Романюта Сергей Егорович: другие произведения.

Пересекающиеся Миры. Ангелы

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:


Сергей Романюта

candeline@yandex.ru

Пересекающиеся Миры.

Ангелы

Благодарю Валентину Горину

за помощь и поддержку в написании

этой книги.

  

Часть первая

Глава I

  
   Как всегда будильник заверещал неожиданно и разумеется не вовремя. Ничего не поделаешь, надо вставать. За ночь пространство под одеялом довольно-таки неплохо нагревалось и хоть немного этого пространства Фёдору его более-менее хватало, чтобы спать в тепле. Ничего не поделаешь, надо вставать, работа, чтоб её перекорёжило! Нет, не надо её перекорёживать, работа, она сейчас почитай на вес золота, за неё руками, ногами, да всем чем угодно надо держаться, поэтому надо вставать.
   В квартире было холодно. Впрочем Фёдор к этому уже до того привык, что был бы очень и очень удивлён, если бы в ней, да ещё утром, вдруг стало тепло. Днём, днём более-менее нормально, батареи пусть и не горячие, но хоть тёплые. Странная картина, а иначе не скажешь, разве что матюками: днём, когда Фёдор на работе, батареи хоть чуть-чуть, но тепло квартире дают, а вечером, часов этак в десять, их отключают, и так до десяти утра. Говорят: в целях экономии чего-то там, ну и ещё кучу всяких причин преподносят. Получается, это если верить во все эти причины то он, Фёдор, только и жив, и здоров благодаря тому, что батареи на ночь отключают.
   Ладно, хрен с ними, с батареями, терпеть можно, да и привык уже. Фёдор резко откинул одеяло и вскочил. Холод в квартире не замедлил тут же набросился на Фёдора, как враг-диверсант, как-будто Фёдор на посту стоит, а враг этот решил его в плен захватить, а перед тем как захватить, обездвижить, связать по рукам и ногам. Фёдор, любой старослужащий позавидует, быстренько одел шерстяные носки, тёплые штаны, вязанную кофту, теперь более-менее нормально, теперь у диверсанта по имени холод шансов на пленение Фёдора не осталось, и на кухню, керосинку надо раскочегарить, надо позавтракать.
   Перед тем как начать реанимировать керосинку Фёдор включил старенький магнитофон, ещё на компакт-дисках. На кухню ворвались по своему весёлые "Король и Шут" и с присущей им хоть и мрачной, но всё равно бесшабашностью, принялись "крушить" всё вокруг: остатки сна, холод в квартире, старенькую керосинку, унылый, позднеосенний вид за окном, и конечно же выгонять из Фёдора всё-таки успевшие в него пробраться частицы холода.
   Стало веселее, да и керосинка к удивлению Фёдора сегодня разожглась и сыто загудела почти сразу. Сегодня ей почему-то не понадобилась ежеутренняя порция нервов Фёдора сопровождаемая словами, какие только на язык попадутся, в основном матерными. Конечно же, ну если поднатужиться, Фёдор мог себе позволить электрическую плиту, а если очень-очень поднатужиться, то и газовую. Но для этого пришлось бы отказаться от многих мелочей к которым Фёдор привык, даже прикипел, без которых его жизнь стала бы похожа вообще неизвестно на что. Конечно можно было устроиться на вторую работу, а где её взять эту вторую работу? Хорошо хоть эта есть, первая и единственная!
   С работой было тяжело, очень тяжело. Разумеется мест всяких там сторожей и охранников хватало, но сами понимаете, что это за работа, даже говорить смешно. Или Фёдор был так воспитан, или до конца ещё не прижало, ещё был, так сказать, "жирок", такую работу, ну или подработку Фёдор всерьёз не воспринимал.
   Работал он инженером на заводе по производству чего-то там металлического, разумеется специальность была соответствующая, тоже что-то связанное с обработкой металлов. Наверное, да что там наверное, точно, именно специальность и место работы не давали Фёдору пополнить недружные и нестройные ряды охранников и сторожей всех мастей и категорий. Дело в том, что специальность полученная Фёдором в институте была дефицитной. Да и место работы - завод, тоже в некотором роде подпадал под эту категорию. Лет уже как тридцать в стране на первое место выступили всякие там банки, непонятно чем занимающиеся компании и фонды, а заводы, фабрики, уступив первенство в экономике страны скромно отошли в тень. Похожая картина была и со специалистами. Если всевозможных юристов, экономистов, управленцев, менеджеров по-современному, было, тапком не перебьёшь, то специалистов именно для промышленности - инженеров, было не то чтобы днём с огнём не сыскать, но тем не менее потребность в них ощущалась и чем дальше, тем эта потребность становилась острее. Видимо такое сочетание: место работы и специальность, редкостные по нынешним временам, и обеспечивали Фёдору хоть и не на все сто, но уверенность в завтрашнем дне.
   Дело в том, что не хотела молодёжь после школы идти в институты на промышленные специальности, отчаянно и упорно не хотела. Им, вчерашним школьникам, подавай специальности "чистенькие", престижные, а не это, в железяках ковыряться и с простыми работягами на матерном языке разговаривать. Куда как лучше чистенький и экипированный по последнему слову моды офис под завязку нашпигованный самой современной техникой. И престижно, и куда больше шансов прорваться туда, на верх, стать ну уж если не директором или президентом чего-то там, то хоть каким-нибудь начальником. И, не сказать чтобы у всех, но довольно-таки у многих это получалось. Вот правда цена этого карьерного роста была для Фёдора не то чтобы слишком высокой, она была для него просто неприемлемой.
   Сам Фёдор вроде бы уже не парень, но ещё и не мужик в возрастном понимании этого звания, ему где-то года тридцать три-тридцать четыре - самый цветущий возраст, можно даже сказать, святой. Да и сам Фёдор под стать возрасту: ростом слегка за метр восемьдесят - самый любимый женщинами рост, крепок, но не грузен, ни капельки лишнего. Да и внешностью Фёдор удался. Если его дед, тоже Фёдор, был красив грубой мужской красотой, как-будто из цельного дуба вырубили, то отец Фёдора - Алексей, имел красоту лица хоть ещё и грубую, но уже с явным присутствием более мягких черт более присущих смазливым юнцам и не юнцам тоже. Ну а Фёдор, такое впечатление, вобрал в себя всё самое лучшее: лицо хоть по меркам некоторых женщин и симпатичное, но не смазливое, и не грубо сработанное, будто топор у "ваятеля" затупился.
   Вот за эту внешность и доставалось Фёдору, крепко доставалось. С одной стороны это женщины, как незамужние, так и замужние, те тоже были очень даже не прочь испытать на себе ласки Фёдора. Но больше всего, и всё ну прямо-таки из-за какой-то там эталонной внешности, ему досаждали новолюди. Вот кто не давал покоя Фёдору по-настоящему. Предложения были до того заманчивыми и даже головокружительными, что будь он немного лекгомысленнее, а вернее будет сказать, если бы его не дед с отцом как следует воспитывали, то наверняка бы согласился.
   Правда Фёдора в основном воспитывал дед - тоже Фёдор, мужик хоть и весёлый, но суровый, так что легкомыслия в Фёдоре почитай с самого детства не было, ну разве что шкодил и проказничал, но эти черты присущи всем детям. Дед Фёдора рано вышел на пенсию, хоть и работал простым токарем, но производство у него было какое-то вредное. И как только он стал пенсионером, так почитай сразу же поселился в деревне, в доме доставшемся от тестя с тёщей. Ну а Фёдор младший почитай каждое лето проводил у деда, не ездил по всяким там лагерям, да и пионерские лагеря к тому времени перестали существовать. Вот дед Фёдор и воспитал внука Фёдора так, как себе представлял настоящего мужика, скорее всего каким был сам.
   После окончания школы внук Фёдор пошёл дальше деда Фёдора, поступил в институт, но не на юриста или экономиста, а на машиностроительный факультет с тем, чтобы приобрести, как к тому времени он и сам считал, настоящую, мужскую, специальность, специальность владея которой мужик всегда для семьи на кусок хлеба заработает. И что самое интересное, прав оказался Фёдор, хоть чуть-чуть, но прав. Большинство выпускников экономических, юридических и прочих той же направленности факультетов после получения дипломов пополняли тоже нестройные и недружные ряды всяких там продавцов-консультантов, менеджеров по продажам, ну и так далее. Но у них, почитай у всех, в отличии от Фёдора всё-таки была надежда: сначала "прорваться" в офис какой-нибудь крутой компании, закрепиться там, ну а потом уже по прямой дорожке туда, на верх, а то и на самых верх. А вот у Фёдора такой надежды не было, даже стать в каком-нибудь будущем тем же начальником цеха ему не очень-то светило. Но он не очень переживал по этому поводу, уж слишком высокой и неподъёмной была цена такого карьерного роста.
  

***

  
   Князь с Горшком в компании весёлых и на всё плюющих музыкантов продолжали гонять по лесам и деревням всевозможную нечисть, керосинка ровно и довольно гудела, так что чем не жизнь, пусть и в холодной квартире? Фёдор поставил на керосинку чайник, а сам пошёл в ванную, умываться. Горячей воды в доме, да что там в доме, почитай во всём городе не было. Наверное Фёдор, если бы кто спросил, сразу и не вспомнил бы, когда горячая вода текла из крана в его квартире? Но он совершенно на этот счёт не переживал, более того, даже был благодарен за это неизвестным "экономам" и радетелям за счастье народное. Мало того, что его ещё дед Фёдор приучил умываться исключительно холодной водой, причём в любое время года, так ещё и обливаться ей. Фёдор залез под холодный душ, а что, дело привычное, согнал с себя последние остатки сна, почистил зубы, побрился и вернулся на кухню.
   Чайник почти уже вскипел. Теперь оставалось заварить геркулесовую кашу быстрого приготовления, сделать кофе и пожарить яичнику на сале, вот и весь завтрак. А что, даже очень неплохой завтрак, хоть и без всяких там гастрономических изысков и выкрутасов столь популярных у новолюдей. Тем более сало было не из супермаркета и даже не с рынка, а из деревни: батя сам поросёнка выкармливал, и не абы чем, сам его забивал и сам сало солил.
   Алексей Фёдорович - батя Фёдора, точно также, как и его дед, и прадед - Иван Степанович, выйдя на пенсию тоже поселился в деревне, кстати, в том же самом доме. Точно также, как и дед Алексей Фёдорович разводил курей, держал двух поросят, копался в огороде, гнал самогонку и плевал на всех и на всё то, что творилось в городах и странах. И Фёдор, в отличии от перспективной молодёжи, к тому же не отягощённый всеми "прелестями" дополнений к правильной и перспективной жизни в виде тусовок по ночным клубам с удовольствием ездил к отцу в деревню, именно с удовольствием, а не потому что так надо. Ну а батя, какой же отец не обрадуется приезду сына, всегда был рад его приезду. Поэтому на выходные, правда не на каждые, или отгулы какие выпадут, ну а уж отпуск - обязательно, Фёдор уезжал в деревню, к бате. А в деревне не то что где-нибудь в Турции, всегда можно заняться чем-нибудь по хозяйству, чем Фёдор всегда занимался с удовольствием, на рыбалку или же по грибы сходить, да той же самогоночки с батей выпить, но не до свинного хохота разумеется, батя на этот счёт излишеств не допускал. Да и просто посидеть вечерком на лавочке у избы, полюбоваться на единственно настоящий закат, да и просто поговорить обо всём и ни о чём.
   Этим, можно сказать, и объясняется почти ежеутренний завтрак Фёдора в виде яичницы с салом. Конечно же кофе, сахар, тот же геркулес и ещё много чего приходилось покупать в супермаркете, но это так, неизбежные мелочи. Батя снабжал Фёдора как салом, так и яичками, деревенскими, а не этими, непонятно из-под кого. И самогоночкой батя снабжал Фёдора, но не так чтобы очень, чтобы была она исключительно для души или с устатку, а не для запойных пьянок. В этом деле Алексей Фёдорович был как скала, не сдвинешь, весь в отца. Впрочем, наверное всё-таки больше в деда, чем в отца, в Ивана Степановича. Фёдор хоть и плохо его помнил, слишком мал был, зато весьма наслышан о нём из рассказов как деда, так и бати. Вот мужик был! Росту маленького, телосложением невзрачный, а характер - танковая броня позавидует! Вот батя, Алексей Фёдорович, и вобрал в себя какую-то часть дедова характера и сколько-то характера своего родителя. А сколько характера деда и прадеда вобрал в себя Фёдор он не знал, вобрал что-то конечно, а вот сколько - неизвестно, не было случая проверить.
  

***

  
   Завтрак не занял много времени, как-будто это было какое-то неизбежное зло или же какой-то хоть и необходимый, но очень неприятный ритуал. Разумеется дело не в том, что Фёдору надоело такое меню, скорее всего он просто привык быстро завтракать. Ну а после завтрака, куда же ещё, на неё, на работу, любимую и растреклятую в одном лице. Можно было бы заняться чем-нибудь, в том же Интернете например посидеть, благо время позволяло, но в том-то и дело, что в свете новых политико-экономических реалий хозяева завода пусть и мягко, но настойчиво рекомендовали работникам, а особенно не рядовым работникам, приходить на работу заранее, ну хотя бы за полчаса до начала рабочего дня. А Фёдор рядовым работником не был, хоть и совсем маленькое, а начальство, так что... Да и в Интернете этом особенно делать нечего, тем более с утра пораньше.
   Теперь, после горячей яичницы и ещё более горячего кофе и переодеваться было не так страшно, в смысле, холодно, что Фёдор с армейской сноровкой и проделал, а что резину тянуть?
   Двор встретил Фёдора красочным рассветом - как-будто грязь по столу размазали и дали ей засохнуть, ну и ветром, налетавшем со всех сторон сразу, хорошо хоть дождя не было. Утро целиком и полностью принадлежало тому, слава богу, непродолжительному времени года, когда зима не на жизнь, а на смерть сражается с осенью за право владеть этим миром и устанавливать в нём свои порядки. Может и смешно, но очень похоже: "Паны дерутся, а у холопов чубы трещат". Вот только люди населяющие среднюю полосу России никакими холопами, во всяком случае ни у осени, ни у зимы не были. Ну и что, что не были?! "Чубы" в виде: насморков, простуд, обострений застарелых болячек, а то и откровенной депрессухи "трещали" будь здоров как! Вот здесь ещё раз не мешает поблагодарить известно-неизвестный "благодетелей" за отключенную горячую воду, благодаря их "заботам" Фёдор стал к простудам вообще не восприимчив. Болячек хронических ещё не нажил, "молод ышшо", а что касаемо депресси, Фёдор весьма смутно представлял что это такое?
   Прохрустев миниатюрными сталагмитами состоящими из воды, снега, грязи и ещё неизвестно чего, образовавшимися за ночь благодаря стараний лёгкого морозца Фёдор оказался на автостоянке, благо недалеко. Ночью ни снега, ни дождя не было, поэтому не было необходимости очищать лобовое стекло, автомобильных дворников вполне будет достаточно. Открыв дверцу он уселся в автомобиль и повернул ключ зажигания. Старушка Тойота Королла, в отличии от той же керосинки, завелась с полоборота и довольно урча двигателем принялась сама себя согревать. Короллку эту Фёдор купил, можно сказать, чуть ли не чудом, ну а то что повезло ему несказанно - факт. Однокурсник Фёдора, Андрюха, вступил, или как там у них это правильно называется, в новолюди и в предвкушении обещанной новой, светлорадужной и сытой жизни распродавал почти всё своё имущество нажитое ещё будучи старочеловеком.
   Вообще-то Андрюха не сказать что дурак, но и умным назвать, сто раз подумаешь, особых успехов в учёбе не показывал. Ну а если успехов в учёбе нет, то они в обязательном порядке должны проявить себя где-то в другом месте. Когда они учились в институте комсомолов-профсоюзов уже и в помине не было и тем, кто не особо преуспевал в учёбе, но очень хотел преуспеть в карьерном росте, ну и так далее, негде было применить свои недюжинные таланты во благо своей счастливой жизни. Но как известно свято, да и не свято тоже, место пусто не бывает. Вот Андрюха там и преуспевал, и вроде бы как приуспел, во всяком случае диплом получил. После окончания института он умудрился попасть в какую-то контору, то ли главк, то ли ещё что-то такое, Фёдор толком не знал да если честно, не особо интересовался. Что удивительно, не смотря на всю разницу не только на жизнь в её карьерной сущности, но и на жизнь вообще, Фёдор и Андрюха не то чтобы дружили, скорее были хорошими приятелями. Так что и после окончания института они, теперь уже гораздо реже, встречались: пили пиво, пару раз по барышням прошвыривались, иными словами, не теряли друг друга из виду. И вот когда Андрюха снюхался с новолюдьми, а потом вступил в их стройные и радужные ряды первым, кому он позвонил насчёт Короллы был Фёдор. Торговаться не торговались, не тот случай, да и Андрюха не требовал всю сумму и сразу, согласен был подождать. Почему Андрюха продаёт в общем-то хороший автомобиль Фёдор даже не стал спрашивать, по Андрюхе, вернее, по его внешнему виду всё было понятно. Машину Фёдор купил, деньги за неё вернул почти сразу, за три дня, у мужиков на заводе пришлось занимать, и после этого удалил Андрюху не только из памяти мобильника, но и из своей жизни, стёр!
  

***

  
   Город выглядел веселее двора, это наверное потому что город, а в особенности большой, никогда не спит, чего не скажешь о дворах жилых домов. Проезжая часть улиц была более-менее почищена, ну а что творилось на тротуарах Фёдор не присматривался, не до них, да и что толку? Князь с Горшком продолжали гонять чертей с ведьмами и вурдалаками теперь уже из автомобильных колонок тем самым поднимая настроение, а вернее, настраивая его на предстоящий рабочий день.
   Нет, злым а то и дурным начальником Фёдор не был, да и какой он начальник, самый обыкновенный бригадир, ну разве что с высшим образованием. Это раньше, как только он пришёл на завод, то был почти что вольным художником, инженером, а теперь, после всех усушек и утрусок завода и его работников сохранился в виде инженера и бригадира одновременно.
   Сами улицы тоже выглядели веселее, но это благодаря яркой и разноцветной рекламе. Может оно действительно весело, но уж очень эта реклама наглая, так и лезет мало того что в глаза, так ещё и в мозги, в подсознание забирается: купи, купи, купи, будь лучше всех..., ну и прочая дребедень. И не хочешь обращать внимания, обратишь, тем более ночью или утром. Так что на всём пути Фёдора на работу реклама нагло лезла в глаза и заменяла ему и не только ему весь город. "Новолюди - радужное будущее человечества!", вот так вот, скромненько и без особого изыска средних размеров баннеры с радостной новостью о будущем висели почитай на каждом столбе. Вот это раздражало Фёдора по-настоящему, но что поделаешь, не полезешь же снимать эту гадость, вмиг сгребут и доставят куда полагается доставлять в таких случаях.
  

Глава II

  
   Завод встретил Фёдора по-деловому, как встречает некий полубылинный кузнец своего подмастерья. Но увы, был завод далеко не в расцвете своих производственных сил, а так сказать, на их излёте. Вот только его старение было не естественным, продиктованным неумолимым временем, а искусственным, во благо высокой политики. Если раньше, до того как, на заводе работало где-то около десяти тысяч человек и выглядел он если уж не как промышленный гигант, но что-то около этого, то сейчас, во времена с какой стороны не возьми, для народа счастливые количество его работников было, хорошо если сотни три наберётся. Правда стать свою, хоть и бывшую, завод сохранил, вернее, ему сохранили: цеха, сейчас или пустующие, или задействованные неизвестно под что, а также склады, ну и всё прочее не сломали, догадались слава богу. Сейчас завод представлял из себя того же самого полубылинного кузнеца, правда как бы на пенсии, силы не те.
   Раньше завод выпускал что-то по техническим характеристикам очень сложное и почти всё секретное, сами знаете для кого и для чего, теперь же ограничивался выпуском всевозможных комплектующих начиная с элементарных гаек и болтов без которых, кстати, любой механизм не механизм, наверное потому и жив остался, не додавили. Правда, зачем наговаривать, на отсутствие заказов на заводе никто не жаловался, более того, совсем недавно на завод поступил заказ от оборонщиков, а это, сами понимаете, верный кусок хлеба и не только хлеба.
   Сразу же за проходной, на доске объявлений, Фёдор увидел прямо-таки плакат извещавший трудовой люд о том, что сегодня, в семнадцать ноль ноль, в помещении склада готовой продукции состоится общее собрание коллектива завода, вот так вот! Раньше у завода был свой дом культуры вмещавший в себя поболе, чем триста человек, но дом этот давным-давно был продан-перепродан и представлял из себя скопище офисов мелких фирм и фирмочек, а в концертном зале, да, именно в концертном, проводили всё на что фантазии хватает, хоть голым пляши, от концертов до чёрт-те чего в виде сборищ всяких там радетелей за счастье народное замешанное на личном обогащении.
   Прочитав объявление Фёдор зло сплюнул: вот козлы, с утра пораньше настроение умудрились испортить и пошёл в сторону своего цеха. Настроение Фёдора испортилось потому, что надо будет идти на это самое собрание, никуда не денешься. Если бы он был простым работягой, тогда разумеется сачканул бы, в гробу он видел это собрание и собрания вообще, но Фёдор был бригадир-инженером, а значит в его подчинении находились те самые простые работяги, которым это собрание как до позапрошлого понедельника. И он, как бригадир и инженер в одном лице, был обязан обеспечить стопроцентную явку своей бригады на это самое собрание.
   Словно в подтверждение его невесёлых дум по поводу предстоящего мероприятия перед ним предстал, и откуда появился, начальник цеха:
   - Здорово, Фёдор. - Васильич, начальник цеха в котором работал Фёдор - отличный мужик, к тому же спец каких поискать ещё той, старой школы. - Объявление на проходной видел?
   - Ну видел. - поздоровавшись пробурчал Фёдор, потому что одним из того, немногого, что Фёдор ненавидел откровенно и от души были всевозможные собрания.
   - Чтобы все твои были! - как "в атаку!"
   скомандовал, сказал Васильич и больше не говоря ни слова пошёл в сторону офиса администрации завода, именно так сейчас называлось заводоуправление.
  

***

  
   Бригада уже почти вся собралась в раздевалке, не было троих: молодняка - Саньки с Вадимом и Николаича, тот живёт довольно-таки далеко от завода. Остальные все: кто переодевался, кто уже переодевшись попивали чай или кофе, кому что больше нравится, были на месте в ожидании начала трудового дня.
   - Здорово мужики. - войдя в раздевалку поздоровался Фёдор.
   - Здорово, Алексеич. - в разнобой ответила бригада, не в армии всё-таки.
   А вот утренние рукопожатия были по своей твёрдости очень похожи на армейское троекратное "Ура!", такие же дружные. Бригада токарей руководимая Фёдором насчитывала десять человек. Вполне нормальная бригада, во всяком случае не хуже других как на заводе, так и за его пределами. Мужики подобрались, можно сказать, все как один, всем или около полтиника или за полтиник, серьёзные мужики, не говоря уж о том, что спецы будь здоров какие. Да и ничего удивительного в этом нет, времена, страну посетившие, они быстро всех расставили по своим местам: все пьяницы, забулдыги и откровенные лодыри, все в одночасье куда-то сгинули. Не помёрли конечно, во всяком случае не все, а нашли себе занятия наиболее соответствующие их натурам. Правда были в бригаде и два "щегла" - Санька с Вадимом, обоим слегка за двадцать. Ребята хоть и молодые, но вполне себе нормальные, ну а то что ветер в голове свистит на все лады, так это детство ещё не успокоилось вот и шумит. Ничего страшного, это пройдёт, время своё дело туго знает. Да и члены бригады относились к молодёжи не как к досадном недоразумению неизвестно зачем путающемуся под ногами, а были им как бы отцами-командирами и наставниками, обучали как профессии, так в разговорах за жизнь подсказывали в какую сторону надо смотреть, чтобы остаться нормальным человеком, не скурвиться.
   - Мужики, - с некоторой доле вины в голосе начал Фёдор. - собрание сегодня. Надо чтобы все присутствовали обязательно, Васильич сказал. - нет, Фёдор не сваливал всё на начальника цеха, мол, это всё он, а я хороший, я тоже не хочу идти на это треклятое собрание.
   - Не переживай, Алексеич. - за всех ответил Михалыч, Сергей Михайлович - фактический бригадир, а говоря по-современному, неформальный лидер. - Придём и молодые придут, ну а если будут брыкаться, за уши притащим.
   Бригада нечленораздельно забубнила тем самым целиком и полностью соглашаясь со словами Михалыча. Значит бригада на собрание придёт, придёт в полном составе, если Михалыч сказал, то так оно и будет. Интересный мужик, Сергей Михайлович, тихий, спокойный, мало кто слышал чтобы он когда-нибудь кричал, но если скажет что, не прикажет, а именно скажет - хрен кто ослушается!
   На этом, если разговор о предстоящем собрании можно так назвать, утренняя планёрка, ну или инструктаж, закончилась. Да и что Фёдор мог сказать мужикам в плане каких-либо поучений, они сами кого хочешь научат и проинструктируют.
  

***

  
   Видать собрание было, во всяком случае для администрации завода, важным и до того важным, что всю готовую продукцию, благо её было немного, сгребли в один угол тем самым освободив довольно-таки внушительное пространство складского помещения. Даже соорудили что-то типа помоста на который, в лучших традициях ушедших времён, поставили накрытый чем-то стол для президиума и трибуну, ей богу, настоящую, и где только откопали, ну разве что графина с водой не хватало.
   Ближе к окончанию рабочего дня начальство всех уровней начиная с цехового пришло в некое возбуждённое состояние. Наверняка причиной тому послужило совещание в офисе администрации проведённое аккурат за час до окончания рабочего дня. Совещание было недолгим и уж неизвестно чего такого наговорило начальство более мелкому, цехового уровня начальству, только, ну прямо выскочили те из офиса как ошпаренные, чуть ли не бегом по своим цехам и прочим подразделениям завода и давай шпынять самое мелкое начальство непосредственно работягами командующее с тем, чтобы явка на собрание была стопроцентной, иначе...
   - Господа! - начал директор завода, холёный, прямо блестит весь, мужик лет сорока с явно обозначившимся брюшком не иначе подчёркивавшим его высокую и ответственную должность.
   - Ну всё, - тихо сказал какой-то, с виду явный работник одного из цехов. - или продали кому-нибудь, или по двенадцать часов работать заставят.
   - Тихо ты! - одёрнули его рядом стоящие. - А то накаркаешь.
   - Предвосхищая, так сказать, упаднические мыли по поводу собрания, - продолжал директор, - сразу скажу: никто никому завод не продавал, и не собирается продавать!
   Народ одобрительно загудел, слава богу, хоть один камень свалился с души, а сколько их ещё осталось? В том-то и дело, что неизвестно.
   - Более того, никаких кардинальных изменений в графике работы и в зарплатах не намечается! - народ облегчённо вздохнул.
   Вот теперь можно и послушать, чего такого они там придумали? Неужели что-то для работяг хорошее? А может с самого верху приказ какой спустили, вот теперь и "отплясывают", сами-то вовек не додумаются.
   - Слово предоставляется нашему новому заместителю директора по работе с персоналом, господину Аризевичу! Приветствуем, господа, приветствуем!
   - Прямо как в театре, приветствуем. - пробурчал тот же мужик, но пару раз всё-таки в ладоши хлопнул.
   - Ты глянь, Михалыч, - толкнул Сергея Михайловича, того самого, "щегол" Саня. - прямо как в армии. Там тоже есть заместитель командира по работе с личным составом.
   - Поп что-ли? - переспросил Михалыч.
   - Не, тот отдельно.
   - Позвольте представиться, - начал совсем молодой мужчина, сорока ещё нет, - Евгений Казимирович Аризевич, ваш новый заместитель директора по работе с персоналом.
   Кто-то из собравшихся попытался аплодировать, но быстро опомнился. Теперь, когда директором было заявлено, что завод не продают неизвестно кому, ликвидировать не собираются и зарплату урезать не собираются можно послушать этого, как его, ну и фамилия, может что умное скажет.
   - А у нас старого зама по работягам вовсе не было! - выкрикнул кто-то, не иначе, не в меру обрадованный тем, что зарплату оставят в покое.
   Кто-то из собравшихся засмеялся, правда негромко, но быстро замолк, не иначе в бочину получил о рядом стоящих. В основном народ загудел, забормотал, правда неизвестно, одобрительно или так, на всяких случай - непонятно было.
   Сам же господин Аризевич, Евгений Казимирович, лучезарно улыбаясь, как будто в любви признавался, причём всем и сразу, подождал пока народ успокоится и начал говорить, что удивительно, говорил он не по бумажке:
   "Прямо павлин какой-то.- гладя на выступавшего подумал Фёдор. - Блин! - более-менее рассмотрев "павлина" мысленно воскликнул Фёдор. - Да он почитай мой ровесник, ну может на пару годов постарше, хотя хрен его знает, вон весь какой блестящий".
   Последняя мысль неприятно резанула Фёдора прямо поперёк души, уж очень этот Казимирович своим прямо-таки рекламным блеском был похож на Андрюху, теперешнего Андрюху.
   - Алексеич, что же теперь будет? - спросил Фёдора один из работяг его бригады.
   - Хрен его знает, Николаич. - не поворачивая головы в сторону задавшего вопрос Ничколаича ответил Фёдор. - Но ты не расстраивайся, ничего хорошего не будет, это уж точно. - мрачно пошутил он.
   А выступавший и в самом деле был очень похож на "нового" Андрюху. Правда похож он был не телосложением или же физиономией, а именно вот этой рекламной блестящестью и парфюмерным лоском. Сам по себе господин, а как же, Арзиевич был мужчиной и правда на пару лет постарше Фёдора. Среднего роста, телосложение не изуродовано ни физическим трудом, ни спортивными залами или беговыми дорожками. Короче, пупс, прямо с новогодней открытки только в костюме и при галстуке.
   Видимо решив, что народ успокоился новый зам по работягам и прочему мелкому начальству продолжил:
   - Не мне вам рассказывать о современной жизни, вы сами всё видите. Хорошая жизнь, ничего не скажешь, но не у всех.
   - Ага, - пробурчал Николаич. - хорошая жизнь у нас только пидарасам полагается.
  

***

  
   - Много рассказывать о себе не буду. - тем временем продолжал новый зам. - Скажу лишь то, что менее, чем год назад я был таким же как вы, с той лишь разницей, что работал на стройке. - зам неизвестно чему улыбнулся и продолжал. - Впрочем, если кого-то интересует моя биография откройте Википедию и прочитайте. Арзиевич Евгений Казимирович. - раздельно, по буквам, как будто гвозди в головы собравшихся работяг забивал, продиктовал зам. - Надеюсь Интернет у всех имеется? - вопрос был задан насмешливо и вместе с тем строго, будто учитель спрашивал учеников: все ли дети принесли по сто рублей на подарок директору школы? - Интернет, сами знаете, не врёт так что...
   - Ага, как же, не врёт он. - непонятно на кого, то ли на зама, то ли на Интернет пробурчал Санька. - Я вот недавно познакомился там с одной бабой...
   - Не с бабой, а с девушкой! - раздражённо одёрнул Саньку Михалыч. - Цыц!
   - Кроме того, время, это не только деньги, это очень почти что самое главное в человеческой жизни. - было видно, заму очень не хотелось стоять на одном месте, хотелось как какому-нибудь артисту или какому-нибудь гуру-профессору вещая в народ ходить по сцене, но микрофон установленный на трибуне напрочь лишал его этой возможности. - Поэтому не буду забирать его ни у вас, ни у себя и сразу же перейду к главному.
   Как известно наши далёкие, очень далёкие предки выглядели совсем не так как мы, да и жили, тоже совсем не так как мы. Жили они на деревьях, питались тем что найдут и были беззащитны перед хищниками. Затем, и это весьма показательный факт, они спустились с деревьев, стали прямоходящими, взяли в руки палки - своё первое орудие труда и средство для более комфортной жизни в этом мире. Дальше больше: появилась одежда из звериных шкур, были обжиты пещеры, затем были построены хижины, ну и так далее.
   Я всё это так подробно рассказываю не для того, чтобы блеснуть своей эрудицией или просто покрасоваться перед вами. Это я рассказываю для того, чтобы показать вам весь алгоритм развития человека и человечества. Согласитесь, если бы человек не развивался, не стремился жить лучше и лучше, он до сих пор сидел бы на деревьях и дрожал при появлении хищников.
   Но далеко не всегда новое быстро завоёвывало сердца человечества, принималось им сразу и без сопротивления. Вспомните хотя бы луддитов!
   - Это ещё что за хрень?! - спросил кто-то из собравшихся.
   Зам снисходительно усмехнулся правда не явно подчёркивая своё превосходство, а как бы мельком и тоном того самого учителя, которому приходится объяснять детям, для чего нужен этот самый подарок директору школы, объяснил:
   - Луддиты, были такие в Англии лет двести тому назад. Известны они лишь тем, что не понимая и не принимая технический прогресс ломали на заводах и фабриках станки, механизмы, говоря по современному, технологическое оборудование. А почему? А потому что не хотели жить по-новому, отрицали эволюционный и технический прогресс. Ну сами представьте, много ли вы наработали, если бы в цехах вашего завода не было станков и всё приходилось делать вручную?
   Народ зашумел, действительно, представить такое было очень трудно, если возможно вообще. Наиболее прогрессивно настроенные работяги выдали несколько, состоявших процентов на девяносто из непечатных слов, едких замечаний в адрес этих самых, доселе почти никому неизвестных луддитов.
   - Вот и я о том же! - увидев, что зацепил собравшихся за живое воскликнул зам. - Я уж не говорю о тяжести и неэффективности ручного труда! Вы только представьте, какой тогда была бы у вас зарплата!
   Слово "зарплата" произвело на собравшихся ещё большее впечатление. Теперь все собравшиеся вплоть до самых отъявленных пессимистов, а может быть даже тайно сочувствующих тем самым луддитам были на стороне зама.
   - Ладно, оставим в покое тёмных и недалёких людей, тем более, что было это давно. Всё равно технический прогресс победил! - зам произнёс это, чуть ли не прокричал, как: "Революция, о которой, и так далее..., победила!". - А для чего, спрашивается, он победил?! Правильно, для того, чтобы человек стал свободнее, чтобы жил лучше.
   - Идём дальше. Нисколько не сомневаюсь, что все здесь собравшиеся умеют читать и писать. - на этот раз пауза была выжидательная, как будто зам был не до конца уверен в поголовной грамотности собравшихся. - Согласитесь, сейчас без этого жить, ну просто невозможно. Почему? Да хотя бы потому, что помимо полной беспомощности в повседневной жизни невозможно овладеть какой-либо более-менее ценной специальностью и приобрести надлежащую квалификацию.
   На этот раз народ откровенно смеялся. Некоторым из собравшихся выступающий зам, как его там, стал даже симпатичен. Не дурак мужик, совсем не дурак, такой, можно сказать, простой пример ввернул, и что интересно, в точку попал, в самую точку!
   Выступающий дождался, когда утихнут собравшиеся живо принявшиеся комментировать безграмотность в современной жизни, и продолжил:
   - А ведь ни для кого не секрет, точно также, как и луддиты некоторые, если не сказать что многие отчаянно сопротивлялись возможности научиться читать и писать не понимая, что тем самым сопротивляются своему будущему, сопротивляются более комфортной и сытной жизни.
   Об Интернете рассказывать не буду. Все знают как и в какую сторону он изменил нашу жизнь, причём, в подавляющем большинстве случаев изменил её в лучшую сторону.
   Теперь надеюсь понятно, что без чего-либо нового человек жить не может?! Если человечество хотя бы на минуту остановится в своём эволюционном развитии, оно, и глазом моргнуть не успеет, опять окажется на деревьях, и с голой задницей.
   - А сейчас о главном. - зам сразу стал серьёзным как-будто статуя какому-нибудь полководцу. - Даже не сомневаюсь, все вы слышали о новолюдях.
   - Вот гад куда загнул! - протянул Николаич. - Алексеич, это что же, в пидарасы решили нас записать?
   - Хрен его знает. - пробурчал не менее Николаича поражённый услышанным Фёдор, хотя, пусть и смутно, но догадывался о причине собрания. - Поживём, увидим.
   - Новолюди, это тоже самое, что и для первобытных людей умение ходить на двух ногах, тоже самое, что и одежда, и орудия труда. Это тоже самое, что и станки, и автомобильный, железнодорожный, и воздушный транспорт, без которых и жизнь не жизнь. Наконец, это тот же самый Интернет. Господа, это наше будущее!
   Если на рассказ о луддитах и о борьбе с неграмотностью работяги довольно-таки живо реагировали, то на новолюдей реакции не последовало никакой, вообще никакой! В складском помещении стояла такая тишина, и прислушиваться особо не надо было, чтобы услышать шум проезжающих по улице, за территорией завода, автомобилей, а то и шаги прохожих.
   Видимо в ожидании критических замечаний, это по терминологии зама, и каверзных вопросов выступающий поспешил продолжить:
   - Разумеется к луддитам это не имеет никакого отношения. Тех казнили, вас же никто казнить не собирается. Понимаю, новость слишком неожиданная и, чего греха таить, не для всех приятная. Согласен, как в обществе, так и с средствах массовой информации, возьмите тот же Интернет, циркулирует масса слухов и сплетен по поводу движения, да, именно движения новолюдей. - зам подчеркнул слово "движения" как бы давая понять, что всё очень и очень серьёзно. - Да, движение новолюдей массовое и организованное, это не какая-нибудь там ватага гопников. Господа, всё очень серьёзно, очень серьёзно и поверьте, надолго. - не давая опомниться зам продолжал. - С завтрашнего дня на заводе открывается отделение движения новолюдей. Администрация, - зам кивнул в сторону директора. - под это несколько помещений в офисе в котором все желающие смогут получить самую полную и самую правдивую информацию о движении новолюдей, поверьте, очень отличающуюся от того, что вы слышите по радио и телевидению, и читаете в газетах, и в том же Интернете. Ну и конечно же все желающие, разумеется максимально ознакомившись с правдивой информацией о движении смогут вступить в его ряды.
   Собравшиеся молчали, и молчали так, что если бы даже они все кричали что есть мочи и матом, эффект был бы куда меньшим. Чтобы не допустить перерастания гробового молчания в матерный крик и даже вой, учтиво поблагодарив зама за выступление, слово взял директор:
   - Значит так, - на привычном, директорско-командном языке начал директор. - Новолюди, прав господин Арзиевич, это надолго, а на нашем заводе навсегда. Никто вас не торопит и уж тем более никуда за уши не тащит. Но, - словно какой-то мудрец директор поднял указательный палец. - все должны себе представлять, без движения новолюдей будущего у завода нет, а значит и у работников завода его тоже нет.
   Прямо ниоткуда, словно по волшебству, за президиумом и трибуной, шелестя своей полиэтиленовой сущностью, опустилось что-то наподобие рекламного баннера, которое в отличии от зама и директора говорило: "Новолюди! Кто не с нами, того нет!".
   - Думайте, мужики, крепко думайте. - перешёл на язык работяг директор. - за уши вас никто не тянет, но не забывайте: за проходной завода желающих и согласных, сами знаете сколько.
   С этим, как бы давай возможность сразу же начать думать и оставить один на один со своими думками по поводу своего же светлого будущего руководство завода покинуло президиум.
  

Глава III

  
   - Погода. - вещал из автомобильного радиоприёмника слащаво-томный мужской голос. - Сегодня в столице давление ниже нормы - семьсот сорок два миллиметра ртутного столба. Облачно. Температура минус один, минус три градуса. На дорогах гололедица, местами небольшой снег.. Будьте внимательные на дорогах и не только на дорогах, дорогие мои, праатиивные! - последнему слову диктор придал максимальную, видимо на какую был способен, томность.
   Блямкнула музыкальная заставка и уже другой голос, явно записанный заранее, но такой же томный произнёс:
   - Радио-Семицветик! С вами всегда! - и несмотря на всю слащавость с максимальной мужественностью в голосе добавил. - Новолюди! Кто не с нами, того нет!
   Сразу же без какой-либо паузы в радиоприёмнике заиграла музыка и Бой Джордж принялся рассказывать песенную историю о нелёгкой судьбе хамелеона, а по правде говоря, самого обыкновенного жулика. Андрюха сплюнул и выключил радиоприёмник:
   - Пехота!
  

***

  
   Андрюха, он же Андрей Николаевич - тот самый однокурсник Фёдора тоже ехал на работу. Но в отличии от автомобиля Фёдора в салоне которого Князь и Горшок занимались чуть-ли не экзорцизмом в салоне автомобиля Андрея происходило приблизительно тоже самое с той лишь разницей, что музыка была совсем другая, радостная, и разгоняла она скорее остатки сна, чем грустные и даже злые мысли насчёт происходящего как в жизни владельца авто, так и вокруг него. Да и автомобили Фёдора и Андрея довольно-таки сильно отличались один от другого. Если Фёдор ездил на "рабоче-крестьянской" Короллке и то не первой свежести, то Андрей не уставал наслаждаться комфортом салона и ходовыми качествами новенькой Камри, Камрюхи. Хоть и была машина по статусу "мелкопоместно-дворянской" Андрея это не расстраивало:
   "Ничего страшного, это только начало. - приблизительно так по поводу автомобиля размышлял Андрей. - Будет у меня и Гелентваген, и даже Бентли с личным водителем".
  

***

  
   Привычный ещё со студенческой скамьи держать нос по ветру, а в работе посвящённой обществу - в общественной работе по другому никак, Андрей особо не терзался сомнениями по поводу возможного вступления в ряды новолюдей. Разумеется смущало то, чем ему неизбежно придётся заниматься, но подумав как следует и взвесив все плюсы и минусы предстоящего Андрей решил: оно того стоит. Иначе, а иначе, вон, Фёдор - наглядный пример того, что будет происходить с ним, если иначе. Фёдору, тому даже проще, он почитай сразу окунулся в заводские кошмары, сразу после окончания института. Андрюха же руководимый "носом, улавливающим ветер" устроился в контору, в офис если по-современному, на должность мелкой офисной сволочи.
   На них, как только начал работать на новом месте, Андрей сразу обратил внимание. Но привлечено оно было не тем, что с накрашенными ногтями и губами мальчики уж очень напоминали девочек, а девочки, во дела, гораздо меньше накрашенные напоминали мальчиков. Внимание Андрея привлекла их безнаказанность. Почему оно так? Ведь по работе они не только "звёзд с неба не хватали", зачастую даже самый-преамсый необходимый минимум выполняли из рук вон плохо, но тем не менее оставались неприкосновенными для начальства. Андрей стал наблюдать за столь странной как по внешнему виду, так и по поведению молодежью. Скоро выяснилось, что у всех у них нет никаких влиятельных ни мам с папами, ни дедушек с бабушками, однако ведут они себя так, как-будто вся их родня, поголовно, в правительстве заседает. Вот тут-то, как потом и выяснилось, Андрей напрямую и познакомился с новолюдьми.
   Если раньше он и слышал о них, и даже видел на улицах, в кафешках, в ночных клубах, то особого внимания не обращал: они сами по себе, а он и такие как он сами по себе. Разумеется Андрей не бросился ни к одному из них с расспросами, но не по поводу как лучше ноги раскрасить, а как самому стать таким вольным офисным работником, почти в открытую плюющим на все писаные и неписаные правила и законы?
   Андрей решил понаблюдать, а сам тем временем обрядившись в одеяния в меру глупого, но очень исполнительного работника приступил к работе. Работал старательно, но из кожи вон не лез, аккуратно исполнял порученное, а если что сверху, то исключительно по приказу. Начальство всегда поддерживал, но не горлопанством, а по большей степени молча, делами. Постепенно приказы о какой-либо дополнительной работе или же сверхурочных сменились просьбами, что Андрей для себя не без удовольствия отметил. Он не спешил, потому что его расчудесный нос уже поймал сильный и устойчивый ветер, ветер успеха и богатства.
  

***

  
   Если размулёваных, как Андрей их назвал про себя, сначала было совсем немного, то и года не прошло, их стало наверное раза в два больше. Кто-то из работников становился размулёваным, а кто-то появлялся новенький. Но прежде чем появиться без какой-либо причины увольняли кого-нибудь из стареньких, не размулёваного.
   Предложения о присоединении к новолюдям посыпались сразу, почитай на следующий день, но Андрей, в меру прикидываясь дурачком, где шутками, где молчанием, отказывался. Да и предложения эти выглядели до того нелепыми и даже смешными, что просто не заслуживали внимания. Постепенно размулёванные со своими предложениями со всеми вытекающими из него благами отстали, и хорошо что отстали. К тому времени Андрей, а парень он был наблюдательный, довольно-таки отчётливо представлял себе всю картину с новолюдьми в офисе. Нос Андрея, весьма чувствительный к светлому будущему прямо-таки задыхался от дующего в него ветра головокружительных перспектив: надо вступать в новолюди! Но Андрей не спешил, ждал. Не, он не набивал себе цену просто-напросто он не хотел связываться со всей этой разукрашенной шушерой, потому что ждал от жизни многого, очень много.
   Так прошло десять с небольшим лет. Андрей превратил себя в исполнительного и во многих случаях незаменимого для начальства работника. Он не лез вперёд, но и не плёлся в хвосте, и золотой серединкой Андрей тоже не был. Он определил себе роль одновременно стороннего наблюдателя и активного участника деловой жизни офиса, умудрился, сделал.
   И вот, когда разговор, причём разговор якобы отвлечённый и ни к чему не обязывающий с ним завёл коммерческий директор, Андрей сразу понял о чему это всё. На этот раз сомнений не было: надо присоединяться к новолюдям иначе фортуна даже на прощанье ручкой не помашет, а сплюнет, выругается и пойдёт себе дальше, дел-то хватает.
   Приблизительно с полгода назад Андрей стал одним из новолюдей и несмотря на всё, к чему относился даже с брезгливостью, ни разу не пожалел о своём выборе. Вместо старенькой Короллы - новенькая Камри, пожалуйте любоваться. Вместо однокомнатной хрущёвки справленной ему родителями при помощи всей родни - можно сказать шикарная двухкомнатная квартира в новостройке, во всяком случае не чета хрущёвке. Ну и, и это почитай самое главное, Андрей забыл что такое нет или не хватает денег? А нехватка денег, сами знаете, она похуже самого хронического заболевания будет, потому что проникает в самую душу и корёжит её до неузнаваемости.
  

***

  
   Разумеется Андрей знал, что трудовая деятельность как его офиса, так и страны в целом, как бы сказать, двухэтажная. Один её этаж предназначен для государства и реалии участия в деятельности на этом этаже весьма и весьма скромные, даже нищенские. Но есть и второй этаж вход на который для большинства, той же мелкой офисной сволочи, закрыт на тысячу замков и попасть туда ну просто невозможно, почти невозможно. Для этого надо или родиться там, ну понятно где, или же стать новочеловеком, других способов для прохода на "второй этаж" по мнению Андрея не существовало.
   Да и как оказалось, не каждому из новолюдей был открыт вход на тот самый "второй этаж". К примеру для размулёванных, новолюди, те что рангом повыше называли их "пехотой", вход на "второй этаж" как раз был закрыт. Им предлагалось и подавляющее большинство из них это с удовольствием принимало: радоваться жизни посредством внешней атрибутики в виде тех же накрашенный губ и ногтей. Кроме того безнаказанность на работе их даже не то что устраивала, а служила чуть ли не главным стимулом пребывания в рядах новолюдей. Само-собой среди "пехоты" личностей хоть сколько-то отягощённых умственными способностями почти не было, вот они и радовались жизни посредством предоставленной им безнаказанности и вседозволенности. Ну и конечно же деньжат в виде премий им регулярно подбрасывали. В основном это делалось для того, чтобы "пехота" вела ярко вызывающий образ жизни и за пределами своей работы, в тех же ночных клубах к примеру. Расчёт был тонким и точным: новолюдям необходима была массовость, чем их будет больше, тем лучше, это, во-первых. А во-вторых, весь этот маскарад был рассчитан на тех, кто умственными способностями отягощён с тем, чтобы они посмотрев на резвящуюся пехоту проанализировали происходящее и сделали для себя единственно правильный выбор. Как раз для тех, кто поумнее впоследствии и открывался вход на тот самый волшебный "второй этаж", и Андрей стал одним из них. Но был ещё и "третий этаж" о существовании которого хоть никто и не говорил, но во всяком случае Андрей и наверняка не только он, догадывались.
  

***

  
   - Это что же? - прямо-таки прорычал Николаич присаживаясь на скамейку. - Это мало того, что всякая сволочь издевается как ей вздумается, так ещё и в пидарасы записывают! Это что же творится, мужики?!
   Дело происходило в раздевалке бригады, куда они все, не сговариваясь, пришли после собрания. Да уж, серьёзные мужики: профессионалы в своём деле каких поискать, не пьянь, если и выпивают то в меру, не подонки, цельные, настоящие, да на таких почитай страна держится и в пидарасы?!
   - Успокойся. - одёрнул его всегда спокойный и рассудительный Михалыч. - С чего ты взял, что тебя силком в эти, тьфу ты, тащат?
   - Так увольнением пригрозили! - уже чуть спокойнее ответил Николаич. - Директор, вон, прямо так и сказал: за проходной желающих полным-полно!
   - Ну и что? - как ни в чём ни бывало спросил Михалыч. - Николаич, вот тебя кроме как увольнением ещё чем-нибудь пугают?
   - Вроде бы нет. - ответил озадаченный Николаич.
   - Уволили?
   - Как видишь, пока не уволили.
   - Вот и сиди, не паникуй. Сказать и сделать, это две очень большие разницы. - Михалыч, как неформальный бригадир, принялся объяснять мужикам, и Фёдору тоже, случившееся. - Если они уволят всех несогласных, завод придётся закрывать! А если наберут с улицы, то сами знаете кого они наберут. В этом случае уж лучше завод закрыть, убытков будет меньше.
   После слов Михалыча народ стал как бы оттаивать от услышанного и более-менее трезво соображать. Михалыч быстро, любой психолог позавидует, погасил бушующие в душах мужиков страсти, а если страсти улеглись, то самое время подумать о случившемся. А ведь правда, оно так и получается: если уволят всех несогласных в ступить в эти самые новолюди, то, к бабке не ходи, без работяг завод останется, как пить дать. Неужели не всё так плохо? Эх, хорошо бы.
   - Делаем так, - Михалыч как всегда говорил хоть и спокойно, даже тихо, зато значимо. - как работали так и продолжаем работать, как будто этих самых новолюдей и в помине нет. Начнут прижимать, будем думать, а пока нечего паниковать раньше времени. - И ещё. - Михалыч на несколько секунд замолчал. - Если кто из бригады, в жизни оно всяко бывает, и вступит в эти новолюди, пусть сразу увольняется. Калечить не будем, но жизни не дадим. Всем понятно?!
   Мужики довольно, и даже могло показаться, радостно, загудели. Ведь если подумать как следует, а Михалыч подумал - голова, ничего страшного не произошло. Ну а если произойдёт, то ещё неизвестно кто выбитыми зубами подавится.
   - Раз такое дело, мужики, пошли-ка ударим по пивку. А в честь такого случая можно не только по пивку. - не иначае, чтобы окончательно успокоить бригаду предложил Михалыч.
   Предложение было принято если и не с восторгом, то с всеобщим одобрением. Мужики быстро переоделись, чего резину тянуть, и в полном составе направились в пивной бар находившийся в метрах ста от проходной завода. Вечер обещал томным, но не для бригады Фёдора, с ними как раз всё нормально. Он, впрочем как и любой другой вечер, обещал быть томным для тех, кто красовался накрашенными ногтями и какой-то хернёй в ушах.
  

Глава IV

  
   "Чёрт", которого нарисовали, на самом деле оказался не таким уж страшным. На деле оно всё оказалось скорее непривычным, чем противным. Непривычным же оно было потому, что Природой тебе предопределено, да и привык уже: ты, а не тебя. Но как оказалось страшного ничего не произошло, потерял, если потерял, малость, зато сколько приобрёл!
   Константин Александрович, тот самый коммерческий директор, он и посвящал Андрея в новолюди, после того как, разъяснил Андрею, что к чему:
   - Ничего, Андрей, не поделаешь так надо.
   Никаких томных сцен послелюбви и в помине не было. Сделав необходимое они оделись и как вполне нормальные люди сидели и попивали кофе с коньячком. Никаких таинственных ритуалов в виде толпы посвящённых с капюшонами на головах, и умерщвления ни в чём неповинных кошек и в помине не было, всё произошло, можно сказать, буднично. Разумеется Андрей про себя это отметил, как на будущее, так и как одну из положительных сторон пребывания в рядах новолюдей.
   - Так надо, Андрей. - повторил Константин Александрович. - Это своего рода, мда, пример хоть и неудачный, ну да ладно. Это как какие-нибудь бандиты новичка кровью повязывают, заставляют кого-то убить. Мы никого убивать разумеется не призываем и вообще против этого. В первую очередь всё это необходимо для того, чтобы ты сам ощутил себя не таким как подавляющее большинство народонаселения страны, ощутил свою принадлежность к элите. Да, да, к элите.
   Константин Александрович плеснул в пузатые бокалы коньяка и они не чокаясь выпили. Всё происходило в квартире Константина Александровича, такой же роскошной каким выглядел её хозяин: приблизительно ровесник Андрей, ну может года на два постарше, высокий, скорее плотный, чем полный Андрей Константинович прямо-таки воплощал собой все те успехи и достижения, которые можно достичь ещё до сорокалетнего рубежа, если смотреть на жизнь и пользоваться ей с умом. Да и квартира была такой, такие квартиры Андрей видел только в рекламных роликах и в сериалах о жизни крутых бизнесменов, которые иногда мельком смотрел.
   - Теперь ты один из нас. - Константин Александрович плеснул ещё коньяка. Напиток был великолепен, далеко не та дрянь, что в магазинах продаётся: тягучий как масло и ароматный как тот ветер богатой и счастливой жизни, который устойчиво дул в нос Андрея. - Отныне жизнь твоя изменится и изменится в лучшую сторону, это одно, но есть и второе. Начиная с этого дня забудь про всякое вольнодумство, нет, к работе офиса это не относится, ну разве что чуть-чуть. Отныне, поскольку ты элита, ты должен принимать и разделять взгляды элиты, надеюсь понимаешь для чего? Впрочем, ты парень смышлёный, уже доказал это.
   Андрей с готовностью кивнул. На самом деле он давно уже разделяет эти взгляды просто не говорит о них вслух. И тут до него дошло: на самом деле, ну разве что кроме той неприятной малости, в его жизни ничего не изменилось. Точно также, как и до присоединения к новолюдям Андрей не собирался себя хоть как-то обозначать в виде элиты и уж тем более не бегать с радостной рожей по офису; не хватало ещё ногти накрасить, тьфу ты. Теперь презрение к "пехоте", хоть оно и появилось давно, стало как-бы устоявшимся и обоснованным. И опять же, разумеется показывать своё презрение не следовало.
   - Сам понимаешь, не всё и не сразу. - продолжал Константин Александрович. - Но что-то в твоей жизни изменится начиная с завтрашнего дня. С завтрашнего дня твоя зарплата увеличивается в три раза, но это не всё. Время от времени тебе будут выплачиваться премии, кстати, весьма значительные. О причинах увеличения зарплаты и о премиях пока не спрашивай, придёт время сам всё поймёшь. Ну и конечно, не за красивые же глаза тебе деньги платить, у тебя появится ряд дополнительных обязанностей, которые не следует афишировать, но выполнять следует в лучшем виде, впрочем, ты парень толковый, справишься.
   От сваливающихся начиная с завтрашнего дня финансовых перспектив Андрея аж в пот бросило. Чего греха таить, да за такое оно готов был ещё раз предоставить, поняли что готов был предоставить, но разумеется не сказал об этом.
   Словно прочитав мысли Андрея Константин Александрович пояснил:
   - Что касаемо произошедшего, с такими как мы, с элитой, это происходит один раз. В дальнейшем твоя интимная жизнь ни кем и ни чем ограничиваться не будет, да хоть с телеграфным столбом, твоё дело. - Константин Александрович засмеялся удачной по его мнению шутке. - Совокупление в противоестественной форме, это удел "пехоты". Впрочем, - Константин Александрович хмыкнул. - большинство из них это делает с удовольствием.
   И ещё, новую должность, с повышением, мы тебе приготовили, месяца через три у тебя появится отдельный кабинет. Наверняка догадываешься, а теперь уже и знаешь, не все, далеко не все из наших ответственных работников разделяют наши взгляды и состоят в наших рядах. Рабочие отношения какими были такими и остаются, ничего не изменилось. Если же будут возникать какие-то вопросы, а они наверняка будут возникать, звони. - и Константин Александрович протянул Андрею свою визитную карточку. - А теперь, извини, но тебе пора.
  

***

  
   Кто-то провозгласил: пить водку с подчинёнными, это чуть ли не преступление. Может быть, но это смотря какой начальник и какие подчинённые. А скорее всего это провозгласил тот, кого, ну если случится такая пьянка, подчинённые прибьют в порыве "светлых чувств" к своему начальнику.
   Чтобы не идти с мужиками пить пиво Фёдор даже ни секунды не задумывался, надо идти, обязательно надо. Ну а раз надо, Фёдор сунув пару соток охране на проходной договорился оставить до завтра свой автомобиль на территории завода, в подвыпитом состоянии он за руль не садился - принцип!
   Пивбар, как ему и полагается, встретил бригаду Фёдора радостно и можно сказать, с удовольствием, разве что в обморок не упал от счастья. Народ в баре, не сказать что много, но уже был - в основном такие же работяги с завода. Сами знаете, когда работаешь ну на том же заводе, к примеру, то почитай всех, во всяком случае в лицо, знаешь. Так что атмосфера в пивбаре царила если уж не производственная, то почитай родственная. Посетители бара запросто переговаривались с другими точно такими же посетителями за другими столиками. Нет, никакого бардака и пьяной вакханалии вовсе не было. Ну отдыхали мужики, после рабочего дня отдыхали, и уж тем более после собрания.
   Наверное это собрание, будь оно неладно, совершило некое чудо и напрочь уничтожило разговоры присущие каждой компании и каждому столу - все говорили об одном, правда каждый на свой лад. Кто-то потешался над перспективой стать новочеловеком, рассказывал анекдоты которых, кстати, им было посвящено великое множество. Разделяющие взгляды рассказчика, а может быть не решающиеся всерьёз обдумать случившееся дружно гоготали не забывая при этом про пиво. Кто-то с самым серьёзным видом рассказывал случай из жизни корефана или соседа, при удобном случае такие истории обязательно всплывают из глубин памяти, как тот попался в лапы к новолюдям и чуть было сам не стал одним из них, но слава богу, пронесло. Здесь комментарии были несколько сдержаннее, впрочем, всё равно находился кто-то, кто умудрился узреть в этом юмор, хоть и чёрный. Ну и конечно же, а куда без них, была группа, так сказать, гневно протестующих. Эти не рассказывали ни анекдоты, ни правдивые истории из жизни корефанов, в основном они налегали на пиво. Ну а кроме пива слышались гневные коментарии произошедшего, угрозы в адрес дирекции завода и вообще неизвестно кого и призывы чуть ли не прямо сейчас идти в заводоуправление и на полном серьёзе спросить у того же директора: "кого это он назвал пидарасом?".
   Бригада Фёдора расположилась за отдельным столом, благо оказался свободным. По дороге, святое дело, заглянули в магазин и прихватили с собой. Но прихватили, по мнению почитай всей бригады, совсем немного, всего-то два литра. Оно конечно, если смотреть на два литра водки вообще, тогда чуть-ли не море разливанное, а вот если посмотреть на то же её количество через призму состоящую из одиннадцати человек, то не так уж и много, вернее, в самый раз. Разумеется предложения о покупке третьего литра последовали прямо там, в магазине, но Михалыч, вот уж точно бригадир, кстати, за глаза его называли Серый кардинал, всего одной лишь фразой успокоил не в меру жаждущих членов бригады.
  

***

  
   - Я вот что думаю, Михалыч, - начал излагать свою, как ему казалось, гениальную мысль всё тот же Николаич. - а что если нам письмо написать, ну в газету там какую-нибудь или на телевидение?
   К тому времени бригада уже замахнула по первой, закусила тем, что пивбар послал и принялась за пиво с сигаретами.
   - Ты телевизор смотришь? - вопросом на вопрос ответил Михалыч.
   - Только футбол или хоккей. - не подозревая подвоха ответил Николаич. - Да и что там смотреть? Какой канал не включи, сплошное, типа этого, как его, ну который выступал.
   - Вот ты сам и ответил на свой вопрос. - хмыкнул Михалыч и добавил. - Ну предположим напишем мы это письмо. А дальше что?
   - Что? - спросил кто-то из мужиков.
   - А дальше, эти самые, что с телевидения, что из газеты, припрутся к нам на завод. Более того, в нашу бригаду припрутся, всё перевернут с ног на голову, в смысле, напишут и наснимают такое, как будто это мы чуть ли не предложили всем поголовно вступать в эти самые новолюди. Ладно если только на заводе, отбрешемся, да и не поверит никто, потому что знают нас. А если по всему городу? А если, не дай бог, по всей стране, тогда что? Где мы тогда будем прятаться, на Луне или на Марсе?
   Да уж, перспектива, нарисованная Михалычем выглядела ещё чудовищнее, чем само вступление в ряды новолюдей. Бригада захмыкала, закрякала, заматериалсь в полголоса - каждый по-своему прокручивал в голове последствия письма предсказанные Михалычем.
   - Ну тогда в правительство, властям?! - не унимался Николаич.
   - А там, что, думаешь другие сидят? - опять вопросом на вопрос ответил Михалыч. - Ах да, ты же телевизор не смотришь... А я его иногда смотрю, те же новости смотрю. И вот что я тебе скажу, Николаич: у меня такое впечатление, власть наша, за малым исключением, состоит из этих самых новолюдей. Думаешь почему они каждый день и с утра до ночи про реформы орут? Орать-то орут, а в стране ничего толкового не происходит. Вернее так, происходит конечно, но происходит то, что простой человек на себе ощутить не может, масштабы не те, и руками потрогать тоже не может. А что касаемо нашей, простых людей жизни, какие-то реформы, ну чтобы мы жили лучше, что-нибудь происходит?
   - Хрен там! - отозвался Санька.
   - Вот и я о том же. Хорошо хоть хуже не становится, и на том спасибо. Видать наши власти на более не рассчитаны. Вот так-то. Николаич, что сидишь?! Наливай давай.
   После этого продолжать столь гнусную, не меньше, тему никто не отважился, а скорее всего просто не захотел. Тем более, что водка с пивом своё дело туго знали, как обычно, наобещали душе с три короба, а та - дура доверчивая, и поверила, и подобрела.
   А что Фёдор, бригадир всё-таки? А ничего Фёдор! Это там, в цеху, он бригадир, а здесь, в пивнухе, такой же работяга как и все остальные. Да и, если бы сейчас ему предоставили бы вести разговор, то есть, продолжать быть бригадиром, он скорее всего не смог бы. А вот Михалыч смог, и не предлагал никто, и отлично справился, погасил в зародыше неизбежные в таком случае мрачные разговоры, угрозы и их последствия. Дальше всё пошло по накатанной, как всегда: кто-то принялся рассказывать только вчера услышанный новый анекдот, кто-то начал рассказывать, разумеется призывая в свидетели всю бригаду, мол, какой он, ну чуть ли вообще непогрешимый, об очередном косяке жены, опять что-то там не то сделала, мозгов-то нету! Тут же нашлись критики непогрешимости рассказчика, которые вспомнили об его косяках, как на работе, так и вне её. Приблизительно через полчаса, и не только благодаря водке с пивом, бригада напрочь забыла об этом треклятом собрании: обсуждали тех же футболистов с хоккеистами, спрашивали совета или же делились им по поводу ремонта автомобилей, квартир, благоустройства дач, да много чего мужик способен рассказать в хорошей компании, если на душе кошки не скребут. А кошки, разумеется благодаря Михалычу, в этот вечер попрятались по своим углам и притихли, разумеется до поры, до времени.
   - Ладно, мужики, пора по домам. - сказал как приказал Михалыч.
   Разумеется мужики были не согласны с предложением Михалыча, но ослушаться никто не посмел. К тому же завтра на работу, а приходить с перекошенной с похмелья физиономией, хрен с ним, с заводом, в их бригаде не приветствовалось.
   - И ещё, - уже прощаясь как бы проинструктировал мужиков Михалыч. - дома о собрании, ни-ни...
  

***

  
   Андрей возвращался домой в таком состоянии, что даже забыл о том, что за рулём, чуть-ли не подпрыгивал от счастья.
   "Если это начало такое, то каким же будет продолжение? - радостно думал он - А через год? А через пять лет?".
   Картины рисовались до того фантастическими, но это сейчас они были фантастикой. А через те же пять лет никакой фантастикой они не будут, потому что превратятся в обыденность, не скучную обыденность, и это великолепно!
   Ещё вчера Андрей и не подумал бы сесть за руль даже в слегка нетрезвом состоянии, а сегодня, сегодня он минут через пятнадцать осознал, что за рулём и более того, едет по довольно-таки оживлённой улице. Но сегодня было можно, сегодня можно было ВСЁ, почти всё! Теперь он элита, самая настоящая элита которой прощается если уж не всё, то очень и очень многое. Даже если и остановит его гаишник, и даже если прикопается к запаху, и даже если оранжевого цвета купюра не поможет, ну и что? Наверняка, Андрей был в этом уверен на все сто, и в ГАИ есть такие же как он и наверняка в должности повыше недотёпы постового.
   Тем не менее Андрей взял себя в руки и "включил" своё привычное состояние управления автомобилем: неторопливое и осторожное. А в душе, а душе во всю бушевали "половецкие пляски", горели костры, искры снопами улетали в звёздное небо и вино текло даже не рекой, а водопадом. Вот только, и Андрей это заметил, вдруг над душой прошелестел лёгкий ветерок, холодный и неприятный, прошелестел и исчез как будто его и не было. Раньше ничего подобного Андрей за собой не замечал, наверное потому и не стал обращать особого внимания, мало ли о чём-то неприятном ему мельком подумалось, причём подумалось так, что и сам не понял, о чём?
   Приехав домой Андрей решил устроить праздник как для души, так и для тела, повод-то какой! Эх, гулять так гулять! С такими настроениями Андрей позвонил и заказал девицу соответствующего поведения и не на час, а на три! Вообще-то он не часто пользовался услугами древнейших профессионалок, предпочитал варианты подешевле, но сегодня можно было не скупиться, да и переться куда-то снимать жаждущую интима особу не очень-то и хотелось. Вообще-то сначала Андрей хотел заказать "барышню" на всю ночь, ну или поменять одну на другую, но завтра на работу, и ему вовсе не хотелось в первый же день пребывания в элитном статусе приходить на работу в помятом состоянии, мало-ли кто и что подумает? А подумают обязательно.
  
