Романовская Ольга: другие произведения.

Академия колдовских сил. Часть 1: Салочки с демоном

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Оценка: 6.36*455  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Пишу, потому что осень и скучно. АМ, штампы в наличии. Все, какие есть. Академию выбрала именно из-за манечки на СИ.
    Адепты - народ любопытный. То книгу запретную откопают, то демона заходят вызвать. Вот и юная саламандра Малица решила попытать счастья... и попытала. С тех пор и начались её неприятности. С одной стороны - ректор с сюрпризом, с другой - нежданный жених, от одного имени которого хочется икать от страха, с третьей... Да там много сторон найдётся, но саламандры - существа вёрткие, выберутся.
    Текст выставлен не полностью, в черновом авторском первоначальном варианте в связи с изданием.
    Романовская О. Академия колдовских сил. Салочки с демоном: Роман / Рис. на переплете А.Клепакова - М.:"Издательство АЛЬФА-КНИГА", 2015. - 377 с.:ил. - (Романтическая фантастика) ISBN 978-5-9922-2018-6
    Тираж 4 000 экз.

    Купить в "Лабиринте"
    Купить на Риде
    Книгинг (для Украины)
    2 часть здесь: "Прятки с демоном".

  Часть 1. Жених
  
  - Да где же она? Точно помню, на этой полке стояла.
  Взобравшаяся на стремянку, то и дело вздрагивавшая от каждого шороха девушка удачно спряталась в тени стеллажей. Магический шар едва теплился над плечом, готовый погаснуть по щелчку пальцев.
  На полу валялась ученическая сумка - ранец из коричневой кожи с монограммой 'АКС' - Академия колдовских сил.
  Разумеется, ночью всем адептам полагалось спать, но некоторым очень хотелось знаний. Запретных знаний. Доставать их своими руками - слишком опасно, можно попасться, а вот подговорить второкурсницу - милое дело. Особенно, если на спор и на слабо.
  Малица прикусила губу от досады. Она потратила столько времени, чтобы добраться до преподавательского каталога, не поскупилась на конфеты местной библиотекарше и энергетический коктейль духу-охраннику, рисковала жизнью, едва не став ужином призрачных гончих, и ради чего? Чтобы вернуться с пустыми руками? Кристоф не оценит. Индира тоже. Они столько времени убили, чтобы спланировать операцию, раздобыли ловушку для духов: вдруг-таки встретятся ночные охранники?
  Может, другие и сдались бы, но не Малица тер Ирадос. Не в крови саламандр сдаваться. Юркие и любопытные, как и их стихия, саламандры считались бичом небес и хаоса. Преподаватели твердили: лучше учить гоблинов, чем этих созданий. Такие без злого умысла спалят всю Академию.
  Истинные саламандры рождались рыжеволосыми. Малица же пошла в бабку и из-за примеси её человеческой крови могла похвастаться пышной гривой каштановых волос с шикарным алым отливом. Поговаривали, будто та самая бабка, до того, как остепениться, вела весьма и весьма бурную жизнь, даже крутила любовь с демоном. Правда это или нет, Малица не знала, но демоны ей нравились. Ну и что, что рогатые, ну и пусть с хвостом в истинной ипостаси, зато какие у них тела! Сама Малица не видела, Индира рассказывала. Где юная эльфийка успела так тесно познакомиться с демонами, история умалчивала. К слову, Индиру официально звали Индерэль лор'Альен, но в Академии к ней так обращались только преподаватели.
  Кристоф казался лишним во всей этой компании. Подумайте сами: человек. Родственники в связях с другими расами не замечены, внешность самая обычная - шатен и шатен. Зато сколько ловушек сконструировали эти пальцы, сколько магических печатей взломали! Проректор говорил о нём: если не попадёт в тюрьму и не погибнет во время очередной показы, станет великим магом.
  На кого ровняться у Кристофа имелось, впрочем, иначе бы он и не попал в Академию. Желающие выстраивались в очередь перед приёмной комиссией с мая, писали номерки на ладонях, устраивали перекличку. Брали в Академию колдовских сил самых достойных из всех рас, населявших обе империи и человеческие королевства. Отчисляли потом тоже многих. Кого-то отсеивали экзамены. Иногда из жизни тоже: выпускников частенько бросали на практику в Сумеречье, а там могло случиться всё, что угодно.
  Индира и Кристоф учились уже на третьем курсе, но ещё в самый первый день Малицы в Академии взяли юную саламандру под крыло. Почему, они сами не знали, возможно, потому, что для проказ не хватало третьего. Или третьей, как в данном случае. Так или иначе, саламандра, эльфийка и человек сдружились и разлучались только на время лекций.
  Идею найти эту книгу подкинул Кристоф. Он учился на демонолога, пролистывал литературу по профилю и наткнулся на упоминание об интересном ритуале. Само собой, заинтересовался и решил провести. В итоге Малица балансировала сейчас на шаткой лестнице и гадала, куда могли переставить книгу, которой давно никто не пользовался.
  Усилив свет шара, Малица оперлась о полку и сверилась с мятым листочком. Ну да, шифр тот же. Вот номер раздела, вот номер полки - всё сходится. Юная саламандра удвоила усилия и победоносно вскрикнула, когда пальцы нащупали шершавый корешок. Малица потянула на себя том и охнула: он оказался тяжелее, нежели она думала. Тут бы пригодился Кристоф, но он дежурил у дверей. Придётся самой.
  - И почему я не сильф? - тягостно вдохнула Малица. - Подула бы и спустила книжечку на пол.
  Девушка оглядела свою добычу. Потёртая, обтрепавшаяся на углах кожа, никаких надписей, следы от цепей - значит, некогда гримуар, а это именно гримуар, приковывали к специальному пюпитру. Интересно, почему потом отправили в хранилище?
  Малица поёжилась и решила, что не станет открывать книгу в одиночку. Все гримуары небезопасны, может, внутри до сих пор живёт дух-охранник? Втроём, безусловно, они его одолеют. Если на то пошло, из троицы вышла отличная команда: демонолог, целительница и стихийный маг. Малица надеялась, на полевой практике им дадут совместные задания. Ну и пусть она младше на год (но только академический: саламандре, так же как и её приятелям исполнилось девятнадцать), разве это повод разлучать их? В конце концов, задача практики - создать боеспособные команды, которые по окончанию учёбы могли бы заступить на государственную службу. Увы, выпускников было много, а вот сработаться могли единицы. Маги - народ свободолюбивый, предпочитают одиночество.
  Саламандра максимально выдвинула том и, охнув, прижала к груди, чтобы тут же поставить на полку.
  Нет, так не пойдёт, непременно уронит. Что будет! Хотя, понятно, что будет. Взвоют охранные чары, слетятся духи, сбегутся преподаватели, ещё призрачных гончих спустят. Этих чудовищ, способных перемещаться по теням, боялись даже старшекурсники. Поговаривали, будто призрачные гончие участвовали в Диких охотах демонов. Малица охотно верила. Ей хватило одного взгляда на зубастые пасти и горящие (в буквальном смысле!) глаза, чтобы уяснить: встречаться с гончими она не желает.
  Страшных охранников завёл нынешний ректор. Откуда он их взял, загадка, но каждую ночь территорию Академии колдовских сил патрулировали тени. Вот и сегодня, когда шальная троица, оставив вместо себя муляжи в постелях, кралась к библиотечной башне сердце то и дело замирало от страха. Вдруг на плечо упадёт холодная слюна, а за спиной окажется одна из гончих? Каждая ростом с крупного телёнка, хотя и это не предел.
  Впрочем, в спокойном состоянии призрачные гончие ничем не отличались от обычных собак. Разве только странным окрасом: серебристым. А так - обычная крупная собака.
  С наступлением сумерек же глаза наполняло пламя. Гончие разминали мускулистые тела, поднимали морды к небу и оглашали Академию воем, от которого дрожала посуда в столовой.
  Многие жаловались ректору на неудобства, которые причиняли охранники, он лишь отмахивался. Потом, правда, что-то сделал, и гончие перестали выть. Малица уже не вздрагивала по вечерам, а вот Индире и Кристофу пришлось пережить немало неприятных минут.
  Призрачных гончих содержали в особом вольере за службами. Кормили их демонологи: других те просто не подпускали. Вопреки рассказам, которыми пугали старшекурсники абитуриентов, гончие адептов не ели, а любили молочные продукты. Именно в молоко, приготовленное для собачек, Индира и подлила сонное зелье. Эльфийка не особо надеялась, что поможет, но, видимо, общая магия действовала даже на призрачных гончих.
  Малица задумалась. Книга тяжёлая, так? Отнести Кристофу её надо, так? Учишься на стихийного мага, так? Так и используй магию.
  Саламандра наморщила носик, припоминая лекции по бытовой магии. Какое счастье, что этот предмет она любила! Впрочем, как и все практические дисциплины за исключением целительства. Тут уж как Малица ни билась, ничего не выходило. В итоге саламандра без труда вспомнила нужное заклинание. Оставалось надеяться, она ничего не перепутает.
  Малица провела рукой над томом и представила, как он превращается в пушинку. Подождала, пока мозг зафиксирует картинку, и прошептала: 'Асардо!' Затем попробовала вновь поднять гримуар и чуть не завизжала от радости. Есть, сработало! Прижимая книгу к груди, саламандра осторожно спустилась. Тут с ношей пришлось временно расстаться: как иначе отнесёшь лестницу в подсобку?
  Чуть поскрипывал паркет под ногами. Сквозь плотно закрытые ставни читального зала не проникало ни лучика света.
  Малица, пыхтя, кралась к кладовке. Ключ от неё саламандра выпросила у библиотекарши за конфеты, не одну коробку в кондитерской лавке купила. Соврала, будто не успевает подготовиться к семинару. А вот печати на Запретном хранилище взламывал Кристоф. Ему же предстояло их аккуратно восстановить, чтобы никто не заподозрил вторжения.
  Поставив стремянку и заперев кладовку, Малица вернулась за книгой.
  - И что это мы тут делаем? - раздался за спиной вкрадчивый голос, от которого волосы встали дыбом.
  Саламандра вскрикнула и выронила драгоценный фолиант.
  Магический шар тут же вспыхнул на полную мощность, и ослеплённая Малица часто-часто заморгала.
  Следующей мыслью стало: 'Мамочки, лучше к гончим!' Сам ректор! Попалась, так попалась!
  Саламандра затравленно заметалась взглядом по комнате в поисках камина: родная стихия помогла бы уйти, материализовавшись в любом месте, где горит огонь, но увы, в хранилище таковых не полагалось.
  Ректор же откровенно наслаждался ситуацией.
  Не зря, ох, не зря, его поднял из постели один из духов-охранников! Лорд даже толком одеться не успел, поспешил проверить, а тут такое.
  - Ну что, сами ко мне в кабинет пойдёте? - с ленцой протянул ректор и погасил свечение активированного артефакта. - Книжечку заодно прихватите. О чём она?
  Лорд Ариан нейр Эльдар ти Онеш сделал небрежный пас рукой, и гримуар, будто пушинка, скользнул ему в ладони. Пронзительные зелёные глаза, которые западали в сердце каждого первокурсника на церемонии посвящения - уж больно они необычные, будто изумруды, и острые, как кинжалы, скользнули по обложке, губы расплылись в гаденькой улыбке.
  Воспользовавшись ситуацией, Малица рванула к выходу, надеясь добраться до камина в читальном зале. Тогда она спасена. Уж огонь-то саламандра зажечь сумеет, доли мгновения хватит.
  - Адептка Ирадос, мы не договори! - рявкнул в спину ректор, и в следующий миг девушка оказалась лежащей на полу.
  Волшебная нить надёжно спеленала ноги. Как ни силилась Малица разорвать её, ничего не получалось.
  Ладони вспотели от страха.
  Саламандра, не мигая, смотрела на приближавшуюся высокую фигуру в домашних мягких брюках и рубашке навыпуск и гадала, что с ней сделает ректор. Тут уж как повезёт. Все знали, лорд Онеш бывает быстр и жесток на расправу, к слезам оставался равнодушен. Но иногда наказание оборачивается всего лишь выговором и общественными работами.
  В любой другой ситуации Малица бы воспользовалась шансом рассмотреть ректора, так сказать, в приватной обстановке, без строгого костюма. Лорд ведь ещё и привлекательный мужчина, в том самом возрасте, который принято называть 'в самом соку'. Уже не молод, но ещё не стар. Впрочем, достоверно сказать, сколько Ариану нейр Эльдар ти Онешу лет, могли достоверно сказать только при дворе, даже для преподавателей это оставалось тайной. Ректор не распространялся о таких вещах.
  Вызывала сомнение и расовая принадлежность лорда. Зеленоглазый брюнет с короткой стрижкой мог оказаться кем угодно, но уж точно не чистокровным человеком: слишком необычный цвет радужки. Помнится, вездесущие адепты уже пытались разгадать эту тайну, обманом добрались до личного дела ректора, однако их постигло разочарование: соответствующую строку оставили пустой. Не порадовали и остальные листы: лорд не пожелал вписать ничего, кроме имени и научных званий. Имел право. Император знает, другим не следует.
  Но Малица сейчас думала совсем о другом: она пыталась понять, что плещется в глубине зелёных глаз. Пожалеет или устроит показательную порку?
  - Адептка Ирадос, - ректор взял себя в руки и говорил спокойно, с лёгкими менторскими нотками, - я крайне недоволен. Придётся написать вашим родителям.
  - Не надо! - пискнула саламандра и непроизвольно растёрла мочки ушей: ей представилось, как отец за эти самые уши оттаскает.
  И если б только за уши - отчислят из Академии, всё мягкое место ремнём отобьёт.
  Лорд проигнорировал реплику адептки и навис над ней карающим правосудием, потрясая украденной книгой. Та зажмурилась, приготовившись исчезнуть в зеве портала, но вместо этого услышала крик Кристофа:
  - Беги, я прикрою!
  В следующий миг в нос ударил едкий запах дыма.
  Закашлявшись, саламандра с удивлением поняла, что вновь способна двигаться, и поползла к выходу. Потом и вовсе побежала, понимая, для ректора дымовая шашка не проблема.
  Стремительный прыжок к камину. Знакомая вязь заклинания срывается с пальцев, а вслед за ней и юная саламандра ныряет в пламя, чтобы, тяжело дыша, выйти уже в гостиной женского общежития. Огонь там, уходя, предусмотрительно зажгла сама Малица.
  Саламандра отряхнулась от золы и осторожно вылезла из камина. Её всё ещё била крупная дрожь. Обхватив себя руками, Малица с тревогой глянула в темноту. Ректор узнал воровку, наказания не избежать. Но лучше бы не сейчас, а потом, когда лорд немного остынет.
  Мелькнула шальная мысль: вдруг вся тяжесть ректорской руки ляжет на Кристофа, а на долю Малицы достанутся только назидания? Не хорошо, конечно, он ведь друг. Зато мужчина, третьекурсник и демонолог.
  А ведь ещё Индира, она караулила на лестнице. Успела ли сбежать, или лорд и её заприметил.
  Малица зябко передёрнула плечами и отважилась зажечь тусклый магический огонёк: пусто. Что ж, нечего ждать у моря погоды, нужно возвращаться в спальню. Не хватало ещё, чтобы соседка проснулась!
  Саламандра потушила огонёк, сняла туфли и покралась к выходу. Ковёр приятно покалывал босые ступни.
  Сердце гулко стучало в груди.
  Не удержавшись, в коридоре, до того, как скользнуть к своей двери, Малица выглянула в окно и заметила тень, скользнувшую между деревьев. Саламандра задержалась, надеясь, что это Индира. Предчувствие не обманули: через пару минут к ней подбежала запыхавшаяся эльфийка. Она тоже разулась и размахивала туфлями, будто пращой. Длинные, заплетённые в косу волосы, растрепались, на бледных щеках проступили пятна волнения.
  - Уфф, еле вырвалась! - Индира плюхнулась на пол и немного перевела дух. - Думала, он гончих по следу пустит!
  - Видел? - Малица с тревогой огляделась.
  Пока тихо, но спокойствие обманчиво.
  Эльфийка энергично замотала головой.
  - Кристоф?..
  - Попал как индюк в суп, - махнула рукой Индира. - Там такая иллюминация! Ты-то как сбежала?
  - Кристоф помог, - смущённо ответила Малица и отвела глаза. - Только ректор всё равно видел.
  - Плохо! - цокнула языком Индира и потёрла лодыжки. - Надо придумать, что соврать.
  Эльфийка задумалась, а потом предложила:
  - Скажи, спор проиграла. Старшекурсникам. Знать не знаешь, что в той книге. Шифр они дали. Сказали, не принесёшь... - тут она ненадолго помолчала, нахмурив носик. - Не принесёшь, кукарекать на ярмарке заставят. Кристоф же одну не бросил, пошёл помогать.
  - Не поверит! - с тоской протянула Малица. - Лорд не дурак.
  - Не дурак, - согласилась темнота, и на плечо саламандре легла тяжёлая рука. - Подъём, леди. Куда идти, вы сами знаете. Обе. И без фокусов, а то действительно гончих направлю.
  Ректор хмыкнул и легонько подтолкнул Индиру в спину. Та покорно поднялась, гадая, слышал ли лорд разговор целиком или появился только сейчас.
  Интересно, она когда-то научится так неслышно открывать порталы? Ведь даже волосок не шевельнулся. Индира тоже ничего не заметила. Значит, стоял в портале, между двумя мирами.
  Эльфийка тяжко вздохнула и с придыханием и дрожью в голосе спросила:
  - Может, не надо, милорд? Мы больше не будем.
  Для пущего эффекта похлопала ресницами: вдруг ректор в темноте видит?
  Увы, не помогло.
  - Не тратьте силы, леди, - отчеканил ректор и зажёг магический шар. Обе девушки синхронно заморгали, прикрывая глаза. - Я не ваш отец или жених, не поможет.
  Лорд успел переодеться и предстал перед адептками уже в пристойном виде: отуженные брюки, белая рубашка, серый жилет. В руках ректор сжимал небольшой магический жезл. Даже на первом курсе знали, какой силой обладает подобная штучка. Ей владели только дипломированные маги. Неудивительно: сила, заключённая в жезле, способна разорвать человека. Его брали с собой на патрулирование или при зачистке местности от нечисти. Очевидно, лорд решил, что две подружки представляют опасность.
  Ректор бегло оглядел девушек и хмыкнул, оценив внешний вид обеих. Босые ноги с грязными поджатыми пальцами, наспех надетая прямо на ночные рубашки форма, растрепавшиеся волосы.
  - И это будущие маги! - с укором покачал головой он.
  Девушки покраснели и спрятали туфли за спину.
  - Прошу! - лорд посторонился, открывая портал.
  С видом осуждённых на казнь подружки шагнули в ректорский кабинет. Там их уже дожидался Кристоф. Судя по двум красным пятнам на щеках, парню уже досталось.
  Малица ещё никогда не бывала в ректорском кабинете и, несмотря на волнение и смущение, не упустила случая осмотреть его.
  Лорд Онеш пригласил их в рабочий, в Административной башне. Казалось, тут можно без труда разместить целый класс.
  Никаких стенных панелей или обоев - суровая каменная кладка. Много всевозможных шкафов, открытых и закрытых, и полок, которые занимали большую часть пространства. Камин с химерами и кочергой в виде змеи. Стол, способный выдержать землетрясение: настолько прочный. Старинный, сейчас таких не делали. Древесина потемнела, местами виднелись щербинки. Стол достался лорду в наследство от предшественника, и нынешний ректор не стал ничего менять.
  Никаких ковров: вытопчут. Только под креслом - шкура рыси. В ненастную погоду лорд перетаскивал её к камину и устраивался с бокалом вина проверять очередные скучные бумаги или сочинять должностные инструкции.
  Помимо этого, в кабинете имелся секретер и четыре стула для посетителей.
  Малица испытала лёгкое разочарование. А как же чучела нечисти из Сумеречья? Вместо них - карта империи. Скучно. Даже свечи в канделябрах обычные. Их давно не зажигали, держали для красоты.
  На столе лежали три личных дела. Чьи, спрашивать излишне.
  Кабинет тонул в сумерках: случайно или намеренно ректор зажёг шар только над рабочим столом. Из углов к ногам тянулись густые лиловые тени. В них мерещились огненные глаза призрачных гончих.
  - Кристоф, - Индира осторожно придвинулась ближе к приятелю и со страхом покосилась на широкоплечую фигуру ректора, - он тебя?.. Ты как?
  Юноша скорчил страдальческую мину. Лорд всего за пару минут уже успел убедить Кристофа в бренности его существования и великом будущем за решёткой. Лучше бы ударил, честное слово! Некоторые преподаватели могли, - легко! - но ректор доходил до рукоприкладства только в крайних случаях и ограничивался пощёчиной. Аристократ до мозга костей.
  Подумав, эльфийка обулась. Саламандра последовала её примеру и одёрнула задравшуюся после всех передряг юбку.
  По пальцам блуждал оранжевый огонёк: когда Малица нервничала, он иногда вырывался наружу. Вреда причинить не мог, только если видоизменить его структуру. Так же огонь всего лишь напоминал о родной стихии саламандр.
  Смерив троицу тяжёлым взглядом, ректор уселся за стол. Тот как нельзя лучше подходил для широкоплечего, далёкого от женской стройности эльфов лорда. В то же время, ректор не казался грузным. Сложение пропорционально росту и роду занятий. Магам, вопреки общественному мнению, приходилось не только заклинания творить, но и орудовать мечом, подтягиваться, прыгать - словом, заниматься физическим трудом.
  Красота ректора тоже была не слащавой. О таких не мечтали школьницы, но любили женщины, которые ценили мужественность и силу. Грубые, но между тем притягательные черты, выдавшие человека упрямого, волевого и решительного.
  - С вами, молодой человек, мы уже поговорили, - лорд, наконец, нарушил затянувшееся молчание. - Теперь вы, адептки. Признаться, не ожидал. Я понимаю - крестьяне, но все ведь из благородных семейств. Начнём с вас, лор'Альен. Высокородная эльфийка - и босиком по саду, будто кикимора какая.
  Ректор наморщил нос, а Индира трагически вздохнула. На самом деле она ничуть не стыдилась своего поступка. Поступать, как положено, - это же так скучно!
  - Учтите, всё напишу родителям, - предупредил лорд и обернулся к Малице. - Теперь вы, Ирадос. Вас застали на месте преступления, не ваш друг, даже не староста, а ректор. Чем вы думали, когда бросились бежать? И самое главное, вопрос адресован всем троим, зачем вам книга по демонологии? Учтите, - голос ректора гремел, в глубине глаз сверкнул огонь, - вам очень повезло, что я пресёк ваши занятия. Если бы они увенчались успехом, беседовали бы с дознавателями.
  Дознавателями? Малица возмущённо глянула на Кристофа. Он не предупреждал, что проказа сопряжена с преступлением! Будущий демонолог развёл руками и одними руками шепнул: 'Потом объясню'.
  - И что же мне с вами делать? - ректор успокоился и теперь задумчиво постукивал пальцами по личным делам. - Исключить? Попытка вызова демона...
  - Мы никого не вызывали! - смело прервал лорда Кристоф. Вскинув голову, он смело смотрел в глаза лорда. - Даже не собирались. Меня совсем другой раздел интересовал.
  Губы ректора тронула усмешка. Покачав головой, он раскрыл первую папку.
  Троица замерла, даже дышать перестала.
  - Итак, Кристоф Нойр, - в пальцах ректора возник карандаш. Острие уперлось в верхнюю строчку с именем адепта. - Несомненно, заводила всей компании. Исключить бы вас, Нойр, за вашу выходку. Дымовую шашку - в директора учебного заведения! Но жаль терять хорошего мага.
  - Не зазнавайтесь, - лорд тут же спустил Кристофа с небес на землю, - я об империи пекусь, ей солдаты нужны. Вот поедете в Сумеречье. Не сейчас, потом, если не доиграетесь. Ещё один раз, повторяю, - ректор метнул на юношу быстрый взгляд, - один, и вы вылетите отсюда без права восстановления. Наказание - кормите призрачных гончих.
  Кристоф сглотнул. Подруги сочувственно глянули на него и взялись за руки, надеясь, что горькая чаша их минует.
  - Срок - две недели, - припечатал ректор и сделал пометку в личном деле.
  - Теперь лор'Альен, - лорд пододвинул вторую папку. - Дежурство в лазарете. Десять дней. Лечить, драить, выносить. Ясно?
  - Ясно, - обречённо вздохнула Индира.
  Она уже ненавидела лазарет Академии - хватало занятий, а тут придётся в нём чуть ли не ночевать.
  Малица ожидала своей очереди, не сомневаясь, ректор заготовил для неё не менее противное наказание.
  - Ирадос, - саламандра осмелилась поднять голову и тут же потупилась, встретившись с пристальным обжигающим взглядом лорда Онеша. - Помощь духам-охранникам. Раз любите гулять по ночам, отрабатывайте. Дежурство два через два до конца месяца. Днём же поможете библиотекарю, ей рук не хватает. Все трое. Лично проверю, чтобы не отлынивали! Книгу же я оставляю себе. А теперь свободны.
  Ректор махнул рукой, открывая портал. Адепты вежливо попрощались и шагнули в зев телепорта. Он вынес их в холл женского общежития. Очевидно, ректор посчитал, что Кристоф прекрасно доберётся до комнаты сам.
  Малица с укором посмотрела на друга. Тот лишь развёл руками.
  - Если кому следует обижаться, то это мне, - фыркнула Индира. - Я не за что пострадала, просто рядом с Малицей стояла.
  - Ладно, девочки, мир! - вскинул руки Кристоф. - Мы легко отделались. Вы особенно. Лорд Онеш мне мозги промывал, а не вам. А всё потому, что кое-кто, - он бросил взгляд на саламандру, - не сумел найти книгу. Теперь придётся красть её из ректорского кабинета.
  - Кристоф! - хором шикнули девушки.
  Будущий демонолог стушевался и поспешил откланяться.
  Подруги же понуро разбрелись по своим комнатам.
  
