трудно не понять, поэтому настроение учителя сразу испортилось.
   После этого я вновь услышал слова искина:
   -Сообщаю, что концентрация магоэнергии у вашего спутника резко увеличилась, Если она превысит 100 в третьей степени эргов, буду вынужден включить резервный накопитель.
   -Учитель,- обратился я к Михе, - аккуратней, пожалуйста, не стоит так, переживать, мы же не с людьми сейчас говорим, а с машиной.
   Пока я пытался успокоить гордого мага, Адель исследовала закоулки помещения, где мы сейчас находились, наши разговоры она не понимала, ей гораздо интересней было разглядывать все что стояло или лежало в зале.
   Кое-как я успокоил Миху, это сразу же отметил искин, сообщив что напряженность магоэнергии снизилась в допустимые пределы. В ходе дальнейшей беседы Искин на мой взгляд оказался очень малоинформативным.
   Как стало понятно, в его задачу входила забота о прибывающих и убывающих пассажирах. На чем эти пассажиры ездили, и куда, он сообщить не мог. Зато, когда я намекнул на то, что нас необходимо накормить, он сразу сообщил, что синтезатор зала в полной исправности и мне достаточно только заказать любое из пятидесяти тысяч блюд, имеющихся в его памяти.
   Вот только в моей памяти эти названия не присутствовали, однако после нескольких неудачных экспериментов на столе появились тарелки с весьма аппетитно пахнувшим содержимым, а предыдущие были отправлены в провал, открывшийся в центре стола. На вкусный запах немедленно прибежала Адель и уселась с деловым видом за стол. На вопрос учителя удалось ли ей что-нибудь найти, она уныло покачала головой.
   -Тут все вычищено, даже мусоринки не найти,- сказала она. И тут мне в голову пришла дикая мысль. Я отложил вилку, на которой была наколота пупырчатое синее желе и спросил:
   Искин, в твоем зале ожидания имеется комната забытых вещей?
   -По уложению 444444\\\78903 -индифферентным тоном сообщил искин, - в залах ожидания меж и внутрипортальных сообщений должно быть не менее одной комнаты для хранения забытых вещей.
   -А мы можем их глянуть?- робко спросил я.
   Железяка на некоторое время зависла, как раздумывая, затем сообщила:
   -Запрошен центральный компьютер базы, учитывая истечение времени хранения тебе разрешен доступ к камере, оставшиеся после твоего просмотра отбора вещи будут утилизированы. Центральный компьютер положительно отметил в карте гражданина, исправление в программном обеспечении базы, ведущее к уменьшению расхода энергии на стазис в камере хранения.
   Усидеть за столом я был уже не в силах. Плюнув на еду встал и сказал:
   - Открывай свою камеру хранения!.
   Мои спутники этих разговоров не слышали, поэтому, когда на одной из стен открылись несколько дверей, за которыми была навалена куча интересных вещей, они, побросав ложки вилки, бросились туда.
   Когда-то в детстве мне довелось прочитать одну книжку, где описывалось, как на Земле остановились на пикник инопланетяне и оставили после себя кучу мусора в которой никто не мог разобраться. А сейчас перед нашими взорами на полках лежал не мусор, а вещи, забытые побывавшими в этом зале древними путешественниками, и хранились они, между прочим в стазисе.
   Многочисленные коробочки, тубусы, причудливые, ни на что не похожие загогулины - что это такое никто из нас не мог сказать. Отец Миха пришел в себя первым, он вытер крупные капли пота со лба и заявил:
   -Пока не заберем все артефакты, я с места не сдвинусь.
   И тут с ним начала происходить странная метаморфоза. Морщины на его лице разглаживались, длинная седая борода на глазах укорачивалась и темнела. Вскоре рядом со мной стоял высокий крепкий мужчина, с небольшой бородкой, пышной шевелюрой, и внимательными, серыми глазами под густыми бровями.
-Ты можешь себе представить, ученик?- грустно сказал он,- мне пришлось двадцать лет носить личину придурочного жреца, чего только не сделаешь ради знаний. А тебе все само идет в руки. Ты хоть представляешь, сколько это стоит? Мы просто обязаны забрать все. Сейчас начинаем все складывать с краю. Надеюсь, что двух сумок нам хватит. Разбираться с артефактами будем у меня в башне.
   -Инта, что встал, как столб? приступай к делу! -крикнул он раздраженно.
   Я открыл сумку и начал туда бездумно складывать все подряд, что проходило по размеру. В голове билась одна единственная мысль
   -Искин сообщил, что мы находимся в зале ожидания N32, а сколько их всего на острове?:
   И мне все еще было не по себе от преображения отца Михи. Интересно, как придется его называть его теперь, на жреца Единого бога он точно не похож. Адель в это время нашла роскошный гребень, украшенный сверкающими камнями и забыв обо всем расчесывала свои волосы. А те в ответ светлели на глазах и волнами ложились на ее плечи
   Как ни странно, но подчистили мы полки достаточно быстро, Миха периодически дергался и кидал на меня ревнивые взгляды, когда я, по его мнению, находил что-то интересное. После этого мы все же доели оставленную на столе еду. Судя по карте, зала ожидания на нашем маршруте больше не предвиделось, поэтому хотелось поесть напоследок как следует. Ведь в дальнейшем придется питаться снедью из запасов Михи. Мы с ним внимательно разглядели наш дальнейший путь и пришли к выводу, что нам еще идти и идти. К сожалению, транспорта, который когда-то передвигался по этим тоннелям, в наличии не было. Наше внимание вновь привлекла пиктограмма на маршруте представлявшая собой шлем на человеческом мозге. Ни к какому выводу мы по ней пришли, но прикинули, что будем в этом месте дня через четыре.
   Вообще общаться нам было крайне затруднительно. Учитель говорил со мной на языке Тирами, который и сам знал плохо, и там где не хватало слов добавлял из своего родного. Я же их не понимал вовсе, и мы долго соображали, что же хотели друг другу сказать. А тут еще Адель, с которой я вообще мог общаться только жестами. Поэтому каждую свободную минуту я пытался посвятить изучению новых слов.
   Наевшись от пуза, мы собрались и были готовы к дальнейшему путешествию. Дверь в галерею послушно растаяла под моей рукой, и мы ступили на знакомый пол, выстланный желтой плиткой.
   Четвертый день нашего монотонного путешествия подходил к концу, если верить чувству времени бывшего магистра Королевской академии Луганора, бывшего члена верховного круга Магистериума, а сейчас просто разыскиваемого много лет, преступника, ухитрившегося стать врагом примаса церкви Единого бога
   Михтерр аль Варен так звали моего преобразившегося учителя. Он, действительно кое в чем оказался прав. Идти по галерее, скрадывающей шаги, при равномерно меняющемся освещении, было сложно. Уже через час-полтора начинало клонить в сон и глаза закрывались сами собой. Единственным спасением были разговоры, поэтому мы, как могли, обменивались информацией, с каждым днем все лучше понимая друг друга. В первый день после выхода из зала ожидания небольшое разнообразие вносили биороботы -алые шары на псевдоподиях, перекатывающиеся со скоростью автомобиля. Первый из них догнал нас часа через два и под визг Адели совершил крутой вираж и пронесся по стене, не задев никого из нас. Через день мы уже не обращали на них внимания, только Адель ради развлечения швыряла в них что-нибудь из остатков нашей еды, моментально исчезающих в ярко алом субстрате.
   Михтерр, как то на привале, после того, как мимо нас прокатился очередной уборщик, задумчиво сказал:
   -Инта, а ведь эти шары - они являются страшным оружием в руках тех, кто научится ими пользоваться.
   На этот раз я понял учителя с полуслова и согласно мотнул головой.
   -Еще бы оружие способное превратить в прах, все построенное людьми и их самих. Притом действующее очень выборочно.
   Я испытующе глянул в сторону мага. Тот правильно понял мой взгляд, засмеялся и сказал:
   -Не переживай, я еще не выжил из ума, чтобы ради мести нескольким людишкам, уничтожить полмира. И не забудь ученик, на каждое оружие обязательно находят соответствующий ответ.
   Подходило время очередного ночлега, и все чаше вспоминал о странной пиктограмме. Но прежде, чем мы ее увидели, с галереей начали происходить странные изменения. Стены начали расходиться в стороны, а потолок уходить вверх, это помещение сейчас больше напоминало большой ангар, чем тоннель. Похоже, что здесь было парковка, для когда-то передвигавшегося здесь транспорта. Оно было хорошо освещено, и свет горел постоянно. Адель первая заметила золотой квадрат пиктограммы на стене и рядом с ней уже знакомой формы дверь. Осторожность говорила нам не заходить в подозрительные места, а двигаться прямиком к выходу в Мермахе, но любопытство есть любопытство, и я, не удержавшись, открыл таинственную дверь. К моему удивлению за ней оказалась не очень большая комната с лавками вдоль стен и полками над ними. Чем-то эта комната напомнила мне раздевалку в бане. Тем временем дверь за нами закрылась, и голос в моей голове сообщил;
   -Искин профилактического-обучающего центра для гостей планеты рад приветствовать гражданина. Вы желаете пройти полный курс профилактических прививок и языковых баз обитателей планеты, или у вас имеются предпочтения?
   От неожиданности я на некоторое время потерял дар речи. А потом возмущенно спросил:
   -А моим спутникам разве всего этого сделать нельзя?
   Ответ прозвучал моментально.
   - Проведения курса прививок возможно в минимальном варианте. Но из-за нейрофизиологических особенностей мозга аборигенов имеющиеся языковые базы и другие, усваиваться ими не будут. Имеется небольшая возможность у юной аборигенки воспринять пару основных языков острова.
   Учитель с кислым видом слушал мои объяснения, затем попросил уточнить от каких именно болезней будут сделаны прививки. С таким же видом он слушал их перечисление и встрепенулся лишь, когда услышал название - "черная слизь"
   -Так, что я никогда не заболею "чумой магов"? - спросил он недоверчиво.
   После моих сбивчивых объяснений, что он будет защищен от всех болезней, насылаемых магическим путем, Михтерр решительно сказал:
   -Говори, что надо делать, я был бы последним дураком, если бы отказался от такого предложения.
   Адель же была в восторге, что сможет свободно разговаривать с нами, проблемы болезней по молодости ее не беспокоили.
   После моих переговоров с искином, нам было предложено раздеться и пройти в следующую комнату.
   Когда мы, скинув одежду, стояли, в чем мать родила и ждали, когда откроется дверь, Адель посмотрела с жалостью на меня и что-то сказала магу. Тот заржал, как жеребец, потом соизволил перевести.
   -Адель сказала, жаль, что великий маг оказался таким хилым, а она зря надеялась, что он сможет стать ее мужем.
   -Блин! - Меня даже в краску кинуло, никогда не думал о себе, как о задохлике, а тут стоит рядом тощая нимфетка ни сиськи, ни письки, понимаешь, и что-то еще тявкает про мою мускулатуру.
   Но тут открылась дверь и из-за нее с шипением поползла пелена тумана. Адель взвизгнула и бросилась ко мне, пытаясь спрятаться за спину. Внезапно шипение прекратилось, в воздухе запахло антисептиками и на нас обрушились струи теплой воды. Обдув теплым воздухом быстро высушил кожу, после чего мы зашли в сверкающую белизной комнату с установленными в ней приборами. Больше всего они были похожи на барокамеры в наших больницах. В ближайших к нам камерах были гостеприимно подняты прозрачные крышки.
   Михтерр без колебаний лег первым, и крышка бесшумно опустилась, отсекая его от внешнего мира. Адель, дрожа от страха, тоже легла и тут же попыталась выскочить обратно, мне пришлось ее немного придержать, и эта зараза ухитрилась укусить меня за палец, но тут крышка захлопнулась и избавила от дальнейших укусов.
   Я лег последним и ждал, что будет дальше.
Тут вновь прозвучал голос искина.
   -Принято к исполнению желание гражданина по улучшению костного и мышечного скелета, оплатой за непредусмотренную процедуру пойдет бонус за исправление программного обеспечения камер хранения.
   -Вот так, - подумал я, - никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь.
   И заснул. Почти сразу глаза открылись, и я недовольно спросил искина в чем дело, почему прервана процедура?
   Монотонный спокойный голос пояснил, что все изменения завершены. Больше всего времени заняло укрепление костной ткани и соответственно мышечного каркаса и кровеносной системы. Почти треть вычислительных мощностей работала над этими усовершенствованиями. так, что сейчас мои кости могут выдержать десятикратную нагрузку от изначальной.
   И вообще искину непонятно, как такого неподготовленного гражданина допустили на экскурсию в мир дикой, природной магии.
   Кроме того, мне пришлось еще удалять тату на щеке, выколотое искусным магом и связанное напрямую с гомеостазом организма. И самое интересное, гражданину галактического союза пришлось устанавливать базу родного языка. И последнее, колония нанитов живущая теперь у меня в костном мозге справится с большинством болезней, ранений, за исключением особо крупных.
   Когда же я поинтересовался, кто заплатит за всю работу, искин заявил, что, как только восстановится связь с галонетом, счет будет направлен фирме, продавшей мне путевку, без соответствущей подготовки.
   Я даже боялся сформулировать мысль в голове, что такого, может, никогда не случится.
   Крышка капсулы поднялась и я ловко выпрыгнул из нее. Михтерр и Адель тоже выбирались из своих аппаратов. Девушка с изумлением глядела на меня, ее щеки порозовели.
   В этот момент я испытал, как когда говорил наш генсек, чувство глубокого удовлетворения. Михтерр с завистью покосился на мои мышцы, но ничего не сказал. Адель молчать не стала, она с восторгом комментировала мое преображение.
   - Инта, как здорово, что магический ящик убрал эту страшную татуированную рыбу с твоего лица! Ты с ней был похож на дикаря с южных островов. А какие у тебя теперь мышцы! Ты, наверняка бы смог биться папиной секирой.
   Про то что имелось в паху, она комментировать ничего не стала, хотя самым внимательным образом там все рассмотрела.
   К сожалению, у нее самой, как не было ничего для комментариев, так ничего и прибавилось. Мы вышли в комнату, где оставались наши вещи. Все лежало на своих местах, только одежда оказалась неправдоподобно чистой. Отмытая девчонка после того, как оделась и расчесала волосы оказалась миленькой, на мой взгляд, но уж очень болтливой. Хотя я ее прекрасно понимал, для любой женщины невозможность высказаться является своего рода пыткой. Зато сейчас Адель могла разговаривать с нами на двух языках, что она с восторгом и делала.
   Михтерр аль Варен тоже поглядывал на меня с интересом.
   -Инта. - обратился он ко мне, - давно известно, что татуировки шаманов невозможно убрать, но артефакт Древних сделал это с легкостью, жаль, что нам нельзя забрать его с собой.
   Он уже не первый раз делал такие намеки, но я в доступной форме объяснил, что это чревато большими неприятностями. Он с моими доводами согласился и даже сделал предположения, что за кляксы мы видим на карте.
   - Наверно это следы прорывов или природных или человеческих. Понимаешь, мы давно знаем об этих туннелях, в основном они проходят глубоко под землей. Но там, где они приближаются к поверхности, их находят наши поисковики. При удаче маг пробивает вход в галерею и все разбегаются в поисках артефактов, в основном, конечно, ничего не находят,
   Но иногда один такой артефакт может обеспечить на всю жизнь. Время поиска всегда очень ограничено, потому, что вскоре появляются гигантские черные шары, быстро перекрывающие пробитый ход. А в самой галерее, как я сейчас понимаю, всех, кто не успел удрать, уничтожают алые шары. Теперь тебе понятно мое волнение, когда нам выложили просто так вещи . за которые можно купить не один архипелаг островов. За последние три тысячи лет в лаборатории Магистериума попало все пять артефактов! Ты понимаешь, как нам повезло?
   Конечно, я его вполне понимал, но сейчас меня гораздо больше волновали пылкие взгляды Адели. Она явно положила глаз на меня и теперь будет при любом удобном случая приставать ко мне. Вот и сейчас бесцеремонно прервала нашу беседу, чтобы предложить свои услуги по обучению бою мечах.
   -Инта, - скромно глядя в пол, обратилась она ко мне,- я заметила, что ты хоть и являешься магом, совсем не умеешь драться холодным оружием. Хочешь, я тебя буду учить? Мой отец говорил, что фехтую на хорошем уровне.
Михтерр стоявший сзади нее и слушавший это предложение, сделал такую гримасу, что я еле удержался от смеха.
   Адель, - спросил я мягко, - а зачем мне это нужно?
   -Ну, вдруг ты не сможешь колдовать, и тебя может спасти только меч,- начала объяснять суровая воительница севера.
   Когда я согласился ее предложение, увидел удивленное лицо аль Варена. Он же не знал, что кроме языков я сейчас выучил кучу всяческих ритуалов и правил местной знати и полные базы боя на всех видах холодного оружия планеты. Теперь осталось только их с кем-то повторить и пусть пока это будет Адель. Жаль только, магии мне все придется учиться у Михтерра.
   В задачу профилактического центра не входила подготовка магов. подразумевалось, что сюда попадают уже опытные в этом деле специалисты.
   И вот мы уже несколько дней снова движемся по дороге из желтых плиток, оставляя за собой километр за километром. Но зато теперь мы вполне понимаем друг друга и можем разговаривать на любую тему. Адель оказалась страстной болтушкой, и уже через день я знал все подробности ее жизни на маленьком северном острове-владении ее отца. Там даже не рос лес, поэтому построить боевой драккар было безумно дорогим делом. Ее отец все деньги вложил в судно и проиграл. Теперь у Адели от отца остался только никому не нужный титул баронессы и умение кое-как махать мечом.
   Сейчас же она удивлялась моему быстрому прогрессу и надувалась от гордости, считая своей заслугой. Аль Варен в отличие от нее сразу сообразил, в чем дело и прямо спросил меня этом. Скрывать имеющиеся умения не было никакого смысла, и я честно признался в них. Зато над моими магическими знаниями он поиздевался всласть.
   - Знаешь ученик, для твоего здоровья лучше будет получить основы где-нибудь в провинциальной школе. А для моего здоровья это очень тяжелое испытание. Как я понимаю шамана, колотившего тебя дубинкой! Да тебя убить мало за то, что сейчас сотворил,- выдал он в сердцах после одного моего плетения.
   Кстати, заниматься работой с маной в галереях было сложно. Михтерр не видел потоки маны. Поэтому он не подозревал о десятках силовых жгутов несущихся под сводами тоннелей. Какие силы были задействованы в этом, мне было совершенно неясно. Тем более не хотелось нарушать работу автоматики всей транспортной системы, основанной не на электричестве, а на все еще непонятной мне силе, которой я мог худо-бедно управлять.
   Но все когда-нибудь заканчивается, так и наш путь явно пошел на подъем. Мы прошли место, которое на карте обозначалось черной кляксой. На этот раз Михтерр ошибся, в разрыве тоннеля, по всей видимости, были виноваты не люди, а землетрясение, несколько километров мы шли по недавно пробитому тоннелю, даже не пробитому, а проплавленному в толще породы. Десятки суетившихся биороботов не обращали на нас внимания, но ни один так с нами и не столкнулся. Михтерр глядел на них, как кот на сметану, но тронуть так и не рискнул Вскоре зона повреждений закончласть и внвьь потянулись километры желтой плитки, пока мы внезапно не уперлись в тупик.
   Галерея была перекрыта черной блестящей стеной с вырезанной на ней шестипалой ладонью. Я уже привычным движением приложил руку и... , ничего не произошло.
   Я оглянулся на стоящих сзади спутников и на долю секунды запаниковал. Но тут в голове прошелестели слова искина:
   -Даю обзорный вид выхода.
   В тот же момент в воздухе повисло изображение большого зала, заполненного людьми. Среди них выделялись служители Единого бога одетые в белые рясы.
   -Храм Единого!- изумленно воскликнул Михтерр, - с ума сойти! Эти придурки не нашли лучшего места для него! Как же мы теперь отсюда выберемся? Без шума не получится.
   Еще недавно время текло незаметно. Его скрадывала ходьба, привалы. Сейчас же, когда нам нужно всего лишь дождаться второй половины ночи, оно почти остановилось. Пока мы переодевались в рясы послушников, вытащенные из сумки Михтерра, и под его руководством учились правильно кланяться и приветствовать старших иерархов, это было еще не так тягостно.
   Но потом, время почти остановилось. Адель та вообще не могла усидеть на месте, вскакивала, предлагала позвенеть мечами. И только Михтерр, казалось, не выказывал волнения.
   На висевшем в воздухе изображении храмового зала обстановка изменилась, все молящие и просители покинули помещение и только несколько послушников тщательно убирали скопившийся за день мусор и грязь.
   Постепенно они тоже стали расходиться, и на один момент зал оказался пуст. Мы вопросительно посмотрели на аль Варена, но тот отрицательно покачал головой. И был прав. Буквально через пару минут в зале появились четыре вооруженных монаха и встали у выхода. Прошло еще около двух часов, и монахи начали клевать носом.
   Михтерр вздохнул, встал и вокруг его тела возник розовый ореол.
   -Открывай дверь!- скомандовал он, - и, сразу вставай так, как мы договорились.
   У брата Еросея болела голова, он днем пренебрег советом своего опытного напарника брата Шмыги и в трактире пройдохи Жучана, перебрал самогонки с пивом. А как не перебрать, если пьешь на халяву? И сейчас он, в отличие от своих напарников не дремал, опершись о копья, а тупо смотрел в черную стену Древних, неподвластную магии.
   Неожиданно стена растаяла, и за ней во всем своем величии стоял Единый бог в розовом ореоле, как на рисунках в священных книгах. За ним стояли два ангела послушника.
   Еросей попытался упасть на колени, но неведомая сила удержала его воздухе.
   Единый о чем-то спрашивал и Еросей с восторгом выкладывал ему, все, что мог знать воин послушник невысокого уровня.
   Когда через час в зал вбежали несколько жрецов, они увидели трех спящих непробудным сном охранников. А четвертый бился лбом в каменный пол около изображения единого и славословил его.
   Мы же были уже далеко и быстро шагали за магом, который казалось, знает все переулки Мермаха, так, как будто не отсутствовал здесь двадцать лет.
   Во время пути я крутил головой, пытаясь разглядеть, как можно больше подробностей первого города, увиденного мной на этой планете. Мне не нужно было дневного света, чтобы разглядеть небольшие, двухэтажные дома, спрятавшиеся за высокими заборами. Фонарей в городе не было, но изредка вдалеке мелькали отблески пламени, и слышались крики ночной стражи.
   Неожиданно Михтерр свернул в узкий проулок и к нам навстречу с двух сторон шагнули два крепких молодца, бандитского вида. Я даже не успел ничего предпринять, как оба они упали у ног мага. Через пару секунд один из них поднялся и с закрытыми глазами начал рассказывать о криминалитете города. Допрос не продолжался много времени, узнав все, что нужно, Михтерр привел обоих охранников в чувство и сказал им пароль, который сам только, что узнал от них же.
   Пройдя еще немного вперед, мы начали спускаться вниз по узкой и крутой каменной лестнице. Если мы с Михтерром не нуждались в освещении, то Адель пришлось вести за руку, периодически удерживая от очередного падения.
   Лестница закончилась дверью с огромным висячим замком. Маг стукнул в дверь несколько раз, и она просто ушла в сторону, открыв за собой небольшую комнату, в которой на нас с любопытством уставились несколько зверообразных рож. Мы, молча, прошли мимо них, и зашли в узкий коридор, на одной его стене из небольшого окошка слышались пьяные выкрики и звон металла. Заглянув туда я увидел большой зал, в нем за столами собралось, наверно, добрая половина городского отребья. Но мы пошли дальше к дверям с переливающимся на них причудливым плетением.
   Михтерр уверенно ткнул пальцем в его центр, плетение подернулось рябью, и дверь открылась. В богато убранном кабинете за большим столом сидел пожилой мужчина с холодными внимательными глазами, очень похожий на Михтерра.
   Он неожиданно широко улыбнулся и встав из-за стола сказал:
   -Ну, здравствуй брат, давненько я тебя не видел!
   Михтерр подошел к нему, обнял и с чувством произнес:
   - Я тоже рад тебя видеть, Карртин, вижу, что ты добился своей цели.
   Через несколько минут стол был полон вином и закусками, принесенные молчаливыми молодыми женщинами. Две из них остались прислуживать нам за столом. Михтерр недовольно покосился на них, но его брат тихо сказал:
   - Они под плетением Бокена.
   Мой учитель сразу успокоился и начал свой рассказ. Видимо брату он не совсем доверял, потому, что сообщил, что попал в Мермах через перевал, из Долины южного Фьорда. Про подземелья Древних он не сказал ни слова.
   Карртин негромко засмеялся.
   -Так это из-за тебя монахи подняли такой шум, рассказывают небывалые истории, и второй месяц блокируют перевал. Даже не подозревал, что ты сможешь оживить зеркало Древних, ведь это оно, если верить преданиям было способно на такие штуки, как утопить целый флот. А как ты вообще там оказался? Жрецы Единого бога двадцать лет безуспешно пытаются попасть в твою башню, надеясь выкурить тебя оттуда. Я, почему то был уверен, что ты с тех пор, как, не поладив с примасом, покинул Луганор, сидишь где-то в глуши восточного архипелага. А ты, оказывается, изображал жреца у тупых рыбаков Южного Фьорда. Интересно, примаса не хватит удар, от твоих шуток?
   Надо сказать, он изрядно сдал за эти годы, но власть держит крепко в своих руках. Король доверяет ему безраздельно. Но что удивительно Магистериум тоже пляшет под его дудку.
   Тут Карртин замолчал и начал разглядывать меня и Адель. Ухмыльнувшись, он сказал:
   -Где ты ухитрился откопать такой талант, давненько я не видел магов такой силы. А вот твоя девица удивила. Насколько я помню, раньше тебя привлекали зрелые женщины с пышными формами.
   Адель после этих слов покраснела и схватилась за меч.
   -О, да она у тебя с характером! - воскликнул Картин, ехидно улыбнувшись.
   Михтерр тоже улыбнулся.
   -Перестань дразнить девчонку, брат. Это не к лицу хозяину ночного Мермаха. Лучше расскажи, как ты ладишь с жрецами и магистратом.
   -Всяко бывает, - сразу став серьезным сказал тот. - Иногда членам магистрата приходит в голову странная идея -избавить город от преступников. Заканчивается она сразу, как налоги в городскую казну уменьшаются раз в десять. Что же касается религии, все мои люди искренне верят в Единого, и регулярно несут дары в храм. А что еще нужно жрецам? Тем более, что я, в отличие от некоторых не называл примаса тупым ослом, и любителем мальчиков. И я пока еще остаюсь членом Магистериума, с которым ты расплевался двадцать лет назад. Ну, ладно пусть твои спутники ужинают, а мы с тобой посекретничаем в кабинете.
   Братья маги встали и вошли в кирпичную стену, казавшуюся незыблемой. Адель удивленно охнула. Для меня же, закрытая плетением дверь в стене, была ясно видна.
   Совещались они долго. Но скучно нам не было, воспользовавшись случаем, моя юная спутница болтала, как заведенная. Когда, наконец, появился Михтерр с братом, я с наслаждением рисовал себе картину в воображении, как вставляю кляп в рот этой болтливой сороке, чтобы не слышать, как та по десятому кругу начинает рассказывать о своем любимом песике, или, как она убила своего первого кабана. Я немного сомневался, что кабаны могут жить на северных островах, но переспрашивать Адель не решился, боясь получить новую порцию рассказов.
   Михтерр после разговора с братом был мрачен и неразговорчив. Он уселся за стол и пробурчал:
   Очень жаль Инта, но нам придется расстаться на некоторое время.
   Меня как будто ударили пыльным мешком по голове.
   -Но почему, учитель? - воскликнул я,- что случилось?
   -Ничего хорошего,- ответил тот, - мне надо обязательно попасть в свою башню, но ее тщательно охраняют и с вами туда не пройти. К сожалению, у тебя Инта пока гораздо больше силы, чем ума. А там будут маги почти моего уровня. Я не смогу преодолеть их заслон, одновременно защищая вас. Поэтому предлагаю следующий вариант, пока я занимаюсь этим вопросом, ты должен отправиться на учебу в академию Луганора, уверен, что тебя возьмут туда без всяких экзаменов. Адель возьмешь с собой. Мой брат сделает для вас подорожную, как барону Северного архипелага с сестрой.
   -Как же Адель сможет быть сестрой?- удивился я,- она мне в дочери годится. Это же сразу в глаза будет бросаться.
   Михтерр ухмыльнулся.
   -Ты, видимо, давно не смотрел на себя в зеркало,- сказал он. После чего передо мной в воздухе возникла зеркальная пленка, в ней я увидел свою физиономию. Вот только принадлежала она симпатичному светловолосому парню лет двадцати с мощной фигурой атлета.
   -Хм, неплохо работает техника Древних!- удивленно думал я,- лет двадцать точно убавила. То-то Адель на меня такие взгляды кидает. А Михтерр между тем продолжал:
   -Внешность у тебя типичного северянина, так что в этом проблем не будет. Главное веди себя нахальней, и тогда вопросов никаких не возникнет
   Нашу беседу с интересом слушал Карртин и кивал головой в знак согласия.
   -Это в точку сказано,- поддержал он брата,- драчливый и задиристый народ. Пираты! Из-за них в северные широты никто не хочет плыть, если только не договорится с каким-нибудь ярлом.
   Адель нашу беседу не понимала, потому, что та проходила на редком диалекте южного Луганора. Но по выражению наших лиц, ей было ясно, что что-то идет не так.
   Она дернула меня за рукав.
   -Инта, что случилось, почему Михтерр такой злой?
   Я шепотом сообщил ей суть происходящего. Девчонку новость нисколько не огорчила.
   -Подумаешь, мы и без него обойдемся,- фыркнула она. - все просто отлично! Я всегда мечтала о путешествиях, а отец хотел после рейда отдать меня замуж за своего приятеля, барона с соседнего острова, тот обещал ему большой драккар после свадьбы. А теперь вместо этого мы отправимся в Луганор, говорят, в этом городе крыши у домов покрыты золотом. Я так мечтала увидеть такое чудо.
   Оба мага, не пропустившие наш разговор, засмеялись.
   -В который раз слышу эту байку,- улыбаясь, сказал Михтерр, - очень тонким слоем золота там покрыта только крыша храма Единого бога, а все остальные дома в городе крыты глиняной черепицей, в том числе и дворец короля.
   Адель разочарованно вздохнула.
   Михтерр, между тем, продолжал:
   -Я должен идти, не хочу, чтобы у Карртина появились проблемы. Вы же остаетесь здесь до утра, и завтра отправляетесь в Луганор. Инта пойдем, поговорим на улице, мне надо сказать тебе пару слов наедине. Не беспокойся, Адели найдут место, где переночевать. После нашего разговора тебя отведут к ней.
   Он обнял брата, попрощался и пошел к выходу, я отправился вслед за ним. На улице для глаз обычного человека была непроглядная темень, но для меня и Михтерра окружающее было видно почти, как днем. Никаких человеческих аур поблизости не было. Несмотря на это Михтерр говорил почти шепотом на забытом языке магов
   -Ученик, надеюсь, ты не забыл об артефактах в своей сумке. Береги ее. Хотя обычные люди ее не смогут открыть, но если она попадет в руки приличного мага, есть вероятность, что он сможет это сделать. К сожалению, у меня нет времени забрать артефакты у тебя, а сумка тебе необходима. Ну. ладно давай прощаться. Когда придет время, я тебя найду, - с этими словами Михтерр похлопал меня по спине, повернулся и почти бегом скрылся за ближайшим поворотом.
Когда я зашел обратно, молчаливый сопровождающий проводил меня до комнаты, где уже была Адель, она не спала и при моем появлении вскочила на ноги и подбежала ко мне.
   -Инта, наконец, ты пришел, я никак не могла уснуть без тебя, - пожаловалась она. Мой спутник хмыкнул и ушел, оставив нас вдвоем.
   .Я аккуратно снял перевязь с мечом, сумку и присев на топчан начал стягивать сапоги,
   Адель в тусклом свете магического светильника молча наблюдала за мной.
   -Можно я лягу с тобой,- внезапно спросила она,- мне страшно одной. Мы же в тоннелях Древних спали рядом.
   -Молчи,- прошептал я,- тебе же говорили не рассказывать никому про наш переход.
   В это время я лихорадочно пытался понять слышал ли кто-нибудь слова девочки. Однако бодрствующих человеческих аур я не обнаружил и немного успокоился. Настырная девчонка все же залезла ко мне в постель и почти сразу заснула, уткнувшись носом мне в грудь.
   Утро пришло неожиданно быстро. Мы не успели привести себя в порядок, как в комнату зашла женщина и увела Адель с собой. Меня же вызвал к себе Карртин. Когда я зашел в кабинет, он сидел за столом и прихлебывал ароматный напиток. Присесть он мне не предложил, долго меня рассматривал и, наконец, изрек:
   -Жаль, что ты ученик Михтерра, а то предложил бы тебе работать на меня. Ну, ладно вот держи свои бумаги. Они пройдут любую магическую проверку, отвечаю!
   Я видел переливающиеся радужными цветами печати, и причудливые плетения наложенных на бумаги заклинаний. Поэтому вполне поверил его словам. Прочитав бумаги, узнал, что являюсь бароном Инта дел Сол, предпринявшим путешествие в Мермах вместе с сестрой Аделью дел Сол для посещения храма Единого бога, и сейчас направляюсь в Луганор для поступления в королевскую академию магии.
   Я начал благодарить ночного хозяина города, но тот прервал мои слова и холодно сообщил, что делал это не для меня, а для своего брата, вот того мне и следует благодарить.
   На этом аудиенция закончилась, нас с Аделью выпроводили на пустынную улицу, указав при этом, где находится ближайший постоялый двор.
   Ранним утром хозяин таверны Жучан любил посидеть у входа на небольшой скамейке, поставленной специально для этой цели. Утреннее солнце грело лицо нежным теплом, и можно было сидеть с закрытыми глазами, изредка перекидываясь словами с проходящими мимо людьми. Неожиданно чья-то тень закрыла от него солнце, и он открыл глаза, с словами, что сейчас кто-то у него схлопочет. Но не высказанные слова застряли в гортани, когда он увидел стоящего перед ним огромного северянина. У него даже схватило живот от предчувствия неприятностей.
   Однако северянин не стал кричать или хвататься за меч, а довольно
   вежливо спросил можно ли ему и сестре остановиться у него на один-два дня. Вежливость северянина так поразила старого Жучана, что он долго не мог сообразить чего от него хотят. Пришел он в себя только после того, как вытащенный мелкой девчонкой меч не уперся ему в живот.
   Вот таких действий от северян Жучан вполне ожидал, поэтому сразу пришел в себя и пригласил ранних посетителей в общий зал, где не было еще ни одного человека, только кухарка суетилась у растопленной плиты. Когда северяне уселись за стол, Жучан самолично принес им завтрак . Он отлично помнил последний раз, когда у него останавливались гости с севера. Тогда ему пришлось залезть в долги, чтобы отремонтировать полуразрушенное здание.
   -Может, уважаемые гости еще что-нибудь пожелают? - спросил он с поклоном, после того, те расправились с завтраком.
   -Уважаемые гости, хотят отдохнуть до обеда, а потом пройтись по лавкам,- сказал северянин, - кстати, ты можешь обращаться ко мне, просто - господин барон.
   -Конечно, как вам будет угодно, господин барон, - вежливо ответил Жучан, думая про себя:
   - Приплыли голодранцы со своих островов, а у нас выделываются, все вдруг благородными стали.
   Но когда на стол был положен полновесный золотой иридийский гелан, на который можно было неделю кормить всех постояльцев таверны, мысли трактирщика сразу перешли в другую плоскость. Он вышел во двор и тихо сказал работнику, занимающемуся колкой дров:
   -Сходи до Трога, скажи есть работа.
   Работник с удовольствием воткнул топор в чурку и, утерев пот, отправился выполнять хозяйское поручение.
   Сам Жучан побежал показывать гостям лучший номер в своей таверне. Его несколько обидел пренебрежительный взгляд барона на комнату, но он постарался обиду скрыть, и льстивым голосом сообщил, что в номере имеется туалет и душ, за которые он в свое время отдал магам немалые деньги. Барон после этой новости снисходительно изрек:
   - Ладно, на одни сутки нам сойдет и такое убожество, - после чего, глядя в глаза трактирщику, добавил:
   - Надеюсь, золотой монеты достаточно за сутки проживания и питания в этом хлеву?
   Жучан заверил знатных гостей, что ему вполне достаточно представленной оплаты и поспешил уйти во двор, где в тенечке собирался дожидаться своего старого приятеля Трога.
   Когда я с Аделью подошел к воротам постоялого двора, его хозяин сидел на маленькой скамейке, подставив лицо утреннему солнцу. Увидев нас, он почему-то растерялся и даже не мог ответить на мой вопрос. В чувство хозяина привела моя спутница, приставил к его толстому животу свой меч. После этого он пришел в себя и быстро организовал отличный завтрак, но когда при виде золотой монеты его глаза засверкали так выразительно, я сразу понял свою ошибку, но исправлять ее было уже поздно.
   После завтрака хозяин повел нас на второй этаж показать, как он выразился, почти королевские покои, Комната, действительно, оказалась вполне приличной. А когда он с гордостью сообщил, что здесь имеется туалет и душ я еле выдержал, чтобы не показать свою радость. У меня давно пропала надежда найти такие удобства в средневековом мире.
   Когда Жучан вышел из комнаты, Адель сняла пояс с пристегнутым мечом и прямо в одежде разлеглась на кровати. Я только вздохнул и, задавив в себе воспитательский порыв, аккуратно сложил свои вещи, и отправился в душ. Когда вышел оттуда весь из себя чистый и побритый, Адель уже спала. Я тоже прилег на кровать с надеждой вздремнуть час другой, но заснуть так и не смог.
   В голове теснилось множество мыслей, как мы будем добираться до Луганора - столицы огромного острова Антенариву. Насколько я понял из рассказа Михтерра, до него из Мермаха было почти полторы тысячи километров. Так, что если проходить в день по тридцать километров, дорога займет почти пятьдесят дней и надо еще добавить несколько дней на всякие непредвиденные обстоятельства. За себя я не переживал, после пребывания в капсуле Древних, убить меня было трудно, хотя и возможно, если отрубить голову, но об этом еще надо было догадаться. Больше я беспокоился о девчонке, которая сейчас тихо спала на кровати. За прошедшие дни она незаметно вошла в мою жизнь, и иногда мне казалось, что я разговариваю со своей дочкой. Вот только Адель дочерью себя считать не хотела, и глядела на меня совсем не так, как на отца.
   Так в мыслях предстоящей дороге я пролежал до полудня, когда мои внутренние часы сообщили, что пора обедать, а затем прогуляться по рынку.
   Я разбудил Адель, та не хотела вставать на обед и только волшебные слова - после обеда идем на рынок, заставили ее подняться.
   Когда мы спустились вниз в таверне сидели несколько посетителей, а сам хозяин сидел за столом с каким-то подозрительным типом.
   Увидев нас Жучан, встал и сам принял заказ. Мы спокойно поели и отправились на рынок, поэтому не слышали окончание беседы между хозяином таверны и неким Трогом.
   Когда последний увидел, кого предлагает убить и ограбить его старый приятель Жучан, он опасливо огляделся по сторонам и сказал:
   -Нет дружище, я за это дело не возьмусь, мне еще хочется пожить.
   На вопрос Жучана, чего он так испугался, Трог сказал всего несколько слов.
   -Они под защитой самого Карртина. И если бы ты не был моим приятелем, сам понимаешь, какой штраф пришлось бы тебе платить.
   У хозяина таверны от страха заболел живот, и он, оставив своего друга, побежал в туалет. Спустя некоторое время он вышел оттуда и с заискивающей улыбкой присел за стол к Трогу.
   - Приятель, надеюсь, никто не узнает об этом недоразумении? - льстиво спросил он.
   Трог допивая кружку с пивом, задумчиво покрутил головой и сказал;
   -Конечно, можешь на меня рассчитывать. Кстати, я давно не пробовал иридийского красного, будь так любезен, принеси мне кувшинчик.
   Жучан слегка изменился в лице и, ничего не сказав, отправился в погреб. Ему было ясно, что Трог воспользуется сложившейся ситуацией на все сто процентов. Иридийское красное стоило немалых денег.
   Днем при солнечном свете Мермах выглядел не таким мрачным. По улицам ходило много народа, изредка проезжали экипажи, запряженные лошадьми. По крайней мере, животные были очень похожи на лошадей. Кучера экипажей не стеснялись огреть кнутом зазевавшихся прохожих, и никто против этого не возражал.
   Город оказался неожиданно большим. Поэтому несколько раз пришлось переспрашивать, как дойти рынка, но, то ли горожане были тупыми, то ли я, и наша прогулка изрядно затянулась. Однако, вскоре нам навстречу стали попадаться горожане, тащившие в сумках разную снедь, овощи и я рассудил, что мы движемся в правильном направлении.
   Адель крутила головой по сторонам, ее удивляло, что горожане ходят без оружия, что в дома можно залезть без особого труда. Пришлось объяснять, что город находится в предгорьях и с юга в него можно попасть только через единственный перевал, который легко можно перекрыть, при необходимости. А севернее Мермаха раскинулось обширное королевство Луганор поэтому он избавлен от вечного страха прибрежных городов -пиратских драккаров северян. Рассказывая, я невольно взглянул на вздымающиеся снежные вершины, и вспомнил свое недолгое пребывание в рыбацкой деревне, расположенной где-то далеко за этими горными хребтами.
   На рыночной площади было людно. За время, проведенное в этом мире, я впервые видел столько народа. Адель, похоже, тоже, потому, что она ухватилась за мою руку и старалась идти ближе ко мне. Проходя между торговыми рядами, я обнаружил интересный факт, ни один из множества карманников, промышляющих на рынке, не заинтересовался нами, даже нищие, пристающие ко всем подряд, молчали, когда мы проходили мимо. Почему так происходит, догадаться было несложно, На нас была метка короля преступного мира Мермаха. Мы долго бродили по лавкам, в одной из них мне удалось прибрести оружие и легкие доспехи на мой размер. После недолгого торга купец снизил цену почти вдвое. Видимо решил лучше продать дешевле, чем все это железо будет валяться у него в лавке еще не один год.
   Адель была в восторге от моей покупки и завистливо разглядывала кожаную куртку, подбитую стальной чешуей. К сожалению, на ее размер нам ничего найти не получилось, поэтому я просто купил ей добротную куртку, брюки и кожаные сапожки. Все вещи, не подумав, складывал в сумку, у всех на виду. Поэтому, когда мы уходили с рынка, на узкой улочке к нам преградили путь трое стражников с бляхами на груди.
   -Эй, северянин, - обратился ко мне один из них, ты почему не уплатил входную пошлину на рынке.
   Устраивать разборки с ними не хотелось. Поэтому на моей ладони появился потрескивающий белый шарик, от него ощутимо пыхало жаром.
   -Маг!- воскликнул старший. После этого возгласа стражников, как ветром сдуло.
   да, пожалуй. надо быстрее убираться из этого городка, мы здесь с Адель смотримся, как белые вороны,- решил я после ухода стражи.
   Когда вернулись в постоялый двор, в зале все еще сидели редкие посетители, а хозяин точил лясы с кухаркой. Я отослал Адель в номер, сам оторвал хозяина от увлекательной беседы, пригласив его выпить вина за мой счет.
   Только сейчас в этой беседе я узнал его имя, и невольно рассмеялся про себя. Имя Жучан на луганорском языке никакой смысловой нагрузки не несло. Но на русском оно полностью отражало его суть.
   Естественно, от даровой выпивки он не отказался и спустя пару минут запыхавшийся поваренок принес нам запечатанный кувшин. Чуть сладковатое белое вино оказалось великолепным на вкус, но и цена, как я узнал немного погодя, у него была соответственная.
   В начале беседы Жучан был немногословен и осторожен в словах, но после третьего бокала язык у него развязался, и он охотно рассказывал о последних событиях в Мермахе. В том числе сообщил, что в городе уже три недели квартируется рота боевых монахов, которые выставили посты на дороге к перевалу, и всех идущих по ней ждет магическая проверка.
   -Ищут какого-то старого еретика и его помощника, дикаря с южных островов,- шепотом доложил мне Жучан, - поговаривают их можно легко отыскать, якобы у дикаря на щеке рыба наколота.
   Мне с трудом удалось сдержать усмешку. Похоже, у жрецов Единого секретность была не в почете. Но подумав, я решил, что наши приметы были специально "пущены в народ". Только информаторы ничего не знали об Адели и о том, что никакой татуировки у мена лице теперь нет. А уж связать старого жреца Миху с опальным магистром Михтерром аль Вареном и подавно никто не догадался.
   Спрашивать у трактирщика о дороге до Луганора я не собирался. Было бы смешно спрашивать то, о чем мне, по идее, должно быть известно лучше, чем ему. Но вот о караванах, идущих туда, можно было спрашивать без опаски. И тут нам, неожиданно повезло. Жучан подвел меня к солидному пожилому мужчине, сидевшему за соседним столом.
   -Вар Адер,- обратился он к нему, - этот молодой северянин с сестрой хотят попасть в Луганор.
   Мужчина посмотрел на меня цепким опытным взглядом и сказал:
   -Вообще проезд в караване стоит дорого, мне лишние люди не нужны, - тут он помолчал и после паузы добавил,- однако у меня есть другое предложение, если ты присоединишься к нашей охране, то сможешь добраться до Луганора бесплатно, как тебе такой вариант?
   Про себя я подумал:
   -Нормальный ход! Ну, и шустряк этот купец, я два месяца буду занят в охране каравана и не получу за это ни шиша, в отличие от других охранников. Мне, конечно, эти деньги на хрен не нужны, но если я сейчас соглашусь, этот вар Адер решит, что на мне можно воду возить.
   Я усмехнулся и спросил:
   -Уважаемый вар Адер, а сколько вы платите обычному охраннику. Купец нахмурился.
   -Мне казалось, что это тебе надо попасть в столицу?
   -Да, - согласился я. - Но это не повод, чтобы подрядится на два месяца работать бесплатно. Думаю, что караванов будет еще много и в охрану меня возьмут без проблем.
   -Одна серебряная монета в три дня,- недовольно пробурчал купец, - и мой кошт.
   -Вот это совсем другое дело,- улыбнулся я.- и для моей сестры место в повозке.
   Мы ударили по рукам, после чего вар Адер подробно рассказал, куда завтра следует нам подойти.
   Жучан, внимательно слушавший наш разговор, оживился, когда речь зашла о лошадях.
   -Вар Инта,- заговорил он,- осмелюсь предложить вам купить пару лошадей из моей конюшни. И вам не придется еще раз идти сегодня на рынок, тем более что время уже позднее.
   Порыв хозяина постоялого двора, внешне благородный, был вполне понятен. Наверняка, хотел сбыть какого-нибудь старого одра северянину, по определению, не разбирающемуся в лошадях.
   Я поднялся и, провожаемый насмешливым взглядом вара Адера, отправился с Жучаном в конюшню. В большом длинном помещении в ряде денников стояли с десяток лошадей. Хозяин подошел к первой из них и начал ее расхваливать. Тощий мерин с выпирающими ребрами равнодушно стоял, глядя на нас подтекающими гноем глазами. Я слушал Жучана, и в тоже время, внимательно разглядывал ауру животного, выясняя причину такого состояние еще не старой лошади. И тут внимание привлекли изменения в ее желудке. Приглядевшись, я понял, что там сидит огромный ленточный паразит его головка, размером с горошину, впившаяся в стенку желудка, мерцала в аурном зрении гниловато-зеленым цветом. Небольшой импульс силы, посланный мной, и головка глиста измельчается в пыль. Мерин вздрогнул и ткнулся мордой мне в рукав.
   -Так сколько ты хочешь за этого еле живого коня? -прервал я излияния собеседника.
   Тот, остановленный на полуслове, озадаченно помолчал, потом выпалил:
   -Десять серебряных анхимков.
   Я засмеялся.
   -Уважаемый Жучан, я куплю его у тебя за ту цену, что предложат на скотобойне, и, так и быть, накину сверху пару медяков.
   Поняв, что втюхать за дорого лошадей не удастся, Жучан резко снизил цену и после непродолжительного торга мы остановились на одном анхимке за мерина и двух за высокую красивую кобылу, явно не из крестьянского хозяйства, больную копытной гнилью. За седла я ничего не платил.
   Жучан, продав больных лошадей, не мог скрыть довольной улыбки. Я же улыбался про себя, потому, что глист в желудке у мерина уже сдох и теперь переваривался там, как и остальная пища. А у кобылы, восстановлено кровоснабжение в копытах, нарушенное грибком, и я надеялся, что если этого не хватит для полного выздоровления, во время пути, постараюсь довести дело до конца.
   Придя в номер, я обнаружил, что Адель, переодевшись в купленную на рынке одежду, увлеченно тренируется с мечом. Грязная одежда, которую ей еще давал Михтерр, была кинута на пол, и от нее шел не очень приятный аромат.
   -Нет, с этим надо, что-то делать,- решил я и непреклонным голосом скомандовал:
   -Раздевайся!
   Адель удивленно уставилась на меня.
   -Но ты же сам купил одежду для меня,- обиженно сказала она.- Зачем же сейчас ее отбираешь?
   -Зачем, почему? - проворчал я. - А потому, что нужно мыться, прежде чем надевать чистую одежду. Давай, быстро скидывай все!
   Адель, отложила в сторону меч, и с вызовом глядя на меня, принялась раздеваться.
   -И что теперь? - спросила она, скинув последнюю тряпочку и уперев руки в бока. Вместо ответа я тоже начал раздеваться.
   -Ты хочешь сделать меня женщиной?- с надеждой в голосе спросила Адель. - Тогда ты должен сначала взять меня замуж.
   -Ага, как же, размечталась,- сообщил я- Больше мне делать нечего, как жен коллекционировать. Мыть сейчас тебя буду!
   Взяв ее за руку, повел в душ. Когда с потолка брызнула теплая вода, Адель взвизгнула, потом стояла спокойно. Когда я начал намыливать ей голову по телу девочки побежали грязные потеки, но все же, после третьего ополаскивания вода с волос полилась уже чистая. Намыв ей еще спину, сунул в руки мочалку и предложил дальше мыться самой. Слегка сполоснулся сам, и пошел одеваться.
   Когда мокрая взъерошенная девушка вышла из душа, я уже сидел за столом с бокалом вина.
   Вон полотенце на стуле висит,- сказал я ей.
   Адель, неумело просушив волосы, завернулась в полотенце и уселась напротив.
   - Никогда в жизни не мылась,- неожиданно сказала она,- у нас дома никто не моется. И плавать никто не умеет. Мой отец всегда говорил, что мы сильней южан, потому, что они смывают свою удачу водой. А ты сегодня смыл мою удачу?
   Я улыбнулся.
   -Ну, положим, мылась ты сегодня уже в третий раз. Помнишь, тебя уже пытался отмыть один маг. Правда, у него это не очень получилось. Вода в пруду была холодная, а рыбьего жира на тебе килограммы. А во второй раз это было в подземельях Древних, вот тогда тебя отмыли по-настоящему.
   Адель серьезным взглядом посмотрела на меня.
   - Знаешь Инта, когда неведомая сила схватила меня и окунула в пруд, я жутко испугалась, мне казалось, что вы готовите меня в жертву своему богу. А потом неожиданно Михтерр сказал, что я ему понравилась и он берет меня в прислугу,- призналась она.
   -Чего же ты тогда убежала от нас? - спросил я у девушки.
   -Сама не знаю, - вздохнув, сказала та, - я же не знала, что вы оба хоть и маги, но хорошие.
   Я хмыкнул
   -Ну, да, очень хорошие. Михтерр утопил все ваши драккары вместе с воинами, я на твоих глазах сжег два десятка разбойников.
   -Ну, и что из этого, - сказала Адель, - когда мы собирались в этот поход, жрецы пророчили неудачу, но наш ярл посмеялся над этим предсказанием, и вот результат. А то, что ты сжег разбойников тоже хорошо. Все равно их когда-нибудь должны были казнить, лучше всего четвертовать.
   - Мда,- подумал я,- дитя сурового времени, пиратка, одним словом.
   -Ладно, - уже вслух сказал я, - давай ложиться спать, завтра надо рано вставать.
   Я лег в кровать и, закрыв глаза, начал устанавливать сторожевую нить на двери. Но когда, это почти получилось, ко мне прижалось худенькое горячее тело.
   -Адель,- сердито сказал я,- сколько можно повторять, спи в своей кровати.
   Над ухом послышался разочарованный вздох, и я остался один. На второй раз сторожевая нить у меня получилась без проблем, и я надеялся, что мои наставники вага Умару и магистр аль Варен остались бы мной довольны.
   Почти сразу после этого меня сморил сон. Утром проснулся, когда еще только начинало светать. Адель спала, разметавшись на кровати, скомканное одеяло валялось на полу. Я подошел к окну и, посмотрев на улицу, увидел, что краешек солнца виднеется над горизонтом.
   -Пусть девочка еще поспит, я пока соберусь, - подумалось мне. Одевшись, я спустился на первый этаж, где на кухне уже витали аппетитные запахи.
   Они навели меня на мысль, что надо озаботиться кое-какими продуктами, хотя бы на несколько дней. Быстро решив этот вопрос с кухаркой, взял пару готовых завтраков и, сложив их на поднос, унес наверх.
   Адель еще не проснулась и по-прежнему сопела в подушку.
   -Все-таки крепкий народ, северяне, спит без одеяла, голышом, несмотря на открытое окно, и хоть бы, что, - подумал я, ставя поднос на стол.
   -Эй, соня! Вставать думаешь? - громко прозвучал мой вопрос.
   Адель подскочила в кровати, и в руках у нее появился ее любимый клинок.
   -Спокойно, спокойно,- засмеялся я,- здесь все свои.
   Она зевнула, отложила оружие в сторону и встала.
   -Хм, а девица вроде округляться начала,- подумал я, разглядывая демонстрируемую мне, тощую, розовую задницу, - вот ведь зараза! Специально передо мной в таком виде расхаживает!
   -Быстро одевайся, делай все дела, и завтракать,- сказал я, - нам надо поторапливаться.
   Все же отец хорошо ее выучил. В несколько минут Адель успела одеться. Еще спустя минут десять она уже сидела за столом. Сейчас, в мужской одежде, с убранными под круглый берет волосами, она была похожа на мальчика лет четырнадцати. Только более тонкие черты лица, и высокие брови, могли подсказать, что это девушка.
   Вдвоем мы шустро расправились с завтраком, собрали вещи и спустились вниз. Кухарка с изумлением смотрела, как приличная горка съестных припасов исчезает в небольшой сумке, которая остается пустой на вид. И пришла она в себя, только, когда перед ней на стол легли несколько монет. Адель за это время собрала с веревок на заднем дворе высохшую одежду и сложила в заплечный мешок, какой присутствовал и у меня. Не хотелось привлекать внимание, полным отсутствием вещей у путников, отправляющихся в дальнюю дорогу.
   Когда зашел в конюшню Жучан уже был там. Он озадаченно глядел, как вчерашний еле живой мерин активно хрумкает зерно в кормушке. И кобыла не лежит, а нетерпеливо топчется в деннике, с любопытством оглядывая нас.
   Усмехнувшись про себя, я принялся заседлывать лошадей, и тут понял, что одно дело иметь заложенные в тебе знания, и другое дело применять их на практике. Хорошо, что Жучан особо не удивился моим неловким рукам, скорее всего от северянина он и такой сноровки не ожидал. Его в этот момент больше волновал вопрос, как он ухитрился так пролететь - продать за бесценок пару вполне еще приличных коней.
   Но сделка есть сделка, поэтому он вежливо распрощался с нами, и только печально вздохнул, глядя на уводимых лошадей. А вот Адель глядела на них с ужасом и сразу заявила, что на такое чудовище ни за что не сядет. -Только сухопутные крысы ездят на лошадях, для северян драккар единственное средство передвижения, - сразу заявила она.
   Я особо не настаивал, ничего необычного в том, юная северянка боится сесть на лошадь, не было. Мне и самому понадобится такая отмазка, потому, что моя посадка на лошади была далеко не безупречной.
   Мы медленно продвигались узкими улочками Мермаха в сторону северной окраины города. Там, около большого постоялого двора, обычно формировались караваны, направлявшиеся на северо-восток Антенариву в сторону Луганора и других крупных городов. Я ехал на кобыле, которую назвал Красотка, за мной в поводу шел мерин, не мудрствую лукаво, получивший от меня одноименную кличку, ребра у него, естественно, выпирали, как и вчера, поэтому народ на улице, улыбался, глядя на него. Но открытых насмешек не было. Никто не хотел ссор с возвышавшимся башней на лошади, угрюмым северянином и мальчишкой, шедшим у его стремени, хватающимся за меч при любом намеке на оскорбление. Город оказался на удивление большим, а когда мы попали на окраину, я удивился еще больше.
   Городской стены у него не было.
   Поразмыслив, я сделал из этого обстоятельства несколько выводов. Первый- это то, что городу никто не угрожает, второй вывод, сделанный из первого - королевская власть сильна и не допускает разборок между феодалами, ну, и третий вывод - возможно король побаивается граждан Мермаха, отсюда и отсутствие стены.
   Пока размышлял по этому поводу, мы незаметно достигли своей цели - большого караван-сарая. Было понятно, почему он расположен в этом месте. Сразу ним начинался тракт на Луганор, о чем говорила надпись на покрывшемся патиной времени медном щите, водруженном на каменный обелиск. По тракту в ту и другую сторону двигался нескончаемый поток людей. Конные, пешие, на телегах, все они двигались по своим неотложным делам.
   Подъехав к караван-сараю, я начал высматривать среди множества людей, нужного мне человека. Руководствуясь указаниями, данными вчера Адером, я довольно быстро его отыскал. Он носился вдоль длинного ряда фургонов, закрытых темной, плотной тканью и громко ругался. Увидев меня, он первым делом глянул на лошадей, понимающе хмыкнул, потом коротко сказал:
   -Езжай в конец каравана, начальник охраны сейчас там. Зовут его вар Изен. Он тебе все объяснит. Свою сестру посадишь в последний фургон,- добавил он и с любопытством оглядел насупившуюся Адель,- если бы не сказал вчера, что ты с сестрой, подумал бы, что это обычный мальчишка.
   На эти слова Адель возмущенно фыркнула, но ничего не сказала, и послушно пошла вслед за мной в конец каравана.
   -Не хочу целый день сидеть в фургоне!- заявила она, когда мы дошли до конца каравана. Я ехидно улыбнулся и сказал:
   -Не хочешь сидеть в фургоне, придется учиться ездить на лошади.
   На этом наша беседа закончилась, потому, что плечистый мужчина в кожаной безрукавке, не скрывающей его могучие мышцы, махнул мне рукой и крикнул;
   -Эй, северянин, иди сюда, мы тебя с утра ждем!
   Когда я неуклюже соскочил с лошади, тот обменялся веселым взглядом с со своим товарищем, высоким тощим человеком, с висевшим за плечами очень необычным арбалетом.. Но вслух ничего сказано не было. Репутация забияк северян продолжала работать на меня.
   Наверно поэтому никаких вопросов о моих умениях не прозвучало. Вместо этого вар Изен, познакомившись со мной и представив своего приятеля вара Элвара, потирая бритый затылок, начал жаловаться мне на низкое качество охраны.
   - Представляешь, вар Инта, - говорил он,- кроме нас троих, здесь нет ни одного профессионального воина.
   - Гордись, Инта, - сказал я сам себе,- тебя приняли за опытного вояку.
   Тут в беседу вступил вар Элвар, оказавшийся обладателем баса, который трудно было ожидать при его телосложении.
   -Слушай, северянин, - сказал он.- Почему у тебя такое необычное для ваших мест оружие, и где твой щит?
   Когда он задал этот вопрос, Адель укоризненно взглянула на меня.
   Она то мне все уши прожужжала о том, как должен быть вооружен настоящий нордвиг и что главным его оружием должна быть секира. Я же, прикинув свои возможности, выбрал для себя тяжелую шпагу. Именно с ней я тренировался в подземных галереях. В безразмерной сумке Михтерра имелся целый арсенал холодного оружия, и Адель только глотала слюнки, когда я выбирал себе шпагу по руке.
   К концу нашего путешествия мне уже было совсем не интересно заниматься с Аделью. Разница в наших возможностях была слишком велика. Михтерр же, в ответ на мою просьбу позвенеть клинками, только рассмеялся и сказал, что давным-давно не брал в руки мечи потому, что настоящему магу нужно только одно оружие и показал на свою голову.
   Увы, мне было слишком далеко до настоящего мага, поэтому, я пока нуждался в холодном оружии.
   Сейчас же в ответ на вопрос Элвара я высокомерно улыбнулся и сказал:
   - Мы не на корабле и далеко от моря, поэтому предпочтительней пользоваться таким оружием. А щит мне вовсе не нужен.
   Я вытащил из-за воротника висевший на шнурке амулет мага, который прибрал на разбитом паруснике и показал его своим собеседникам.
   Те переглянулись, и вар Изен совсем другим тоном протянул:
   -Конечно, с таким амулетом можно многого не бояться. Не скажешь, как к тебе попал амулет иридийских магов.
   Вопрос этот он задал, даже не надеясь на ответ. Но я, неожиданно для него, ответил;
   - Да, очень просто.... Снял с трупа убитого мага.
   Собеседники переглянулись еще раз, а Адель открыла рот от удивления. Эту историю она пропустила. Мы с Михтерром разбирались с амулетом, когда она спала. Магу довольно быстро удалось убрать из сложного магического устройства все ловушки и сделать привязку на меня. Сосал манну этот амулет не хуже пылесоса. Но у меня, как раз в этом проблем не было. Полную его зарядку я сделал за три дня. Михтерр тогда немного завистливо сказал, что ему на это потребовалось бы намного больше времени.
   Амулет отражал любые летящие предметы, двигающиеся с опасной скоростью. Таким образом, если медленно вдавливать в мое тело клинок, амулет реагировать не станет. Но об этом никто не знает, а рассказывать я не собираюсь. Ну, и при необходимости можно было использовать накопленную в нем энергию, как молнию или фаербол.
   Предыдущий владелец истощил амулет, сначала отражая атаку ваги Умару, затем, пытаясь прикончить меня, а в результате был убит капитаном, пришпилившим его палашом к палубе. Но об этом я тоже рассказывать не буду.
   -Ну и дела! - удивленно сказал вар Элвар.- Никогда не думал, что увижу человека, который смог убить иридийского мага. А кто же потом делал привязку на тебя, неужели ваши шаманы настолько сильны?
   -Ага,- насмешливо сказал я.- Прямо сейчас вам все выложу, где, когда и кто.
   На этом обсуждение моей экипировки закончилось. Во время беседы к нам понемногу подтягивался народ, и вскоре собрались все охранники. Окинув взглядом своих коллег, я понял, почему вар Изен так опечален. Из полутора десятка присутствующих, настоящих вояк было пять человек, да и они, судя по ауре, имели проблемы со здоровьем. Остальные были совершенно случайные люди, решившие подзаработать деньжат на довольно безопасном маршруте.
   Я посмотрел на Изена, тот вздохнул, и перевел все стрелки на хозяина каравана.
   _Понимаешь вар Инта, вар Адер очень прижимист. А тут ему еще покровительствует Единый. За прошедший год, на его караваны не было нападений. Вот он и снижает оплату с каждым разом. Ухитрился снизить до такой степени, что опытные охранники ушли, вот и пришлось набирать всякий сброд.
   Я не стал спрашивать своего собеседника, почему он сам согласился на командование таким сбродом и низкую оплату. У каждого свои тараканы в голове. Вместо этого стоял и наматывал себе на ус, как быстро и четко Изен распределил всех охранников, указав им их места и расписав действия при нападении. В конце своей недлинной речи он повернулся ко мне.
   -А ты северянин, будешь у нас разведкой. Лошади у тебя есть, правда не очень хорошие. - Тут он ухмыльнулся, и вместе с ним, громче лошадей, заржала вся толпа.
   -К тому же у тебя амулет имеется, так, что сам Единый тебе велел идти впереди каравана,- закончил он свой монолог.
   Я был совсем не против такого расклада, поэтому, подобрав повод, собрался идти в голову каравана.
   Можно с тобой?- пришла к жизни Адель, простоявшая молча рядом минут сорок, что для нее было гигантским достижением.
   -Можно, - сказал я и выразительно похлопал по седлу, мерина щипавшего травку рядом с нами.
   -Пожалуйста, уйдем вперед,- шепнула мне девушка.- Не хочу, чтобы все видели, как я забираюсь на лошадь. А вдруг упаду, тогда смеяться станут обязательно.
   Я вручил ей повод, и мы пехом направились в голову колонны, ведя за собой лошадей. У первого фургона нас окликнул вар Адер. Вид у него, несмотря на утреннее время был усталый и озабоченный.
   -Мда, караван собрать, нелегкая работа,- мысленно посочувствовал я. Мы перекинулись парой слов, я объяснил, что мне поручено ехать впереди каравана. На что купец понятливо кивнул и сообщил, что через десять стуков вереница фургонов двинется в путь. Я уже привычно перевел стуки в минуты и решил, что у меня есть в запасе двадцать пять минут, чтобы потренировать Адель в верховой езде.
   Мы зашли за ближайший поворот, и я легко подняв девушку, усадил ее на коня. Было интересно наблюдать, как бесстрашная воительница превратилась в трусиху. Она побледнела и руками вцепилась в переднюю луку седла. Я тихо сказал:
   -Руки сними с седла и возьми повод. Ноги вставь в стремена.
Придерживая коня, я подогнал стремена по ее ногам. Проезжающие мимо путники, добродушно улыбались, глядя на нас. Я запрыгнул на свою лошадь и ведя за собой лошадь с Аделью, медленно поехал по дороге. Первые несколько метров девушка ехала, зажмурив глаза, но затем их открыла и немного расслабилась.
   -Я еду!- вдруг восторженно крикнула она и засмеялась.
   Но когда прозвучал мой вопрос, можно ли отпустить повод, она резко замотала головой.
   Однако минут через десять спокойной езды, девушка расхрабрилась и решила ехать самостоятельно. После этого у меня появилась возможность разглядывать окрестности тракта. Пока они выглядели неплохо.
   Мермах располагался в горной долине, по которой протекала небольшая река, Мера.
   Насколько я понял, километров через сто, она становится судоходна, поэтому большинство караванов идут до города Себежнеха, где перегружают товары на торговые суда, а обратно везут в Мермах товары, доставленные с низовьев реки. Лишь немногие смельчаки рискуют вести дальше свои караваны через дремучие леса, занимающие срединную часть острова.
   Сейчас тракт шел метрах в ста от обрывистого берега Меры На другом берегу на горизонте громоздились снежные шапки гор. Сам берег зарос редкими кустами и деревьями.
   На нашем берегу пока еще тянулись пригородные постройки. Высокие, красивые дома, утопающие в зелени, прятались за глухими заборами.
- Все, как везде,- философски подумал я, глядя на них,- наверняка, здесь живут богатые и знатные Буратины.
   Ехать пока было неплохо, навстречу дул теплый ветерок, хотя я подозревал, что по мере того, как мы будем спускаться с Мермахского нагорья, температура воздуха будет повышаться. Хотя вряд ли будет жарче, чем на тропическом Каренану. Мы проехали еще с километр, когда пригородные постройки закончились и с обеих сторон дороги потянулись огороженные пастбища с пасущимся скотом. Тут я заметил почти у самой дороги старый колодец, сложенный из серых каменных блоков местами покрытых мхом и закрытый деревянной крышкой.
   Когда я остановился, Адель вопросительно глянула на меня.
   -Подождем здесь караван,- пояснил я и легко соскочил с лошади. У спутницы так легко не получилось, она сползла с седла и пошла, держась за ягодицы к скамейке, находившейся рядом с колодцем.
   Неподалеку от нас стояла крестьянская повозка, в которой обедала семья; муж с женой и несколько детей, они с подозрением посматривали в нашу сторону, и только убедившись, что нам до них нет дела, продолжили свою трапезу. Сняв крышку колодца, я опустил туда ведро, висящее на журавле, и вытащил его полное воды. Кристально чистая и прозрачная она была необычайно вкусна.
   Унюхав запах еды, доносящийся от крестьян, я тоже решил, что пора перекусить. Сунув руку в сумку, я мысленно представил себе копченую птицу, типа индюшки, купленную сегодня в таверне. Миг и сумка округлилась, а моя рука уткнулась в сверток с индюшкой.
   -Как Михтерр это сделал? Куда из сумки все исчезает?- в который раз задавал себе этот вопрос. Но ответа пока не было, поэтому, разломив птицу, пополам я отдал половину Адели, и мы принялись за второй завтрак.
   Видимо, выход каравана задержался, потому, что мы почти закончили перекус, а его еще не было видно. Движение по тракту оставалось такое же интенсивное. Периодически кто-нибудь останавливался, чтобы набрать воды и начинал разглядывать нас. Меня это стало напрягать, и я уже решил подождать караван в более спокойном месте, но тут рядом с нами остановилась карета, сопровождаемая десятком закованных в блестящие латы воинов. Крестьянская повозка пришла в движение, когда карета только останавливалась, и сейчас ее хозяин нахлестывал лошадь кнутом, стремясь уехать подальше от нас.
   Один из латников подъехал к нам и буквально проревел:
   -Чего расселись?! Совсем чернь обнаглела! Быстро забирайте лошадей и проваливайте!
   В это время дверь кареты открылась и по откинутой кучером лесенке спустилась самая красивая девушка, виденная в моей жизни. У меня даже перехватило дыхание от такой красоты. Тонкая талия, черные, как смоль волосы, нежная кожа лица, с легким румянцем на щеках. Однако это замешательство не помешало мне отбить рукой удар меча и сдернуть воина с лошади. Чтобы он не мешался я поставил ногу ему на спину, поклонился девушке и сказал:
   -Простите, варесса, мы уже уходим и я с удовольствием уступаю место такой красавице.
   Девушка звонко рассмеялась и одним движением руки остановила, ринувшихся на меня воинов.
   -Я знала, что северяне бесшабашны и задиристы, но что они могут быть галантны, вижу впервые,- серебристым голоском сказала она, - может быть, вы отпустите бедного Велара, уверяю, он не полезет в драку.
   Я убрал ногу с пытавшегося выбраться из-под нее латника и хотел помочь ему встать. Но тот грубо выругался, оттолкнул меня, после чего вскочил с земли и отошел в сторону, кидая мстительные взгляды.
   Я поклонился по всем правилам придворного этикета Луганорского королевского двора и представился:
   - Я барон Инта дел Сол, с кем имею честь говорить?
   Девушка зарделась, а ее глаза удивленно распахнулись. Видимо, от северянина таких слов и поведения она не ожидала.
   - Я Лойза аль Грониг, - замявшись, сообщила она и, добавив,- дочь графа Жермина аль Грониг,- посмотрела мне в лицо, явно ожидая реакции на эти слова.
   Но так, как я не имел понятия, кто такой граф Жермин аль Грониг, то никакой реакции от меня, кроме благожелательной улыбки, не последовало.
   Несколько разочарованная таким поворотом, девушка предложила:
   -Барон, может, вы составите мне компанию во время завтрака и расскажете о Северном архипелаге? У моего отца служили несколько наемников-северян, но они ужасно неразговорчивы.
   -В этот момент из кареты, путаясь в юбках, вылезла пожилая носатая дама и с ходу завопила:
   - Варесса, как вы можете? Разговариваете с простолюдином, вместо того, чтобы наказать за наглость.
   Её слова с молчаливым одобрением слушали охранники, спешившиеся с лошадей и внимательно наблюдавшие за нашей беседой.
   -Варесса Герта, немедленно извинитесь перед бароном и распорядитесь насчет завтрака, - с гримасой неудовольствия произнесла собеседница и струившаяся вокруг нее мана, закружилась легкими водоворотами.
   -Она же необученный маг,- неожиданно понял я, - совершенно не умеет работать с маной и не видит ее. Интересно, в первый раз вижу мага-женщину.
   Вот только в отличие от своих учителей, оценить резерв девушки мне было не по силам.
   Я снова поклонился и сообщил:
   -Очень жаль варесса, но я и моя сестра Адель дел Сол, не можем исполнить ваше желание. Мы идем с торговым караваном в Луганор и не должны надолго задерживаться.
   Лойза заметно огорчилась, услышав эти слова, однако при упоминании Адели, ее глаза зажглись любопытством и неприкрытой завистью.
   Она улыбнулась девочке и со вздохом, совсем по-детски, сказала:
   -Хорошо тебе, брат разрешает надевать мужскую одежду и путешествовать верхом. А у меня...
   Она не договорила и покосилась в сторону своей сопровождающей. Та в это время, командовала парой охранников и кучером, накрывая на стол, который те выгрузили из кареты.
   Нахохлившаяся Адель, не ответила на эти слова и только недружелюбным взглядом окинула нашу собеседницу.
   Та опять вздохнула и сообщила, что тоже едет в Луганор, поступать в академию, поездка длится всего третий день, а она ужасно скучает, потому, что совершенно не с кем поговорить.
   Я не стал развивать эту тему и откланялся.
   Когда хотел подсадить Адель на лошадь, та яростно зашипела.
   -Не дотрагивайся до меня! Я сама могу сесть в седло.
   Пожав плечами, я занялся своей лошадью. Однако Адель действительно обошлась без моей помощи и взлетела на мерина, как будто век этим занималась. Удостоверившись, что все в порядке я сделал тоже самое, и поехал вслед за своей спутницей, провожаемым многообещающим взглядом скинутого мной с лошади, бойца
   Какое-то время мы ехали молча. Адель отвернулась от меня и восседала на лошади с мрачным видом. Но долго молчать она не смогла.
   -Инта, а я ведь не такая красивая, как Лойза, - спросила она.
   -Господи! За что же мне это?- мысленно обратился я к всевышнему. Вслух же без тени сомнения соврал:
   -Ну, что ты, Лойза никогда не сравнится с тобой.
   После моих слов Адель пару минут молча качалась в седле, потом заявила:
   -Мне хорошо было видно, как ты на нее смотрел, меня ты так никогда не разглядывал, даже голую.
   Кажется, я немного покраснел, красота графской дочери меня действительно не оставила равнодушным.
   Тут Адель заговорила, и я впервые услышал в ее голосе просительные нотки.
   -Инта, может, ты купишь мне платье, как у Лойзы? Я иногда смогу его надевать. Так купишь или нет?
   После обещания купить ей самое лучшее платье, она оживилась и принялась болтать, как прежде. Мы ехали очень медленно, поэтому, когда нас нагнала вереница фургонов, мне успели рассказать целую сагу о герое Съягурде, который победил могущественную старуху Локой, мечтавшую заморозить весь Северный архипелаг. Эту сагу, я еще не слышал, но к словам Адель, утверждающей, что она является потомком этого героя, отнесся легкомысленно.
   Мы подождали пока фургоны проедут мимо и сразу за последней повозкой, в которой на куче амуниции храпел вар Элвар, обнаружили бодро шагавшего с голым торсом, моего начальника, вара Изена. Увидев меня и Адель, он махнул рукой в приветствии и крикнул:
   -Инта, можете пока оставаться тут. Для тебя настоящая работа начнется дня через два, когда выйдем за пределы графства. Правда, завтра мы должны пройти мимо башни Михтерра аль Варена, одного из сильнейших магов Луганора. В башне его нет уже лет двадцать, но все равно рядом с ней творится всякая чертовщина. Говорят сейчас там жрецов Единого полным-полно.
   Я соскочил с лошади и взяв ее за повод зашагал рядом с Изеном. Его слова о башне Михтерра меня очень заинтересовали.
   -Послущай, вар Изен, а эту башню видно с тракта? - спросил я для начала.
   -А ты разве по пути в Мермах ее не видел? - удивился тот.
   -Не видел,- сказал я,- возможно в это время спал, отдыхал от ночного дежурства.
   Вар Изен задумчиво глянул на меня и спросил:
   -Тебя разве монахи не будили, когда вы проходили пост?
   Я шагал с невозмутимым видом и соображал, что сказать. Может, вопрос Изена это ловушка, и сейчас я в нее попаду?
   Я почесал затылок и сказал:
   -Вроде кто-то будил, но я так разоспался, глаза не открывались.
   -Понятно, - произнес медленно Изен и продолжил,- башня стоит от дороги примерно в одной лиге. Раньше ее было плохо видно из-за того, что там рос лес. Но за годы с исчезновения хозяина, он был вырублен искателями сокровищ. Лет восемь назад кто-то пустил слух, что в башне хранятся два артефакта Древних. Жрецы Единого, пытающиеся сами пройти в башню ничего не могли поделать с толпой, теперь они не мешают никому попытать счастья и открыть двери заколдованной башни.
   -Тут он усмехнулся и сказал;
   -Бьюсь об заклад, что они оберут до нитки такого счастливчика.
   -Кто бы сомневался,- ответил я и тоже улыбнулся.
   Изен, между тем, продолжал свой рассказ.
   -В свое время я тоже пытался дойти до башни, но ничего не получилось. Вроде бы идешь в ее сторону, идешь и вдруг, раз! И она уже у тебя за спиной.
   -А с закрытыми глазами пробовал идти? Днем, когда солнце греет щеку, можно четко направление выдерживать,- спросил я.
   Изен с ехидной усмешкой сообщил, - таких умных там побывало, пруд пруди,
   С повязкой на лице ходили, на лошади ездили, и ничего не получается. Все равно в сторону уходят. Сейчас эти тропы натоптанные, как лепестки спыха, вокруг башни. Издалека видно, что человек начинает её обходить, а когда идёшь сам, другого пути не представляешь.
   Про себя я подивился возможностям Михтерра, это же надо! Так запечатать свой дом, что в него уже двадцать лет н кто не может попасть.
   -А подземный ход прокопать не пробовали? - спросил я после недолгого раздумья.
   Изен насмешливо фыркнул.
   -Так и думал, что спросишь об этом. Копали и не раз. Только на моей памяти уже раза три. Один раз ход обвалился, похоронив двадцать человек, два раза, всех рабочих заливало кипятком. Поэтому в ближайшие год-два вряд ли кто займется таким делом.
   Некоторое время мы молча шли рядом, мой спутник изредка поглядывал на меня, но ничего не говорил.
   -Наверняка, хочет меня расспросить, каким образом мы с Аделью, попали в эти места.
   Я не стал испытывать его терпение и рассказал, не вдаваясь в подробности, о придуманных злоключениях, начиная с разборок между нашим отцом и жадными соседями. В результате чего мы были вынуждены бежать с архипелага и даже в Луганоре, не чувствовали себя в безопасности, поэтому в поисках спокойной жизни добрались до Мермаха.
   Но недавно пришло известие, что наши враги перессорились между собой и мы можем спокойно вернуться на родину.
   Не знаю, поверил ли Изен в эту историю, но Адель, во время моего рассказа ехала рядом, открыв рот от изумления. Так удивила ее моя способность к убедительному вранью.
   В беседе мы не заметили, как начало смеркаться. Когда караван остановился, Изен с озабоченным видом оставил нас и побежал командовать устройством ночлега. Остановились мы на заброшенном пастбище. Опытные возчики составили фургоны в круг и соединили их цепями. Внутри круга быстро разгорелось два костра, на которых будет готовиться ужин. Тут ко мне снова подошел Изен и сообщил:
   -Вар Инта, тут такое дело, купец выделяет нам продукты, а готовить охрана должна себе сама. Я думал, что будем делать это по очереди, но что-то наши ребята у меня доверия не вызывают. Может, твоя сестра возьмется за эту работу?
   Адель, не отходившая от меня ни на шаг, изменилась в лице и потянула меч из ножен.
   -Как ты посмел предложить мне такое...- начала она говорить, но замолчала, когда я удержал ее руку.
   - Адель, успокойся, никто не хотел тебя обидеть. Просто вар Изен не знает наших обычаев,- сказал я, подмигнув немного испуганному начальнику.
   Однако когда из моих уст, они услышали согласие стать поваром, то Изен и Адель, удивленно поглядели в мою сторону.
   -Только давай договоримся,- добавил я, - костром, дровами и водой не занимаюсь и котлы не мою.
   В моей голове теснились тысячи рецептов этого мира, из таких его уголков, о которых в Луганоре даже не подозревали, поэтому. я не сомневался, что моей стряпней будут довольны.
   Однако этого нельзя было сказать об Изене, он то, как раз с большим сомнением глядел на меня.
   -Ладно, пусть будет так, - сказал он, - но не обижайся, если за плохую кормежку тебе на голову оденут котел.
   Расседлав лошадей, я отправился за продовольствием. Командовал раздачей сам хозяин каравана. Вар Адер удивленно глянул на меня, но ничего не сказал. Беззвучно пошевелил губами, видимо, вспоминая, сколько у него человек в охране. После чего выдал крупу, вяленое мясо и соль. Напоследок выложил сушеные фрукты для взвара. Специй не было и в помине.
   Сложив все у нашего костра, я быстрым шагом направился в поле, где в лучах заходящего солнца успел сорвать несколько душистых травок. Сделал это вовремя, потому, что когда возвращался, уже совсем стемнело. Вскоре, почуяв необычайно аппетитный запах, вокруг костра уселась вся наша компания за исключением нескольких несчастных, стоящих на страже.
   Съев две миски каши, вар Изен с довольным видом развалился на толстой кошме и громко сказал:
   -Быть тебе вар Инта поваром до самого Луганора.
   Уплетающие мою стряпню, охранники энергично закивали в знак согласия.
   Тут к нам подошел подвыпивший возчик, видимо привлеченный запахом еды.
   -Что это вы тут едите?- спросил он, - уж больно хорошо пахнет. Неужели скупердяй Адер для вас на особую жратву расщедрился?
   Доказывать, что мы едим, как все, никто не стал, просто ближайший охранник дал ему пинка для ускорения.
   Изен дав последние распоряжения, завалился спать. Его место занял вар Элвар, проспавший в телеге весь день. Он с улыбкой глянул на меня и сказал:
   Придется тебя вар Инта определить в первую смену, нужно ведь еще отоспаться, чтобы утром накормить нас так же, как этим вечером.
   Охранники довольно загоготали, а сидящие рядом, начали хлопать меня по плечам.
   -Много ли человеку надо для счастья?- задумался я над извечным философским вопросом,- вот мужики вокруг меня, посидели, поболтали, поели хорошо и довольны на этот момент. А мне то, что нужно для счастья?
Неожиданно со стороны дороги послышался шум. Вар Элвар вскочил изящным кошачьим движением и потянул из-за спины свой арбалет. Но тут же отпустил его обратно.
   -Путники припоздавшие пожаловали,- сказал он равнодушно и вновь уселся к костру. Я же, почувствовав что-то знакомое в ауре устраивающихся на ночевку соседей, подошел к цепи, соединяющей фургоны. В темноте безлунной ночи обычным зрением, кроме костров и ходящих около них теней, ничего не было видно. Но для меня это трудностей не представляло. Рядом с нами расположилась на ночлег Лойза аль Грониг со своей свитой.
   Изен свое слово сдержал, котлами и прочей утварью занялся один из охранников. Я же отправился в сторону дороги, где было оборудовано укрытие для стражи.
   Вар Элвар напомнив всем, что за сон на посту будут высчитываться денежки, уселся у костра, налив себе чашку взвара.
   Я сидел в укрытие, рядом с дорогой. Наш лагерь уже успокоился. Только ржание лошадей, да треск ночных насекомых нарушали тишину. Я полностью перешел на аурное зрение и с восхищением наблюдал за полыханием потоков маны. Лагерь Лойзы располагался метрах в восьмидесяти от меня. Поэтому разглядеть ауры людей можно было без труда. А уж ауру самой графской дочери нельзя было не спутать ни с чем.
   Вокруг нее мана клубилась завитками, и вспыхивала радужными бликами.
   Я снова и снова вспоминал наш сегодняшний разговор и лелеял надежду, что он будет не последним.
   Прошло около двух часов, еще два и меня должны будут сменить. Прошло еще полчаса и тут мое внимание привлекли две блеклые ауры, двигающиеся в сторону наших соседей.
   Похоже, это были люди. В этот момент я ругал себя зато, что так мало знаю. По всей видимости, это были маги.
   Пока размышлял, откуда и на какой хрен они появились, эта парочка
   дошла до лагеря. Короткое заклинание вспышкой отдалось у меня голове и ауры спящих людей потухли. Аура Лойзы слилась с аурами убийц и стала удаляться. Больше я не размышлял, выскочив из укрытия, помчался вслед за похитителями. Они тем временем остановились у края леса и чем-то занялись.
   Я, как мог, скрыл свою ауру, и подкрался ближе. Два мага тихо переговаривались между собой. Слов было не разобрать. Я извлек из сумки короро и тубус со стрелами. Устраивать магическую дуэль не хотелось, неизвестно, кто из нее выйдет победителем. А у меня в руках имеется отличное средство для упокоения вражеских магов.
   Вспомнив наставления ваги Умару, сосредоточился и полностью отрешился от окружающего. Жертвы пока ничего не подозревали. Глубокий выдох и стрелка попадает в шею, стоявшему ко мне спиной, магу. Он хлопнул себя по уколотому месту и упал навзничь. Его напарник закрутил головой по сторонам и начал ставить защиту, но не успел. Стрелка попала ему под левый глаз, и он рухнул на своего уже мертвого собрата.
Я поморщился, падая, он умудрился сломать стрелку, а их запас был не бесконечен.
   Создав небольшой фаербол, в его свете увидел двух лежащих мужчин, одетых в уже виденные мной мантии. Перевернув верхнего, я увидел почти точную копию мага, захватившего меня на Каренану. Сломанная стрелка так и осталась торчать у него под глазом. Я осторожно выдернул ее и, подобрав вторую стрелку, лежащую на примятой траве, убрал их в тубус. Лойза лежала завернутая в покрывало и мирно спала, пока я обыскивал её похитителей. Но кроме двух амулетов и нескольких золотых и серебряных монет, у магов ничего не нашлось. Складывалось впечатление, что у них неподалеку была стоянка, откуда они вышли только, чтобы сделать свое черное дело и скрыться.
   Вытащив метательный нож из ножен, я аккуратно вонзил его в шею одному и потом в глаз другому магу. Как раз туда, куда попали стрелки. Очень не хотелось, чтобы окружающие узнали о короро, даже не столько о короро, как о сумке, где он хранится.
   Пусть лучше мои спутники решат, что мне хорошо дается метание ножей,- подумал я с усмешкой. Навыки эти были заложены мне в голову. Но, как всякий навык нуждались в постоянных тренировках, а именно этого я не мог себе позволить. И поэтому пока метал ножи очень посредственно.
   Наклонившись, легко поднял спящую девушку и понес в лагерь.
   Только успел уложить ее на кучу веток, набросанных в укрытии и принять скучающий вид, как послышались осторожные шаги, и появились отблески света от фонаря. Я улыбнулся, вар Элвар выполнял свое обещание - ловить спящих на посту. Когда шаги приблизились, я негромко окликнул его и предложил ему одному пройти ко мне.
   - Чего мудришь? - спросил Элвар недовольным голосом, подойдя вплотную.
   -Откуда я знаю, может, тебя силой сюда ведут,- ответил я и предупредил:
   -Не шуми, у меня тут девушка спит.
   Даже при тусклом свете масляного фонаря было хорошо заметно изумление на лице вара Элвара.
   -Какая девушка?- удивился он, - твоя сестра десятый сон видит в повозке старой Зерны.
   Мне пришлось взять фонарь из его рук и осторожно посветить в лицо спящей девушке.
   -Представляю тебе -Лойза аль Грониг собственной персоной. - тихо сказал я.
   Элвар нахмурился.
   -Вар Инта, ты, что не можешь совсем обойтись без своих северных замашек? Как посмел оставить свой пост. Ты хоть представляешь, кого выкрал с соседней стоянки? Мы все умрем из-за твоей дурацкой прихоти.
Несмотря на серьезность ситуации, мне стало смешно.
   -Вар Элвар, ты превратно понял мои слова,- ухмыльнувшись, сообщил я, - все, как раз наоборот, мне удалось вырвать девушку из рук похитителей.
   После того, как вар Элвар выслушал меня, он в срочном порядке разбудил Изена и Адера. Когда до тех дошло, что случилось, сонливость с их лиц моментально исчезла.
   Вскоре наша стоянка проснулась полностью. Несколько охранников во главе с варом Изеном отправилась смотреть, что произошло с нашими соседями. Я же сопроводил вара Элвара к месту своей схватки, в то время, как оставшиеся охранники бдили, устремив свой взгляд в непроглядную темень за линией фургонов. Так и не проснувшуюся Лойзу перенесли в фургон, в котором, держа меч в одной руке, протирала глаза другой, проснувшаяся от шума, Адель.
   Когда мы с Элваром добрались до места, где лежали мертвые тела, на востоке слабо заалел небосклон. В тусклом утреннем свете, хорошо была заметна бледность, покрывшая лицо старого воина при виде двух мертвецов в черных одеяниях. Он воскликнул что-то невразумительное, опустился рядом ними на колени и начал разглядывать следы от моего ножа. После этого требовательно протянул руку и я, поняв без слов, сунул ему метательный нож.
   Элвар задумчиво повертел его в руках и вдруг задал неожиданный вопрос.
   -Вар Инта объясни, как тебе удалось убить иридийских магов?
   Я растерянно кивнул в сторону ножа.
   Собеседник ехидно усмехнулся.
   - Не держи других за простаков, - буркнул он, - думаешь, мне не отличить посмертную рану от обычной?
   Я развел руками.
   -Вар Элвар, у каждого есть свои секреты. Позволь оставить их при себе. Пусть считается, что я убил магов точными бросками ножей,- был мой лаконичный ответ.
   -Хорошо, пусть будет так - мрачно констатировал Элвар,- только этому никто не поверит. Да, кстати, у них были при себе охранные амулеты?
   - Такие? - спросил я, приподнимая висевший на шее амулет. После чего, в ответ на подтверждающий кивок Элвара, безмятежно заявил:
   - Нет, ничего у них не было, только несколько медяков.
   Собеседник окинул меня подозрительным взглядом, как рентгеном просветил тощую сумку на боку.
   -Чего таскаешь пустую сумку? - задал он вопрос, не требующий ответа.
   Он естественно не поверил моим словам, но в том, что сейчас у меня при себе трофеев не имеется, явно убедился. Кроме того, в его голосе заметно прибавилось уважения. Особенно когда он, как бы про себя произнес.
   -Ну, вы северяне и здоровы! Убить двух магов, никогда про такое не слышал. Да еще непонятно как.
   Тут он замолчал, и немного погодя, совсем другим тоном спросил:
   Вар Инта, а ты сам случаем не маг?
   Я отрицательно мотнул головой и Элвар продолжил:
   -Вот и я о том. Если со стороны лагеря графини так и несет магией, то здесь даже намека нет на нее. Очень странно.
   Слова вояки меня заинтриговали, и я немедленно спросил:
   -А ты, как это определил?
   Элвар упруго поднялся с земли и протянул мне небольшой деревянный шарик, Внимательно посмотрев, я увидел на нем несложное плетение, и крошечную точку маны в середине
   Плетение сразу улеглось в моей памяти, а в это время Элвар начал объяснять, что шарик становится теплым при действиях магов. Большую часть его объяснений заняли сетования на то, сколько монет пришлось ему отдать за такую полезную вещь.
   Еще раз, осмотрев поляну, мы отправились к нашей стоянке. Уже совсем рассвело, и начала выпадать обильная роса. Было холодно, по мокрой траве легкий ветерок гонял клочья тумана, поэтому, когда мы добрались до фургонов, в сапогах хлюпала вода, а кожаные штаны промокли выше колен. Лагерь не спал. На соседней стоянке тоже было оживленно. Там хоронили погибших охранников Лойзы.
   Вар Адер видимо ожидал нас, потому что сразу направился навстречу.
   -Ну, что там?- спросил он нетерпеливо, - точно мертвые маги?
   Вар Элвар покосился на меня и ответил:
   - Мертвей не бывают. Представляешь, вар Инта убил двух иридийских магов.
   Лицо вара Адера побелело и он начал оглядываться по сторонам, как бы ожидая, что сейчас здесь появятся друзья этих магов. Я же в это время пытался понять, что в этих магах такого страшного. Вопросов задавать не хотелось, чтобы спросить, нечаянно, общеизвестные вещи. Вместо этого я поинтересовался самочувствием Лойзы. Оказалось, что она стойко перенесла известие о гибели своих сопровождающих и сейчас принимает участие в их погребении.
   По виду Адера было видно, что непредвиденная задержка в пути его сильно раздражает, но поделать он ничего не может. Уж очень высок статус семьи аль Грониг в Мермахе. Увидев, что он погрузился в беседу с Элваром я, извинившись перед собеседниками, отправился к фургону, где оставалась Адель, Она, конечно, тоже не спала, а занималась упражнениями с мечом. Две замызганные девчушки с восторгом следили за этим представлением. Увидев меня, Адель прекратила разминку и, кинув меч в ножны, завалила меня вопросами.
   Вместо ответа я залез в фургон и начал стаскивать с себя мокрые сапоги и штаны. Адель залезла вслед за мной и внимательно следила за моими действиями.
   - Может, дашь спокойно переодеться,- спросил я, сверкая голыми ляжками и всем остальным.
   Адель театрально всплеснула руками, и явно копируя кого-то, произнесла:
   -Нет, вы только поглядите! Этот человек видел меня голой много раз, мылся вместе со мной в душе. А теперь я не могу присутствовать при его переодевании!
   Я глубокомысленно хмыкнул и полез в сумку за сухой одеждой и обувью, не обращая больше внимания на малолетнюю вуайеристку.
   Тем не менее, одевшись, почувствовал себя намного лучше. И тут снаружи раздался голос моего вчерашнего помощника:
   -Вар Инта, все готово для приготовления еды!
   Со всеми ночными приключениями из головы совсем вылетело, что я вчера практически напросился на должность повара. Выругавшись про себя, вылез из фургона и направился к костру, над которым на треноге уже висел котел с водой.
   -Война, войной, а завтрак по расписанию,- вертелось в голове, пока я готовил кашу.
   Когда она аппетитно запыхтела, к костру начали подтягиваться охранники. После похорон полутора десятков человек они были мрачными и неразговорчивыми. Однако, по мере насыщения вокруг послышались шутки и смешки. Как раз на этот момент ко мне подошла Лойза аль Грониг. Она была закутана в темную накидку, явно с чужого плеча. Ее лицо было спокойно и только лихорадочно блестевшие глаза с покрасневшими веками выдавали внутреннее смятение.
   -Барон Инта дел Сол,- сказала она тихим голосом, - я, графиня Лойза аль Грониг благодарю вас за свое спасение. Поверьте, род аль Гронигов умеет быть благодарным.
   Народ, сидевший рядом, быстро разбежался и у костра мы остались втроем. Адель, уплетавшая кашу за обе щеки, притворилась, что не замечает нашей беседы.
   В нескольких ответных словах я сообщил, что поступил, как должен был поступить любой мужчина.
   На это Лойза слабо улыбнулась и сказала:
   -Во-первых, далеко не каждый бы так поступил, а во-вторых, я просто не знаю человека, который бы справился в одиночку с двумя иридийскими магами.
   После чего продолжила:
   -Вар Инта, после сегодняшней ночи я осталась без свиты, но это не повод возвращаться домой. Вар Адер любезно согласился за определенную плату сохранить мое имущество и довезти его Луганора, я же хотела просить вас стать на это время моим телохранителем.
   Со стороны, где сидела Адель, послышался невнятный возглас и грубое северное ругательство, характеризующее Лойзу, как женщину легкого поведения.
   -Ваша сестра что-то сказала? - спросила та.
   -Не волнуйтесь графиня,- сказал я успокаивающе,- она просто обожглась, каша еще совсем горячая.
   -Ах, да, - словно проснулась девушка, - мне кто-то уже сказал, что вы великолепный кулинар. Так неожиданно, встретить в северянине столько талантов.
   Со стороны Адели послышался презрительный смешок.
   Лойза нахмурилась и тихо сказала:
   -Вар Инта, если бы вы не представили Адель, как сестру, я бы подумала, что она вас ревнует.
   Я пожал плечами и также тихо ответил:
   -Так и есть, сами подумайте, у нее же никого нет кроме меня. Конечно, девочка ревнует.
   -Девочка?- Лойза повторила мои слова со странным выражением на лице, - ошибаетесь барон, она уже далеко не девочка, вы - мужчины, никогда не можете определить тот момент, когда девочка становится девушкой.
   -Не хватает мне еще женских разборок,- озабоченно подумал я и, улыбнувшись, сообщил:
   -Варесса, я польщен вашим предложением, но у меня есть определенные обязательства перед варом Адером.
   В это время появившийся хозяин каравана из-за спины Лойзы энергично зажестикулировал, намекая, чтобы я соглашался на предложение графини.
   Поняв намек, я принял предложение Лойзы и незаметно разглядывал сполохи маны, вспыхивающие ореолом над ее головой, появившиеся после моего согласия.
   -Следуйте за мной, барон,- совсем другим тоном приказала она, как будто согласие стать временным телохранителем, мгновенно изменило мой статус.
   Поэтому я остался стоять, где стоял и смотрел, как Лойза легкой походкой направляется к карете. Сделав несколько шагов, она обернулась и с недоумением посмотрела на меня.
   -Барон, я же сказала вам следовать за мной,- с легким раздражением сказала она.
   Я улыбнулся и ответил:
   -Варесса, вы ничего не перепутали? Я не слуга и не собираюсь выслушивать ваши приказы. А обязанности телохранителя буду выполнять так, как считаю нужным.
   Тут ко мне подбежала Адель и, схватив за руку, крикнула Лойзе:
   -Мой брат не будет служить тебе, мы прекрасно обойдемся без твоих денег! Если хочешь знать, у нас их гораздо больше, чем у тебя!
   Я укоризненно глянул на нее.
Адель, поняв, что сказала слишком много, закрыла свой рот. Я же развел руками и сообщил, внимательно разглядывающему нас, Адеру:
   - К сожалению, сестра выдает желаемое за действительное, с деньгами у нас не особо хорошо.
   К счастью, на взбрык Адели никто не обратил особого внимания. А ее слова расценены, как хвастовство. Поняв свою оплошность, она резко заткнулась и только сверкала глазами в сторону Лойзы аль Грониг.
   Та, несколько секунд с недоумением глядела на нас, затем растерянно спросила:
   -Барон, я что-то не так сделала?
   В этот момент у нее был такой очаровательный вид, что я невольно подошел ближе, волоча за собой Адель. Вар Адер в это время укоризненно качал головой, не одобряя мои слова.
   Мне одобрение вара Адера было по фигу, поэтому, подойдя к Лойзе, я тихо сказал:
   -Графиня вы все сделали не так. Если желаете, чтобы я оставался вашим телохранителем на время нашей поездки, позвольте мне самому решать, как это делать. А для других целей вы можете нанять кого-то из женщин. Думаю, что они обрадуются дополнительному заработку.
   Лойза молча выслушала мои нотации, потом сбивчиво попросила прощение за свое поведение. Когда она зарделась от смущения, стала так хороша, что я был готов простить ей все на свете. В чувство меня привели обгрызенные ногти Адель, впившиеся в запястье.
   После беседы Лойза отправилась на переговоры с Адером, для найма прислуги, я же повернулся к котлу, с надеждой наскрести в нем несколько ложек каши для себя. Надежды были напрасны, котел сверкал, выскобленный до блеска.
   -У тебя в сумке есть еда,- прошептала мне Адель.
   -Помню,- ответил я и наставительно добавил, - если бы также тихо про деньги вспоминала.
   Девочка покраснела и начала извиняться за свою оплошность.
   -Наверно небо упадет на землю, - подумалось мне, - сразу две особы женского пола извинились за свое поведение. Никогда такого не видел! Черт! Как хорошо было в племени Тирами! Никаких разборок. У каждого воина по три-четыре жены. И никакой ревности. Наоборот, новую жену старые жены всегда встречали с радостью. Еще бы! Работа по дому становилась не в пример легче.
   Тут я представил, как Лойза держит в руке тяжелый пестик, собираясь молоть в ступе маниоку, и невольно фыркнул. Окружающие недоумевающее уставились на меня, сегодняшним утром для смеха причин не было. Тем временем мое богатое воображение поместило в руки дочери графа совсем другой пестик.
   От картины, появившейся в голове, кинуло в жар.
   Однако! - подумал я, - надо прекращать свой вынужденный целибат. Вага Умару гонял меня так, что было не до женщин, как только доползал до койки, сразу засыпал мертвецким сном. А сейчас расслабился, япона мать! Глядишь, вскоре и тощая задница Адель начнет привлекать. А ведь эта пигалица только этого и ждет. Вон на Лойзу как кидается. Соперницу увидала. О-хо-хо, тяжела ты шапка Мономаха!
   Я искоса глянул на Адель, до сих пор державшуюся за мою руку. Та подозрительно разглядывала мой вспотевший лоб.
   -Я все видела, - со злостью прошептала она,- ты глаза не мог оторвать от этой мымры. И чего только в ней нашел. Тощая, старая, ручки тоненькие, она мой меч даже поднять не сможет. И грудь у нее маленькая,- добавила она после паузы.
   Я хмыкнул и посмотрел на практически плоскую грудь моей спутницы. Та порозовела, но не смутилась.
   -Нечего так меня смотреть,- сообщила она, - у меня все еще вырастет, а у этой старухи уже нет. Ей, наверно восемнадцать лет исполнилось, никто замуж не возьмет такого перестарка.
   Я поручил Адели найти наших лошадей и когда она ушла, подсел к костру где уже сидели Изен и Элвар. На мой вопросительный взгляд вар Изен пожал плечами и сообщил:
   -Даже не знаю, что тебе сказать. С одной стороны, поднимешь денег за время пути, по любому, графиня заплатит больше, чем наш скупердяй. А с другой стороны, придется все время быть начеку. Видишь сам, девица с гонором, не дай Единый, пожалуется отцу, тебя в любом конце Антенариву найдут. Все знают у наместника Мермаха длинные руки. Ты же видел, как Адер задергался. Вообще нам дико повезло, что ты стоял в карауле.
   -Почему?- тут же спросил я.
   -А потому,- вступил в беседу Элвар, - что если бы дочь графа исчезла, с нас содрали бы кожу и сказали, что так и было. Старый аль Грониг шутить не любит. Его даже примас Единого бога побаивается.
   -Понятно, - протянул я, сейчас мне стали понятны еще и причины, почему Адер с таким энтузиазмом убеждал меня стать телохранителем Лойзы. Главная причина, наверно была в том, что он мог впоследствии заявить, что позаботился о безопасности графини, отдав ей сильнoго воина. Кроме того, ему теперь не надо платить мне уговоренные деньги.
   Мы молча сидели у догорающего костра, когда запыхавшаяся Адель привела лошадей. Сегодня я заседлывал их более проворно, чем вчера, но по насмешливым лицам Изена и Элвара понял, что мне еще далеко до профессионального наездника.
   -Все путем,- успокаивающе сказал Элвар, заметивший мое смущение,- для северянина ты заседлываешь коней отлично. Тебе просто не хватает практики. Наверняка вы пришли в Мермах на своих двоих?
   Вместо ответа я согласно мотнул головой и направился к карете Лойзы. Для того чтобы там впрячь коней в упряжку, пришлось просить помощь возчиков, а потом искать, желающего подработать кучером. Перед Лойзой Адер был сама любезность, и нашел такого человека, что, впрочем, не помешало ему намекнуть мне, что в ближайшем селе надо будет нанять кучера со стороны, потому, как возчики нужны ему самому. Перед тем, как тронуться в дорогу, я поинтересовался у своей нанимательницы, как у нее с финансами. Простая душа, все выложила мне, как на блюдечке. Подивившись перекосам в воспитании благородных девиц и их оторванности от жизненных реалий, я уселся в седло и поехал рядом с каретой.
   Адель сегодня чувствовала себя уверенней, да конь под ней уже не выглядел кандидатом на живодерню, поэтому она раскатывала вдоль растянувшейся вереницы фургонов, периодически возвращаясь ко мне.
   В один из таких моментов из окошка кареты выглянула Лойза и попросила Адель пересесть к ней в карету поболтать.
   К моему удивлению, та согласилась и вручив мне повод , запрыгнула вовнутрь. Я только успел вякнуть, чтобы она не слишком распускала язык.
   -Вот кто поймет этих баб,- уныло размышлял я, прислушиваясь к оживленной трескотне, доносящейся из кареты,- еще утром тигрицами глядели друг на друга, а сейчас болтают, как давнишние подруги. Интересно? Кого они там обсуждают? Не меня ли? Пришибу ведь мелкую засранку!
   Мы ехали предпоследними. Позади нас, как и вчера ехала повозка с накиданной на ней амуницией охраны. Вар Элвар храпел лежа на ней, не выпуская из рук свой арбалет. Ну а вар Изен шел замыкающим в своей кожаной безрукавке. На ходу он обстругивал свом ножом какую-то деревяшку и насвистывал незамысловатый мотивчик. На его вздувающихся бицепсах шевелились вытатуированные головы драконов.
   Я спешился и пошел рядом с ним.
   -Это кстати,- буркнул Изен,- я уже хотел тебя позвать. Вар Инта у меня к тебе серьезный разговор.
   Мое настроение, бывшее и так не на высоте, моментально ухнуло в глубокую яму.
   -Внимательно тебя слушаю,- сказал я Изену.
   Тот вздохнул и продолжил.
   -Инта, сам должен понимать, попытка выкрасть варессу Лойзу может повториться. Вар Адер в связи с этим попросил меня поговорить с тобой. Мы не можем рисковать из-за дочери Жермина аль Гронига караваном и почти сотней жизней. Сам Адер не может сказать ей об этом, надеюсь, понимаешь почему?
   -Чего тут непонятного, - с кривой усмешкой ответил я,- купец боится мести графа.
   -Вот-вот в точку,- подтвердил Изен,- поэтому он предлагает тебе сотню золотых за то, что ты уговоришь графиню ехать отдельно. Завтра мы дойдем до небольшого городка Себешнеха, там вы сможете нанять нужных людей и самостоятельно продолжить путь.
   Я покачал головой.
   -Все понятно Изен, я ожидал этого разговора с той минуты, как согласился на предложение варессы Лойзы, только рассчитывал, что его начнет сам Адер. Я согласен на ваше предложение, только сто золотых меня не устроят.
   Сказав эти слова, злорадно подумал:
   -Сдеру с этого купчишки по максимуму, куда он денется.
   -И сколько ты хочешь?- внешне безразлично поинтересовался Изен.
   -Пятьсот золотых монет,- спокойно произнес я гигантскую сумму. Изен открыл рот в изумлении и даже сбился с шага. Мне пришлось придержать его за руку.
   Однако он быстро пришел в себя и на его губах зазмеилась довольная улыбка.
   -А ты парень не промах, северянин, тебе пальцы в рот не клади, откусишь по локоть,- сказал он,- боюсь только, что у Адера просто нет таких денег.
   Торговались мы долго, а когда пришли к консенсусу, караван начал становиться на дневку. Мы с Изеном прошли в фургон к Адеру, где мне были вручены триста пятьдесят золотых монет. Судя по выражению лица, купец был вполне доволен нашей сделкой, поэтому сразу появились подозрения, что Изен меня все же облапошил. Деньги пришлось убрать в заплечную торбу, сразу потяжелевшую на пятнадцать килограмм.
   -Ничего,- успокаивал я себя,- найду укромное место и переложу деньги в безразмерную сумку.
   Закончив с этим делом, поспешил к карете. Однако, увлеченные беседой, девушки все еще сидели в ней, не торопясь выходить на свежий воздух. Прислугу Лойза себе еще не нашла, кучер ушел к своим приятелям, поэтому я решил накрыть стол из блюд таверны Жучана. Они пока были почти не тронуты.
   Сняв стол и раскладные деревянные стулья с запяток кареты, я быстро сервировал стол и позвал болтушек на обед.
   Адель мне удивить не удалось, а вот искреннее восхищение Лойзы было очень приятно. Как ни странно, обед у нас прошел ровно, без колкостей. Единственно, когда я предложил девицам вымыть посуду в ближайшем ручье, на меня посмотрели, как на больного.
   -Ну, что,- лицемерно вздохнул я,- в следующий раз едим из грязных тарелок.
   Девушки глянули друг на друга и, собрав всю утварь, отправились к ручью.
   Несколько зевак в отдалении, выпучив глаза, наблюдали, как дочь наместника моет посуду в ручье. Я же, лежал, опершись о каретное колесо, и думал, как быть дальше. Опять вляпался в чужие разборки, хотя своих проблем выше крыши. А так надеялся спокойно добраться до Луганора.
   В тени, спасавшей от знойного солнца, было комфортно, и глаза закрывались сами собой. Проснулся от холодных капель воды, брызнувших в лицо, открыв глаза, увидел смеющуюся Адель. В руках она держала небольшое ведро, из которого облила меня водой.
   -Ах, так, ну, погоди!- крикнул я и вскочил на ноги. Адель, бросив ведро, ринулась в ближайшие кусты. Однако запнулась об попавшую под ноги ветку и растянулась на траве. Я поднял ее, перекинул через плечо и пару раз шутя, хлопнул по оттопыренной попке, после чего поставил на землю. Мы оба смеялись, глядя друг на друга, но когда я поднял глаза и увидел взгляд Лойзы, стоявшей неподалеку, мне стало не по себе. В этом взгляде было столько тоски и зависти, что мое нечаянное веселье сразу ушло.
   Адель тоже замолкла и повернулась посмотреть, что меня отвлекло. В это время караван пришел в движение, и нам пришлось срочно собираться.
   Лойза, нехотя, уселась в карету, сообщив перед этим, что обязательно ее продаст в первом же городе и дальше поедет верхом. Адель же, уселась на коня и поехала рядом со мной, выкладывая все, что узнала сегодня в болтовне с графиней. Я слушал не очень внимательно, размышляя о более важных проблемах, когда услышал.
   - Инта, ты знаешь, мы поговорили с Лойзой, она, оказывается, совсем не такая задавака, как я считала. Поэтому решила, что она может стать твоей второй женой, я не буду возражать. Мы с ней найдем общий язык.
   Я не сразу понял, о чем ведет речь моя спутница. Однако, когда до меня дошло, что появилась еще одна претендентка на замужество, то в нескольких словах высмеял беспочвенность таких планов. Но Адель переубедить было невозможно.
   -Инта, - спокойно сказала она, - Лойза положила на тебя глаз еще вчера у колодца, поэтому я так рассердилась. Но сейчас я не сержусь, и разрешаю тебе с ней спать, если захочешь.
   -Ну, спасибо за разрешение,- ядовито ответил я,- обязательно тебя послушаюсь. Так понимаю, ты ей уже доложила, что мы не брат и сестра?
   -Конечно,- подтвердила Адель правильность моего предположения, - мне не надо было и докладывать, Лойза сама догадалась.
   Я по себя печально вздохнул. Михтерр, наложивший блок на память Адели, был озабочен, чтобы девушка не проговорилась про подземелья Древних и артефакты, а про меня не подумал. Интересно, много она успела наболтать своей новой подружке?
   Настроение, бывшее и так хреновым, стало еще хуже. Дальше мы ехали в молчании. Адель пыталась поговорить, но я отмалчивался и она вновь пересела в карету. Тут меня окликнул вар Изен, которому надоело идти пешком, и сейчас он сидел рядом с возницей на повозке. Вар Элвар все еще спал, и даже не шевельнулся, когда я уселся рядом с ним.
   -Ты интересовался башней мага,- сказал Изен, вот смотри, за тем поворотом она будет видна.
   До этого момента мы ехали по невысокому редколесью, справа от нас слышался шум реки, скрытой от нас кустами. Неожиданно лес стал редеть, и мы выехали на обширную вырубку. Километрах в двух от нас виднелся черный силуэт строения - почти точная копия шахматной ладьи. По мере того, как мы двигались по дороге, вымощенной изъеденными временем каменными плитами, мрачная башня вырастала в размерах. По обочинам дороге в нескольких местах горели костры и стояли палатки. Около них сидели люди и видимо от нечего делать пялились на проезжающих.
- Странно,- под нос себе пробормотал Изен,- что-то народа сегодня меньше чем обычно крутится.
   Он огляделся, спрыгнул на дорогу и подошел к убогой крестьянской повозке, в которой сидели двое подростков, В телеге лежали навалом какие-то овощи и несколько куриц. Парни со страхом глядели на грозного воина, но когда тот повертел в пальцах медную монету, у старшего прорезался голос:
   -Вар воин, овощи не продаются, отец послал нас отвезти их жрецам Единого.
   - Что сказал им Изен, я уже не слышал. Навстречу нам шел недружный строй пехотинцев, вооруженных копьями.
   -Хм! Храмовые копьеносцы,- произнес Элвар, моментально проснувшийся от бряцания оружия. Он повертел головой и спросил про Изена. Я сообщил, что тот беседует с деревенскими мальчишками. Объяснять, зачем он это делает, не пришлось. Элвар удивленно воскликнул:
   -Куда народ весь делся, сколько здесь езжу, никогда так малолюдно не было.
   Позади нас раздался топот. Обернувшись, мы увидели, что нас догоняет Изен. Через несколько секунд он с вздохом облегчения рухнул в повозку. Немного отдышавшись, он сказал:
   -Похоже, в башню вернулся хозяин.
   Меня, его слова не удивили, я ожидал чего-то подобного. Зато Элвар, недоверчиво поглядел в его сторону и красноречиво промолчал.
   Изен усмехнулся.
   -Думаете чего все разбежались. Мальчишки рассказали, что пару дней назад в деревне все проснулись от грохота со стороны башни. Потом начали сверкать молнии. Так продолжалось почти до утра. Все попрятались по погребам. Днем в деревню приехал жрец Единого бога и, ничего не объясняя, потребовал десять телег для перевозки раненых в Себежнех. Вчера вечером возчики вернулись и рассказали, что почти все наемники жрецов погибли. Притом, как говорят слухи, убил их могучий маг. Однако жрецы уже пришли в себя, из Себежнеха пришел отряд копьеносцев, а главное на кордон приехали два мага. Мальчишки везут овощи для одного из них. Представляете, этот чудак дал обет не есть мясо!
   -Элвар усмехнулся:
   - Я что-то про такое тоже слышал, но не представляю, как можно прожить без мясного.
   Пока мои спутники перешли на кулинарию, я лихорадочно обдумывал новости.
   Итак, Михтерр прорвался в свою башню, прикончив кучу народа. В результате мне предстоит встреча с магами на кордоне, устроенном неподалеку отсюда.
Перспективы такой встречи не радовали. Если они что-нибудь заподозрят, мне нечего будет противопоставить их опыту кроме грубой силы.
   Я прервал беседу Изена с Элваром вопросом, когда и где мы остановимся на ночлег. Элвар мрачно сообщил:
   -В любом случая подальше от этих мест. На заставе, выезжающих из Мермаха особо не трясут, жрецы больше смотрят на тех, кто едет сюда. Надеюсь, к вечеру мы дойдем до Горручья, там и заночуем.
   Элвар, узнав последние новости вновь завалился спать. Я глянув на него решил, что вполне могу сделать то же самое. До Себежнеха, благодаря жрецам Единого дорога была безопасной. Однако выспаться не удалось. Проснулся я от шума. Усевшись на куче барахла обнаружил, что караван стоит. Ни Изена, ни Элвара рядом не было. Только возница сидел с полузакрытыми глазами, держа вожжи в руках.
   -Что случилось,- спросил я у него.
   -Да. вроде сразу две оси у хозяйского фургона лопнули. Слышь, как он разоряется? - возница мотнул головой в сторону, откуда слышалась ругань.
   -Ну, и что теперь?- снова спросил я.
   Собеседник неожиданно хихикнул.
   -Говорили ему умные люди, зачем делаешь фургон шире, чем обычно?
   Так он грит мол я лучше всех знаю. Вот и попал. У него только одна ось запасная имеется. А обычные слишком коротки. Теперь будем ждать, пока кузнец свою кузню раздует, да ось поправит. Да еще фургон придется разгружать, потом снова грузить.
   -Понятно,- протянул я и глянул на небо. Солнце ощутимо клонилось к закату.
   -Похоже, нам сегодня придется здесь заночевать, подумалось мне, - интересно, происшествие с осями фургона, не шуточки Михтерра?
   Я встал и направился к карете Лойзы. Но тут меня перехватил озабоченный Изен.
   -Инта, скорее всего нам придется здесь заночевать,- сразу начал он,- но тебе придется устроить свою стоянку немного поодаль от основной. Ты, конечно, извини, - добавил он, смотря мне в глаза, - но мы не хотим умереть, как охранники Лойзы аль Грониг.
   Я молча кивнул и пошел дальше. Всегда ужасно неприятно слышать такие слова. Было заметно, что Изену они тоже были не по душе. Но за ним был караван и сотня жизней. Двое северян, девушка, пусть даже и графиня,
   не стоили таких жертв.
   Подойдя к карете, я обнаружил, что обе девицы, видимо умаявшись от болтовни спят, обнявшись, на широком мягком сиденье. Кучера поблизости не наблюдалось, поэтому я сам сел на облучок и карета мягко тронулась вперед. База знаний работала великолепно, стоило взять в руки поводья, все необходимые действия сразу всплыли в голове. Единственно, непривычные к этой работе мышцы, не успевали за рефлексами. Однако пока я отъезжал от каравана то успел понять, что еще два-три дня и я смогу управлять четверкой лошадей, как профессионал. Отъехав от каравана метров на двести, я остановил лошадей и спрыгнув с облучка начал их распрягать. Когда закончил с этим делом, уже начинало темнеть. Мои подопечные проснулись, когда уже горел костер, а на столе распространял аппетитный запах огромный мясной пирог. Здесь, в отдалении от ненужных очевидцев я зажег костер легким движение мысли, стол со стульями так же легко слевитировали на землю.
   В карете послышался разговор, потом открылась дверь. После того, как я откинул ступеньки, с них легко сошла Лойза, зябко обхватив себя руками. Адель просто спрыгнула, игнорируя лесенку и настороженно оглядываясь по сторонам.
   -Не дожидаясь их вопросов, я объяснил, что мы будем ночевать в стороне от каравана.
   На лице Лойзы появился явный испуг. Адель же не обратила внимания на мои слова, а направилась прямо к столу, и оттуда сразу послышалось довольное чавканье.
   Лойзу же пришлось приглашать за стол. Тем временем совсем стемнело и только башня мага, подсвеченная кроваво-красным закатом, черным силуэтом выделялась на горизонте.
   Я щелкнул пальцами и над столом зажегся слабенький светящийся шарик, издалека он должен был напоминать свечу. Адель даже не подняла головы, и продолжала есть. Зато Лойза удивленно ахнула и восхищенно посмотрела на меня.
   - Барон!- воскликнула она, - теперь я поняла, каким образом вы победили этих ужасных магов Иридии!
   Признаться честно, было приятно видеть восхищение в глазах такой красавицы. А вот она, похоже, не догадывалась о своем воздействии на меня.
   После того, как девушка поняла, что телохранитель является еще и магом, ее страхи почти исчезли, она с аппетитом принялась за еду, задавая массу вопросов. Автоматически отвечая на них, я обдумывал смогу ли поставить охранный барьер вокруг нашей стоянки, или нет. Пока рядом был Михтерр, меня это не волновало, а сейчас представляло проблему. Поразмыслив, пришел к выводу, вряд ли мой купол удержит магов. Лучше будет поставить тревожную сигнализацию, она вовремя предупредит об опа.сности.
   Я все еще размышлял над этим, когда странная мысль посетила голову.
   -Удивительно, почему я нисколько не волнуюсь, ведь скорее всего придется насмерть биться за свою жизнь, и тут выстрелом из короро не отделаешься.
   Когда ужин был завершен бокалом вина, я предложил спутницам прогуляться неподалеку. Графиня была почти в обмороке от моего неловкого намека, но Адель схватила ее за руку и что-то прошептав, увлекла в темноту. Кроме их аур поблизости я ничего не видел, разве только мелкие грызуны шмыгали в траве. Далеко девушки не ушли и присели в траву метрах в двадцати от стоянки.
   -Интересно, как далеко бы они ушли, если бы догадались, что я их вижу? - подумал я.
   Они долго не задержались и через несколько минут вернулись. И тут Лойза, залившись краской, предложила:
   -Барон, вы не могли бы ночь провести с нами в карете, а то мне страшно. Я уже говорила об этом с Аделью, ваша сестра не возражает.
   Про себя выругавшись, я ответил:
   -Конечно, варесса, размеры кареты вполне позволяют ночевать втроем.
   Девушки ушли готовиться ко сну, я же вспоминая действия Михтерра, начал устанавливать охранную сигнализацию. Охранные нити послушно расползались вокруг по двухсотметровому радиусу. Если бы обычный человек мог видеть ману, то обнаружил что находится сейчас в центре огромной светящейся паутины, с проплешиной с одной стороны. В проплешине находилась стоянка каравана. Почти сразу после активирования сигнала, в голове застучали тревожные молоточки. Поняв в чем дело, я снизил чувствительность сети до объекта не менее десяти килограмм. Теперь летающие ночные насекомые и птицы не будут лишний раз нарушать мой сон.
   После этого забрался в карету. В ней на стенке горел маленький светильник, вроде лампадки. В его тусклом свете я увидел, что на разложенном в кровать сиденье лежит Лойза, натянув одеяло до подбородка. Она несмело улыбнулась, глядя на меня, и прошептала:
   -Надеюсь, вы простите меня барон, так сложились обстоятельства, что пришлось ночевать вместе с мужчиной.
   Адель сидела напротив Лойза за столиком и чему-то улыбалась. Чем она была довольна мне стало ясно через несколько секунд.
   - Инта, - произнесла она таинственно,- сегодня я буду спать с тобой, ты же не ляжешь на пол?
   Мне стало смешно, но я постарался сохранить серьезное лицо.
   -Конечно, не лягу,- подтвердил я, - на полу будешь спать ты.
   Лицо у девушки приняло разочарованный вид, и тут Лойза предложила:
   -Адель, ложись со мной.
   Адель резко повернулась к ней и воскликнула:
   -Лойза, мы же договорились, что ты не будешь вмешиваться!
   Тут я не выдержал и засмеялся.
   -Ладно, заговорщица, ложись со мной, - сквозь смех сказал я.
   После чего стащил сапоги и улегся в одежде поверх одеяла. Адель услышав мои слова встала и принялась неторопливо раздеваться, искоса бросая взгляды на притихшую Лойзу. Полностью раздевшись, она сняла берет, заколки, и тряхнув головой дала своим волосам упасть ниже пояса, закрыв ими худенькую розовую попку. Лойза смотрела на этот стриптиз, не дыша и не говоря ни слова. Адель, тем временем, покрутившись у светильника, и показав нам все, что смогла, надела ночную сорочку, взяла гребень, уселась рядом со мной и умильным голосом сказала:
   -Инта, расчеши, пожалуйста, волосы, мне очень нравится, когда ты это делаешь.
   Сказать, что я рассердился, было слишком просто, мне хотелось рвать и метать.
   -Что о нас подумает Лойза?- билась мысль в голове. Однако, гребень я взял и, расчесывая роскошные волосы своей якобы сестренки, размышлял какое наказание ей придумать. Как обычно, вскоре волосы Адель начали пушиться и потрескивать искрами статического электричества. Когда девушка стала морщиться от этих разрядов, расчесывание я прекратил. К этому времени Лойза совладала со своим смущением и с интересом следила за нами. В этот момент дверь кареты бесшумно открылась, и в ее проеме появился Михтерр. Одним поднятием левой брови он усыпил обеих женщин. Адель мягко опустилась на кровать рядом со мной и тихо засопела.
   Михтерр укоризненно покачал головой.
   -Развлекаешься ученик? - ехидно спросил он,- а между прочим, в лиге от вас расположился военный отряд с тремя иридийскими магами. И если я не ошибаюсь, они здесь по ваши души. Не подскажешь, чего им от тебя нужно?
   Я ошеломленно разглядывал мага. Со времени нашего расставания он особо не изменился, но одет был намного богаче и ярче, я бы даже сказал щеголевато.
   -Учитель, как вы прошли мою сигналку?- был мой первый вопрос.
   Михтерр нахмурился.
   -Инта, подумай, ты ставил обычную сторожевую сеть, не представляющую ничего сложного для мага. В том числе для иридийцев,- укоризненно сообщил он.
   Я попытался спросить еще что-то, но учитель прервал эту попытку и, кивнув в сторону Лойзы, попросил объяснить, кто это такая.
   Услышав сбивчивые объяснения, он неожиданно пришел в хорошее расположение духа.
   -Ха, а ты шустер ученик! - воскликнул он,- говоришь, прикончил двух иридийских магов? Может, я зря поспешил тебе помогать, ты и сейчас сам справишься?
   Не дожидаясь ответа, он продолжил говорить:
   -Ну, что же спасение дочери Жермина аль Гронига отличный шанс для тебя войти в круг знати Луганора.Самого графа Жермина я не знаю, а вот его дед и прадед были изрядными скотами, что не помешало им прибрать к рукам половину Мермахского нагорья.
   Он поглядел по сторонам и решительно сказал:
   -С разговорами пока закончим, сейчас нам надо убраться отсюда.
   Маг открыл свою сумку, и оттуда показалась большая когтистая лапа, отливающая синеватым металлическим блеском. Вслед за ней показалась вторая, после чего они, вцепившись в пол, вытащили насаженную на них металлическую полусферу, похожую на гигантскую коническую поганку.
   Она уперлась верхушкой в крышу кареты и начала светиться, медленно истаивая в воздухе, оставляя вместо себя обрисованный светящейся нитью, стрельчатый проход в богато обставленную комнату.
   Михтерр, легко подхватил на руки Адель, шагнул туда. Уже из комнаты он он крикнул мне, по-прежнему стоявшим столбом:
   -Чего застыл? Хватай графиню и шагай ко мне.
   Я последовал его словам и завернув девушку в одеяло прошел вслед за учителем. А тот, положив Адель на низкую кушетку, вновь подошел к порталу. После чего сундуки и вся одежда из кареты легко перелетели к нам.
   Я продолжал держать Лойзу и тупо наблюдал, как обе металлические лапы прошлепали в комнату и на них материализовалась синяя полусфера, одновременно портальная дверь исчезла.
  