  
  

Глава V

  
   Правду люди говорят: привычка - вторая натура. Это про Фёдора. Ему пришлось возвращаться домой на общественном транспорте. Ничего не поделаешь, принцип, он как и договор, дороже денег. Фёдор до того привык передвигаться на автомобиле, что сейчас смотрел на салон вагона метро и на его пассажиров, как на какую-то заграницу и иностранцев эту заграницу населяющих. Нет, никакого чувства превосходства или же брезгливости к людишкам обделённым личным автотранспортом, не такой Фёдор уж и подонок, а по правде сказать: вообще не подонок. Просто-напросто непривычно, а если непривычно, значит интересно.
   Несмотря на выпитое, правда Фёдор пьяным не был, так, в голове немного шумело и всё, и на пакостное настроение, Фёдор с интересом вглядывался в лица пассажиров, пытался заглянуть им в глаза с тем чтобы узнать, ну или же понять: а у них, на их предприятиях, собрания с призывами к вступлению в ряды новолюдей проводили или им ещё только предстоит обрадоваться во всю глубину души?
   Народ в вагоне подобрался серьёзный. Нет, теорему Ферма в блокноте никто доказать не пытался. Правда было несколько человек во всю сражавшихся со своим интеллектом посредством решения кроссвордов. В основном же народ просто сидел или стоял уставившись в одну точку: оно и понятно, с работы, устали все. Кто-то читал книжку или газету, кто-то "терзал" свой айфон, а кто-то просто дремал. В общем-то вполне нормальная обстановка. Ну а то что лица у всех серьёзные: а вы сами представьте человека улыбающегося во всю морду лица в том же вагоне метро. Придурок скорее всего, правда, может событие какое у человека радостное. Впрочем, размышлять о причине улыбки на лице незнакомого человека, да ну его...
  

***

  
   Иногда кажется, что если что-то происходит, ну, этакое, значимое, как вчерашнее собрание, то прямо на следующий день вся жизнь разворачивается чуть ли не на сто восемьдесят градусов и попёрла! Куда попёрла?! А кто её знает?!
   На заводе же после того собрания ничего такого не произошло: как стоял, так и стоит себе, как работал народ, так и продолжает работать. Правда приблизительно через неделю администрация и правда выделила для этих самых новолюдей помещение, аж целых три комнаты, но произошло это всё тихо и незаметно. И ещё, появились и стали обживать эти помещения три молодца, правда, тьфу ты, какие они молодцы?! Впрочем, выглядели они вполне себе прилично: ни бижутерии в носу и в ушах, ногти не накрашены, да и одеты не в цветастые штаны и такие же рубахи, а в самые обыкновенные костюмы фасона "Жизнь за офис", вот вроде бы и всё. Кстати, даже их появление могло бы, ну хотя бы на первое время, остаться незамеченным. Ведь "штаб" новолюдей, как несложно догадаться, располагался в офисе администрации заводе, а не в одном из цехов завода.
  

***

  
   Есть такая поговорка: "Смелость города берёт". Ну уж если смелость способна брать города, то женское любопытство способно взять чёрти что и ещё раза в два более того. Мужики, те более-менее успокоились. Никто с этими новолюдями не пристаёт, увольнением не грозит, одним словом, не отвлекает от работы. Ну а если не отвлекает, тогда за каким, спрашивается, забивать себе голову всякой ерундой? Работать надо, семью кормить, а не про этих самых думать! Вот если начнут приставать, тогда и думать будем: приблизительно так считали работяги.
   Вообще-то правильно думали, вот только вы забыли, что работяги, это не только мужики, но и женщины. Тут ведь такое дело: на том собрании о женщинах не было сказано ни слова, а это непорядок. Нет, никто из них не стремился в эти самые новолюди, большинство из них пару дней похмыкали, пошутили над мужиками и забыли. Все, да не все.
   Две подружки: Татьяна и Валентина, а среди работяг - Танька и Валька ничегошеньки не забыли. Нет, разумеется они не собирались влезать в это мерзопакостное похабство, зачем оно им? Обоим слегка за тридцать. Не сказать что красавицы, но и уродинами не назовёшь - вполне симпатичные молодые женщины, но с небольшими "но". Дело в том, что Татьяна с Валентиной были разведёнками, ничего не поделаешь и такое встречается. Ну и плюс любопытство присущее каждой женщине. Вот только если замужней женщине думать про всякие глупости, тем более такие, некогда, у них все мысли о детях и муже, то у женщин незамужних с этим обстоит несколько по другому. Нет, конечно же о своих детях они думали, не вертихвостки и не "прости господи" какие-нибудь там. Думать-то думали, но в связи с отсутствием мужа свободное место в голове для размышлений оставалось и его надо было в обязательном порядке куда-то деть.
  

***

  
   Приблизительно через неделю после того, как "штаб" новолюдей освоился на новом месте и, приступив к работе начал скучать, потому что никто из мужиков даже и не думал туда идти Татьяна с Валентиной отправились вступать в новолюди. На самом деле им просто захотелось поприкалываться. Каких-либо планов в отношении сотрудников этого "штаба" они разумеется не строили прекрасно понимая, "что такое" они на самом деле. Просто-напросто интересно, разве этого мало? Да и тот факт, что на том собрании о женщинах вообще не было сказано ни слова вызывал справедливую обиду, чуть-ли не гнев.
   "Да где это видано, что бы на женщин, и неважно по какому поводу было то треклятое собрание, никто не обратил внимания?! Даже ни разу не вспомнили, извращенцы! - приблизительно так размышляли девчата".
   - Здравствуйте, а здесь в новолюди принимают?! - войдя в новолюдской "штаб" спросила более смелая Татьяна.
   Самый обыкновенный офис, на бухгалтерию похож: два стола, на них компьютеры. На отдельных столиках всякие там ксероксы, принтеры и два конторских шкафа с какими-то папками - ничего особенного. Да, плазменный телевизор висит на одной из стен. Правда на другой стене ещё висел внушительных размеров и радужных цветов плакат: "Новолюди! Кто не с нами, того нет!", но девчата не обратили на него никакого внимания.
   Встав из-за стола к ним на встречу вышел довольно-таки симпатичный парень лет двадцати пяти. Эх, если бы не "это", то с ним вполне можно было бы ночку-другую не поскучать. Но...:
   - Здравствуйте. Проходите пожалуйста. Присаживайтесь. - парень сделал приглашающий жест указывая на стулья, а сам вернулся за свой стол.
   "Ничего себе так парень: рост хороший и морда не испитая, и не наркоман, сразу видно. - глядя на парня подумала Валентина и откровенно вздохнула".
   - Меня зовут Илья. - представился парень. - Слушаю вас.
   - Таня, а это Валентина. - представилась сама и представила подругу Татьяна. - Так как насчёт новолюдей? А то собрание было и тишина.
   - Ну почему же тишина? - сделал вид что удивился Илья. - Вот, смотрите. - и показал на радужных цветов плакат.
   - Вот и мы о том же. - продолжала набирать обороты Татьяна. А куда деваться, начала, так продолжай! - Потому что ваш главный, - Татьяна выделила слово "главный". - на собрании только про мужиков рассказывал, а про женщин ни слова. Опять дискри..., как это?
   - Дискриминация. - подсказал Илья и добавил. - Ну почему же сразу дискриминация? Никакой дискриминации, девушки, и в помине нет.
   От Татьяны с Валентиной не укрылось то, что этот Илья засмущался: "Неужели не из "этих"? - подумала Валентина".
   Правда Илья, если можно так сказать, быстро опомнился. Смущение куда-то улетучилось и он заговорил хоть и весьма доброжелательным, почти ласковым, но деловым тоном:
   - Очень хорошо, девушки, что вы к нам пришли. Скажу больше: вы первые из работников завода, кто пришёл к нам и это радует. Представляете, даже из администрации завода нас ещё никто не навестил, я уж не говорю о рядовых работниках. Знаете, - чуть подумав продолжил Илья. - вообще-то, так уж Природой заложено, первыми всегда идут мужчины, а тут вы, женщины. Не скрою, приятно, хоть и странно. Наверное в вашем коллективе мужчины - народ серьёзный, предпочитает всё обдумать, взвесить, а потом уже... - Илья не закончил фразу, потому что Татьяна с Валентиной дружно прыснули от смеха.
   На этот раз их поведение, несколько не соответствующее месту беседы нисколько не смутило Илью:
   - Понимаете, девушки, движение новолюдей это что-то вроде мужского клуба, женщины, - он опять замялся. - нам не совсем подходят.
   - Ну вот! Как всегда! - сдерживая смех воскликнула Татьяна. - Чуть-что хорошее, так мужикам...
   - А чуть-что, так сразу баб зовут! - дополнила слова подруги Валентина.
   - Ну зачем же так мрачно? - усмехнулся Илья, видимо мысль про "чуть-что" ему понравилась, а может быть он и сам так думал.
   Илья задумался, даже зачем-то посмотрела на радужный плакат, кто-кто, а женщины - народ наблюдательный, а потом:
   - Знаете что, давайте не будем торопиться. Движение наше серьёзное, очень серьёзное. - он сделал паузу как бы подчёркивая всю серьёзность новолюдей как таковых. - Прежде чем вы примите окончательное решение, ознакомьтесь вот с этим. - Илья, встал, подошёл к одному из шкафов и достал из него две тоненьких брошюрки, тоже радужной окраски. - Держите.
   "Пересекающиеся Миры. - прочли про себя Татьяна с Валентиной. - Бред какой-то!"
   - Сами видите, брошюрки совсем тоненькие, так что ознакомиться с их содержанием у вас не займёт много времени. Наверняка после прочтения у вас возникнут вопросы. - Татьяна с Валентиной не сговариваясь скорее удивлённо, чем в знак согласия кивнули. - Вот и славно. Как прочтёте, приходите. Поговорим.
   После этого Илья сделал приглашающий жест, но на этот раз к двери, мол, всего доброго. Да уж, такого поворота событий ни Татьяна, ни Валентина не ожидали. Они вообще думали, что здесь какой-то извращенский вертеп, а тут вон оно как.
   Уже на улице Татьяна вслух прочла название брошюры:
   - "Пересекающиеся Миры". Что за ерунда? - спросила она подругу.
   - Если миры, - первое, что пришло в голову сказала Валентина. - то про баб с мужиками, миры-то разные!
   - А, ну да. - кивнула Татьяна.
  
  

"Пересекающиеся Миры"

(Начало).

  

Улицы и перекрестки

   Теория "улиц и перекрёстков" на самом деле настолько проста, что поначалу даже не верится. Но это если без физики с высшей математикой, без непонятных никому формул и графиков, а по-простецки, на пальцах.
   Конечно в этом случае разъяснения получаются несколько растянутыми и слегка корявыми, зато предельно ясными и понятными даже тем, кто о таблице умножения слыхом не слыхивал. Так что, немного терпения...
   Наверное самой глупой ошибкой будет предполагать, что кто-либо из живших когда-то и живущих ныне никогда не видел звёздного неба. Кстати, сама теория "улиц и перекрестков" и ее объяснение пришли, когда автор смотрел на звездное небо.
   Думаю не ошибусь, если скажу что смотреть на звёздное небо можно точно так же, как и на огонь или текущую воду до бесконечности. Оно завораживает, но не тайной своего существования, как огонь или вода, хотя и этим тоже, а в первую очередь неспособностью представить себе его размеры и возможности.
   Представьте, все светящиеся на ночном небе точки, которые мы называем звездами на самом деле - солнца, такие же как наше. И представьте, что вокруг некоторых из них вращаются планеты, точно такие же, как наша или несколько другие, не в этом дело. Если рассуждать дальше, по нисходящей, то вполне не исключена возможность, что где-то точно также, как и ты, стоит некто и смотрит на ночное звёздное небо и в частности на звезду, которую мы называем Солнце.
  

***

  
   Это было вступление, так сказать, подготовка, без которой тоже нельзя, а теперь, сама теория и ее разъяснение.
   Каждая звезда излучает свет, причём излучает его во все стороны и постоянно, оно и понятно, на то она и звезда. А поскольку звезд много, то нетрудно представить, что где-то, в каких-то неведомых нам точках Вселенной, лучи света звезд между собой пересекаются. Это можно сравнить с городом, с большим городом, в котором множество проспектов, улиц, переулков и все они самым причудливым образом между собой тоже пересекаются.
   Мысль сама по себе чудовищная, но вместе с тем вполне реальная. Представьте себе, что помимо света, расходящегося во все стороны от каждой звезды, вернее, от каждой планетарной системы, точно также в разные стороны расходятся некие пространственные пути или тоннели, дело не в названии. Представьте, что все они подобны улицам и переулкам большого, очень большого города под названием Млечный путь и что все они где-то между тоже собой пересекаются.
   Наша литература, в жанре фантастики, изобилует повествованиями о полётах в межзвездном пространстве: от галактики к галактике, от звезды к звезде, от планеты к планете. Оно конечно всё очень хорошо и читается интересно, но это в книжках, а теперь представьте, что происходит в жизни. Представьте, что в каком-то городе вам надо добраться из одного места в другое. Есть два варианта: идти по улицам и тротуарам или же идти между домами, какой вы выберете?
   Заметьте, весь без исключения общественный транспорт, да и не общественный тоже, предпочитают ездить исключительно по улицам, а не между домами. Это всё к тому, что описанные в фантастических романах космические полёты очень уж напоминают передвижение из точки "А" в точку "Б" исключительно между домами, а не по улицам.
   Такое передвижение характерно и оправдано в тех случаях, когда путешественник не то чтобы о городе, но и о самом принципе его устройства ровным счётом ничего не знает. В этом случае такой способ передвижения является единственно возможным и оправданным.
   А теперь представьте, некто прекрасно знает не только принцип построения города, но и сам город? Какой способ передвижения он выберет? Подозреваю, он выберет улицы и тротуары, которые в большинстве случаев являются кратчайшей дорогой между двумя адресами в городе.
  

Глава VI

  
   Хоть и тоненькими были брошюрки, а всё-таки время на их прочтение понадобилось. Судите сами: дети, дом, личная жизнь, хоть и не регулярная, но всё-таки. Опять же, работа - штука не всегда приятная, зато всегда необходимая, кушать-то хочется. Да что там говорить: каждому из старолюдей известно, что жизнь старочеловеческая состоит как бы из двух неравных частей: обязательной и не всегда приятной, и тоже обязательной, но всегда приятной. Какой из этих половинок у кого больше наверное даже учёные не знают, ну разве что догадываются.
   А вот у Андрея после того памятного вечера жизнь потекла быстрее, чем Татьяна с Валентиной брошюрки прочитали и стала как бы однородной, хоть и обязательной, зато всегда приятной. Если и раньше, ну до того как, работа редко напоминала понедельник, то теперь так вообще превратилась в сплошные субботу с воскресеньем. Вопреки ожиданиям, Константин Александрович говорил о каких-то дополнительных обязанностях, работы не прибавилось. Впрочем, вообще-то прибавилось, но была та работа вроде бы вовсе и не работой, а скорее развлечением более похожим на охоту. На следующий день после посвящения в новолюди его вызвал к себе Константин Александрович, поздравил с новой и безусловно светлой страницей в его жизни, пожелал успехов и отпустил восвояси. На вполне резонный вопрос Андрея: а делать-то чего? Константин Александрович усмехнулся и ответил:
   - Ничего. Пока ничего. Работай как работал. - и затем даже как-то несколько таинственно добавил. - работай, присматривайся к сотрудникам и постарайся определить, кто в нашем коллективе "Наш", - прямо подчеркнул, "Наш". - а кто ещё нет. "Пехоту" я не имею ввиду.
   - А чего к ним присматриваться, я и так знаю кто есть кто! - удивился Андрей. - Если надо могу о каждом рассказать.
   - Это хорошо, что знаешь. - улыбнулся Константин Андреевич. - А я по другому и не думал. Но всё равно присматривайся, присматривайся. Теперь ты совсем иначе должен смотреть на старолюдей, вот и тренируйся.
   С этими словами Константин Александрович дружески хлопнул Андрея по плечу тем самым давая понять, что тот свободен.
  

***

  
   Прошло месяца четыре. Андрей старался держаться на работе точно также, как и раньше, во всю наслаждался жизнью. Правда наслаждался он ей в нерабочее время, а на работе всё как обычно. Хоть Константин Александрович и не давал ему на этот счёт никаких инструкций Андрей неизвестно каким уровнем своего подсознания прямо-таки чувствовал, надо делать именно так. Зарплату и правда увеличили ровно в три раза, как и говорил Константин Александрович, только выглядела эта зарплата немного странно. Первую зарплату новочеловека Андрей получил как обычно, но к его немалому удивлению по сумме она была как "до того, как", как у старочеловека. Но Андрей не успел расстроиться и обозлиться, мол, развели как лоха, как на карточку пришла вторая часть зарплаты, ровно в два раза больше первой старочеловеческой.
   Было дело, с первой новолюдской получки Андрей гульнул как следует, благо перечислили её на карточку как раз перед выходными. Но потом, и опять подсознание неизвестно какого уровня подсказало Андрею: не ударяйся в гулянки, что он и сделал. Первым делом более-менее приоделся, а со следующей зарплаты приоделся ещё. А дальше, дальше всё, Андрей решил купить себе новый автомобиль, признаться, ему порядком надоела его "Королла". Сначала было подумал купить машину в кредит, но проведя, даже калькулятор не понадобился, в уме нехитрые расчёты решил накопить - ничего страшного, можно и подождать.
   - На тебя приятно посмотреть. - вызвав к себе, улыбаясь сказал Константин Александрович и глядя как Андрей невольно начал осматривать свою одежду засмеялся, и добавил. - Нет, я не имею ввиду одежду, хотя одеваешься ты тоже хорошо, не броско и со вкусом. А это говорит о наличии ума и о способности анализировать, и планировать ситуацию. Я о том, как ты себя ведёшь - молодец. Знаешь что, давай-ка сегодня после работы встретимся.
   От слов Константина Александровича Андрей точно также, как только что разглядывал рукав своего пиджака, покраснел чем вызвал весёлый смех своего покровителя:
   - Ну что ты, Андрей. - хоть и смеясь, но с лёгкой укоризной сказал Константин Александрович. - Я же тебе говорил... Тут неподалёку есть неплохой итальянский ресторанчик, как ты относишься к итальянской кухне?
   - Положительно. - пожал плечами Андрей.
   - Вот и хорошо. До вечера.
  

***

  
   Ресторан и правда оказался довольно-таки неплохим, маленьким и уютным, и, сразу было видно, не из дешёвых. И тут Андрей никогда особо не терзавший себя образными сравнениями заметил, что Константин Александрович и ресторан составляют как-бы единое целое. Ну это приблизительно так: водружённое на корову седло выглядит нелепо, даже поговорку на этот счёт придумали, и то же седло на арабском скакуне выглядит совершенно иначе. Может быть пример и не совсем удачный, но приблизительно так. А возникший из ниоткуда официант похожий своими отточено-пластичными движениями на солиста балета дополнял картину. Нет, не так. Ресторан, это скорее породистый жеребец, официант - это достойное жеребца седло, ну а Константин Александрович - без сомнения наездник.
   - Выбрал что? - скорее для вида, чем по необходимости взглянув в меню спросил Константин Александрович.
   В ответ Андрей неопределённо пожал плечами, потому как сам не знал, что конкретно предпочитал? Нет, разумеется он не был невеждой в вопросах высокой кухни, скорее Андрей относился к ней легкомысленно, без должного внимания. Из блюд итальянской кухни Андрею разумеется была известна пицца, разумеется спагетти, рвиаоли, вот вроде бы и всё. Да и вообще Андрей относился к ресторану, как к заведению вообще, как к специалисту широкого профиля по части предоставить пожрать, а не как к узкому специалисту в области какой-то одной кухни. Где-то так.
   Константин Александрович понимающе кивнул, отложил меню и не глядя на официанта сказал:
   - Две ветчины с дыней, пиццу на ваше усмотрение, бутылку Барбера. - официант исчез туда же откуда и появился, в никуда. Константин Александрович внимательно посмотрел на Андрея. - Андрей, возьми себе за привычку посещать хорошие рестораны и ещё, обязательно надо иметь хотя бы представление, а лучше, знать кухни основных народов мира, например итальянцев.
   В ответ Андрей лишь кивнул головой, ему почему-то стало стыдно. И тут же, правда молча, он поклялся себе в том, что освоит эту премудрость, к тому же премудрость эта приятная да и финансы позволяют.
  

***

  
   - Андрей, - пригубив вино начал Константин Александрович. - Все эти месяцы я внимательно следил за тобой и могу сказать: ты меня не разочаровал.
   Андрей попытался что-то ответить, но Константин Александрович одним взглядом затолкал собравшиеся было на волю слова Андрея обратно туда, где они родились:
   - Не перебивай. Лучше скажи мне: как ты относишься к начальнику вашего отдела?
   - К Валерию Ивановичу? - "Неужели меня хотят поставить на его место?".
   - Да.
   - Вроде бы нормальный человек, специалист хороший. - принялся перечислять достоинства Валерия Ивановича Андрей справедливо полагая, что вылить на него ведро помоев всегда успеет. - Я с ним если и общаюсь, то по работе, а так...
   - Это всё? - продолжая внимательно смотреть на Андрея спросил Константин Александрович.
   - Не наш он. - выдохнул Андрей. - И похоже никогда нашим не станет, уж очень упёртый.
   - В том-то и дело, что не наш. - кивнул Константин Александрович и немного помолчав добавил. - И никогда нашим не станет, ты прав.
   - Вы хотите, чтобы я?! - у Андрея аж дыхание перехватило, поэтому фраза прозвучала шёпотом.
   - Да, хочу. - опять кивнул Константин Александрович. - Но не того, о чём ты только что подумал. Должность начальника отдела, этого отдела, - Константин Александрович выделил голосом последние слова. - не для тебя. Тебя ждут дела поважнее, и масштабнее, поверь мне...
  

***

  
   А на заводе тем временем случилось чепэ. Ну да, чепэ это было связано с новолюдьми. Два великовозрастных балбеса - ни ума, ни, вообще ничего, посреди рабочего дня, на виду у всего трудового коллектива, попёрлись в тот самый кабинет, который несколько дней тому назад посетили Татьяна с Валентина. Бабы, что? Бабы, они и есть бабы, приблизительно так решил народ. Незамужние, вот дурью и маются. Мужиков им надо, те быстренько всю дурь из них наизнанку вывернут и по ветру пустят. Некоторые даже принялись подтрунивать над Татьяной и Валентиной, интересовались, мол, что правда там мужиков напрокат выдают? Подруги отшучивались, правда с одной стервой всё-таки пришлось поругаться, но это мелочи, дело, можно сказать, для женщины обычное, потому как недолговечное. А эти, ну блин!
   Балбесы эти, они только-только на работу были приняты, поэтому пребывали в высоком статусе учеников как по трудовым, так и по жизненным наукам. То ли гордыня у них такой гордой оказалась, не понравилось ей ежедневное состояния мальчика на побегушках, не в смысле подай-принеси, а в смысле, когда каждый к тебе с советами лезет, то ли физический труд им сама Природа-матушка отсоветовала. Уж неизвестно, чего они там себе понапридумывали, а может прикололся кто, но факт есть факт - попёрлись. Откуда стало известно? А откуда всё и всегда становится известно?! Вот и на этот раз оттуда же! Ведь завод, да что там завод, любое предприятие, это та же деревня, разве что петухи по утрам не орут и коровы не мычат.
   До сих пор неизвестно о чём они разговаривали в тех "новолюдских" кабинетах и чего им там наобещали, только когда вышли из офиса администрации завода их ожидали мужики, человек двадцать. Всё происходило молча, даже ни одного матерного слова не прозвучало: мужики похватали двух "недоноволюдей" за руки, за ноги и также молча вынесли за территорию завода. А уже за проходной, как Паниковского в фильме "Золотой телёнок", раскачали и бросили на асфальт. На этом совпадения с фильмом закончились. Мужики без тени улыбок на лицах предупредили балбесов:
   - Ещё раз увидим на территории завода, руки-ноги переломаем, а бошки в задницы забьём, им там самое место.
   Вот так началась для двух балбесов весёлая, вся в цветах радуги, новолюдская жизнь.
  

***

  
   Первое, что Андрею захотелось, это пойти и набить морду своему наставнику и благодетелю, Константину Александровичу, от души, как следует набить, а дальше будь что будет. Потом наступил страх, страх неизвестности и ожидания. Случилось это после того, как его начальника, Валерия Ивановича, прямо посреди рабочего дня увезла "Скорая". К вечеру страх понемногу притих и его место заняла бурная работа мысли по построению возможных вариантов дальнейшего развития событий. Вечером, уже дома, этап развития событий сменился на просчёт вариантов последствий случившегося. Разумеется ничего как из вариантов событий, так и из вариантов последствий не построилось и не просчиталось. С тем Андрей и уснул.
   Утром лёгкий мандраж всё-таки присутствовал, но придя на работу и увидев, что обстановка в отделе самая мирная, даже чуть праздничная, начальство заболело, Андрей успокоился. А когда через три дня стало известно, что Валерий Иванович умер, Андрей был уже совершенно спокоен.
  

***

  
   ...после разговаривали о какой-то ерунде, так, на всякие дежурные темы: о политике, о спорте и разумеется о женщинах. И вот когда уже по всем прикидкам надо было покидать ресторан Константин Александрович вдруг снова вернулся к теме начальника отдела:
   - В том-то и дело, Андрей, - совершенно обыденным тоном, как будто о поездке с работы домой рассказывал, продолжал Константин Александрович. - Валерий Иванович никогда не будет нашим, хотя бы потому, что возраст уже не тот, да и говорят болен он.
   Андрей подтвердил, действительно, начальник их отдела страдал астмой, причём страдал жестоко, хоть и старался этого не показывать. Один раз, Андрей тогда зашёл к нему с каким-то делом и застал Валерия Ивановича вытряхивающим таблетки из пластиковой баночки. Прятаться было поздно, Валерий Иванович с откровенной злостью посмотрел на Андрея, закинул в рот таблетки и запил их водой. Да и "пехота", она же болтливая, плюс женская составляющая отдела, не раз, в одном же помещении все работают, не раз и не два обсуждали астму шефа.
   - Андрей, человеку надо помочь. Мы обязаны помогать ближнему и уж тем более своему непосредственному начальству.
   - А как и чем ему можно помочь? - удивился Андрей. - Насколько мне известно, астма неизлечима.
   - Ну почему неизлечима? - сделал вид что удивился Константин Александрович. - В этом мире всё излечимо.
   Слушая Константина Александровича Андрей никак не мог понять, правда не очень-то и старался, если Андрея не прочат на место Валерия Ивановича, к чему тогда все эти разговоры? Ну болеет человек и болеет, в конце концов почитай все болеют. Чем старше человек, тем больше у него всяких разных болячек и в конце концов эти болячки отправляют беднягу туда, откуда пока что ещё никто не вернулся. Грустно конечно, это Андрея себя пожалел, но ничего не поделаешь, так уж мы устроены, или Свыше предначертано - хрен его знает.
   - Андрей, надеюсь ты в курсе, что даже животные помогают друг другу? - не замечая слегка осунувшееся от размышлений о болезнях и так далее лицо Андрея продолжал Константин Александрович. - Разумеется я не имеют ввиду низших, хотя, кто их знает? Чего же тогда говорить о людях и уж тем более о нас, о новолюдях?! Если животные помогают друг другу ведомые инстинктом, то человек, и уж тем более новочеловек, помогая ближнему должен руководствоваться велениями души, а лучше, разума.
   - Вы хотите помочь Валерию Ивановичу? - нет искренним вопрос не был, когда надо Андрей довольно-таки неплохо "включал дурачка".
   - А ты не хочешь?
   - Хочу конечно. - а что тут ответишь, скажешь: нет?
   - Вот и помоги.
   Константин Александрович опять внимательно посмотрел на Андрея как бы ещё раз взвешивая: доверить или нет? Видимо решив, что Андрею вполне можно доверять такое ответственное дело как помощь ближнему Константин Александрович достал из кармана коробочку и поставил её перед Андреем. Андрей автоматически отметил для себя: это точно такое же лекарство, которое тогда, при Андрее, принимал Валерий Иванович.
   - Разумеется не надо делать широких жестов, мол, нате Валерий Иванович, лечитесь, выздоравливайте. - как ни в чём ни бывало продолжал Константин Александрович. - Насколько мне известно твой начальник принимает точно такой же препарат, а хранит его в ящике рабочего стола.
   Андрей кивнул, всё верно, тогда он видел, после того как Валерий Иванович выпил таблетки коробочку он положил в верхний ящик своего стола.
   - Будь скромнее. Дождись, когда твой начальник выйдет куда-нибудь из кабинета, поменяй коробочки одну на другую, вот и вся помощь.
   Есть такой, не очень приличный анекдот: Ты кто, филин? Нет, мышка. А почему глаза такие? Дальше нет смысла продолжать, кому надо, догадается. Вот приблизительно такими же огромными стали глаза Андрея.
   Да тут и скрыть не получится, Константин Александрович разумеется заметил, как изменилось лицо Андрея:
   - Андрей, если помнишь наш разговор, будучи новочеловеком на тебя возлагаются некоторые дополнительные обязанности, необременительные и разумеется добровольные, никто никого не собирается заставлять. Кроме того, если помнишь, помимо троекратной зарплаты предусмотрены премии, весьма значительные премии.
   Неизвестно что заставило вернуться глаза Андрея к нормальным размерам: может напоминание о дополнительных обязанностях, а может напоминание о премиях, только коробочку он взял и положил в карман.
   - Вот и хорошо. - одобрительно кивнул Константин Александрович. - Ты меня в очередной раз не разочаровал. И ещё, это так, для сведения. Это поручение не станет твоей постоянной обязанностью, оно разовое. В дальнейшем не знаю, в жизни всякое бывает, но тогда скорее всего ты сам уже будешь принимать подобные решения, без посторонней помощи или же, а я на это очень надеюсь, сам будешь поручать подобное кому-то.
  

***

  
   Прошло недели две, ну может чуть больше. Валерия Ивановича похоронили: земля пухом. Новым начальником, к удивлению Андрея, назначили одного из "пехотинцев". Хоть и "пехота", а парень оказался толковый к тому же, как будто кто-то рукой провёл, с него напрочь исчезло всё это глупое непотребство в виде: серёжек, крашеных ногтей, яркой и безвкусной одежды и прочей раздражающей нормального человека ерунды. Вполне нормальный молодой человек: пострижен, даже стильно пострижен, приличный костюм, сорочка, галстук, туфли - чем не начальник отдела? Правда женская составляющая в лице дам околопятидесятилетнего возраста повозмущалась, правда слегка и шепотом, между собой вот и всё. Так что в очередной раз жизнь взяла своё и продолжила бег не взирая на какие-либо препятствия, которые она как ни кто умеет преодолевать.
   - Здравствуй, Андрей. Очень хорошо, что я тебя встретил. Признаться, собрался уже звонить. - встреча произошла в коридоре офиса, совершенно случайно, или якобы совершенно случайно? - Ты сегодня вечером занят?
   "Кажется опять какие-то обязанности. - подумал Андрей", но не спросил:
   - Здравствуйте, Константин Александрович. Нет, не занят.
   - Вот и славно. Хочу сегодня устроить небольшой экзамен по знанию блюд итальянской кухни. - рассмеялся Константин Александрович. - Помнишь тот итальянский ресторанчик?
   - Помню конечно. - "Я его вовек не забуду. Хорошо хоть, что всё тихо прошло, тьфу-тьфу-тьфу".
   Андрей и правда за это время довольно-таки неплохо продвинулся в познаниях блюд итальянской кухни, более того, несколько раз он по достоинству смог оценить мастерство итальянских кулинаров. Итальянских? Да какая разница, главное - вкусно!
   На этот раз заказ делал Андрей видимо это и было экзаменом, типа экзаменационного билета. Стоит сказать экзамен он выдержал, разумеется вряд-ли на пятёрку, опыта ещё маловато, но уж тройка была твёрдой, наитвердейшей!
   - Андрей. - Константин Александрович пригубил вино. - Мне очень приятно, что я в тебе не ошибся. Поверь, для меня это далеко не пустые слова. Теперь я могу сказать, что в отношении тебя у меня далеко идущие планы, даже можно сказать грандиозные планы.
   Андрей слушал своего наставника и благодетеля, а на душе, а на душе творилось чёрти что. Сначала сразу несколько кошек по ней скребанули, потом правда куда-то попрятались, потом радость нахлынула, в конце концов кому же неприятно, когда тебя хвалят? А теперь, а теперь вообще было непонятно, что там на ней, на душе, творилось?
   - Да, всё хочу тебя спросить. - казалось Константин Александрович не замечал всего того, что творилось сейчас с Андреем, а может не хотел замечать, кто его знает? - Долго ты ещё будешь ездить на такой развалине? Да и, поверь Андрей, Королла, это же неприлично в конце концов!
   - Я, Константин Александрович, - принялся почти оправдываться Андрей. - я хочу купить новый автомобиль. Сначала было хотел купить в кредит, а потом подумал и решил не связываться с кредитами, решил накопить.
   - Андрей, впрочем да, я тебе об этом не говорил. - тем не менее строго, как учитель двоечнику и прогульщику сказал Константин Андреевич. - Кредит и копить, это удел старолюдей, не твой удел. Понял меня?
   - Понял. - кивнул Андрей и почему-то покраснел, хотя был нисколько не виноват в том, что копил деньги на новый автомобиль.
   На следующий день на карточку Андрея упала сумма, причём такая сумма, что у Андрея на секунду аж в глазах потемнело. На эти деньги можно было свободно купить не одну Камри, а две, и ещё останется.
   "Наверное это и есть та самая премия. - подумал Андрей. О том, благодаря чему она ему выплачена, он не захотел вспоминать".
   Дождавшись выходных Андрей поехал в автосалон и купил себе новенькую, сверкающую "мокрым асфальтом" Тойоту-Камри. А о дальнейшей судьбе старушки Короллы уже известно.
  

Глава VII

  

   Почему говорят: дурное дело - нехитрое? Потому что неправильно говорят! Вернее будет сказать: дело молодое - нехитрое! Ну действительно, чего тут хитрого? Тем более тебе-то и делать ничего не надо, за тебя всё молодость делает, потому как лучше знает, чего тебе дурню надобно.
   С Татьяной Фёдор познакомился ещё летом. Нет, разумеется как и почти все на заводе знакомы они были, но так, как бы вскользь, здравствуй-здравствуй, а тут они познакомились по-настоящему. Неверное сейчас и сам Фёдор не смог бы сказать, когда он обратил внимание на Татьяну, она кладовщицей работает, всякий разный инструмент хранит и выдаёт.
   Татьяна, на вид лет тридцать, да и на самом деле так, тёмно-русый волос, лицом не смазливая, да и с лица воду не пьют, большие зелёные глаза с ещё бОльшим знаком вопроса в них, а ещё... И куда только мужики смотрят? Неизвестно в какую сторону до того дня смотрел Фёдор, только в тот день посмотрел именно в ту, в которую надобно. Навести справки о заинтересовавшем тебя человеке на заводе - проще, чем раз плюнуть. Ну а дальше...
   - Привет. - Фёдор появился на складе инструмента якобы по делу. А что, действительно по делу!
   - Привет. - дежурно ответила Татьяна, но посмотрела на Фёдора вовсе не дежурно, знаки вопроса в её глазах стали раза в три больше.
   На самом деле Татьяне давно уже нравился Фёдор - этакий былинный богатырь в современном обличье. Разумеется как и в случае с Татьяной информация о Фёдоре была ей предоставлена самая достоверная и в полном объёме: не женат, а это самое главное, и так далее. Правда за этим последовал почти самый по ехидности главный вопрос: а тебе зачем? Но кто же отвечает на такие вопросы, тем более женщина!
   - Знаешь, Тань, картошки жареной хочется, ужас просто. - а что, почему молодой мужчина не может хотеть жареной картошки?
   - Ну ты наглец! - достойный ответ.
   На этом, ну разве что ещё о какой-то ерунде поговорили, разговор и закончился. Фёдор проследовал в свой цех, к бригаде, и продолжил выполнять свои служебные обязанности. Татьяна тоже продолжила выполнять свои обязанности, правда после слов Фёдора о жареной картошке исполнение это плохо получалось, всё из рук валилось.
   Конечно же потом была жареная картошка, но потом, потом-потом, после всего, ну вы поняли. Было, всё было, но было летом, а сейчас...
  

***

  
   ...а сейчас, если посмотреть на то лето из поздней осени кажется, что если оно всё и происходило, то происходило где-то как минимум в другой стране, ну уж точно не здесь. Сегодня, вот что время с людьми делает, Татьяна сама позвонила Фёдору и предложила отведать вечером жареной картошки. Стоит сказать, что после того первого раза жаренная картошка в отношениях Татьяны и Фёдора стала как бы неизменной участницей общего ритуала или же этакой сакральной тайной для двоих. Разумеется Фёдор согласился, да любой бы согласился: приятная во всех отношениях женщина, да ещё и жареной картошкой кормит!
   Отношения, которые иногда принято называть романтическими, а иногда вообще чёрти как, вплоть до случки, между Татьяной и Фёдором протекали ровно, без каких либо вспышек по типу электрической сварки. Встречались обычно раз в неделю, ну иногда два. Кормление Фёдора жареной картошкой всегда происходило у Татьяны, в её квартире. Ещё тогда, летом, в самом начале их близкого знакомства, Фёдор честно сказал Татьяне, что не любит кого-либо приглашать к себе домой, поэтому пусть она не обижается. А Татьяна нисколько не обижалась и варианту "у себя дома" была даже рада, тем более что жилищные условия в виде аж трёхкомнатной квартиры, родители переехали жить в деревню, имелись и позволяли угощать Фёдора как картошкой, так и ещё чем-нибудь таким, особенным.
   Сын Татьяны, восьмилетний Вовка, воспринял Фёдора вполне спокойно, это наверное потому, что мамка до дяди Фёдора кавалеров домой при сыне не водила, стеснялась. Так что появление возможно будущего папки Вовка воспринял спокойно и даже с любопытством. А когда узнал, что того зовут дядя Фёдор - всё, вообще всё! Вовкиному восторгу не было предела: сам дядя Фёдор из мультфильма, только уже большой, вырос. Вовке до того это понравилось, что ни разу не было, чтобы он не поинтересовался у дяди Фёдора, мол, а где Матроскин с Шариком и галчонок, в Простоквашино? Или же когда они поедут в то самое Простоквашино? Ну или же: а правда, что почтальон Печкин такой вредный? Фёдор шутку принял и она стала как бы основным полем общения между мужчинами, маленьким и большим. А Татьяна, та была очень даже рада тому, что Фёдор как-то сразу нашёл общий язык с сыном. Более того, это навевало в её голову всякие разные мысли по поводу дальнейшего развития их отношений в виде похода в ЗАГС, дружной семейно жизни, ну и конечно же рождения ребёночка, а как же! Ведь мужик, он сволочь свободолюбивая, одной только жареной картошкой его около себя не удержишь, тем более что других "кулинарш", оглоблей не перебьёшь, сломается. А ребёночек, он и есть ребёночек, тем более, глянь, как Фёдор с Вовкой поладили, значит любит детей, а это для женщины чуть-ли не самое главное.
  

***

  
   Правда сегодня они были вдвоём, у Вовки каникулы, Татьяна его к бабушке с дедушкой в деревню отвезла. Да и не мешал им Вовка нисколько, с ним даже веселее. Сейчас вот, а всё уже происходило на сто процентов по-семейному: приехали домой, умылись-помылись, поужинали, а остальное, хоть оно вовсе не "остальное" после всего перечисленного будет.
   Татьяна что-то там делала на кухне, гремела посудой, что-то громко рассказывала Фёдору, правда он ничего из рассказываемого ей не разбирал, потому как сидел у телевизора, смотрел какой-то фильм. Знаете, наверное телевизионный пультик придумали не для лентяев, а для всех вообще, потому что когда смотришь телевизор, то почитай все части тела заняты. Судите сами: задница занята тем, что в кресле сидит или же вместе с правым или левым боком на диване лежит. Дальше, глаза в телевизор пялятся, уши слушают, чего такого телевизор им говорит. А руки?! А вот руки как раз ничем не заняты, вот для того чтобы они без дела не болтались и придумали пультик.
   Показывали какой-то детектив, которых как известно развелось больше, чем китайцев на их исторической родине. Детектив для Федора проистекал в той стадии, когда уже надоел, но ещё не до чёртиков, то есть, руки сами-собой ещё не потянулись за пультиком, чтобы переключить эту муру на что-нибудь не менее ерундовое. Ведь всем известно, когда то, что говорит и показывает телевизор надоедает хуже горькой редьки смотрящему и слущающему эту дребедень, глаза и уши просят руки, а те в свою очередь хватают пультик и начинают переключать каналы дабы избавить хозяина от только что им увиденного и услышанного.
  

***

  
   Сначала было Фёдор не поверил тому, что увидел. Телевизор показывал, как из детской горки стилизованной под, извините, но так оно и было, женский половой орган, прямо из самой серединки, как будто на свет рождались, выскакивали дети. От такого Фёдор аж непроизвольно матюкнулся, прямо фантастика какая-то. Да какая нахрен фантастика?! Тем более Фёдор он не причислял себя к любителям фантастики, это наверное потому что подобно своей профессии состоял из железа, то есть, был практиком, а не фантазёром. И даже несмотря на металлическую основу его как характера, так и организма, недавно съеденный ужин вдруг попросился наружу. Подавив рвотные позывы Фёдор, как тот кролик на удава, уставился в экран. А на экране "приходи кума любоваться" стилизованную горку сменили веселящиеся детишки. Наверное самое лучшее что есть на свете, это веселящиеся дети, да, так оно и есть. Вот только веселящиеся дети на телеэкране были наряжены в костюмчики фекалий и, обалдеть, мужских и женских половых органов. А ещё голос за кадром, да наверное когда пытают и допрашивают разговаривают спокойнее, прямо звериный рык какой-то. Картина была до того чудовищной, что Фёдор даже про пультик забыл, ну чтобы переключить эту мерзость. Получилось как в случае с покойником: смотреть неприятно, а тянет. Но видимо команды от глаз и ушей, продираясь через ужас и отвращение заполнившие Фёдора, всё-таки добрались до рук и те наверняка не без удовольствия исполнили команду, переключили телевизор на другой канал.
   Считаем: июнь, июль, август, сентябрь, октябрь, ноябрь - получается полгода. Так вот, сегодня первый раз за полгода сославшись на сильную усталость и, кажется приболел малость, Фёдор не привлёк к себе Татьяну со всеми вытекающими из этого последствиями. Впрочем Татьяна нисколько не обиделась, тем более что случилось такое впервые. Мало ли, может на мужика блажь какая нашла, а может и правда устал или приболел, она даже прикоснулась губами к его лбу - нормальный лоб, не горячий. Ладно, решила Татьяна, пусть дрыхнет, да и мне выспаться не помешает, тоже устала как собака, но утром, утром он от меня не отвертится.
  

***

  
   - Здравствуйте, Фёдор Алексеевич. - навстречу Фёдору из-за стола вышел новый директор завода, тот самый, как его, Евгений Казимирович, тьфу ты, хрен выговоришь. - Проходите пожалуйста сюда. Присаживайтесь.
   Рукопожатие было по мужски крепким, доброжелательным. Так здороваются или давнишние друзья или же коллеги в каком-либо деле приносящем им как удовлетворение от возможности участия в нём, так и неплохую прибыль. Хозяин кабинета проводил Фёдора к отдельно стоящим у окна двум креслам и журнальному столику. Усадив гостя Евгений Казимирович вернулся к рабочему столу и нажал кнопку пульта внутренней связи:
   - Клара Никитична, два кофе, пожалуйста.
   Вернувшись, Евгений Казимирович уселся напротив Фёдора и принялся откровенно его рассматривать. Фёдор в свою очередь тоже смотрел на нового директор, а что ещё оставалось делать? Лицо чистое, без следов порока в виде ну хотя бы того же алкоголя, взгляд открытый. В глазах конечно же мелькает лукавство, но лукавство весёлое, не подлое. Такой взгляд всегда говорит, мол, я очень рад тебя видеть, ну или же, как давно мы с тобой не виделись, не разговаривали за жизнь. Ну да ничего, сейчас мы это наверстаем.
   - Вот, - Евгений Казимирович небрежно показал рукой на кабинет. - как видите, обживаюсь.
   "Лучше бы ты, гад, по цехам прошёл, обжился. - глядя на нового директора со злостью подумал Фёдор".
   Нет, Фёдор не был зол на нового директора за то, что старого куда-то дели. К старому директору он относился можно сказать равнодушно, как к директору вообще: он директор, я, бригадир, вот и все отношения. Если бы новым директором стал кто-нибудь другой, и неважно из заводских кто-нибудь или со стороны, Фёдор воспринял бы это вполне нормально, возможно даже с радостью и надеждой, потому что за старым директором грешки водились. Впрочем, за каким директором они не водятся? Но чтобы этот, который тогда на собрании речь толкал, призывал простых работяг, людей которые кроме водки с пивом о существовании других пороков даже не подозревают вступать в эти самые новолюди, а по простецки говоря, в пидарасы. Тьфу!
   Дверь открылась и в кабинет вошла секретарша, дама лет около пятидесяти - Клара Никитична. Молча, со сноровкой и тактом суперского профессионала она расставила на столе кофеник, кофейные чашки, сахарницу, вазочку с печеньем и точно так же молча, как будто в кабинете вообще никого не было, вышла. Фёдор сначала было удивился:
   "Что же это он, секретаршу-то не поменял? Говорят новый директор всегда за собой новую секретаршу притаскивает. - Фёдор украдкой посмотрел на нового директора разливающего кофе и понял почему. - Да какая у него может быть своя секретарша? Секретарь, и то в лучшем случае".
   На самом деле всё обстояло несколько иначе. Ни для кого не является секретом, что самые осведомлённые как в делах производства, так и в личной жизни работников любого производства работают в бухгалтерии. Но самым осведомлённым человеком на предприятии, осведомлённом как о самом производстве, так и о жизни его работников вплоть колена этак до третьего, не меньше, является секретарь директора - этакий недосягаемый Олимп информационного пространства вверенного в руки директора предприятия. Так что любой новый директор, если он конечно умный человек, а Евгений Казимирович без сомнения человек умный, не будет вот так сразу менять старую секретаршу на новую. В конце концов это никогда не поздно сделать.
   - Прошу. - Евгений Казимирович показал на кофейную чашку. - Сахар уж сами, ваши вкусовые пристрастия мне неизвестны.
   "Зато мне известны! - злость почему-то не проходила, да Фёдор не особо-то и хотел, чтобы она прошла".
   - Вас, Фёдор Алексеевич, наверняка интересует, зачем я вас вызвал? С какой этот стати директор завода распивает кофе с бригадиром? - Фёдор было дёрнулся возразить, мол, да без разницы, но Евгений Казимирович де дал ему этой возможности. - Ответ очень прост. Дело в том, что в области металлообработки я человек новый. Образование у меня экономическое, более того, я прошёл годичную стажировку в одном из университетов Эдемии, но стажировка эта - управление персоналом, а если по простому, работа с людьми. Но ведь согласитесь не будешь же ты с утра до вечера только и делать, что управлять. - хмыкнул Евгений Казимирович. - В конце концов мы же не работы, кнопку нажал - работает, ещё раз нажал - не работает. К тому же, в армии служили?
   - Нет. - ответил Фёдор. - не довелось, у нас в институте была военная кафедра.
   - Замечательно. - почему-то обрадовался Евгений Казимирович, а может вид сделал что обрадовался. - Как известно все армии мира держатся не на генералах и даже не на майорах и полковниках. Все армии держатся на сержантах, да, именно на сержантах, а в наших реалиях бригадир как раз и есть сержант, ну может быть прапорщик. Вот поэтому я знакомлюсь не только с ведущими специалистами завода, но и с бригадирами, и считаю это необходимым.
   "Тебе бы с Михалычем познакомиться. - про себя хмыкнул Фёдор".
   Словно прочитав мысли Фёдора, колдун что ли, новый директор продолжил:
   - Я ещё не успел подробно познакомиться с самим производством. Пожалуйста, ещё кофе. - видя, что чашка Фёдора уже пуста предложил он.
   - Нет, спасибо.
   Евгений Казимирович еле заметно пожал плечами, мол, не хочешь, твоё дело:
   - И над директорами начальство имеется. - словно сожалея о том, что оказался в директорском кресле продолжал Евгений Казимирович. - А начальству, ему в первую очередь бумаги подавай. Оно, высокое начальство, в большинстве случаев на мир через бумаги смотрит, через бумаги его и воспринимает. Впрочем, - Евгений Казимирович хмыкнул. - блюз всё это. - и неожиданно спросил. - Музыкой увлекаетесь?
   - Не так чтобы очень. - вопрос для Фёдора и правда был неожиданным. - Так, в машине когда еду, слушаю, а чтобы серьёзно, нет. - Фёдор чуть было не ляпнул, сам у себя с языка снял, хотел сказать, что ему очень нравится группа "Король и Шут", но не то чтобы передумал, скорее расхотелось.
   - Понятно. Но дело не в этом. У нас другая музыка, металлическая. Как вы понимаете новая метла, а метла в данном случае это я, будет мести по новому, ничего не поделаешь, так уж заведено. Планируется замена ряда руководителей как в администрации завода, так и руководителей среднего звена, начальников цехов например.
   "Куда это его попёрло? - опять со злостью подумал Фёдор. - Он что, Васильича что-ли собрался схрямкать?! Во, тварь!"
   - Вы верно подумали. - опять получается Евгений Казимирович угадал мысли Фёдора. - Планируется замена начальника вашего цеха, возраст понимаете ли. На эту должность я собираюсь назначить более молодого, но без сомнения опытного специалиста. Что думаете по этому поводу. Фёдор Алексеевич?
   - Ничего не думаю. - насупившись как школьник только что получивший двойку, но упрямо утверждающий: я учил, ответил Фёдор. - Нас об этом не спрашивают. Вам виднее.
   - Ну зачем же так. Виднее-то виднее, но согласитесь, и посоветоваться не грех. Что вы думаете, Фёдор Алексеевич, если руководство завода предложит вам должность начальника цеха?
   - А Николая Васильевича куда? На улицу?
   - Ну почему сразу на улицу?! Помимо завода есть другая работа, как бы это сказать, более спокойная, так что ли. По работе к Николаю Васильевичу никаких претензий нет - грамотный специалист, опытный руководитель, но возраст, возраст, вот в чём дело. Да и молодым, им тоже надо расти. Не до пенсии же им в бригадирах ходить?
   Приведённые аргументы были так себе, за уши притянули, но отвечать что-то было надо, потому как вопрос был задан конкретный и задан именно ему, Фёдору. Надо отвечать, не баба в конце концов, чтобы хвостом вилять.
   - Не знаю.
   - А я вас не тороплю. Вы подумайте.
   И тут на Фёдора накатила та самая тошнотворная волна, которую он испытал смотря телевизор с детской горкой в виде женского полового органа:
   - Это значит, что и в эти самые, ваши новолюди вступать надо будет? - с вызовом спросил он.
   Видели как выглядит стальная заготовка, когда с неё на токарном станке только-только сняли первый слой стружки? Матовый блеск отдающий синевой! Именно таким цветом блеснули глаза Евгения Казимировича и Фёдор это заметил.
   - Откровенно?
   - Откровенно.
   - Для уровня начальника цеха, желательно, но не обязательно. А вот если выше, то надо. Фёдор Алексеевич, поверьте, в движении новолюдей нет ничего плохого, это своего рода мужской клуб и не более того. А слухи, что слухи? Вы далеко уже не школьник и прекрасно знаете, написанное на заборе крайне редко соответствует действительности.
   Ну сами посудите, кого мне ставить начальником цеха? Со стороны что ли кого-то брать? Во-первых, ещё неизвестно что за специалист, что за человек, да и пока освоится... А работать надо сейчас, не донимать рабочих и бригадиров вопросами, а работать. Вы работаете на заводе около десяти лет. - "Личное дело изучал, гад. - подумал Фёдор, правда почему-то без злости, скорее равнодушно". - У вас профильное образование, как раз то что надо, большой опыт работы. Ну сами подумайте, кого мне ещё прочить на должность начальника цеха? И, не скрою, в скором времени мне потребуется новый заместитель. Вот, тоже проблема, ломаю голову, кого бы назначить на эту должность?
   Надо было уходить, и дело не в том, что предложение должности начальника цеха может засосать как то болото, противно. Но и отказываться, вот так сразу, что-то подсказывало Фёдору: не спеши отказываться, не спеши, скажи что хочешь подумать.
   - Можно я подумаю?
   - Даже нужно! - чуть ли не воскликнул Евгений Казимирович. - Выбор серьёзный, это ваше будущее в конце концов. Конечно подумайте. Вот, возьмите. - директор протянул Фёдору визитную карточку, когда из кармана вытащил - непонятно, он ещё, мать его, и фокусник. - Звоните, не стесняйтесь.
  

***

  
   - Ну что? - спросил Николаич.
   Когда Фёдор вошёл в раздевалку вся бригада была в полном сборе - обеденный перерыв. Сами знаете, пообедать времени много не занимает, а обеденный перерыв - целый час.
   - Не тарахти. - осадил Николаича Сергей Михайлович, который серый кардинал.
   - Да вроде бы ничего, так, поговорили, кофе угостил.
   - Да ну?! - не унимался Николаич.
   - За заткнись ты! - стоило Михалычу чуть повысить голос, как Николаич, ну как будто язык проглотил, ни слова больше не сказал.
   - Начальником цеха предложил стать.
   - А Васильича куда? - спросил кто-то из бригады.
   - Говорит, что старый. Говорит, надо молодёжи расти.
   - А ты что? - лицо Михалыча, оно у него всегда серьёзное, стало ещё серьёзнее.
   - А что я?! - пожал плечами Фёдор. - Буром тоже не надо переть, сказал что подумаю, а там глядишь утрясётся всё.
   - Тоже верно. - согласился Михалыч. - Ладно, Алексеич, пошли поработаем.
  

***

  
   Это уже была даже не традиция, скорее это было что-то типа священного ритуала, который соблюдался неукоснительно, кстати, хорошая традиция, или ритуал, это уж кому как больше нравится. По окончании рабочего дня бригада не расползалась в разные стороны по типу, кто быстрее переоделся, тот раньше и домой ушёл. Переодевшиеся раньше ждали, когда переоденется последний и неважно кто, будь то хоть щеглы Санька с Вадимом, и только после того, когда все были готовы, бригада выходила из раздевалки и шла домой. Неизвестно кто и когда это придумал, Фёдор, вон, уже почитай десять лет работает, и то когда пришёл в бригаду традиция уже была. На что уж Михалыч, тот на заводе лет двадцать работает и даже он, когда устроился, традиция уже была. Раньше бригада выходила за проходную, а неподалёку пивной ларёк был, и шла выпить по кружечке пивка. По кружечке, не больше! Мужики пили пиво, болтали о чём-то своём, а после этого разъезжались по домам. Сейчас не то, совсем другое дело, почитай у половины членов бригады свои автомобили. А за рулём сами знаете, особо не выпьешь. Но несмотря на всю автомобилизацию бригады в пятницу бригадные автомобилисты приезжали на работу общественным транспортом и после работы вся бригада шла пить пиво, кстати, в тот самый пивбар. Никаких пьянок и соплей размазанных по столу и в помине не было, да и не позволил бы Михалыч нажираться до поросячьего хохота, просто-напросто мужики так отдыхали от рабочей недели, вот и всё.
   Но сегодня была среда, так что ни о каком походе по пивку и речи не было. Выйдя за проходную Михалыч обратился к Фёдору:
   - Алексеич, помощь твоя нужна. Собрались у тёщи ремонт сделать, обои надо купить. До магазина, а потом до дома подбросишь?
   - А твоя Нива где? - вынырнул из-за спины Фёдора любопытный Николаич.
   - На предпродажную подготовку поставил, тебе за бешеные деньжищи продавать буду. - не глядя на Николаича ответил Михалыч.
   - Так у меня вроде бы уже есть, вон стоит. - любопытство есть, а вот юмор у Николаича в дефиците.
   - Вот и езжай, а то транспорт заржавеет.
  

***

  
   - В какой магазин ехать? - выехав со стоянки спросил Фёдор.
   - Ни в какой. До метро добрось. Сегодня как чувствовал, машину не взял. Вот и получилось, не обмануло чувство. При наших особо не поговоришь, обязательно кто-нибудь влезет, тот же Николаич например. Рассказывай давай.
   - Что рассказывать?
   - Как к директору сходил, что же ещё?
   - А что рассказывать?! Ну вызвал меня, кофе угостил, кстати, хороший кофе.
   - Директорам плохой кофе по должности не полагается. - хмыкнул Михалыч.
   - Ну и почти сразу, не вилял, сказал что Васильича собрались убирать, мол возраст не тот, и что я на его место самая лучшая кандидатура. Молодой, образование профильное, опыт работы большой, ну и так далее.
   - В новолюди предлагал вступать?
   - Не то чтобы предлагал... Сказал, что для должности начальника цеха вступать к ним не обязательно, хотя и желательно. А вот если выше захочу пойти, тогда придётся вступать. И намекнул, да почитай напрямую сказал, что скоро зама своего менять будет, и что на его место тоже типа такой как я нужен.
   - Мда, дела. - Михалыч задумался и молчал наверное с пару минут. - Мой тебе совет, Алексеич, соглашайся на начальника цеха.
   - А как же Васильич?! - удивился Фёдор.
   - Если Васильича захотели сожрать, значит сожрут, не сомневайся. Так что давай, принимай дела. Если что, я с Василичем сам поговорю, он мужик нормальный, поймёт. Ну а если выше, - Михалыч внимательно, как будто хотел навсегда запомнить физиономию, посмотрел на Фёдора. - тут я тебе не советчик, решай сам. Твоя жизнь, тебе её и жить.
  

Глава VIII

  
   Оказывается у них там на Западе для того, чтобы понравиться начальству надо надеть юбку, туфли на высоком каблуке, морду накрасить и в таком виде явиться на работу. Фёдор представил себя в таком виде и несмотря на всю мерзость представленного ему стало смешно. Они что там, совсем что ли с ума посходили? Теперь понятно, почему во всех войнах наши предки им морду в кровь разбивали. Что интересно, ведь начинали всегда они, а чем заканчивали? Дальше больше: в одном из штатов Эдемии отменили понятие "муж" и "жена". А вот интересно, понятия: "тёща", "тесть" ну и так далее отменили или оставили?
   Фёдор "залез" в Интернет и просматривал всё, что только смог найти о, так сказать, положении дел с новолюдьми у них там. Картина выходила ну просто ужасная, какое-то повальное сумасшествие. Вот например: с виду вроде бы вполне нормальные мужики, не доходяги, а одеты почему-то в какие-то кожаные трусы, в жилетки, фуражки по типу военных, тоже кожаные. И вся эта "рать", самое время впереди слова ещё одну букву добавить, пляшет, орёт что-то, веселится одним словом. Это у них оказывается гей-парад. Именно так, геи, у них называется то, что у нас испокон века называлось и называется пидарас.
   Фёдору стало интересно, а что на самом деле обозначает слово пидарас и откуда оно вообще взялось? Слово-то, хоть и не был Фёдор нисколечко филологом, определил, а скорее почувствовал, не наше это слово, чужое, ихнее. Маленько поискал, нашёл. Оказалось, что правильно это слово будет педераст и в переводе аж с древнегреческого означает мальчик или же любовь между мальчиком и взрослым мужчиной.
   "Вот же ж, это выходит всё это аж со времён Древней Греции длится? - озадаченно подумал Фёдор. - Ну дела, никогда бы не подумал".
   В русском же языке это слово имеет значение, вернее, обозначает человека, мужчину, у баб, у них по другому называется, любителя однополых сексуальных контактов. А ещё оказывается, ну это вообще, хоть стой, хоть падай, оказывается слово педераст, это литературное слово.
   Продолжая "терзать" Интернет по поводу однополой любви несмотря на всё отвращение к самой теме, как представишь, аж всего передёргивает, Фёдору неожиданно для него самого стало интересно. Нет, разумеется он не собирался познавать все прелести мужской задницы, Фёдор даже представить себе не мог, попробовал было, выматерился, сплюнул, как он, ну к примеру, начинает склонять к "этому самому" кого-нибудь из мужиков его бригады - ужас! В том что прибьют тут же, Фёдор нисколько не сомневался, сам за такое готов прибить кого угодно, тут было что-то другое, а что, Фёдор пока не мог или понять, или сформулировать, поэтому "терзал" Интернет дальше.
   А дальше выходило, что в Европе всё вот это приветствуется. Европейцы заявляют, мол, они живут в свободном, демократическом обществе, поэтому всяк волен выбирать с кем ему спать. Интересно, они что и с животными тоже самое? Фёдор хотел было поискать, но передумал: ну-ка его к такой-то матери, нервы в магазинах не продаются. Браки регистрируют: мужика с мужиком, бабы с бабой и все довольные, всё нормально. Детей, блин, усыновляют! Охренеть! Чему же они могут научить ребёнка, если сами извращенцы, тому же самому? Действительно охренеть!
   Но больше всего Фёдора возмутило то, что у них там детям предоставлено полное право выбирать, кем хочет стать ребёнок, мальчиком или девочкой? Мать вашу, он уже родился мальчиком или девочкой! Что он хочет поменять, самого себя что ли?! Блин, удавил бы!
   "Как же так? - размышлял Фёдор. - Как ребёнок, ни мозгов, да вообще ничего, может решать, кем ему быть, мужиком или бабой? Да и вообще, как такое возможно? Родился мальчиком, значит мальчиком тебе и быть. Девочкой, значит девочкой, какие тут могут быть сомнения? Не мы решаем, кем нам быть, не от нас зависит. От нас зависит кем мы станем, какими станем? А для того, чтобы из мальчика вырос мужчина, отец имеется, он из пацана мужика воспитывает. Точно также девочку, чтобы та стала женщиной, мать воспитывает. Разумеется воспитывают оба родителя, ну чтобы ребёнок мог видеть и сравнивать, да там много чего. А может они там просто-напросто все и правда с ума посходили? Прямо вырождение какое-то".
   Постепенно Фёдор, наверное сайты так выстроились, переместился из Европы с её свободой во всём и везде на родные просторы, в смысле, как обстоят дела с этой гадостью у нас? Сам-то Фёдор мало где бывал, а оно и не удивительно: из дома на работу, с работы домой, ну в магазин заедет, пожрать купит. Свободное время Фёдор предпочитал проводить или дома, или же у Татьяны, ну бывало в кино с ней сходят, несколько раз в кафешках и один раз в ресторане были, бабам почему-то это ужас как нравится, вот и всё. К отцу в деревню ездит, и не потому что сыновний долг обязывает, а потому что нравится ему в деревне, да и отец всё-таки, немолодой уже, навестишь, а ему радость. По всяким там ночным клубам, где по слухам пидарасов как блох на собаке, чуть ли не все подряд, Фёдор не ходил, да и зачем? Музыку можно и дома послушать, и не ту которую заведут, а ту которая тебе нравится. Водяры нажраться? Так это лучше всего дома делать, идти потом никуда не надо, только до дивана. Тусовка? Тьфу ты, слово-то какое! У Фёдора каждый день с утра до вечера на заводе тусовка, тусуйся покуда из ушей не полезет.
   И тут до Фёдора наконец-то дошло, дошло то, чего он только что или не мог понять, или не смог сформулировать. Оказалось, что он этих самых пидарасов ни разу-то и не видел, ну во всяком случае таких, какие по той же Европе прямо табунами бродят и на своих парадах скачут. А ведь верно, нету их, вернее, есть конечно, но или их очень мало, или же прячутся они, в смысле, одеваются как нормальные люди, ведут себя тоже как нормальные люди, и правильно делают, а то вмиг по роже схлопотать можно. А скорее всего ни то, ни другое, а всё вместе. Скорее всего мало их и они прячутся, под нормальных людей маскируются, а у себя где-то там обряжаются во все эти кожаные трусы и фуражки и общаются друг с дружкой через задницу. Тьфу!
   Выходит у нас не всё так плохо, такого засилья этой нечисти и в помине нету. Ну и уж конечно, во всяком случае Фёдор ни разу не слышал, да из мужиков его бригады наверняка тоже никто не слышал, рассказали бы, нету у нас этих ихних однополых браков, когда мужик с мужиком, а баба с бабой. И уж конечно никто, в этом Фёдор был уверен на сто процентов, не даёт волю своим детям в плане, кем ему дальше быть, мужчиной или женщиной? Так что не так всё и плохо, как говорится, не так страшен чёрт, как его малюют. Подожди, подожди... А новолюди?
   Фёдор забил в поисковик слово "новолюди" и компьютер выдал, опа-на, всего три ссылки. Фёдор открыл первую из них и прочёл:
   "Новолюди, общественная неправительственная, не политическая организация деятельность которой в первую очередь направлена на развитие гармоничных отношений в обществе. Основной своей задачей новолюди считают процветание общества и государства в целом. Достигаться это должно тем, что все новолюди на каких бы должностях они не находились в первую очередь обязаны думать не о личной выгоде или же карьере, а о нуждах и чаяниях простых людей, старолюдей". Вот и всё, заметка была коротенькой.
   "Это что же получается? - Фёдор аж слегка пришалел от прочитанного. - Это получается прав был директор, когда сказал что написанное на заборе не соответствует действительности? Выходит что прав. Да и не похож он на тех, в кожаных трусах и фуражках, вполне нормальный мужик, да и по морде видно, не дурак, далеко не дурак. Такие как он вряд-ли пидарасами наряжаться будут, они наверняка все при нехилых должностях или же при власти, зачем им этот долбаный маскарад? Выходит прав этот Евгений Казимирович, помнится он назвал новолюдей мужским клубом, выходит так оно и есть. Ну а то что о них сочиняют, наверняка где-то наверху между ними и ещё какими-то типа новолюдей грызня идёт, вот слухи и распускают. А народ, что народ, ему чем страшнее, тем интереснее, как сказки на ночь, вот и верит".
  

***

  
   - Андрей, зайди, пожалуйста, ко мне. - позвонил Константин Александрович. Интонация как обычно ровная и доброжелательная, так что не поймёшь, что предстоит на этот раз?
   Андрей уже заметил, а тут и замечать нечего, любой догадается, его, Андрея, воспитывают, Константин Александрович воспитывает. Они встречались приблизительно раз в неделю, но уже не в ресторанах или же каких-либо других весёлых местах. Если был выходной день, Евгений Константинович вёл Андрея в какой-нибудь музей. Самому-то Андрею вот так вот взял да и пошёл и в голову не пришло бы потратить половину выходного дня на посещение той же Третьяковки, да и чего там интересного? Оказалось что интересного там много, очень много. Константин Александрович, наверное любой экскурсовод удивится, рассказывал Андрею о картинах, об истории их написания, о художниках. Были в театре, один раз в Большом и один раз в Малом:
   - Андрей, возьми себе за привычку пусть и не регулярно, но не реже одного раза в месяц посещать какой-нибудь музей и ходить в театр. Это тебе сейчас не интересно, потому что, извини, ты невежественен, ни черта не знаешь. Советую тебе делать так: выбираешь какого-нибудь художника, Сурикова например, или Левитана, читаешь его биографию, а потом уже идёшь в музей, но идёшь не просто так, а в основном смотреть именно его картины. Поверь, это совсем другое "кино". - усмехнулся Константин Андреевич. - Книги читаешь?
   - Да как-то некогда. - потупился Андрей, стыдно стало.
   - Зря. Андрей, диплом и образование, это очень разные вещи. Образованием надо заниматься постоянно, а не пять лет в институте и на этом шабаш. Читай книги, читай.
   - А какие? - Андрей чуть не ляпнул: детективы что ли? - Сейчас и книг-то нормальных не пишут, я как-то смотрел в Интернете, так, ерунда всякая.
   - А разве книг Хемингуэя, Маркеса, Ремарка, Вербера нету? - с лёгкой укоризной спросил Константин Александрович. - Или ты ничего не слышал об этих писателях?
   - О Хемингуэе слышал.
   - Но ничего из его книг не читал.
   - Не читал. - признался Андрей.
   - Читай. И поверь, не пожалеешь, если мозги в голове конечно есть, а они у тебя есть. Из наших писателей советую классиков: Бунина, Алданова, Захарова, Булгакова, для начала достаточно. Пойми Андрей, там, куда ты с моей помощью идёшь невежество не приветствуется, уровень не тот. Так что надо соответствовать, понимаешь?
   - Понимаю. - буркнул Андрей. Ему было стыдно за своё невежество.
  

