# Лекции Президентам. Часть 11 и часть 12

Роман Тадеушевич Ключник

Часть 11 и часть 12 книги "ЛЕКЦИИ ПРЕЗИДЕНТАМ ПО ИСТОРИИ, ФИЛОСОФИИ И РЕЛИГИИ".

ЧАСТЬ ОДИННАДЦАТАЯ


Февральская революция


## Глава 1. Февральская революция


Ситуация в российском обществе накалялась всё больше. Немаловажную роль в этом недовольстве сыграл резкий рост цен на продовольствие начавшийся с конца 1915 года. Э. Радзинский в своём исследовании отмечает, что в 1916 году купцы подняли цены на мясо, при этом не конкретизирует -- какие купцы. Зато еврейский историк С. Дубнов это отметил в своём дневнике --

"8 февраля (1916 г.)... застал присланный пакет: копию секретного циркуляра Департамента полиции от 9 января 1916 г., обвиняющего евреев в подготовке революционного движения на почве дороговизны..."

Как видим, -- служба по доставке секретных документов российского правительства была налажена у евреев хорошо. Обратите внимание, -- зима лучший период для организации дефицита продовольствия: крестьяне по осени все излишки продали, на земле ничего уже не растёт и вся продовольственная тема в руках крупных оптовиков-торговцев. Всё, -- до следующего урожая, до июля можно смело поднимать цены.

Зимой 1916 г. провокация на почве дефицита продовольствия и его дороговизны с целью вызвать резкое недовольство населения властью и активизировать массовое недовольство, так называемое "революционное движение народа" -- не получилось, возможно, были прорехи в организации. Но зато, с учётом этого опыта -- через год, зимой 1917 г. -- получиться...

"22 мая... В Красноярске еврейский погром на почве дороговизны...", -- отметил в дневнике Дубнов.

Удивительно -- через 60-70 лет после поселения в России евреи доминировали даже в Красноярске. Андрей Дикий в своём исследовании отмечает: "в предреволюционные годы ни для кого не было секретом, что одно из крупнейших в России акционерных обществ -- "Зерно-Сахар" -- владевшее многими сахарными заводами и ведшее крупную торговлю хлебом, фактически было предприятием известного московского еврея-сиониста Златопольского".

На заседании Государственной Думы 23 мая 1916 г. был поднят продовольственный вопрос, выступающие говорили с обеспокоенностью, что продовольствие Петрограда "сдано было обновленческой управой на откуп двум иудеям -- Левинсону и Лесману", Левинсону -- снабжение столицы мясом, а Лесману -- продовольственные лавки, и он нелегально продавал муку в Финляндию".

Но никакая ветвь власти на это не отреагировала, ситуация таковой и осталась до зимы 1917 года.

Опять обратили внимание на евреев, всплыли и другие проблемы. Депутат Марков:

"Университеты пусты, оттого что русские студенты взяты на войну, а туда (в университеты) шлют массу евреев", "спасаясь от воинской повинности", евреи "в огромном количестве наполнили сейчас Петроградский университет и выйдут через посредство его в ряды русской интеллигенции...

Это явление... бедственно для русского народа, даже пагубно", ибо всякий народ -- "во власти своей интеллигенции", русские "должны охранять свой верхний класс, свою интеллигенцию, своё чиновничество, своё правительство; оно должно быть русским" (С).

Поступали тревожные сигналы и из других регионов, например Солженицын в своём исследовании указывает на факты -- Новороссийский университет сообщал: на учебный 1915-1916 гг. в этот университет на первый курс медицинского факультета принято всего 586 человек "и из них 391 евреев".

В университет Ростова-на Дону на юридический факультет университета принято 81% евреев, на медицинский -- 56%, на физико-математический -- 54%.

Судя по дневниковым записям С. Дубнова, -- преследования евреев из-за войны к этому времени прекратились, и их "интеллигенция" активно занимала преподавательские места в университетах -- С.Дубнов: "31 мая (1916 г.)... Винавер (лидер кадетов) недавно предложил мне кафедру еврейской истории в политехникуме для евреев в Екатеринославле, но я отказался: издание "Истории" и прочее связывает меня с ненавистным Петербургом... Послезавтра утром еду с И. в Финляндию,... где рискуем вследствие наплыва дачников остаться без квартиры".

После ареста Манасевича и Рубинштейна и очередных поражений на фронте -- весь светский Петербург открыто обсуждал варианты смещения Николая Второго.

"В это время в Москве происходили собрания, на которых открыто обсуждался дворцовый переворот и говорилось об этом...", -- вспоминал С. Н. Булгаков.

Сентябрь 1916 г., Керенский: "Вскоре после моего возвращения состоялась тайная встреча лидеров "Прогрессивного блока", на которой было решено сместить с помощью дворцового переворота правящего монарха и заменить его 12-летним наследником престола Алексеем, назначив при нём регента в лице Великого князя Михаила Александровича".

Керенский утверждает, что собравшиеся определились с тактикой -- подготовить восстание, "не участвовать в самом восстании, а ожидать его результатов". Осторожничали. Точно о такой же тактике рассказывал и С. М. Дубнов, такое впечатление, что оба (плюс -- Милюков) были в одной тайной организации -- революционной масонской ложе.

Керенский: "Все согласились с тем, что "Прогрессивный блок" должен предпринять немедленные меры для предотвращения революции снизу". То есть революция должна быть управляема.

В этот момент мы наблюдаем, как шла подготовка к Февральской революции. Заговорщики были уже уверены, что следующей зимой народ получиться взбудоражить и поднять против властей.

Им осталось решить сложную проблему -- обуздать народную стихийность и возглавить этот агрессивный народный поток, направить его в нужное русло. Это было сложно, ибо как утверждал Дубнов на этот раз, с учётом опыта 1905 г. -- в том числе и массовых погромов, -- решили "не высовываться", а руководить из-за кулисья.

"Он (Милюков) предвидел два возможных результата: либо верховная власть вовремя одумается и обратится к блоку с просьбой сформировать правительство; либо победит революция, и победители, не обладающие опытом правления, попросят блок сформировать правительство уже от их имени.

В поддержку своих доводов он сослался на Французскую революцию 1848 г.", -- вспоминал Керенский, -- "Гучков выразил сомнение в том, что народ, совершивший революцию, согласится затем передать власть в чужие руки".

Заговорщики беспокоились, что разгневанного Джина не получиться обуздать.

Запомните эти рассуждения и опасения заговорщиков, ибо возникнет смешная ситуация в начале 1917 г. -- Когда взбунтовавшиеся от голода солдаты несколько дней грабили Петербург, а затем уставшие от этой работы приехали искать себе начальников к Мариинскому дворцу, а не знавшее об их намерении Временное правительство во главе с Керенским -- будет с ужасом выглядывать в окна и думать, что солдаты приехали уже по их души.

Тогда, в конце 1916 г. ещё шли горячие споры -- некоторые предлагали дождаться конца войны, другие торопились. "И те, кто понимал, что революция будет равнозначна катастрофе, сочли своим долгом, своей миссией спасти Россию от революции посредством переворота сверху", -- признавался Маклаков.

С другой стороны молодые патриотически-настроенные родственники царя -- великий князь Дмитрий Павлович и Феликс Юсупов начали готовить убийство Распутина.

"Феликс Юсупов рассказывал мне, что его решение убить Распутина основано было на том, что он был окружён германскими агентами", -- вспоминала княгиня Л.Л.Васильчикова.

С третьей стороны -- ненавидевшие императора военные, обвинявшие его в бездарности и поражениях, стали думать как его убрать. -- Так возник план убийства Николая из засады капитана Муравьёва и план лётчика Костенко протаранить царский вагон, которые не были осуществлены.

Великая княгиня Елизавета Фёдоровна (сестра императрицы) попыталась предупредить царскую семью о создавшейся грозной ситуации и когда попала на аудиенцию к царице, то "Она меня выгнала, как собаку... Бедный Ники, бедная Россия...", -- жаловалась она Феликсу Юсупову.

А Николаю II она все-таки написала письмо, в котором были такие строки -- "В отчаянии я бросилась к вам, которых я искренне люблю, чтобы предупредить вас, что все классы от высших до низших, дошли до предела..."

Император и сам это понимал. Он лихорадочно менял министров, пытаясь этим спасти ситуацию, пытался найти некий спасительный талант, подобный Столыпину. Но всё было тщетно.

Император сам дошёл до предела. Он видел миллионы погибших русских в этой бессмысленной войне, и уже не видел в ней победного исхода. В стране опять зрела революция...

Окончательное осознание своей бездарности наводило на императора хандру, да и семейные передряги его достали. Всё свалилось на этого малодушного. Все окружающие царя отметили, что вторую половину 1916 года у него было состояние подавленности, безразличия и обречённости. Похоже, царю было уже всё равно, он устал быть царём и был уже готов к худшему в его понятии -- к конституционной монархии. Но история понимала худшее по-другому...

А тут ещё последняя опора -- лидер монархистов Пуришкевич 19 ноября открыто выступил в Думе с обвинительной речью против императрицы и её Друга --

"В течение двух с половиной лет войны я... полагал, что домашние распри должны быть забыты во время войны... Теперь я нарушил этот запрет, чтобы дать докатиться к подножию трона тем думам народных масс и той горечи обиды русского фронта, в которые её поставили царские министры, обратившиеся в марионеток, нити от которых прочно забрали Распутин и императрица Александра Фёдоровна -- злой гений России и царя... оставшаяся немкой на русском престоле... чуждая стране и народу..." Это уже всё... Остались формальности.

А что делал в это время Ленин? Ленин почти забыл о далёкой России, совершенно не знал -- что там происходит, какие есть проблемы и т. д. -- и умилялся Инессой Арманд в благополучной Европе.

В декабре произошло одно необъяснимое событие -- 8 и 9 декабря полиция по приказу Протопопова (ставленник Распутина) учинила в Москве разгон съёзда Союза земств (с одобрения царицы и Николая). Были запрещены съезды кооперативов, занимающиеся продовольственным снабжением.

Крупные и мелкие еврейские торговцы продовольствием оказались монополистами...

В декабре 1916 года Феликс Юсупов с сотоварищами убили Распутина. А думцам-заговорщикам осталось решить вопрос с царём, но это уже после празднования Нового года. Как видим, -- грядущая революция была и русским замыслом.

А на "невинный" вопрос Семёна Резника о Февральской революции -- "Какую же роль в этих событиях играли евреи?", -- можно ответить -- небольшую: только организовали голод в начале 1917 г., который сыграл роль спички всего революционного пожара, организовали и возглавили второй центр власти в России -- Совет рабочих и солдатских депутатов, и "не высовываясь" руководили через Керенского, Милюкова и прочих масонов Временным правительством. И ещё -- разве С. Резник не знает, что еврейский политический авантюрист Гельфанд-Парвус в марте 1915 г. получил от правительства германии первый миллион марок для осуществления революции в России, а летом 1916 г. получил ещё 11 миллионов марок для этих целей, которые уже подогревали уличные выступления рабочих в столице.

Проследим далее за ходом событий в Думе. Лидеры думского "Прогрессивного блока" -- Милюков, Гучков, Керенский и Родзянко готовили свержение царя. Им нужна была обязательно поддержка военных, и в январе 1917 года военные их поддержали в лице генерала Крылова А. М.

Заговорщики планировали остановить императорский поезд где-то между Ставкой и С.-Петербургом. И там, на дороге потребовать отречения Николая II от престола.

Второй важной задачей заговорщики видели срочный выход из войны, для чего были нужны сепаратные переговоры с немцами. Они понимали все дальнейшие трагические последствия участия России в этой бессмысленной войне за чужие интересы.

Наблюдавшая за этими событиями Англия вдруг встрепенулась -- ей было крайне не выгодно чтобы Россия вышла из войны, а денег на оружие у русских по-прежнему не было. Если русские выходили из войны, Англия была бы вынуждена бросить под немецкие пушки больше своих армий, к тому же в это время Англия воевала в Ираке с Турцией за Палестину для евреев.

В этой ситуации английское руководство объявило "компромиссный" вариант -- оно обещало поставить в Россию 3,72 млн. тонн оружия и боеприпасов, в обмен на российские товары: 30 млн. пшеницы, 100 тыс. тонн льна, 250-300 тысяч гектолитров спирта и т.? д. (бобы, лес, металл...).

Поражает не только жадность англичан и стоящих за ними евреев, но и коварство -- в России был огромный дефицит продовольствия, солдаты были не только без оружия, но и голодные -- в конце 1916 г. российскому правительству пришлось организовать принудительную продзаготовку по всей России для нужд армий.

Продовольственный кризис с большой вероятностью провоцировал политический кризис в России, революционную ситуацию и ускорял государственный переворот, в результате которого к власти могли прийти масоны, которые своими клятвами и присягами были зависимы от Англии.

Не смотря на то, что Англия, таким образом, старалась заинтересовать Россию продолжить участие в войне, российское правительство занимало патриотическую позицию, свидетельством этого были события 26 января 1917 года, когда полиция разгромила Центральный военно-промышленный комитет оборонцев -- псевдопатриотическую организацию среди рабочих сторонников войны, что вызвало возмущение неразумного народа. -- Многие поняли, что вверху хотят заключить сепаратный мир с Германией.

Как отмечает в мемуарах княгиня Л Л.Васильчикова в этот период А.И.Гучков с товарищами (а он, Милюков и Керенский состояли в масонской организации) свой проект заговора не скрывал и его никто не арестовывал, почти все обсуждали вопрос отречения Николая от престола; причём, -- "обсуждался он не в плоскости "допустимости или недопустимости" акта государственной измены (свержение императора), а в плоскости "своевременности или несвоевременности" в данный момент", -- отмечает княгиня Васильчикова. В такой ситуации откровенной слабости власти, естественно, активизировались и другие силы.

"К 1917 г. фронт устоялся вдали от жизненных центров России. Первоначальные трудности военного времени преодолены. Отечественная промышленность производила в январе 1917 г. больше снарядов, чем Франция и Англия, и на 75% обеспечила потребность армии в тяжёлой артиллерии -- главном оружии того времени. Общий рост экономики за годы войны составил 21,5%.

Успешное наступление в 1916 г. укрепило веру в победу. Готовилось весеннее наступление 1917 г., что, несомненно, стало бы переломным моментом в войне. Поскольку Италия перешла на сторону Антанты и в войну готовилась вступить Америка -- шансов на победу у истощённой Германии не было. И февралисты сознавали, что после победного окончания войны свергнуть монархию будет гораздо труднее. Тем более что срок полномочий депутатов Думы (именно они составили ядро заговорщиков) истекал в 1917 г... И они решили действовать" -- объясняет М.Назаров.

Княгиня Васильчикова отмечает ещё один рапорт: "Оказывается, десять дней перед этим (16-17 февраля) Премьер получил полицейский рапорт со стенографическим отчётом заседания революционного комитета, состоявшего из 11 лиц, включая Керенского, Чхеидзе, Соколова и др.", которые запланировали "пропаганду на почве недостатка продовольствия и мятеж в запасном гарнизоне". С этой ситуацией с хлебом разбирался и профессор Фроянов:

"Теперь о 900 млн. пудов избыточного хлеба в России в 1916 г. Если не представлять истинной картины, то данный факт действительно может воодушевить: два года войны, 15 млн. тружеников, взятых из деревни на фронт, а в стране хлеба -- завались. Не понятно только, почему к лету 1916 г. в 34 губерниях страны действовала карточная система на хлеб и другие продукты питания, а ещё в 11 губерниях к ней готовились...

Потребность Петрограда и Москвы в хлебе удовлетворялась на 25% (саботаж!). С другой стороны, так называемые "излишки" образовались отнюдь не естественным порядком как следствие с/х производства, а в немалой мере искусственно, за счёт припрятывания хлеба спекулятивными элементами на протяжении нескольких лет".

(Тот же самый финт спекулянты хлеба пытались провернуть в 1927 году, когда нависла угроза войны СССР с Англией, когда цены на хлеб выросли в несколько раз, несмотря на хороший урожай).

"В итоге, -- отмечает Фроянов, -- Февральская революция в Петрограде началась с грозного требования: "Хлеба!". На самом деле первое резкое повышение цен на продовольствие произошло 18 февраля. И пошла цепная реакция:

20-21 февраля забастовка рабочих Путиловского завода по поводу поднятия зарплаты соразмерно поднятию цен на продовольствие,

21 февраля жёны рабочих ворвались в булочные и их разграбили,

22 февраля были уволены 40 тысяч рабочих. Они создали в свою защиту стачечный комитет и обратились ко всем рабочим Петербурга за поддержкой (активизировался первый "джин" революции).

23 февраля жёны рабочих устроили демонстрацию, а рабочие начали всеобщую стачку. Начался грабёж продовольственных магазинов. Полиция для наведения порядка эффективных мер не принимала.

"Кто-то должен был пустить слухи о нехватке хлеба (хотя хлеб имелся); кто-то должен был спровоцировать нереальное требование рабочих о повышении зарплаты на 50% (оно было отвергнуто, что и вызвало забастовку); кто-то должен был выдавать бастующим деньги на жизнь и выбросить именно те лозунги, о которых один из рабочих мрачно сказал: "Они хотят мира с немцами, хлеба и равноправия евреев" (по Г. М. Каткову). Очень символично также, что революция началась с женских демонстраций 23 февраля/8 марта -- на этот день в 1917 г. пришёлся иудейский карнавальный праздник мести "антисемитам" Пурим" -- отметил в своём исследовании М. Назаров.

Здесь стоит обратить внимание на важный момент -- стачечный комитет был организован самыми разгневанными рабочими без участия большевиков. Ибо затем советские историки с невероятным усилием будут притягивать эти февральские события в заслугу гениальной организаторской работы большевиков. В это время в Петербурге было всего три рядовых большевика -- Александров, Шапошников и молодой Молотов, которые без инструкций из-за границы ничего не смели делать, а, бесспорно -- как увидим дальше, Ленин до 2 марта совершенно не знал о происходящем в России.

Единственное, что сделали большевики в начале 1917 г. -- это плановое проведение небольшого митинга и демонстрации рабочих 9 января -- в честь годовщины "кровавого воскресенья", эту акцию они готовили за немецкие деньги (Парвуса) с осени 1916 года.

Какие ж загадочные силы подогревали "массы" и подсказывали им в эти февральские дни? Живший в этот период в Петербурге С. Н. Булгаков описал их так: "появились сразу зловещие длинноволосые типы с револьверами в руках...". То есть это не в рабочих кепках с красными бантами. Это были бундовцы, которых советские идеологи именовали почему-то эсерами, и члены масонских организаций.

А. Солженицын в своём исследовании отметил, что Охранное отделение в своём рапорте в начале 1917 г. отметило "еврейские группы" "переполнившие ныне столицу и ведущие беспартийную, но резко враждебную власти политику".

По свидетельству меньшевика Н.Вольского -- известная масонка Екатерина Кускова признавалась: "Движение было огромным. Мы всюду имели своих... Ко времени Февральской революции вся Россия была покрыта сетью лож...". Не менее известный масон Н. В. Некрасов также объяснял это:

"В момент начала февральской революции всем масонам был дан приказ немедленно встать в ряды защитников нового правительства, сперва Временного комитета Государственной Думы, а затем Временного правительства. Во всех переговорах об организации власти масоны играли закулисную, но видную роль".

Далее события в Петербурге развивались стремительно. 25 февраля брошенные на разгон рабочих казаки побратались. Все вдруг поняли, что царь уже не правит страной.

У памятника Александру Третьему, когда проходил многотысячный митинг -- отряд конной полиции начал расстрел толпы. Видимо рассчитывали, что испугаются и разбегутся. Толпа и разбежалась... И стала вооружаться, пока прутьями и палками.

Керенский: "С колоколен и крыш домов полицейские обстреливали из пулемётов движущиеся толпы... Я лично знаю два дома, на которых были установлены пулемёты: на набережной Мойки и на Сергеевской улице".

Далее проследим события по "свидетельским показаниям" из дневников Керенского, С. М. Дубнова -- далее для краткости -- С. М. Д. и княгини Лидии Леонидовны Васильчиковой -- далее -- Л. Л. В.

(С. М. Д.) "25 февраля. Уже третий день на улицах Петербурга "голодный бунт"...Движение стихийное, слепое, во что оно выльется?..

26 февраля... Надвигается какая-то революция, но впереди идёт брюхо голодное, вопиющее, а головы не видно", -- такое впечатление, что в самом начале этой революционной авантюры Дубнов не участвовал.

"Толпы бродили по улице и устраивали митинги на площадях... Гучков был прав, когда говорил, что у толпы пока не было вождя, и что она была настроена совершенно мирно", -- Л. Л. В.

Итак, одного "Джина" выпустили, но он был ещё не управляем, не направляем.

Всё это продолжалось четыре дня -- пока не присоединились солдаты.

26 февраля батальон Павловского полка, посланный разогнать толпу, после убийства своего офицера перешёл к восставшим, вернее к недовольным. Теперь почувствовав реальную, силу восставшие повели себя агрессивно -- "...начали ловить и водить переодетых городовых и околоточных с диким и гнусным криком" -- описывал С. Н. Булгаков.

В этот же вечер председатель Государственной Думы Родзянко предложил Николаю II назначить "кабинет доверия".

(С. М. Д.) "27 февраля... Сегодня, как передают по телефону, в центре города творится необычное. Восстали четыре гвардейских полка, взяли арсенал, будто бы снабжают оружием население... Сейчас Соня принесла известие, что войска открыли политическую тюрьму "Кресты", выпустили рабочих депутатов и других узников.

28 февраля. Революция в разгаре. Вчера днём войска подошли к Думе и отдали себя в её распоряжение", "ходил по Каменоостровскому и прилегающим улицам. Мчатся вооружённые автомобили с торчащими наружу штыками революционной армии, едут для усмирения полицейско-черносотенных засад", -- С. М. Дубнов.

27 февраля к бунтующим присоединились голодные резервные батальоны Волынского полка.