   Гронк ар Реван майрен третьей ступени искусства был озадачен. Когда он получил предложение анонимного нанимателя выкрасть дочь Жермина аль Гронига, ничто не говорило, что это будет сложно. Его небольшой отряд второй год занимался обследованием Антенариву. Огромный остров давно привлекал владык Иридии. Однако две кровопролитные войны, последняя из которых закончилась лет сто назад, показали, что легко королевство не одолеть. Луганор в который раз за тысячелетие правящей династии Верингов оказался сильнее Иридии - республики магов- майренов, возглавляемой тайным Советом двенадцати майренов высшей ступени искусства. Почти сразу после заключения мирного договора с Луганором Совет провел "мозговой штурм" в котором наметил приоритеты, тактические и стратегические задачи, при выполнении которых республика имела шанс победить Луганор и подмять Антенариву под себя.
   Ради выполнения одной из таких задач отряд Гронка уже два года скитался по острову, изучая его рельеф и населенные пункты. Находясь на самообеспечении, отряд все время нуждался в деньгах, поэтому не гнушался выполнением сомнительных поручений от кого бы то ни было. Нет, Гронк ар Реван при удобном случае мог ограбить караван или деревню, но привлекать к себе внимание ему было не с руки, поэтому он , периодически, предпочитал выполнять поручения знати, не подозревающей, что сейчас они якшаются не с капитаном наемников, ищущих работу, а с могучим иридийским магом, каким пугали в детстве жителей Луганора.
   Последние годы это получалось все легче. Жрецы Единого бога сделали со своей страной то, что не смогли иридийцы, проредив число магов Луганора так, что их почти не осталось в королевстве. И Гронк надеялся, что сигнал о начале войны не за горами. Когда высокородный в маске, неделю назад нанял его для того, чтобы выкрасть дочь Жермина аль Гронига, он злорадно ухмыльнулся про себя, подумав, что высокородные семьи Луганора напоминают пауков в банке. Не то, что дружный народ Иридии, объединенный великой целью - уничтожить всех недочеловеков.
   В отряде кроме него было еще четыре майрена шестой и пятой степени искусства. Поэтому Гронк, без тени сомнения, отправил двоих магов шестой ступени захватить девушку.
   Однако, уже светало, а майрены еще не вернулись. Гронк вздохнул, не хотелось сейчас заниматься магией, чтобы узнать, что стряслось. Хотя безошибочное предвиденье говорило, что оба его ученика мертвы и убиты без помощи магов. Потому, что ни единого признака магической атаки в округе не наблюдалось.
   К сожалению, пришлось долго ждать, пока люди из каравана закончат обряд похорон и двинутся в путь. Проводив взглядом с высоты птичьего полета удаляющуюся карету, увозившую их несостоявшуюся добычу, Гронк медленно спустился на землю, под восхищенные взгляды своих подчиненных. Майрены пятого круга искусств не владели левитацией.
   После негромкой команды, отряд двинулся в сторону дороги. Одетые в обычные доспехи луганорских ланскнехтов, ни маги, ни воины ничем не выделялись из множества путников идущих по старому тракту. Гронк благоразумно держал отряд в достаточном отдалении от нужного каравана, хотя никаких признаков наличия в том мага не было.
   Через нескольких часов ходьбы на горизонте появился знакомый силуэт башни Михтера аль Варена. Каждый раз проходя мимо нее Гронк ощущал ярость и холодок в груди. Несмотря на сто лет прошедших с последней войны в его памяти ярким воспоминанием остались корчащиеся в огне сослуживцы, маги ударной фаланги. Ему тогда повезло, удар "Огненной стены" братьев аль Варенов уничтоживший цвет Иридийской армии, задел его только краем. Когда он пришел в себя то узнал, что остатки войск и магов Иридии покинули Антенариву, и сейчас Совет подписывает унизительный договор о мире. Спасла Иридию, нерешительность Макана Веринга, тогдашнего короля Луганора. Он не захотел добить врага в его логове, из-за чего вдрызг разругался со своими магами.
   За прошедшие сто лет Гронк от седьмой ступени искусства дошел до третьей и был не против поквитаться с Михтерром аль Вареном. Сейчас, глядя на силуэт неприступной башни, он задавался вопросом, насколько сам Михтерр стал сильнее за это время.
   Неожиданно караван, идущий на пол лиги впереди, остановился. Посланный на разведку ландскнехт сообщил, что караван будет ночевать в этом месте из-за поломки фургона.
   Гронк отдал приказ, и отряд также стал устраиваться на стоянку.
   -Ничего,- успокаивал себя маг,- все, что ни делается, все к лучшему. До Себежнеха, где надо будет передать девку заказчику, всего один переход. Этот недоумок рассчитывает всех нас убрать после этого, однако его ждет жестокое разочарование.
   Но как бы он не успокаивал себя, непонятная смерть магов занозой сидела в голове.
Время тянулось медленно. Опытные вояки сами знали, что делать и быстро обустроили лагерь. Через десять стуков Гронк сидел в своем шатре за легким походным столом и обсуждал дальнейшие действия с майренами. Он, собственно, уже решил, что пойдет за дочерью графа в одиночку. Не хотелось по-глупому потерять оставшихся помощников.
   К вечеру тракт опустел, лишь около башни мага были периодически заметны отблески огней.
   Гронк переоделся в привычную черную мантию и облегченно вздохнул, избавившись от жестких кожаных доспехов. Молчаливой тенью он выскользнул из шатра и скрылся в зарослях. Под ногами не скрипнула ни одна веточка иди сучок. Оба майрена проводили его разочарованными взглядами и приготовились к ожиданию.
   Гронк почти добрался до стоянки каравана, когда в окружающем что-то изменилось. Для его обостренного восприятия это прозвучало лопнувшей струной.
   От неожиданности майрен остановился. Подсознание говорило, что эти изменения связаны с его целью. С ощущением потери он продолжил свой путь и уже нисколько не удивился, обнаружив остывающую, дилетантски поставленную охранную сеть вокруг пустой кареты.
   Осторожно проверив карету на ловушки, Гронк забрался в нее и тут только понял, что в ней открывался портал.
   -Это работа Михтерра,- внезапно дошло до него, - рядом с его башней никто бы не смог с такой точностью сделать привязку к местности.
   По спине побежали мурашки, и он невольно сформировал магический щит, ожидая со всех сторон увидеть ревущую огненную стену.
   Но все было тихо, никто не покушался на его жизнь. Коротко выругавшись, Гронк отправился в обратный путь. Проходя мимо стоянки каравана, он едва сдержался от желания отправить всех спящих людей к их обожаемому Единому божку.
  