***

  
   - Андрей, у тебя какие планы на эти выходные? - вместо здрасьте спросил Константин Александрович вошедшего Андрея.
   - Да вроде бы никаких. - ответил тот. - Ну разве что отоспаться.
   - Много спать вредно. Да и скучное это занятие, спать. Да, присаживайся, извини, сразу не предложил. - Константин Александрович указал Андрею на стул, а сам сел за свой рабочий стол. - Что ты думаешь по поводу загородной прогулки в ближайшие выходные?
   - В Суздаль что ли поедем?
   - Ну прямо сразу и в монастырь! - рассмеялся Константин Александрович. - Подожди маленько, успеешь. На этот раз никаких музеев. Как ты смотришь на самое популярное в народе загородное мероприятие?
   - Дача, что ли? - "Ноябрь месяц на дворе. Какая может быть дача?" удивился Андрей.
   - Дача, Андрей, мероприятие популярное скорее по необходимости. Я имею ввиду пикник, а говоря проще, шашлыки.
   - Положительно смотрю.
   - Вот и славно. Так, - Константин Александрович скорее для вида, чем для необходимости глянул на настольный календарь. - сегодня у нас четверг. В субботу заезжай за мной в шесть ноль ноль.
   - С собой что брать?
   - Только то, что понадобится лично тебе. - усмехнулся Константин Александрович. - До субботы.
  

***

  
   В субботу, в пять пятьдесят девять, если пользоваться обозначением времени военных и у Константина Александровича, автомобиль Андрея стоял у подъезда дома наставника, а кто же он ещё для Андрея? Вообще-то Андрей приехал минут на пятнадцать раньше, но дабы не показывать свою неорганизованность, приходить на встречу раньше это тоже неорганизованность, Андрей эти пятнадцать минут простоял у соседнего дома, а без одной минуты шесть подъехал к подъезду Константина Александровича. Он специально выехал из дома пораньше, хоть и субботнее утро, но по дороге всякое может быть, решил он. Дело не в этом. Дело в том, и Андрей не без удовольствия за собой заметил, чем больше он находился под патронажем Константина Александровича, тем становился не только более эрудированным, но и более дисциплинированным, так что желание подъехать тютелька в тютельку не было желанием покрасоваться, скорее это постепенно стало превращаться для Андрея в некую потребность быть пунктуальным.
   Ровно в шесть, хоть часы сверяй, Константин Александрович вышел из подъезда, на секунду остановился, увидел автомобиль Андрея и направился к нему:
   - Доброе утро. - усаживаясь поздоровался Константин Александрович. По мимолётному взгляду, который он бросил на Андрея тот догадался, наставник доволен пунктуальностью своего воспитанника. - Поехали.
   - А куда ехать-то? - а что, вполне резонный вопрос. Откуда Андрей знает, куда надо ехать? Может это очередной прикол Константина Александровича, мол, езжай туда не знаю куда, ну и так далее.
   - Ой, извини. - смутился или сделал вид, что смутился Константин Александрович. - Знаешь где Первухино?
   - Не знаю. - признался Андрей, да и разве можно запомнить все посёлки, деревни и деревеньки, и прочие мелкие населённые пункты как та мошкара геолога со всех сторон окружившие большой город? - Сейчас в навигаторе поищу.
   Навигатор обнаружил Первухино почти сразу. Это оказалась маленькая, всего два десятка домов, деревенька в шестидесяти километрах от города.
   - Нашёл.
   - Посмотри, там неподалёку от деревни есть база отдыха, она так и называется, Первухино. Нашёл?
   - Да, вот она. - Андрей ткнул пальцем в дисплей навигатора.
   - Вот туда и поехали.
  

***

  
   Несмотря на раннее утро и даже на не самый приятный осенний месяц движение на выезд из города было довольно-таки оживлённым, правда пробок не было, и на том спасибо.
   - Видишь, - Константин Александрович кивнул на впереди идущие автомобили. - не только мы с тобой считаем, что много спать, скучно.
   - Константин Александрович, - обычно Андрей подобных вопросов своему наставнику не задавал, а тут, да любопытно стало тут: едут на шашлыки, а с собой ничего не взяли, да и база отдыха, скорее всего в кому-то в гости, но спросить не помешает, да и нет ничего такого, если спросит. - мы едем к кому-то в гости?
   Наставник Андрея немного помедлил с ответом, как будто облекал в более гладкие слова предстоящую страшную новость, которую Андрею предстояло услышать:
   - Можно сказать и так. - ещё немного помолчал и продолжил. - Но это не совсем в гости, это немножко другое. Твой инкубационный период, если его так можно назвать, Андрей, закончен, пора тебя представить другим членам нашей команды. - так и сказал: команды. - Конечно это не вся команда, это её часть, наиболее к тебе близкая.
   Андрей не то чтобы, аж дыхание перехватило, но обрадовался. Чего греха таить, всё это время которое Константин Александрович просвещал его и воспитывал Андрей ждал, когда же он познакомит его с другими новолюдьми. Ну не может такого быть, чтобы во всём городе только один Константин Александрович был новочеловеком, наверняка где-то есть тот, кто в своё время Константина Александровича сделал не таким как все, обязательно должен быть и другие такие же как он тоже обязательно должны быть. И вот теперь Андрей ехал на встречу с другими членами мужского клуба - новолюдьми, ехал навстречу своему будущему, светлому будущему.
   - Ребята вполне нормальные, компанейские. - продолжал Константин Александрович. - Но не рубаха-парни: уважительность и никакого панибратства, надеюсь понимаешь меня? - Андрей кивнул. - Кроме того, хочу познакомить тебя со своим наставником, с Аркадием Аркадиевичем. - "Вот оно, началось! - Андрей хоть и не показал вида готов был от радости головой пробить крышу автомобиля". - Серьёзный дядька, умница. Работает главой администрации одного из районов нашего города. - "Блин, надо за дорогой следить, потом радоваться буду, а то заедем в кого-нибудь". - Кстати, совсем в скором времени тебе предстоит работать под его началом, место уже приготовлено, чуть-чуть подождать надо.
   - А как же вы? - озадаченно спросил Андрей. Хоть и радостная новость, да что там радостная, а уходить от Константина Александрович, вернее будет сказать, удаляться от него Андрею не хотелось, с ним было очень интересно, да и привык уже.
   - За меня не беспокойся. - улыбаясь посмотрел Константин Александрович на Андрея. - Я скоро улетаю в Эдемию, на годичную стажировку.
   - Круто! - непонятно, то ли восхитился, то ли позавидовал Андрей, а про себя подумал: "Вот бы и мне на стажировку!"
   - Нормально. - как бы поправил Андрея Константин Александрович. - Не всех конечно, но некоторых из нас приглашают в Эдемию на стажировку. Знаешь, Андрей, я нисколько не удивлюсь и буду очень рад, если через год-два и тебя пригласят на стажировку. Ладно, не будем загадывать, говорят, это дело неблагодарное.
  

***

  
   Вопреки обилию желающих вырваться из душного города на природу до Первухино добрались вполне благополучно, без пробок, ГАИшных проверок и прочих мелких и неприятных "чудес". Если бы с год назад Андрею довелось бы приехать на эту базу отдыха он очень бы удивился, а сейчас, удивился конечно, но несколько по другому. Его удивление скорее было восхищением вкусом хозяина базы и мастерством строителей. База была построена в стиле дворянской усадьбы, один в один, Андрей видел такие на картинах художников позапрошлого века. Ухоженный парк, дорога прямиком к главному зданию и дорожки вдоль и поперёк прорезающие парк. Само главное здание, Андрей пока что слабо разбирался в архитектурных стилях, и правда было построено как дом какого-нибудь дворянина: двухэтажный полудом, полудворец, как тот белоснежный парусник бороздящий бескрайнее море, разве что зелёное. Перед домом была небольшая автомобильная парковка, кстати, своим видом и видом стоявших на ней автомобилей нисколько не портившая общего вида. Более того, две эпохи: эпоха лошадей, карет и прочего транспорта тех времён каким-то непостижимым образом гармонировала с эпохой автомобилей. На парковке стояло четыре автомобиля и Андрей ревниво заметил: его Камри в этой компании выглядит как худородная дворянка, хоть и вполне милая, но бедненькая, почти безродная
   - Не спеши, Андрей, и у тебя будет Мерседес, это не более чем вопрос времени. - заметив разочарование Андрея сказал Константин Александрович. - Приехали. Паркуйся.
   Андрей припарковался рядом с серым Гелентвагеном. Выбравшись из салона они направились к дому, где их уже встречал представительного вида мужчина, ну один в один лорд Адмиралтейства, в дорогом строгом костюме.
   - Здравствуйте, Константин Александрович. - поздоровался "лорд". - Рад видеть вас с вашим другом у себя в гостях.
   - Доброе утро, Александр Николаевич. - поздоровался наставник Андрея. - Позвольте вам представить, мой воспитанник, Андрей.
   - Александр Николаевич, хозяин этого скромного дома. - представился он. - Рад знакомству.
   - Андрей. - просто ответил на приветствие воспитанник.
   - Прошу, прошу. - Александр Николаевич распахнул высокие двери дома и пропустил гостей внутрь.
   Просторный холл, или как оно правильно называется, всё выдержано в стиле девятнадцатого века. Прямо перед входными дверями широкая лестница ведущая на второй этаж. Мебели мало, так, пара диванов плюс кресла у стен с затейливыми столиками между ними, вот вроде бы и всё. Нет, не всё, ещё огромный ковёр на полу покрывающий всё пространство холла, теперь вроде бы всё. Александр Николаевич проводил гостей до дверей справа от лестницы, тоже двустворчатых только размерами поменьше, распахнул их и пожелав приятного отдыха скрылся в одном из боковых коридоров.
   - Он тоже из наших? - терзаемый любопытством спросил Андрей.
   - Здесь, Андрей, - улыбнулся Константин Александрович. - не наших не бывает. Ну разве что обслуга. Пошли.
  

Глава IX

  
   На заднем дворе вместо ожидаемых хозяйственных построек раскинулась хоть и небольшая, но весьма живописная лужайка зажатая с одной стороны просторной террасой дома, а с другой стороны парком, который здесь видимо был самой главной достопримечательностью. Слева от лужайки располагался теннисный корт, вот вроде бы и все, больше ничего такого за домом и не было.
   "Сюда бы ещё бассейн, - скорее автоматически, чем желая внести здоровые коррективы в "арсенал" хозяйства Александра Николаевича подумал Андрей. - и было бы как в эдемийских фильмах, один в один".
   И ещё одно, даже не поразило, а прямо-таки сразило Андрея: на той самой лужайке в плетёных креслах, хоть и осень, а всё равно хорошо, сидели трое мужчин, и, три женщины! Более того, по лужайке бегали четверо детишек, приблизительно одного возраста, и играли в свои нескончаемые детские игры.
   - А это... - вопрос повис или застрял в горле у Андрея.
   Ведь Андрей предполагал, да что там, он был уверен в том, что все без исключения новолюди, вон, Константин Александрович например, холостые, что становясь новолюдьми они принимают что-то типа обета безбрачия.
   - Что? - услышав не оконченный вопрос и увидев озадаченную физиономию Андрея спросил Константин Александрович.
   - Ну, это. - Андрей кивнул в сторону нереальной по его мнению картины в виде мужчин в окружении женщин и детей.
   - Андрей, - улыбнулся Константин Александрович. - я же тебе говорил: здесь посторонних не бывает. Это члены нашей команды с жёнами и детьми.
   - А как же...
   - Что а как же? - спросил Константин Александрович, но потом видимо поняв причину ступорного состояния Андрея, хмыкнул и хлопнул Андрея по плечу. - Ты решил, что раз новолюди, то обязательно как монахи, холостые? Знаешь, Андрей, иногда ты меня не только удивляешь, но и поражаешь своими талантами. Никто никому не запрещает заводить семью, более того, это даже приветствуется и поощряется, потому что семья является одним из самых сильных дисциплинирующих факторов. Я, кстати, после стажировки тоже собираюсь жениться и тебе советую, но не сейчас, с бухты барахты, взял и женился, а попозже. Пока что начни искать себе достойную спутницу жизни: не ноги от ушей и морда вся в косметике, а достойную, понимаешь, достойную спутницу жизни. Ладно, пошли, нас ждут.
   Слева на террасе был как бы выступ, получилось что-то типа балкона, а что, очень красиво и удобно, вся лужайка как на ладони. На балконе, или как он там правильно называется, не силён был Андрей в архитектуре, во всяком случае пока не силен, стоял этакий дачный стол и несколько плетёных кресел. В одном из кресел сидел мужчина и, было видно, ждал их с Константином Александровичем. Подойдя ближе Андрей первым делом, и даже не стесняясь своей невоспитанности, принялся жадно рассматривать Аркадия Аркадьевича, Андрей уже догадался, это именно он.
   На вид лет сорок пять, чуть выше среднего роста. Скорее плотный, чем полный. Лицо простое, такие лица ещё называют крестьянскими, но непростое, ухоженное и даже холёное. Одет довольно-таки просто также, как и Андрей с Константином Александровичем: куртка из чего-то синтетического, джинсы и кроссовки. Но это всё мелочи. Главное, что прямо-таки как магнитом притягивало к Аркадию Аркадьевичу был взгляд его серых, чуть с прищуром глаз, внимательный, оценивающий и сразу же принимающий решения. И ещё, несмотря на всю простоту и демократичность одежды от Аркадия Аркадьевича прямо-таки разило, разумеется в хорошем смысле этого слова, властью и богатством, нет, не деньгами, а именно богатством.
  

***

  
   - Ну здравствуй, Костя. - с лёгкой, как бы дежурной укоризной, встретил гостей Аркадий Аркадьевич гостей. - А я уж думал ты записался в любители подольше поспать. Шучу, шучу.
   - Доброе утро, Аркадий Аркадьевич. - поздоровался за руку с хозяином пикника, а оно так и есть, Константин Александрович. - Вроде бы выехали как обычно, да и в дороге задержек не было.
   - Да шучу я, шучу.
   Андрею даже обидно стало: здороваются, руки друг другу жмут, а его как будто вообще нет. Как-будто он телеграфный столб какой-нибудь или предмет мебели, блин!
   - Да, Аркадий Аркадьевич, - словно очнувшись от властного взгляда хозяина как бы спохватился Константин Александрович, а может специально? - позвольте вам представить моего воспитанника, Андрея.
   - Андрей. - пожав неожиданно крепкую ладонь Аркадия Аркадьевича Андрей.
   - А у Андрея отчество есть? - вместо того чтобы назвать себя спросил Аркадий Аркадьевич.
   - Есть. Викторович. - чуть ли не промямлил Андрей.
   - Аркадий Аркадьевич. - вот теперь всё нормально. - Рад знакомству, Андрей Викторович. Знаете ли, человек без отчества как без штанов: неудобно и некрасиво. Прошу. - Аркадий Аркадьевич указал на кресла.
   - Андрей Викторович, как вам у нас нравится? - неожиданно спросил Аркадий Аркадьевич.
   - Нравится, очень нравится. - ответил Андрей прекрасно понимая, что вопрос была задан не просто так. Желая как бы сделать комплимент старшему товарищу по новочеловечеству Андрей добавил. - Дышится у вас легко, свободно.
   - Что есть то есть. - усмехнулся Аркадий Аркадьевич. Наверняка, а по другому и быть не должно, он понял ответ Андрея. А что, каков вопрос таков и ответ. - Ну ладно, не буду вас обременять своим обществом. Отдыхайте. Константин, познакомь Андрея Викторовича с коллегами. - представляете, так и сказал: с коллегами.
  

***

  
   Собратьев по мужскому клубу новолюдей звали: Александр, Николай и ещё один Александр. Жёны тоже представились, но Андрей их имён не запомнил, да и не старался сделать этого. Оказалось, это и было всё знакомство: ни кто такие, ни где работают, кем работают - вообще ничего! Имена, и всё, и делай с ними что хочешь. С приходом Константина Александровича и Андрея женщины обменялись только им понятными женскими взглядами и ни слова не говоря куда-то ушли, ясно дело, чтобы не мешать мужскому разговору. А разговор, пусть и мужской, затеялся, вернее продолжался, какой-то, по мнению Андрея, странный. О работе или же о чём-либо ещё хоть чуть-чуть касающемся работы не было сказано ни слова. Когда они подошли тот, который Александр рассказывал о концерте эдемийской группы "Театр мечты", если в переводе на наш, причём рассказывал довольно-таки подробно.
   Андрей был принят собратьями по мужскому клубу новолюдей, но принят как-то странно, на него как на нового человека никто не обратил особого внимания. Оно ведь как бывает, новый человек в компании всегда вызывает хоть и недолгий, но интерес, его начинают о чём-то расспрашивать, иными словами, уделяют какое-то внимание. Здесь же, да как-будто Андрей знаком с этими людьми уже давным давно: поздоровались, а дальше делай что хочешь, хочешь о чём-то поговорить, говори, хочешь молчать, молчи, дело твоё.
   Правда Андрей не очень-то обиделся на такое равнодушие со стороны собратьев по клубу, более того, он даже в какой-то степени был им благодарен за такое невнимание. Согласитесь, далеко не всем нравится быть центром всеобщего внимания, вот и Андрей был одним из таких. Скромность? Может и скромность, а может какой-то глубоко спрятанный комплекс неполноценности, поди, разберись. Для того чтобы разобраться того же Андрея разговорить надо, а этого как раз никто не делал, может и правда он им безразличен, а может в этом клубе правила такие, кто их знает?
   Посидев так минут двадцать и послушав разговоры о всякой всячине, причём, но это не иначе потому что более-менее давно знакомы, Константин Александрович принимал самое активное участие в разговоре: сам что-то рассказывал, задавал вопросы, если что-то рассказывал кто-либо другой, Андрей заметил, что какими ни были бы разговоры, они могли касаться чего угодно, даже всего на свете и сразу, но только не работы. На теме работы как бы стояла агромадная печать некого табу, нарушить которое никто не решался. И тут, правда для самого себя, у Андрея появилась возможность блеснуть своей начитанностью. Когда-то, он уже не помнил когда, Андрей читал книжку одного известного журналиста в которой тот рассказывал о жизни в Англии. Так вот журналист описывая в частности подобные компании заметил, что у англичан разговоры в подобных случаях ведутся о чём угодно только не о работе, как о своей, так и о работе собеседника. По словам журналиста, у англичан можно целый вечер проговорить с кем-то и лишь потом, и то случайно, узнать, что его собеседником был довольно-таки известный человек, политик например или учёный. Выходит, что в клубе новолюдей его члены придерживаются английских правил поведения в компании. В общем-то ничего плохого в этом нет, оно скорее непривычно, чем плохо.
   Говоря совсем по простецки Андрею было откровенно скучно, но он разумеется этого не показывал и не в силу блестящего воспитания, а в силу того что для себя решил: наверное у них с новичками всегда так и ещё, по пути домой поподробнее расспросит Константина Александровича о порядках клуба.
   А тут вообще, подошёл хозяин базы. Александр Николаевич, учтиво извинился, затем шепнул что-то на ухо Константину Александровичу и они вместе поспешили в дом.
   "Не иначе Аркадий Аркадьевич позвал. - догадался Андрей. - Наверняка обо мне будут разговаривать, а может ещё о ком-то или о чём-то. Да и пусть разговаривают. - он мысленно махнул рукой и правильно сделал".
  

***

  
   - Заходи, присаживайся. - Аркадий Аркадьевич оставил террасу и сейчас пребывал в самом настоящем кабинете, по типу домашнего.
   Кабинет был выдержан хоть и в строгих, почти классических правилах, но всё равно, было видно он очень и очень похож на домашний кабинет какого-нибудь большого учёного ну или политика. В кабинете как бы незримо присутствовал налёт личности хозяина, которой за редким исключением просто невозможен в кабинете по месту службы. В служебных кабинетах над аурой его хозяина царит аура его должности, а в домашних кабинетах наоборот. И ещё, каким бы распрекрасным не был тот самый учёный, политик или чиновник занимаемый кабинет всегда для него является временным, потому что через какое-то время он в обязательно сменит его на более "высокий", ну или более "низкий", в жизни всяко случается. А вот домашний кабинет, тот остаётся вместе со своим хозяином навсегда, как бы успешно или не успешно не двигался хозяин по карьерной лестнице кабинет всегда остаётся один и тот же. А вот почему домашний кабинет Аркадия Аркадьевича оказался на базе отдыха? Поди, знай! А что если он снял один из номеров базы, ну или что-то типа этого, на длительный срок и пожелал оформить его в виде домашнего кабинет.
   Константин Александрович уселся у удобное кресло перед рабочим столом Аркадия Аркадьевича. Всё происходило прямо как на службе, ну разве что кабинет был другим.
   - Ну как ты? - спросил хозяин кабинета.
   - Благодарю, Аркадий Аркадьевич, хорошо.
   - Это хорошо, когда хорошо. - усмехнулся каламбуру собственного сочинения Аркадий Аркадьевич. - Признаюсь, я рад, ты уже третий в моей Сетке. Говорят через месяц уезжаешь?
   А вот здесь всё выглядело с точностью до наоборот. Если перед Андреем Константин Александрович представал этаким, мало того, что уверенным в себе, но и человеком знающим всё и обо всём, ну или почти всё. Перед Аркадием Аркадьевичем же Константин Александрович выглядел, ну конечно же не как краснеющий двоечник в кабинете директора школы, но и круглым отличником тоже не выглядел. Оно понятно, уважение к старшим, тем более к старшему Сетки в которой оказывается Константин Александрович имел честь состоять, это в первую очередь скорее заслуга воспитания, а впрочем, кто его знает? Оказывается и у новолюдей существует какая-то неведомая старолюдям структура или даже иерархия. Константину Александровичу Сетка Аркадия Аркадьевича была более-менее известна, известна в плане её членов рангом одинаковых с ним, ну может ещё человек пять рангом пониже, тех с которыми приходилось решать неизбежные в любой, даже
   новолюдской, жизни деловые вопросы. Вполне могло быть, что в Сетке есть и другие такие же как и он, но повыше рангом, Константин Александрович нисколько бы этому не удивился если бы узнал. Ну а то, что Аркадий Аркадьевич только что сказал ему о том, что он третий из его Сетки, кто едет на стажировку в Эдемию, хм... Когда-то, кстати, не так уж и давно Аркадий Аркадьевич учил его не верить словам, кем бы они не были сказаны, и делам тоже не верить, а верить только результатам.
   - Езжай, Костя, езжай и самое главное, ничему там не удивляйся. - слова Аркадия Аркадьевича прозвучали без каких-либо полагающихся им таинственных интонаций, впрочем, Константин Александрович не обратил на это внимания, наверное привык.
   Аркадий Аркадьевич, тот вообще был человеком, извините, новочеловеком с налётом таинственности ну или недосказанности. Неизвестно, специально ли он так делал или же натура такая, но Аркадий Аркадьевич всегда что-то серьёзное преподносил в виде полурешённого кроссворда: получится дорешить - молодец, не получится, ну что ж, сам виноват.
   О предстоящей стажировке, кстати, Константин Александрович не знал ничего, в прямом смысле ничего. Знал только то, что проходить она будет в Эдемии, даже не знал в каком городе, ну или при каком университете. После того как он прошёл медкомиссию и ему сообщили о том, что он достоин пройти стажировку ему ничего о ней не сказали кроме: достоин, и всё. Уже когда получал загранпаспорт, который несмотря на то что у Константина Александровича был свой, сделали новый, билет, банковскую карточку с командировочными ну и прочие мелочи, ему было сказано, что его встретят в аэропорту, не надо будет никуда звонить, брать такси, куда-то ехать. Вот и всё, что было известно Константину Александровичу о предстоящей стажировке.
   Ну и конечно же медкомиссия, это было что-то невероятное, наверное в отряд космонавтов проще попасть. Нет, на центрифуге его не крутили и в барокамере сутками не держали. Вместо этого Константина Александровича прямо-таки исследовали, да на таких приборах, которые были очень похожи на приборы из голливудских фантастических фильмов о далёком будущем или же об инопланетянах. По молодости, все мы такие, Константин Александрович увлекался фантастическими фильмами, где чем больше всяких нереальных декораций больше, тем лучше, потому и сравнил.
   - Через два года, Костя, сам знаешь, президентские выборы. - продолжал Аркадий Аркадьевич. - Я иду на замминистра социального развития, вопрос уже решён.
   - Поздравляю. - непроизвольно вырвалось у Константина Александровича.
   - В должность вступлю, тогда и поздравишь. - строго, почти одёрнул своего подопечного Аркадий Аркадьевич. - А там не за горами и Госдума. Тебя, кстати, на Госдуму запланировали. Вот тебя можно поздравить, самое главное чтобы стажировка прошла без сучка и без задоринки. Понимаешь меня?
   - Понимаю, Аркадий Аркадьевич. - склонил голову Константин Александрович хотя на самом деле ни черта не понимал, но это мелочи.
   - Ну а к твоему воспитаннику я присмотрюсь, совет дам если потребуется, свой всё-таки, хоть и твой - усмехнулся Аркадий Аркадьевич и, хлопнув ладонью по поверхности стола сказал, как отрезал. - Всё, иди, отдыхай. Андрея Викторовича своего не бросай, а то у парня с непривычки, ну ты меня понял. Иди, иди...
  

Глава X

  
   Неизвестно как бы оно обернулось, да и обернулось ли вообще, ведь Фёдор для себя ещё ничего не решил, но видать судьба за него решила. Может и правда Михалыч поговорил с начальником цеха, а может новый директор, чтоб ему..., прозрачно, прозрачнее не бывает, намекнул Васильичу насчёт "свята места" - неизвестно. Только Васильич вызвал к себе Фёдора и сам начал разговор:
   - Ты Фёдор не тушуйся, твоей вины здесь нет. - Васильич, хрен с ней с трудовой дисциплиной, достал бутылку водки и два стакана, разлил. Один стакан пододвинул Фёдору, другой взял себе. - Давай! Всё правильно Фёдор, молодость, она своего тоже хочет и не виновата она, что молодость. Я уже с полгода как начал чувствовать, что сожрут меня. Нет, я не обижаюсь, я понимаю, возраст. И знаешь, я даже рад, что ты придёшь на моё место, а не хрен знает кто со стороны. Да и как ни крути ты всё-таки мой ученик, а ученику даже полагается уступить место, как в трамвае. - Васильич хмыкнул и разлил ещё по одной. - Поехали!
   Что интересно, Фёдор так ничего не решив: идти на начальника цеха или не идти уже стал постепенно об этом забывать. Сам по себе Фёдор не был ни карьеристом и вполне довольствовался тем что имел, говоря народным фольклором: синицу в руках. Да и ежедневная заводская текучка очень неплохо вентилировала мозги от всяких хоть и честолюбивых, но по мнению Фёдора всё-таки глупых мыслей насчёт повышения, тем более хочешь не хочешь, а Васильича придётся на обочину сталкивать.
  

***

  
   Разговор он и есть разговор, поговорили и разошлись, ну грамм по сто пятьдесят хлопнули, но это так, не считается. Фёдор тогда ничего определённого Васильичу не сказал: ни то, что согласен, ни наоборот, да потому что сам ещё толком не знал, надо ему это начальничество или не надо? И всё-таки разговор с Васильичем крепко засел в Фёдоре, не иначе в самих печёнках. Но это ладно, это почти семечки, гораздо хуже то, что Фёдор сам того от себя не ожидая стал смотреть на мир глазами начальника цеха, причём этот мир не ограничивался территорией завода. На заводе оно всё понятно, хоть пока всё ещё находишься в формате чернового черновика, но разговор, самый главный разговор состоялся. Наверное придётся опять идти к директору, уж очень не хотелось Фёдору идти к нему. Да и как? Придёшь и с порога: я согласен, так что-ли? Или же: мы с Васильичем поговорили, по сто пятьдесят замахнули и он сам сказал, что добровольно уступает мне должность начальника цеха, ещё хуже!
   Но видать так уж мы устроены, а может это всё проделки подсознания, кто его знает, внутри себя Фёдор превратился в начальника цеха, а раз начальник, то и на происходящее вокруг него стал смотреть как начальник, хоть и маленький, но всё равно начальник. Но если на заводе, да будь ты хоть трижды начальником и всех цехов сразу всё равно ничего нового не увидишь, потому что за десять лет изучил свой завод вплоть до молекулярного уровня, то за проходной пока ещё вновь не испечённому начальнику Фёдору открылась картина жизни, да такая, на которую раньше он может просто внимания не обращал, а может быть должность не позволяла.
   Сам того не желая, оно само-собой как-то получилось, стал Фёдор присматриваться к людям, прислушиваться к их разговорам, получается, стал интересоваться жизнью самых обыкновенных людей. Вообще-то на заводе тоже работают самые обыкновенные люди, но к ним, а что к ним присматриваться если, ну не всех конечно, но порядочно, как их самих, так и жизнь ихнюю наизусть знаешь?
   Присматривался, прислушивался, и, доприсматривался, аж матерных слов не хватает. Дело было в супермаркете куда Фёдор по обыкновению заезжал после работы, ну чтобы пожрать что-нибудь прикупить. Хоть и не был Фёдор в еде привередливым, но водилось за ним: нет, нет, да и купит что-нибудь этакое, ну чтобы требуху свою потешить вкусненьким. Происходило это по принципу: на чём глаза остановятся, то и покупал заранее никаких планов на этот счёт, мол, сегодня куплю это, это и это у Фёдора никогда не было. Ладно, все мы не прочь себя побаловать, ну или домашних своих, это без разницы и ничего плохого в этом нет, наверное тоже так устроены. И вот Фёдор уже купил пачку пельменей, котлет полуфабрикатных, кетчупа, а то закончился, ну и ещё кое-что по мелочи, и пошёл по торговому залу с тем, чтобы высмотреть чего-нибудь этакого, вкусненького, как навстречу...
   Навстречу Фёдору шла женщина, нестарая женщина, лет может быть сорока или около этого. Ну шла и шла, их много вокруг ходит и не только в супермаркетах, но эта... Фёдор сначала подумал: больная, а потом посмотрел ей в глаза и, ей богу, остолбенел. Глаза! Нет, это были не глаза. Это были две стальные только что на токарном станке обработанные непонятного предназначения детали. Взгляд только вперёд и застывший, как будто по сторонам она совсем не умеет смотреть, как-будто глаза ей только для того и даны, чтобы смотреть как бы обо что не запнуться и не упасть. Жуткий взгляд, нечеловеческий какой-то. Фёдор тогда ещё подумал: наверное когда приговорённого на эшафот ведут у того взгляд повеселее, ну или по эмоциональнее. А тут, в глазах кроме стального блеска ничего нет, совсем ничего, наверное роботы так выглядят. В руках, да, именно в руках, корзинки при женщине не было, она держала: батон белого хлеба, фасованный, грамм на триста-четыреста, кусок дешёвой колбасы и пачку маргарина. Маргарина! У Фёдора чуть было ноги не подкосились, когда он увидел этот маргарин. А чего тут догадываться?! Наверняка в руках женщины был её ужин, завтрак, а может быть даже и обед. Обалдеть! Раньше Фёдор даже и не задумывался над тем, как это можно хлеб намазывать маргарином, а потом это всё есть? Оказывается можно. Да и одета женщина была не ахти как. Нет, как раз одета женщина была даже с лёгким налётом вкуса и даже шарма, и одежда чистенькая, ухоженная, но, и это прямо глаза резало, одежда была бедной, невыразительной, о какой-либо моде и говорить не приходится.
   Вот это так шандарахнуло Фёдора, что он аж забыл о баловстве своего желудка. Глядя на женщину и на её покупки Фёдор почему-то подумал: а чай-то хоть у неё есть или кипяток пьёт? Он даже было дёрнулся с тем, чтобы купить пачку чай и отдать её женщине, но остановил себя, понял что может оскорбить и унизить. Была бы бабушка, тогда другое дело, а тут женщина в расцвете лет, блин, дурацкие условности!
   "Как же она живёт?! - глядя вслед удаляющейся женщине думал Фёдор. - А что если у неё семья? Тогда получается батон хлеба, шмат колбасы и пачка маргарина на всю семью? Лучше уж была бы одинокой, не так страшно, хотя для женщин одиночество и есть самая страшная на свете штука. Где же она работает, если вот так? На лицо вполне нормальная женщина, не пьяница, видно, может быть даже образование имеет. Может бюджетница какая-нибудь, ну типа библиотекаря, говорят у них зарплаты ниже не придумаешь?! Кто его знает, всё может быть".
   Вопросы сыпались один за другим, а ответы, не было ответов, ни одного не было, ну хотя бы ради смеха. Вот тебе и жизнь, вот и удивляйся сколько твоей душе угодно. Сам Фёдор мало с кем общался вне завода, ну характер такой, поэтому слабо представлял себе, что происходит в других местах, где работают люди. На заводе, что на заводе, на заводе с этим более-менее порядок. Было конечно дело, это когда Фёдор только-только устроился, зарплату по полгода не выдавали, так, аванс дадут а остальное потом, мол, денег нет. Народ возмущался конечно, но не так чтобы очень, хоть что-то но есть, хоть и затягивали пояса, но с голодухи никого не шатало. Сейчас нормально, зарплату выплачивают аккуратно и вовремя, на банковскую карточку переводят. Большая или маленькая зарплата, ну это с чьей-то зарплатой сравнивать надо. Если взять того же депутата, то конечно маленькая, а если вот эту женщину, то, мда... Сейчас заводские работяги можно сказать чуток аж залоснились, не в смысле жрут в три горла, а в смысле: некоторые даже старые квартиры на новые, попросторнее, поменяли, ремонты в квартирах поделали, всякой разной бытовой техники понакупили, автомобилей, вон, перед проходной не протиснуться, а эта женщина...
  

***

  
   После той встречи Фёдор перестал заезжать в тот супермаркет. Почему? Наверное потому, что боялся опять повстречать эту женщину. Наверное поселилось в душе Фёдора чувство вины перед ней, хотя, ну сами посудите, в чём он перед ней виноват? Да ни в чём. И тем не менее Фёдор стал покупать продукты в другом супермаркете, благо их в округе, один на одном стоят. А ещё, перестал Фёдор разглядывать тех же покупателей или же прохожих, и всё из-за той женщины. Посмотрит на кого-нибудь, а та женщина сразу же перед глазами, и становится жутко, как будто сходишь с ума и сам прекрасно это понимаешь.
   "Это что же за работа у неё такая? - ну не шла из головы Фёдора та женщина. - А может быть шарага какая-нибудь полуподпольная, где начальник мало того что дурак, так ещё и сволочуга законченная? А может быть и не полуподпольная, а вполне нормальная работа, вот только начальство до того зажралось и заворовалось, что работнику ни вздохнуть, ни заматериться? Это что же получается? - пришедшая в голову Фёдора мысль как будто из огнемёта полсанула. - Это получается, ну если предположить, если я откажусь от должности начальника цеха, Васильича всё равно сожрут и на его место придёт кто-то, неизвестно кто. А что, если этот кто-то такой же, как начальник у той женщины? Это что же, и мои мужики вот так будут ужинать колбасой неизвестно из чего сделанной и маргарином? Ну уж нет, хрен вам!".
   Вот так вот совершенно невероятным способом, нет, скорее благодаря встрече с той женщиной Фёдор принял решение идти на начальника цеха.
  

***

  
   Начальник цеха, это конечно же хорошо, но опять, опять мы так устроены. Это как, предположим, стоит человек на земле, просто на земле, и по сторонам смотрит. Видит он что-нибудь? Конечно же видит! А если подняться на бугорок, тогда как? И тогда тоже видит, и видит чуток побольше, чем стоя просто на земле, горизонт расширился. Этим бугорком для Фёдора стал, вернее, совсем скоро станет должность начальника цеха. Тоже горизонт расширится, и расширится так, что должность замдиректора по производству очень даже четко начнёт просматриваться, тем более что предложение уже поступило. А это, а это означает, что надо будет становиться новочеловеком, а если по простецки, подставить свою задницу и всё лишь ради того, чтобы стать этим самым заместителем.
   Мать-перемать, неужели для того, чтобы хоть чуток подняться выше неизвестно кем дозволенного уровня обязательно надо вот это? Точно также, как и к прохожим приглядываться, правда началось это почитай с того самого собрания, время от времени стал Фёдор отыскивать в Интернете что-нибудь новенькое об этих самых, радужных, на Западе их новолюдьми не называли, называли по цветам ихнего флага.
   Если бы у Фёдора вдруг спросили, сам себе задать этот вопрос он ни за что не догадался бы, мол, чего это ты так заинтересовался радужными людями? Вряд ли Фёдор смог бы ответить что-то вразумительное, скорее всего он принялся бы доказывать, а может и драться полез бы, что радужные эти ему и нахрен не нужны и что, мол, за базаром следить надо и был бы прав. На самом деле это не было никаким интересном, это было чем-то другим и называлось как-то по другому, скорее всего как-то по научному, а с научными словами у нас сами знаете как. Если же объяснить по простецки, на примерах из жизни, то интерес Фёдора к радужному человечеству был очень похож на, это как на покойника смотреть, неприятно а тянет, приблизительно так.
   Переходил Фёдор с сайта на сайт и помаленьку шалел, ну уж очень всё там написанное и в виде фотографий, и видеороликов представленное было похоже на какую-то безумную, нет, даже не страшную, а именно безумную сказку. Например, в одной из стран мужикам что-то не понравилось и они вышли на улицы с протестом. Ну что ж вышли и вышли, не всё и не всем в жизни нравится, так что можно и попротестовать. Но дело в том. что вышли они наряженными, или одетыми, нет, скорее наряженными в юбки! Представляете, в юбки! Вышли и, это уже совсем в голове Фёдора не помещалось, танцевать принялись, это они так протестовали. Одуреть! Если бы вдруг нашим мужикам что-то не понравилось и они вышли на улицу протестовать, то все они, причем в обязательном порядке были бы в штанах, ну разве кто штаны не успел одеть, те были бы в трусах, но никак не в юбках. И насчёт танцев, может быть тоже начали бы танцевать, а что, танцевать со штакетиной в руках или вообще с тем, что первым под руку попалось - зажигательный танец, сомневаетесь?
   Дальше больше, оказывается у них запретили беременную женщину называть беременной женщиной, теперь надо называть беременный человек. Подождите! А что, разве мужики тоже бывают беременными, или мужики у них перестали быть человеками? Наверное перестали, если так себя ведут.
   А это, так вообще, в школах ввели предмет под названием "Педерастия", ей богу, так и было написано! Это что же такое они собрались вкладывать в детские головы на тех самых уроках?
   Но больше всего, глядя на пляшущую полуголую толпу, Фёдора интересовало: а они где-нибудь работают или же им за эти сатанинские, по другому не назовёшь, пляски деньги платят? Интересуешься - пожалуйста! Совсем скоро Фёдор нашёл ответ на интересующий его вопрос. Оказалось, что придя на новое место работы вот такой вот радужный, прямо когда устраивается, заявляет инспектору, или как там он у них называется, что он из этих самых. А инспектор, мать-перемать, это мягко сказано, делает отметку в его личном деле и знакомит новичка с руководителем радужной организации на этом производстве, ну или в фирме. Получается эта радужная нечисть проникла повсюду и оплела всё начиная с улиц и площадей и заканчивая неизвестно чем, впрочем, офисов и заводских цехов вполне достаточно, чтобы минут десять без остановки плеваться и материться. Получается, если у нас раньше на предприятиях были партийные, комсомольские организации, профсоюзы были, а у них ничего такого не было, ну разве что профсоюзы, то теперь у них есть, в смысле, радужные первичные организации, а у нас ничего такого нет, так что ли?!
   Подожди, нету, а директор, Евгений Казимирович, его тоже нету? Есть конечно, чтоб ему, и контора какая-то ихняя тоже есть, но ведь они в кожаных трусах на территории завода не пляшут, вот в чём дело! Более того, одеты вполне прилично, некоторым, да тому же Фёдору, было бы не лишним взять с них пример так одеваться. Сидят там себе чем-то занимаются, а чем, по правде говоря никто толком и не знает. Вон, Татьяна с Валентином, делать им видите-ли было нечего, сходили, поинтересовались и что? А ничего, брошюру какую-то дурацкую дали и всё. Фёдор было, все по тому же "покойницкому интересу" начал было её читать, да на втором абзаце споткнулся, бред какой-то. А раз бред, ну её к такой-то матери.
   Да и если посмотреть на того же директора, Евгения Казимировича, он хоть и этот самый, и не скрывает этого, а молодец, дело знает. При прежнем директоре, да наверное как везде, в семье ни без жулика, ни без раздолбая, бардак на заводе был, чего греха таить. Так он, Евгений Казимирович этот, всего где-то за месяц, ну прямо как дихлофосом попшикал, извёл и весь, ну почти весь, бардак на заводе, и тех кто этот бардак творил тоже извёл, с треском вышвырнул с завода. Вот и думай, вот и сравнивай: прежний директор - не этот самый и новый - этот самый, и какой из них лучше?
   А работяги, что работяги? Разумеется видя истребление бардака и воровства на заводе в новолюди вступать не побежали, но стали уважительно относиться к новому директору. А оно и понятно, ведь от любого бардака на любом предприятии в первую очередь страдает простой работяга, а потом уже все те, кто должностью повыше, вот и получилось, авторитет нового директора, и это несмотря на его принадлежность к новолюдям, взлетел прямо с места в небеса. Вот так вот. К тому же, никто из этих, что в конторе засели, не ходил по цехам, не канючил и никого не уговаривал. Видать действовали по принципу: хочешь - милости просим, не хочешь - да и хрен с тобой. А может быть выжидали, кто их знает, мол, глядя на то, как новый директор взялся за дело трудовой народ всё поймёт, оценит и сам потянется, может быть и так.
   Вот и сиди, да хоть закопайся ты в этом Интернете разглядывая мужиков в кожаных кепках и трусах, толку-то. Смотришь, что там, а думаешь о том, что здесь, потому что здесь живёшь, здесь работаешь. Так что получилось, что оказался Фёдор, как говорят у них: между скалой и твёрдым местом. Там, у них, радужные сеют в обществе чертовщину какую-то и замыкаются в себе, в своих организациях по месту работы, а тут... А тут, никто чертовщину не сеет, по улицам в полуголом виде не отплясывает, а, да хотя бы на нового директора посмотреть, за производство и простого работягу горой стоит. Странно оно как-то, но тем не менее оно есть, вон, сначала в Интернет загляни, а потом на завод сходи, посмотри, с мужиками поговори.
  

Часть вторая

Глава I

   Именно так и выглядит волшебная сказка в её современной интерпретации, Андрей был в этом уверен. Это касаемо новой работу на которую он перешёл всего неделю назад. В остальном жизнь Андрея не изменилась, если не считать того, что он, в силу выплачиваемых его премий, начал собирать деньги на новую квартиру. Конечно же хрущёвка - тоже квартира, но с недавних пор Андрею захотелось жить в просторной, новой квартире, в большом и красивом доме этаже этак на двадцатом. Но поскольку премии хоть и были по своим суммам весьма значительны всё-таки ещё не позволяли за одну-две купить новую квартиру.
   А ещё Андрей после той загородной поездки и знакомства с Аркадием Аркадьевичем надумал купить себе дачу, не классические шесть соток в виде огорода, а настоящую дачу. Посмотрев на Аркадия Аркадьевича да и на поместье в целом Андрею очень захотелось точно также принимать у себя на даче своих воспитанников, понятие "Сетка" ему тогда ещё не было известно, поэтому воспитанники. В том, что они появятся и возможно появятся в скором времени Андрей нисколько не сомневался, что-то непонятное внутри подсказывало, а своим чувства он привык доверять. Конечно же Андрей не был глупым человеком, а похоже что в новолюди глупых не берут вообще, ну разве что с раскрашенными ногтями и мордой на тусовках и парадах отплясывать, да ещё при любой погоде. Андрей прекрасно понимал, об официальной зарплате он даже и не думал, если сразу замахнуться и на квартиру, и на дачу, его премий, увы, не хватит, вернее, процесс накопления растянется во времени неизвестно насколько, поэтому сосредоточился на квартире, сначала на квартире.
   И вот оно свершилось, в тот день Константин Александрович вызвал Андрея к себе, а далее ну прямо как ритуал какой-то: строго осмотрел его всего, как будто Андрею жениться предстоит и строгий отец осматривает сына, всё ли с ним в порядке, по крайней мере что касаемо одежды. Но одет Андрей был, по мнению некоторых сотрудников и сотрудниц, "закачаешься", в глазах блеск окрашенный в цвета здорового азарта и даже немножечко авантюризма, иными словами, всё нормально, воспитанник вполне готов к покорению новых вершин стоящих перед новочеловечеством.
   - Хорошо выглядишь. - то ли фильм какой-то ихний процитировал, то ли оно и правда Андрей так выглядел сказал Константин Александрович. - Впрочем, я и не сомневался. В плане внешнего вида твои успехи бесспорны, молодец, так и надо. Да, присаживайся пожалуйста.
   Андрей присел в ставшее уже ему чуть-ли не родным кресло. А родным, если можно так сказать, потому что не каждый же раз приглашать в ресторан с тем чтобы озвучить очередную главу образования и тем самым превращения Андрея из современного невежды с высшим образованием в по-настоящему образованного человека, новочеловека. Кстати, успехи были даже очень впечатляющими и Константин Алексеевич не без удовольствия сообщал об этом Андрею. А тут неизвестно, почему он так делал? Обычно, ну хотя бы возьмите спорт, тренер всячески занижает успехи спортсмена, как бы будит в нём этакую здоровую злость, ну чтобы тот больше сделал, а тут, провёл Андрей Константина Александровича по Третьяковке, рассказал о творчестве Василия Сурикова, сразу же похвала. Это наверное у новолюдей метода воспитания такая, что-либо другое в голову не приходит. А может быть и правильно, что воспитание происходит по принципу: ты, результат в виде достижения, тебе результат в виде признания, то есть, похвалы. Кстати о достижениях, вполне возможно теперь Андрей по части той же итальянской кухни смог бы свободно заткнуть за пояс ну если не шеф-повара, то какого-нибудь ресторанного критика.
   - Ну что, Андрей, тебя можно поздравить. - Константин Александрович уселся за свой рабочий стол, вопреки всем правилам психологии положил руки на стол и сомкнул пальцы в замок. Но это мелочи, при этом Константин Александрович смотрел на Андрея как на выпускника отличника, которому совсем скоро дадут золотую медаль. - Ты с честью закончил свой первый класс, если его так можно назвать, и я этому очень рад. Сегодня же тебе надлежит написать заявление об увольнении и вплотную заняться этим увольнением: доделай всё незаконченное, негоже пришедшему на твоё место оставлять хвосты. Пару дней хватит?
   - Хватит. - кивнул Андрей.
   - Вот и хорошо. Да, отрабатывать положенное тебе не надо, как только всё доделаешь, так сразу же можешь идти в отдел кадров за трудовой книжкой и в бухгалтерию за расчётом, они в курсе.
   - А потом? - спросил Андрей, это он наверное кокетства ради спросил, потому как знал где будет работать, у Аркадия Аркадьевича. Хотя, и такое могло быть, а вдруг как за это время ему определили какое-то другое место работы?
   - Про суп с котом слышал? - хоть и негромко, но искренне рассмеялся Константин Александрович. - К Аркадию Аркадьевичу потом, а то без тебя не справляется районная администрация, аж караул кричит как не справляется. - Константин Александрович вдруг перестал смеяться и хоть глаза продолжали веселиться вполне серьёзным тоном добавил. - Не обижайся. Это я так за тебя радуюсь, потому и позволил себе немножко похулиганить. Я действительно, Андрей, очень рад твоему переходу на новую работу. На новом месте тебя подробно проинструктируют: что, к чему, зачем и почему. Запомни, Андрей, все инструкции выполнять буковка в буковку, никакой самодеятельности. Соблазнов там будет хоть отбавляй, поэтому самодеятельность и недопустима. Не поддавайся им, не сломай себя в самом начале пути, ну а то что тебе полагается согласно твоему положению в нашем клубе можешь не волноваться, тебе всё будет предоставлено, у нас жулики не водятся, а если и появляются, то надолго не задерживаются. Ну всё, иди, подчищай хвосты...
  

***

  
   Вопреки хоть и несбыточным ожиданиям, Андрей прекрасно это понимал, на новом месте помимо кадровика его встретил Александр, тот самый, один из двух Александров что были на пикнике. Александр оказался помощником Аркадия Аркадьевича, а заодно и Валентиновичем. Встретив Андрея на выходе из отдела кадров он пригласил его к себе в кабинет: "Не иначе на вводный инструктаж. - подумал тогда Андрей и оказался прав".
   Александр Витальевич, не иначе на правах знакомого, вёл себя вполне естественно без какого-либо должностного или начальственного налёта важности, но тем не менее дистанцию держал, и как это ему удавалось делать одновременно?
   - Андрей Викторович. - усадив Андрея на стул перед рабочим столом, а сам усевшись за рабочий стол начал Андрей Валентинович. - Первое и пожалуй самое главное - на работе мы обращаемся друг к другу исключительно по имени отчеству, даже когда одни, как сейчас. Это на шашлыках мы Андреи и Александры, там мы отдыхаем, а здесь работаем. Обращайте на это внимание покуда оно не войдёт в привычку. Не переживайте, ну максимум месяц и привыкнете. Да, хоть и глупо напоминать, но тем не менее: по имени отчеству надлежит обращаться ко всем сотрудникам вплоть до охраны и уборщиц, ну и разумеется на вы, надеюсь это понятно.
   Андрей в знак согласия кивнул головой, а что тут скажешь, за него Александр Валентинович почитай всё только что сказал, ни убавить, ни добавить. А оно вообще-то и верно, Андрей довольно-таки быстро просчитал ситуацию. Обращаясь к тем же охранникам по имени отчеству и на вы ты ни в коем случае не ставишь себя в один ряд с ними, не принижаешь, а скорее наоборот, это что-то типа доброго и демократичного барина, а обслуга и прислуга таких любят.
   - Что касаемо работы. Вам в кратчайшие сроки надлежит изучить как саму розничную торговлю, так и её особенности касаемо торговли на рынках, в ларьках, палатках, уличную торговлю. Зоной вашей ответственности вам определили мелкую торговлю, извините, но сетевые структуры вы пока не потянете. Первое время вас будут курировать, советовать если вдруг возникнет ситуация доселе вам неизвестная, одним словом, учить. Но это не означает, что так будет всегда, поэтому учитесь, читайте, Интернет вам в помощь, не стесняйтесь задавайте куратору самые глупые вопросы и тогда всё будет нормально. Вам определён конкретный участок, не район целиком, а именно конкретный участок, подрайон если хотите, его и будете курировать. И ещё, Андрей, это в качестве напоминания, а не в качестве сомнений в вашей благоразумности: никакой самодеятельности, никаких подарков от торговцев не принимать, а они будут, тем более в первое время. Всё что полагается вы будете получать и поверьте, гораздо чаще, чем на прежнем месте работы, ну и конечно же суммы премий будут несколько иными. Надеюсь вы меня поняли. Это я к тому, что повторного разговора на эту тему не будет, сами понимаете.
   Андрей в ответ ничего не сказал, да и что тут скажешь, просто кивнул и всё, и даже слегка обиделся на Александра Витальевича: он что, меня совсем за дурака считает, что-ли? Торгаши, они же все крученые-перекрученые, как хвост благодаря мясу популярного домашнего животного. Ну раз ты хапнешь, ну два, ну ту же свинину от пуза будешь лопать, много ты её съешь? А дальше что? А дальше на шею сядут, пусть и не командовать, но благодаря твоей жадности начнут делишки свои проворачивать, а чуть что, сдадут к едреней матери, мол, вот он чиновник администрации, это он разрешил, а мы что, мы люди законопослушные, сказал: можно, мы и сделали.
   Да и система уж очень серьёзная, теперь Андрей был в этом уверен на тысячу процентов, потому что нос в нос с ней столкнулся. Раньше, в лихие девяностые, хоть Андрей тогда был слишком молод и даже мал он всё равно помнил, что творилось в той же торговле, да что там торговле, повсеместно творилось. Раньше всех торгашей, да и вообще всех крышевали так называемые братки, кто из бывших спортсменов, а кто и из откровенных уголовников - весело было, в кавычках разумеется. Ну и ещё представители организации, которая если верить песне тебя бережёт от братков не отставали. А теперь выходит всю эту кожаную милицию и частично не кожаную, ту которая пожаднее, кого перестреляли, кого отловили, пересажали и пожалуйста, всё чинно благородно и шито крыто. Теперь стало быть этими делами новолюди занимаются. А что, вполне нормально! Свято место, оно пусто не бывает, обязательно найдутся желающие, тем более если они при власти. Получается все торгаши ежемесячно отстёгивают мужскому клубу энную сумму, а тот в свою очередь дозволяет им более-менее спокойно и свободно жить да денежки зарабатывать. Но при этом, тут даже сомневаться не приходится, мужской клуб держит их всех на таком коротком поводке, чуть что, шаг в сторону, расстрел последует незамедлительно. Теперь понятно откуда берутся премии и почему они такие весомые. А ведь это только торговля, наверняка, как говорится, не торговлей единой, да и премии у всех разные. Вон, на того же Аркадия Аркадьевича посмотреть, вряд-ли его премии такие же, как и премии Андрея.
   - Ну и несколько слов о, так сказать, текучке. - "А хорошо, что Александр Витальевич ничего не заметил, неизвестно чем бы это всё закончилось, наверняка не меньше чем расширенной лекцией о моём месте в мужском клубе, это как минимум. - подумал Андрей". - Константин Александрович на днях улетает в Эдемию, на стажировку, знаете. Так вот, по его просьбе на время стажировки, а это приблизительно год, чуть больше, вашим куратором по вопросам нашего клуба буду я. Согласны?
   - Согласен. - опять кивнул головой Андрей, ой, Андрей Викторович.
  

***

  
   Районная администрация это конечно хорошо, но не всем же работать в районной администрации, кому-то и на заводе надо трудиться. Ну а раз не всех постигло счастье трудиться в структурах представляющих власть, завод без работяг не останется, а раз не останется, будет жить. А он, завод Фёдора, и жил, вернее, продолжал жить: принимал заказы, выпускал продукцию, отгружал её заказчикам, получал за неё деньги часть которых выплачивал работягам в виде зарплаты, ну и так далее, там много всего, замучаешься перечислять. Вот только с недавних пор завод жил в режиме этакого мексиканского сериала, уж слишком много всяких разных и по мнению отдельных работников завода очень интересных, прямо захватывающих событий происходило на его территории. Причиной тому послужила кадровая политика нового директора, которая живо воспринималась, комментировалась, ну и так далее, заводской общественностью в особенности её женской частью. Первой по значимости новостью было назначение рядового сотрудника планового отдела на должность коммерческого директора завода. Общественность ахнула, особенно, говорилось уже, её женская часть. Вновь назначенный коммерческий директор - вполне себе нормальный мужчина, даже симпатичный, лет тридцати пять, к тому же женатый. Вот и билась общественность в поисках ответа на вопрос: он вступил в новолюди или нет? А если вступил, то как же теперь, женатый же! Ответа на этот вопрос не было, вернее будет сказать, он конечно же был, но заводской общественности был неизвестен как и тайна египетских пирамид.
  

***

  
   Впрочем воспринимать происходящее на заводе в столь ироничном тоне наверное может человек к заводу не имеющий никакого отношения и к тому же сволочь изрядная. Фёдор сволочью не был, да и на заводе работал почитай уже десять лет, поэтому кадровые перестановки воспринимал вполне серьёзно. С визитом к директору всё решилось очень просто, как бы само собой, Евгений Казимирович сам вызвал Фёдора.
   - Добрый день, Фёдор Алексеевич. - директор вышел из-за стола навстречу Фёдору, крепко пожал руку и пригласил присесть в то самое кресло как бы давая понять, что вызов хоть и связан с производством, но не является сухим, сугубо деловым. - Прошу, присаживайтесь.
   Дальше всё было как и в прошлый раз: вошла секретарша с кофейником, чашками, сахарницей и вазочкой печенья на подносе, молча сервировала стол и точно также молча вышла из кабинета.
   "Интересно, а она вообще говорить умеет? - почему-то подумал Фёдор". Раньше ему не доводилось общаться с секретаршей директора, которая, чудеса да и только, никуда не делась, продолжала оставаться на своём посту. Ведь по всем раскладам мужик должен быть в секретарях у нового директора, а тут баба, к тому же от прежнего директора доставшаяся, как секретарша разумеется.
   - Фёдор Алексеевич, - директор разлил кофе по чашкам и жестом предложил Фёдору сахар и печенье, мол, сам клади сколько тебе надо и лопай, это о печенье, сколько сможешь. - не далее как вчера у меня был начальник вашего цеха, Василий Максимович.
   От услышанного Фёдор чуть не поперхнулся горячим кофе: чего-чего, а такого он от Васильича не ожидал.
   "Неужели Васильич сам припёрся меня сватать? - а что ещё оставалось думать? - Совсем охренел старый!".
   - Василий Максимович написал заявление об увольнении. - конечно же Евгений Казимирович заметил смущение Фёдора, да и как тут не заметишь?! - Причину увольнения он объяснил желанием работать в более спокойном месте. По его словам у зятя автосервис и Василий Максимович хочет поработать на проклятого буржуя, хоть и родственника. - усмехнулся своей шутке Андрей Казимирович. - Но разумеется я вас вызвал не для того, чтобы сообщить о дальнейшей судьбе Василия Максимовича, наверняка вы не хуже меня об этом знаете.
   - Не знаю, - невольно вырвалось у Фёдора. - не знал.
   - Теперь знаете. Так вот, на своё место Василий Максимович порекомендовал вас. Более того, дал вам блестящую характеристику как специалисту и как руководителю. - Евгений Казимирович замолчал и принялся прямо сверлить Фёдора взглядом. - Ну так как? Да, прошу заметить, с моей стороны на Василия Максимовича не было оказано никакого давления, даже намёков не было.
   "Ага, зато с моей стороны давление было оказано. - со злостью подумал Фёдор. - С
   твоей помощью кстати, твоя идея".
   Делать было нечего, пришлось соглашаться. Да и как тут не согласишься, если вон оно всё как получилось. И, ну блин, словно в подтверждение правильности сделанного выбора, да какой там в подтверждение, прямо как черти нашаманили, перед глазами Фёдора вдруг появилась та тётка из супермаркета, с маргарином. Так Фёдор, теперь уже в обязательном порядке Фёдор Алексеевич, сделал первый шаг наверх по карьерной лестнице.
  

***

  
   Видимо всё-таки есть что-то такое: ангелы или черти, да какая разница кто именно?! Вступление в должность начальника цеха прошло до смешного тихо и гладко. Разумеется, если можно так сказать, отпраздновали правда неизвестно что: то ли отставку Васильича, то ли новому начальнику цеха, Фёдору, как тому младенцу "копытца обмыли", сходили втроём в ресторан, Васильич настоял: Васильич, он, Фёдор, и Михалыч, где довольно-таки крепко выпили, вот и всё. Дальше, дальше началась новая страница в жизни Фёдора под названием "Начальник цеха" правда пока что без регалий. И всё-таки, до Фёдора наконец-то дошло, всё это обделал и устроил хитрый и умный Сергей Михайлович, а больше некому. А после принятия дел Михалыч стал для Фёдора, нет, разумеется не ординарцем, а скорее этаким мудрым советником по всем свалившимся на Фёдора вопросам и проблемам.
   - Вместо себя, Алексеич, бригадиром ставь Николаича. - вот вам наглядный пример мудрых советов Михалыча. - Он хоть и балабол, но дело знает, да и образование имеет, как-никак техникум закончил. Да и если что мужикам хвост прищемить сможет, чтобы не баловали. Ну и я рядом, - Михалыч хмыкнул. - так что не переживай, всё будет пучком.
   Так что вступление Фёдора в должность начальника цеха прошло почти не замеченным. Нет, были конечно разговоры, но все они сводились к одному: не такой Фёдор мужик, чтобы к этим самым ради повышения податься, да и знали его уже десять лет, тоже немаловажно. Единственная громкая реакция последовала со стороны бригадных "щеглов" - Саньки и Вадима. Те, мозгов-то нету, принялись изображать в раздевалке бурную радость по поводу Фёдорова назначения, мол, теперь не жизнь, а сплошное счастье начнётся, как же, начальник цеха - свой человек. Но получив от нового бригадира, Николаича, кстати, мужика ростом хоть и не великого, зато крепкого, жилистого, по подзатыльнику быстро успокоились. И ещё была одна причина, которая была способна затмить любую другую заводскую новость. Почти вся, без исключения, заводская общественность с замиранием всех внутренних органов следила: выгонит новый директор главбухшу - мегеру предпенсионного возраста или не выгонит? А если выгонит, то кого на её место назначит: мужика или бабу? Происходило это потому, что главбухша баба хоть и справедливая, но дюже вредная, потому как любые сказки по поводу: жена неожиданно рожать собралась, сын двоечник, взятку надо давать, а то из школы выгонят, поэтому срочно нужны деньги и желательно побольше расшифровывала влёт, потому и была нелюбима. На самом же деле главбухша была вполне нормальной тёткой и что немаловажно, справедливой, а то что вредная, так должность у неё такая, бухгалтера, они все вредные.
  
  

Глава II

  
   - На самом деле, Андрей, все эти вилки ложки, - Константин Александрович показал на красиво разложенные столовые приборы. - поварешки, не более, чем атрибут выпендрежа, хотя и были придуманы для того, чтобы облегчить употребление пищи, представляешь? Одна из версий, кстати, по которой Лжедмитрия и Марину Мнишек пустили в расход - Марина привезла на Русь вилки, которые русские люди сочли ни чем иным, как проявлением дьявольщины. Слышал что-нибудь об этом?
   - Да, читал.
   - Андрей, - улыбнулся Константин Александрович. - ты меня начинаешь приятно удивлять. Молодец. Только самое главное, не останавливайся, образование, это непрерывный процесс длинною в жизнь.
   Перед отлётом на стажировку Константин Александрович пригласил Андрея в ресторан, видимо решил устроить что-то типа отвальной. На это раз ресторан не представлял какую-либо заграничную или же экзотическую кухню, потому что был русским, в смысле, в ресторане была представлена русская кухня. Может быть таким образом Константин Александрович хотел попрощаться с Родиной, ведь если уж ему о предстоящей стажировке ничего неизвестно, то что говорить о возможности отведать на чужбине, аж за океаном, простецкого и тем не менее очень вкусного русского борща? А может быть даже в преддверии расставания Константин Александрович остался верен себе и открыл для Андрея новую кулинарную страницу, страницу русской национальной кухни о которой, кстати, большинство русских, увы, имеет весьма смутное представление. Зал ресторана, и Андрей отметил это с удовлетворением, не был оформлен в виде а-ля деревенской избы с обязательной печкой чуть-ли не посредине зала, иконостасом в углу, рушниками по стенам и прялками у каждого столика. Интерьер был выполнен в почти строгих тонах с лёгким налётом русскости, если можно так сказать, что без сомнения говорило как о вкусе хозяина ресторана, так и о вкусе художника-оформителя.
   На столе тоже было всё самое обыкновенное: квашеная капуста с клюквой, осетрина, пельмени, квас и, не поверите, брага, оказывается очень даже вкусный напиток нисколько не хуже заморских вин. А ещё Андрей впервые в жизни попробовал расстегай. А чему тут удивляться? Вот если взять ту же пиццу, её можно купить в любом супермаркете или же заказать по телефону. А вы попробуйте купить в том же супермаркете или заказать расстегай! А ещё Андрей на этот раз удивился тому, что на столе кроме браги не было никаких напитков, в смысле, алкогольных, квас хоть и обладал градусами, но весьма незначительными, почти как кефир.
   "Ну ладно, - размышлял Андрей. - положим у нас нет особых традиций по части потребления вина, да и вин особо-то нет. Стоп! А крымские вина, а кубанские?! Зато есть богатые традиции по части водочки выпить - царицы практически любого застолья. Опять наверное что-то задумал".
   Вообще-то Андрей относился к спиртному равнодушно: предложат, выпьет, не предложат, ещё лучше. Просто странно оно как-то всё, ну да ладно.
   - Я так понял, Андрей, ты хочешь вина, а может быть водки? - глядя Андрею в глаза спросил Константин Александрович и уже было поднял руку, чтобы позвать официанта.
   Хоть и привык Андрей к тому, что иногда Константин Александрович прямо-таки читает его мысли, но всё равно, каждый раз это было для него неким потрясением, как-будто из-под него стул выдёргивали.
   - Нет, спасибо. - невольно краснея ответил он. - Я небольшой любитель спиртного.
   - Ну зачем же так категорично? Хорошее вино, да и водка, это прекрасные напитки насчитывающие тысячелетия своей истории. Впрочем, это дело вкуса.
   Уж неизвестно по какой причине, то ли потому что едет на престижную стажировку, то ли потому что Андрей, как его воспитанник, делает успехи, а может быть интерьер ресторана и убранство стола так подействовали Константин Александрович прямо излучал благодушие и это не смотря на всю серьёзность характера.
   - Ну, как тебя встретили на новом месте? Расскажи.
   - А что рассказывать? - почему-то стушевался Андрей. - Нормально встретили.
   - Александр Валентинович встретил?
   - Да. он.
   - Поговорили?
   - Поговорили. - Андрею почему-то стало стыдно. - Так сказать вводный инструктаж со мной провёл.
   - Ну и как инструктаж?
   - Нормально. Приблизительно этого я и ожидал, да и не в моём характере наглеть и хапать, тем более когда есть, - Андрей замолчал подбирая нужное слово. - когда есть постоянная стабильность.
   - Правильно мыслишь, Андрей, это хорошо. Если так и будет продолжаться далеко, в смысле, высоко пойдешь, так держать. - и Константин Александрович приподнял кружку, да, кружку с брагой как бы символически чокаясь. - За твои успехи!
  