  - Страшно? - Малица с сочувствием смотрела на Кристофа.
  Тот укладывал в корзину крынку с молоком и говяжьи отбивные.
  - Страшно, - не стал отпираться юноша. - Только деваться некуда.
  Малице предстояло заступить на дежурство вечером, а вот Кристофу предстояло кормить призрачных гончих сразу после занятий.
  Троица ждала, что на первой же лекции их позовут встать перед кафедрой и расскажут, чем они занимались ночью. Но ректор оказался на редкость человечным: не отдал соответствующих распоряжений. Друзья гадали, почему. По сути, Кристофа должны были исключить. Будущий демонолог догадывался: лорд не желал терять сработавшуюся команду. Пусть они пока ещё студенты младших курсов, ничего не умеют, но чем раньше маги становятся в пары или, как здесь, в триады, тем лучше.
  - Интересно, лорд-ректор написал отцу, как грозился? - Индира наматывала на палец прядь волос.
  Она тоже переоделась, сняла школьную форму и облачилась в бесформенные брюки и свободную рубашку - идеальную, по мнению эльфийки, одежду для лазарета. Хрупкая высокая Индира в ней казалась скелетиком, невольно хотелось помочь. Хитрая эльфийка на это рассчитывала. Вряд ли старшекурсники останутся равнодушны к плаксиво поджатым губам и вселенской тоске во взоре. Индира охотно поведает им о зверствах ректора, который велел посадить нерадивую адептку на хлеб и воду в подвале. А чтобы история казалась достоверной, похлопает ресницами. Глядишь, и не придётся мыть полы и заниматься прочей чёрной работой: в лазарете постоянно дежурят пятикурсники-целители.
  - Не написал, лично сказал, - вздохнула саламандра. - Мне уже выволочку устроили, замуж грозили выдать.
  Неприятный разговор состоялся с утра, до занятий. Рассерженное лицо матери возникло в пламени камина общей гостиной. В отличие от юных саламандр, взрослые и опытные умели разжигать магический огонь на расстоянии и разговаривать с сородичами с помощью проекций. Создавалось впечатление, будто собеседник здесь, хотя он находился за сотни, а то и тысячи миль - расстояние не имело значения. Единственное, чем дальше саламандра, тем слабее её облик и тише голос.
  Малица пока не владела этим умением и для разговоров пользовалась живым пламенем или амулетом связи.
  Госпожа Ирадос-старшая хмурилась и сразу перешла к сути.
  - Думаешь, приятно, когда тебя будит весточка от ректора Академии колдовских сил? - бушевала она. - Что ты натворила, раз потревожила покой благородного лорда? Учти, Малица, я не посмотрю, что ты там адептка, стихийный маг и всякое такое, за уши оттаскаю и под замок запру. И выпущу только, чтобы 'да' жениху сказала.
  - Не скажу, - упрямо мотнула головой Малица.
  А в голове вертелось:
  - Неужели посватался кто?
  Могли. Саламандры всегда ценились, на них частенько женились человеческие маги, чтобы увеличить собственную силу. Не брезговали и выходцы из второй, Закрытой империи. Их не жаловали, потому как ничего хорошего от вампиров, оборотней и тёмных магов всех мастей ждать не приходилось, но они умели настаивать, частенько делали предложения, от которых невозможно отказаться. Могли и пригрозить.
  Что случалось с саламандрами, выданными замуж за таких субъектов, никто не знал: Закрытая империя на то и Закрытая, чтобы надёжно хранить свои секреты.
  - Скажешь! - взвизгнула мать и пригрозила дочери пальцем. - Учти, ещё одна выходка, иду к отцу. Пусть ищет тебе мужа.
  Огонь в камине вспыхнул и погас.
  Малица с облегчением провела рукой по лбу. Уж лучше столь нелюбимая рунология, чем разговоры с матушкой. Она истинная саламандра - горячая, взрывная, только отец укротить и может.
  - Демоны! - нахмурился Кристоф и, вспомнив о тяжёлой руке отца, потёр пятую точку.
  Индира тоже пригорюнилась, рисуя пальцем зигзаги на собственной рубашке. Пусть её родители, как все эльфы, не опустятся до ругани и физических наказаний, но с рук дочери поступок всё равно не сойдёт. Индира догадывалась, придётся наносить визиты всем дальним родственникам и на каникулах заниматься с преподавателем этикета. Последний эльфийка ненавидела, но никуда не денешься, если родилась леди. Какое счастье, что они не принадлежат к королевской семье, а то бы Индира взвыла. Но она и так с радостью сбегала от чопорной светской жизни Светлого королевства, затерявшегося среди человеческих государств. Приёмы, званные обеды и ужины, пикники, больше походившие на выездные уроки хороших манер, - нет, лучше беззаботное веселье ярмарки. Академические балы тоже ничуть не хуже эльфийских и уж точно созданы для развлечения, а не для унылых разговоров.
  - Ладно, пошёл я, - вздохнул Кристоф и повесил корзинку на локоть. - Кто со мной?
  - Мне нельзя, - развела руками Индира, мельком глянув на часы на кухонной стене. - Если не явлюсь через десять минут, срок наказания продлят. Удачи, Крис!
  Эльфийка чмокнула друга в щёку и ушла.
  Малица же подхватила вторую корзину и поплелась вслед за Кристофом. Её первое дежурство только завтра, можно и сходить, помочь. Вдвоём не так страшно.
  После уборки в библиотеке болели руки и спина, но лорда Онеша это мало волновало. Он, как и обещал, лично зашёл проверить, не отлынивают ли адепты от наказания. Постоял, посмотрел, кивнул и ушёл, не промолвив ни слова.
  До конюшни дошли весело, подбадривая друг друга всяческими прибаутками, дальше же ноги начали заплетаться, а уверенность таяла с каждой минутой.
  - Может, я пойду? - нервно спросила Малица, в который раз оглянувшись на библиотечную башню. Вытирать пыль и перебирать каталог - не так уж плохо. - Тебя же наказали.
  - Нет уж, - мотнул головой Кристоф, - вместе и до конца.
  Саламандра обречённо кивнула и толкнула калитку на задний двор.
  Вольер призрачных гончих занимал всё пространство до ограды: псы любили бегать. Пока их не было видно, но адепты знали, гончие прячутся в какой-нибудь тени.
  Провинившихся студентов встречал куратор демонологов - хмурый мужчина с рассечённой красным рубцом бровью. Он кивнул Кристофу и недовольно глянул на Малицу. Та смутилась и промямлила приветствие.
  - Да уж недобрый вечер, адептка Ирадос! - хмыкнул преподаватель. - Вы-то что тут делаете?
  - На собачек пришла посмотреть, - ляпнула первое попавшееся саламандра.
  Демонолог расхохотался.
  - Собачек! Скажете тоже! Да они проглотят и не поперхнутся. Поэтому, - голос преподавателя посуровел, - корзинку приятелю, а сами на пять шагов назад. Не кричать, руками не махать, не бегать.
  - И не дышать, - мрачно пошутил Кристоф.
  Куратор обернулся к нему, глянул, как на несмышлёныша, и подтвердил:
  - Да, и не дышать, Нойр.
  После подошёл к ограде вольера и коснулся её рукой. Под изумлённое аханье адептов она истончилась, образовав проход.
  - Ну, чего стоим? - демонолог нетерпеливо обернулся к Кристофу. - Они ждать не будут, съедят вас, Нойр, а Ирадос закусят. Вот уж свели вы знакомство! - мужчина с укором глянул на Малицу. - У всех мальчики, у вас - Нойр.
  - Может, у нас любовь, - гордо вскинув голову и расправив плечи, будто старался казаться внушительнее, чем есть на самом деле, басовито возразил Кристоф.
  - Любовь! - демонолог прыснул в кулак. - Ой, не смешите меня, Нойр, лучше топайте сюда, я вечно контур держать не стану, а собачки заждались.
  Разом растеряв всю важность, ссутулившись, Кристоф шагнул к ограде. Преподаватель чуть посторонился, пропуская его, и тут же встал за спину ученику, готовый в любую минуту отразить нападение призрачных гончих.
  Кристоф сделал пару шагов и в растерянности остановился. Что дальше?
  - Налей молоко в корыто и быстро уйди, - подсказал демонолог. - Когда напьются, посвисти и кидай мясо через силовой полог.
  Юноша сглотнул и на негнущихся ногах пошёл к корыту. Губы шептали одно из вербальных защитных заклинаний. Оно вряд ли спасёт от призрачных гончих, но хоть немного успокаивало.
  Краем глаза Кристоф уловил движение. Серебристая тень скользнула из-за деревьев ему за спину.
  - Фу, место! - забеспокоившись, крикнул демонолог. На пальцах заискрилась магия, готовая в любой момент сорвать заклинанием. - Нойр, осторожнее, сзади!
  Кристоф дёрнулся, едва не выронив корзину, обернулся и встретился взглядом с пылающими углями глаз. Они принадлежали кобелю. Тот превосходил Кристофа в росте и явно не питал добрых намерений. Шерсть вздыблена, хвост опущен.
  - Богиня-Мать! - в ужасе выдохнула Малица.
  Прижав ладони к щекам, она, окаменев, следила за псом.
  Какие ж они огромные! До этого саламандра мельком видела суку и перепугалась до смерти, а теперь кобель. Этот проглотит и не подавится.
  - Нойр, не двигаться, не колдовать, не кричать! - демонолог сотворил ловчую сесть и теперь заходил к кобелю сбоку, чтобы накинуть.
  Землянисто-бледный Кристоф сжимал ручку корзины так, что, казалось, переломится. Глаза превратились в два блюдца, губы сжалились и тоже побелели. Но ничего, держался, не паниковал. Впрочем, что ему ещё оставалось.
  Призрачная гончая подняла голову и завыла. От этого звука кровь стыла в жилах, а сердце переставало биться.
  Казалось, все звуки стихли. Малица не удивилась бы, если бы адепты попрятались за дверьми общежития. Она бы тоже с радостью сбежала, только не могла: приросла к месту. Тело покрылось мурашками, а в голове крутилось: 'Конец!'
  Демонолог выругался. Малица глянула на него и охнула. Рядом материализовалась ещё одна гончая, не такая большая, но не менее устрашающая. Чуткий глаз различил неподалёку готовых присоединиться к товаркам остальных собак.
  Сеть накрыла кобеля, когда тот изготовился к прыжку, а молния заклинания расшвыряла в сторону двух сук, ринувшихся на подмогу вожаку.
  По вольеру прокатился грозный рык.
  - Кьядаш! - выругался демонолог, нарушив правила преподавательской этики, запрещавшей такие крепкие выражения при адептах. Однако ситуация была настолько нешуточной, что тут не до приличий. - Бездне вас в глотку! Ирадос, бегом за ректором!
  - Но...
  - Бегом, я сказал! - рявкнул преподаватель, отбив очередную попытку нападения.
  Прыгнув к Кристоферу, он окружил их обоих прочным щитом и занял круговую оборону.
  Малица попятилась, не сводя полных ужаса глаз с окружённых голодными гончими мужчин, а потом побежала.
  Показалось, или за спиной что-то шелестело?
  Липкий страх искорками огня выплеснулся наружу.
  Плохо соображая, что делает, Малица вытянула огонь и позволила языкам пламени заплясать на ней. Зажмурилась и, понадеявшись на удачу, представила ректорский кабинет.
  На шею упало что-то холодное. Слюна?
  Заклинание не сработало, и Малица в отчаянье прошептала имя лорда, надеясь, её перенесёт к нему. Или же... Или же саламандру растерзает призрачная гончая.
  Странно, но получилось. Вернее, получилось уйти, только вот куда?
  Малица, пролетев, казалось, всю Вселенную, со всего размаху рухнула на пол, проехавшись носом по каменным плитам. Ожидаемо пошла кровь. Саламандра тоненько застонала и поползла. Куда, неважно. Где, неважно, лишь бы ползти.
  Ухо уловило топот ног. Потом послышались возбуждённые голоса, среди которых саламандра с радостью узнала голос лорда Онеша. Она чуть не расплакалась от счастья, хотела рассказать о нападении, но не смогла: язык присох к нёбу.
  - Идиотка! - ректор подхватил под мышки и вздёрнул Малицу на ноги. - Вы головой думали, Ирадос? А если б не засёк, не выдернул? Вы хоть понимаете, чем могло всё закончится?
  - Чем? - по инерции спросила саламандра.
  Голова её моталась, как у куклы, мир перед глазами штормило.
  - Смертью или серьёзным увечьем. На кухню надо было бежать, к очагу!
  Лорд подхватил Малицу под руку и швырнул в портал вслед за собой. В точно таких же порталах скрылись ещё несколько преподавателей.
  - Да связался он со мной! - рыкнул ректор, когда, немного придя в себя саламандра передала просьбу демонолога. - Мы вас искали.
  Малица удивлённо вылупила глаза, но никто ничего объяснять не собирался. Оставалось только догадываться, что это как-то связано с перемещением в пространстве.
  При виде вольера и дюжины крепких гончих, бродящих на свободе, Малица вновь забыла, как дышать. Радовало, что мужчины пока живы. Недаром преподаватель ел свой хлеб!
  Жестом приказав остальным не двигаться, ректор смело шагнул навстречу гончим, посвистал и похлопал по бедру. Те навострили уши и в два прыжка оказались рядом. Саламандра думала - разорвут, но гончие начали ласкаться. Одна положила лапы на плечи лорду и принялась лизать лицо. Другие, ревнуя, лаяли и тёрлись о брюки.
  - Стоять! - крикнул ректор.
  Призрачные гончие мгновенно замерли, только горящие глаза пристально смотрели на лорда.
  - Я что говорил? - хмурился ректор. - Не трогать. Я говорил: не трогать! - голос его повысился до крика.
  И тут лорд сделал невозможное, по мнению Малицы: ударил вожака по уху. Тот заскулил и осел на задние лапы, закрыв морду лапами.
  - Я очень недоволен, - продолжал ректор. - Вернулись в вольер и ни звука! Только ночью и только на нарушителей. Ясно?
  Гончие закивали. Саламандра могла поручиться, они понимали слова лорда. Невероятно!
  Покорно, друг за другом, псы, поджав хвосты, побрели обратно в вольер.
  Лорд вывел демонолога и Кристофа, задал гончим еды и замкнул контур.
  - Ничего доверить нельзя! - недовольно пробурчал он. - Учтите, Нойр, это в первый и последний раз, когда я вам помогаю, дальше сами. И повторите правила общения с дикими зверьми, вы преступно беспечны. А вам, - лорд развернулся на каблуках к преподавателю демонологии, - строгий выговор. Пустили мальчишку одного!
  Полыхнул портал, и ректор скрылся в нём, не проронив больше ни слова.
  - Да-а! - междометием выразил общее мнение преподаватель боевых дисциплин. - Призрачную гончую - и по ушам!
  - Ему можно, - авторитетно заявил проректор и таинственно улыбнулся в усы. - Лорд Онеш привык общаться с такими.
  Все взгляды тут же обратились на Нэйла тер Лиса, но тот не проронил больше ни слова. Знал что-то о ректоре и скрывал.
  Преподаватели разошлись. Гончие тоже. Остались только Малица и Кристофер. Последний привалился к сарайчику и тяжело дышал. Ворот рубашки жал, и юноша расстегнул его до груди.
  - Они тебя не цапнули? - заботливо спросила саламандра, подошла и присела рядом с другом на корточки.
  Кристоф помотал головой. Он напоминал зомби, даже так же отливал зеленцой, только дышал.
  Но, наконец, Кристоф отмер, встрепенулся и начал ругать себя. Мол, какой из него демонолог, если он поддался панике. Малица, как могла, успокаивала его, но Кристоф не слушал. Потом, правда, нахмурился и спросил:
  - А с тобой что случилось? Отчего ректор так ругался?
  Саламандра удивлённо глянула на него. Не иначе от переживаний Кристоф повредился разумом, лорд кричал на неё в одном из коридоров Академии.
  Кровь!
  Рука Малицы тут же метнулась к носу.
  Кровь идти уже перестала, но лицо и одежду попортило. Нужно сходить в лазарет, пусть Индира посмотрит. Всё же Малица знатно приложилась, мало ли чего. Да и нос болит. Уж не сломала ли?
  - Крис, у меня с лицом всё нормально?
  Юноша покачал головой.
  - Так что, Аля? - друзья называли Малицу именно так. Официальные имена никто из них не любил. - Ректор просто так с матюгами в портал не ринется. Людаш ведь по амулету связи лорда нашёл, испугался, что тебя гончая сожрёт. Так-то он ведь щит удержал бы, ничего бы с нами не случилось. Лорд пришёл, дал той суке по носу, ругнулся на тебя и исчез. Так что, там, Аля?
  - Видимо, я неправильно ушла, - подумав, ответила саламандра. - Ну, через огонь. Кристофер понимающе кивнул и предложил прогуляться в лазарет. Стащить с кухни пирожком и запить всё это вишнёвым компотом: по случаю сильного нервного потрясения можно.
  