Ещё 26 февраля за братание с бунтовщиками были арестованы 19 солдат и помещены в Петропавловской крепости. Но ночью кто-то с солдатами хорошо поработал, ибо на утро 27 февраля несколько солдат убили дежурного офицера и взяв оружие вышли "за булочками" на улицу. Их примеру вскоре последовали и остальные солдаты батальона.

Солдаты захватили грузовики, носились на них по улицам и грабили магазины, при этом стреляли в пытавшихся навести порядок полицейских.

Окончательно стало ясно, что хаос не получиться остановить, когда взбунтовались голодные солдаты и вышли на улицы с оружием -- это был второй и решающий "джин" революции.

Генерал А. И. Деникин об этих днях писал: "Что касается думских и общественных кругов, то они подготовлены были к перевороту, а не к революции и в её бушующем пламени не могли сохранить душевное равновесие и холодный расчёт. Первые вспышки начались 23 февраля, когда толпы народа запрудили улицы...

Командный состав многих частей растерялся, не решил сразу основной линии своего поведения, и эта двойственность послужила отчасти причиной устранения его влияния и власти.

Войска вышли на улицу без офицеров, слились с толпой и восприняли её психологию...

Беспощадно избивались полицейские отряды. Встречавшихся офицеров обезоруживали, иногда убивали... В этот решительный день вождей не было, была одна стихия. В её грозном течении не виделось тогда ни цели, ни плана, ни лозунгов" (А. И. Деникин "Очерки русской смуты").

Когда солдаты уже сытые и пьяные вдоволь покуражились и не знали что "делать" дальше, то какой-то просвещённый романтик подсказал, что во время французской революции в первую очередь взяли Бастилию, -- солдаты взяли с боем арсенал с оружием, раздали его всем желающими понеслись к Крестам, и взяли тюрьму приступом.

Это был важный "внеплановый" момент в этих революционных событиях -- из "Крестов" освободили третьего "джина" -- одессита с еврейской фамилией -- Нахамкес -- он же Хрусталёв, он же Носарь, он же Стеклов, он же бывший лектор большевистской школы Лонжюмо во Франции, он же редактор газеты и он же организатор и председатель Петроградского Совета рабочих в 1905 году. Он же теперь решил возглавить это движение, стать головой и новой властью.

Это был интересный авантюрист, маленький Наполеон, который не примыкал ни к одной партии или террористической группе, эдакий пассионарий из одесского народа, который волею судьбы находился часто в гуще событий. С ним всегда были проблемы у организованных сил, так в 1905 году его с трудом сместил Троцкий (бывший тогда в Бунде) чтобы возглавить рабочее движение, а "большевикам", Троцкому в 1918 г. пришлось его расстрелять, чтобы не мешал...

Теперь освободившийся из тюрьмы Нахамкес, как только вышел из ворот -- тут же объявил, что он уже создал Совет рабочих и крестьянских (а затем и солдатских) депутатов, который естественно возглавил сам. И сразу пошёл с несколькими своими дружками их Крестов к главе Временного комитета Думы -- Керенскому требовать выделить под Совет какой-либо дворец в центре столицы.

Так возник "внеплановый" центр революционных событий.

Думские заговорщики не были готовы к этому повороту событий. Они рассчитывали перехватить власть в слаженно работающей системе, которой были недовольны и собирались её постепенно реформировать. А тут -- хаос.

"В Петрограде в первые дни революции сожгли все полицейские, все почти мировые участки. Старших полицейских чинов арестовали, городовые в ожидании сдачи в солдаты скрылись... Кроме армейской, другой физической силы в Петрограде не было", "Толпа делала, что хотела, военная толпа в особенности -- арестовывала, обыскивала", -- вспоминал Ф. Родичев.

Где были царские генералы? Генералам ситуация последних лет опротивела и они пассивно саботировали подставляя царя, они ещё не знали как далеко зайдут события и как обернётся их судьба.

Как видим ситуация развивалась очень быстро -- обогнав планы и действия заговорщиков, что во многом придало событиям стихийный характер. Случилось как раз то, чего заговорщики и боялись.

"Сцена для последнего акта спектакля была давно готова, однако как водится, никто не ожидал, что время действия уже наступило", -- признавался "великий" стратег Керенский.

В это время власть в России совсем неприлично, без хозяина, гонимая ветром перемен слонялась по холодным улочкам Петрограда. В этом городе сейчас решалась дальнейшая судьба всей огромной России. Странно иногда решается судьба двух сотен миллионов граждан.

Заговорщики и многочисленные сочувствующие не ожидали такого бурного развития событий и растерялись, бездействовали в нерешительности.

В это время -- 27 февраля Керенский мечтал: "Было бы только естественно, если бы восставшие солдаты обратились за руководством к Думе". Странно -- не правда ли: думцы сидели и ждали прихода с просьбой солдат. А те всё не приходили и грабили город.

27 февраля Керенский мечтал о солдатах не случайно, ибо в этот же день, освобождённый из "Крестов" наглый авантюрист Нахамкес (он же Стеклов, Хрусталёв, Носарь) сразу из тюрьмы с двумя своими дружками пошёл прямо в Думу к чему-то ожидающему Керенскому, -- представился председателем Совета рабочих Петрограда и потребовал дать ему помещение для Совета. Это было что-то в стиле Оси Бендера. Ибо растерянный Керенский от лица Думы выделил ему Таврический дворец (?!!!). (История иногда просто издевается).

Нахамкес пошёл и вместе с дружками выгнал всех из Таврического дворца и объявил, что отныне здесь будет Совет...

В это время находящийся формально под следствием "лучий друг" покойного Распутина банкир Д.Рубинштейн прекрасно понимая, что уже никакого дальнейшего следствия не будет -- полон гнева и мести метался между Мариинским и Зимним и требовал сатисфакции -- следствия над своими следователями, над комиссией генерала Батюшина.

Неграмотным солдатам хаос и грабёж в городе надоел, покуролесив по городу и поохотившись за полицейскими -- они решили отдать себя в распоряжение Думы, и поехали к Думе. Думцы в ужасе выглядывали через уголки окон (из мемуаров Керенского). Керенский, набравшийся храбрости, вышел из дворца и спросил солдат -- чего они приехали и чего они хотят?

27 февраля -- "Из окна я увидел солдат: окружённых горожанами... Было очевидно, что они чувствовали себя стеснёнными в непривычной обстановке и выглядели растерянными, лишившись руководства офицеров" - вспоминал Керенский, -- "Подбежав к центральным воротам, я от лица Думы выкрикнул несколько приветственных слов..." (для проверки реакции), и после чего --

"я попросил солдат следовать за мной в здание Думы, чтобы разоружить охрану и защитить Думу...". Оригинально -- "чтобы разоружить охрану" Думы и "защитить Думу" от собственной охраны... "однако, как выяснилось, она (охрана) разбежалась ещё до нашего появления. Я передал командование охраной какому-то унтер-офицеру" - продолжал свой рассказ Керенский, -- "почти полное отсутствие офицеров облегчило задачу проникновение в воинские казармы Совету".

То есть Нахамкес быстро сообразил в чём сила и бросился в казармы за солдатами.

Сами события подталкивали струхнувших думцев к действию, и те создали Временный комитет, который должен был сформировать Временное правительство.

Если бы не обратившиеся на следующий день солдаты, то Керенский и "премудрые" думцы остались бы совсем не у дел. А вся власть была бы у Совета Нахамкеса.

Итак, импотентные политически думцы с приходом солдат обрели силу и почувствовали себя властью. Интересно -- какие первые шаги сделает новая власть? Что в данный момент является главным?

И в этом случае остаётся только поражаться и удивляться -- первым делом в этот же день -- 27 февраля арестовали бывшего министра юстиции Щегловитова -- его обвинили в том, что он якобы дал указание вести дело Бейлиса пристрастно. Все чиновники по этому делу были арестованы -- прокурор Виппер, сенатор Чаплинский, следователь Машкевич, -- всё под контролем Керенского...

Керенский в своих мемуарах этот эпизод описывает как свой героический поступок --

"На моих глазах Родзянко, дружески поздоровался с ним (Щегловым), пригласил его как "гостя" в свой кабинет. Я быстро встал между ними и сказал Родзянко:

"Нет, Щегловитов не гость, и я не допущу его освобождения".(А его и не арестовывали ещё) Повернувшись к Щегловитову спросил: "Вы Иван Григорьевич Щеглов?" -- Да". "Прошу вас следовать за мной. Вы арестованы..." Все отпрянули, Родзянко и его друзья в растерянности вернулись в свои кабинеты...".

Создаётся впечатление, что за спиной Керенского появился мощный Суфлёр (вернее -- суфлёры) из того тайного общества, в котором Керенский клялся жизнью исполнять приказы руководства, и стал "подсказывать" порядок действий и получать сатисфакцию.

Параллельно формировался второй центр власти. Нахамкес-Хрусталев-Носарь -- и т. д. сел в Таврическом дворце и стал думать -- как и где взять толковых людей для руководства Советом. Не уголовников же брать из "Крестов"...и не бывших министров.

"Конец 1916-го и начало 1917 года. Никого не было. Ленин за границей, Сталин в Сибири, Свердлов тоже где-то в Сибири, одним словом, никого не было, вот мы, так сказать... Бюро ЦК -- русское, в Петрограде сидим. Готовили февральскую революцию", -- вспоминает и приукрашивает (готовили?) видный советский государственный деятель Вячеслав Михайлович Молотов (умер в 1986 г.).

Не случайно здесь Молотов подчеркнул -- "Бюро ЦК -- русское", ибо это был редчайший случай. На самом деле -- никакого "Бюро ЦК" не было, было несколько друзей-рабочих; Молотов в 1916г только освободился из ссылки из Иркутской губернии, после чего приехал в Петроград и наслаждался свободой. Конечно, -- в подготовке Февральской революции они никакого участия не принимали -- это Молотов для истории так легко соврал, они просто наблюдали за бурными событиями на улицах и бездельничали.

Молотов: "Когда разыгрались события 26-го февраля, мы с Залуцким... пошли узнать, как все-таки обстоит дело. А третьего нашего компаньона, Шляпникова, нет. Сказали, что он вероятно, у Горького.

Отправились к Горькому. Это поздно, ночью, уж, наверное, 27-го числа. Стрельба на улицах... Стояли с Залуцким в прихожей у Горького.

Мы: "Что у вас слышно? Не был ли у вас Шляпников?

Он (Горький): "Сейчас уже заседает Петроградский Совет рабочих депутатов", -- говорит окая.

--А где заседает?

--В Таврическом дворце. Шляпников может быть сейчас там... Приходил ко мне и ушёл".

Да, там Нахамкес с друзьями решали что делать и пригласили на совещание своего благодетеля Керенского. "Ну мы пришли в Таврический, вызвали Керенского.., представились ему -- "Мы от ЦК большевиков, хотим участвовать в заседании". Он провёл нас в президиум..." -- продолжает неспешно вспоминать Молотов. Как раз в этот день, 27 февраля, проходило совместное совещании Думы и Совета.

Впервые увидел -- и в президиум! Ай да Керенский. А посадил бы где-либо на стульчиках у дверей -- и тоже согласились бы. Вот так формировалась власть в новой России.

В ночь на 28 февраля состоялись выборы в Исполком Петроградского Совета, в который вошли Чхеидзе, М. Скобелев, А. Керенский, от большевиков забытые Лениным -- А.Шляпников и П.Залуцкий.

Где и как найти Ленина Молотов, Залуцкий и Шляпников не знали.

Представитель Думы полковник Энгельгардт заявил, что приказ по Петроградскому гарнизону выйдет через несколько дней от Гучкова, который будет назначен военным министром.

Но члены Совета не согласились и тут же издали свой приказ N 1, по которому запрещалось офицерам носить оружие, и они лишались всякой власти --

"подчиняться в своих политических выступлениях только Совету, приказы военной комиссии Государственной думы исполнять лишь в тех случаях, когда они не противоречат приказам и постановлениям Совета, выбрать ротные и батальонные комитеты..."

Таким образом, Нахамкес со своей командой оказался расторопнее, и в борьбе за власть с Временным правительством сыграл на опережение и получил преимущество. Теперь Временное правительство влияло на армию через верхи -- генералов, а Совет -- через низы, солдатские комитеты. Армию раздирали в разные стороны.

Этот приказ, предназначенный только для Петрограда, кто-то по ошибке разослал по всей армии. Там началось недоумение и растерянность. Самые смекалистые и наглые солдаты стали создавать солдатские Комитеты и Советы, и бить офицеров.

"Приказом N 1 Исполнительный Комитет вырвал власть у офицерства и оперся на разложенный петроградский гарнизон", -- отметил Солженицын.

Французский дипломат Клод Анэ вспоминал как ему объяснял друг Нахамкеса Член Исполкома Совета Иосиф Гольденберг:

"Приказ N 1 -- не ошибка; то была необходимость... В день, когда мы сделали революцию, мы поняли, что, если мы не уничтожим старую армию, она раздавит революцию".

Солженицын в своём исследовании удивляется риску этого решения -- уничтожить армию во время войны. Нет ничего удивительного -- ведь Нахамкес и Гольденберг уничтожали не свою армию, а чужую. Что стало происходить в армии после выхода приказаN1 - описал свидетель тех событий

казачий генерал П.Н.Краснов:

"Комитеты стали вмешиваться в распоряжения начальников, приказы стали делиться на боевые и не боевые. Первые сначала исполнялись, вторые исполнялись по характерному, вошедшему в моду выражению "постольку-поскольку". Безусый, окончивший четырёхмесячные курсы, прапорщик или просто солдат - рассуждал, нужно или нет то или другой учение, и достаточно было, чтобы на митинге заявил, что оно ведёт к старому режиму, чтобы часть на занятия не вышла и началось бы то, что тогда очень просто называлось "эксцессами" (мордобой или убийство офицеров)...

Стоило только начальству возбудить какое-либо дело против солдата, как на защиту его поднимались комитеты. В ротах собирались митинги, солдатская масса волновалась, и начальство испуганно бросало дело.

Пехота (российская) сменявшая нас, шла по белорусским деревням, как татары шли по покорённой Руси. Огнём и мечом. Солдаты отнимали у жителей всё съестное, для потехи расстреливали из винтовок коров, насиловали женщин, отнимали деньги. Офицеры были запуганы и молчали. Были и такие, которые сами, ища популярности у солдат, становились во главе насильнических шаек.

Ясно было, что армии нет, что она пропала, что надо как можно скорее, пока можно, заключить мир и уводить и распределять по своим деревням эту сошедшую с ума массу. Я писал рапорты вверх... генерал Балуев, в военном министерстве, во главе которого стоял А.Ф.Керенский, к ним относились скептически. - К этому надо привыкнуть, - говорили там. - Создаётся армия на новых началах, сознательная армия. Без эксцессов такой переворот обойтись не может...

Я стал собирать офицеров, комитеты, казаков, вести с ними горячие, страстные беседы.

- Правильно! Правильно! - раздавались голоса; толпа как будто бы понимала и сознавала ошибки, но я уходил, раздавался чей-нибудь бесшабашный голос:

- Товарищи! Это что же, генерал-то нас к старому режиму гнёт! Под офицерскую палку! - и всё шло прахом... "Нонче свобода!". Это звучное, славное слово стало синонимом самых ужасных насилий". (П.Н.Краснов "На внутреннем фронте").

Керенский, когда задним числом понял -- какую глупость он совершил, отдав легко половину власти наглецу Нахамкесу (а ведь мог просто прогнать авантюриста) и его Совету оправдывался:

"Помимо того, что Совет добился восстановления дисциплины не только на заводах, но и в военных казармах, он внёс огромный вклад в организацию регулярного снабжения Петрограда продовольствием, а также сыграл в высшей степени плодотворную роль в подготовке преобразований реформ во всех сферах. Его представители также предприняли попытки, не всегда правда, успешные, восстановить нормальные отношения между солдатами и офицерами".

То есть фактически организационной и хозяйственной работой в государстве занялся Совет во главе Нахамкесом и Чхеидзе, а чем занялся Керенский с думцами мы уже видели.

Кстати, ни один исследователь истории ещё не объяснил -- каким это чудным образом после марта 1917 г. в столице появилось достаточное количество продовольствия...

Думцы продолжали заниматься уничтожением старой власти. 28 февраля Дума собралась и призвала к созданию Временного Комитета с неограниченными полномочиями.

28 февраля царь выехал из Питера в Царское село, но Временный комитет уже захватил ж/д станции и закрыл для проезда царского поезда станцию Дно. Царь повернул и поехал в ставку в Могилёв.

Но когда его поезд доехал до Пскова к царю приехали члены Думы Шульгин и Гучков, чтобы предложить отречься от престола. С царём на тему отречения утром 2 марта 1917 года переговорил генерал Алексеев и Главнокомандующий Северным фронтом генерал Рузский.

Они пытались объяснить Николаю II, что план Алексеева-Родзянко единственно возможный, -- он должен отречься от власти и передать цесаревичу Алексею, а до его совершеннолетия регентом необходимо назначить великого князя Михаила Алексеевича.

"Большинство генералов Ставки приветствовало отречение, нацепив красные банты... Великий Князь Кирилл Владимирович также нарушил присягу и 1 марта 1917 г. ещё до отречения Царя и как средство давления на него! -- снял свою воинскую часть с охраны Царской семьи, под красным флагом явился в Государственную Думу, предоставил этому штабу масонской революции своих гвардейцев для охраны арестованных царских министров и выпустил призыв к другим войскам "присоединиться к новому правительству"...

Государя предали и многие другие члены династии. Дядя Царя, Великий Князь Николай Николаевич знал о заговоре, но е воспрепятствовал этому и поддержал Временное правительство... О "всемерной поддержке Временного правительства заявили также великие князья Борис Владимирович, Николай Михайлович, Александр Михайлович...

Уже 2 марта члены Синода "признали необходимым немедленно войти в сношение с Исполнительным комитетом Государственной Думы"..." -- отмечал в своём исследовании М. Назаров.

Около 15 часов 2 марта царь сообщил о своём отречении, подписал соответствующий Манифест о передаче власти и выехал в Могилёв, в ставку -- "чтобы попрощаться со своими подчинёнными, которые проработали под его руководством почти два года". В столице об отречении царя узнали 2 марта.

Всё. Можно зафиксировать -- Февральская революция свершилась. План думцев-заговорщиков удался. Эта ситуация должна была удовлетворить и все еврейские организации различных оттенков -- ненавистный ими царь свергнут, и ситуация в России должна формироваться по образу европейских государств и по уже известному плану. Но чувство мести толкало на радикальные действия.

"Февральская революция не была "бескровной", как её назвали февралисты. -- отмечает в своём исследовании М.Назаров, -- Керенский признал в мемуарах, что многие чиновники были убиты. Судя по спискам жертв в газетах, число погибших в столице насчитывалось многими сотнями. Были сожжены многие административные здания, разграблены особняки аристократов и царские дворцы.

Причём уже временное правительство начало гонения на Церковь: была закрыта Александро-Невская лавра, отстранены наиболее стойкие архиереи.

Издевательствам подвергались даже простые государственные служащие. 2 марта в Москве

"по улицам двигалось много конных и автомобильных отрядов, конвоировавших экс-приставов, их помощников, околоточных, городовых и т. д... Их окружил воинская стража и студенты с винтовками и браунингами в руках..." ("Утро России" 1917 г. 3 марта).

Те же "студенты с браунингами" арестовывали правых журналистов, монархических деятелей, громили их квартиры и редакции (как квартиру председателя "Союза Русского Народа" А. И. Дубровина и редакцию "Русского знамени")".

Куда занесло буйствующих и следующие события в России -- мы понаблюдаем в следующей главе.


## Глава 2.

Неожиданные изменения плана создания новой России.


К 3 марта Временное правительство было сформировано. В этот день Милюков объявил о том, что в России решено установить конституционную монархию, и что Великий князь Михаил Александрович будет регентом.

Но замученные войной солдаты, которые не вникали в мудрёные планы заговорщиков и которые царя уже органически не воспринимали в принципе -- и не важно какого он имени и отчества, взбунтовались.

"Заявление Милюкова вызвало бурю негодований всех солдат и рабочих, собравшихся в Таврическом дворце", -- удивлялся Керенский.

Реакцию народа в Таврическом дворце посчитали случайной и рано утром 4 марта на Варшавском вокзале в Петрограде Гучков и Шульгин зачитали перед толпой солдат и рабочих отречение царя от престола -- толпа бурно ликовала. Но, когда они дочитали свой исторический документ до места, где говорилось о передаче власти брату царя -- князю, то толпа резко перешла в ярость, и оба революционера еле унесли ноги через боковые двери вокзала.

В Думу стали также приходить возмущённые телеграммы из разных городов страны. Думцы поняли, что они что-то не просчитали и задумались -- что делать дальше. После прочтения телеграмм вспоминал Керенский: "Воцарилась мёртвая тишина... Здесь мы находились в центре борьбы, а огромные пространства страны попали в руки абсолютно неизвестных людей!"

Основная дискуссия по вопросу -- "что делать дальше" развернулась в узком кругу в 11 часов 4 марта на Миллионной улице, где были -- Родзянко, Милюков, Львов и Керенский с одной стороны, а с другой великий князь.

Мнения думцев разошлись. П. Н. Милюков убеждал брата Николая II -- Михаила Алексеевича взять всю власть и установить конституционную монархию.

"Родзянко заявил, что вступление на престол Великого князя невозможно", -- вспоминал Керенский.

Сам Керенский также был против этого варианта, и именно он самым убедительным образом отговаривал князя (запугав кровавыми картинами народного восстания) и убедил его в необходимости созыва Учредительного собрания.

В результате этой дискуссии князь объявил, что примет трон только по просьбе народа, т. е -- Учредительного собрания, чтобы была легитимность, и объявил свой Манифест --

"Твёрдое решение воспринять в том лишь случае Верховную власть, если такова будет воля великого народа нашего, которому всенародным голосованием через представителей своих в Учредительном собрании установить образ правления и новые основные законы государства Российского".

