Романов Марк Александрович: другие произведения.

Глава 16. Анна. Разговор о Ганимеде

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:

  ГЛАВА 16. АННА. РАЗГОВОР С КАПИТАНОМ О ГАНИМЕДЕ
  
  Я сомневался, признаю, что это сбудется с ним,
  Что он прорвется сквозь колодец и выйдет живым,
  Но оказалось, что он тверже в поступках, чем иные в словах.
  
  С.Калугин - Убить свою мать
  
  Уискер сидела в кресле второго пилота. Ложемент был стандартным, регулировался под любой тип фигуры, вес и особенности органического существа. Можно было бы сказать, что под особенности белкового пилота, но тогда следовало бы и уточнить, а почему это, собственно, на корабле негласно распространялся такой шовинизм по отношению к чужим расам.
  На самом деле все было еще проще. Блок адаптации когда-то давно взломал сам боцман, спокойненько пропивший деньги на новое оборудование, и притащивший кресло второго пилота из очередного похода по злачным местам.
  Раздавленное в хлам предыдущее кресло, вместе с бывшим вторым пилотом, пришлось утилизировать. Впрочем, капитану было решительно все равно, кто, как и откуда заносил на корабль предметы мебели. Главное, как он считал, чтобы их не выносили. Или, хотя бы, не выносили в особо крупных масштабах в ущерб личному составу.
  Личный состав вообще клал на такие мелочи, как подгонка кресел под чужих, большие кукуи. Док днями и ночами засиживался в медотсеке или своей каюте, изобретая очередную особо пакостную отраву, способную удолбать вусмерть даже планетоид. Джек производил инвентаризацию еще не пропитого имущества, с пометками, что именно можно выносить с Астарты, а что еще как-то может пригодиться. И Травкин, и его брат регулярно проверяли грузы на наличие проблем, болезней или скорого умирания, но эти действия производились только при наличии самого груза.
  Аннабель вообще не интересовало, что и как происходит с предметами мебели в целом и с какими-то креслами в частности, если ей не ставили задачу, к примеру, приспособить их для нападения или обороны капитанского мостика.
  Сам капитан в моменты просветления и осознания, какая именно команда воров, пиратов, убийц и солдат удачи бродит по палубам, предпочитал думать о позитиве. В какой-то дурацкой книжке он вычитал, что мысли и положительная настройка на позитив помогают не впадать в глухую тоску о происходящем у него под носом.
  Кацман тогда еще в голос посмеялся, хлопнув Рика по широкому плечу. Травкин неделю не слезал с капитана с допросами и опросами по поводу механизмов воздействия печатных пособий на зоны удовольствия в мозгу человека, а старпом просто сделала пометку опробовать эту методику на остальной команде, если Львиная Задница все-таки сумеет мысленно выбираться из задницы внешней.
  Так что, кресло, которое на ночном дежурстве заняла Анна, для нее было всего лишь креслом, без той богатой и героической истории, которую поведал Кацман, когда пытался убедить капитана, что эта доисторическая рухлядь еще способна служить верой и правдой.
  - Оно же совсем, как новое, кэп! - убеждал Ричарда Джек, гордо показывая на пыльный хлам рядом с ним.
  - Антиквариат новым не бывает, Кац, - покачал головой капитан. - Он всегда бывает только старым.
  - И от этого он становится нерабочим, - высказался Травкин, склонив голову набок. - А если кому жопу оторвет? Ты потом за новые ткани платить будешь?
  Кацман засопел, но промолчал. В итоге все как-то забыли про этот разговор, второго пилота на Астарте все равно не было, и его должность при случае выполнял сам боцман, который с показной удалью плюхался в свой трофей.
  Капитан в эти моменты обычно закрывал глаза.
  Ричард появился на мостике так тихо, что только обостренный слух Анны позволил ей понять, что она уже не одна. Шаги капитана были непривычно мягкими, скользящими и размеренными, будто он не входил в знакомое помещение, а как раз наоборот, опасался встретить здесь засаду.