  * * *
  
  - Ты уверен? - с сомнением в голосе спрашивала Индира.
  Ей не хотелось снова попасть в кабинет ректора и получить новую порцию наказаний.
  С другой стороны, так соблазнительно!
  - Мы экран поставим, а я петлю накину, - авторитетно заявил Кристоф.
  Он лежал на постели с конспектом в руках. На столе валялись книги: частью учебники, частью монографии, взятые из библиотеки. Довершал натюрморт огрызок яблока. Кристофер не испытывал пиетета перед древними манускриптами, вот и теперь заложил гримуар с хвостом на обложке обёрткой от шоколада. Девушки же боялись прикоснуться к древнему тому. Вдруг цапнет? Шутки шутками, а может. Но демонологи, будущие и состоявшиеся, умел укрощать строптивые книги.
  - Ты даже с гончими не совладал, - напомнила Малица.
  Она устроилась подле Кристофера, поджав под себя ноги.
  Вообще-то по правилам внутреннего распорядка адептам противоположного пола запрещалось навещать друзей и подруг после девяти вечера в тёмное время года и десяти в светлое, но эта троица всегда находила способ встретиться и обсудить планы на будущее. Вот и сейчас часовая стрелка миновала цифру 'одиннадцать', а друзья и не думали расходиться. Формально они и не заходили. Саламандра пробралась в мужское общежитие с помощью пламени, эльфийку же забрал Кристофер, тайком активировав общественный портал. Пользоваться им без разрешения преподавателей не разрешалось, но юноша успешно обходил этот запрет.
  - С гончими! - передразнил Кристоф и отложил конспект. - Ты их видела? Хуже демонов!
  - Ну, вызовем, а дальше? - не унималась Индира.
  На самом деле ей страсть, как хотелось взглянуть на демона, но мысль о наказании не давала покоя. Ректор ведь действительно связался с родителями, и у эльфийки состоялся пренеприятный разговор с отцом. Чуть не дошло до отзыва документов. Родители и так крайне неохотно отпустили дочь учиться. Зачем, если есть положение в обществе, состояние? Сыграло роль выбранное направление: особе эльфийских кровей целительницей быть почётно. Но быть, а не работать по профессии. Леди обязана уметь оказать помощь, но мараться в чужой крови - моветон.
  - Дальше?.. - Кристофер задумчиво цокнул языком и заложил руки за голову.
  - Дальше мы исполним по желанию, - с воодушевлением продолжил он.
  - Как так? - хором спросили девушки, во все глаза уставившись на друга.
  Кристофер же с важным, самодовольным видом хранил молчание. Но не выдержал-таки и шёпотом признался: они наложат проклятие. Сразу после вызова демон беззащитен, тут надо подсуетиться и не струхнуть.
  - Вы в сторонке постоите, я сам сделаю, - поспешил успокоить Кристофер. - Заклинание вот здесь, - он указал на гримуар на столе, - есть. Древнее, но должно сработать.
  Взгляды поневоле обратились к 'хвостатому' тому. Индира на всякий случай отсела подальше и шёпотом спросила:
  - А ты откуда книгу взял?
  - Из библиотеки.
  Кристофер сел, приложив палец к губам, прокрался двери и резко распахнул: никого. После юноша вернулся и продолжил откровенничать, но уже шёпотом.
  - Когда мы пыль вытирали и полы мыли, я времени даром не терял. Раздобыл списки литературы четвёртого курса, взял эту книжицу. Мне как демонологу можно: читательский билет позволяет. Чуток подправил допуск - и вот, 'Тридцать два проклятия на все случаи жизни' у меня в кармане. Занятная вещь, кстати, много полезного. Я уже для семинара кое-что подготовил, уверен, зачтут как семестровый балл.
  Девушки с восхищением глянули на друга. Для них проклятия были чем-то запредельным. Малица прошла только самые простенькие, до третьего уровня, Индире же и вовсе знать их не полагалось. Для демонологов проклятия - хлеб, потому как обитатели Закрытой империи церемониться не станут. Разумеется, лучше всех плели чары проклятийники. Они могли зачаровать воду, предметы, причинить вред простым визуальным контактом. Элита среди магов. Конкурс на эту специальность зашкаливал, а отсев каждый год шёл неимоверный.
  - Но вся проблема в том, - спустил с небес на землю Кристоф, - что нужно описание ритуала призыва демона. А она в библиотеке не хранится.
  - А где? - чуть слышно спросила Малица.
  - В кабинете ректора, - спокойно ответил юный демонолог. - Пока он нас песочил, я корешок видел. Как, Малица, сумеешь достать? Ты ведь саламандра, а сейчас уже холодно, ректор наверняка камин разжигает. Мы подадим весточку, когда он выйдет, ты быстро скользнёшь, заберёшь книгу и всё.
  Саламандра вздохнула. Она помнила, чем в прошлый раз закончилось 'быстро'. С другой, стороны... Малица прикусила губу и покосилась на эльфийку. Та, судя по всему, не собиралась принимать участия в затее. Сидела, наморщив нос, и накручивала на палец волосы.
  Желание у саламандры имелось: какое ж существо без желаний? Страшил только демон. Вот если б фею или духа...
  - Кристоф, - с опаской поглядывая на дверь, шёпотом спросила Малица, - а, может, мы просто посмотрим? Это ведь безопасно. Ну, проекция. Вдруг нам не низший, а разумный демон попадётся?
  - Давай, - подумав, согласился юноша. - И чего-нибудь спросим. Только книга всё равно нужна.
  - Я достану, - уверенно заявила саламандра и тряхнула медной гривой. - Самой полезно. Нужно учиться от женихов бегать.
  Все трое прыснули, а Кристоф начал стращать подругу вампирами из Закрытой империи, которые заточат бедняжку в подземелье и начнут пить кровь.
  - А, может, ты на ней женишься? - подмигнула Индира. - Идеальная пара выходит.
  Саламандра и будущий демонолог переглянулись. Кристоф, приподняв бровь, пристально осмотрел подругу, вогнав ту в краску. Саламандра нервно оправила платье и натянула юбку на колени.
  - Ну, что смотришь? - смущённо буркнула она куда-то в стену.
  - Оцениваю.
  - И как?
  - Ничего так, красивая.
  - А раз красивая, то на свидание пригласи, дурень! - фыркнула Индира.
  Кристоф напряжённо молчал, и брови эльфийки поползли вверх.
  - Та-а-к, - тоном обиженной добродетели прошипела она, - только не говорите, что уже целовались!
  - Я вас обеих целовал, - напомнил Кристоф и вцепился в тетрадь с конспектом, будто собирался при помощи неё защищаться. - На празднике. Ну, мы яблоки ловили, а потом... Сами попросили, между прочим! - обиженно добавил юноша.
  - Так то в щёку, а не в губы, - разочарованно протянула Индира.
  Кристоф и Малица переглянулись и замотали головой. Нет, они могли бы поцеловаться, но встречаться? Дружить лучше. У Кристофа уже была подружка, саламандру же он не воспринимал как женщину.
  - Ладно, мы не о том, - Малица вернула беседу в прежнее русло. - Что за книга, как выглядит? Охранные чары стоят? Печати?
  Встречаться с Кристофом саламандра не хотела. Он друг, а любовь... Придёт когда-нибудь. Индира же вечно о мальчиках думает. Эльфийка, что с неё возьмёшь!
  Кристоф задумался, и Индира не преминула щёлкнуть его по носу:
  - Вот видишь, а ты Малицу подбиваешь красть!
  - В библиотеке тоже есть, - неожиданно подала голос саламандра. Глаза её загорелись. - Я принесу, ждите!
  Не успели друзья её остановить, как Малица хлопнула окном и по карнизу добралась до окна однокурсника. Ничуть не задумываясь о том, что он может быть не один, постучалась и попросила у оторопелого юноши разрешения воспользоваться лампой: тот чуть ли не единственный из потока держал масляную. Необычно в эпоху магических шаров, но у каждого свои странности.
  Огонь легко перенёс в собственное общежитие.
  Наверное, неожиданно возникшая в снопе искр саламандра изрядно напугала первокурсниц, тоже стихийниц, устроивших посиделки со страшилками в темноте. Малица же только отряхнулась, улыбнулась и побежала к себе. Соседка сегодня ночевала в городе, у знакомых, поэтому саламандра без страха зажгла свечу и, не мигая, уставилась на пламя, пока то не отобразило библиотеку. Потянувшись к дару, саламандра осмотрелась сквозь пламя. Никого. Но печати... С другой стороны, никто ведь не ждёт саламандру. Обычные стихийники тоже перемещаются порталами, Малица же ходит иначе, не затрагивая струны пространства.
  И саламандра решила рискнуть. В худшем случае взвоют чары, и слетятся духи-охранники. Малица не попадётся так позорно, как в первый раз: положит в карман огниво. Да, тяжело придётся, синяков наставит, уходя сквозь столь крошечное пламя, зато уйдёт.
  Саламандра сосредоточилась, помолилась предкам и смело сменила ипостась. Мгновение, и Малица уже стояла в тёмном помещении библиотеки. Вернее, вылезала из камина. Отряхнувшись от золы, саламандра прислушалась к собственным ощущениям и осторожно двинулась к столу библиотекаря. Любопытная Малица слышала, как вечером мэтр Людаш просил отложить ему гримуар для утренних практических занятий. За время вынужденной работы в библиотеке саламандра успела изучить всю местную 'кухню' и точно знала, книгу убрали в верхний ящик. Если, разумеется, Людаш её не забрал.
  С замиранием сердца Малица кралась к столу, надеясь не потревожить не одну печать. И повезло же!
  Ящик закрыли на ключ, но для шпильки это не проблема. Словно шкатулку матушки, саламандра ловко вскрыла замок и с трепетом извлекла искомую книгу.
  Казалось бы, надо уходить, но Малица всё стояла, любовно поглаживая бархатную обложку.
  Всё дело в желании. Кристоф засмеёт, Индира тоже фыркнет. А если не фыркнет, то стыдно. Малице хотелось взглянуть на демона. Живого. И потрогать. Она столько о них читала, слышала, какие они красивые, какая кисточка хвоста шелковистая... Когда ещё случай выпадет? Нет, Малица слышала о том, что в империи тоже живут демоны, но как отличить их от людей? Да и не позволят они себя разглядывать: неприлично же.
  Не подумайте плохого, саламандру не волновала чувственная сторона, в этом отношении она на фоне той же подруги казалась ребёнком, хоть в общих чертах и знала, как именно всё происходит. Малицу привлекал ореол тайны и необычность внешности. Она и проректора мечтала с крыльями увидеть: он ведь дракон. Но, увы, тер Лис не летал, ни при адептах, ни при преподавателях. Разочарованная Малица даже решила, будто он бракованный дракон. Только потом узнала: обороты в стенах Академии запрещены. Оборотень или дракон, будь любезен, выгляди человеком. Хочешь развлечься? За городскими стенами. Академия колдовских сил пеклась о своей репутации.
  Гримуар не излучал угрозы. Не кусался, не шипел, не поджаривал и не морозил. Духи-охранники тоже не спешили уличить воровку с поличным, и Малица решилась открыть фолиант. Она только оглавление посмотрит, честно!
  Увесистую книгу пришлось листать на столе: на весу не удержать. Подвесив над головой шар, так, чтобы освещал страницы, то не давал отблесков в окне, саламандра углубилась в чтение.
  Оглавление одновременно манило и пугало. Какие же интересные у демонологов занятия!
  Привалившись к столу, Малица листала страницей за страницей, пока не наткнулась на раздел 'Ритуал вызова демона'.
  Рука потянулась захлопнуть том и не рисковать понапрасну, но сила воли проиграла, и спустя пару минут борьбы саламандра уже бубнила под нос основные постулаты статьи.
  Оказалось, сам ритуал безумно сложен и опасен, а вот упрощённый можно попробовать провести. Там обещалась проекция демона - совершенно безопасно. Единственно 'но': чары слабые, действовали только, если демон поблизости. Шансов мало, вернее, их вообще нет, - в Академии-то! - но какой адепт не мечтает вызвать демона?
  Малица кое-как, чуть сама не упав, стащила книгу на пол, достала из другого, незапиравшегося, предназначенного для хранения всяких канцелярских принадлежностей ящика мелок и на всякий случай призвала огненный ореол. Он защитит от несильного заклинания и физических увечий. Стихийники ставили особые щиты, из материала родного элемента. Хотя, по мнению саламандры, в выигрыше оставались люди. Они не привязаны ни к одной стихии и пользовались всем сразу.
  Неопытная рука неловко срисовывала линии с рисунка. Приходилось постоянно исправлять, отчего мелок крошился.
  Само заклинание было руническое. Половину символов Малица знала, остальные оставались неизвестными. Но раз книгу берёт на лекции демонолог, в ней нет ничего опасного, верно?
  Наконец, Малица закончила и с гордостью осмотрела свою работу. Жаль Кристоф не видит! Тогда он бы перестал задирать нос.
  Саламандра глубоко вздохнула и положила ладони на места, обозначенные крестиком на рисунке.
  Теперь капелька крови. Без неё, увы, нельзя.
  Страшно? Ещё как, но поздно отступать, когда линии уже начерчены. Глупо стирать то, что сотворила с таким трудом. И Малица, зажмурившись, царапнула шпилькой палец.
  Густая капля упала на рисунок. Тот зашипел и вспыхнул синим пламенем.
  Сейчас, уже сейчас, только позвать...
  И Малица позвала, замирая от страха.
  Сначала ничего не происходило, а потом раздался недовольный, даже не так, крайне недовольный голос ректора: 'Руки оторву шутнику!'
  Судя по всему, Малица вытащила его чуть ли не из ванной: из одежды на лорде были только домашние штаны. Волосы влажные, руки сжимают полотенце.
  Саламандра икнула и отшатнулась, закрыв лицо руками. Ректор же продолжал стоять в центре рисунка и буравил нерадивую адептку изумрудными глазами. Потом закинул полотенце на плечо и, скрестив руки на груди, обманчиво спокойно поинтересовался:
  - Ну, и как это понимать, Ирадос?
  - Я... я... - язык отказывался повиноваться.
  Малица сглотнула, смочив горло слюной, и скороговоркой продолжила:
  - Я демона вызывала.
  - Это я уже понял, - ректор коснулся носком тапочек пламенеющей черты и под громкое аханье саламандры, отнявшей таки руки от лица, спокойно разомкнул контур: банально стёр. Рисунок с шипением погас. Воздух слегка потрескивал, будто от молний. - Я о другом спрашивал. Потрудитесь объяснить, почему я второй раз за месяц ловлю вас за одним и тем же занятием. Если ещё короче, - зелёные глаза вновь скользнули по Малице, заставив съёжится, - зачем вам демоны?
  - Посмотреть хотела, - простодушно ответила саламандра, гадая, исключат её прямо сейчас или разрешат дождаться утра.
  - Ну, посмотрели? - лорд приподнял бровь.
  Похоже, его совсем не волновал собственный вид, полуобнажённым ректор держался столь же уверенно, как в парадном костюме.
  Лорд уничтожил рисунок и зачем-то, опустившись на колени, провёл над полом ладонью. Напряжение в воздухе тут же исчезло.
  - За собой нужно прибирать, - назидательно заметил ректор. - Не желаю, чтобы после Академия взлетела на воздух.
  - А вы действительно демон? - глупо спросила саламандра.
  Она только сейчас сообразила и искоса, со смесью страха и любопытства, разглядывала ректора. Увы, ни рогов, ни хвоста. Лорд абсолютно не изменился, хотя теперь видно, что у него под рубашкой - мышцы. Тело тренированное, одновременно крепкое, мощное и поджарое.
  - Адептка Ирадос! - Малица вздрогнула и, сообразив, что засмотрелась, подняла глаза на разгневанного ректора. - Вы будущий стихийный маг или дурочка? Вы хотя бы понимаете, что сделали?
  - Демона вызвала, - упавшим голосом ответила саламандра, гадая, какое наказание ждёт дома. - Я... Мне любопытно стало. Только я не думала, что вы... что вас... Словом, я вас совсем не хотела!
  - Хоть это радует, - хмыкнул лорд и, заприметив раскрытый гримуар, шагнул к нему.
  Сообразив, какую двусмысленность сказала, Малица вспыхнула и застонала. Потом, воспользовавшись тем, что ректор стоял к ней спиной: изучал книгу, с чувством стукнула по лбу и пробормотала: 'Идиотка, он тебя сейчас убьёт!'
  - Ирадос, - лорд расслышал и крутанулся на носках, - вы читали законы империи? Знаете, каков её расовый состав?
  Саламандра кивнула, не зная, куда он клонит.
  - Так вот, Ирадос, вам 'неуд' сразу по трём предметам. И завтра перед занятиями прошу в мой кабинет. Вещи соберите.
  - Отчислите? - упавшим голосом спросила Малица.
  Ответ она уже знала.
  Ректор не ответил и, засунув книгу подмышку, открыл портал. Уже стоя одной ногой в межмирье, он обернулся и одарил саламандру грозным взглядом.
  - В следующий раз не выйдет, Ирадос. Вы ошиблись, и поэтому заклинание сработало. Обычные же на меня не действуют. Говорю, зная вашу страсть к экспериментам.
  - Почему не действуют?
  Терять-то всё равно нечего, а так хотя бы что-то узнает.
  Надо же, демон! В голове не укладывается!
  Похоже, ректор опешил от такой смеси наивности и наглости. Он сделал шаг назад и окинул Малицу пристальным взглядом с ног до головы. Саламандре показалось, в нём мелькнуло любопытство.
  Портал по-прежнему зиял чёрной дырой. Вихрь межмирья закручивался спиралью. Когда-то, если не вылетит из Академии и закончит аспирантуру, Малица сумеет открывать такие.
  - Ну, и зачем вам демон?
  Саламандра не ожидала такого вопроса и захлопала глазами.
  - Вы хотели что-то там посмотреть, - напомнил ректор. - Версию о непристойном поведении мы отмели, что меня порадовало: только озабоченных адепток не хватало! Значит, либо начитались об исполнении желаний, либо полагали, будто демоны живут в хтоническом облике. Так вот вам задание: с утра объясните мне, почему то и то невозможно. Библиотеку вы любите, без труда найдёте нужную литературу. Сумеете, могу передумать насчёт исключения. Нет - привратник проводит до ближайшей гостиницы. Сами понимаете, проступок серьёзный: проведение ритуала вне курса демонологии и присмотра преподавателя. О проникновении в библиотеку в ночное время умолчу. Свой потревоженный покой, так и быть, прощаю, хотя меня совсем не понравилось, когда меня выдернуло неизвестного куда из собственного дома.
  - Итак, - подытожил лорд, - завтра в половину девятого в моём рабочем кабинете.
  Один шаг, и ректор скрылся в портале.
  Саламандра застонала и потёрла виски. Вызвала демона, называется! Но кто же знал... С другой стороны, в Академии преподают и учатся не только люди, да и глаза у ректора странные. Красивые и странные.
  Брр, хорошо, обошлось без хтонического облика! Разгневанный лорд - страшное зрелище. Теперь, задним умом, Малица поняла, не стоило чертить все эти линии. Но ведь любопытно же!
  Но сделанного не вернёшь, поэтому, повздыхав, саламандра в задумчивости огляделась. Нужно спасать своё будущее, а оно целиком и полностью зависит только от Малицы. Вряд ли ректор дал невыполнимое задание, значит, ответ по крайней мере на один вопрос она знает. Понять бы, на какой...
  Начать, наверное, лучше с демонов, их характеристик и повадок. Тогда и с выполнениями желаний разберётся.
  Малица задала максимум для магического огонька и подвесила его над столом библиотекаря. Охранные заклинания всё равно не сработают: лорд в курсе проникновения, духи-охранники наверняка тоже, а портить зрение саламандра не собиралась. Подумав, Малица сотворила второй шар: работать, так с удобствами.
  Мелькнула и пропала мысль вызвать подмогу. Пока Кристоф взломает печати, наступит утро. Да и лучше иметь друзей в Академии, а не за её стенами.
  Энциклопедию Малица выбрала не любимую, с картинками, а толстую, в текстом в две колонки мелким шрифтом. Поборов зевоту, саламандра открыла оглавление и нашла раздел о демонах.
  Углубившись в чтение, Малица поняла: до утра не управится. В итоге проскакивала текст по диагонали, выискивая нужные слова. И нашла-таки: хтонический облик. Увы, обрадовалась рано. В статье описывалась длина рогов, их цвет и форма хвоста в зависимости от рода, вида и знатности. Появились и картинки. Малица засмотрелась. Нет, в серьёзном фолианте не показывали полуобнажённых красавцев и чудовищ, но кисточки в отрыве от всего остального выглядели... Словом, привлекательно.
  Интересно, как выглядит ректор? Он знатный, лорд, значит, рога закручиваются на подобие старинных женских причёсок. Малица отчего-то казалось, они чёрные: благородный цвет.
  Хихикнув, саламандра представила, как лорд постукивает хвостом по кафедре. Адепты бы с ума сошли! Сидели бы тихо, как мышки.
  От мечтаний отвлёк пристальный взгляд, сверливший спину.
  Малица резко обернулась и с облегчением перевела дух.
  Призрачный охранник. Ну пожурит, ну шум поднимет. Зато безобидный. Для адептов, разумеется. Духи-охранники умели не только пугать, но и причинять всяческие неудобства. Например, активировали ловушки, будили преподавателей, ломали артефакты, меняя магнитное поле в помещении.
  - Ректор знает, - предупредила закономерный вопрос Малица.
  - Проверю, - прошелестел ментальный голос. Иного у духов нет. Согласитесь, трудно производить звуки, не имея гортани.
  Саламандра пожала плечами. Мелочи, право слово, когда на кону отчисление. А ведь раньше бы тряслась от страха. Вот она, смена приоритетов!
  Дух исчез и не вернулся. Охранные чары тоже не взвыли. Значит, проверил, убедился.
  Время шло, близился рассвет, а Малица всё ещё билась над загадкой. Про желания она нашла: это древнее поверье, не имеющее ничего общего с реальностью, а вот про облик ничего.
  Ответ пришёл, когда саламандра задремала. Её как молнией ударило: законы империи!
  Протерев глаза, Малица метнулась к нужным стеллажам, достала справочник по юриспруденции и, помедлив, Устав Академии.
  Запрещено. Вот же, во втором разделе! А ведь саламандра, как и все будущие адепты, подписывалась в специальном журнале, что ознакомилась с правилами внутреннего распорядка.
  Никто: ни преподаватели, ни абитуриенты, ни адепты, - не могли находится на территории Академии в ином облике, кроме человеческого. Исключение - действие особого положения. Например, защита собственной жизни или безопасности окружающих, военные действия, полевая практика.
  Проверить, есть ли дополнительные запреты на уровне Империи Малица не успела: щёлкнул замок, мигнув, исчезли печати, и в библиотеку ввалилась уборщица с ведром. Пришлось уйти, спешно бросив книги на столе.
  На сон оставался ровно полтора часа. Нет, конечно, можно было потратить время на переодевания и завтрак, но саламандра предпочла подремать.
  Будильник Малица расслышала с десятого раза и, нашарив туфли, поплелась в общую ванную. Соседка уже ушла. Это хорошо, возможно, удастся избежать любопытных расспросов.
  Причесавшись пятернёй, - какая разница, в каком виде отчислят? - Малица побрела к ректорскому кабинету. Глаза слипались, ноги заплетались. Саламандра боялась заснуть и рухнуть с лестницы, но обошлось.
  Пару раз глубоко вздохнув, Малица постучалась и, дождавшись отклика, вошла.
  Ректор стоял у окна с чашкой кофе в руках. От крепкого, чуть терпкого аромата защекотало ноздри. Малица вспомнила, сколько сама спала, и непроизвольно облизнула губы. Интересно, сколько лет жизни она отдала бы за чашку бодрящего напитка?
  Во рту скопилась слюна, и Малица сглотнула. Так получилось, что в этот момент она смотрела на ректора, а тот обернулся. И, разумеется, не мог не заметить двусмысленного поведения саламандры. Благо для него имелся повод: лорд Онеш выглядел безупречно. Гладко выбрит, надушен, облачён в шитый на заказ костюм-тройку, ничего общего с тем взмыленным демоном ночью. На пальцах поблескивают два перстня: один фамильный, другой ректорский, - оба с печатью. Губы тронуты лёгкой улыбкой, но такой, что трудно сказать, не прячут ли за ней удал клинка.
  - Доброе утро, милорд, - Малица поспешно покаянно склонила голову.
  - Доброе, Ирадос, - не стал спорить ректор и одним длинным глотком допил кофе, чтобы поставить чашку на стол.
  - Присаживайтесь! - лорд махнул рукой на стул. - Даже если наше общение закончится безрадостно, нет смысла держать вас на ногах. Хотя, - взгляд пронзительных зелёных глаз скользнул по лицу, невольно вогнав в краску, - есть все предпосылки, что урок останется уроком, а не наказанием. Вижу, готовились. Итак?
  Малица вздохнула и, оттягивая тяжкий миг наказания, медленно прошла к стулу, села, сложив руки на коленях, будто примерная ученица. Лорд прокомментировал её показную покорность едва заметным смешком.
  - Ну? - поторопил ректор, устав ждать. Он по-прежнему стоял у стола, нервируя саламандру. - Ирадос, у меня лекция через, - лорд глянул на часы, - десять минут, и если опоздаю, адепты разнесут аудиторию.
  - Ладно, - тон ректора чуть смягчился, - начнём с простого. Ответы знаете?
  Малица пожала плечами.
  - У меня есть варианты, - уклончиво ответила она и, обнаглев, взмолилась: - Можно кофе, милорд?
  Ректор кивнул, достал чистую чашку и наполнил из стоявшего на серебряном подносе кофейника. Складывалось впечатление, будто они сейчас не в казённом кабинете, а в фамильном замке. Сидят, пьют кофе в гостиной. От всего так и веет аристократическим бытом. Серебряный поднос с вышитой салфеткой, до блеска отполированный кофейник, изящная белая фарфоровая чашка, сахарница, щипцы с гербовым тиснением на ручке, движения ректора. Он двигался неторопливо, уверенно, с достоинством. Воистину, как у себя дома!
  - Один, два куска? - лорд вопросительно глянул на Малицу.
  Запах кофе сводил с ума. Рот против воли наполнился слюной.
  'Надо же, ухаживает за дамой!' - пронеслось в голове. С другой стороны, а почему нет? Малица ведь не босячка, адептка, но дама, это факт. Её родители - уважаемые люди, у них свой дом, состояние, положение в обществе.
  Но странно всё равно. Разве провинившимся студентам надлежит наливать кофе?
  - Один, - подумав, выдавила из себя Малица и проследила за тем, как кусочек упал в чашку.
  - Держите! - ректор пододвинул кофе к саламандре. Размешивать сахар, разумеется, не стал. - Делайте глоток и рассказывайте. Заодно поведайте, кто подкинул вам столь гениальную идею.
  Выдавать Кристофа Малица не собиралась. В конце концов, он ничего не делал, она всё сама.
  Губы упрямо сложились в тонкую линию.
  Нет, ничего о Кристофе она не скажет.
  От ректора не укрылась и это мимолётное изменение в лице подопечной, необходимые выводы он сделал.
  Малица же отпила из чашки, но так, что едва не подавилась и не расплескала напиток по форме Академии. Лорд даже услужливо предложил постучать по спине.
  Выслушав сбивчивые ответы, ректор кивнул и, наконец, сел. Саламандра вздохнула с облегчением: очень неприятно, когда на тебя смотрят сверху вниз, особенно демон. Теперь Малица боялась ректора ещё больше, но и любопытство он вызывал не меньшее. Невольно возникал вопрос: а сколько ещё среди преподавателей опасных существ? Саламандра знала троих: проректора и двух профессоров-оборотней. Она с ними, к счастью, не пересекалась, а вот Кристоф натерпелся от одного. Очень уж оборотни круты и вспыльчивы. Зато сильны и живучи неимоверно.
  А среди адептов? Наверняка есть демоны, не могут не быть. Им ведь разрешено учиться в Империи, да и образование в Академии колдовских сил одно из лучших в известных мирах.
  - О чём задумались, Ирадос?
  Вопрос заставил подпрыгнуть и испуганно глянуть на ректора. Оказывается, он уже битых пять минут что-то говорил, а саламандра ушла в себя, не слышала.
  - Я для вас пустое место, Ирадос? - лорд опасно чуть повысил голос: сердился. - В ваших же интересах, между прочим.
  - Простите, милорд, - ляпнула Малица, покрывшись пятнами стыда. - Я не хотела, милорд-ректор, и очень сожалею.
  - Угу, как же! - не веря, отмахнулся лорд. - Итак, повторяю в последний раз. Ответы, так и быть, засчитываю, но в последний раз, Ирадос! - тяжёлый взгляд заставил нервно дёрнуться. - Я не шучу и официально предупреждаю, что любые поползновения в библиотеку после отведённого для этого времени, любые ритуалы, посиделки вне общежития в ночное время и тому подобное закончатся отчислением. И вы мне за это спасибо скажете, Ирадос. Лучше вернуться домой живой и здоровой, чем остаться в Академии мёртвой. Призрачные гончие сожрут и не подавятся, заклинания разорвут на куски. Понятно?
  Саламандра кивнула. Плакали их походы в город! Хотя, всегда найдётся способ обойти запреты.
  - Можно вопрос? - похоже, Малица собиралась побить все рекорды храбрости.
  Лорд кивнул и сложил на столе стопкой книги для занятий, те, которые собирался взять с собой. Саламандра пробежала взором по корешкам и уважительно сложила губы буквой 'о'. Сплошь старинные фолианты в кожаных футлярах и одна тонюсенькая замызганная от частого использования брошюра.
  - А гончие, они ведь?.. - Малица никак не могла сформулировать вопрос так, чтобы не разозлить лорда. Просто из головы не шло, как все боялись ночных охранников, а ректор пришёл и шлёпнул по морде.
  - Гончие мои, вероятно, именно это вы пытались выяснить. А теперь забирайте письмо от матушки и на занятия, Ирадос.
  Ректор всучил оторопевшей саламандре пухлый конверт и встал, намекая: аудиенция закончена. Малица сумбурно попрощалась, ещё раз поблагодарила и выскользнула за дверь. Тут её накрыла волна крупной дрожи.
  Нет, какая же, право слово, дура! Ректор демон, гончие появились при нём, слушают, поджимают хвосты - первокурснику же ясно, он их хозяин. Привёз из замка свору и пристроил для всеобщего блага.
  Интересно, а ректор с ними охотился? Не на зверей, а на... людей. Дикая охота - страшная вещь. Вроде, никого специально не травят, просто спускают призрачных гончих, и тогда берегись! Не попадайся охоте, не становись на её пути. Может, пощадят, может, растерзают, может, тоже сделают охотником.
  Рука на плече заставила взвизгнуть и дёрнуться в сторону, к спасительной стены.
  Показалось, будто в воздухе запахло морозцем, влагой и прелыми листьями - ароматом ноября, когда устраивают Дикие охоты. А сама саламандра стоит на лесной поляне. Одна, в смутном свете скрывшейся за облаками луны. И на плече лежит ладонь охотника, то есть самой смерти.
  - Ирадос, с вами всё в порядке? - изумлённо спросил ректор и поднял оброненное Малицей письмо. Фолианты спокойно парили в воздухе. - На вас лица нет. Вряд ли от недосыпания. Так кого же вы встретили за эти пару минут?
  - Вас, - едва шевеля губами, ответила саламандра.
  Она не понимала почему, но странное наваждение никуда не девалось. Вот она, поляна, вот луна, скупо льющая свет сквозь кроны деревьев. Под ногами - мокрая смесь земли и листвы, липнущая к ботинкам. Промозгло, щиплет уши слабый нарождающийся морозец.
  И демон, из плоти и крови, с арбалетом на плече. Стоит, смотрит, оценивает, достойна ли Малица жить. А за спиной его щерят пасти призрачные гончие. Они взяли жертву в кольцо и уже никуда не отпустят.
  - Меня? - удивлённо нахмурился ректор. - Ирадос, бояться уже поздно, да и вряд ли отчисление для вас равносильно смерти. У вас видения?
  - А? - не поняла саламандра и замотала головой, отгоняя наваждение.
  Трубят рога Дикой охоты.
  Демон смотрит холодно. Малица что-то лепечет, но слова стынут в воздухе.
  Алые глаза гончих совсем близко. По позвоночнику струится холодок.
  Время тянется так медленно.
  Демон принимает решение, вскидывает арбалет и... щеку обжигает боль.
  - Простите, это было необходимо, Ирадос, - попытался оправдать свой поступок ректор. - У вас неимоверно расширились зрачки.
  Саламандра ошарашенно смотрела на него и пыталась понять, что происходит. Ей дали пощёчину? Кажется. И вовремя, совсем распоясалось воображение! Так хотя бы пришла в себя.
  - Спасибо, милорд, - Малица с облегчением выдохнула. - Со мной такое в первый раз. Простите.
  Ректор кивнул, помолчал и спросил:
  - Что вы видели?
  - Ничего, - саламандра не собиралась делиться своими постыдными фантазиями и попыталась сбежать. - Удачного дня, милорд!
  Но ректор не собирался её отпускать и сухо приказал вернуться в кабинет. Там чуть ли не насильно усадил на стул и ощупал лицо, особое внимание уделив глазам. Даже веки оттянул.
  - Вот они, ритуалы! - ворчливо пробормотал лорд. - Но адепты же самые умные, ничего слушать не хотят. Довызывались демонов, Ирадос! Что видели? Меня? С хвостом, рогами и прочими прелестями?
  Саламандра упорно молчала. След от пощёчины скрыл густой румянец.
  Нельзя не сказать, но если скажет, лорд решит, будто она сумасшедшая, или просто высмеет. Такого унижения Малица не переживёт, лучше отчисление, чем позор. С годами особенно остро воспринимается именно мнение противоположного пола, а уж если это ещё и уважаемый человек, тот, от которого зависит отношение к тебе остальных...
  Малица сглотнула и уставилась на сцепленные на коленях руки.
  - Разные глупости, - когда молчание затянулось до неприличия, отважилась ответить саламандра.
  - Видение, - констатировал ректор. Он нервно расхаживал рядом, то и дело бросая взгляды на часы. - Объёмное, как понимаю, то есть вовлекающее сферу чувств. Сходите-как вы в лазарет, это может быть серьёзно.
  - Я видела Дикую охоту, - слова вырвались против воли. - Поляна, я на ней. Реальное место. Гончие. Арбалет. Глупости, одним словом, - смущённо улыбнулась саламандра, скомкав рассказ.
  - Как знать, - неожиданно серьёзно ответил лорд, замерев возле стола.
  - Как знать, - задумчиво повторил он. - Расширенные зрачки всегда говорят о галлюцинациях и прочих воздействиях на разум. Вас могло посетить пророческое видение, случается иногда. Предостережение, Ирадос, и не моё. В нашей империи Диких охот нет, но в Сумеречье они широко распространены. Осторожнее на практике. Только, - губы ректора тронула усмешка, - вы не меня видели, Ирадос. Я по другую сторону света. Вспомните на досуге, чьи черты вам пригрезились, запомните и остерегайтесь.
  Саламандра кивнула и мысленно печально добавила: 'Нет, это были именно вы, милорд. И в человеческом обличии'.
  Лорд ещё с минуту постоял, внимательно наблюдая за Малицей, а потом проверил реакции. Они оказались нормальными, но ректор всё равно вызвался проводить саламандру до лазарета. На робкие возражения ответил: 'А вдруг снова паническая атака, видения?' Пришлось смириться.
  Ректор достал медальон связи и вызвал одного из старших преподавателей, поручив тому присмотреть за адептами. Затем подхватил тяжёлые книги (бытовые заклинания, всё же, существенно облегчают жизнь) и легонько подтолкнул Малицу к выходу.
  - Демоны - это не страшно, Ирадос, - с неожиданным смешком заверил лорд. - Учитесь терпимости.
  Саламандра кивнула, дав себе слово узнать, сколько ещё демонов учатся и преподают в Академии.
  Письмо матери жгло грудь. Пухлый конверт, да что же в нём? Вскрыть его при ректоре Малица не решилась, отложила до ланча.
  Идти под таким конвоем - стыдно. Все косятся, тычут пальцем, перешёптываются. Оставалось только втянуть голову в плечи и притвориться невидимкой.
  В толпе мелькнуло встревоженное лицо Индиры. Малица знаками сказала ей: 'Потом всё расскажу' и послушно юркнула вслед за ректором на лестницу. Лорд шёл быстро, размашисто, не оглядываясь. Саламандра с трудом поспевала за ним.
  А вдруг бы ей стало плохо? Ректор и не заметил бы.
  В лазарет попали через крытый переход между корпусами.
  - Нервное возбуждение, видения, - коротко выдал диагноз лорд подскочившей при виде него дежурной лекарице и, не прощаясь, удалился, только взметнулись полы пиджака.
  Яркая вспышка, и телепорт скрыл ректора от глаз.
  Малица со вздохом опустилась на стул перед выкрашенным белой краской сосновым столом и приготовилась к экзекуции. Она не заставила себя ждать. Лекарица пощупала пульс, проверила, нет ли жара, спросила, не тошнит ли, и уложила на кушетку.
  Перед глазами Малицы оказался круглый медальон со спиралевидным рисунком. Лекарица начала им раскачивать, вгоняя в транс.
  - Эм, а можно просто капель? - взмолилась саламандра. - Я полежу и уйду. Ничего серьёзного.
  - Видения - это всегда серьёзно - отрезала лекарица. - Мы должны выяснить их природу.
  - Милорд-ректор сказал, я будущее... видела, - последнее слово Малица произнесла после короткой паузы, осознав сказанное.
  Стало страшно. Только пророчицей стать не хватало! Меньше всего на свете саламандра хотела оказать на пути Дикой охоты.
  - Ну, - задумалась лекарица, - тогда действительно капли и сон.
  Малица лучше рассмотрела её. Полукровка с эльфийскими корнями. Молодая, старшекурсница, неопытная, жутко боится ошибиться. Такой здоровье лучше не доверять. Лучше потом попросить Ирадос посмотреть.
  В итоге лекарица накапала саламандре пустырника и оставила в покое.
  Малица же лежала и думала: всё равно ничем другим на лежанке в лазарете не займёшься.
  Как теперь к ней станет относиться ректор, что решили сокурсники? Не накажут ли друзей? В итоге саламандра сама не заметила, как заснула.
  Когда Малица разлепила глаза, солнце перевалило за полдень: лучи как раз падали в окно приёмного покоя. Занятия уже закончились. Ну и ладно, потом попросить у кого-нибудь конспект.
  Саламандра смачно зевнула и села, оправляя помявшееся платье.
  Лекарицы на месте не оказалось. То ли ушла, то ли убежала есть. Малице тоже бы не помешало.
  Отражение в круглом зеркальце на столе не порадовало. На саламандру смотрела всклокоченная девица с кругами под глазами и несвежей одежде. М-да, позор! Бежать и переодеваться, пока не стала посмешищем всей Академии.
  Вспомнив о письме, с тревогой потянулась за конвертом. Если уж матушка написала, а не связалась, дело серьёзное. Уж не прознала ли она о моих долгах? Честно всё сдам до сессии! Подумаешь, одна маленькая лабораторная!
  На ладонь выпало... кольцо.
  Малице резко поплохело.
  Неужели матушка сдержала угрозу? Это же обручальное кольцо. Кто же?..
  Дрожащими руками саламандра развернула лист. Начинался он с обычного приветствия, его Малица благополучно пропустила, пробежала глазами очередные упрёки и замерла, наткнувшись на искомое. Жених. Просит её руки. Родители согласны, но дают возможность подумать. Если Малица согласится, пусть наденет кольцо.
  Саламандра фыркнула. Вот ещё! Не собирается она замуж, да ещё за какого-то неизвестного!
  Малица перечитала письмо, на этот раз внимательнее.
  Брови саламандры поползли вверх.
  Жених учится в Академии, а кольцо надлежит надеть на ежегодный осенний бал? Всё интереснее и интереснее.
  Судя по велеречивым и пространным объяснениям матери, той настойчивости, с которой та убеждала дочь согласиться, это кто-то важный. Тогда отчего не написала имя, хотя бы фамилию? По контексту выходит, жених из Закрытой империи.
  По телу пробежала волна дрожи. Малица до боли, впившись ногтями в кожу, сжала кулаки.
  Брак с кем-то из Закрытой империи - лотерея, где главный приз - твоя жизнь. Об учёбе, свободе, визите к родным и письмам друзьям можно забыть.
  С другой стороны, можно просто не надевать кольцо. Да, именно так. И не нужны Малице подарки, выгодные брачные контракты и прочие блага, которые мать обещала от лица жениха. Этот раздел саламандра благополучно пропустила, поняла только, что отец получит очень нужные земли.
  Последний абзац убил последнюю надежду легко решить проблему. В нём мать писала: 'От твоего решения зависит наше благополучие. Надеюсь, ты любишь свою семью и не впустишь в дом беду. Он очень настаивал, увидел тебя в Академии и влюбился. Ничего, без диплома проживёшь, зато все останутся живы'.
  На миг перехватило дыхание.
  Её семье угрожали! Кто? Любой, любой из тех, кто ходил по коридорам Академии, мог оказаться подданным Закрытой империи, сыном тёмного мага, вампиром, оборотнем, демоном.
  Теперь видение, посетившее саламандру у дверей ректорского кабинета, казалось пророческим. Но не мог же лорд Онеш... Бред! У него к ней чувств ни на кончик ногтя, да и если бы ректор хотел, получил бы строптивую адептку другим путём.
  Малица сжала голову руками.
  Конечно, не ректор! Дались саламандре его зелёные глаза! Нет, речь о молодом и горячем юноше. Мать же писала: 'Увидел и влюбился'.
  Вернулась лекарица и, заметив неестественную бледность саламандры, спросила, не дурно ли ей. Малица кивнула и попросила ещё успокоительной настойки. Когда лекарица ушла, саламандра быстро сложила письмо и убрала вместе с кольцом обратно в конверт. До крови закусила губу и задумалась.
  На первый взгляд, всё плохо. На второй - неизвестно. Мать писала туманными фразами, упоминала о неясных угрозах - никакой конкретики. Нужно выяснить, кто тот таинственный жених, и хорошенько с ним поговорить. Кристоф сумеет убедить его передумать. При всех недостатках, демонолог неплохо владел магией и умел драться, не раз защищал Малицу и Индиру.
  Глубоко вздохнув, успокаиваясь, саламандра досчитала до трёх.
  Паника - верный спутник поражения.
  Ничего, Малица ещё посмеётся на осеннем балу! Она даже знает, что сделает с кольцом.
  Залпом выпив настойку из мензурки, саламандра ушла.
  Сначала к себе в комнату, переодеться и освежиться, затем к друзьям.
  У дверей женского общежития Малицу поджидали встревоженные Кристоф и Индира. Они тут же накинулись на саламандру и засыпали вопросами. Пришлось взвизгнуть, чтобы остановить бесконечный словесный поток, и предложить обсудить всё без чужих ушей. В итоге устроились в укромном уголке за библиотечной башней. До темноты далеко, по территории Академии бродить не запрещено.
  Малица коротко пересказала историю с вызовом демона и последовавшим за ним наказанием. Упомянула и о письме.
  - М-да, влипла! - выразил общее мнение Кристоф. - И жених этот, и ректор. Я догадывался, конечно, что он не человек, но чтобы чистокровный демон! Обычно полукровки или четвертькровки попадаются.
  - Нет, - восхищённо, всё ещё не веря, повторил демонолог, - демон-аристократ! Если он на тебя глаз положил, выходи и не думай. Они жуть, какие богатые, могущественные и уважаемые. На лицо лорд тоже ничего, тошнить не будет.
  - Ну тебя, Крис! - толкнула его в бок Индира. - Не слушай его, Аля, у него не голова, а пустой качан. Какой ректор? Я так думаю, твой жених, Аля, с нами не учится, иначе бы попытался познакомиться. Или пытался? Припоминай, кто вокруг тебя вился и кому ты отказала?
  Саламандра нахмурилась. Да, вроде, все парни, как парни, никто особой настойчивостью не отличался. За год трое набралось. За всё время обучения - десяток. Только сомнительно, будто кто-то из них из Закрытой империи.
  - Да смеялся я, девчонки, неужели не поняли? - Кристофер привалился спиной к каменной кладке и скрестил ноги. - Ректор, преподаватели - смешно ведь! Индира права, это не адепт, а какой-то взрослый мужик. Ну посудите сами, хватит ли у адепта силёнок угрожать твоей семье? А ведь, судя по письму, - его саламандра тоже показала друзьям, - жених не папочку просил посодействовать. Итак, это взрослый мужчина. Он редко бывает в Академии, но приедет на осенний бал. Какие выводы?
  Будущий демонолог перевёл взгляд с саламандры на эльфийку. Те замерли, задумавшись, а потом хором выдали неприличное ругательство.
  Вариантов всего два. Либо это член делегации, которая побывала в Академии месяц назад, в самом начале осени, либо кто-то из правящей верхушки империи, регулярно инспектировавшей учебные заведения.
  - Оно самое, девочки, полная троллья задница, - подтвердил мрачный Кристоф. - Среди тех магов затесался тёмный. Говорил я тебе, Аля, перекрась волосы! То, что саламандра, на полёт стрелы видно.
  Малица пригорюнилась, чертя круги носком туфельки.
  Ситуация виделась в чёрных тонах. Влиятельный некто, жених, не желающий лично просить её руки. Кристоф прав, это не адепт, это тот, кто не мог в силу положения или отсутствия времени заговорить с Малицей.
  - Ладно, успокойся! - Индира обняла подругу и потёрлась носом о её щёку. - Может, это юноша? Почему сразу магистр?
  - Какая разница, - простонала саламандра, - если он...
  Она не договорила и, подскочив, вырвала у Кристофа письмо. Чуть ли не разорвав конверт, вытащила кольцо и положила на ладонь.
  - Тут должны быть инициалы! - шептала саламандра, вертя драгоценность так и эдак. - На помолвочных кольцах всегда есть инициалы или герб. Какая ж я дура, сразу не посмотрела!
  Индира и Кристоф не остались в стороне, обступив Малицу тоже склонились над кольцом. Старинное, с бриллиантовой россыпью по ободку и сапфиром чистой воды. На оправе красовался герб - миниатюрный, схематичный, но всё же. Оставалось только достать гербовник и выяснить, кому он принадлежал. Только, вот беда, гербовников Закрытой империи в библиотеке не было, Малица точно знала. За время общественных работ с каталогом саламандра успела выучить всё содержимое карточек. Разве только в запретном хранилище, но ректор однозначно выразился: ещё раз застанет, с вещами на выход.
  - Это не юноша, - теперь сомнений не осталось. - Родовое кольцо осталось бы у отца.
  Говорил Кристоф, а девушки согласно поддакнули.
  - Я к ректору пойду, - прошептала в сложенные у лица ладони Малица. - В конце концов, это противозаконно, а я адептка Академии колдовских сил.
  - Он и слушать не станет, - возразила Индира. Она ковыряла пальцем в плетении браслета. - Обычное семейное дело. У нас и невесту-то не спрашивают.
  - А я пойду, - решительно вскинула голову саламандра. На мгновение в глазах полыхнул огонь. - Сегодня же пойду. Раз нельзя искать книгу самой, пусть скажет.
  