"Отречение государя потрясло многих, и, в особенности, армию. Но ещё глубже взволновало решение великого князя отказаться от регентства и объявление, что будущий способ правления будет определён всенародным голосованием", "Это отречение и отказ его брата... обезглавили государство и упразднили сознание державной власти. Никакой другой формы управления страной предусмотрено не было, и нескольким ответственным деятелям пришлось спасать страну, создав вначале Временный комитет, а затем Временное правительство", -- вспоминает Н.В.Вырубов.

"4 марта... А все-таки оно грандиозно, это падение династии Романовых... 14 лет я проклинал Александра Третьего, 23 года -- Николая Второго, и вот теперь дождался падения династии...", -- ликовал С. М. Дубнов.

Временное правительство оказалось единственным легитимным органом власти в стране до Учредительного собрания. И уже не перед князем, а перед новым правительством встала задача организовать жизнь страны, народа и нести за всё всю ответственность. Керенский:

"Перед Временным правительством страны стояли четыре наиболее важные задачи. Вот они в порядке очередности:

1) Продолжить защиту страны. 2) Воссоздать по всей стране действительный административный аппарат. 3) Провести необходимые коренные политические и социальные реформы. 4) Подготовить пути для преобразования России из крайне централизованного государства в федеральное".

Первый и последний пункты этой программы могли привести к гибели страну. И, кроме того, Керенский самоуверенно "забыл" про "Совет..." Нахамкеса...

Ситуация в стране была критическая, в стране был хаос, отсутствовала всякая управляемость страной. Все телеграммы 4 марта уже говорили, что "после первого известия о падении монархии местные власти, начиная с губернатора и кончая последним полицейским разбежались, а те чиновники, особенно в полиции, которые или не хотели, или не успели убежать вовремя, арестованы всякого рода самозваными революционными властями", -- отмечал Керенский.

В это же день -- 4 марта Николай "Последний" попросил съездить в Царское село за семьёй и разрешить переехать в Мурманск (Романов). А оттуда выехать в Англию. Николай просил также, -- после окончания войны разрешить ему с семьёй вернуться в Россию и жить в Крыму (Крымская Ливадия).

Керенский и его Суфлёры задумались над судьбой последнего российского императора и его семьи.

К этому времени большевики из Совета уже нашли в Швейцарии беспечно прожигающего жизнь в окружении двух женщин Ленина. Заглянем в этот момент к нему.

Когда наступил 1917 год... Поток взаимных писем Ленина с Иннесой Арманд стремительно увеличился. Разгорелся настоящий бурный классический роман пожилого человека. Иногда Ленин подрабатывает -- читает местным студентам лекции о России, на которых, как известно, сетовал печально, что его поколению перемен в России уже не суждено дождаться.

Обмен писем с Иннесой происходит почти каждый день, только часть этих писем составляет почти весь 30-й том ленинских "трудов".

И вдруг 2-го марта 1917 года эту идиллию нарушает весть из России -- там, в феврале, произошла революция! Царя свергли! Царь находится под арестом! Эту ситуацию прекрасно описывает уже 31 том "трудов" (сомневающихся прошу проверить).

"когда Ильич уже собрался после обеда уходить в библиотеку, а я кончила убирать посуду, пришёл Бронский со словами: "Вы ничего не знаете?! В России революция!"

Можно только представить, что творилось в мозгу Ленина в первые минуты после осознания вести, происшедшего в России...

Памятуя язык-слэнг Ленина при изучении мирного Гегеля, можно примерно смоделировать психическое состояние и мысли Ленина, думаю не сильно ошибусь --

"О-о-о-о..! Проклятие! Сволочь! Сволочь! Сволочь! Без нас..! Без меня..! Ещё в феврале..! Сволочи! Скоты! Никто не знает! Никто не сообщил! Не предупредили! Скоты! Сволочи! Володька -- сволочь! О-о-о-о-! Эта история..! Эта её хитрость..! Эта жизнь..! Всё дерьмо! Сволочь! Сволочь! Сволочь! О-о-о -- Ин-н-н-ес-са! Ох Ин-н-н-ес-са! Оба-л-деть! Есть возможно на свете Бог?!! Где эта Крупская?! Где эта Инесса?! Надо что-то делать?! Надо что-то предпринимать???!!!"

"Сон пропал у Ильича с того момента, когда пришли вести о революции, и вот он начал строить (по ночам) самые невероятные планы", -- вспоминала Крупская.

Потрясение и шок, с уверенностью, были очень велики, что у Ленина произошёл некий прорыв-озарение, внутренняя метаморфоза -- дающая выход всей имеющейся энергии. Иначе не объяснить огромное последующее преображение Ленина, даже в сравнении с подобной ситуацией в 1905 году. И вскоре мы увидим явление миру потрясающего демонического организатора.

Бесспорно, Ленин, оправившись от величайшего в его бессмысленной и безрезультатной 47-летней жизни потрясения, -- поставил на карту всё! Всю свою оставшуюся жизнь! Всё или ничего! Полная самоотдача, самореализация, самопожертвование идее-делу всей жизни!

Владимир Бланк-Ленин начинает действовать. Начинает действовать закон -- "максимальная необходимость и максимальное напряжение -- максимально напрягают и обостряют разум".

Второго марта он бежит вместе с Надеждой на почту, чтобы телеграммами уведомить своих сотоварищей-марксистов о происшедшем в России, -- телеграмму Радомыслькому (Зиновьеву) в Берн, Моисею Урицкому и Соломону Дридзо (А. Лозовский) в Париж, Бронштейну (Троцкому) в Нью-Йорк, Иуде Гроссману (Рощин), Розенфельду (Каменеву) и т. д. -- в Берлин, в Лондон и т. д..

Никто тоже ничего не знал, все находились в таком же сладком дремотном состоянии и занимались примерно тем же... У этих безработных была беспечная, счастливая жизнь...

Инессу Ленин просит срочно сделать обзор всех европейских газет и собрать всю информацию о России, о положении в России. Cам Ленин лихорадочно начинает думать как собрать всех бездельников вместе, посовещаться -- что делать (?), как поступать (?), -- и ехать в Россию. Бесспорно -- ехать в Россию! Только на месте можно понять ситуацию, в ней разобраться и принять по ходу какие-то решения.

Марксисты так и не разработали за столько лет теорию строительства нового общества в случае прихода к власти?! Всё это необходимо срочно решить всем вместе по дороге в Россию!

Итак, Ленин срочно собирает-стягивает своих демократов-террористов со всех городов Европы для поездки в Россию. И уже 4-5 марта пытается решить вопросы пропуска-проезда через ряд стран в Россию. Однако, как раз в этом и возникает большая проблема, и довольно долгая заминка. Цивилизованные европейцы чинят препятствия.

В этой ситуации Цедербаум (Мартов) предлагает переговорить с немцами. Вопрос щекотливый: во-первых, Германия воюет с Россией, а во-вторых, -- Ленину трудно -- ведь его организация финансируется из Англии -- противника Германии.

Но что не сделаешь ради достижения цели. Те более что было уже предыстория -- ещё в январе 1915 г. друг Бронштейна -- Александра Парвус (Гельфанд) предлагал немцам афёру, помощь своих террористов. К тому же немцы, скорее всего, в курсе, что Ленин в начале войны - летом 1914 года "сотрудничал" с австрияками.

Начались переговоры с немцами, немцы заинтересованы, но ставят жёсткие условия. Марксистам ничего не остаётся -- как согласиться с предложением немцев о сотрудничестве, в ответ они стараются выгадать по максимуму -- просят много денег, -- и получают...

Все уже давно сидят на чемоданах. И только 24 марта после труднейших и загадочных трёхнедельных переговоров-торгов с лидерами Германии, ещё воюющей с Россией, вся эта террористическая группа получает разрешение проехать через Германию в Россию для захвата власти.

В этот же день они выезжают в Берн. Маршрут выбрали довольно длинный и окольный, в объезд фронтовой линии -- через Цюрих -- Швецию-Финляндию -- и в Питер.

Пока Ленин со своим отрядом захватчиков в дороге, вернёмся в Россию, которая ещё не ведает -- кто к ней приближается. Россия в это время как земля в переходный период ранней весною -- и слякоть и грязь, и весенний оптимизм и неизвестно -- какие хозяева и что на ней будут возделывать.

Новое руководство России в это время горячо спорило -- продолжать войну или прекратить. Казалось бы сама постановка вопроса была абсурдной, ибо эта война для России была изначально абсурдной и из войны необходимо было срочно выходить.

Милюков настаивал на продолжении этой бойни, ибо по его мнению -- это дело чести: царь подписал соглашение с Англией, Францией и Италией, по которому в случае победы над Германией Россия получала Босфор и Дарданеллы, и некоторые территории в Азии. Милюков явно "работал" на Англию.

Керенский: "Назойливость с какой Милюков возвращался к одной и той же теме о Дарданеллах, озадачивала". Керенский, вероятнее всего, этим хотел сказать, что Милюков, как тоже член тайной масонской организации, был ангажирован в пользу Англии. На самом деле это же можно было сказать и про Керенского.

7 марта Временное правительство решает арестовать императора и содержать его под арестом в Царском Селе.

9 марта царь прибыл в Царское село. В этот же день второй центр власти в стране -- Исполком Совета также принял решение об аресте царя. Развернулась борьба за ценный политический трофей.

Генерал Корнилов нёс ответственность за безопасность царя и его семьи. И когда большевик Масловский приехал "на дурочку" арестовывать царя -- ему в этом решительно отказали, и он уехал обратно в столицу.

В этот же день "крест" на власти царя, и вообще на монархической власти в России поставил и Православный Святейший Синода в знаменитом обращении которого к населению России говорилось:

"Свершилась воля Божия. Россия вступила на путь новой государственной жизни... Доверьтесь Временному Правительству...(и т. д.)".

10 марта Совет немного умерил свои амбиции, создали контактную комиссию. Временное правительство с этого дня начало пытаться перехватить власть в стране, отодвинуть Совет.

Британское правительство 10 марта якобы согласилось принять царя. Но затем -- 22 марта отказало ему в этом, объявив, что отказало до окончания войны. Это был шантаж -- в это время были жаркие дискуссии о выходе России из войны, в чём абсолютно не была заинтересована Англия. И царь должен был воспользоваться своим влиянием, чтобы участие России в войне продолжилось.

Кроме того -- это были характерные "английские игры", ибо решение английское руководство приняло уже давно, буквально через день после отречения Николая II от престола. --

"Премьер-министр Ллойд-Джордж в британском парламенте "с чувством живейшей радости" приветствовал свержение русского Царя и открыто признал: "Британское правительство уверенно, что эти события начинают собою новую эпоху в истории мира, являясь первой победой принципов, из-за которых нами была начата война" ("Биржевые ведомости", 1917 г. 5 марта)".

А Ллойд Джордж был главным другом и инструментом еврейских финансовых олигархов и политических лидеров; именно он инициировал создание еврейского государства в Палестине.

Обратите внимание на исторический факт -- руководство Англии имеет прямое отношение к кровавой расправе над царской семьей.

Что оставалось царю -- не оставаться же с семьёй в бурлящем революцией Питере. Он попросил разрешить переехать с семьёй в Крым. Но Керенский не разрешил ему -- и предложил поселиться в царской резиденции в Тобольске. Если бы Керенский разрешил выехать царю с семьёй в Крым, то как мы знаем из истории -- белогвардейцы как раз и покидали Родину через Крым. Так и царю с семьё удалось бы уехать и остаться живым.

Для Керенского иметь самого царя в заложниках, арестантах... -- это в политической игре редкая удача. Кроме того, Керенский не был самостоятельной фигурой -- по его собственному признанию он был членом тайного масонского общества и дал клятву верности, поэтому был зависим от Суфлёра-Мастера сидящего в Лондоне.

И в то время в России были не глупые люди, которые многое понимали -- С. Н. Булгаков:

"...брехня Керенского ещё не успела опостылеть... Я знал сердцем, как там, в центре революции ненавидели именно царя, как там хотели не конституции, а именно свержения царя, какие жиды там давали направление..."

Похоже, лидеры еврейского сообщества убедились в необратимости перемен, -- и решили осторожно исследовать ситуацию и настроение общества, памятуя о 600 погромах в предыдущей революции.

В начале 1917 года не было ни одного погрома. Но с марта пресса начала усиленно муссировать тему возможных погромов. В газетах, в частности в "Известиях" появилась статья о некой погромной агитации в Киевской и Полтавской губерниях. Эту "утку" повторили другие газеты.

Солженицын называет этот газетный шум провокацией. Нет -- это не провокация, -- это превентивные меры против погромов, одновременно включение информационной технологии и метод прощупать настроения в обществе. Последствия этого социологического эксперимента понаблюдаем в следующей главе.

## Глава 3.

Первые Комиссары

Результаты разведоперации прессы были положительные, то есть население на этот раз о еврейских погромах не думало. Но необходимо было всё равно перестраховаться. Поэтому 6-7 марта Исполнительный Комитет Совета создал специальную "комиссию по связям с местами", которую возглавили Рафес.

Задача этой комиссии была -- "посылка Комисаров в разные города... где чёрная сотня, прислужница старого режима, пытается сеять национальную рознь среди населения". То есть это был карательный отряд быстрого реагирования, а Рафес был первым комиссаром. Фиксируем факт -- первых комиссаров по защите еврейского населения организовал Нахамкес и его Совет.

После этого уже можно было приступать к более спокойным и уверенным действиям.

"От первых же послефевральских дней в столичных газетах обильно замелькали объявления о частных митингах, собраниях, заседаниях еврейских партий: больше всего Бунда, затем Поалей-Цион, сионистов просто, сионистов-социалистов, сионистов-территориалистов, затем и СЕРПа (Социалистическая Еврейская Рабочая партия), -- указывает в своём исследовании Солженицын, --

Уже с 7 марта читаем в газетах об ожидаемом близком созыве Всероссийского Еврейского съезда. Эта идея, высказанная Дубновым ещё "задолго до революции" теперь получила "широкое признание". Но из-за острых разногласий между сионистами и бундовцами -- съезд в 1917 году не состоялся..."

В этот момент активизировались еврейские сообщества и в других странах, например, как сообщает в своём исследовании Солженицын -- 9 марта в английском парламенте министру иностранных дел был задан вопрос -- собирается ли он консультироваться с российским правительством относительно гарантий русским евреям на будущее и возмещений им за прошлое?

"Консультироваться" о возмещении за прошлое -- в переводе с мягкого дипломатического языка означало как минимум лоббирование интересов, а в реальности -- это означало оказать давление на российское правительство.

Дубнов делает в своём дневнике ещё осторожную запись -- "17 марта (1917 г.)... Еврейство в этой революции не выдвигается, не бросается вперёд -- тактический шаг, урок 1905..."

Да, впереди были их люди -- Керенский и Милюков, которые после бурного 1917 г. будут обеспеченно жить в Лондоне и в США.

Когда Керенский и Милюков в марте предложили Винаверу, Дану, Либеру и Брамсону министерские посты в правительстве, то лидеры еврейской общины собрались в еврейском клубе для обсуждения этой темы, и лидер кадетов Винавер мудро советовал подобно С. Дубнову -- вести себя пока осторожно, не высовываться, Винавер: "Не надо нам соваться на почётные и видные места... Не торопитесь осуществлять наши права" (С). И перечисленные лица отказались войти в правительство.

17 марта Временное правительство приняло исторический для еврейского сообщества России акт отмены всех ограничений, которые формально ещё существовали.

Жена Винавера -- Роза Георгиевна вспоминала: "Событие это совпало с празднованием еврейской Пасхи... Какой долгий, долгий путь страданий и борьбы пройден, и как быстро всё свершилось.

Был созван большой еврейский митинг, на котором выступил Милюков: "Смыто наконец позорное пятно с России, которая может теперь смело вступить в ряды цивилизованных народов".

В прессе освободительный акт опубликовали 22 марта.

"22 марта. Знаменательный день: сегодня опубликован акт Временного правительства об отмене всех национальных и вероисповедных ограничений, т.е. акт еврейской эмансипации в России", -- сделал запись в дневнике С. Дубнов. После опубликования этого акта и принятых предварительных перестраховочных мер -- еврейское сообщество значительно активизировало свою общественную деятельность. Американский пастор Саймонс рассказывал комиссии Сената США:

"Вскоре после мартовской революции 1917 года повсюду (в Петрограде) были видны группы евреев, стоявших на скамьях, ящиках из-под мыла и т. д. и ораторствовавших..." (С).

19 марта 1917 года еврейский олигарх в США и лидер мирового еврейского сообщества -- Яков Шифф, финансировавший японцев против России и своих террористов, телеграммой поздравил Временное правительство в лице П. Н. Милюкова (министра иностранных дел) с "...деянием, только что им так блестяще совершённым".

Милюков в ответ Якову Шиффу: "Мы едины с вами в нашей ненависти и антипатии к старому режиму, ныне сверженному; позвольте сохранить наше единство и в деле осуществления новых идей равенства, свободы и согласия между народами, участвуя в мировой борьбе против средневековья..." ("Нью-Йорк Таймс" от 10 апреля 1917 года; из исследований профессора И. Фроянова).

Вдохновлённые американские евреи предложили Милюкову прислать в подарок из США статую свободы. Но дальнейшие события помешали реализации этого символичного акта.

США были далеко от России, но именно там было много евреев из России, именно от туда скоро пойдёт огромный поток в Россию -- будущие комиссары, советские дипломаты, советские чиновники различных ведомств. Как там -- в далёкой Америке переживали за Россию даже в относительно спокойные для неё годы -- описал в своём исследовании И. Я. Фроянов (книга -- "Над бездной") --

донесение русского агента из Америки в штаб Верховного Главнокомандующего от 15.02.1916 г. --

"Русские (Лейба Бронштейн и др.) революционеры в Америке без всякого сомнения приняли решение перейти к действию... Первое тайное собрание, которое можно почитать началом периода насильственных действий, состоялось в понедельник вечером 14 февраля в восточной части (East Side) Нью-Йорка. Должно было явиться всего шестьдесят два делегата, из которых пятьдесят -- "ветераны" революции 1905 г., а остальные новые...

Было доложено, что революционные организации получили из России секретные сведения в смысле, что положение совершенно подготовлено, так как все предварительные соглашения на предмет немедленного восстания заключены. Единственное серьёзное препятствие -- это недостаток денег, но как только этот вопрос был поставлен, сейчас же было заявлено собранию некоторыми присутствующими, что это обстоятельство не должно вызывать никаких колебаний... По этому поводу имя Якова Шиффа было произнесено несколько раз".

Можно смело предположить, что на этой тайной вечери по подготовке новой судьбы России участвовал другой банкир и горячий "поклонник" России -- Лёб, который на митинге в Филадельфии 18 февраля 1912 года кричал:

"Собирайте фонд, чтобы посылать в Россию оружие и руководителей, которые научили бы нашу молодёжь истреблять угнетателей, как собак!.. Подлую Россию, которая стояла на коленях перед японцами, мы заставим стать на колени..." (С).

Итак, во второй половине марта 1917 года наконец-то произошло то, за что так страстно боролись евреи из многих стран -- в России наступило равенство.

"Еврейское общество в России вполне получило от Февральской революции -- всё, за что боролось...", -- фиксирует исторический факт Солженицын и с ним согласны все исследователи истории, включая его современных критиков и недругов. Но революционные евреи и собирались останавливаться на достигнутом.

Далее в нашем исследовании наступает важный момент -- мы будем изучать период истории России, который отказались параллельно Солженицыну освещать Семён Резник и его идеологические помощники из Израиля, США, Германии и других стран. Но, естественно, будем использовать труды других исследователей, в том числе и еврейских.

И теперь понаблюдаем -- как вели себя евреи в России в новых условиях полного равенства, -- и пошло ли это на пользу России.

"теперь в Россию поплыли сотни евреев из Соединённых Штатов -- давних ли эмигрантов, или революционеров, или бежавших от воинской повинности, -- их теперь именовали "революционные борцы" и "жертвы царизма", и по распоряжению Керенского русское посольство в Штатах без затруднений выдавало русские паспорта каждому приходящему, представившему двух подтверждающих свидетелей с улицы", -- отмечает в своём исследовании Солженицын.

Временное правительство во главе с Керенским даже ввело для этого контингента специальные льготы по железнодорожному переезду из Владивостока в Москву и Петроград. И сотни "знаменитых" по кровавым делам в России террористов от Либера, Зунделевича, Дейча, Абрамовича и до Бронштейна (Троцкого) и его многочисленных новобранцев ринулись в Россию из благополучной Америки.

Зачем они ехали в Россию? Кому помогать? Что строить? Вместо кого работать? А если опять бороться -- то за что -- ведь достигнута уже полная свобода?... И заглядывая вперёд -- за что убивать?..

При этом следует отметить один важный "казус" -- в России резко росло число сионистов, которые если признавать тогда за сионистскую идею и цель -- создания еврейского государства в Палестине, то сионисты должны были уезжать из России в Палестину, но они не уезжали, даже наоборот обычный эмиграционный поток сократился до минимума. Согласно исследованиям доктора исторических наук А. М. Малашко -- в России в начале 1917 г. было около 18 тысяч членов сионистских организаций, в мае 1917 г. -- 150 тыс., а к октябрю 1917 г. -- более 300 тысяч.

Как в этой ситуации не вспомнить прозревшего в самом начале XX века марксиста Г. В. Плеханова, который утверждал, что бундовцы стремились "утвердить Сион не в Палестине, а пределах российского государства". Как это строительство Сиона в России происходило на практике, в жизни? -- Многочисленные съезд сионистских организаций того периода требовал от Временного правительства предоставить евреям "права самоуправления во всех областях" путём создания системы местных еврейских органов самоуправления. То есть пошёл процесс создания государства в государстве в разных регионах страны путём локального развития и расширения.

Наблюдался также другой процесс -- если евреи отказались от тактики "не высовываться" в бурных событиях начала Февральской революции, то затем стали активно высовываться на другом поприще -- стали стремиться занять высокие посты в новом правительстве и в Советах.

Например, Гольдштейн возглавил "комиссию для проверки правильности задержания лиц, арестованных во время революции" -- то есть стал решать судьбы всех полицейских, офицеров и т. д.