***

  
   "Взять к примеру учёного-гомосексуалиста, который вдруг захотел занять место другого учёного, не гомосексуалиста. Тот, который нормальный, ведёт важные исследования под которые ему выделено финансирование от профильного министерства, предоставлено необходимое оборудование и так далее. Что делает учёный-гомосексуалист? Он и его так сказать коллеги по сексуальной ориентации начинают распускать всевозможные грязные слухи о том учёном, причём слухи строятся так, что их невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть, иными словами, гомосексуальное братство сеет в коллективе научно-исследовательского института сомнение, которое практически невозможно изжить. Тем более, что коллеги-гомосексуалисты готовы поклясться чем угодно и на чём угодно в правдивости блуждающих по институту слухов. Что остаётся делать сотрудникам, которые нормальные? Правильно, верить. Ведь они все каждый по одиночке, каждый сам за себя, потому что воспринимают коллектив как общество нормальных людей, а институт как свой дом в котором нечего бояться. К тому же далеко не каждого гомосексуалиста можно раскрыть посмотрев на него более менее внимательно, послушав о чём и как, самое главное как, он говорит. Вот и получается, те которые по своей сексуальной ориентации нормальные, естественные, они по большому счёту разобщены, этакая неорганизованная толпа, а те, которые придерживаются гомосексуальных взглядов скорее напоминают марширующую воинскую колонну, они организованы, а значит более сильны. В результате учёный ошельмован, исследования в лучшем случае приостановлены до выяснения всех обстоятельств, а в худшем случае начинается расследование вплоть до уголовного. Всё, учёный-гомосексуалист своего добился, теперь дело за малым: предложить в качестве альтернативы какую-то другую тему, неважно какую, пусть даже самую бредовую и поддержка обеспечена, потому что не стоит забывать, и в министерстве гомосексуалистов хватает, и некоторые из них трудятся далеко не на рядовых должностях...".
   Дальше Фёдор читать не стал, закрыл сайт и задумался: " А что, прав тот кто написал, так оно и есть, и не только в том институте, и на заводе, да что там на заводе, и в жизни такого сплошь и рядом. Получается, таким образом эти новолюди, ишь ты, гомосексуалистами в открытую себя не называют, неужели стесняются, и пробивают себе дорогу, да уж".
   Увы, наверное Фёдор уже ничего не мог с собой поделать даже если бы и захотел, продолжал выуживать информацию о новолюдях. Такое впечатление, что это желание переросло у Фёдора в некую страсть, чуть ли не маниакальную. Он даже Татьяну стал реже навещать тем самым породив в её симпатичной головке массу тревог и сомнений от: стал начальством, зазнался, не пара ему простая кладовщица не меньше чем инженершу подавай, до, другую нашёл. Но Фёдор не обращал внимания ни на сразу как-то поникшую хохотушку Татьяну, ни на тонком женским коварстве замешанные задаваемые ему вопросы, так, отвечал что-то невпопад тем и ограничивался. Нет, Татьяна не стала ему безразлична, если бы стала, сразу бы ей сказал, к чему бабу обнадёживать, тут другое. Уж неизвестно каким образом и в связи с чем, но тема новолюдей прямо-таки ворвалась в него и поселилась внутри где-то между душой и мозгами. Вот и получилось, если сразу и Татьяна, и новолюди, времени на двоих сразу не хватает, пришлось выбирать. Нет, Фёдор не выбрал Татьяну, новолюдей выбрал.
  

***

  
   Выпили, вернее будет сказать, отведали браги, закусили как водится капусткой, всё нормально одним словом.
   - Знаешь, Андрей..., - благодушие с Константина Александровича как будто ветром сдуло, перед Андреем опять сидел сосредоточенный, умный и чего греха таить, опасный собеседник.
   "Сейчас лекция начнётся. - с тоской подумал Андрей. Уж очень ему не хотелось расставаться с благодушным настроением, которое и его не миновало".
   - Мы с тобой знакомы уже почти год и за всё это время ты мне не задал главного вопроса.
   - Какого главного? - Андрей и правда не понял, что за вопрос?
   - Вот видишь, он у тебя даже не сформулирован. - хмыкнул Константин Александрович. - Ну да ладно, не беда, придётся брать инициативу в свои руки. Не исключено, когда этот вопрос возникнет в твоей голове и будет сформулирован я буду на стажировке, а кроме меня, думаю, дать наиболее всеобъемлющий ответ на него не сможет дать никто, даже Аркадий Аркадьевич.
   Константин Александрович смотрел на Андрея как-будто хотел его запомнить таким, каким он был сейчас. Такое впечатление, что Константин Александрович для себя решил: то о чём он сейчас расскажет Андрею превратит его совсем в другого человека, и от прежнего Андрея совсем ничего не останется, ну разве что фотографии.
   - Ты не спросил меня откуда появились новолюди, почему всё происходит именно так и почему мы, а этого никто из нас не скрывает, стремятся к управлению обществом, как в политике, так и в экономике?
   Вот теперь Андрею стало по настоящему стыдно. Вопросы, лежащие на самом виду и прямо-таки режущие глаз почему-то не обратили на себя внимание Андрея. Впрочем, не надо так уж строго судить человека жизнь которого после вступления в мужской клуб изменилась до того разительно, до того в лучшую сторону, что не принимала каких-либо мыслей по поводу свалившегося счастья. Может быть когда-нибудь потом Андрей и сформулировал бы эти вопросы, и задал бы их, но не сейчас, сейчас он просто наслаждался жизнью
   - О том, откуда появились люди и когда появились скорее всего не знает никто. Наше движение насчитывает сотни лет, а может быть тысячи, говорю же никто толком не знает. - Константин Александрович откинулся на спинку стула и начал говорить ровным, даже немножко нудным голосом, точь-в-точь как на лекции. - Признаться я хотел найти первоистоки нашего движения, добрался аж до эпохи Древнего Рима и всё без толку, следы уходят в более древние времена.
   Почему именно новолюди и почему у нас такой несколько странный и далеко не всеми принимаемый ритуал вступления, здесь попроще, на эти вопросы я могу ответить. Что касаемо ритуала: а разве любое другое общественное движение, а наш клуб - общественное движение, лишено своих ритуальных действий? Вспомни церковные и вообще религиозные службы и обряды, то же крещение, разве это не ритуал по вступлению в клуб христиан? А если взять тех же коммунистов, я имею ввиду наших, отечественных, разве все эти съезды, пленумы, партсобрания, демонстрации - не ритуалы? А зубрёжка Программы партии с последующим её пересказом активу партийной организации при вступлении в члены КПСС, разве это не ритуал?
   Следующее. Любая, какую ни возьми, общественная организация в обязательном порядке что-то обещает. Религия обещает загробную жизнь в виде царствия небесного, партии - сытую и вольготную жизнь в недалёком будущем, причём обещают всем подряд не взирая на принадлежность. Мы, если ты заметил, мы ту же сытую и благополучную жизнь обещаем, даже не обещаем, а реализуем только для тех, кто является одним из нас, для тебя, Андрей, например. Ну а лозунг "Кто не с нами того нет!" - не более чем рекламный слоган в задачи которого входит разозлить, заметь, разозлить, но не пообещать83
   Теперь что касаемо продвижения нашего клуба во власть и стремление по максимуму управлять экономикой. Помнишь в школьном учебнике истории картинку на которой изображены первобытные люди и подпись под ней: "Человеческое стадо"?
   - Помню. - уверенно сказал Андрей хотя на самом деле ни хрена не помнил, а теперь ещё и не знал, зачем соврал?
   - Ну вот. Так уж человечество устроено, что без руководства некоей группы людей в виде тех же религии или же какой-то из политических партий, которые и формируют правительство государства, представляет из себя то самое человеческое стадо, один в один, ну разве что одеты не в звериные шкуры и на автомобилях ездят.
   Человечеству необходимо управление, и даже не сколько управление как таковое, сколько этакая просветительская деятельность в виде освещения пути по которому надо идти, на котором потери будут минимальными, а сам путь к разрекламированному светлому будущему будет наиболее коротким. Если же во главе государства нет такой общественной организации в стране наступает хаос, который перерастает в революции и как следствие в гражданскую войну, войну всех против всех. А в результате, в большинстве случаев, к власти приходят не те, кто лучше, а те кто более ловкий и нет никакой гарантии, что этот самый ловкий будет приличным человеком, в смысле, организацией, а не откровенным подонком и людоедом.
   Если женщина ещё как-то терпит своё не замужество, вернее, терпит то, что в доме нет хозяина, правда это зачастую принимает весьма странные формы, то государство, общество, такое "не замужество" терпеть не в состоянии, сразу же начинается хаос и прочие весьма непривлекательные и кровавые вещи. Именно поэтому мы и стремимся по максимому управлять государством в виде его политической и общественной жизни, и экономики. Есть ли у нас для этого силы? Не помню кто, кто-то из великих немцев однажды сказал: "Ваши желания говорят о ваших возможностях". Значит, следуя цитате великого немца, возможности у нас есть, потому есть желание, и желание очень большое.
   Повторюсь. Мы если что-то и обещаем, то обещаем лишь тем кто один из нас и более никому, а значит являемся организацией максимально честной по отношению к населению страны. И, наверняка уже заметил, членство в нашем клубе не гарантирует какой-либо синекуры скорее наоборот, мужской клуб предъявляет к своим членам повышенные требования как в общественной и политической жизни в виде работы, так и в личной жизни. Разве не так?
   - Так. - "А что, ведь правду говорит, и не ту, что мутным потоком льётся из того же телевизора. Выходит, правда за нами, а не за ними".
   - Разумеется мы не одни такие, кто имеет и желание и силы для управления как государством, так и обществом, есть и другие силы. И те силы, они вовсе не пушистые и беззубые, беззубые во власть не идут. По сути дела сейчас происходит та же революция со всеми её атрибутами, только в отличии от той, классической революции, эта революция тихая, большинству населения страны незаметная и почти бескровная.
  

***

  
   "Гомосексуалисты не признают национальности, своей национальностью, если это можно так назвать, они считают принадлежность к сообществу ЛГБТ. То что они тем самым теряют свою самоиндентификацию их совершенно не беспокоит, более того, они об этом даже не задумываются. Тоже самое происходит и с расовыми отличиями, и с вероисповеданием. Гомосексуализм заменяет принадлежащему к этому движению всё: национальность, веру, гражданство и так далее. Предположим если встретились два гомосексуалиста из стран ведущих между собой войну они не будут воспринимать друг друга как враги, как граждане воюющих стран, они выше этого, они гомосексуалисты. Гомосексуалист в первую очередь доверится другому гомосексуалисту хоть и гражданину чужой страны, нежели чем соотечественнику не гомосексуалисту. Для него гомосексуалист, пусть и гражданин другой страны - свой, а соотечественник, но не гомосексуалист - чужой, причём всегда чужой. Что примечательно, к женщинам гомосексуалисты относятся вполне терпимо совсем не так, как к мужчинам не гомосексуалистам. И женщины тоже относятся к гомосексуалистам гораздо терпимее, чем мужчины. Но такое отношение продолжается лишь до тех пор пока какой-нибудь гомосексуалист не обратит в свою "веру" сына или внука женщины.
   В нынешних ЛГБТ-сообществах практикуются и насаждаются вертикальные связи и структуры ЛГБТ-власти, назначаются формальные, оплачиваемые структурами ЛГБТ лидеры что является подтверждением цели ЛГБТ-движения: создание ЛГБТ-сообщества в мировом масштабе.
   Вертикальные связи, это возможность при помощи оплачиваемых ЛГБТ-лидеров и с использованием ЛГБТ-идеалов привлекать рядовых членов ЛГБТ для проведения всевозможных шествий, парадов и прочих мероприятий с тем, чтобы обратить на себя внимание и тем самым привлечь в свои ряды новых членов.
   Кроме того вертикальные связи, а иными словами, жёсткая вертикаль власти в сообществе служат для проведения общей, к примеру, протестной политики в разных странах. В случае ущемления в какой-либо стране прав ЛГБТ-сообществ или же их запрета на законодательном уровне как по команде, на самом деле действительно по команде, в странах в которых ЛГБТ-сообщества чувствуют себя вольготно поднимается дружный "вой", проводятся массовые акции протеста с обращением как к правительству той страны, так и ко всевозможным международным организациям с требованиями соблюдать права ЛГБТ-сообщества той или иной страны.
   Организованные ЛГБТ-структуры уже несколько десятков лет не являются тайными, более того, "разукрашенные крикуны" во всю используются различными национальными и международными структурами, прежде всего спецслужбами, для достижения каких-то своих целей. Сами же кукловоды ЛГБТ предпочитают держаться в тени, и ещё неизвестно являются ли они сами гомосексуалистами или нет?".
   Фёдор выругался, закрыл сайт, затем выключил компьютер. Затем опять выругался и пошёл на кухню раскочегаривать керосинку, кофе захотелось. А когда керосинка уже гудела подобно реактивному мини-двигателю, а стоящий на ней чайник начал подвывать и поскрипывать, как-будто жаловался на судьбу свою несчастную, потревожили сволочи, Фёдор прошёл в комнату, взял с журнального столика мобильник и набрал номер Татьяны.
  
  

Глава III

  
   Если в твоей жизни есть женщина, то неважно: любишь ты её, ненавидишь, или же вообще равнодушен к ней, и такое бывает правда очень редко, твою жизнь, ну процентов как минимум на пятьдесят определяет как раз она, а не ты сам. Она является хозяйкой твоей жизни, а не ты, хоть и думаешь, что ты.
   - Соскучился. - Фёдор сказал в телефон всего лишь одно слово и нажал на квазисенсор со стилизованной красной телефонной трубкой.
   Почему Фёдор ограничился только одним словом, как приказ отдал, он и сам не знал, вернее будет сказать, он даже не задумывался над этим. Сказал и сказал, а дальше будь что будет: выгонит, поедет домой, не выгонит, останется. С этой, нет не мыслью, а скорее с таким чувством где-то внутри себя Фёдор и начал собираться к Татьяне.
   Двор встретил Фёдора как жена встречает мужа вернувшегося домой после трёхдневного загула, молча. Впрочем Фёдор не обратил на это никакого внимания: во-первых ему не перед кем отчитываться, да и не думал он в эту сторону, а во-вторых ночная зима да ещё во дворе многоквартирного дома не самое весёлое время года. Да и не до этого было Фёдору. Он был занят тем, что перенастраивал себя с недавно прочтённой статьи, которая как та тётка с маргарином сейчас стояла у него перед глазами, аж все буковки видны, на встречу с Татьяной. Всё верно, не будешь же ей рассказывать о ЛГБТ-структурах и прочей нечисти. Татьяна, как и любая другая женщина, предпочитает слушать рассказы о чувствах Фёдора к ней, о том какая она красивая, ну и так далее. А начнёшь о ЛГБТ может и обидеться, всё-таки женщина.
   В вот улица встретила Фёдора в более весёлом настроении и это несмотря на зиму: проезжая часть и тротуары ярко освещены, а ещё ярче освещены всевозможные магазины, кафе и другие приличные и не очень заведения. Люди, спешащие куда-то по только им известным делам, а также заходящие и выходящие из тех же магазинов с покупками.
   "Надо бы вина что ли купить? - подумал Фёдор. - Или шампанского? Не, шампанское не годится, слишком торжественно, ещё напридумывает себе неизвестно что, а ты потом выкручивайся".
   Фёдор тормознул у ближайшего к дому Татьяны магазина, это наверное потому что был почти уверен, вряд-ли та тётка с маргарином ему встретится. Зашёл, ориентируясь по красоте этикетки купил бутылку вина, коробку конфет и пачку пельменей. Нет, пельмени не планировались в виде закуски, тем более к вину, а были куплены для Вовки. Дело в том, что Фёдор прямо-таки мастерски жарил пельмени, прямо замороженные, и Вовке они нравились до такой степени, что и конфет не надо. Вроде бы всё, всё да не всё: давишняя статья хоть и весьма поблекла, но до конца не исчезла. И ещё, блин, чуть-было не забыл, а всё эти межнационалисты-гомосексуалисты и тётки с маргарином, от автомобиля возвращаться пришлось, Фёдор зашёл в расположившийся рядом с супермаркетом цветочный магазинчик и купил букет аж из пяти роз. Хотел было купить букет из семи, но нет, денег Фёдору было не жалко, просто подумал, что такой букет Татьяна может истолковать по-своему, в свою пользу, а значит не в пользу Фёдора.
   "Рано ещё. - подумал Фёдор и на мгновение даже удивился пришедшему в голову, но тут же об этом забыл, опять статья всплыла, мать её. Может это я так схожу с ума? - направляясь к автомобилю размышлял Фёдор. - Нет, говорят кандидатам в сумасшедшие покойники и черти мерещатся. Ладно, сейчас приеду Танька вмиг от этой статьи и следа не оставит".
  

***

  
   Татьяна встретила Фёдора, хоть и принарядилась, накрасилась, но встретила сдержанно, как-будто они пребывали в состоянии ссоры и она медленно-медленно, а чтобы помучился паразит, хоть его и прощала, но вида не показывала. А что вы хотели? Женщина, а тем более вторгшаяся в твою жизнь, она требует к себе внимания, причём внимания на все сто процентов, на меньшее она не согласна. Ты можешь приползать пьянющим, но, но при этом ты просто обязан приносить цветы, лопотать пьяным и едва понятным языком, ничего страшного, что надо женщина поймёт, о том какая она самая лучшая в мире: красивая, умница, да ещё и хозяйка каких днём с огнём не сыщешь. В этом случае у тебя есть шанс на прощение, а значит и на спасение от женского гнева. А вот если ты, да будь ты хоть трижды непьющим, будешь уделять женщине внимания ровно столько же сколько его уделяешь выпавшему снегу зимой, всё мужик, тебя не спасёт никто и ничто, лютый враг в лице той женщины тебе обеспечен. Грустная картина получилась, но что поделаешь, жизнь она состоит не только из веселья.
   Фёдор только и успел вручить Татьяне букет и чмокнуть её в щёку как в прихожую выскочил Вовка. Передав Вовке пакет с покупками Фёдор начал было разуваться и раздеваться как из кухни донёсся то ли радостный крик, то ли боевой клич Вовки, ясно дело, пельмени нашёл. Теперь, а оно и к лучшему, Вовка не отстанет от Фёдора до тех пор пока тот не нажарит пельменей, причём всю пачку.
   "Вот и хорошо. - подумал Фёдор. - Хоть какая-то отсрочка, а то не дай бог начнёт прямо с порога...".
   Конечно же Фёдор купил пельмени не для того, чтобы Вовка хотя бы на полчаса не подпускал Татьяну к Фёдору, он их купил исключительно потому, что хотел сделать Вовке приятное, а получилось вон как. Татьяна спокойно отреагировала на пельмени, даже улыбнулась, ну какой же матери не понравится когда твой мужчина, а Татьяна давно уже считала Фёдора своим мужчиной, доставляет радость её ребёнку.
   - Пойдём, - в ответ чмокнув Фёдора в щёку Татьяна взяла его за руку и повела на кухню. - всё равно не отстанет пока все пельмени не пережаришь.
   На кухне уже во всю гудела керосинка, поверх керосинки уже стояла сковородка и даже растительное масло было налито, ну не было сил ждать у Вовки вот он и ускорял процесс приготовления пельменей как только мог.
   - Чаю хочешь? - спросила Татьяна усаживая Фёдора за стол.
   - Лучше кофе.
   - Так, пельменная душа, - это уже Вовке и совсем уже другим тоном, командирским. - снимай сковородку! Сколько раз я тебе говорила не разжигать самому керосинку?! Ты что, квартиру хочешь спалить?! Где мы тогда жить будем?!
   - У дяди Фёдора. - простенько так, так только дети умеют, ответил Вовка.
   Вовка-то ответил и тут же забыл, а у Татьяны аж ноги подкосились. Дело в том, что после звонка Фёдора, после: "Соскучился" Татьяна решил сегодня же поговорить с Фёдором о будущем, об их будущем. Нет, она не собиралась закатывать истерику типа: или женись, или знать тебя не знаю, вовсе нет. Татьяна решила начать мягкое и осторожное наступление на Фёдора, к тому же зная его характер она очень боялась вопросом о женитьбе перепугать его до полусмерти: ещё сбежит, с него станется.
  

***

  
   Чёрт оказался гораздо страшнее, нежели чем его намалевали. Касалось это не жизни Андрея вообще, а его новой работы и то частично. Куратор Андрея по торговым премудростям - Владимир Петрович, плотной комплекции мужчина слегка за сорок при первой же встрече сказал:
   - Перво-наперво, Андрей Викторович, вам надлежит ознакомиться с руководящими документами в виде законов, толкований к ним, инструкций, приказов и так далее. Да, их много, и их надо все знать. Но не бледнейте и не падайте в обморок, - на самом деле Андрей даже и не думал бледнеть и падать в обморок, он просто обалдел от услышанного. - ничего заучивать наизусть не надо, достаточно знать названия документов, их краткое содержание, о чём они, чтобы ориентироваться вот и всё, ничего сложного.
   "Да уж, ничего сложного. - продолжая пребывать в обалдевшем состоянии подумал Андрей. - уж лучше бы сказал, что китайский язык надо выучить".
   - Согласно постановлению правительства мы проводим проверки торговых точек и площадей не более трех раз в год. Правда есть исключения - внеплановые проверки. Они в основном проводятся по жалобам покупателей, вот вроде бы и всё с проверками.
   Поверьте, Андрей Викторович, проверки не самое страшное. Самое страшное - ежедневная работа с документами. Ведь существует множество вышестоящих организаций и ведомств начиная с городской администрации и заканчивая правительством, которым почти ежедневно требуются всевозможные отчёты, справки, планы мероприятий которых, поверьте, гораздо больше, чем руководящих документов. Это, если можно так сказать, бумажное море и есть наша основная работа, а не носиться по тем же рынкам, выискивать нарушения и штрафовать торговцев.
   И начались у Андрея суровые будни на ниве служения государству. С руководящими документами, вспомнив студенческое прошлое, Андрей поступил по студенчески просто и эффективно: создал на компьютере файл куда внёс всю эту галиматью в виде названия, даты принятия и кем принят, и краткого содержания документа. Получилось не так уж и много, вполне можно запомнить. Ну а чтобы запомнилось побыстрее Андрей распечатал получившийся файл и положил его на своём рабочем столе так, чтобы как можно чаще "цепляться" за него глазами. Ну и конечно же Андрей добросовестно прочёл все эти законы и постановления аж два раза: один раз сразу же и второй раз через два дня. Сделал он это в надежде на верность утверждений всевозможных психологов в один голос убеждавших: если человек прочтёт какой-либо текст, даже без желания его запомнить, какая-то часть текста запомнится как бы автоматически. Правда после второго прочтения в голове Андрея образовалась изрядная каша, почти как из топора, которым, если по хорошему, надо было бы и отрубить эту голову, а чтобы не мучиться.
   Ну а с отчётами, там вообще чуть-ли не курорт получился. Дело в том, что предыдущая работа Андрея как раз была связана с бумажками в виде отчётов, справок и тех же планов, то есть, считай ничем не отличалась, ну разве что темы другие.
   "Жить можно, - разобравшись со своими обязанностями и более-менее определив для себя что к чему подумал Андрей. - и даже нужно, хорошо жить".
  

***

  
   - И как тебе начальником цеха работается? - Вовка давно уже налопался жареных пельменей и теперь посапывал в своей комнате. А Татьяна, осторожно и издалека начавшая склонять Фёдора к семейной жизни лежала на его руке и смотрела в потолок.
   - Нормально. - "Ну почему мужики такие, непонятно какие?! Слова не вытащищь! - повернув голову к Фёдору и чмокнув его в щёку подумала Татьяна".
   - Я знаю что нормально. Начальства мало, сам вон какое начальство.
   Фёдор ничего не ответил, промолчал. Вообще-то, если честно, не было у него сил, не говоря уж о желании разговаривать. Татьяна не иначе во исполнение своего коварного плана устроила Фёдору в постели такой "кордебалет", что сама один раз даже сознание потеряла, а после еле-еле отдышалась. А Фёдор попытался было сходить в туалет... Получилось, правда когда встал с дивана ноги подкосились, чуть было не упал, а потому что Татьяна, как та ведьма, лишила его каких-либо сил, как мужских, так и вообще, вот поэтому Фёдор и молчал.
   - Наверное ты теперь занятой очень, работы много?
   - Да нет, не так чтобы очень. - всё-таки сил на ответ у Фёдора нашлись, да и не будешь же постоянно молчать.
   "А почему же тогда, гад, с тех пор как стал начальником только один раз ко мне и заглянул? Этот второй. - Татьяна на сколько получилось прижалась к Фёдору, не иначе задала этот вопрос не голосом, а телом".
   Фёдор вопрос заданный при помощи тела понял по своему, привлёк к себе сразу обмякшую Татьяну и всё началось заново, и откуда силы появились? А после, после того как наступил глубокий и, говорят, здоровый сон, без сновидений.
   Утром заметно подобревшая Татьяна кормила мужчин завтраком, дежурно, правда не сильно, ругала и воспитывала Вовку, короче, всё происходило точь-в-точь как происходит в любой нормальной семье по утрам, философы такое утро называют идиллией.
   Вовка, сколько не канючил, не выгорело, он хотел чтобы дядя Фёдор подвёз его к школе, на иномарке, а чтобы пацаны не хвалились автомобилями своих отцов, мол, и у нас автомобиль есть, японский. Но из этого ничего не получилось, матери и дяде Фёдору на работу надо было гораздо раньше, чем Вовке в школу, плюс дорога. Вовка сначала хотел было обидеться, но потом передумал, вернее сменял обиду ещё на одну пачку пельменей, которые стараниями дяди Фёдора должны били превратиться в самое вкусное что есть на свете, в жареные пельмени.
  

***

  
   Велик тот человек, который изобрёл погоду! И велик он тем, что умудрился отделить погоду от климата и тем самым заставил род человеческий обращать на неё внимание, в основном ругать. Да и тема для разговоров - шикарнее не придумаешь, а потому что всегда, в любой момент хоть какая-то погода но есть, присутствует, вот вам и тема для разговора.
   По дороге на завод о чём-либо серьёзном не разговаривали, о погоде разговаривали, тем более зима. Татьяна ждала от Фёдора каких-то, она сама не знала каких, слов, которые развернут их отношения или к их скорому прекращению, или же взяв Татьяну и Фёдора за руки поведут их поведут их к новой, ясно дело какой, жизни. Фёдор, кстати, не чурбан же, это понимал, понимал что сейчас именно ему, как мужчине, надо сказать те самые слова, которые Татьяна так хочет услышать. О других, прямо противоположных словах, Фёдор старался не думать: уж лучше пусть голову отрубят, не повернётся у Фёдора язык их произнести. Знать-то знал, знал что Татьяна ждёт и что если он отмолчится, не скажет их сейчас, то считай всё, совсем всё, такого женщины не прощают.
   - Опять на месяц пропадёшь? - хоть и не пристало женщине начинать такие разговоры первой, а что делать если он молчит как чурка деревянная?
   Вопрос, который Татьяна сначала хотела задать ещё вчера, но почему-то не отважилась был задан сегодня в самый последний момент, когда Фёдор уже парковался на заводской стоянке. Он сделал вид, что слишком занят парковкой, а потому вполне может пропустить вопрос Татьяны мимо ушей, мол, не расслышал, не до того было. Татьяна изо всех сил старалась не покраснеть: "Вот дура! Так тебе и надо!", она хотела сразу же выскочить из салона автомобиля, но передумала, решила дождаться того момента, когда Фёдор окончательно припаркуется и заглушит двигатель. Вот тогда, тогда она вылезет из этой проклятой машины и так хлопнет дверцей, что эта чёртова железяка на куски развалится!
   Фёдор, как и подобает, первым вылез из машины, скорым шагом обошёл передок и к немалому удивлению Татьяны открыл дверцу с её стороны тем самых лишив её возможности развалить чёртову железяку на куски. Всё это происходило молча, хоть бы улыбнулся, паразит! И уже перед самой проходной Фёдор, как будто водички попить попросил принести, таким тоном вдруг сказал:
   -Ты дождись меня после работы.
   - Зачем? - "Танька! Ну и дура же ты! - это Татьяна о себе подумала".
   - Домой поедем. Зачем, зачем... - пробурчал в ответ Фёдор.
  

***

  
   - Почём у вас помидоры?
   - Тэбэ, дарагой, как брату, по пятьдэсят отдам! - небритый представитель одного из народов солнечного Кавказа улыбался Андрею насколько был способен.
   До этого Андрей ничего не покупал на рынках, даже в маленьких магазинчиках ничего не покупал, предпочитал супермаркеты. Почему? А потому что в супермаркетах и выбор богаче, и тележку можно взять, да не в тележке дело, просто-напросто супермаркет удобнее. Вообще-то Андрей и в будущем не собирался пользоваться услугами рынков, это он решил посмотреть на то, что там происходит, занимаемая должность потребовала. В выходной одевшись попроще Андрей поехал на рынок, на экскурсию. Рынок был выбран специально в другом районе города в котором он вряд-ли когда появится в виде чиновника.
   Рынок как рынок, куча народа, ходят, прицениваются, некоторые даже несмотря на наличие написанных от руки ценников умудряются торговаться, одним словом, ничего такого, необычного. А насчёт помидоров, да не нужны были Андрею эти помидоры, сто лет не были нужны. Не иначе зарождалось в Андрее что-то профессиональное, с теми же рынками связанное, захотелось ему пообщаться с одним из продавцов, вот и пообщался, пришлось купить килограмм помидоров. На вопрос Андрея о наличии в помидорах различных химикалий продавец обиделся так, как будто Андрей его назвал женщиной, того и гляди зарэжэт! Зря Андрей спросил про химикаты, продавец принялся горячо объяснять недоверчивому покупателю, что помидоры эти с их семейного огорода, что кроме навоза никаких других удобрений ни земля, ни сами помидоры отродясь не видели, и что если он не верит пусть приезжает в гости и сам во всём убедится. Потом практически без перерыва продавец принялся расхваливать лежащие рядом баклажаны и тут же предлагать их почти даром и себе в убыток. Но с Андрея помимо красочного, чуть ли не в лицах рассказа, хватило и помидоров. Расплатившись и положив их в пакет он отправился дальше осматривать рыночные достопримечательности.
   Как и почти любой другой житель города, а тем более его уроженец, Андрей прекрасно знал, что рынок располагается на территории бывшего трамвайного депо. Что случилось с депо в достославно памятные времена, вернее, какие фокусы были изобретены, чтобы весьма серьёзное городское предприятие оказалось этаким народным гипермаркетом на все случаи жизни Андрей не знал, да и, если честно, это его совершенно не интересовало. Посреди огороженной территории располагалось приличных размеров здание в прошлом наверняка служившее чем-то типа ремонтных мастерских, а в притирку к нему, как бы создавая единый комплекс, располагались здания ранее наверняка бывшие административными. Теперь они тоже были административными, но отчасти, потому что, бизнес есть бизнес и он превыше всего, большинство площадей были отданы под всевозможные магазины и магазинчики торгующие от мебели и якобы супермодной в основном женской одежды до неизвестно чем. Открытое же пространство бывшего пристанища трамваев представляло из себя такое разнообразие рыночно-торговых архитектурных стилей, что с непривычки и голова могла закружиться. По периметру, вдоль забора вплотную один к одному рынок был прямо-таки огорожен ещё одним забором в виде морских двадцатифутовых контейнеров которые были переделаны под киоски, или что-то типа этого: за открытыми дверями контейнера было устроено что-то типа витрины с выставленным на ней товаром и окошком для общения продавца с покупателем, а что, очень даже удобно. На ночь контейнеры закрывались и приобретали свой первозданный вид, хоть сейчас грузи на пароход и, "отдать носовые...!".
   Остальное пространство рынка было заполнено рядами с так сказать вольной торговлей, где предлагаемый товар был развешан, если это одежда, или же более-менее аккуратно, а то и вовсе выставлен навалом, если это были какие-то бытовые мелочи, покупай покупатель чего и сколько твоей душе угодно, только не ленись.
   В целом рынок Андрею понравился, но понравился несколько по другому поводу не изобилием предлагаемого товара и не его ценами. Рынок понравился Андрею количеством продавцов пересчитать которых наверное смогла только администрация. Если с каждого ежемесячно берётся аренда, да плюс за охрану, Андрей видел мрачных, скорее всего не выспавшихся охранников медленно прохаживавшихся между торговыми рядами, и всё это собрать до кучи, что получится? Правильно, получится весьма внушительная сумма, и часть из этой суммы уж неизвестно через кого, может быть и через Александра Витальевича, поступает к Аркадию Аркадьевичу, а тот в свою очередь распределяет её между членами мужского клуба находящимися в его подчинении, ну и конечно же старших членов клуба не забывает, а потому что порядок такой.
  

Глава IV

  
   "В своём большинстве гомосексуалисты не осознают, что отличаются от нормальных мужчин типом и процессом мышления. При общении с нормальным, гетероориентированным мужчиной, у гомосексуалиста формируется негативное отношение к этому человеку. Не осознавая причины гомосекусалист начинает относиться к мужчине, как к грубому мужлану и солдафону.
   Особенности мышления гомосексуалиста в первую очередь проявляются в его манере разговаривать. Это округлости речи, завуалированность сказанного, стремление говорить ни о чём, не по существу, в многословии, в упорном нежелании подкреплять свои слова логикой мышления, фактами или же какими-то другими доказательствами. При ответе на простой и конкретно заданный вопрос у слушателя зачастую появляется чувство недоумения из-за нелепости, глупости, детскости и противоречивости ответа. Более того, очень часто гомосексуалист просто не способен отслеживать причинно-следственные связи.
   Если в каком-либо из государств гомосексуализм преследуется на законодательном уровне как мужеложество, если гомосексуалистам путём обязательных медицинских осмотров запрещают работу в СМИ, в структурах власти, запрещают доступ к госсекретам, к детям, к юношеству и студенчеству, это сразу отражается на них в виде ослабления и разрушения вертикальных и значительного уменьшения горизонтальных связей в их сообществах. Этими мерами достигается уменьшение количество юношей в гомо-сообществах, и тем самым уменьшается процент гомосексуалистов в обществе.
   Но наряду с запретительными мерами необходима контрпропаганда гомосексуализму, которой зачастую не хватает. Гомосексуалистов показывают по телевидению, они представлены на сцене, в кино, на эстраде. А ведь это и есть неприкрытая пропаганда гомосексуализма, причём даже в тех случаях, когда гомосексуализм запрещён по закону.
   Задача общества - спокойно, без истерики, но с твёрдой непримиримостью разъяснять в первую очередь молодёжи, что однополые сексуальные контакты приводят к неизлечимым психическим заболеваниям, к вымиранию рода по крови, и в конце концов к разрушению личности. И правда, незавидная судьба жить не в семье, как все нормальные люди, а с престарелой мамой. Детей нет или же они далеко, нормальных друзей нет, а те кто рядом - гомосексуалисты. В компании нормальных людей чувствовать себя ущербным и всю жизнь конспирация, конспирация и ещё раз конспирация. А когда мама по старости умрёт, предстоит жить с каким-нибудь племянником предварительно "испортив" его, сделав гомосексуалистом. А в итоге умереть в своём углу одному, поскандалив с истеричными "племянниками".
   - Тьфу ты, задолбали! - далее Фёдор непечатно выругался, налил в стакан водки, выпил её залпом, но компьютер почему-то не выключил. - Ну что ты будешь делать, куда не кинься, всюду сплошные пидарасы!
   Вообще-то зря Фёдор ругался и даже матерился, во втором случае, в случае со статьёй, он сам был виноват, сам её нашёл в Интернете и прочитал, а вот в первом случае, там действительно, как-будто наколдовал кто.
   А дело было так: в тот же день Фёдор усадил дожидавшуюся его у проходной Татьяну и отвёз её домой. Татьяна, ну прямо-таки цвела и даже не пыталась скрыть этого от Фёдора.
   "А что тут такого? - сама себя оправдывала Татьяна. - Ну радуется женщина, а кому радуется? Правильно, ему радуется Фёдору. Пусть смотрит, может и оценит, хотя вряд-ли, порода не та, тогда пусть уж знает, чего комедию ломать?".
   Фёдор прекрасно видел в каком настроении пребывает Татьяна, более того, он прекрасно знал причину этого настроения и в общем-то нисколько не был против, хотя, если признаться самому себе он не понимал, почему так делает, почему так откровенно сближается с Татьяной? Но он не терзал себя этими вопросами, других хватало, тех же ЛГБТшников возьми. Доставив Татьяну прямо к подъезду Фёдор сказал ей, что ему надо съездить домой, не надолго:
   - Ну сама посуди, не буду же я постоянно ходить в одной и той же одежде. Ведь что носки, что трусы их же менять надо, а то буду козлом вонять.
   И всё-таки несмотря на несокрушимость доводов Татьяна, включив знаменитую женскую логику, попыталась сопротивляться, правда не сильно, а скорее всего, потому что так полагается:
   - А я тебе буду их с вечера стирать, и к утру они будут сухими.
   - Тань, ну ты сама подумай, что ты говоришь? Ну что я, нищеброд какой-нибудь? У меня что, носков с трусами нету? Кстати, Вовке пельменей куплю, а то забыли, обещал ведь.
   Лёгкая перепалка, вернее будет сказать, лёгкий спор закончился в пользу Фёдора, и высадив Татьяну он поехал к себе домой.
  

***

  
   Вроде бы пустячное дело, съездить домой, собрать кое-какой одёжки и вернуться назад, к Татьяне. Фёдор по дороге тормознул у первого попавшегося супермаркета, купил пельменей, нет, вино с конфетами и цветами не покупал, нечего баловать а то так и привыкнуть может, ещё кое-что из продуктов, новую зубную щётку и поехал к себе домой, за шмотками.
   Припарковавшись во дворе на своём постоянном месте, чудно конечно, но автообладатели дома каким-то чудом умудрились договориться между собой кто и где будет парковать автомобиль, Фёдор уже было направился домой, как на тебе, приехали, да так приехали! Прямо в тему!
   Сразу за парковкой, на широком газоне, почти на лужайке, жильцами дома было устроено что-то типа зоны отдыха для лиц возрастом пятьдесят плюс, правда пользовались этой зоной все кому не лень от пяти плюс, до семидесяти и восьмидесяти плюс. Зона отдыха, если её можно так назвать, представляла засыпанный щебёнкой и утрамбованный кусок того самого газона, квадратный стол и четыре лавки по его сторонам, вот и всё, а чего тут мудрствовать?
   Уже подходя к столу с лавками Фёдор увидел как двое парней окучивают третьего. Если бы это происходило в виде матерных криков и время от времени нелепого размахивания руками Фёдор не обратил бы на них никакого внимания. Ничего не поделаешь, в вечернее и в ночное время стол с лавками оккупировалась местной молодёжью с низкой социальной ответственностью в виде отсутствия мозгов в башке. А что, магазин неподалёку, пивасик всегда в ассортименте, да и стол с лавками - прямо-таки идеальное место для отдыха после бестолково проведённого дня, чем не радость? Так вот, если бы это была обыкновенная пьяная ссора Фёдор не обратил бы на них никакого внимания и пошёл бы себе дальше, вещи собирать.
   Но внимание обратить пришлось, потому что те двое избивали третьего, скрючившегося на присыпанной снегом щебёнке ногами, молча избивали, со злостью. Раскидав бьющих Фёдор поднял с земли избиваемого, отряхнул его более-менее от снега, убедился что тот явных увечий не получил и посоветовал быстренько мотать отсюда домой. Спасённый кивнул головой, как-то странно, Фёдор автоматически это заметил, посмотрел на Фёдора, посмотрел так, как будто Василису Прекрасную встретил и сначала бочком, бочком, за тем засеменил, а потом и вовсе побежал по направлению к улице.
   - Мужик, ты что охренел?! - к этому моменту двое избивавших лет двадцати-двадцати пяти парней поднялись с земли, мал-мал пришли в себя, Фёдор швырнул их как следует, не пожалел силушки. - Ты чё вмешиваешься?
   - Я сейчас в одну и во вторую рожу так вмешаюсь, к стоматологу замучаетесь ходить! Совсем что-ли охренели вдвоём на одного, да ещё ногами?!
   Было видно эти двое связываться с Фёдором и доказывать свою правоту посредством ног не решались, уже знали к чему это может привести, но разъяснить свою правоту пацанский форс всё-таки требовал, хотя бы на словах.
   - Ты знаешь кто это был? - начал один из них и замолчал, признал в Фёдоре соседа. - Ты же Фёдор, из двадцать четвертой квартиры.
   - Ну Фёдор, ну из двадцать четвёртой квартиры и что?!
   - А то, Фёдор, что пидор это?
   - Как это пидор?! - Фёдор сначала не понял, а потом, когда дошло, ну просто обалдел: "Охренеть, и сюда добрались!"
   - А так. - парняга видимо довольный тем, что воспитания кулаком не предвидится принялся пересказывать случившееся. - Мы. Значит, с Коляном сидим себе, мирно сидим, пивасик попиваем, о своём перетираем.
   А тут подходит этот, - рассказчик кивнул в ту сторону, где скрылся избитый. - рожа какая-то противная, слащавая какая-то, да и сам какой-то не такой. Подходит значит и говорит, блин, голос почти бабский и растянутый какой-то, ну слова растягивает. Представляешь, смотрит на нас как будто кот на сметану и говорит, мол, ребята, хотите я у вас отсосу?
   - Да ну нахрен! - не поверил Фёдор.
   - Вот и я тоже самое, тоже сначала своим ушам не поверил! - почти радостно продолжил рассказчик. - Ну послали его конечно, сказали, мол, героин после конопли не канает, думали наркоша. А он, ну прямо, ну в прямом смысле, приставать начал: давайте отсосу и всё тут, даже деньги предлагал, представляешь?!
   - Деньги взяли?! - строго спросил Фёдор. "Здесь ещё ментов не хватало. - подумал он".
   - Да ты что?! Чтобы мы пидарасовы деньги взяли?! Да ни за что! Уж лучше мы займём у кого-нибудь нормального, у тебя например.
   - Понятно. - несмотря на внешнее спокойствие Фёдора всего аж трясло и колотило: "Всё, собрал шмотки, приехал к Татьяне. - как будто доказал, что дважды два - четыре подумал Фёдор".
   - Держи. - Фёдор протянул рассказывающему балбесу пятисотенную. - И чтобы духу вашего через секунду здесь не было! Вдруг как тот в ментовку побежал, жаловаться? Вам только ментов не хватало.
   Защитники традиционных сексуальных отношений обрадовались неожиданно свалившемуся на них в виде пятихатки богатству, торопливо поблагодарили Фёдор и скрылись в темноте. А Фёдор, а что Фёдор?! Фёдор вернулся к автомобилю, завёл его и поехал в магазин, вот что Фёдор. Там, в магазине, он купил ноль семь водки, запивон и всё, пожрать дома было. Приехав домой позвонил Татьяне, наврал о неожиданно приехавшем отце, затем не раздеваясь замахнул полтакана водки и уже после этого разделся. Потом, а потом включил компьютер, нашёл вон ту статью и принялся её читать. Что творилось у Фёдора на душе, да наверняка ничего хорошего, если водку по полстакана залпом глотал.
  

***

  
   А страна на пару с населением жила и насколько могла радовалась жизни. Наверное всё выглядело как всегда, как во все времена: власть предержащие, как принимающие законы, так и их исполняющие, дружно клялись в любви к собственному народу, блин, что за бред? Собственный народ, это крепостные! Неужели власти считали население страны своими крепостными?! Может и считали, но виду не показывали, и дружно, не смотря ни на что клялись в любви к нему, хотя на самом деле тайно, занимаемые должности не дозволяли публично признаваться в своих симпатиях и антипатиях, презирали его. Народ отвечал почти единодушной взаимностью и в открытую, не иначе в виду отсутствия властных должностей, презирал как назначаемых, так и избираемых властителей государства и дум населения.
   Нужны доказательства? Да пожалуйста! Зайдите в тот же Интернет и просмотрите комментарии в любой из социальных сетей, так проще, не надо будет по улицам да магазинам ходить и прислушиваться к разговорам населения. Первое место по популярности, если взять те же социальные сети, уверенно держала политика, как внутренняя, так и внешняя. Причём, если по поводу внешней политики комментарии разнились, приблизительно пятьдесят за и пятьдесят против, то по поводу внутренней политики и экономики комментарии были единодушны - против, ну разве что за минусом статистических погрешностей.
   А что вы хотели, если те же цены, штука далеко не последняя в повседневной жизни гражданина, несмотря на все клятвы и предоставляемые доказательства упорно, как те альпинисты, карабкались вверх? Создавалось впечатление, что цены, а на всё, начиная с хлебушка, это какие-то живые и очень даже разумные существа, которые живут какой-то своей жизнью, подчиняются каким-то своим никому неведомым законам, и плевать им как на граждан с запредельно высокой зарплатой, восседающих в высоких кабинетах, так и на не восседающих в кабинетах, а стоящих у того же станка, пашущих землю, управляющих автобусами и грузовиками, или же в силу возраста и каких-либо болезней, и не дай бог увечий, пребывающих в пенсионном состоянии.
  

***

  
   - Знаешь, Михалыч, у меня такое впечатление, что в нашем правительстве сплошные пидарасы, как их, новолюди.
   - Почему это?
   - А ты что, сам что ли не видишь?
   Когда все разговоры по поводу заводской жизни, а также по поводу проблем и достижений в личной жизни по сто раз уже переговорены, а разговоры о погоде считаются чуть-ли чем-то неприличным, остаются разговоры о политике, которые всегда, как те виртуозы-наездники, готовы вскочить на языки собеседников. Разговор происходил в магазинчике, таких много, в которых продают пиво на разлив, но помимо этого предусмотрены и несколько столиков сидя за которыми можно не спеша, с чувством, с расстановкой насладиться древнейшим из напитков.
   Никакой предварительной договорённости между Михалычем и Николаичем не было, всё получилось как бы само собой. В субботу они случайно встретились на одном из городских рынков. Встретились, как и водится поздоровкались, глядь, а жён рядом-то и нету, дома остались, вот и оказались коллеги по работе в том самом магазинчике, благо, оба были на своём ходу, без автомобилей.
   Знаешь, Николаич, я не особо к ним присматриваюсь.
   - Ты что, телевизор что ли не смотришь?
   - Почему не смотрю, смотрю конечно, но редко. За меня телевизор жена смотрит, как включит какой-нибудь сериал хоть из дома беги.
   - И что, неужели убегаешь?!
   - Нет конечно. - Михалыч отпил пива, немного помолчал. - Компьютер дочка полностью оккупировала, но не того напала, я себе ноутбук прикупил, им и спасаюсь.
   - Это что, эти, как их, Одноклассники, там что-ли шарахаешься?
   - Ну ты Николаич совсем меня за идиота держишь. Неужели похож?
   - Да вроде бы не похож. Моя жена любит эти самые Одноклассники, как залезет, так пиши пропало, такое впечатление, что опять холостой.
   - Зато телевизор поди смотришь спокойно. - засмеялся Михалыч.
   - Смотрю конечно, а что ещё делать? Правда там сплошную херню какую-то показывают, смотреть нечего. - грустно хмыкнул Николаич.
   - А ты не смотри.
   - А что тогда делать, что ещё один токарный станок дома установить что ли и по вечерам Останкинские телебашни вытачивать, а потом продавать как сувениры?
   - А что, хорошая идея. Вот когда завод закроют будет чем заняться.
   - Неужели закроют? - ошалело спросил Николаич.
   - Всяко может быть, сам знаешь.
   Словно собираясь сказать приятелю ещё что-то более страшное насчёт завода Михалыч замолчал и принялся разглядывать помещение магазинчика. За прилавком, вернее с прилавком, всё было нормально. Смазливой внешности девица ловко орудуя кранами, как пианист клавишами, наливала покупателям пиво той или иной марки, или же вино, кому что больше по вкусу. Что интересно, несмотря на субботний день очереди за столь популярными напитками практически не было, так, человека три, а из шести столиков заняты были только два, за одним из которых сидели Николаич с Михалычем, а за другим какие-то мужики тоже пили пиво, и тоже о чём-то разговаривали. Наверное дефицит покупателей пива и прочих напитков можно было объяснить тем, что все, почти без исключения, мужики пришли на рынок в сопровождении жён, которые ой как не любят подобные заведения, или же сопровождали жён, что впрочем одно и тоже, другое в голову почему-то не приходит.
   - Не паникуй ты. - успокоил Николаича Михалыч. - Это я так, в виде гипотезы. Вообще-то вот я вот чём: ты обращал внимание на наше телевидение, в смысле, что там показывают?
   - А что на него обращать внимание? Херню всякую показывают.
   - Это понятно, я о другом. Заметил, чем каналы отличаются один от другого?
   - Да ничем они не отличаются, даже реклама одинаковая! - хохтнул Николаич. - Как будто свою нельзя придумать.
   - Реклама, Николаич, она штука дорогая потому и одна на всех. В следующий раз, когда твоя Валентина в очередной раз растворится среди "одноклассников", не поленись, пощёлкай пультиком, ну или программу почитай.
   - И что?
   - А ничто! Все телеканалы, ну разве что за исключением откровенно дебильных, молодёжных, каждый имеет свою как бы специализацию. На одном крутят исключительно детективы, на другом, мелодрамы, на третьем и то и другое, четвёртый канал предпочитает документальные фильмы, хотя и художественных не чурается.
   И почти все они с завидным постоянством транслируют политические ток-шоу, блин, что за название, как будто в русском языке нет слов для замены "разговорного представления", да ещё на английском.
   - Чего?
   - Ток-шоу, Николаич, в переводе с английского - разговорное представление, один в один.
   - А ты откуда знаешь?
   - Я, Николаич, много чего знаю, просто ты об этом не знаешь. - загадочно и даже как-то коварно улыбнулся Михалыч. - Что интересно, все эти политические шоу, все без исключения, на одну и ту же тему. Выступают на них одни и те же люди, говорят одни и те же слова, а народ смотрит, некоторых хлебом не корми дай посмотреть и послушать их дикий ор, не хуже сериалов где любовь и сопли пузырями во весь экран.
   - Да, Михалыч. Походе ты прав, просто я как-то не обращал на это внимания. - Николаич посмотрел на полупустые кружки и пустую пластиковую полтораху. - Пойду ещё возьму. Ты как?
   - Нормально. Кальмара сушёного возьми.
   - Ладно.
  

Глава V

  
   Едва Фёдор зашёл в свой кабинет, как тут же, как будто специально дожидался, заблямкал внутризаводской телефон:
   - Да, слушаю. - пробурчал Фёдор. Хоть и крепок он был на хмельное, да и не только на хмельное, а вообще крепок, вчерашняя ноль семь не прошла бесследно, с утра Фёдор пребывал в слегка помятом состоянии.
   - Доброе утро, Фёдор Алексеевич. - "Директор, чтоб ему! Какого хрена надо, да ещё с утра пораньше? Блин, прямо с утра настроение испортил".
   Доброе утро, Евгений Казимирович. Слушаю вас.
   - Фёдор Алексеевич, если не сильно заняты, зайдите пожалуйста ко мне.
   - Прямо сейчас?
   - Да, сейчас. А что тянуть?
   - Ну да, какие у меня дела? Кроме тебя нету у меня никаких дел... - предварительно выматерившись пробурчал Фёдор и отправился "пред светлы очи".
   Евгений Казимирович встретил Фёдора если не как лучшего друга, то как задушевного приятеля, это уж точно. Вот же гад, это Фёдор так подумал, директор вмиг срисовал состояние Фёдора и вместо кофе достал из шкафа слегка початую бутылку коньяка, две рюмки и тарелку с посыпанными сахарной пудрой дольками лимона.
   - Что это мы всё кофе да кофе. - дипломатично прокомментировал он коньяк. - Иногда мужчинам даже полезно выпить рюмку другую столь благородного напитка. Опять же, там, у них, - директор кивнул в сторону окна как-будто именно там находилась заграница. - это не считается чем-то предосудительным, даже в рабочее время. А мы должны и даже обязаны перенимать у них самое лучшее.
   Фёдор не стал протестовать и не потому, что испытывал хоть и лёгкое, но похмелье. Не протестовал он, потому что Евгений Казимирович этим коньяком довольно-таки сильно его удивил: "Чего это он ещё надумал?".
   - Смотрю вы удивлены: что это? Что это директор спаивает подчинённого в рабочее время и с самого утра. Полноте, Фёдор Алексеевич, ничего странного, а тем более трагичного в этом нет, на самом деле всё очень просто. Я вас пригласил, - "Ишь ты, пригласил он! Наверняка опять начнёт склонять..." - нет, не по тому поводу о котором вы только что подумали. - "Во гад! Он что, мысли мои читает, что ли?!" - и не поводу каких-либо производственных вопросов.
   Закончив, так сказать, вступительное слово Евгений Казимирович разлил тягучий цвета красного дерева напиток по рюмкам, поднял свою рюмку и жестом предложил Фёдору последовать его примеру.
   - Ну, за всё хорошее. - "Хорошо, блин, что не сказал: прозит! - почему-то подумал Фёдор".
   Выпили, закусили лимончиком. Коньяк, а рюмка-то не так уж и мала, не коньячная, пробежался по организму Фёдора подобно пальцам искусной массажистки, улёгся в желудке и принялся подобно углям в мангале тлеть источая приятное тепло.
   - Заранее приношу свои извинения за бестактность, Фёдор Алексеевич, - директор аккуратно положил кожуру лимона на салфетку. - думаю вы меня простите. Я хочу немного поговорить о ваших отношениях с Татьяной Ковалёвой, кладовщицей. Не удивляйтесь и не возмущайтесь пожалуйста, скоро вы поймёте что к чему.
   - Вам-то какое дело до наших отношений? - насупился Фёдор.
   - С одной стороны никакого дела, а с другой, при определённый обстоятельствах, дело есть.
   - Опять будете агитировать?
   - Что вы, боже упаси! - чтобы подчеркнуть искренность своих слов Евгений Казимирович даже руки поднял вверх, как-будто в плен сдавался. - Ни в коем случае! Скорее я хочу вам дать добрый совет, ну хотя бы на правах старшего товарища по службе.
   В первую очередь мой совет обращён к вам, да именно к вам. Ах да, не подумайте, что кто-то по моему приказу собирает всяческие сплетни и слухи по заводу, я достаточно себя уважаю, чтобы заниматься чем-то подобным. Всё гораздо проще, я видел как вы парковались на заводской парковке и как из салона вашего автомобиля выходила Татьяна Ковалёва. Сложить один и один, сами понимаете, труда не составило.
   Фёдор молчал. Нет он не был ошарашенуслышанным, хотя не мешало бы, просто-напросто, и это вполне логично, ему хотелось ещё коньячка. Евгений Казимирович, не иначе колдун, опять угадал мысли Фёдора, разлил коньяк по рюмкам и сделал приглашающий жест. Выпили.
   - Оно может прозвучит несколько необычно, вернее, неожиданно, - поправился Евгений Казимирович, - увы, у нас как-то не принято разговаривать на подобные темы. - "Да не тяни ты, задолбал!" - речь пойдёт о вас, вернее, о вашем семейном положении.
   Вы, Фёдор Алексеевич, не красна девица, а потому свой возраст не срываете, и правильно делаете. Вам уже четвёртых десяток, а семьи нет, холостякуете. Согласитесь, с какой стороны ни посмотри это непорядок. Непорядок потому, что нормальный здоровый во всех отношениях человек просто обязан жить в семье, обязан обзавестись детьми, или вы со мной не согласны?
   - Согласен. - а что тут возразишь?
   - Замечательно. Так вот, Фёдор Алексеевич, не как директор и ваш начальник, а как самый обыкновенный человек, советую вам, женитесь на Татьяне. Она хорошая женщина, извините, навёл справки в Отделе кадров, не ветреная, не дура, одним словом, прекрасная для вас пара. Семейное положение, Фёдор Алексеевич, это ведь не только самому носки не надо стирать и завтрак с ужином себе готовить, это совсем другая жизнь, а тем более дети. Насколько мне известно у вас нет детей, поэтому вы вряд ли меня поймёте, извините конечно. Ну хотя бы представьте себе такое: подходишь к подъезду, а тебе навстречу дочка бежит. Ручонки растопырила и кричит что есть мочи: "Лови меня!".
   - Так вы что, женаты?! - от услышанного у Фёдора будто вулкан в голове взорвался. Уж чего-чего, а этого он от директора-новочеловека никак не ожидал.
   Не осознавая что делает Фёдор схватил бутылку коньяка, налил себе и Евгению Казимировичу, и не предлагая поддержать залпом выпил содержимое рюмки. Евгений Казимирович нисколько не протестовал выходке подчинённого, лишь понимающе улыбнулся и продолжил:
   - А что тут удивительного? Да, я десять лет уже как женат и у нас две дочки, ещё те проказницы. - довольно усмехнулся он. - Впрочем, я понимаю ваше удивление. Новолюди?
   У Фёдора, нет, не от выпитого коньяка, от услышанного пропал дар речи, поэтому всё что он смог сделать, кивнуть головой.
   - Понимаю. - грустно улыбнулся Евгений Казимирович. - На самом деле, Фёдор Алексеевич, всё не так, как принято считать в народе. Да, вступление в наш клуб сопровождается определённым ритуалом, не очень приятным и для большинства категорически неприемлемым, но, Фёдор Алексеевич, происходит это всего-лишь один раз, поверьте, один. В дальнейшем вы вольны выбирать способ сексуального удовлетворения руководствуясь исключительно своими пристрастия. Хотите женщин - пожалуйста! Хотите мужчин, тоже, пожалуйста, но не советую увлекаться. Это ведёт к неминуемому разрушению личности.
   Почему ритуал именно такой, скажу правду: сам не знаю. На самом деле наше сообщество, наш мужской клуб, насчитывает как минимум несколько столетий своей истории, и почему был выбран именно такой ритуал сейчас доподлинно не знает никто. Разумеется это делается не для того, чтобы затем шантажировать решившего покинуть клуб мужчину: хочешь, покидай, никто слова не скажет. Да и согласитесь, на свете нет глупее занятий, чем: спорить, сидеть на диете и шантажировать.
   Так что, Фёдор Алексеевич, подумайте над моими словами. Согласитесь, всё что сейчас было сказано, сказано для вашей пользы, я имею ввиду не только женитьбу. Ладно, давайте-ка ещё по одной и за работу, не знаю как у вас, а у меня дел навалом.
  

***

  
   К удивлению куратора, Владимира Петровича, да и Александра Витальевича Андрей вошёл в курс своих новых должностных обязанностей в рекордно сроки, прямо как стахановец. Через месяц Владимир Петрович устроил Андрею что-то типа проверки на знание всей этой галиматьи в виде законов, положений, инструкций и прочей гадости. К чести Андрея он с успехом выдержал испытание не говоря уж о том, что в течении этого, так сказать, разгонного месяца довольно-таки неплохо справлялся с написанием отчётов и справок.
   Вторым мероприятием посвящённым непосредственно Андрею была показательная проверка одного из рынков расположенных на подконтрольной ему территории. Комиссия, если её можно так назвать, в составе: Николая Петровича, Андрея, извините, Андрея Викторовича и ещё одной дамы бальзаковского возраста из Потребнадзора посетила с проверкой довольно-таки внушительных размеров рынок располагавшийся на территории какого-то в прошлом заштатного, не иначе ведомственного, стадиона. Андрей, не иначе потому что жил в другом районе города, не без труда вспомнил, что раньше этот стадион назывался "Строитель" и что раньше каждую зиму на его поле заливали каток, вот и всё что удалось вспомнить о "Строителе".
   Сейчас бывший стадион, а ныне рынок, представлял из себя нечто среднее между деревенской ярмаркой, восточным, вернее будет сказать, турецким базаром и ещё неизвестно чем. В своём большинстве торговые точки представляли из себя или киоски, или же те самые двадцатифутовые контейнеры. Правда было два крытых помещения в которые, потому и сравнение с Турцией, были разделены на маленькие магазинчики заполненные, а кое-где просто заваленные: обувью, джинсами, кофтами, мужскими рубахами, куртками, шубами и так далее. Сразу из нескольких концов этих павильонов жизнерадостно верещала попса или же хрипел шансон, там продавали бытовую технику начиная с телевизоров и заканчивая фенами для волос, о мобильных телефонах грех даже упоминать. Стоит ли говорить, что происхождение этой, в кавычках, передовой техники не смог бы установить даже сам Шерлок Холмс.
   Но несмотря на наличие закрытых торговых площадей и всевозможных киосков, и палаток значительное количество торговцев вместе со своим товаром располагалось прямо на улице. Если брать окраины рынка, то там царствовала торговая вольница в виде жителей окрестных деревень и посёлков. Нисколько никого не стесняясь, наверняка за всё заплачено, они весьма дружелюбно предлагали покупателям картошку, капусту, как свежую, так и квашеную, морковку и вообще всё что родили их личные приусадебные хозяйства. Андрей даже подумал, не иначе сам себе пошутил, наверное тут и самогон продают, только спросить надо.
   А вот ближе к центру рынка начинались чудеса, которые Андрею не понравились. В одном из киосков в открытую торговали водкой, и глядя на национальность продавца нетрудной было догадаться в происхождении напитка. Дальше, больше, в ряд шли три или четыре развала на которых торговали откровенно просроченными продуктами, и где столько взяли? То что это просрочка можно было понять даже мельком взглянув на ржавые консервные банки и на точно такие же ржавые крышки на стеклянных банках.
   А в одном месте, вот там Андрей и вправду удивился. Он обратил внимание на развал книг, причем книг старых, десятилетней и более давности и на продавца, с виду откровенного бомжа. Андрей даже слегка расчувствовался благородству лица без определённого места жительства: а что, доброе дело делает. Ведь ни для кого не секрет, довольно-таки часто можно увидеть прямо-таки горы книг у мусорных контейнеров. Не иначе народ или квартиры покупает, или же делает ремонт, мебель меняет, а старые книги куда девать? Правильно, на помойку. Вот этот бомжик и собирает их, и продаёт, тем самым себе малую деньжку зарабатывает и книжкам не даёт пропасть.
   Пройдя по рынку, не иначе Андрею демонстрировали, комиссия наконец-то добралась до администрации рынка, которая не иначе руководимая лозунгом: "Всё для блага человека, всё во имя человека", в смысле, всё для торговли, ютилось на первом этаже административного, ещё стадионного здания, второй этаж был отдан под китайский ресторан.
   Видно было, что Владимир Петрович, что дама из Потребнадзора вошли в кабинет директора, как к себе домой и чувствовали себя в нём точно также. Сам директор, мужчина лет пятидесяти из-за наличия приличных размеров живота явно презирающий спорт нисколько не то чтобы испугался, комиссия всё-таки, а даже не удивился нагрянувшему по его душу чиновному люду, Андрей ещё подумал: наверняка заранее договорились, а весь этот цирк специально для него устроили.
   Директор позвонил куда-то по мобильнику и меньше чем за минуту в кабинет вошла дама, тоже бальзаковского возраста. Вошла, поздоровалась и положила перед Владимиром Петровичем средних объёмов папку. Тот в свою очередь вздохнул, вытащил из портфеля блокнот и тоже папку, правда совсем тоненькую и принялся просматривать содержимое принесённой папки.
   К удивлению, правда небольшому, Андрею содержимое папки Владимир Петрович не показал, мол, дистанционно опыта набирайся, а может быть не показал, потому что опасался юности и как следствие горячности нового чиновника, а вдруг как вопросы какие-нибудь задавать начнёт? Просмотрев содержимое папки Владимир Петрович удовлетворённо то ли хмыкнул, то ли хрюкнул, сказал что всё нормально и тут же выписал директору рынка штраф в размере пяти тысяч рублей за то, что мусор везде валяется, а урн для мусора предназначенных очень мало. Вот только Андрей, ну когда ходили по территории рынка, ни одной урны вообще не видел. А ещё Андрея удивило то, что ни о торговле откровенно палёной водкой, ни о торговле просроченными продуктами ни слова не было сказано.
   Директор взял в руки постановление о штрафе, печально вздохнул как-будто последнюю рубаху приходится с себя снимать и предложил гостям отобедать, благо время как раз обеденное. От лица комиссии Владимир Петрович от обеда отказался, но дабы не обижать директора рынка к тому же невинно пострадавшего аж на пять тысяч рублей согласился выпить кофе, комиссия мнение своего руководителя и командира поддержала.
  

***

  
   Проверка, это как говорят гадалки: казённый дом, или же, для казённого дома, а для души, для сердца и не только для сердца, но и для организма в целом тоже произошли изменения, причём весьма значительные.
   Во время того достославного вечера в ресторане русской кухни, когда было переговорено вроде бы обо всём и все инструкции, как прямые, так и зашифрованные в рассказы были даны, Константин Александрович "выдал" Андрею такое, что у того аж ладони вспотели:
   - Андрей, я посоветовался с Аркадием Аркадьевичем, и он одобрил твою кандидатуру на стажировку. Твои данные уже ушли "на верх". - и словно в подтверждение сказанному Константин Александрович показал пальцем в потолок.
   На самом деле наставник Андрея слегка слукавил, дело было несколько по-другому. Во время одной из встреч Аркадий Аркадьевич спросил Константина Александровича об Андрее, вернее о том, что он думает если Аркадий Аркадьевич порекомендует Андрея на стажировку в Эдемию?
   - Знаешь, Костя, я два месяца присматривался к твоему Андрею и вот что тебе скажу. Хороший парень, правда какой-то слегка зачарованный, но это мелочи, каждый из нас имеет право блажить так, как ему вздумается. Зато всего за месяц вошёл в курс дела, Саша им доволен: не борзеет, ведёт себя скромно, со всеми поддерживает ровные, но исключительно деловые отношения, дистанцию держит и соблюдает, в этом деле он молодец. А его куратор, по работе, - Аркадий Аркадий усмехнулся видимо в ожидании ревности к своему воспитаннику со стороны Константина Александровича. - Владимир Петрович, тот так вообще готов осанну твоему Андрею петь.
   Кто знает, может быть Андрей и правда произвёл такое благостное впечатление, что впору бронзовый бюст в холле администрации устанавливать, а может быть дело выглядело гораздо проще. Может быть Аркадию Аркадьевичу хотелось, чтобы вслед за Константином Александровичем на стажировку поехал и Андрей - хоть и не прямой, но всё-таки его воспитанник, из его Сетки. Может быть тем у кого больше воспитанников прошли стажировку льготы какие-то предоставляются, или ещё что-нибудь в этом роде?
   - А не рано, Аркадий Аркадьевич? - как бы с сомнением просил Константин Александрович.
   - В самый раз. Не забывай о том, что в мире существуют молодые да ранние. Похоже твой Андрей как раз один из них. Да и после президентских выборов понадобится много, очень много новых людей, а со стажировкой их, раз два и обчёлся. А наших, так всего двое, ну ты третий, ну я ещё, понимаешь?
   - Понимаю, Аркадий Аркадьевич.
   Вот так, можно сказать, в тайне от Андрея была решена его судьба, и теперь он узнал об этом решении, и о своём ближайшем будущем.
   - Надеюсь ты не будешь возражать? - не иначе пошутил Константин Александрович.
   Андрей же пребывал в весьма неудобном состоянии: ладони противно мокрые вспотели, а вытереть не вытрешь. Воспользоваться салфеткой, Константин Александрович заметит, а об штаны, да ну нахрен:
   - А почему я должен быть против? - выдавил из себя Андрей.
   - Ну откуда я знаю, что у тебя на уме?! - довольный смущением Андрея засмеялся Константин Александрович. - Шучу, шучу. А теперь серьёзно. Ограничь, а лучше вообще исключи спиртное.
   - Да я можно сказать, что вообще не пью. - принялся было оправдываться Андрей. - Ну разве что как сейчас.
   - Это хорошо. Ладно, не перебивай. Так, насколько мне известно ты не куришь, это хорошо. Тренажёрный зал посещаешь?
   - Посещаю.
   - Молодец! Так, возьми себе за привычку ежеутренние пробежки. Далее. Как у тебя с английским?
   - Да так себе, в пределах института. - потупился Андрей, на самом деле он никогда не интересовался иностранными языками, великого и могучего хватало.
   - А вот это плохо. Найди себе репетитора английского языка. Лучше всего искать в Интернете. Не старайся искать преподавателей институтов и университетов, даже с учёными степенями. В большинстве - случаев пустой номер. Зачастую они знают и говорят на таком английском, который понимают только они и им подобные, но не носители языка. Лучше всего отыщи кого-нибудь из дипкорпуса, на пенсии, того кто много лет проработал или в посольстве или в торгпредстве, эти тебя научат настоящему английскому. С оплатой не скупись, хорошее хорошо стоит, тем более средства тебе позволяют. Понятно?
   - Понятно, Константин Александрович. - Андрею очень хотелось задать вопрос о тренажёрном зале и об утренних пробежках, зачем они? Если бы у него был живот ниже колен тогда понятно, а так, вполне нормальное телосложение. Не Аполлон конечно, да и зачем этот Аполлон там нужен?
   - Ну говори, говори, не тушуйся. - Константин Александрович заметил Андреевы сомнения. - О физической подготовке хочешь спросить?
   - Ага. - кивнул Андрей.
   - Перед тем как тебя вызовут на стажировку тебе предстоит пройти медкомиссию. А медкомиссия, Андрей, такая, что, по себе сужу, наверное в космонавты легче попасть, чем на стажировку. Так что хорошее физическое состояние тебе не помешает. Почему так? Честно скажу: сам не знаю. Требуют. А если требуют, никуда не денешься, надо выполнять. Да не робей ты, я же прошёл, значит и ты пройдёшь. - и Константин Александрович подмигнул Андрею, словно этим подтверждал, что тот вполне нормально пройдёт эту таинственную медкомиссию.
  