  Малица не знала, удобно ли беспокоить ректора дома. Она честно пыталась найти его в учебных корпусах, но потерпела неудачу. Лорд о своих передвижениях не докладывал, а в кабинет не возвращался после трёх. Вот саламандра, переминаясь с ноги на ногу, стояла у заросшей плющом стены, гадая, подождать у крыльца или подняться и позвонить в колокольчик.
  Лорд устроился вдалеке от сутолоки и гама общежития, в отдельном доме с видом на Административную башню. Вокруг двухэтажного особняка с мезонином разбит сад. Там всё подстрижено, ухожено, никакого запустения. От нечего делать Малица заглянула на клумбы: розы. Даже не верится, лорд - и розы. Впрочем, сажал их не он, а прежний ректор Академии.
  Десятки сортов. Шпалеры, кусты, даже беседка. Всё это обнесено низенькой каменной оградкой. Саламандра не стала проверять, замкнут ли на ней защитный контур.
  Сам дом тонул в плюще. Особенно эффектно он свешивался с балкончика мезонина. Там же, на балконе, стояли стол и два стула. Значит, ректор любил сидеть там вечерами. Романтик, однако! Или просто наблюдал за звёздами по ночам.
  Сиреневые полосы заката раскроили горизонт на неровные треугольники. Воздух постепенно наполнялся влагой и остывал. Осень, что с неё возьмёшь? Пусть пока стоят тёплые деньки, ночи всё равно прохладные, напоминают о скорой зиме.
  Зашуршали листья под ногами.
  Замершая на крыльце - она-так решилась постучать - Малица вздрогнула и обернулась, чтобы нос к носу столкнуться с ректором.
  Откуда он появился, ведь только что саламандра осматривалась и никого в парке не видела. А тут вдруг шаги и ректор...
  - Адептка Ирадос? - брови лорда поползли вверх.
  От ректора веяло осенней свежестью и теплом шерстяного пальто. Длинное, ниже колена, цвета дождевых туч, оно, несомненно, шилось на заказ и стоило дорого.
  В затянутой в перчатку руке лорд держал пару писем, которые поспешил убрать в карман.
  - Что-то случилось? - видя, что саламандра не торопится говорить, задал наводящий вопрос ректор. - Кто-то искал?
  - Нет, то есть да, милорд, - Малица оправилась от неожиданности и снова могла мыслить здраво. - Я вас искала. Мне нужно ваше разрешение.
  - На что?
  Похоже, появление саламандры не обрадовало ректора, но от тщательно скрывал раздражение. Ничего, времени достаточно, успеет. В конце концов, дома нужно только взять деньги и оставить письма. Ресторан не закроется.
  - Взять гербовник Закрытой империи, если таковой существует. Мне очень нужно, - Малица молитвенно сложила руки. - Дело жизни и смерти!
  Ректор нахмурился и прищурился. Саламандра смело выдержала его взгляд и повторила просьбу.
  - Заходите! - лорд отпер дверь и пропустил Малицу вперёд, в прихожую. - Судя по алым щекам, стоите давно. Могу предложить чаю. Взамен предельно честно расскажете, что успели натворить.
  - Ничего. Меня замуж выдают, вот, хочу узнать, за кого.
  Саламандра с интересом огляделась.
  Прихожая тёмная, с массивным шкафом для одежды, вешалками, зеркалом в медной оправе и витражным окном в комнаты.
  Скинув пальто, ректор небрежно повесил его и распахнул дверь на кухню. Оттуда пахнуло теплом, таким, что Малица не выдержала и чихнула.
  Везёт же, прислуга дом топит!
  - Простыли? - слух у лорда оказался отменный. - Сколько ждали?
  - Час, наверное, - пожала плечами саламандра и проскользнула на кухню.
  Там оказалось просторно и светло. Везде плетёные салфеточки, такая же скатерть на столе, подушки на табуретах. И даже засохшие цветы в вазе на полке.
  - У служанки выходной, хозяйничайте сами, - ректор махнул рукой на плиту и показал, где взять чай. - И рассказывайте, какие у вас связи с Закрытой империей. Вы учитесь в моей Академии, значит, я отвечаю за все ваши поступки. Да, именно так, Ирадос.
  Лорд отодвинул табурет и развалился на нём, заложив ногу на ногу. Имеет право, в своём доме. Цепкий взгляд пригвоздил Малицу к стене.
  Вместо ответа саламандра протянула кольцо и письмо матери. Она захватила его, втайне надеясь, ректор поймёт больше, чем троица друзей.
  На пару минут на кухне воцарилась тишина, только Малица бряцала чайником и журчала водой.
  - Занятно! - лорд дочитал письмо и теперь постукивал перстнем по столу. Помолвочное кольцо таинственного жениха саламандры лежало перед ним. - Смело с вашей стороны, адептка Ирадос.
  - Я не хотела нарушить ваш запрет, милорд, только и всего, - пожала плечами саламандра, стараясь ничем не выдать волнения. И только пот, тонкой струйкой стекавший по спине, напоминал: она балансирует на канате. - Вот и пришла попросить разрешения, принесла доказательства, чтобы вы не решили, будто я лгу.
  - Не лжёте, - согласился ректор и положил кольцо на письмо. - Только разрешения я не дам. И имя не скажу, хотя знаю. Незачем вам, вляпаетесь ещё по самые уши со своими друзьями. История неприятная, но от вас тут ничего не зависит.
  Неужели таки замуж?
  Сердце Малицы упало, и, не выдержав, она разрыдалась. Острые плечики подрагивали, нос непристойно шмыгал, а банка с чаем так и норовила выпасть из рук. Пришлось ректору встать и забрать.
  Саламандра с тоской посмотрела на чайник, потом на дверь. Сейчас её выставят вон, в осенние сумерки, к неведомому могущественному жениху, которого боится даже ректор. Хотя, какое лорду дело до какой-то адептки.
  - Пожалуйста! - видя, что ректор направляется к двери, взмолилась Малица. - Вы сами говорили, вы в ответе за меня. Неужели закроете глаза на нарушение закона?
  Лорд нахмурился. Дело затягивалось. Не стоило пускать адептку в дом, следовало поздороваться и пройти мимо. Теперь Алиса ждет. Нехорошо. Это женщине положено опаздывать, не мужчине.
  - Послушайте, Ирадос, - не скрывая раздражения, ответил лорд, - вам не кажется, что ваше поведение... Словом, я вам не нянька, решайте вопросы сами.
  - Тогда скажите его имя, милорд, вы ведь знаете.
  Дрожь прошла. Малица выпрямила спину и, упрямо утирая кулачком глаза, в упор смотрела на ректора сквозь радужную пелену. Едва ли ножкой не топала от раздражения.
  Почему он противится, кого покрывает? Или следовало нарушить правила и самовольно проникнуть в библиотеку? Лучше отчисление, чем неизвестность.
  - Адептка Ирадос, - повысил голос ректор, - вы переходите все границы.
  - Так отчислите меня! - взорвалась Малица.
  Отчаянье выпустило наружу огонь, заключённый в каждой саламандре. Она понимала, что дерзит, что лорд сейчас рассвирепеет, представляла, как страшен в гневе демон, но сказанного уже не вернёшь.
  Пальцы ректора сжались, губы побелели, но лорд ничем больше не выказал своего раздражения. Наоборот, он нарочито спокойно поинтересовался:
  - Что-то ещё, адептка Ирадос?
  - Нет, - стушевавшись, с трудом выдавила из себя саламандра.
  Конец! Сейчас он достанет амулет связи, и ночевать Малице придётся уже за стенами Академии.
  Интересно, сколько стоит номер в самой дешёвой гостинице? Вот не стоило так опрометчиво тратить стипендию!
  - Тогда подведём итоги, - заложив руки за спину, ректор прошёлся по кухне и остановился напротив пылавшей от стыда Малицы. - Вы только что нахамили ректору своего учебного заведения, оторвали меня от дел.
  - Простите, милорд, я не хотела... - попробовала оправдаться саламандра, но лорд прервал её мановением руки.
  - Я ещё не закончил, Ирадос. Вы доставляете слишком много проблем. Похоже, одного наказания вам мало. Единственное, что вас оправдывает, - ректор снял закипевший чайник с огня и ошпарил заварник, - ваше положение. Вы правы, подобные браки в империи запрещены. Необходимо согласие невесты, а уж никак не шантаж её и её родителей. Только поэтому вы ещё здесь и всё ещё учитесь в Академии. Теперь поговорим о вашем женихе.
  Саламандра облегчённо перевела дух, а лорд сел, буравя её тяжёлым взглядом, будто решая, как поступить.
  На пару минут в кухне воцарилась тишина, нарушаемая только потрескиванием поленьев.
  Лорд искоса посматривал на Малицу. Упрямая, не уйдёт, пока не узнает, кому принадлежит герб. Легче сказать, чтобы отделаться. Только ведь наломает дров, а то и сбежит!
  Мысль об Алисе, нетерпеливо поглядывавшей на часы, пересилила.
  Какая ему разница, ввяжется в авантюру, пусть сама и отвечает. Лишь бы Академию не запятнала.
  Конверт с письмом и кольцом жёг руки. Малице хотелось от него избавиться, забыть, как страшный сон.
  - Итак, о вашем женихе, - приняв решение, спокойно, будто пару минут назад и не сердился, проговорил ректор. - Это вампир. Достаточно сильный, чтобы лишить жизни ваших друзей прежде, чем те сумеют вспомнить хоть что-то из школьной программы. Именно поэтому, зная бесшабашность вашей компании, я и не называю его имени. Он маг, князь. Вдовец. И тайный советник императора.
  - Закрытой империи? - упавшим голосом спросила саламандра.
  Вампир. Хуже уже некуда! Пусть сейчас вампиры, если, разумеется, жили по закону, никого не убивали и пили кровь с добровольного согласия, а то и вовсе перешли на животную пищу, они всё равно вызывали трепет.
  - Именно, Ирадос. Почётный гость нашего императора, он будет присутствовать на осеннем балу.
  Лорд встал.
  - По-моему, я сказал достаточно. У меня дела, Ирадос. Я и так задержался. На неделе попробую поговорить с лордом Теоном, но ничего не обещаю. Ни на что не рассчитывайте.
  Нервное напряжение вырвалось наружу истеричным смехом.
  Лорд Эльмир шан Теон! Тот самый важный господин, ради которого они разучивали скучнейшие гимны. А он стоял рядом с ректором и откровенно скучал. Саламандра не запомнила, как он выглядел. Кто же знал, что именно этот вампир попросит её руки! Тогда понятно, чего так боялись родители и почему мать написала столь странное письмо: одновременно подталкивала к браку и отговаривала от него.
  Только вот зачем тайному советнику какая-то саламандра? Она абсолютно ничем не лучше прочих, не способнее, не красивее, не знатнее. Неужели любовь? Малица сомневалась. Пусть она ещё верила в вечность чувств и не приобрела опыт разочарований, любовь вампира казалась надуманной. Скорее всего, ему нужен подопытный кролик, подпитка собственной силы, которая возросла бы в рождённых детях. То есть тот же расчёт, что и у других жителей Закрытой империи, забиравших саламандр.
  - Милорд-ректор, - вот она, её последняя надежда, - пожалуйста, помогите. Мне нечем вас отблагодарить, но, уверена, родители нашли бы способ... Словом, я хочу стать магом, очень хочу!
  - Я же сказал: поговорю, - лорду уже изрядно надоела неуёмная адептка. - Пейте чай, Ирадос. Дверь просто захлопните. Надеюсь, вам хватит воспитания никуда не заглядывать.
  Саламандра кивнула и покосилась на буфет. Какую же чашку оттуда можно взять?
  - Вот, - ректор порывисто встал, достал кружку, плеснул туда чаю и всучил Малице. - Можете не возвращать. Оставите на общежитской кухне. И чай выпьете на улице.
  Лорд вытолкал оторопелую саламандру в прихожую и всучил пальто. Сам он заметно нервничал, даже прищёлкивал пальцами.
  Саламандра предпочла не искушать судьбу и, попрощавшись, ушла.
  Дождавшись, пока стихнет шум шагов и шорох палой листвы, ректор метнулся в кабинет, убрал письма и достал недостающую сумму. Пешком в город он уже не успевал, поэтому воспользовался порталом.
  
  Троица друзей сидела в таверне, и грустными лицами портила атмосферу всеобщего веселья.
  Грядущий праздник тоже не радовал, хотя Малица так мечтала покататься на каруселях и поесть жареного миндаля. Не то, чтобы это было для неё внове, просто нравилось.
  Кристоф заказал всем сидра и яблочного пирога, но никто к нему так и не притронулся, только пили.
  Разумеется, адептам запрещалось подобные заведения. Негласно, конечно, но не одобрялось, однако на поверку чуть ли не вся Академия колдовских сил пропадала за стенами учебного заведения, предаваясь питью и чревоугодию.
  Весело стучали кружками остальные посетители таверны. В них плескался вовсе не сидр, но друзья боялись пить: привратник учует запах спиртного и не пустит. Вот на празднике можно, даже нужно хлебнуть браги и медовухи.
  - Сам тайный советник! - Кристоф подпёр щёку ладонью и лениво откусил кусок уже остывшего пирога. - Может, у тебя кровь особенная, а?
  Будущий демонолог и эльфийка дружно посмотрели на Малицу. Та же уставилась на сложенные на столе руки.
  - Видишь ли, - неохотно, тихо пояснила она, - она у всех саламандр особенная. Для Закрытой империи. Не знаю, почему, но жёны-саламандры там ценятся.
  - Да из-за огня они ценятся! - подала голос Индира и с опаской огляделась, будто лорд Теон мог прятаться среди посетителей.
  - Рабыня и племенная кобыла, - подвела неутешительный итог Малица и залпом осушила чуть ли не всю кружку. - Что делать-то?
  Она по очереди посмотрели на друзей. Те отвели глаза, изобразив бурный интерес к потолку и одежде.
  - Подожди ответа ректора, - как самая благоразумная из троих, отозвалась эльфийка. - Судя по всему, он проникся. Странно, конечно, что выслушал.
  - О, Аля умеет быть настойчивой, правда? - Кристоф обнял саламандру за плечи и притянул к себе.
  Индира закатила глаза и, бросив пару быстрых взглядов по сторонам, перешла на шёпот.
  - На бал Малица одна не пойдёт, это не обсуждается. Нужен кавалер, даже не так - защитник. Не адепт. Советую присмотреться к офицерам стражи. Они холостые сильные ребята, почти все маги. А ещё лучше офицеры Особой службы. Те сплошь имеют дипломы с отличием и любого вампира в бараний рог скрутят.
  Офицеры Особой службы... Можно подумать, они косяками вокруг ходят!
  Взгляд саламанды в который раз тоскливо обежал помещение. Офицеры стражи есть, а вот особисты... Хотя вон там, кажется, знакомый значок поблескивает на пряжке.
  Малица приосанилась и поправила волосы. Идея Индиры уже не казалась такой дурацкой. Пусть Кристоф шипел, что сам прекрасно справится с защитой, саламандра не желала рисковать. Небольшой роман никому ещё не мешал, а если мужчина окажется интересным и симпатичным, кто знает. В любом случае, это встряска. Должна же присутствовать в жизни романтика, а не только серые унылые учебные будни?
  Кристофер демонстративно покрутил пальцем у виска. Индира же сунула под столом свой флакончик духов, который всегда носила с собой.
  - Эм, девочки, - демонолог забарабанил пальцами по столу, - это не самая лучшая идея. Особенно для Малицы. Она у нас... кхэ-кхэ... девочка невинная, а подобную помощь за поцелуи не оказывают. Давай лучше ты, Индира.
  - Значит, я по-твоему?..
  Раскрасневшаяся эльфийка не договорила и в порыве чувств вылила остатки содержимого стакана за шиворот Кристоферу. Похоже, знаменитая холодность представителей её народа обошла Индиру стороной.
  Кристофер вскочил, ругаясь, стащил рубашку и принялся отжимать. Девушек ничуть не смущался: чего они там не видели? И верно, ни эльфийка, ни саламандра не обратили внимания на обнажённый торс друга. Куда больше их интересовал офицер Особой службы, спокойно ужинавший в уголке.
  За окном плескалась ночь: осенью она наступает рано. Однако монотонно тикавшие за стойкой хозяина часы намекали, адептам пора возвращаться в Академию, если они не желают проблем. Призрачные гончие вполне могли начать обход территории.
  Мягкий живой свет, не магический, а свечной, согревал зал. Стены его потемнели от времени и чада, частично скрыв от глаз роспись. Некогда побелку украшали сцены из сельской жизни, сейчас же - пятна. Тем не менее, таверна по-прежнему считалась приличной. В такую можно зайти без опаски натолкнуться на дурную компанию, хотя кошелёк и голову, как в любом другом месте, надлежало беречь, за это хозяин не в ответе.
  На импровизированной сцене у большого очага, над которым крутился румяный поросёнок, готовилась выступать тоненькая девушка. Со стороны она казалась ребёнком, но Индира, мазнув глазом по фигурке, лениво пояснила: 'Полукровка, они все такие'. Друзья могли бы поспорить, но не стали: не до того. Эльфийке виднее, как выглядят её сородичи и сколько им лет. Самой Идире ведь девятнадцать по человеческим меркам, а в метрике стоит совсем другое число. В приёмной комиссии Академии даже висела таблица соотношения возрастов разных рас и время наступление совершеннолетия для каждой.
  Офицер устроился так, чтобы ему никто не мешал. Ел не торопясь, степенно, тщательно прожёвывая пищу.
  Меч лежал на столе - всегда под рукой. Ножны потёртые - сразу видно, оружие не для красоты, пользуются им часто. Форма - тоже видавшая виды, хотя отороченные кружевом воротник идеально чистой накрахмаленной рубашки свидетельствовал, деньги у владельца водятся.
  К поясу, будто охотничий патронташ, крепились разные флакончики, камни, увеличительные стёкла. Всё это служащие Особой службы использовали в работе.
  На шее, прикрытый воротом куртки, - шнурок от амулета. Ещё парочка занятных предметов в карманах. Об их существовании можно только догадываться: подобные вещи не выставляли напоказ. Но раз карман топорщится, в нём что-то есть.
  Сам офицер среднего роста. Шатен. Волосы короткие, но не под ноль, зачёсаны за уши. В одной из мочек - серёжка-капелька. Едва заметная, пламенеющая гранями рубина. Нет ни атлетических плеч, ни больших кулаков, однако отчего-то к мужчине за стол никто не подсаживался.
  Малица оглянулась на подбадривающе улыбавшуюся Индиру и хмурого, всё ещё решавшего проблему с рубашкой Кристофа и сделала первый нерешительный шаг к шатену.
  Одно дело знакомиться, когда парень нравится, а тут как? Она даже лица его не видела. Вдруг он урод?
  - Всё за тебя надо делать! - с укором вздохнула Индира и, ухватив подругу за руку, потащила к офицеру.
  Тот, заслышав шаги, поднял голову и равнодушно уставился на двух девушек.
  Голубые глаза. Шрамов нет. И вовсе не страшный, только взрослый. Не так, чтобы слишком, но не вчерашний выпускник.
  - Простите, - защебетала Индира, предвосхищая вопрос, - моя подруга очень стеснительная, сама бы не подошла.
  Брови мужчины взлетели вверх. Он промокнул рот платком - салфеток в таверне не водилось - и встал, чтобы не смотреть на дам снизу вверх.
  - Чем обязан столь пристальному вниманию?
  Малица закашлялась и покраснела. Просьба деликатнее некуда, а промолчать нельзя. Ещё Индира хороша, подкинула проблем! Стоит, ресницами хлопает и в бок толкает.
  - Вы ведь из Особой службы? - глупо спросила саламандра.
  Будто значка не видно! Он ведь не крошечный, а с добротную крупную пряжку: перевитые в замысловатом танце змеи.
  Офицер вздохнул, тоскливо огляделся на ужин и кивнул.
  - Какие-то проблемы, барышни? - подчёркнуто вежливо осведомился он, хотя на самом деле мечтал сказать совсем другое.
  'Да!' - хотелось крикнуть Малице, но и она покривила душой. Кокетливо улыбнулась и попросила дозволения присесть.
  Лицо саламандры горело, между пальцами тоже пробегали искорки, и Малица поспешила сцепить руки за спиной, чтобы не выдать волнения. Никогда прежде ей не доводилось соблазнять мужчин, и саламандра чувствовала себя не в своей тарелке.
  Кажется, офицер раскусил игру, потому что нахмурился.
  - Милая барышня, простите, не знаю вашего имени, боюсь, я ничем не смогу вам помочь, - голос мужчины сочился недовольством и упрёком.
  Спасибо, не презрением!
  - И вы допустите, чтобы меня убил вампир? - Малица сбросила маску и, вопреки недовольному шипению подруги, играла в открытую.
  Ну не может она никого соблазнить на заказ, лучше попробовать в процессе, так сказать, если мужчина окажется интересным.
  Индира закатила глаза, всем своим видом показывая, какая подруга идиотка. Малица в ответ незаметно скрутила ей за спиной некий символ из пальцев.
  По мнению саламандры, знакомствам способствовала правда, чуть приправленная ложью и кокетством, а не дешёвый спектакль. Ну что бы она соврала? Что всю жизнь мечтала познакомиться с особистом? Для тринадцатилетней девочки бы подошло, в девятнадцать смотрится глупо.
  Что офицер поразил её в самое сердце, обсасывая бараньи рёбрышки? Малица бы первая послала себя в дальние дали.
  Нет, тут требовалось Чувство, а разыграть его с совершенно незнакомым человеком не получится.
  - Какой вампир? - лицо офицера в этот момент являло пёструю смесь прострации, недоумения и недовольства.
  - Послушайте, девушка, - он взял себя в руки и вернулся к еде, - мне не до ваших шуток. Дайте спокойно поужинать, а то доиграетесь до участка. Посидите там часок, поумнеете.
  С характером. Вредным.
  Может, извиниться и уйти? В конце концов, свет клином не сошёлся, можно присмотреться и выбрать более подходящую кандидатуру.
  'Только вот вампиру может надоесть ждать, - вступил в беседу противный внутренний голос. - Он наверняка рассчитывал, что ты колечко сразу напялишь. А уж после разговора с лордом-ректором и вовсе озвереть может'.
  Малица вздохнула и загнала обиду на резкие слова обратно. Подумаешь, устал человек, окрысился немного.
  - Это вы послушайте! - на повышенных тонах, подбоченившись, вмешалась Индира. Щёки эльфийки пылали праведным гневом, подчёркивая природную белизну кожи - У вас просят помощи, вы состоите на государственной службе и... Я пожалуюсь вашему командиру! Кто он там?
  - Лорд тер Нокас, - устало ответил офицер и с тоской посмотрел на стынущий ужин.
  Похоже, поесть ему не дадут. И это после суточного дежурства!
  Офицер исподлобья глянул на притопывающую ножкой Индиру. Сразу видно, избалованная богачка, таких в Академии навалом. Либо жениха ищет, либо собралась реализовывать 'великие способности'. И реализует, если денег на подкуп преподавателей хватит. А потом повесит диплом на стеночку и станет пыль с него протирать.
  Внутри медленно, но верно закипало раздражение.
  Послать бы обоих, а ещё лучше встать и уйти, чтобы спокойно доесть в другом месте, но денег жалко. Да и что же это такое, ретироваться из-за двух соплячек!
  - А как ваше имя? - не унималась Индира.
  Малица чувствовала, добром это не кончится. Губы офицера плотно сжаты, ноздри раздуты, глаза слегка прищурены. Ещё немного, и гнев вырвется наружу. Напрасно подруга играет с огнём! Особист ровным счётом ничего не сделал, наоборот, это они - виновная сторона.
  - Простите, мы уже уходим, - прежде, чем офицер открыл рот, пробормотала саламандра и сделала крохотный шажок назад. - Это не самая лучшая идея, правда.
  И бегом из таверны! Опозорились по полной программе. Прав был Кристоф, хоть раз, но прав. Сам сидит, смотрит, пальцем у виска крутит. А рука-то за спину спрятана: готовится, случись что, защитить подруг.
  - Э, нет! - офицер встал, и девушки прыснули в разные стороны, повинуясь инстинктам. - Давайте знакомиться, раз так настаиваете. Вижу, в Академии колдовских сил учитесь? - он выразительно глянул на синюю форму с нашивками 'АКС'.
  В головах обеих мелькнуло досадливое: 'Надо было переодеться!'
  Малица кивнула. Отпираться бесполезно.
  Тучи над головой сгущались. Если офицер пожалуется хоть кому-то из Академии, саламандру отчислят. Прямо в загребущие руки вампира. Только вот доставаться ему Малица не желала и, пока брела от ректорского дома с опустевшей кружкой в руках, уже набросала пару вариантов побега.
  Вольные хлеба не сахар, а саламандра не привыкла к тяжёлой работе, но лучше подавальщицей и подёнщицей на север, туда, куда только порталами добраться можно, чем в храм.
  - Замечательно! - губы офицера расплылись в гаденькой улыбочке. - Может, и имена свои назовёте.
  - Только после вас, - вклинилась в разговор Индира и ойкнула, когда Малица наступила ей на ногу.
  Неужели не видит, что собеседник дошёл до ручки? С него станется завтра же пойти к декану, а то и самому ректору.
  При мысли о том, что придётся снова стоять в рабочем кабинете лорда Онеша, затряслись колени и вспотели ладони. Живо представилось, как, буравя изумрудами глаз, ректор сухо зачитает приказ об отчислении.
  А потом в кабинет войдёт лорд Теон, улыбнётся клыкастой улыбкой, и можно сразу в окно.
  Малица тряхнула огненно-каштановой головой. Не дождутся! Саламандра она или нет, чтобы взять и лапки сложить? С таким трудом поступила в Академию - и так легко из неё вылетела. Нет, она ещё попляшет в пламени камина.
  - Простите мою подругу, она за меня переживает, - как можно вежливее и мягче ответила Малица, чуть потупив глаза и шаркнув ножкой. Старая женская уловка, но вдруг поможет? - У меня действительно серьёзные проблемы, и я действительно не отказалась бы от помощи.
  Офицер скептически хмыкнул и повторно попросил представиться, уже отточенным годами холодным официальным тоном.
  - Малица, - саламандра намерено назвала только имя, надеясь, что в Академии найдётся тёзка.
  Промолчать было нельзя: рука мужчины потянулась к амулету связи, он запросто мог вызвать патрульный отряд. Положим, ничего дурного подруги не совершили, но общаться со стражами порядка, пусть даже недолго, совсем не хотелось. Главная причина - обязательная фиксация имён задержанных. А это прямой путь к неприятному разговору в Академии.
  - И какие же у вас проблемы, госпожа Малица? - пальцы офицера барабанили по столу, рот всё так же недобро скалился в усмешке.
  - С вампиром.
  Саламандра по-прежнему изображала саму кротость, а в голове пульсировало: 'Чтобы я ещё когда-то послушала в таком деле Индиру!..'
  В глазах отразилось неверие. Пальцы мужчины потянулись к медальону связи в кармане брюк, породив волну лёгкой паники. Она отразилась на девичьих лицах, офицер не мог не заметить и демонстративно, чтобы проучить и напугать ещё больше, таки вытащил медальон.
  Искорки затрещали на пальцах Малицы, и она торопливо спрятала руки за спину. Но разве что-то скроется от натренированного глаза сотрудника Особой службы!
  - Саламандра, - он не спрашивал, а констатировал. - На кого учитесь, барышня?
  - На стихийника, - не задумываясь, ответила Малица и, спохватившись, добавила: - Но это к делу не относится.
  Выдала себя с головой!
  Сжав пальцы так, что ногти впились в ладони, саламандра пару раз глубоко вздохнула, приводя нервы в порядок, и тихим, спокойным голосом попросила Индиру вернуться к Кристофу: 'Заодно за сумкой моей присмотришь, я скоро'. Эльфийка раскусила простенький манёвр и сделала лишь полшага назад, не желая оставлять подругу одну.
  - И что же относится? - офицер уже с любопытством осмотрел саламандру.
  Той стало не по себе. Неприятно, когда тебя пристально разглядывают, будто вещь на полке. А ведь ей ещё соблазнять. Нет, не выйдет, не нравится Малице офицер. Пусть симпатичный, нестарый, но не нравится.
  - Намерение некого вампира принудить меня к браку. Он запугал мою семью, чтобы я дала согласие.
  Саламандра решительно шагнула к столу и села подле офицера. Тот хмыкнул, приподняв бровь, но промолчал. Малица же подогрела оставшуюся еду и, перехватив проходившую мимо подавальщицу, заказала крепкого эля - для храбрости.
  - Вы ешьте, - саламандра указала на тарелку с бараниной. - Устали, наверное. Или на улицах спокойно?
  Офицер задумался, теребя медальон связи, а потом убрал его обратно в карман.
  - Садитесь уж! - махнув рукой, сдался он Индире и заказал девушкам пунша с засахаренными грушами.
  Малица восприняла это как добрый знак и перевела дух. Угроза отчисления миновала, теперь можно пофлиртовать. Саламандра начала с заботы о собеседнике: отказалась говорить, пока он немного не поест.
  Индира тоже включилась в игру, щебеча о трудности работы в Особой службе и тонкой душевной организации беззащитных девушек, которые, доведённые до отчаянья, иногда срываются и очень сожалеют о грубых словах.
  Офицер слушал и рассеянно кивал. Мысли его занимала еда, и вместе с наполнением желудка усиливалось желание закрыть глаза и вытянуть ноги у очага. Спать мужчина умел и сидя, пение и голоса не помешали бы, но долг требовал выслушать адепток. Они упомянули вампира, намекнули на нарушение закона, а подобные дела могли перейти и под юрисдикцию Особой службы, обнаружись там магия и интересы Закрытой империи.
  Кристоф, в одиночестве маявшийся за столом, порывался перебраться ближе, но девушки не пускали, беззвучно шикали.
  Настроив инструмент, затянула балладу певица. От неё офицера ещё больше клонило в сон, а приходилось лениво жевать и слушать.
  Эль оказался горьким, но Малица мужественно осушила кружку и с трудом подавила икоту. Не её это напиток. Видя, что особист немного растаял, саламандра решила продолжить знакомство. Мужчина без лишних вопросов представился: 'Джед'. На вопрос о фамилии хмыкнул:
  - Ну, вы же мне свою не назвали.
  При ближайшем рассмотрении саламандра оказалась симпатичной, куда симпатичнее своей надушенной подруги. Да и не любил офицер никогда эльфиек, натерпелся от них на службе. Трудно представить себе более надменный народ, за исключением тёмных, пожалуй. Те же вампиры смотрели на людей с лёгким презрением, демоны и оборотни недалеко ушли.
  - Итак, Джед, - Малица, нагнувшись, легла грудью на стол, приковав внимание офицера к себе, - вы мне поможете?
  Мужчина задумался. Глаза невольно задержались на девичьих формах, скупо обрисованных плотной тканью. Они чуть колыхались от дыхания, заставляя вновь задуматься о принятом недавно решении скорее отделаться от назойливых девиц.
  Каково это с саламандрой? Наверное, очень горячо.
  Мысль промелькнула, как видение, и испарилась. Не хватало ещё неприятностей по службе! Хотя, с другой стороны, девочка его открыто соблазняет. Видимо, намекает, что предложит в качестве платы за услуги.
  - Я не даю обещаний, не зная сути дела.
  Принесли груши и пунш.
  Певица взяла самую верхнюю ноту, от которой задрожала посуда. Раздались недовольные выкрики, и той пришлось замолчать.
  Малица подождала, пока таверна угомонится, снова застучал вилки, а голоса сольются в монотонный гул, и коротко пересказала свою историю, избегая конкретных имён.
  Джед слушал молча, изредка прикладываясь к элю - баранину он уже доел. И подмечал, как саламандра, случайно или нет, покусывает нижнюю губу. В высшей степени эротично, но за время службы офицер привык к тому, что дамы разных рас пытались его обворожить, лишь бы избежать наказания. Вот и теперь он, с одной стороны, наслаждался видом юной саламандры, с другой, старался не поддаваться инстинктам.
  - А почему бы вам не пойти в городскую стражу и не подать заявление? - поинтересовался мужчина, когда Малица закончила рассказ.
  Саламандра вновь ощутила волну недоверия, исходившую от Джеда. Оно и понятно, она сама бы не пришла в восторг, если бы к ней вот так обратился за помощью незнакомец.
  - Потому что это маг и очень высокопоставленный чиновник, - терпеливо разъяснила Малица. - Он гость нашего императора.
  Брови офицера поднялись домиком. В горле резко пересохло.
  В какую историю его хотят втянуть?
  - Ничем не могу помочь, - сухо, даже резко ответил Джед.
  - Пожалуйста! - взмолилась Малица, просительно потянув к нему руки. - Вы же из Особой службы, вы имеете право его задержать.
  - На каком основании, барышня? - покачал головой офицер и, ощутив на себе взгляд Кристофа, оглянулся.
  - Ваш молодой человек? - он кивнул на демонолога. - Время позднее, пусть заберёт вас в общежитие. Всего хорошего, госпожи.
  Вот так рухнула надежда на защиту. Осталось только попрощаться и уйти.
  Порывисто встав, Малица, запинаясь от волнения, заявила:
  - Это несправедливо и подло! Какой вы после этого мужчина? И платить за нас не надо, мы не нищие и порядочные.
  Порывшись в вышитом поясном кошельке, закипая от обиды: и на себя, и на Индиру, и на Джеда, - саламандра кинула на стол россыпь монет и с гордо выпрямленной спиной зашагала прочь. Эльфийка поспешила за ней, одарив офицера убийственным взглядом и презрительно скривленными губами.
  - Стойте!
  Мужчина ухватил Малицу за руку и развернул к себе. Та попыталась вырваться, но безуспешно: пальцы офицера крепко вцепились в платье, стиснув кости.
  - Да что вы себе позволяете? - возмутилась девушка. - Я ведь и магию применить могу!
  До этого молчаливо наблюдавший за разговором Кристоф подскочил и положил руку на ученический меч. От боевого его отличало только качество стали и заточка, а так урон одинаковый. Меч выдавали адептам боевых направлений после успешного окончания второго курса, а к выпуску студенты обычно обзаводились своим, сделанным по заказу.
  - Это что вы себе позволяете! - взорвался Джед.
  Серёжка-капелька в ухе пылала, будто глаза разъярённого вампира. От этого сравнения стало окончательно не по себе.
  Офицер грубо толкнул Малицу, вынудив сесть, и навис над ней демоном. Рука легла на стол в опасной близости от ножен. Самое время применить магию, но от неожиданности и страха - как-никак, нападение на представителя власти - всё вылетело из головы. У Идиры, похоже, тоже, раз она пронзительно верещала. Хотя, ей простительно, целительница же.
  Кристоф метнулся к подругам, но натолкнулся на вытянутую руку Джеда.
  - Сто раз подумайте, юноша, - угрюмо посоветовал он и обернулся к Малице.
  Однако сказать ничего не успел: эльфийка вцепилась в руку зубами, а демонолог ловко высвободил саламандру из ловушки и потащил к выходу. Сама Малица предпочла бы уйти через пламя очага, чем, не поспевая, болтаться позади друга.
  - Стоять! - рявкнул офицер и поднял окровавленную руку.
  Воздух в таверне сгустился до густоты сметаны. Движения замедлились. Адепты будто завязли в меду. Чем больше пытались вырвались, тем больше было сопротивление.
  - Госпожа Малица, извольте ответить за свои слова.
  Офицер подошёл и встал напротив саламандры. Та застыла в считанных ярдах от двери. Вот она, свобода, а не добраться.
  - Я сказала то, что думала, - смело ответила Малица, глядя в сузившиеся голубые глаза. - Вы отказались помочь, услышав о положении преступника.
  Лицо Джеда стало мрачнее тучи. Рука сжала медальон связи, но в последний момент офицер передумал. Развеяв чары, он отрывисто сказал:
  - Хорошо, госпожа, убедили. Приходите в Особую службу, спросите Джеда Амера.
  