Соломон и Каплун возглавили милицию Васильевского острова и т. д. (С). А сенаторами стали: М.Винавер, Г.Блюменфельд, О.Грузенберг, и И.Гуревич. Главой Петрограда стал - Г.Шрейдер, а Москвы - О.Минор, управлять делами Временного правительства стал А.Гальперин(Гальперн), высокие посты в министерствах заняли С.Шварц, Д.Далин (Левин), И.Ляховецкий(Майский), Я.Новаковский - все бундовцы, а сам председатель ЦК Бунда Арон Ванштейн стал главой городской думы города Минска, в котором зародились Бунд и РСДРП.

"евреи впервые в России заняли высокие посты в центральной и местной администрации", отмечает информацию в Еврейской Энциклопедии относительного этого периода Солженицын.

Расправу над офицерами в Кронштадте уже возглавил молодой еврей Ханох. Всего в Кронштадте, Свеаборге и других соседних городах казнили 60 офицеров за то, что они были офицерами.

Это были признаки ожесточённой борьбы за главную силу в России -- армию. И Временное правительство и Совет стремились к контролю над армией, чтобы, не дай Бог, -- армия не повернула против революции. С этой целью был создан институт военных комиссаров. В отличие от будущих ленинских красных комиссаров, которые были смотрителями умов и душ солдат, -- эти комиссары были как наблюдатели лояльности армии к власти. Генерал А. И. Деникин:

"Вместе с тем совещание предложило совершенно нелепый проект одновременного существования в армиях трёх комиссаров от: 1) Временного правительства, 2) Совета рабочих и солдатских депутатов, 3) армейских комитетов".

Новая власть поставила также своих головных смотрителей над фронтами, генерал А. И. Деникин: "Казалось в высокой степени странным и обидным для армии то обстоятельство, что во главе фронтовых съездов, представлявших несколько миллионов бойцов... были поставлены такие чуждые ей люди: Западного фронта -- штатский, еврей социал-демократ большевик Познер; Кавказского -- штатский, социал-демократ меньшевик, грузинский шовинист Гегечкори, Румынского -- социалист-революционер, врач грузин Лордкипанидзе". -- Ни одного русского.

(Как видим -- руководители Временного правительства и Совета руководились в подборе начальников над русскими армиями известными мудростями, изложенными в этой книге в главе посвящённой "Тайнам сионских мудрецов").

Вернёмся к еврейскому сообществу и обратим внимание на знаменательный факт -- после достижения полной свободы еврейское сообщество опять выдвинуло идею автономии в России -- то есть возжелало иметь свою часть территории России.

Солженицын указывает на данные Еврейской Энциклопедии --

"14-19 апреля в Петрограде прошла всероссийская конференция Бунда, которая вновь сформулировала требование национально-культурной автономии для еврейства в России".

"по окончании речей всеми участниками конференции были спеты бундовский гимн

"Ди Швуе" (Клятва), Интернационал и марсельеза", -- пишет газета "Известия" (С).

Но на этом процесс не остановился и пошёл ещё дальше и глубже. Ведь в Петроград уже приехал поезд с лобастым внучком Израэля Бланка и его группой захвата -- а их интересовала только власть, захват власти в России.

Ленин совершенно в стиле "Тайны сионских мудрецов" пламенно говорил о свободе --

"...единственная гарантия свободы и разрушения царизма до конца (!) есть вооружение пролетариата...". И после этого, как отмечает советский историк А. П. Ненароков:

"Большевистские партийные организации по призыву Русского бюро ЦК развернули агитационную и организационную работу в массах под лозунгами углубления революции..."

Причём они ещё не знали -- что будут делать после захвата власти и срочно на коленках в поезде что-то сочиняли... Кстати, далее посмотрим -- как будет выглядеть свобода при власти Ленина...

А из США плыли Лейба Бронштейн (Троцкий), его друг Моисей Гольдштейн (Володарский) и целая команда им подобным -- им также не хватало ни полной свободы, ни автономии -- им также нужна была власть над Россией.

В нашем исследовании мы находимся сейчас в принципиально важном месте -- между двумя очень различными революциями: февральской и октябрьской, которые произошли в очень краткий по историческим меркам период -- в течение десяти месяцев.

Это некоторым лукавым аналитикам или историкам даёт возможность свалить в одну кучу действующие лица и причины этих важных и трагических для России событий.

Этот дальнейший процесс захвата власти в России самой агрессивной частью еврейского сообщества в лице Ленина, Троцкого и им подобных -- некоторые исследователи истории мягко назовут -- "углублением Февральской революции".


Ч А С Т Ь 12


Углубление Февральской революции


## Глава 1. План

"Барбаросса" Ленина.


Итак, поезд с Лениным и группой "захвата" двигается из Германии в сторону России. У.Черчилль по этому поводу саркастически ёрничал: "немцы испытывали благоговейный трепет, когда обратили против России самый ужасный вид оружия. Они завезли Ленина из Швейцарии в Россию, как бациллы чумы, в закрытом вагоне".

Немцы отправили Ленина не с пустыми руками - документ из политического архива МИД Германии:

"Берлин, март 1917г.

Секретно!

...В Имперское Министерство иностранных дел. Для политической пропаганды в России подлежит выделить 5 миллионов марок согласно положению,

## глава 6, абзац 2, был бы благодарен за возможно более быстрое исполнение.

Государственный секретарь".

И если дела у Ленина пойдут хорошо, то немцы обещали добавить. А это уже очень серьёзные суммы, "революционны" деньги английских фабианцев 1905 года в сравнении кажутся скромными.

Кто ехал вместе с Лениным? Вспоминает его жена Н. К. Крупская:

"Ехали мы, Зиновьевы, Усиевичи, Инесса Арманд (Ленин без неё никак не мог), Сафаровы, Ольга Равич, Абрамович из Шо-де Фон... (и т.п.) Под видом россиянина ехал Радек...".

Солженицын указывает, что по данным В. Бурцева с Лениным ехало 29 человек, и 160 человек в бундовском -- натансон-цедербаумовском поезде. Среди ленинской группы были и неевреи, а в Бунд принимали только одной национальности. Поэтому состав группы "захвата" по национальности понятен. Интересно только как Бурцев умудрился разделить евреев на бундовцев и ленинцев в этот период. Хотя сама Крупская также делила -- "Всего ехало 30 человек, если не считать 4-летнего сынишки бундовки, ехавшей с нами, -- кудрявого Роберта...".

Итак, в пломбированном вагоне ехало 31 человек, из них двое неизвестных "русских" "революционера" представленные как - "финские товарищи" по фамилии Рубаков и Егоров. А.Арутюнов в своём двухтомном исследовательском труде документально убеждает, что в вагоне в этой "вирусной" группе ехали два немецких профессиональных разведчика: Майор Андерс под фамилией Рубаков и майор Эрих под фамилией Егоров. Выделив такие деньги Ленину, немцы ему не доверяли и хотели контролировать ситуацию своими "глазами", которые могли и что-то подсказать Ленину.

"31 марта мы уже въехали в Швецию, -- вспоминает Крупская, -- В Стокгольме нас встретили шведские социал-демократические депутаты -- Линдхаген, Карльсон, Штрем, Туре Нерман и др. В зале было вывешено красное знамя, устроено собрание".

Кстати -- интересно: почему Карльсон не провёл марксистский эксперимент в Швеции, -- почему именно Россию решил наказать Бог?

Карльсон не был совсем дурак, но не знал -- как идею Маркса осуществить, ибо Маркс ничего об этом конкретно не написал, а Ленин уже в первых числах марта прикинул кое-что и попробовал изъян интеллекта Маркса устранить в своих "Письма из далёка".

На самом деле Ленин поставил перед собой сложнейшую задачу -- захватить власть в России, но понятно, что легитимным, законным путём ему этого не сделать -- кто такой для россиян это Ленин?

И силой не взять -- силы этой не то что не хватало, -- её не было. При таких амбициозных наполеоновских планах оставалось только одно -- хитрость. И по этому поводу стоить вспомнить опять Шопенгауэра:

"Что касается несправедливости вообще, то она осуществляется либо насилием, либо хитростью: по своему нравственному значению это одно и то же. На пути насилия я достигаю этого с помощью физической причинности; на пути же хитрости -- посредством мотиваций, то есть причинности, прошедшей через познание; иначе говоря, я достигаю этого тем, что подставляю воле другого человека обманные мотивы, в силу которых он, думает следовать своей воле, следует моей".

Над этими обманными мотивами Ленин вместе с Усиевичами, Абрамовичем и др. долго думал в поезде. Поезд приближался к России, а в нём шла коллективная шальная мозговая атака-ответ на вопрос: Что делать (?) -- когда приедут в Россию? По этому поводу клянут здорово Маркса -- недоработчика, как и самих себя. Чуть позже Ленин напишет публике в мягкой форме:

"О таких ничего не написано в большевистских и меньшевикских учебниках", или -- "Чем заменить разбитую государственную машину? На этот вопрос в 1847 году в "Коммунистическом Манифесте", Маркс давал ответ ещё совершенно абстрактный..."

Да Ленину было не легко... А поезд приближался к России... Ещё в Швейцарии застигнутый врасплох историей Ленин в своих "Письма из далёка" с задачей не справился.

В поезде, через несколько дней сумасшедшей по своему напряжению и объёму интеллектуальной работы, -- стали вырисовываться некоторые главные контуры будущего плана-построения, плана-работы в России. Всё обобщается, систематизируется и пронизывается логикой в лучшей голове этого путешествующего коллектива.

Эта программа вошла в историю под названием "Апрельские тезисы". Под этим общим названием скрывались две небольшие, но очень важные программные работы -- "Письма о тактике" и "Задачи пролетариата в нашей революции".

В эти две работы мы вынуждены заглянуть, так как там есть что-то впервые в истории человечества, совершенно новое в философии общества-государства. Итак, во-первых, -- там ставится в самом начале задача перевода существующей революционной ситуации в России во вторую фазу, то есть отбор власти у Временного правительства пролетариатом в лице и под руководством партии Ленина.

В данном случае Ленин как и Маркс, а вернее как известный в это время доктор магии Папюс, использовал тёмную необразованную силу пролетариата для захвата власти. Не случайно Троцкий (!) ещё в 1912 году (во время образования "Правды") назвал с возмущением Ленина -- "Профессиональный эксплуататор отсталости рабочего класса...".

А в случае успеха -- что делать? Здесь используется опыт 1905 года -- создаются на местах Советы, которые, конечно, возглавляются членами партии Ленина. Ленин в этот период ошибочно думал, что существующий в Петрограде Совет Нахамкеса -- уже его, Ленина...

По замыслу Ленина местные Советы должны взять на местах под свой жёсткий контроль банки, синдикаты и всё, что представляет интерес. Для наведения и удержания общественного порядка создаётся народная милиция. То есть частично создаются новые государственные органы управления, а часть старых просто меняет название и сотрудников.

То есть создаётся новое государство. А как же фундаментальное утверждение Маркса -- ликвидация вообще государства как такового? Да, это создание нового государства, которое необходимо на переходный период к социализму и коммунизму -- находил оправдание Марксу Ленин.

Государство на переходный период просто необходимо и именно как аппарат подавления -- этот вывод, -- это цена и опыт Парижской Коммуны пятидесятилетней давности -- тогда из-за расхлябанности, разгильдяйства, частичной анархии и благодаря паникёрам, диверсантам, провокаторам -- всё рухнуло.

И Ленин под этот отход от марксизма, вернее -- исправление его ошибки, подводит фундамент строгой логики: "Государство в собственном смысле есть командование над массами со стороны отрядов вооружённых людей, отделённых от народа. Наше рождающееся, новое государство есть тоже государство, ибо нам необходимы отряды вооружённых людей, необходим строжайший порядок, необходимо беспощадное подавление насилием всяких попыток контрреволюции...".

Вот вам и пресловутая демократия, -- знаменем которой многие годы размахивали все марксисты вплоть до Бунда.

Хорошо, власть в Петербурге можно захватить и удерживать долгое время, может что-то подобное получится и в некоторых крупных других городах, -- но как быть с захватом власти и её удержанием на всей огромной территории России, где и пролетариата нет, в сельской местности, в национальных регионах? Какие здесь обманные мотивы предложит Ленин?

И Ленин принимает два верных и важных обманных решения. Первое -- обманный лозунг: "Земля -- крестьянам!" Это должно привлечь на сторону партии Ленина всё многомиллионное крестьянство.

Второе -- это провозглашение права наций, входящих в Россию, на самоопределение, на отделение от России. Благодаря этим лозунгам Ленин запланировал подключить и возглавить эти две огромные силы. Ленин, бесспорно, не хотел распада России, государства, которое сам собирался возглавить.

Это был его тактический обманный ход. Ленин провозглашал эти лозунги чтобы не просто иметь сторонников и союзников -- просто симпатизирующих, пассивных, не мешающих захватить власть и удерживать её, но этим он хотел иметь активных сторонников-союзников, он пробуждал и освобождал борющуюся на его стороне довольно агрессивную и большую силу.

Пополнив свою армию миллионами крестьян и пробуждающимися к этому времени национал -- освободительными движениями, -- Ленин, бесспорно, получал существенное, решающее превосходство над существующей властью.

Фактически Ленин планировал осуществить заоблачную мечту Маркса, исходящую от Гегеля, -- оседлать и использовать действующие в обществе объективные законы и закономерности, стоящие над простым человеком, где отдельный человек является только пылинкой или листком гонимым этими ветрами-закономерностями-процессами.

Когда-то Генрих Гейне язвил против намерений Маркса -- "Так и знайте горделивые люди действия. Вы не что иное, как бессознательные чернорабочие на службе у людей мысли, которые не раз в смиреннейшей тиши точнейшим образом предсказывали все ваши деяния".

Мечту Маркса -- научиться управлять этими процессами, и осуществил в своих целях Ленин.

С появлением единого информационного пространства во второй половине XX века технологи от социальной инженерии по призыву духовного ученика Маркса - Карла Поппера благодаря телевидению довели науку управления общественным сознанием, сознанием больших масс людей до совершенства.

Хотя и до него в истории человечества эффективно использовали знания и сознательно управляли некоторыми процессами короли, цари, императоры и т. д.

А в наше время, изучив опыт Ленина и применив последние научные достижения, многие западные учёные-психологи и специалисты Голливуда превратили это в технологию, и стали руководить многими общественными законами-процессами, даже стали определять наши вкусы и наш выбор, что нам кушать и что нам пить, и во что нам одеваться -- в этот момент "демократия" достигла апогея своего развития...

Советские идеологи пытались делать тоже самое примитивным способом пропаганды и дозированием информации. А Сорос постиг науку управлениями мировыми финансовыми процессами и через них и посредством их достиг возможности влиять на политические общественные процессы в мире. Вот история развития этого философского аспекта.

Возвращаясь к Ленину, стоит заметить, что с лозунгом о земле всё ясно -- при первом же эксперименте, когда массово появились не симпатичные для коммунистов кулаки, всё закончилось сплошной коллективизацией. Когда уже у власти, то не надо оправдываться и отвечать на глупые вопросы. А для настырных, задающих неприятные вопросы -- есть много работы в лагерях.

А вот с национальностями немного сложнее. Ленин довольно сильно рисковал пробуждая-разыгрывая национальный вопрос. Кто-то мог принять это за чистую монету или самостоятельно сознательно сыграть в этой ленинской игре.

Чтобы окончательно уяснить национальный вопрос -- послушаем самого Ленина в написанной им в начале 1915 года небольшой работе "Социалистическая революция и право наций на самоопределение":

"Таким образом, это требование вовсе не равносильно требованию отделения, дробления, образования мелких государств. Оно означает лишь последовательно выражение борьбы против всякого национального гнёта". Для особо непонятливых Ленин объяснял уже в 1917 году:

"Вопрос о праве наций на освобождение непозволительно смешивать с вопросом о целесообразности отделения той или иной нации... Этот последний вопрос партия пролетариата должна решать с точки зрения... интересов всего общественного развития и интересов классовой борьбы пролетариата за социализм". Немного вычурно и мутновато, но понятно.

Ленин понимал преимущества крупных (не делимых на мелкие) государств и писал ещё в 1915 году -- "выгоды крупных государств и с точки зрения экономического прогресса и с точки зрения интересов массы несомненны".

Вот с таким теоретическим багажом -- интеллектуальным оружием группа безработных "прогрессивных" интеллигентов во главе с Лениным, назвавшая себя партией пролетариата, и "кудрявый Роджер" с оптимизмом приближались к российской столице.

"На финских вейках переехали мы из Швеции в Финляндию. Было уже всё своё, милое -- плохонькие вагоны третьего класса... -- вспоминала Крупская, -- Наши прильнули к окнам.

На перронах станции, мимо которых проезжали, стояли толпой солдаты. Усиевич высунулся в окно.

"Да здравствует мировая революция! -- крикнул он. Недоуменно посмотрели на него солдаты. Мимо нас прошёл несколько раз бледный поручик..."

Неграмотные русские солдаты ничего не знали о старой идее гегемонии на нашей планете модернизированной Марксом, для которой нужна была мировая революция. А поручик был умнее и, вероятно, догадывался -- предчувствовал, что ему и его солдатам жить оставалось уже немного...

К Петрограду "захватчики" подъезжали осторожно, по всем правилам военной науки. Перед Петроградом они сделали остановку, чтобы узнать в подробностях ситуацию в столице и детально проработать план действий.

Их предусмотрительно встретили -- "В Белоострове нас встретили Мария Ильинична, Шляпников, Сталь и другие товарищи", -- вспоминала Крупская. Что они могли рассказать о ситуации в городе?

"Временное правительство не было безвольным -- оно было безвластным... И когда Временное правительство призвало народ к порядку и защите государства, то возникли сомнения -- за кого, за что и зачем", -- отмечал в своих воспоминаниях Вырубов. Керенский жаловался:

"Даже слово "полиция" стало так ненавистно народу, что его пришлось подменить словом "милиция". И даже эту милицию население не хотело отдавать в руки правительства; милиция должна была оставаться в полном распоряжении местных самоуправлений. Конечно, положение государства без органов управления ужасно".

Смешно выглядят эти жалобы на собственную импотенцию руководителя правительства. Во всём виноват народ -- оправдывался Керенский:

"Власть, как все -- нет, это, пожалуй, и не власть" -- размышлял про себя средний русский обыватель", "Но слишком резок оказался переход от всех декораций самодержавия к простому, может быть слишком простому облику новой власти, власти Революции!"

(Керенский ещё не вырос из революционного пафоса того времени, когда он умолял Азефа -- дать ему бомбу, чтобы бросить в кого-нибудь из российских чиновников).

Ленин отчётливо понял ситуацию в столице и решил ею воспользоваться в полной мере.

## Глава 2. Провал

молниеносного броска

Ленин решил захватить власть сразу, -- выйдя из поезда, -- "с поезда -- на власть и во власть". По меркам истории -- это молниеносная акция.

"Получив утром 3 апреля известие о предстоящем приезде Ленина в Петроград, Центральный Комитет партии, Петербургский комитет принимают срочные меры, чтобы оповестить об этом все районы, предприятия, воинские части столицы...", -- рассказывает советский историк А. П. Ненароков.

(Начиная с цитат Крупской -- в этой книге использованы исследования этого советского историка. Во-первых, -- его изданная уже третий раз в 1988 г. книга-альбом, доработанная и дополненная, и одобренная партией и университетом марксизма-ленинизма, -- является одной из лучших в этом советском жанре трактовки истории. А во-вторых, поскольку С. Резник и со своими красными помощниками отказался с нами идти дальше по истории, то как раз нам пригодится вместо него другой со своей красной командой; этот плюрализм мнений будет бесспорно полезен, только теперь -- мы будем идти параллельно с А. П. Ненароковым -- далее (Н)).

Итак, -- для чего были нужны эти срочные меры ленинцев? Да, они были нужны по двум причинам: во-первых, -- Ленин был никому не известен, кроме скудного кружка большевиков в Петербурге и -- соответственно -- Ленину нужна была большая рекламная пиар-кампания.

Ленин до этого момента -- ведь абсолютно ничего путного не сделал, а теперь его единомышленники говорили рабочим -- К нам едет Ленин! А те изумлённо спрашивали -- Ну и что? Кто таков?

А ленинцы возмущённо восклицали -- Да вы разве не знаете -- это "величайший вождь и организатор масс" (Н), великий защитник рабочих и крестьян... и, возможно, солдат...

Ну придём, посмотрим -- отвечали рабочие. А чтобы рабочим не мешала работа на заводах -- приезд Ленина специально спланировали на праздник -- Пасху.

Во-вторых, -- у Ленина был глобальный план блицкриг, о котором не знали ещё рабочие, которым отводилась важная роль тарана, но знали ближайшие единомышленники этого "эксплуататора отсталости рабочего класса".

"День был Пасхальный. Заводы не работали. Газеты не выходили. Но в Выборгском, Московском... (и др. районах) в этот день прошли собрания большевиков... Большевики Выборгской стороны обошли улицы района с плакатом: "Сегодня к нам приезжает Ленин!"

На Васильевском острове расклеили листовки с указанием времени и сбора для шествия к Финляндскому вокзалу. В Нарвском районе предприняли (ещё) обход рабочих квартир. Большевики Московского района...(и т. д.)", -- рассказывает Ненароков.

Вот как создавался культ неизвестного Ленина. Стоит отметить, глядя на эту подготовку, что многим современным технологам по оболваниванию населения -- ещё далеко до того уровня, который был продемонстрирован их предшественниками-марксистами.

Итак, подготовка прошла активно, спектакль запланированный Лениным и его "мудрецами" начинался. Не зря поезд с Лениным стоял и "почему-то" не спешил приехать в Петроград. И вот поезд двинулся к Петрограду.

Темно, сыро, толпы рабочих уже давно ждут на вокзале чтобы посмотреть на вождя, которого им сватают как их великого Спасителя. Они его не видели, но уже почти их Кумир. Пол дня ожидания и нетерпения, все уже чертовски голодны, "Море людей, красные знамёна и факелы..."(Н). Это какая-то мистерия, магия. Как будто сценарий к этому ночному факельному действу писал сам доктор Папюс -- специалист по чёрной магии, чтобы активизировать тёмные агрессивные силы, дремлющие в глубине сознания "масс".