   Повинуясь словам Михтерра, я уложил Лойзу рядом с посапывающей Аделью и только сейчас понял, что они чем-то похожи. Дочь нищего северного ярла, выросшая среди грубых воинов на окраине цивилизованных земель и дочь графа, входящего в первые фамилии королевства Луганор, не знавшая лишений и голода, сейчас, спящие на кушетке, они напоминали родных сестер.
   Эти наблюдения прервал смешок учителя.
   -Инта, оторвись от своего занятия, нам надо поговорить,- укоризненно сказал он моей спине.
   Когда я обернулся, синяя полусфера, значительно уменьшившаяся в размерах, исчезала в его сумке.
   -Идем со мной,- коротко приказал он и, заметив мой беспокойный взгляд в сторону девушек, добавил:
   -Не волнуйся, они не проснутся.
   Мы шли долго, я и до того не понимал, где нахожусь, но после множества переходов, дверей и этажей, голова вообще пошла кругом. Но так, как мы все время спускались по лестницам, рассудил, что мы находимся глубоко под землей.
   Наконец, мы остановились перед скалой, полностью перекрывавшей сводчатый коридор.
   - Положи руку на скалу,- приказал Михтерр. Подозревая, что меня ожидают неприятности, я осторожно приложил ладонь к холодному камню. Пальцы свело судорогой боли, и я невольно вскрикнул. Между тем, скала подернулась мутной дымкой, затем заколыхалась и исчезла.
   -Что и требовалось доказать, - донесся сзади довольный голос мага, -искин башни будет тебе послушен.
   -Учитель, - несколько раздраженно сказал я,- к чему все эти проверки?
   Вместо ответа он прошел мимо меня в открывшийся проход, я последовал за ним и обнаружил, что проход заканчивается небольшой комнаткой с блестящими металлическими стенами. В ней ничего не было, кроме нескольких стульев и стола, сделанных их такого же металла.
   Михтерр уже сидел за столом и что-то искал в своей сумке. Я уселся напротив и молча наблюдал, как он осторожно поставил на столешницу зеркало Древних.
   -Инта,- внезапно обратился он ко мне, - как ты думаешь, сколько мне лет?
   --Не знаю, - растерялся я, -думаю что много.
   -Ты прав, согласился тот,- очень много. Даже не знаю сколько точно. Раньше мы с Карртином ссорились по этому поводу. Уверен в одном, мы с ним появились на свет после ухода древних.
   В Луганоре считают, что я испугался примаса церкви Единого бога, отчего и скрылся. Сейчас могу признаться, что это не так. Я специально отправился в Северный фьорд, чтобы изучать артефакт Древних. Меня не одну сотню лет занимал вопрос, куда они ушли. И я, похоже, это понял. Притом совсем недавно, когда повстречал тебя.
   То, что человека другого мира слушаются творения Древних, меня изрядно удивило, но затем я подумал, что в этом нет ничего странного. Ты можешь быть потомком Древних, так же, как и я, только их крови в тебе гораздо больше. Но Древние ушли не в другой мир. Смотри!
   Михтерр провел пальцем по краю зеркала, и оно начало переливаться радужными бликами и затем стало матово- черным. Маг встал и медленно начал засовывать правую руку в черный экран. Когда рука оказалась в зеркале по плечо, он остановился и начал вытаскивать ее обратно. Я непроизвольно ахнул, когда вместо руки у Михтерра появилась светящаяся прозрачная конструкция, лишь отдаленно напоминающая человеческую конечность.
   В ней сразу от плеча начали прорастать кровеносные сосуды, на глазах заворачиваясь в мышцы, через минуту рука вновь приняла обычный вид.
   -Вот такие дела,- устало сказал мой собеседник, и вытер капельки пота со лба.
   Ничего не понимая, я ожидал дальнейших пояснений. Они не замедлили появиться.
   - Инта, - вновь обратился ко мне Михтерр, - я хочу уйти туда, в новый мир. Мне все здесь наскучило. Я давно лелеял эту мысль. Останавливало лишь одни, как ни странно, обычные человеческие желания и эмоции, было жалко оставлять на разграбление башню, секреты которой я открывал почти две тысячи лет. А сейчас появился ты - человек, которому подчиняются вещи Древних. За прошедшее время мне удалось неплохо тебя изучить.
   Так вот, я ухожу не в новый мир, а в другое измерение, которое просто нельзя описать нашими понятиями. И в нем нет места человеческому облику. Как ты уже видел, зеркало полностью перестраивает человеческое тело в энергетическую структуру, которая сможет там существовать. Тебе я оставляю башню и все, что в ней.
   Как я уже говорил, считаю, что тебе необходимо добраться до Луганора и поступить в Академию. Ты совсем недавно появился на свет и не пресытился тысячелетиями жизни и еще долго не поймешь, что самое интересное в жизни получать новые знания, а не еду, женщин и власть. Это все было у меня, но со временем наскучило.
   По окончанию Академии займешься тем, что тебя привлекает. Но помни, на Мермахском нагорье тебя ждет башня, которая всегда будет надежным укрытием.
   -Но учитель!- воскликнул я, - почему вы не оставите башню брату?
   Михтерр невесело улыбнулся.
   -Во-первых, башня ему не подчинится, а во-вторых, ему это не нужно. Он всегда плыл по течению и звание ночного властителя Мермаха его вполне устраивает. Может, когда-нибудь он изменится, не знаю.
   Михтерр снял с руки черный браслет и надел мне на левое запястье. Острая боль появилась на долю секунды и исчезла, как и сам браслет, на коже осталась только красноватая полоска.
   -Это первый из двух артефактов древних, когда-то попавших в мои руки,- пояснил он, - удачно оказавшийся ключом от башни. Именно благодаря ему, башня открыла свои двери. У меня, правда имеются подозрения, что тебя она пропустит без него, так же, как система тоннелей, но мне все равно ничего с собой не унести. Так что оставляю тебе артефакты, собранные нами в подземельях Древних, они лежат в хранилище. Не сомневаюсь, что со временем ты сможешь понять назначение многих из них.
   Криво улыбнувшись, он добавил:
   -Прощай Инта, не знаю, может, когда-нибудь мы встретимся. Кстати, о своих преследователях можешь забыть. От этой проблемы я тебя освободил.
   После этих слов он решительно нагнулся и нырнул головой вперед, буквально провалившись, в черную глубину таинственного зеркала. На долю секунды в нем еще оставались видны подошвы сапог, потом исчезли и они. Поверхность экрана покрылась мелкой рябью, а само зеркало начало расплываться на столе пятном грязно-зеленой жидкости. От нее в воздух поднялся легкий пар, и через две минуты поверхность стола стала девственно чистой.
   Уход Михтерра оставил меня в глубоком шоке.
   -Гад! Паразит! - думал я. - кинул, как куренка в ощип, решать в одиночку все проблемы, когда так нужны его помощь и советы.
   Но, поразмыслив, решил, что маг обошелся со мной неплохо. Ведь, кто я для него? - всего лишь случайный попутчик на его длинном жизненном пути. И он совсем не обязан помогать такому человеку в долгие годы ученичества. А он оставил мне свой дом и кучу бесценных артефактов.
   -Вот только вместе с ними получил ты друг ситный массу проблем!- пришла в голову холодная, рассудочная мысль. Решив, что подумаю над причинами поступка Михтерра в более подходящий момент, я собрался подняться наверх, в комнату туда, где оставались спящие девушки,
   Только подойдя к скале, закрывшей проход, я вспомнил, что не имею понятия, как до них добраться. Стены помещения не пропускали ману, и у меня, привыкшего за последний год к ее бесконтрольному использованию, появилось ощущение удушья. Нарастающую панику прекратил механический размеренный голос, возникший в голове.
   - Универсальный проводник- ключ, магокомплекса "Трой" полностью встроен в мозговые структуры реципиента. Для окончательной распаковки данных требуется согласие на установку. Ты согласен.
   -Согласен, - не раздумывая, мысленно закричал я. Последние несколько секунд мне в красках представлялась неминуемая смерть, глубоко под землей от жажды и голода. А тут такой подарок!
   -Учитель, благодарю,- сказал я в пустоту, без особой надежды, что меня услышат.
   Перед внутренним взором калейдоскопом завертелись тысячи картинок. Закружилась голова, и меня изрядно шатнуло.
   Дурнота почти сразу прошла, а в голове возник четкий план магокомплекса Древних. Легко открыв проход, я быстрым шагом направился на верхние уровни. К сожалению, портальными переходами, натыканными на каждом углу, воспользоваться не получилось. При первой же попытке, над порталом вспыхнул косой красный крест, а в голове прозвучал комментарий ключа.
   - Малое количество межнейронных связей не позволит тебе контролировать процесс перемещения. Процесс увеличения этих связей начат . Он займет десять месяцев галактического времени.
   К своему удивлению я, оказывается, знал, как перевести галактические сутки в местное время. Получилось после несложного подсчета что-то около двух лет местного времени.
   Однако сейчас меня больше волновал вопрос, каким образом продолжить путь в Луганор. После установки ключа, стало совершенно ясно, что оставаться в башне, смысла нет. Она была практически пуста. В огромном здании имелась лишь пара жилых комнат, да еще лаборатория Михтерра, не открывавшаяся почти двадцать лет.
   Меня ожидал столичный город, академия Магических наук, а перед этим долгое путешествие с самой красивой девушкой, из виденных мной. Остался всего лишь пустяк, как без портала попасть обратно к карете, чтобы нас не заметили жрецы Единого, а еще лучше, чтобы девушки тоже не сообразили, что они побывали в башне Великого и Ужасного Михтерра.
Мысленно пробежавшись по плану комплекса, я заметил три туннеля, уходящие на несколько километров от башни, скорее всего предназначались они для срочной эвакуации, по крайней мере, в голову пришел только этот вариант. Один туннель проходил практически рядом с местом нашего ночлега. При более подробном изучении мне стало ясно, что глубина залегания тоннеля около пятидесяти метров. Видимо поэтому до них не добрались искатели артефактов.
   С навязчивой мыслью, как выбраться из туннеля, я уже входил в жилые апартаменты башни, когда ключ без эмоций сообщил:
   -Для выхода на поверхность можно использовать ДМУ -03407.
   И перед глазами у меня возник хорошо знакомый оранжевый шар, похожий на те, что так пугали Адель, раскатывая по транспортным туннелям Древних.
   Тут очередная невероятная идея родилась в голове, и искин комплекса ответил на нее положительно.
   Спустя час я шел по гулкому широкому туннелю, а впереди меня неслышно, на сотне ложноножек перемещался, сплюснутый почти до блина, оранжевый шар. На нем продолжали спать две мои красавицы. Когда мы остановились, дойдя до нужного места, я осторожно поднял их в воздух, освобожденный от ноши дезинтегратор, принял форму шара и беззвучно врезался в стену туннеля, оставляя за собой узкую сводчатую галерею. Я зашагад вслед за ним. Девушки в горизонтальном положении летели за мной. У меня была уверенность, что на левитацию до поверхности моих сил хватит, Так оно и получилось.
   Еще через несколько минут я укладывал обеих девушек на раскрытые сиденья кареты. От стоянки каравана слышались голоса и бряканье котлов. Дезинтегратор, повинуясь мысленному приказу, скрылся под землей, оставив после себя каменное пятно диаметром метра два.
   Укрыв своих спутниц покрывалом, я решил также заняться делом. Вскоре рядом с каретой на каменном пятне горел костерок с подвешенным над ним котелком. Таким образом, хотелось хоть на время замаскировать это место во избежание лишних разговоров.
   Долго сидеть одному не получилось. В карете послышался шум, и она покачнулась на жалком подобии рессор.
   Из двери показалась голова Адели, оглядевшись, она ловко спрыгнула на землю.
   Пожелав доброго утра, широко зевнула, после чего начала расспрашивать, что я варю на завтрак. На вопрос проснулась ли Лойза, она презрительно фыркнула.
   -Проснулась, теперь сидит перед зеркалом и выдавливает большой черный угорь на носу!
   От неожиданности мне даже нечего было сказать.
   -Какие угри?- думал я. - У Лойзы такая чистая кожа. Ох уж эти женщины, вечно что-нибудь у них не так!
   Тут дверь кареты открылась и выглянувшая Лойза, не обращая на меня внимания, громким шепотом позвала Адель.
   Та ловко запрыгнула в двери, и скоро из-за них послышался негромкий разговор и смех.
   Я, тем временем разглядывал, возвышающуюся на горизонте, освещенную утренним солнцем башню и думал, смогу ли я когда-нибудь вернуться сюда.
   Снова дверь кареты открылась не скоро, оттуда выбрались хихикающие девушки, Адель по-прежнему была в своей мальчишеской одежде, зато Лойза надела роскошное платье, совершенно не подходящее к обстановке.
   Она глянула в мою сторону, видимо ожидая восхищенных комплиментов. Но я только благожелательно кивнул и пригласил их за стол, который намеревался сегодня или завтра продать в Себежнехе так же, как и карету с упряжью.
  