  * * *
  
  Малица с тоской взирала на доску, на которой сами собой возникали замысловатые формулы. Вчерашняя ночь опять выдалась бессонной: обсуждали события в таверне, поэтому объяснения преподавателя естественных дисциплин, сухонького господина Хороса, пролетали мимо ушей. Саламандра мечтала свернуться клубочком и немного вздремнуть. Или хотя бы выпить чашечку кофе. Пусть в столовой варят разбавленный, для адептов, а не такой ароматный и крепкий, как для преподавателей, но всё равно бодрит. А взбодриться надо, потому что впереди занятия на свежем воздухе, и там отсидеться на задней парте не получится.
  Два часа отработки боевых навыков, медитаций и взаимодействия в команде, а после кросс. Три круга по периметру парка. Кто не сдаёт норматив, остаётся на дополнительные занятия по физподготовке.
  Малица понимала, магу, если он не целитель или проклятийник, важно уметь бегать и прыгать, но мысленно считала господина Ойгла извращенцем. Чего ещё ожидать от человека, в котором течёт четверть крови оборотней? Только гадостей и полного отсутствия жалости. Зато сам Ойгл бегал так, что, пожалуй, призрачные гончие не догонят. Легко перепрыгивал барьеры, подтягивался на верёвках - сказывалась кровь предков. И глаза у него жёлтые - чистый оборотень!
  Ларан тер Шонер нравился Малице гораздо больше. Нет, он тоже орал и не стеснялся в выражениях, когда адепты не могли одновременно держать щит и наносить удары, но никогда не измывался над теми, кто валился с ног от усталости. Скажет только: 'Убиты' и велит ползти на скамейку. Хотя, по рассказам Кристофера, им боевой маг поблажек не делал. Видимо, они только для второго курса, когда только-только начинают осваивать специализацию.
  Всё это пронеслось в голове бессвязным потоком, пока мел Хороса заканчивал дописывать строчку.
  Малица подпёрла голову рукой и попыталась сосредоточиться.
  Какая сегодня тема? Нечто скучное и заумное.
  Тема так и не вспомнилась, пришлось заглянуть в конспект - 'Воздух и его составляющие в разрезе магии'. Вот кому это надо? Кому суждено быть повешенным... Словом, не умеешь колдовать и наскучил небесам, никакие природные соединения не спасут.
  - Адептка Ирадос, - Малица вздрогнула и скорчила печальную мину, - не соблаговолите ли подойти?
  Ладно, хотя бы не отвечать, а то с таким конспектом только с врагом торговаться. Но с Хороса станется проверить, слушала ли она, поэтому саламандра перед тем, как встать, скосила глаза в соседскую тетрадь.
  Ясно, три газа, металлы, летучие соединения. Сера. Хм, а им-то это зачем, это для драконов.
  Оправив воротничок платья, Малица с независимым видом продефилировала к доске и склонила голову: мол, вся во внимании.
  Преподавателя её самоуверенность не обманула. Вздохнув, он покачал головой и вкрадчиво спросил:
  - Вы слушали?
  - Конечно! - с видом оскорблённого достоинства соврала Малица.
  В конце концов, он не спросил, кого именно, а уж себя-то саламандра внимательно слушала. Невольно всплыла народная мудрость: 'Приятно поговорить с умным человеком'. В данном конкретном случае - помолчать.
  - Тогда объясните, зачем мы всё это изучаем.
  Потому, что господину Хоросу за что надо платить жалование, а ректору - заполнить 'окно' в учебных часах. Но этот ответ заведомо неправильный, поэтому саламандра озвучила другой:
  - Затем, чтобы восполнить ресурсы в критической ситуации, стабилизировать заклинание в среде, лишённой магической подпитки, или расстроить козни врага.
  Брови Хороса над круглыми очками в роговой оправе поползли вверх. К слову, он единственный из всех преподавателей носил окуляры. Собственно, потому что единственный всю жизнь занимался только наукой. Все остальные при серьёзном ухудшении зрения обращались к целителям, понимая, очки даже на тренировке повышают риск остаться без глаз.
  Малица мысленно похвалила себя. Выкрутилась. Не ожидал Хорос, что она ответит, хотел подловить. На самом деле, вопрос лёгкий, надо только голову включить. И конспект переписать. Может, действительно задержится в памяти и когда-нибудь пригодится.
  - Хорошо, - прокашлявшись, кивнул Хорос и призвал хихикающих адептов к тишине. - А какова практическая польза для стихийников?
  - Каких именно? - Малица отчаянно тянула время, надеясь на чудо.
  Положим, об огневиках она всё знает. Ну, не всё, но хватит на ответ. С другими хуже. Фиг его знает, зачем огневикам воздух? Дар позволяет работать с пламенем в любом пространстве, лишь бы связи внутри тела не перекрыли. Тогда есть вокруг магия или те же газы, неважно, всё равно не доберёшься. Не скажешь же противнику: 'Подождите пару часиков, я тут полевую лабораторию организую'.
  Малице живо представилось: ночь, степь, и она, бегающая с колбочками. Не удержавшись, саламандра хихикнула и, поймав недовольный взгляд преподавателя, извинилась.
  - Всех, - подло уточнил вопрос Хорос.
  Значит, не простил смех и витание в облаках. Вот вредный старикашка!
  Малица открыла рот, чтобы начать вещать с огневиков, но тут возле доски материализовался дух и коротко сообщил: 'Адептку Ирадос к ректору'.
  Хорос выразительно глянул на саламандру из-под очков: допрыгалась, мол. Малица же судорожно пыталась припомнить, чем могла заслужить высочайшее внимание. Она честно ничего не делала, только ходила вчера просить гербовник Закрытой империи. Но это ведь не преступлении, они так душевно поговорили, учитывая разницу в статусе, даже пришли к соглашению.
  Или это из-за кружки? Подумаешь, забыла в столовой оставить, не ругаться же из-за этого! Нет, тут иная причина. Возможно, ректор хочет сообщить о результатах разговора с лордом Теоном. Только почему во время занятий? Одни загадки!
  - Идите уж! - махнул рукой Хорос и взглянул на часы.
  - Насовсем идите, - уточнил он, - лекция через полчаса кончается.
  И Малица пошла. Собрала сумку, попрощалась и скрылась за дверью аудитории.
  В коридорах царила почти кладбищенская тишина, только изредка долетали из-за дверей приглушённые голоса. Изоляция в Академии хорошая, ничего, кроме бубнежа, прислонившись ухом к замочной скважине, не услышишь, только если печать приглушения снять.
  Малица не спешила. Внутри ворочалась тревога, соблазняя вообще никуда не ходить. Но нельзя.
  Вдруг очередное письмо вручит, а там категоричный приказ выйти замуж? И что тогда? Понятно, что - в камин и в бега. Лишь бы только ректор не помешал и не посадил под домашний арест. Он может, имеет право. Оставалось надеяться, лорд не так мстителен, а предчувствия - не стоят выеденного яйца.
  Чтобы попасть в Административную башню, нужно было выйти наружу и пересечь один из дворов Академии. Там Малица увидела карету. Закрытую, на двоих седоков и явно не наёмную. Подойдя ближе, саламандра разглядела герб императора. Своего - Империи раздолья.
  Градус любопытства только возрос, и Малица попыталась завязать разговор с кучером. Тот с важным видом восседал на козлах и читал потрёпанный карманный томик - редкостное зрелище, но среди возниц тоже встречаются образованные люди.
  С неохотой оторвавшись от увлекательного чтения, как оказалось, поваренной книги, кучер воззрел на Малицу с выражением крайнего недовольства и буркнул:
  - Кого надо, того и везу. Спрашивают тут всякие!
  - А из самого дворца везёте? - не унималась саламандра.
  - Нет, из преисподней.
  Кучер фыркнул и вновь углубился в чтение. Малица же повертелась ещё немного вокруг кареты и, запоздало вспомнив, что ректор, как и смерть, ждать не любит, припустила к Административной башне.
  Внизу, в холле, Малица увидела проректора.
  Дурные предчувствия саламандры тут же всколыхнулись. Вряд ли Нейл тер Лис просто так мерит шагами каменные плиты и поглядывает на дверь. И точно, едва заметив Малицу, встрепенулся и подскочил.
  - Адептка Ирадос, где вас носит? - завопил он.
  В раскатистом голосе прорезались драконьи нотки. Саламандре даже на миг показалось, будто даже зрачок изменился. А ведь обычно проректор спокоен и невозмутим.
  Не дождавшись ответа, по сути, и не нуждаясь в нём, Лис ухватил Малицу за руку и потащил вверх по лестнице.
  В кабинете ректора жарко пылал камин, даря желанное тепло после лёгкой промозлости осеннего утра. Возле него, спиной к саламандре, сидел мужчина. Вытянув руки к огню, он будто погрузился в собственные мысли. Сложенный плащ свисал с подлокотника кресла. Странно, отчего гость лорда Онеша не пожелал повесить его на вешалку? Вот же она, в углу огромного кабинета.
  Сам ректор устроился за столом. Едва отворилась дверь и вошла Малица, лорд встрепенулся и встал.
  - Благодарю, вы нам не потребуетесь, - кивнул он проректору и попросил, чтобы их не беспокоили.
  Тер Лис кивнул и скрылся за дверью.
  Над притолокой полыхнули чары. Всё, печати наложены, теперь без дозволения лорда никто не войдёт и не выйдет.
  - Звали, милорд? - глупо спросила Малица, переминаясь с ноги на ногу.
  Всё вдруг начало мешать: и ремень сумки натирал плечо, и воротничок платья душил, и ноги в шерстяных чулках чесались.
  Взгляд то и дело останавливался на незнакомце у камина. Кто он, отчего не поднялся, не повернулся, когда она вошла? Нет, саламандра - птица невеликая, но любой оглянется, чтобы узнать, кто потревожил его покой.
  Малица не сомневалась, тот мужчина приехал в королевской карете, и от этого волновалась ещё больше. Желудок предательски ныл, пальцы чесались от вырывавшегося наружу огня.
  - Звал, - подтвердил ректор, бросив на саламандру сердитый взгляд, - но не я, наш гость. Он желал с вами переговорить.
  - Зачем? - Малица твёрдо знала, разговаривать с этим типом она не желает.
  - Сами узнаете. А пока, - ректор обошёл вокруг неё и остановился напротив, скалой нависая на сгорбившейся саламандрой, - расскажите о вчерашнем вечере. До меня дошли слухи... - он замялся, подбирая нужное выражение, но в конце концов ограничился нейтральным: - Крайне странные слухи.
  - Милорд, крайне невежливо спрашивать у девушки, как она провела вечер, - попыталась выкрутиться Малица.
  Ну Индира, ну удружила! Хотя саламандра сама хороша: приставала к мужчине! И ведь понравилось же, хоть и страшно было. И своего добилась.
  Лорд хмыкнул и покачал головой.
  - Да-а, за словом вы в карман не полезете! Тогда прямой вопрос, Ирадос: вы домогались мужчину?
  - Что я делала? - захлопала ресницами Малица. - Милорд, это физически невозможно. Я хрупкая девушка, воспитанная, скромная, я мирно сидела с друзьями в таверне и ничего такого не делала.
  - Вот и прекрасно. Я тоже, когда услышал, не поверил. Садитесь! - лорд махнул рукой на своё место.
  - А как же вы?
  Саламандра в нерешительности покосилась на ректорское кресло. Садится туда неловко, будто на место лорда метишь. Да и он как, неужели стоять будет? Неловко.
  Вместо ответа ректор устроился на широком подоконнике, сделав вид, будто ничего не видит и не слышит. На самом деле же зелёные глаза не упускали из виду ничего в кабинете.
  - Юная леди любит мужское общество? - раздался глубокий мужской голос.
  Малица аж вздрогнула, услышав его. Она уже успела забыть о мужчине у камина. Тот же обернулся, окинув саламандру холодным оценивающим взглядом. Та поёжилась от столь невежливого внимания. Сразу видно, гость ректора привык смотреть на окружающих сверху вниз. Полные губы презрительно поджаты, серые глаза холодны, как лёд.
  Сам мужчина поджарый, но с развитым плечевым поясом, что создавало лёгкий диссонанс с прочей фигурой. Руки унизаны перстнями, каждый стоит целое состояние - уж Малица-то, как всякая девушка, в этом понимала. Бороды нет, усов тоже.
  Саламандра присела в вежливом реверансе и замерла, настороженно наблюдая за гостем из-под ресниц. Сердце то пускалось вскачь, то пропускало удары.
  - Да, вблизи вы всё так же хороши, - бесцеремонно констатировал мужчина и встал.
  Блеснул шитьём камзол, мягко стукнул о грудь медальон на толстой цепочке.
  Малица побледнела, осенённая догадкой. Жених! Только тот вампир, а у этого клыки не торчат. Нужно проверить. И, пересилив себя, саламандра сделала шаг вперёд, чтобы лучше разглядеть мужчину. Тот улыбнулся, так же холодно, как и смотрел. Приподнявшаяся верхняя губа обнажила чуть заострённые, больше по размеру, чем у прочих рас, клыки.
  Вздрогнув, Малица в ужасе отшатнулась.
  - Ирадос, - прокомментировал ректор с подоконника, - может, вы вспомните о хороших манерах? Меньше всего на свете я хочу получить гневную ноту от тёмного императора. Перед вами лорд шан Теон.
  - Лорд Эльмир шан Теон, - поправил вампир и встал, отвесив церемонный поклон. - Я имел чести просить вашей руки и крайне огорчён, не увидев на руке родового кольца.
  Саламандра сглотнула и с надеждой покосилась на ректора. Тот закатил глаза и пожал плечами. Мол, ничего не знаю, разбирайтесь сами.
  Малица застонала и, забыв о прежнем стеснении, рухнула в кресло ректора. Оно помогло хоть как-то отгородиться от самозваного жениха.
  - Вы прекрасны и обворожительны, - продолжал рассыпать комплименты Теон, даже не пытаясь привнести в них немного тепла. - Как луч солнца посреди вековечной тьмы. Как только увидел вас среди хористок, понял, что должен отдать кольцо. Понимаю, я старше вас, но не торопитесь, принимая решение.
  А вот и угроза. Вежливая, чтобы не пожаловать, не обвинить.
  Малица гневно засопела. Вот чего она не терпела, так это давления. Одно дело - преподаватели, другое - какой-то вампир, пусть даже и тайный советник императора.
  - Милорд, - с вызовом парировала саламандра, - брак - дело добровольное. Я вас не знаю, а вы хотите, чтобы я стала вашей женой.
  - Так давайте познакомимся, господа Ирадос, - мурлыкнул вампир и подошёл ближе. От него пахло дорогим парфюмом, явно сделанным на заказ. - Я приехал забрать вас на прогулку. Вы покажете мне город, затем мы пообедаем, и я верну вас в Академию. Знаю, после десяти все адепты должны находится на территории, правил мы не нарушим.
  При упоминании прогулки ректор встрепенулся и соскользну с подоконника.
  - Мы о таком не договаривались, милорд, - заметил он, сверкнув зелёными глазами. - Разговор в моём присутствии, не больше.
  Теон хрипловато рассмеялся, ещё раз продемонстрировав особенности своей расы.
  - Милорд, стоит ли бояться? На дворе день...
  - Правила устанавливаю я, - голос лорда достиг опасных высот.
  Малица вжалась в кресло.
  Неизвестно, кто хуже: разъярённый демон или рассерженный вампир. Если они поссорятся, кабинет рухнет.
  - Вы забываете, милорд, - в глазах Теона зажглись злобные огоньки, - кто я.
  - Я помню и в свою очередь напоминаю о собственной родословной. Мне казалось, - лорд выдержал эффектную паузу, - мы при встрече узнали друг друга.
  Малица навострила уши, но подробностей не последовало.
  Губы вампира расплылись в вежливой фальшивой улыбке, глаза потухли, вновь подёрнулись поволокой скуки.
  - Конечно, вы правы, - пошёл на попятную Теон, - я обязан спросить как вашего согласия, так и согласия дамы. И дать слово вернуть Малицу тер Ирадос в целости и сохранности. Великодушно простите, иногда разум застилают чувства. Это и для меня самого непривычно.
  Малица не удержалась от нервного смешка. Она не верила ни единому слову. Голый расчёт и только.
  Ректор бросил на неё быстрый взгляд, и адептка тут же извинилась, списав своё поведение на волнение.
  - О, не стоит меня бояться!
  Вампир подошёл вплотную и против воли поцеловал руку. Малица зажмурилась, ожидая, что клыки вот-вот царапнут кожу, но нет, Теон ограничился требованиями этикета.
  Пальцы вампира, вопреки предрассудкам, оказались тёплыми. Да, холоднее, чем у прочих рас, но не ледяные.
  - Позволите встать рядом с вами?
  Как она могла отказать? И вот Теон уже устроился подле дышавшей через раз саламандры. Ректор же, воспользовавшись случаем, устроился в покинутом гостем кресле.
  Вампир завязал с Малицей светскую беседу, пытаясь узнать, что та любит, нравится ли ей в Академии. Саламандра отвечала односложно, чувствуя себя не в своей тарелке.
  Медленно, но верно внутри закипала обида на ректора. Он обещал помочь, поговорить, а в итоге сидит и молчит.
  - Понимаю, вас смущает наша разница в положении, - вампир наклонился чуть ближе, и Малица ощутила второй, едва уловимый сквозь волны парфюма сладковатый запах. - И возраст. Такую юную особу, как вы, вряд ли заинтересует столь зрелый мужчина, как я, но любовь не выбирает. Согласны?
  Саламандра неуверенно кивнула.
  - То есть у меня есть шанс снискать ваше внимание? - продолжил наступление Теон, наклонившись ещё ниже, так, что Малице пришлось отстраниться. - Простите меня за вольности, но так сложно держать себя в руках рядом с вами!
  Саламандра стрельнула глазами в сторону ректора: тот кривился. Значит, ему тоже не нравился разыгранный вампиром спектакль. Тогда почему он молчит? Что предложил ему лорд Теон?
  Пытка затягивалась. Малица не знала, как избавиться от назойливого поклонника. Оставалось только сбежать в дамскую комнату и не вернуться.
  - У такого важного вельможи, как вы, наверное, полно дел, - саламандра осторожно намекнула на то, что вампиру пора уходить. - Тайный советник императора, гость нашего императора... Вы наверняка с трудом выкроили время на разговор со мной.
  - О, для вас у меня всегда найдётся время! - заверил Теон и вновь облобызал руку потенциальной невесты, на этот раз коснулся кожи губами.
  - Зато у адептки Ирадос занятия, - жёстко заметил ректор, хлопнув в ладоши. - Я обещал вам час, милорд, он истёк. А вас, Ирадос, с нетерпением ждёт специализация.
  Никогда ещё Малица с такой охотой не бежала на задний двор. От волнения она даже чуть не забыла попрощаться, но в дверях таки притормозила, развернулась и отвесила каждому лорду по поклону.
  - После занятий зайдите, - хмуро бросил ей вслед ректор.
  - До встречи, госпожа! - мурлыкнул на прощание вампир.
  Саламандра поёжилась. Похоже, придётся на время забыть о вечерних прогулках. С лорда Теона станется подкараулить у ворот Академии и увезти в неизвестном направлении.
  На лестнице Малица столкнулась с проректором. Тот жевал губы и нервно посматривал на дверь ректорского кабинета.
  - Как? - односложно спросил тер Лис.
  Саламандра пожала плечами. Она не знала, что именно он имеет в виду.
  - Он ведь за вами приехал, Ирадос, - жёлтые глаза проректора сощурились, - приглашение привёз.
  - К...к...какое приглашение? - с трудом выдавила из себя Малица.
  - То самое, которое ректор порвал. Сами знаете, покидать город во время учебного года запрещено без разрешения лорда ти Онеша, и неважно, кто и кого приглашает.
  - Надеюсь, оно не от императора Закрытой империи? - саламандра до последнего цеплялась за соломинку.
  Порвал приглашение! Мамочки, это же дипломатический скандал! Отчего же тогда эти двое мирно общались? Короткая перепалка не в счёт.
  - К счастью, нет, - хохотнул проректор и, ещё раз покосившись на заветную дверь, шёпотом продолжил, - иначе бы нас с вами соскребали со стен. Это всего лишь личное приглашение лорда шан Теона.
  Всего лишь!
  Малица невольно ещё больше зауважала ректора. Значит, он влиятельная особа и в Закрытой империи, раз не побоялся совершить столь дерзкий поступок.
  - Ну, идите! - проректор нетерпеливо подтолкнул саламандру к выходу, на ступеньку ниже.
  Малица не стала испытывать его терпения и скрылась за дверьми Административной башни.
  Осенний воздух бодрил. Саламандра пожалела, что не надела пальто, но возвращаться за ним уже поздно, придётся ограничиться накидкой. Хотя Шонер наверняка сделает так, чтобы изо рта пар шёл.
  Малица на ходу размяла кисти - главный инструмент мага-стихийника. На площадке на раскачку времени уже нет, придётся сразу включаться в занятия. и становится в пару к тому, к кому придётся. А оставались без напарника обычно отстающие и провинившиеся. С ними Шонер занимался сам.
  Хлопнула калитка, и саламандра, запыхавшись, влетела на усыпанный песком задний двор, превращённый в площадку для отработки боевых навыков. Со всех сторон её опоясывал низенький заборчик. Вплотную к нему со стороны Административной башни стояли трибуны - два ряда скамеек, потемневших от дождей. Они предназначались для зрителей: преподавателей и учеников, временно выбывших из строя.
  Общеакадемические соревнования проводились в другом месте, в Круглом зале, под крышей. Там для зрителей организовали амфитеатр в десять рядов. Самые ярые болельщики любили забираться под потолок, на десятый ряд, и оттуда приветствовать своих любимчиков и освистывать их противниках.
  Трибуны были зачарованы, чтобы никто из адептов не смог сжульничать и помочь товарищу чарами. Исключение сделали лишь для преподавательской ложи: за безопасностью нужно следить.
  Тут же всё по-простому.
  Ларан тер Шонер сидел на одной из скамеек и лениво следил за поединками. Он предпочитал не вмешиваться, пока адептам не грозила опасность. Просто смотрел, а после делал замечания, корректировал технику.
  - Доброго дня! - Малица торопливо скинула накидку на свободную скамью и окинула взглядом шеренгу адептов на противоположной стороне двора-площадки, у каменной стены склада. Разумеется, зачарованного, иначе бы давно рухнул от неумелого колдовства будущих магов.
  Шонер обернулся, а затем флегматично бросил взор на солнечные часы.
  - Быстро! - саламандра ожидала чего угодно, только не этого. - Лорд шан Теон ещё не уехал, а вы уже здесь.
  Щёки Малицы порозовели.
  Неужели все всё знают! Воистину, Академия хуже деревни!
  - Мне... мне не понравилась погода в городе, - промямлила саламандра.
  - А-а-а... - многозначительно ответил преподаватель и, прервав поединок, направился к дожидавшимся своей очереди адептам.
  - Мы сегодня изучаем самотворное оружие, Ирадос, - сообщил Шонер тему занятия. - То есть то, что вы способны сотворить из собственного дара. Варианты с огнём, м-мм?
  Он обернулся и выжидающе глянул на саламандру. Она не сомневалась, преподаватель уже подобрал ей пару. Лишь бы не Эйда! Так уж получилось, что отношения между ними не сложились с самого начала. И пусть Эйд отлично владеет магией земли, тренироваться с ним Малица не станет. Да он убьёт её, а потом скажет, будто так и было. Сама Малица в долгу не останется, и всё закончится словесной потасовкой.
  'А ведь он мог на некроманта поступить!' - с ужасом подумала саламандра, глядя на надменного высокого Эйда. Тот действительно неплохо бы смотрелся в чёрном.
  - Итак, Ирадос? - поторопил её мыслительный процесс Шонер.
  - Плеть, - после короткой заминки ответила саламандра. - Меч.
  - А ещё? - не унимался преподаватель.
  Малица нахмурила лоб.
  Собственно, оружия не так уж много, основное она уже перечислила, осталось копьё. Оказалось, именно этого ответа от неё и ждали.
  Шонер сотворил на ладони лепесток огня и под изумлённое аханье саламандры вырастил из него меч. Рука преподавателя умело сжала рукоять, ноги заняли привычную стойку. Казалось, Шонер родился с оружием и во младенчестве играл с ножичками. Он воевал, в том числе, в Сумеречье, там и заработал шрам: лапа оборотня постаралась. Чуть не ослеп, но целители глаз сохранили. Тогда Шонер и вышел в отставку на государственной службу и занялся преподаванием. Как показало время, учитель из него вышел хороший, его приёмы многим спасли жизнь.
  - Становитесь против меня.
  Малица повиновалась, не зная, радоваться или нет, что первый поединок проведёт с Шонером.
  Адепты с интересом поглядывали на неё, обмениваясь короткими смешками и шутливыми репликами. Значит, уверены, что забава продлится не дольше минуты.
  Малица мотнула головой и решила обмануть мальчишечьи ожидания. Не так и плохо она дерётся, чтобы с позором проиграть бой.
  - Повторите то же, что сделал я, - скомандовал Шонер.
  Повторить? А как?
  Нахмурившись, саламандра сотворила огонёк на ладони и сосредоточенно уставилась на него, силясь придать хоть какую-то форму. Увы, безуспешно.
  Смешки стали громче.
  Ну да, хорошо потешаться, пока сам на арену не вышел.
  Малица не привыкла сдаваться и попробовала ещё раз. Вышел шарик, а нужен меч.
  - Так, во-первых, успокойтесь, - Шонер развеял собственный меч и взял её ладонь в свою, принуждая расслабить мышцы. - Во-вторых, в деталях представьте то, что хотите получить. Потом вообразите, как огонь обретает форму этого предмета, и потянитесь к дару.
  Малица кивнула и попробовала снова.
  Пламя задрожало и неохотно вытянулось. Меч получился кривой, но на первый раз и такой сойдёт.
  - А теперь прикажите пламени не гаснуть и становитесь в боевую стойку. Разминку вы пропустили, но без неё к занятию не допущу.
  - Прямо с оружием делать?
  Малица недоумённо глянула на меч. Он оказался невесомым. Непривычно.
  Шонер кивнул.
  - С растяжкой осторожнее, не пораньтесь! А с оружием потому, что должны к нему привыкнуть и научиться технике безопасности. Тут я вам не помощник, пламя ваше, вам и запретить ему обжигать и ранить себя.
  Так меч и кровь пустить может?
  Саламандра со страхом глянула на оружие и осторожно заняла первую позицию. Из неё наклонилась сначала в одну, потом в другую сторону, сделала наклоны по диагонали и размяла шею. Затем, не выпуская меч из рук, попрыгала и вопросительно обернулась к преподавателю: достаточно? Он кивнул и предложил выбрать пару. Это оказалось... неожиданно.
  - Выбери меня, - выступил вперёд Эйд, сверкнув улыбкой. - Нечего воевать с хлюпиками.
  Адепты, которых с лёгкой руки обозвали хлюпиками, категорически не согласились с характеристикой. Завязалась перебранка, грозившая перерасти в потасовку. Пришлось Шонеру сказать своё веское слово.
  Недовольно сопя, адепты разбрелись. Каждому досталось штрафное задание - поединок с преподавателем. Малице же в пару дали девушку. Видимо, чтобы не возникло новых конфликтов на фоне бушующей крови.
  Соперница саламандры оказалась водницей и сотворила на редкость прочный щит из родной стихии. Малице никак не удавалось его пробить. Пыхтя, она кружилась на одном месте, силясь найти слабое место в защите.
  В пылу боя саламандра даже забыла о наблюдавшем за ними Шонере. Вопреки обыкновению, он не сидел на скамейке, а стоял рядом, буквально в паре шагов, не боясь получить случайное ранение.
  Водница ушла в глухую оборону. Низенькая девушка, из людей, она упорно не желала сдаваться, стремясь вымотать саламандру и подловить на контратаке. Но Малица не собиралась дарить ей такую возможность. Она уже лучше ладила с оружием и сумела нарастить в свободной руке небольшой кинжал. Он и решил исход поединка.
  Чиркнув по воздуху, оружие успешно разминулось со щитом и замерло у горла водницы. От пореза её спас Шонер, вовремя перехвативший руку саламандры.
  - А вы серьёзно подошли к делу, - уважительно протянул он. - Надо теперь щиты на вас ставить, не птенчики уже.
  Малица довольно улыбнулась и, утирая пот, пыхтя побрела к скамейкам. Меч в её руке мигнул и исчез. Огонь ушёл обратно в тело.
  Саламандра не подозревала, что может такое. Она не блистала на плацу, стабильно тащилась в середине группы и никогда не доходила дальше четвертьфиналов в спаррингах потока, а тут уложила водницу. Да как уложила! Жаль, не записали на кристаллы, Малица похвасталась бы перед друзьями.
  По лбу тонкой струйкой лился пот. Грудь тяжко вздымалась от усталости. Она навалилась свинцовым грузом, сковала члены. Хотелось развалиться на скамье и прикрыть глаза. Но нельзя: преподаватель не поймёт, сделает замечание.
  На спарринг между тем вышла следующая пара. Малица лениво взглянула на них и встрепенулась: Эйд! Посмотрим, так ли он силён, как хвастается.
  Эйд хорошо владел обычным оружием, но вот его дар казался саламандре бесполезным. Земля! Тьфу, что из неё сотворить можно? Проиграет.
  Подперев голову кулачком, Малица уставилась на дерущихся: Эйда и старосту их группы, Нортона. Он владел магией воздуха и огня. Неудивительно, если староста - дракон.
  Юноши встали в боевые стойки и потянулись к своим умениям. У Эйда вышло странное нечто, напоминавшее шипастый шар на цепи, Нортон же сотворил хлыст.
  Малица удивлённо подняла брови: странный выбор оружия. Однако вскоре она убедилась, даже хлыстом можно порой сделать больше, чем мечом.
  Юные маги будто кружились в танце, то отступая, то атакуя. Как заворожённая, саламандра наблюдала за ними.
  - Чтобы так же умели, Ирадос, - буркнул, усевшись рядом, Шонер. - Один бой - и язык на сторону. И со щитом, чему только учил? Какой удар наносить надо, что искать?
  - Место провисания нитей, - заученно ответила Малица.
  В каждом заклинании, в каждом предмете есть слабое место. Там, где нити и плетения 'провисают', то есть легко разрушаются от удара. Вот на это и намекал преподаватель, решив добавить горечи в мёд победы. Малица не обиделась. Правильно, чтобы не зазнавалась.
  Между тем поединок был в самом разгаре. Ни один из парней не желал отступать и давать слабину.
  Расслабленная спина преподавателя теперь выпрямилась. Затем он и вовсе встал и пошёл страховать. Значит, возрос риск ранения. Второкурсники пока не умели ставить надёжных щитов, а вот удары наносили самые настоящие, боевые. Проглядишь - закончится травмой, а то и смертью.
  Малица болела за Нортона и даже выкрикивала наспех придуманную кричалку. В отместку Эйд одарил гневным взглядом и пообещал посвятить свою победу 'кое-кому с очень длинным хвостом'.
  - Я бы с удовольствием взглянул, откуда он растёт, - с похабной улыбочкой добавил он.
  - Отставить разговорчики! - прикрикнул Шонер. - Или присужу поражение.
  Не выдержав, Малица показала Эйду язык и с удвоенной силой завопила: 'Нортон - самый лучший!' Староста одарил её лучезарной улыбкой и нанёс кручёный удар плетью. Она обвилась вокруг запястья Эйда, в мгновение ока обезоружив.
  - Попросишь пощады? - иронично спросил староста, явно играя на публику.
  Вместо ответа Эйд показал неприличный жест и попытался свободной рукой достать расслабившего противника. Но тот вовремя среагировал и улыбнулся.
  - Не-е-ет, приятель, дракона не так просто победить!
  Нортон сотворил вторую плеть, уже не боевую, и больно щёлкнул Эйда по носу. Тот заскрежетал зубами и, рванувшись, обрушил на старосту всю мощь доступных ему магических умений.
  Щит Нортона заискрился и раскалился. Староста ругнулся и окружил себя огненным ореолом.
  Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы не вмешался преподаватель. Шонер растащил драчунов по разным углам, присудил победу Нортону и посоветовал Эйду тренировать выдержку.
  - И обоим за длинный язык по поединку со мной, - мстительно добавил преподаватель.
  Парни недовольно засопели, но дружно отчеканили:
  - Хорошо, сеньор.
  Шонер действительно принадлежал к дворянскому сословию, пусть и не мог похвастаться знатностью и богатство, поэтому обращение не было лестью.
  Преподаватель махнул рукой, и адепты поплелись к скамейкам. Малица боялась, они сядут рядом, поэтому поспешила ретироваться к краю, чтобы хотя бы с одной стороны обезопасить себя.
  - Тренируетесь?
  Саламандра вздрогнула и обернулась.
  Холодно улыбаясь, на неё взирал лорд шан Теон. В руках вампир держал перчатки. Взгляд невольно упал на ухоженные кисти. Длинные аристократические пальцы, идеально подпиленные ногти, бледная, но без синевы кожа. На ней особенно эффектно смотрелись массивные золотые перстни. И самое главное - печать с гербом Закрытой империи. Малица изумлённо открыла рот, а потом вспомнила: лорд - тайный советник того императора и почётный гость нынешнего. Наверняка шан Теон мог от лица своего владыки заключать договоры и подписывать соглашения.
  - Можно сесть рядом с вами, миледи? - подчёркнуто вежливо осведомился вампир и коротко мазнул взглядом по адептам и Шонеру.
  Преподаватель заметил незваного свидетеля и, хмурясь, направился к нему.
  - Я полагала, вы уже уехали, - Малица старалась не показывать страха и неприязни.
  Пожалуй, сейчас она не отказалась бы от того, чтобы рядом плюхнулся Эйд. Но тот не спешил садиться, настороженно посматривая на вампира. В отличие от саламандры, Эйд хорошо запомнил гостя Академии. Может, потому, что стоял в первом ряду хора или потому, что не думал о вылазке в город с Кристофом.
  - Я попросил у лорда ти Онеша разрешения ещё раз осмотреть Академию и посмотреть на занятия адептов. А вы хотели бы, чтобы я уехал? Почему?
  Вампир скользнул к Малице и склонился над её рукой. Затем прохладные пальцы шан Теона сжали безвольную девичью ладонь. Так, не выпуская её руки, вампир и опустился на скамью.
  - Вы не доверяете мне, это нормально, - подобие тёплой улыбки тронуло губы шан Теона. - Взрослый, умудрённый жизненным опытом мужчина вдруг увлёкся молоденькой адепткой. Наверняка решили, будто мне понадобилась саламандра.
  - Будто это неправда, - чуть слышно пробормотала Малица.
  - Нет, - большой палец вампира погладил основание ладони, и шан Теон отпустил жертву. - Увидев вас среди хористов, я и не подозревал, кто вы. Просто заметил живое лицо, светящиеся изнутри карие глаза. В них столько жизни! А мне этого так не хватает, вы понимаете.
  Вампир тягостно вздохнул и расправил перчатки на колене. Очевидно, он ожидал сочувствия, но Малица испытывала лишь страх.
  - Многие мечтали бы жить вечно, как вы, - осторожно, стараясь не обидеть, ответила саламандра, с надеждой посматривая на Шонера.
  Но преподаватель пока только наблюдал, не вмешивался.
  Вампир покачал головой.
  - Это такая ответственность, миледи. Ничто не даётся бесплатно.
  Шан Теон выдержал короткую паузу, сделав вид, будто наблюдает за очередным учебным поединком, а потом встал. Но лишь для того, чтобы склониться перед Малицей в неглубоком придворном поклоне.
  - Осчастливьте меня, миледи, позвольте провести в вашем обществе хотя бы час. Я напишу расписку, оставлю в залог своё слово, вам нечего бояться. Я не покушусь ни на честь, ни на свободу.
  - Я не понимаю, - пролепетала Малица, судорожно соображая, как отделаться от назойливого жениха.
  - Прогулка по городу, - подсказал вампир. - И скромный обед - не могу же я оставить вас голодной!
  Саламандра поджала губы. Может, хоть так шан Теон поймёт, что его общество ей неприятно. Открыто сказать об этом Малица не могла.
  - Боитесь гнева ректора? - на дне глаз вампира заплясали огоньки. - О да, демоны порой столь вспыльчивы! И не очень любят вампиров: давняя вражда. Этим и объясняется странное поведение лорда ти Онеша.
  Малица кивнула. А как ещё она могла отреагировать?
  Тут в разговор вмешался Шонер. Хмурясь, он подошёл к шан Теону и, вежливо поздоровавшись, попросил уйти.
  - Боюсь, я не смогу обеспечить должную безопасность милорда, да и вы отвлекаете адептов от занятия.
  - Если не ошибаюсь, вы... - вампир прищурился, припоминая имя преподавателя. - Вы учите боевой магии, верно? Как же, помню, побывал на открытой тренировке ваших подопечных. Достойно, очень достойно.
  - Разумеется, я не стану вам мешать, -шан Теон расплылся в улыбке готовившегося к прыжку зверя, - только заберу адептку Ирадос. Вы ведь не станете препятствовать, верно?
  Судя по тону, препятствовать не следовало. Вампир чуть ли не открытым текстом предупреждал: возникнут проблемы. Шонер это понимал, но отступать не собирался.
  - У адептки Ирадос занятия, милорд, - плохо изображая сожаление, возразил преподаватель. - Мы отрабатываем важные навыки.
  - А если я буду настаивать? - глаза шан Теона зло сузились.
  - Без разрешения ректор не могу, - развёл руками Шонер.
  Вампир зашипел и ударил рукой по колену. Однако шан Теон быстро взял себя в руки и нацепил прежнюю вежливую маску.
  - Как прискорбно! В Закрытой империи не препятствуют общению жениха и невесты.
  - Я не ваша невеста! - не выдержав, вспылила Малица и встала.
  Лучше поединок с Эйдом, чем прогулка с вампиром. Она ни минуты не проведёт с ним наедине.
  Шан Теон резко обернулся к ней и хлёстким шёпотом напомнил:
  - Ваша семья.
  Малица тут же сникла. Если он причинит вред родителям, она не переживёт. Идеальная ловушка!
  - Лорд шан Теон? - вновь обратил на себя внимание Шонер.
  - Что? - излишне нервно, не скрывая раздражения, ответил вампир.
  - Покиньте, пожалуйста, площадку для тренировок, - преподавателя не смутил гнев сиятельного гостя. - И если вы собираетесь увести адептку Ирадос, покажите, пожалуйста, разрешение ректора. Иначе я вынужден буду вам воспрепятствовать.
  - Ну хорошо! - прошипел шан Теон и вскочил. Глаза его метали молнии, а клыки чуть выросли, вытянувшись до нижней губы. - Я ухожу, но ещё вернусь. А вас, прелестная Малица, - голос его тут же сменил тональность и источал мёд, - с нетерпением жду на осеннем балу.
  