  "Засада для того ставится, чтобы засаживать", - вспомнились старпому слова боцмана. Она хотела было подумать, кто и когда засадил самому Кацману, что он приобрел такой житейский опыт по вопросам засад, но тут же в голове Аннабель всплыли и другие слова, на этот раз уже Травкина:
  "Засаживать эти маленькие грядки я буду особым сортом семян окультуренной укропной ромашки, - сказал он, отвечая на вопрос Ричарда о наличии импровизированного зимнего садика на Астарте, - вставляет так, что анестезия потом не нужна".
  Фразу капитана о том, что Гай вообще любит устраивать засады на корабле в самых неожиданных местах, Анна просто отнесла к множеству таких вот садов-огородов с опытами Травкина.
  - За время моего дежурства никаких происшествий не случилось, капитан, - не вставая, доложила Аннабель, дождавшись, когда Рик встанет у нее за спиной, - курс не менялся, полет нормальный, будем в расчетной точке точно по графику, через два часа.
  Вопреки своему обычному поведению Ричард не сказал дежурных фраз о том, что благодарит ее за службу, отпускает на отдых или дает новые указания. Он просто бесшумно прошел мимо, сел в соседнее кресло капитана, выдвинутое чуть вперед из основного круга стоящих кресел, и задумчиво уставился в обзорные стекла перед ним.
  За толстой ударопрочной стеклянистой преградой плыли далекие звезды. Маленькие и большие, яркие и тусклые, они сливались во множество созвездий, окружая крошечную скорлупку корабля своим молчаливым величием и молчанием.
  - Когда вышли в открытый космос? - бесцветным тоном осведомился капитан у старпома. Расценив его вопрос, как запрос о выходе из гипера, Аннабель ответила:
  - Двадцать минут назад, капитан. Подъем команды через полтора часа в соответствии с корабельным расписанием.
  - Угу, - кивнул тот, даже не глядя на андроида. Анна присмотрелась к своему капитану. Отросшие за время последних рейсов, из которых Астарта и не вылезала, волосы беспорядочно топорщились на голове, по лицу стекали капли прозрачной воды, глаза Ричарда были красными, будто от недосыпа, а лицо побледнело, что особенно стало заметно при наличии синих кругов под глазами.
  - Капитан, сколько вы не спали? - осведомилась Анна. - Состояние вашего организма приближается к критической точке истощения. Рекомендуется срочный отдых.
  - Иди ты... - буркнул Рик, но тут же опомнился. - Иди ты, спроси у Травкина, сколько я не спал, у него к моей каюте какие-то там датчики подключены были когда-то давно.
  Уискер замолчала, ожидая продолжения.
  - Анна... - начал, было, Рик, но замялся, - я давно хотел тебя спросить, почему ты зовешь меня на "вы"? На остальных членов команды это не распространяется... Хотя, если уж ты сейчас обратишься к правилам поведения и субординации, тебе следовало бы либо называть так всех, либо не называть никого. Почему я, Анна?
  В голосе капитана промелькнули странные ноты. Он словно бы разговаривал не совсем со своим старпомом, да и вопрос был адресован вовсе не по теме обращений к его львиной персоне.
  - Так сложилось исторически, еще со времен докосмической эры, когда на моем месте должен был быть юнга, - ответила Уискер.
  - Тогда почему ты с Джеком или Гаем не так общаешься? Они выше тебя по рангу.
  Андроид замолчала, обдумывая слова капитана.
  - Кажется, у меня нет ответа на этот вопрос, кэп, - растерянно произнесла она. - До сего момента я думала, что это часть вложенной вами программы...
  Ричард поморщился, как от зубной боли, услышав это несносное выканье.
  - Знаешь, в чем дело? - грустно спросил он, усмехаясь. - Дело в том, что я не закладывал в тебя этой программы. Впрочем, как и многих иных, которые ты считаешь обязательными для исполнения.
  Анна ждала полного перечня, но Рик предпочел об этом умолчать.
  - Ты знаешь, как терраформировали Ганимед? - сухим и официальным тоном внезапно спросил Ричард. - Неофициальную версию? Не знаешь, - покачал он головой, - ты не можешь этого знать...
  