   Я сидел на облучке кареты, раздевшись по пояс, насвистывая незамысловатый мотивчик.
   Легкий теплый ветерок обдувал плечи, начинающие подгорать под лучами солнца. Позади осталась утренняя суета, когда я попрощался с охранниками каравана, сожалевшими что больше не попробуют моего варева. Вар Адер также был достаточно добродушен. Хотя периодически в его глазах проглядывало сожаление о деньгах, отданных мне.
   Как я понял, он не собирался поднимать караван в дорогу пока мы не отъедем достаточно далеко в сторону Себежнеха.
   -Понятно, - сделал я вывод. - Не желает попасть под раздачу, если на нас нападут иридийские маги.
   Естественно я не сообщил ему о словах Михттерра, что этих магов в природе уже не существует.
   После этого запряг лошадей под насмешливым взглядом подошедших возниц, и мы отправились в путь.
   Если кто-то считает, что четверкой коней, запряженных в карету легко управлять, я плюну ему в глаза.
   Хотя эти умения были заложены в долговременную память, необходимо было наработать еще память мышечную. Никаких тренажеров у меня не имелось, поэтому все приходилось осваивать на практике.
   Первые полчаса нашего путешествия из кареты при очередном съезде с дороги, раздавался дружный девичий визг, но все же потихоньку я приноровился и правил довольно уверенно.
   Местность, тем временем начала меняться. Начали исчезать каменистые осыпи. Лес вдоль дороги стал выше. Ветер приносил оттуда аромат цветущих деревьев и трав.
   Мысленно взглянув на карту острова, я прикинул, что мы за прошедшее время спустились в низину почти на километр, по сравнению с Мермахом.
   Сзади меня послышался стук открывшегося окошка.
   -Инта, ты не хочешь, остановиться на привал? - послышался оттуда голос Адели,- мы с Лойзой писать хотим.
   Окошко захлопнулось, и из кареты послышались вопли и возня.
   Ухмыльнувшись, я направил лошадей на небольшую прогалину по правой стороне дороги, где и остановился.
   Шум в карете продолжался.
   -Эй, там! - постучал я по дверце. - Кто-то хотел писать, ели не выйдете, снова отправимся в дорогу.
   Шум прекратился, и через мгновение из кареты на землю спрыгнула растрепанная Адель и с невозмутимым видом направилась в кусты.
   Еще через пару минут из кареты осторожно спустилась красная, как рак Лойза и смущенно отвернув взгляд от моего голого торса, отправилась туда же.
   Расседлывать лошадей я не стал, просто нацепил им на морды торбы с овсом и занялся приготовлением обеда.
   Когда Адель выбралась из кустиков, я ее тоже быстро припахал к этому делу. А вот что поручить Лойзе, казавшейся в своем роскошном платье среди нас чужеродным элементом, я не знал.
   -Пусть она наденет мою запасную одежду, - предложила Адель, заметившая, как я смотрел на нашу новую спутницу.
   Ломаться Лойза не стала, сразу залезла в карету и вскоре вышла оттуда куртке и брюках. Теперь для проезжающих мимо людей будет создаваться впечатление, что у меня в спутниках два субтильных подростка, чем-то смахивающих на девчонок. Однако при здешних порядках никому в голову не придет, что это так на самом деле. Только герб на дверях кареты, мог рассказать знающим людям, кому она принадлежит.
   Когда эта мысль пришла в голову, я быстро отодрал оба герба и закинул их внутрь.
   Стол, притороченный сзади кареты, все еще был на месте, поэтому я его отвязал, решив, что можно последний раз пообедать с комфортом полевых условиях, а уж после Себежнеха, как все люди расстилать тряпицу на земле.
   Вскоре, около кареты стоял накрытый стол, посреди него стояла супница, из которой доносился умопомрачительный аромат.
   -Дамы, прошу к столу, - позвал я обеих девиц..
   Только мы расселись на стульях, предвкушая трапезу, со стороны дороги послышался шум.
   Адель привстала со стула, и ее рука потянулась к мечу.
   -Сиди спокойно, - сказал я. Мои новые органы чувств уже давно сообщили, что к нам приближаются пять конников. Кто они такие сказать было затруднительно, но что двое из них ранены, сомнений не вызывало.
   Спустя пару минут мы увидели, как со стороны Себежнеха по дороге едут пять человек. Вид у них был достаточно потрепанный. Увидев нашу карету, они резко остановились. Но, видимо, поняв, что нас всего трое, направились в нашу сторону.
   Подъехав почти вплотную, они с ухмылками начали переглядываться.
   -Слушай Гонт, ты все жаловался, что удача от нас отвернулась,- сказал один из них, крепкий бородатый мужик со свежим сабельным шрамом через все лицо.- А она видишь, какая девка непостоянная, раз и выложила деньги на блюдечке. Северянина этого продадим, за него десять золотых отстегнут. А мальчишек в вертеп к Длинному. Он за таких еще больше заплатит.
   Адель неожиданно вскочила и полоснула мечом по подпруге у говорившего.
   Тот грузно свалился на землю вместе с седлом. Раненая лошадь, которую Адель зацепила концом меча, рванула вперед и потащила за собой упавшего седока.
   Я рассчитывал, что остальные искатели приключений бросятся в атаку, и уже приготовился немного их подпалить. Однако, к моему удивлению, никто из них не двинулся с места. Они смотрели на своего пожилого командира, ожидая команды, но ее все не было.
   -Адель, прекрати размахивать мечом,- приказал я. Та остановилась, недоуменно глянув на меня.
   -Инта, ты слышал, что они хотели с нами сделать? - воскликнула она.
   -Помолчи! - раздраженно сказал я и вопросительно глянул на немного отошедших от нас мужчин.
   Упавший с лошади бородач, тем временем собирал с земли упряжь, ругаясь во весь голос.
   Предводитель этой шайки, соскочил с лошади и, подойдя к нам, вежливо снял широкополую шляпу.
   -Уважаемый вар, прошу простить моего подчиненного. После того, как его стукнули по голове в последней стычке, он частенько несет всякую чушь.
   Я ехидно улыбнулся и спросил:
   -Так, что же, любезный, заставило вас принять правильное решение, не нападать на нас.
   Гонт в раздумье кашлянул, потом сообщил:
   -Странно все это. Карета, стол обеденный и вы втроем сидите за едой. Ни охраны, ничего. Конечно, я знаю, что вы, северяне, все на голову отмороженные, но не до такой же степени. Значит, есть что-то, чего мы не учли.
   -А если ничего такого нет? - поинтересовался я. - Вы нас ограбите?
   -На миг Гонт сверкнул злобным взглядом, но затем рассмеялся и сказал:
   Нет, точняк, что-то у тебя в загашнике имеется. Ладно, извините вар за беспокойство. Сейчас мы Фелаку подпругу заменим и больше не будем вам надоедать.
   -Инта, - тихо обратилась ко мне Лойза, - это наемники, скорее всего, едут в Мермах, а по дороге прибирают, все что могут.
   С другой стороны мне в ухо возмущенно шептала Адель.
   -Инта, почему ты мне не дал убить их всех. Они хотели меня продать в бордель! Ты сам мог их испепелить, почем же этого не сделал?
   -Сейчас они уедут, и я вам все объясню, - громко сказал я и приступил к трапезе.
   Наемники, поймали лошадь, быстро ее заседлали. Затем отправились дальше в путь, бросая голодные взгляды на наш накрытый стол.
   Когда карета со странными пассажирами осталась за поворотом, возмущенный Фелак, у которого к сабельному шраму прибавились куча царапин на лице, оставшихся после того, как лошадь волокла его за собой, остановился и обратился к командиру.
   -Гонт, побойся Единого, ты чего тупишь? Испугался северянина, сидевшего голым по пояс и без оружия! А может, ты пацана испугался, который мне подпругу порезал?
   Гонт с усмешкой смотрел на разговорившегося подчиненного.
   -Радуйся, что в живых остался, придурок,- спокойно заявил он. - Если у тебя еще остались мозги, подумай, кто поедет вот так, без охраны в карете, да еще мальчишек с собой прихватит? Зуб даю, ловушка это.
   -На кого? - опешили его спутники.
   -Не на нас,- ответил Гонт, - раз уехали живыми. Так, что двигаем дальше, пока не влипли еще в какую историю.
   Пообедав, мы немного посидели на полянке, Изредка проходящие мимо нас путники, удивленно разглядывали наш бивак. Видимо, роскошная карета совсем не гармонировала с ее нынешними хозяевами. Однако желающих ее отнять, пока не появлялось.
   Вскоре и мы, собрав все обеденные причиндалы, двинулись в путь.
   Адель не удовлетворилась моими объяснениями, по поводу наемников, что не нужно привлекать к нам лишнего внимания, и залезла в карету с недовольным видом. Мне показалось, что она с удовольствием посадила бы всех пятерых на кол.
   А вот Лойза, к моему удивлению вела себя очень пристойно. Видимо, вчерашняя отповедь сильно на нее повлияла. По крайней мере, никаких закидонов с ее стороны пока не было.
   После обеда солнце жарило неимоверно. Через пару часов я уже хотел вновь остановиться, чтобы дать остыть лошадям. Но тут погода переменилась, небо закрыли серые тучи, и пошел моросящий дождь. Жара резко спала, однако все равно было очень тепло, поэтому я так и не оделся и ехал только в одних брюках и босиком.
   Лес вокруг понемногу редел. Вскоре его место заняли поля, засаженные непонятно чем. На огороженных пастбищах паслись коровы, внешне ничем не отличающиеся от наших. С каждым селом, которое мы проезжали, количество едущих путников и торговых караванов по тракту возрастало. Дорога стала значительно шире, иначе встречные потоки людей и телег, не смогли бы разойтись. Когда вдали показались стены Себежнеха, мы уже двигались в сплошном ряду повозок, без малейшей надежды, как-то ускорить свое продвижение. Утешало только то, что, наконец, закончилась грунтовка, и мы ехали по вымощенной камнем дороге, и огромные тучи пыли остались позади.
   В отличие от Мермаха, Себежнех был окружен высокой стеной, выложенной из красного кирпича, по ее верху тянулся ряд узких бойниц.
   Выглядела она довольно обветшало. Видимо, в настоящее время врагов здесь не ожидали.
   Ожидаемого столпотворения у ворот не было. Оживленно болтающие стражники, собравшиеся в кружок, исполняли свои обязанности чисто символически.
   -Наверно, из-за большого количества караванов, - решил я. - Если проводить досмотр, тут вообще не пройти и не проехать будет.
   Сделать такой вывод трудностей не представляло. Стоило лишь взглянуть на разлившееся русло Меры. Она по-прежнему текла по правую сторону от дороги. Только шума порогов уже давно не было слышно. Сейчас она плавно и бесшумно несла свои воды в океан. А на водной глади стояли на якорях десятки торговых шлюпов.
   -Адель, при виде кораблей на реке, чуть не пояс высунулась из окна. И жадными глазами смотрела в их сторону.
   -Пиратка, как есть пиратка!- подумал я, - наверно в мыслях уже берет на абордаж, какой ни будь кораблик.
   -Адель, залезь в карету,- строго крикнул я, предчувствуя неприятности, но было уже поздно, по спине девчонки с оттяжкой ударил кнут. Адель взвизгнула и спряталась в карету.
   Мимо кареты хотел протиснуться богато разодетый полный всадник, ударивший мою подопечную. Однако дальше смог продолжить путь только его конь с опустевшим седлом. Сам всадник остался висеть у меня на руке, носками сапог шаркая по мостовой.
   Я без особого труда держал толстяка на весу за крепкий воротник. Усовершенствованные в подземельях Древних мышцы, позволяли и не такое. Однако, заметив, что он задергал ногами еще сильней, а лицо наливается синевой, я швырнул его на землю.
   Честно сказать, жутко хотелось придушить этого урода, но присутствие десятков очевидцев вокруг не позволяло осуществить подобное желание.
   В это время дверь кареты распахнулась, оттуда выскочила разъяренная Адель и, размахивая мечом, подбежала к ворочающемуся на земле толстяку. Ей, однако, хватило ума не пускать в ход оружие. Она с разбегу ударила негодяя ногой в лицо. Потом удалось еще пару раз треснуть его каблуками по ребрам до того, как я соскочив с козел, схватил вырывающуюся девчонку в охапку и затолкал в карету.
   -Вот же черт принес этого мудака! - со злостью думал я. - Как теперь выходить из этой ситуации, не представляю?
   -В это время стражники, срочно прервав свои посиделки и обнажив оружие, направились в нашу сторону. А сзади к нам пробивался отставший эскорт побитого мной наглеца.
   Когда они подошли вплотную, мужчина, размазывая кровь по лицу, встал и гнусаво закричал:
   -Стража! Немедленно арестовать преступников! Заковать в кандалы!
   - Ну, вот и конец нашему спокойному путешествию, - обреченно подумалось мне,- придется пользоваться силой, и раскрыть себя перед всеми.
   Неожиданно с другой стороны кареты по ступенькам величественно спустилась Лойза, в своем роскошном наряде. Она медленно подошла к беснующемуся мужчине и громко сказала:
   -Значит, так вы встречаете во вверенном вам городе дочь графа Жермина аль Гронига, вар Эстранд? Первым делом бьете кнутом ее подругу. А потом хотите посадить меня и моих спутников в темницу. Думаю, моему отцу будет крайне неприятно услышать о главе магистрата Себежнеха такие новости, вы же хорошо знаете его нрав.
   Я никогда не видел, чтобы так мгновенно менялось выражение лица у человека.
   Еще долю секунды назад красное и потное, оно смертельно побледнело, даже кровь из носа перестала идти. Услышав имя наместника Мермаха, все вокруг замерли, а вар Эстранд грохнулся на колени и почти пополз к ногам Лойзы, лепеча какие-то оправдания. Вокруг мгновенно образовалось пустое пространство. Рядом остались только сопровождающие Эстранда и несколько стражников. Они все подобострастно взирали на Лойзу, явно ожидая ее приказаний.
   Та быстро оправдала их ожидания.
   - Вар Гертан, - обратилась она к крепкому жилистому воину, стоящему впереди,- поручаю вам, взять под стражу вара Эстранда и заключить в темницу, его дальнейшую судьбу решит мой отец. Вас же попрошу временно исполнять обязанности главы магистрата, также до решения графа Жермина аль Гронига. Надеюсь, он с ним не затянет.
   -Слушаюсь варесса,- отчеканил Вар Гертан и шевельнул бровью. Сразу два стражника ринулись к пытающемуся обнять ноги Лойзы, вару Эстранду, подняли его и, заломив руки, повели к воротам.
   -Вы нас сопроводите до ближайшего постоялого двора, вар Гертан?- обворожительно улыбаясь, спросила Лойза, когда вопли вара Эстранда перестали быть слышны.
   -Без сомнения, Варесса,- горячо заверил ее старый служака.
   Он оглядел карету и его взгляд уперся в меня.
   Могу представить чувства воина. На облучке кареты, дочери наместника вместо разодетого кучера, сидит здоровенный детина голый по пояс, в одних штанах, да и те завернуты до колен.
   -Простите Варесса, а это кто такой?- тихо поинтересовался он, кивнув в мою сторону.
   Ах, да,- спохватилась Лойза. -Представляю вам своего спасителя, барон Инта дел Сол, спасшего меня от нападения иридийских магов, а теперь он сопровождает меня в столицу.
   На лице вара Гертана нарисовалось глубочайшее изумление, понемногу переходящее в кривую усмешку.
   -Позвольте поинтересоваться, варесса, каким же образом происходило это "спасение", - спросил он скептическим тоном.
   Чувствуя, что разговор приобретает опасный характер, я спрыгнул на землю и встал напротив него. Гертан был видный мужчина, кряжистый, высокий, однако ему пришлось глядеть на меня снизу вверх.
   По выражению лица было заметно, что это обстоятельство ему не нравится.
   -Вар Гертан,- обратился я к нему. - Не стоит на виду у толпы обсуждать наши проблемы. Давайте сядем в карету и поговорим как благородные люди.
   -Как благородные говоришь?- пробормотал тот и пренебрежительно оглядел меня с ног до головы.
   Этот уничижительный взгляд разозлил меня не на шутку.
   Ухватив Гертана за шкирку, я легко забросил его в карету вместе со всем, что было на нем надето.
   Потом широким жестом предложил подняться Лойзе.
   Та мило улыбнулась мне и вспорхнула по ступенькам в проем каретных дверей.
   Под напряженным взглядом охранников, не посмевших напасть на человека, грубо обошедшегося с их командиром, только что назначенным главой магистрата, я надел рубашку, висевшую на козлах, и тоже залез в карету, прихватив с собой сапоги.
   Вар Гертан к этому времени уже пришел в себя, и, прислушавшись к уговорам Лойзы, уселся напротив нее и мрачно смотрел на меня, держа руку на рукоятке меча.
   -Простите вар, за грубость, - весело сообщил я. - Но по-другому было слишком долго, а лишних ушей рядом было слишком много.
   Под угрюмое молчание Гертана Лойза начала свой рассказ.
   Когда оказалось, что она собственно ничего не видела и знает о случившемся только с чужих слов, Гертан воспрял духом и снова стал наезжать на меня.
   -Как вы могли, варесса, поверить этому проходимцу, да по его лицу сразу видно, кто он такой, - опять завел он свою песню.
   -Немедленно замолчите!- гневно прошипела Лойза. - Не смейте так говорить о бароне.
   Гертан заткнулся на полуслове и сделал это во время, потому, что мне захотелось его придушить, да и Адель уже сменившая порванную куртку, рвалась в бой.
   -Сейчас вы отвезете нас на постоялый двор, и пока мы в ваших услугах не нуждаемся,- категорически сказала девушка.
   -Но, варесса, зачем вам постоялый двор?- опять завел шарманку вар Гертан. - Предлагаю вам остановиться у меня, жена будет рада принять дочь Жермина аль Гронига.
   -Моим спутникам, как я заметила, вы свое гостеприимство не предлагаете? - съязвила Лойза.
   Гертан замялся.
   -Возможно, имеет смысл им остановиться на постоялом дворе,- наконец, выдавил он.
   -Нет, я останусь вместе с ними. -сообщила Лойза и скрестила руки на груди, как бы говоря, что на этом разговор закончен. -И найдите нам кучера для кареты! - крикнула она уже вслед выходящему из кареты воину.
  
   Вар Гертан на глаза нам больше не показывался. Он нашел нам не только кучера, но и охрану. Однако командир провожающего нас десятка стражников был очень вежлив и корректен. Когда мы въехали в ворота большого постоялого двора, он первым тихо переговорил с хозяином, а потом, обратился к Лойзе и сообщил, что вар Гертан завтра собирается устроить прием в честь приезда такой высокой гостьи. И просит варессу Лойзу и сопровождающих ее лиц, явиться на этот прием. Сказав все это на словах, он передал в руки дочери наместника еще и тонкий пакет.
   Не знаю, что он сообщил хозяину постоялого двора, но тот был рад вылезти из кожи, только, чтобы угодить нашей кампании. Лойзе и Адели были предоставлены самые роскошные апартаменты -роскошно убранная гостиная, спальня и удобства. На мой тихий вопрос, сколько стоит ночлег в таком месте, хозяин, внешне чем-то напоминающий Жучана, так же тихо ответил, что все оплачено.
   -Хм, а не плохо иногда быть дочерью графа,- подумал я, но тут же, вспомнив, нападение иридийских магов, изменил свое мнение.
   -На фиг, на фиг, лучше платить за проживание, но спать спокойно, не думая о наемных убийцах идущихза тобой, - решил я.
   Адель разглядывала эти апартаменты, раскрыв рот. Но в то же время на ее лице было нарисовано огорчение. Мне была прекрасно известна его причина.
   Лойза назвав ее своей подругой, сделала невозможным для Адели проживание со мной в номере.
   Немного поразмыслив, я решил, что Лойза вполне могла это сделать намеренно. Но по какой бы она причине это не сделала, настроение у меня взлетело до необычайных высот. В первый раз за последний месяц, я буду избавлен от непрестанной болтовни. Сегодня ее в полной мере испытает на себе варесса Лойза.
   Оставив девушек устраиваться, я прошел в свой номер, располагавшийся по соседству. После номера Лойзы тот показался убогим, но, обнаружив в нем душ и туалет, я остался доволен.
   -Странно,- думалось мне, - какое-то удивительное средневековье, присутствует водопровод, канализация, в городе нет мусора. Неужели это все благодаря магии?
   Закрыв на заложку дверь, разделся и первым делом отправился в душ.
   Как и в гостинице Жучана, вода в душевой лилась струями прямо с потолка. Перейдя на аурное зрение я с трепетом пытался разобраться в тысячах переплетений силовых линий.
   -Кошмар,- ужаснулся я,- это тебе не файерболами кидаться, здесь тонкая работа нужна. Вот, как, к примеру, вода просачивается через потолок?
   Разглядывание магических артефактов изрядно подкосило мое самомнение, и я с большим пониманием вспоминал слова аль Варена, о своем дремучем невежестве в магическом искусстве. Уныло закончив с мытьем, я вышел в комнату и переоделся в чистую одежду. После чего улегся на кровать.
   Однако долго кайфовать не получилось. Дверь номера задергалась, потом раздался нетерпеливый стук. Я сдвинул заложку, и в номер ворвалась Адель, одетая в роскошное бархатное платье темно синего цвета, с небольшим вырезом. Ее пышные волосы были уложены в замысловатую прическу, а на шее висело ожерелье из опалесцирующих черных жемчужин.
   Она победно глянула на меня и закружилась по комнате, задевая подолом платья стол и стулья.
   За ней появилась Лойза, с улыбкой глядевшая на свою подопечную.
   -Завтра я тоже иду на прием к вару Гертану, - заявила Адель.- Видишь, какое у меня платье! Его Лойза подарила,- похвасталась она очевидным для меня фактом.
   -Тебе нравится?- спросила она с беспокойством.
   -Очень,- искренне признался я. - Ты в нем настоящая красавица.
   Лицо у девушки сморщилось, как будто она съела лимон.
   -Так, значит,- сказала она разочарованно.- Ты хочешь сказать, что если я сниму это платье, то красавицей уже не буду?
   Ее рука потянулась к талии, где у нее обычно висел меч. Но, не обнаружив его на привычном месте, бессильно повисла.
   Заметив мою ехидную усмешку, Адель вспыхнула и убежала обратно к себе.
   -Барон,- укоризненно сказала Лойза. - Неужели вам трудно сказать даме комплимент.
   -И эта туда же!- раздраженно подумал я. -Боже! За какие грехи на меня свалились все эти заботы!.
   Пожав плечами, ответил уже вслух.
   -Варесса, вы же слышали, я откровенно сказал Адели, что она отлично выглядит. Скрытый же смысл комплимента ею был домыслен самой.
   Сказав эти слова, я разочарованно развел руками, и возвел глаза к небу. Лойза, прыснула, и так, со смешком, ушла вслед за Аделью.
   Оставшись один, я подошел к окну и наблюдал, как кучер с помощью одного из вояк приделывают гербы графа Жермина аль Гронига обратно к карете.
   -Ну, что? - сказал я сам себе.- Зря раскатывал губищу, продать все это хозяйство. Придется теперь карету оставить здесь, под надзором вара Гертана.
   Уставившись в окно и размышляя о дальнейших действиях, я вдруг подумал, возможно, сегодня на Лойзу нападение повторится. Скорее всего, неизвестный наниматель иридийских магов уже в курсе, что мы находимся в Себежнехе и не исключено, что за день он успеет нанять очередных похитителей. Хотя вряд ли он в курсе, что произошло с иридийцами, и не будет гнать лошадей. Скорее всего, на нас нападут на первой ночевке после выезда из города.
  
   Успокоив себя таким выводом, все же решил, что ночь посвящу охране девиц, закрылся в номере и завалился спать.
   Но сон, почему-то не приходил и я начал обдумывать свои планы на будущее. После того, как иридийцы похитили меня с Каренану, события происходили в таком темпе, что обдумывать и, тем более планировать свои действия, было некогда.
   Конечно, я сам во многом виноват. Рассчитывал, что Михтерр аль Варен займется моим образованием, и пролетел по полной. Тот вместо моей учебы, решил уйти в мир энергетических структур. А у меня на руках оказались две девицы, нуждавшиеся в помощи. И если к Адели я относился, как к дочери, то Лойза будила во мне совсем другие чувства.
   -Ох! И отхватишь ты с ней неприятностей! - сообщили мне остатки здравого смысла. Но я решительно задавил сомнения и начал прикидывать, как сообщить девушкам, что на ночь необходимо поменяться номерами. С этими мыслями я заснул.
   Когда открыл глаза, на улице уже темнело.
   Я оделся, сполоснул лицо и собрался спуститься вниз в зал, чтобы поужинать. По дороге постучал в дверь соседнего номера и позвал своих подопечных с собой.
   Лучше бы я их не звал! Простояв у дверей минут десять, слушая шуршание платьев, потом плюнул на это дело и спустился в зал. Народа в нем почти не было, а те немногочисленные посетители, что сидели за столиками, разговаривали почти шепотом.
   Найдя себе, место в уголке я тоже уселся на жесткую скамью и поинтересовался у подбежавшего хозяина, в чем проблемы.
   Тот горестно вздохнул и тихо сообщил:
   -Весь город знает, что у меня остановилась дочь графа аль Гронига, отсюда и проблемы.
   Оглядев еще раз полупустой зал, я, наконец, сообразил, в чем дело. Из-за нас, сегодня навара у хозяина не предвидится.
   Рассмеявшись, положил на стол полновесный иридийский золотой эллипс. Вся грусть мигом исчезла с лица собеседника, и он мгновенно смахнув монету со стола, поинтересовался, что принести на ужин.
   В этот момент к нам с недовольными лицами подошли девушки. Они уже снова переоделись, и сейчас Адель была в своей мальчишеской форме, а Лойза в сером дорожном платье. Пришлось встать и, как подобает воспитанному человеку предложить дамам стулья.
   Лойза приняла это, как должное, зато Адель весело хмыкнула. Действительно, таких услуг я ей раньше не оказывал.
   -Вар Инта, почему вы нас не подождали? - сразу поинтересовалась Лойза.
   Мысленно я ухмыльнулся, представив, какими словами можно было ответить на этот вопрос, но вслух вежливо сообщил, что просто решил побеспокоиться о месте и ужине, пока девушки собираются.
   Приняв заказ, хозяин унесся, как будто ему перо вставили в задницу, а мы начали беседовать на отвлеченные темы, типа погоды, или завтрашнего приема.
   Я, тем временем, думал, как буду разбираться с нападающими сегодня ночью. Нехорошие мысли, что если там будут маги, то меня сотрут в порошок, просто отгонял в сторону. Насколько я знал, все маги в Луганоре были наперечет, и вряд ли возможно для неизвестного злодея каждый раз нанимать магов для своих черных дел. Скорее всего, это будут мастера ножа и топора, как поется в одной песенке из мультика.
   После того, как в зале появилась Лойза, немногие оставшиеся посетители поспешили удалиться и вскоре мы сидели втроем в пустом зале.
   Хозяин гостиницы вар Трен, тем не менее, был полон энтузиазма. Я мысленно усмехнулся, вспомнив его причину. Та была совсем проста. Иридийский золотой, полученный от меня, возместил все потери сегодняшнего вечера и оставил с приличным доходом.
   Лойза, несмотря на довольно миниатюрную фигурку, кушала хорошо, впрочем, как и Адель. И конечно, она даже не вспомнила, о том, что надо рассчитаться за ужин.
   Вспомнила об этом Адель и громким шепотом поинтересовалась у меня, сколько стоило все, что мы съели.
   Лойза услышав ее слова, жутко смутилась, и начала сбивчиво объяснять, что забыла деньги в номере.
   Укоризненно посмотрев на Адель, я сообщил, что за все заплачено. Если бы Лойза знала, какие деньги мне выложил вар Адер, чтобы я увез подальше опасную попутчицу, она, наверно, так бы не смущалась.
   Вообще мне было неловко, ведь золота на данный момент было навалом. Только на монеты, погибшего на паруснике мага, можно было безбедно жить лет десять. Притом достать их из сумки мог только я. Подумав, что по прибытию в Луганор нужно будет отказаться от денег Лойзы, я предложил девушкам подняться в их номер, чтобы кое-что обговорить.
   Усевшись за столом в гостиной, пахнущей благовониями, сообщил им о том, что сегодня ночью возможно очередное нападение.
   Лойза с предложением переночевать в моем номере согласилась сразу, а вот Адель категорически отказалась уходить.
   Пока она выливала на мои уши потоки слов, я обследовал стену между нашими номерами. Сняв ковер, обнаружил в ней заколоченную дверь. Видимо, когда-то этот номер занимал все четыре комнаты.
   Без особых усилий мне удалось выдрать дверь из проема, та была прибита всего на пару толстых гвоздей.
   -Отлично! - подумал я. - Теперь никто не заметит, что мы поменялись местами.
   Снова присев за стол я упер взгляд в глаза Адели и размеренно сказал:
   -Сейчас ты пройдешь в ту дверь и ляжешь спать.
   Девушка встала без слов и, как сомнамбула пошла в мой номер.
   Лойза, открыв рот, смотрела на меня.
   -Барон,- наконец, тихо сказала она.- Я никогда не слышала, что на Северных островах есть ментальные маги.
   Я хотел рассмеяться, но вовремя вспомнил, что Лойза, как и большинство магов этого мира, не видит ману, поэтому считает, что я магичил.
   -Это не магия, варесса, - пояснил я. - А всего лишь слова, сказанные нужным тоном и в нужное время.
   Девушка принужденно рассмеялась.
   -Все равно, вар Инта, мне стало немного страшно, вдруг вы сделаете точно так со мной.
   Я улыбнулся
   - Точно так не получится, если человек внутренне не хочет чего-то делать, мое внушение его не пересилит. Адель прекрасно понимала, что будет мне мешать, поэтому так беспрекословно отправилась в постель.
   Вы тоже, пожалуйста, отправляйтесь туда, а я начну готовиться к встрече с нежданными гостями.
   Лойза, кивнула и прошла в мой номер.
   Межкомнатную дверь я поставил на место, а вот ковер вешать не стал. Скатав его в рулон, уложил на кровать. На вторую кровать под одеяло запихал подушки. После чего потушил светильники, перетащил кресло в дальний угол, уселся в него и положил шпагу на колени. Перейдя на аурное зрение, вытащил с перевязи пару метательных ножей и положил на широкий подлокотник. Наступила тишина, прерываемая еле слышным треском ночных насекомых.
   Отстранившись от беспокойных мыслей, попытался войти в транс. Не знаю почему, но сегодня, над Себежнехом сила великого духа Уи буйствовала особенно сильно. Вокруг меня скользили потоки маны, переливаясь радужными красками. На небе они вспыхивали яркими грозными сполохами.
   На этом фоне ауры людей на постоялом дворе казались бледными светящимися пятнами. И только в соседнем номере, вокруг головы спящей Лойзы крутился небольшой вихревой поток маны.
   Я попытался расширить зону наблюдения, но из-за разгула стихии, ауры людей дальше нескольких десятков метров разглядеть было невозможно. Все скрывалось в мареве красок.
   -Наверно, аль Варен сделал бы это лучше меня,- подумал я с завистью.
   Нечаянная мысль вмиг вышибла из сосредоточения, и сразу же уменьшился охват наблюдения. Я непроизвольно напрягся, ожидая удара дубинкой по спине, и тут же со смешком выпрямился. Вага Умару остался далеко на юге и не мог наказать нерадивого ученика.
   Тихо подойдя к окну, я, слегка отодвинув занавеску, глянул в него.
   Потоки маны по-прежнему мешали смотреть, но их интенсивность уже не была такой, как во время транса.
   На улице не было не души. Хотя где - то за домами виднелись нечеткие движущиеся людские ауры.
   Постояв немного у окна, я опять уселся в кресло и сразу провалился в транс.
   Сколько в нем пробыл, трудно сказать, но вывело из него ощущение чужого взгляда. Практически сразу я обнаружил три активные ауры, рядом с, огораживающей постоялый двор, невысокой, кирпичной стеной.
   Уже готовый к схватке я наблюдал, как ауры перемахнули через ограду и приблизились к зданию.
   Снаружи не доносилось ни малейшего шума.
   Каким образом похитители поднялись по стене я не понял, но через несколько секунд один из них уже отодвигал занавеску и темной тенью двинулся вглубь комнаты. На долю секунды он остановился, видимо пытаясь понять, куда надо идти, в этом момент я сосредоточился, один из моих метательных ножей поднялся в воздух и метнувшись, вонзился ему в шею.
   Упасть я жертве не дал, а, вовремя подхватив, бесшумно опустил тело на пол, мимолетно удивившись его легкому весу.
   В это время в окне появился второй силуэт. Невысокая фигурка с мотком веревки в руках, мягко спрыгнула на пол и начала вертеть головой. Я, как учил вага Умару, на миг заблокировал ее ауру, и фигурка мешком осела на пол.
   Видимо, я все же нашумел, потому, что оставшийся бандит стремглав бросился обратно к ограде. Ругнувшись про себя и, взяв моток веревки, лежащий рядом с бессознательным грабителем, я начал его тщательно связывать.
   Еще когда опускал убитого на пол, меня начали тревожить неясные подозрения, и сейчас они перешли в уверенность.
   Оба грабителя или похитителя оказались женщинами.
   На всякий случай я наглухо закрыл ставни и только после этого зажег светильник.
   Присев, вытащил нож из тела убитой. Как и планировал, тот попал в позвоночный столб, полностью перерубив спинной мозг, не задев позвоночных артерий. Зато на полу не осталось ни капли крови.
   Перевернув, закутанный в черный балахон труп, я с удивлением уставился в искаженное гримасой чернокожее женское лицо. Дикари племени Тирами по сравнению с ней казались бледнолицыми.
   -Может, она перед тем, как идти на дело, сажей вымазалась,- подумал я, и уже хотел, было, попробовать стереть черную краску. Но тут неожиданно
   в голове всплыли новые сведения.
   -Мигрия, один из островов Западного архипелага. Населен чернокожими, живущими в строго закрытом общество, в котором царит матриархат. Традиционно молодые девушки, достигнув совершеннолетия, кидают жребий, после чего выигравшие покидают Родину для службы наемниками. Весьма ценятся в Луганоре и Иридии, как шпионки, разведчицы. Те из них, что доживают до пятидесяти лет, возвращаются на остров, чтобы передавать свой опыт молодым.
   База знаний настойчиво внушала еще кучу сведений, но мне было не до их внимательного изучения.
   Я в это время осторожно снимал одежду с убитой, откладывая в сторону кучу непонятных штук, без сомнения, предназначенных для лишения жизни.
   Вскоре худенькая чернокожая женщина лежала обнаженной. Вид ее никаких эротических фантазий не вызывал. Кожа, лишенная подкожного жира не скрывала мышц, напоминающих веревки. Груди у нее тоже почти не было заметно. Зато шрамов на теле имелось множество.
   -Однако, повезло, удалось заслуженную тетку грохнуть,- без особого раскаяния подумал я. - Надо бы посмотреть вторую, вдруг та симпатичней будет. Может, расскажет что-нибудь, к примеру, кто заказчик похищения.
   Связанная женщина была намного моложе и привлекательней первой. Тонкие черты ее лица ничем не напоминали южных дикарей. Она, не мигая, смотрела в потолок, когда я опустился на пол рядом с ней. Белки глаз на фоне абсолютно черной кожи и черных губ, смотрелись чужеродным образованием. Только по сузившимся зрачкам можно было понять, что она в сознании.
   Тем не менее, оценив состояние ауры, я понял, что девушка притворяется. Ее тело было в полном порядке и готово действовать
   -Кто вас нанял?- спросил я по-мигрийски, мысленно удивляясь легкости, с которой с моего языка слетают щелкающие и свистящие звуки.
   Зрачки пленницы удивленно расширились, она кашлянула и гордо отвернула голову.
   Я усмехнулся и сообщил:
   -Если ты не будешь говорить, я залезу в твою голову и все узнаю сам. Вот только ты после этого сойдешь с ума. Тебе это надо?
   -Проклятый колдун! - прошипела мигрийка.- Кто научил тебя нашему языку? Ни один чужестранец не должен его знать! Мои сестры тебя убьют!
   -Вопросы здесь задаю я,- пришлось сказать мне. - Отвечай! Иначе я начинаю колдовать?
   С этими словами я положил ладонь на горячий лоб пленницы.
   Та вздрогнула и быстро заговорила:
   -Не надо, я все расскажу сама, только поклянись, что после этого не полезешь в мой разум. Просто убей, как убил венду Рани.
   Я кивнул, и девушка начала говорить. Хотя по ауре было видно, что она окончательно не сдалась и лихорадочно ищет путь к спасению.
   Ничего нового она не рассказала, все было как у людей, т.е. за похищением стоят денежные интересы. Естественно, мигрийка смогла только сообщить имя своего хозяина и то, что им поручено выкрасть Лойзу после чего доставить ее живой и невредимой в условленное место. Остальное пришлось домысливать самому, задавая наводящие вопросы. Кое-какие выводы сделать мне все же удалось.
   Если вкратце, то Лойза помешала матримониальным планам одной важной персоны, тем, что с четырех лет была помолвлена с наследником богатого и знатного рода. И сейчас ее пытались выкрасть, чтобы нарушить эту договоренность.
   Может, я что-то и напутал. Но на этот момент из сбивчивых ответов венды Анари более толковых предположений не выходило.
   Пленница работала на графа Строада аль Дарнир всего полгода, поэтому я, поняв, что больше ничего полезного для Лойзы не узнаю, стал расспрашивать девушку о Мигрии.
   Еще в начале беседы я обратил внимание на странное образование в ее мозгу. Небольшой, сверкающий в аурном зрении комочек в полсантиметра диаметром, от которого отходили тонкие сероватые нити.
   -Что за ерунда? - недоумевал я, пытаясь подцепить аурным щупом одну
   из нитей. Так, не добившись ничего, я оставил эти попытки. Однако, в какой-то момент этот маленький шарик тревожно замигал и по нитям понеслись искорки света.
   Мигрийка закатила глаза и потеряла сознание.
   Наверно, только потому, что действовал на автомате, удалось направленным импульсом силы попасть в мелкую цель и выжечь зловредный светляк. Блокированные мышцы грудной клетки сразу заработали, и через секунду раздался первый негромкий вздох.
   -Ну, и на какой хрен ты это сделал? -спросил я себя. -Померла бы, так померла, а сейчас думай, как с ней дальше поступить. А граф Строад не дремлет, быстро он решил убрать свою наемницу, хотя та стоила ему немалых денег.
   Тем не менее, я сделал все, чему меня учил вага Умару, и вскоре девушка пришла в себя.
   Снова распахнулись веки и на меня уставились ее удивленные глаза.
   -Я жива? - растерянно произнесла она. - А как же клятва верности?
   -Ну, как-то вот так, не сработала, - смущенно пробормотал я. Какой-то звук за окном на миг отвлек мое внимание. Когда я вновь посмотрел на свою пленницу, та была мертва. Тоненькая струйка крови стекала у нее из угла рта.
   -Черт возьми! Что за невезуха! - думал я, лихорадочно разглядывая мертвую девушку. На ее левой щеке тем временем проявилось красноватое пятно. С некоторым содроганием я сунул палец в рот трупа и на внутренней поверхности щеки нащупал кровоточащий прокус. Внутри него явно что-то похрустывало.
   -Капсула с ядом!- наконец, осенила догадка мою голову.
   Мигом, выдернув палец изо рта, я начал его рассматривать. Действительно, на нем остались следы слюны с примесью крови и единичными прожилками тягучего коричневого вещества.
   База знаний сразу выдала с десяток названий ядов, похожих на данное вещество. Меня же сейчас интересовал лишь один вопрос, не отравился ли я сам, так необдуманно сунув палец туда, куда не следует.
   Поняв, что мне ничего не угрожает, сразу успокоился и начал думать, что предпринять дальше. Первой мыслью было желание позвать хозяина и заставить его разбираться со всеми проблемами. Однако, подумав, решил, что справлюсь без помощников и лишнего шума.
   На улице по-прежнему царила непроглядная темень. Двигающихся человеческих аур поблизости не просматривалось.
   Мимолетно удивившись тому, как легко удалось поднять в воздух два трупа, вслед за ними вылетел в окно. До берега Меры я добрался за пару минут.
   Долетев до середины реки, убрал левитирующее плетение с трупов и те с плеском упали в темную воду.
   Вернувшись в номер, первым делом зажег светильник и тщательно осмотрел комнату. Никаких следов пребывания чернокожих убийц в нем не осталось, кроме легкого запаха мускуса.
   Хотя я был уверен, что больше никаких попыток похитить Лойзу не предвидится, все равно не спал до рассвета, переживая, что не смог ничего толком выяснить о Строаде аль Дарнире.
   Лишь, когда в окно зарозовел рассвет, я разделся и с вздохом облегчения улегся в роскошную постель и практически стразу заснул мертвецким сном.
   Разбудил меня толчок в грудь и возмущенный голос Адели.
   -Инта, ты специально нас пугал, чтобы одному спать на такой кровати! А нам пришлось вдвоем спать на жестком топчане, в твоем номере!
   Говоря все это, она лежала на мне в одной сорочке и весело болтала ногами. В дверном проеме стояла Лойза в такой же короткой сорочке, открывающей большую часть груди, и удивленно глядела на нас.
   Увидев мой пристальный взгляд, она слегка покраснела и запахнула ворот.
   Адель, увидев Лойзу, скатилась с меня, и затем бесцеремонно залезла под одеяло.
   -Иди к нам скорей, - позвала она свою подругу, безмолвно взиравшую на такое нарушение приличий. - Хоть пару часов еще поспим на нормальной постели.
   По переливам ауры были хорошо заметны сомнения девушки. Лойзе явно хотелось последовать примеру Адели, однако накрепко вбитые нормы морали, не позволяли этого сделать.
   -Да, ладно, не бойся, иди к нам, - сказал я, мысленно ругая себя за эти слова. Но мне до ужаса хотелось ощутить упругое тело красавицы рядом с собой. В этот момент мне было до лампочки, что ее отец является одним из самым могущественных людей в этих местах.
   Лойза вздохнула, явно собираясь что-то сказать, но затем, осторожно ступая босыми ногами, пошла к кровати.
   Через минуту я лежал, как падишах, между двух девиц. Адель, опять взгромоздившись на меня, трещала, как сорока, искоса поглядывая на подругу.
   -Ты не переживай,- покровительственно сказала она той. -Инта тебя тоже возьмет в жены. Ему как барону можно десять жен иметь. У моего отца было, правда, всего три жены. Они между собой совсем не ругались, может, раза два-три за день всего. Но мы с тобой ведь не будем ругаться?
   Лойза слабо улыбнулась и сказала:
   -Не будем.
   -Так ты согласна? - не на шутку обрадовалась Адель. - Вот здорово!
   -Инта, ты слышал?- она толкнула меня острым локтем в бок.- Лойза согласна стать твоей женой.
   -Не слышал,- признался я. - Она сказала только, что вы не будете ссориться.
   Лойза во время нашей беседы лежала рядом со мной, как мышка, было хорошо слышно, как бешено бьется ее сердце.
   Осторожно взяв ее за руку, я сказал:
   - Успокойтесь варесса, все хорошо, просто фантазия Адели не имеет границ.
   -Сама не понимаю, что со мной происходит,- внезапно призналась Лойза. - если бы кто-нибудь несколько дней назад сказал, что я смогу раздетая придти и лечь в постель с мужчиной, я бы с ума сошла от гнева. А сейчас мне ни капельки не стыдно. Мне кажется, что я ничего плохого не делаю. Хотя, не представляю, что на это скажет отец, если узнает.
   Сказав все это, она с непонятным ожиданием посмотрела мне в глаза.
   Я мысленно засмеялся.
   -Эх, молодость, молодость! Миллионы отцов узнают рано или поздно об этом от своих дочерей и, как правило, с ними ничего особого не делают. Конечно если это не перспективный зятек. Тогда папа с мамой приложат все усилия, чтобы его захомутать. А вот не перспективному не светит ничего, кроме неприятностей.
   Что со мной сделает граф Жермин аль Грониг я представлять не стал.
   Желание обладать лежащей рядом красавицей было настолько сильным, что еще минута, и мне просто будет, не справится с ним. Надо срочно заканчивать маяться дурью.
   -Все! Хватит разлеживаться! - скомандовал я и бодро поднялся. Быстро натянув одежду, почувствовал себя значительно лучше. Напряжение в паху начало уходить.
   Обе девицы продолжали лежать под одеялом, не собираясь вставать. На лице Адели царило явное разочарование. У Лойзы на щеках появились красные пятна, и она выглядела расстроенной.
   -Да они же сговорились! - сделал я правильный вывод. -Эта мелкая соплячка уговорила старшую залезть ко мне в постель. Наверно, я чего-то не понимаю в местной жизни. Судя по выражению лица, Лойза явно обиделась тем, что я не довел дело до логического завершения. Видимо считает, что ее оскорбили таким пренебрежением. Да и хрен с ним, - заключил я и, посвистывая, удалился в свой номер.
   Там я прибрал раскиданную постель, и уже собирался пойти перекусить, когда в комнату ворвалась разгневанная Адель и сразу начала ругаться.
   -Инта! Что ты наделал! Я, как дура, уговорила Лойзу пойти к тебе. Она в тебя втрескалась еще, когда мы в первый раз встретились у колодца. Со мной только и говорила о тебе. Я ей подсказала, что делать. Она жутко стеснялась, и не хотела идти, но ты ведь сам позвал ее лечь с нами. Разве не заметил, как она обрадовалась? А ты потом взял и убежал от нас, придурок. Иди сейчас же к ней и извиняйся!
   Из дальнейшей беседы я понял, что оплошал по причине абсолютного незнания местного менталитета. Земная христианская мораль здесь не прокатывала, и гордится своим поведением, я не мог. Наоборот, мой поступок не лез ни в какие ворота. Я по незнанию смертельно оскорбил род графа Жермина аль Гронига, отказавшись переспать с его дочерью, а мои отговорки, что рядом с нами присутствовала несовершеннолетняя девочка, не принимались всерьез.
   -Странные вещи ты рассказываешь, - удивленно сообщила Адель.- Я не знаю, кто такие несовершеннолетние дети. Если у девочки прошла первая кровь, ее можно брать в жены. А если мальчик может грести веслом на драккаре он - мужчина.
   В общем, иди и проси прощения у Лойзы, если ты такой дурак. Придумай что-нибудь, ну, может у тебя обет какой-нибудь есть, и из-за него ты так поступил.
   -Послать их всех на хрен что ли, и заняться своими делами,- уныло подумал я, после чего встал и направился к Лойзе, прекрасно зная, что никого не брошу и выполню свои обещания полностью, если только со мной ничего не случится.
   Постучавшись, я зашел к ней в комнату. Лойза сидела с задумчивым видом, облокотившись на стол, и разглядывала свое лицо в зеркале. Когда она повернулась ко мне, я увидел ее заплаканные глаза.
   -Что вы хотели мне сказать барон? - сухо спросила она.
  
   ***
  
   На главной улице Себежнеха, неподалеку от здания магистрата, за высокой белой стеной виднелась красная черепичная крыша двухэтажного дома. Метров на десять выше нее можно было хорошо разглядеть округлую крышу башни, пристроенной вплотную к дому. Любой горожанин знал, что в этом доме проживает много лет семья барона Строада аль Дарнир. Хотя барон - невысокий розовощекий толстяк отличался веселым, добродушным нравом, в Себежнехе его побаивались. Тому виной был личный маг барона, Мриас аль Террен. Тот, в отличие от своего нанимателя, был злобным нелюдимым старикашкой, по поводу и без того постоянно ругавшимся с соседями.
   Частенько в городских тавернах те с недоумением обсуждали, как могут такие разные по характеру люди проживать в одном доме. Про башню мага вообще ходили самые страшные разговоры, поэтому в ночное время мимо этого дом все кроме городской стражи обходили стороной..
   Сейчас на втором этаже дома в личном кабинете барона кроме него присутствовали маг и скромно сидевшая у дверей чернокожая женщина.
   Если бы кто-то из соседей мог в этот момент увидеть лицо барона Строада, то сразу усомнился в его добродушии.
   -Мриас, ты можешь объяснить, что происходит? - с озабоченным видом обратился он к магу. - Наемники, с которыми я договорился, свое дело не доделали. Наверно поэтому денег не требовали. А эта сучка, без своей свиты вчера явилась в Себежнех, как ни в чем не бывало. Говорили, ее сопровождает какой-то громила- северянин. Видимо, мы неправильно его оценили. По твоему совету я задействовал мигриек, на которых угрохал не одну сотню золотых и вот финал, две мигрийки мертвы, а дело не сделано.
Маг - ничем не примечательный мужчина лет сорока глубокомысленно кашлянул и на несколько секунд задумался. Сейчас он ничем не напоминал сгорбленного лысого старика, брызгавшего слюной во время ссоры с соседями.
   Уважаемый вар, мне кажется, нам следует тщательно собрать сведения об этом северянине и его брате или сестре,- глубокомысленно заявил он. -Насколько мне стало известно начальник городской стражи Вар Гертан вчера со смешками рассказывал подчиненным, как наглый северный баронишка заявил, что лично уничтожил трех иридийских магов
   Барон недоверчиво ухмыльнулся.
   -Знаешь, Мриас, я согласен с тобой, что следует внимательней отнестись к этому дикарю, но не к лицу магу, кандидату в Магистериум, повторять всякие глупости. Мы с тобой прекрасно знаем, что собой представляют майрены Иридии. Даже ты с трудом справишься с одним, а уж убить трех магов в одиночку, просто уму непостижимо. Может, ты что-то не так понял? - спросил он, продолжая улыбаться.
   Маг пожал плечами.
   -Меня там не было, а стражник, рассказавший об этом, вроде бы слышал эти слова собственными ушами, - кратко ответил он. После этого он хотел еще что-то сообщить, но Строад поморщился и прервал его словами:
   -Наверно перед этим он выпил ведро пива. Ладно, нужно решить проблему с оставшейся мигрийкой. Ее боевая тройка разрушена. Две убитых черномазых остались в гостинице. К счастью о том, что мигрийки состоят у меня на службе, никто не знает, кроме слуг. Так, что первым делом после нашей беседы займись ими. Они должны напрочь забыть, про этих убийц.
   Маг согласно кивнул головой, барон, между тем равнодушно продолжил:
   -А мигрийку уберешь прямо сейчас. Она больше не нужна.
   Чернокожая девушка, сидевшая поодаль, подняла голову, как будто поняв, что речь зашла о ней. Собеседники одновременно посмотрели на нее, после чего маг произнес несколько слов.
   Девушка внезапно упала со стула и стала корчиться в судорогах. Через несколько секунд ее тело начало пожирать бледное пламя. Еще через минуту на паркетном полу оставалась только небольшая кучка пепла.
   Барон, недовольно разглядывая пепел, сказал:
   -Когда ты, наконец, сможешь делать это, как делал когда-то Михтерр аль Варен, чтобы полы оставались чистыми.
   Маг развел руками.
   -Не каждому дано быть архимагом,- завистливо сказал он. - Но я работаю в этом направлении.
   Мриас,- вновь обратился Строад к магу,- ты прекрасно знаешь, что поставлено на кон. Мы должны взять этот приз. Тем более, что я потратил огромные деньги на найм мигриек и наемников. Давай еще раз подумаем, что нужно предпринять, чтобы выкрасть это отродье Жермина. А если не удастся выкрасть, тогда просто убить. Я все больше склоняюсь к этому варианту. Главное, чтобы ни кого даже мысли не возникло о моем интересе в этом деле. Твой коллега по цеху, работающий на Жермина аль Гронига будет землю носом рыть, когда это случится.
   Сказав все это, барон с надеждой уставился на мага, служившего ему уже двадцать лет.
   -Да, уж, -хмыкнул Мриас. - Землю он и так будет рыть. Дочка его нанимателя осталась без сопровождающих. К тому же ты меня не дослушал. Видишь ли, тут такое дело. Пока ты разбирался, что делать с мигрийкой, я уже пробежался по рынку. И знаешь, какие слухи там бродят?
   Барон раздраженно повел плечами.
   -Мриас, откуда мне знать, не зли, давай говори, раз начал.
   -Так, вот, продолжил маг. -вчера поздно вечером в город пришел караван купца Адера из Мермаха. И сегодня весь рынок уже говорит о северянине, убившем трех иридийских магов. Притом, рассказывали это люди из каравана лично закапывавшие их в землю.
   Строад резко вскочил и нервно забегал по кабинету.
   -Я все понял,- сказал он минутой позже. - Мне не повезло наткнуться на отряд иридийских разведчиков. Что-то подобное я уже слышал. В канцелярию наместника недавно пришло письмо из королевской тайной службы, с рекомендациями внимательней проверять отряды наемников.
   Барон подошел к столу и дрожащей рукой налил себе бокал вина. Выпив его несколькими глотками, он налил второй бокал магу.
   -Получается,- растерянно сказал он. - Меня подвела спешка, я отправил мигриек на смерть. А ведь на их найм были потрачены огромные деньги. Сплошные убытки. Мриас, ради Единого, посоветуй, что сейчас предпринять? Может, этот северянин успел допросить наемниц до того, как ты активировал смертельное заклятие?
   -Трудно сказать, - маг пожал плечами.- Такой вариант вполне возможен. Я просто сейчас размышляю, какой у него должен быть магический потенциал, чтобы справиться сразу с тремя иридийцами. А предпринять надо следующее. Как ты знаешь, сегодня у вара Гертана пройдет прием в честь приезда в Себежнех Лойзы аль Грониг. Приглашение нам уже прислали. Так, что вечером у нас будет вполне благовидный предлог, чтобы разглядеть и оценить нашего противника. А уже, исходя из этого, будем решать, как действовать дальше.
   -А если он начнет предъявлять мне обвинения?- резонно спросил барон. - Знаешь сам, у этих грубых северных скотов нет никакого понятия о вежливости и чести. Мне с ним совсем не хочется устраивать дуэль, вышел я из этого возраста
   Маг, бесстрастно слушая эти слова, мысленно хохотал.
   -Нашел, кому говорить о чести и вежливости! Я всю твою подноготную знаю. Еще про дуэли вспомнил, дуэлянт сраный. Ладно, остался всего год и закончится срок клятвы, так необдуманно данной этому уроду. Если бы он только знал, какой сюрприз я ему готовлю! Хе-хе!
   -Увы, Мриас ал Террен не мог читать мысли, поэтому не знал, что барон Строад аль Дарнир, тоже очень хорошо помнит, когда заканчивает свое действие клятва верности, и в свою очередь готовит удивительный сюрприз своему магу.
   Обговорив свои действия на сегодняшний день, они расстались, чтобы вечером появиться на приеме у вара Гертана.
  