  Часть 2.Кровный враг
  
  - Вы понимаете, что делаете?
  Раскрасневшийся от гнева министр сломал очередной карандаш и уставился на хранившего ледяное спокойствие ректора. Тот даже не шелохнулся, всё так же сжимал в пальцах бокал красного вина. Министр же давно своё выпил, чуть ли не залпом. А всё волнение, будь оно неладно! Ещё бы, если тебя будит злой, как стая голодных волков, лорд шан Теон, почётный гость его императорского величества, тайный советник владыки Закрытой империи и просто представитель одного из древнейших родов соседнего государства и заявляет, будто его оскорбили. И кто - преподаватели Академии колдовских сил во главе с ректором! Более того, препятствуют единению с невестой. Скандал, да и только!
  - Лорд ти Онеш? - выждав немного и так и не дождавшись ответа, окликнул министр.
  - Я вас внимательно слушаю, - с убийственной холодностью ответил ректор и пригубил вино.
  - Что вы скажете в своё оправдание? - немного стушевавшись, министр растерял былой пыл и сложил руки на столе, будто примерный школьник.
  Ему начало казаться, будто это лорд ти Онеш - хозяин кабинета, слишком уж уверенно и расслабленно он держался. Хотя ректор - демон, а министр - лишь человек, неудивительно, что они по-разному ведут себя. А ведь граф не мальчик, занимает этот пост много лет, в родстве с императорской фамилией - и стремительно превращается в адепта, теряясь перед молчаливым напором ректора.
  Всё-таки демоны особенные, недаром именно эта раса некогда правила миром. Неизвестно, что случилось потом, как нет сведений и о том, что творится в Закрытой империи, только то, что сами её жители дозволяют узнать, но место демонов сначала заняли полукровки, затем - другие расы и, наконец, и вовсе люди. Хвостатые потеснились, хоть и сохранили автономию владений. Фактически их родовые владения находились вне закона, хоть номинально и входили в состав империи.
  - Оправдание? - брови лорда стремительно поползли вверх. - Мне кажется, это Эльмиру шан Теону надлежит объяснить своё поведение. Я ясно высказался насчёт его поведения в отношении одной из адепток, но, очевидно, лорд оказался глух. Нет, я не против его матримониальных планов, но не в ущерб учебному процессу и Уставу.
  - Однако лорд... - неуверенно возразил министр, но договорить не успел.
  - Однако я ректор Академии колдовских сил, - чуть громче, чем следовало, оборвал его ректор и встал. Комната разом сузилась, министру показалось, будто он сейчас скатится под ноги разгневанному демону. - Или уже нет?
  В кабинете повисло напряжённое молчание.
  Под пронзительным, режущим на кусочке, взглядом ректора министру хотелось превратиться в мышь и сбежать. Но приходилось терпеть, блюсти авторитет и... ломать очередной карандаш.
  - Безусловно, - министр прочистил горло и продолжил уже как чиновник высокого ранга, а не нашкодивший школьник, - вы ректор данного учебного заведения, но в данном случае замешана политика. Ваши подчинённые обязаны извиниться.
  - Это их личное дело, - отчеканил лорд. Глаза его всё ещё пылали двумя изумрудами, вселяя дрожь.
  'А ведь он может сменить облик, - мозг министра обожгла страшная мысль. - Закон не возбраняет. И что тогда? Я до звонка не дотянусь, чары тоже не активирую'.
  Граф искоса глянул на сумрачного ректора. Нет, он не убьёт, пальцем не тронет, но запомнит каждое сказанное здесь слово. Демоны злопамятны и умеют мстить. Может, лучше бы пульнул заклинанием, чем ударил ножом в спину.
  - Далее, - ректор наконец-то сел, закинув ногу на ногу. Хозяин положения, несмотря на официальное подчинение собеседнику. - Девушка, о которой говорил лорд шан Теон, не его невеста. Более того, она противится браку, лорд же не понимает отказов. Повторюсь, меня бы это не волновало, если бы непосредственно не касалось Академии. Девочка способная, войдёт в группу. Состав уже определён, наработан. Сами понимаете, какая это удача для младших курсов. Раннее замужество же лишит империю хорошего мага. Да и желание невесты нужно принимать в расчёт. Принуждение незаконно, а лорд шан Теон осмелился при мне угрожать адептке за строптивость. Это я могу подтвердить под присягой. Затем вышеозначенный лорд вмешивался в учебный процесс, мешал занятиям. По-моему, достаточно, чтобы опровергнуть поведанную вам историю?
  Пронзительные глаза, необычайно зелёные, ярче изумрудов, вновь остановились на лице министра. Не выдержав, тот икнул и на всякий случай нащупал колокольчик.
  - Ваша милость, - с оттенком лёгкого пренебрежения отреагировал на его действия ректор, впервые за весь разговор вспомнив о титуле собеседника, - зачем это? - лорд указал на колокольчик. - Неужели вы думаете, будто я совершу противоправное действие?
  Лицо министра покрылось пятнами. Внезапно стало нестерпимо душно и, несмотря на середину осени, настежь распахнуть окно. Но министр сдержался. Он должен держать лицо даже перед Арианом нейр Эльдар ти Онешем - самый независимым из всех ректоров Империи раздолья. А так же самым сильным. Мало кто из магов сравнится с ним в возможностях. Ректором ти Онеша назначил сам император в обход министерства. Как и почему, граф не знал, но спорить не стал. Да и как поспоришь, если тебе в кабинет входит родовитый демон в сопровождении призрачной гончей? Демон, наверняка знакомый со всеми тонкостями Дикой охоты, появлявшийся при дворе лишь пару раз, но всегда по личному приглашению его императорского величества.
  - Нет, конечно, - министр тоже умел держать себя в руках и вновь надел маску начальника. - Но нельзя же так просто отмахнуться от жалобы лорда шан Теона.
  - Безусловно, - кивнул ректор. - Полагаю, достаточно ссылки на постановлении об Академии. По указу Моргана Второго Синеглазого ректор является высшим судебным, исполнительным и административным органом на территории вверенного ему учебного заведения. Если лорда что-то не устраивает, пусть напишет мне, я обстоятельно и вежливо отвечу.
  - Что-то ещё? - теперь взгляд лорда выражал только скуку. - Какие-то претензии, замечания, указания по работе с адептами?
  - Да нет, всё хорошо, милорд, - покачал головой министр и, злясь на себя за былой страх, поспешно выбросил остатки карандашей в мусорное ведро. - Счастливой дороги! Полагаю, отчёт по итогам полугодия вы предоставите в срок и порадуете результатами.
  - Безусловно, - пряча улыбку в уголках рта, ответил ректор. - У вас отличное вино, ваша милость, полагаю, нам не помешает лучше ознакомиться с его свойствами.
  