И вот в начале 12 часа ночи поезд въезжает на вокзал... Ночь, факела, красные знамёна и голодные рабочие. "Кронштадт выслал сводный отряд для торжественной встречи и охраны вождя революции. Рядом с рабочей милицией и красногвардейцами стояли и солдаты"(скоро прозревший Кронштадт обливаясь кровью, бомбардируемый с самолётов Лениным, будет горько вспоминать эту ночь и свою глупость).

"Трибуной для выступления должна была послужить автомашина. Но народу пришло так много и все так хотели видеть Ленина, что машину заменили броневиком" -- пытаясь выглядеть простым и наивным "парит" миллионы россиян Ненароков. -- Зачем там были броневики?

Ни один советский учебник или книга не приводят ту речь Ленина на площади с броневика (может она и есть, извините, но я старательно искал и не нашёл).

Приводят только последнюю фразу Ленина -- "Да здравствует социалистическая революция!"

На самом деле -- правда состоит в том, что, видя слабость власти, Ленин сразу с поезда решил захватить власть -- и направить на её захват все имеющиеся силы. Вот для этого и нужны были броневики и магическое ночное зомбирование "масс".

А поскольку было два центра власти, один из которых был -- Совет, который Ленин считал уже своим, тем более его на вокзале встретил от лица Совета Чхеидзе, он же лидер меньшевиков. То дело оставалось за малым -- просто прийти и занять Мариинский дворец, где заседало Временное правительство, которое теперь сладко спало, не подозревая такой наглости, и объявить, что Советы теперь являются единственной властью в стране.

Но в ту ночь рабочие и матросы здорово подвели Ленина и разочаровали своей непонятливостью.

То ли они были тупее -- чем он предполагал, то ли -- умнее... Они не понимали чего хотел Ленин, куда он их призывал -- к какой мировой революции, и что такое социалистическая революция.

И недоумевающие, не разобравшиеся в мудреных ленинских речах -- они не готовы были на ночной штурм Мариинского дворца по призыву человека, которого видели первый раз в жизни...

И Ленин видел это и всё понимал. Что ему оставалось делать? -- Остыть, идти спать и отпустить по домам усталых, голодных и обескураженных рабочих? Нет, -- Ленин решил промучить их до самого утра, ещё раз их пропитать своим враньём и все-таки толкнуть на захват Мириинского.

"Сидящий за рулём солдат М.С.Оганьян медленно повёл машину (не через Литейный мост к цели) через Сампсониевский мост на Петроградскую сторону. В пути Ленин ещё несколько раз обращался к колоннам рабочих, солдат и матросов"(Н). Но эффект был тот же, вернее -- к разочарованию Ленина эффекта от его воинственной пропаганды вовсе не было. К Мариинскому "массы" были ещё не готовы идти. Походный штаб Ленина из "Усиевичей" и "Абрамовичей" лихорадочно соображал что делать.

Вариантов было не много -- опять и опять вдалбливать этим тупым рабочим и матросам, что "Усиевичи" и "Абрамовичи" вместе с их картавым "вождём" приехали их спасать, дать свободу и осчастливить

"У особняка Кшесинской, где располагались тогда ЦК и ПК РСДРП (б), митинг возобновился. Ленин неоднократно выступал с балкона" (Н). Бедным рабочим можно только посочувствовать.

Под утро "марксисты", глядя на рабочих, пришли к выводу, что часть из них уже готова идти за них на смерть -- созрели, и послали их к Мариинскому дворцу. При этом сам Ленин и ближайшие его "Абрамовичи" не пошли вместе с рабочими, а ждали результата во дворце Кшесинской.

Рабочие не то -- чтобы поняли, но им всё уже надоело до чёртиков, и они желали уже подальше уйти от этого непонятного говоруна. И пошли все в сомнениях в сторону Мариинского. Временное правительство было беззащитным.

Но случилось чудо (форс-мажор), которое не предвидел Ленин. И когда вооружённые солдаты, матросы и рабочие подошли к зданию Временного правительства, то неожиданно в защиту Временного правительства собралась огромная толпа петербуржцев, и блицкриг Ленина сорвался.

Чхеидзе и, конечно, Нахамкес не прочь были убрать конкурента -- Временное правительство, но в условиях -- когда Ленин так нагло и нахраписто взялся за пролетариат, матросов и власть, они испугались его, боясь потерять и свою власть.

Поэтому, поняв план Ленина, и пока всю ночь происходило упорное зомбирование рабочих Лениным, -- они собрали перед Мариинским своих рабочих и горожан. И когда полузрелые рабочие и солдаты пришли от Ленина и встретились с горожанами, их ожидавшими и готовыми защитить Временное правительство, то завязался горячий спор, дискуссия, после чего все разошлись по домам.

План Ленина -- молниеносного захвата власти провалился из-за рабочих и горожан.

А. П. Ненароков, Коммунистическая партия и университет М-Л. -- ничего об этом не рассказывают, то ли считают это позорным для Ленина и его партии, то ли для рабочих... Интересно -- как это "не заметить" - "забыть" попытку захвата власти в России?..

"Разошлись далеко за полночь. Остановился Ленин в тихой квартире N?24... А затем, будто и не было бессонной ночи, Ленин начинает новый свой первый после долгого вынужденного отсутствия рабочий день в России", -- продолжает рисовать милый сюжет для народа Ненароков (а шёл уже третий год "перестройки"...).

После этих событий возмущённый поступком своего земляка А.Ф.Керенский (он так же родился 22.04.1881 г. в Симбирске) писал: "Знакомясь несколько лет назад с секретными германскими архивами во время работы в Гуверовском институте, я нашёл документы, свидетельствующие, что все эти (апрельские) события были делом рук Ленина", -- писал наивный Керенский. По-моему сам Ленин этого не очень скрывал. Итак, захватить власть в России "на дурачка" у Ленина не получилось.

Срыв ленинского плана захвата произошёл несмотря на то, что Ленин приготовил коварные ответы на верно подмеченный Вырубовым вопрос: за что и зачем? Ленин пропитал своими обещаниями толпу у Финляндского вокзала, а те -- кто были в то время у Мариинского были не в курсе "пряников" Ленина. В ходе этих событий выяснилась и другая беда Ленина -- Совет отмежевался от наглой попытки Ленина захватить власть. Он оказался не ленинским, и Ленину ещё предстояло его захватить.

Ленину ничего не оставалось -- как приступить к длительной осаде-захвату власти. Пришлось выступить в этот период на десятках митингах, чтобы объяснить многочисленным солдатам (бывшим крестьянам) и рабочим обещанную выгоду своего правления и завоевать их симпатии. Другие слои общества ввиду их малочисленности Ленина не интересовали.

Но была ещё одна актуальная проблема у Ленина -- его не понимали его же соратники по партии, поэтому не удивительно, что его не поняли необразованные рабочие и матросы. Его планы понимали только "Абрамовичи" из группы захвата. Например, более Керенского возмущался Лениным Горький:

"Мы как влюблённые романтики обожали её (Февральскую революцию), но пришёл некто дерзкий и буйно изнасиловал нашу возлюбленную".

"Я никогда не был против Ленина, но ни я, никто из тех, кто был всегда с Лениным, сразу толком его не поняли. Все большевики говорили о демократической революции, а тут -- социалистическая!" -- недоумённо восклицал лидер марксистов-ленинцев в Петрограде (в отсутствии Ленина) Молотов.

"Надо открыто признать, что огромное число старых большевиков... По вопросу о характере революции 1917 года придерживались старых большевистских взглядов 1905 года и отказ от этих взглядов, их изживание совершилось не так легко", -- констатировал участник тех событий Ангарский.

На совещании 4-го апреля только 2-е поддержали Ленина в вопросе углубления революции.

Ленинский вариант социалистического устройства государства считали утопическим, нереальным, объяснимым только "долгой оторванностью Ленина от русской жизни".

Розенфельд (Каменев) 24 апреля на конференции утверждал: "...рано говорить, что буржуазная демократия исчерпала все свои возможности".

"Толчок к социальной революции должен быть дан с Запада", -- а не от Ленина утверждал Рыков. "Партия оказалась застигнута Лениным врасплох не менее, чем Февральским переворотом. Критерии, лозунги, обороты речи, успевшие сложиться за пять недель революции, летели прахом" -- писал о Ленине Троцкий, -- "Он свирепо издевался над ходким словечком "революционная демократия", включавших одновременно рабочих и мелкую буржуазию: народников, меньшевиков и большевиков".

7 апреля были опубликованы тезисы Ленина об углублении революции, а уже 8 апреля "Правда" писала: "Что касается общей схемы т. Ленина, то она представляется нам не приемлемой, поскольку она исходит из признания буржуазно-демократической революцию законченной и рассчитывает на немедленное перерождение этой революции в революцию социалистическую".

Да, все хотели строить новую Россию по образу европейских стран, только Ленин и его "Бронштейны" и "Абрамовичи" жаждали власти, гегемонии над Россией.

Стоит отметить один важный момент -- в этом вопросе были не согласны с Лениным и многие евреи, они также хотели строить новую Россию по западному образцу.

"21 апреля. Большевики из партии Ленина призывали к диктатуре пролетариата...

1 мая. Анархия в армии и среди рабочих растёт..." Диктатура пролетариата" носится как зараза в воздухе, но она, по плану Ленина и братии...

а вот как бы не вынырнул диктатор из "чёрной сотни", ныне запрятавшийся...

14 мая. Вырождение российской революции в пугачёвщину идёт вовсю. Европейская революция в русском переводе означает погром слева вместо реакционного погрома справа..." -- сопровождал события комментариями в своём дневнике С. М. Дубнов.

Семён Маркович, конечно, беспокоился "о своём", но он и его кадеты и сионисты было против изнасилования Лениным России. Это стоит запомнить и проследить эту линию, чтобы потом разобраться в "разборках" между еврейскими организациями после захвата власти в России, и чтобы понять как при дележе этой добычи и в борьбе за власть произошло нападение евреев на евреев: убийство Урицкого и покушение на Ленина, а затем -- ответ ленинцев "красным террором" по всей стране.

Буйное поведение Ленина вело к опасному расколу революционного народа -- на первом же всероссийском совещании Советов И. П. Гольденберг (он же -- Мешковский) обвинил Ленина, что им водружено знамя гражданской войны в среде революционной демократии (Н).

Буйное поведение Ленина сильно обострило и военную тему. Ведь пытавшийся захватить власть у Керенского Ленин продвигал по своим обязательствам интересы Германии, а оказавшиеся под угрозой Керенский, Милюков и Гучков -- интересы Англии. (Несчастная Россия -- её интересы некому было защищать).

Поэтому закономерно, что через несколько дней после описанных событий -- 9 апреля руководство Англии обратилось к Временному правительству с требованием выполнить до конца свои обязательства в войне. Англичане не рассчитали свои силы и привлечённые. Немцы в одиночестве удачно сражались уже не первый год на всех фронтах, отбиваясь от нападавших и переходя в наступления. Быстрой победы у Англии не получилось.

И как раз в это время -- весной 1917 г. английские и французские армии потерпели весной сокрушительное поражение от немцев. И если русские армии выходили сейчас из войны по причинам внутренних событий, то была большая вероятность проигрыша войны Англией и крушение всех гигантских планов еврейского мирового сообщества. И последствия победы в Первой мировой войне Германии, в которой процветал антисемитизм, -- трудно было предвидеть...

Получалась парадоксальная ситуация -- евреи во главе с буйным Лениным мешали другим евреям.

Советник Тони Блэра и Маргарет Тэтчер Пол Джонсон так комментирует другой критический момент: "Идея того, что евреи могут выиграть от поражения Германии в начинающемся страшном конфликте, потрясла бы в этот момент большинство их (евреев) своей абсурдностью.

Смертельным врагом евреев была царская Россия, которую в это время пыталась разорвать на части германская армия...

Когда немецкие войска, разбив русскую армию под Танненбергом, ворвались в русскую Польшу, евреи приветствовали их как спасителей". Так рассуждали еврейские "массы" на бытовом уровне, у еврейских же стратегов были совсем другие глобальные планы.

Ситуация усугублялась ещё и тем, что руководство Англии спеша выполнить поставленные евреями перед ним задачи -- неправильно планировали свои военные силы: ещё в начале войны -- в 1914 году английские войска высадились в Южном Ираке, чтобы захватить для евреев Палестину, но потерпели поражение от турок.

То же самое англичане повторили в 1915 году -- и опять поражение. На следующий раз англичане намного усилили свой военный контингент, в ущерб событиям на фронте с немцами,-- и в марте 1917 г. все-таки взяли Багдад, но война продолжалась, и там необходимо было держать войска (только 30.10.1918 г. в Мудросе было подписано перемирие).

Поэтому теперь евреям и англичанам необходимо было просто биться за Россию, за Керенского и Милюкова против желания Ленина захватить власть, и толкать плохо вооружённые оставшиеся русские армии под немецкие пушки.

Ленин уверенно сражался и на многочисленных митингах и собраниях объяснял одни и те же тезисы, что войну необходимо остановить, но при этом обязательно надо убрать Временное правительство и захватить власть -- Ленин: "Никакой поддержки Временному правительству..." -- вся власть Советам, и это несмотря на "Признание факта, что в большинстве Советов рабочих депутатов наша партия в меньшинстве, и пока в слабом меньшинстве..." -- Ленин.

Какой выход у Ленина в этой ситуации? Как он собирается бороться за власть далее? Только марксистским-журналистским способом -- оболваниваем неграмотных слоёв населения, "Разъяснением массам...", и главное -- "Организация самой широкой пропаганды этого взгляда в действующей армии". Поэтому Ленин сам взялся руководить газетой "Правда".

Ленин разочаровался в рабочих, они его подвели. Он понял, что реальная сила -- это армия, и солдатам необходимо пообещать долгожданный мир, прекращение войны и бесплатное увеличение его крестьянского надела; и всё это -- в обмен на поддержку в захвате власти.

И заканчивая эту главу, мило улыбнёмся, над творчеством А.П.Ненарокова и всех советских историков -- "указав на наиболее характерные особенности переходного периода -- максимум легальности в России, отсутствие насилия над массами и их доверчиво-бессознательное отношение к правительству буржуазии, Ленин требовал отказа от какой-либо поддержки Временного правительства, разоблачения полной лживости всех его обещаний...".

## Глава 3.

Борьба за Россию. Ещё две попытки Ленина захватить власть

Стоит отдать должное Ленину как психологу, политическому технологу, великому обманщику и его энергии -- он своими выступлениями, листовками и газетами всё более и более пропитывал умы рабочих и солдат Петрограда. Уже 18 апреля (1 мая по старому стилю) состоялась очередная репетиция и смотр новых ленинских сил. Праздник в честь международной рабочей солидарности показал хорошую массовость. Интересно, что во время праздничной демонстрации кроме тематических транспарантов -

"Да здравствует братство народов!", рабочие несли и "Мир без аннексий и контрибуций!".

На это действие российской "германской" группировки тут же ответила через два дня российская "английская" группировка -- Милюков разослал всем союзникам заверения, что Россия продолжит участие в войне; этот документ вошёл в историю под названием -- "нота Милюкова".

Следующий ход за германской стороной --

"20-го и 21 апреля Питер кипел. Улицы были переполнены народом... массовые манифестации и демонстрации продолжались непрерывно...", -- писал позднее сам Ленин. Это был его ответ, и легко догадаться какие лозунги несли рабочие-ленинцы... -- "долой Милюкова".

Ответ англичан не был слишком мудрёным, но мощным -

"Буржуазия захватывает Невский проспект -- "Милюковский" по выражению одной газеты.., -- рассказывает Ненароков, -- Манифестируют офицеры, студенты, "средние классы" за Временное правительство, из лозунгов часто попадается надпись на знамёнах "долой Ленина"...

У здания английского посольства, по сообщению газеты "Новая жизнь", перед собравшимися выступил английский посол Джордж Бьюкенен с призывом поддержать Временное правительство, являющееся "искренним защитником народных интересов"...

21 апреля заместитель прокурора Петроградской судебной палаты дал указание... начать следствие о якобы имевшей место стрельбе сторонников Ленина по демонстрантам".

А генерал Корнилов отдал приказ артиллерии прибыть на Дворцовую площадь. Это была превентивная устрашающая мера, чтобы Ленин не двинул туда колонны демонстрантов.

Ещё 20-го апреля по рекомендации Временного правительства на квартире военного министра Гучкова собрались: генерал Алексеев, адмирал Колчак и генерал Корнилов. Они совещались -- как отобрать обратно у Совета войска и тем ослабить его.

С этой целью было принято решение вывести части, находящиеся под влиянием Совета и ленинцев, из столицы подальше. За проведение этой операции отвечал перед правительством Гучков. Казалось бы у англичан намечался серьёзный перевес сил.

Немецкая сторона поняла манёвр англичан и ответила -- Совет в категоричной форме поставил вопрос о контроле над распоряжениями Корнилова, а ленинцы повели шквальную пропаганду - обработку умов солдат. В результате ленинцы добились существенных успехов -- когда генерал Корнилов назначил военный смотр Финляндского полка -- этот полк, обработанный ленинскими политтехнологами, демонстративно на смотр не вышел.

Славный генерал Корнилов оказался морально и духовно слаб и от расстройства подал в отставку.

У англичан -- во Временном правительстве так же дрогнули нервы: они обвинили в срыве операции Гучкова и сняли его с поста военного министра. Похоже, внутри Временного правительства начался раздрай, споры и взаимные обвинения -- кризис, в результате чего через три дня после снятия Гучкова -- уволили и Милюкова (25 апреля).

Но вместе с серьёзными претензиями к своим министрам, Временное правительство, "англичане", начали тонкую игру против "немцев" под названием "разделяй и властвуй". Зная о разногласиях между Лениным и Советом в лице Нахамкеса и Чхеидзе, -- правительство 26 апреля обращается публично к Совету с предложением создать "коалиционное правительство", куда приглашались лидеры Совета.

Искушение статуса, славы и власти было велико... Внутри Совета началась борьба.

28 апреля на заседании Исполкома Совета предложение было отклонено к радости Ленина преимуществом всего в одним голос: 23 против, а 22 -- за, 2-е воздержались.

Но англичане не сдавались легко. И уже 1 мая прошло повторное обсуждение и голосование в Совете -- и на этот раз за вхождение в правительство проголосовало 44 члена, а против всего -- 19, двое опять воздержались. Остаётся догадываться -- что произошло или как "поработали" с 21 членом.

Итак, коалиционное правительство было создано довольно быстро -- в течение нескольких дней.

Пунктом N?1 в программе нового правительства была декларация -- активная работа в пользу мира, исходя из манифеста Совета 14 марта. Но это была тонкая игра в "дурака", ибо уже 7 мая новый министр иностранных дел Терещенко, не афишируя, послал телеграммы о готовности продолжать войну не только основным участникам-союзникам, но и в Белград и Бухарест.

Параллельно с этими событиями в мае произошли и другие события, из которых следует отметить приезд Бронштейна со своей командой из США и активизация сионистов.

"28 мая.... Был на днях на открытии съезда сионистов, приветствовал его с оговоркой о необходимости заменить антитезис Сион -- Голус синтезом...", -- отметил в своём дневнике С.Дубнов.

Как отмечает в своём исследовании Солженицын -- после снятия в марте черты оседлости тысячи евреев стали переезжать в города центральной России и Урала, от Самары и до Иркутска. Понятно, что этот контингент не пополнял ряды рабочих -- "Еврей, человек заведомо не из дворян, не из попов, не из чиновников, сразу попадал в перспективную прослойку нового клана", -- вспоминал М. Хейфец.

Можно отметить важный этап, то о чём мечтали евреи и о чём неоднократно они и их ходатаи из других стран просили российских императоров -- свершилось: евреи вырвались на просторы России и занялись "своим" делом, работы было много...

Теперь евреи из России уже никуда не уезжали, никуда не стремились. Теперь они "по своему" боролись за Россию. И теперь их собратья в других странах были готовы помочь им в этом.

Например, в Лондоне в конце июля 1917 г. на митинге в Уайтчапеле 10 000 евреев заявили о своём желании возвратиться в Россию (С). Также тысячами стремились в Россию евреи и из США.

Когда летом 1917 г. прошли выборы в местные самоуправления, то оказалось, что

О.Минор возглавил городскую думу в Москве, А. Вайнштейн -- в Минске, И.Полонский -- в Екатеринославле, Д. Чертков -- в Саратове, Г. Шрейдер -- стал городской главой в Петрограде.

Пока две партии боролись за власть и по вопросу: участвовать в войне России или нет, то евреи спокойно и тихо делали "своё" -- заняли власть на местах. Ситуация напоминала притчу о двух дерущихся тиграх...

При этом не следует забывать, что Совет изначально был организован евреями, и их там было много.

В. Станкевич -- член Исполнительного Комитета Совета вспоминал:

"факт этот (обилие евреев в ИК) сам по себе имел громадное влияние на склад общественных настроений и симпатий... И кстати, деталь: во время первого посещения Комитета Корниловым он совершенно случайно сел так, что со всех сторон оказался окружённым евреями..." (С).

В.Д.Набоков вспоминал, что совещание старейшин Предпарламента -- "можно смело назвать синедрионом... Подавляющая часть его состава были евреи. Из русских были только Авксеньтьев, я, Пешехонов, Чайковский..." При этом это сравнение было не его -- а находившегося там же Марка Вишняка.

Вернёмся к картине дерущихся тигров в России: "англичан" и "немцев" -- как помним в группе "захвата" Ленина и в его теперешней команде евреи были на всех ведущих позициях, включая самого внучка Израэля Бланка, а за англичанами стояли опять же евреи.

Итак, с образованием коалиционного правительства Ленин, вроде бы, потерпел поражение.

Но у Ленина было большое потенциальное преимущество -- он усердно работал с тёмными массами (в смысле -- неграмотными), а масса потенциальных слушателей Ленина увеличивалась за счёт кризиса экономики в этот период, связанный опять же с революцией.