Глава VI

   Николаич вернулся довольно-таки быстро, очереди-то считай что не было. Поставил перед Михалычем пластиковую тарелочку с кальмаром, открыл полтораху, разлил пиво по кружкам, да, по кружкам: в отличии от других пивных магазинов с их неизменными пластиковыми стаканами этот мог похвастаться настоящими пивными кружками, правда объёмом поменьше, чем классические ноль пять. Разлив пиво по кружкам Николаич критически осмотрел убранство стола словно проверяя, всего ли в достатке и только после этого присел.
   - Мда, раньше пиво было лучше. - отпив примерно половину кружки заметил он.
   - Раньше, Николаич, и деревья были больше и ты был моложе. - улыбнулся Михалыч. - А ещё раньше, в начале прошлого века, так вообще красота была. Заводские работяги, а неважно, женатый ты или не женатый, в казармах жили. Вот тебе койка и ютись как хочешь, даже занавесок не было.
   - Да ну?! - удивился Николаич, но удивился не тому что услышал про рабочих начала двадцатого века, а тому, что готов был услышать от Михалыча всё что угодно, но только не такое.
   - Вот тебе и да ну! Правда не везде такое было и не для всех. Некоторые буржуи помогали рабочим дома строить, а некоторым даже многоквартирные дома и те, ну работяги, сдавали комнаты и как бы сами становились буржуями. А ты говоришь лучше...
   - Слышь, Михалыч, откуда ты всё это знаешь?!
   - Оттуда, откуда же ещё? - засмеялся Михалыч. - Я, Николаич, с третьего курса исторического в армию пошёл, отчислили.
   - Двоек что-ли нахватал?
   - Сам ты двоек нахватал! Влюбился. В однокурсницу влюбился вот меня в дурь и попёрло, а в результате механик-водитель танка. Всё нормально, однокурсница дождалась. Да ты её знаешь!
   - Это кто такая?! - не скрывая удивления спросил Николаич.
   - Да Татьяна моя, кто же ещё?! - довольный произведённым эффектом засмеялся Михалыч. - Дембельнулся, вернулся домой, а старший мой, Сашка уже во всю ползает. Это я когда в отпуск приезжал Сашку-то и заделали.
   Посмотрел я, посмотрел, покумекал что делать и пошёл учиться на токаря. А что делать, в институте что ли восстанавливаться? Семья, вот она: малой ползает, угукает, Танька в декрете, какой тут институт? Сначала думал на вечернем доучиться, да куда там, засосало не вырвешься. Вот так вот, Николаич, а ты говоришь раньше, значит лучше. Не знаю я, когда было лучше, тогда или сейчас. И ты не знаешь, просто языком мелешь, а на самом деле не знаешь.
   - Да уж... - то ли согласился, то ли подумал о чём-то своём Николаич, но быстренько вернулся к реальности.
   - Ещё пивка возьмём?
   - Бери.
  

***

  
   Хорошо было Михалычу с Николаичем: суббота, пивко, а сегодня только среда и похмелье хоть благодаря директорскому коньяку и утихло, но всё-таки. Не то, чтобы всё валилось из рук, из рук ничего не валилось, потому что делать ничего не хотелось, а Фёдор ничего и не делал. Да и попробуйте сосредоточиться на чём-нибудь услышав такое? Рассказанное Евгением Казимировичем не то чтобы потрясло Фёдора, оно скорее было похоже на то, если бы бедуин вдруг узнал, что он, гордый житель пустыни, на семьдесят процентов состоит из воды. Так что делать было нечего, а чем-то заняться надо было. Вообще-то Фёдор, как начальник цеха, вполне мог бы себе позволить просачковать целый день, хрен бы кто слово против сказал, ну разве что подумал, а подумал, да путь думают всё, что угодно, ему это как да той лампочки!
   Промаявшись до обеда Фёдор отловил только что отобедовавшего Михалыча и увлёк его к ныне пустующей заводской доске почёта около которой была разбита клумба и стояли две лавочки. Михалыч нисколько не сопротивлялся приглашению Фёдора, будучи мужиком умным понимал, просто так Фёдор на разговор один на один не потащит.
   - Представляешь, Михалыч, сегодня директор к себе вызывал, с самого утра. - начал Фёдор присаживаясь на одну из скамеек.
   - Ну и что? - равнодушно отреагировал Михалыч и присел рядом.
   - А то!
   - Что а то?! Опять охмурял, что-ли?
   - Хуже!
   - Что, предложил похабное соитие без должности замдиректора?! - усмехнулся Михалыч.
   - Да ну тебя, Михалыч. - отмахнулся Фёдор не приняв шутки. - Я серьёзно, а тебе всё хихоньки.
   - Тогда и говори серьёзно, а то сидит тут как кроссворд, решай его. Оно мне надо?!
   - Говорил, чтобы я на Татьяне женился. Представляешь?!
   - Представляю. Я тебе тоже самое говорил, а тебе как об стенку горохом.
   - Ты, это ты, а он это он. Говорит, что женитьба дисциплинирует, что нормальный человек должен жить в семье, иметь детей...
   - Правильно говорит.
   - А он что, нормальный?! Хотя говорит, что сам уже десять лет женат и что у него две дочери. Как думаешь, врёт?
   - Думаю не врёт.
   - Почему?
   - А потому что такие люди если и врут, то делают это не так топорно, здесь что-то другое.
   - А что?
   - Хрен его знает!
  

***

  
   Вот тебе и на, вот и спросил совета. Фёдор думал, что Михалыч ответит ему на все вопросы, прояснит, так сказать, ситуацию, всё разложит по полочками, а вышло всё с точностью до наоборот. Михалыч только добавил загадок, вот и сиди, думай теперь, что, к чему и почему?
   Фёдор вернулся к себе в кабинет, уселся за стол и принялся смотреть на дверь, в голове ни мыслей, ни матюков, ничего не было вообще, сейчас там царствовала пустота. Но несмотря на царившую в голове пустоту, наверное потому что делать было нечего, а заняться чем-то, руки не поднимались, незаметно для себя Фёдор начал анализ своей персоны, а проще говоря: начал копаться в себе.
   Во-первых или неизвестно в-каких, Фёдор попытался проследить, с каких пор у него проснулся прямо нездоровый интерес к гомосексуалистам? Отмотав назад "мультик" своей жизни Фёдор, нет, он даже не удивился, увидел, что интерес к гомосексуалистам и их движению у него возник после разговора с вновь назначенным директором, Евгением Казимировичем, когда тот не то чтобы намекнул, а в открытую предложил Фёдору должность замдиректора, но с условием - стать одним из новолюдей. Да, именно после этого Фёдор стал искать в Интернете и читать эти дебильные статьи, и вообще, такое впечатление, что подвинулся умом на этих педерастах, во, даже нашёл как это слово правильно пишется и произносится.
   Это что же получается? Это получается, что он тогда до того проникся должностью замдиректора, что принялся, так сказать, собирать информацию об этих самых? Выходит что так. О самих новолюдях, уж очень они не были похожи на классических голубых, удалось найти лишь: "Новолюди - общественная организация основной целью деятельности которой является процветание государства", приблизительно так. Кстати, за всё время копания в Интернете Фёдор не нашёл ни строчечки, вообще ничего не нашёл о том, если новолюди за границей? Пляшущих человечков в кожаных трусах и фуражках навалом, а вот о новолюдях ничего. А что если они там уже давным давно победили всех, ну в смысле, всех конкурентов и сейчас как раз пребывают у власти? А что, если сравнить как ведёт себя тот же Евгений Казимирович будучи директором, как прямо-таки железной рукой наводит на заводе порядок и тем самым повышает эффективность работы завода и сравнить с экономикой, и уровнем жизни в той же Европе, выходит что да, власть там принадлежит новолюдям. А что касается нас, так мы всегда отстаём от них, всегда плетёмся в хвосте благодаря своему раздолбайству. Выходит не так уж и плохи эти новолюди, если такими вещами занимаются.
   Да и если бы этот Евгений Казимирович захотел бы совратить Фёдора, ну, например понравился, тьфу ты, вряд-ли он стал бы вызывать к себе в кабинет, коньяком поить, о производстве разговаривать. Скорее всего пригласил бы куда-нибудь, типа сауны или какого-нибудь крутого кабака, напоил бы, клофелина бы подсыпал, а дальше дело техники. Дальше, или там же, или же на какой-нибудь квартире "отметил" бы бесчувственного Фёдора, да ещё на камеру это снял бы, и всё, приехали, проходите, можете не разуваться. Выходит что Фёдор интересен им совсем по другому поводу, не своей задницей, а своими мозгами, так получается. Да и о вступлении в эти самые новолюди Евгений Казимирович рассказывает, видно что честно, Фёдор, хоть и не был тонким психологом, ни разу в интонациях директора не уловил даже оттенков фальши. Получается, а хрен его знает, что получается?!
   Знает, знает тот хрен, что получается! Получается, изначально новый директор просмотрел личные дела всех более-менее молодых инженеров, до сорока, переговорил с их непосредственным начальством и остановился на кандидатуре Фёдора. Видать он изначально решил убрать старого замдиректора и заменить его на нового, вот и подыскивал кандидатуру, вот и остановился на Фёдоре. А то что в новолюди надо вступать, видать правила у них такие, опять же, какая-никакая а организация, не шалтай-болтай каждый сам по себе. А если организация, значит дисциплина и порядок, значит один за всех и все за одного, наверное так, во всяком случае в это очень хочется верить. А Фёдору, Фёдору сразу, ещё во время того разговора, захотелось стать замдиректора, просто из-за ненависти к новолюдям которых тогда считал откровенными педерастами он даже подумать об этом боялся.
   Так теперь, что во-вторых? Во-вторых была Татьяна. Ведь, ты только погляди, именно с того самого разговора Фёдор начал относиться к ней не как к некой сексуальной отдушине, которую можно влёт поменять на другую, а как к женщине, причём к женщине к которой неравнодушен. Это что? Это опять получается кто-то внутри Фёдора всё быстренько продумал и начал действовать, а ему отвёл роль послушного болванчика? Выходит что так. Это что же, это получается Фёдор где-то там, в душе, уже готов жениться на Татьяне? Выходит что готов, а за каким тогда хреном к ней жить переезжает?
   Тут Фёдор вспомнил о Татьяне, которую сегодня ещё не видел. Всё равно делать нечего, он отправился на склад, ну хотя бы для того, чтобы договориться насчёт вечера, сумку-то со шмотками он так и не собрал.
  

***

  
   "Даже если и наврал, вернулся же! - примерно так думала Татьяна о внезапном приезде отца Фёдора. - В конце концов, мужик, он тоже человек, тоже своё право имеет".
   Да и не из тех женщин Татьяна, чтобы устраивать дознания с истериками по поводу непредвиденного отсутствия своего мужика. Жизнь, она штука мудрая, рано или поздно она всё покажет, всё вытащит наружу. А что, в этом что-то есть.
   Она встретила Фёдора хоть и приветливо, не скрывая, что рада видеть, но с налётом строгости как в глазах, так и в голосе, мол, хоть и отец, в приезд которого она нисколечки не верила, а всё равно, я обиделась. Фёдор видя настроение Татьяны попытался было изобразить из себя этакого независимого парня хоть куда, но под пристальным взглядом Татьяны у него из этого ничегошеньки не получилось.
   - Как отец? - вместо здрасьте спросила Татьяна.
   - Нормально. - чуть-было не покраснел Фёдор. А что поделаешь, ну не получалось у него врать, не получалось. - К стоматологу приезжал, зуб у него разболелся. Я ему недавно звонил, он сказал, что нерв удалили, и что он уже собирается домой ехать. Хозяйство, сама понимаешь.
   - Понимаю. - "Нерв, говоришь? Ну ладно пусть будет нерв". - А сегодня кто приедет?
   - Как кто приедет? - не понял тонкой женской иронии Фёдор. - Никто не приедет. После работы я тебя в машине ждать буду. Сегодня у меня дел практических никаких нет, поэтому я раньше тебя освобожусь.
   - Хорошо. - согласилась Татьяна, а на секунду вспыхнувшие в её глазах искры подтвердили, что хорошо. Но строгость есть строго, не прощён ещё. - А как же вещи?
   - Вещи? - вот он самый коварный вопрос и момент. - Отвезу тебя домой, съезжу к себе, заберу сумку, я её ещё вчера собрал, и к тебе.
   - А что, с утра закинуть в машину сумку не догадался? - вот оно женское коварство, прямо в рафинированном виде.
   - Да что-то не догадался, не до того было. Отец всё-таки приехал.
   - Ладно. - видимо Татьяне надоело издеваться над Фёдором, а может она посчитала достаточным количество заданных коварных вопросов, сами знаете, женщин, их не поймёшь.
  

***

  
   Сегодня, во всяком случае Фёдор этого очень хотел, "отец не приедет" и даже боялся этого "приезда". Он вполне благополучно отвёз Татьяну домой, правда Татьяна хотела заехать в магазин, купить кое-то, но Фёдор как бы во искупление своей хоть и не высказанной, но прекрасно понимаемой вины сказал, что на обратном пути сам заедет в магазин и купит всё что надо, Татьяне надо только сказать, что именно?
   А вот по пути к себе домой Фёдор откровенно боялся повторения случая с дворовыми балбесами-пивоманами и с тем педерастиком, незаметно для себя Фёдор уже автоматически называл пидарасов правильно, по-литературному, педерастами. Ну не хотелось ему опять выступать в роли примирителя, а потом глотать водку стаканами и читать статьи про этих козлов. Поэтому он решил, если не дай бог это повторится он просто-напросто перелупит их всех, не взирая на сексуальные пристрастия и ориентации, и пойдёт к себе домой собирать вещи.
   Бог миловал, никого из тех, вчерашних, во дворе не было, да вообще никого не было, двор выглядел как та пустыня, ну разве что песка не хватало. Мысленно поблагодарив неизвестно кого за пустынность двора и за довольно-таки мерзкую погоду: ветер, да ещё морозец придавил, Фёдор чуть ли не бегом, а вдруг как опять появятся, направился домой.
   Это женщине для того, чтобы собрать в сумку какие-то вещи иногда полдня требуется, а как вы хотели? Сначала надо всё что нужно подаставать из шкафов, сложить сначала всё в кучку, затем рассортировать, правда непонятно зачем, потом критически всё это со всех сторон осмотреть, наверняка что-то не так выглажено. Потом перегладить по-новой то, что не понравилось как было выглажено до этого, а иногда бывает, что всё отобранное, а потом медленно и аккуратно, как-будто торт "Наполеон" стряпает, ровными слоями уложить в сумку.
   Мужик к это процедуре относится куда как проще, это наверное потому, что в своём большинстве мужики торт "Наполеон" готовить не умеют. То что надо, причём особо не загружая мыслительный аппарат: а что собственно говоря ему надо, всё равно хоть что-то да забудет, мужик быстренько побросает в сумку шмотки, причём иногда их на раскладывая. А зачем собственно говоря раскладывать, если их, в случае с Фёдором сегодня, опять доставать придётся?
   Так что процесс собирания вещей в сумку у Фёдора занял от силы минут десять. Не сказать чтобы Фёдор спешил, но всё равно, а может привык так, скорее всего привык. Набив быстренько сумку он покинул вдруг ставшую сиротой квартиру. Хоть и была погода хуже не придумаешь, зато во дворе никого не было, значит хорошая погода. Фёдор закинул сумку на заднюю седуху, уселся на водительское место, завёл двигатель, благо тот не успел остыть, и тронулся по направлению сначала к какому-нибудь супермаркету, а потом по направлению к дому Татьяны.
  

***

  
   Это неопытные водители всецело поглощены дорогой и тем, что на ней происходит, а Фёдор был водителем опытным. У опытных водителей контроль дороги и движения по ней происходит на каком-то высшем автоматическом уровне, психологи это называют: результат метода многократных повторений, да и хрен с ними, пусть называют. Самое главное, голова уличными движением если и занята, то совсем чуть-чуть, а всё её остальное пространство свободно для того, чтобы о чём-нибудь подумать.
   А подумать Фёдору было о чём, нет, не о гомосексуалистах. После сегодняшнего разговора с директором, а может быть после коньяка на похмельную голову, думки о гомосексуалистах и об особенностях их внутреннего состояния и внешнего поведения неожиданно для Фёдора куда-то исчезли, как-будто пыль со стола вытерли. Теперь почти всё его мозговое пространство и его объёмы занимали новолюди.
   Если честно, Фёдора удивило то, что новолюди, по словам Евгения Казимировича, существуют уже если не тысячи, то сотни лет. Неужели они и у нас сотни лет существуют? А что, если первым новочеловеком, мысль конечно же своей кощунственностью не выдерживает никакой критики, а что если первым новочеловеком у нас был Пётр Первый, ну и конечно же Алексашка Меньшиков? Ведь это он привёз в страну европейские порядки: заставил табак курить, носить немецкую одежду, бороды рубил. А что если принять, так сказать, за отправную точку то, что новолюди существуют уже давно и что в Европе они давным-давно победили, вон, посмотри как живут, тогда всё получается.
   А что, если новолюди - потомки тамплиеров или же сами тамплиеры просто по-другому называются? Не думайте, что Фёдор кроме своих железяк на заводе в жизни ничего не видел и ничем не интересовался. В подтверждение своей гипотезы о тамплиерах он сразу же вспомнил книжку Мориса Дрюона о проклятых королях, которую прочёл ещё будучи студентом, правда название не смог вспомнить. Там рассказывается о том, как тамплиеров начали преследовать по всей Европе, а их госсмейстера так вообще на костре сожгли. А ведь тамплиеры они были членами рыцарского ордена, а если по нашему, по современному, то были членами хоть и рыцарской, но всё равно организации. Ведь они почитай всю Европу в кулаке держали, и не только Европу, а уж какими богатствами владели - вообще обалдеть. Вот французский король - нищеброд, по другому и не скажешь, и захотел поживиться их богатством, вот и устроил им костры с плахами.
   А что, а вдруг так оно и есть? Ведь никто не знает, как оно было на самом деле. Историки, да что историки?! Каждый на свой лад или пересказывает то, что где-то вычитал, или же врёт на свой лад, насколько фантазии хватает, вот тебе и все историки. Кстати, а ведь доподлинно неизвестно, каким на самом деле у них был ритуал вступления в орден, а вдруг как не только прикладывание меча к плечу?
  
  

Глава VII

  
   "Вернулся. - подумала довольная Татьяна и на правах хозяйки, и не только дома, но теперь уже и Фёдора отправила его в ванну умываться и вообще, приводить себя в порядок".
   А перед этим Фёдор, как только вошёл в квартиру, первым делом чмокнул в щёчку Татьяну, причём чмокнул до того по-семейному, как бы вскользь, как будто они уже лет двадцать женаты. Прежде чем разуться хотел было передать Татьяне пакет с покупками, но тут в прихожую выскочил Вовка и с радостными воплями попытался залезть в пакет не иначе в поисках пельменей. Но, к немалой радости Татьяны и удивлению Вовки, залезть в пакет ему не удалось. Со словами: на сегодня мы таможню не заказывали, Фёдор поднял пакет в верх так, чтобы Вовка не смог до него дотянуться, а после передал его Татьяне. Вовка сначала замер, потому что такое, ну чтобы дядя Фёдор не позволил ему залезть в пакет с покупками, произошло в первый раз. Потом, словно опомнившись, или же сообразив что делать Вовка изобразил жуткую обиду, почти на весь белый свет, и сопя скрылся в своей комнате.
   - Правильно. - сказала довольная Татьяна и поцеловала Фёдора, но поцеловала не по-семейному, в щёку, а в губы, как и полагается. - А то совсем от рук отбился без мужского воспитания. - и хитренько так, как только умеют женщины посмотрела на Фёдора.
   Фёдор же не заметил, а скорее всего сделал вид что не заметил Татьяниного взгляда, снял куртку, тут же залез в сумку, достал лёгкие летние брюки, майку и кофту на молнии, в квартире всё-таки было холодновато, в одной майке особо не походишь. И ещё, в качестве комментария: Фёдор ходил по своей квартире, а теперь собирался ходить и по квартире Татьяны исключительно в джинсах, ну или в лёгких брюках. Такой выверт в сознании и представлениях о гламуре у Фёдора произошёл двольно-таки давно, ещё во времена лихих и достославных годов, когда ну разве что телеграфные столбы не ходили в якобы адидасовских спортивных костюмах. По мнению Фёдора спортивный костюм предназначен исключительно для стадиона, спортзала, ну, в лес можно сходить или для огорода, но никак не для похода ни в магазин, и уж тем более не в кафе или ресторан.
   Когда Фёдор вышел из ванной из кухни раздавалось весёлое шкворчание, и умопомрачительно вкусный запах жареной свинины, который заполнил всю квартиру. Он прошёл на кухню, где Татьяна во всю жарила купленные им отбивные, а заодно уже перемешивала с майонезом приготовленный салат, резала хлеб, расставляла тарелки, проще говоря, накрывала к ужину.
   Тут же сидел насупленный Вовка и несмотря на всё, что уже стояло на столе и жарилось на сковороде усиленно изображал вселенскую обиду и точно такое же страдание по поводу отсутствия пельменей. Как только Фёдор уселся за стол Татьяна, не иначе специально подстроила, убавила до минимума огонь в керосинке и положила на каждую из трёх тарелок по довольно-таки внушительных размеров отбивной. Одну она сняла со сковородки, а две других достала из кастрюльки, которую тут же поставила на медленный огонь. Опять же, словно специально подстроено было, закипел чайник и Татьяна разлила по кружкам сначала заварку, а потом и кипяток. Всё нормально, ужин готов, приятного аппетита!
   Фёдор с Татьяной принялись за отбивные и салат, да, ещё яичница была, специальная такая, для мяса, это когда каждое яйцо в виде отдельной, маленькой яишенки пожарено, так что лопай и наслаждайся. Фёдор с Татьяной наверняка наслаждались вкусным ужином, а вот Вовка продолжал изображать из себя что-то среднее между непризнанным гением и капризным пацаном, этаким маменькиным сыночком, он даже тарелку с отбивной от себя отодвинул.
   - А ты почему не ешь? - спросил Фёдор. - Мама старалась, готовила. Очень вкусно.
   - Я ем только жареные пельмени! - тоном как-будто присягу принимал заявил Вовка.
   - Так ты что, не будешь? - казалось Фёдор нисколько не расстроился Вовкиному отказу.
   - Не буду! Пельмени буду!
   - И хорошо, что не будешь. - сказал Фёдор. - Нам больше достанется. - и попытался подцепить вилкой отбивную с Вовкиной тарелки.
   Говорят реакция мангуста идеальна, даже выражение такое есть: "Реакция мангуста". Теперь не мешает бы, жаль видеокамеры не было, пропагандировать "реакцию Вовки"! Если бы вы видели с какой скоростью от отреагировал на хищную вилку Фёдора и придвинул тарелку к себе. Татьяна с Фёдором дружно рассмеялись, а всё ещё как бы обиженный Вовка наколол отбивную на вилку, поднял, откусил кусок и принялся торопливо пережёвывать.
   - Не торопись, никто за тобой не гонится и не отберёт. - сделала замечание сыну Татьяна.
   Ага, знаю я вас. - пробурчал полным ртом Вовка.
  

***

  
  
   В пятницу Фёдор ушёл с работы пораньше, отпросился, увы, и начальникам цехов приходится отпрашиваться. Зайдя в кабинет главного инженера он честно сказал, что надо съездить к отцу, помочь по хозяйству, ну а чтобы выкроить два дня выезжать надо сегодня. А ещё надо, потому собственно говоря и отпрашивается, купить отцу кое-что из бытовых мелочей, да и продуктов не мешает прикупить, сами знаете какие в деревнях магазины. Видать главный директор был осведомлён об ассортименте товаров предлагаемых деревенскими магазинами, потому и отпустил Фёдора аж в три часа.
   После посещения главного инженера Фёдор заскочил к Татьяне и, сами понимаете, в кавычках, обрадовал её:
   - Я в сегодня к бате поеду, в воскресенье вечером вернусь, вот увидишь. - получилось Фёдор, ну прямо как пятнадцатилетний пацан у родителей, как бы отпрашивался у Татьяны, чтобы съездить к отцу. - Батя по хозяйству попросил помочь, кроме меня больше некому. В деревне или одни старики, или же алкаши, хоть и не старики ещё.
   Татьяна не стала скрывать своего расстройства, а как их тут скроешь, если она на выходные уже столько всего напридумывала. Более того, всё ей придуманное ну просто невозможно было претворить в жизнь без Фёдора. Расстроиться-то расстроилась и даже показала, что расстроилась, но не разозлилась, и не потому что рано ещё, не венчаны, а просто в силу характера. Вообще-то Татьяна очень хотела бы поехать вместе с ним, но увы, пока что рано. Скорее всего отец Фёдора, в то что он приезжал зуб лечить Татьяна нисколечки не верила, пока что даже не подозревает о её существовании, а ещё и Вовка, так что остаётся только верить и надеяться на то, что лучше бы прямо сегодня вечером Фёдор рассказал бы отцу о ней, о Вовке и об их отношениях.
   Фёдор не стал успокаивать Татьяну, сказал и сказал, какой смысл сопли-слёзы-слюни разводить? Сказал лишь, что привезёт мёда, вот и всё, как-будто то ли взятку пообещал дать, то ли ещё что-то такое, оправдался, одним словом. По пути к автомобилю он позвонил бате, благо тот был в доме, не на улице, сказал что сегодня приедет, спросил, чего надо купить и в каком состоянии дорога до деревни и в деревне? Вообще-то Фёдор прекрасно знал, чего бате нужно, не раз и не два покупал и почти всегда одно и тоже. Спросил он только потому, что а вдруг бате ещё что-то понадобилось, а он такой, хрен когда попросит, даже у сына. А насчёт дороги, пару раз Фёдорову Короллку трактором уже тащили, низкая, зараза. Насчёт покупок, список оказался прежним, ну так, пара мелочей ещё обозначилась, а дорогу недавно почистили, так что всё нормально, проедет.

***

  
   Деревня встретила Фёдора хоть уже и подосевшими, почти весенними, но всё равно сугробами. А вот дорога действительно была почищена, так что верная Фёдорова Короллка, как та кобылка, живо доставила его до батиного дома.
   Батя встретил сына как-будто тот только вчера уехал, ни слова о том, что больше месяца не был, характер такой, хрен когда упрекнёт. Встретил он Фёдора у ворот: поздоровались, Фёдор был осмотрен чуть ли не со всех сторон, ну а после этого:
   - Загоняй свой тарантас. - сказал Алексей Фёдорович и пошёл открывать ворота.
   Машину разгрузили быстро, да что там, если честно, разгружать-то? Пока батя раскладывал привезённые покупки Фёдор вышел во двор.
   "Эх, хорошо-то как! - чуть ли не закричал он. - Тишина, воздух-то какой! И нет ни Евгения этого, Казимировича, и новолюдей нет, и откровенных педерастов тоже нет - красота да и только! Да, но и должности замдиректора здесь тоже нет...".
   После упоминания должности краски поздней зимы, а может быть ранней весны, сразу как-то померкли, воздух из чистого, деревенского, превратился в городской, вернее будет сказать, сравнялся с ним и стал неотличим. Фёдор матюкнулся про себя и пошёл в дом. Вообще-то он и приехал к отцу с тем, чтобы хоть на пару дней забыть об этом проклятом замдиректорстве, хоть чем-нибудь отвлечься, а то в городе куда не кинься, везде этот замдиректора торчит и рожи корчит: на заводе, дома, даже у Татьяны. Вот привязался-то!
   Если уж в городской квартире нормальному мужику всегда найдётся к чему руки приложить, да хотя бы пропылесосить, чего уж тогда говорить о деревенском доме? Правда сегодня приложить руки к хозяйству бати уже не получится, вечер уже, разве что банька? Но в баньке руки только к венику прикладывают и к ковшику с квасом, чтобы плеснуть на каменку. Да и батя уже разложил всё и теперь растапливает баньку, а поработать, завтра и поработаем никуда не денемся.
  

***

  
   Хорошо дышится после баньки, и не только лёгким, всему телу хорошо дышится, свободно. И почему-то сразу же на ум приходит мысль о мгновении, которое доктор Фауст считал прекрасным и желал, чтобы оно остановилось. Что там у него за мгновение - не поймёшь, да и вообще у них там всё не как у нас и это минимум, а по максимуму - вообще всё не как у людей. А что если прекрасное мгновение по-ихнему как раз и есть пляски в кожаных трусах и кожаных фуражках на улицах? Кто их знает, может и так.
   А вот у нас, за всех конечно глупо говорить, но для весьма значительного количества населения страны, где "...всё стоит до макушек в снегу..." прекрасное мгновение, это: деревенская изба, зимняя темнота за окном, потрескивающая дровами печка, неяркий свет на кухне и накрытый к ужину стол. Нас столе, нет, на столе нет ни шницелей, ни бифштексов, и вообще нет ничего из супермаркетовской по большому счету отравы. А есть: чёрный хлебушек, который всему голова, отварная картошечка, квашеная капустка, помидорчики-огурчики, нежное, розовое, порезанное крупными кусками сало, солёные или маринованные грибочки, ну и ещё что-нибудь, всего не перечислить. Ну и конечно же венчает деревенский ужин или поллитра, поллитра, не больше, самолично выгнанной самогоночки, или же настоянный на травах чай, это уж кому что дольше нравится, а иногда и то, и другое. Вот и весь ужин, скромненько и без гламура.
   Когда выпили по первой и Фёдор захрустел огурчиком заедая картошку с салом, а отец, Алексей Фёдорович, подцепил вилкой капустки и прозвучал почитай самый главный вопрос, которого, честно говоря, Фёдор немножко побаивался:
   - Ну расскажи, поведай старику, как нынче живут начальники цеха?
   - Бать, ну что ты сразу начинаешь? - Фёдору не хотелось, да он и не собирался, рассказывать всю правду о своём назначении. А врать у него всегда плохо получалось, вот он и боялся сорваться, тем более батя.
   - А ты расскажи, расскажи. - "между первой и второй перерывчик небольшой" ставя на стол поллитру сказал Алексей Фёдорович. - Я тут с сугробами уже обо всём переговорил, потому и интересуюсь, как это сыну в такое высокое начальство удалось выбиться?
   - Бать, давай потом. - продолжал сопротивляться Фёдор.
   - Потом, если и дальше будешь выкобениваться, я тебя выпорю. Да, да, выпорю, не посмотрю что вон какой здоровенный амбал вымахал. Эх, правду люди говорят: не пожалеешь сызмальства детских задниц и ремня, людьми вырастут. - "Блин! И тут задницы! - Фёдор аж невольно вздрогнул, хорошо хоть батя не заметил. - Фу ты! Это он так шутит. Ну и шуточки!". - А я пожалел и вот получил: сидит передо мной сын родный, аж сам начальник цеха и выёживается, как та вошь в известном женском месте.
   - Ладно бать, ну что ты?! - нет, разумеется Фёдор не боялся порки, да и не будет батя его пороть, стыдно стало.
   - Это ты ладно. - продолжал якобы бушевать, а на самом деле гордиться сыном Алексей Фёдорович. - Дед твой, Фёдор, если не считать войну, всю жизнь токарем проработал и никаких высоких должностей не имел. Я тоже никогда в начальствах не ходил. Это ты у нас, почитай первый в роду, в институте выучился, инженером работаешь, а теперь ещё и в начальники цеха выбился. Неужели мне не интересно, как ты думаешь?! А ну, рассказывай давай, чего такого ты натворил, что тебя в большие начальники назначили?
   - Ничего, бать, такого я не натворил. - Фёдор понял, отпираться бесполезно и принялся, тщательно следя за словами, а чтобы не сболтнуть лишнего, рассказывать о своём вступлении в высокую должность. - На завод пришёл новый директор, а сам знаешь, новая метла всегда метёт по-новому.
   Вот и этот начал мести, в смысле, начал старичков на молодёжь менять. Василич, до меня начальником цеха был, ему за полтиник, вот меня на его место директор и сосватал. Вызвал к себе и говорит: мол ты молодой, на заводе давно работаешь, производство знаешь, образование, опять же, позволяет, кому как не тебе быть начальником цеха? А Василич, он, мол, старотат уже для такой должности, надо ему место по-спокойнее подыскать.
   - Вот козёл! - вырвалось у Алексея Фёдорович.
   - И я о том же, отказываться начал. Сошлись на том, что подумаю. И тут, что-то около недели прошло, вызывает меня к себе Василич, поллитру на стол ставит, и говорит, что он уже с полгода как начал чувствовать, что сожрут его и место себе начал подыскивать. Что у его зятя автосервис имеется, вот он туда и пойдёт работать, а мне, стало быть, прямая дорога в начальники цеха, тем более я его ученик. Я и правда его ученик.
   Бать, я не знаю как оно всё получилось, ну не давал я своего согласия! - Фёдор, хоть в этом ничего плохого и не было, почему-то промолчал о разговоре с Михалычем, наверное на всякий случай. - Не знаю, то ли директор к себе Василича вызывал, то ли тот сам прослышал, сам знаешь, завод что деревня, ничего не скроешь. Вот он и проявил, так сказать, инициативу, сказал: не хочу чтобы на моё место кто-нибудь другой, со стороны, пришёл.
   - Да уж, - задумчиво глядя в тёмное окно протянул Фёдор Алексеевич. - раньше, как ты говоришь, сжирали в виде проводов на пенсию, а теперь стало быть и пенсии не дожидаются, спешат куда-то.
   - Бать, ну что я поделаю, если оно так получилось?!
   - Да ты, сынок, не казни себя, твоей вины тут нет. Всё правильно, старики должны уступать место молодым, на то их и воспитывают, но не так же, вот в чём дело. Ладно, понятно всё. Ты лучше расскажи, как тебе этим начальником цеха работается?
   - Нормально работается.
   - Что значит нормально, рассказывай давай!
   - Бать, ну ты сам на заводе работал, сам лучше меня всё знаешь. Всё тоже самое, что и бригадиром работать, только бумаг гораздо больше, ну и если набедокуришь, не начальник цеха тебя долбает, а главный инженер, замдиректора по производству. - "Вот он, опять замдиректора появился, что б ему!" - ну или же сам директор.
   - Успел набедокурить? - прищурив глаз спросил Алексей Фёдорович.
   - Нет ещё.
   - И не торопись. Ладно, давай ужинать, картошка остынет, а разогретая, уже не то.
  

***

  
   "Первая часть разговора состоялась и прошла, можно сказать, гладко, а то что батя пошумел немного, это так, не считается, это характер у него такой. Теперь осталось о Татьяне рассказать и о должности замдиректора. О Татьяне, там почитай всё нормально, батя давно время от времени пилит Фёдора, мол, когда тот женится и внуков ему нарожает? То что Вовка, батя не такой человек, чтобы в детях видеть препятствие нормальной семейной жизни, думается не будет против. А вот насчёт замдиректора, тут посложнее. Тут надо быть осторожным и ещё раз осторожным, как-будто по минному полю гуляешь. Не дай бог сболтнуть об условии, о вступлении в новолюди, батя сразу же прибьёт. - Фёдор хотел было прокрутить предстоящий разговор в мозгах, но свежий воздух, банька, да и ужин на пару с самогоночкой своё дело туго знали. Не успел Фёдор потренировать разговор, уснул".
   Хоть и не лето на дворе, а дело по хозяйству нашлось - перевернуть снег на огороде. А ничего удивительного, за зиму то, что намело так слежалось и спрессовалось, не то что ходить, прыгать можно. Вот и принялись Алексей Фёдорович с сыном Фёдором переворачивать весь этот снег. Вроде бы и пустячное занятие, а на самом деле вовсе не пустячное, потому что снег надо было перевернуть не для того, чтобы, как в армии по приказу дурака-командира наверху оказался белый, чистый и красивый снег, а для того чтобы он побыстрее растаял, весна не за горами. А теперь нетрудно представить, перелопатить весь снег на огороде, это тоже самое что тот же огород по весне вскопать, нормально? Так что на два дня отец и сын были вполне обеспечены работой на свежем воздухе.
   Ну а вечером, опять за ужином, теперь уже Фёдор сам начала разговор, сначала о Татьяне:
   - Бать, посоветоваться с тобой хочу.
   - Ну давай, советуйся. - ну какому отцу неприятно, когда сын говорит: хочу посоветоваться?
   - Понимаешь, с женщиной я познакомился.
   - Ну слава богу! - выдохнул Алексей Фёдорович, как-будто долго-долго нёс какой-то тяжеленный мешок, и вот наконец-то донёс, опустил его на землю. - А я уже думал...
   - Что ты думал?
   - Думал, что так и проживёшь всю жизнь один.
   - Ну ты даёшь!
   - Это ты даёшь! Вернее, давал. Рассказывай давай.
   - Хорошая женщина, Татьяной зовут. Тоже на заводе работает, кладовщицей. Красивая.
   - Ну, красота, сынок, она в первую очередь для других предназначена, чтобы, кто любовался, а кто завидовал. Сама-то как.
   - Нормально, бать. Характер спокойный, не стерва.
   - Это хорошо, что не стерва. Со стервой не жизнь, а каторга, даже хуже.
   - Вот только ребёнок у неё есть, Вовка.
   - Неслух? - не сказать, чтобы Фёдор ожидал, что отцу не понравится наличие Вовки, но и такого тоже не ожидал. Алексей Фёдорович усмехнулся, а вспыхнувшие искры в глазах подсказали сыну, что отец очень заинтересовался возможным внуком.
   - Ещё какой! - в ответ усмехнулся Фёдор. Про пельмени рассказывать не стал, ни к чему. - Называет меня дядей Фёдором, тем самым, из мультика, только как бы вырос я. И постоянно меня подначивает, мол, когда поедем в Простоквашино?
   - В Простоквашино говоришь? - Вовкино желание его откровенно развеселило. - Вот и привози, ну хотя бы на следующие его сюда вместе с Татьяной, в Простоквашино.
  

Глава VIII

  
   А у Андрея с каждым днём жизнь становилась всё прекраснее и прекраснее, ну разве что кроме работы. Нет, на работе всё было нормально, более того, даже сам Аркадий Аркадьевич как-то похвалил. Нормально-то нормально, но уж очень скучно. А вот вне работы - красота да и только!
   Следуя пожеланиям Константина Александровича Андрей после того как узнал о возможном направлении его на стажировку начал совершать ежеутренние пробежки. Сначала было не ахти как: вставать приходилось раньше, да и конец зимы, начало весны в плане погоды особого оптимизма не внушали. Но видать и правду говорят: человек - такая сволочь, ко всему привыкает. Вот и Андрей привык, да и зима, словно в поддержку Андрея, уступила своё место весне, а та в свою очередь уступила его лету.
   Но это так, болтология типа шутки. Если серьёзно, благодаря этим пробежкам по близлежащему парку Андрей познакомился с Алёной, вот так-то! Произошло это почти точь-в-точь, как и в одной очень известной книге кем-то горячо любимой, а кем-то откровенно презираемой, уж очень какая-то непонятная. Разница была минимальной: произошло это не на улице, а том самом парке, где Андрей совершал ежеутренние прогулки, и причиной знакомства стал не букетик мимозы, а самые обыкновенные наушники для смартфона или же плеера. Тем не менее без мистики не обошлось.
   За несколько месяцев у Андрея сложился, устоялся определённый маршрут пробежки. Нет, специально он его не определял, не "протаптывал", такие вещи происходят на каком-то подсознательном уровне, как бы сами собой.
   В то утро, кстати, утро было хоть и солнечным, но немного ветреным. Где-то в середине маршрута навстречу ему бежала девушка. Ну бежала и бежала, чего тут удивительного? Андрей лишь мельком взглянул на неё, девушка как девушка, ничего этакого, бросающегося в глаза, ну разве что наушники в ушах. Ну и что, что наушники? Ну любит человек музыку, вот и слушает! А может она книгу какую слушает, ну или университетскую лекцию какую, домашнее задание, так сказать выполняет?! На самом деле это был первый мистический момент, или знак, раньше Андрей ни разу эту девушку в парке на пробежке не видел. Но Андрей, как и любой другой в силу принадлежности к мужескому полу, насчёт девушки сообразил лишь одно: "А ничего себе так...", а насчёт того: откуда она взялась, сами понимаете, даже не задумался и уже почти забыл о ней.
   Минуты не прошло, как Андрея догнала другая девушка, эта была посимпатичнее. Среднего по женским стандартам роста, не сказать что красавица, ну в смысле не смазливая. Ведь на самом деле красота и смазливость, это очень разные вещи, и что интересно, а иногда и печально, многие мужчины путают красоту и смазливость, а потом, не все конечно, сами же и маются. Девушка была скорее привлекательной, чем по-смазливому красивой, да в профиль особо-то и не разглядишь. Тем не менее, и Андрей это заметил, было в ней что-то такое, что как магнитом притягивает мужские взгляды, ведьмовство наверное какое-то. Её серые глаза, как иногда бывает, не были холодными, стальными, а как бы искрились и потому были тёплыми, а светло-русые волосы как нельзя лучше подчёркивали их красоту.
   А вот телосложение девушки Андрей рассмотрел сразу и очень хорошо рассмотрел, сами знаете, это происходит автоматически в силу мужской, кобелинской, природы, не иначе. Ведь оно как: кому-то из мужчин нравятся женщины худенькие, стройненькие. Свою любовь, ну или предпочтение, к женщинам такого телосложения эти мужчины оправдывают якобы их горячим темпераментом. Ну и ладно, пусть оправдывают, им виднее. Некоторым мужчинам, как бы в противовес, нравятся женщины пышных форм. И у них, в смысле у мужчин, тоже есть объяснение своим предпочтениям: некоторые из них принимаются сравнивать стиральную доску с морскими волнами. Странное конечно сравнение, ну да ладно, им тоже виднее.
   Догнавшая же Андрея девушка своим телосложением не подходила ни под одно из только что описанных определений. Среднего роста, не худая и не полная, а, как бы это сказать, золотая серединка. Золотая серединка, в смысле, всё при ней, извините, ну говорят так: и спереди и сзади есть за что "зацепиться" и не только глазами. Хорошенькая такая, ладная девушка. А вот это был второй мистический момент, ну или знак, потому что девушку это Андрей тоже в парке никогда не видел, и не только в парке.
  

***

  
   Поравнявшись с Андреем девушка не стала его обгонять, а уровняв свою скорость бега с его скоростью побежала рядом. А вот это наверное третий мистический момент - совершенно обыденно, как будто тыщу лет уже знакомы, повернув лицо к Андрею она сказала:
   - Не понимаю людей, которые во время бега, да ещё по утрам, музыку слушают, да ещё в наушниках.
   Андрей пожал плечами, сам он над этим никогда не задумывался, ну слушают и пусть себе слушают ему-то какое дело?
   - Неужели они не понимают, что шум утреннего ветра, шелест листвы, рокот просыпающегося неподалёку города и есть самая лучшая в мире музыка? - продолжала девушка время от времени поглядывая на Андрея как бы ища у него подтверждения верности своих суждений. - Хорошо хоть виртуальные очки не одевают. - и засмеялась.
   Смех девушки показался Андрею той самой музыкой о которой она только что рассказывала как бы вобравший в себя и шум ветра, и шелест листы, и вообще весь мир. Так и познакомились.
   Оказалось девушку зовут Алёна, вообще-то Лена, но имя Алёна ей больше нравится. Выяснилось и то, почему Андрей до этого дня её ни разу не видел в парке. Оказалось Алёна буквально несколько дней назад сняла в этом районе квартиру, нашёлся вариант подешевле, а по качеству жилья такой же, вот и переехала. Андрей тоже вкратце рассказал о себе, мол, живёт здесь неподалёку, давненько уже живёт, квартира у него здесь. Ни кто такой, кем работает ну и так далее Алёна не спрашивала, а сам Андрей не рассказывал, чувствовал, ни к чему это, во всяком случае сейчас. Ну и конечно же сам не расспрашивал Алёну. Так и бегали. Да, теперь он каждое утро дожидался Алёну у одного из входов в парк, а потом они начинали пробежку, иногда переходили на шаг, отдыхали, и разговаривали. О чём разговаривали? Да так, о всякой ерунде! Что, неужели двум молодым людям не о чем поговорить?
  

***

  
   С неделю наверное прошло как Андрей познакомился с Алёной и как они стали вместе бегать по утрам. А тут и дурак догадается: если девушка тебе нравится, а Алёна Андрею очень понравилась, надо дальше развивать отношения, не ограничиваться одними утренними пробежками по парку. А то посмотрит-посмотрит на него Алёна, и дальше побежит, не факт конечно, но вполне может случиться.
   - Алёна, как ты посмотришь на то, если я тебя приглашу в театр? - спросил её Андрей во время одной из пробежек.
   - В театр?! - удивилась Алёна, причём удивилась так как-будто Андрей пригласил её в соседский сад, яблоки воровать.
   Вот и размышляй после этого о женской проницательности! Почитай неделя прошла, переговорено было, ну почти обо всём, а она, Алёна, не рассмотрела в Андрее предпочтение театра какой-нибудь кафешке.
   - Ты не любишь театр? - "Блин, неужели она любит ходить по ночным клубам? Жаль!".
   - Ну почему же?! - Алёна даже остановилась, видать вопрос для неё оказался достаточно важным, чтобы отвечать на бегу. - Я очень люблю театр. Просто странно как-то, в театр...
   - А что тут странного? - неподдельно удивился Андрей.
   - Странно здесь то, что сейчас девушку обычно приглашают в какой-нибудь ночной клуб, в ресторан, в кафешку в конце концов, но никак не в театр или же в музей.
   - А ты ходишь в музеи? - тут же спросил Андрей.
   - Конечно хожу, а ты?! - к тому времени они давно уже перешли на "ты".
   - Тоже хожу.
   Стоит ли говорить о том, что предложение было принято. Теперь Андрею предстояло выбрать хороший спектакль, ну и театр разумеется. Договорились на ближайшую субботу, и Андрей погрузился в Интернет, принялся изучать репертуар театров города. Свой выбор он остановил на классике, на пьесе Шекспира - "Комедия ошибок". Почему? Андрей и сам не знал, почему. Может быть потому что пьесу-то он читал, спасибо Константину Александрович, а не сцене не видел, не довелось. А может быть была и другая причина, ну например, утроить Алёне этакую лёгкую проверку на предмет её отношения к классике, которую современная молодёжь в своём большинстве не очень-то жалует.
   К удивлению, приятному удивлению Андрея, выбор пьесы, не говоря уж о театре Алёне понравился. По её словам, она не понимает и не принимает современные "творения" театральных режиссёров в духе а-ля "Женитьба" Гоголя из "Двенадцати стульев". Ей нравятся театральные постановки в классическом исполнении. Не модно?! Что не модно, красота и гармония не в моде?! А откровенная пошлость временами переходящая все дозволенные границы - модно? Ну и модничайте, если вам так нравится!
  

***

  
   В субботу, в условленное время, Андрей подъехал к дому Алёны. Вопреки бытующим представлениям и рассказам о якобы рассеянности и неорганизованности женщин, мол, постоянно опаздывают, Алёна стояла у подъезда. Нет, Андрей не въехал со всего маху в столб, хотя не мешало бы, Алёна выглядела просто потрясающе! По всей видимости она принадлежала к той сравнительно небольшой, если хотите, породе людей обладающих идеальным вкусом. С виду вроде бы простенькое платьице, ничего особенного, минимум, самый минимум косметики и украшений, простая, не вычурная причёска. Единственное, что обращало на себя внимание так это туфли, сразу видно, хорошие, в смысле, качественные и дорогие. А вот всё вместе, разумеется вместе с самой Алёной, выглядело до того сногсшибательно, до того всё было к месту и как бы дополняло, и подчеркивало как одежду, так и макияж, что просто слов нет.
   - Привет. - улыбнулась Алёна то ли Андрею, то ли букету подаренных им цветов. - А я только-только вышла.
   - Привет. - улыбнулся в ответ Андрей. - я тоже только подъехал.
   Они рассмеялись удачной шутке Андрея и направились к автомобилю. Усадив Алёну на переднее сиденье Андрей обошёл автомобиль, уселся на водительское сиденье и тронул свою красавицу Камри с места.
   - У тебя хороший автомобиль. - глядя на Андрея сказала Алёна.
   - Да, мне тоже нравится. - не сказав спасибо, тем самым не отреагировав на комплимент ответил Андрей.
   Всё, на этом обсуждение Камрюхи включая её цену, её ходовые и технические плюсы и минусы закончились, вернее, они даже не начинались.
   - А я совсем не умею водить машину. - вдруг сказала Алёна.
   - Да ты что?! - удивился Андрей, потому что был уверен: каждый взрослый человек умеет водить автомобиль.
   - Правда-правда!
   - Хочешь я тебя научу? Это не сложно.
   - Хочу, но боюсь.
   - А ты не бойся, так проще. - и они опять рассмеялись уже второй удачной шутке Андрея.
   Поскольку время было летнее надобность в верхней одежде в виде шуб, полушубков, курток и прочих тяжёлых и неудобных вещах отсутствовала и как следствие пришедшие в театр оставляли гардероб без внимания. Андрей с Алёной последовали массовому примеру и как водится прогулялись по фойе разглядывая многочисленные фотографии актёров служивших и служащих в театре.
   - Знаешь, для меня театр, это в первую очередь какая-то непостижимая для обычного, простого смертного, тайна. - Алёна держала Андрея под руку, если посмотреть со стороны - прекрасная пара. - Это почти как в церкви, там тоже тайна. Но там тайна другая, церковная тайна она как бы замешана на загробной жизни, а значит на смерти. А театральная тайна замешана на жизни, потому и такая лёгкая, слегка грустная, но и весёлая. Да и дышится здесь как-то легче, свободнее, не так как в церкви.
   - Ты ходишь в церковь? - нет, Андрей не удивился возможной религиозности Алёны, просто спросил, полюбопытствовал.
   - Нет, что ты, я не религиозна. По моему бог, он в душе и для того, чтобы поговорить с ним, ну или, если уж так захотелось, помолиться необязательно посещать какое-то специальное место. Так что можешь считать, ты познакомился с еретичкой. - а вот и первая "ласточка" кокетства.
   - Я тоже как-то не очень хожу в церковь, даже вообще не хожу, не вижу смысла. - вместо того, чтобы поддержать кокетливые нотки в интонациях Алёны Андрей принялся пересказывать свои взгляды на религию, дундук, а что тут ещё скажешь? - А к театру, если честно, я пристрастился совсем недавно. Ну как пристрастился? Если раньше я театр игнорировал, ну не проглядывался он на моём жизненном пространстве, то сейчас, правда не часто, хожу и всегда с удовольствием.
   - Один? - а вот, Андрей Викторович, и вторая "ласточка" кокетства "в сени к вам летит", лови.
   - Сейчас один, а раньше... - Андрей вдруг замолчал, потому что задумался: рассказывать Алёне о Константине Александровиче или не рассказывать?
   - Что раньше? - Алёна посмотрела на Андрея хитро и подозрительно, но вопрос до полного не расширила.
   - Понимаешь, на прежнем месте работы был у меня наставник, вообще-то он и сейчас есть, Константин Александрович. Уж не знаю, чем я ему так приглянулся только начал он меня просвещать как в плане профессии, - а вот здесь Андрей слукавил, хоть и совсем чуть-чуть, но слукавил. Да и не будешь же всю правду-матку рассказывать, да ещё девушке! - так и в плане общего развития. Это он меня сначала стыдил, даже чуть-чуть заставлял, приучал посещать театры, музеи, читать книги по искусству.
   - Хороший у тебя наставник. - как-то чуть грустно отреагировала Алёна. - К сожалению не всем так в жизни везёт, а жаль.
   "Да уж, - подумал Андрей. - повезти мне конечно повезло, но не дай бог тебе когда-нибудь узнать с чего это везение началось":
   - Пошли в зал. - предложил Андрей тем самым как бы ставя точку в рассказе о Константине Александровиче. - Не люблю продираться между спинками и коленками сидящих зрителей.
   - Я тоже. Пошли.
  

***

  
   Зрительный зал приятно удивил и даже слегка ошарашил обоих. Андрей с Алёной переглянулись как бы спрашивая друг у друга: ты хоть раз видел такое? И тут же ответили: ни разу. По зрительному залу ходили актёры занятые предстоящем спектакле. Догадаться было нетрудно, все они были в костюмах и в гриме. Один из них, благодаря кинематографу, довольно-таки известный актёр, тот так вообще по простецки сидел на ступеньке, чуть ли не посередине зрительного зала, играл на гитаре и что-то насвистывал. Другой актёр рассказывал группке зрителей о том, что Шекспиру, когда тот написал свою первую пьесу, было всего шестнадцать лет. Присутствовал в зрительном зале и главный режиссёр, Андрей узнал его сразу, фотографии видел. Режиссёр не играл на гитаре и не рассказывал зрителям о юности Шекспира, подобно распорядителю бала, ну или на худой конец метрдотелю какого-то элитного ресторана он просто ходил по залу и разглядывал зрителей.
   - Здорово! - воскликнула Алёна и в знак восторга крепко прижала руку Андрея к себе. - Никогда такого не видела!
   - Я тоже. - Андрей, а наверное потому что мужчина, отреагировал более сдержанно, хотя ему тоже очень понравился замысел режиссёра.
   Стоит ли говорить, что спектакль и Алёне, и Андрею очень понравился, а судя по неоднократно прерывавшим театральное действо аплодисментам он понравился подавляющему большинству зрителей. Да и как он мог не понравится, если ещё до спектакля своим появлением в зрительном зале актёры обеспечили зрителям приподнятое театральное настроение, права Алёна, настроение в ожидании чуда. И чудо случилось, оно развивалось на сцене, незримо проникало в зрительный зал и также незримо проникало в души зрителей с тем, чтобы остаться в них как можно на более долгий срок. Актёры играли просто великолепно, мало того что талантливо, так ещё и как-то весело, от души. Было видно, разыгрываемое ими на сцене действо в первую очередь им доставляет ни с чем несравнимое удовольствие, а потом уже зрителям.
   - Спасибо тебе. - полушёпотом сказала Алёна когда они вышли из театра. - Фантастический, волшебный спектакль, никогда такого не видела! - и сразу посерьёзнев посмотрела Андрею в глаза и спросила. - Ты знал о том, что спектакль будет именно таким? - мол, признавайся: специально всё это подстроил?
   - Конечно не знал. - проморгав ещё одну "ласточку" кокетства ответил Андрей. - Да и откуда я мог знать? Я через Интернет билеты покупал, а там, на сайте продажи билетов, сама знаешь, спектакли не особо анонсируют.
   - Значит вдвойне замечательно! - воскликнула Алёна. Видимо, да что там видимо, ей на самом деле очень понравилась спонтанность выбора Андрея и такое меткое попадание "в десятку".
  
  

Глава IX

  
   Ещё даже не припарковавшись Андрей заметил на соседнем с театром здании рекламный баннер: "Существует добрая традиция: после спектакля ужинать в нашем кафе".
   "Молодцы, хорошо придумали. - отметил про себя Андрей и тут же сам себя убедил в более глубоком смысле рекламной вывески. - А собственно говоря, где, в какой обстановке лучше всего обменяться впечатлениями о спектакле? В салоне автомобиля под мигающие габариты встречных и попутных автомобилей или же в уютном кафе под негромкую, приятную музыку? Вот и я о том же".
   Довольно-таки трудно предположить, потребуется слишком много фантазии, что почитай все зрители великолепного спектакля сплошь неграмотные. Но такая мысль всё-таки посетила голову Андрея когда они зашли в кафе, зал был почти пуст. Видимо в своём большинстве зрители предпочитали делиться впечатлениями о спектакле, по их мнению, в более подходящей для этого обстановке.
   Алёна внимательно, хитренько так, прищурив один глав, посмотрела на Андрея и улыбнувшись спросила:
   - Ты думаешь я из тех кто не ест после шести? А лёгкий ужин лишь для того, чтобы тебя не обидеть?
   Андрей пожал плечами. Вообще-то он думал, что почти все женщины сидят на диете и не едят после шести вечера:
   - Не знаю. - надо же было хоть что-то ответить.
   - Вынуждена тебя разочаровать. - Алёну откровенно веселила реакция Андрея на её слова. - Я не принимала и не собираюсь принимать обет голодовки после шести вечера, и точно также не собираюсь давать кому-либо страшные клятвы на этот счёт. Это глупо, просто глупо. К примеру, ты можешь назвать мне хоть одно дикое, да и домашнее тоже, животное, которое само, по доброй воле, ляжет спать голодным? - и словно получив ответ добавила. - Вот и я не знаю.
   Сделали заказ. Нет, ничего этакого не заказывали, потому что тот самый баннер стазу оповещал своих потенциальных гостей о главной причине посещения кафе: провести время в такой же приятной как и театр, но в более уютной обстановке. Единственное, что немного смутило Андрей так это алкоголь, ну в смысле вино. Самому-то ему нельзя, за рулём. Вообще-то можно, если что, тот же Александр Валентинович "отмажет", но лучше не надо. Да и какое впечатление он произведёт на Алёну, если выпьет даже пусть пару бокалов вина являясь потенциальным участником дорожного движения. "Алкогольный тупик" превратился в прямую дорогу, причём без капели хмельного очень даже просто. Наверное, да что там наверное, наверняка Алёна помимо всех уже известных Андрею своих талантов обладала ещё одним: легко и просто, с максимальной тактичностью, выходить из таких вот хоть и простых, но на самом деле иногда не очень-то простых ситуаций. Ну согласитесь: пригласил ты девушку в то же кафе, а сам за рулём, ну нельзя тебе! И что, ты так ей и заявишь, мол, мне нельзя, за рулём, а ты, да хоть залейся и бац на стол поллитру! Смешно? В том-то и дело, что хоть и смешно, но не на все сто процентов. Но Алёна повела себя так, как будто не только в этом, продолжавшем театральное действо кафе, но и в этом мире вообще о существовании того же вина никто даже не подозревал.
  

***

  
   - Хорошо с кафе придумали. Выходишь из театра, ехать сразу домой как-то не то, в другой театр уже не пойдёшь. - видимо представив посещение ещё одного театра, причём сразу, рассмеялась Алёна. - А здесь очень даже уютно, и народу мало, не люблю когда многолюдно и шумно.
   - Я тоже не люблю. Заводскую столовку напоминает.
   - Ты работаешь на заводе? - удивилась или сделала вид, что удивилась, этих женщин не поймёшь, Алёна.
   - Нет. Это просто так, на ум пришло. Даже не знаю почему. - чуть виновато улыбнулся Андрей.
   - А где, если не секрет?
   Кстати, один из самых ответственных моментов при знакомстве вообще, не говоря уж о знакомстве с девушкой, это вопрос о роде занятий нового знакомого, а чаще всего просто о месте его работы. Ну ладно, если, как например сейчас у Андрея, уже выстраиваются далеко идущие планы, а если планов никаких нет, тогда как? Это всё к тому, что почему-то не спрашивают об увлечениях, хобби, ну и так далее. Неужели в народе живёт вера в то, что увлечения и работа, это одно и тоже? Хорошо, если бы оно было так.
   - Не секрет. - слегка смутился Андрей, хотя вопрос был вполне уместным.
   Они с Алёной почитай уже вон сколько знакомы, вторая неделя пошла, а до сих пор ничего друг о друге в плане рода занятий не знают. Это наверное всё потому, что утренний парк, и неважно в какую погоду, не самое лучшее место для рассказов о своей профессиональной деятельности.
   - Бюрократом работаю. - продолжал смущаться Андрей, а самый лучший способ избавиться от смущения, это пошутить.
   К тому же Андрей, даже Алёне, почему-то стеснялся говорить как о месте своей работе, так и, тем более, о её характере. Вроде бы ничего зазорного ни в районной администрации, как таковой, и нет, да и в том, что он курирует торговлю тоже нет, а всё равно стеснялся. Может это происходило в силу того, что узнав о характере его работы могут начаться шутки и подмигивания, мол, ишь ты, хорошенькое местечко, это в глаза, а за глаза: "или блатной, или чей-то сыночек...".
   - В управляющей компании, что-ли?! - то ли и правда решила угадать Алёна, а может пошутила.
   - Почему сразу в управляющей компании?!
   - А потому что там только бюрократы и работают! - со знанием дела заявила Алёна.
   - Даже дворники?!
   - Они там самые первые бюрократы! Ты хоть раз пробовал у дворника зимой снега попросить?!
   - Нет, не пробовал... - вот так-то, Андрей Викторович, ловко она тебя!
   - И не пробуй, бесполезно!
   Что тут скажешь, шутка получилась классная, бесхитростная и весёлая, в самый раз. Во всяком случае это гораздо лучше, чем вычитанный из газеты с кроссвордами анекдот. Смеялись оба, причём Алёна смеялась веселее, она даже принялась обмахивать глаза ладонью, видать тушь начала подтекать.
   - Я, Алёна, работаю в одной из районных администраций города. - Андрей не стал уточнять в какой именно, а зачем? - В отделе торговли. Вроде бы как контролирую работу торговых точек на подведомственной мне территории, а на самом деле занимаюсь составлением отчётов, планов и прочей бумажной ерунды. Говорю же, бюрократ!
   - Значит мы с тобой коллеги. - ничуть не удивилась довольно-таки редкому и чего уж тут скрывать, престижному месту работы Андрея. - Я тоже бюрократка, тоже с утра до вечера вся в бумагах, ну и компьютер конечно.
   - Компьютер, это само-собой. - согласился Андрей. - Вечером домой приходишь, аж смотреть на него сил нет. - и тут же перехватил инициативу. - А ты кем работаешь?
   - У меня наверное самая женская профессия. Я бухгалтер, бухгалтер-материалист. Работаю на железной дороге.
   - Да уж, у тебя наверное бумаг побольше моего будет.
   - Наверное.
   Жаль конечно, каким-то не таким получилось посещение кафе и всё из-за того, чем занимаешься, а не чем увлекаешься, что тебе интересно в жизни? А ведь на самом деле, и вовсе неважно как сложатся в дальнейшем отношения Андрея и Алёны, такие вечера бывают только раз в жизни и то не у всех, хоть тысячу театров и после них кафе обойди. Ну да ничего страшного, есть надежда, что к Андрею с Алёной это не относится, будет у них ещё такой вечер, даже лучше, и не один.
  

***

  
   По дороге к дому Алёны молчали, а оно и понятно почему. Алёна и Андрей молчали потому, что были заняты, отвечали на самим себе заданный вопрос, кстати, вопрос очень даже важный. Более того, в той или иной степени важности он всегда возникает у мужчины и у женщины, причём, у каждого свой. А важность вопроса определяется: надолго ли планируются отношения? Если не надолго: переспать несколько раз, то важность вопроса невысока, а если надолго, сами понимаете, всё с точностью до наоборот.
   У женщины, в нашем случае у Алёны, вопрос сформулирован примерно так: будет Андрей напрашиваться на чашку кофе, ну или же как в своё время Фёдор сразу лупанёт, мол, жареной картошки хочется или нет? А у Андрея почти тоже самое, только с учётом мужского начала как организма, так и характера: напроситься в гости сегодня или рано ещё?
   На самом деле ничего удивительного в такой несколько странной формулировке вопроса нет. На самом деле, и это вне зависимости от характера, темперамента, целомудренности и ещё кучи всяких разных зато очень похожих друг на друга вещей женщина всегда ждёт со стороны мужчины, когда тот попросится на кофе или на жареную картошку? А тут ничего не поделаешь, женщина так устроена, хочет нравится, а тот же кофе, ну и картошка разумеется, как раз и есть хоть и весьма завуалированное, но всё равно проявление того, что она понравилась, что желанна.
   Нет, никаких хитроумных книг по психологии Андрей не читал, не успел ещё, но тем не менее поступил единственно верно, не иначе по наитию, не стал напрашиваться к Алёне ни на чай, ни на жареную картошку. Подъехав к подъезду Алёны он первым вышел из автомобиля, помог Алёне выйти из салона, затем под ручку проводил её до дверей подъезда, поблагодарил за прекрасный вечер. Дальше, больше: выразил надежду в том, что у него есть шанс пригласить Алёну ещё куда-нибудь, поцеловал руку, пожелал спокойной ночи и направился к автомобилю.
   Вот так вот, Алёна, а ты теперь думай, что это было?! Не сомневайтесь версий подоплёки такого поведения Андрея будет выдвинуто столько, что ни на один день хватит, никакой театр не сравнится.
  