   ***
  
   -Так, что вы хотели сообщить вар Инта,- повторно сказала Лойза.
   -Э-э, ну, в общем... - начал мямлить я и затем решительно выпалил:
   - Ожидаю ваших распоряжений на сегодняшний день.
   -Ты ждешь распоряжений!? -воскликнула девушка.- Как ты вообще посмел явиться мне на глаза? Убирайся! Чтобы духу твоего здесь больше не было! Я расторгаю наш договор. Деньги можешь оставить себе. Вар Гертан предоставит мне достойную свиту, не такую, как ты - шелудивый баронишка, не знающий, что надо делать с женщиной в постели.
   Я стоял и постепенно свирепея, смотрел на раскрасневшуюся графиню. В голове ворохнулась забытая с детства пелена ярости.
   Скрипнув зубами, я постарался ее унять и тихо сказал:
   -Отлично, я постараюсь, как можно быстрей освободить вас от своего присутствия.
   Не успел я повернуться к выходу, как навстречу мне выскочила полураздетая Адель. Она с ожесточением швырнула на стол бархатное платье и жемчужное ожерелье.
   -Забирай свои тряпки, -крикнула она Лойзе. - Обойдусь без твоих подачек. Ты набитая дура! Инта правильно поступил, что не сделал тебя женщиной. Я все слышала. Ты оскорбила моего будущего мужа - великого мага и воина. Скоро поймешь, что наделала, но будет поздно.
   Адель повернулась ко мне.
   -Инта, идем скорей отсюда, иначе, я ее зарежу!- выдохнула она.
   Я взял ее за руку, и мы вышли в мой номер. Во время наших сборов из комнаты Лойзы не доносилось ни звука.
   Через полчаса, одевшись по-походному, мы покинули гостиницу, оставив на столе для Лойзы кучку золотых монет за не выполненный мной договор. Заседлав коней, мы двинулись к городским воротам. Периодически я сомневался в правильности своего поступка, но когда вспоминал выражение лица Лойзы, называвшей меня шелудивым баронишкой, эти сомнения сразу улетучивались.
   Зато Адель, трещала без перерыва, придумывая все новые казни для несчастной графини, где варка в кипящем масле была, наверно, самым безобидным способом.
   Ее болтовня в какой-то мере меня успокоила. Поэтому, когда мы подъезжали к городским воротам, я уже пришел в себя и мог контролировать окружающую обстановку. Поэтому с удивлением отметил, как нервно смотрит на меня стража. А люди, двигающиеся с нами в одном направлении, старались держаться подальше. Все стало ясно, когда за воротами я увидел караван вара Адера.
   -Понятно! - мысленно вздохнул я. - Сегодня про мои подвиги не услышит только глухой.
   -Ого! Какие люди! - с этим возгласом из-за ближайшего фургона вышел вар Изен, как обычно, строгая кинжалом тонкую палочку. - Вар Инта, варесса, рад вас видеть!
   Он посмотрел по сторонам и широко улыбнувшись, спросил:
   -Что-то я не вижу графини Лойзы? Инта, она тебе отлуп что ли дала?
   Адель хихикнула, я же с нарочитой укоризной сказал:
   -Не ожидал услышать от столь достойного воина такие слова.
   -Поонятно, - задумчиво протянул мой собеседник. - Признаться, были у меня подобные мыслишки. Но что-то уж очень быстро вы с ней не поладили.
   Сказав эти слова, вар Изен вопросительно глянул на нас. Адель высокомерно промолчала. А мне совсем не улыбалось объяснять всем подряд, чего мы не поделили с Лойзой, поэтому, пробормотав что-то невнятное, спросил:
   -Вар Изен, а варАдер где-то поблизости?
   Начальник охраны был далеко не дурак, по неприятной теме больше вопросов не задавал, а сразу сообщил, что купец на причале занят перевалкой части товаров на судно, поэтому явится сюда только во второй половине дня.
   -Слушай, Инта, - заговорщицки шепнул Изен. - Может, вы снова с нами пойдете? Мои парни все вспоминают твою кашу. После нее нам в глотку ничего не лезет. Уж на что Элвар спокойный мужик, а вчера кашевару в ухо заехал. Теперь никто за это дело браться не желает.
   Пока мы говорили к нам подошли несколько возчиков. Раздались приветственные возгласы, а пара человек даже хлопнули меня по плечу. Услышав последние слова Изена, они поддержали их одобрительным гулом.
   Однако той непринужденности, что царила, до расправы с иридийцами уже не было. Тогда я был хоть и барон, но обычный наемник, ничем не лучше любого другого. Но смерть иридийских магов сразу воздвигла между нами определенную границу в общении. Ее могло убрать только время, проведенное совместно в долгом походе.
- А почему бы и нет,- подумал я. - Может, стоит продолжить свой путь к Луганору в караване купца. Тем более что уже знаком с людьми.
   Улыбнувшись народу, столпившемуся вокруг, я сказал:
   -Ладно, сегодня варю вам обед, радуйтесь! Как Адер появится, переговорю с ним. Если договоримся, поеду с вами.
   -Отлично! - воскликнул Изен, и вдруг, моментально забыв обо мне, ловко метнул заостренную палочку в задницу толстой крестьянки, везущей мимо нас небольшую тележку овощей.
   Крестьянка ойкнула и схватилась рукой за воткнувшийся в плотную ткань сарафана, колышек. Обернувшись, она окинула презрительным взглядом ржущих мужиков и явно хотела что-то крикнуть. Но Изен стремительно подошел к ней и, взяв за локоть, тихо заговорил. Спустя пару минут сладкая парочка завернула за ближайший фургон и скрылась из вида.
   -Любит наш Изен толстожопых,- завистливо вздохнул один из возниц. - И как ему удается их уговорить? Я, по его примеру, тоже пару раз колышки в задницы кидал, так кроме ругани и тумаков ничего не получил.
   Эти слова были выслушаны в сочувственном молчании. Видимо, таланту вара Изена завидовали многие.
   Я же направился в сопровождении добровольных помощников к костру, где готовился сегодняшний обед и уныло суетился кашевар. По его лицу можно было без труда прочитать, что он готовится получить во время обеда еще один фингал от вара Элвара, для симметрии.
   Занимаясь приготовлением обеда, я уже вполне пришел в себя и начал думать, как бы отыграть все назад. Причин сегодняшней моей обидчивости и вспыльчивости была совершенно понятна - я влюбился, как мальчишка, в гордую красавицу графиню. От того, так обидно в ушах до сих пор звучали ее пренебрежительные слова. Сейчас же, успокоившись, я обвинял только себя и лихорадочно пытался найти пути к примирению.
  
   ***
  
   Когда за строптивыми северянами, скрипнув, закрылась дверь, Лойза выскочила из-за стола и заметалась по комнате.
   -Что себе позволяет этот наглец!- возмущенно шептала она, разглядывая в окно, как два всадника выезжают из ворот постоялого двора. - А я то чуть не совершила огромную глупость. Слава Единому, что отец об этом не узнает. Сколько слез и просьб стоило получить его разрешение на отъезд в Луганор. Мне надо отсюда срочно уезжать иначе...
   Она замолкла и прошла в комнату, где несколько минут назад собирались в дорогу ее спутники. Увидев на столе горку золота, Лойза до крови прикусила губу.
   -Гордый гад! - подумала она, - отказался от моих денег, теперь снова наймется в охрану в какой-нибудь караван, кашу варить.
   Оглядывая опустевший номер, она заметила под кроватью вещицу, отливающую бирюзовым цветом. Осторожно подняла ее и обнаружила, что держит в руке искусно вырезанную из неизвестного минерала улитку.
   -Странно,- подумала она. - Может, это фигурка -амулет Адели. Надо забрать его с собой.
   Она машинально вытерла тылом кисти тонкую струйку крови, сочащуюся из прокушенной губы, при этом испачкав безделушку. После чего, положив улитку на стол, начала озадаченно разглядывать золотые монеты, некоторые из которых лишь отдаленно напоминали луганорские. Поэтому она не заметила, как легкий кровяной мазок на улитке начал исчезать. Затем очертания фигурки затуманились и легкое бирюзовое облачко, появившееся на ее месте, подлетев к затылку девушки, исчезло в ее голове.
   Краткий приступ головокружения заставил Лойзу схватиться за стол.
   Однако дурнота и слабость почти сразу исчезли.
   -Как на меня сегодняшняя ссора подействовала,- грустно констатировала девушка, придя в себя.- Может, не стоило так кричать на бедного барона. Он даже побелел от волнения. И вообще он мог не знать наших обычаев. Правильно Адель меня обозвала.
   Продолжая ругать себя за вспыльчивость, она прошла к себе, чтобы взять кисет для монет. А когда вернулась, с недоумением разглядывала стол, золото на нем лежало по-прежнему, а вот симпатичная бирюзовая улитка исчезла.
   -Куда же ты пропала?- размышляла Лойза, внимательно оглядывая комнату. -Не уползла же ты в самом деле?
   Однако времени на поиски безделушки уже не было. Девушка убрала золото в кисет и затем дернула за шелковый шнурок, висевший у кровати.
   Почти сразу в дверь осторожно постучали.
   -Любезная, - холодно обратилась графиня к вошедшей служанке. - Я напишу записку, ее срочно надо доставить вару Гертану и пригласи сюда хозяина, передай ему, чтобы пришел без промедления.
   Служанка, подождав пока Лойза напишет записку, взяла ее и с поклоном вышла из номера. Девушка печально вздохнула и стала неумело паковать свои вещи.
   Начав затягивать ремень на одном из баулов, она прищемила палец и зашипела от злости. Именно в этот момент явился хозяин гостиницы.
   -Варесса! - воскликнул он, увидев раскиданные вещи, - разрешите, я вам пришлю мою жену, она поможет вам в сборах.
   -Пришлите,- кивнула графиня, облизывая, синеющий на глазах, палец.
   -Да, я хотела вас попросить, - обратилась она к мужчине. - Найдите мне кучера, и служанку, пожалуйста.
   На округлом лице хозяина нарисовалось задумчивое выражение.
   -Э-э..., варесса,- протянул он. - Вы собираетесь втроем отправиться в Луганор?
   Лойза покраснела.
   -Вар Трен, неужели вы подумали, что я собираюсь с одним кучером и служанкой отправиться в длительное путешествие?- раздраженно воскликнула она. - Не сомневаюсь, что вар Гертан выделит мне достойную охрану.
   Задумчивость мгновенно исчезла с лица вара Трена, и он успокаивающе заговорил:
   -Конечно, конечно, я не сомневаюсь в ваших словах, думаю, что смогу выполнить вашу просьбу, есть у меня на примете одна семейная парочка.
   Вар Трен не договорил, что этой парочке, как и графине, необходимо этим летом попасть в Луганор. Поэтому у него немного поднялось настроение, от предвкушения неожиданного дохода.
   После короткого разговора хозяин удалился, пообещав, что сейчас же пришлет свою жену Варенику в помощь варессе аль Грониг. Действительно у шустрой полной женщины все получалось как бы само собой. Основные вещи были разложены по баулам и только платье для сегодняшнего вечера висело на вешалке в укромном уголке.
   Через час, в сопровождение десятка стражников, в гостинице появился запыхавшийся вар Гертан.
   Вид у него был весьма озабоченный.
   Поздоровавшись с девушкой, он сразу перешел к делу.
   -Варесса, я тут поразмыслил и решил, что лучше бы вам погостить в моем доме, до того момента пока не приедет ваш отец. Или, по крайней мере, пришлет для вас соответствующую свиту. Не такую, как ваш громила с бандитской рожей. Кстати, мне доложили, что этот северянин утром покинул город. Как он посмел, оставить вас!? - возмущенно воскликнул он, сразу же добавив:
   -Хотя это к лучшему, я вам уже вчера говорил, что нельзя доверять северянам, по ним всем виселица плачет!
   Лойза нахмурилась.
   -Вар Гертан я запрещаю вам так высказываться о моем спасителе. И вообще давайте поговорим о деле, ради которого мне пришлось вас вызвать.
   Энтузиазм моментально исчез с лица новоявленного градоначальника.
   -Войдите в мое положение, варесса, - сделав печальное лицо, сказал он.
   -На сегодняшний день у меня на службе около ста человек. Вам же, как я полагаю, необходимо не менее полусотни. Такого количества я выделить не могу. Кроме того, нам необходимо решить финансовые проблемы. Два месяца пути до побережья потребуют немало денег.
   Вам нечего об этом беспокоиться, - раздраженно сообщила Лойза. - Мой отец возместит городу все расходы.
   -Ага, прямо так и возместит, - скептически подумал вар Гертан.- Повадки графа хорошо известны, как бы не пришлось еще раскошеливаться по его приезду.
   Вслух он этого, конечно, не сказал, только хмуро кивнул в ответ на слова графини.
   В итоге они сошлись на том, что девушке будет выделен эскорт в два десятка конной стражи, а своих слуг она будет оплачивать из своих средств. В конце разговора до вара Гертана, наконец, дошло, что варесса Лойза хочет, как можно быстрее выехать из Себежнеха, чтобы не встретиться с отцом.
   -Может задержать ее под благовидным предлогом,- подумал он, выходя на улицу, однако, поразмыслив, отказался от такого намерения.
   -Устроят тут меж собой разборки, мне это боком все вылезет. Так, что вечером проведу прием в честь графини, а завтра пусть она отправляется на все четыре стороны. Ха! А старшим охраны можно назначить саржа Дольфра, избавлюсь хоть на время от этого придурка.
   Сразу по уходу Гертана к Лойзе пришел вар Трен и представил ей кучера и его жену. Лойза, озабоченная другими вопросами, обратила на тех внимания чуть больше чем на мух. Узнав, что они работали у одного из местных аристократов, без лишних вопросов взяла их на службу. После чего спустилась вниз, где в отдельном кабинете ее ожидал роскошный обед.
   Однако, за едой настроение девушки не улучшилось. Не доев десерт, она встала и ушла к себе, напоследок приказав приготовить карету для поездки на прием к вару Гертану.
   Хозяева гостиницы молча проводили ее взглядами. Когда наверху хлопнула дверь, Вареника вздохнула и сказала мужу.
   -Скорее бы настал завтрашний день. Все время пока она здесь, жду неприятностей. Лучше бы у нас наемники остановились, от тех кроме сломанной мебели и посуды ничего худого бы не было. А эта с утра, как бешеная ходит, глазами так и зыркает. Видимо выгнала барона с его девкой, а теперь жалеет. Наверно тот ее хорошо в постели ублажал.
   _Молчи, дура! - прошипел муж, опасливо оглядевшись по сторонам. - У стен тоже уши есть, думай, что говоришь и про кого!
   Вареника недовольно замолчала и ушла на кухню, чтобы там вволю посплетничать на эту тему с кухаркой.
Лойза зайдя в номер, рухнула на кровать и уткнулась лицом подушку.
   -Скорей бы завтра, - думала она. - Уехать, наконец, из этого вонючего городка, может, по дороге повезет вновь встретить барона.
   Обдумывая эту мысль, она задремала. Тощий клоп медленно выбрался из-под простыни и пополз по руке. В месте, где кожа была нежней, он остановился и попытался вонзить в нее острый хоботок. Однако в этом месте мгновенно появилось бирюзово-синее пятнышко. Хоботок у клопа вспыхнул крохотным огоньком, а сам он упал на простыню и замер. Такая же участь ожидала пару его родственников и нескольких комаров, на свою голову, влетевших в распахнутое окно.
  
   ***
   Я варил суп из конины с добавлением специй. Вокруг толпился народ, привлеченный аппетитными запахами. Хорошо еще , что большая часть людей сейчас работали на речном причале, перегружая товары. Вар Изен уже несколько раз озабоченно глядел по сторонам, проверяя, стоят ли охранники на своих постах. Помешивая похлебку поварешкой и отвечая на вопросы окружающих, я рассматривал радужные потоки маны, спиралями движущиеся вокруг нас. При необходимости можно было отключить эту особенность своего зрения, но сейчас причин для этого не было, и я всматривался в причудливо извивающиеся потоки, безуспешно стараясь понять, почему они двигаются именно так, а не иначе.
   -Ну, все, похлебка готова, - сообщил я, облизывая поварешку. Народ вокруг загомонил и начал протягивать мне пустые миски. Через несколько минут вокруг воцарила тишина, нарушаемая только стуком ложек. Зачерпнув себе и Адели в миски гущины со дна, я уселся рядом с ней под тентом фургона и приступил к трапезе.
   - Блин! Дело к вечеру, а Адер не появился,- с досадой думал я, уплетая ложка за ложкой густую похлебку. -Сегодня уже точно никуда не отправимся. Придется, если он мне откажет, переночевать в ближайшем постоялом дворе, а уж завтра отправиться в дорогу.
   Адель, как ни странно, ела молча и не трещала, что было в ее обычае.
   -Скучает по Лойзе,- пришла неожиданная мысль. Однако спрашивать ее ни о чем не стал. Настроения не было и у меня.
   Грустные размышления прервал хлопок по плечу. Подошедший вар Элвар, воскликнул:
   -Вар Инта, ты сегодня меня удивил по настоящему. Никогда не думал, что из конины и лежалой крупы можно сварить такое блюдо! Иду за добавкой.
   И он протянул мне здоровенный котелок.
   Стук ложек постепенно затихал. Охрана разошлась по своим местам, а я улегся на толстую кошму и попытался задремать. Адель приткнулась мне в подмышку и тихо засопела. У меня же сна не было ни в одном глазу. Все мысли были о гордой красавице графине, оставшейся в городе. Как ни успокаивал себя тем, что дочери наместника Мермаха в Себежнехе ничего не грозит, в мыслях все время всплывали маги Иридии и черные наемницы Мигрии.
   -Ведь ничего еще не закончено, - размышлял я. -Хоть у барона Строада дело не выгорело дважды, вряд ли он откажется от следующей попытки. Придется вечером прогуляться вновь к постоялому двору. Вряд ли барон что-либо предпримет до ночи.
   Сразу стало легче на душе, и тут же меня одолела сонливость.
   Спал я недолго. Легкого касания за плечо было достаточно, чтобы разбудить меня.
   -Инта,- тихо шепнул мне вар Изен. -Вставай, вар Адер пришел. Только поговори с ним после того, как он перекусит. Сам знаешь, сытый человек добр.
   -Ага, - сказал я скептически. - Помнишь, сколько мне удалось стрясти с него денег за сопровождение Лойзы? Вряд ли он их простит. Припомнит все, что было и не было.
   Изен засмеялся.
   -Конечно, помню, растряс ты его тогда капитально. Зато избавил от многих хлопот. Думаю, что он начал тебя уважать именно с того момента.
   -Не знаю..., не знаю...- протянул я задумчиво. - Может быть так, а может, и нет.
   -Ладно, сейчас все выясним,- добавил я и начал надевать сапоги.
   После этого, укрыв покрывалом, так и не проснувшуюся, Адель направился к фургону вара Адера. Подошел я вовремя, тот, как раз наливал себе изрядный кубок вина.
   Особой радости при моем появлении в глазах купца не наблюдалось. Тем не менее, он пригласил меня за свой походный стол и недрогнувшей рукой плеснул рубиновой жидкости в объемистый кубок.
   - Присаживайся вар Инта, попробуй вино с моего виноградника. Такого ты нигде больше не встретишь.
   -Знаешь, вымотался сегодня, как собака, - добавил он доверительно. -Никому ничего нельзя поручить, все самому приходится делать.
   Я сочувственно кивнул и отпил приличный глоток из кубка. Вино на самом деле было замечательное, с легкой кислинкой, и ароматом дикой земляники.
   -Ну, и натворил ты дел,- неожиданно хмыкнул собеседник. - Второй день весь город о твоих подвигах судачит.
   -Не понял? - удивился я.
   -Чего же непонятного, не успели мы вчера подъехать к городским воротам, как узнали, что какой-то северянин избил вара Эстранда и всю его охрану. А Лойза аль Грониг приказала после этого главу магистрата посадить в темницу. - С непонятным для меня удовлетворением, сообщил купец.
   -Странно, чем он так доволен, - думал я. - Может, Эстранд ему чем-то навредил, или пошлины высокие назначал?
   Между тем, Адер продолжил говорить.
   -Так чем обязан твоему приходу? Надеюсь, ты не собираешься со своей работодательницей присоединиться к моему каравану. Мы ведь несколько дней назад этот вопрос уже решили .
   Я смущенно кашлянул.
   -Понимаешь , вар Адер, мы с Лойзой поругались и она отказалась от моих услуг.
   Адер с неожиданным интересом посмотрел на меня.
   -А ты, оказывается еще тот пройдоха, даром, что молод! - воскликнул он с чувством. - Мою казну очистил на приличную сумму, и почти сразу отделался от обузы в виде графской дочки.
   От этих несправедливых слов меня вдруг обуяла дикая ярость. Красный туман начал застилать глаза. Я вскочил, уронив столик, и прямо передо мной в воздухе появился потрескивающий фаербол размером с апельсин.
   Адер охнул и кинувшись на пол фургона обнял мои ноги и тихо взмолился.
   -Ваше Сиятельство, Ваше магичество, простите меня ради Единого. Не жгите. Сделаю все, что пожелаете! Ну, хотите, я вам все товары отдам.
   Я глубоко вдохнул, выдохнул, красный туман гнева понемногу уходил. Фаербол исчез, оставив после себя легкую дымку.
   -Встань! - приказал я купцу. - В следующий раз, когда захочешь кого-нибудь оскорбить, вначале подумай.
   В этот момент в фургон, отодвинув полог, заглянул возница.
   -Вар Адер, у вас все в порядке?- спросил он с беспокойством.
   -Пошел вон! - крикнул перепуганный купец и принялся поднимать упавший столик.
   После того, как Адер понял, кто я такой, нормального разговора у нас в первый момент не получалось. Он послушно кивал на все мои предложения и соглашался с каждым словом. Однако, поняв, что я не собираюсь его испепелять и отбирать имущество, он слегка приободрился. Было хорошо видно, как его изворотливый ум начал высчитывать выгоду от моего присутствия.
   Через какое-то время я начал послушно кивать в такт льстивым речам. Лишь когда купец замолк, чтобы смочить кубком вина пересохший рот, до меня дошло, что он пользует на мне неизвестную словесную технику убеждения. Как ни странно, но в базе знаний ничего подобного не имелось. Несколько упоминаний все же я отыскал, но конкретные подробности там отсутствовали.
   Я тряхнул головой, "сбрасывая" с себя причудливую сеть слов. Нехитрое действие помогло. Вар Адер побледнел, поняв, что его старания оказались напрасны, и снова заговорил нормально.
   После этого мы быстро пришли к соглашению. Купцу до смерти хотелось нанять меня магом, хотя к отказу от этого предложения он отнесся спокойно. Я отлично понимал, что луганорскому магу он такого бы никогда не осмелился предложить, те сурово блюли свою репутацию. Далеко не каждый благородный род мог похвастать своим волшебником. А купеческий караван вообще мог рассчитывать лишь на начинающего ученика, да то по чистой случайности.
   Адер же надеялся, что маг - северянин не знает местных реалий и согласится на такую должность. И совершенно зря. Мне тоже не хотелось ронять авторитет магов.
   А вот снова стать охранником простому северному барону совсем не зазорно. Так, что выбрался я из фургона заместителем вара Изена. К концу разговора Адер полностью пришел в себя и вид у него был предовольный.
   -Еще бы! - сообразил я, наконец. - Прохиндей заимел мага в караване практически бесплатно. Понимает, зараза, что если что-то произойдет, мне в стороне остаться не удастся.
   Не успел я оглядеться, как ко мне подбежала Адель и стала выговаривать за то, что не разбудил ее, а она так хотела поговорить с варом Адером.
   Порадовавшись про себя, что не совершил такой глупости, я отправился на розыски вара Изена, чтобы тот показал, где можно оставить наши вещи. Искать начальника охраны долго не пришлось, тот по своему обычаю уже собирался ко сну, оставив за себя бодрствовать вара Элвара. Разговором с двумя наемниками я остался доволен.
   Когда намекнул им, что мне надо будет отлучиться поздно вечером в город на пару-тройку часов, они многозначительно переглянулись, но не задали ни единого вопроса, типа того, как я попаду ночью в город и как потом оттуда выберусь, и вообще какого хрена мне там нужно. Адель в это время увлеченно вертела в руках запасной арбалет со снятой тетивой вара Элвара, а тот беспокойно следил за её манипуляциями, хотя сам разрешил этот осмотр .
   Из разговора стало понятно, что мне будет позволено многое, если я продолжу кашеварить для охраны. Оба наемника смотрели на меня с такой надеждой в глазах, что пришлось согласиться на это занятие.
   Добившись своего, вар Изен откинулся на свернутую куртку и мгновенно захрапел, а вар Элвар отправился проверять караулы. Рядом с городской стеной нападения разбойников, конечно, никто не ждал. А вот ворья в Себежнехе было много. Поэтому охране приходилось бдеть в оба глаза.
   Мы же с Аделью направились в ближайший трактир, хотелось напоследок поесть в цивильных условиях.
   Как жаль, что я не понял усмешки промелькнувшей у Элвара, когда он спросил, куда мы направляемся.
   Смысл этой ухмылки стал ясен сразу, когда из открытой двери двухэтажного ветхого здания с облупившейся штукатуркой до нас донеслось нестройное пение десятка хриплых мужицких глоток.
   Однако на лице моей спутницы не появилось и тени сомнения, когда она храбро двинулась в открытую настежь дверь.
Я зашел следом и едва успел схватить Адель за шкирку, чтобы та не расшиблась, съехав вниз по крутой лестнице.
   Прижав к себе девушку, я с удивлением оглядывался по сторонам. Неожиданно у меня появилось ощущение дежавю, как будто мне уже доводилось здесь бывать. Крутая деревянная лестница начиналась сразу у входных дверей и опускалась на метра три вниз, а там, в полутемном зале, за столами сидели пьяные посетители. Пока я оглядывался, Адель ловко выбралась из моей хватки и соскользнула на земляной пол по хлипким перилам. Мне пришлось последовать за ней. На наше появление никто даже не повернул головы. Хотя, по правде сказать, в чадящем свете факелов, прикрепленных в стойках у стен, что-то разглядеть было трудно.
   -И на кой хрен мы сюда приперлись? - слишком поздно пришла в голову правильная мысль. - Сидели бы сейчас у костерка да слушали байки караванщиков.
   Адель, между тем, спокойно прошла в дальний угол зала, где за столом имелись свободные места. Усевшись на скамью, она радостно закричала через весь зал:
   -Инта, иди скорее сюда, я нашла не занятый стол!
   Стол был не занят относительно, потому что напротив Адели, уткнувшись лицом в пустую плошку, храпел здоровый мужик. Я сразу понял, что не так просто здесь никто больше не сидел.
   -Наверняка, этого пьянчугу здесь побаиваются,- пришло мне в голову. Но выбирать другое место было уже поздно. Пьяница медленно поднял голову, уставился на девушку неожиданно трезвыми глазами, и внезапно схватил за берет своей ручищей. Адель дернулась от неожиданности. Берет остался в руках у алкаша, а волосы светлым шлейфом рассыпались по ее плечам и спине .
   -Девка! Клянусь Единым, девка! - хриплым голосом удивленно пробасил мужик.
   Как ни странно, именно в этот момент я понял, почему окружающее кажется таким знакомым. В далеком детстве бабуля несколько раз брала меня с собой на фильм "Парижские тайны", где играл ее любимый актер Жан Марэ. Бедная бабуля! Как хорошо, что она умерла раньше перестройки и не узнала, что ее обожаемый Жан настоящий гомосек.
   Так вот, этот трактир почти один в один напоминал тот парижский трактир из фильма.
   Я громко засмеялся, вспомнив, как Жан Марэ гонял в этом трактире кабацкую шоблу и, молодецки размахнувшись, ударил в ухо сидящего мужика. Того мгновенно вынесло из-за стола, и он без чувств растянулся на полу. Адель буквально слетела вслед за ним со скамьи и с победным воплем выдрала свой берет из громадной волосатой ручищи.
   После этого мы спокойно уселись за стол в ожидании разносчицы. Моя спутница надела берет и пыталась убрать волосы под него.
   В большом шумном зале, наша стычка внимания почти не привлекла. Однако ближайшие соседи сейчас разглядывали меня, как невиданное чудо.
   -Эй, Край! - возбужденно шептал субтильный малый в засаленном лапсердаке, бросая на меня опасливые взгляды. -Ты видал? Северянин Грома вырубил с одного удара, если бы не видел, не поверил!
   Его собеседник пожилой кряжистый мужик с бельмами, похлопал лежащую рядом отстегнутую деревянную ногу и, ухмыльнувшись, сказал:
   -Ты че, придурок, не видишь? Я еще бельма снять не успел. Но слышал, как что-то упало. Может и Гром.
   Он послюнявил пальцы и привычным движением снял бельма с глаз. А затем с интересом начал разглядывать лежащего без сознания громилу.
   Затем его темные внимательные глаза быстро оценили нас Аделью. На долю секунды в них появилась паника. Он даже дернулся встать, но быстро пришел в себя и прошептал несколько слов на ухо собеседнику.
   Даже с моим усовершенствованным слухом разобрать почти ничего было нельзя. Но одно слово мне все же удалось услышать. И это было имя ночного владыки Мермаха.
   -Интересно, думал я. - На каком расстоянию от этого города имя Карртин не будет вызывать такого эффекта и куда, черт возьми, он мне поставил метку! Если ее никто не видит, кроме работников ножа и топора.
   Вскоре к нам подошла запыхавшаяся полная женщина, выслушала наши пожелания и умчалась на кухню.
Мужик, которого я ударил, так и не встал, и громко храпел на грязном полу. Периодически к нему подходили из-за столов любопытные зеваки, молча разглядывали и затем также молча шли обратно, искоса бросая на меня оценивающие взгляды.
   Еду нам на большом подносе принес, по-видимому, сам хозяин трактира. Он настороженно расставлял горшки тарелки, одновременно пытаясь понять, кто мы такие и даже предпринял попытку извиниться за неприятное происшествие. Я же, унюхав весьма специфический аромат редкой травки от тушеного мяса, решил прикупить у трактирщика пряностей. Это еще больше его озадачило.
   Когда же он услышал, что я всего лишь кашевар у охраны вара Адера, тревога из глаз у него сразу ушла.
   Храпевшего на полу рядом с нами здоровяка, оказавшегося отдыхающим вышибалой, унесли его коллеги. А мы с хозяином занялись торгом и обсуждением различных блюд.
   Адель, зевая, слушала наш разговор и разглядывала соседей за столиками. Кого тут только не было. Довольно дешевый кабак с вкусной едой и демократическими порядками привлекал всех, от нищих и воров, до купцов и их охраны. Несколько полураздетых пьяных шлюх болтались от стола к столу в поисках заработка. В какой-то момент я подумал, что девочке не место в этом вертепе, но, вспомнив, где прошла большая часть ее жизни, посмеялся над своими мыслями.
   Сторговались мы довольно быстро. После чего вместе с хозяином прошли на кухню, где у него в отдельном помещении хранились специи со всех концов Антенариву и других известных земель.
   -Это тебе не ночью на лугу копошиться, - думал я, складывая в объемистый мешок пучки пряных трав и корневищ.
   Рассчитавшись, вскинул получившийся тюк на плечо и направился к выходу. Адель, молчаливой тенью следовала за мной. Когда мы немного отошли, я остановился, чтобы запихнуть мешок в свою сумку. По странной случайности, сразу вспомнилось, как сегодняшним утром доставал из нее, трясущейся от злости рукой, золото для Лойзы. И как в этот момент на полу что-то брякнуло. Тогда я вроде ничего не заметил, но сейчас в зрительной памяти четко на полу проявилась маленькая улитка вырезанная из синеватого минерала - один из артефактов, найденных в тоннелях Древней расы.
   -Блин! Как же так получилось? - думал я, торопливо шагая в сторону нашего каравана. -Хрен теперь эту улитку вернешь. Ее, скорее всего служанки найдут, а может и сама Лойза. Ай, ладно! У меня и так этих артефактов, как у дурака фантиков.
   -Инта, а почему с нами в трактире никто драться не стал? - неожиданно прозвучавший вопрос Адели вывел меня из задумчивости.
   Я пожал плечами.
   -Понятия не имею, может, рановато еще до драки?
   -А жаль, - с вздохом сообщила девушка. - Мне так хотелось подраться.
   Я насмешливо фыркнул и сразу получил острым кулачком в бок.
   -Не смейся, - обиженно сказала моя спутница. - Нарочно сам ударил вышибалу, чтобы он упал и, я не успела отрезать ему яйца.
   Остаток пути мы шли в молчании. О чем мечтала Адель, не знаю, я же размышлял, отчего женщинам разных миров хочется одного и того же. В частности; оторвать, или отрезать яйца у непонравившегося мужика.
   Когда мы пролезли под цепями, связывающие фургоны каравана в единое кольцо, нас довольно нервно окликнул караульный. Тут же появившийся вар Элвар ехидно поинтересовался, как мы отдохнули в придорожной забегаловке.
   В вечернем сумраке он безуспешно пытался увидеть на моем лице последствия "отдыха". Не обнаружив на нем синяков и ушибов, Элвар разочарованно указал, где можно устроиться на ночлег. Оставив, засыпающую на ходу, девочку в спальном фургоне, я под внимательным взглядом вара Элвара, направился к темнеющей неподалеку городской стене.
  
   ***
  
   К вечеру на главной улице Себежнеха было необычно многолюдно. Как правило, здесь, где проживали знатные семейства города, к ночи проезжали лишь редкие экипажи, да прогуливались отряды стражи, охраняя покой богачей.
   Но сейчас все было по-другому. Превратностями судьбы в город вчера занесло дочь наместника Мермаха и всего Мермахского нагорья. Все жители уже в подробностях знали, что девушку пытались похитить иридийские маги. И произошло это всего лишь в дневном переходе от Себежнеха. Зная нрав графа Жермена аль Гронига, никто не сомневался, что первым, кто ответит за это, является вар Эстранд, глава Себежнехского магистрата.
   Мнения спорящих расходились лишь в том, как пройдет казнь. Одни предполагали, что с Эстранда сдерут кожу, другие же думали, что все ограничиться банальным колесованием. Но в удовольствии сходить поглядеть на казнь, никто не собирался отказываться.
   Вар Гертан, начальник стражи и ополчения недаром так лебезил перед Лойзой аль Грониг, в душе он лелеял надежду, что девушка заступится за него перед отцом. Поэтому на прием в ее честь он потратил немалые средства. Впрочем, он надеялся их быстро вернуть, замкнув на себя ту цепь подношений и взяток, заканчивавшуюся ранее на варе Эстранде.
   Перед широко раскрытыми воротами его дома сверкали, висящие в воздухе, два светильника отодвигая в стороны ночную тьму. Когда вар Гертан глядел туда, то невольно вздыхал, вспоминая сколько золота пришлось отвалить за них городскому магу вару Сибелусу аль Тронку.
   К воротам одна, за одной подкатывали коляски и кареты. Расфуфыренных гостей встречал мажордом и провожал к входу в дом. Когда из одной коляски вышел барон Строад аль Дарнир в сопровождении своего мага, вар Гертан поморщился.
   Нет, против румяного весельчака и гуляки барона, он ничего не имел, но занудного старикашку мага Мриаса аль Торена совсем не переносил, и в который раз удивился, как такие разные люди за долгие годы еще не разругались насмерть.
   Гертан доброжелательно приветствовал барона, а затем, стиснув зубы, выслушал разглагольствования аль Торена, о том, что маг Сибелус совсем края потерял, раз повесил такие хилые светильники, вот если бы пригласили его, то он бы уж постарался!
   К счастью для вара Гертана, аль Тронк был неподалеку и все слышал. Когда он направился с гневным видом к Мриасу, тот с довольным видом быстро удалился в дом.
   Но вот к воротам медленно подъехала роскошная карета со сверкающими гербами древнего рода аль Гронигов. На этот раз на месте кучера сидел не полуголый верзила, а солидный бородатый мужчина, одетый в ливрею графской расцветки. Заждавшийся вар Гертан резво подскочил к двери кареты и, небрежно отодвинув мажордома в сторону, сам приветствовал знатную гостью.
   Для сегодняшнего приема девушка выбрала черное, с виду простое платье, однако дамы, во все глаза разглядывающие дочь наместника, прекрасно знали ему цену.
   -Паучий шелк с Андаранских островов,- шептались они между собой. - За его цену можно хорошее поместье купить.
   На шее у Лойзы переливалось перламутром ожерелье розового жемчуга.
   Гертан, предлагая руку девушке, с содроганием подумал, что ему завтра предстоит слушать вопли жены и обеих дочерей, требующих себе такие же драгоценности.
   Он многословно приветствовал главную гостью и сам повел ее в дом. Однако у дверей из-за колонны, якобы неожиданно, вышел барон Строад. Он чудом не столкнулся с Лойзой и начал бурно извиняться перед ней.
   -Лойза! Девочка моя! Прости старика, что-то совсем я совсем расклеился. Не представляешь, как я рад тебя видеть! Ты так выросла, стала настоящей дамой! Когда я был последний раз у вас гостях ты совсем еще девочкой выглядела.
   Вар Гертан окинул барона холодным взглядом, но тот сделал вид, что ничего не заметил и продолжал нести всяческий вздор. Гертан не обратил внимания на то, что в полутьме за колонной за беседой напряженно наблюдает маг, Мриас аль Торен.
   Лойза, прервав излияния барона, поблагодарила его за комплименты, двинулась дальше. Строад с недовольным видом отошел в сторону. Мриас аль Торен уже спешил ему на встречу.
   -С девкой что-то не так, - сразу заявил он своему хозяину. - Никогда такого не видел.
   -Тише!- прошипел недовольно барон. - Давай отойдем подальше, и проверь сразу, не подслушивает нас кто-нибудь.
   Они прошло к входу в небольшой сад, где уселись на скамейку.
   -Все спокойно, никого нет,- заявил маг через пару минут. - Теперь можно поговорить.
   Барон молча кивнул, и маг стал описывать свои наблюдения.
   -Понимаешь, вар Строад, похоже, Жермен навесил на дочь очень сложные плетения. Не думал, что его маг способен на такое, он больше времени уделяет вину, чем изучению искусства.
   -Ближе к делу, - недовольно пробурчал барон.
   - О деле и говорю! - огрызнулся маг, недовольный тем, что его прервали. -На Лойзе защита мощная стоит, никогда о такой не слышал. Ауры практически не видно, и ментально графиню не слышно. Когда попробовал надавить, мне мозги ментальным импульсом напрочь отшибло. Вообще, когда нее смотришь, создается впечатление, что она как бы в раковине заперта.
   Барон внимательно выслушал своего мага.
   - Обрати внимание Мриас, -сказал он задумчиво. - По попытке похищения девчонка потеряла всю свиту, но сама осталась жива, это может быть связано с ее защитой?
   Маг пожал плечами.
   -Возможно, все возможно. Скорее всего иридийцы ударили по лагерю чем-то вроде "Дыхания смерти". Признаюсь честно, в магии майренов Иридии я не разбираюсь. Они хранят свои секреты гораздо лучше нас. Хотя, как видишь, вар Мерлок аль Ковар, личный маг аль Гронигов, смог что-то противопоставить этим выродкам.
   Строад озабоченно почесал затылок.
   -А нам не помешает эта защита? - спросил он у мага. В его голосе впервые прозвучало некое опасение.
   -Не думаю, -категорически заявил аль Торен. - Насколько я смог понять, эта защита пассивна. Ее задача защитить владельца и ничего больше. Так, что похитить мы ее сможем в любом случае.
   Барон хмуро кивнул, он очень не любил, таких вот, непредусмотренных неожиданностей, хотя всегда оставлял для них место в своих планах.
   -Интересно, почему она сегодня без своего северянина,- спросил он у аль Терена, не особо рассчитывая на ответ.
   Тот вместо ответа ехидно ухмыльнулся.
   -Видишь, как иногда полезно пробежаться по рынку, - наставительно сказал он,. - Говорят, парочка вдрызг разругалась. Сам лично слышал эту историю от жены хозяина таверны. Но все-таки мне кажется, что ты преувеличиваешь значимость этого дикаря. Ну, не мог обычный воин справиться с иридийскими магами.
   Барон стиснул зубы, фамильярность мага переходила уже все границы.
   -Пора с ним заканчивать, - в который раз за последнее время подумал он. - Наглеет с каждым днем. Думает, что держит меня за горло. Ничего осталось терпеть совсем недолго.
   -Ладно, - вслух сказал он. - Пройдем в зал. Гертан хвастался, что сегодня у него двадцать перемен блюд. Надо хоть несколько отведать.
   И вином он запасся неплохим, - согласился маг. Оба пройдохи, мечтающие о смерти друг друга, встали со скамьи и направились к дверям особняка.
  
   ***
   Покинув спящий лагерь, я медленно пробирался к городской стене. Со стороны таверны, где мы сегодня ужинали, доносились пьяные выкрики и шум драки. В темноте хорошо были видны костры нескольких караванов, ночующих поблизости. Я старался не смотреть их сторону, для ночного рения они казались ярчайшими вспышками света.
   Не доходя немного до стены, я осмотрелся и, не обнаружив человеческих аур, медленно поднялся в воздух.
   Где живет вар Гертан мне не было известно, но рассудив, что сегодня там должно прибавиться фонарей, полетел к к самому светлому месту в городе.
   Я не ошибся, именно там два висящих в воздухе светильника давали достаточно света, чтобы около входа в резиденцию Гертана было видно не хуже чем днем.
   Зависнув метрах в ста над светильниками, я пытался понять, как они работают, и в очередной раз осознал, насколько мало знаю. Если мне повезло почти на инстинктах овладеть огнем, левитацией кое-каким лечением то в артефакторике не понимаю ничего. Моя охранная паутина вызывает лишь насмешку у опытных магов, так же, как и защитный купол.
   Оторвавшись от грустных мыслей, спланировал на черепичную крышу особняка. Осторожно шагая по скользким черепицам, прошел вперед и улегся на почти плоскую крышу эркера, нависающего над парадным входом.
   С полчаса я равнодушно наблюдал за прибытием гостей. Когда же у ворот появилась карета Лойзы, сердце тревожно застучало.
   Вар Гертан ринулся открывающейся дверце, как молодой, грубо оттолкнул мажордома и подал руку выходящей девушке.
   Я удивленно вскрикнул и сразу заткнулся. В облике Лойзы имелось что-то странное. Мое зрение давно автоматом отсекало буйство маны в атмосфере и ауры окружающих.
   Однако сейчас в аурном зрении на девушке виделся скафандр светло- бирюзового цвета, практически вплотную прилегавший к ее телу.
   -Улитка! - пришло озарение мне в голову. - Точняк, сработал артефакт!
   Нашла безделушку на полу и вот результат. Похоже, улитка выпала из сумки не случайно. В этот момент я был озабочен безопасностью девушки, поэтому и защитный артефакт, как бы сам в руку попал.
   Лойза с Гертаном шли по аллее к дому, а я все разглядывал бирюзовую защиту, пытаясь понять ее функции.
   Когда пара прошла под эркер, снизу послышался разговор. К моему удивлению говорил барон Строад.
   Странное чувство посетило меня при выслушивании его комплиментов Лойзе.
   -Неужели ревную?- в какой-то момент удивился сам себе.
   Беседа продолжалась недолго, Лойза зашла в дом, а барон с магом отошли в сторону сада и уселись там на скамью.
   Их я увидел в первый раз и сейчас внимательно вглядывался в лица, пытаясь отыскать на них злобу зависть или жестокость.
   Однако улыбчивый румяный толстяк не вызывал во мне никаких отрицательных эмоций.
   -Добрячок, мать твою! - думал я, глядя на круглое улыбчивое лицо. - Разве кто-то может ждать от него зла.
   А вот маг находился под личиной. И она была не хуже чем в свое время у Михтерра. Однако я хорошо разглядел в худом лысом старикашке - плотного, крепко сбитого мужчину с внимательным взором, постоянно контролирующего вокруг себя магические возмущения.
   -Интересно, а барон Строад в курсе истинного облика своего мага? - думал я, наблюдая, как эти двое проходят в дом, закончив свою беседу.
   Спустя несколько минут двор опустел. Все гости зашли в дом. Высокие резные ворота наглухо закрылись, отгораживая островок веселья от мрачных улиц ночного Себежеха.
   -Ну, и что дальше? - спросил сам у себя. - Так и останешься лежать на крыше?
   В принципе, можно было остаться здесь. Все равно для аурного зрения стены и потолок не были преградой. Я перешел на него и с интересом начал вглядываться в разворачивающееся подо мной, действие. Естественно, аура магов, Мриаса аль Торена и Сибелуса аль Тронка, первой привлекала внимание. Вихри маны водоворотом закручивались над их головами. И судя по ее количеству, аль Торен был намного сильней Сибелуса. Зато аура Лойзы едва просматривалась бледно-зеленой тенью. Остальные гости не представляли собой ничего особого.
   -Время шло, становилось прохладней, черепица покрывалась росой все сильней. Из дома доносились смех, звуки музыки.
   -И на хрена тебе это нужно, - в который раз иронично подумал я. -Лежишь тут на мокрых черепицах, мерзнешь, спал бы сейчас в фургоне под теплым одеялом и ни о чем не переживал. Лойза, наверно, забыла о тебе сразу, как ты вышел из гостиницы.
   В подобных размышлениях прошло еще часа три. Гости начали покидать дом вара Гертана, когда уже начинало светать.
   Хозяин провожал Лойзу всем семейством, высокая полная женщина и две нескладные девицы долго обнимались с ней, а затем дружно махали платочками вслед уезжающей карете. Я же все внимание уделил барону Строаду и его магу. Они, как ни странно, пошли пешком, притом в противоположную сторону.
   Сразу мне подняться не удалось, тело занемело от долгого лежания в неподвижности. Слегка изображая червяка, поерзал по черепицам и затем, беззвучно оторвавшись от крыши, спланировал на темную узкую улицу в простенок между домами, мимо которого должны пройти барон и его маг. Долгое лежание на крыше настроение испортило окончательно, поэтому я решил кардинально разобраться с этой парочкой.
   Так, что когда мимо меня прошли, негромко разговаривая, барон и маг, в них с тихим шипением полетели два фаербола. Барон с диким криком упал на землю и начал корчиться в пламени. Вокруг Мриаса аль Торена призрачным светом вспыхнула защита и мой фаербол бесследно всосался в нее. Маг скинул личину и начал настороженно оглядываться по сторонам. Я не стал ждать пока он придет в себя, и отправил в него очередной фаербол, вбухав в тот большую часть маны. На этот раз огненный шар около метра в диаметре прошел защиту мага, практически не заметив ее, и рядом с обгоревшим трупом Строада аль Дарнира, осыпалось кучкой пепла тело его мага.
   Не подходя к сожженным останкам, я быстрым шагом направился в сторону городских ворот, надеясь дойти до них незамеченным. Лететь над городом на рассвете показалось еще более нахальным. На фоне светлеющего неба летящий человек сразу бы привлек внимание. Около стены пришлось все же рискнуть. Моего быстрого кульбита через стену никто вроде не увидел. Оглядевшись по сторонам и никого, не обнаружив, зашагал в сторону своего каравана. Чувствовал себя неважно, кружилась голова, а сердце бешено колотилось в груди. Быть убийцей непросто. Это было не первое убийство в этом мире, совершенное моими руками, но в отличие от тех прежних, сейчас я приговорил двух людей к смерти совершенно сознательно, сам, став и судьей и палачом.
   Когда перелез через фургонные стяжки в наш лагерь, там уже горели костры. Мой помощник уже повесил над одним из них, на треноге, котел с водой и беспокойно оглядывался по сторонам, видимо, пытаясь понять, где я запропастился.
   Увидев меня, он радостно осклабился и первым делом поинтересовался, где это я пропадал. Подошедший вар Элвар, тут же отослал его с каким-то поручением и в свою очередь спросил:
   -Вар Инта, надеюсь, после твоей прогулки у нас не появится лишних проблем?
   Улыбнувшись, я заверил, что все свои дела в городе завершил благополучно и никаких осложнений не ожидается.
   Успокоенный моими заверениями, Элвар направился будить своего командира, громко храпевшего неподалеку.
   Занявшись приготовлением завтрака, я понемногу приходил в себя и обдумывал, свои дальнейшие действия. На данный момент угроза Лойзе устранена. Потому можно спокойно отправляться с караваном до Луганора. Не исключено, что по пути нам с ней доведется еще не раз встретиться. Насколько я знал, самый безопасный участок тракта на Мермахском нагорье мы прошли. А за Себежнехом начинаются обширные леса, с редкими поселениями, обнесенными стенами из-за частых нападений лесных хищников. Там уже не будешь вести себя так беспечно, как здесь.
  