К концу мая 1917 г. в Петрограде насчитывалось около 50 тысяч безработных, это были потенциальные бойцы Ленина, с этими 50 тысячами умами надо было только "пламенно" поработать.

И Ленин, смочив губы и горло, работал без устали -- "12 мая на многотысячном митинге рабочих Путиловского завода и Путиловской судостроительной верфи, на Адмиралтейском судостроительном заводе; 17 мая на Трубочном заводе он разъяснял...(и т. д.)", -- отмечал Ненароков.

А как творился культ Ленина -- мы уже видели в первый день его приезда.

Ленин готовил достойный ответ коалиционному правительству и многотысячные массы уже пропитывал лозунгом -- "Вся власть Советам!", --

"Не надо нам парламентской республики, не надо нам буржуазной демократии, не надо нам никакого правительства, кроме Советов рабочих, солдатских и батрацких депутатов!", -- вдалбливал Ленин.

И в отличие от 4 апреля -- теперь он добился нужного эффекта. При этом Ленин уделил большое внимание на борьбу по захвате власти в Советах.

"Во многих Советах прошедшие в мае-июне перевыборы обеспечили большевикам прочное большинство... Большевики завоевали рабочие секции Саратовского, Екатеринбургского и Сызранского Советов", -- отмечает Ненароков.

Ряд районных Советов были захвачены ленинцами и в Петрограде. Англичане с настороженностью наблюдали за растущей угрозой. Чем могли ответить англичане? --

"31 мая в Петроград из США прибыла дипломатическая миссия во главе с бывшим государственным секретарём сенатором Э. Рутом. В ней, кроме Рута, входили: вице-президент американской федерации труда Д. Дункан.., нью-йоркский банкир С. Бертрон...(и др.). Задачи миссии по словам самого Рута, заключались в содействии укреплению Временного правительства и в улучшении морального состояния народа и армии", -- отметил Ненароков.

Но эффект этой миссии был слабый, не нашли они общий язык с рабочими и "моральное состояние народа" не улучшилось.

3 июня Украинская центральная рада вместе с украинским Советом приняла решение об автономии.

3 июня в Петрограде начинает работу Первый Всероссийский съезд Советов. Ленин усиливает агитацию и пропаганду своей идеи-лозунга -- "Вся власть Советам!".

И Ленин доволен произведённым эффектом -- большинство депутатов его поддерживают. Во время работы этого съезда Ленин опять задумал осуществить попытку захвата власти. -- На субботу 10 июня ленинцы начали готовить грандиозную демонстрацию. Замысел Ленина противоборствующая сторона поняла с пониманием -- Милюков:

"Бессилие власти было настолько очевидно, что понятен был соблазн покуситься теперь на нечто большее, нежели отложенная демократия 10 июня".

"11 июня. Вчера грозила катастрофа: огромная уличная демонстрация большевиков против Временного правительства... Вмешался Совет рабочих депутатов... Пока на три дня запрещены демонстрации, а что дальше?" -- волновался С.Дубнов. То есть сам совет и сорвал очередной план Ленина по захвату власти.

На вечернем заседании съезда выступил с разоблачительной речью Чхеидзе и по его предложению съезд проголосовал за запрещение демонстрации во главе с ленинцами. Ночью ленинцы собрались на совещание и после долгих дискуссий решили все-таки подчиниться решению съезда.

"Ночью 9-го и рано утром 10 июня, в субботу, члены ЦК, ПК, Военной организации при ЦК РСДРП (б) и члены большевистской фракции Всероссийского съезда Советов побывали в воинских частях, на крупных заводах, разъясняя рабочим и солдатам решение ЦК (об отказе)", -- фиксирует события Ненароков. Ленинцы дали отбой очередной авантюре по захвату власти и пытались сохранить лицо перед теми, которых они подготовили к штурму.

Так провалилась вторая попытка захвата власти Лениным; о чём так упорно умалчивали советские историки и идеологи. Эта попытка провалилась из-за Петроградского Совета и Съезда народных депутатов. То есть опять народ не поддержал Ленина и его подельников. Прошлый раз Ленина не поддержали петербуржцы. Теперь же, через два месяца, Ленин в Петербурге чувствовал себя на много увереннее, но зато его не знали в других городах России, Ленин там никого не пропитал своей агитацией -- и эти "здоровые на голову" делегаты не дали ему захватить власть.

Ленин с немцами проиграл, соответственно англичане выиграли этот раунд и пытались развить успех -- 12 июня на Всероссийском съезде выступил представитель американской миссии Россель: "Наша просьба к вам -- вперёд!" (Н) -- призывал он к наступлению на фронтах против немцев.

18 июня прошла мирная демонстрация рабочих под совместным руководством, фактически под руководством Советов, а не Ленина.

И Ленин опять с дьявольским упорством взялся за пропаганду и агитацию. Усиленно заработала привезённая и подаренная Парвусом (Гельфандом) новая типография и его немецкие деньги. Этими деньгами уже оплачивали участие рабочих в демонстрации. В эту пору Парвус сам приехал на помощь в российскую столицу. На роль в "углублении революции" Александра Израилевича Гельфанда (Парвус) стоит обратить особое внимание. Он прекрасно понимал задачи и цели войны задуманные лидерами еврейской общины на планете и удачно дополнил их своим лозунгом -- "Мировая война может завершиться лишь мировой революцией".

В то время, когда русские армии теснили на фронте немецкие войска, разбогатевшему в Турции Гельфанду-Парвусу, уже "большому человеку", пришла в голову идея заварить глобальную авантюру -- используя немцев, -- и денег заработать и попробовать осуществить в России государственный переворот. И он начал усердно искать контактов с высокопоставленными немецкими чиновниками.

7 января 1915 г. Парвуса в Турции принял германский посол фон Вангенхайм, который отправил в Германию руководству телеграмму --

"Интересы германского правительства целиком совпадают с интересами русских революционеров. Российские демократы могут добиться осуществления своих целей только при условии полного разрушения самодержавия и разделения России на отдельные государства. С другой стороны, Германии не удастся добиться полного успеха, если в России не произойдёт революции".

И в феврале 1915 г. когда дела немецких армий на фронте были совсем плохи, немецкое руководство вспомнило Гельфанда-Парвуса и вызвало его из Турции в Германию для встречи с государственным секретарём МИДа Германии -- фон Ягов.

В результате этих переговоров германское правительство пообещало Парвусу дать деньги на поддержку радикальных партий в России, на мощную антимонархическую и антивоенную пропаганду, на очернение и дискредитацию России в Европейской и Американской прессе.

В марте 1915 г. Парвус получил первый миллион марок и направил по назначению, не забыв и про себя любимого. Летом 1916 г. получил ещё 11 миллионов, а в апреля 1917 г., как раз во время рассматриваемых нами событий, -- очередные 5 миллионов. В начальный период Февральской революции Парвус уговорил немцев не активизировать действия на фронтах, чтобы не возбудить патриотических чувств в обществе, подождать -- когда начнётся анархия, и только после этого что-либо предпринимать.

Особые надежды возлагал Парвус на большие петроградские заводы -- Путиловский, Балтийский и Обуховский, -- Парвус: "усиление политической агитации поставят царское правительство в сложное положение. Если оно прибегнет к репрессиям, это приведёт к росту сопротивления, если же проявит снисходительность, это будет воспринято как признак слабости и пламя революционного движения разгорится ярче".

27 октября 1917 г., через два дня после захвата власти группировкой Ленина Германское правительство выделило ему в поддержку его Советской власти (для закрепления успеха) -- 11 млн. марок. Эти факты в настоящее время, после вскрытия немецких архивов являются неоспоримыми.

Раньше советские идеологи -- коммунисты эти факты замалчивали или отрицали. Теперь же, в 2005 г., модный историк и писатель-фантаст А. Бушков оправдывает и хвалит за это Ленина -- Ленину нужны были деньги для захвата власти в России, поэтому он их взял у якобы глупых немцев, а потом их "кинул". Я пущей убедительности А. Бушков проводит параллель, якобы аналогичный случай:

"Аналогичная картина -- в Польше. Юзеф Пилсудский, будущий маршал, создавал свои легионы при серьёзной немецкой, австрийской и даже японской финансовой помощи... Пилсудский получил независимое польское государство, а немцы в купе с остальными компаньонами по инвестициям в Пилсудского -- шиш с маслом... По большому счёту Ленин поступил с немцами гениальнейшее. Кинул их грандиознейше".

Лукавый А. Бушков "забывает" рассказать читателям как за эти деньги Ленин дорого расплачивался с немцами, сколько отдал им золота, сколько отдал им российской территории после подписания Брестского мира. А главное А. Бушков, всё прекрасно понимая, "случайно" не указывает на огромную разницу между целями и действиями Ю. Пилсудского и В. Ленина -- Ленину деньги были нужны для захвата России, для удовлетворения своих чудовищных амбиций и для ужасных экспериментов, а Пилсудскому для освобождения своей Родины и для возрождения суверенной, свободной Польши; при этом Пилсудский не устроил кровавый террор и не пролил и капли польской крови, не развязал Гражданскую войну и не погубил, как Ленин, многие миллионы русских, и, в отличие от Ленина и в самом деле немцам долги не отдавал.

Вернёмся в Россию, в июнь--июль 1917 г. Фактически после демонстрации 18 июня инициативу должно было перехватить Временное правительство и что-то активно предпринять, -- ведь было уже две попытки свергнуть Временное правительство. Но умных и тем более -- решительных людей там не было. Там были все сплошь Розановы или Николаи II. И глава Временного правительства в этот период -- князь Львов был самой правдоподобной копией Николая II. Как отмечал свидетель тех событий Вырубов -- Львов был слишком хорошим человеком, честным и порядочным чтобы успешно противостоять Ленину и ему подобным. Князь Львов был якобы компромиссной нейтральной фигурой, пожалуй, -- он был единственным не масоном во Временном правительстве, -- Н. В. Вырубов:

"Я доподлинно знаю по семейным обстоятельствам, что князь Львов не был масоном. Об этом говорил мой отец -- сам масон..."

Но английская сторона сделала Львова главой правительства в роли свадебного генерала, чтобы фактически самим править.

"Мы можем гордиться среди народов мира тем, что русской душой владеет не гордость, а любовь. И да не смущаются робкие сердца перед русской свободой!" -- вот такую чепуху нёс Львов.

Керенский по этому поводу очень язвительно, но верно заметил: "Весь князь в этих словах. "Дон -- Кихот, фантаст" -- воскликнули многие".

"Горе Львова в том, что он, в дни помешательства народного, верил в добрую сердцевину русской души, искал спасения в путях разума...", -- отмечал Ф. Родичев.

Керенский: "Чужим он стал скоро и "своим". Там, в совещаниях Государственной Думы, князя правителя скоро стали тяготиться. Потом "игнорировать", пренебрегать за "бессилие". Наконец, почти ненавидеть за "попустительство левым"".

Основатель Всероссийского Земского Союза, депутат Государственной Думы, впоследствии один из лидеров русской эмиграции Н. В. Вырубов объяснял неспособность Львова справиться с ленинцами:

"следует учитывать сознательное нежелание изменять демократическим принципам правления, которые исключали применение насильственных мер в борьбе с политическими противниками. Князь Львов следовал своим моральным установкам и оказался в неравном положении...".

В результате всего этого -- через несколько недель, к началу июля, ситуация в столице была уже более критической -- Ленин фактически уже имел превосходство в силе. К тому же к нему в подмогу прибыл из США Лев Бронштейн-Троцкий, и не один - а с большим отрядом нью-йоркских евреев (275 человек), прибывших для захвата России. Привёз Бронштейн и деньги, он приехал в Нью-Йорк с 310 долларами, а уехал в Россию с 10 000. Более того благодаря Бронштейну директор Федерального резервного банка Нью-Йорка Виллиам Б. Томпсон сделал личный взнос большевикам - в один миллион долларов, а знаменитый ненавистник России Яков Шифф - 20 миллионов.

Теперь Лев Бронштейн отстаивал интересы мирового еврейского сообщества, США и Англии, о чём свидетельствует факт его чудесного освобождения по дороге в Россию в Канаде.

"Возможно, что одной из причин, по которой демократический президент Вудро Вильсон позволил Троцкому покинуть Новую Шотландию, было то, что Троцкого сопровождал Charles Crane из Westinghouse Company, одновременно председатель Финансового комитета демократов" - объяснял американский исследователь Ральф Эпперсон ("Невидимая рука" СПб. 1999г).

Создалась интригующая ситуация: и Ленин и Бронштейн страстно желали захватить власть в России, но Ленин защищал интересы Германии, а Бронштейн защищал интересы врагов Германии - США и Англии. Этот потенциальный конфликт интересов ярко выльется в разных позициях обоих в период подписания Брестского мира. Вернёмся к летним событиям в Петрограде.

В июле рабочий и солдатский Петроград был уже на стороне Ленина. В июле французский журналист Клод Анэ показывал через Неву на Выборгский район и говорил:

"Ленин и Троцкий царят там, как господа", "Если Ленин и Троцкий захотят взять Петроград, кто им помешает в этом?" К тому же теперь у Ленина появился достойный и такой же агрессивный соратник -- Бронштейн-Троцкий, с которым теперь на равных можно было обсуждать многое и получить от него дельные советы. Ленин и сам понимал, что теперь ему навряд ли помешают захватить власть и стал опять готовиться к захвату.

Тем более, что в правительстве опять начался кризис, на этот раз искусственный, -- "англичане" в правительстве хотели пугнуть-потеснить представителей Советов и 2 июля вывели несколько своих министров из состава правительства. Ленин верно "раскусил" ситуацию:

"Уход кадетов может быть понят лишь как результат расчёта... Мы-де их пугаем. Без кадетов это-де значит без "помощи" всемирного англо-американского капитала... Они-де нам уступят!" (Н).

И тут же Ленин решил сделать контр-выпад, чтобы использовать этот кризис --

"3 июля вечером Ленин уже занял свой знаменитый балкон в доме Кшесинской и приветствовал солдат, давая им указания. Здесь размещалась вся военная разведка ЦК партии большевиков; сюда направлялись и отсюда рассылались приходившие военные части. Словом, военный штаб восстания был налицо", -- вспоминал Милюков.

"В итоге дебатов 3 июля было принято решение выступать в 5 (17) часов, избрать вместо полкового комитета временный революционный комитет (по два-три человека от роты) и послать представителей в другие части гарнизона и на заводы столицы", -- отмечает Ненароков.

Розенфельд (Каменев) вспоминал слова Ленина -- "А не попробовать ли нам сейчас?" Но "Центральный Комитет РСДРП (б), собравшийся в 4 часа дня, принял решение воздержаться от выступления", -- фиксирует Ненароков. Почему опять отбой?

Советские историки и идеологи мило "объясняют", что народ рвался в бой, но ЦК Ленина сдерживало и в последний момент посчитало захват власти преждевременным. Но и в этом случае не объясняют -- почему посчитали преждевременным.

Объяснение простое -- о планах Ленина узнали и в Совете и в правительстве и на этот раз оперативно стянули для защиты верные войска, в частности -- много броневиков.

Ленин и ленинцы об этом узнали и заколебались, они не то что боялись кровопролития, но что кровопролитие развяжет руки правительству и оно наконец-то осуществит репрессивные меры против неугомонных захватчиков власти.

Объявив отбой, -- Ленин здорово хитрил, стараясь ввести в заблуждение наблюдавшего за его манёврами противника. В этот же день, после 17 часов дня он решил прощупать реакцию противной стороны -- "Доношу, -- писал в рапорте Керенскому командующий Петроградским военным округом генерал-майор П. А. Половцев, -- что около 7 часов (вечера) сегодня, 3 июля, 1-й пулемётный полк (ленинский), выйдя с оружием из своих казарм, направился к Московскому, а затем и к Гренадёрскому полкам, призывая к вооружённому выступлению с целью свержения Временного правительства...

Все эти части сосредоточились у Троицкого моста, но на левый берег не переходили...

Около 9 часов (вечера) они начали переходить Троицкий мост... перейдя мост, демонстранты разделились на две колонны. Одна направилась по набережной к Таврическому дворцу, другая... к Мариинскому дворцу... Демонстранты, недолго постояв перед Мариинским дворцом, далее направились по Невскому". Кстати, странные демонстранты -- военные полки.

Это была одновременно репетиция, подготовка к завтрашнему дню и показушная ложная мирность ленинских полков. Но Керенский и руководители Совета поняли коварный замысел Ленина.

На следующий день -- 4 июля к середине дня Ленин к уже названным полкам стянул в столицу дополнительные части "из Петергофа, Ораниенбаума, Кронштадта, Красного Села"(Н) плюс поднял максимум рабочих -- получилось около 500 тысяч. И двинул эти полмиллиона своих бойцов на Мариинский дворец, на захват власти. А в центре города их уже ожидали: пулемётчики на крышах, казаки и юнкера.

"Интересно" комментирует эти события советские историки и идеологи в лице Ненарокова:

"Выразив сожаление, что не удалось предотвратить выступление (народа), он (Ленин) вместе с тем одобрил решение ЦК и ПК принять участие в движении, чтобы превратить его "в мирное и организованное выявление воли всего рабочего, солдатского и крестьянского Петрограда"...

Однако контрреволюционеры открыли по демонстрантам ружейный и пулемётный огонь. Улицы столицы обагрились кровью рабочих и солдат".

Удивительно легко разбежались ленинские вооружённые полки -- все его полмиллиона перед казаками и юнкерами. Самокатный батальон занял штаб Ленина -- дворец Кшесинской.

"Люди (лидеры Совета), говорившие с нами, как товарищи, вдруг призвали для охраны Таврического дворца войска, заявили, что мы вызвали вооружённое восстание, и объявили нас изменниками революции. Наступил крутой поворот в событиях...", -- жаловался на коллег из Совета

И. В. Сталин. Исполком Всероссийского Совета одобрил меры правительства (!).

Это событие послужило поводом к сильному раздраю Ленина со своими бывшими партнёрами-бундовцами. Бундовцы встали на сторону англичан, публично раскрыли финансовый источник Ленина и обвинили его в работе на немцев. Ленин по этому поводу обиженно писал:

"Газетная травля лиц, клеветы, инсинуации служат в руках буржуазии и таких негодяев, как Милюковы, Гессены, Заславские, Даны и пр. орудием политической борьбы и политической мести".

Опять, в третий раз авантюрная попытка Ленина захватить власть не прошла, хотя на этот раз у него было уже пол миллиона бойцов. Вспоминая те события, Каменев отметил сомнения Ленина: "фронтовики не все наши". Ленин, вероятно, ожидал, что солдаты противной стороны не станут стрелять в ленинских солдат, а начнут брататься и перейдут на его сторону. Но получилось иначе, было ранено и убито около 700 человек.

5 июля Ленин в панике восклицал -- "Они теперь нас перестреляют...", вероятно, при этом одевая парик и убегая из столицы в шалаш. "Юнкера до тюрьмы не довезут, убьют по дороге", -- подбадривал Ленина Сталин, укрепляя его в правильности решения.

Юнкера и весь остальной воинский и мирный люд видели -- кто очередной раз готовил государственный переворот, поэтому -- естественно антиеврейские настроения кипели. И хотя за весь 1917 г. ни одного еврейского погрома не произошло, но, оправившись от стресса и глубоко законспирировавшись, -- Ленин 11 июля переживал и объяснял неразумным рабочим:

"Темные силы готовятся вновь терзать многострадальную Родину. Они натравливают тёмные массы на евреев" (С).

Из воспоминаний Маргариты Васильевны Фофановой: "Вечером 6 июля в конце совещания членов ЦК партии, которое проходило у меня на квартире, Ленин встал, взял со стола газету "Живое слово", несколько секунд молча продолжал стоять, затем повернувшись лицом к Сталину, сказал:

Если хоть один малейший факт о деньгах подтвердится, то было бы величайшей наивностью думать, что мы сможем избежать смертного приговора" (из исследования А.Арутюнова).

7 июля правительство издало указ об аресте Ленина, Апфельбаума (Зиновьева) и их подельников. Их обвинили в заговоре против существующей власти.

Ленину и Зиновьеву пришлось броситься в бега, в начале в город Кронштадт, а затем эти голубки спрятались в шалаше. Большевичка А.И.Балобанова в своих воспоминаниях обратила внимание:

"Я заметила, что каждый раз, когда нужно было проделать какой-нибудь не вполне благовидный маневр, когда могла пострадать репутация революционера, - Ленин поручал это Зиновьеву". Как Зиновьев подмочил в шалаше репутацию Ленину - ходили разные сплетни...

На страницах "Известий ВЦИК" от 16 сентября 1922 года Ягода, Раскольников и Подвойский рассказывали браво о былых романтических приключениях этого периода:

"...Переезд из Петрограда в Кронштадт был обставлен всеми предосторожностями. Ленин был переодет в костюм простой женщины (так что Керенский не был первооткрывателем этого трансвеститского способа -Р.К.)... Сюда приезжали из Питера активные члены партии на совещания... Спустя две недели его переправили в Сестрорецк" ((из исследования А.Арутюнова).

Через две недели нашли и арестовали дружков Ленина -- Лейбу Бронштейна (Троцкого), Розенфельда (Каменева) и сына богатого питерского еврея -- студента Психоневрологического института и одновременно самого молодого специалиста по оболваниванию мозгов рабочих и солдат (в частности -- рабочих Путиловского завода) -- Семёна Рошаля (1896-1917 гг.).

Итак, англичане выиграли и сразу стали видны последствия -- газета "Живое слово" опубликовала статью о связи Ленина с немцами; 8 июля место главы правительства занял Керенский, вместо Львова;

правительство "естественно" объявило дополнительный призыв новобранцев в армию, и русские армии предприняли широкомасштабное наступление на немцев.

В это время в Германии за этими событиями в России внимательно наблюдал Альфред Розенберг, который в своей работ "Русско-еврейская революция" писал:

"В июле 1917 года кронштадские матросы, ведомые печально известным Рошалем -- еврейским студентом из Риги, пытались свергнуть правительство Керенского. Переворот не удался, и большевистские лидеры -- евреи Бронштейн (Троцкий), Розенблюм (Каменев), Коллонтай и другие оказались в тюрьме. Но не надолго. Благодаря стараниям Либера и Дана они были освобождены слабовольным Керенским... После освобождения большевики-агитаторы возобновили свою деятельность в удвоенной энергией...