***

  
   Фёдор и сам от себя не ожидал, всё получилось, ну как с обрыва в речку прыгнул. Понедельник? Да и хрен с ним с понедельником! На этот раз он в обеденный перерыв сбегал в ближайший цветочный магазин, купил приличных размеров букет роз и как мог спрятал его в салоне автомобиля.
   - Цветы? - вот так вот! Оказывается от жены не только заначку, но и цветы ни за что не спрячешь. Чувствуют они их что-ли?
   Вообще-то Фёдор хотел сделать предложение Татьяне по-человечески, вечером, но, а может оно и к лучшему, что так получилось. А чего, собственно говоря, кота за хвост тянуть, если он твёрдо для себя решил стать заместителем директора, ну а чтобы никто ничего не заподозрил, вот она, Татьяна, лучше и не придумаешь.
   Окончательно решение было принято прямо сразу же после разговора с батей, а когда возвращался в город, Фёдор ещё раз прокрутил свой план в голове и решил не откладывать в долгий ящик. Нет, он не боялся того, что Евгений Казимирович подберёт на его место кого-нибудь другого. Во-первых, он сам сказал, что хочет видеть в должности своего заместителя выдвиженца из инженеров завода, а лучше Фёдора, Фёдор не один раз перебирал в уме всех возможных кандидатов, лучше его никого не было, более того, он был единственным. А во-вторых? А хрен его знает, что, во-вторых? Во-вторых ну хотя бы то, что Фёдор работает на заводе уже с десяток лет, авторитет как среди инженерных работников, так и среди простых работяг, а это почитай самое главное, имеется. Опять же, Фёдору вспомнился тот разговор с Михалычем. А ведь Михалыч тогда считай что поддержал Фёдора, ну а насчёт "судьи", это не более чем: надо же было хоть что-то сказать!
   И Татьяна тут как нельзя кстати. Нет, Фёдор на самом деле не кривил душой, Татьяна ему и правда нравилась, даже очень нравилась. Любил ли он её? А он и сам не знал! Вы для начала объясните как эта самая любовь выглядит, потом и спрашивайте. Ему с Татьяной хорошо, да и ей, такие вещи долго скрывать невозможно, тоже с ним хорошо, и с Вовкой общий язык найден, лучше не придумаешь.
   Ах да, придётся стать этим самым, новочеловеком. Ну придётся, а куда денешься если по-другому никак? Но тут, если немного поразмыслить и задвинуть своё глупое самолюбие куда подальше, один раз засунуть, потом пусть возвращается на своё прежнее место, то ничего страшного и нет, вернее, не будет, не случится. Фёдор даже как бы в своё оправдание поговорку вспомнил: "Один раз, не педераст", а что, а вдруг не прикола ради кто-то выдумал? А вдруг в жизни так оно и есть, просто он до этого не оказывался в подобных ситуациях?
   " Вот и оказался. - горько усмехнулся Фёдор и тут же себя одёрнул. - Ладно, не ной, прорвёмся. Тем более один, тот самый раз, он только один, а замдиректорство, оно на постоянно, а может быть в дальнейшем не только замдиректорство".
   Ну а дальше как по накатанной. У Фёдора сразу же нашлось множество аргументов не то чтобы оправдывающих его предстоящий поступок, но и прямо говорящих о том, что это и есть единственно правильный ход, иначе... Иначе, вон, как Васильич, ну проработает Фёдор начальником цеха, ну лет двадцать, а дальше что? А дальше точно также, как и Васильичу, на улицу, в полную неизвестность да ещё в предпенсионном возрасте. У Васильича, у того хоть зять с автомастерской есть, а у него кто? Да никого! Кстати, вот тебе ещё один аргумент в пользу - жениться надо, не будешь же всю оставшуюся жизнь вот так. Так что всё нормально получается: сыграют с Татьяной свадьбу, Вовку усыновит и всё, полный ажур! Единственное, о чём надо будет попросить Евгения Казимировича, это чтобы он его не сразу на должность заместителя директора назначал.
   А за эти пятнадцать-двадцать лет, Фёдор сам не знал почему был уверен в правдивости каждого слова Евгения Казимировича, за это время можно бог знает как высоко взлететь, тем более как он понял поддержка на будущее ему обеспечена. Взлететь, говоришь? Можно конечно, так и упасть можно! Ерунда! Упасть можно и на ровном месте. На ровном месте падать даже хуже, чем с высоты, куда падать выбора никакого нету.
  

***

  
   Так что пришлось сознаваться Татьяне прямо в автомобиле, ну и сразу же предложение делать. Не скажешь же ей: "Это я тебя замуж зову, только давай я тебе предложение не здесь, а дома, на кухне сделаю".
   К удивлению Фёдора, правда вида он не показал, Татьяна приняла его предложение как-то спокойно, хоть бы носом хлюпнула для порядка. Ну да это ладно, это мелочи. На самом же деле, это Татьяна уже после свадьбы Фёдору всё рассказала, до этого держалась, крепилась как могла, боялась спугнуть. Оказывается она уже давно ждала момента, когда Фёдор ей предложение сделает, причём ждала каждую минутку, ну предчувствие у неё такое было. Ну а после того как услышала заветные слова, вот ведь женщины, до этого Татьяна тысячу и ещё тысячу тысяч раз прокручивала в голове подготовку к свадьбе, саму свадьбу, а тут... А тут как услышала, так всё началось заново, причём все предыдущие планы и задумки были сразу же забракованы и отвергнуты, и всё началось в тысячу неизвестно какой раз.
   Ещё дома не доехали, а у Валентины был уже готов план предстоящих свадебных торжеств, которым она сразу же и поделилась с Фёдором:
   - Пышную свадьбу устраивать не будем. Пригласим из заводских человек пять-шесть, самых таких, ну, типа Михалыча и Валентины. Нет, родителей приглашать не будем, зачем старикам в город переться? После, надо будет отгулов попросить, съездим в деревню к моим родителям, там отпразднуем, и к твоему отцу съездим, вот и получится как бы сразу три свадьбы. Правда здорово?!
  

Глава X

  
   - Андрей Викторович, зайдите ко мне. Да, прямо сейчас. - "Сам Аркадий Аркадьевич! Ишь ты! Может случилось что?".
   Прошло чуть больше года с тех пор как Андрей по его же словам, хоть и сказанным в шутку, тогда, в кафе, стал бюрократом. И знаете, конечно же год с небольшим срок для любой работы, в смысле, рабочего места, очень даже невеликий, он ни разу не пожалел о том, что покинул предыдущую довольно унылую контору и перешёл на работу под руководство Аркадия Аркадьевича. То, чего поначалу пугался Андрей, да и куратор его - Владимир Петрович слегка припугивал: множество и разнообразие приказов, указов, инструкций, постановлений и прочей дребедени оказалось такой мелочью, что Андрей сейчас если и вспоминал об этом, то вспоминал не иначе как с улыбкой. Он довольно-таки быстро сообразил: самым главным в его предстоящей работе, впрочем, как и в любой другой новой работе является не тупое зазубривание всех этих никому ненужных бумаг, а понять систему по которой работает, в данном случае, "контора Аркадия Аркадьевича".
   Администрация района руководимая Аркадием Аркадьевичем без сомнения работала точно также, как и любая районная администрация, да и не только администрация, а любая другая замешанная на бюрократизме государственная структура, а неважно какого уровня. Главное у них было одно - стоять на страже государственных интересов, это первое, и второе - по мере сил, способностей сотрудников и разумеется энтузиазма защищать интересы простых граждан, сводить к минимуму разногласия между как самим государством, так и любым проявлением свободного предпринимательства и гражданином проживающим на вверенной администрации территории. Приблизительно так.
   Если администрация работала более-менее нормально: в меру обласкана вышестоящими инстанциями за успехи и достижения в нелёгком труде, в меру наказана за бюрократизм и откровенное головотяпство, то "контора" Аркадия Аркадьевича работала как те швейцарские часы, и даже лучше. Если официально, "по государеву повелению", администрация подразделялась на отделы, типа отдела торговли, и различные службы, то неофициально, для внутреннего и почти никому невидимого пользования, списочный состав, прямо как в армии, подразделялся на причастных к новолюдям и непричастных. Процентное соотношение этих "отделов" стоящих над официальными отделами и службами определить было довольно-таки сложно, впрочем, Андрей не видел в этом надобности и не забивал себе голову. Та часть сотрудников администрации, которая не принадлежала к мужскому клубу хоть и представляла из себя довольно-таки внушительную силу конкуренции с принадлежавшими к мужскому клубу не выдерживала, впрочем, и не стремилась к этому. Всё что находилось, имеется ввиду то, что располагалось и боролось за место под солнцем на территории района было поделено по принципу справедливости: меньшая, в плане обеспечения безбедной жизни, часть была в ведении не новолюдей - старолюдей, а большая, разумеется в плане обеспечения сытости, курировалась членами мужского клуба, ну а над всем этим, как тот король-солнце стоял Аркадий Аркадьевич.
   Андрей довольно-таки скоро заметил и уяснил для себя: существует некий негласный договор между теми и теми согласно которому одни не лезут в дела других, а в результате все довольны и нос в табаке. Поскольку Андрей изначально принадлежал к членам мужского клуба, к новолюдям, то он даже не пытался вникнуть во все нюансы существования части сотрудников администрации в силу тех или иных причин не принадлежащих к новолюдям: они сами по себе, новолюди сами по себе. Ему гораздо интереснее, да и для себя полезнее, было разобраться в ветрах и в их направлениях с завидным постоянством дующих на "территории" мужского клуба.
   Для того, чтобы понять, объять целое, зачастую достаточно понять его часть, что Андрей в скором времени и сделал, в смысле, разобрался. Подведомственные его отделу торговые люди и предприятия тоже были поделены на несколько, если можно так сказать, категорий: уличная торговля начиная от бабушек и заканчивая ларьками и павильонами, мелкие магазинчики различной товарной направленности и рынки. Вот и всё, ничего сложного. Стоит ли говорить о том, что все они, имеется ввиду их хозяева и руководители, не принадлежали к членам согретого солнцем мужского клуба. Их основной задачей было регулярно, дисциплина похлеще армейской будет, передавать некую сумму или процент от общей суммы выручки, что именно Андрей не знал, к деньгам пока что допущен не был, доверенным лицам Аркадия Аркадьевича таким как Александр Валентинович и взамен этому дышать полной грудью и вообще, радоваться жизни. Ну и конечно же крупные торговые центры и сетевые супермаркеты. Что происходило там Андрей даже не догадывался, видать рано ещё было посвящать его в "тайны высшей математики". Ну и ладно, Андрей, поскольку был парнем не глупым справедливо решил: придёт время, узнает, и даже если это будет не торговля, а что-то другое, всё равно уровень будет соответствующим, высоким. Вот она и вся премудрость. Согласитесь, ничего сложного.
  

***

  
   - Проходи, Андрей, присаживайся. - обращение на "ты" несколько удивило Андрея. За всё время, что он проработал под руководством Аркадия Аркадьевича, хоть и не часто приходилось сталкиваться, обращение к себе на "ты", без отчества он услышал впервые. - Давай, знаешь ли, без церемоний, по-свойски. - Аркадий Аркадьевич вышел из-за своего рабочего стола и присел напротив Андрея за столом для совещаний.
   - Здравствуйте. - по принципу: если нечего сказать, хотя бы поздоровайся, ответил Андрей.
   - Оставим глупые вопросы о здоровье и об успехах в работе, и не менее глупые ответы на них в покое. - Аркадий Аркадьевич сидел напротив Андрея, ладони сплетены в замок, говорят в психологии это означает: я закрыт для общения, и тем не менее. - Ни к чему оно всё. Захочешь, сам расскажешь. Кстати, в субботу приезжай на шашлыки, а то как тогда с Константином Александровичем приезжал больше ни разу и не был.
   Нет, Андрей не "поплыл" от такого приглашения, тем более что до этого никто его никуда не приглашал вообще, такое впечатление как-будто держали на определённой дистанции. А тут на тебе!
   - Спасибо. - чуть склонив голову поблагодарил Андрей. - Я обязательно приеду. - и неожиданно для себя спросил. - А с девушкой можно?
   - Невеста?!
   - Думаю да. - слегка покраснел Андрей. - Пока ещё не спрашивал.
   - Тогда даже нужно! Молодец! Так держать! - было непонятно, у Аркадия Аркадьевича с самого утра такое хорошее настроение или же он так развеселился узнав о существовании Алёны да ещё в качестве потенциальной невесты.
   За это время отношения Андрея и Алёны, и такое бывает, несмотря на откровенное влечение друг к другу переросли в самую настоящую дружбу. Оно ведь как бывает? Нравится тебе девушка, ну или юноша, ну и что? В смысле, какие между ними отношения? Он, ну подарки дарит, ухаживает. Она, принимает подарки, ухаживания, бывает что капризничает, но это так, для вида, чтобы не возомнил себе чего-нибудь там, да и влечение к себе, его постоянно надо поддерживать. Ещё что? Ну в ресторан или в ночной клуб сходят, ну постель, дело тоже не последнее, а ещё что? Ещё что, в смысле общения? Он, в силу пусть даже потому что влюблён, поглощён ею, но частично, потому что ещё поглощён, нет, не какой-то там своей жизнью, а своими интересами. А она? Она тоже, тоже пусть даже влюблена, тоже поглощена своими интересами, которые, увы, это часто бывает, не совпадают с его интересами. А в результате получается, она о своём, в смысле, поговорить, а он о своём, что на самом деле и есть первый шаг в взаимному непониманию, которое со временем только усиливается. Грустная картина, а что поделаешь, если такое происходит сплошь и рядом?
  

***

  
   Другое дело Алёна. Наверняка ещё в самые наидревнейшие времена подмечено: женщина, появившаяся в жизни мужчины, занимает собой всё его жизненное пространство включая самого мужчину. Оно конечно хорошо, но хорошо в том случае, если и мужчина становится частью жизни женщины по принципу её неотделимой половинкой. Почему так? А потому что бывает и по другому: жизненное пространство мужчины занято, а сам мужчина, он есть конечно, но как бы сбоку болтается, в виде бесплатного приложения.
   Неизвестно как это ей удалось, но Алёна прямо-таки погрузила Андрея в свою жизнь, в свой мир, в мир своих взглядов на жизнь, в мир своих интересов и сама точно также утонула в мире Андрея и в нём самом, причём оба погрузились друг в друга, если можно так сказать, целиком и без остатка. Если посмотреть на них со стороны, то вроде бы ничего не изменилось: Андрей с Алёной точно также каждое утро встречались у входа в парк, и совершали свои ежеутренние пробежки. Но если раньше Андрей как определил для себя маршрут, так и бегало по нему, то теперь маршрут пробежки каждое утро был другим. Это всё Алёна - большая выдумщица, это она предложила так разнообразить их пробежки.
   - А что тут такого?! - отреагировала Алёна на третий день после того как они пару раз пробежались по новым маршрутам и теперь на бегу изобретали, Алёна изобретала, третий. - А разве один день похож на другой?! Хоть чуть-чуть да отличается! А если будет похож, то скучно будет жить. - и показала Андрею язык. Ну что тут скажешь?!
   Они не обсуждали друг с другом свою работу, причём произошло это без каких-либо предварительных договорённостей, как бы само собой получилось. Лишь однажды, причём не с самого начала, а примерно через пару месяцев Алёна как бы между прочим, может специально, а может просто высказала то, о чём в тот момент подумала:
   - Не понимаю, как люди могут пересказывать друг другу свою работу? Ну представь если я тебе начну рассказывать о какой-нибудь очередной инвентаризации! Разве тебе это будет интересно? Для того, чтобы такие разговоры были интересны обоим надо работать мало того что на одном предприятии, так ещё желательно занимать одинаковую должность. А так, скукотища да и только!
  

***

  
   - Уж не знаю, Андрей, обрадуешься ты или огорчишься, но у меня для тебя есть новость. - в глазах Аркадия Аркадьевича отплясывала целая толпа веселящихся от души чертенят. Видимо новость о которой Андрей пока ещё не знал в первую очередь была приятна самому Аркадию Аркадьевичу.
   - Какая?!
   - Такая! - довольный удивлённым взглядом Андрея рассмеялся Аркадий Аркадьевич, ведь с виду вполне серьёзный человек, а веселится как ребёнок. Правда наверное вспомнив о том, кто он такой на самом деле Аркадий Аркадьевич перестал смеяться и серьёзным, деловым тоном продолжил. - На тебя пришёл запрос. Твоя кандидатура утверждена на прохождение стажировки в Эдемии.
   Да уж, эффект был велик! Нет, со стула Андрей не упал: рядом стоящие стулья и сам стол помешали. А вот если бы он в тот момент сидел на одиноко стоящем стуле посреди комнаты тогда вполне возможно и упал бы, уж слишком оно всё неожиданно. Сразу после того как Константин Александрович уехал на стажировку Андрей часто, да что там часто, постоянно думал об этой стажировке и очень-очень хотел на неё попасть. Но не даром говорят, что самый лучший доктор, это время, а любое сильное желание, это болезнь. Шло время и желание попасть на стажировку разбавляемое вереницей ежедневных больших и маленьких дел, событий постепенно притуплялось, и как тот порез на пальце, зарастало. Сначала Андрей стал думать о стажировке через день, потом раз в три дня, раз в неделю, и так до тех пор пока не стал вспоминать о ней от случая к случаю. Нет, желание конечно же никуда не исчезло и даже не притупилось, просто-напросто оно стало спокойным и не таким нервным, так что ли.
   - Тебе надо будет пройти медицинскую комиссию, это обязательно. - продолжал Аркадий Аркадьевич. - Сразу говорю: медкомиссия очень серьёзная, по себе знаю. Но ты не дрейфь, по большому счёту ничего серьёзного, жилы никто из тебя доставать и рассматривать их под микроскопом там не будет. Это скорее похоже на наблюдение пациента в стационаре. Отличается конечно, но общий принцип такой.
   Значит так! Сегодня у нас четверг. Дорабатываешь неделю, в субботу вместе со своей девушкой жду тебя в нашей загородной резиденции, а с понедельника, полный вперёд. Зайдёшь к Александру Валентиновичу он тебе подробно обскажет куда тебе надобно будет ехать, снабдит тебя необходимыми бумагами. Твоя трёхнедельная командировка, да, Андрей, медкомиссия или обследование, это уж как тебе больше нравится, продлится три недели, ничего не поделаешь, дело серьёзное, уже оформлена. Если нужны деньги, - при этом Аркадий Аркадьевич хмыкнул, как-будто на чью-то шутку отреагировал. - зайди в бухгалтерию, получи командировочные, там тоже всё готово. Ну вот вроде бы и всё, давай, шуруй, мы ещё в субботу увидимся.
   А оно в жизни всегда так: ждёшь чего-нибудь, ждёшь, потом сначала надоедает ждать, а потом и вообще чуть-ли о том, чего так хотел, забываешь. И вот как только ты забыл о своём желании, ну или почти забыл, оно и сбывается, мол, здрасьте, а вот и я, исполняться пришло.
  

***

  
   Стоит ли говорить, что за это время Андрей превратился в заядлого театрала, меломана и вообще, любителя всевозможных искусств. Они с Алёной регулярно ходили на спектакли, кстати, то самое кафе для них стало чуть ли не родным домом, во всяком случае сейчас их встречали уже не как гостей, а как друзей или родственников.
   Единственное, что осталось на точке старта, так это совместное проживание. Нет, разумеется, как говорится: между ними всё уже давным-давно состоялось и повторялось более-менее регулярно, а вот жить вместе, как считают некоторые, чтобы до свадьбы получше узнать друг друга, притереться, этого не было. Да и, если разобраться, зачем это им было нужно, если они и без совместного проживания знали друг друга наизусть? Что интересно, произошло, вернее, происходило это тоже без каких-либо договорённостей или условий. Ни Алёна, ни Андрей не то чтобы не давали повода, они даже вскользь не заговаривали на эту тему, значит и так хорошо. А что разве не так?
   И ещё, а это пожалуй самое главное, что произошло за время знакомства Андрея и Алёны: Андрей купил дом в деревне. А получилось так: они с Алёной поехали по грибы. Как и в случае с утренними пробежками поехали не в какое-то, заранее известное как самое грибное место, а наугад. Больше проездили да по лесу набродились, чем грибов набрали, но это мелочи. В конце концов грибы можно и у бабушек купить, ну или на худой конец в том же супермаркете. Здесь другое. Природа! И вот, проезжая мимо какой-то деревеньки, глядя на тихую деревенскую жизнь Алёна и сказала:
   - Знаешь, как я хочу жить вот в таком, простом деревенском доме!
   Сказала и наверное тут же забыла о сказанном. Она-то забыла, а вот Андрей не забыл. К тому времени денег на хорошую, новую квартиру у него было ещё недостаточно, а вот на хороший дом вполне хватало. Андрей, он потом уже и сам не смог вспомнить почему, прямо-так загорелся идеей покупки деревенского дома. Делать Алёне сюрприз, да ещё в виде дома - по меньшей мере глупо. Андрей решил, что выбирать дом они будут вместе, ну хотя бы потому что Алёна, как будущая хозяйка дома, в этом Андрей ни на секунду не сомневался, сможет лучше чем кто-либо сделать выбор.
   Когда Андрей рассказал Алёне насчёт покупки дома, она лишь улыбнулась, правда глаза заблестели, но не хищно, а от радости, чмокнула его в щёку, стало быть согласилась. К их обоюдному удивлению понравившийся им дом отыскался довольно-таки быстро. Находился он километрах в семидесяти от города и представлял из себя довольно-таки неплохое кирпичное строение, правда обветшалое, в доме давно никто не жил. Сторговались тоже быстро, а дальше сами понимаете, начались ремонты, переустройства, ну и прочие хоть и приятные, но зато утомительные вещи. Дом отремонтировали, как изнутри, так и снаружи, снесли два старых сарая и вместо них построили один новый. Что ещё? Хоть ни Алёна и уж тем более Андрей не собирались промышлять выращиванием и последующей продажей картошки, капусты, морковки, огороду тоже был дан основательный "ремонт".
   Единственное, с чем немного промахнулись, так это со временем года, началась зима, но это даже к лучшему. Наверное найдётся немного тех, кто будет равнодушен к зимнему вечеру с непроглядной теменью за окном, потрескивающей дровами печке распространяющей по дому ни с чем не сравнимый уют. Это наверное нам досталось от наших первобытных предков, точно также сидевших только не у печки, а у костра в какой-нибудь пещере. Театры, концерты, выставки были оставлены в покое, теперь каждые выходные Андрей с Алёной приезжали в деревню, топили печку, хлопотали по каким-то мелочным делам по хозяйству, кстати, не менее приятным, чем топившаяся печка, а по вечерам при свете керосиновой лампы, специально купили, просто сидели на кухне и в основном молчали. А о чём говорить, да и зачем, если всё и за всех говорят потрескивающие в печке дрова и уютный, по деревенски тёплый дом?
  

***

  
   В тот же день, даже не дождавшись вечера, Андрей позвонил Алёне и как ему сначала казалось обрадовал её сказав, что в субботу они приглашены на шашлыки, начальник Андрея, Аркадий Аркадьевич пригласил. Согласитесь - глупая радость. Приблизительно так и Алёна отреагировала на приглашение Андреева начальства. Она даже принялась было отнекиваться, не иначе понимала, Андрей рассказал на работе об их знакомстве, и его сотрудники во главе с начальником решили устроить Алёне смотрины. Впрочем, нет, Алёна не капризничала, она прекрасно понимала, что для мужчины это вполне нормально. А с другой стороны что, разве женщины не хвастаются, а по другому и не скажешь, своим избранником перед теми же подругами? А чем Андрей хуже?! Так что предложение было принято.
   Единственное, о чём умолчал Андрей, так это о предстоящей медкомиссии, вернее, о командировке, ведь так было сказано.
  
  

Часть третья

Глава I

   - Вы смотрите "Формулу неизвестности...". - вещал из телевизора бородатый мужик. - Эта программа о неизвестном и о необъяснимом, и только для тех, кому не безразлично в каком мире он живёт...
   "Вот же ж: что хреном по лбу, что лбом о табуретку! - вполголоса выругался Фёдор и переключил телевизор на другой канал".
   Нет, разумеется Фёдор перестал просматривать и читать статьи о гомосексуалистах как таковых, да и вообще о всей этой нечисти. Но, не иначе как что-то типа "зова предков" всё-таки осталось, время от времени он смотрел программы подобные "Формуле неизвестности". В этой программе рассказывали иногда чуть-ли не об откровенной чертовщине, а в основном: об астероидах якобы уже подлетающих к Земле, о семиметровых людях живших за миллионы лет до нашей эры, о каких-то маленьких подземных человечках, очень злых и умеющих колдовать. Фёдор прекрасно понимал, вся эта откровенная мура рассчитана на людей мало того, что выгнанных из школы за хронические двойки в классе этак третьем, так ещё к тому же обладающих целым букетом психических расстройств и заболеваний. Сам Фёдор к потенциальным зрителям и поклонникам таких программ себя не относил: во-первых, образование высшее, во-вторых, с психикой всё нормально иначе та же Татьяна давно бы заметила, ну и в-третьих, всё-таки заместитель директора завода по производству, а психов на такие должности не назначают.
   За неделю до свадьбы Фёдор позвонил директору завода и попросил его принять. Евгений Казимирович, даже по телефону чувствовалось, с улыбкой сказал, что всегда рад видеть Фёдора Алексеевича и предложил зайти к нему сейчас же.
   - Евгений Казимирович..., - как-будто двойку получил, заикаясь начал Фёдор. - тут такое дело..., короче, приглашаем вас на свадьбу..., на нашу с Татьяной свадьбу.
   - Поздравляю. - спокойно, казалось будто бы давным-давно уже знал об этом и ждал лишь, ну как бы официального подтверждения, ответил Евгений Казимирович.
   - Придёте?! - а вот интонация с какой было сказано слово "придёте" скорее говорила: ты поблагодари, но не приходи.
   - Благодарю, Фёдор. Можно без отчества? - Фёдор кивнул: можно. Признаться ему не нравилось когда директор называл его по имени отчеству, получалось он как бы подчёркивал разницу в их как служебном, так и вообще положении. - Рад бы, но ты сам понимаешь, почему я не могу присутствовать на вашей свадьбе. В свою очередь хочу тебя спросить: приглашение на свадьбу, надеюсь, означает согласие занять должность моего заместителя? Фёдор кивнул и покраснел как та красна девка. Сколько раз он проигрывал в уме сцену своего согласия, чуть-ли не перед зеркалом репетировал, и всё равно опростоволосился. А что будет, когда...?
   - Не смущайся, Фёдор. - теперь уже совсем по деловому продолжал Евгений Казимирович. - Ничего зазорного не произошло и не произойдёт, поверь мне. В должность моего заместителя вступишь месяца через три-четыре, раньше, сам понимаешь. Ну а насчёт нашего мужского клуба давай сделаем так: как почувствуешь, что готов, так и вступишь. - блин, так и сказал: вступишь! - Торопить не буду, но и затягивать не советую. Чем дольше будешь якобы готовиться, а на самом деле откладывать на потом, тем хуже. Для тебя хуже, изводить сам себя будешь, душу себе грызть будешь, оно тебе надо? Следуй мудрому совету: собрался прыгнуть с обрыва в реку, сразу прыгай, не тяни.
  

***

  
   На самом деле свадеб получилось не три как планировала Татьяна, а целых пять! Пришлось ещё две свадьбы, ну не свадьбы, а ставшие популярными девичник и мальчишник устраивать. Это всё подруги Татьянины, ну не такие конечно как Валентина, та на свадьбе свидетельницей была, а подруги, но не очень, полуподруги и просто девчата с которыми Татьяна была в хороших отношениях. Они гневно, в шутку конечно, потребовали от Татьяны девичник, мол, раз уж свадьбу зажилила, так давай, девичник устраивай, а то мы житья тебе не дадим. Оно понятно, по нынешним временам свадьба - мероприятие дорогое, а девичник: собрались где угодно и когда угодно, все свои, все друг друга знают, выпили, поболтали, поплясали, побесились, что, разве плохо? А Фёдору куда было деваться? Пришлось и ему устраивать мальчишник для членов своей бывшей бригады, ну и для тех ребят с которыми более-менее регулярно общался, и не только по работе.
   Все знают: когда что-то планируешь, не дай бог загадываешь, в результате всё получается по-другому, а если загадываешь, кстати, то совсем по-другому. Татьяна, в основном Татьяна, ну и Фёдор конечно же принял участие в качестве молчащего советника, принялись составлять список гостей. Составляли, составляли и досоставлялись, вместо изначально планируемых пяти-шести человек получилось аж тридцать. А вот на девичник с мальчишником Татьяной и Фёдором было приглашено по пять-шесть человек, короче, всё наоборот. И что интересно, участники что девичника, что мальчишника тоже были приглашены на свадьбу, а то неудобно как-то. Но это мелочи, причём, мелочи приятные.
   Следующим вопросом в "свадебном кроссворде" стало место проведения свадебного ужина. Нет, квартиру забраковали сразу. Она хоть и трёхкомнатная, но сами посудите, что там будет твориться, если в неё затолкать тридцать человек?! Да и посуду потом мыть замучаешься, да и где её столько взять?! Какая-нибудь кафешка?! Ну её! Чтобы никто не мешал её полностью надо выкупать, наверняка дорого, а если вперемежку с другими посетителями, ерунда получится. Остановились на заводской столовке, а что, во всех смыслах идеальный вариант! Столовка, это раньше она была ого-го, а теперь, согласно количеству работающих на заводе несколько сократила свои площади отдав лишние под всякие там магазины, мастерские и ещё непонятно под что. С местом определились, поехали дальше.
   Вовка! Сначала Татьяна хотела отвезти его к родителям, в деревню, чтобы под ногами не путался, но тот ни в какую, упёрся и всё! Мало того, что начал качать права, так ещё над Фёдором принялся подшучивать, мол, хоть ты теперь и мой папка, но всё равно будешь дядей Фёдором покуда в Простоквашино не свозишь. Вот так вот!
   Единственное, с чем не было проблем, так это с транспортом. Добрая половина Фёдоровой бригады, ну когда он был бригадиром, была "на колёсах", а просить и уж тем более уговаривать никого не пришлось, скорее наоборот.
   Ах да, свидетели! Татьяне, так той и искать не пришлось - Валентина, самая-пресамая подруга, а вот Фёдору пришлось поискать. Он хотел пригласить в свидетели Михалыча, но тот наотрез отказался, даже кулаком по лбу себя постучал:
   - Алексеич, ты что, совсем охренел?! Ты посмотри на себя и посмотри на меня, какой из меня свидетель, я тебе в отцы гожусь!
   Но Михалыч, на то он и Михалыч, сразу же посоветовал Сашку, крановщика: парню тридцатник, из себя видный, да и не баламут, тоже немаловажно.
   И опять Вовка! Взрослым, ясно дело, будет чем заняться, а вот чем занять Вовку?! Он же всех изведёт, ну хотя бы своими вопросами, детскими, фантастическими теориями, да и вообще, не даст спокойной свадьбу сыграть, обязательно влезет со своими комментариями в самый неподходящий для этого момент. Но и тут выход был найден, вот что значит подруга! Это о Вальке. Она привела с собой свою дочку, Ленку - ровесницу Вовкину, на год помладше. Разумеется Вовка с Ленкой были давным-давно, чуть ли не с пелёнок, знакомы и даже не один раз уже успели подраться, так что общий язык им искать не пришлось. Единственное, на что их хватило, так это более-менее смирно вести себя в ЗАГСе, а дальше, а дальше всё взрослые, вечно не в свои дела лезут.
   Это взрослых, хрен ты их из-за стола выгонишь, ну разве что потанцевать, и то, зачастую дамам приходиться "приглашать" кавалеров вытаскивая их из-за стола за шиворот. Друге дело дети, вот кого из-за стола не надо вытаскивать! Быстренько наевшись и напившись сока с лимонадом Вовка с Ленкой шмыг из-за стола и принялись изучать как сам обеденный зал, так и его окрестности включая чуть-ли не всю территорию завода. Но тем не менее время от времени они возвращались к столу, а чтобы сока попить, чего-нибудь вкусненького со стола стянуть.
   А взрослые, ну это уже было не менее, чем после десятого клича: "Горько!" принялись подшучивать над ребятами:
   - Ну что вы всё время туда-сюда носитесь?! Лучше посидите спокойно, на молодых посмотрите, поучитесь. Скоро самим свадьбу играть. А как же вы будете играть свадьбу, если ничего не умеете?!
   В ответ Ленка загадочно посмотрела на Вовку, не менее загадочно заулыбалась и показала ему язык. В ответ сначала Вовка хотел было отвесить ей затрещину, но потом передумал, народу много, ограничился тем, что обозвал её дурой.
   - Вовка! Ты что?! Как тебе не стыдно?! А ну-ка быстро извинись! - последовало гневно-воспитательное со стороны Татьяны.
   - А что она дразнится?! - насупившись ответил Вовка и вместо извинений тоже показал Ленке язык, мол, один-один, ничья.
   Но больше всего свадьбе была рада охрана завода. Они раза три были накормлены до отвала и сверху ещё примерно столько же. Ну и почитай смены на три вперёд, холодильник-то в дежурке имеется, припасли всяких салатов, колбас-балабас и прочих вкусных и без сомнения полезных для организма вещей. Короче, удалась свадьба, ничего не скажешь.
  

Из телепрограммы "Формула неизвестности"

  
   "...для того, чтобы было понятнее учёные распределили Миры на различные уровни. Миры первого уровня - это продолжение нашей Галактики, продолжение нашего пространства. Идея Миров первого уровня основана на том, что наша Вселенная не бесконечна, а наша Галактика, как известно, является лишь её частью. Но она так велика, что мы не видим её размеров, следовательно в ней может находиться множество галактик подобных нашей. Если идея верна, то по теории вероятности на просторах этих галактик существует множество солнечных систем и планет подобных нашей.
   Если принять то, что в нашей Вселенной, и в частности в нашей Галактике, существует множество солнечных систем подобных нашей, а значит как минимум с одной планетой на которой есть разумная жизнь, то вполне логичным будет предположить, что в нашей Вселенной и в нашей Галактике существует великое множество солнечных систем иных типов с разумной жизнью в той или иной степени отличающейся от нашей...".
  

***

  
   Не иначе как будущему замдиректора, как бы авансом, Фёдору и Татьяне без каких-либо разговоров, прямо как по маслу, предоставили недельный отпуск за свой счёт, мол, езжайте, играйте свою свадьбу дальше.
   Ну а деревня, а что деревня?! Деревня, она в любое время года деревня, ну разве что когда холодно комары не надоедают, а так не отличишь. Впрочем, в городе комары тоже надоедают, интересно, и откуда их столько берётся?
   - Ну вот тебе, Вовка, и Простоквашино. - сказал Фёдор подъезжая к дому отца. Алексей Фёдорович уже встречал молодых и внука у ворот.
   - Настоящее? - хитро прищурившись спросил Вовка.
   - А как же! - весело ответил Фёдор.
   - А это почтальон Печкин? - спросил Вовка показывая на Алексея Фёдоровича.
   - Это твой дедушка, балда! - отреагировала Татьяна.
   - Так у меня уже есть один!
   - Теперь их у тебя два. - хоть и весело, но всё равно, как тому двоечнику принялся объяснять Фёдор. - Вот скажи, что лучше, один дедушка или два?!
   Вовка задумался, правда не надолго, как будто сколько будет семью восемь вспоминал:
   - Два лучше. - согласился он.
   - То-то же!
   Пока выясняли сколько дедушек лучше, два или один, Фёдор подъехал к дому отца и притормозил.
   - Привет, батя! - выйдя из машины поздоровался он с отцом, и сразу же, без вступлений. - А это моя жена, Татьяна и сын, а стало быть твой внук, Вовка.
   Фёдор Алексеевич, вот что значит мужик, не стал причитать, охать и поздравлять, правда слеза в глазах блеснула, но быстро куда-то исчезла. Он приобнял и поцеловал в волосы подошедшую к нему Татьяну:
   - Здравствуй дочка.
   Затем потрепал волосы стоявшему тут же Вовке:
   - Привет, охламон.
   - А это правда Простоквашино? - Вовка, он и есть Вовка, даже в такой момент не упустил случая пошутить.
   - Самое настоящее! - серьёзно ответил Алексей Фёдорович. У него тоже с юмором было всё нормально.
   - А корова Мурка где?! - не унимался Вовка.
   - По грибы пошла. - не смотря на то, что зима на дворе вполне серьёзно ответил Алексей Фёдорович.
   - А разве коровы грибы собирают?! - вот ты, Вовка, и попался. Нашёл с кем в пересмешки играть.
   - Ещё как собирают! - хохотнул Алексей Фёдорович и уже обращаясь к молодожёнам сказал. - Ну что стоим? Пошли в дом.
   В доме Алексея Фёдоровича свадьба получилась почти такая, какую Татьяна ещё тогда загадывала. Из гостей были только соседи, супружеская пара: муж - военный пенсионер, а жена - учительница, оба на пенсии. Ах да, куда же без них?! И откуда узнали? Примерно минут через тридцать-сорок после начала застолья явились-появились ветераны алкогольного фронта местного, деревенского, разлива. Зашли, всё честь по чести, поздравили, пожелали, ну и так далее. Ну кто же гостя со свадьбы выгонит? Пригласили за стол. Надо отдать должное их воспитанию, английские лорды от зависти сдохнут: выпили, закусили, ещё раз что-то пожелали и так три раза. Затем дружно поднялись и сославшись на какие-то неотложные дела двинулись к выходу из дома. Двинуться-то двинулись, но разве в деревне кого обманешь? Взгляд у всех троих, любая дуговая сварка позавидует! А что тут догадываться?! Свадьба есть свадьба, Алексей Фёдорович сходил в чулан и принёс оттуда "продукт" самоличного производства, судя по контурам банки в пакете литра два, ну и закусить, всё как полагается. Бойцы-ветераны уже от порога ещё раз поздравили молодых, пожелали им кто что помнил из свадебных пожеланий и были таковы, но наверняка, как те охранники на заводе, остались весьма и весьма довольными. А если гости ушли довольные, значит и их пожелания были искренними. А если искренними, значит сбудутся, обязательно сбудутся.
   У родителей Татьяны торжество прошло почти точно также, нет, местные алкаши конечно же приходили, поздравляли и ушли довольные, разница была в том, что гостей было человек пятнадцать. А тут ничего не поделаешь, доченька замуж выходит, вот мама и тёща в одном лице и расстаралась, закатила пир на весь мир, вернее, почти на всю деревню.
  

***

  
   Фёдора мутило где-то дня три, вот именно, мутило. Вопреки его ожиданиям задница не болела вообще, ну так, часа три после "того как" поныла и всё, а вот мутить мутило. Фёдор хотел было напиться, непонятно, то ли с горя, то ли от радости, но не напился, даже пива по дороге домой не купил. А оно и к лучшему, вот если бы продолжал холостяковать, то контроля-то никакого, нет, не со стороны жены, а со стороны себя. А так, ну напьётся, и неважно где, хоть дома, хоть в пивнухе какой-нибудь финал один - допрос. Кстати, дома оно даже хуже, пока будет напиваться Татьяна как та пчела над банкой с вареньем кружить будет и через каждые секунд двадцать-тридцать: ну скажи, что случилось?! Так и спалиться недолго, а этого Фёдор не то чтобы не хотел, он панически боялся даже намёком проговориться о том, что произошло между ним и Евгением Казимировичем.
   Следуя мудрому совету директора, а теперь уже собрата и наставника по мужскому клубу Фёдор не стал тянуть резину и через три дня после приезда от родителей Татьяны позвонил Евгению Казимировичу и сказал, что готов, что, мол, нечего тянуть. Евгений Казимирович одобрил решительность Фёдора и назначил, указав адрес, встречу на вечер этого же дня. Эх, была-не была вперемешку с матюками мысленно сказал Фёдор и поехал. Квартира была явно съёмной, более того, какой-то нежилой.
   "Наверное он всех здесь в эти самые новолюди, тьфу ты, принимает, или они принимают... - оглядев комнату решил Фёдор".
   Неприятно конечно, но разочек и потерпеть можно, ничего страшного. Зато потом, вот именно это самое головокружительное "потом" стояло перед глазами Фёдора во время посвящения. Скорее к радости, чем к удивлению Фёдора всё прошло как-то буднично и даже несколько уныло, как будто не по хотению, а в силу необходимости. А может и правда в силу необходимости, а что поделаешь если ритуал такой? Часа через полтора Фёдор вышел из той квартиры и вроде бы ничего вокруг не изменилось. Да, разумеется вокруг ничего не изменилось, а вот в нём изменилось, он стал новочеловеком.
  

Глава II

  
   - Ты знаешь, неживые они какие-то?
   - Кто неживые? - мельком взглянув на Алёну спросил Андрей. Ничего не поделаешь, за дорогой надо следить.
   - Товарищи по работе твои. Такое впечатление как будто клеем облитые.
   Андрей хохотнул, уж очень ему понравилось сравнение Алёны, и невольно принялся прокручивать в голове их поездку или визит, да, скорее визит, во владения Александра Николаевича. Вроде бы всё нормально было, ничего такого... На самом же деле Андрей, сам того не замечая, принялся сравнивать их сегодняшний визит с тогдашним, когда с Константином Александровичем приезжал.
   Как и было предложено Аркадием Аркадьевичем, или хоть и в мягкой форме, но приказано, они с Алёной приехали в пансионат в субботу часам к одиннадцати. Точно также, как и в тот раз, их встретил величавый Александр Николаевич. Поздоровавшись с Андреем как со старым знакомым и поцеловав Алёне ручку, чем кстати нисколько её не смутил, Андрей это заметил, он проводил гостей через дом на заднюю лужайку. Увы, а может быть и не увы, на дворе стояла полновластная зима, но тем не менее мангал был занят делом: источал ни с чем несравнимый запах живого огня - дым, плюс запах готовящихся шашлыков. Стола с плетённым креслами посреди лужайки не было, видать убрали на зиму за ненадобностью, вместо него стоял другой стол. Этот стол был покрыт украшенной непонятно какими узорами скатертью на которой стоял самый настоящий самовар. Да, настоящий, потому что рядом, на приставном столике, лежал сапог, ясно дело для чего предназначенный. Стол был сервирован по простецки: по центру самовар, а вокруг него где в тарелках, а где прямо на скатерти лежали баранки, конфеты, пряники и прочая снедь прилагаемая к чаепитию. Гости, а вот гости были те же самые, что и в прошлый раз - Николай и два Александра, разумеется с жёнами и детьми.
   Все, кроме детей, тем и зима не зима, дети уже были по уши в снегу, но и не думали прекращать свои игры, так вот, все были заняты тем, что пили чай. Андрея с Алёной встретили хоть и радостно, но якобы радостно, как-то скучно, обыденно. Всё внимание, как к новому человеку в компании, сразу же было обращено к Алёне. Последовали дежурные вопросы о работе, а как же, ну и ещё, так, по мелочам. Но очень скоро внимание к Алёне сошло почти на нет, да и к тому же Александр Николаевич пригласил всех в дом.
  

***

  
   - С чего это ты так решила? - наблюдая за прижимающимся к остановке автобусом спросил Андрей.
   - Знаешь, неживые они какие-то, ну разве что за исключением детей. Нет, ты не подумай что я обиделась на недостаток внимания к моей персоне с их стороны, мне наплевать на их внимание, мне вполне достаточно твоего внимания. А что это за пансионат такой вычурный?
   - Почему вычурный?
   - Разве не заметно?
   - Да как-то не присматривался. Знаешь, я там всего один раз был. Сегодня, с тобой, второй.
   - Такое впечатление, кто-то тешит ощущение своего богатства и своего могущества, а на самом деле выглядит это всё довольно-таки убого, особенно этот...
   - Александр Николаевич?
   - Да, Александр Николаевич. Изображает из себя непонятно кого, то ли радушного хозяина, то ли вышколенного дворецкого, а у самого глаза, любой бандит позавидует.
   - Знаешь, я как-то не заметил.
   - И хорошо, что не заметил. Ладно, ну их. - Алёна, как бы давая понять, что разговор о пансионате закончен открыла свою сумочку и принялась в ней копаться, как-будто что-то искала. Разумеется не найдя того, что искала закрыла её, посмотрела на Андрея, улыбнулась и продолжила:
   - А это стало быть твои коллеги по работе?
   Андрей чуть было не ляпнул, что непосредственный коллега по работе среди них один, который Александр, высокий такой, а двое других - коллеги совсем в другом качестве, но вовремя опомнился.
   - В общем-то да, только непосредственно мой коллега, это Александр, ну высокий такой, а другой Александр и Николай, они из других отделов.
   - А с чего это нас пригласили? - Алёна опять посмотрела на Андрея, но на этот раз взгляд её был не по женскому лукавым, а внимательным, спрашивающим, желающим узнать правду.
   - Понимаешь... - "Тьфу ты! Придётся врать". - Мы с Николаем уезжаем на курсы повышения квалификации, на три недели, вот руководство и решило устроить что-то типа отвальной.
   - Скучная отвальная получилась. - хмыкнула Алёна, и тут же, словно опомнилась. - А почему ты мне ничего не сказал про курсы?
   - Понимаешь, я всё думал, когда тебе лучше сказать, ну чтобы не очень расстраивать.
   - Понятно. До последнего тянул. - но к удивлению Андрея Алёна, судя по весёлому блеску её глаз, нисколько не обиделась. Вот и пойми этих женщин. - И надолго?
   - Недели на три, может чуть больше. - а Андрей и сам не знал на сколько затянется эта медкомиссия, будь она неладна.
   - Ну, три недели не три года, переживу как-нибудь. - и Алёна чмокнула Андрея в щёку.
  

***

  
   Александр Николаевич проводил гостей в дом. Большая комната, а может быть зала, была довольно-таки уютна, правда скорее всего этот уют был не иначе как из-за потрескивающего дровами камина. А ещё, ну вообще, ни к селу, ни к городу, ближе к одной из стен стоял бильярдный стол, так что получился некий гибрид неизвестно чего неизвестно с чем. Николай и два Александра сразу же направились к бильярдному столу, а Андрею который в бильярде ничегошеньки не соображал пришлось последовать за ними, не с женщинами же сидеть. Ближе к камину был сервирован стол, но в отличии от того стола, на улице, был он сервирован не к чаю, а к кофе. Хуже пришлось Алёне, хоть в её характере вполне можно было последовать за мужчинами, да ещё сыграть партию, но она этого не сделала, присоединилась к женщинам.
   Знаете почему мужчины не любят присутствовать при женских разговорах? Ну хотя бы потому, что непонятные они какие-то, эти женские разговоры, похлеще китайских иероглифов. Ведь женщина, она как разговаривает? На первый взгляд вроде бы нормально, но это по мнению самих женщин нормально, а для мужчин разговаривают они неизвестно о чём. На самом же деле, нет, важна не тема женского разговора, она как раз может быть любой, женский разговор определяется тайными вопросами, которые могут быть заданы интонацией чего-нибудь сказанного, неважно чего, взглядами, улыбками, да чем угодно. Представьте фронт шириной километров десять. Представили? А теперь представьте, что по всей ширине фронта, одновременно, ведётся разведка боем. Представили? Не очень? То-то же! А на самом деле это и есть женский разговор, очень похоже.
   Жёны Николая и двух Александров не стали тратить время на пустые светские условности и засыпали Алёну вопросами начиная с места работы и должности, хотя уже там, у самовара спрашивали, про образование тоже спросили, но как-то как бы между прочим, и так вплоть до косметики и о прочих таинственных вещах хозяйничающих в мире каждой женщины. Но Алёна, не будь дурой, отвечала так, что даже чемпионка мира по стервозности не смогла бы зацепиться ни за один из ответов. Тактика ответов была выбрана самая простая, но зато и самая убийственная. Алёна отвечала на вопросы жён коллег по работе Андрея так, как будто отвечала на вопросы анкеты: как можно короче из без каких-либо проявлений симпатии к этой самой анкете. Видя что не на ту напали и что сама Алёна предпочитает оставаться в стороне от их компании жёны коллег, переглянувшись, сказали что за детьми надо присмотреть и выпорхнули из-за стола оставив Алёну, к её удовольствию, в одиночестве.
  

Из телепрограммы "Формула неизвестности".

  
   "...заселение Космоса станет долгим, нескончаемым процессом. Оно станет серьёзным испытанием для техники, а в первую очередь для нас самих, но оно будет того стоить...
   Могут ли сталкивающиеся вселенные создавать параллельные миры? Если это случалось, это произойдёт вновь и не раз. Возможно существует непрерывный цикл сталкивающихся вселенных, который не прекращается. Если это правда, существуют параллельные вселенные и соответственно параллельные миры расположенные в них. Время длится вечно, как и постоянный процесс рождения вселенных и как следствие параллельных миров...
   ...параллельные миры третьего уровня формируются ещё более фантастическим способом. Вот в чём суть: копии вселенных первого и второго уровня отделены от нас здесь и сейчас временем и пространством. Но в параллельных мирах третьего уровня копии нас живут здесь и сейчас в том же самом времени и пространстве. Они отделены от нас так как находятся в другом измерении того же пространства. И чтобы мы совсем свихнулись, их бесконечное количество...".
  

***

  
   - Не надо, чтобы он тебя видел. Посиди со мной. Позже встретитесь. - в том же самом кабинете, в кресле больше похожем на диван перед Аркадием Аркадьевичем сидел Константин Александрович.
   А ничего удивительного в этом нет, это кажется, что год - уйма времени. На самом деле год, это фьють и нету его! Не сказать чтобы Александр Константинович за этот год до того соскучился за Андреем, что аж жить без него не мог. Просто ему было интересно как изменился Андрей за этот год, в смысле, в какую сторону?
   А вот сам Александр Константинович за этот год изменился, и изменился довольно-таки сильно. Если раньше, ну до стажировки, он имел несколько плотное телосложение, то теперь на нём не было ни грамма лишнего веса. Более того, цвет лица стал какого-то землистого цвета, будто бы он только-только оправился от тяжёлой болезни и конечно же глаза. Глаза Константина Александровича стали ну прямо по-женски огромными, но это можно было списать на худобу лица, вон, аж щёки ввалились, и в то же время в них поселилась какая-то наверное только ему одному ведомая печаль. Он подолгу задерживал взгляд на том или ином предмете как-будто видел его впервые и хотел получше рассмотреть и покрепче запомнить, чтобы потом... А что потом? А неизвестно что.
   Разумеется от Аркадия Аркадьевича не укрылись изменения произошедшие с Константином Александровичем, тем более что он достаточно давно и достаточно хорошо его знал до стажировки.
   - Смотрю, тяжело далось? - глядя на Константина Александровича спросил он. - Надеюсь выдюжил? Впрочем...
   - Выдюжить-то выдюжил. С этим более-менее нормально, а вот с остальным, куча вопросов осталась ответы на которые я вряд-ли когда получу.
   - Они деньги тебе перевели?
   - С деньгами всё нормально, всё до копеечки.
   - Ну вот тебе и ответы на все твои вопросы. - попытался засмеяться Аркадий Аркадьевич, но это у него откровенно не получилось и он замолчал.
   Посидели молча. Не иначе волей-неволей под впечатлением от внешнего вида Константина Александровича Аркадий Аркадьевич вспомнил свою стажировку. Вспомнил и внутренне содрогнулся.
   "Костя себя ещё довольно-таки неплохо ведёт, держится, а я тогда вернуося домой чуть было с ума не сошёл, водкой пришлось спасаться, где-то с месяц пьянствовал. - вспомнил Аркадий Аркадьевич".
   Но поскольку жизнь не приучена стоять на месте, да и к тому же Аркадий Аркадьевич - руководитель Сетки как-никак, а его первая и наверное самая главная обязанность, морально, а если надо, то и физически, и материально, и так далее поддерживать своих воспитанников вернувшихся со стажировки. Его, кстати, в своё время тоже поддержали и вовремя, иначе на "белочке" женился бы или в петлю залез.
   "Косте надо отвлечься, развеяться, тем более обстановка сама по себе сменилась. - глядя на Константина Александровича, который в свою очередь с излишним вниманием рассматривал неизвестно что на стене подумал Аркадий Аркадьевич. - Меня тогда сразу не поддержали вот я в запой и ударился. Но Костя в отличии от меня, эх, насчёт алкоголя покрепче будет, не уважает от водочку. Оно конечно хорошо, но вместе с тем ещё хуже. Если уважаешь водочку, то в нашей ситуации, ну после стажировки, к ней первой обратишься, за стаканом потянешься, а если не уважаешь, хрен его знает куда тебя потянет?".
   - Вот что, Костя. - нарушив столь приятное сейчас для Константина Александровича молчание чуть-ли не приказным тоном начал Аркадий Аркадьевич. - Выдержал, вернулся, жив здоров, это самое главное. Я прекрасно понимаю, вернее, по себе знаю, провести целый год фактически в одиночестве, это не каждый выдержит, а ты выдержал. Поэтому надо тебе быстренько в себя приходить, восстанавливаться. Кстати, помнишь наш разговор про Госдуму? - Константин Александрович кивнул, правда как-то механически. - Так вот, разговор этот остаётся в силе. А это значит, что скоро тебе надо будет начинать готовиться к выборам, команду подбирать, причём команду на всех уровнях начиная с приподъездных бабушек. Пространство зачистить тебе помогут, один не справишься, ну вот пока вроде бы и всё.
   Эх, жаль сейчас не лето, летом ты бы быстро на ноги встал. Значит так, до осени ни о какой работе можешь не думать, всё уже улажено. В первую очередь займись собой, а как почувствуешь что готов, приступай к предвыборной кампании. Она ведь, кампания эта, она не только то, что по телевизору показывают, не митинги с собраниями. Настоящая и основная предвыборная кампания это та, которую никто посторонний не видит, и никогда не увидит.
   По заграницам и курортам ездить не советую, ерунда это всё - развод для лохов, как говорят некоторые. Родственники в деревне есть? - неожиданно спросил Аркадий Аркадьевич.
   - Нету. - Константин Александрович аж встрепенулся, настолько неожиданным был для него вопрос.
   - Это плохо, впрочем, не так уж и плохо. Пока зима езжай-ка ты в Сибирь, на Алтай, нечего тебе пузо под солнцем греть. Настоящая сибирская зима, она получше всяких там Тайландов и Мальдивов будет. Есть у меня старый дружок, тысячу лет знакомы, он почитай прямо в тайге живёт: село маленькое и глухое, до ближайшего города наверное километров двести будет, а может и больше. Поезжай, я свяжусь с ним и обо всём договорюсь, поживи у него месяца три без Интернета с цивилизацией, заново родишься, проверено. Ну а как вернёшься посмотрим чем тебя ещё занять. А пока, ну пока я с дружком переговорю и всё такое пройдись-ка ты по бабам, как следует пройдись, с саунами и прочими выкрутасами, оно поверь мне, тоже неплохо лечит.
   - А с Андреем мне можно будет увидеться? - такое впечатление, что всё сказанное Аркадием Аркадьевичем Константин Александрович мимо ушей пропустил.
   - Что значит можно? Мы что, в армии? Встречайся, кто тебе мешает? Только, знаешь, не сегодня и не завтра, а деньга через три, договорились?
  

***

  
   Вечер, он парень обязательный и нисколечко не вредный, ну разве что очень и очень редко. Он всегда верен себе потому и всегда приходит как к людям, так и вообще на землю каждый день. Ему неважно куда приходить: в дремучий лес, в заснеженные или поросшие джунглями горы, или же в степь широкую. И точно так же ему не важно что перед ним: дворец царский или королевский, одиноко расположившийся монастырь, деревенский дом, городская квартира или вообще какая-нибудь бич-хата. Как только за окном стемнело, значит: вот он я, вечер. Встречайте, радуйтесь!
   Сегодня, впрочем почему только сегодня, вчера тоже, не миновал вечер и пансионат процветающий под управлением Александра Николаевича. Гости давным-давно разъехались и в пансионате воцарилась тишина, правда и гости не особо-то шумели, ну разве что дети. Аркадий Аркадьевич не поехал домой, а что, и ему отдых будет не лишним, тем более отдых в тишине и покое.
   Поужинав он вернулся в кабинет и принялся просматривать видеозапись дневного посещения гостей. Александры с Николаем, с жёнами и детьми его не интересовали, а вот Андрей с Алёной, это совсем другое дело. Впрочем Аркадий Аркадьевич не стал просматривать все моменты нахождения Андрея и Алёны в пансионате. Его внимание привлекло два эпизода: первый, это когда все прошли в залу, и Андрей, как бы никому ненужный и поначалу даже слегка растерявшийся присоединился к бильярдистам и второй, разговор женщин за кофе. Первый эпизод - так себе, ничего особенного, у Аркадия Аркадьевича уже сложилось мнение об Андрее. А вот второй, там поинтереснее, да что там поинтереснее, там очень интересно и Аркадий Аркадьевич внимательно просмотрел его и прослушал аж два раза.
   Просмотрев видеозапись во второй раз Аркадий Аркадьевич нажал кнопку звонка спрятанного под столешницей, и словно всё это время за дверями дожидался, а может и правда дожидался, кто его знает, в кабинет вошёл Александр Николаевич.
   - Значит так, Саша, на эту девицу, как её? - не глядя на вошедшего произнёс Аркадий Аркадьевич.
   - Алёна, Аркадий Аркадьевич.
   - Всю информацию об этой Алёне ко мне на стол, вплоть до прабабушек-прадедушек. Понял?!
   - Понял, Аркадий Аркадьевич.
   - Что-то есть в ней не то, не наше. Действуй!
  
  
  

Глава III

  
   - Фёдор, больше чем уверен у тебя ко мне целая куча вопросов: как, к чему, зачем и почему? - негромко засмеялся Евгений Казимирович.
   Всё происходило в маленьком и очень уютном ресторанчике, куда Евгений Казимирович пригласил Фёдора. Тот согласился, а куда деваться, но про себя подумал: если после кабака потянет на ту хату, морду набью, мы так не договаривались. Ресторан оказался умопомрачительно дорогим. Когда Фёдор заглянул в учтиво поданное официантом меню у него чуть было волосы не зашевелились. Там были такие цены, чуть-ли не в половину его тогдашней, бригадирской зарплаты за каждое блюдо.
   - Фёдор, - глядя на его изумлённое лицо усмехнулся Евгений Казимирович. - это ещё не самый дорогой ресторан, так, средненький. - Ладно, не в ресторане дело. Я тебя пригласил для того, чтобы по максимуму ответить на все вопросы касающиеся новолюдей и нашего мужского клуба. Вообще-то информация никакая не секретная, и в том же Интернете её навалом, но, но дело в том, что надо знать что и где искать.
   Принято считать, что новолюди, это отвратительные извращенцы, прямо содомиты. Отчасти это правда, но только отчасти. Да, есть те, которым противоестественные половые связи доставляют удовольствие, хотя лично я не вижу в этом никакого удовольствия, скорее наоборот. Кстати, подавляющее большинство из них приходят к этому самостоятельно, без вступления в наш мужской клуб. Почему? А кто их знает, почему? Этому есть много объяснений начиная с нарушения на генном уровне и различных психических травм перенесённых в детстве. Родители, те тоже бывает что прикладывают руки к воспитанию ребёнка да так, что коверкают всю его жизнь. Например, мама хотела девочку, а родился мальчик, и начинается... Ещё одного ребёнка в силу различных причин рожать не хочется, да и нет гарантии, что родится девочка, а дочку хочется. И вот принимается такая мамаша из мальчика делать девочку: одевает его в платьица, специально покупает бантики, рюши, игрушки девчоночьи и так далее. А папе, бывает и такое, до балды, он своё дело сделал, а дальше сами разбирайтесь. Детская же психика хрупкая, куда там хрусталю, вот и вырастает из мальчика неизвестно кто: ногти, губы красит, одевается аж смотреть противно, ну и предпочитает однополые контакты. Это всего-лишь один из примеров, а примеров этих и причин превращения нормального человека в этакое размалёванное чудовище масса. Наш мужской клуб к таким людям, свихнувшимся людям, по другому не скажешь, не имеет никакого отношения. Правда, чего греха таить, некоторые их мероприятия мы поддерживаем, но это делается, поверь, не из любви к ним, здесь присутствуют высшие соображения.
  

***

  
   - Здравствуйте, Андрей Викторович. - голос в телефоне был очень знакомым и вместе с тем незнакомым, чужим каким-то, слава богу хоть весёлым. - Как поживаете?
   - Здравствуйте. - лихорадочно соображая кто бы это мог быть на автомате поздоровался Андрей. Спасибо, хорошо поживаю. А вы кто?
   - Намёк на богатство? - рассмеялись в трубке. - Благодарю, благодарю. Это Константин Александрович. Неужели мой голос за год так сильно изменился?
   - Константин Александрович! - чуть-ли не закричал от радости Андрей. - Здравствуйте! - и уже спокойнее, но тем не менее не скрывая радости в голосе... - Рад вас слышать! Вы когда приехали?!
   - Здравствуй, Андрей, здравствуй. Да с месяц назад приехал. Хотел было сразу тебе позвонить, - слукавил Константин Александрович. - но слишком много дел за этот год накопилось, да и ты, как мне сказали, на медкомиссии был. Так что не серчай, что так поздно позвонил.
   - Ничего страшного. Константин Александрович. Самое главное, позвонили.
   - Ну как ты тут без меня поживаешь? Как медкомиссия?
   - Хорошо поживаю, Константин Александрович, грех жаловаться. А комиссия, через неделю сообщат результат, но доктор мне сказал, что скорее всего я её прошёл. Что результаты у меня очень хорошие.
   - Вот и славно! Давай-ка, если ты не занят, встретимся сегодня в том самом итальянском ресторанчике. Помнишь?!
   - Конечно помню, Константин Александрович!
   - Вот и хорошо. В девятнадцать ноль ноль жду тебя.
   - Ну-ка, покажись! - Константин Александрович вышел навстречу Андрею из-за стола, взял его за плечи и прямо-как в старых спектаклях или же в кино немного отстранив принялся разглядывать. - Прекрасно выглядишь! - остался довольный осмотром Константин Александрович. - Садись давай, рассказывай.
   - Это вы рассказывайте. - от Андрея не укрылось, выглядит Константин Александрович не ахти как.
   Болезненная худоба хоть и стала поменьше, но всё равно была ещё заметна. А вот глаза, те явно пошли на поправку, исчезли подозрительные созерцательность и задумчивость, да и само выражение лица Константина Александровича стало значительно жизнерадостнее. Но Андрей не видел Константина Александровича тогда, в пансионате, так что сравнивать ему было не с чем, и хорошо что не видел, так оно лучше.
   - А что рассказывать? - улыбнулся Константин Александрович. - Как видишь, вернулся, жив-здоров. - а вот после слов о житие и здравии уголки губ Константина Александровича предательски поползли вниз, но он быстро справился с губами, предателями, и Андрей ничего не заметил. Прошёл стажировку, ну, брат, доложу я тебе, требования там ого-го какие! - Вообще-то у нас не принято рассказывать, поедешь, сам всё увидишь. Единственное, что могу тебе сказать, вернее, посоветовать: на английский особо не налегая, заново будут учить, меньше ломать себя придётся.
  

***

  
   Глядя на Константина Александровича где-то внутри Андрея зашевелилось что-то холодное и тяжёлое, как булыжник какой-то. Тут же вспомнилась медкомиссия. Прав был Аркадий Аркадьевич, когда сказал Андрею, что это скорее медицинское обследование, чем сбор анализов как таковых.
   Местом проведения медкомиссии оказался такой же загородный пансионат, как и владения Александра Николаевича, ну почти такой же. Медицинская направленность пансионата, который на самом деле оказался частной медицинской клиникой чувствовалась сразу же после въезда на его территорию. Андрея встретил средних лет доктор, представился Владимиром Александровичем. Интерьер клиники оказался победнее нежели чем пансионат Александра Николаевича, оно и понятно, тут главенствовал не комфорт и богатство интерьера, а его медицинская специализация. Впрочем Андрей не обратил на это никакого внимания, не за тем приехал. Его поселили, вряд-ли это можно назвать больничной палатой, скорее это была малогабаритная квартира.
   Владимир Александрович предложил Андрею отдохнуть с дороги, сказал что обед ему попадут сюда, в номер, и вообще, питаться он будет отдельно:
   - Отдыхайте. Вечером мы проведём одну предварительную процедуру, весьма необременительную. Анализы начнёте сдавать завтра с утра. - после этого доктор откланялся и оставил Андрея один на один со своими мыслями насчёт предстоящей медкомиссии.
   Необременительной процедурой оказался сеанс гипноза, каково, а?! Что там Андрей наговорил под гипнозом он не знал, а по поведению Владимира Александровича догадаться было невозможно. Ну и ладно, гипноз так гипноз, каких-либо грехов Андрей за собой не знал, ну а то что он принадлежит к мужскому клубу персоналу было наверняка известно. Так что, ничего страшного.
   А утром началось. Помимо привычных анализов Андрею пришлось сдавать такие анализы о которых он до этого даже не подозревал. Некоторые из них были весьма болезненны, но это по большому счёту мелочи, вполне терпимо. Анализы заняли целях три дня, а вот после этого, как догадался Андрей, началось основное, его начали исследовать. Исследовали реакции его организма на те или иные изменения внешней среды: то чуть-ли не замораживали, температура в его номере становилась почти такой же, как и на улице. То "включали" жару как в пустые, то как в джунглях, с сумасшедшей влажностью. И после каждого такого истязания, по другому не назовёшь, опять анализы, анализы и ещё раз анализы. Кормили тоже, хрен их угадаешь, то до отвала, ещё чуть-чуть и лопнешь, то голодом морили, то вообще по несколько дней держали под капельницей.
   Ничего не скажешь, весело было, в кавычках разумеется, но к счастью всё когда-нибудь заканчивается, закончилась и медкомиссия, чтоб ей... На прощанье Владимир Александрович сказал Андрею, что на первый взгляд результаты вполне хорошие, а окончательный результат будет известен через неделю. Вот и всё, пожал руку, попрощался и ушёл.
  

***

  
   - Пойми Фёдор, - продолжал Евгений Казимирович. - вот раньше была партия, комсомол был, а значит народ был организован и сплочён. Теперь этого нет и в помине, потому и происходит: кто в лес, кто по дрова. Но пустота Природой недопустима, поэтому мы и вышли, так сказать, на передний план. Можешь считать нашу организацию партией, да хоть чем, не в этом дело, дело в том, что все мы делаем одно дело, заметь, в первую очередь для страны делаем, а потом уже, ну, что останется, берём себе.
   Сейчас, Фёдор, основными претендентами на власть являются: коммунисты, если их можно так назвать, нет, не те, не из думской фракции, настоящие. Вообще-то они даже не коммунисты, а скорее большевики ленинцы-сталинцы. Есть ещё высший криминал, но те в силу своей специфики предпочитают экономику. Во власть, в открытую предпочитают не лезть, продвигают подставных лиц. А ещё есть, мы называем их проститутки. Эти самые многочисленные. За душой кроме денег ничего, да и души у них там никакой нет. Они готовы лечь под любого лишь бы прибыль была. Ну и мы. Вот такой на сегодняшний день расклад сил.
   Сейчас у нас образовался как бы союз с большевиками по максимальному отстранению от власти и от управления экономикой проституток. Работа большая, трудная, но ничего страшного, хоть и медленно но продвигается. Плохо то, что у проституток мощная поддержка с Запада, там тоже есть такие же, а эти получается их выкормыши. Криминал как может, вернее, как хочет, так и помогает, но в основном использует их в своих интересах. Ну и не стоит забывать о том, что по уничтожению или же максимальному ослаблению проституток останутся две реальные силы претендующие на власть - мы и большевики. Проблема вроде бы решаема, но есть одна трудность, нынешний президент. Он из большевиков и мало того что из большевиков, он подмял под себя все силовые структуры и ведомства включая армию, а это серьёзно.
   "Ё-моё! Во попал! Прямо как хрен в рукомойник! - размышлял Фёдор по дороге домой. - И что теперь делать?! А ничего не делать, работать как работал!".
   Недели не прошло, Фёдор вступил в должность заместителя директора, Евгения Казимировича. Признаться, поначалу он опасался, что поползут слухи, и за каким, спрашивается рассказал тогда Михалычу о цене вопроса? Но завод по поводу нового замдиректора молчал, ну может быть радовался, правда втихаря, никаких сплетен не было, через Татьяну узнал бы.
   Дабы не терять со своей бригадой прежних связей, да и столько лет вместе проработали, Фёдор устроил мужикам очередную "пятницу" по расширенному сценарию, так сказать. Отметили нормально, в основном разговоры крутились вокруг производственных дел на уровне бригады, ну разве что Николаич подпив принялся допрашивать Фёдора о том, что он, как новый замдиректора, сделает для облегчения жизни рабочего класса? Сначала Фёдор пытался что-то объяснять Николаичу, хотя если честно никаких таких планов у него не было. Может потом и появятся, скорее всего появятся, а пока, извини Николаич. Разговор, он же допрос закончился тем, что Михалыч, встряхнул бригадира, посоветовал ему или не пить вообще, или же напиться так, чтобы разговаривать не смог. Фёдор с благодарностью посмотрел на Михалыча, мол, выручил, но тот в ответ как-то странно посмотрел на Фёдора и отвёл взгляд, неужели всё-таки догадался? Ну и ладно, если даже и догадался молчать будет, не тот человек чтобы сплетнями заниматься, да и Фёдору сейчас по большому счёту не до сплетен, работать надо. Но это уже было в прошлом. А в настоящем, в настоящем, да ещё Евгений Казимирович со своей политинформацией, не пойми что.
   В настоящем получалось, что какая-то группа людей с весьма странными и даже дикими ритуалами, прямо тамплиеры какие-то, рвётся во власть и как догадывался Фёдор рвётся не безуспешно. С этим всё более-менее понятно, власти все хотят, начиная с какого-нибудь старшего помощника младшего дворника. А вот откуда они взялись такие красивые? Наши выкормыши? Вряд-ли, слишком неприметные хотя и не без рекламы о себе, те же баннеры на улице взять. Проститутки, как их назвал Евгений Казимирович, те например даже не скрывают, что выкормыши Запада. Хапают, сволочи, всё без разбора пока при силе, пока поддержка есть. А если хвост прищемят? А ведь рано или поздно обязательно прищемят! Надеются на тот же Запад сбежать, где их виллы, яхты и банковские счета дожидаются? Может кто и сбежит, но не все, это уж точно. А кто останавливать будет?! Большевики?! Метко их назвали. Мы, новолюди? Вот теперь и думай. Можно подумать до этого мозги не чем было занять, теперь ещё и вот это прибавилось. М-да!
  