  * * *
  
  - Ненавижу его! - с чувством произнесла Малица и ударила кулаком по столу.
  Жалобно звякнула тарелка с огрызком яблока и едва не опрокинулась чернильница, хорошо Кристоф успел подхватить.
  - Аль, успокойся, а то переписывать придётся, - будущий демонолог бережно поставил сосуд на место и с тоской покосился на ворох книг. Ему задание тоже не давалось легко. - Не позволяй ты этому кровососу настроение портить.
  - Хорошо тебе говорить, не тебя же женят! - в сердцах огрызнулась саламандра и тут же извинилась: - Прости, я вся на нервах теперь. За территорию Академии выйти боюсь, даже с ножом под подушкой сплю.
  - А это зачем? - удивился Кристоф.
  - О, - нервно рассмеялась Малица, - ты не знаешь мужчин и вампиров в частности! Да вы на что угодно пойдёте, чтобы своего добиться. Ему я нужна, любой ценой нужна, а какой самый верный способ заставить девушку пойти под венец?
  - Какой?
  - Изнасиловать. Куда она денется, обесчещенная. Вот поэтому и нож.
  Кристоф цокнул языком и решительно захлопнул тетрадь. Какое уж тут, не до занятий!
  - Аля, но ведь он не проберётся, - словам юноши не доставало уверенности. - На Академии чары, опять же призрачные гончие.
  - Угу, а он маг-недоучка, да? Крис, он не отступит, теперь из принципа не отступит.
  Малица обхватила голову руками и замерла.
  На плечо легла рука друга.
   Саламандра подняла осунувшееся от недосыпа лицо и вопросительно глянула на Кристофа.
  - Слушай, - демонолог присел рядом и обнял, - может, тебе с другим обручиться? Или это... - Кристофер замялся и чуть покраснел. - Ну, если вампиру девичья честь важна.
  - Да плевал он с высокой колокольни на мою честь! - отмахнулась Малица. - Ты ещё скажи: забеременей и свои услуги предложи.
  Кристофер закашлялся и поспешил убрать руку с талии подруги.
  - Испугался? - хмыкнула Малица.
  - Да я... Нет, но... Словом, рановато мне для отцовства, да ещё подругу... Не, Аля, я не могу!
  - А я и не прошу, - прыснула саламандра, немного развеселившись. - Это у Индиры на нас счёт разные фантазии. Всё мечтает, чтобы ты меня поцеловал.
  - Ты-то сама хочешь? - неожиданно серьёзно спросил Кристофер.
  Его рука нерешительно вернулась на прежние позиции.
  Малица пожала плечами.
  - Наверное, нос мешает. И забавно.
  - Ты никогда не целовалась? - ошеломлённо глянул на неё друг.
  Саламандра не жаловалась на внешность и излишнюю робость, пусть и не слыла покорительницей мужских сердец, внимание противоположного пола привлекала. Но парня у неё не было, она никого так близко не подпустила.
  - По-взрослому? Нет, - чуть смущённо ответила Малица и отвернулась.
  В Кристофе проснулся зуд первооткрывателя, и он, прежде, чем саламандра успела помешать, развернул её лицо к себе и потянулся к губам. От неожиданности и изумления Малица чуть приоткрыла рот, облегчив другу задачу.
  Ощущения оказались новыми. И тёплые губы, и чужое дыхание, и язык, сначала несмело лизнувший, а потом попытавшийся проникнуть внутрь. Тут Малица опомнилась, дёрнулась и влепила Кристоферу пощёчину.
  - Ты дурак?! - она вытерла губы и вскочила, защищаясь от друга конспектом.
  - Аль, я только показать хотел, - оправдывался пристыженный Кристофер. - Не понравилось, да?
  - А кому понравится язык во рту?
  - Девушке, - обиженно засопел демонолог, оскорблённый в лучших чувствах. - Я тут просвещением занимаюсь, а она... Девятнадцать лет уже, пора уметь целоваться!
  Вместо ответа Малица показала ему неприличный жест и села. Она уже успокоилась. Несомненно, Кристофер ничего дурного не хотел, просто у мужчин порой случается помутнение рассудка.
  - И это тоже, - мстительно ответил юный демонолог. - Глядишь, и вампир бы отвязался, узнав, что ты всё знаешь.
  - Не смешно! - надулась Малица. - У меня серьёзная проблема, а у тебя одно на уме.
  - У меня много чего на уме, - Кристофер пристроился рядом и вытащил из-под руки саламандры свою тетрадь. - Например, трансформация. Третий час бьюсь.
  - А я над алхимией, - вздохнула саламандра. - Никак не пойму, как там ложное золото образовывается.
  - Дай сюда!
  Демонолог со вздохом перегнулся через стол и подтянул к себе задание. Бегло пробежал глазами, кивнул собственным мыслям и, вновь виртуозно не опрокинув чернильницу, которую, казалось, не опрокинуть невозможно, вытащил из стопки книг потрёпанный учебник.
  - Раз плюнуть! - самоуверенно хмыкнул Кристофер и застрочил на вырванном из тетради листе, периодически сверяясь с учебником. - Берём философский камень, в пропорции один к четырём смешиваем со ртутью...
  - Крис, - заёрзав, прервала его объяснения Малица, - зачем ты меня поцеловал?
  - Я же объяснил. В первый раз, что ли? Аль, какая разница, в щёку или в губы, лучше сюда смотри, тебе же смешивать. Нет, я, конечно, могу, но сразу просекут. Сама знаешь, проверят на частицы.
  - Крис, я тебе нравлюсь? - не унималась саламандра.
  Она выпятила грудь и пригладила волосы. Сегодня они торчали в разные стороны и решительно не желали укладываться хоть в какую-то причёску.
  Демонолог застонал.
  - Женщины, вы хоть определитесь! То дурак, то нравлюсь. Ты Эйду нравишься, бедняга шею свернул и все ногти сгрыз.
  Малица фыркнула. Уж кто-кто, а Эйд точно в неё не влюблён. Вот задался целью извести - это да. Два курса уже достаёт. И девушка у него есть, не одна сменилась.
  - Вот и правильно, - неожиданно поддержал подругу Кристофер, - пусть дальше грызёт. А теперь смотри: вот тут...
  - И на праздник урожая я не попаду, - вздохнула саламандра, вновь вспомнив о надоедливом женихе.
  Он ведь присылал цветы - Малица выбросила. Потом в ход пошли конфеты - их постигла та же незавидная участь. Теперь по логике следовало ожидать бриллиантов, но их саламандра собиралась честно вернуть отправителю или, если тот откажется, отдать на нужды Академии.
  - Попадёшь. Парик, немного подправить внешность - и всё, гуляй, веселись.
  Праздник урожая - пожалуй, один из любимейших в году. Во всяком случае, среди адептов. Оно и не удивительно: когда ещё покатаешься на каруселях и полакомишься фигурными леденцами? А ведь есть ещё разные народные забавы, ярмарка и традиционный конкурс на звание Госпожи осени. Сидеть в такой день в общежитской комнате - преступление. Поговаривали, будто даже мёртвые выползали вечерком повеселиться. Слух пустили некроманты - известные любители 'чёрного юмора', поэтому могли и приврать, но факт оставался фактом - все города и селения Империи раздолья и прилегающих королевств гуляли на славу.
  Немного приободрившись, Малица склонилась над Кристофом, внимательно слушая объяснения. Разжёвывать от и до демонолог не стал, просто показал общий принцип, разобрал возможные ошибки и вернулся к своей трансформации. Тут, увы, саламандра ничем не могла ему помочь и сама с ужасом ждала третьего курса, когда придётся заниматься схожим. Общий курс магии у всех одинаковый, послабления делаются только для травников, но они и учатся меньше, всего четыре курса, а после идут работать аптекарями и помощниками целителей.
  В камине читального зала вспыхнуло пламя, явив проекцию высокой стройной женщины в платье-футляре. Оно облегало тело, как перчатка, но не открывало ни ногтя кожи ниже подбородка и выше кистей.
  - Малица, - гневно окликнула женщина, сверкнув янтарными глазами, - насилу тебя нашла! Нужно поговорить.
  Саламандра беспомощно глянула на друга. Кристофер развёл руками. В отношения подруги с родителями он не вмешивался.
  - Да, мама, сейчас, - Малица покорно встала и подошла ближе.
  - Наедине, - уточнила госпожа Ирадос и покосилась на Кристофера.
  Тот понял намёк и тут же 'вспомнил', что забыл важную книгу в хранилище.
  Кроме закадычных друзей никогда в читальном зале не было - час поздний, - поэтому мать и дочь смогли беспрепятственно поговорить, не опасаясь чужих ушей.
  Несколько минут просто молчали. Малица напряжённо ждала, госпожа Ирадос же нервно кусала губы.
  - Ты наденешь кольцо? - наконец, спросила она.
  Саламандра покачала головой.
  - Видела его?
  Теперь кивнула.
  - По-моему, не урод. Да, староват, но обаятельный мужчина. А то, что вампир... Привыкнешь.
  - Я не желаю греть ему постель, делиться кровью и силой, - решительно возразила Малица. В глазах сверкнули огоньки пламени. - Не желаю лежать, прикованной цепями, пока этот урод проводит обряд омоложения. И детей от него рожать не хочу.
  - Привыкнешь, - ледяным тоном отчеканила мать.
  - К чему привыкну? К тому, что он мне всю жизнь сломал? - саламандра перешла на крик.
  - Такова наша воля. Ты обязана подчиниться.
  - Не подчинюсь! Я адептка Академии колдовских сил, я имею право.
  - Права получишь, когда инициацию пройдёшь, - отрезала госпожа Ирадос. - Либо диплом предъявишь. Пока же ты часть семьи, и если я приказываю, станешь леди шан Теон.
  Малица застонала, обхватив голову руками. Саламандра хорошо знала законы и понимала, мать права. Пока она никто, семья для неё всё.
  Мелькнула шальная мысль: забраться ночью к Кристофу и попросить сделать женщиной. Может, получится и произойдёт инициация? Обычно она проходит без участия мужчины, но уже после того, как он у саламандры появился, и заключается в обретении полной силы. У каждого свой срок инициации, определяемый высшими сущностями. Иногда и вовсе саламандра этой силы не обретала.
  Но нет, как-то не хочется. Вдруг срок ещё не пришёл? До чего ж тогда стыдно и обидно будет. Сделанного не вернёшь, а Малице хотелось, чтобы всё произошло не на общежитской койке с другом, быстренько, пока сосед не проснулся, а с любимым человеком на постели из лепестков роз. Глупо, романтично? Так имеет полное право.
  - Он вам угрожал? - сменила тактику Малица.
  Губы матери превратились в две тонкие ниточки, а по лицу пробежала судорога. Значит, да.
  - Чем, мам?
  - Много чем, - чуть слышно ответила госпожа Ирадос. - Если он сделает то, что обещал, твоему отцу не останется ничего, кроме как покончить жизнь самоубийством.
  Малица широко распахнула глаза.
  Убить отца? Да после этого она родовое кольцо шан Теонов рыбам скормит, а самому лорду войну объявит. Он ещё пожалеет, что связался с тер Ирадосами! Малица недаром поступила в Академию колдовских сил, она маг, а не покорная жертва. И пусть список возможностей пока мал, саламандра найдёт способ испортить вампиру жизнь. Стихийный маг не травник, хотя правильно подсыпанный яд тоже вызывает резкое привыкание к отхожему месту.
  - Не противься, - устало продолжила мать. - Он, похоже, одержим тобой, используй во благо. Например, правильный брачный договор составь. Зато станешь одной из первых леди.
  - Угу, в Закрытой империи, откуда никто не возвращался.
  - Не ты первая, не ты последняя. Лучше стать женой, чем умереть, подумай об этом, Малица, и надень на бал кольцо.
  Не прощаясь, мать исчезла, а саламандра так и осталась стоять у камина, комкая обшлаг пиджака. Так её и нашёл Кристоф. Не говоря ни слова, подошёл, обнял. Малица уткнулась носом в его шею и беззвучно расплакалась.
  Одно дело знать, что семья имеет полное право выдать замуж за любого, не спросив желания, другое - ощутить это на практике. Малице до этого везло, теперь вот появился вампир. И мать понять можно: жизнь мужа и честь рода дороже капризов дочери. В конце концов, другие тёмным магам безропотно детей отдавали, потому как перечить себе дороже, всю семью уничтожат, а тут - деньги, почёт, муж знатный, уважать супругу обещает.
  Малица жалела, что не родилась человеком или драконом. Уж их-то никто принудить не может! Да и в семьях другие отношения.
  С другой стороны, эльфийкам ещё хуже. Индира, к примеру, с рождения знает, что выйдет замуж за того, кого укажут, вот и наслаждается свободой, пока может.
  Слабое утешение. Но других-то нет, разве что...
  Малица встрепенулась.
  Конечно, если вампир сам от неё откажется, никто не пострадает. Только как это устроить? Может, обручиться с кем? Тогда лорду шан Теону придётся ни с чем вернуться в Закрытую империю. Срок его визита строго регламентирован, задержаться он не сможет.
  - Так, заканчиваем слёзы лить, - Кристоф с тоской подумал, что рубашку придётся менять, а чистой нет. Пока нет: из прачечной можно только с утра забрать. - Или ты собралась за него замуж?
  Саламандра замотала головой и, утерев слёзы, отстранилась.
  Друг прав, рыдания делу не поможешь. Маг, называется! Думать надо, а не горькую судьбу оплакивать. И понять, отчего вампиру так важно, чтобы Малица публично его кольцо надела. Добровольно. Ведь мать тоже о дате обручения не обмолвилась, хотя могла бы. Странно это и неспроста.
  - Так, Кристоф, - в саламандре проснулась жажда деятельности, - тащи сюда законы Закрытой империи. А ещё лучше вампирские обряды. Будем выяснять, зачем лорду моё согласие.
  - Боюсь, не выясним, - вздохнул демонолог. - Закрытая империя на то и закрытая, что о ней мало что известно. В открытых фондах точно ничего нет, а ломать печати нельзя, и так в прошлый по грани ходили.
  - Тогда после занятий спрошу. Господин Гвин должен знать.
  Господин Гвин преподавал в Академии магическое право.
  Кристоф наморщил переносицу, но промолчал. На месте подруги он бы не привлекал излишнего внимания. О планах лорда шан Теона в отношении Малицы все знали, и вовсе не все преподаватели разделяли точку зрения руководства. Демонолог не удивился бы, если бы поведали о планах Малицы вампиру, чтобы не навлечь неприятностей на Академию и заслужить награду.
  - Ещё задание делать! - с тоской вспомнила о насущном Малица.
  Треклятая алхамия магу-стихийнику не нужна, но грозила обернуться серьёзными проблемами адептке-второкуснице. Неудовлетворительная отметка - это не только отработка, чтобы получить допуск к зачёту, но и унизительное мытьё посуды после всех групп за день. Малица представила себя в потасканном белом халате, в мужских перчатках не по размеру - других в лаборантской нет, хихикающие лица однокурсников, подсматривающие в щёлочку, и твёрдо решила: расчёт ложного золота она сделает и сварит слиток к завтрашнему утру. Всё равно вечером лаборатория в общежитии свободна, не придётся биться за посуду.
  Кристоф тоже помянул недобрым словом трансформацию. В отличие от подруги, он считал её нужным предметом, но уж больно заумным для человека. Та же Малица, когда придёт срок, легче освоит: саламандра же, существо двуликое. А Кристоф, сколько ни бейся, человеком останется.
  Демонолог прибавил яркость шаров и покосился на чёрный прямоугольник окна. Там весело, азартные игры, песни, девочки, а он сидит тут и делает два домашних задания. А всё потому, что Малицу бросать не хочется, а самому плестись в середине группы. Если уж быть, то самым лучшим.
  С помощью Кристофа дело пошло быстрее. И тайнопись конспекта расшифровалась, и учебник перестал казаться заклинанием. Последнюю часть формулы Малица и вовсе вывела сама и на радостях исполнила воинственный танец на столе: два прыжка, один выше другого, заднее сальто с подскоком и боевой клич Ирадосов, ставший затем девизом рода: 'Никто, кроме нас!'
  В самый пикантный момент, а именно когда саламандра взметнула вверх руку с посылом к небесам, растрёпанная, на столе, в туфлях посреди фолиантов, с задранной до панталон юбкой, отворилась дверь и послышало ошеломлённое гневное:
  - Адептка Ирадос!
  Малица икнула и поспешила спрыгнуть на пол, одёргивая юбку.
  Кристоф закашлял и сделал вид, будто ничего не видел. Хотя ножки у саламандры... Впрочем, эти панталоны демонолог уже видел: подружки не задумывались о приличиях, когда болтали ногами на его кровати. А уж сколько раз честная компания валялась на траве или в снегу! Тут уж не до чопорность, повозившись, после со смехом отряхивали и оправляли друг дружку.
  В дверях стоял Нейл тер Лис, или, если именовать проректора полным именем, Нейл лан Тарро тер Лис. Первая часть фамилии указывала на род - Тарро, вторая - на семью, из которой происходил дракон. Подобные двойные именовали ходили у большинства аристократов нечеловеческого происхождения, хотя и расшифровывались по-разному. Люди тоже не отставали, частенько присваивая себе 'довесок' к титулу. К примеру, Соль тер Абриш, барон Солемский. Остальные же, те, кто победнее, вроде тер Шонера или тех же самаландр, довольствовались просто фамилией.
  - Не ожидал, совсем не ожидал подобной распущенности! - укоризненно покачал головой тер Лис и прошествовал к адептам.
  Жёлтые глаза в упор уставились на Малицу, заставив покраснеть.
  - А ещё жалуются на загруженность... Недостаточно, недостаточно физподготовки в младших курсов, пора пересмотреть расписание, - сказал сам себе проректор, и ему в руки из кармана тут же скользнули записная книжка и миниатюрное самопишущие перо.
  - Я больше не буду! - с жаром пообещала Малица.
  Мышцы заныли при одной мысли о дополнительном кроссе у господина Ойгла. Она и прошлый-то еле выдержала, в 'хвосте' прибежала.
  - Конечно, не будете, - легко согласился проректор и сделал-таки запись. - В общественном месте. Я всё понимаю: молодость, горячая кровь, но за стенами учебных корпусов и без мужского присутствия.
  - Это ещё почему? - насупился до сей поры молчавший Кристоф.
  Тер Лис улыбнулся уголками губ.
  - Потому что небезопасно. Если помните, Нойр, до вашего выпуска именно Академия несёт ответственность за все ваши действия, а я очень не хочу лишиться обстановки кабинете из-за разгневанной госпожи тер Ирадос-старшей.
  Малица поняла, на что намекал проректор, и покраснела ещё больше.
  Кристоф тоже осознал всю серьёзность проблемы и предпочёл закончить её обсуждение. Допустим, ничего такого он делать не собирался, но проректору-то не докажешь.
  - Собственно, я вас искал, Нойр, - тер Лис деловито сверился с записной книжкой. - Кое-чего в моём столе не хватает, и для вашего же блага оно должно там появиться до завтрашней лекции.
  - Я всё сделаю, - заверил Кристофер.
  Проректор преподавал у демонологов трансформацию. Логично: для дракона изменение вещей - любимая детская игра.
  Усмешка снова тронула губы тер Лиса. Пытливый взгляд скользнул по разрозненным записям черновика. Вряд ли. Если только Кристофер всю ночь над книгами не просидит.
  - А вам письмо, - вспомнив о существовании Малицы, обернулся к ней проректор. - И подарок. С нарочным прислали. Сходили бы, посмотрели, заодно воздухом подышали.
  - Алхимия, милорд, - саламандра обречённо покосилась на выведенную после стольких мук формулу.
  - Ирадос, там цветы, они же завянут, - искушал проректор. - И алхимию вы уже сделали, абсолютно верный расчёт. Не заставляйте лорда шан Теона ждать ответа.
  - Так это от него? - сердце Малицы упало.
  Тер Лис промолчал и, прихватив с полки том в благородной кожаной обложке, как ни странно, обычный роман, вальяжно устроился возле камина. Тихо шептавшихся адептов для проректора отныне будто не существовало. На прощание саламандры даже головы не поднял, углубившись в чтение.
  Проректор не обманул, у дверей комнаты Малицу дожидалась огромная корзина роз, а в ней коробочка и запечатанный магической печатью конверт. Судя по всему, девчонки уже пробовали его открыть, раз дули на пальцы. На коробочке тоже стояли чары. Разумно, учитывая специфику общежития.
  Выгнав любопытных, Малица втащила корзину в комнату и заперлась изнутри. Долго собиралась с мыслями, но переборола-таки желание порвать конверт и выбросить цветы с коробочкой.
  Розы оказались дорогими и не простыми - искусственно выращенными. Саламандра поняла это по необычным махровым лепесткам и сиреневым прожилкам. Они особенно эффектно смотрелись на белоснежном фоне. Эту красоту под нож, зная, что Малица отдаст или выбросит...
  Не удержавшись, саламандра понюхала роскошный букет.
  Ой, там роса на лепестках!
  Наверное, нужно в лазарет отнести, пусть дежурная лекарица порадуется.
  В обитой изнутри бархатом коробочке оказались бриллианты.
  Малица нервно рассмеялась, тронув ноготком застёжку колье. Как шан Теон предсказуем! Но ничего, камни саламандра вернёт. Жаль, нарочный уже ушёл, но можно узнать адрес гостиницы, где остановился влиятельный постоялец, и отослать туда гостинец.
  Наконец, дело дошло до письма.
  Лучшая бумага, ровный, чуть витиеватый почерк и лёгкий запах парфюма вампира. Саламандра запомнила его - так, на всякий случай.
  'Драгоценная моя, - начиналось письмо, - позвольте мне так вас называть, отчего вы так противитесь? Даже не хотите узнать меня, а уже отказываете. Сколько унижений и оскорблений я пережил за этот месяц! Не вам говорить, что это для аристократа, подобного мне, но я готов стерпеть ещё, лишь бы вы хотя бы ответили.
  Знаю, вы не оставили ничего из моих подарков. А ведь в них вкладывали душу. Да-да, я помню, наука отказывает вампирам в этой части сущности, но, поверьте, все цветы выбирал я сам.
  Хорошо, можете выбросить всё, но оставьте колье. Это подарок к осеннему балу. Может, прощальный, а, может, первый дар жениха невесте.
  Заклинаю вас поужинать со мной завтра. Не беспокойтесь, я не увезу вас в Закрытую империю, да вы и сами знаете, это практически невозможно. Абсолютно невозможного нет ничего, милая моя саламандра.
  Не бойтесь меня и не верьте тем гадостям, что рассказывают о вампирах. В замке достаточно рабов, чтобы мне требовалось питаться кровью жены. Вы действительно прекрасны, юны, непосредственны... и владеете огнём. Наш союз принесёт выгоду обоим. Уважение и внимание обещаю. Даже нежность и ласку - видите, как много? Вы же не верите в любовь, что ж, приходится молчать о ней. Хотя вы мне снитесь, Малица. Согласитесь, странно для существа моего возраста и положения? Слепок снов, увы, приложить не могу, но не все они, скажем так, невинны.
  Если смените гнев на милость, оставляю свой адрес.
  Искренне ваш,
   Эльмир'.
  Странное письмо, сумбурное. Чем больше Малица его перечитывала, тем меньше понимала. Прыгающий тон, то самоуверенность, то мольба, то сделка, то любовь. И ещё эта подпись - интимная, неприличная. Как и сны, о которых скользь сообщал вампир. Так мог подписаться друг, брат, возлюбленный, но не посторонний человек. С другой стороны, это намекала на отношение шан Теона к саламандре. Он впускал её в ближний круг, раз подписался лишь именем.
  Но одно хорошо - адрес вампир оставил. Сегодня уже поздно, а завтра посыльный выслушает сиятельные проклятия в адрес строптивой саламандры. Придётся шан Теону подарить колье мимолётной подружке.
  Малица задумалась: как же поступить с письмом? Порвать, сжечь? Да, пожалуй, лучше сжечь. И саламандра уже затеплила на ладошке огонёк, но в последний момент раздумала: пригодится как доказательство. Чего? Преследования со стороны вампира. Малица собиралась ни много, ни мало подать на него в суд. Что поделаешь, какими методами борются с тобой, такими отвечаешь ты. Саламандра знала законы империи и полагала, что даже высокое положение шан Теона не убережёт его от похода в суд. И пусть никакого наказания, кроме порицания, он не понесёт, это тоже хорошо. Суд запретит приближаться к Малице, а другого и не надо.
  Саламандра убрала письмо обратно в конверт.
  Парфюм шан Теона до сих пор витал в комнате: горьковатый, напоминавший воздух во время бури. Малица распахнула окно. Ей не хотелось, чтобы в комнате всю ночь незримо присутствовал вампир. Затем обернулась к цветам. Нужно отнести их в лазарет, но саламандра не удержалась, вновь прикоснулась к лепесткам.
  Прохладная капля росы упала на ладонь. Малица провела по ней пальцем. Так хотелось лизнуть, но саламандра не стала. Она адептка Академии колдовских сил, знает, сколько на свете зелий и ядов. Неплохо бы и цветы проверить, напрасно она так легкомысленно их трогает. Только специальные кристаллы в лаборантской, а туда после темноты не попасть. Положим, преподавателя можно уломать, получить ключ, а вот с призрачными гончими не договоришься.
  И Малица решилась на эксперимент. Да, недостойный мага, нечеловечный, но ведь саламандра и не человек, ей можно.
  Малица распахнула дверь, едва не дав по лбу столпившимся за ней любопытным адепткам, выбрала наугад одну из них и предложила понюхать цветы.
  - Зачем? - насторожилась девушка.
  На то и адептка, чтобы заподозрить подвох.
  - У меня аллергия на резкие запахи, - соврала Малица.
  Не скажешь же: 'Хочу проверить, нет ли там приворота?'
  Девушка фыркнула, бочком протиснулась мимо саламандры и покосилась на цветы. Внутри боролись будущий маг и женщина. Женщина победила. Адептка склонилась над корзиной и, зажмурившись от удовольствия, втянула лёгкий аромат.
  - Ну как? - живо спросила Малица, пристально следя за соседкой по этажу.
  Не начнёт ли тяжко дышать, не появится ли на губах странная улыбка?
  - И вовсе не резко они пахнут. Не ценишь ты красоту, Ирадос, только напрасно деньги перевели, - выпрямившись, с досадой и завистью пробормотала девушка.
  - А вампиров любишь? - продолжила допрос Малица.
  - Неа, - не задумываясь, ответила адептка и, узрев футляр с колье, потянулась к нему.
  Но Малица не позволила взять, выставила взашей под предлогом: 'Мне переодеться надо'. С трудом захлопнув за протестующей адепткой дверь - иногда хорошо родиться не человеком, сразу получаешь ряд преимуществ, - саламандра решила передвинуть корзину к окну. Отнести в лазарет Малица её утром успеет, по дороге на занятия. Уж больно не хотелось гулять по темноте, гадая, спустили ли гончих. Вряд ли рядом окажется демонолог и тем более ректор, которые бы угомонили тварюшек.
  Неосторожно взявшись за плетёную ручку, Малица оцарапала палец. Зашипев, саламандра обсосала его и мгновенно почувствовала дурноту. Ноги подкосились, комната перед глазами поплыла, и Малица позорно рухнула на пол.
  