  Внутри капитана внезапно что-то оборвалось. Восприятие реальности совершило кульбит, изогнулось и вывернулось наизнанку. Он понимал, что рядом с ним сидит самый обыкновенный андроид, что, несмотря на внешность, повадки и общее сходство, это совсем не человек. Машина с набором датчиков, сенсоров и кабелей внутри, способная в боевом режиме выкашивать целые отряды десантников. Он сам видел такие игрушки в бою, когда еще служил...
  Он не мог даже сказать, служил ли он, или ему это просто приснилось. Да, сны... Ричард почти никогда их не запоминал. Просыпался, как и сегодня, посреди ночи, хватал ртом горячий воздух, слушал бешено колотящееся сердце и хотел только одного - сунуть трещащую по швам голову под струю ледяной воды. Чем и занимался в такие вот ночи, как эта. Потом капитан долго ходил по кораблю, бесцельно слоняясь из стороны в сторону, будто никак не мог успокоиться. В ушах еще звучали крики, приказы на странных языках, звуки боя, а запахи крови, смешанной с сырой землей или облаками сгоревшей плазмы били в нос, заставляя чувствовать их даже в утренней каше.
  Каши, впрочем, как и полноценного завтрака, на Астарте никто давно не видел, но даже та откровенная бурда, что выплескивалась в тарелки из синтезатора пищи, отдавала для капитана горелой плотью и железным запахом крови.
  Он знал, что болен. Болен памятью, видениями, картинками, похороненными в глубине его мозгов, до которых было так много желающих добраться.
  Ричард иногда всерьез задумывался, а не пустить ли себе в лоб заряд плазмы, чтобы раз и навсегда покончить с этими долгими мучительными ночами, скучными днями и однообразными рейсами. Прошлая команда, почившая с миром, когда он трофеем приволок на себе отключенного андроида из пиратского логова, никогда не вызывала у капитана подобных эмоций. Нельзя было сказать, что он к ним не привязался, что не чувствовал их поддержки и не мог на них положиться. Но сейчас на Астарте мирно спали самые "милые" жители обитаемых секторов космоса, известные в определенных кругах так хорошо, что Ричард полноправно считал их ровней своему образу психопата. Образ капитан хранил далеко и глубоко, и там никогда не светило ни одно солнце. Но отрицать сильной привязанности к нынешнему составу экипажа он тоже не мог.
  Впрочем, о своем психическом здоровье Рик уведомлял сразу же после знакомства с предполагаемым членом команды, ограничиваясь, правда, одной фразой: "Кстати, я имею набор весьма странных привычек".
  Хотя так мог сказать о себе любой, кто пережил хотя бы пару дальних рейсов с тайм-приводом в заднице. А уж то, что рано или поздно тайм-привод оказывался именно там, было неизменно, как светлый день. Ибо оказавшись где-нибудь в меловом периоде планеты Земля, каждый пилот желал засунуть этот самый привод разработчику в глухое узкое место пониже поясницы.
  - Красиво, да? - неожиданно спросил Рик после долгой паузы. Аннабель честно попыталась осознать, что именно ждет услышать в ответ от нее Ричард, но подходящего варианта не нашла.
  - Ты знаешь, как горит земля, Анна? - глухим голосом продолжил капитан, глядя на панораму звездного неба перед ним. - Знаешь, как один залп из крупнокалиберного плазмомета выжигает леса, реки, людей? Как плоть превращается за доли секунды в горстку пепла, как падают тебе под ноги твои вчерашние товарищи, умирая за хрен знает какую планету в хрен знает каком секторе Протектората... Как плавится песок, превращаясь в стекло, у тебя под ногами, как заживо сгорают сотни птиц на тысячах деревьев, как истлевают рыбы вместе с испаряющейся водой в метре от тебя, как по короткой связи отдают приказы бросать своих друзей и отходить на нулевую точку, как ты потом неделю не вылезаешь из запоя, стараясь забыть их лица, их крики в гарнитуре... Анна, ты знаешь, что такое дружба? Любовь? Преданность? Не просто тупое исполнение приказа, а настоящая преданность своему делу, своим товарищам, своей земле?
  Ричард зажмурился, до хруста сжав кулаки, потом несколько раз вздохнул, глубоко, медленно и продолжил все так же глухо, бесцветным тоном:
  - Когда тебя выбрасывает на планету в точке Ноль, ты сразу же перемещаешься в заданный квадрат, фиксируешь отряды противника по карте, которая висит бельмом прямо на внутреннем экране шлема брони. Потом ты методично и быстро зачищаешь заданный сектор, передвигаешься дальше, исполняя ту же функцию, проходя, как нож сквозь масло, через деревни, города, жителей, дома и детские учреждения. Ведь, враг коварен, как нам говорили, его не остановят милые построечки, романтичные рощицы и мнимая толерантность. Впрочем, как и этот сраный пацифизм, так хорошо отлаженный по всем каналам Протектората. А значит, ты должен стать машиной, военной машиной, сметающей на своем пути все возможные укрытия предполагаемого врага. И всем вокруг срать на то, что ты до сих пор жив, что до сих пор слышишь приказы и мольбы о пощаде. Противника надо уничтожить, и ты просто исполняешь приказ. Пусть ты даже и подполковник, а за твоей бронированной спиной дохрена юных и романтичных солдатиков. Знаешь, еще в докосмическую эру был такой мультфильм, "Оловянный солдатик". Простенький такой мультик, его сейчас бы даже смотреть никто не стал, а вот я как-то видел. Случайно, нашел в сети чудом сохранившуюся копию, пережившую своего создателя на несколько сотен лет. Впрочем, обращаясь к исторической достоверности, мультик был снят по книге, что сейчас совершенно не важно... так вот, мультик был, конечно, о любви, о добре и зле, о стойкости надежд, но... Но я лично думаю, что тот солдатик смог рискнуть именно потому, что было, ради кого и зачем. Он плохо кончается, Анна, не ищи его, ты не поймешь, что я хотел этим сказать... Просто для меня одноногий солдатик из олова стал примером совершения чего-то невозможного ради чего-то важного. А вот в работе на ХаСОМ, Протекторат или пиратов нет ничего такого, ради которого я бы прыгнул в огонь. Хотя... кажется, это уже не совсем о солдатах.
  Ричард внезапно улыбнулся, отрешенно погладив подлокотник кресла. Аннабель молчала. Ей почему-то не хотелось искать подходящих вариантов ответа. Внутри старпома игольчатым комом ворочались странные ощущения. У Аннабель было четкое ощущение, что это уже когда-то с ней случалось, но электронные цепи в мозгу агонизировали, пугая перегрузками, отключением и полной дефрагментацией искусственного интеллекта.
  - Ты потому и не понимаешь, насколько это красиво, - продолжил Ричард, - ты не понимаешь, как может быть красиво мирное небо, спокойный открытый космос, тишина вокруг. Иди-ка сюда, я тебе по пунктам расскажу, что я имею в виду, а потом ты забудешь наш разговор. Ты же хотела узнать, что такое быть человеком?
  Анна кивнула, поднимаясь на ноги. Она подошла и встала рядом с капитанским креслом. Ричард поднялся, обошел кресло сзади и встал за спиной Уискер. Он вытянул руку, касаясь плеча Аннабель.
  - Вот, смотри, - тихо начал он, - эта звезда, если нам не врет искин, называется Миландая...
  Рик просвещал старпома по поводу красоты и ее вариантов еще около получаса, до подъема команды перед прибытием оставалось совсем немного времени. Аннабель была прилежной ученицей, старательно пытаясь понять, запомнить и осознать все, что показывал и объяснял ей капитан. Электронная начинка сознания андроида решила пустить дела на самотек, умыв свои невидимые ручки и устранившись от участия в процессе обучения. Рик стоял за спиной Анны, почти вплотную касаясь ее, а в голове капитана то и дело проскальзывали две мысли:
  "Почему от нее так пахнет горькой полынью, отчаянно напоминающей мне Ганимед, и какого дьявола до сих пор не ерничает искин?"
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Кретов "Легенда 3, Легион"(ЛитРПГ) В.Кретов "Легенда 2, Инферно"(ЛитРПГ) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) М.Боталова "Темный отбор 2. Невеста дракона"(Любовное фэнтези) А.Верт "Пекло 2"(Боевая фантастика) К.Лисицына "Чёрный цветок, несущий смерть"(Боевое фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) А.Ефремов "История Бессмертного-3 Свобода или смерть"(ЛитРПГ) С.Панченко "Вода: Наперегонки со смертью."(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"