***

  

Из телепрограммы "Формула неизвестности".

  
   "Является ли Земля планетой, единственной в своём роде? Или где-то во Вселенной есть другие подобные ей? Существует ли внеземная жизнь? Поиски этой жизни одна из величайших задач человечества, и учёные изобретают всё новые и новые средства для получения информации.
   ...мы расширяем круг знаний, где вне Земли, в нашей Солнечной системе может существовать жизнь? На переднем крае этих поисков сложнейшие телескопы и автоматические спутники изучающие дальние области Солнечной системы. Все эти аппараты как никогда открывают множество планет, спутников, астероидов и комет...
   ...наличие телескопов и спутников позволяет нам посещать такие места, которые невозможно посетить другими способами. Поиски открывают нам необычные и неожиданные миры. Это места полные озёр, бурь и дождей. Гибельные планеты, где в подземных пространствах царят мощные силы. Миры, где за сотни километров от Земли таятся океаны.
   ...в последнее время темпы открытий потрясают воображение. Новые космические экспедиции позволяют нам приоткрыть тайну над тем, что делает планету обитаемой? Поднимают вопрос о том, что составные элементы жизни распространены более широко, чем считалось ранее не только в нашей Солнечной системе, но вероятно и во всей Галактике".
  

***

  
   Сколько ни пытался Андрей расспросить Константина Александровича о стажировке, и так, и так подкатывал, ни в какую! Константин Александрович ловко уходил от прямых ответов и переводил разговор на что-то другое. Незаметно для себя Андрей, в чём потом себя неоднократно винил, принялся нервничать что не сказалось на задаваемых вопросах, в первую очередь на их тонкости и если хотите хитрости.
   - Андрей. - хоть и доброжелательно, но твёрдо Константин Александрович прервал шквал вопросов. - Ты извини конечно, что приходится тебе об этом напоминать, но сам виноват.
   Ты не первый день среди нас и наверняка уже понял, что у нас не принято задавать вопросы, тем более если видно, что собеседник откровенно не склонен на них отвечать. А вдруг как со мной там произошло что-то до того неприятное, о чём мне до сих пор неприятно вспоминать? - неожиданно спросил Константин Александрович. - А вдруг я подписку давал о неразглашении, откуда ты знаешь? Да и вообще, и дело тут не в принадлежности к мужскому клубу. Согласись, довольно-таки нетактично изводить собеседника вопросами. Если захочет, сам расскажет, и спрашивать не надо будет.
   - Да я..., - замялся Андрей. - Извините. Константин Александрович.
   - Ничего страшного, Андрей, ничего страшного. Я понимаю твой интерес и даже любопытство насчёт предстоящей стажировки, тем более что перед тобой сидит человек недавно её прошедший. Могу тебе сказать: ничего страшного со мной не случилось. - а ведь о том, что случилось что-то о чём неприятно вспоминать ничего не сказал Константин Александрович. Опять слукавил? - Разумеется никакой сверхсекретной подписки я не давал, да и глупость это, все эти подписки.
   Поедешь, а теперь я уверен что ты поедешь, сам всё увидишь. Вот скажи мне: ты медкомиссии боялся? Ну хотя бы чуть-чуть?
   - Немного боялся. - кивнул головой Андрей. - Понимал, что бояться нечего а всё равно. Хорошо хоть Аркадий Аркадьевич сказал, что это скорее медицинское обследование, чем привычная медкомиссия. На деле же получилось, что и бояться там нечего. Некоторые вещи конечно же не очень приятные, но вполне терпимые.
   - Ну вот ты и ответил на все свои вопросы! - усмехнулся Константин Александрович. - Со стажировкой почти тоже самое, не в плане медицины конечно, только происходит всё не у нас в стране, а за границей. Кстати, как у тебя с Аркадием Аркадьевич?
   - Нормально. - пожал плечами Андрей. - Да я его и вижу-то редко. Работы много, некогда по коридорам шляться, а записываться к нему на приём, ну или же ломиться в кабинет как-то неудобно, да и надобности такой нет.
   - Понятно. - загадочно улыбнулся Константин Александрович. - А он тебя хвалит, даже очень хвалит.
  

Глава IV

  
   Через месяц после вступления в должность замдиректора, теперь они были почитай накоротке, в кабинет к Фёдору зашёл Евгений Казимирович:
   - Гостей принимаешь?
   - Конечно принимаю. - Фёдор оторвался от бумаг, вышел из-за стола навстречу директору, поздоровался с ним за руку и проводил к почти такому же видать необходимому атрибуту кабинета большого начальника, к столику и двум креслам.
   - Что?! - засмеялся Евгений Казимирович. - Неужели и угощать будешь?
   - А как же! - деланно удивился Фёдор. - Коньяк? - мол, а мы нисколько не хуже директоров будем, спросил он.
   - А что, давай! - присаживаясь в кресло согласился Евгений Казимирович.
   Фёдор решил не дёргать секретаршу, ну её, хрен её знает, чего она может наговорить. Конечно директорская тайна есть директорская тайна, почти как военная, но всё-таки. На самом же деле Фёдор просто-напросто не привык ещё к секретаршам вообще и к их молчаливому обеспечению уюта высокого начальства в частности. Судя по молчанию, даже по молчаливому согласию директора Фёдор понял: более высокое начальство не против. Он поставил на столик бутылку коньяка, пару рюмок, посыпанные сахарной пудрой дольки лимона и коробку конфет. Вот вроде бы и всё, можно приступать. На вопросительный взгляд Евгения Казимировича, мол, когда успел прибарахлиться Фёдор поспешил ответить, а то подумает ещё чего:
   - Это всё Татьяна, ну жена моя. Это она меня снабдила. Говорит, что большому начальству полагается держать в кабинете коньяк и чем закусить, мало-ли кто придёт? И откуда только знает?
   - Женщины, Фёдор, они много чего знают такого о чём мы даже не догадываемся. - разжёвывая лимон вместе с кожурой ответил Евгений Казимирович. - На то они и женщины.
   Выпили ещё, а что тут такого? Рабочий день? Ну рабочий, ну и что? Говорят у самого высокого начальства есть даже специальные комнаты отдыха прямо к кабинету примыкающие. Правильно. Работает, работает такой начальник, глядь, устал. Вот и идёт он в ту комнату, чтобы отдохнуть. Ну а Фёдор хоть и не окончательно высокое начальство, а всё равно право на отдых пусть и не в виде специальной комнаты, а в виде коньяка имеет. Тем более с самого-самого утра кучу дел переделал. Правда в основном Фёдор продолжал вникать в свою новую должность на бумажно-документном уровне, но и переделал тоже.
   По второй выпили и закусили молча, по типу как бы за родителей или же за то самое, наивысочайшее начальство, а вот после третьей Евгений Казимирович обозначил цель своего визита:
   - Смотрю, осваиваешься? - кивнул он в сторону рабочего стола Фёдора чуть-ли не по уши заваленного бумагами. - Правильно делаешь. Поспешай, поспешай, дел впереди невпроворот. А пока что, пока осваиваешься, хочу тебе ещё кое-что рассказать о новолюдях.
   Услышав о "ещё кое-что" Фёдор невольно напрягся. Блин, что ещё за тайны ему хочет поведать директор, ему и этих хватает выше крыши.
   - Ты не нервничай. - видя реакцию Фёдора на свои слова хмыкнул Евгений Казимирович и жестом показал, мол, наливай давай. - Никаких тайн тут нету, сплошная проза жизни. Ты в курсе за что слетел твой предшественник? - Фёдор отрицательно покачал головой, мол, откуда? - Ладно, ладно, весь завод тогда гудел, мол, за взятку.
   - А что, не за взятку? - выдал своё незнание причины увольнения предшественника Фёдор.
   - И да и нет. На заводе, сам понимаешь, взятки давать ему некому да и незачем. Смежникам и партнёрам тоже вроде бы тоже не зачем, всё отлажено, всё работает как часы. Помнишь я тебе рассказывал о проститутках? Нет, не о тех которые вдоль улиц стоят, о других.
   - Которых Запад прикрывает? - вспомнил давешний разговор Фёдор.
   - О них самых. Подкатили они к твоему предшественнику, много ласковых слов наговорили, пообещали ещё больше. И сделали ему предложение от которого, по их мнению, любой нормальный и в здравом уме человек не может отказаться. Короче, встретили, пригласили в ресторан, слегка подпоили и предложили...
   Видите ли они давно не могут равнодушно смотреть на территории занимаемые заводом. Завод находится почитай в центре города, за значит земля которую он занимает жутко дорогая. А как эту землю можно по их мнению использовать более эффективно нежели чем для выпуска всяких там железяк? Правильно, снести его к едреней матери и на освободившихся площадях построить торговый центр какой-нибудь, а то и два.
   Проститутки, Фёдор, им плевать на страну и на её экономику потому они, дай им волю, всю страну готовы торговыми и развлекательными центрами застроить! А что, затрат минимум, а прибыли максимум - ежемесячно от арендаторов и рекламодателей капает и не слабо капает. А завод, что завод? Много ты выжмешь с заводской столовой? Ну с тех помещений, которые сдают в аренду? А реклама? Да ты хоть весь завод заклей и обвешай рекламой, никакого толка.
   В общем предложили они твоему предшественнику простой и гениальный план - обанкротить завод. Нет, самому ему ничего делать не надо было, да и не потянул бы он это в одиночку. Его попросили предоставить им основные заводские и в частности финансовые документы, разумеется копии. Дальше, мол, не его забота, они сами всё сделают. Ну а в виде платы за проделанную работу пообещали отдать ему в собственность два этажа будущего торгового центра. Он, балбес, поверил. Ага, как же! В лучшем случае устроили бы ему автомобильную аварию, они что, дураки что-ли деньгами налево и направо разбрасываться?
   Так вот, Фёдор, не утверждаю, но вполне возможно что и к тебе будут подкатывать, поэтому будь внимателен и осторожен. Если что и случится, не торопись посылать их куда подальше, даже можешь намекнуть, что согласен. Сам же после этого немедленно звони мне. Немедленно! Понял?
   - А как вы его, их, ну...? - ошалело спросил Фёдор. Признаться он ожидал всего чего угодно от своей новой должности, но об этом как-то не подумал.
   - Ну Фёдор, это не так уж и сложно. Просто ты пока ещё не в кусе о наших возможностях. Встреча была заснята, разговор был записан, так что крыть нечем. - хмыкнул Евгений Казимирович. - Ну давай ещё по одной и разбегаемся, работы действительно непочатый край.
  

***

  
   А Татьяна, Татьяна цвела не жалея сил и не боясь завянуть. Шутка ли, муж - заместитель директор завода! И тем более, а это чуть-ли не самое главное, замдиректора завода на котором она сама работает! Ещё вчера кто она была? Да обыкновенной кладовщицей была, которую и обматерить, и премии лишить, да что там, чуть что не так уволить - раз плюнуть! А сейчас попробуй. То-то же!
   Нет Татьяна не была ни дурой, ни тем более стервой, она была самой обыкновенной женщиной, которой, как и всем прочим женщинам не чужды взгляды на жизнь своими, женскими глазами. Ничего не поделаешь так уж женщина устроена, что ей в подавляющем большинстве случаев наплевать какое у неё образование, кем она работает, зато очень и очень не наплевать на образование и должность мужа! Особенно на должность. Ведь на самом деле в слове "замужем" скрыт очень глубокий смысл над которым, ну во всяком случае мужики, не задумываются, не до этого им. А вот женщины задумываются, да ещё как задумываются. Замужем означает: за кем? За мужем! За мужем как за стеной, а потому для женщины очень важно что из себя представляет эта стена: какого-нибудь работягу или же заместителя директора завода по производству.
   Не будучи стервой Татьяна не задирала нос перед подругами и не подругами тоже, но, и тут ничего не поделаешь, прямо-таки лихорадочный блеск в глазах выдавал её, выдавал женскую гордость за мужа, большого начальника. Подруги и вообще соратницы по заводским будням, некоторые завидовали конечно и даже злились на Татьяну за то, что сами не догадались в своё время охомутать Фёдора. Но таких было меньшинство, большинство же потянулось к Татьяне совсем за другим, за заводскими новостями. По их вполне здравым рассуждениям выходило, что в цехах новости одни, а в высоких заводских кабинетах совсем другие, вот они за ними и потянулись. Татьяна поначалу, не иначе чтобы подчеркнуть перед бабами свою значимость, пыталась выведать у Фёдора что-нибудь этакое простым работягам неведомое. Вот только после первого же вопроса на эту тему она получила такой отлуп, что и думать забыла о том, чтобы узнать нечто этакое, простым работягам недоступное. На прямые и хитрые, коварные вопросы она стала отвечать, мол, интересно, сходите и сами спросите, да, не забудьте записаться на приём, мол, занят Фёдор сильно, и здесь умудрилась уесть подруг и не подруг тоже.
   А Вовка, что Вовка? Вовке пока что новая должность Фёдора была безразлична. Это попозже, лет этак через десять, если балбесом вырастет, тогда да. Тогда дядя и папа Фёдор в одном лице раскошеливайся на крутую тачку, на бабки: что я, лох что-ли какой, в кармане более трёх штук отродясь не бывало? Но это в будущем и не факт, что оно так будет.
   После обеда Фёдор позвонил Татьяне и сказал чтобы та к концу рабочего дня вызвала такси, что сегодня они домой на такси поедут. На вопрос Татьяны: с какой это радости Фёдор, как и полагается заместителю директора, ответил, что сегодня у него были смежники, что переговоры с ними пришлось вести, ну а где переговоры там и коньячку выпить полагается, так что сегодня он за руль уже не сядет.
   Татьяна, как и полагается любой нормальной жене, сначала было хотела слегка поругать Фёдора, мол, пьёт в рабочее время, но якобы прибывшие на переговоры смежники отбили у неё всякую охоту качать права. Да и как их тут будешь качать, если муж вон какие важные переговоры проводит! Единственное, но далеко немаловажное, под эту дудку Татьяна выбила у Фёдора его согласие на то чтобы записаться в автошколу, выучиться и сдать на права:
   - А вдруг как тебе с этими самыми смежниками день через день переговоры придётся проводить? И что тогда, постоянно на такси ездить? Никаких денег не напасёшься! - привела она, по её соображениям, несокрушимый довод и, даже слегка удивилась, получила согласие.
   "Ладно, пусть баба потешится. - положив трубку подумал Фёдор. - Да и пора поменять Короллку на что-нибудь более приличное, замдиректора всё-таки, не шантрапа какая-нибудь там, а на Королле пусть Татьяна ездит".
  

***

  

Из телепрограммы "Формула неизвестности".

  
   "...там, за пять миллиардов километров от Земли находится огромное количество комет и других осколков называемое поясом Койпера. Как и астероиды кометы представляют собой осколки оставшиеся со времён формирования Солнечной системы. Но помимо камня в их состав входит также лёд замерзающий только на таком расстоянии от Солнца.
   ...внутри учёные находят более тысячи зёрнышек кометной пыли. После трёх лет исследований учёные совершают невероятное открытие: среди кометной пыли они обнаруживают следы органической молекулы глицина, составной части живых организмов. Глицин, который был вморожен в комету при её формировании состоит из простых веществ находившихся в газово-пылевом облаке давшем начало нашей Солнечной системе. Глицин, это аминокислота, один из элементов всего живого...
   ... мог ли хаос царящий в поясе Койпера возникнуть вследствие столкновения с планетой? Чтобы найти ответ учёные сделали несколько компьютерных моделей. Одна из них воспроизводит современное состояние пояса Койпера. Три миллиарда девятьсот миллионов лет назад пока Юпитер дважды обходил свою орбиту Сатурн совершал одно полное обращение вокруг Солнца...".
  

***

  
   Лететь предстояло почти тринадцать часов - двенадцать часов с минутами, обалдеть! Чем Андрей будет заниматься всё это время он совершенно не представлял, ну разве что как в мультфильме: "Поели, теперь можно поспать. Поспали, теперь можно поесть...", но так и с ума сойти недолго, тринадцати часов вполне хватит.
   В тот день настроение у Андрея было не ахти каким, а по правде говоря, откровенно хреновым. Причиной тому был какой-то козёл чиркнувший бампером своей Нивы бочину Андреевой Камри, ну какое тут может быть настроение? Оно вроде бы и пустяк, Андрей даже не стал устраивать разборки на тему ДТП: во-первых на работу в Администрации было не принято опаздывать, а во-вторых, там делов-то на полчаса и на копейку, больше времени и нервов на выяснение отношений потратит, чем денег сэкономит. Так что когда Андрея вызвал к себе Аркадий Аркадьевич он даже не задумался над тем: а зачем, собственно говоря, глава районной Администрации вызывает к себе рядового сотрудника?
   На этот раз Аркадий Аркадьевич был даже больше, чем сама любезность, прямо светился весь как тот начищенный пятак:
   - Проходи Андрей Викторович. Проходи, присаживайся. - мало того, что Аркадий Аркадьевич вышел к Андрею из-за стола, так он ещё поздоровавшись за руку проводил Андрея к креслу, услужливо отодвинул его и прямо как ту барышню усадил. - Новость у меня, Андрей, не скрою, хорошая новость. - сказал он усаживаясь перед Андреем. - На тебя пришла заявка. Понимаешь, заявка! - восторженно воскликнул Аркадий Аркадьевич. - Ты едешь на стажировку.
   Дальнейшее Андрей понимал и воспринимал плохо: "Вот оно, случилось! - постоянно грохотало и хохотало в его голове. - Стажировка!".
   Резко перейдя на деловой тон Аркадий Аркадьевич сообщил Андрею о том, что пришла заявка, именно на него пришла. Что в течение месяца, там тоже люди, всё прекрасно понимают, ему надлежит завершить все начатые как служебные, так и личные дела с тем чтобы ровно через тридцать дней, день в день, вылететь в Эдемию, а если быть до конца точным, в Лос-Анджелес. Билет уже заказан, так что, да и вообще, ни о каких-либо организационных вопросах Андрей пусть не беспокоится, всё что необходимо уже решается и делается. Сейчас его первостепенная задача, это не опоздать на рейс, вот и всё.
   Особо каких-либо важных и не завершённых дел, как личных так и служебных, у Андрея не было, можно даже сказать: всё было в ажуре, ну разве что поцарапанная Камри. Немного подумав Андрей решил обратиться к Александру Валентиновичу, у того наверняка есть связи в сфере автосервиса. Кроме того, судя по характеру деятельности Александра Валентиновича Андрей подумал, что тот наверняка уже в курсе его предстоящей стажировки в вполне возможно что он и занимается, как сказал Аркадий Аркадьевич, решением всех организационных вопросов, тогда тем более. Можно конечно же было и самому обратиться ну хотя бы в тот же сервисный центр, но что-то желания не было. Выслушав просьбу Андрея Александр Валентинович сказал, чтобы Андрей оставил сегодня своё авто с ключами внутри у Администрации, а завтра утром она будет в лучшем виде. Удивившись подобной оперативности, ещё бы, Андрей поинтересовался стоимостью ремонта: "Да и хрен с ним, пусть будет дорого, зато быстро. - справедливо решил он". В ответ Александр Валентинович даже как-то насмешливо посмотрел на Андрея, хлопнул его по плечу и сказал, что не такие уж они жлобы, чтобы обращать внимание на подобные мелочи. Ещё оставалась Алёна, но тут Андрей был спокоен: уж чего-чего, за за месяц они не один раз встретятся.
  

***

  
   К удивлению Андрея, он даже немножко обиделся, новость о предстоящей стажировке да ещё продолжительностью в год Алёна восприняла вполне спокойно сказав, как тогда, перед медкомиссией, что год это не десять лет и что ничего с ней не случится, подождёт, лишь бы он там, за границей, другую себе не нашёл. Ничего не поделаешь, пришлось клясться, успокаивать, ну и так далее. Как?! Сами знаете, как!
   А примерно за неделю до того, как Андрею надо будет вылетать в Лос-Анджелес, в пятницу, ему позвонил Аркадий Аркадьевич, сам позвонил, и пригласил его на выходные в пансионат. При этом он прямо сказал, как бы предупредил, что компания будет чисто мужская, что все будут свои, из мужского клуба. А чего тут непонятного: надо ехать одному без Алёны! С чего бы это? Ну да ладно, тем более что за этот месяц, с того самого момента когда он сообщил ей о предстоящей стажировке поведение Алёны стало несколько странным. Странным, в смысле не естественным для женщины мужчина которой на целый году улетает неизвестно куда. Обычно женщины охают, ахают, нет-нет да и принимаются ныть, даже если и показушно на то, что мол любимый уезжает. Алёна же вела себя как-будто вообще ничего не произошло, такое впечатление как-будто даже рада была тому, что Андрей скоро уезжает.
   Общество действительно было чисто мужское. Мало того, что все исключительно члены мужского клуба, так ещё и все знакомые, можно сказать, свои: Аркадий Аркадьевич, Константин Александрович, Александр Валентинович, он, Андрей, ну и время от времени к ним присоединялся Александр Николаевич. Никаких шашлыков и в помине не было. Стараниями обслуги ну и конечно же самого Александра Николаевича в каминной зале был накрыт ну просто шикарный стол, как говорится, только птичьего молока не хватало.
   А вот само застолье, если хотите, праздник, без сомнения устроенный в честь Андрея, в честь его отъезда на стажировку получился скучным. Права тогда была Алёна сказав, что они все как-будто все клеем облитые. Точно также было и сейчас, все, хоть и сидели за одним столом каждый находился где-то там, внутри себя, и плевать ему было на остальных, даже если они тоже члены мужского клуба.
   Аркадий Аркадьевич, как старший среди присутствующих по мужскому клубу в начале застолья произнёс тост. Правда тост этот очень сильно напоминал доклад на каком-то торжественному заседании посвящённом неизвестно чему. Был он длинным, путанным и вообще, из всего сказанного Андрей понял, что скоро в их рядах прибудет. В каких рядах и кто прибудет, Андрей так и не понял. Так что праздничное, устроенное в его честь застолье настроения Андрею особо не улучшило, да и незачем его было улучшать. Самое главное - он едет на стажировку, а остальное, чепуха всё остальное, даже Алёна, а потому что ведёт себя так.
  

Глава V

  
   Ехать в аэропорт провожать Андрея Алёна отказалась сославшись на то, что с работы не отпустят и на то, что она терпеть не может все эти сцены встреч и расставаний. Ну и ладно, не хочешь, не надо. Правда, сначала Андрей обиделся, но поскольку он уже душой весь был в дороге, а значит весь уже был подвержен преддорожному и дорожному зуду - "щемящему чувству дороги", то очень быстро забыл о своей обиде.
   Провожал Андрея Константин Александрович. В условленное время он подъехал на своём Мерседесе к подъезду Андрея, где Андрей уже переминался с ноги на ногу в ожидании провожающего. При нём были довольно-таки внушительных размеров чемодан и средних размеров дорожная сумка.
   - Извини, Андрей, не предупредил. - поздоровавшись и погрузив чемодан в багажник сказал Константин Александрович. - Зря ты собрал чемодан. Давай сделаем так: хочешь, давай ключи от квартиры, всё равно я тебя встречать буду. Я отвезу чемодан к тебе домой, сам знаешь, возвращаться - плохая примета. Или же, если хочешь, поставлю его у себя в кладовке, пусть стоит, тебя дожидается.
   Андрей, не жлоб же он в конце концов, отдал Константину Александровичу ключи от своей квартиры. Единственное, о чём он попросил, это чтобы Константин Александрович достал из чемодана все вещи и просто разложил бы их по квартире, а то за год они в этом чемодане просто сопреют. Невелико богатство, а всё-таки жалко.
   - Тебя, Андрей, там снабдят всем, что тебе необходимо начиная от зубной щётки, бритвенного станка или же электробритвы и заканчивая даже не знаю чем. Наличные с собой взял?
   - Да, взял тысячу долларов наличными, так, на всякий случай.
   - Ладно, взял и взял, не выбрасывать же. - улыбнулся Константин Александрович. - Поехали.
   По дороге в аэропорт всё больше молчали, видать каждый был погружён в свои мысли: Константин Александрович наверное вспоминал недавнее прошлое, ну а Андрей, а вот это уж точно, мысленное рисовал своё недалёкое будущее.
   Приехали как раз во время, только-только началась регистрация на рейс. Когда человек приезжает в аэропорт тютелька в тютельку, тогда считай всё нормально, тогда некогда ему по зданию аэропорта шарахаться. А если человек приезжает за несколько часов до начала регистрации, тогда что? Можно конечно устроиться в одном из кресел зала ожидания и коротать время до начала регистрации читая книжку. А теперь, вы представляете более нелепое занятие? Это равносильно, если пациент в ожидании приёма у стоматолога сидит и книжку читает - один в один! В первом случае всё равно ты никуда не денешься от ощущения дороги, а во втором, куда девать крутящиеся в голове сцены мук адовых в кресле более похожем на орудие труда инквизитора? Потому в аэропортах столь популярны всевозможные заведения начиная с ресторана и заканчивая какой-нибудь забегаловкой к радости потенциальных пассажиров и к не меньшей радости хозяев торгующие напитками из категории "что-нибудь покрепче", ну и сопутствующими к таким напиткам товарами.
  

***

  
   Хоть регистрация и казалась несбыточной мечтой длинною в вечность всё-таки она была пройдена. Теперь оставалось совсем чуть-чуть, дождаться объявления начала посадки.
   - Ты чем собрался заниматься во время полёта? - вдруг спросил Константин Александрович.
   - Не знаю пока. - пожал плечами Андрей. - Что-нибудь придумаю.
   - Держи! - Константин Александрович достал из портфеля, ну нравится человеку ходить с портфелем, что-то в чехле и протянул Андрею.
   - Что это?
   - Планшет. Я тебе там пару фильмов, несколько книжек, ещё кое-что по мелочи скачал, разберёшься. А то чего доброго ещё с ума сойдёшь! Раньше доводилось летать на такие расстояния?
   - Нет. - растерянно, не иначе как от подарка в виде планшета, ответил Андрей, но тут же опомнился. - Спасибо, Константин Александрович. Самый долгий полёт, это когда я на Цейлон летал, помните?
   - Помню. - Константин Александрович как бы не обратил внимание на благодарность Андрея, лишь рукой махнул. - Ну вот представь, до Лос-Анджелеса раза в полтора дольше, нормально?
   - Нормально.
   Андрей хоть и смотрел в Интернете время полёта до Лос-Анджелеса, но когда видишь время полёта на дисплее в виде набора цифр это одно, а когда сравниваешь с тем, что пришлось испытать на себе, это совсем другое.
   - Как доберусь, устроюсь, я вам позвоню. Можно? - вдруг спросил Андрей.
   В ответ Константин Александрович ничего не сказал, лишь кивнул в знак согласия, а сам тем временем подумал: "Звони Андрей, звони, если телефон спрятать догадаешься. Впрочем, всё равно найдут и отберут".
  

***

  
   Считается, что самые по крайней мере скучные занятия это: ждать, догонять и отдавать. Ошибаются граждане, есть как минимум ещё одно крайне скучное занятие - много часов лететь в самолёте. Так что примерно через час Андрею совсем расхотелось лететь на стажировку. Но если даже с поезда не очень-то на ходу спрыгнешь, то с самолёта и подавно. Вот тут-то он по достоинству и оценил подарок Константина Александровича.
   Прощание было по-мужски коротким: пожали друг другу руки, Константин Александрович сказал: "Держись" и не оглядываясь быстро пошёл к выходу из аэровокзала. Сначала Андрей не обратил внимания на пожелание Константина Александровича держаться, но когда задница окончательно устала сидеть, вспомнил. Но не иначе в предвкушении чего-то нового и без сомнения прекрасного это пожелание было отнесено Андреем к тяготам тринадцатичасового перелёта.
   Попробуйте несколько часов кряду смотреть на стену, и неважно что на ней висит или нарисовано. Но в случае со стенкой, там попроще, в любой момент можно плюнуть и заняться более интересными делами. А теперь, если вы несколько часов подряд смотрите на спинку впередистоящего кресла, в этом случае особо-то не расплюёшься и делами более интересными особо не займёшься. Это всё к тому, что подарок Константина Александровича оказался очень и очень кстати.
   Конечно же Константин Александрович в первую очередь ориентировался на свои вкусы и тем не менее один из фильмов - "Столкновение с бездной" Андрею очень даже понравился. Он даже удивился: как это он пропустил такой хороший фильм? Второй фильм был так себе и Андрей не стал его смотреть, решил почитать. Свой выбор он остановил на книге Марка Алданова "Мыслитель", Андрею вообще нравились книги этого автора. Так что за фильмом, чтением, завтраками, обедами, даже пару раз вздремнуть умудрился, Андрей и скоротал казавшиеся нескончаемыми тринадцать часов перелёта.
  

***

  
   Пройдя все иммиграционные и таможенные формальности Андрей оказался в зале аэропорта и встал как вкопанный. Его заверили, сам Аркадий Аркадьевич заверил, что в аэропорту встретят, и в целости и сохранности доставят куда надо, поэтому адреса места проведения стажировки он не знал. Постоял, постоял, покрутил головой, никто не встречает. Тут же, как в подобных случаях бывает, пытливый и богатый на идеи мозг выдвинул одну из идей, наиболее подходящих к этому случаю: его никто не встречает. Чуть в стороне стояла небольшая группа мужчин и женщин с картонками или просто листами бумаги на которых были написаны где имена, а где имена вместе с фамилиями. Подойдя поближе Андрей прочитал имена и фамилии счастливцев, повезло, встречают, и разумеется своё имя и фамилию там не нашёл. Что делать? Что, что домой звонить! А что тут ещё придумаешь?!
   - Андрей? - голос принадлежал мужчине лет пятидесяти. - Здравствуйте.
   Встречающий говорил почти без акцента, акцент был конечно, но почти незаметный, как у прибалта хорошо говорящего по русски. Высокий, сухопарый мужчина, по лицу видно, не русский, есть что-то в лицах иностранцев что отличает их от славян. Скорее всего англичанин, может быть немец, но не русский и не украинец, это уж точно. Лицо сухощавое и даже костистое, крупный нос, светло-голубые почти водянистые глаза, а сверху щётка волос, под ёжик. Одет Александр был как самый настоящий лорд, ну или буржуй-миллионер: строгий, тёмно-синего цвета костюм тройка, сразу видно, костюм дорогой, ослепительно белая рубашка и, а вот это Андрея чуть наповал не свалило, вместо полагающегося такому костюму строгой расцветки галстука была бабочка, галстук-бабочка, тоже тёмно-синего цвета, правда в белый горошек.
   - Позвольте представиться, Александр. - "Что-то везёт мне на Александров, к чему бы это? - подумал Андрей". Тем временем встречающий продолжал представляться. - Я ваш помощник и гид на период стажировки. Добро пожаловать в Эдемию! - несколько торжественно закончил вступительную часть Александр.
   - Здравствуйте. - в ответ поздоровался Андрей и тут же спросил. - А гид зачем?
   - В программу стажировки входит экскурсионная программа по стране, вот я и буду вас сопровождать, показывать достопримечательности и рассказывать о них. - чуть поклонившись, ну один в один английский дворецкий, сказал Александр. - У вас есть какие-либо просьбы, пожелания?
   - Нет. - ошалело ответил Андрей. Да и какие могут быть просьбы и тем более пожелания, если только-только из самолёта вылез? Разве что спросить где ближайший туалет, но в туалет Андрею не хотелось.
   - Тогда попрошу вашу сумку и пожалуйста следуйте за мной. - Александр опять еле-еле заметно учтиво склонил голову, взял сумку и направился к выходу.
  

***

  
   "А вот кажись и чудеса начинаются. - подумал Андрей". Стоило им подойти к месту остановки автомобилей как неизвестно откуда появился сверкающий чёрным лаком Бентли и остановился напротив. Из автомобиля выскочил водитель одетый в униформу, Андрей такую в ихних фильмах видел, не обращая никакого внимания на Андрея он взял у Александра сумку, положил её в багажник и вернулся на водительское место. Александр, опять учтиво, открыл перед Андреем заднюю дверцу автомобиля, дождался когда тот усядется, закрыл её, после чего уселся на переднее сиденье, рядом с водителем. Автомобиль плавно тронулся с места и повёз Андрея в неизвестность, судя по автомобилю, светлую и счастливую.
   Ехали около часа. Что интересно, за всё это время ни Александр, ни водитель не произнесли ни слова, даже между собой не разговаривали.
   "Наверное у них так принято. - глядя на водителя и Александра размышлял Андрей, смотреть по сторонам почему-то не хотелось совсем. - Да уж, чужая страна, чужие порядки. У нас давным-давно надоели бы своей болтовнёй, а тут, гляди, прямо слуги королевские. Кстати, а ведь Александр своим поведением очень напоминает классического английского дворецкого, я в кино видел, да и читал тоже. Это что же получается? Это получается я обзавёлся самым настоящим дворецким?! Ну дела! Кому скажи, не поверят! Это что же за стажировка такая, если к тебе, по большому счёту простому парню, приставляют дворецкого?!".
   Ещё дома, да и в самолёте время от времени мелькала мысль о том, что во время стажировки он будет жить в какой-нибудь студенческой общаге, при университете, ну может быть не такой, как для студентов, но всё-таки в общаге. А тут, Бентли с водителем да ещё в униформе, Александр этот, один в один дворецкий, прямо лорд какой-то, что-то непохоже на студенческую общагу.
   И действительно, место куда они приехали даже отдалённо не напоминало студенческое общежитие. К довольно-таки большому участку земли, правда гораздо меньше, чем у пансионата Александра Николаевича, вела отдельная дорога, получалось что дом стоит как бы наособицу от других домов вытянувшихся вдоль улицы. Двухэтажный дом в этаком псевдоколониальном, испанском стиле: выложенная плиткой площадка перед домом, цветочные клумбы обрамлённые камнем, несколько пальм, кусты какие-то, в общем один в один, как в кино.
   "Это что же получается? - во все глаза разглядывая дом с пальмами подумал Андрей. - Это что, весь дом для меня или ещё кто-то живёт? Наверняка ещё кто-то живёт. Вот тебе и общага! Нормальненько".
   Мягко открылась дверца автомобиля и склонившийся в полупоклоне Александр сказал, вернее, произнёс:
   - Прошу.
  

***

  
   А вот интерьер дома Андрею не понравился: весь какой-то квадратно-кубический, супер-современный. Вся мебель и вообще всё выдержано в светлых скорее даже белых тонах: стильно, богато, но не красиво, Андрею не понравилось. А вот комната в которую Александр проводил Андрея, по виду спальня, та наоборот была выдержана в тёмных тонах и мебель была в стиле более соответствующем классическому. Что Андрею понравилось и даже удивило, в спальне был самый настоящий камин. Представляете, камин! И это при здешней жаре! Здесь же и зимы-то не бывает!
   - Располагайтесь! - Александр сделал приглашающий жест как бы показывая спальню, да, всё-таки спальню, мол, чем богаты... - Рекомендую принять душ, переодеться. После этого вам будет подан завтрак.
   - А где моя сумка? - хоть и предупредил Константин Александрович насчёт того, что снабдят всем, а всё равно, своё добро оно и есть своё.
   - Она вам не понадобится. - невозмутимо ответил Александр. - В ванной комнате вы найдёте все необходимые туалетные принадлежности. Кроме того, - Александр открыл дверцу одного из двух шкафов. - здесь вы найдёте что одеть. Не беспокойтесь, размеры ваши. - предвосхитив вопрос Андрея поспешил успокоить Александр. - После душа ознакомьтесь пожалуйста с ежедневным распорядком дня. - и Александр указал на лист бумаги в рамке и под стеклом, типа портрета, лежащий на столе. - Я зайду за вами через тридцать минут.
   Выйдя из ванной комнаты Андрей залез в один из шкафов, выбрал себе одежду: джинсы, майку, кроссовки - решил не оригинальничать, успеется ещё. Стоит сказать, когда Андрей открыл шкаф его глаза почти в прямом смысле этого слова полезли на лоб. Одежды было столько, что если даже каждый день её менять как минимум месяца на три хватит. А вот своей одежды Андрей не обнаружил, более того, не обнаружил он и часов с мобильным телефоном и деньги.
   "Наверное в стирку забрали, а лазить по карманам постеснялись. - подумал Андрей о телефоне. - Подожди! - одёрнул он сам себя. - Часы же не в кармане были!".
   Решив, что после насчёт телефона и часов позже спросит у Александра Андрей взял со стола портрет-расписание дня и принялся его изучать. А там и изучать-то особо было нечего, приблизительно такого же распорядка он и дома придерживался. Вот только не додумался записать его красивым почерком, явно типографская работа, и поместить под стекло и в рамку. Заграница, мать их!
   Ровно через полчаса, Андрей уже был уверен, секунда в секунду, в дверь постучал и не дожидаясь приглашения вошёл Александр. На все вопросы об одежде, телефоне, часах и деньгах ответ был один: они вам не понадобятся. А когда Андрей спросил: как же он будет звонить домой? Александр, так сказать, отошёл от шаблонного ответа и сказал, что условиями стажировки пользование личными гаджетами запрещено, что позвонить домой можно будет с обычного телефона. После этого Александр пригласил Андрея в столовую сказав. Что завтрак готов.
   Да уж, завтрак был выдержан в лучших, а может быть в классических традициях англо-саксов: кофе, апельсиновый сок в высоком стакане, тосты, а если на самом деле, то подгорелый хлеб и яичница с каким-то салом.
   "Бекон. - догадался Андрей вспомнив меню их завтрака. - Хорошо хоть овсянку не припёрли: овсянка, сэр! Лучше бы колбаски настрогали, ага, как же, наверняка даже не догадываются, что на завтрак ещё и колбасу едят. Ладно, надо будет сказать".
   Теперь уже Александр больше раздражал Андрея, чем удивлял. Нет бы сесть с ним за стол как и полагается, так нет, встал почти за спиной и застыл как памятник. Оно понятно, слуге, или дворецкому, хрен его поймёшь кто он на самом деле, полагается следить за столом, одним словом, прислуживать. Но, блин, стоять за спиной когда ты ешь, это уж слишком. Ладно, придётся привыкать, никуда не денешься.
   Когда Андрей покончил с завтраком Александр жестом пригласил его следовать за собой. Пришли в квадратно-кубическую, белого цвета, гостиную. Александр точно также, жестом, указал Андрею на одно из кресел, а сам остался стоять, видать не полагается ему сидеть.
   - Сейчас немного отдохните. - начал он. - Через два часа подадут автомобиль и мы поедем на обзорную экскурсию. До начала стажировки вам будет необходимо адаптироваться под наш часовой пояс, это займёт приблизительно неделю. Климатическая адаптация скорее всего вам не грозит, ну разве что лёгким насморком. Через неделю начнётся основная стажировка. С завтрашнего дня начнём изучать язык, правильно изучать, не так как у вас. Все разговоры будут только на английском языке, никаких: я не знаю или не помню это слово. Вспоминайте, заменяйте его другим, но только на английском. Поверьте, это наилучший способ выучить язык так, чтобы вас почти невозможно было отличить от носителя языка.
  

Из телепрограммы "Формула неизвестности".

  
   "...эти существа не очень похожи на людей. Почему у бога-царя такие массивные плечи и руки, женская грудь и талия? Что у него с веками, ушами и носом? Возможно странность облика скрыта в тайне его зачатия...
   ...редкие животные, невозможные с точки зрения эволюции. Хохлатый олень - безобидное млекопитающее с клыками свирепого хищника. Гривастый волк, длинные ноги которого как-будто позаимствованы у антилопы. Звездонос, у него вокруг пасти зачем-то растёт одиннадцать пар придатков похожих на пальцы. И самое уродливое существо на планете - голый землекоп. Этот монстр уникален, он вообще не стареет. Все двадцать восемь лет своей жизни он остаётся молодым и способным к размножению. Мало того, это единственное создание обладающее иммунитетом к раку. Не подопытная ли это мышь сбежавшая из лаборатории пришельцев?
   ...называли их нефилимы и аннунаки и тоже считали их пришельцами с небес. По мнению экспертов на происхождение богов указывает ряд фактов. Но ещё сто лет назад учёные не смогли бы их истолковать. По всей планете встречаются скандальные статуэтки и изображения, которые не вписываются в общепринятую историю...".
  

Глава VI

  
   Александр оказался откровенно хреновым преподавателем английского. А вы попробуйте поговорить о чём-нибудь с телеграфным столбом, да неважно на каком языке! Тоже самое и с Александром. Единственными случаями многословия у него были рассказы о достопримечательностях, в остальных же случаях, такое впечатление что он запрограммирован и говорит исключительно в рамках этой программы, прямо робот какой-то. Но Андрей приноровился к такому преподаванию, если его можно так называть, и к преподавателю. На отвлечённые темы, например о той же политике, Александр не разговаривал вообще и уж тем более даже не пытался вовлечь Андрея в разговор. Всё происходило в рамках программы, как экскурсионной, так и программы поведения самого Александра. Он довольно-таки толково и интересно рассказывал о достопримечательностях, почему? А потому что к своему удивлению и даже радости Андрей обнаружил в себе довольно-таки неплохие знания языка. Оказывается он не даром платил весьма приличные деньги старику переводчику много лет проработавшему в наших посольствах по всей Африке. Разница была, но была она на уровне жаргона, слэнга, в Эдемии многие фразы звучали несколько иначе нежели в Африке, вот и вся разница. Но это мелочи, решил Андрей, в конце концов запомнятся.
   Неделя, если можно так сказать, привыкания Андрея к местному времени была вся посвящена экскурсиям. Казалось объездили всё что можно, ну разве что в пустыне не были. А теперь представьте каково это, всего за одну неделю так много увидеть в сопровождении прямо-таки деревянно-сухих комментариев Александра.
   В один из дней, не иначе в расписании была запланирована пешая прогулка, Андрей с Александром шли по одной из улиц какого-то пригорода Лос-Анджелеса. Пригород как пригород, если бы не пальмы и не отличия в архитектуре, то один в один как у нас. И тут Андрей увидел витрину магазинчика под вывеской Wrangler и пестро-клетчатую рубашку этой фирмы в ней. Как говорят охотники: Андрей сделал стойку. Дело в том, что пару лет назад он видел такую рубашку на каком-то парне, и рубашка ему очень понравилась. Понравилась она до такой степени, что Андрей принялся искать такую же по различным интернет-магазинам и не интернет тоже. Увы, не нашёл. Теперь же, вот она, правда расцветка чуть другая, но это мелочи.
   - Вам что-то понравилось? - раздалось из-за спины. Александр.
   - Да. Рубашка понравилась. - Андрей показал на манекен одетый в рубашку и тут же решил немного похулиганить. - Давно хотел себе такую купить. Эх, жаль, не получится. Деньги-то вы у меня отобрали, мои деньги.
   Не проронив ни слова Александр скрылся за дверями магазина и менее чем через минуту вышел оттуда с пакетом в руках.
   - Ваша рубашка. - сказал он протягивая пакет. Правда было это произнесено, как: овсянка, сэр, один в один. И смех и грех.
  

***

  
   Наконец-то разминочная неделя закончилась и началась стажировка. Андрей не особо удивился, когда узнал о том, что стажировка будет проходить здесь же, в доме. Оказалось рядом со спальней была специально оборудована комната для занятий.
   Сразу после завтрака и утренней прогулки по прилегающей к дому территории, оказывается прогулка тоже входит в программу стажировки, Александр представил Андрею первого преподавателя. Николай Николаевич - мужчина лет шестидесяти, несмотря на имя и отчество, явно семитской наружности. Чуть ниже среднего роста, с заметным животиком, лысина в полголовы, а вот выражение лица скорее доброе, чем умно-начитанное и глаза, несмотря на возраст, молодые, яркие и даже блестящие.
   Первой дисциплиной, которую Андрею пришлось изучать была "История политических отношений в Европе". Почему именно в Европе, а не где-нибудь ещё, например на Востоке или в Китае, Николай Николаевич не сказал, а Андрей и не спрашивал, какая разница?
   Николай Николаевич оказался преподавателем от бога, он так интересно рассказывал о скучных вещах происходивших в Европе начиная с времён мрачного Средневековья, что даже обилие имён, званий, санов и прочих атрибутов высшего общества того времени воспринимались легко и с интересом, и что удивило Андрея, легко запоминалось.
   Пока что "История" была единственной дисциплиной, которой обучали Андрея. На его вопрос, а почему только одна дисциплина Александр ответил, что программа тщательно разработана и испытана временем, и что всему своё время, будут и другие дисциплины. Ну а на вопрос, почему он обучается в одиночестве последовал ответ: стажировка индивидуальная, потому как одновременно её проходят не более десяти человек. Кроме того, индивидуальная стажировка всегда даёт более высокие результаты нежели чем когда стажируется человек двадцать одновременно, вместе. Других вопросов от Андрея не последовало: да и хрен с вами, делайте что хотите, решил он.
  

***

  
   Сегодня зайдя на минутку после занятий в свою комнату, в ту самую спальню, Андрей удивился, камин был разожжён и во всю потрескивал дровами. Несмотря на, мягко говоря, тёплую погоду на улице в комнате было не жарко, видать ещё и кондиционер работал. Воздух был тёплым, не жарким, ощутимо тёплым и сухим. Андрей хотел было спросить: к чему оно всё, но передумал, наверняка Александр ответит, что и это входит в программу стажировки.
   На этот день была запланирована очередная экскурсия, которые, если честно, стали Андрею уже надоедать. И не то чтобы правила стажировки были такими, что не откажешься, вовсе нет, просто больше заняться было нечем. Телевизор был, и домашний кинотеатр при нём был, и коллекция фильмов тоже была, а вот Интернета не было, совсем не было. А ведь давно и всем известно, любое занятие, даже такое как просмотр кинофильма - занятие целенаправленное. Ты решил посмотреть тот или иной фильм, сел в кресло, включил телевизор, сидишь и смотришь. Тоже самое можно сказать и о книгах, почти один в один. А вот Интернет - занятие не целенаправленное, ну в большинстве случаев. Нечего тебе делать, например, включил компьютер и попёрся. А куда попёрся, а хрен его знает! Сеть, она большая, почитай как та Вселенная.
   Так что в свою комнату Андрей вернулся только вечером, после ужина. Принял душ, переоделся, включил телевизор на каком-то местном телеканале, ничего не поделаешь, изучение языка - штука серьёзная и уселся в кресло перед камином.
   Всё-таки живой огонь это очень хорошо. Он как живой человек, недаром же его так и называют: живой огонь. С ним, ну мало-ли, а вдруг как на душе тоскливо, и поговорить можно. Не сказать чтобы на душе Андрея было тоскливо, но и праздником не назовёшь. Вроде бы немного привык, притерпелся, а ощущение того, что ну не то что-то с этой стажировкой не проходило. И ведь деться никуда не денешься, и не потому что сидишь тут вот без документов и без денег, не пешком же домой идти?! Дело в том, что если например взбунтуешься, права начнёшь качать, ну и что, ну отправят тебя домой, а дальше что? В том-то и дело, видать устроены мы так, что лучше уж перемучиться, перетерпеть, а оправдать возложенное на тебя высокое доверие. А оно действительно высокое? А хрен его знает, наверное.
   Глядя на ласково бушующий огонь, видать по аналогии вспомнив печку в деревенском доме, Андрей вспомнил и Алёну. Странная она какая-то в последнее время, какая-то ну прямо своя не своя, другая какая-то. Ведь в начале знакомство подобных закидонов с её стороны и в помине не было, а тут... И что плохо, не поймёшь чего она хочет, а сама ни за что не скажет - женщина, мол, раз ты мужчина, то догадывайся, и кровь из носа, догадайся. Может это она так намекает, что пора предложение делать? Может быть, всё может быть. Ведь если бы хотела послать куда подальше, послала бы, за ней это не заржавеет. Так нет, чего-то хочет, вредничает, почти выпендривается, и не уходит. Значит здесь что-то другое, а что? В том-то и дело, что неизвестно что. Ладно, после стажировки надо будет серьёзно с ней поговорить, да и предложение делать, чего тянуть?
  

***

  
   Сидя перед потрескивающим дровами камином думалось очень даже хорошо, а ещё лучше ощущалось спокойствие, которое прямо-таки этакой тёплой рекой текло на Андрея и покрывало его с ног до головы. Видать поэтому он и не заметил как задремал, а что тут странного, как ни крути, устал за день.
   Проснулся Андрей от чувства: в комнате ещё кто-то есть. Сначала, ещё глаза не открыл, он подумал что опять Александр припёрся, опять ему что-то надо. А когда открыл глаза, то увидел сидящего в другом кресле человека, мужчину преклонного возраста. На вид мужчине было лет семьдесят, а может и больше, освещение так себе, только от камина. Высокий ростом, заметно сухощавый, как Александр, лицо, в профиль не особо-то рассмотришь, ну разве что нос, большой такой и крючковатый, почти как у Кащея Бессмертного из какого-то старого фильма.
   - Здравствуйте. - ещё не до конца проснувшись поздоровался Андрей. - Вы кто?
   - Здравствуйте. - незнакомец говорил на английском, но тем не менее, получается всё-таки понял приветствие Андрея на русском, а может догадался, кто его знает?
   Незнакомец нисколько не стесняясь рассматривал Андрея, причём рассматривал как-то подробно, как-будто какой-то товар в магазине, который собрался купить.
   - Я один из руководителей обучающей программой участником которой вы являетесь. - сухо, ну прямо как Александр, ответил незнакомец.
   - Очень приятно. - кивнул Андрей, больше сказать ему было нечего.
   - Вам нравится обучение? - всё тем же сухим, протокольным тоном спросил незнакомец.
   - Да, нравится. Спасибо. - Андрей догадался, сейчас не тот случай высказывать свои замечания, просьбы и предложения, ну хотя бы насчёт того же телефона. Ответ ему бы известен заранее.
   - Я рад. - чуть кивнул головой незнакомец. - После того как вы закончите программу обучение вы попадёте в элиту. В элиту среди новолюдей, так сказать, в элиту элит. Перед вами откроются самые широкие перспективы о которых сейчас вы даже не мечтаете. Кроме того, мы внимательно следим за прошедшими курс обучения, всячески помогаем им и поверьте, не оставляем их в любой ситуации.
   Андрей сидел, слушал незнакомца, хлопал глазами и пытался осмыслить сказанное. Выходит членство в мужском клубе это ещё не то, не совсем то, а после стажировки наступить именно то, что надо, самое то. Ну и дела!
  

***

  
   - Впрочем, я немного заговорился, а свободного времени у меня мало. - вдруг сказал незнакомец вставая с кресла.
   Он действительно был высок, повыше Александра, но это мелочи. Главное, Андрей вдруг почувствовал от незнакомства исходила какая-то непонятная энергия полностью парализующая волю. Двигаться Андрей мог, наверное и говорить мог, правда ничего не говорил, слишком был потрясён, а вот желания, в частности двигаться, не было никакого.
   - Встань! - продолжая смотреть на Андрея приказал незнакомец. - Иди, ложись на кровать!
   Андрей послушно встал и на ногах вдруг ставших ватными направился к кровати. Он всё понимал, всё отчётливо видел, но сделать что-либо поперёк приказа незнакомца не мог, даже мыслей никаких в голове не было - сплошная пустота.
   - Нет, ложись на живот! - приказал незнакомец, когда Андрей лёг на кровать, как обычно, на спину.
   А дальше, а дальше как под местным наркозом, на операции. Лет в шестнадцать Андрею вырезали аппендицит и он хорошо запомнил как оно происходило, особенно местный наркоз, потому что как любой нормальный человек боялся боли. Ты чувствуешь прикосновение, чувствуешь что внутри тебя что-то происходит, но чувствуешь как-то отстранённо, потому что прикосновения вообще не передают какую-либо энергию, только само прикосновение и всё.
   Сейчас происходило тоже самое, Андрей находился как бы под местным наркозом. Только в отличии от случая с аппендицитом этот странный наркоз охватил всё его тело. Всё происходило при полном молчании незнакомца. Сам Андрей, да сил не было закричать, но всё происходящее слышал. Незнакомец снял с Андрея джинсы, кроссовки, трусы и пододвинул к краю кровати. Затем поставил Андрея на четвереньки, а дальше, да лучше в канаве в какой-нибудь сдохнуть, чем такое!
   Андрей вдруг почувствовал как в его задних проход медленно проникает что-то холодное и бугристое, по типу кукурузного початка, только бугры побольше, прямо выпирают в разные стороны.
   "Мать-перемать! Да что же это такое?! - мысленно закричал Андрей. - Ой, лишь бы поскорее всё закончилось... Сегодня же уеду, уйду к едреней матери! В посольство обращусь, скажу что документы и деньги спёрли. Господи! За что?!".
   Проникновение было глубоким, но к удивлению Андрея больно не было. Его больше удивило то, что руки и член, а что же ещё, незнакомца были нестерпимо холодными, как будто мороженое в задницу засунули. Тут же вспомнилось его посвящение, там всё было по другому: и член Константина Александровича был горячим, и поступательные движения были, а тут, проник и замер.
   Сколько это продолжалось Андрей не знал, и дело здесь не в отсутствии часов. Во время этого чудовищного по своей противоестественности соития он напрочь потерял чувство времени. Ему казалось это длится уже давным-давно, чуть-ли не с самого его рождения и тут же, такое впечатление что и пятнадцати секунд не прошло. Так продолжалось до тех пор пока Андрей не потерял сознание.
  

***

  
   - Андрей, в кровати спать гораздо удобнее. - сквозь сон послышался голос Александра. - Время уже позднее, пора ложиться, завтра у вас насыщенная программа.
   Открыв глаза Андрей увидел стоящего у двери Александра и догорающие в камне дрова, сам он всё-так же сидел в кресле перед камином.
   "Меня же...! - как ножом по горлу резанула мысль". Андрей хотел было вскочить, закатить скандал, а то и морду набить этому дворецкому Александру, но не вскочил, боли не было! Не было вообще никакой боли! С отвращением вспомнив происходящее Андрей справедливо решил, что если в тебя засунули такое, да ещё с буграми, сейчас задница должна просто раскалываться от боли, а её как раз не было. Наркотой наширяли?! Нет, не похоже. Слабость в теле была, но слабость только что проснувшегося человека спавшего в неудобной позе. Голова ясная, никаких глюков. Видит тоже всё прекрасно, насколько позволяет огонь камина. Странно. Очень странно.
   И вот она, спасительная мысль и совсем не такая, которую выдала голова перед перелётом в Лос-Анджелес. На этот раз мысль была действительно спасительной, да что там спасительной, прямо живая вода! Ему это приснилось! Приснилось, такое?! А что тут странного, бывает что и похлеще кошмары снятся. Но всё уж очень реалистично, во сне так ие бывает! Бывает, бывает, во сне и не такое бывает.
   - Вам нехорошо? - заметив растерянное состояние Андрея заботливо спросил Александр. - Завтра вам надо будет посетить врача.
   - Не надо врача! - воскликнул Андрей и неожиданно для себя самого замолчал. Врач! Точно! Ему нужен врач! Пускай осматривает, обследует. Если это с ним действительно случилось наверняка у него вся задница разворочена, вот оно тогда всё и выяснится.
   - Согласно условиям стажировки вы обязаны время от времени проходить медицинские обследования. - начал заунывно вещать Александр. - Плохое самочувствие - одно из главных препятствий для качественного обучения.
   - Хорошо. - примирительно ответил Андрей. - Поехали к врачу. Раз надо, значит надо.
   - Спокойной ночи. - Александр, как самый настоящий дворецкий, склонился в еле заметном поклоне и вышел из комнаты.
   "Так что же это такое было?! - несмотря на остававшееся от камина тепло Андрей укрылся чуть-ли не с головой одеялом. - неужели и правда сон? Задница! - чуть-было не закричал он. - Вот сейчас всё и узнаю, и не надо никаких докторов. Не дай бог, если это не сон".
   Осторожно, как-будто по минному полю на лыжах шёл, Андрей опустил руку на одну из ягодиц. Потом ещё более осторожнее просунул её под трусы и ощупал анус, и чуть было во весь голос не закричал от радости. Анус был в самом нормальном состоянии, каким ему и надлежит быть, никаких ран, никаких выделений и прочей гадости.
   - Значит всё-таки приснилось. - пробормотал Андрей. - Ну и сны здесь у вас, с ума можно сойти. Надо будет пожаловаться на этого Александра, задолбал. Кому пожаловаться? А хрен его знает кому, найду кому.
   Несмотря на сон в течении почитай всего вечера глаза Андрея начали слипаться. Он хотел ещё раз вспомнить недавний сон, но не вспомнил, уснул.
  

Глава VII

  
   Если человека посещают видения, ну или какие-то подозрения в результате чрезмерного употребления спиртного народ единодушно говорит: белочка посетила. Ну что ж, плохо конечно, зато всё предельно ясно. А как назвать подозрения, слава богу, не видения, регулярно посещающие человека весьма умеренно, далеко не каждый день, употребляющего алкоголь? Что за зверь его посещает? Не знаете?
   Это о Фёдоре. Хоть он уже вполне освоился в новой должности и, кстати сказать, на деле оказался довольно-таки толковым заместителем директора, всё-таки производственный стаж он и есть производственный стаж, не книжный какой-нибудь, его всё больше и больше одолевали сомнения и подозрения. В чём? А в том, что якобы весь трудовой коллектив завода прекрасно осведомлён о той цене, которую ему пришлось заплатить за кресло заместителя директора по производству. Незаметно для себя любой взгляд в свою сторону Фёдор стал воспринимать как взгляд укоризненный, как бы говорящий: "Эх Фёдор, Фёдор, ну что ж ты так? Был нормальным мужиком, уважали мы тебя, а стал, прости господи...". Но это ещё полбеды, некоторые, особенно сопровождаемые улыбкой взгляды, в своём большинстве женские, он расшифровывал как: "А Татьяна знает?". И наверное поэтому постепенно превратился Фёдор, по мнению некоторых женщин, нет, не работниц завода, а вообще, в смирного и во всём согласного с Татьяной мужа.
   Татьяна озадачилась не менее Фёдора, но озадачилась не взглядами в его сторону, а его послушностью, ну прямо шёлковый какой-то, что-то здесь не то. Пытливый женский ум принялся за работу и вскорости выдал единственную жизнеспособную версию: бабу на стороне завёл! Женщины, они так устроены, что больше способны наблюдать, чем соображать отвлечённо. Татьяна принялась наблюдать за Фёдором и донаблюдалась: получается нет у него бабы. Ну посудите сами: на работу вместе, с работы вместе. Если куда идут, то тоже вместе да и бывает это нечасто. Остаётся одно: во время рабочего дня! А что, кабинет имеется? Имеется! Секретарша? Стара, не потянет! Кто ещё?! Остаётся кто-нибудь из бухгалтерш, ну или ещё кого из девиц, вон, полная контора баб и все как один так и зыркают как бы перед кем из начальства юбку задрать. Всё-таки получается есть у него баба, кто-то из конторских! Для выявления пока неизвестной шлюхи и проститутки была подключена Валентина и ещё пара подружек. Татьяна честно высказала девчатам свои подозрения, даже всплакнула. Те сначала не поняли, обозвали Татьяну дурой, мол, мужик как шёлковый, а она хернёй страдает, радуйся, дура, значит любит! Но поскольку каждая из подруг Татьяны была носительницей своего пытливого женского ума, один краше другого, заработала страшная женская машина дознания работающая исключительно на слухах и сплетнях, тщательно их фильтрующая. Пока что всё безуспешно. Но Татьяна, а особенно подруги, не отчаивались и продолжали нелёгкую работу по выведению на чистую воду с виду идеального мужа - заместителя директор по производству, Фёдора.
   Порядком устав от состояния: "подозреваю всех" Фёдор решил действовать. Обычно в таких ну или подобных случаях отыгрываются на самых близких. Отыгрываться на Татьяне Фёдор не решался: а вдруг как всё знает, но до поры до времени молчит? Поэтому было решено отыграться на других самых близких - трудовом коллективе завода.
  

***

  
   К врачу всё-таки поехали. После завтрака и прогулки Александр, на этот раз прямо-таки торжествующим тоном, объявил Андрею:
   - Автомобиль подан! - "овсянка, сэр!". Тьфу ты!
   На вопрос Андрея: а как же занятия, как же Николай Николаевич? Он же вот-вот приедет, Александр ответил, что Николай Николаевич никуда не денется, подождёт, что это тоже входит в условие стажировки, что здоровье обучающего на первом месте.
   Андрей был несколько наслышан, вернее, благодаря Интернету, начитан о местной медицине и заранее приготовился к многочасовым опросам о том, что его беспокоит, а он как раз и не знал, что его беспокоит. Можно конечно пожаловаться на Александра, на его стоеросовую чопорность, но, Андрей даже хототнул, представив, что в ответ доктор скажет, мол, это предусмотрено правилами стажировки и в знак непреложной истины поднимет кверху указательный палец.
   За это время Андрей уже успел изучить местный пейзаж и достопримечательности расположенные на нём до мелочей и теперь не особенно обращал на открывающиеся виды из окна автомобиля, если только так, вскользь, не будешь же всё время пялиться на Александра с водилой. Сейчас он старался вспомнить свой сон, тот самый, нереально страшный и нереально правдоподобный. Но, и это сначала удивило Андрея, а потом даже обрадовало: сейчас сон вспоминался не в мельчайших деталях, как утром, а как бы в общем плане. Андрей помнил что происходило во сне, ну уже не помнил как. Единственное, что он помнил отчётливо, это холодные как лёд руки незнакомца и не менее холодный член в себе, остальное поблекло и начало стираться как это обычно происходит со снами и впечатлениями какими бы яркими они не были.
   Клиника наверняка была какой-то навороченной и разумеется частной, потому что располагалась почти в таком же доме в котором проживал а заодно и проходил стажировку Андрей. Их встретил доктор, не медсестра как это принято, а именно доктор. Александр сказал, что его спутник, так и сказал, спутник, жалуется на плохое самочувствие. Ни слова ни говоря в ответ, как будто этого ему было вполне достаточно для того, чтобы залечить ни в чём неповинного человека доктор жестом пригласил Андрея следовать за ним.
   - На что жалуетесь? - усадив Андрея на кушетку задал всегда самый первый и самый важный вопрос доктор.
   - Ни на что не жалуюсь. - пожал плечами Андрей и чтобы доктор ему поверил принялся преданно пожирать его глазами.
   - Совсем ни на что? - не поверил доктор. А доктора всегда не верят, если пациент ни на что не жалуется.
   - Понимаете, доктор, - принялся объяснять Андрей. - вчера вечером я немного задремал у камина, а мой помощник, Александр, - Андрей кивнул в сторону двери, где наверняка его дожидался Александр. - почему-то решил, что я нездоров и настоял на визите к вам.
   - И правильно сделал, что настоял. - кивнул в знак согласия с Александром доктор. - Давайте посмотрим, как вы себя чувствуете.
   Доктор заставил, нет, наверное всё-таки предложил Андрею снять майку и понеслась... Андрей был ослушан посредством стетоскопа, посредством пальцев были оттянуты нижние веки, по просьбе доктора Андрей показал ему язык и в довершение всего доктор поводил перед глазами Андрея медицинским молоточком, которым по коленям стучат, вот вроде бы и всё. Оказалось не всё, опять же, жестом, доктор пригласил Андрея на выход из кабинета и отвёл его в кабинет томографии.
   "Наверняка бабло себе накручивает. - почему-то с применением жаргонных слов, которые не жаловал подумал Андрей, не иначе от злости на Александра, а теперь уже и на доктора. - Ну и хрен с ним, пусть накручивает, если это входит в условия стажировки".
   Андрея "прокатили" через кольцо томографа, что он там показал, Андрей так и не узнал. После этого доктор опять молчаливым жестом пригласил его сначала в коридор, а потом, впрочем, Андрей уже ничему не удивлялся, отвёл его в какой-то кабинет, который оказался кабинетом лечебного сна.
   - Вам необходим, думаю одного сеанса будет достаточно, лечебный сон. - сказал доктор. - Раздевайтесь и ложитесь на кушетку.
   Надо, значит надо, Андрей покорно разделся и улёгся на кушетку. Неизвестно откуда появившаяся медсестра, нет, не молоденькая и симпатичная, а дама лет этак сорока, причём весьма значимых комплекций, укрыла Андрея покрывалом, налепила ему на лоб, в район висков и почти под подбородок датчики и включила стоявший рядом на тумбочке аппарат.
   "Солдат спит, стажировка идёт. Хорошо хоть не гипноз. - подумал Андрей и уснул".
  

***

  
   Александр достал из кармана мобильный телефон и быстро нашёл в памяти нужный ему телефонный номер. Впрочем, особо искать у него и не получилось бы, потому что в этом телефоне был забит всего лишь один номер:
   - Здравствуйте.
   - Здравствуйте. - раздалось в трубке. - Говорите.
   - Заполнение случилось. Отклонений нет.
   - Хорошо. Продолжайте наблюдение. До свидания.
   - До свидания. - ответил Александр и нажал кнопку отбоя.
  