Их представители: Бернштейн, Коган, Либер, Дан и Гец клялись в верности существующему порядку, но втайне, прикрываясь свободолюбивыми лозунгами, препятствовали правительству (Временному) в принятии решительных мер против угрожающе растущего большевистского движения".

Временное правительство отправило союзникам официальное сообщение, что июльские события были "организованы неприятельскими агентами".

Чем ответил Ленин и немцы? Он (они) потерпел поражение, ибо его не поддержала армия -- за армию ленинцы и взялись особенно яро, за её разложение. Генерал А. И. Деникин в мемуарах писал:

"Братание случалось и раньше до революции. И имело даже традиционный характер в дни святой Пасхи... Теперь же немецкий генеральный штаб поставил это дело широко, организованно и по всему фронту, с участием высших штабов и командного состава, с подробно разработанной инструкцией...

Груды пораженческой литературы, заготовленной в Германии, передавались в наши окопы. А в то же время по фронту совершенно свободно разъезжали партизаны из Совета и комитета с аналогичной проповедью, с организацией "показного братания" и с целым ворохом "Правд", "Окопных правд", "Социал-демократов" и прочих творений..."

С другой стороны ленинцы сделали всё возможное чтобы привлечь руководителей солдатских комитетов на свою сторону и вовлечь в заговор. При этом использовался интересный технологичный принцип -- Бронштейн (Троцкий): "Армия должна была послать своих представителей в революционные организации ранее, чем её политическое самосознание могло подняться хоть в слабой степени до уровня революционных событий..." -- чтобы легче было манипулировать (Из мемуаров Деникина).

В столице начали происходить, по мнению советских историков, вообще возмутительные события -- 13 июля исполком Всероссийского Совета заявил, что "считает совершенно не допустимым уклонение В. И. Ленина от суда... Между тем контрреволюция всё наглела.

День 14 июля она превратила в торжественную манифестацию и под колокольный звон всех петроградских церквей хоронила не демонстрантов... а семерых казаков, погибших при попытке разогнать вооружённых солдат...

Газета "День" после похорон казаков осмелилась именовать петроградских рабочих взбунтовавшимися рабами, и идиотами, и тёмной накипью, и злой иностранной заразой...", -- возмущался в 1988 году А. П. Ненароков.

26 июля оставшиеся в столице сторонники Ленина провели свой всероссийский съезд. Этот съезд был довольно странный. "...Имеет ли партия право лишать себя указаний главных вождей? -- спрашивал в своей речи А. Г. Шлихтер (он же под маской -- Данилов), -- На этом съезде нет с нами товарища Ленина и нет надежды, что всё будет исчерпывающим образом освещено" (Н).

Но всё было в порядке -- "А. В. Шотман писал, что на съезде ставились на голосование резолюции, написанные рукой Ленина. Однако подлинный ленинский текст найти не удалось", -- отмечает с сожалением Ненароков.

Четвёртую и последнюю попытку захвата Лениным, Бронштейном и их группировкой власти в России рассмотрим в следующих главах.

## Глава 4.

Глупости патриота Корнилова

Все эти месяцы 1917 года мы наблюдали борьбу внутри России сторонников Англии и Германии.

А был ли в России -- среди 200 миллионов россиян хотя бы один патриот, который смог бы побороться за саму Россию и благополучие её народов? Этот странный вопрос, конечно, касается в первую очередь элиты российского общества и интеллигенции.

Да и где эти пресловутые и вредные "черносотенцы", о которых так много писала советская и еврейская пресса, и о которых говорил наш современный ведущий "специалист" по истории Феликс Разумовский -- что именно "черносотенцы" совершили в России две революции?

Грустно задавать такие вопросы. Следует отметить правду, действительность -- не было в огромной России умных и достойных людей, умных патриотов, людей чести и организаторского таланта.

За Россию боролись в своих интересах исключительно продажные сволочи.

В этот трагический период история зафиксировала только один случай патриотической борьбы за Россию -- попытку генерала Корнилова в августе 1917 г. взять власть в России под свой контроль.

Как мы уже видели ранее -- генерал Корнилов Лавр Георгиевич (1870-1918 гг.) был свидетелем бурных событий в Петрограде и даже их активным участником. Запомнились и его нервные, необдуманные поступки. После разгрома ленинцев Временное правительство18 июля назначило Л.Г.Корнилова главнокомандующим.

Корнилов отчаянно пытался навести элементарный порядок в армии, и чтобы противостоять разлагающей пропаганде ленинцев и ещё 7 июля просил Временное правительство немедленно ввести смертную казнь, которая была отменена 12 марта 1917 г.

Назначение Корнилова главнокомандующим было следствием борьбы и защиты власти от сверхагрессивных ленинцев. Власти необходим был профессионал, военный. Таким образом, этот важный силовой пост занял не ставленник Англии, а русский генерал.

К этому времени многие "интеллигенты" в России, наблюдая пол года бурные события, -- уже немного поумнели, и угар головы от сладкого слова "свобода" немного стал проходить, они стали лучше разбираться в происходящих событиях. С назначением Корнилова появилась некая надежда, что Россия останется Россией.

Генерал А. И. Деникин в своих мемуарах дал следующую оценку Корнилову:

"...для меня главные черты Корнилова-военноначальника: большое умение воспитывать войска;... решимость и крайнее упорство в ведении самой тяжёлой, казалось обреченной операции; необычайная личная храбрость, которая страшно импонировала войскам и создавала ему среди них большую популярность; наконец, высокое соблюдение военной этики...

После изумившего всех бегства из австрийского плена, в который Корнилов попал тяжело раненным, прикрывая отступление Брусилова из-за Карпат, к началу революции он командовал 25-м корпусом.

Все знавшие хоть немного Корнилова чувствовали, что он должен сыграть большую роль на фоне русской революции"

Совещание общественных деятелей, организованное по инициативе председателя Всероссийского торгово-промышленного союза П. П. Рябушинского обратилось к Корнилову с такими словами --

"...в грозный час тяжёлого испытания вся мыслящая Россия смотрит на вас с надеждой и верой".

Известный заводчик А. И. Путилов организовал "Общество содействия экономического возрождения России", в которое вошли многие директора банков и страховых компаний. Это "Общество.." выделило в помощь Корнилову 4 миллиона рублей.

С уверенностью можно предполагать, что ещё до своего высокого назначения Корнилов много думал о судьбе России, о происходящем, и задавался вопросом -- Что можно сделать? Как спасти Россию? И, видимо, у генерала был некий план.

Когда бывший глава правительства, а ныне член Думы "Дон Кихот и фантаст" -- князь В. Н Львов приехал в ставку в г. Могилёв к Корнилову, чтобы обсудить формирование нового правительства, то 25 августа Корнилов попросил Львова передать в Петроград Керенскому и Думе, что он, Корнилов, требует передать ему "всю военную и гражданскую власть" в стране.

Генерал Корнилов с первых шагов совершил мальчишескую глупость характерную для всех русских интеллигентов того времени, -- вместо того, чтобы действовать, имея под своим командованием все армии -- и попросту приехать в столицу и захватить власть, -- главнокомандующий начал рассуждать и говорить. Это был некий Розанов в военном мундире, похожий на своего последнего императора.

Львов и поехал в столицу обрадовать всех социалистов и демократов, что Корнилов решил стать военным диктатором, забрать всю власть себе, чтобы спасти Россию.

На следующий день, 26 августа, Львов передал требование Корнилова главе правительства Керенскому, в котором содержалось к тому же "порядочное" предложение -- Корнилов предложил Керенскому занять пост министра юстиции в своём правительстве.

Может реакция Керенского была бы более уравновешенной, если бы не отсебятина идиота Львова, который в конце своего доклада ещё лично от себя добавил роковое личное мнение -

"Они устроили для вас ловушку. Они арестуют вас. Уезжайте из Петрограда, и уезжайте как можно дальше".

Возмущённый Керенский (далее -- К) не стал никуда уезжать, и отдавать власти ему совсем не хотелось, -- он срочно собрал правительство и -

"доложив о встрече со Львовым, зачитал его записку и дословный текст моего разговора с Корниловым (по телефону). Высказавшись за подавление мятежа, я заявил, что считаю возможным бороться с поднятым мятежом лишь при условии если мне будет передана Временным правительством вся полнота власти" (К).

Теперь Керенский решил воспользоваться ситуацией и сам получить диктаторские полномочия.

"Генерал Корнилов, не преследуя никаких личных честолюбивых замыслов, опираясь на ясно выраженное сознание всей здоровой части офицерства и армии, требованиях скорейшего создания крепкой власти для спасения Родины, а с ней и завоеваний революции, считал необходимым более решительные меры, кои обеспечили бы водворение порядка в стране...

Ради спасения России Вам необходимо идти с генералом Корниловым, а не смещать его. Смещение генерала Корнилова поведёт за собой ужасы, которых Россия ещё не переживала...", -- пытался объяснить Керенскому генерал Лукомский, который как оказалось -- был уже в курсе планов Корнилова.

Но Керенский был непреклонен и вечером этого же дня арестовал безобидного князя Львова как пособника заговорщикам.

Узнав о реакции Керенского, -- Корнилов 27 августа делает из Пскова обращение к народу, пытаясь объяснить и оправдать свои планируемые поступки (вместо того, чтобы это сделать после захвата власти) -- "Русские люди, великая Родина наша умирает! Близок час кончины! Вынужденный выступить открыто, я, генерал Корнилов, заявляю, что Временное правительство под давлением большевистского большинства Советов действует в полном согласии с планами германского Генерального штаба...

Я, генерал Корнилов, сын казака -- крестьянина, заявляю всем и каждому, что лично мне ничего не надо кроме сохранения великой России, и клянусь довести народ путём победы над врагом до Учредительного собрания, на котором он сам решит свои судьбы и выберет уклад своей новой государственной жизни...".

"Неловко, неумно, безыдейно, политически и литературно неграмотно... такая низкопробная подделка под суздальщину!" -- прокомментировал это воззвание специалист по оболваниванию неграмотных рабочих и солдат один из руководителей Совета -- Гиммер (он же -- Суханов)(С).

И в этот же день Корнилов даёт телеграмму правительству -- "Корпус прибывает в район Петрограда вечером 28-го. Пожалуйста, объявите 29 августа военное положение в Петрограде. Корнилов".

Вроде генерал Корнилов -- уже взрослый мужчина, при этом знал о реакции Керенского -- и надеялся что его в столице встретят с оркестром и радостными транспарантами...

Керенский понимал, что ситуация более чем серьёзная -- сил отразить попытку захвата власти Корнилова у него не было, и у него ничего не оставалось, как мобилизировать все возможные силы -- то есть, в том числе и обратиться за помощью к своим недавним врагам -- ленинцам.

Для Ленина наступил совершенно неожиданно звёздный случай -- оказия, пора ему было вылезать из шалаша.

Керенский объявил Корнилова врагом народа и -- "я дал указание... остановить движение воинских эшелонов в направлении Петрограда и разобрать линию (ж. д) Луга -- Петроград", -- вспоминал он.

28 августа ленинцы и бронштейнцы выходят из подполья и создают "рабочую милицию", которая вскоре превращается в Красную гвардию. Яков Свердлов, член военной организации ЦК РСДРП (б), начинает организовывать оборону столицы. Ленинцы кинулись за своё любимое дело -- кинулись на встречу корниловским солдатам, обрабатывать обещанием "светлого будущего" их умы.

28 августа Керенский назначает вместо Корнилова главнокомандующим генерала Клембовского, поляка по происхождению. А тот отвечает:

"Готовый служить Родине до последней капли крови, не могу во имя преданности и любви к ней принять эту должность... Считаю перемену Верховного командования крайней опасной..."

У Керенского возникают трудности с армией, решающей силой в этой ситуации. Корнилова поддержал и Врангель.

Генерал Деникин -- "Сегодня получил известие, что генерал Корнилов, предъявивший известное требование, могущие ещё спасти страну и армию, смещается с поста Главковерха.

Видя в этом (в смещении) возвращение власти на путь планомерного разрушения армии и, следовательно, гибели страны, считаю долгом довести до сведения Временное правительство, что по этому пути я с ним (с Вр. пр.) не пойду..."

Не согласился на эту должность и сын рядового солдата из тверской губернии -- генерал Алексеев, хотя затем согласился возглавить штаб армии.

В это время воинские части под командованием генерала Крымова по приказу Корнилова приближались к столице, к Петрограду. Рассмотрим этот фрагмент истории, первый признак приближающейся Гражданской войны подробнее на примере воспоминаний непосредственного участника этих событий Всеволода Никаноровича Иванова (1888-1971 гг., "Из неопубликованного" 1991 г.), потому что из этого частного фрагмента поймём многое, в том числе и некоторые причины поражения Белой защиты России. В. Н. Иванов:

"26 августа 1917 г. наштакора генерала Солнышкина вызвали в штаб фронта. На автомашине с ним поехал я. Нас принял генерал-квартирмейстер штафронта генерал Лукомский и объявил приказ Ставки Верховного Главнокомандующего о немедленной погрузке корпуса Крымова в поезд для следования к Петрограду, где ожидаются крупные беспорядки.

Штакор и 1-я Донская казачья дивизия направлялись по Варшавской железной дороге в район Царского Села, а Уссурийская казачья дивизия через Псков-Нарву-Ямбург в район Гатчины.

Сразу начались недоразумения. В ночь на 27 августа головные подразделения Донской дивизии железнодорожники отправили не на Лугу, а на Нарву. (Это сработали друзья Ленина из Бунда -- Р. К.).

В 12 часов 27 августа эшелон штакора прибыл в Лугу, где без паровозов стояли два эшелона донцов. Начальник станции луга доложил штакору о полученном им в категорическом распоряжении Начальника Управления Военных Сообщений Петроградского округа не пропускать в сторону Петрограда ни одного эшелона казаков. Все паровозы депо должны быть угнаны на север...

Из штаба фронта в Пскове подтвердили приказ Ставки о движении на Петроград и добавили: если нельзя по железной дороге, двигаться походным порядком. Связаться с Уссурийской дивизией не удалось... В 15 часов из Пскова шёл пассажирский на Петербург, можно было поехать туда и всё на месте узнать. Я поехал. В городе всё спокойно... (То есть -- воинские части могли приехать в столицу пассажирским поездом, подцепив несколько вагонов с оружием и боеприпасами. -- Р. К.).

В штабокруге меня обступили офицеры... Я услышал: тут ждут нашего подхода, чтобы столичные надёжные части выступили против Совдепа...

Я в Луге в 2 часа ночи, на перроне личный адъютант Крымова, корнет Квятковский: "Генерал Крымов приехал час назад, ждёт Вас!". Я доложил о смещении Корнилова и о приказе Керенского. Крымов вскочил с места и хлопнул кулаком по столу так, что упали свечи. Нецензурная ругань.

"Я так и знал, что этому негодяю Керенскому нельзя верить ни на грош. Керенский поставил меня в гнусное положение. Придётся драться, начинать гражданскую войну!". Долго кричал Крымов, окружающие молчали...

28 августа... Стало известно -- севернее Луги железная дорога разобрана... 29 августа в 6 часов вечера генерал Крымов вызвал к себе начальника Донской дивизии и приказал ему и дивизии в 9 часов вечера выступить в город Лугу и далее двигаться на Петроград... Были собраны полки и сотенные комитеты и офицеры. Уговаривали выполнить приказ, казаки молчали... (Это уже специалисты от психологии -- агитаторы Ульянова-Бланка поспешили приехать и постарались. -- Р. К.)

Упорство было сломлено. Колонна дивизии двинулась... 30 августа. Колонну около 12 дня догнала машина, в ней начальник гарнизона Луги генерал-майор Изергин и от Керенского его помощник начальник "военного кабинета" полковник Самарин...

Крымов сказал: "Я еду в Петроград, вызван Керенским... Указания будут из Петрограда!"

...Генерал Дитерихс потом говорил, что генерал Крымов старался доказать свою лояльность Временному Правительству. Он вручил Керенскому свой приказ N?125, а тот, прочитав его, заявил, что все же считает Крымова соучастником Корнилова, вызвал главного военного прокурора...

Утром 1 сентября из Петрограда (в Лугу) сообщение: Крымов застрелился, и приказ выслать делегацию на похороны 2 сентября...

Генерал Крымов был Керенским обласкан (посмертно), всему составу корпуса было выдано новое обмундирование, полное снабжение... Однако Петроградский Совет рабочих депутатов настойчиво требовал удаления казацких частей, и Керенскому пришлось уступить. Из-под Петрограда корпус был переброшен на Северный фронт...

Осень 1917 г. на всех фронтах проходила в полной тишине... и была очень буйно оживлена в тыловых прифронтовых городах и особенно на станциях железной дороги. Началась массовая демобилизация действующей армии. Все станции были забиты людьми в серых шинелях без всяких воинских отличий, с котомками на спинах и с ружьями за плечами. Народ спешил домой, чтобы участвовать в революции, прежде всего, заботясь о земле (Согласно коварно лживым обещаниям Ульянова-Ленина. -- Р. К.).

В казачьих частях эта проблема волновала мало и даже побаивались, чтобы не вышло ущерба".

31 августа Петроградский Совет был уже полностью в руках Ленина. Это было начало его победы.

Освободили из-под ареста князя Львова, и он удалился к монахам в Оптину пустынь залечивать душу и лечить свой разум.

Никто из генералов не хотел быть главнокомандующим, все дружно и солидарно поддерживали на словах Корнилова. В конце концов -- 1 сентября Керенский объявил себя лично Верховным главнокомандующим.

Армия была деморализована. А славные генералы вместо того, чтобы действовать -- только болтали, критиковали Керенского и чего-то ждали. В это время только один персонаж не ждал никого и ничего -- он вылез из шалаша и начал действовать.

Теперь диктатора Керенского стали критиковать ещё и все социалисты и демократы, даже его друг -- Милюков выступил с передовой статьёй против Керенского и за Корнилова.

Пошёл со всех сторон шквал критики в сторону Керенского. Керенский:

"газеты, поддерживающие генерала Алексеева, продолжали отравлять сознание общественности, изображая меня политическим шарлатаном и мошейником".

И газеты были правы, можно ещё было добавить -- самозванцем и авантюристом. Керенский в растерянности, не знает -- что делать, все против него -- и принимает оригинальное решение:

Керенский срочно уплывает в Англию советоваться со своими руководителями... и возвращается через неделю с решением -- создать коалиционное правительство с Лениным.

Керенский потом в своих мемуарах будет оправдываться: "В начале сентября 1917 года никто, конечно же, и представить себе не мог ту форму политического садизма, в которую переродится большевистская диктатура с уничтожением демократической системы".

Глупый и наивный Керенский... -- ведь он, конечно же, читал "Тайны сионских мудрецов"...

А генерал Корнилов -- ждал когда вернётся из Англии Керенский... Какой-то театр абсурда.

"Все, у кого бьётся в груди русское сердце, все кто верит в Бога, -- в храмы, молите Господа Бога об явлении величайшего чуда спасения родимой земли", -- восклицал Корнилов красиво и театрально.

Вроде Корнилов был не попом -- а генералом.., сыном казачьего офицера и после молитвы должен был и действовать. Вед смог же он дважды сбежать из плена и из австрийского, и из красного.

Этот малодушный и слабоумный забыл великие слова Сергия Радонежского на вопрос Дмитрия Донского -- Что делать? -- Русь защищать! Сражаться!

А ведь является бесспорным, что в этот период генерал Корнилов мог взять власть в России намного легче, -- чем была разогнана за несколько часов 4 июля в столице полумиллионная армия вояк Ленина.

"Корниловский мятеж потерпел полный провал раньше, чем дело дошло хотя бы до единого выстрела. Собственно, один выстрел прозвучал. Это застрелился генерал А. М. Крымов, поставленный Корниловым во главе отрядов, шедших на Петроград", -- с полным правом ехидничал А. П. Ненароков.

"И среди малодушных (в Ставке) начались уже панические разговоры и принимались меры к реабилитации себя на случай неуспеха", -- пытался оправдать в какой-то мере Корнилова колебаниями офицеров в Ставке генерал Деникин.

Россия как красивая молодая девка -- вырвалась из патриархальной опеки и теперь пьяная от свободы и льстивого внимания со всех сторон -- лежала голая, неграмотная и развратная, желая экспериментировать.

А генерал Корнилов был благородным, воспитанным и честным человеком с недостатком некоторых знаний, и без приличествующих манер он не мог к этой России подойти. И это была проблема-трагедия не только его, но 99% российской интеллигенции того периода.

Зато в это время в шалаше лежал наглый лобастый насильник с пламенной жаждой мечтавший -- что он будет делать с этой девкой, когда он до неё дорвётся. Эту "похоть власти Ленина" отметил в своей работе Н.Бердяев.

Причём Корнилов не должен был поступать как Ленин, а как строгий отец. Россия сполна заплатит страданиями в экспериментальных пытках за своё поведение, когда этот реальный "Франкенштейн" из шалаша с дружками начнёт свою кровавую оргию.

## Глава 5. Четвёртая попытка Ленина

захвата власти.

Ленин: "овладеть массами -- стать материальной силой".

Итак, попытка генерала Корнилова захватить власть позорно провалилась, а приплывший из Англии Керенский предложил Ленину создать совместное правительство.

Ленин многозначительно улыбнулся -- все были против Керенского, даже его друзья, Керенский фактически был одиноким и беспомощным. Ленин прекрасно понимал эту беспомощность положения Керенского -- и какое с ним может быть совместное (коалиционное) правительство? И вообще -- зачем с Керенским делить власть?

В ночь с 31 августа на 1-ое сентября Петроградский Совет подавляющим большинством голосов принял предложенную Лениным резолюцию, в которой отвергалась всякая коалиция и двоевластие -- власть должна быть только в руках Советов. То же решение принял и Совет в Москве.