  
   ***
   В раскаленном воздухе на заросшем подлеском берегу Меры беззвучно дрожали, еще более жаркие его потоки, поднимающиеся от горящих белым, призрачным пламенем трупов трех иридийских майренов. Неподалеку два десятка крестьян складывали погребальную пирамиду из обнаженных тел погибшего сопровождения Лойзы аль Грониг, перемежая их сухими дровами. Свежеразрытые могилы закапывать никто не собирался.
   Высокий горбоносый мужчина с седыми висками в поношенной военной форме равнодушно еще раз окинул взором это зрелище и нырнул в роскошный шатер с развевающимся над ним графским штандартом.
   Там он уселся за походный стол и с наслаждением выцедил бокал холодного пива, тут же поднесенного ему кравчим.
   Одно движение брови и кравчий опрометью выскочил из шатра, оставив графа Жермена аль Гронига наедине с магом.
   -Ну, что Мерлок, расскажи мне, где мы совершили ошибку, и кто ответит за нее?- очень мягко спросил граф.
   Мерлок аль Ковар один из членов Магистериума и выдающийся архимаг Луганора, прекрасно знал, когда у его хозяина появляются в голосе такие мурлыкающие нотки ярости, но сам их нисколько не боялся.
   -Никто ошибок не совершал мой господин,- успокаивающе начал он. -Насколько я сейчас понял из осмотра места событий и допроса очевидцев, в нашу интригу вплелась целая сеть случайностей, их мы учесть не смогли. И в первую очередь совершенно невероятное появление странного северянина.
   Вроде бы все шло по плану, ваша падчерица в сопровождении большей части осведомителей короны отправилась прямиком в приготовленную ловушку. Почти полгода мы терпели майренов у нас в Мермахе, подвели к ним возомнившего о себе баронишку из Себежнеха, в общем, все было готово. И тут вместо удавшегося похищения и смерти Лойзы, происходит что-то непонятное. Охранник каравана, ночующего по соседству, убивает трех иридийских магов и ломает нам всю выверенную задачу.
   Граф нахмурился.
   -Ты смог понять, как он это сделал?
   Маг торжествующе улыбнулся.
   -В этом не было ничего сложного. Все три майрена убиты из духового ружья, стрелы отравлены специфическим ядом с островов Каренану. Видимо северянин -профессиональный охотник на магов.
   Аль Грониг ощутимо напрягся.
   -Ну, и где ты увидел случайность? Нас с тобой просчитали, как детей и влегкую нарушили все мои планы! Одна радость, что сдохла эта старуха Герта, передававшая королеве каждое мое шевеление. Неужели сам Строад до этого додумался?
   Ставший сразу серьезным аль Ковар произнес:
   -Граф, я успел побеседовать за сегодняшний день со многими путниками и Жрецами Единого. Так вот главным событием на сегодняшний день считается не нападение на вашу падчерицу, а возвращение Михтерра аль Варена в свои резиденцию и гибель почти двух тысяч служителей культа.
   Как маг ни старался, но своего злорадства, при этих словах скрыть не смог. Взволнованный до глубины души граф, не обратил на это внимания, он сам бы с удовольствием поджарил на костре местного примаса Единого бога. Сейчас он лихорадочно пытался понять, изменения в раскладе сил и чего теперь можно ожидать от Карртина аль Варена, ночного короля Мермаха с которым у него много лет сохранялось своего рода статус кво. И никто из них пока не решался его нарушить первым.
   -И что теперь?- спросил он у Мерлока.
   -Не имею понятия? - честно ответил тот пожав плечами. -Может, начнет порядок у башни наводить, разгонит там всех поисковиков, а может, отправится в Луганор , как, когда-то обещал, посадить на кол примаса Единого. Одно ясно - наши дела ему глубоко безразличны.
   -Мда, хоть это радует,- проворчал граф, сам, наливая второй бокал пива. Мерлок подобным действием себя не удостоил. Кружка пива с огромной пенной шапкой возникла в его руках сама собой.
   Отпив пару глотков, Жермен аль Грониг принялся задумчиво что-то чиркать в толстой книге. Его маг безмолвно наблюдал за размышлениями своего работодателя. Он для себя уже примерно определился с дальнейшими действиями, поэтому нисколько не удивился приказам графа последовавшими немного погодя.
   Ну, что же позволим Лойзе немного порезвиться, раз уж так вышло,- усмехнувшись, сказал тот. - В конце концов, девочка не виновата, что, не зная того, встала у меня на пути. Хотя я дал клятву жене воспитывать падчерицу до совершеннолетия, как собственную дочь, но охранять всю жизнь не обещал. Мне ее даже в какой-то мере жаль, привык, но ничего не поделаешь, она должна умереть. Так, что появимся в Себежнехе, когда она его покинет. Дорога до побережья полна опасностей. Насколько я понял, она успела рассориться с этим варваром, это неплохо. Мерлок, через два дня этот парень должен быть у меня в магических путах и ты должен выяснить все его секреты.. Постарайся только, чтобы жрецы Единого ничего не пронюхали. Сейчас мне никак не следует ссориться с этими святошами. Что же касается Михтерра аль Варена, как мне кажется, ко мне у него не должно быть никаких претензий. Можно сказать, что он вовремя появился, все внимание жрецов сейчас будет приковано к его башне.
   А сегодня доделываем здесь все дела и завтра выступаем в Себежнех. Твоя задача сформировать ловчую бригаду егерей и выбери опытных, уж очень ловко этот парень пускает в ход духовое ружье.
   Маг кивнул и почтительно спросил:
   -Ваша светлость, с крестьянами, как обычно, зачистить память?
   -Нет нужды,- махнул рукой граф. - Что они видели? Как мы мертвецов жгли? Думаю похороны пары тысяч слуг Единого привлекут гораздо больше внимания и запонятся надолго.
   Говоря эти слова граф, не мог сдержать злорадства. Хотя явно об этом никто не говорил, но военизированные подразделения жрецов в Мермахе представляли собой внушительную силу, являющуюся противовесом наемникам наместника.
   -Михтерр наверняка не подозревает, какую услугу вам оказал,- хмыкнул аль Ковар.
   -Это точно,- заметил граф и углубился снова в свои записи.
  
  
   ***
  
   Почти сразу, как от котла с кашей пошел ароматный запах к костру начали подтягиваться охранники. В ожидании завтрака они болтали всякую ерунду и перекидывались шуточками. Один раз кто-то попытался припомнить мне короткую поездку с Лойзой, но ему без лишних слов прилетела пара оплеух и недотепа сразу заткнулся. Никому не хотелось лишиться хорошего кашевара.
   После перекуса начались сборы в дорогу. Караван сейчас уменьшился почти вполовину. Поэтому оставшихся в прежнем количестве вояк теперь вполне хватало для его охраны. Выглядели они сегодня гораздо внушительней, и даже вар Изен накинул поверх своей безрукавки куртку с металлической чешуей.
   Болтая с товарищами, я выяснил, что большую часть товаров вар Адер отправил на своих судах в Луганор. А оставшиеся товары были предназначены для городов, лежащих на старом имперском тракте. Вдоль Меры идти дальше невозможно из-за окружающих реку болот. Поэтому тракт уходит в сторону от нее почти на сто километров. И до следующего большого города Уропля проходит по глухому лесу. Редкие деревни вдоль дороги, расположенные в дне пути друг от друга, жили только тем, что обслуживают проходящие караваны. В дремучих лесах до сих пор кое-где обитали мелкие племена дикарей, промышлявшие собирательством и изредка мелким грабежом с которыми не могут покончить даже егерские королевские отряды, направляемые туда, когда вдруг пропадает очередной караван или фельдъегерская королевская почта.
   Вар Элвар странно усмехнулся, когда я удивился этому обстоятельству. Эта усмешка многое объяснила. Видимо на дикарей списывалось гораздо больше грехов, чем они совершали. Кроме того, оказывается, почти половина оставшегося товара в фургонах была предназначена именно для этих племен.
   -Хороший навар хочет Адер получить,- равнодушно подумалось мне . - В лесах наверно много дефицитных вещей имеется, травы там редкие, коренья.
   Как обычно сразу включилась база знаний и перед моим внутренним взором пронеслись сотни представителей флоры и фауны, на которых на побережье и в более населенных районах можно было неплохо навариться. Притом очень неплохо!
   Хотя сейчас мне это было не очень интересно. Мои мысли в основном были о Лойзе. Как хрупкая, неприспособленная к путешествиям девушка, сможет пройти таким тяжелым маршрутом?
   -Может, она все-таки отправится в Луганор на судне, - с надеждой подумал я.
   Однако мои предположения не оправдались. Наш караван еще не выстроился в походную колонну, как из городских ворот медленно выехала знакомая карета, сопровождаемая пятью десятками военных и несколькими телегами обоза.
   В пыли и суматохе, царившей у ворот, Лойза, конечно, не заметила меня, огорченно провожающего взглядом ее отъезд. Зато, стоявшая рядом со мной Адель, не преминула что-то пробормотать себе под нос, явно не очень приличное. Отвесив ей шутливый щелбан, я продолжил начатую беседу.
   По нашей легенде мы с сестрой в свое время приплыли в Себежнех на корабле, поэтому моим многочисленным вопросам о сухопутном пути отсюда до побережья никто не удивлялся. Зато я, чем больше узнавал подробностей о предстоящей дороге, тем больше понимал, что в свое время к этому лесу приложили руки Древние.
   И уже ставшая привычной подсказка возникла в голове.
   Действительно, несколько тысяч лет назад, здесь была испытано оружие, меняющее структуру ДНК, сделано было это с целью создания охотничьего заповедника. Опыт получился успешный, невиданный ранее животный мир привлек на планету охотников со всех обитаемых миров. Продолжалось все работать до того момента, пока Древние не ушли в иные миры по каким-то своим соображениям. За прошедшие тысячелетия в лесу ничего не менялось. Запрограммированные биоинженерами древних изменения ДНК стабильно сохранялись, а возникающие мутации оставались нежизнеспособными. Только поэтому ареал флоры и фауны леса оставался в прежних границах. Дорога идущая через лес в свое время была специально оставлена для прохода местного населения, лишь на ней можно было не бояться нападения чудовищных созданий, когда-то созданных для любителей охоты. Однако и на ней существовали десятки переходов, чтобы лесная живность могла беспрепятственно передвигаться по лесу.
От дальнейшего восприятия информации пришлось оторваться после тычка вара Изена.
   -Барон,- насмешливо обратился тот ко мне. - Хватит мечтать, мы отправляемся в дорогу, ты, надеюсь, помнишь свои обязанности?
   Я согласно кивнул и отправился к лошадям, на которых с чертыханием надевала седла Адель.
   Взяв дело в свои руки, я быстро заседлал наших скакунов. Они, кстати, сейчас ничем не напоминали тех кляч, на которых мы покидали Мермах.
   Тракт от Себежнеха до Уропля был совсем не так оживлен, как раньше. Наш караван шествовал в одиночестве. Лишь навстречу изредка ехали крестьянские телеги, везущие в город провизию на продажу. Еще через час караван обогнали несколько наемников, не обративших на нас никакого внимания. Далеко сзади периодически слышался звон колокольчиков быков, следующего за нами каравана.
   Вар Изен сегодня пересел на коня и ехал рядом со мной, хотя ему это скоро надоело, из-за множества интересующих меня вопросов. Оказалось, что до Дикого леса мы сегодня еще не доедем. И очередная ночевка планируется около большой деревни, за которой уже тракт заходит в лесную чащу.
   Пока же вокруг ничего особенного не было. Редкие рощи прерывались полями и пастбищами, Изредка встречались небольшие хутора. Все говорило о том, что вар Гертан исправно выполняет свои обязанности, обеспечивая безопасность города и его окрестностей.
   -Это не надолго,- вздохнул вар Изен, после того, как я поделился с ним своими мыслями. - После того, как мы пройдем арку перед Диким лесом, то сможем рассчитывать лишь на себя, как и все, кто решаются идти этим путем.
   Он улыбнулся, увидев мое нахмуренное лицо.
   -Не все так печально, друг Инта,- произнес он покровительственно. - Вар Адер водит здесь караваны много лет и имеет множество знакомых среди дикарей. Хотя расслабляться нам не следует.
   Тут он оставил меня и умчался в конец каравана, где послышались его громкие крики. Я даже не успел спросить у него, о какой арке он говорил. Мы же с Аделью продолжили ехать в авангарде. Однако мои новые органы чувств пока ничего тревожного не сообщали.
   Мысли вновь перескочили на Лойзу. Я ее ощущал, где-то на пределе возможностей и это ощущение быстро пропадало. Удивительного в этом не было. Карета с конным сопровождением двигалась намного быстрее нас. Опять возникло неясное чувство тревоги, за нее и каким-то образом перешло на десяток наемников, недавно обогнавших нас.
   -Так, пожалуй, параноиком можно стать, - решил я и начал вслушиваться в очередную историю Адели. На этот раз она начала опять длинный рассказ о истории своего рода.
   -Пока доедем до побережья, выучу все наизусть, - насмешливо думал я, слушая мелодичный голосок своей спутницы.
   Пожалуй, сегодняшний переход был самым длинным за наше не очень долгое путешествие. Только, когда солнце начало клониться к закату, вар Адер остановил караван. Задолго до этого я начал замечать изменения в в окружающем пейзаже. Привычные деревья начали переходить в редкий подлесок, кое-где проглядывали песчаные прогалины. Но самое интересное творилось в невидимом для обычном людей спектре. Вихревые потоки маны. наполняющие небо Арктрума начинали структурироваться определенным образом, как будто ими управляет спрятанный где-то мощный генератор планетарного масштаба. На меня это действовало буквально, как энергетик, в отличие от моих спутников, совсем раскисших к концу пути.
   Вар Изен не преминул это заметить
   -Везет тебе Инта -сообщил он. - Похоже лихорадка леса на тебя совсем не действует.
   На мой встречный вопрос он сообщил, что плохое самочувствие появляется в первые двое суток, практически у всех путешествующих по тракту. Такие, как я люди очень редки. Даже жители Сажары, деревни до которой мы немного не дошли, испытывают подобное состояние, если хотя бы на неделю покидают родные места.
   Особо рассуждать на эту тему было некогда, нужно было заняться приготовлением ужина. К моему удивлению для этого было все готово. Сухие дрова были сложены под навесом. А в поилки для лошадей и быков уже налита вода.
   -А чего ты думал,- сказал пожимая плечами Изен. - Здесь деревенские только на этом и живут. Урожаи почти никакие, скотина болеет, так, что если бы не караваны, никто сюда и не сунулся.
   -Понятно,- сообщил я и принялся за работу. Когда в котле над костром уже кипела вода, ветер сменил направление. И сразу с севера понесло тяжелым грибным запахом.
   - Вот так там и воняет, - с кислой миной сообщил вар Элвар, примостившийся рядом со мной у костра. - Сейчас еще не особо прет, а если за нами урхант увяжется, будет вообще не продохнуть.
   -А это еще кто такой? - полюбопытствовал я.
   Элвар усмехнулся.
   -Вепря видел? -спросил он. Я кивнул и он продолжил. - Ну так представь ползающего вепря раз в двадцать больше с шерстью до земли в которой живут тысячи паразитов. Они редко подходят к тракту, но иногда что-то заставляет их идти вслед за караваном. И не убежишь от него никуда. Вонища, жуткая! Помню, последний раз такой боров полз за нами две недели. Повезло, что оскилота встретили. Тот его умертвил и начал переваривать, а так может, тоже за нами отправился. Но от него хоть не так воняет.
   Я встал и, помешивая кашу, нервно спросил:
   -А этот оскилот большой?
   -Личинку стрекозы видел,- чему то ухмыляясь , вновь спросил Элвар. На мой кивок он сообщил:
   -Ну, оскилот на такую личинку похож, только размером раза в два больше урханта.
   -Как же там дикари живут? -вырвался невольный возглас у Адели, слушавшей нашу беседу с открытым ртом. -Эти чудовища их давно бы сожрали.
   -Никто не знает, - сказал тихо подошедший вар Адер. Видимо под действием лихорадки ему приходилось нелегко. Лоб блестел от пота, а бледное лицо потеряло обычную важность. -Двадцать лет вожу караваны, меняюсь с ними товарами, но так и не узнал, где и как они живут. Для нас сойти с тракта или за пределы постоялого двора это практически смертельно. А эти бродят по жутким дебрям, как по королевскому парку.
   Он устало улыбнулся.
   -Оскилоты и урханты, конечно, страшные создания, но таких на весь лес всего лишь десятки, может сотни, зато мелких, летающих и ползающих гадов, великое множество. И укус почти каждого смертелен для нас.
   Слова купца были вполне понятны. Невозможно в замкнутой на себя системе, пусть и очень большой сохраниться большому количеству крупных хищников. Им просто нечего будет есть.
   Долго вар Адер у нас не задержался, выпил, предложенное мной вино, и слегка покачиваясь, ушел в свой фургон.
   -И так каждый раз, - сочувственно сообщил вар Элвар. - Лихорадка его сильно треплет, однако свое дело не бросает.
   -Не всем же везет, как некоторым, - буркнул себе под нос и с завистью глянул на меня.
   Но я его уже слушал. Внезапно оборвалась тонкая ниточка контакта с Лойзой, и сейчас мне оставалось только гадать, случилось ли что-то с ней, или просто между нами слишком большое расстояние.
   Тем временем ужин был готов, и начали подтягиваться первые едоки. Такой расслабухи, как у Себежнеха больше было. Все приходили по графику, не оставляя пустыми свои посты.
   Послу ужина народ понемногу приходил в себя, кто-то вообще уже чувствовал себя нормально. Послышались смешки и шутки.
   -Сегодня на тебя вся надежда,- сказал на ухо Изен и отвел в сторону.
   -Понимаешь, - начал он объяснять.- У Адера с дикарями все договорено. Там редко что-то случается. Но здесь в окрестностях Сажары частенько промышляют бандиты. В деревню они не сунутся, а вот напасть на караван, ослабленный лихорадкой для них самое то. Я тебя отправлю на самое опасное направление. С твоими талантами там самое место.
   После недолгого обсуждения, отослав Адель спать, сам в сопровождении вара Элвара отправился на свой пост - представлявший собой помост из веток на высоком дереве.
   Увидев это убожество, я начал тихо материться.
   -Элвар, вы, о чем с Изеном думаете? Я на этом помосте первая мишень для нападающих. Сильно сомневаюсь, что они о нем не в курсе? Этому убожеству сто лет в обед.
   Элвар вздохнул.
   -Эх, зелен ты еще парень, сразу видно, что кроме драккаров своих, не знаешь ничего. Присмотрись получше.
   Не понимая, о чем он говорит, я начал вертеть головой во все стороны. Понемногу до меня дошло, что лежа на этом помосте, можно контролировать движение по тракту и вдоль него почти на километр. А с флангов меня прикрывают замаскированные наземные посты. Поэтому подобраться к наблюдательному пункту на выстрел очень проблематично. Если только сам не просплю.
   Ну, что усек? - насмешливо спросил мой собеседник. - Все просто, замечаешь движение, подаешь сигнал соседям. Ну, а дальше сам действуй. Если смог трех иридийцев укокошить, то с местными гопниками тебе сам Единый разобраться велел.
   Кивнув, я начал забираться на пахнущее смолой дерево, а Элвар неслышной тенью скользнул в заросли.
   Я же забравшись на помост, обнаружил, что тот покрыт свежесорванными ветками с поникшей листвой. Видимо еще недавно здесь лежал предыдущий наблюдатель.
   Устроившись удобней, я до предела раскинул свое аурное зрение. Еще никогда за все время пребывания в этом мире, мне не доводилось видеть такого зрелища. Если на южной половине неба мана полыхала беспорядочными цветными завитками, то на севере
   она становилась серебристо-голубой и закручивалась огромными эллипсами над Диким лесом.
   -Может из-за этого все так плохо себя чувствуют, - внезапно пришло мне в голову. - А мне, наоборот, - гораздо легче управлять уже упорядоченной чем-то энергией. Для проверки попытался поставить охранную сеть. И действительно, она без особых усилий с моей стороны получилась чуть не два раза больше по площади, чем в последний раз, когда Михтерр так пренебрежительно отозвался о моих способностях.
   Сеть сразу тревожными всполохами показала наши замаскированные секреты. Судя по ярким аурам, охрана в них не спала и бдила вовсю.
   Мне тоже не хотелось спать, в голову лезли мысли о предстоящем походе по лесу, хотя, судя по реакции моих спутников, особо плохого от этого путешествия никто не ждал.
   С севера периодически доносился рев ночных хищников и треск валящихся деревьев. Мысленно я понимал, что нахожусь в безопасности, но все же иногда меня пробивало на непроизвольную дрожь при особо впечатляющих воплях.
   Ближе к рассвету заметно похолодало, на тракте заклубился туман. И в этом момент в голове "звякнула" сторожевая сеть. Задумчивость мигом слетела с меня, за клубами тумана высветились два десятка аур.
   Я тихо свистнул, и охрана на постах сразу зашевелилась. Почти одновременно суета началась и в самом лагере.
   -Ну, что вар Инта, - обратился я сам к себе. - Начальством тебе разрешено действовать самостоятельно, так, что приступай.
   И тут же начал чесать затылок.
   -А к чему собственно приступать? Короро использовать, жалко, мало стрелок. Магию? - окончательно спалюсь перед всеми по полной программе, а пока не хочется.
   Наконец, определившись, я поднялся в воздух и по большой дуге облетел приближающийся отряд. Бесшумно опустившись за замыкающим бандитом, я закрыл ему рот ладонью, легкий удар, и отточенный старинный кинжал, подарок Михтерра, почти без сопротивления вошел в надключичную ямку. Умирающий несколько раз дернулся в моих руках и затих.
   -Один готов, - подумал я и двинулся дальше, легко определив в утренней полутьме следующую жертву. В азарте удалось убить еще четырех человек, прежде чем нападающие сообразили, что здесь что-то не так. Но после этого я успел убрать еще одного арбалетчика, пытавшегося высмотреть мою тушку на опустевшем помосте.
   Не удержавшись, шепнул ему прямо в ухо:
   -Ку-ку, а я уже здесь.
   Наверняка мой несостоявшийся убийца умер раньше, чем осознал эти слова, и в это время, светлеющий на глазах, лес взорвался криками
   -Засада, бежим! Атамана зарезали!
   После чего я моментально рухнул на землю, забыв про свой амулет, потому что со стороны каравана началась стрельба из арбалетов. Конечно, можно было попробовать поставить защиту, но я подозревал, что арбалеты у вара Элвара непростые, и не был уверен, что даже амулет иридийского мага выдержит его болты.
   Разбойники, разумеется, на землю падать не собирались. С шумом и треском они неслись по лесу, стараясь не выскакивать на дорогу, потому, как трое из них уже корчились на ней, получив болты в различные части тела.
   Насколько успел сосчитать, из двадцати одного нападающего убежать удалось восьмерым. Лично я убил шесть человек. А остальные семеро были застрелены варом Элваром. В этом я был точно уверен. Его болты, нельзя было спутать ни с какими другими. Зато два десятка прочих валялись по лесу, на дороге, или воткнулись в деревья, так ни в кого и не попав
   -Мда,- подумал я мрачно.- Вар Изен точно охарактеризовал своих подчиненных в Мермахе. А если бы дело дошло до рукопашной схватки? Что тогда?
   Не став забивать себе голову мрачными мыслями, я громко крикнул, обозначив себя, и направился в сторону лагеря, где суета была в полном разгаре.
   Однако, когда дошагал до первых фургонов, порядок был там почти восстановлен. Вар Изен бодро раздавал команды, и бригада сборщиков трофеев уже нетерпеливо ожидала разрешения на выход. К ним примкнула и Адель, нервно поглядывающая в мою сторону. Видимо боялась, что не отпущу.
   Я махнул рукой, разрешая ей заняться любимым делом, и сам подошел к Элвару. Тот сидел с озабоченным видом на телеге и чем-то смазывал тетивы своих арбалетов. Те уже были тщательно вычищены и блестели в лучах утреннего солнца.
   -Чего не пошел трофеи собирать? - тихо спросил я. Элвар презрительно хмыкнул.
   -Было чего там брать,- скептически сказал он. - Главное, чтобы все болты мои принесли. А барахло мне даром не надо. Скажи-ка лучше, сколько душ сегодня упокоил?
   -Вроде бы шесть, - признался я.
   -Собеседник оторвал свой взгляд от арбалетов и с довольной улыбкой сообщил.
   -А я семерых положил.
   После этого он достал, что-то вроде шила и начал делать небольшие отметины на прикладе. Этих отметин там было множество. Пожалуй, не меньше сотни, а то и больше.
   Прибавив к ним очередные семь, он начал укладываться спать.
   -Разбуди, пожалуйста, когда завтрак приготовишь, - пробормотал он и мгновенно захрапел.
   -Такие вот дела, - насмешливо подумал я. -Грохнул семь человек и спокойно себе заснул.
   Вар Изен, отправив трофейщиков, сам подошел ко мне и в свою очередь поинтересовался, сколько я убил бандитов и чего не пошел их обыскивать. На мой пренебрежительный жест он с удивлением сообщил:
   -Инта, я видел не один десяток северян. Внешне, ты один в один похож на них. Но в первый раз в жизни вижу нордца, который не хочет собрать заслуженные трофеи. Пусть и не очень ценные.
   -Теперь увидел, легче стало? - сердито буркнул я и отправился готовить завтрак.
   Тем не менее, Изен, не обиделся а, посмеиваясь, пошел рядом со мной..
   -Не злись, Инта, - тихо сказал он. - Нам тебя наверно, сам Единый послал. Хрен мы бы так без тебя отбились. Вар Адер последние два года совсем расслабился. Представь, он хотел в этот раз в Луганоре нас с Элваром рассчитать. Два года на его караваны никто не нападал. Вот он и набрал наемников подешевле. Так, что все очень кстати произошло. Теперь остережется сокращать охрану.
   Рассказывая это, Изен довольно улыбался.
   Я же, не удержавшись, удивленно спросил:
   -Вар Изен, так чего ты за это место держишься. Мне кажется, что вам с Элваром не составит труда найти себе работу, в любом городе королевства.
   Изен замялся. Было заметно, что отвечать ему не хочется.
   - Ну, есть кое-какие причины,- выдавил он и резко свернув в сторону, начал распекать какого-то лоботряса.
   Резоны вара Изена мне были не особо интересны, поэтому я усиленно занялся приготовлением завтрака. Время шло, и вскоре в лагерь въехала телега с наваленной на нее небольшой кучкой обносков, ржавых копий и мечей.
   За телегой, оживленно переговариваясь, шли наши мародеры. Адели среди них я не увидел и начал тревожно оглядываться. Но та вынырнула из-за ближайшего фургона, и с заговорщицком видом протянула мне небольшой, красиво выделанный лук.
   Я бесцельно повертел его в руках и спросил:
   -Больше ничего не нашла?
   Девушка мотнула головой,
   -Не успела, пока лук разглядывала, эти все трупы успели обыскать.
   Однако расстроенной она не выглядела.
   -Ты ничего не понял, братец - сообщила она мне, ехидно улыбаясь.- Этот лук сделан у нас на островах из древесины берска, проклеен истинным рыбьим клеем, А тетива у него из сухожилий зубохвоста. Такой лук будет стрелять под самым сильным дождем. Как он попал сюда, ума не приложу?
   Я глянул по сторонам, все столпились у телеги со шмутьем и оживленно комментировали увиденное. Достав сумку, я сунул лук в нее и убрал с глаз.
   -Адель возмущенно открыла рот, но я приложил палец к губам и сказал:
   -Меньше знают, лучше спят. Нечего дразнить людей. Так что, если спросят, скажи, мол, брат рассердился что такое барахло принесла, и сжег лук в костре.
   Наглядевшись на добычу, наши спутники вспомнили про еду, и потянулись к котлам.
   -Когда завтрак был почти завершен, к лагерю подошли несколько человек со стороны деревни. На крестьян они нисколько не походили, как по мне, так они ничем не отличались по виду от бандитов, напавших на нас. Однако оружия при них не наблюдалось. Они, под нашими подозрительными взглядами, дружно прошествовали к фургону вара Адера, после чего главный из них скрылся в фургоне.
   Спустя какое-то время оттуда с важным видом появился сам купец и направился к телеге, где дрых вар Элвар, разбудил того и обменявшись с ним парой слов направился ко мне.
   -Вар Инта,- начал он, смущенно. - Во-первых, благодарю за то, что спас сегодня наши жизни, ну, а во-вторых, староста деревни хочет выкупить у нас сегодняшние трофеи. Вар Элвар согласился, так что ждем, что скажешь ты.
   Я глянул на старосту. Высокий, худощавый мужик усиленно кланялся, льстиво улыбался, и строил из себя простака.
   Все было ясно без слов. Оставили мы сегодня деревню без оружия и самых бойких жителей. Хотя, судя по аурам, из разбойников, оставшихся в живых, придти сюда никто не решился.
   -Ну, и чего обещаешь за это старье? - полюбопытствовал я. - Что мне не верится, что деньгами будешь платить.
   -Так, это, милсдарь, - пришел к жизни староста. - Для вашего каравана за полцены дрова и воду будем отныне поставлять.
   Глянув краем глаза на вара Адера я заметил его кивок и сообщил:
   - Ладно, согласен, забирайте, мне этот хлам без надобности.
   Когда троица, якобы крестьян, устремилась к телеге, я спросил у купца.
   -Вар Адер, если они уже завтра нападут с этим оружием на следующий караван, тебе не будет стыдно?
   Тот ухмыльнулся и сообщил:
   -Такова жизнь вар Инта, тебе ли не знать об этом. Главное, что мне теперь стоянка у Сажары будет дешевле вдвое. А у караванов охрана для этого имеется. Твои потери я возмещу, не беспокойся,- добавил он уходя.
   Караван начал готовиться к движению. Недовольно мычали запрягаемые быки. Ругались возчики. Вар Изен раздавал ценные указания.
   Крестьяне, перегрузив свой хлам в свою повозку, с недовольными рожами уехали первыми. Как они не искали, но лук им найти не удалось, а расспрашивать о нем побоялись.
   Как и вчера мы с Аделью вновь отправился в авангарде, Изен со мной не поехал, так, что девушка могла во всю пользовать свое красноречие. Она лишь ненадолго заткнулась, когда мы проезжали Сажару.
   Деревня в четыре десятка домов выглядела пустой. Немногочисленные детишки, молча смотрели на нас из-за плетеных изгородей. Но ни одного взрослого мы так и не увидели. Картина была довольно мрачная, и понятно почему. Сегодня здесь будет много похорон.
   За деревней дорога делала резкий поворот, обходя высокий холм, и за ним открывался вид на синеющий километрах в пяти густой лес.
   По мере приближения к нему, усиливался тот странный запах, к которому я вроде уже принюхался. Еще из леса доносился неясный гул, как будто там стоял огромный улей с гудящими пчелами. Тонкая дуга, возвышающаяся над деревьями, становилась массивней, и теперь стало понятней, о какой арке вчера упоминали в разговоре.
   Истинная ее величина стала ясна, когда мы подошли к ней ближе. Монолитные каменные колонны диаметром метров десять, как бы вырастали из земли и сходились на сорокаметровой высоте. Сквозь арку нам навстречу дул теплый ветер, несущий запах грибов и гнили. Я поднял голову и с удивлением начал разглядывать высеченную на ней надпись. Прошедшие тысячелетия не оставили на черном камне ни следа коррозии или выветривания. Написана она была на галактической интерлингве, заложенной мне, как и языки Антрума.
   Остановившись, я прочитал про себя причудливо изогнутые буквы и непроизвольно засмеялся.
   Надпись гласила:
   "Внимание, вы входите на территорию охотничьего заповедника фирмы "Гренда". Охота без лицензий запрещена. В случае нарушения у браконьеров конфискуется все имущество и назначается денежный штраф согласно нанесенного ущерба. Уточнить порядок приобретения лицензий на отстрел диких животных и размеры штрафов вы можете по нашему адресу в галанете или в офисах фирмы ."
   Однако смеяться пришлось перестать, потому, что в голове зазвучал давно не слышанный строгий голос искина Древних.
   -Гражданин федерации, объясните цель вашего прибытия в заповедник. - Сухо сообщил он.
   -Э-э, - на секунду я растерялся. - Просто путешествую с местными жителями до побережья.
   -Объяснение принято, скрытых мотивов не обнаружено- вновь заговорил искин. - Еще раз напоминаю вам, что охота без лицензий в заповеднике запрещена. Подойдите к арке и коснитесь контакта для изменения вашего гомеостаза.
   -Это еще для чего? - удивился я.
   -После этого вы сможете безопасно для себя, сходить с тракта и наблюдать вблизи жизнь местных животных. Фирма надеется, что вы еще вернетесь к нам уже в качестве охотника или расскажете о увиденном вашим друзьям и знакомым.
   -А как же дикари? - подумал я. -У них тоже такая защита?
   -После недолгого молчания искин кратко сообщил:
   - Они встроены в пищевую цепь и занимают свою экологическую нишу.
   Я спрыгнул с лошади и подошел к колонне. Уже знакомый отпечаток шестипалой ладони проявился на ней, на высоте моего роста.
   Вложил в него правую ладонь. Вроде ничего не случилось. Через минуту до меня дошло, что все уже сделано.
   На мой робкий вопрос насчет Адели бездушная машина жестко заявила, что страховать аборигенов фирма не подписывалась.
   Девушка молча следила за всеми моими действиями и, когда я подъехал к ней, волнуясь, спросила:
   -Инта, ты ведь понял, что тут написано?
   Я кивнул.
   -Здорово! - воскликнула она. - Женщины, у которых я ночую в фургоне, вчера вечером говорили, кто сможет прочитать надпись на этой арке, тот станет богачом. В ней написано, где зарыты древние сокровища.
   -Никаких сокровищ нет, - буркнул я. - Здесь просто предупреждение о том, что нельзя уходить с дороги.
   Глядя на разочарованное лицо девушки, я быстро добавил:
   -Не вздумай кому-нибудь сказать, что я прочитал эти письмена. Покоя нам тогда точно не будет.
   Мое предупреждение подоспело во время, поскольку сзади уже раздавалось фырканье
   быков первого фургона.
   -Что засмотрелся? - раздался под ухом голос Изена. - Погляди, погляди. Вторую такую пройдем только на выходе из леса. Я тоже, когда первый раз увидел, с открытым ртом вокруг ходил. А чего ты к колонне полез? - спросил он с любопытством.
   -Да, просто хотел понять, из чего она сделана, - как бы нехотя, признался я.
   Уже втроем мы въехали под арку и пока двигались под ее черным сводом, я каждым нервным окончанием ощущал, как сотни сканеров буквально ощупывают каждую клетку наших тел.
   -Однако, фирма в свое время серьезно была озабочена безопасностью,- подумалось мне.
   -А если арку объехать, - спросил я у Изена. - Тут же пока ровное поле, одна трава, даже кусты не растут.
   -Не советую,- отозвался тот. - В лес можно войти и выйти, только пройдя под ней. Те, кто попробовал обойти, под травой и остались.
   Мы выехали из-под давящего темного свода, и сразу стало легче дышать. Метрах в ста впереди вставала мрачная стена леса, а обе стороны от нас уходили полосы открытой местности шириной около километра, покрытые зеленой травкой. К лесу же по-прежнему шел, выложенный каменными плитами тракт, только сейчас он был шире раза в три, чем раньше.
   -Сойдешь с дороги, умрешь, - жестко констатировал Изен. - Так, что идем без остановки до постоялого двора. И гляди в оба, у нас с дикарями все вроде нормально, но мало ли, что им придет в голову.
   После этого предупреждения он, повернул коня и поехал назад к каравану.
   Мы же с Аделью медленно двинулись вперед. Видимо здесь покрытие дороги было другим, потому, что звук от подков наших лошадей стал заметно глуше. Когда зашли в лес и поехали между вздымающимися в высоту огромными деревьями, широкий тракт, показался нам узкой дорожкой, и мы невольно старались держаться его середины.
   К моему удивлению, в отличие от ночи, днем здесь было значительно тише. Только гудение громадных незнакомых насекомых нарушало обманчивую лесную тишину.
   Однако, когда я перешел на аурное зрение,то сразу обнаружил сотни живых аур, находящихся у тракта. Большинство занималось добычей пищи, не обращая внимания на наш караван, но несколько из них явно заинтересовались нами и тупо брели по краю тракта, периодически пытаясь выскочить на него. Маскировались хищники великолепно, в обычном зрении я их не замечал, так же, как и моя спутница. Та сначала притихла и со страхом глядела в чащобу, стараясь не отставать от меня.
Через полчаса, Адель уже пришла в себя и ее язык заработал с прежней силой.
   Меня же монотонность дороги начала усыплять. Километр за километром одна и таже непроходимая лесная стена. Когда впереди раздался треск и на дорогу начало медленно падать огромное дерево, я остановился от неожиданности.
   А затем с интересом смотрел, как траектория его движение резко изменилась, и оно упало, не задев дорогу даже веткой. Краткий высверк силы, показал, что механизмы Древних пока работают исправно. Только сейчас до меня дошло, что каменное покрытие дороги практически чистое, только кое-где на нем валялись листья и мелкие веточки, отклонять которые защита не стала.
   -Наверно, их убирают каким то другим образом, - решил я.
Дальнейшая часть пути прошла в таком же монотонном движении. Во второй половине дня, солнце сильно прогрело лес, и мы ехали в удушливом влажном тумане. Липкий пот стекал за шиворот и вскоре я был мокрым, как мышь.
   -Огненную стену могу создать, а как охладить себя не знаю, - с раздражением думал я. - Чего вага Умару не показал плетений, превращающих воду в лед?
   Подумав, я пришел к выводу, что шаман мог и не знать, что вода может замерзнуть. Откуда ему это знать в стране вечного лета.
   От размышлений легче не стало, наоборот, вскоре исчезли последние дуновения легкого ветерка и, пот по лицу потек с новой силой.
   Людям в караване было нисколько не лучше, уже с час как оттуда перестал доноситься говор и смех. Слышался только скрип колес да тяжелое дыхание быков.
   Еще через пару часов солнце ушло из-за спины и стало скрываться за деревьями слепя левый глаз.. Сразу стало легче дышать, и вновь подул ветерок.
   Неожиданно у меня появилось предчувствие неприятностей. Далеко за нами появились быстро двигающиеся человеческие ауры. Их было ровно десять. Аура их коней была поблекшей, как будто седоки их изрядно загнали, но, несмотря на это они продолжали двигаться, постепенно нагоняя хвост каравана.
   Это мог быть, кто угодно, но интуиция упрямо твердила:
   -Нет, вар Инта, эти ребятишки едут по твою душу.
   Не забывая следить за нашим продвижением вперед, я наблюдал, как подозрительный десяток догнал последний фургон, и некоторое время ехал вровень с ним. Затем снова ускорился и стал обходить караван с левой стороны.
   Как раз в это время в лесной чащобе появилось прореха. Справа открылась огромная прогалина, на которой стояло несколько каменных построек. На огромном пустыре могли бы остановиться на ночлег несколько караванов. От дома, где шел легкий дымок из трубы, доносились аппетитные запахи.
   Мы с Аделью остановились, поджидая едущих сзади спутников, так, как не имели понятия, куда надо дальше двигаться.
   Однако, первыми мимо нас проехали десять, вооруженных до зубов воинов. Выглядели они нисколько не слабее вара Изена. И при этом старательно не смотрели в нашу сторону. Градус моей паранойи немедленно прыгнул вверх.
   Герб, вышитый у вояк на колетах, показался мне знакомым. И пока они, столпившись у коновязи, слезали с коней, я пытался вспомнить, где недавно видел такой же.
   Но первым вспомнила его Адель.
   -Это люди аль Гронига,- тихо сказала она.- Наверно граф отправил их за Лойзой.
   -Да, нет, девочка, скорее всего они за нами приехали, - мысленно вздохнул я.
   Однако долго размышлять не удалось. Подошел караван, и началась привычная суета, подготовки к ночевке. Я сидел у очага и помешивал душистое варево, когда ко мне подошел вар Изен и шепнул на ухо:
   - Надо поговорить.
   Передав поварешку помощнику, я с Изеном отошел почти к краю пустыря, за которым уже начинался лес.
   -Инта,- обратился ко мне Изен, - вам с сестрой надо бежать. Мне кажется, что егерям графа Жермена аль Гронига нужен ты.
   -Почему так считаешь? - спросил я в ответ.
   - Ну понимаешь, они больше ни о чем не спрашивали, только убедились, что в караване есть охранник- северянин, и сразу поехали дальше, - сообщил Изен. - Тебя они, скорее всего, будут брать ночью, сонного, слышали, наверняка, что ты с тремя магами разобрался, так, что будут осторожно действовать.
   -Я посмотрел старому вояке в глаза.
   -Вар Изен, почему ты мне об этом говоришь, если граф узнает об этом, у тебя появится много проблем?
   Изен хитро улыбнулся и сказал:
   -Барон, ты думаешь, я слепой, и не вижу, как последние дни вар Адер перед тобой лебезит. Мы с Элваром тоже давно поняли, что ты маг и не из последних.
   Предупреждая тебя, я в первую очередь беспокоюсь о своих людях, ну и о себе, конечно. Егеря с головы до ног обвешаны амулетами, да и у тебя, их не один. Сумочку твою безразмерную я еще в Мермахе приметил. Если вы тут ночью сражение устроите, сколько народу побьете зря.
   Прошу тебя Единого ради, как стемнеет, сразу уходите. Думаю, что тебе как магу нетрудно ночью идти. Егеря раньше второй половины ночи, тебя вязать не полезут. И в ночь за вами не поскачут. Ну, что согласен?
   Я задумался, перспектива убегать от десятка графских солдат не особо прельщала.
   Да, что я, в конце концов, маг или нет! - вспыхнула злая мысль, и я решительно сказал:
   -Нет, не согласен, бегать мне неохота, поэтому я их всех сейчас прикончу!
   Изен стоял и молча смотрел в мою сторону. Взгляд этот, слишком смущенный, мне не нравился. Вояка как будто чего-то ожидал.
   -Продал! Падла! - озарило меня внезапное понимание.
   Я схватил ветерана за воротник и вздернул в воздух.
   Лицо Изена побагровело, он захрипел, беспорядочно маша перед собой руками.
   -Эй, северянин! - раздался сзади спокойный мужской голос. - Посмотри-ка сюда.
   Я отбросил Изена, потерявшего сознание, в сторону и медленно повернулся, уже представляя, что увижу.
   Трое егерей стояли, с направленными на меня арбалетами. Немного в стороне стоял еще один. На плече у него висела, перемотанная веревкой Адель с кляпом во рту. Рядом с ними стоял, видимо, командир и внимательно смотрел на меня.
   Спрятавшись за ближайший амбар, их страховали еще четверо. Еще один лежал за ними на земле и явно умирал, аура у него почти исчезла. Меч Адели наполовину торчал из его живота.
   - Снимай с себя все амулеты, оружие и сумку и ложись на землю,- продолжил командовать егерь, я же медлил, и в его голосе впервые прозвучало беспокойство.
   -Шевелись! А те сейчас твоей сестре перережем глотку! - крикнул он.
   Я, сдавленным от ярости голосом прохрипел:
   - А тогда, будьте уверены, вы все умрете страшной смертью, живые будут завидовать мертвым.
   В лице командира что-то дрогнуло, он снова нервно крикнул:
   -Делай, что сказано! - и, повернувшись к подчиненному, приказал. - Ну-ка отрежь для начала этой сучке ухо, пусть братишка полюбуется.
   Тот ухмыляясь достал нож и затем с недоумением раскрыл рот, когда связанная девушка выскользнула у него из рук и взлетела в воздух.
   Арбалетчики синхронно, не дожидаясь команды, выстрелили в меня. Иридийский амулет не подвел. Болты упали, не долетев до цели на полметра, а из диска вырвалось три тонких луча рубинового цвета и арбалетчики мертвыми упали на землю.
   Долю секунды оставшаяся в живых пара смотрела на упавших и, затем, с проклятьями, обнажив мечи, кинулась на меня.
   Но я с ними совсем не собирался биться на мечах. Ярость просто ослепляла и мешала думать.
- Эти уроды посмели тронуть Адель! - билась в голове единственная мысль.
-Когда оба нападающих вспыхнули яркими факелами, вечерняя тишина нарушилась громкими криками. Народ, наблюдающий издали, чем закончится схватка, начал разбегаться, чтобы обозленный маг не добрался бы и до них.
   Но мне уже было не до них, проводив взглядом удирающую четверку егерей, я поймал упавшую прямо в руки девушку.
   Она была без сознания, видимо, краткое пребывание на высоте, оказалось для нее большим шоком, чем нападение. Я вытащил у нее кляп изо рта, срезал веревки и понес к костру, у которого не было ни души. Каша в котле уже выкипела, от него несло гарью. Уложив Адель у костра на циновку, легонько похлопал ее по щеке.
   Она открыла глаза и сразу, подняв голову, оглядела все вокруг.
   - Инта, мне все приснилось?- неуверенно спросила она. Я покачал головой и начал рассказывать о случившихся событиях, одновременно тщательно сканирую окружающую обстановку. Мне хватило одного раза, когда Изен ловко отвлек мое внимание. Я надеялся, что больше такой ошибки не допущу. И сейчас, все что творилось вокруг оставалось под моим контролем
   Егеря не остались здесь, они уже заседлали лошадей и сейчас двигались в сторону Сажары. Не знаю, как они так быстро двигаются в темноте, но если где- на резком повороте съедут с тракта в лес, я плакать не буду. Местные жители, попрятались по домам, наши караванщики в свою очередь сидели в фургонах и наверно молились своему Единому богу, чтобы я не вспомнил о них.
   Изен очнулся и ворочался на краю пустыря, пытаясь подняться. При взгляде на еле шевелящийся скрюченный силуэт, вновь жутко захотелось его пришибить. Я никак не мог понять причину, по которой он помогал егерям графа аль Гронига. Поэтому махнул на него рукой, решив допросить его завтра.
   Никто к нему не подходил. Даже Элвар не рискнул помочь очухаться своему закадычному другу.
   Тем временем девушка пришла в себя и принялась в красках описывать свое пленение.
   -Инта,- сразу начала она оправдываться . - Я не виновата, как только ты с Изеном ушел, они выскочили и схватили меня. Но я вырвалась и успела зарезать одного, но тут двое прижали меня к земле и сразу заткнули рот, я даже крикнуть не могла.
   Она вдруг замолчала, огляделась вокруг и тихо спросила:
   -И что мы теперь будем делать?
   Я тяжело вздохнул,
   -Действительно, что мы будем делать. Теперь по любому не спрячешься за маску тупого северного наемника, с поварскими талантами. И самое главное, впереди почти тысяча километров тракта с которого из-за Адели нельзя скрыться в лесу. В конце концов, погоня нас настигнет и если там будет боевой маг, не известно кто останется в живых.
   -А ладно, - мысленно махнул я рукой на возникающие сложности. -Буду, как говориться, решать их по мере поступления.
   Глянув еще раз на вонючее пригоревшее варево в котле, я поморщился, взял Адель за руку и повел ее к ближайшему строению, по всему виду являющемуся таверной.
   Пока шли мимо нашего каравана ни одна рожа из фургонов не показалась.
   -Во-во, бойтесь, сучары!- мстительно подумал я.
   Подойдя к каменному зданию, с удивлением сообразил, что к его постройке местные жители не имеют никакого отношения. Это явно было здание Древних.
   -Охотничьи домики для инопланетных гостей, - мелькнула мысль, когда массивная дверь открылась перед нами.
   Здоровенный верзила, резво открывший, ее заискивающе улыбался щербатым ртом. От него несло диким перегаром.
   - Прошу вас, проходите ваше магичество,- прошепелявил он. Стоило нам зайти внутрь, там нас так же радостно улыбаясь, встретил хозяин этого заведения.
   -Спасибо ваша милость, что оказали нам честь свом посещением. Прошу вас присаживайтесь за стол для почетных гостей, я внимательно выслушаю ваш заказ. -угодливо стелясь перед нами, тараторил толстый невысокий мужчина.
   Мы уселись в кресла за небольшим столом, отгороженным от остального зала углом стены. Но отсюда хорошо было видно, что немногочисленные посетители, как тараканы начали быстро покидать заведение.
   -А неплохо, однако, маги в Луганоре устроились,- насмешливо подумал я, и устроившись удобней, начал расспрашивать хозяина, чем он может нас накормить.
   Скоро стол был заставлен местными деликатесами, и мы с Аделью начали ужинать.
   Я пригласил хозяина за стол и завел с ним неторопливую беседу. В первые минуты, он ежеминутно вытирал пот со лба, и дергался от каждого вопроса. Однако, заметив, что я не собираюсь ничего с ним делать, он немного расслабился и начал вести себя спокойней.
   В частности рассказал, что этот постоялый двор достался ему от отца. Когда-то все эти стоянки на тракте принадлежали королю и служили на них обычно ветераны. Но пару сотен лет назад, министру финансов пришла в голову идея избавить казну от лишних расходов и все двадцать станций, как они тогда назывались, были проданы с молотка. В том, что их выкупили тогдашние командиры, не было ничего удивительного. Сразу после того, как все стоянки оказались в частных руках, цены на проживание в них резко взлетели, и это чуть не привело к трагедии. Число караванов резко упало, и чтобы не умереть с голоду работники начали разбегаться. Однако понемногу все встало на свои места, цены упали, потянулись редкие караваны, а дикари, долго не имевшие возможности продавать свои товары, также снизили свои требования.
   У моего хозяина, как владельца первой от входа в лес стоянки тоже были свои преимущества, в частности завоз продовольствия, дров и фуража, остался довольно дешев. На внутренних стоянках цены самые дорогие, потому, все приходится завозить издалека. И свежатиной, как здесь уже не побалуешься, за милую душу будешь хлебать похлебку из солонины или уху из сущика. Также и скотине приходилось урезать фураж.
   Слова хозяина я намотал на несуществующий ус и решил завтра утром забить едой до отказа продовольственный отсек своей сумки. Нашу беседу прервало неожиданное появление вара Элвара.
   Я нахмурился и хозяина, как ветром сдуло со стула, что-то пробормотав, он исчез за ближайшей дверью.
   Вар Элвар явно чувствовал себя не в своей тарелке. Он нервно вертел в руках незаряженный арбалет и вид у него был весьма озабоченный.
   -Чего надо? - грубо спросил я, демонстративно обгладывая мясистую кость.
   Вар Элвар продолжал мяться у входа, явно не зная чего начать.
   -Давай, говори, коли пришел, - решил я слегка подбодрить собеседника.
   -Такое дело, ваша светлость, - сообщил Элвар. - Изен, похоже, помрет сегодня.
   -Ну, и что, я то здесь причем? - мрачно ответил я и запил вином кусок прожаренного мяса.
   -Ясное дело не при чем,- согласился Элвар. -Вы ваше магичество в полном своем праве были так поступить. Виноват он перед вами.
   -Вы все не без греха, -буркнул я. - Ни один не предупредил, все только смотрели, чем дело кончится, может, еще и ставки делали?
   Элвар покраснел до кончиков ушей, и, наклонив голову, сказал:
   -Барон, можно я попытаюсь объяснить причины такого поступка моего друга?
   -Попробуй, - ухмыльнулся я, меня этот вопрос тоже очень интересовал. С чего бы такой конкретный мужик, сдает своего подчиненного вроде без особо причины.
   -Барон, вы же заметили, что в охране у Адера всего два профессионала? Спросил для начала Элвар.
   Я согласно кивнул и он продолжил.
   -Так дела обстоят во всех караванах, формирующихся в Мермахе.
   Что-то забрезжило в моей голове.
   -Ты хочешь сказать, что вы являетесь шпионами аль Гронига? - высказал я свою догадку, - и работаете на него, потому, что на вас имеется компромат?
   -По разному, - пожал Элвар плечами. - на Изена, к примеру, компромата нет.
   - А что есть? - не удержался я от вопроса.
   Элвар задумчиво глянул на меня и сказал:
   -Барон, прошу вас для начала взглянуть на одного человека, а потом принимать решение насчет вара Изена. Пожалуйста, сделайте милость.
   Я вытер руки полотенцем и ответил:
   -Ну, что прогуляемся перед сном,- и направился к выходу, Адель тенью прошла за мной. На улице царила сплошная темнота, но для меня все было ясно как днем, небесный водоворот структурированной маны, делал заметной мельчайшую травинку.
   Элвар начал чиркать огнивом, пытаясь зажечь факел, но в это время я создал над нашими головами светящийся шар и под его призрачным светом мы направились к молчаливому каравану вара Адера. Мы подошли к одному из фургонов. Когда Элвар откинул полог, оттуда повеяло запахом тяжелого больного. Я погасил свой светильник, и для обычных людей сразу наступила непроницаемая темень. Лишь в фургоне горел крошечный огонек масляного светильника. Старая широколицая бабка с усами, со страхом глядя на меня, пропустила нас вовнутрь. Первым кого я увидел, был Изен, тот по-прежнему был без сознания, и только хриплое дыхание говорило, что он еще жив. За ним лежал какой-то подросток, укрытый одеялом.
   Вар Элвар коротко приказал старухе:
   - Зейда, покажи, кто там лежит.
   Старуха послужно откинула одеяло и я увидел ужасно худую девочку с изуродованными болезнью руками и ногами. Лицо ее тоже было исхудавшим, на щеках горели красные пятна. Она была в сознании, и ее темные глаза были устремлены в нашу сторону.
   -Закрой ее,- вскрикнула Адель. - Мужчины не должны такого видеть!
   Старуха хотела прикрыть больную, но я остановил ее руку. Сейчас в моей голове шел лихорадочный диагностический поиск болезни.
   -Понятно, - вздохнул я через минуту и сам укрыл девочку. Диагноз был ясен, и лечение возможно. После чего вопросительно посмотрел на Элвара.
   Тот развел руками и сказал:
   - Все очень просто, Это Ингрида, единственная дочка вара Изена, заболела три года назад. Помочь никто не мог. Только маг Мерлок аль Ковар смог создать лекарство, сохраняющее ей жизнь. Взамен Изен принес клятву верности семейству Гронигов. Поэтому он попросту ничего не может скрыть от его связных, ты понял? Он под заклятием!
   Тут меня за руку схватила Адель и, орошая ее обильными слезами, зашептала:
   -Инта, ты добрый, ну, пожалуйста, вылечи Изена и его дочку. Ты же можешь. А вар Изен не виноват, ты слышал, что вар Элвар рассказал.
   Я родился не вчера, и рассказ Элвара меня не так впечатлил, как Адель. Но девочке действительно хотелось помочь.
   -Элвар,- обратился я к наемнику,- я верю тебе, но я начну лечение Изена, после того, как ты принесешь клятву верности мне, а Ингриду вылечу после того, как Изен так же принесет клятву.
   Элвар глянул на меня с недоумением.
   -Но мы клялись магу аль Ковару, нас вторая клятва просто убьет,- растерянно произнес он.
   -Все будет в порядке,- уверенно сказал я, думая про себя, что пришла пора создавать собственную армию.
   -Я согласен маг,- произнес Элвар. - Что мне надо сделать, пролить кровь?
   -Сядь и помолчи. - приказал я и сосредоточился.
   Как совсем недавно мне удалось заметить у мигрйки, в мозгу у Элвара также пульсировала крохотная алая точка. Мне не пришлось даже напрягаться, легкое усилие мысли и клятва на верность рода аль Гронигов исчезла.
- Да, у шаманов Тирами это дело поставлено гораздо лучше,- подумал я, вторгаясь в гиппокамп мозга и делая там необратимое изменение.
   -Ну, вот и все, - сказал я Элвару, сидевшему в напряжении со стиснутыми зубами.
   Тот открыл глаза и несмело улыбнулся.
   -Простите ваше магичество, мне все еще не верится. Мерлок аль Ковар утверждал, что снять клятву невозможно, я просто умру. И он магичил почти час.
   Легко, проверить, -улыбнулся я . - Попробуй убить меня, только без шуток, по-настоящему.
   Зверски оскалившись, Элвар потянул меч из ножен. В аурном зрении были хорошо видны вспышки нейронов гиппокампа, разбегающиеся искорками по дендритам на кору головного мозга и блокирующие аксоны двигательных нервов. Неожиданно рука Элвара остановилась на полпути, и он выдохнул:
   -Не получается.
   Потом встал передо мной на колени и сказал;
   -Вручаю вам барон мою жизнь и смерть, пусть покарает меня Единый, если я солгу.
   Я не стал ему говорить, что он без этих слов уже мой с потрохами, но так даже лучше, и приступил к лечению вара Изена, которому в первую очередь надо было восстановить сломанную гортань.
   Меня гораздо больше волновала девочка. На Каренану я никогда не лечил запущенный случай полиомиелита. Обычно при появлении больного ребенка его с шутками и прибаутками за минуту лечил вага Умару. А я даже не представлял, с какого бока надо за это дело браться и было ясно, что одним днем здесь не обойтись.
   Пересев к Изену, положил ему руку на сломанные кольца трахеи, мимоходом удивившись своей силе.
   - Как это ему сразу шею не свернул? -подумалось мне. Но Изен назло всему еще дышал.
   -Повезло,- констатировал я и направил тонкую струйку маны в отекшие голосовые связки. Хрипы сразу усилились. Элвар, сидевший рядом, тревожно дернулся. Но шумные хрипы почти сразу перешли в спокойное дыхание и лицо раненого, почти черное в тусклом свете ночника, стало бледнеть. Работать было необычайно легко. Нигде еще мне так просто не удавалось управлять маной и требовалось ее намного меньше, чем обычно.
   Изен открыл глаза и, увидев меня, попытался подняться, я придержал его за плечо и пробурчал:
   -Лежи и молчи, пока не разрешу.
   Гортань у того пока еще представляла бесформенную мешанину хрящей и мышц и нуждалась в лечении.
   Все-таки, закончив работу, я слегка взмок, как всегда, оказалось, труднее всего возиться с мелкими сосудами и нервами. Но я в душе надеялся, что от ваги Умару получил бы на этот раз не больше пары ударов дубинкой. О похвале с его стороны и речи не могло быть. Я совсем забыл о паращитовидных железах, поэтому когда закончил со всеми проблемами, пришлось снова думать о кровоснабжении этих двух небольших желез.
   Свидетелям лечения мои трудности были незаметны, поэтому, когда Изен живой и здоровый уселся на своем ложе, они на меня смотрели почти, как на божество.
   Материальный субстрат клятвы верности Изена графу аль Гронигу я убрал в первую очередь. И сейчас кивнул Элвару, предлагая тому, объяснить своему давнему приятелю, что сейчас произошло.
   Надо сказать, несмотря на перенесенную травму, соображал Изен отлично.
   Не дослушав Элвара он сполз с лежака на пол фургона и склонившись передо мной, сказал:
   -Барон Инта, если ты вылечишь мою дочь, я пойду за тобой куда угодно хоть на край света и буду, верен до последнего вздоха.
   Наверно он ожидал, что его дочь выздоровеет так же быстро. Но я пожал плечами и сказал:
   -Вар Изен, я принял твою клятву, в отличие от клятвы аль Ковара, снять ее никто не сможет даже я сам. Что же касается Ингриды, я сейчас смогу быстро убрать у нее мышечные боли, а основное лечение займет несколько дней. А затем нам необходимо обговорить множество вопросов, если все хотим остаться в живых.
   Дотронувшись до горячего лба девочки, я сосредоточился и начал блокировать нервные синапсы, передающие импульсы, заставляющие изуродованные мышцы конечностей и тела, подергиваться в болезненных спазмах.
   Старуха, не сводившая с меня глаз, громко охнула, когда лицо Ингриды, перекошенное уродливой гримасой, расслабилось, и она, закрыв глаза, спокойно заснула.
   -Глазам не верю! - воскликнул Изен.- Мерлок аль Ковар лично уверил меня, что дочку невозможно вылечить. Только продлять это жалкое существование.
   Обрадованный отец, наверно ждал, от меня объяснения происходящему, но я лишь улыбался, с ностальгией вспоминая дубинку Ваги Умару, обхаживающую мои ребра за время обучения лекарскому мастерству. Она очень хорошо помогала в усвоении трудного материала.
   Видимо учеба аль Ковара не была так богата на колотушки, как у меня. И не те у него были преподаватели. До этого времени я и не подозревал, что являюсь таким продвинутым в медицине магом.
   Время поджимало, поэтому я предложил своим первым подчиненным в этом мире, пойти в таверну и там обсудить дальнейшие действия. По пути, я на автомате поставил клятву верности и служанке Изена.
   Хозяин таверны немало удивился, когда мы втроем завалились к нему. Особой радости он не проявил, но бодро засуетился и позвал на помощь заспанную жену, чтобы приготовить нам поесть.
   Я, вообще-то, чувствовал себя слегка виноватым перед ним, так, как разогнал всех немногочисленных посетителей. Посему сделал заказ побольше. Адель уже засыпала на ходу, поэтому прислуга увела ее наверх, а мы, выпив по приличному кубку вина принялись за жирного цыпленка и затем я, для начала накинув полог безмолвия, предложил своим новым помощникам первым высказать свои предложения о дальнейших действиях.
   Ничего хорошего я от них не услышал. Все, что они могли придумать, так это быстрее пройти тракт идущий через дикий лес, выйти на побережье и затем в ближайшем порту на первом же драккаре быстро сматываться к себе на север. Хотя и там нас может настичь месть Жермина аль Гронига, если он слишком разозлится за смерть своих егерей. Конечно, наемники считали это маловероятным, но кто их графьев знает? Тем более, что я не поладил с его дочерью.
  