***

  
   Хочешь облегчить жизнь народу? Думай, крепко думай! Хочешь обратного, усложнить эту самую народную жизнь? А что тут думать, итак всё ясно и понятно! Здесь интересно то, что для достижения как первого народного состояния, облегчения его жизни, так и другого - её усложнения достаточно применить одну универсальную метОду - производительность труда называется. Именно за повышение производительности труда решил взяться Фёдор, но не в её экономических реалиях, а в житейских: "разбаловался народ...".
   Самым простым и самым действенным способом повышения производительности труда является оптимизация, автоматизация и ещё неизвестно что, процесса производства. Повыбрасывай нахрен все станки позапрошлого века и замени их наисовременнейшими до ужаса компьютеризированными и роботизированными производственными линиями и вот она тебе, производительность труда, как тот бамбук вверх прорывается. В цехах японских автомобильных заводов даже электрическое выключают, а потому что оно нахрен не нужно, потому что в цеху одни роботы работают, а им светящиеся лампочки "до лампочки". Это наилучший способ повышения труда и не не только, потому что роботы кругом, а потому что работяг нету, сократили за ненадобностью. При таком варианте светлого будущего некому будет шептаться по курилкам и раздевалкам, рассказывать правдивые истории из жизни, точь-в-точь как с Фёдором произошло - одна сплошная производительность труда, радуйся! Ведь роботу, ему что? Воткнул его в розетку, он и пошёл себе что-то там шебуршить, а ново ли ты человек, старочеловек, человек ли ты вообще, ему до лампочки, которая, кстати, за ненадобностью выключена. Оно конечно хорошо, с какой стороны не посмотри хорошо, но где же взять такие деньжищи на реконструкцию и модернизацию производства? Поэтому не подходит.
   Есть ещё один не менее действенный и прямо-таки бездонный по своей неисчерпаемости вариант: использование и изыскание внутренних резервов называется. Вот это поближе к жизни будет, как к производственной, так и к жизни вообще.
   Можно, например, "задрать" нормы выпуска продукции каждым работником до небес, но и тут до небес не получится, Станкам, им плевать на твои желания, для них своих технические возможности ближе, их они в первую очередь и придерживаются. Да и сам процесс производства оптимизирован, отшлифован, отлакирован, да чего хотите, за за десятилетия доведён самими работягами ну просто до совершенства, до идеала, что даже иголку просунуть некуда. Некуда говорите?
   Кощунство конечно, но ничего не поделаешь: снижение заработной платы есть положительный фактор в экономике. Эту мысль Фёдор вычитал в учебнике экономики, ещё будучи студентом. Помнится тогда матерился насколько сил хватало, правда всё без толку. Поматерился и забыл, а теперь вот вспомнилось, гляди-ка. Разумеется Фёдор не собирался снижать работягам зарплату, видать недавнее бригадирство накрепко засело в нём, где-то между макушкой и копчиком. Фёдор хотел одного, чтобы меньше языками мололи, а поскольку бригадирство наверное стало чуть-ли не частью его самого, то и методы были выбраны соответствующие.
   Евгений Казимирович лишь хмыкнул, сказал: ну ты даёшь, но приказ всё-таки подписал. Согласно того приказа отныне заработная плата любого работяги подразделялась как бы на две части в пропорциях шестьдесят на сорок. Шестьдесят процентов зарплаты оставались неприкосновенными, тут всё нормально, а вот сорок процентов, там повеселее варианты просматривались, в кавычках конечно. Эти сорок процентов, вернее с этих сорока процентов зарплаты отныне начинали высчитывать всевозможные штрафы, как за опоздание, например, так и, а вот это и было новшеством Фёдора, за бесцельное шатание по территории завода во время рабочего дня. Если раньше, идёт куда-то работяга, ну и пусть себе идёт, значит надо если идёт. То теперь, идёт тот же работяга, а ему навстречу и с вопросом: а куда это ты мил человек поспешаешь? А что как ты, подлец, от работы отлыниваешь и тем самым производительность труда понижаешь?
   Для контроля за всеми перемещениями по территории завода был увеличен штат охранников. Если раньше они занимались только тем, что обеспечивали контрольно-пропускной режим, то теперь в их обязанности дополнительно вменялось не реже, чем один раз в час обходить территорию завода на предмет обнаружения праздношатающихся, а так также празднокурящих в неположенных местах, ну а что дальше, всё понятно, в приказе написано.
   Народ сначала было даже не поверил. Нет, работяги давным-давно знали, что начальство, это наипервейший чемпион мира по всяким там глупостям и дуростям, но чтобы такое! Впрочем, противоядие было найдено довольно-таки быстро. Теперь если надо, например, слесарю Иванову куда-нибудь, да неважно куда, он просил бригадира написать ему записку, мол, такой-то следует, например к инструментальщикам, по очень важному делу. Куда он на самом деле хотел отправиться, как раньше, никого не интересовало. И всё тихо, мирно, шито, крыто, грозный приказ соблюдён и можно сказать, до последней запятой выполнен.
   Реакция на приказ тоже последовала такая, которой Фёдор никак не ожидал. Мнения работяг как бы разделились хоть и дополняли друг друга. Одни говорили: хочешь узнать человека, дай ему власть. Вторые же шли несколько дальше, вернее, заглядывали глубже: если начальник не дерьмо, то дерьмо начальник. Вот и пойми их, работяг этих. И тем не менее на душе у Фёдора стало чуть-чуть спокойнее, надолго ли?
  
  

***

   Стажировка настолько обрыдла Андрею, что он плюнул как на неё, так и на помощника Александра, овсянка, сэр, и принялся терпеливо дожидаться её окончания. Один день был похож на другой, как под копирку, прогулки, занятия, опять прогулки и так далее. Правда за это время вывезли его на экскурсию в Вашингтон, на самолёте бизнес-класса, кстати, вывезли, не хрен собачий, но это заняло всего лишь два дня, так что, не считается.
   Однажды Андрей сравнил стажировку с тюремным заключением, а что, очень похоже, и попытался представить как люди ждут освобождения годами, а бывает что и десятилетиям. Выходило, да кошмар что выходило. Здесь хоть год, тоже немало конечно, но не десять же лет в конце концов.
   А тут ещё опека со стороны Александра стала вообще нестерпимой. Если и раньше он с него чуть-ли не пылинки сдувал, то теперь вообще, чуть-ли не готов был ложиться на пути Андрея с тем, чтобы тот ступал исключительно по Александру, в смысле, ну чтобы не залез куда. Ещё что удивило Андрея, так это диета. Нет, не диета в смысле сплошного геркулеса. Стол был разнообразным, но, Андрей ещё дома придерживался здорового питания и маленько соображал в этом, все предлагаемые ему продукты питания обладали повышенным содержанием кальция, с чего бы это?
  

***

  
   А с неделю назад Андрей вдруг почувствовал, у него где-то внизу живота появилось какое-то инородное тело. Нет, оно нисколько не беспокоило, не болело и даже никакого дискомфорта не доставляло, просто ощущалось и всё. Сначала было Андрей запаниковал, но потом решил, что это какой-то спазм в кишечнике или ещё где и что скоро он сам собой рассосётся. Но посторонний предмет не рассасывался, правда и не беспокоил тоже. А вчера утром, вот тут Андрей струхнул по настоящему, умываясь он друг заметил, его глаза приобрели еле заметный зеленоватый оттенок, с чего бы это? Такие вещи на "само пройдёт" не откладываются и Андрей сразу же обратился к Александру. К удивлению Андрея Александр выслушал его внимательно, тут же приказал подать автомобиль и отвёз его в клинику, ту самую. В клинике тот же самый врач тоже внимательно выслушал Андрея, как через стетоскоп так и без него, "прокатил" его через томограф и снова на два часа погрузил в лечебный сон. После этого Андрею было заявлено, но каких-либо нарушений его здоровья не обнаружено, а чуть зеленоватый цвет глаз есть не что иное, как небольшое переутомление помноженное на особенности местного климата.
  

***

  
   - Здравствуйте.
   - Здравствуйте. Говорите.
   - У него начали зеленеть глаза.
   - Хорошо. Продолжайте наблюдение. До свидания.
   - До свидания.
  

Глава VIII

  
   Человеку довольно-таки сложно, если брать отвлечённо, представить расстояние более километра, а что касаемо времени, то более года. Ничего не поделаешь, так уж мы устроены. Именно поэтому как бы в замену и в оправдание собственной бестолковости и были придуманы понятия: "бесконечность" и "вечность". А оно и не удивительно. Если возраст Вселенной всё-таки кто-то отважился озвучить - четырнадцать миллиардов лет, то её размеры так и остаются загадкой. Впрочем, ничего страшного в этом нет, жили люди без этих расстояний, живут, и дай бог, будут жить. Тут дело в другом.
   Дело в многообразии. Вот посмотрите на жилой дом квартир этак на двести. Вы сможете с точностью, ну хотя бы процентов в девяносто, представить, как живут жильцы этого дома? Чем они дышат, какие слова и выражения предпочитают в семейных перепалках и скандалах? Каким образом они после этого, милые наругались, натешились, мирятся? А теперь попробуйте представить тоже самое только в масштабах Вселенной. Получилось? А ведь Вселенная, это далеко и далеко не пустыня, она полна жизни. Кстати, если согласиться с утверждениями некоторых учёных мужей о нашем одиночестве в Космосе, сразу же возникает вопрос: за зачем тогда столько звёзд, если мы одни? Нам и Солнца достаточно, да и Вселенной тоже достаточно одного Солнца. Зачем впустую расходовать столько материи и энергии, если всё это можно потратить с большей пользой? Ведь как ни крути, а Вселенная точно также, как и Природа нашей планеты, они рациональные и в них нет ничего лишнего, для чего-либо не предназначенного.
  

***

  
   Вообще-то рилов можно назвать этакими баловнями судьбы, в смысле, Вселенной. Перво-наперво им повезло с родной планетой, очень повезло. Родная планета рилов представляет из себя некий аналог Земли с той лишь разницей, что у неё отсутствует наклон оси вращения. Как следствие на планете нет климатических поясов, а сам климат тёплый и влажный, по примеру наших субтропиков. В климатическом отношении планета выглядит весьма стабильной без катаклизмов в виде обледенений и прочих весьма неприятных для живых существ потрясений. Рилам не было необходимости убивать животный для того, чтобы обеспечить себя богатой углеводами пищей, проще говоря, чтобы согреться, ну и обеспечить себя одеждой. Видимо поэтому рилы животной пище предпочитают растительную. Кстати, не иначе благодаря им на Земле появилось вегетарианство.
   Растительный мир родины рилов, Рилы, представляет собой этакую череду из густых, полных съедобных плодов лесов и бескрайних степей, но не сухих по типу наших, а степей напоённых влагой и как следствие утопающих в полевой растительности. Получился прямо-таки некий Эдем, Эдемия, на языке рилов. Мягкий климат лишил рилов счастья, в кавычках, бороться с Природой за своё выживание. Леса в изобилии давали строительные материалы для жилищ, а поля с не меньшим изобилием обеспечивали их пищей. Видимо поэтому цивилизация рилов, если её можно так назвать, не пошла по примеру Земли, по техногенному пути развития, не принялась уничтожать и перекраивать по себя Природу, и всё только для того, чтобы выжить. Рилы жили в полной гармонии с Природой составляя с ней единое целое, а не противопоставляя себя ей и тем самым не уничтожая свою родную планету.
   Что касаемо животного мира Рилы, поначалу он был весьма агрессивен по отношению к рилам, но это только поначалу. Рилы поступили совсем не так, как в своё время поступили первобытные люди. Они не взяли в руки палки и камни, не принялись изобретать всевозможные орудия якобы охоты, а на самом деле орудия убийства братьев своих меньших. Уж неизвестно за что эволюция так улыбнулась рилам, только они научились взаимодействовать с животным миром планеты на уровне тонких энергий, а проще говоря, посредством гипноза. Постепенно хищные животные отступили в труднодоступные места планеты, в те же горы, туда где рилам не было никакой нужды строить свои жилища и заниматься выращиванием съедобных растений. Те же животные, которые остались на равнинах и когда-то представляли довольно-таки серьёзную угрозу полям и садам рилов посредством гипноза были низведены в ранг домашних и превратились в верных помощников.
   Ещё одним и пожалуй самым главным плюсом, и если хотите, подарком эволюции для рилов было то, что они были на планете единственными разумными существами, единственной разумной расой. Других каких-либо разумных существ, если взять по аналогии с Землёй: негроидов, азиатов, индусов, иудеев и так далее не было вовсе. Если по-земному, то разумная жизнь Рилы была представлена одним видом, очень похожим на европейский. Да и сами рилы выглядят точь-в-точь как земляне, представители европеоидной расы, один в один, не отличишь. Но тем не менее различия между рилами и землянами существуют и отличия весьма существенные.
   В отличии от сообщества землян представленных в виде особей как мужского, так и женского пола сообщество рилов, это сообщество гермафродитов. У них отсутствуют разделения на мужской и женских пол, каждый из рилов может выступать и выступает как особь мужского пола способная к зачатию, так и как особь женского пола способная принять в своё лоно семя, выносить его и произвести на свет потомство. Почему оно так получилось, неизвестно и гадать на этот счёт - значит попусту тратить время. Более разумным будет взглянуть на Вселенную, её размеры как в пространстве так и во времени и как следствие во всяком случае хотя бы попытаться представить всё многообразие форм живой и неживой материи на её просторах.
   Помимо этого рилы - хладнокровные существа, хоть и совсем непохожие на рептилий. Почему оно так получилось, неизвестно. Видать родную планету рилов, Рилу, миновал огромный астероид и процветающим хладнокровным существам для того чтобы выжить не пришлось трансформироваться в существа подобные земным млекопитающим.
  

***

  
   Подводя итог вышесказанному можно с уверенностью сказать, рилам досталась благодатная планета, Мир, живя в котором они живут в полной гармонии с Природой при этом почти не прикладывая никаких усилий со своей стороны для поддержания этой гармонии. Но на этом отличия рилов от тех же людей не заканчиваются. Есть ещё одна эволюционная особенность рилов, которая ставит их как бы отдельно от других, неважно каких, разумных или неразумных, живых существ.
   В отличии от тех же людей способность которых к вопспроизводству ограничивается лишь репродуктивным возрастом, ну или в некоторых случаях состоянием организма той или иной особи, у рилов существует некое как бы ограничение. В отличии от людей любой, вне зависимости от возраста или же каких-либо других причин, рил может воспроизвести, в смысле, родить себе подобного только один раз. С зачатием почему-то проблем не возникает, более того, у рилов даже нет такого понятия как репродуктивный возраст, они в любом возрасте готовы к продолжению рода, но это в плане осеменения. В плане же рождения их организм ограничен одним разом, то есть, любой рил может всего-лишь один раз воспроизвести на свет себе подобного. Почему так получилось, неизвестно, не иначе загадки эволюции на фоне загадок Вселенной.
   Придатки рилов мало чем отличаются от придатков людей мужского пола. Почти такой же детородный член и, и клоака, да, клоака. Дело в том, что рилы подобно людям не являются живородящими существами. После зачатия в лоне рила начинает формироваться не зародыш, а яйцо, размером со страусиное, по типу птиц. Через десять месяцев яйцо, если можно так сказать, созревает и рил производит его на свет. После этого яйцо предоставляется живому солнечному свету, какие-либо инкубаторы без надобности, и через три месяца из него вылупляется маленький рил. Вот и все отличия.
  

***

  
   Именно природные ограничения рождаемости рилов и сподвигли их заняться науками. Нет, рилы не принялись изучать тайны строения вещества или же открывать и применять в повседневной жизни законы механики, термодинамики и так далее. Рилы принялись изучать Вселенную и довольно-таки в скором времени достигли в этом весьма значительных результатов. Именно рилы обнаружили принцип пересекающихся миров как один из краеугольных камней построения и существования Вселенной. Дальше было проще, необходимо было определить способы перемещения из одного мира в другой, который в скором времени и был найден.
  

"Улицы и перекрестки"

(из теории о пересекающихся мирах)

   Теория "улиц и перекрестков" на самом деле настолько проста, что поначалу даже не верится. Но это если без физики с высшей математикой, без непонятных никому формул и графиков, а по-простецки, так сказать, на пальцах. Конечно, в этом случае разъяснения получаются несколько растянутыми и слегка корявыми, зато предельно ясными и понятными даже тем, кто о таблице умножения слыхом не слыхивал. Так что, немного терпения...
   Наверное самой глупой ошибкой будет предполагать, что кто-либо из живших когда-то или живущих ныне никогда не видел звездного неба. Кстати, сама теория "улиц и перекрестков" и её объяснение пришли в процессе созерцания звездного неба.
   Думаю не ошибусь, если скажу что смотреть на звездное небо можно точно так же, как и на огонь или текущую воду - до бесконечности. Оно завораживает, но не тайной своего существования, как огонь или вода, хотя и этим тоже, а в первую очередь неспособностью представить себе его размеры и возможности.
   Представьте, все светящиеся на ночном небе точки, которые мы называем звездами на самом деле - солнца, такие же как наше, дело не в размерах. И представьте, что вокруг некоторых из них вращаются планеты точно такие же, как наша или несколько другие. Если рассуждать дальше, по нисходящей, то вполне не исключена возможность, что где-то точно также, как и ты, стоит некто и смотрит на ночное, звездное небо и в частности на звезду, которую мы называем Солнце.
  

***

  
   Это было вступление, так сказать, подготовка, без которой тоже нельзя, а теперь, сама теория и ее разъяснение.
   Каждая звезда излучает свет, причём излучает его во все стороны и постоянно, оно и понятно, на то она и звезда. А поскольку звезд много, то нетрудно представить, что где-то, в каких-то неведомых нам точках Вселенной, лучи света звезд между собой пересекаются.
   Это можно сравнить с городом, с большим городом, в котором множество проспектов, улиц, переулков и все они самым причудливым образом между собой тоже пересекаются.
   Мысль сама по себе чудовищная, но вместе с тем вполне реальная. Представьте себе, что помимо света, расходящегося во все стороны от каждой звезды, вернее, от каждой планетарной системы, точно также, в разные стороны, расходятся некие пространственные пути или тоннели, дело не в названии.
   Представьте, что все они подобны улицам и переулкам большого, очень большого города под названием Млечный путь и что все они, где-то между тоже собой пересекаются.
   Наша литература, в жанре фантастики, изобилует повествованиями о полетах в межзвездном пространстве: от галактики к галактике, от звезды к звезде, от планеты к планете. Оно конечно все очень хорошо и читается интересно, но это в книжках, а теперь представьте, что происходит в жизни.
   Представьте, что в каком-то городе, вам надо добраться из одного места в другое. Есть два варианта: идти по улицам и тротуарам или же идти между домами, какой вы выберете?
   Заметьте, весь без исключения общественный транспорт, да и не общественный тоже, предпочитают ездить исключительно по улицам, а не между домами. Это все к тому, что описанные в фантастических романах космические полеты очень уж напоминают передвижение из точки "А" в точку "Б" исключительно между домами, а не по улицам.
   Такое передвижение характерно и оправдано в тех случаях, когда путешественник не то чтобы о городе, но и о самом принципе его устройства ровным счетом ничего не знает. В этом случае такой способ передвижения является единственно возможным и оправданным.
   А теперь представьте, некто прекрасно знает не только принцип построения города, но и сам город? Какой способ передвижения он выберет? Подозреваю, он выберет улицы и тротуары, которые, в большинстве случаев являются кратчайшей дорогой между двумя адресами в городе.
  

***

  
   Так, руководствуясь исключительно увеличением численности себе подобных рилы начали исход на просторы Вселенной в поисках приемлемых биологических носителей своего семени.
   Будет довольно-таки сложно перечислить все те миры которые посетили рилы. В некоторых из них если и жили разумные существа, то в силу тех или иных причин были негодны на роль инкубаторов. Такие миры рилы покидали без сожаления и отправлялись дальше ведомые великой целью - продолжением рода рилов и увеличением его численности. В некоторых из миров живущие там разумные существа соответствовали условиям при которых могли выносить здоровый плод, и рилы оставались в тех мирах надолго постепенно и незаметно перекраивая его под свои потребности. Когда в том или ином мире численность рилов превышала некий порог часть рилов снималась с обжитого места и отправлялась на поиски других миров пригодных для своего воспроизводства. Постепенно движение рилов по просторам Вселенной приобрело весьма значительный характер, хоть и оставалось незаметным для стороннего наблюдателя.
   Рилы никогда не порабощали подходящий для них мир, они становились его частью в виде этаких играющих тренеров. Тонко и расчётливо рилы направляли общественные движения туземных обществ в своих интересах при этом не забывая выделять ту часть местных жителей, которые становились инкубаторами, рилы умели быть благодарными.
  

***

  
   Разумеется нет никаких документов, ни ещё чего-либо говорящего о времени появления рилов на планете Земля. И тем не менее, если как следует поискать, то в старинных английских церковных книгах можно отыскать краткие и весьма смутные упоминания о появлении рилов. Произошло это приблизительно в середине седьмого века, чуть меньше чем через сто лет после прихода христианства на острова. Специально ли это было подгадано рилами или же это всего лишь дело случая, остаётся неизвестным.
   Появившись в Англии, да ещё в столь важный момент становления общества - укоренения христианства, рилы быстро сориентировались в обстановке и приняли на себя роль христианских священников. Нет, они не смешивались с другими священниками пришедшими с континента и не участвовали в в неизбежной в таких случаях борьбе за власть и влияние, а поступили проще. В пустынной местности был построен монастырь обитателями которого стали рилы. Они поступили весьма мудро, дистанцировавшись от религиозных и светских дрязг в виде борьбы за власть рилы предстали перед местными жителями в виде этаких настоящих, не испорченных грехом и пороком священников.
   В любое время любой человек, вне зависимости от его общественной позиции, вплоть до преступника, мог найти в монастыре пристанище и убежище. Более того, и это было весьма немаловажным, посредством внушения монахи рилы довольно-таки быстро незаметно для местной знати обязали её отдавать значительную часть своих прибылей на содержание монастыря. Но рилы не искали себе богатства и посредством его влияния в обществе. Весьма немалые суммы они просто-напросто безвозмездно раздавали местным жителям, чем снискали себе поистине славу святых.
   Цель подобной благотворительности была одна - определить годность туземного населения на роль инкубаторов. Дело в том, что своей природе рилы не агрессивны. Да, они беспринципны, для них не существует морали в её человеческом понимании, но действовать они предпочитают не с позиции силы, а посредством внушения. Расположив таким образом к себе местное население рилы принялись за главное - были проведены первые контакты и зачатия. Результаты превзошли все ожидания, оказалось местные особи как никто лучше подходят на роль инкубаторов. Вскорости родилось первое потомство рилов на планете Земля, кстати, вполне здоровое потомство. Дальнейшее не представляло каких-либо сложностей. Оказалось туземное население весьма подвержено внушению, а если к внушению добавить ещё толику лести, то туземцы превращались прямо-таки в ярых адептов рилов-монахов. Рилы приняли решение задержаться на этой планете с тем, чтобы с максимальной пользой для себя использовать местный биологический материал. Для облегчения продвижения своих целей рилы принялись формировать из местных жителей родивших потомство для рилов ещё один слой знати помогая в недавнем прошлом полунищим крестьянам и ремесленникам становиться крупными землевладельцами, священниками высоких рангов, рыцарями.
  

***

  
   Сам того не замечая Андрей превратился в, ну просто в идеального флегматика. Его давно уже не раздражал Александр, овсянка, сэр, теперь его поведение казалось Андрею весьма вежливым и даже изысканным. Сама обстановка царившая в доме его тоже нисколько не раздражала. Занятия шли своей чередой и хоть и были они довольно-таки скучными Андрей воспринимал их даже с некоторым удовольствием. Иными словами, всё это были мелочи на которые не стоило обращать внимания, что Андрей и делал.
   Единственное, на что Андрей обращал почитай всё своё внимания были изменения, которые происходили в нём. Инородный предмет никуда не исчез, более того, он постепенно увеличивался в размерах и теперь, судя по ощущениям Андрея, вырос до величины небольшой дыни. Предмет нисколько не беспокоил Андрея, более того, он его очень интересовал. Теперь Андрей, лёжа на кровати или сидя в кресле, мог часами прислушиваться к процессам происходившим внутри него. Ему было очень интересно, но интересен ему был сам процесс происходящего, а не то, что в результате всего этого получится. Приблизительно раз в неделю Александр отвозил Андрея в ту самую медицинскую клинику, где всё тот же доктор внимательно обследовал Андрея, после чего погружал его в лечебный сон.
   Вот уж поистине интересно, правда Андрей сейчас над этим почему-то не задумывался, ему даже нравилось происходящее в нём, ну а о том, что его всё устраивало даже говорить смешно.
  

***

  
   - Здравствуйте.
   - Здравствуйте. Говорите.
   - Он начал непроизвольно горбиться. Его походка приобрела схожесть с походкой обезьяны. Это завершающий этап.
   - Хорошо. Выждите ещё неделю и везите в клинику. До свидания.
   - До свидания.
  

Глава IX

  
   Для расширения инкубационной базы рилы обратили внимание на континент, в частности на страны впоследствии ставшие Францией и Германией. Дело в том, что жители южной Европы, такие как испанцы, по опыту посещения других миров совершенно не годились на роль инкубаторов. Идеальными инкубаторами для рилов были жители Англии, северной части Франции и Германии. Жители, например, Скандинавии тоже совершенно не годились на роль инкубаторов, не иначе это было вызвано характером, вернее, климатом места их проживания. Кроме того рилы очень тщательно подходили к выбору инкубаторов даже среди народов для этого подходящих. Для улучшения биоматериала, как раньше было принято решение на формирование второй волны элиты, вновь сформированную элиту рилы на несколько столетий окунули во всевозможные войны. Так например Англия, Франция и зачастую Германия практически постоянно воевали между собой на протяжении семисот-восьмисот лет. Делалось это лишь для одного: выживает сильнейший, а если сильнейший, значит лучший на роль инкубатора.
   Но, хоть это напрямую и не влияло на качество биоматериала, представители вышеуказанных народов чересчур увлеклись выяснением главенства в Европе, то есть, войнами. В свою очередь время от времени это приводило к тому, что в отдельные года биоматериал в виде того же городского и сельского населения уничтожался более чем наполовину. Вторым фактором определившим кардинальные изменения в жизни рилов была эпидемия чёрной чумы всего за несколько лет уменьшившая населения Европы чуть-ли не на семьдесят процентов. Рилы, хоть сами и были совершенно не восприимчивы к чуме, не могли подвергать риску рождение здорового потомства, ведь даже если инкубатор и перенесёт ту же чуму, выздоровеет, неизвестно какие осложнения и последствия этих осложнений ему достанутся. После того как испанцы открыли заморские земли рилы сподвигли английскую знать начать колонизацию новых земель. В качестве же поощрения за колонизацию англичанам и тем же французам была подсказана идея колонизации не только заокеанских, но и других земель, а также в весьма радужном свете была преподнесена идея пиратства.
  

***

  
   Хоть и хитрый, и умный у нас народ, а всё равно нервный. Правда по мнению того же Фёдора эта нервность происходит не от несправедливостей со стороны руководства завода и того же Фёдора в частности, а исключительно из-за склонности к лени и праздному времяпровождению. Однако Фёдор оказался неправ, и всё из-за своих ну прямо-таки маниакальных подозрений. По большому счёту народу было наплевать на все эти штрафы, тем более работяги очень быстро придумали, как можно избежать ненужных вопросов во время как санкционированного, так и не санкционированного перемещения по территории завода. Тут другое, и имя этому - природное народное любопытство, которое как известно невозможно ни запретить, ни оштрафовать.
   Довольно-таки скоро народ опомнился от нововведений и сам себе задал один единственный вопрос: а с какого это? Самое главное, вопрос был задан, потому что после этого ответ на этот вопрос уже мало кого интересовал. Тем не менее, как грибы после дождя, посыпались ответы на этот вопрос, причём, как процентов на двести жизнеспособные, так и совершенно фантастические, типа, "Фёдор где-то триппер подхватил, Танька лютует...". В результате сформировался этакий информационно-энергетический бумеранг, который и был запущен. Взлетев, бумеранг сначала пометался туда-сюда, набил особо фантазирующим работягам несколько шишек, но это так, мелочи, и устремился по направлению к замдиректора, к Фёдору, не забыв по дороге задеть его половинку, дражайшую и единственную, Татьяну. А тут ничего удивительного, ведь только она имела и имеет доступ к телу замдиректорскому, ну и к мозгам конечно, и в отличии от других, имеющих доступ к замдиректорским мозгам доступ самый главный, потому что постоянный, круглосуточный.
   Удар бумеранга по Татьяне представлял из себя фразу: "Танька, дай ты ему как следует, глядишь и успокоится!". Сказано это было как в глаза Татьяне, так и посредством лабиринта заводских сплетен и слухов донесено до неё подругами. Причём слово "дай" трактовалось максимально широко, так широко насколько был способен русский язык, от ну сами поняли чего "дай", до "дай ты ему по морде". Разумеется как женщина мудрая Татьяна если и прислушалась к совету со словом "дай", то исключительно в ситуации, которую никто не видит. В остальном же Татьяна не то чтобы боялась разозлить Фёдора своими советами, скорее она, как женщина мудрая понимала, пусть побесится. Мужику иногда даже очень полезно побеситься, так сказать, пар из себя выпустить. Ну а когда перебесится, тогда, нет, не разводить душеспасительные беседы, тогда его и пожалеть можно, по-своему, по-женски, это для него лучше десяти ящиков водки будет.
   Тем не менее намёки, и не намёки тоже, Татьяне очень скоро надоели и она с присущим любой женщине коварством решила позатыкать дурные глотки и остудить не менее дурные мозги. Изобретать ничего не пришлось, в один из дней Татьяна принялась демонстративно дефилировать по территории завода в открытую показывая, мол, плевала я на всех вас, а потому что жена замдиректорская! Замдиректораская, говоришь?! Один хрен, иди-ка сюда! Поскольку Фёдор, и благодаря штрафами в частности, славился своей принципиальностью, да к тому же у охранников на этой почве появился верный шанс заработать себе премию, они спеленали замдиректоршу, написали рапорт куда следует и Татьяна была оштрафована. Вот и всё, оказывается всё очень просто, советы насчёт "дай" тут же прекратились.
  

***

  
   В это утро Андрей проснулся с ощущением предстоящего чуда. Его просто распирало от предвкушения чего-то радостного и необычного, ну, по типу, стажировка досрочно закончилась. Но стажировка пока что и не думала заканчиваться, да и Андрей о ней в то утро даже не подумал. Он вообще ни о чём не думал, кроме как о предвкушении какого-то чуда.
   Вообще-то Андрей - парень на подъём легкий. В его добродетели никогда не входило желание просто так, бесцельно, поваляться с утра в постели и прочие потягушки, а сегодня, даже удивительно, вставать ну совершенно не хотелось.
   "Не хочется? Ну и не надо, поваляюсь! - решил Андрей и включив телевизор попытался сосредоточиться на каком-то утреннем шоу". Хоть в последнее время в Андрее произошли довольно-таки сильные изменения, правда, он не особо обращал на это внимания, потому что в своём большинстве они были приятными. Даже походка, которая теперь напоминала походку спустившегося с дерева орангутанга доставляла Андрею какую-то непонятную радость, а вы говорите. Сегодня же самочувствие Андрея было просто, просто великолепным, ему казалось, подпрыгни и полетишь. По телевизору что-то рассказывали и показывали, вообще-то Андрею было безразлично, что они там рассказывали и показывали, хорошее самочувствие, и как следствие, настроение, затмевало всё.
   Но увы, есть вещи, которым совершенно наплевать на самое распрекрасное самочувствие и настроение, и одна из этих неприятных вещей называется голод. Андрею вдруг ну прямо нестерпимо захотелось есть. В последнее время он вообще не жаловался на отсутствие аппетита, к явному удовольствию Александра лопал всё подряд да так, что аж за ушами трещало, но сегодня чувство голода было каким-то особенным, терпеть которое не было никаких сил.
   Андрей встал с постели, как тот орангутанг прошлёпал в душ, ополоснулся, почистил зубы и вернулся в комнату. Одеваться было довольно-таки неудобно, мешала обезьянья раскоряченность, но Андрея это нисколько не смущало и уж тем более не портило великолепного настроения. Выйдя в столовую Андрей негромко позвал Александра, который появился сразу же, как будто ждал за дверью и попросил подать завтрак. При этом Андрей, вот что значит хорошее настроение, наговорил Александру кучу любезностей, которыми впрочем его нисколько не расчувствовал и не смутил. Во время завтрака хорошее настроение продолжало прямо-таки разрывать Андрея на части, до чего оно было хорошим. Он без умолку болтал, попытался расспросить Александра о его личной жизни, впрочем, безуспешно, но это Андрея опять нисколько не смутило. Позавтракав Андрей предложил устроить сегодня большую автомобильную прогулку с пикником. Александр в знак согласия кивнул головой и сказал, что пойдёт, распорядится насчёт автомобиля и провизии для пикника.
  

***

  
   - Здравствуйте.
   - Здравствуйте. Говорите.
   - У него наблюдается эмоциональный подъём.
   - Очень хорошо. Везите в клинику. До свидания.
   - До свидания.
  

***

  
   Для начала Александр предложил съездить в ближайшую апельсиновую рощу и немного там погулять. Затем, хоть и мягко, но Александр на этом настоял, надлежало съездить в клинику и сдать кое-какие анализы, так, по мелочи: доктор звонил, просил приехать. Андрей был согласен на всё: апельсины так апельсины, анализы так анализы. А потом уже, по словам Александра, они поедут на пикник, тут часах в трёх пути есть одно очень красивое место, как раз для пикника.
   Прогулка по апельсиновой рощи не заняла много времени, Андрея тянуло куда-то дальше, вперёд, тянуло двигаться, а не сидеть не одном месте. Приехали в клинику, Александр сказал, что на полчаса, не больше. Доктор взял у Андрея кровь, сказал, что в Калифорнии ожидается какая-то сезонная лихорадка и что надо проверить реакцию Андрея на эту болезнь, если что, сразу сделать прививки и куда-то вышел. Доктор вернулся минут через пятнадцать и сказал, что реакция организма Андрея на ожидаемую лихорадку будет весьма болезненной, и что сейчас он сделает ему прививку. Доктор протёр плечо Андрея тампоном смоченном спиртом, шприц прыснул излишками вакцины и воткнулся в плечо.
   Андрей пришёл в себя и с удивлением обнаружил, что лежит крепко привязанный к этакой помести кушетки и гинекологического кресла, по типу того в котором женщины рожают, по телевизору видел. Сначала он хотел было пошевелиться, нет, страха никакого не было, но не смог, и не потому что был привязан. Тело абсолютно не подчинялось Андрею, единственное, что он мог делать, это моргать и облизывать языком губы, которые почему-то жутко пересохли. Хорошее самочувствие и как следствие, настроение, улетучились без следа. Теперь всего Андрея пронизывала жуткая боль, которая подобно стайке каких-то птичек то собиралась в кучу, в одну большую боль, то распадалась на множество мелких болей. Больно было так, что Андрей даже плохо видел то, что происходило около и вокруг него. Андрей видел происходящее как-будто смотрел через расфокусированный фотоаппарат или кинокамеру, расплывчато. Кто-то стоял у его изголовья, Андрей не видел кто, но чувствовал присутствие человека. С другого конца кушетки-кресла стояли какие-то люди, судя, хоть и расплывчато всё, но догадаться можно, по медицинским халатам и маскам это были врачи. В одном из них Андрей даже умудрился признать того самого доктора, который регулярно его обследовал, погружал в лечебный сон. Сколько это продолжалось, тот же сон, времени тому Андрей не мог определить сколько именно, сделали укол и вот он, уже лежит и привязанным к кушетке-креслу и разрывается на части нестерпимой болью.
   Вдруг Андрей почувствовал какую-то новую, доселе неведомую ему боль. Боль была такой, как будто кто-то, а может тот самый доктор, засунул Андрею в задницу зонтик, затем раскрыл его там и теперь пытается вытащить этот зонтик обратно.
   - Расслабьтесь, расслабьтесь, - хоть и доброжелательно, но монотонно повторял доктор и вдруг зачем-то полез под кушетку. - ничего страшного не произошло и не произойдёт.
   Какой нахрен расслабиться?! Андрею хотелось кричать, хотелось дико орать от боли в надежде на то, что хоть чуть-чуть станет легче. Но голоса не было, вообще не было, такое впечатление, что вместе с зонтиком у Андрея напрочь выдрали голосовые связки.
   И тут Андрей почувствовал, что зонтик, якобы зонтик, сначала медленно, потом быстрее и быстрее начал выходить наружу. Немного полегчало, но всё равно было очень больно.
   - Появилось. - услышал он голос доктора из-под кушетки. - Спокойно, спокойно, не напрягайтесь.
   Тем временем боль, подобно воде сдерживаемой плотиной, всё нарастала и нарастала. Она была до того сильной, что Андрей даже мельком удивился: откуда у него силы терпеть такое? Ведь от такой боли он должен был уже раз десять сойти с ума. Но сознание оставалось ясным, боль нестерпимой и нарастающей, а неподвижность, невозможность двигаться была абсолютной. И вдруг всё закончилось, внезапно закончилось. Резкий, как оказалось последний всплеск боли, и наступила звенящая в ушах тишина. Боль моментально улетучилась, более того, тело сразу же забыло о ней, вместо это наступила всепоглощающая слабость, и тут, наконец-то, Андрей потерял сознание.
   - Получилось. - из-под кушетки выполз доктор. В руках он держал что-то типа глубокой ванночки обложенной чем-то мягким, в ванночке лежало большое, сравнимое со страусиным грязно-зелёного цвета яйцо.
  

***

  
   - Здравствуйте.
   - Здравствуйте. Говорите.
   - Он стал Ангелом.
   - Очень хорошо, благодарю. Распорядитесь выплатить медицинскому персоналу премию.
   - Хорошо.
   - До свидания.
   - До свидания.
  

***

  
   Но на Татьяне бумеранг не успокоился и зацепил, ни много, ни мало, самого директора - Евгения Казимировича. Уж неизвестно какими путями блуждали слухи о нововведениях Фёдора, но дорогу в вышестоящему начальству как в плане производства, так и в плане новолюдей они всё-таки нашли. Слухи выглядели простенько и со вкусом: Фёдор затеял всю эту чехарду со штрафами только для того, чтобы подсидеть Евгения Казимировича. А вы говорите, народ у нас не талантливый!
   Изначально Евгений Казимирович относился к нововведениям Фёдора, хоть и слегка насмешливо, но в целом благосклонно. Любое скопление людей требует порядка и организации, иначе чёрти что начинает происходить, а скопление людей объединённых одним делом, возьмите ту же армию, требует порядка многократ большего. Тоже самое и с заводом, меры конечно весьма и весьма сомнительные, но не лишние, не помешают.
   Сначала Евгения Казимировича вызвало к себе производственное начальство и в постсоветском, а-ля хрущёвском стиле, с потугами на юмор и с матюками поинтересовалось, что это у Евгения Казимировича зам за революцию устроил? Мол, баламутит народ, недовольные как грибы после дождя появляются, жалобы пишут, кстати, никаких жалоб и в помине не было, того и гляди забастовку объявят. Евгений Казимирович, а это он видать ещё не проникся, попытался было объяснить Фёдоровы потуги в борьбе за дисциплину так, как он их понимал, но высокое начальство с таким взглядом на явно предреволюционную обстановку на заводе не согласилось и посоветовало Евгению Казимировичу немедленно прекратить весь этот бардак, за заму они своей властью выговор влупят.
   Следующими были собратья по мужскому клубу, вернее, наставник и куратор Евгения Казимировича, по типу Аркадия Аркадьевича, сетка-то другая - Николай Николаевич. Николай Николаевич, подтянутый, спортивного вида мужчина лет сорока, правда почему-то уже весь седой пригласил Евгения Казимировича к себе на дачу, по типу Аркадия Аркадьевича, и под шашлыки да под коньячок поговорил со своим подопечным по душам, без тупого производственного якобы юмора и разумеется без матюков.
   - Евгений, нет, ты не подумай, я всегда рад тебя видеть, но сегодня есть, так сказать, повод. - шашлыки наполовину съедены, коньяк лишь на четверть выпит - самое время для задушевной беседы.
   - И что, если не секрет, за повод? - потягивая коньяк спросил Евгений Казимирович. - Неужели...?!
   - Ты не спеши, будет тебе и неужели. - хохотнул Николай Николаевич, залпом допил коньяк и закурил.
   Дело в том, что не так давно Евгению Казимировичу сказали, что планируется его перевод в министерство, аж на должность начальника отдела. Евгений Казимирович, ну человек такой, сказали надо - сделал, пошёл на завод в силу какой-то высшей новочеловеческой необходимости. Сам же он, вернее, его душа ну нисколько не лежала к производству, масштабы не те. И вот теперь Евгений Казимирович ждал, когда его призовут в министерство.
   - Фёдор твой, что он там учудил? - спросил Николай Николаевич.
   - Ах вон оно что?! - слегка разочаровано протянул Евгений Казимирович. - У него, Николай Николаевич, что-то типа бзика по поводу своей должности.
   - Поясни. - Николай Николаевич налил обоим ещё коньяка.
   - Он вбил себе в бошку, что рабочим известно о его вступлении к нам, вот и бесится потихоньку.
   - А ты что, не мог остановить?! - вдруг неожиданно строго спросил Николай Николаевич. - Прямо махновщина какая-то!
   - Да вроде бы всё в пределах допустимого.
   - В пределах допустимого, Женя, это когда без психа и без бзиков, во всех других случая всё за пределами допустимого. Значит давай сделаем так: чтобы не ранить нежную психику твоего Фёдора, - Николай Николаевич опять хмыкнул и пригубил коньяк. - отправим-ка его на медкомиссию, пусть проветрится.
   - Так вроде бы заявок нет. Или уже есть?
   - Нету, нету. Мы про запас. Ладно, давай... - и Николай Николаевич поднял свой бокал, как бы чокаясь.
  

Глава X

  
   Несмотря на пережитую боль Андрею было грустно, очень грустно. Почему? А он и сам толком не знал, почему. У него было такое чувство, как будто он потерял что-то очень для него дорогое, причём потерял навсегда, без какой-либо надежды на возврат потери. После случившегося Андрей пребывал в состоянии глубочайшего постельного режима. Особенно поначалу, слабость была такой, что его кормили с ложечки не говоря уж об остальном. Но уход был на высшем уровне, Андрею достаточно было, ну почти в прямом смысле этого слова, мигнуть как тут же появлялся Александр и казалось не было такой просьбы со стороны Андрея, которую Александр не смог бы выполнить.
   Телевизор довольно-таки быстро надоел, читать книжки особых сил не было, да и Александр не одобрял чтение, так что у Андрея было полным-полно времени, чтобы разобраться и понять, что же такое с ним произошло? Понятно, стажировка, это довольно-таки грубо сработанная замануха. А с другой стороны что, так и сказать, мол, поедешь ты
   хрен знает куда и будет с тобой хрен знает что, но скорее всего жив останешься, так что-ли? Тут всё верно, стажировка - хороший предлог. С медкомиссией тоже всё стало понятно: определяли, исследовали, гады, насколько Андрей здоров, наверняка опасались, а вдруг как у него какое-то скрытое заболевание, которое может повредить? Повредить кому? Или чему? Вот здесь Андрей начинал теряться в догадках. Судя по ещё не до конца забытым ощущениям всё, что с ним происходило очень напоминало беременность, а финальные, если можно так сказать, аккорды были очень похожи на самые обыкновенные роды. Роды?! Но ведь мужики не могут рожать! Тогда что это было? Сколько Андрей не перебирал возможные, более-менее правдивые варианты выходило, что он чего-то, непонятно чего, родил. А вот что он родил, в конце концов Андрей даже смирился с родами, надоело мозги терзать, да и закончилось всё, он представить не мог. Это что-то явно было неживым, иначе верещало бы, а что же тогда, табуретку что-ли? Выходило что табуретку или что-то на неё похожее.
  

***

  
   Оказалось, что заморские земли довольно-таки плотно заселены, но рилов это нисколько не смутило. Поскольку местные жители никоим образом не годились на роль инкубаторов рилы приняли решение уничтожить их. Сделать это оказалось несложно, достаточно было пообещать переселенцам, в первую очередь из Европы, землю для сельхозобработки и они всё сделали сами. Аборигены были уничтожены почти полностью, причём с невероятной жестокостью. Но такие мелочи рилов не интересовали и тем более не беспокоили. Для пущей привлекательности переселенцам было рассказано о нескольких месторождениях золота, и жадные искатели приключений хлынули в Эдемию. Рилы не собирались использовать обосновавшихся в Эдемии переселенцев в качестве биоинкубаторов, во всяком случае не как в Европе, в массовом порядке, была определена более глобальная задача. Рилы решили устроить из Эдемии этакое государство-таран, самое мощное государство в мире, с тем чтобы управлять по своему усмотрению населением Земли.
   Задача была поставлена по истине грандиозная, требующая как немалых сил, так и немало времени. Но рилов это мало беспокоило: времени в запасе у них было предостаточно, тем более, стоит сказать, что жили они в среднем по триста-четыреста лет, а сил, в силах недостатка тоже не было.
   Тем временем Европа, разбогатевшая на колонизации, а вернее будет сказать, на откровенном разграблении менее развитых народов после культурного всплеска названного впоследствии Эпохой Возрождения продолжила выяснять между собой отношения снова погрязнув в войнах. Более того, Европа погрязла не только в войнах, но и в дармовом богатстве, которое как известно до добра не доводит, и как следствие начала вырождаться.
   К этому времени основные, так сказать, сливки с европейского биоматериала были сняты, поэтому рилы отнеслись к вырождению европейцев спокойно, к тому же они обратили своё внимание на восток Европы, где проживали аборигены, как потом оказалось, почти идеально, во всяком случае гораздо лучше англичан, французов и немцев подходившие на роль биоинкубаторов.
   Хочешь подчинить - дискредитируй, а потом скупи по дешёвке. Для начала была полностью фальсифицирована и вывернута наизнанку история России, именно так называлась эта страна, после чего рилы поступили мудрее, нежели чем обыкновенная покупка русских, рилы принялись скупать идеалы русского народа, взамен насаждая идеалы европейские, в своей основе порочные, а значит не жизнеспособные.
   Но русские оказались на редкость упрямыми, не все конечно, но большинство, поэтому была предпринята попытка завоевать страну. Попытка потерпела такой крах, что та же Европа аж вздрогнула. Стоит сказать, что таких попыток было несколько и все они потерпели неудачу. Тогда было принято решение сформировать в России элиту целиком и полностью поддерживающую взгляды и идеалы тех же европейцев. Пусть эти идеалы и были порочными, рилов это мало заботило, так было легче управлять. Появилась элитная прослойка общества названная самими русскими "проститутками". Те готовы были продать что угодно и кого угодно, вплоть до детей и родителей, не говоря уже о стране. В этом рилы увидели угрозу, не удивляйтесь, России, её целостности. Получалось, если "проституткам" дать полную власть они в течение нескольких лет раздробят Россию на множество мелких государств, чего никак нельзя было допустить. Рилов не интересовала целостность России как государство, всё гораздо прагматичнее, их интересовала целостность России как базы биоинкубаторов. Ведь при раздроблении страны начнётся стремительная деградация получившихся мини-стран и как следствие вырождение биоматериала.
   Поэтому и были придуманы новолюди. Новолюди, как проект рилов должны были обеспечивать целостность страны, этакие а-ля патриоты, обеспечивать её экономическое благополучие, правда на уровне чуть более высоком, чем уровень выживания и тем самым обеспечивать качество биоинкубаторов. Стоит сказать, что новолюди, как сообщество, как мужской клуб, были только в России. В других странах, в той же Европе, ничего подобного и в помине не было. Европейцы чуть-ли не сами предлагали себя на роль биоинкубаторов, это считалось у них приобщением к высшему обществу.
  

***

  
   - Здравствуйте. - в комнату Андрея зашёл мужчина лет пятидесяти и без приглашения уселся в кресло.
   Высокий, сухопарый, но не худой, а скорее жилистый, и значит сильный, цепкий. Вытянутое лицо, большой нос, тонкие губы. Что ещё? Глаза! Глаза непонятно какого, какого-то водянистого цвета, и как бы застывшие, ничего не выражающие. Волосы? Волосы тоже не понять какого цвета, к тому же стрижка короткая. Вот и всё, что успел рассмотреть Андрей в незнакомце.
   - Как вы себя чувствуете? - чуть склонив голову, как будто на прислушивался к самочувствию Андрея, спросил незнакомец.
   - Спасибо, уже лучше. - ответил Андрей и, вот же она, разгадка, спросил. - А вы кто?
   - Ну..., - незнакомец на секунду замялся. - скажем, ваш друг. - и добавил. - ваш друг. - и немного помолчав добавил. - Большой друг.
   - Наша дружба имеет отношение к тому, что со мной произошло? - принялся выспрашивать Андрей.
   - Для вас это важно? - чуть удивлённо вопросом на вопрос ответил незнакомец.
   - Да, важно.
   - Ну что ж. - незнакомец потёр пальцем свой большой нос, внимательно посмотрел на Андрея. - Если вам от этого станет легче, то имеет.
   И тут Андрей вспомнил тот самый сон с точно таким же незнакомцем, только постарше, вспомнил его ледяные руки и понял, то был не сон. А что тогда? "Зачатие, балда, что же ещё! - сам себе ответил Андрей". Но к его удивлению ни страшно, ни противно ему не стало, ему опять стало любопытно и он продолжил задавать незнакомцу вопросы:
   - И как часто будет повторяться то, что со мной произошло?
   - Это больше не повторится. - глядя Андрею в глаза: "Гипнотизирует что-ли, гад?" ответил незнакомец. - Это происходит только один раз, можете мне верить.
   - А почему только один? - сам не понимая зачем спросил Андрей.
   - Так устроен наш мир. - ответил незнакомец. - Впрочем, это не очень интересная история. Есть история гораздо интереснее. - незнакомец встал и подошёл к кровати Андрея. - Отныне вы - Ангел, поздравляю.
   Незнакомец достал из кармана коробочку чёрного бархата, сразу видно, жутко дорогую, открыл её и протянул Андрею. Изнутри коробочка, вернее, это был футляр для драгоценностей, был выложен ярко-алым шёлком. Смотрелось очень красиво, не иначе ювелир, который это придумал - настоящий мастер. На шёлке лежал перстень из тёмно-серого металла.
   "Платина, что-ли? - почему-то подумал Андрей, хотя до этого видел платину только на Ордене Ленина, в музее".
   На до блеска отшлифованном чёрном камне было наложено или вставлено, непонятно, стилизованное изображение солнца с протуберанцами, как в средневековье рисовали, то ли из золота, то ли из какого-то ярко-жёлтого камня, не разобрать.
   - Прошу принять это. - незнакомец достал перстень из футляра и одел его на средний палец правой руки Андрея. - Никогда его не снимайте, никогда. - повторил незнакомец и вернулся в кресло.
   И тут Андрей не то чтобы вспомнил, он понял, тот сон был вовсе не сон, это была самая настоящая реальность каким-то непостижимым образом превращённая в его голове в сон. Блин, прямо чертовщина какая-то! А понял это Андрей в тот момент, когда незнакомец одевал Андрею перстень, его пальцы были точно также как тогда, холодные как лёд.
   - Отныне, Андрей, вы элита, причём, высшая элита. - усевшись в кресло принялся рассказывать незнакомец. - Теперь ваша карьера находится под пристальным контролем и поверьте, она будет весьма и весьма успешной. Кроме того, чтобы и где бы с вами не случилось к вам моментально придут на помощь, даже просить не надо будет.
   - Это что же, за мной следить что-ли будут? - насупился Андрей. Перспектива слежки длиной в оставшуюся жизнь его нисколько не прельщала.
   - Ну зачем сразу так? Следить. - сделал вид, что обиделся незнакомец. - Достаточно перстня.
   - Он что, волшебный? - в голове Андрея мысли начали путаться и задевать одна за другую: "Мне только колдовства для полного счастья не хватало".
   - Ну почему сразу волшебный? - тонкие губы незнакомца скорее расползлись в разные стороны, чем изобразили улыбку. - Впрочем, если вам так будет удобнее, можете считать это волшебством. Кроме того, теперь немного о бренном, материальном. В одном из банков Европы на ваше имя открыт счёт на который перечислено пятьсот тысяч долларов. Все документы у Александра, перед отъездом он вам их передаст.
   - А когда отъезд? - вырвалось у Андрея.
   - Скоро, скоро. - опять улыбнулся, или сделал вид что улыбнулся незнакомец. - Для начала надо восстановиться, не поедете же вы домой в таком состоянии. Кроме этого, в вашем городе на ваше имя куплена квартира, поверьте, даже по нашим меркам хорошая квартира. Приедете домой, сразу же можете праздновать новоселье.
   "А дача? - чуть не вырвалось у Андрея. Уж чего-чего, он даже полмиллиона долларов воспринял почти как должное. Но квартира, это больше чем супер!".
   - К сожалению мне пора. Поправляйтесь. - незнакомец встал, кивнул Андрею на прощанье и вышел из комнаты.
  

***

  
   - Ну, что у тебя там? - Аркадий Аркадьевич перевёл взгляд от лежащих перед ним бумаг на вошедшего Александра Валентинович, который имел право входить в кабинет даже без стука.
   - Алёна. - коротко ответил Александр Валентинович и положил перед Аркадием Аркадьевичем папку.
   - Садись. - Аркадий Аркадьевич кивнул на стул перед рабочим столом. - Давай на словах, коротенько, а то времени совсем нет. - и отложив папку в сторону добавил. - Позже прочитаю.
   - Эта Алёна, Аркадий Аркадьевич, охотница.
   - Фея значит. - тихо, чуть-ли не шёпотом, произнёс Аркадий Аркадьевич. - Хорошо хоть не волшебница, и на том спасибо.
   - Да вроде бы молода ещё для волшебницы. - пожал плечами Александр Валентинович.
   - Для этих ведьм, Саша, возраст не имеет большого значения. Тьфу ты, нечисть! - Аркадий Аркадьевич посмотрел начала на Александра Валентиновича, затем в окно, затем забарабанил пальцами по лежащим на столе бумагам. - Мать их, нам только этих вурдалакш не хватало. Как чувствовал! Тут нахрапом не попрёшь, посоветоваться надо.
   Стоит сказать начальником Александра Валентиновича был Александр Николаевич, тот самый, то ли хозяин, то ли управляющий загородным пансионатом. Сам же Александр Валентинович состоял при Аркадии Аркадьевиче в виде доверенного лица по особым делам и поручениям, а также по факту обеспечивавший его безопасность, поэтому достаточно хорошо разбирался в интонациях шефа, привык уже. То, что Аркадий Аркадьевич, хоть и без криков, был выведен из равновесия этой новостью Александру Валентиновичу было видно: "Значит опять пиджак дыбом. - подумал он. - Эх, прибить бы эту бабу и дело с концом!".
   - Значит так, Саша, - Аркадий Аркадьевич хлопнул ладонью по ни в чём неповинным бумагам. - Даже в туалет! Понял?! Чтобы даже в туалет с ней ходил! Скоро возвращается Андрей. В идеале надо не допустить, чтобы они встретились вообще.
   - Может руки-ноги ей переломать?
   - Ты что, совсем что-ли? - Аркадий Аркадьевич посмотрел на верного помощника как на сумасшедшего. - Чтобы, если они всё-таки встретятся, чтобы в постели между ними лежал, чтобы полный контроль! Понятно?!
   - Понятно. - угрюмо кивнул Александр Валентинович.
   - Так! Если не дай бог эта охотница в дурь попрёт, начнёт крутить Андрея, разрешаю самые радикальные меры.
   - Обоих?
   - Саша, ты здоров? Андрей стал Ангелом! Ты понимаешь, Ангелом! Не дай бог если кто-то из кураторш этой девицы даже на горизонте Андрея покажется!
   - Понятно. - опять кивнул Александр Валентинович. "Так, теперь ещё и Андрей, нормальненько".
   Дело в том, что помимо Аркадия Аркадьевича Александр Валентинович обеспечивал ещё и безопасность Константина Александровича, поскольку тот тоже был Ангелом. А теперь стало быть ещё и Андрей.
   - Если понятно, тогда всё, иди. Я и правда чудовищно занят.
  

***

  
   Сразу же, вместе со сдержанным развитием, вернее удержанием на более-менее приемлемом уровне, возникли проблемы с Европой, она стала не нужна. Главной причиной тому послужило развитие техники и как следствие увеличение объёмов промышленного производства. Если раньше, к примеру, для производства единицы продукции требовалось десять человеко-часов, то теперь достаточно было и одного, за человека всё делала техника. Поэтому было решено ослабить, значительно ослабить, промышленный потенциал Европы, в идеале до полного его уничтожения. К настоящему времени европейцы, откровенно говоря, окончательно зажрались и были озабочены лишь своим личным благополучием. Например, потеряли сакральность такие институты как семья и религия, последнее рилы вообще не могли понять. Поэтому мягко и ненавязчиво предложенная им свобода выбора пола была встречена чуть-ли не с восторгом. Разумеется не без контроля со стороны рилов в Европе буйным цветом расцвели однополые браки, вплоть до того, что нормальные интимные отношения между мужчиной и женщиной стали считаться чем-то противоестественным. Рождаемость упала просто катастрофически, но и тех немногих детей европейцы с каким-то непонятным по своей извращённости энтузиазмом принялись перекраивать: из мальчиков начали делать девочек и наоборот. Впрочем, себя европейцы тоже не забывали и принялись менять пол, благо медицина позволяла это сделать, чуть-ли не так же часто, как менять верхнюю одежду. Вырождение было полным, но чтобы его подтолкнуть и ускорить рилы посредством своих клевретов от политики направили в Европу миллионы выходцев из северной Африки и Ближнего Востока представив их как беженцев. Якобы беженцы с первого дня нахождения в сытой и богатой Европе почувствовали себя полными хозяевами и с завидным энтузиазмом принялись третировать местных жителей.
   Но рилы были не настолько просты и прямолинейны. Всю энергию получавшуюся от присутствия и агрессивных действий беженцев, а также от разрушения института семьи и религии он направили в сторону России, как бы назначили её отдушиной. Сделано это было в первую очередь, чтобы жители восточной страны подобно европейцам не обожрались богатством и благополучием и не повторили судьбу своих западных соседей, проще говоря, чтобы пребывали в постоянном тонусе.
   Разумеется данная трактовка происходящего, вернее, причин происходящего - не более чем плод предположений поскольку о присутствии рилов на Земле знает в общей сложности ну может быть человек сто, не больше. Остальным же была преподнесена идея некого всемирного тайного правительства, и даже назначены якобы верховные правители, кстати, самые обыкновенные люди, ну разве что очень богатые. Идея со всемирным правительством была воспринята человечеством как дождь после недельной засухи, оно сразу же было обвинено во всех бедах человечества, чего рилам и было надо. Зачем выставлять себя на передний план, если есть задачи поважнее? Единственное, чем были озабочены рилы, так это воспроизводством потомства, кстати говоря, за почти полторы тысячи лет пребывания рилов на Земле в космос, в поисках пригодных для воспроизводства миров, было отправлено более тридцати групп хладнокровных уроженцев прекрасной Рилы, которую они никогда не видели.
  

***

  
   Потрескивающие в камне поленья, приглушённый свет бра по стенам, два кресла перед камином и столик между ними. На столике коньяк, два пузатых бокала, тонко порезанный и пересыпанный сахаром лимон на тарелочке, ещё что-то из лёгкой закуски... Какого хрена, спрашивается, тебе ещё надо для хоть и задушевного, но весьма важного разговора? А кто может обеспечить серьёзным и даже страшно представить до чего высокопоставленным людям такой уют и покой? Конечно же Александр Николаевич в своём пансионате, вернее будет сказать, в загородной резиденции Аркадия Аркадьевича.
   - Вот и стало нас, Костя, трое. - Аркадий Аркадьевич смотрел на беснующийся в камине огонь. В руке бокал с коньяком, а перстень на среднем пальце поблескивая лишь подчёркивает благородство цвета благородного напитка.
   - Получилось? - Константин Александрович внимательно посмотрел на своего наставника. Спросил и замолчал.
   - Да, всё нормально. - Аркадий Аркадьевич мельком взглянул на воспитанника, пригубил коньяк, опять посмотрел на Константина Александровича и вздохнув продолжил. - Я знаю тебе это тяжело далось, надеюсь Андрей перенёс всё гораздо легче.
   - Я тоже надеюсь. - кивнул Константин Александрович.
   - Ничего не поделаешь, Костя, так устроена жизнь, и не нами, и даже не ими устроена, а неизвестно кем. Больше чем уверен, многие, очень многие, если бы знали конечно, отдали бы всё, в прямом смысле этого слова всё, чтобы оказаться на нашем месте.
   Ладно, - словно отгоняя какое-то наваждение кивнул головой Аркадий Аркадьевич и снова пригубил коньяк. - Давай-ка поговорим о сиюминутном и грешном. Скоро возвращается Андрей, я узнавал, он уже почти пришёл в норму. Ты его обязательно встреть в аэропорту. Я заметил, у вас с ним налажен какой-то душевный контакт, так что тебе и встречать, мне там делать нечего, лишним буду. Это хорошо, что у тебя так получилось с Андреем, и для дела, и для вас обоих хорошо. Он у тебя хоть и общественный деятель, - Аркадий Аркадьевич хмыкнул. - но парень не скурвившийся, совестливый. Такие нужны, очень нужны, иногда они даже ценнее, чем такие как я, хищники.
   Константин Александрович слушал своего наставника и пытался представить себе Андрея проходящего в это время восстановительные процедуры. Сам Константин Александрович перенёс отложение яйца тяжело, даже очень тяжело, чуть было богу душу не отдал, хорошо что откачали. Недаром же он вернулся весь такой измотанный и осунувшийся, как будто несколько лет трудился гребцом на какой-нибудь старинной галере. Но всё хорошо не только тем, что заканчивается, но ещё и тем, что больше никогда не повторится. Зато теперь он - Ангел, а это далеко не шутка. С этим статусом считаются даже те, кто о нём ничего толком не знает, знают о перстне, и этого вполне достаточно. Интересно, а за кого они принимают того же Аркадия Аркадьевича, его, Константина Александровича, а теперь ещё и Андрея? Впрочем, какая разница? Пусть считают кем хотят от этого ничего не изменится.
   В скором времени Константину Александровичу предстояли выборы в Госдуму. Нет, он нисколько не сомневался в результатах выборов, всё было решено на таком высоком уровне, что даже ядерная война вряд-ли смогла помешать этому. Получилось с одной стороны даже хорошо, Константин Александрович готовился к выборам, а Аркадий Аркадьевич готовился вступить в должность замминистра, там какая-то задержка случилась, потому это и происходило почти одновременно. Сейчас Аркадий Аркадьевич сдавал дела главы администрации, а он, Константин Александрович был всецело поглощён формированием своего предвыборного штаба. Как ещё до стажировки советовал Аркадий Аркадьевич Константин Александрович твёрдо решил взять Андрея к себе, помощником. А что, парень с головой, не тупой хам, у такого всё должно получиться. Кроме того, хоть пока и в общих чертах, но тем не менее проговаривалась идея по окончании депутатского срока Константина Александровича оставить его в Госдуме, на второй срок, а Андрея определить губернатором одной из второразрядных областей, нечего всю жизнь в помощниках ходить.
   - Тут, Костя, - отвлёк Аркадий Аркадьевич. - наш новоиспечённый Ангел сюрприз нам преподнёс, правда не специально. Он сам не знал, да и до сих пор не знает, даже не догадывается.
   - Что за сюрприз? - уж что, что а всякие там сюрпризы в арсенал Андрея не входили.
   - Пока ты был там, - Аркадий Аркадьевич кивнул в сторону окна. - познакомился он с девицей, Алёной зовут.
   - Ну и что тут такого? Я ему сам посоветовал подыскать себе в жёны достойную девушку. - пожал плечами Константин Александрович.
   - Вот он и подыскал. - Аркадий Аркадьевич как-то неопределённо хмыкнул, залпом допил коньяк и налил ещё. - Охотницей оказалась невеста. Слышал о таких?
   - Да, что-то слышал.
   - Саша, собрал на неё, и не только на неё, всё что смог нарыть. Я тебе сделал копию, в кабинете лежит, потом ознакомишься. Это Волшебницы, Костя, и это серьёзно, очень серьёзно.
   До этого нам не приходилось с ними бодаться, бог миловал, а теперь кажись придётся. Андрей - Ангел и этим всё сказано. Его мы обязаны его защищать не жалея никого, даже себя, понимаешь?
   - Понимаю. - кивнул Константин Александрович.
   - Впрочем, как говорится, не так страшны эти вурдалакши, как те слухи которые они о себе распускают. Так что, справимся, никуда не денемся. Кстати, ты тоже будь повнимательнее. Наверняка эти бабы тебя уже вычислили, и ваши отношения с Андреем тоже вычислили, так что сам понимаешь.
   Аркадий Аркадьевич надолго замолчал. Теперь он сидел неподвижно и смотрел на огонь, смотрел наверное точно также, как это делали далёкие предки рода человеческого. Чего такого он видел в том огне, неизвестно. О чём думал, тоже неизвестно, хотя и нетрудно догадаться. Впрочем, Аркадий Аркадьевич - мужик загадочный и глядя на огонь мог думать о чём угодно, начиная с баб именующих себя Волшебницами и заканчивая тем же футболом.
   - А ты что это совсем не пьёшь? - Аркадий Аркадьевич вдруг оторвал взгляд от огня и посмотрел на Константина Александровича, вернее, на его бокал. - Знаешь что? А давай-ка хряпнем водочки, по-простецкий, под селёдочку, огурчики и чёрный хлебушек. - неожиданно предложил он и чуть громче, чем обычно сказал повернувшись в темноту комнаты. - Александр Николаевич, Саша, ты где?
   - Слушаю вас, Аркадий Аркадьевич. - как тот джинн из бутылки неизвестно откуда появился Александр Николаевич.
   - Знаешь что, Саша, принеси-ка нам водочки, холодненькой, селёдочки, огурчиков маринованных и хлебушка, чем чернее, тем лучше.
   - Сейчас делаем.
  

***

  
   Звук от работы авиационных турбин скорее был похож на шипение, чем на грохот или свист. А может это вентиляция салона так громко работала, кто знает? Андрей смотрел в иллюминатор, а больше и смотреть было не на что, да и не на кого. Оказалось, что в салоне первого класса довольно-таки скучно, это наверное потому что малолюдно. Немногие пассажиры были заняты исключительно самими собой и друг с другом не разговаривали. Стайка стюардесс блистая своей природной и косметической красотой подобно спаниелям, или как их там, сделав стойку так в ней и застыла ловя малейший жест пассажиров, хоть отдалённо напоминающий просьбу. Одним словом, скучно.
   Впрочем, Андрей вовсе не стремился к общению, ему вполне хватало общества самого себя.
   "Значит, Ангел. - глядя в иллюминатор размышлял он. - А ведь тот мужик так и не сказал, что это значит? Наплёл кучу всего, а о главном ни слова. Квартира. Квартира, это хорошо. Интересно, что за квартира? Судя по тому мужику и перстню, - Андрей взглянул на блеснувший псевдосолнечными протуберанцами перстень. - квартира должна быть не просто крутой, а очень крутой. Какие у него холодные пальцы! Больной?! Вряд-ли, непохоже. Может специально перед тем как прийти к под холодной водой их держал? Может быть. От них можно ожидать всего, чего угодно. И всё-таки, кто они такие? Надо будет расспросить Константина Александровича, думаю, если знает, расскажет".
   Не меняя тональности шума турбин авиалайнер тронулся с места и начал выруливать на взлётную полосу. Ремень безопасности пристёгнут, взлетим, надо будет попросить что-нибудь попить. Впереди были тринадцать часов полёта, впереди его ждали: возможно Алёна и всенепременно Константин Александрович, Аркадий Аркадьевич, и жизнь, жизнь Ангела.
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"