Ленин, с учётом прежних ошибок, начал усиленную подготовку к последнему штурму за власть.

Одновременно продолжилась борьба ленинцев за те Советы, которые были в руках других социалистов.

9 сентября в результате перевыборов Ленин окончательно захватил Петроградский Совет.

Благодаря 11 млн. марок полученных от Германского правительства месяц назад через Парвуса Ленин развернул мощную пропагандистскую компанию в прессе.

"получив большинство в обоих столичных Советах рабочих и солдатских депутатов, большевики могут и должны взять государственную власть в свои руки", -- написал 12 сентября Ленин в письме к ЦК столичным комитетам своей партии. -- "С середины сентября лозунг "Вся власть Советам!" стал равносилен призыву к вооружённому восстанию", -- комментирует ситуацию Ненароков.

"К моменту падения Временного Правительства -- октябрь 1917 года -- евреи, как упомянуто выше, заняли почти все руководящие роли в советах, комитетах, революционных партийных организациях и их центральных комитетах, авторитет которых в широких массах населения значительно превосходил авторитет Временного Правительства.

Но в Правительство они не входили, предпочитая оказывать на него давление в желательном для них направлении, и не беря на себя ответственности за его действия и общее направление политики.

Ни одного министра-еврея во Временном Правительстве не было, равно как и ни одного дипломата-еврея не было назначено до самого октябрьского переворота и провозглашения Советской Власти", -- отмечает исследователь истории Андрей Дикий.

Понимая положение в стране: положение Керенского и быстро растущую силу Ленина -- та часть еврейского общества, которая ранее не поддерживала Ленина,-- стала переходить на его сторону.

Ленину было важнее в этот момент другое -- "Растёт и ширится интенсивное строительство отрядов красной гвардии, несмотря на правительственное запрещение "самовольно" формировать любые так называемые отряды по борьбе с контрреволюцией.

На начало сентября только в Петрограде насчитывалось -- около 13-15 тысяч красногвардейцев, в Кронштадте -- около 4 тысяч. Усиленно формируются новые красногвардейские отряды в Москве, Ревеле, Гельсингфорсе, Царицыне, Киеве, Одессе, Екатеринбурге, Челябинске... (и т. д.).

Во всех случаях Временное правительство бессильно было что-либо предпринимать против "самовольных" действий масс"? -- рассказывает Ненароков. -- То есть, учитывая советский ветер идеологии, следует заменить сказку о" самовольстве масс" -- на самовольство Ленина и его подельников.

Ленин уже нагло, не конспирируясь и не скрывая своих замыслов, готовился к вооружённому нападению на Временное правительство.

Членам Временного правительства не позавидуешь -- читавшие Маркса о диктатуре, гегемонии и терроре, а также то же самое в -- "Тайне сионских мудрецов", -- должны были для сохранения своей жизни и своих близких срочно собирать чемоданы и убегать далеко. Но большинство членов правительства тупо смотрело из окон за происходящим.

Ленинской наглости в подготовке можно только поражаться -- "Нужда и бедствия трудящихся масс дошли до предела. По всей стране прокатились волнения в связи с голодом. В отдельных случаях, как, например, в Житомире..." -- отмечает Ненароков, -- и это осенью, в сентябре! И даже -- на Украине!!! -- Ленин не гнушался использовать даже в период сбора урожая старый трюк с голодом.., чтобы вызвать массовое недовольство правительством.

Да, -- но тогда ещё его фашистской продразвёрстки не было -- задачка читателям-исследователям: "Кто помог Ленину осенью 1917 года организовать голод в российских городах?" Можно, конечно, всё свалить на армейские заготовки...

Керенский был то в прострации, то не понятно дёргался, иногда изображал какую-то деятельность мелкими приказами или инициативами типа образования "Демократического совещания". Такое впечатление, что он уже понял исход, и ему было уже все равно. Но не всё равно было англичанам -- ведь Ленин с немцами выигрывал.

США предоставили Временному правительству большой денежный заем. А английский посол вместе с французским и италианским 26 сентября прибыли к Керенскому и потребовали -- "доказать на деле свою решимость... и обеспечить правильное функционирование правительственного аппарата как на фронте, так и в тылу" (Н).

А на помощь Ленину подключился Бунд во главе с Цедербаумом (Мартов) и Гольдштейном (Володарский). Бунд по своей силе, влиянию и численности во много раз превосходил ленинскую террористическую организацию. Бунду подчинялись все профсоюзы железнодорожников в западной части России. В августе 1917 г. Бунд организовал "Викжель" (Всероссийский исполком железнодорожного профсоюза).

Кроме Бунда, видя, что Ленин уже совсем близко к власти и его уже не остановить, -- на помощь Ленину пришли и остальные еврейские организации -- кадеты и сионисты.

"До Октябрьского переворота большевизм не был сильным течением среди евреев. Но перед самым переворотом боевое соглашение с большевиками, Троцким и Каменевым, заключили от лица левых эсеров Натансон, Кац и Штейнберг", -- отмечает в своём исследовании Солженицын.

Керенский давно собирался выехать в Ставку -- надеялся договориться с Корниловым и другими генералами теперь уже против Ленина, чтобы те направили с фронта армии в столицу на помощь правительству. После визита союзных послов Керенский наконец-то выехал в Ставку.

Ответ был незамедлительным -- Бунд организовал трёхдневную всероссийскую забастовку железнодорожников. Этим дав понять, что войска с фронта до столицы не доедут. Одновременно это была и репетиция-тренировка -- если в самом деле будет принято решение послать войска.

"Центральный Комитет РСДРП (б) призвал рабочих и крестьян "окружить железнодорожников атмосферой полного сочувствия", оградить их от травли контрреволюционеров", -- отмечает Ненароков.

Совместные "учения" бундовцев и ленинцев прошли очень успешно, стало ясно, что Временному правительству подмога не придет, -- провал 4 июля не повториться. Теперь можно было начинать...

Ленин 29 сентября: "Ибо пропускать такой момент и ждать съезда Советов есть идиотизм или полная измена... Ждать съезда Советов есть идиотизм, ибо съезд ничего не даст, ничего не может дать!",

"Если нельзя власть взять без восстания, надо идти на восстание тотчас".

Менее сообразительные и менее наглые настаивали на съезде -- чтобы представители разных организаций обсудили этот вопрос и приняли согласованное решение. Но Ленин помнил подобный неприятный для него июньский опыт и не хотел опять рисковать с съездом, а хотел принять это решение в узком кругу. Причём в своей спешке Ленин был прав -- он чувствовал и понимал, что это единственный исторический шанс, другого такого не будет и его нельзя упускать.

Интересно оправдывает жажду власти Ленина советская идеология -- Ненароков:

"Именно большевики должны взять власть, ибо только они имеют чёткий и ясный план вывода страны из затяжного кризиса: установление правильной и справедливой системы использования рабочей силы в производстве и распределении продуктов, устранение всякой лишней траты сил и ресурсов". -- Без улыбки это трудно читать.

Ненароков прекрасно знал, что Ленин через семь лет умер -- и так и не смог вывести страну из кризиса, и через семь лет после его смерти -- его последователи также не смогли этого сделать.

Ленин целесообразность захвата власти доказывал своим соратникам ещё целый месяц до конца октября, хотя фактически мог это успешно осуществить в конце сентября.

Воспользовавшись заминкой врагов, Временное правительство предприняло некоторые защитные меры: попыталось безуспешно найти самого Ленина и ввело в столицу казачьи полки.

Но история с отрядами Корнилова Керенского ничему не научила. Против казаков Ленин применил своё излюбленное оружие -- замутнение мозгов. "Большевики провели огромную работу среди казаков... Представители казачьих полков были приглашены на совещание представителей полковых комитетов гарнизона в Смольном.

Выступая на этом совещании, казаки заявили, что они не пойдут против рабочих и солдат. Так была сорвана ещё одна провокация Временного правительства", -- отметил Ненароков.

Казаки в столице подчинялись атаману Дутову А.И., который возглавлял Всероссийский союз казачьих войск и который так и не разобрался в политических масках и нависшей над Россией угрозе.

"Отмена демонстрации казаков есть гигантская победа. Ура! Наступать изо всех сил и мы победим вполне в несколько дней!" -- орал радостно Ленин.

Храбрые и искусные войны эти казаки, к тому же очень трудолюбивые и порядочные люди, но то что они -- глупые, тёмные и необразованные -- они поняли только тогда, когда через два года посланные Лениным красные армии во главе с фашистом Яковом Свердловым вошли в их мирные станицы и устроили Холокост -- уничтожили миллионы казаков.

Тогда казаки, вероятно, вспомнили судьбоносный для них момент в 1917 году, и поняли, что надо было думать не над вопросом -- идти или не идти против рабочих и солдат, а -- идти или не идти против Ленина и ему подобных заговорщиков. Итак, возможная проблема с казаками была решена.

12 октября был создан ВРК - Военно-революционный комитет, который носил смешанный характер, в него вошли "объединённые" силы большевиков, эсеров, анархистов, профсоюзов и ещё представители многих организаций. А 16 октября большевики строго для себя создали ВРЦ - Военно-революционный центр. Но начало восстания всё откладывалось.

У рабочих и солдат уже никаких сомнений не было -- они были зомбированы Лениным надёжно. Но вот у его "интеллигентов" были сомнения в насильственном, не легитимном захвате власти. Во-первых, они помнили, что с начала года в обществе обсуждалась идея народного вече -- Учредительного собрания, которое и должно было решить судьбу России, а это неприятно давило на совесть.

А что касается страха, то, во-вторых, -- они ещё хорошо помнили о 600 народных еврейских погромах в революцию 1905 года, а также летний разгром полумиллионной ленинской армии в Петрограде прибывшими с фронта частями.

М.В.Фофанова, - хозяйка квартиры в которой жил в этот период Ленин, вспоминала:

"Днём 17 октября Владимир Ильич предупредил меня, что собирается в ночную командировку. Поздно вечером пришёл Эйно Рахья. Но уходить они ещё не собирались... Я подала чай и стала заниматься глажкой здесь же на кухне. За чашкой чая они беседовали. Из разговора можно было понять, что на днях следует ожидать выступление большевиков... Эйно спросил: "Владимир Ильич, не подавят нас присланные с фронта войска, как в июле? Вдруг Владимир Ильич встал, положил руку на бедро и, слегка наклонившись к Эйно, сказал:

"Немцы не позволят Керенскому снять с фронта даже одного солдата"" - из исследования А.Арутюнова.

Таким образом ленинские друзья-спонсоры решили помочь своему другу разрушить своего врага-Россию не только финансами, но и согласованными делами. Оставался "антисемитский" вопрос.

"А когда дошло уже до решающего восстания большевиков, то на гарнизонном совещании, собранном ЦИКом 19 октября, "один из представителей 176-го пехотного полка, еврей", предупреждал: "Там, внизу (на улице), кричат, что во всём повинны евреи" (газета "Речь" от 20 октября 1917 г.)", -- отмечал Солженицын.

Это совещание проходило в связи со съездом солдатских депутатов, о котором А. Розенберг писал:

"...в октябре 1917 года съезд солдатских депутатов обратился ко всем армиям с призывом бросить оружие и перестать подчиняться приказам правительства. История этого съезда весьма показательна.

На нём предполагалось обсуждение социальных и политических вопросов, но большинство его делегатов временно отказались обсуждать политические вопросы из-за напряжённой обстановки на фронте. Это отнюдь не смутило рьяных большевиков: они собрали своих представителей, и еврей Абрахам (Крыленко), никем не уполномоченный, занял председательское место и стал объявлять декреты от имени всей русской армии, от имени всего русского народа. Попытка Керенского пресечь эту неслыханную наглость позорно провалилась".

В пылу подготовки к восстанию кто-то из "креативных" большевиков догадался даже угнать из ремонтной базы крейсер "Аврора". "Достоверно известно, что до 22 октября команда крейсера "Аврора" ни в каких делах большевиков не участвовала. Очевидец тех событий Петр Курков в беседе с бывшим сотрудником ЧК С.Ф.Найдой (позднее - профессор истфака МГУ) рассказывал, что "Аврора" находилась на ремонте и большая часть команды отсутствовала. Этим воспользовались группа вооруженных большевиков во главе с комиссаром ВРК Александром Белышевым и вечером 25 октября фактически захватила крейсер. Под угрозой расстрела капитан "Авроры" вывел его из Франко-Русской верфи и подогнал к Николаевскому мосту" - отметил в своём исследовании А.Арутюнов.

Следует заметить, что этот устрашающий маневр оказался удачным.

"Яснее ясного, что теперь, уже поистине, промедление в восстании смерти подобно... Нельзя ждать!! Можно потерять всё!!.. " -- орал на своих боящихся, копошащихся и ещё в чём-то сомневающихся соратников 24 октября Ленин. Глядя на широкомасштабную пропагандистскую компанию Ленина бывший юрист и пока ещё глава правительства Керенский 24 октября так комментировал ситуацию:

"Таким образом в столице в настоящее время существует состояние, которое на языке судейской власти и закона именуется состоянием восстания. В действительности это есть попытка поднять чернь против существующего порядка и сорвать Учредительное собрание и раскрыть фронт перед сплочёнными полками железного кулака Вильгельма!"

И Керенский решил принять меры "по уничтожению восстания в самом зародыше", -- "Мы ждали прибытия с фронта воинских частей. Я вызвал их загодя, утром 25 октября они должны были быть в Петрограде. Однако вместо войск поступили телеграммы и телефонограммы о блокаде и саботаже на железных дорогах". Это Бунд Цедербаума (Мартова) делал своё отрепетированное дело.

Кроме указанных были и другие факторы, во-первых, целый участок ж/ д дороги перед Петроградом Керенский сам разобрал ещё раньше, боясь Корнилова. А, во-вторых, -- из-за истории с Корниловым большинство генералов презирали Керенского, не признавали его Главнокомандующим и саботировали.

Всё это вместе обернулось окончательной трагедией для России.

Вызов Керенским войск -- подтолкнул к началу восстания красных захватчиков. Утром 24 октября Ленин через газету "Рабочий путь" открыто объявил о начале восстания по захвату власти.

В этот же день в 13 часов Керенский в Мариинском дворце высокопарно говорил: "Временное правительство и я предпочитаем быть убитыми и уничтожены, но жизнь, честь и независимость государства мы не предадим!"

В это время красные отряды уже направлялись на захват Главного телеграфа и других объектов. Им помогали "группы поддержки" присланные немцами на помощь Ленину. "Свидетельства Пудикова и Павлова в определённой степени подтверждаются документальными материалами, вошедшими в сборник "Немецко-Большевистская конспирация". Так, например, в документе N35 говорится, что члены разведгруппы майора германского генштаба фон Бельке "были переодеты в русскую солдатскую и матросскую форму"(72). Но самое любопытное - эти факты находят отражение и в официальных советских источниках" - сообщает в своём исследовании А.Арутюнов.

Зимний дворец защищал женский добровольческий батальон... и юнкера. Не было никаких героических и красочных штурмов дворцов, как это вдолбил в головы советский кинематограф.

Большевик Гиммер (под маской Н. Суханов) в своих мемуарах "Записки о революции" признавался, вернее -- просто писал как было: "Группки юнкеров не могли и не думали сопротивляться... военные операции были похожи на смены караулов... Город был совершенно спокоен".

Смена власти не совсем напоминала смену караула, ибо всё было намного веселее -- покуражились над юнцами-юнкерами, затем дружно и весело изнасиловали женский батальон.

Чем ещё "героическим" могли похвастаться в этот период ленинцы? "В первую же неделю после Октябрьского переворота был убит первый известный на сегодня священномученик новой эпохи -- протоирей Иоанн Кочуров" -- напомнил им М. Назаров.

К середине 25 октября был захвачен Мариинский дворец, а вечером этого дня и Зимний.

Захватом столицы у красных руководил еврей из Полтавской губернии Григорий Чудновский (не путать с другим "революционером" Чудновским -- Соломоном Лазаревичем) под общим руководством Бронштейна (Троцкий).

"По рассказу Гендельмана в ЦИКе в ночь на 25 октября: когда он днём выступал в Петропавловской крепости, пытаясь отвратить гарнизон от восстания, ему кричали: "а, Гендельман -- значит жид и правый ("Известия" от 26 октября 1917 г.)", -- отмечает Солженицын.

В ночь на 26 октября Керенский уже был вынужден удирать из столицы.

"Петербургский гарнизон деморализованный праздностью и деньгами, получаемыми из неизвестного источника (в городе говорили, что от немцев, ибо еврей Фюрстенберг-Ганецкий, судя по всему, переводит большие суммы из Стокгольма для местного солдатского Совета), и хорошо вооружённый, сверг последнее русское правительство..." -- писал в 1919 г. в своей книге Альфред Розенберг. О бурной финансовой деятельности Ганецкого Якова Станиславовича(1879-1937г.) под маской "Фюрстенберг", этого передаточного финансового звена между Европой, США и Лениным можете подробно познакомиться в двухтомной монографии А.Арутюнова "Ленин" (2003г.).

"Временное правительство дало себя переловить как перепелов и было отведено в Петропавловскую крепость. Как и в предыдущее восстание в июле, военный министр Керенский случайно не оказался налицо и поэтому избежал участи своих коллег!" -- вспоминает княгиня Л. Л. Васильчикова.

А ведь у Корнилова получилось бы ещё быстрее и легче...

В Москве ленинцы захватывали власть под руководством Усиевича (того...), Шлихтера, Пятницкого (он же -- Ташис Осип Аронович (1882-1939 г.)) Губельмана, В. Юдовского, Я Гамарника, Л. Кагановича, А. Розенгольца и др. В Москве процесс захвата власти ленинцами длился с 25 октября по 2 ноября. Решающим моментом в захвате власти в Москве -- было посланный Лениным из Петрограда в подмогу 5-тысячный корпус красных бойцов.

(Губельман Миней Израилевич -- он же под русской маской Ярославский Емельян Михайлович стал в 1917 г. первым военным комиссаром Кремля, а в последующие годы был "видным советским деятелем" -- страстным борцом за уничтожение православия).

Дальше действия Ленина были логичны именно по технологии марксизма --

"К этому времени (27 октября) большевики захватили в России мощную Царскосельскую радиостанцию. Они немедленно начали вести пропагандистскую кампанию по деморализации русских войск...", -- фиксировал Керенский. Эта работа по искривлению разума имела большой успех. В армии солдаты выходили из подчинения, убивали офицеров, создавали солдатские Советы и Комитеты.

Керенский в это время с небольшим отрядом находился в Гатчине размышляя -- уже удирать в Англию или ещё попробовать побороться...

"27 октября на Балтийском вокзале, когда Гоц во главе делегации хотел уехать в Гатчину к Керенскому, -- матросы едва не убили его и ругались, что "советы попали в руки жидов" ("Дело народа" от 29 октября 1917 г.)", -- отмечает неоднозначность настроений народа Солженицын.

Все-таки очередной раз стоит удивиться и отдать должное -- ложь обладает огромной силой.

"...Ложь в политике... есть функция классового строения общества. Ложь угнетателей есть система отуманивания масс для поддержания своего господства" -- объяснял Бронштейн (Троцкий) секреты успеха.

"Сила во лжи. Ложью можно преодолеть ход времени, доказав, что прошлое было не таким, каким оно воспринималось и каким оно сохранилось в памяти. Ложью легко превратить свободную волю в несвободную. Подчинённую иллюзиям. Ложь ломает пространство, создавая облики (или призраки) далёких вблизи, а близких отдаляя от общения.

Ложь делает бывшее небывшим, небывшее облекает в призрачное бытие на пагубу всем живым существам", -- писал знаменитый исследователь истории Л. Н. Гумилёв.

Вторым фактором успеха Ленина вместе с ложью была -- активность действий, даже -- наглый натиск. "И все-таки я полагаю, что натиск лучше, чем осторожность, ибо фортуна -- женщина, и кто хочет с ней поладить, должен колотить её и пинать, -- таким она поддаётся скорее..." -- учил в ещё в XVI веке Николо Макиавелли (1469-1527 гг.). Генерал Корнилов этой истины не знал...

Всё, в России установилась диктатура Ленина и его подельников. Ленин с четвёртой попытки захватил власть в государстве и теперь должен что-то делать -- или разрушать или строить или и то и другое одновременно. Наступает новый период в истории России. Красные флаги иешиботников заполыхали над Россией.

"Таким путём большевики пришли к власти, и теперь никакая сила не сдерживала евреев. Они скинули свои маски и установили чисто еврейское "русское" правительство. -- писал А. Розенберг в 1919 г. -- Ленин единственный нееврей среди народных комиссаров (Розенберг не знал, что Ленин еврей по материнской линии). Он как говорят, русская витрина для еврейского дела...

Кто же другие? Приведём их имена, чтобы никто больше не мог отрицать того, что установлено еврейское правление. Комиссар по военным и иностранным делам -- уже упоминавшийся Бронштейн (Троцкий) вдохновитель красного террора; комиссар по культуре -- Луначарский; комиссар образования -- Коллонтай; комиссар по торговле -- Бронский; комиссар юстиции -- Штейберг; глава ЧЕКА -- Моисей Урицкий. В его следственной тюрьме по известному адресу Гороховая, 2 без суда убиты тысячи невинных. Абрахам (Крыленко) -- о нём говорилось выше -- стал главнокомандующий всех армий. После того, как обнаружилось его участие в весьма скандальной истории, он был заменён евреем Посерном...(и т. д.)".

Настоятель методистской церкви в Петрограде доктор Симонс свидетельствовал вспоминая 1917 год: "Среди агитаторов были сотни евреев из низов Восточной части Нью-Йорка. В 1918 году правительственный аппарат в Петрограде состоял из 16 настоящих русских и 371 еврея, причём 265 из этого числа прибыли из Нью-Йорка".

Далее нас логично интересует не столько ситуация на фронтах, сколько -- как удалось Ленину удержать власть; на каких принципах основывается план Ленина по строительству совершенно нового в истории человечества общества и государства. И проследим, наблюдая за событиями, -- как этот план ему удалось осуществить и с помощью каких сил и средств.


413