***

  
   На полпути между Себежнехом и Сажарой на небольшой возвышенности раскинулся небольшой военный лагерь. Стройные ряды палаток и небольшой ров, окаймлявший его, говорили, что распоряжается здесь опытный военачальник. И действительно штандарт аль Гронигов на большом шатре, сразу указывал, кто здесь хозяин.
   Ранним утром в лагере еще было достаточно тихо. Только неподалеку от него два жирных бритых монаха усердно кланялись бронзовому лику Единого. Из своего шатра за фанатиками с усмешкой наблюдал Мерлок аль Ковар. Он терпеть не мог служителей культа и при удобном случае всегда устраивал им пакости.
   Однако сегодня этого сделать он не успел. С дороги донесся топот копыт. Опытное ухо мага сразу уловило, что кони загнаны до предела, да и седоки не в лучшем состоянии.
   На минуту он скрылся в шатре и вышел оттуда с бодрым видом и при всех регалиях. И сейчас смотрел с недоумением на едва держащихся на ногах перед ним с несчастным видом егерей.
   -Где твой меч?- холодно спросил он, стоявшего безоружным воина. Тот что-то начал мямлить в ответ и через секунду в него влетел огненный шар. Боец успел только коротко вскрикнуть и обгоревший до костей упал на землю.
   -Мерлок, Мерлок, - послышался насмешливый голос графа. -Ты, как всегда слишком горяч, и скоро оставишь меня совсем без воинов.
   -Он бросил свое оружие, чтобы спасти свою жизнь,- без выражения ответил маг.
   Оба монаха закончили молиться, и по их лицам было хорошо заметно, что они с удовольствием сожгли бы и самого мага.
   Граф перестал улыбаться, и трое измученных егерей, не дыша ели его глазами.
   -Как я понимаю, - пробормотал он себе под нос. - Остальные мертвы? Ну, что же Мерлок, идем со мной, послушаем, что нам расскажут эти беглецы.
   Он направился в шатер и все послушно направились за ним. Только два бритоголовых жирдяя, переглянувшись, снова начали усердно молиться. Они молились бы еще усердней, если бы знали, какую смерть им уготовил граф, не терпевший соглядатаев.
   В шатре еще сохранялся утренняя прохлада. Граф с магом с видимым удовольствием уселись за стол, а егеря остались стоять, переминаясь у входа.
   -Рассказывай, - обратился граф к стоявшему в середине воину. Тот, довольно связно, без особых эмоций доложил обо всем, что произошло при выполнении задания. После нескольких вопросов, егерей отпустили приводить себя в порядок.
   В шатре на продолжительное время наступило молчание. Наконец, граф встал и откупорив бутылку вина разлил по бокалам янтарную жидкость.
   Отпив глоток, он сказал:
   -Мы с тобой приятель совершили большую ошибку.
   В ответ на это высказывание маг, бывший раз в пять старше своего нанимателя, согласно кивнул головой.
   -Готовя нашу операцию, - продолжил граф. - Мы не учли много обстоятельств, или даже отмахнулись от них. Из-за чего и пришли к такому финалу. Где находится Лойза, сейчас никто не знает, в этом проклятом лесу не работает ни один амулет связи. Лучший десяток егерей разбит наголову неизвестно кем.
   Прежде чем что-то предпринять давай попробуем вспомнить все странности и события последних дней. Начнем с тебя Мерлок
   Маг допил вино, откашлялся и начал говорить.
   -Помнишь Жермин, почти два месяца назад мы получили странное сообщение голубиной почтой с далекого рыбацкого выселка на берегу Южного фьорда. Якобы местный монах оказался колдуном и с помощью шамана, выкинутого на берег штормом, полностью утопил флот северян. Затем сжег храм Единого бога, оставив на его месте демонический алтарь. И после этого эта парочка ушла в горы.
   Примас Единого тогда настоял на посылке заградительного отряда на перевал, и разведгруппы в поселок.
   Однако ничего удалось обнаружить, кроме сожженных останков двух десятков дезертиров и грабителей. Вот тогда нам впервые следовало обратить внимание на это обстоятельство. Кто из магов сейчас владеет Огненной стеной? - спросил он неожиданно.
   -Так ты считаешь, в этом деле задействован Михтерр?- растерянно спросил граф.
   -Ты извини, но я не понимаю, зачем ему это нужно? Мы с ним никогда не пересекались, и делить нам нечего.
   -Ну, так получилось! - слегка раздраженно продолжил аль Ковар. - Я так понимаю, что монахом у рыбаков был именно он, а после всего шума решил вернуться в свою башню. Ты, конечно, не знаешь, но Михтерр в свое время еще тот ходок по бабам был. Увидел мельком твою Лойзу и проникся. А для него прикончить иридийских магов делать нечего.
   -Озадаченный граф пробормотал:
   -Так, получается, я послал десяток егерей задержать архимага? - сказав это, он истерически засмеялся.
   -Вряд ли это был аль Варен,- скептически произнес. его собеседник. -Тот скорее всего засел надолго в своей башне. Если в нее без него не могли двадцать лет попасть, то теперь, пока он там, туда Магистериум в полном составе не пробьется.
   Вспомни лучше еще раз сообщение с Южного фьёрда, в нем говорилось о монахе и шамане с уродливой татуировкой. Мне кажется, что с Лойзой как раз ехал этот шаман.
   -Но Мерлок, - в очередной раз возмутился граф.- Все наши сведения говорят об одном; из Мермаха выехали два северянина барон Инта дел Сол с сестрой, впоследствии нанятые купцом Адером в охрану до Луганора.
   -А где сведения, как они попали в Мермах? - резонно спросил маг.- Их то, как раз и нет. А татуировку свести для аль Варена плевое дело.
   Граф с магом несколько секунд глядели друг на друга и одновременно воскликнули;
   -Карртин! Только он мог подделать бумаги.
   После этого они несколько сникли. Мерлок аль Ковар не горел желанием ссориться со старейшими магами Антенариву, а граф и тем более, не торопился расставаться с жизнью.
   Посидев в унылых раздумьях, и перечитав показания горожан Себежнеха, они все же решили, что братья аль Варены играли в этом случая эпизодическую роль. А вот таинственный барон Инта, скорее всего и есть тот шаман, с которым Михтерр горными тропами прошел в Мермах. С Лойзой он встретился случайно и почти сразу поругался, что для графа и мага было совсем не удивительно, прекрасно знавших вспыльчивый нрав девушки. Таинственная до этого момента гибель барона Строада с его магом, получала вполне понятное объяснение.
   -Интересно, что он за девку с собой таскает?- поинтересовался аль Грониг. - неужели, действительно сестра? Слышал же, как егеря говорили, что он за нее здоровяку Изену одним движением шею свернул.
   -Меня больше волнует не шлюха, которую он с собой таскает,- хмуро сказал аль Ковар. - А исправный иридийский амулет у него на шее, и сумка в которой может быть любой сюрприз.
   Послушай добрый совет Жермин, - добавил наставительно. - Давай забудем про этого северянина. Наша главная задача в том, чтобы твоя падчерица не доехала до Луганора. Иначе твои призрачные шансы на Восточный архипелаг, станут еще туманней.
   Лицо графа исказилось в злобной гримасе.
   -Ты забываешься, маг! -раздраженно воскликнул он. - Помни, с кем говоришь! Как у тебя язык повернулся такое предложить. По моей земле нагло бродит, то ли шаман, то ли маг северянин, делает, что хочет, не подчиняется законным требованиям моих людей, да еще имеет наглость их убивать! И ты даешь совет оставить его в покое?
   На непроницаемом лице Мерлока аль Ковара не промелькнула даже тень эмоций. Но в душе у него бушевала буря.
   -Как тяжело с короткоживущими, - мысленно сокрушался он. - Им надо все сразу и сейчас. Нет, все-таки его отец был умнее. Впереди замаячила заманчивая цель в кои веки выбраться из вассальной зависимости Луганорской династии и стать, пусть сначала и номинальным, но Владыкой восточного архипелага, а ему надо шамана ловить, тратить впустую время и терять людей
   Так думал старый маг, слушая слова своего теперешнего нанимателя. Дождавшись, когда граф закончит возмущаться от спокойно продолжил свою мысль.
   -Подумай Жермин, сейчас перед нами стоит на кону целая страна, в которой ты сможешь стать полновластным хозяином. И ни в коем случае нельзя размениваться на мелочи. Сколько можно говорить одно и тоже, твоя падчерица должна погибнуть так, чтобы никто и никогда не мог связать это событие с тобой. Вот о чем мы должны сейчас думать, а не о северном баронишке, не гнушающемся варить еду простонародью и есть с ними из одного котла.
   -Да, понимаю я все, - граф устало потер глаза. - Просто начал нервничать, когда сорвалось первое покушение. А ведь так все было продумано. И надо же было этому дикарю вмешаться! - Грониг опять грубо выругался.
   -Хорошо, Мерлок, признаю твою правоту. Придется действовать по твоему плану, завтра возвращаюсь в Мермах , встречаюсь с делегацией архипелага и объясняю им сложившуюся ситуацию, таким образом, что принцесса по счастливой случайности избежала похищения магами Иридии и под охраной стражи продолжила поездку в Луганор. Для усиления охраны к принцессе отправлен отряд егерей и известный маг Мерлок аль Ковар. Пусть видят, что я делаю все возможное для их будущей владычицы.
   Но все таки, Мерлок, если у тебя будет возможность, очень тебя прошу, избавь наш мир от этого поганого северянина. Я не поскуплюсь на оплату. Кстати, можешь для начала натравить на него шпионов примаса, уверен, что они тебе давно намозолили глаза. Мерлок в ответ улыбнулся.
   -Не сомневайся, если северянин ожиданий не оправдает, они просто по пьяному делу сойдут с тракта. А оттуда живым еще никто не возвращался.
   На зов графа в шатер забежал кряжистый сотник и получив распоряжения сразу выскочил за полог оттуда донесся его мощный голос, выкрикивающий команды, и лагерь сразу пришел в движение. Через час все было готово к походу, и только неглубокий ров и канавки вокруг снятых палаток говорили о том, что здесь ночевала пара сотен человек.
   Полторы сотни воинов двинулись за графом, довольные возвращением в Мермахские казармы, к своей обычной службе. Зато пятьдесят егерей, сопровождающие мага, радостными не выглядели. Их пугала неопределенность. Никто не потрудился объяснить им зачем они идут туда, откуда сегодня утром вернулись их товарищи с тяжелыми потерями. Они конечно верили в своего мага, но по слухам, успевшим обойти всех, маг-северянин тоже был не прост.
   Поэтому, когда аль Ковар собрал десятников и объяснил, что их задача не ввязываясь ни в какие схватки, нагнать графиню Лойзу аль Грониг и сопровождать ее до Луганора, народ повеселел. Опытные воины, не раз ходившие трактом через Дикий лес, прекрасно знали, что при соблюдении известных правил, дорога по нему практически безопасна.
   Зато настроение мага было неважным. Полгода назад он впервые посвятил графа в задуманную им интригу. Когда восемнадцать лет назад граф Жермин аль Грониг по велению короля женился на внучке владыки Восточного архипелага, это был просто брак, для укрепления связей между соседними державами.
   Конечно, этого мезальянса никто бы не допустил, если бы не одно обстоятельство. Невеста была беременна. Сын видного сановника из королевского рода, расстался с головой, а вот внучку дедушка любил и поэтому, после недолгих поисков удачно выдал замуж в другую страну.
   Действительно с мужем внучке владыки повезло, он был всегда с ней добр и отзывчив, дарил дорогие подарки, а девочку, родившуюся через полгода после свадьбы, воспитывал, как свою родную дочь. Никто кроме мага не знал этой тайны. Только вот незадача, несмотря на заботу и внимание мужа, здоровье молодой мамы все ухудшалось и через три года, несмотря на лечение, она умерла на руках у безутешного мужа, оставив его с трехлетней прелестной малышкой. Баловали черноволосую красавицу с чуть раскосыми глазами безмерно, сам граф в этом первым подавал пример.
   Однако через несколько лет в соседней стране начались волнения, в результате которых владыка и его оба сына погибли в дворцовых разборках. И тут магу Мерлоку аль Ковару впервые в голову пришла одна интригующая мысль. А когда в той стране начались беспорядки, и во время народных волнений погибли оставшиеся члены королевского рода, маг поделился своими мыслями с графом.
   Выбрав время, когда аль Грониг был в неплохом настроении, он напросился на разговор. Привычно повесив полог молчания, маг спросил:
   -Жермин, последнее время заметно, что ты не очень доволен жизнью?
   Граф, криво усмехнувшись, ответил:
   -Мерлок, ты, наверно, хочешь предложить возможность в корне изменить мою жизнь. Прекрасно знаешь, что мне осточертела провинция, и хотя я здесь сам себе хозяин, увы! Мермах не Луганор с его дворцами, роскошью и всем остальным. Обычный захудалый городишко, в котором с окрестностями не будет и трехсот тысяч человек.
   Но пока герцог Берт аль Миртан остается первым советником короля, мне придется влачить здесь свое существование. -уныло закончил он свою короткую речь. - Но я тебя внимательно выслушаю.
   -Понятно,- резюмировал маг и сделал пасс рукой. На стол графского кабинета спланировал толстенный пергаментный фолиант и сам раскрылся на нужной странице.
   - Это свод законов Империи Восточного архипелага - пояснил аль Ковар. -Джепский язык ты знаешь, прошу, прочитай вот это место. Маг ткнул пальцем в пергамент, и с него поднялось легкое облачко пыли. Граф ехидно улыбнулся.
   -Завидую Мерлок твоей памяти, интересно, когда ты сам открывал эти строки.
   Тот, пошевелив губами, сообщил:
   -Ну, лет сто пятьдесят точно прошло. Да ты читай, читай. Законы там так часто, как у нас не меняют.
   Граф присел к столу и принялся за чтение. Несколько раз за это время он вопросительно поглядывал на свого собеседника, но тот молча кивал, предлагая читать дальше.
   После прочтения, аль Грониг надолго задумался, потом спросил;
   -И ты хочешь, чтобы я поверил в эту чушь?
   Маг не принял ернического тона и серьезно заявил:
   - Если бы те, кто советовали императору отдать внучку тебе в жены, знали об этом законе, такого бы совета, никогда не дали. Хотя кто мог тогда предположить, что после семи лет смуты в Империи не останется ни одного человека, в котором бы текла кровь основателя империи.
   -Так ты считаешь, если Лойза исчезнет, но не будет считаться погибшей, меня изберут консортом? - недоверчивого спросил граф.
   -Несомненно,- веско заявил старый маг. - Таков закон, поэтому в начале тебя выберут консортом, но с моей помощью и твоими талантами, со временем ты станешь настоящим Владыкой восточного архипелага.
   От этих слов у аль Гронига побежали мурашки по коже. Но он уже знал, что согласится с безумным, на первый взгляд, предложением аль Ковара, стать правителем огромного архипелага с миллионным населением.
   Дальше началась рутина подготовки, Очень долго пришлось искать выход на совет старейшин, ждать подтверждения истинности крови Лойзы от оракула. Самое сложное дело было провернуть интригу с бароном Строадом аль Дарниром и его магом, чтобы инициатива похищения исходила от них. Маги восточников никогда не были особо сильны, но определить от рук кого погибла их будущая правительница, они бы смогли. Когда все было сделано, Лойзу отправили в Луганор, за несколько дней до прибытия делегации с островов. И тут случился такой облом. Неизвестно откуда появившийся северянин нарушил великие планы.
   -Сейчас аль Ковар монотонно качался в седле, не забывая следить за окрестностями и прикидывал, не пора ли вообще покончить с этим амбициозным проектом, уж очень много появилось сложностей и проблем.
   Однако в глубине души, ему этого совсем не хотелось. Уж очень однообразной и монотонной была жизнь мага последние годы. Эта интрига явилась тем освежающим душем, вырвавшим его из обыденности, и он упрямо хотел довести ее до успешного завершения.
  

***

  
   Вино оказалось неожиданно крепким и меня изрядно развезло. Наверняка, свою роль сыграли и сегодняшние события, схватка с егерями и лечение Изена, потребовали немало затрат жизненных сил. Заплетающимся языком я попросил отвести меня наверх к Адели. Там рухнул на кровать, едва не придавив сонную девушку, и моментально отрубился.
   Разбудила меня головная боль. Скривившись, я приподнялся, и к моим губам тут же был приложен край кувшина с кисловатым напитком, выхлебав почти половину содержимого, я с вздохом облегчения отвалился от него и с удивлением обнаружил, что его подала мне Адель. Она стояла передо мной обнаженная и, держа кувшин в руке, загадочно улыбалась.
   Чем-то эта улыбка мне не нравилась, и тут я с содроганием на внутренней поверхности розового бедра девушки заметил засохший кровяной потек, а на груди несколько небольших синяков.
   -У тебя месячные? - с робкой надеждой поинтересовался я.
   -Нет, - продолжая улыбаться, ответила та.
   Вскочив с кровати, я понял, что тоже гол, как сокол, а моя амуниция беспорядочно раскидана у кровати. Одеяло также лежало на полу, а на простыне предательски краснело кровяное пятнышко.
   - Все, Инта, теперь я твоя женщина по-настоящему,- приговором прозвучали слова Адели.
   У меня же просто не было слов. Я тупо глядел на улыбающуюся соблазнительную девицу и не знал, что сказать. В памяти о прошедшей ночи не сохранилось ничего.
   Но тут, неожиданно вспыхнувшее желание вышибло все назидательные речи из головы, сам не ожидая такого, я схватил девушку в охапку и вместе с ней снова рухнул на кровать.
   -Я так давно этого хотела,- прошептала Адель, обнимая меня неожиданно сильными руками.
   Однако долго разлеживаться нам не удалось, в дверь комнаты осторожно постучали.
   Быстро одевшись, я открыл дверь. За ней стоял взволнованный вар Адер, при виде меня сразу рухнувший на колени.
   Ваше магичество!- завопил он с порога. - Вы меня без ножа режете!
   Сейчас я читал выражение его лица, как открытую книгу. Оно ясно говорило:
   -Как я сожалею о своем решении взять этого северянина, вдруг оказавшегося магом, столько проблем у меня еще не бывало.
   -Ну, и чего шумим? - спокойно спросил я. Адер заметно струхнул, вспомнив с кем, разговаривает, и продолжил плачущим голосом:
   -Вы меня оставили без охраны, Изен и Элвар сообщили, что с сегодняшнего дня служат вам. Полтора десятка оставшихся вояк без командиров - только тупое мясо.
   -Ну. так, кто в этом виноват, -насмешливо сказал я, -не сам ли охрану разгонял? Всем известно, что ты кучу народа уволил, всё деньги экономил. Вот теперь и думай, что делать.
   Адер не вставал с колен жаловался на превратности судьбы, между жалобами умолял не бросать караван и довести его хотя бы до Уропля, где он сможет нанять новых охранников. Во время беседы Адель лежала тихо и не высовывала даже нос из-под одеяла. Зато Адер, несмотря на все свое лицедейство, нет, нет, а кидал в сторону кровати любопытствующие взгляды.
   -Вот пристал, как чирей к заднице!- с досадой думал я. И тут мне пришла в голову идея, что в караване можно спрятать Адель, тогда не будет особого смысла торопиться и все время ожидать погоню. Ведь никто не знает, что я могу спокойно выходить за пределы тракта, а мое временное отсутствие можно объяснить магическими штуками. Поэтому при необходимости я легко исчезну из каравана и пусть посланцы аль Гронига переворачивают все кверху дном, все равно ничего не найдут. Главное, как следует замаскировать Адель.
   Хорошо, - согласился я, наконец, на уговоры Адера. - пусть пока все остается, как есть. Изен командует охраной до Уропля. Только повара ищи себе другого, у меня без этого будет много проблем по дороге.
   -Отлично!- воскликнул повеселевший вар Адер. - Я осмелюсь предложить вам продолжить путь в моем фургоне, там имеется достаточно места для вас и вашей...,- Тут он на секунду замялся и глянув в сторону кровати тихо добавил. - И вашей прелестной спутницы.
   -Нет, -решительно сказал я, -Адель поедет в фургоне вара Изена, как внучка старой Зейды, кстати ей нужно будет поискать платье попроще, потому, что у нас такой одежды просто нет..
   Из-под одеяла раздались отчетливо слышимые ругательства. Услышав их, Адер поспешил удалиться, не забыв при этом пригласить меня на стаканчик, другой, вина.
   Как только за ним закрылась дверь, Адель выбралась из кровати и, как была - голышом подошла ко мне. После этого открыла рот и вывалила мне на голову кучу претензий. Больше всего ее взбесило то, что до прибытия в Уропль придется изображать прислугу.
   -Ты вообще, так специально сделал! - возмущенно заявила она.- Ты мне мстишь за то, что я воспользовалась твоим состоянием , пока ты был пьян и ничего не соображал.
   -Однако! - удивился я. -Девочка рановато начала выступать, думает, что если мы переспали, то можно мне перечить и выговаривать
   Результатом этих мыслей был звонкий шлепок по розовой заднице и приказ быстро одеваться.
   Спустившись в зал, мы обнаружили, что там меня ожидает вар Изен, нетерпеливо оглядывающийся по сторонам.
   Он уже был в курсе моего разговора с Адером и сейчас его волновал вопрос, каким образом я смогу скрыться от егерей аль Гронига и его мага. А главное, когда начну лечение Ингриды.
   Я особо в подробности вдаваться не стал, пообещав все рассказать немного позже, заказал прибежавшему хозяину завтрак, а потом, отведя его в сторону, заказал еще еды примерно на двадцать человек. Удивленное выражение с лица хозяина моментально исчезло, когда в его лапищу упал полновесный иридийский золотой. Не задав больше ни одного вопроса, он отправил мальчишку за второй поварихой, чтобы справиться с готовкой.
   Я же в это время рассуждал про себя, что в статусе мага есть масса приятных преимуществ. В частности - не задается масса лишних вопросов, зачем, да почему.
   Покончив с завтраком, мы втроем отправились в фургон к Ингриде. Пока я сидел около больной девочки, во второй половине фургона с шумом и криками происходило переодевание Адели. Только я начал слегка понимать с чего следует начать процесс лечения, вскоре пришлось отвлечься, из-за занавески вышла раскрасневшаяся девушка. В простой холщовой юбке и сорочке, да еще в деревянных сабо, она напоминала миленькую Золушку. Слава богу, хватило сил, чтобы не рассмеяться. Внимательно оглядев новый наряд, я заметил:
   -Все неплохо, но уж очень все чистое и свежее. Уважаемая Зейда, - обратился я к старухе. - Вы уж проследите, чтобы Адель, трудилась вместе с вами. А то сейчас по одежде сразу видно, что не работала ни дня..
   Адель, а ты сейчас отдашь мне свой меч,- обратился я девушке. Но тут нашла коса на камень, моя, можно теперь уже сказать, любовница, категорически отказалась с ним расстаться. Удалось только придти к компромиссу, что меч будет припрятан в укромном месте, откуда его можно будет быстро забрать при необходимости.
   После этого я просидел в задумчивости около Ингриды еще с полчаса. Похоже, мне удалось немного раскачать процесс восстановления демиелинизированных нервов, но на этом пока пришлось остановиться. Я попрощался с Аделью, пообещав навестить ее в течение дня. Приободрил Изена, отиравшегося у фургона, объяснив, что пока все идет, как надо.
   Когда вернулся в таверну, там стоял дым коромыслом, все силы были брошены на выполнение моего заказа. Разобравшись, где что лежит, я приступил к делу и гора пирогов, мясных блюд, напитков начала исчезать в моей сумке, но особого удивления это событие у кухарок не вызвало, что меня несколько разочаровало.
   -Тут у них что, маги косяками бродят?- подумал я, раздавая работникам по серебрушке за старание.
   Все заработали еще шустрее, а мне в сумку ушло еще несколько кувшинов вина, не предусмотренных соглашением.
   Закончив с припасами, я вышел на улицу. Солнце чуток поднялось над лесом и светило сквозь легкую дымку тумана. Караван уже готовился к выходу, за сегодняшний день надо будет дойти до следующей станции. Конечно, ничего не помешает в случае чего, заночевать прямо на тракте, но о настоящем отдыхе придется забыть.
   Я шел вдоль каравана и замечал, как возчики, еще вчера обращавшиеся ко мне по-свойски, сейчас старались убраться с дороги, или спрятав глаза, боязливо здоровались.
   -Да и черт с вами, - сердито думал я,- пора привыкать к этому.
   Изен уже сидел на коне, рядом с ним стоял вар Адер, но команды к выходу никто пока не давал.
   -Чего ждем?- тихо поинтересовался я.
   -А, ты еще этого не видел, - спохватился Изен. - Садись на коня, покажу тебе кое-что. Он легонько хлопнул коня по холке и двинулся вперед. Мы проехали по тракту до места, где снова начиналась лесная чаща, и я увидел, как немногим далее через тракт широкой полосой около ста метров, бегут, ползут, прыгают и летят тысячи лесных созданий. На ходу, они периодически набрасывались друг на друга, Какое-то чудище, напоминающее огромного крокодила, неожиданно выскочило на тракт и поползло, оставляя за собой кровавую раздавленную полосу более мелких созданий .
   Мы, видимо прибыли уже к концу этого действа. Число животных , желающих перейти на другую сторону тракта, быстро уменьшалось. Еще десять минут и дорога опустела.
   -Ну, все, - удовлетворенно сообщил Изен, - теперь и нам можно двинуться в путь. До ночи этот переход для животных закрыт.
   После увиденного у меня появилась масса вопросов к спутнику, но пока мы ожидали, идущий за нами караван, я предпочел поехать к месту перехода. Очень хотелось посмотреть вблизи на диковинных созданий древних. Однако меня ждало разочарование, когда я подъехал, последние фрагменты погибших тел исчезали в каменных плитах тракта.
   -Вот так всегда,- послышался сзади голос Изена. - Только дикари могут приносить, добытые ими растения плоды и редких животных. Уже тысячи лет никто из нас даже не пытается охотиться в Диком лесу. Были умники, стрелявшие стрелами с привязанной веревкой, прямо с тракта. Иногда они оставались в живых, но добычи все равно не было.
   Пока до нас не дошли первые фургоны, мы молча глазели по сторонам, пытаясь увидеть хоть что-то в непроницаемой лесной чаще. Периодически спутник посматривал в мою сторону. Я прекрасно понимал смысл этих взглядов, но обнадеживать его раньше времени не хотелось. Да для меня сейчас не составляло труда убрать внешние симптомы болезни его дочери, суставные вывихи, искривления костей.
   Но главное поражение головного мозга, и спинного мозга. Они требовали по настоящему ювелирной работы, и делать ее требуется очень медленно и осторожно.
   Дождавшись фургон с больной я спрыгнул с коня и привязав его повод, забрался вовнутрь. Тяжелого запаха, как рано утром, сейчас здесь не было. Взволнованная Зейда встретила меня радостной улыбкой и сообщила, что больная впервые сегодня пошевелила пальцем ноги.
   Я попросил меня не беспокоить и усевшись рядом с больной погрузился в транс. Через час уставший, как собака, вывалился из этого состояния и стал решать, как быть дальше. Катастрофически не хватало опыта. И тут из-за занавески высунулась недовольное лицо Адели.
   -Эврика! - мысленно воскликнул я и уже вслух сказал:
   -Адель, ты очень кстати появилась, сейчас будешь помогать мне в лечении. Та нехотя подошла ко мне и сказала:
   -Я ничего не понимаю в лечении, ты, наверно, смеешься?
   -Ничего не смеюсь.- ответил я. - Давай, ложись рядом с Ингридой голова к голове. Буду искать, в чем разница здорового мозга и пораженного вирусом.
   На этот раз все проходило по-другому, различия были заметны с первого взгляда. Сейчас я быстро обнаруживал в мозгу больной девочки, пораженные участки, и пытался заставить их работать. Этот процесс меня очень увлек. Так здорово было наблюдать, как после небольшого движения маны, безжизненные серые нейроны внезапно приходили к жизни и по их отросткам начинали искриться нервные импульсы.
Однако, через какое то время в глазах потемнело и я на секунду потерял сознание.
   Очнувшись, увидел, что Адель от моих манипуляций уже заснула, впрочем, как и Ингрида, а из-за занавески слышался храп Зейды. Встав, я прошел вперед и открыв полог, уселся рядом с возчиком. Все-таки внутри воздух был спертым, поэтому сейчас я с удовольствием вдыхал, еще не успевшую исчезнуть утреннюю свежесть.
   Судя по солнцу, было около двенадцати часов и скоро оно начнет жарить по настоящему. Перекинувшись парой фраз с немногословным возницей, я вновь прошел к больной, краткий осмотр показал, что пока все идет, как надо, запущенный процесс самообновления будет продолжаться и без моего участия, другое дело, что тогда все затянется на неопределенное время. Решив не будить это сонное царство, я осторожно выскочил из фургона и пошел вперед в поисках вара Адера, еще с утра приглашавшего меня на стаканчик вина.
   Когда забрался в фургон к купцу, тот пил в одиночестве, сидя за своим походным столом.
   -Пришел,- констатировал он недружелюбно, увидев меня. - А я пью, и все из-за твоих проделок, - сообщил мне он. - Уже потерял кучу денег и еще неизвестно сколько потеряю.
   Говоря все это, он набулькал и протянул мне полный кубок вина.
   -Не все так печально,- в ответ сообщил я и сделал пару глотков, надо отдать должное, вино у купца было замечательное.
   -Если бы меня с вами не было,- продолжил я свою речь, - Сейчас бы ты сидел в темнице Себежнеха, а не пил вино здесь за столом.
   -Да знаю я все,- махнул рукой вар Адер. Надо сказать, играл он крепко подвыпившего человека неплохо. Но меня ему обмануть не удалось.
   -Рассчитывает под пьяную лавочку что-нибудь вынюхать,- подумал я и допил кубок до дна.
   Адер довольно ухмыльнулся и сразу наполнил его вновь. Ход у фургона был очень мягкий, и вино практически не расплескивалось из полного кубка.
   - Вар Адер, хватит изображать пьяного, - сказал я. - Нам надо серьезно поговорить. Ты прекрасно знаешь, что аль Грониг вряд ли так просто от меня отстанет, а по ходу дела может достаться и твоему каравану.
   После моих слов выражение лица моего собеседника резко изменилось. Сейчас на меня глядел совершенно трезвый расчетливый и циничный человек.
   - Господин маг, -вежливо сказал он. - я уже понял свою ошибку и внимательно вас слушаю.
   Мы довольно долго говорили с купцом, прошлись по всем проблемам, беспокоивших меня. Главной из них была легализация Адели, как помощницы Зейды в уходе за дочкой Изена. На мое утверждение, что егеря аль Гронига и его маг не обнаружат меня в караване при всем желании, вар Адер отреагировал так же, как кухарки в таверне, то есть принял это, как должное.
   В конце концов, мне показалось, что основной цели я достиг, Адер понял, что для него будет спокойней, если в его караване нас не найдут, а выдача нас аль Гронигу чревата большими потерями для его кармана и здоровья.
   Закончив с основной частью разговора, я поинтересовался, не имеется ли случайно у вара Адера на продажу книг по магии.
   В глазах купца впервые зажегся огонек интереса.
   -Я могу показать вам кое-что,- сказал он. - Надеюсь, могучий маг не заберет у меня такие редкие книги силой?
   Сказал он это вроде бы в шутку. Но за ней скрывалось и немалое беспокойство.
   Я на такую провокацию не повелся, лишь отрицательно качнул головой.
   Не знаю, успокоило ли это купца, но он, надев на голову обруч со светящимся камнем, полез в другую половину фургона, до отказа забитую различными ящиками и свертками. Копался он недолго и выудив откуда-то небольшой сундучок, вернулся за стол.
   -Я не занимаюсь книгами, поэтому ничего в них не понимаю, принялся объяснять он, открывая сундучок, - Книги достались мне случайно, но знающие люди, к которым я обращался, утверждали, что в Луганоре они уйдут влет за большие деньги..
   С этими словами он начал выложил на стол пяток довольно толстых книжек с обгоревшими переплетами.
   -Понятно, - сказал я, раскрывая первую, пахнувшую жженой кожей, книгу - Похоже, ваш поставщик - один из служителей Единого.
   Купец вздрогнул и ощутимо напрягся..
   -Не стоит так волноваться, вар Адер,- миролюбиво заметил я. - Мне абсолютно все равно, что книги еретиков вместо костра попали в ваши руки, ведь благодаря этому я имею возможность с ними ознакомиться. Кстати, сколько вы рассчитывали на них заработать.
   Вар Адер на минуту задумался, по выражению его лица можно было судить о борьбе жадности с осторожностью, происходившей в нем. Наконец, судя по озвученной цене, жадность с осторожностью пришли к компромиссу.
   Я, конечно, вообще не представлял порядок цен в королевстве за такую литературу, но озвученная сейчас сумма для меня была подъемной.
   -Хорошо, - согласился я. - Цена , думаю, реальная для подобного рода книг, только для начала я просмотрю, стоит ли их покупать вообще. Вы то их, случайно, не читали?- в шутку спросил я у купца.
   Тот в ужасе замотал головой.
   -Что вы господин маг! Даже в руки не брал!
   Я быстро пролистывал обгоревшие страницы, четыре книги оказались практически бесполезными сейчас для меня, теоретическими рассуждениями архимага Аринаса аль Терна о сущности маны, зато пятая порадовала. Открыв обложку, на титульном листе я прочитал название книги; " История развития и становление артефакторики и Принципы построения амулетов до восьмого уровня сложности. как одни из важнейших разделов общей магии, написанные лично главой Магистериума архимагом Михтерром аль Вареном в 4051 году от исхода Древних.
   -Это же надо, как повезло,- подумал я.- Именно то, что мне нужно,- Спасибо Михтерр, удружил, напоследок.
   В ответ на эту мысль, на краткий миг, что-то изменилось в окружающем мире, легкое колебание маны исчезло, оставив меня в раздумьях..
   -Может, в ином, непостижимом мире Михтерр еще помнит про своего последнего, несостоявшегося ученика, которого он так легко отправил в самостоятельную жизнь, - промелькнула у меня запоздалая мысль.
   Через несколько минут книги покоились в моей сумке, а Вар Адер озабоченно разглядывал горку золотых монет на столе.
   Мы опрокинули еще по стакашку вина за удачную сделку, после сообщил собеседнику о решении, сесть на коня, и верхом проехаться по тракту опередив караван. Солнце, как и вчера к этому времени жарило со страшной силой. Но сегодня довольно сильный ветер дул нам навстречу и вчерашней духоты не было и помине.
   Проехав в голову каравана, я увидел, что вар Элвар не спит, как обычно, а ведет оживленную беседу с варом Изеном.
   Увидев меня, они резко замолчали и, уставившись на меня, ждали, что я им скажу.
   Я же, догнав их, поехал рядом и молчал. Некоторое время мы так и двигались. Первым молчание нарушил вар Изен, робко поинтересовавшись, как продвигается лечение Ингриды.
   Я пожал плечами.
   -Делаю все, что могу, остальное в руках Единого.
   Мои спутники одновременно приложили руку к сердцу.
-Через ночевку нас могут нагнать егеря аль Гронига,- не обращаясь ни к кому сказал Элвар.
   -Это как, поясни? - заинтересовался я. - Ведь только на отрезке тракта до первой стоянки нет ночных переходов для зверей, после нее, ночью можно дойти до первого перехода и там придется ждать до утра.
   Наемники насмешливо заулыбались.
   -Мог бы и сам сообразить, -сказал вар Изен. - Они двигаются в два раза быстрее нас, им нет нужды ночевать на первой стоянке. Так, что сегодня у нас последняя будет спокойная ночь. Завтра во второй половине дня они нас догонят.
   -С чего вы так уверены, что нами будет погоня?- удивился я.
   -Ты просто не знаешь Жермина ль Гронига, - сообщил вар Элвар.- Он, как норная собака, если вцепится в горло дичи, то не отпустит ее даже если умрет.
   -Мда, не повезло мне с врагами, - подумал я. Элвар же продолжил:
   -Хотя, не думаю, что он сам отправится в поход. Готов поспорить, что за нами вдогонку отправят Мерлока аль Ковара.
   Изен согласно кивнул.
   -Да, если оставшиеся в живых егеря расскажут, что тут произошло, графу придется отправить мага для поддержки.
   Они оба испытующе взглянули на меня. В их молчаливом взгляде явно читался вопрос:
   -Справишься ли ты парень с архимагом?
   Отвечать на него я не стал, чего зря сотрясать воздух. Только наивно спросил:
   -А что произойдет, если в караване меня и Адели не будет, что тогда?
   Наемники задумались.
   -Думаю, что караван оставят в покое, разве, что у Адера реквизируют пару бочонков вина, а сами отправятся догонять Лойзу с ее отрядом, мне так думается- сообщил Элвар.
   -Тогда в чем проблема? - спросил я. - Завтра меня в караване не будет, а девчонка, помощница старой Зейды, особого внимания не привлечет. Я уж постараюсь, чтобы выглядела она пострашней.
   Мужики засмеялись.
   - Смотри не перестарайся, обиженная женщина, страшнее тигра.
   Я тоже улыбнулся.
   -Да ничего особенного, немного грязи и золы и все. Вечером смоет и снова красавица.
   -А ты куда спрячешься? - полюбопытствовал Изен. Они доставали меня этим вопросом с вчерашнего вечера.
   Оглянувшись, я увидел, что караван на время скрылся за поворотом и нас оттуда не видно.
   Спрыгнув с коня, я прошел по каменным плитам тракта и ступил на обочину. Когда из-под моих ног, недовольно шипя, выползло плоское создание, открывая зубастую пасть, размером не меньше, чем у бегемота, наемники, стоявшие на дороге, дико заорали. Стрела, из арбалета Элвара прозвенев, отскочила от панциря существа и исчезла в зарослях. Я каким -то чудом устоял на ногах и, умудрившись не упасть, спрыгнул с чудища на землю. Продолжая недовольно ворчать, оно уползло в глубь леса. Меня оно полностью игнорировало. Еще немного побродив по мшистой почве, я вернулся на тракт и забрался на коня.
   -Ну, что, все поняли? - нервно улыбаясь, спросил я, все еще отходя от неожиданных покатушек. Ведь видел же мудак ауру зверя, так , нет, захотелось покрасоваться. Не ожидал, что там чуть ли не целый динозавр, замаскировался на ровном месте.
   Наемники потрясенно смотрели на меня. Еще бы, все, что они знали о Диком лесе, нуждалось теперь в полной переоценке.
   В это время первые фургоны каравана неспешно выехали из-за поворота, поэтому беседу мы резко свернули на нейтральную тему. Вскоре все равно пришлось остановиться, мы неожиданно встретились с караваном, идущим во встречном направлении. Остановка продолжалась часа полтора, пока вар Адер и хозяин второго каравана обменивались новостями. Возницы и прочая обслуга тоже время даром не теряли и делились новостями во всю.
   Я на это время остался в одиночестве, и решил заглянуть к своим подшефным. Мой приход, вызвал в фургоне немалую панику, три пожилых женщины, оживленно болтавшие с Зейдой, мигом проскочили мимо меня к выходу. Сама Зейда, кинув на меня укоризненный взгляд, последовала за ними.
   Злющая, как мегера Адель, плюнула им вслед и закрыв полог затараторила:
   -Инта, ты бы слышал, что сейчас этим бабкам рассказывала Зейда! Даже не знала, что так можно врать. Оказывается, ты вчера, сначала стал страшным великаном, затем сжег огромный отряд солдат графа Жермина аль Гронига, а оставшихся в живых превратил в диких грыхов и отправил в лес. Она, когда все это говорила, тыкала меня пальцем в бок и кричала:
   -Да спросите хоть у этой девки, она тоже все видела, не даст соврать!
   На секунду девушка замолкла, а потом возмущенно заявила:
   -Смотри какой мне она синяк поставила своим корявым пальцем!
   Говоря все это Адель завернула юбку до пояса, и показала пальцем на крохотный синячок на бедре. Никаких трусиков там, естественно, не было.
   Открывшийся вид , был настолько соблазнительный, что на какой-то момент все мысли покинули мою голову. С усилием, оторвавшись от демонстрируемых прелестей, я смог сказать.
   - Все понятно, Адель, одерни юбку, вдруг, кто-нибудь зайдет. А мне надо посмотреть Ингриду.
   Адель обдала меня презрительным взглядом и ушла на улицу, где ее голос сразу влился в разговор кумушек, только что убежавших отсюда.
   -Понятно, как ты бедная страдала,- насмешливо подумал я и перенес все внимание на спящую девочку.
   У той пока тоже все было в порядке, начатый процесс самовосстановления нейронов продолжался. Я надеялся, что если это будет происходить в геометрической прогрессии, то через пару дней нервная система Ингриды восстановится, и дело останется только за физическими тренировками для укрепления тонуса мышц.
   Все же я немного подстегнул этот процесс небольшой порцией маны и удовлетворением наблюдал, как нервные импульсы ускорили свой бег.
   К этому времени купцы, видимо обговорили свои дела и наши караваны начала расходиться, на широком тракте это было несложно. Когда я покинул фургон, почти сразу ко мне подъехал Изен и сообщил:
   -Узнал от приятеля, сегодня ночью на станции старого Ресога бесследно пропала Лойза аль Грониг. Свита обшарила все, что могла, но ни мертвой, ни живой найти ее не могут. Начальник охраны сегодня утром повесился. Остальные в панике. Трясутся в ожидании решения Жермина аль Гронига.
  
  

***

  
   В темной келье, без окон, в храме Единого города Себежнеха, освещаемой только тусклым светом лампады сидели несколько человек. В одном из них грузном ширококостном мужчине с окладистой бородой любой прихожанин сразу бы узнал примаса Мермаха, Гензада аль Лезана.
   Примас появился здесь пару лет назад, но успел уже отличиться своей набожностью и преследованием еретиков, ведь население нагорья, не особо отличалось благочестием. В своем рвении он не раз заходил слишком далеко, что грозило экономике края лишними проблемами. И тогда на его пути всегда оказывался граф Жермин аль Грониг, отличавшийся не меньшей волей и жестокостью, чем примас, но за налоги поступающие в столицу отвечал именно он.
   -Братья! - с воодушевлением обратился примас к присутствующим, прячущим свои лица под черными колпаками. - Единый дает нам шанс навсегда убрать с нашей дороги главного еретика Мермаха - отродье рода Гронигов. Наши люди донесли, что он отослал своего мага с частью наемников для сопровождения дочери, едущей в богомерзкую академию Луганора.
   Сегодня граф должен будет проезжать мимо Себежнеха с небольшим сопровождением. В запасе у нас несколько часов. Жду ваших предложений по устранению нашего врага.
   -Ваша святость, - раздался гулкий голос сидевшего рядом монаха. - Не будет ли нашей ошибкой убийство графа? На его место могут прислать человека, гораздо более опасного для нашего дела.
   Примас хищно улыбнулся.
   -Брат Огаст, я рад, что тебя волнует этот вопрос, однако заверяю всех, что наши действия получат наверху самую положительную оценку.
  
   Жермин аль Грониг ехал, как обычно окруженный десятком телохранителей, но без Мерлока аль Ковара чувствовал себя не в своей тарелке. Смутное беспокойство грызло его с того момента, как они свернули лагерь и направились в сторону Мермаха.
   -Когда приедем, из замка нос не высуну, пока Мерлок не вернется, -в который раз подумал он. - Святоши последнее время совсем обнаглели. Не понимаю, чего аль Лезан добивается, Здесь же горцы живут. Если они за мечи возьмутся, нас вырежут за несколько дней.
   Когда на горизонте замаячили стены Себежнеха, граф остановил отряд.
   -Я, пожалуй, надену доспехи, - смущенно сказал он своему помощнику. По рядам воинов, пронесся неясный гул, забрякало проверяемое оружие. Про предвидение Гронигов ходили легенды и сейчас наемники насторожились. Похоже, поездка перестала быть приятной прогулкой.
   Но в ближайший час ничего не произошло, с обветшалых стен Себжнеха, отряд наместника приветствовали согласно правил. Когда город остался позади, аль Грониг слегка расслабился. В это время они ступили на мост, перекинутый через обмелевшую речушку, впадающую в Меру.
   Неожиданно доски моста разошлись, и граф вместе с конем рухнул вниз на речные камни. В ту же секунду от опоры моста отделилась тень и приникла к упавшему человеку, после чего ринулась вверх по речному руслу, стремясь укрыться в кустах на берегу. Щелкнуло сразу несколько выстрелов, и убийца упал, утыканный десятком болтов. Спрыгнувший в пролом моста вслед за графом, оруженосец, обнаружил его мертвым со стилетом загнанным до упора в левый глаз. Перерезав горло, бьющемуся в судорогах коню, он, оглянувшись по сторонам, заметил ближе к берегу в темноте, под настилом легкое шевеление. Подойдя туда, обнаружил четырех зарезанных крестьян, один их которых вроде был еще жив.
   Схватив его за плечи, оруженосец дико закричал
- Кто это был? Говори!
   Крестьянин открыл запекшиеся губы и прошептал:
   -Слуги Единого, я слышал, они говорили по приказу Примаса.
   Глаза его закатились, и он перестал дышать.
   Грубо выругавшись, барон Энджел аль Мориген, наклонившись к телу графа, окончательно убедившись в смерти суверена, вскарабкался по подпиленным бревнам наверх и принялся раздавать приказы. Он, как ближайший помощник графа, прекрасно знал местный расклад сил и не сомневался, что вскоре они будут атакованы боевыми подразделениями храмовников.
   Совещание было недолгим, погрузив тело графа на запасную лошадь и бросив небольшой обоз, отряд на рысях понесся в сторону Мермаха. Барон не сомневался, что в районе башни Михтерра аль Варена, им придется пробиваться с боем. По его приказу злосчастный мост подожгли. Так он планировал поступать со всеми переправами на своем пути. Лишь в дороге он до конца осознал всю значимость смерти наместника. В течение нескольких столетий род аль Гронигов искусно сохранял равновесие между центральной властью и местным населением. Со смертью графа все полетело в тартарары.
   -Это война! - уныло билась мысль в его голове. - Примас, наверно сошел с ума. Нам даже не надо возвращаться в Себежнех. Там все решиться без нас. Беспорядки начнутся уже к вечеру. А к утру ни одного жреца Единого бога в живых не останется. Глупцы сами вырыли себе яму. Тем более, что самое боевое подразделение, без сомнения отправят за нами. И хорошо, пока те будут нас догонять, потеряют кучу времени на переправах. Ну а если нагонят, то мы покажем этим низинникам, как воюют горцы Мермаха! Главное без особых потерь добраться до города и отправить сообщение магу. Хотя бы с ним все было в порядке!
  
   Мерлок аль Ковар, едущий в арьергарде своего небольшого отряда, неожиданно вздрогнул и практически упал на шею лошади, уткнувшись носом в терпкую гриву.
   -Что с вами, ваше магичество, - тревожно спросил подъехавший старший егерь.
   -Уже ничего, -тихо ответил маг, выпрямляясь в седле. У егеря по спине побежали мурашки при виде бледного лица мага, искаженного горестной гримасой. - Граф Жермин аль Грониг погиб.
   Потрясенный егерь закричал:
   -Ваше магичество нам нужно возвращаться.
   -Даже не думай! - прошипел аль Ковар -Графу наша помощь уже ни к чему. Барон аль Мориген опытный военачальник и не нуждается в советах. Наша задача сейчас догнать Лойзу и обеспечить ее безопасность, только после того будем думать, что делать.
   Егеря, ошеломленные страшной новостью и получившие строгую отповедь, продолжили путь, тихо переговариваясь. Зато Мерлоку аль Ковару самообладание едва не изменило. Когда ему в грудь кольнул амулет, сообщивший о смерти графа, он чуть не сжег своих спутников. Да и сейчас он был в таком разочаровании и ярости, что просто боялся лишний раз открыть рот, чтобы случайно никого не убить. По ходу он лихорадочно перебирал в голове варианты своих действий. Но что бы он не придумывал, власть над восточным архипелагом становилась из призрачной практически невозможной.
   -Пожалуй, первый приказ был самым верным, - подумал он, выкинув на время из головы проблемы Мермаха, оставшегося без правителя. -Сейчас все зависит от Лойзы. Интересно, где сейчас она и чем занята?
  
   А первую красавицу Мермаха сейчас бы никто не смог узнать. Огромная светло-бирюзовая улитка размером с легковой автомобиль медленно скользила по засыпанной листьями почве Дикого леса, оставляя за собой тонкий слой слизи двухметровой ширины. Под слизью оставался только приглаженный тяжестью улитки чистый краснозем. Вся остальная органика исчезала неизвестно куда. Если присмотреться внимательней, то можно было заметить легкое свечение образующее вокруг улитки, отдающий синевой, купол. Но легче его было увидеть по вспышкам на его поверхности, в которых сгорали насекомые и мелкие хищники, желающие проверить на зуб, появившееся в лесу новое существо. Улитка двигалась, никуда не сворачивая, пока не уткнулась в ствол огромного дерева. Спрятавшись между его корнями, она убрала вытянутые рожки с фиолетовыми шарами глаз в раковину и застыла в неподвижности.
   За несколько часов до этого.
   Варесса Лойза прекрасно понимала все, что произошло с ней, в ближайшее время узнает и отец. Что он предпримет, она не представляла. Но одним из самых его вероятных решений могло стать ее возвращение в родной замок. Поэтому, она торопила своего кучера и трепала нервы охране, заставляя ее двигаться все быстрее и быстрее. Первую станцию они проехали не останавливаясь, несмотря на недовольные взгляды сопровождения. Зато ко второй они подъезжали практически в темноте, когда в небольшом поселке никто уже не ожидал гостей.
   Но, тем не менее, когда карета остановилась у входа в таверну, оттуда вышел высокий мужчина в поношенной егерской форме и с окладистой седой бородой.
   - Меня зовут вар Ресог,- изрек он вальяжно. - С кем имею честь говорить варесса?
   -Лойза аль Грониг, - представилась девушка, прихрамывая, спускаясь по ступенькам кареты. Она изрядно отсидела ногу на неудобном каретном сиденье.
   Глаза отставного солдата заблестели.
   -Рад видеть вас графиня,- отрапортовал он. - Позвольте поинтересоваться здоровьем вашего уважаемого отца графа Жермина
   У батюшки все хорошо, -благосклонно ответила Лойза. -Вар Ресог, надеюсь, у вас имеются свободные комнаты, я заметила, что на ночевке сегодня целых два каравана?
   -Для дочери графа Жермина аль Гронига у меня всегда есть место,- торжественно заявил хозяин и повлек гостью вовнутрь, усиленно мигая, появившемуся с заспанным видом, сыну.
   Молодой бородатый детина все понял правильно. Через пять минут два, возмущенных до глубины души, купца вместе их девицами были изгнаны из апартаментов черным ходом, бедолагам даже не дали времени по настоящему одеться. А опустевшие номера начали тут же лихорадочно приводить в порядок для высокой гостьи.
   Пока хозяин таверны лично обслуживал нежданную клиентку, в комнатах был наведен идеальный порядок.
   В это же время на улице у костров устраивались на ночевку охранники Лойзы. Собранные за два дня в экстренном порядке они еще не очень хорошо знали друг друга. Чего нельзя было сказать о шестерых крепких парнях, державшихся вместе с самого начала.
   Сержант, командующий всем этим сбродом, знал только, что этих вояк выделил из своего сопровождения сам примас Мермаха, случайно в это время находившийся в Себежнехе с храмовой инспекцией.
   Поэтому, на всякий случай, он предпочитал их пока не замечать, надеясь, что со временем сможет навести порядок в своем воинстве и тогда прижмет к ногтю и этих наглых монахов.
   Сейчас эта шестерка расположилась у костра поодаль от остальной охраны и тихо переговаривалась между собой.
   Вскоре уставшие люди начали укладываться спать. Часовых никто не выставлял. За тысячи лет пользования трактом все прекрасно знали, что ночью никто не сможет пройти на территорию станции.
   Постепенно один, за одним гасли костры, и стихали разговоры. В номере на втором этаже таверны разметавшись на кровати, спала Лойза аль Грониг, уставшая до смерти за прошедший день.
   Поэтому она не проснулась, когда ставень окна слегка сдвинулся и на пол, что-то мягко упало. Тихого шипения и странного запаха она также не заметила.
   Спустя десять минут окно бесшумно открылось и две темные тени скользнули в комнату, их лица были замотаны влажными тряпками. Они также бесшумно подошли к спящей девушке и быстро обернули темным покрывалом. Их движения выдавали немалый опыт в этом деле. Передав свою добычу в окно, ожидающим там сообщникам, они заправили постель и подобрали небольшой кожаный мешочек, лежащий у окна. Затем покинули комнату, не забыв закрыть ставни за собой.
   Шесть темных фигур быстро двигались в темноте к краю тракта, неся с собой длинный сверток. Остановившись на границе с лесом, они с тихим возгласом: "Во славу Единого" зашвырнули сверток за ближайшие деревья.
   Раздался легкий треск ломающихся веток, когда тело одурманенной девушки упало на невысокий куст. И почти сразу раздался шорох , это десятки мелких лесных обитателей неслись к этому месту почуяв пищу.
   Биоморфный симбиот ЭЛ 10 "Улитка", не получая команды носителя, приступил к отражению агрессии чужеродного биологического окружения. Десятки и сотни кровососущих жуков, клещей и комаров, начали исчезать, растворяясь в защитном поле симбиота.
   Однако количество агрессивной живности не уменьшалось, наоборот, начали появляться хищные твари больших размеров.
   Очередное сообщение симбиота о необходимости удалиться из очага агрессии, вновь было проигнорировано носителем. В связи с этим была начата экстренная перестройка тела и кожных покровов без согласия носителя, определяемая только законами роботехники.
   Шестеро монахов уже лежали около тлеющих углей догорающего костра, довольные успешным выполнением задания, поэтому не видели, как в нескольких метрах от тракта исчезла в зеленой вспышке ткань, в которую была завернута девушка, оставив ее полностью обнаженной в кругу двухметрового диаметра с выжженной растительностью.
   Изменения тела начались с конечностей, пальцы рук и ног на глазах начали укорачиваться и втягиваться в кисти и стопы. Само туловище укорачивалось и приобретало округлую форму. Триллионы микроскопических нанитов, выпущенные в кровь, лихорадочно делали свою работу. Неожиданно выскочивший из кустов зверь, покрытый панцирем, вцепился челюстями прямо в живот и, мотнув головой, хотел вырвать кусок плоти. Но это у него не получилось. Челюсти не разжались, прирастая к коже и начали деформироваться, зверек задергался всем телом и, закрыв глаза, бессильно упал на создание, которое уже трудно было назвать девушкой. Сейчас это больше напоминало аморфную массу на поверхности, которой быстро формировалась роговая оболочка из растворяющегося зверька. Еще один зверь, напоминавший уродливую лису размером с теленка, осторожно нюхая воздух, подошел к загадочному объекту.
   Искин симбионта немедленно отреагировал еще на один живой образец органики. Из роговой оболочки вылетели несколько щупалец и схватив неудачливого зверя повлекли его к перестраиваемому биоморфу. Сейчас уже стал понятно, что он представляет собой огромную улитку. На высоких рогах взметнулись вверх огромные фиолетовые шары глаз, начавшие сканировать окружающее во всех доступных биоморфу диапазонах. Но тут, неожиданно появившиеся хаотические, панические мысли носителя начали мешать проводимым изменениям.
   Создав дополнительные блоки анализа поступающей информации, искин мгновенно оценил сложившуюся ситуацию и погрузил неподготовленное сознание носителя в своего рода анабиоз, из которого планировал выводить его постепенно, чтобы избежать психических расстройств личности.
   До полного преобразования в боевую форму, биморфу не хватало еще около тонны живой массы, однако вся окружающая органика была уже усвоена и светло-бирюзовая улитка высотой около метра бесшумно двинулась вперед, поглощая ворсинчатым эпителием единственной ноги всю биомассу, находящуюся на поверхности земли и с каждым пройденным метром увеличиваясь в размерах. Пройдя, таким образом, около километра, она закончила свой путь в корнях огромного дерева, где включила режим маскировки. Все жизненные процессы в ней замедлились, и только искин биоморфа не прекращал работу, вырабатывая действия по выводу сознания носителя из принудительного анабиоза. Но даже мощному искину древних понадобилось несколько часов, чтобы решить эту проблему. Уж очень велика была разница между мозгом его создателей и местных аборигенов. Когда небо над лесом начало светлеть, биоморф, наконец, приступил к пробуждению своей хозяйки.
   Первым пришло ощущение тепла, как будто бы она -Лойза лежала обнаженная под нежарким солнцем, Затем появился странный грибной запах.
   За ним пришла первая мысль.
   -Где я? Почему вокруг темно? Что произошло?
   Она попыталась крикнуть и только тут осознала, что не может этого сделать.
   Нарастающую панику остановил приятный мужской баритон. Голос шел, как бы со всех сторон и успокаивающе шептал:
   -Все хорошо, расслабься, сейчас ты увидишь все, что произошло. Смотри!
   Перед внутренним взором девушки за секунды пролетели события нескольких дней, начиная с того момента, как она подняла с пола в гостинице Себежнеха небольшую фигурку улитки..
   Несмотря на скорость показа событий, все они остались в памяти до мельчайших подробностей.
   -Странно,- подумала она. - Почему я так спокойна? Не кричу, не теряю сознание? Даже не задаю вопросов. Может, я умерла? Или это просто сон?
   - У тебя заблокирован эмоциональный фон,- раздался голос искина. - Его можно будет открыть, когда ты полностью осознаешь сложившуюся ситуацию.
   Лойза всегда легко схватывала все новое, и сейчас она необычайно быстро разобралась в случившемся.
   То, что ей "случайно повезло" активировать артефакт Древних, забытый бароном Интой, и когда появилась серьезная опасность, артефакт превратил ее в огромную улитку, она сообразила практически сразу
   Сейчас ее интересовали две вещи, как она смотрится в виде улитки и возможен ли возврат к прежнему облику.
   Как ни странно, но внешний вид биоморфа ей понравился, и она вздохнула с облегчением. Еще больше она обрадовалась, когда узнала, что сможет принять свой обычный вид, когда захочет.
   Однако радость появившаяся на секунду, быстро исчезла, когда перед ней во всей своей сложности встал вопрос, как дальше поступить?
   Искин биоморфа в этом ей помочь ничем не мог. Он только сообщил, что на данный момент ей ничего не угрожает. Хотя за пределами поисковых эффекторов могут находиться хищники, представляющие опасность даже для боевого биоморфа, созданного для борьбы с не особо крупной фауной давно забытой в тысячелетиях болотистой планеты Эферны. Другие вопросы лежали за пределами его компетенции.
   Лойзе, как ни странно, было вполне комфортно осознавать себя огромной улиткой. Мысли в сознании текли необычайно легко и быстро укладывались в нужные заключения.
   - Никуда не ухожу отсюда, - решила она - Пока на станцию Ресога не прибудет отец с воинами. Хотя, скорее всего он отправит за мной аль Ковара.
   Мысль о том, что вскоре здесь также может появиться барон Инта, ее неожиданно взволновала. Покраснеть ей не удалось, зато защитное поле биоморфа начало усиленно потрескивать.
  

***

  
   Элвар с Изеном ошиблись. Несмотря на то, что наш караван сегодня двигался очень медленно, егеря во главе с аль Коваром, нагнали только на подходе к станции Ресога.
   Уже смеркалось, когда я почувствовал приближение аур десятков людей. Аура личного мага графа сверкала среди них ярким светляком. До Михтерра ему было далеко, но иридийцам, недавно уничтоженными мной, он ничем не уступал, и был явно сильнее Мриаса аль Торена.
   Вздохнув, я спрыгнул коня и отдав повод Элвару, пошел по тракту постепенно пропуская караван вперед. Все было обсуждено на сто раз, и говорить ничего не пришлось. Отстав от каравана, я зашел в лес.
   Напряжение было страшное, я шел, раздвигая ветки, ежесекундно ожидая внезапного нападения со всех сторон. Однако шла минута, за минутой и ничего не происходило. Живность Дикого леса игнорировала меня напрочь. Чего нельзя было сказать о растительности, колючие ветки периодически хлестали по лицу, цеплялись за одежду.
   -Ну, погодите, - мстительно пробормотал я и начал копаться в сумке. Вытащив оттуда нечто вроде мачете, с оттяжкой ударил им по ближайшему стволу. Рука почти не ощутила сопротивления, а деревце мягко завались набок.
   го! Совсем другое дело,- обрадовано подумал я и пошел по лесу, параллельно тракту, прорубая узкую тропинку в почти непроходимой чащобе.
   До тракта было около пятидесяти метров и в аурном зрении было хорошо видно все происходящее на нем.
   К моему удивлению, отряд егерей даже не замедлил хода, обгоняя караван, и уж тем более не устраивал никаких обысков.
   -Может, Мерлок аль Ковар планирует все это сделать на стоянке? - пришло объяснение мне в голову. - Ну, конечно, чего суетиться на тракте, если впереди в получасе пути все будут вынуждены остановиться на ночлег.
   Мне же торопиться было некуда, поэтому я, сбавив шаг, начал уделять больше внимания окружающему. Волнение первых минут прошло, и сейчас я внимательно разглядывал ночных животных, встречающихся у меня пути. Их безразличие к моему присутствию начинало раздражать, они вели себя так, как будто меня не существует.
   Так продолжалось около часа, затем впереди появился просвет,
   -Ясненько, добрался до станции, - констатировал я и направился ближе к открытому месту, чтобы понаблюдать, что там творится.

***

  
   Мерлок аль Ковар рассчитывал застать караван вара Адера только на стоянке, поэтому удивился, увидев его еще идущим по тракту. В данный момент караван его практически не интересовал, граф мертв, а магу не хотелось терять время и силы на поиски загадочного северянина. Хотя он бы и не отказался взглянуть на него поближе, ради научного интереса.
   -Поговорю на стоянке с Изеном, узнаю подробности, заодно посмотрю, как дела у его дочки, -думал он, обгоняя медленно двигающийся караван.
   Однако все эти мысли вылетели у него из головы, когда на стоянке его встретил понурый вар Ресог и рассказал об исчезновении предыдущей ночью Лойзы аль Грониг из таверны.
   Диким усилием воли аль Ковар сдержал свой порыв сжечь старого отставника. Сделав несколько глубоких вдохов, он сквозь сжатые зубы начал отдавать приказы.
   Вскоре охранники Лойзы лежали связанные у костров со ртами заткнутыми кляпами. Больше всего егерям пришлось возиться с шестерыми бойцами, оказавшими нешуточное сопротивление. Один из них был убит, а еще один наплевав на опасность, кинулся в лес. Преследовать его, конечно, не решились.
   Работников таверны просто закрыли под замок в одном из помещений. За всеми этими перипетиями в начинающейся ночной тьме следили из каравана вара Адера, расположившегося поодаль. Купцу настоятельно рекомендовали сидеть тихо и не высовывать нос за свои фургоны. Однако, хотя в ночи почти ничего не было видно, караванщики все гадали, что происходит, и чего так разбушевался известный маг.
В караване к этому времени далеко не все знали о исчезновении Лойзы аль Грониг. Однако вскоре эта новость стала общедоступна. Собравшись в кружок, охранники каравана обсуждали, куда могла пропасть дочь графа, но больше всего говорили о сержанте, найденным повешенным на конюшне. Никто не сомневался в том, что повесился он от страха, большинство его жалело, в Себежнехе у него остались жена и трое детей.
   -Зря он это сделал,- авторитетно заявил вар Изен. - Не сомневаюсь, маг быстро найдет виновников и жестоко накажет их.
   Тут, кто-то из присутствующих сообщил, что случайно услышал разговор егерей, обсуждавших смерть графа Жермина аль Гронига. На какое-то время все замолкли, переваривая такую новость. А Изен с Элваром многозначительно переглянулись, странное поведение мага теперь стало намного понятнее.
   -Инта мог бы не прятаться в лесу,- тихо сказал Изен приятелю. В ответ тот пожал плечами и сообщил:
   -Кто же знал, что здесь такие дела закрутятся.
   Мерлок аль Ковар, тем временем, сделал рабочий кабинет в зале таверны и несмотря на поздний час, начал допрос с себежнехских охранников. Почти три часа ушли впустую, пока к нему в кабинет не приволокли крепкого парня, одного из шестерки оказавших сопротивление.
   Привычным усилием воли маг погрузил того в сон и начал задавать вопросы. К своему удивлению он обнаружил ментальный блок у допрашиваемого. Для аль Ковара преодолеть такой блок не представляло сложности, и вскоре охранник рассказал все, что знал. Знал он немного, но достаточно, чтобы погрузить мага в депрессию. Тот до этого момента не сомневался в том, что Лойза жива, ее амулет не подавал тревожного сигнала. Но что она может находиться в лесу, до него дошло только сейчас. Вот только почему она еще жива и каким образом, найти и вывести ее оттуда, аль Ковар попросту не представлял. Зато пытки, которые он готовил примасу Мермаха, яркими картинами вставали в его воображении.
   Поняв, что молодой послушник больше ничего не знает, а их командир убит, маг коротко приказал:
   - На кол его, и сообщников тоже!
   Пленник по-поросячьи взвизгнул и забился в крепких руках егерей, моля о пощаде.
   Маг брезгливо глянул на эту картину и вышел из кабинета, предупредив охрану, что хочет пройтись по тракту.
   После тускло освещенного зала таверны на улице царила непроглядная темень. Из леса доносились крики неведомых зверей. Грубый рев хищников инфразвуком подавлял людишек, осмелившихся зайти в глубины Дикого леса. Аль Ковар поежился, по телу непроизвольно побежали мурашки, после особо сильного рыка, раздавшегося почти рядом с таверной.
   Маг перешел на ночное зрение и зашагал к краю леса. Там, идя по краю тракта, он пытался уловить ауру свой воспитанницы. Мыслей, закрыть себя защитным куполом и сойти с тракта в лес у него не возникало. Его память хранила факты десятков смертей магов, возомнивших, что они могут беспрепятственно бродить по здешним чащам.
   Прошло немного времени, и к лесному шуму присоединились пронзительные вопли жрецов Единого, сажаемых на кол. В груди у мага шевельнулось слабое чувство удовлетворения, но оно не могло погасить той боли и ярости, бушевавшей в ней.
   Он шел вдоль кромки леса и отошел почти на километр, когда из кустов вышли три высокие человеческие фигуры и спокойно ожидали, когда маг подойдет к ним.
   -Дикари! Наверняка они что-то знают о Лойзе.! - решил аль Ковар и с пробудившейся надеждой зашагал в их сторону.
   Чем ближе он подходил, тем мощнее казались фигуры, ожидающих его разумных Дикого леса.
   Аль Ковар далеко не первый раз встречался с лесными обитателями, но каждый раз испытывал неприятное чувство, когда тебя с интересом разглядывает существо ростом под два с половиной метра роста, с огромными мышцами, перекатывающимися под покрытой пушком кожей, способной моментально менять окрас. И к тому же дикари обладали полным иммунитетом к ментальному воздействию.
   Подойдя почти вплотную, он узнал одного из троицы. Лицо дикаря, покрытое шрамами, ощерилось зубастой гримасой, что по их мнению означало приветливую улыбку.
-Здравствуй Шушешенкшикай Шушкай! Рад видеть тебя в добром здравии,- почти без запинки произнес маг на языке племени, мысленно радуясь, что в его памяти осталось имя этого вождя.
   -Я тоже рад тебя видеть маг,- тонким писклявым голосом ответил вождь. Его лицо при этом напряглось и покраснело. Для аль Ковара в этом не было ничего удивительного. Он давно знал, что дикари между собой общаются на высоких звуках, недоступных человеку, и сейчас вождь изо всех сил понижал голос, чтобы быть услышанным.
   На троице обступивших его мужчин не было никакой одежды, зато на широких поясах висела масса колющих и режущих орудий. Половые органы были надежно укрыты, выступающими в паху, кожными складками. Небольшие округлые уши находились в постоянном движении, ловя каждый подозрительный звук.
   -Нет нужды напрягать голос вождь,- перейдя на ультразвук, сообщил аль Ковар. - Я давно усовершенствовал свой слух и голосовые связки и теперь, хоть с трудом, но могу разговаривать с тобой.
   Говоря эти слова, он в свою очередь невольно сморщился. Вся какафония ночного леса, неслышимая до этого момента, обрушилась на его слуховые рецепторы.
   -Что-то я перестарался,- подумал маг и понизил чувствительность. Сильно это не помогло, но все же можно было разговаривать с собеседниками, не гримасничая.
   -Мой народ обеспокоен,- сразу приступил к делу Шушкай.- рядом с нашими домами появился неизвестный зверь.
   Аль Ковар, рассчитывавший что-нибудь услышать о Лойзе, насупился.
   -Вождь, ты же знаешь, я ничем тебе не могу помочь в таких случаях.
   -Можешь, - сообщил тот без тени сомнения.- Сейчас этот зверь спит в корнях грованта в кроне которого построены наши дома. Вот эти два охотника, - вождь показал на своих спутников. - Жжудай и Харжай прошли по его следу и обнаружили странные вещи, после чего послали мне зов.
   -Я то здесь причем?- переспросил, начинающий закипать маг.
   Шушкай неторопливо продолжил.
   Мы теперь знаем, что прошлой ночью люди выкинули в лес молодую женщину. От нее остался запах магии, твоей магии Мерлок аль Ковар! Никогда на моей памяти и памяти моих предков вы -люди не жили в лесу дольше десяти моих вдохов.
   Но эта девушка не погибла, а превратилась в зверя, притом магического, который затем приполз к нам. Мы не знаем, что с ним делать, Маг, если это твоя работа, прошу, позови этого зверя обратно. Он чужой нашему лесу.
   -Погоди! - воскликнул ошарашенный новостями аль Ковар. - Почему вы решили, что я в этом замешан?
   - У нас нет в этом сомнений, - бесстрастно сказал вождь. - До того, как обратится в зверя, эта девушка оставила достаточно запаха, чтобы понять, кто был ее учителем в магических искусствах.
   Мерлок аль Ковар озадаченно молчал, не зная, что сказать. Мысли в голове потеряли стройность и логичность, чем он всегда гордился.
   -Несомненно, старый вождь говорил о Лойзе, но каким образом она превратилась в зверя, пугающего даже лесных дикарей?
   Внезапно Шушкай замер, как будто к чему-то прислушивался.
   Через мгновение он отмер и быстро проговорил:
   -Мы уходим, к твоему зверю пришел Древний.
   Троица нырнула в лесную чащу не шевельнув единого листика, оставив мага в полнейшей растерянности.
   -Мало мне зверя, теперь еще и Древний появился,- пробормотал он и усевшись прямо на каменные плиты тракта схватился руками за голову, как будто хотел выжать из нее последние мозги. А затем замер в неподвижности.
   Только, начинающийся рассвет нарушил его сосредоточение. Егеря, давно обнаружившие, где находится их командир и сидевшие поодаль, начали негромко переговариваться.
   Маг с кряхтением поднялся и стряхнув мусор с одежды, направился в сторону таверны. Проходя мимо своих подчиненных, ожидавших распоряжений, он сухо сообщил:
   -Остаемся пока на месте. Так, что займитесь обустройством лагеря.
   Наткнувшись, на казненных по его приказу послушников, он окинул их равнодушным взглядом. Тем не менее успел отметить, что перекладины на колах были прибиты ниже, чем положено. Из-за этого все послушники померли раньше времени, и почти не мучились. Кивком, он указал, идущему за ним егерю на этот недочет. Тот заметно смутился, но глаз не опустил.
   -Ну, и ладно,- неожиданно для себя решил аль Ковар, - не буду же из-за этого наказывать своих людей. Хоть с нарушениями, но приказ выполнили, все-таки не каждый день жрецов Единого на кольях рассаживаем. Хотя ерунда теперь все это. Примас Гензад аль Лезан перехитрил сам себя. До него до сих пор не дошло, что он сам и его подчиненные были живы до сих пор только потому, что аль Грониг не хотел ссориться с королем.
   -Наверняка, сегодня волнения охватят все нагорье, но теперь это проблема первого министра, затеял интригу на пару с Великим примасом, так продумай ее до конца -мстительно подумал он. Но тут его мысли вернулись к собственным заботам и злорадные рассуждения о проколах и разборках между королевским двором и жрецами, претендующими на всю полноту власти в королевстве ушло на задний план.
   Он уже с ночи пришел к выводу, что остается только ждать и молиться, что этот, неведомо откуда взявшийся, Древний вернет Лойзе прежний вид.
   Шансы на это казались микроскопическими, и маг не собирался надолго задерживаться на этой станции. Для себя он решил окончательно:
   - Если за сутки никаких новостей не появится, отправлю егерей в замок Гронигов, а сам, от греха, укроюсь на время смуты в своей башне в пригороде Мермаха. Там наверно все пылью покрылось, так хоть порядок наведу, да книгу продолжу писать. Скоро сезон дождей начнется, так, что года полтора в запасе у меня будет до конца этой заварухи.

***

   Я с удобством развалился в развилке толстого дерева, его мягкая, упругая кора грела не хуже комфортного дивана. Наблюдательный пункт получился великолепный. И что-то подсказывало - это дерево с такой целью использую не я один. Уж слишком заметная к нему бежала тропка. Кто-то периодически сюда наведывался проверить, как идут дела на станции.
   Наблюдая за суматохой царившей на стоянке, решил перекусить, но насекомые, индифферентно относившиеся ко мне, сразу слетелись на вытащенный бутерброд. Пришлось перекус отложить на потом.
   Убирая еду обратно в сумку, я увидел, как на стоянке вспыхнула короткая схватка. Егеря схватили несколько человек из охраны Лойзы и начали их связывать. Одного сопротивляющегося, без разговоров прирезали. Но второй ухитрился вырваться и ринулся в сторону леса. Его никто не преследовал. Вдогонку раздавались только презрительные крики.
   Беглец забежал в лес практически напротив наблюдательно пункта и быстрыми шагами направился прямиком ко мне. Буквально через пару секунд он уже отмахивался от черной тучи насекомых, гудевшей вокруг него.
   -Может, успею допросить бегуна, пока его не сожрали?- подумал я и соскользнул с дерева. Бредущий на ощупь страдалец был уже в нескольких шагах от меня, когда рядом что-то промелькнуло. Вместо головы у стоявшего рядом человека вдруг появился пятнистый серо-зеленый капюшон.
   В ступоре я наблюдал, как этот капюшон толчками насаживается на голову, затем плечи.
   -Да это же пасть удава!- осенило меня, наконец. Чудовищных размеров удав, насадив себя до пояса жертвы, поднял голову вверх и еще шире раскрыл зубастую пасть. Болтающиеся в воздухе ноги скользнули в нее, как по маслу. Удав с чмоканием захлопнул челюсти и повернул голову ко мне. Его глаза, огромными черными дисками равнодушно смотрели на меня. Он был так близко, что я мог сосчитать чешуйки на его носу. Затем голова повернулась в другую сторону, и удав полутораметровой толщины с легким шорохом заскользил мимо меня.
   Ждать, он закончится, у меня не хватило терпежа. Я побрел в ту же сторону, мысленно издеваясь над своим желанием поговорить с беглецом.
   Шел совсем недолго, когда обнаружил странную широкую полосу голой земли, кое-где покрытую высохшей слизью.
   Странное чувство появилось, когда я попытался разглядеть ее в аурном зрении. Создавалось впечатление, что здесь проползло существо, имеющее отношение одновременно к Древним и Лойзе. Забыв обо всем, я ринулся по следу в обратную сторону, ведущую к тракту. Пробежав метров сто, почти уперся в дорогу, до которой осталась совсем чуть-чуть..
   Глядя на выжженное пятно с силуэтом девушки, я начал понемногу соображать, что здесь произошло. Вскоре обнаружил, что магическое действие привлекло не только меня. В мягкой почве хорошо были заметны следы босых ног, напоминающие человеческие, только шестидесятого размера.
- Дикари тоже интересовались,- сразу понял я.
   Побродив вокруг, вычислил, что Лойзу в этом месте выкинули с тракта, а дальше в действие пришел артефакт, так удачно выпавший у меня из сумки.
   Идти по следам гигантской улитки было несложно, на ее пути не осталось ничего, ни сучьев, ни мелкой растительности и прочего.
   Шел я недолго, буквально через пятнадцать минут впереди появилось голубоватое свечение. Ускорив шаг, вскоре подошел к огромному дереву, его ствол был метров шестьдесят в диаметре, а корни, отходящие от него, выпирали из земли бугристыми щупальцами высотой в два человеческих роста, между двумя такими корнями лежала огромная светящаяся улитка, спрятавшаяся в раковину.
   -Это Лойза! - подсказала мне интуиция, последнее время не дающая сбоев.
   Только подойдя к улитке вплотную, я понял, какая она большая. Прости гигантские корни дерева, скрадывали ее размеры.
   Вокруг нее вихрями маны кружился защитный купол.
   -Да у меня такой, пожалуй, не получится,- честно признался я себе.
   Остановившись, не доходя до него метра два, я уселся на выступ корня и громко спросил:
   -Лойза, это вы?
   Улитка резко вздрогнула, защитный купол затрещал, усиливая напряженность поля. Неожиданно панцирь приподнялся и два высоких изящных рога с полуметровыми шарами фиолетовых глаз, выросших из-под него, нависли надо мной.
   -В голове тихо застучали молоточки, они стучали все быстрее и перешли в удивленный голос Лойзы.
   -Барон, что вы здесь делаете? Как вы меня нашли? Почему вы еще живы?
   Неожиданно в ее голосе зазвучала паника.
   -Ох! Барон, ради всего святого! Не смотрите на меня. Я, наверно, выгляжу ужасно!
   - Неправда,- искренне возмутился я. - Вы самая красивая улитка, какую я видел в жизни.
   От биоморфа прокатилась волна удовольствия и следом вновь посыпались вопрос за вопросом.
   Однако ответить на них я не успел, не прошло минуты, как вокруг нас появились десятка два человеческих аур. Большинство разглядывало нас сверху, из кроны гигантского дерева. Еще несколько прятались в кустах.
   Видимо Лойза их тоже заметила, потому что в верхней точке защитного купола появилось оранжевое колечко, начавшее быстро раскручиваться, одновременно увеличиваясь в размерах.
   -Наверно, какое-то оружие,- тревожно подумал я, но никаких действий предпринять не успел.
   Из кустов появился высокий чуть сгорбленный человек. Его кожа при ходьбе мгновенно меняла окрас под окружающую растительность. Судя по лицу, это был пожилой мужчина.
   Он бесшумным, скользящим шагом подошел к нам и, глубоко поклонившись, сказал:
   - Шушешенкшикай Шушкай, вождь племени Грованта приветствует Древнего и его зверя.
   Немного помедлив, он спросил на ломаной интерлингве:
   - Скажи Древний, твое появление означает, что вернулись времена, от которых до нас дошли только предания? И племя Грованта вновь начнет помогать вам, охотится на хищников нашего леса?
   Мысленно посоветовав Лойзе успокоиться, я встал и с удивлением понял, что собеседник почти на полметра возвышается надо мной.
   -Ничего себе рост,- промелькнула мысль в голове.- Ему бы в баскетбол играть, цены бы не было.
   Вторая мысль была:
   -Дикарь дикарем, а на интерлингве говорит.
   Вождь, между тем терпеливо ожидал моего ответа.
   Я смущенно кашлянул, не зная, как объяснить свое появление. Было совершенно ясно, что эти люди мгновенно вычислили во мне чужака, а Древним считают из-за того, что в их лесу хожу без малейшей опаски.
   -Нет, вождь, не могу тебе обещать такого, - был мой ответ, - я появился здесь только забрать этого зверя, Мы скоро уйдем отсюда, и не будем вмешиваться в вашу жизнь.
   -Это хорошо,- удовлетворенно сказал вождь.- Хотя предания и говорят о вас много странных вещей, но мы долгие годы жили без покровительства древних и сейчас нам оно не нужно. Но в память о прошедших временах я приглашаю тебя и твою женщину на трапезу.
   -Однако! - восхитился я проницательностью дикаря. Догадаться, что огромный незнакомый зверь, по сути, является человеком совсем не так просто.
   Лойза, не понявшая ничего из нашего разговора, воспользовавшись паузой начала меня расспрашивать, о чем мы беседовали.
   -В гости нас пригласили, - объяснил я. - Так, что прими, пожалуйста, более подходящий облик для визита.
   -Но я не могу, меня сразу съедят лесные звери! - испугалась та.
   -Тогда тебе придется подождать меня здесь, надеюсь, надолго я не задержусь,- сказал я и сделал вид, что собираюсь следовать за вождем, направившемуся к стволу гигантского дерева.
   -Нет! Подожди, я не хочу оставаться одна! - заволновалась девушка. -Сейчас попробую измениться.
   Контуры огромного тела улитки задрожали и начали расплываться, на землю с него хлынули ручьи неприятно пахнущей воды. Трансформация произошло неожиданно быстро и через несколько минут обнаженная девушка стояла посреди небольшого озерца. Роскошные черные волосы струились по ее плечам. Она смотрела на меня в упор и смущенно улыбалась. Как и в первый раз, когда ее увидел, от этой красоты у меня захватило дух.
   Шагнув в лужу, я взял ее на руки и осторожно опустил на мшистую сухую почву. Вынув из сумки запасную одежду Адели, помог ей одеться. Лойза мою помощь принимала, как должное, хотя судя по розовеющим щекам, она была ей приятна.
   Сразу после трансформации защитное поле вокруг Лойзы резко уплотнилось. В аурном зрении оно было вообще непроницаемым, как будто вместо девушки рядом со мной стоял сине-бирюзовый кокон.
   В бесстрастном лице вождя, внимательно наблюдавшим за нами, ничего не изменилось. Он подошел к лестнице, вьющейся вокруг ствола и приглашающе махнул рукой.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Словарик
  
   Вага - приставка к имени взрослого мужчины
   Бага - приставка к имени замужней женщины
   Мената- девушка не спавшая с мужчиной
   Катода - хижина на сваях с бамбуковым полом и пальмовой крышей без стен.
   Котека - чехол на член
   Чинари- украшение котеки.
   Абуки -славословие
   Пака -грех.
   Орурума - атолл -место попадания ГГ в новый мир
   Каренану - остров, где герой живет с дикарями и учится шаманскому искусству.
   Тирами - название племени
   Короро - местное название духового оружия индейцев Южной Америки, и японских ниндзя, стреляет короткими отравленными стрелками
   Нордвиг- житель северного архипелага.
   Антенариву - огромный остров, вытянутый с востока на запад, окаймленный по южному берегу высокими горами. Большую часть острова занимает королевство Луганор, с одноименной столицей на северном берегу острова.
   Мермах- крупный город на мермахском нагорье, перед грядой Скалистых гор южного побережья Антенариву у истоков Меры.
   Себежнех- крупный город-порт на реке Мере.
   Уропль - небольшой город расположенный в дне пути от Дикого леса на север.
   Михтерр аль Варен - выдающийся маг, ученый Луганора
   Граф Жермин аль Грониг крупный феодал, владыка предгорий и наместник Мермаха.
   Лойза аль Грониг якобы его дочь ( на самом деле падчерица)
   Барон Строад аль Дарнир крупный землевладелец. Мечтает стать наместником Мермаха, выдав свою дочь замуж, за сына первого министра короля герцога Берта аль Миртан.
   Мриас аль Торен - личный маг барона
   Криста аль Дарнир - дочь барона Строада
   Мерлок аль Ковар - личный маг семьи Грониг
   Великий примас Луганора Шервил аль Тор
   Примас Мермаха Гензад аль Лезан
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 6.35*159  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  С.Шавлюк "Начертательная магия 2" (Любовное фэнтези) | | Л.Тимофеева "Заклятье для неверной жены" (Юмористическое фэнтези) | | Л.Сокол "Заставь меня влюбиться" (Молодежная проза) | | М.Старр "Пирожки для принца" (Попаданцы в другие миры) | | Е.Горская "Я для тебя сойду с ума" (Любовное фэнтези) | | Ю.Меллер "История жизни герцогини Амальти" (Любовное фэнтези) | | П.Флер "Поцелуй василиска" (Попаданцы в другие миры) | | Кьяза "Офисные записки" (Современный любовный роман) | | В.Лошкарёва "Хозяин волчьей стаи" (Любовная фантастика) | | А.Анжело "Сандарская академия магии. Carpe Diem." (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Котова "Королевская кровь.Связанные судьбы" В.Чернованова "Пепел погасшей звезды" А.Крут, В.Осенняя "Книжный клуб заблудших душ" С.Бакшеев "Неуловимые тени" Е.Тебнева "Тяжело в учении" А.Медведева "Когда не везет,или Попаданка на выданье" Т.Орлова "Пари на пятьдесят золотых" М.Боталова "Во власти демонов" А.Рай "Любовь-не преступление" А.Сычева "Доказательства вины" Е.Боброва "Ледяная княжна" К.Вран "Восхождение" А.Лис "Путь гейши" А.Лисина "Академия высокого искусства.Адептка" А.Полянская "Магистерия"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"