  Саламандра очнулась от дуновения ветерка. Он ласкал щёки, приятно холодил кожу. Заворочавшись, Малица поняла, что лежит на постели. Наверное, девушки взломали дверь - замки там хлипкие, легко откроются заклинанием или шпилькой - и переложили на кровать. Только, помнится, в общежитии нет атласных простыней и мягких подушек. И кровати там скромные, почти как солдатские койки. Тут же самое настоящее ложе. Определённо, это не её комната. Тогда чья?
  Малица резким движением села. Голова предательски кружилась, увлекая обратно на призывно откинутое покрывало, но саламандра пересилила себя и попыталась активировать магический шар.
  - Не трудитесь, милая, я и так вам всё покажу.
  Мягкий свет озарил комнату, и саламандра увидела лорда шан Теона, вольготно устроившегося в кресле возле кровати. Намеренно или нет, вампир расстегнул строгую рубашку, и Малица видела его кожу, грудь, мышцы. Даже и не скажешь, что старый - подтянутый, атлетичный. Не единого волоска, ни единого грамма жира. Впрочем, трудно представить вампира, страдающего ожирением. Все они великолепно бегают, прыгают и дерутся.
  Шан Теон расслабленно, чуть устало, смотрел на Малицу.
  Нога закинута на ногу.
  Непривычно видеть такого сановника без строгого костюма, в льняных брюках и чуть ли не в мятой рубашке.
  - Где я?
  Малица торопливо ощупала себя. Одета. Это вселяло оптимизм. Но явно в гостиничном номере тайного советника императора Закрытой империи. А вот это угнетало.
  - У меня, - не стал скрывать очевидное вампир и одним плавным движением перетёк на кровать, присев рядом с Малицей.
  Саламандра поспешила отодвинуться и начала перебирать в уме доступные проклятия.
  - Милая Малица, простите мне недостойный поступок, - тяжко, будто действительно сожалел о содеянном, протянул шан Теон. Глаза его чуть мерцали в скупом свете шара. - Но, право, я не знаю, как ещё встретиться с вами. Что вам сказали, отчего вы так холодны?
  Вампир потянулся к волосам саламандры и тут же заработал огненный плевок - одно из слабеньких стихийных заклинаний. На коже шан Теона не осталось и следа, а сам он даже не дёрнулся, только плотоядно улыбнулся.
  - А вы горячая, Малица Ирадос, вам понравится, - недвусмысленно намекнул вампир на дальнейшие события и в следующий момент повалил Малицу на постель.
  - Выбора нет, - пояснил он, заломив руки отчаянно сопротивлявшейся Малицы за голову. - Не хотелось так знакомится, но... Обещаю, буду нежен и осторожен. И постараюсь доставить удовольствие. После мы засвидетельствуем ваше состояние, чтобы не изображали, будто между нами ничего нет, и вы наденете кольцо. Оно здесь, я забрал. Или вы согласны? - шан Теон ослабил хватку и пристально глянул на ворочавшуюся под ним саламандру. - Тогда обсудим свадебный контракт.
  - С чего вы решили, будто я выйду за вас даже если вы публично меня изнасилуете? - выплюнула ему в лицо Малица.
  - Отчего вы так меня ненавидите, что я вам сделал? - патетически спросил вампир и, отпустив жертву, отошёл к окну.
  Воспользовавшись дарованной свободой, саламандра метнулась к потухшему камину.
  - Не трудитесь, - устало, не оборачиваясь, предупредил шан Теон, - вы не разожжёте огня. Увы, я осведомлён об особенностях саламандр.
  - Сволочь! - шипя, Малица набросилась на вампира с кулаками. - Ненавижу! Не смейте трогать отца, отстаньте от меня!
  Шан Теон позволил нанести себе несколько ударов, после скрутил и на пару минут запечатал рот поцелуем. Не жёстким или злым, как ожидала саламандра, а осторожным и мягким. Клыки ничуть не мешали, впрочем, Малица всё равно не испытала приятных эмоций.
  - Успокоились? - отстранившись, спросил вампир, продолжая держать саламандру в железном захвате.
  Вместо ответа шан Теон заработал плевок. Взбешённую Малицу не волновало, кто перед ней и какими неприятностями может грозить. Лучше суд, чем его женой!
  - Мы поладим, - сделал неожиданный вывод вампир и вместе с брыкающейся ношей перебрался на кровать.
  - Знаете, - палец очертил контуры ключицы, - такая вы будите желание. Пожалуй, мне действительно будут сниться очень яркие сны. Или вы позволите реализовать их? Поверьте, вы не пожалеете! А после поделитесь капелькой крови.
  - Прокусите шею? - хмурясь, саламандра буравила похитителя взглядом.
  - Зачем? - недоумённо переспросил шан Теон.
  - Вы же собирались кровь пить, - напомнила Малица.
  Патовая ситуация. Не сбежать, не вырваться.
  Значит, здесь и сейчас всё случится. Не общежитская койка, но и не постель из лепестков роз. А уж Эльмир шан Теон и вовсе не похож на любимого человека.
  Вампир от души рассмеялся, даже выпустил саламандру из железной хватки.
  - Ох, Малица, - утирая лоб от воображаемого пота, отдуваясь от приступов хохота, покачал головой шан Теон, - кто вам внушил такую ересь? Или в Академии преподают народные байки? Тогда отчего не взяли осиновый кол и чеснок на наше первое свидание в кабинете лорда Онеша?
  Саламандра едва не ляпнула, что очень хотела бы, но помешали правила хорошего тона, однако прикусила язык. Вампир опасен, не стоит его провоцировать. В конце концов, лучше уж девичья честь, чем смерть. Да и кто сказал, что шан Теон доживёт до конца действа? Он не молод, вспыхнула кровь и... Ради такого случая Малица на изнанку вывернется.
  Саламандра не теряла времени даром и воспользовалась щедрым подарком шан Теона. Тут самое время помянуть добрым словом господина Ойгла: бегать он её научил.
  Окно. Какой этаж, неважно, саламандры - существа гибкие, выживет.
  Только вот вампир двигался столь же быстро и успел перехватить Малицу, зажав ей рот рукой.
  - Недальновидно, госпожа Ирадос, - он сокрушённо покачал головой. - Поранитесь, платье порвёте. Зачем же вы так?
  Саламандра возмущённо замычала, отчаянно пыталась вырваться или хотя бы укусить обидчика. Увы, шан Теон держал слишком крепко. Мало того, он умудрился подхватить Малицу на руки и вновь перенёс на постель.
  - Давайте познакомимся? - придавив саламандру плечом к простыням, вампир начаровал красную розу и галантно протянул пленнице, будто та могла его взять. - Возможно, вы смените гнев на милость, когда узнаете меня ближе. Поверьте, насилие не доставит мне удовольствия. Я предпочёл бы добровольное согласие. Ужин, поцелуи, совместно принятую ванную.
  Вновь обретя право голоса, Малица на повышенных тонах заявила, что с удовольствием бы утопила шан Теона.
  - За что? - притворно ужаснулся вампир и бесстыже разлёгся рядом, сжимая в пальцах цветок.
  Шан Теон, вроде, и не держал Малицу, но вместе с тем бдительно следил за каждым её действием. Саламандра видела это, поэтому больше не пыталась сбежать. Обхватив колени руками, она напряжённо взирала на вампира, гадая, как же от него избавиться.
  Малице не давал покоя вопрос, как шан Теон взломал защиту Академии. Над ней трудились лучшие маги, и тут вдруг похищение, портал. Чары вампира не должны были сработать, но сработали!
  И почему никто так и не хватился адептки? Магия такой силы непременно потревожила бы общий фон и подняла тревогу.
  Всё это наводило на мысль о том, что у шан Теона имелся помощник на территории Академии. И этот кто-то - явно преподаватель.
  Развить тему не позволил вопрос вампира:
  - Отчего вы так противитесь нашему браку?
  - Оттого, что вы... - в последнюю минуту Малица сдержалась и промолчала.
  Сделала глубокий вздох, отгородилась от шан Теона подушкой, и продолжила:
  - Вы не питаете ко мне никаких чувств, милорд, не интересуетесь моим согласием, угрожаете моей семье - по-моему, вполне достаточно для неприязни.
  Вампир на мгновение смежил веки, будто соглашаясь, а потом растянулся на спине, положив розу на обнажённую грудь. Она чуть вздымалась от дыхания - в отличие от низших, неразумных вампиров, высшие дышали, пусть их пульс и балансировал ниже общепринятой нормы.
  - Малица, а вы не пытались взглянуть на ситуацию с другой стороны? - неожиданно спросил шан Теон.
  И предупредил:
  - Печати на номер ставил я. Не трудитесь ломать, пожалейте себя. Зато ванная в вашем полном распоряжении. Понимаю, девушке перед сном нужно привести себя в порядок.
  По губам вампира скользнула лукавая двусмысленная улыбка, за которую тот едва не поплатился выбитым клыком: взбешённая Малица применила на практике один из приёмов ближнего боя.
  Странно, но действия саламандры не разозлили, а наоборот умилили вампира. Тот чуть ли не с нежностью взглянул на саламандру и прошептал: 'Не ошибся!' Малица вздрогнула и ощутила острою потребность либо сбежать, либо поджарить зарвавшегося лорда.
  - Жена - это на всю жизнь, пока не умрёт, - пояснил шан Теон и, перекатившись, легко оказался на ногах. - Терпеть рядом, пусть только на приёмах и во время... кхм... неважно, существо без характера и силы воли мучительно.
  - Так не терпите, - Малица с вызовом вздёрнула подбородок.
  Вампир коварно улыбнулся и потянулся к лицу саламандры. Та не успела отвернуться, и пальцы шан Теона скользнули по скуле.
  - Красивая! - с придыханием произнёс вампир и коснулся губами уголка рта. - Очень красивая саламандрочка. Я хочу тебя.
  - А я вас нет!
  Шан Теон лишь улыбнулся, как улыбаются глупым детям, и уже по-настоящему накрыл рот жертвы поцелуем - жёстким, требовательным.
  - Моя! - рыкнул вампир и рванул саламандру к себе, да так, что она едва не упала.
  Колени Малицы оказались острыми.
  Шипя, шан Теон согнулся в три погибели, а саламандра поспешила проверить, не наложил ли похититель на окно печати. Не успел!
  Второй этаж, но до земли высоко. Ничего, рядом растёт ясень, если повезёт, можно уцепиться за ветки.
  Прицелившись, Малица прыгнула и... оказалась в сильных руках вампира.
  - Ох, милая, как же вы юны! - поглаживая сцепленные на животе девичьи пальцы нравоучительно шепнул на ухо, обжигая дыханием шан Теон. - Сопротивление только подстёгивает мужчину. Я ведь вас запомнил, сразу выделил в толпе этих серостей. Настоящая саламандра! Огненная, горячая!
  - Хорошо, - сквозь зубы процедила Малица, просчитывая варианты, - можете утолить свою страсть и отпустите. Запятнанная репутация и закрытые двери некоторых домов ничто по сравнению с магическим рабством.
  - Зачем же сразу рабство? - фыркнул вампир и, отпустив саламандру, уселся в кресло.
   В пальцах шан Теона сам собой возник бокал. Рубиновая жидкость. То ли кровь, то ли вино. Вампир, смакуя, сделал глоток и махнул Малице на свободное кресло чуть поодаль, в углу.
  - Давайте обсудим брачный контракт. После... - шан Теон улыбнулся сам себе, предчувствуя приятное развлечение, - я досрочно выполню супружеский долг. Просто чтобы соблазна сбежать не возникло. Сами знаете, невеста, состоящая в интимных отношениях с женихом, обязана выйти за него замуж, иначе вам придётся расстаться со всеми знатными знакомыми. Безусловно, останутся люди, драконы, но эльфы и саламандры точно не взглянут.
  Вампир бил по живому. Высшее общество на то и высшее, что предъявляет строгие требования к его членам.
  - Зачем вам моё добровольное согласие? - пожалуй, это самое главное сейчас.
  Малица не надеялась, что вампир ответит, но всё же спросила. Помедлив, она опустилась в предложенное кресло и, упершись локтями в колени, уставилась на шан Теона. Если б могла, она прожгла его взглядом, сейчас же оставалось терпеливо ждать и прокручивать в голове скудные знания адептки второго курса стихийной магии. Всё, что поможет в борьбе с вампиром, превосходящим по силе, ловкости и опыту. Но ничего, дёшево Малица ему не дастся!
  Саламандра проверила, не нарушил ли вампир связи с даром и мстительно улыбнулась. Какая же глупость - забыть о врождённых способностях пленницы! Вот и пригодится урок господина тер Шонера. Только что лучше: плеть или меч? С одной стороны, хотелось отхлестать вампира, насладиться ожогами на бледной коже. С другой - меч надёжнее. Останавливало только одно - наказание за причинение тяжкого вреда столь высокопоставленному лицу. А если убьёт? Тогда лучше самой тоже умереть. Владыка Закрытой империи рассвирепеет и потребует выдачи преступницы. Представители рода шан Теон тоже не станут сидеть сложа руки и устроят охоту на саламандру. Поэтому лучше плеть: ей не убьёшь.
  - Госпожа Ирадос, - вампир встал, подошёл к креслу Малицы и положил руку на спинку, в опасной близости от шеи пленницы, - полагаю, вы с состоянии сами ответить на этот вопрос. В Академии колдовских сил преподают право?
  - Да, гражданское и магическое.
  Саламандра старалась не реагировать на провокацию и напряжённо вспоминала лекции. Значит, это связано с легитимностью. Хм, но важно согласие невесты в храме и на приёме, предшествующем бракосочетанию, а уж как оно дано, никого не волнует. В конце концов, если девушка упорствует, можно всегда провести церемонию тайно. Шан Теон же пытался создать видимость, будто увлечён будущей женой, а та отвечает ему взаимностью.
  - Ну, и? - палец вампира пощекотал Малицу за ушком.
  Та дёрнулась и недовольно зашипела. В ответ шан Теон наклонился к саламандре и поцеловал в затылок. Этого Малица уже не стерпела.
  - Вам не знакомо слово 'нет'?
  Саламандра резко обернулась. Глаза её пылали ненавистью.
  - Нет, - с нахальной улыбкой ответил шан Теон и вновь потянулся, чтобы поцеловать, на этот раз в губы. Однако потерпел фиаско.
  Малица доказала, что реакция у неё быстрая, а рука тяжёлая. Всё это закончилось для вампира разбитой губой.
  Шан Теон повёл себя странно. Облизнув губы, он улыбнулся.
  - С каждой минутой вы нравитесь мне всё больше. Полагаю, дети не заставят себя ждать. Огненная кровь саламандры идеально подходит для холода мерворождённых. Мы удачно дополним друг друга. Со своей стороны, обещаю регулярно выполнять супружеский долг, удовлетворять все ваши потребности и обеспечить достойное место в высшем свете.
  Глаза Малицы сузились от гнева. Тело объяло пламя, свидетельствуя о высшей степени нервного возбуждения. Неопытная, неинициированная саламандра отдалась во власть эмоций, потеряв контроль над даром.
  - Мерзавец! - рука замахнулась для удара, но шан Теон перехватил её.
  - Подлец, я вам не шлюха!
  Вторую руку постигла участь первой. Странно, но пламя отчего-то не обжигало вампира, или же тот умело притворялся. Стоял и победоносно улыбался, стиснув запястья Малицы.
  - На шлюхах не женятся, милая, - интимный шёпотом поведал прописную истину шан Теон. - Им не дарят цветов, драгоценностей, не пишут писем, не ищут с ними свиданий. Вам ведь понравилось колье? Наденете его на осенний бал?
  - Лучше сдохну! - сверкая глазами, выплюнула ответ саламандра.
  - А я воскрешу, - подмигнул вампир. - Какая ж вы ещё юная, совсем неопытная. И в этом ваша прелесть.
  Шан Теон отпустил одну руку жертвы и поцеловал вторую. Нежно и трепетно, будто любовник.
  Глянув на пальцы вампира, Малица заметила пятна ожогов. Вот это выдержка! Даже не кривился, терпел. А ведь больно!
  - Отвечая на ваш вопрос: я хочу, чтобы наш брак признали.
  - Но ведь и так признают, - недоумённо ответила Малица.
  Она вновь вернула контроль над эмоциями и погасила пламя. Гораздо эффективнее действовать с помощью магии, чем растрачивать огонь на театральные эффекты.
  - Везде ли? - изогнул бровь шан Теон. - Ну же, Малица, вспомните, чем грозит жениху принуждение невесты к браку?
  - Ничем. Разве только...
  И она поняла, всё поняла. Вампир желал стать наследником рода тер Ирадос и получить вторую фамилию. Но зачем? Они решительно ничего не могут дать столь могущественному вельможе.
  - Я подскажу, - мурлыкнул шан Теон, погладив большим пальцем ладонь жертвы. - Вспомните о своей подруге.
  Малица нахмурилась. Причём тут Индира?
  - Хорошо, не стану вас мучить, - сдался вампир. - Меня назначают послом к эльфийскому двору, а остроухие известны своей привередливостью в вопросах семейной морали. Да и вы не станете до конца моей, если добровольно не отдадите мне собственную жизнь. А мне очень нужно, чтобы у вас не осталось ни малейшей лазейки.
  - Ритуал? - цепенея от страха, прошептала Малица.
  Она только слышала об этом - ритуале слияния - и никогда не думала, что когда-то пройдёт его сама, полностью растворив себя в другом существе, отдав ему свою силу, свой дар и жизнь. Проводился он исключительно на добровольной основе: за этим строго следили боги. Их не обмануть, они сразу почувствуют, если дарителя опоили или принудили иным способом. Значит, вампир совместит свадьбу с этим ритуалом.
  Шан Теон расплылся в ещё одной самодовольной улыбке и притянул Малицу к себе.
  - Я бы не стал этого делать, но мне нужна гарантия, - наклонившись, практически касаясь губ саламандры, выдохнул вампир. - Да и вы чрезвычайно хороши, Малица. Не всё в моём письме ложь. Вас невозможно не заметить, хотя не каждый оценит красоту саламандр. Не бойтесь, я умею это делать и постараюсь, чтобы вам понравилось. Для девочки это важно. После же мы обсудим брачный контракт и для верности повторим. Завтра вы в Академию не идёте, я договорюсь. Сходим к врачу, проверим, не беременны ли вы, потом вы покажете мне город, а я в свою очередь обещаю заказать вам лучший наряд для бала и решить все ваши учебные проблемы. Далее наше общение будет происходить на ваших условиях. Заставлять надевать кольцо не стану, вы сделаете это сами, когда сочтёте нужным. А теперь, полагаю, вам нужно принять ванну, я же подготовлю комнату и закажу вина и фруктов.
  Шан Теон отпустил саламандру, тем самым совершив большую ошибку. Очень большую ошибку. Малица учла прежние неудачи, сдержала рвущиеся наружу эмоции и воскресила в памяти урок Ларана тер Шонера.
  Саламандра сделала вид, будто покорилась судьбе и покорно потопала к ванной. На самом деле же она представляла себе огненную плеть.
  Ну же, ну, ещё чуть-чуть!
  Есть!
  Рука Малицы крепко сжала рукоять плети. Саламандра опасалась, не выйдет, но нет, Шонер учил на совесть.
  Теперь главное не оборвать контакт с даром и попытаться переиграть вампира в танце поединка.
  Хлёсткий удар оказался для шан Теона полной неожиданностью и оставил на память о себе яркий след на щеке. Вампир зашипел, ругнул и взмыл под потолок. Саламандра так и не поняла, подпрыгнул или взлетел.
  - Напрасно, я сильнее, - глаза шан Теона заиндевели. - Не злите меня, Малица, иначе можете пожалеть.
  - Я уже пожалела, что встретила вас, - смело ответила саламандра и попыталась нанести второй удар, но вампир молниеносно перехватил плеть и, потянув на себя, вырвал из рук.
  Серые глаза лорда шан Теона потемнели до черноты. Губы побледнели и практически слились с цветов кожи, на которой пожаром алел ожог.
  - Ты сама виновата, - прошипел вампир. - Я не желал учить, но боль тебе на пользу.
  Одно неразличимое глазом движение - и Малица полетела на пол. Попыталась встать, но тяжёлое тело шан Теона придавило к полу, руки рванули платье. Однако саламандра не собиралась сдаваться и наградила насильника ударом каблуков. Пусть они у форменных туфель не острые, зато толстые, прочные. Результат не заставил себя ждать - шан Теон взвыл, а Малица вырвалась.
  Язычок пламени заплясал на ладони и перетёк на пол. Когда речь идёт о жизни, чужого имущества не жалко.
  Спасительный огонь скрыл саламандру, они с вампиром разминулись на считанные доли мгновения. Но, торопясь, Малица не рассчитала, куда попадёт, и вывались на пол в обеденном зале гостиницы, напугав посетителей.
  Шан Теон найдёт это, это дело пары минут, и не пощадит. Он простил бы всё, кроме уродства. Малица догадывалась, шрам от ожога придётся сводить магией, и то может остаться след. А это вечное напоминание о позоре. За такое платят кровью. В буквальном смысле.
  Саламандра выбралась из камина, отряхнула сажу и огляделась, пытаясь сориентироваться. На хозяина и посетителей заведения старалась не обращать внимания, Малицу интересовало одно: где дверь?
  И тут раздался знакомый вой, от которого на миг остановилось сердце.
  Призрачные гончие!
  Малица хотела прыгнуть обратно в камин, но не успела.
  Они появились внезапно, будто из ниоткуда. Огромные серебристые псы с горящими глазами. Шагнули с разных сторон, скользнув из тени, отбрасываемой мебелью.
  Казалось, даже часы на стене перестали тикать.
  В воцарившейся полной тишине слышно было, как поскрипывают половицы под шагами призрачных гончих. Одна из них остановилась напротив Малицы. Матёрая сука, способная проглотить саламандру.
  Из приоткрытой пасти капала слюна. Шерсть на загривке дыбилась, хвост бил по лапам.
  Малица сделала осторожный шажок назад. Гончая отреагировала мгновенно: глухо заворчала и изготовилась к прыжку.
  Краем глаза саламандра заметила шан Теона. Он замер в дверях, окружённый двумя гончими. На лице вампира читалась растерянность. Значит, он тоже боялся собак демонов. При других обстоятельствах Малица бы задумалась, но сейчас она лишилась возможности хоть что-то анализировать.
  Гончая напряглась. Лапы чуть подрагивали, готовые в любой миг разогнуться, выпустив на волю смерть.
  И вот серебристая молния метнулась к перепуганной Малице, чтобы тут же сменить траекторию движения и врезаться мордой в стену, услышав окрик: 'Стоять!'
  Признаться, замерли все. Некоторые даже присели от страха. Оно и немудрено: не среагировать на команду, отданную столь властным голосом, невозможно. Даже вампир, и тот стоял с поднятой рукой, над которой ещё клубилась, чуть потрескивая, заготовка чар.
  В полнейшей тишине ректор спрыгнул с подоконника на пол и похлопал по бедру. Гончие среагировали моментально, окружив хозяина и преданно заглядывая в глаза. Лорд оценил обстановку и, хищно улыбнувшись, как может улыбаться только представитель тёмной расы, указал на шан Теона:
  - Охранять. Попытается сбежать - уничтожить.
  - Вы в своём уме?! - побагровел вампир. - Помните, кто перед вами?
  - Падаль, - коротко и ясно охарактеризовал его ректор. - Ваше выдворение из Империи раздолья - вопрос пары часов. Я лично переговорю с обоими императорами. Ваш сообщник тоже не уйдёт от наказания. Я пока его не нашёл, но, даю слово, найду, милорд.
  Лорд обернулся к Малице. Та невольно съёжилась под пронзительным взглядом ректора. Тот сейчас как никогда походил на демона, даже сохранив человеческое обличие. Уверенные движения, властность в каждом жесте и безжалостность в глазах. Он не сотворил ни одного заклинания, а вампир молчал, кусал губы, злился, но молчал. Призрачные гончие же взяли шан Теона в капкан, не позволяя сделать ни шагу. Серебристые спины практически скрыли вампира от чужих глаз.
  - С вами всё в порядке? - заметив порванное платье, ректор нахмурился. - Он что-то сделал, Ирадос?
  Очнувшись от временного оцепенения, Малица покачала головой. Вспыхнувший на ладошке огонёк ушёл обратно в тело.
  Непроизвольно приняв боевую стойку, саламандра напряжённо переводила взгляд с вампира на призрачных гончих. И те, и те представляли одинаковую опасность.
  А ещё мучил вопрос, почему ректор лично столь эффектно ворвался в гостиницу.
  - Лорд нейр Эльдар ти Онеш, - шан Теон подчёркнуто обратился к оппоненту по полной фамилии; в голосе клокотала ледяная угроза, - вы осознаёте последствия своих действий.
  Ректор пожал плечами и неспешно направился к высокородному пленнику. При виде хозяина гончие завиляли хвостами, будто обычные псы.
  Малица же вздохнула с облегчением и, позволив чувствам взять вверх, сползла на пол. На глаза запоздало навернулись слёзы, но саламандра попыталась их подавить: поздно уже, всё закончилось.
  Лорд же практически вплотную подошёл к вампиру, который, казалось, дыру в нём прожжёт, и отчеканил:
  - Более чем. А вы?
  Шан Теон на мгновение растерялся, а потом с неразличимой человеческим глазом быстротой подпрыгнул к потолку, ухватился за люстру и спрыгнул уже позади гончих.
  - С минуту на минуту сюда прибудет стража. Особисты тоже с удовольствием с вами познакомятся.
  Ректор даже не дёрнулся, будто ожидал нечто подобное.
  Гончие же поспешили исправить собственную ошибку и вновь взяли вампира в кольцо. Из оскаленных пастей капала густая слюна. Шерсть вздыбилась, когти оставляли глубокие щербинки на полу.
  - Лорд шан Теон, вы похитили адептку Ирадос, взломав защиту Академии, пытались её изнасиловать и принудить к браку. Это только малая часть ваших преступлений. По-моему, более чем достаточно. Но из уважения к вашему титулу и положения вас просто выдворят из империи.
  Вампир сверкнул поалевшими глазами и ткнул пальцем в ближайшую гончую:
  - Отзовите, милорд.
  Ректор покачал головой.
  Шан Теон ругнулся и, только теперь вспомнив о Малице, обернулся к ней. Искажённое злобой лицо тут же стало спокойным, вернув налёт прежней аристократической скуки с налётом надменности.
  - Жаль, что нас прервали, - оставалось только гадать, о чём действительно сейчас думал вампир, - но мы уже скреплены кровью.
  Шан Теон указал на шрам на щеке. Уродливый алый рубец чётко выделялся на бледной коже.
  Малица сглотнула. Похоже, она только что заработала кровного врага.
  Внимательно наблюдавший за ней вампир усмехнулся и поднял руку. Над ней затеплилось холодное магическое свечение.
  - Неумно! - нахмурившись, ректор поспешил заслонить собой саламандру и выставил щит.
  Шан Теон собирался убить?
  Малица не могла в это поверить. При свидетелях, открыто. Даже титул не защитит, это же убийство первой степени.
  Оказалось - проклясть.
  Знакомое жёлтое облачко растеклось по полу и под громкий визг Малицы впиталось в значок Академии. Он треснул и почернел.
  - Немедленно выбросьте!
  Ректор с 'мясом' содрал значок с платья саламандры и раздавил каблуком. Потом окинул Малицу обеспокоенным взглядом и цепко ухватил за запястье.
  Саламандру накрыла волна дурноты. Ноги подкосились, и Малица буквально упала в объятия ректора. Тот успел подхватить и бросил на самодовольного вампира убийственный взгляд.
  - Проклятие девятого уровня. Выступлю свидетелем в суде.
  Помедлив, лорд с неожиданной для него ненавистью добавил:
  - Замечу рядом с Академией, заработаете 'Чёрную кровь'.
  Даже в таком состоянии Малица осознала всю полноту угрозы. Ректор тоже пообещал наслать проклятие, неконтактное и необратимое. Пусть магов-стихийников и не знакомили с данным видом чар, страшилки по Академии ходили. Адепты на перечёт знали все смертельные запрещённый проклятия. 'Чёрная кровь' относилась к одному из них. Поговаривали, от него погиб дед нынешнего императора и его дядя. Виновных так и не нашли. Или не захотели найти.
  - Не получится, - откровенно потешался шан Теон, уже не предпринимая попыток вырваться. - Я всегда предельно осторожен.
  - А я охотник, милорд. Берегитесь! Можно ведь зачаровать что угодно, вам ли не знать.
  - То, что хранит и передаёт информацию, - поправил вампир, но часть своей бравады уже растерял.
  Малица же заёрзала в руках ректора, прислушиваясь. Вдруг когда-то пригодится? Магу лишнее образование не получает. И пусть проклятия полулегальны, знать о них следует.
  Всеобщее внимание привлёк шум за дверью. Минута - и воздух будто застыл, утопив присутствующих в невидимом взгляду меду. Сотрудники Особой службы не разбирались, блокировали всё помещение, а только потом выясняли, кто преступник, а кто жертва.
  Распахнулась дверь, и в помещение ввалился отряд под командованием знакомого особиста. Малица сразу его узнала - тот самый, которого соблазняла в таверне. Джед. Тот тоже, похоже, её узнал, потому как удивлённо приподнял бровь, но обратился к ректору.
  - Это вы нас вызвали, милорд?
  - Я, - лорд не выказал ни малейшего раздражения от того, что его лишили возможности передвижения и заглушили магию. - Тут распылили проклятие.
  Джед нахмурился и кивнул. Достав амулет связи, вызвал подкрепление из государственных магов и смело шагнул к ректору. Заклинание на особиста не действовало, отчего создавалась иллюзия того, что он движется сквозь застывшее время.
  Не доходя пары шагов до лорда, офицер остановился, достал из сумки восьмигранную пирамидку и поставил на пол.
  Щёлкнул приводимый в действие механизм, и обеденный зал оплело лучами, разделив на сектора. Те места, сквозь которое прошло проклятие, потемнели, и Джед без труда сумел определить и преступника, и жертву.
  - 'Дыхание', - нахмурился офицер и, уперши руки в бока, уставился на вампира. - И как это понимать?
  - Очень просто, - смело ответил шан Теон. - Лишитесь места.
  - Благородный? - Джед нарочито разговаривал только с ректором, но как-то странно, напряжённо, с опаской.
  У саламадры даже промелькнула мысль, что тот знаком с расовой принадлежностью лорда.
  - Хуже, - коротко обрисовал ситуацию ректор. - Почётный гость императора. Обвинение выдвину сам.
  - Понятно, домашний арест, - цокнув языком, сокрушённо, явно недовольный сложившейся ситуацией, протянул офицер и сменил позу на менее вызывающую. - Это тот самый вампир, госпожа?..
  - Тер Ирадос, - подсказал лорд и с любопытством взглянул на саламандру.
  Той по-прежнему нездоровилось. Кружилась голова, и не слушались ноги. Это очень не понравилось ректору, как и то, что проходившие сквозь Малицу лучи тоже почернели.
  - Значит, знакомы... Но это потом, - чуть слышно произнёс лорд и уже громко приказал: - Офицер, отпустите нас. Виновный установлен.
  Джед кивнул и, нагнувшись, дезактивировал пирамидку. Сеть лучей мигнула и погасла. Вслед за этим офицер лениво взмахнул рукой, и воздух обрёл былую структуру. Разом стало легче дышать.
  Ректор с облегчением размял плечи и бросил угрожающий взгляд на шан Теона. Тот злобно сверкал глазами, но молчал.
  - Пойдёмте, они с ним разберутся.
  Лорд высвободил одну руку и играючи открыл портал. Малица покорно позволила подхватить себя. Это даже оказалось приятно, прежде мужчины не носили её на руках. Тем более демоны.
  Руки у ректора сильные, а сам он тёплый и приятно пахнет. Рубашка чуть холодит щеку. Так и есть, шёлковая. Сердце бьётся ровно, и спокойно так, сразу ничего не страшно, даже о наложенном на тебя 'Дыхании' забываешь.
  Затишье длилось недолго. Не успели ректор с адепткой скрыться в портале, как вампир тоже поспешил покинуть место преступления. Одна капля крови, упавшая на пол, и шан Теон под громкие проклятия особиста испарился. Ловушки накрыли пустоту.
  Лорд обернулся, мазнул гневным взглядом по растерянным призрачным гончим, и сделал-таки шаг в портал.
  Веки Малицы отяжелели, и она провалилась в сон без сновидений.
  
  Саламандра очнулась на мягкой кровати. Плотно задёрнутые гардины не давали рассмотреть обстановку.
  В комнате пахло мятой и смутно знакомым парфюмом. Малица никак не могла вспомнить, кому он принадлежал, но точно знала, этот запах она чувствовала и раньше.
  Из соседнего помещения раздавались приглушённые голоса.
  Голова болела. Очень хотелось пить.
  Малица заворочалась, попыталась встать и с ужасом поняла, что не может.
  Скрипнула дверь, и узкая полоска света легла на блестящие от воска доски, обозначив край ворсистого ковра.
  - Она очнулась, - обернувшись, крикнула кому-то незнакомая женщина.
  Лица её саламандра не могла рассмотреть: сказался контраст света и тени. Глазам требовалось привыкнуть к новым условиям.
  Женщина зажгла магический шар на минимальную мощность и пристально глянула на Малицу. Та ответила тем же.
  Симпатичная. Даже красивая. Осанка как у королевы. Рыжие волосы мягкими локонами падают на плечи. Карие глаза, чуть вздёрнутый нос. Пухлые, хорошо очерченные губы. Веснушек нет, хотя, возможно, женщина их вывела. Возраст не определить, с равным успехом незнакомке могло быть и восемнадцать, и тридцать пять. 'Значит, не человек, - пронеслось в мозгу Малицы. - У людей всегда всё на лице написано'.
  Женщина поставила на прикроватный столик таз, смочила в нём полотенце и приложила простенький компресс ко лбу саламандры.
  - Где я? - это следовало спросить сразу, но не вышло.
  - В Академии, - появившись в дверях, вместо незнакомки ответил ректор и попросил: - Алиса, оставь нас.
  Рыжеволосая недоверчиво глянула на Малицы и с сомнением спросила:
  - Ты уверен?
  - Абсолютно, - улыбнулся лорд.
  - Сам понимаешь, слухи, - не унималась Алиса и нервно поправила волосы. - Не отмоешься.
  - В таком случае отмываться придётся и тебе. Никто ничего не подумает, ступай смело. И, - лорд помедлил, но всё же сказал, - твоё появление здесь в такой час наносит не меньший урон моей репутации.
  - Как знаешь, - пожала плечами рыжеволосая и вышла.
  Малица во все глаза смотрела на ректора. Тот в свою очередь изучал её. Потом отмер, подошёл и осведомился о самочувствии. Сесть не сел, дверь тоже не закрыл: видимо, для того, чтобы Алиса всё слышала.
  - Так где я? - не унималась саламандра.
  Она вертела головой, разглядывая комнату. Вернее, спальню. И постепенно приходило осознание, чья именно это спальня. Вряд ли кто-то ещё поставил бы такую кровать - массивный сплав дерева и железа с затейливым кованным орнаментом. Для полноты картины не хватало только полога.
  Шкаф тоже старинный, с вставками из более светлых пород дерева. Комод попроще, явно достался от предшественника на высоком посту.
  Каминная полка яшмовая. На ней мерно тикают часы в виде гончей.
  Дверь в ванную комнату плотно закрыта. Наверняка есть и вторая, на балкон, но она надёжно скрыта гардинами.
  Малица перевела взгляд на постель. Саламандру уложили поверх покрывала, на декоративные подушки. Они явно тут не лежали, их принесли из гостиной.
  Покрывало дорогое, тканное, шёлковое и приятное. На таком лежать и лежать...
  - Полагаю, ответ вы знаете, - прочитал её мысли лорд, взял стул и, поставив у кровати, сел.
  - Почему не в лазарет?
  Действительно, зачем к себе домой?
  Поборов слабость, Малица рывком села, обхватив колени. На всякий случай глянула на платье: не задралось ли?
  - Ложитесь, Ирадос, - устало произнёс ректор. - Девичья честь меня не интересует. В вот наложенное на вас проклятие - очень даже. Полагаете, его умеют снимать целители?
  - Так вы?..
  Малице стало стыдно. Хотя после лорда шан Теона что угодно в голову взбредёт, когда останешься наедине с мужчиной.
  - Спас вашу жизнь, - без лишней скромности подтвердил ректор и потянулся к саламандре.
  Заметив, что она дёрнулась, раздражённо поинтересовался:
  - Осматривать мне вас на расстоянии?
  И то верно.
  Малица легла удобнее, натянула на лоб компресс и расслабилась.
  Ректор пересел на кровать и поводил ладонью над телом саламандры. Она тут же ощутила приятное тепло, даже зажмурилась. Затем лорд склонился над Малицей и скользнул пальцами от темени до кончиков пальцев ног. Он едва касался саламандры, не давая ни малейшего повода обвинить себя в непристойности.
  Затаив дыхание, Малица наблюдала за тем, как из тела поднимаются тёмные струйки дыма и впитываются в ладони ректора.
  Дурнота отступила. Слабость тоже прошла.
  - Всё, - отряхнул руки лорд. - Повезло вам, Ирадос, очень повезло. Без моего щита замертво бы на пол упали.
  Зелёные глаза прошлись по лицу Малицы. Та невольно смутилась и отвернулась. Стало жутко неловко оттого, что она лежит на ректорской постели, а он так рядом, чуть ли не нависает над её лицом.
  Склонился и пристально смотрит. Глаза в полутьме мерцают - одновременно завораживающе и страшно. Кажется, ещё немного, и саламандра ощутит холодок рубашки, тепло кожи.
  Слишком близко, слишком неуютно, чтобы спокойно лежать. И магический шар этот, создаёт особую обстановку.
  Малица заёрзала и перекатилась на бок, чтобы избавиться от стеснения. Юбка задралась, обнажив голени. Сообразив, что ректор видит чулки, а то и подвязки, саламандра вспыхнула и поспешила натянуть юбку по самые пятки.
  И кровать эта... Отчего не отнёс в лазарет? Там ведь тоже можно проклятие снять.
  - Что с вами, Ирадос? - ректор, наконец, выпрямился, и Малица вздохнула спокойно. - Вы так напряглись.
  - Ничего, - саламандра не стала признаваться в собственных мыслях.
  А перед глазами встала картина: лорд наклоняется, его пиджак щекочет грудь. Сейчас на нём только рубашка, но воображению всё равно.
  Ткань тяжёлая, края пол острые и чуть царапают сквозь платье.
  Зелёные глаза всё так же мерцают и переливаются в темноте.
  Дыхание замирает, а затем учащается от волнения, руки потеют, когда ректор склоняется ещё ниже, и его дыхание щекочет кожу. Оно тёплое, и от него почему-то мурашки по телу.
  Малица нервно облизала губы, заметалась... и поняла, что это только привиделось.
  Стыдно, безумно стыдно!
  Но интересно, как целуются демоны. С чисто научной точки зрения. Если изучать какую-то расу, то обстоятельно.
  Малица села и обхватила руками подушку. Она одновременно верила и не доверяла ректору.
  - А, вы меня в домогательствах обвиняете? - догадался лорд. Лицо исказила скучающая гримаса. - Как тривиально, Ирадос! Сначала старшие, потом младшие курсы. Может, вы объяснили, отчего у адепток такая любовь к преподавательскому составу. Хотя вы у нас по демонам.
  - Я по вам не сохну! - вспыхнула Малица.
  Этого ещё не хватало, что он о себе возомнил! Не она сюда легла, лорд сам положил, а вот с какими целями, неизвестно.
  Откинув подушку, саламандра соскользнула на пол.
  - Я пойду. Доброй ночи, милорд.
  - Куда - пойду? - лорд даже не пошевелился.
  - В лазарет или общежитие. Не здесь же ночевать!
  - Именно здесь, - огорошил ответом ректор. - Если не забыли, ночью по Академии бродят гончие.
  - Вы могли бы проводить, - от страха обнаглела Малица.
  Нет, лорд - мужик симпатичный, опять-таки демон, может, даже хвост покажет, но саламандра не готова... Да что там, совсем не хочет! Ещё и при Алисе.
  Малица сделала робкий шажок к двери, затем ещё один. Ректор не двигался, просто наблюдал за ней. И вот, когда нервы натянулись до предела, а саламандра подумывала сорваться на бег, соизволил ответить:
  - Мог бы, а потом что? Поставить караул у вашей двери, чтобы лорд шан Теон не убил?
  Малица совсем забыла о вампире. Он ведь сбежал и говорил о кровной связи, такое не забывается.
  Приуныв, саламандра облокотилась о шкаф и с надеждой, покосившись на кровать, спросила:
  - А без этого нельзя? Не то, чтобы вы мне совсем не нравились...
  - Что?! - ректор побагровел и рывком поднялся на ноги.
  - Алиса, - прогремел по дому рык, - устрой эту особу у себя. Доброй ночи, Ирадос, - обернувшись к перепуганной Малице, уже спокойно добавил он. - Не ожидал от вас подобного. Одно дело - вызов демона, другое... Подумайте о своём поведении, девушка.
  И всё, гордо удалился, оставив недоумевающую саламандру наедине с Алисой. Малица и не заметила, как она вошла.
  - Предупреждала же! - рыжеволосая бросила сердитый взгляд в спину ректора. - Придумал тоже! Вы тоже хороши, - обрушилась она на саламандру. - Приставать начали.
  - Я не приставала! - закипая от досады, вспылила Малица, ударив ногой по полу. - Он сам меня на кровать положил, наклонился...
  - Ну и дура! - презрительно фыркнула Алиса. - В Академии все адептки такие? Тяжело ж ему с вами. Теперь и мне придётся нянчиться. А у меня, между прочим, совсем другие планы. Так что топай в общежитие.
  - А гончие?
  - Ты маг или нет? - рыжеволосая отчего-то сердилась всё больше. - Вот прощения у лорда-ректора попросишь, он портал откроет. А так сама, ножками, заодно потренируешься.
  Алиса подошла и подтолкнула Малицу к двери, даже не пытаясь притворятся вежливой. Карие глаза посветлели до янтарного оттенка и теперь напоминали волчьи.
  Саламандра отступила на шаг и выставила руку, готовая дать отпор. Щит, конечно, слабоват, но на оборотня, если, разумеется, Алиса оборотень, хватит.
  - Догадливая, - облизнув губы, улыбнулась рыжеволосая и на глазах начала меняться.
  Сначала волосы стремительно побелели, превратившись в искрящееся полотно серебряного шёлка, затем вытянулись глаза. Тело вытянулось, пропорции изменились, но остались соразмерными новому росту Алисы. Теперь она на целую голову превосходила Малицу. Признаться, истинный облик шёл Алисе гораздо больше морока.
  - Превращения запрещены, - стараясь сохранять спокойствие, напомнила саламандра. - Или на вас правила Академии не распространяются.
  Алиса улыбнулась, хищно так, продемонстрировав ровные мелкие зубки, и елейным голоском, проигнорировав слова Малицы, спросила:
  - Хочешь испортить мне вечер?
  Саламандра покачала головой.
  - Вот и разбирайся со своими проблемами сама. И на Ариана не гляди, он мой.
  - Да не гляжу я! - вспыхнула Малица. - Что вы пристали-то! Не я в спальню лорда-ректора залезла. И не нравится он мне ни капельки! Если хотите знать, мне такие мужчины совсем не интересны.
  - Врёшь, - улыбка Алисы напоминала оскал. - Обоняние не обманешь. Но в одном тебе повезло: ты его не хочешь. Иначе бы...
  Оборотница не договорила, но красноречивого взгляда хватило, чтобы понять, с задачей уничтожения юной саламандры не хуже призрачных гончих.
  Малица покосилась на камин. Теоретически можно уйти через него, только голова кружится, руки чуть подрагивают. А, плевать, лишь бы не оставаться наедине с ревнивой оборотницей. И саламандра уже шагнула к камину, когда услышала грозное:
  - Это что за фокусы?
  Ректор таки вернулся и теперь переводил тяжёлый взгляд с одной женщины на другую. Руки сложены на груди, ноги широко расставлены, ноздри чуть подрагивают от гнева.
  Алиса тут же опустила ресницы и смирно присела на кровать. Малица осталась одна под огнём глаз лорда. Подумав, она путанно извинилась за спасение. Ректор отмахнулся и отчего-то шагнул не к саламандре, а к подруге.
  - Алиса, - голос его был обманчиво мягок, - кажется, я просил, ммм?
  - Девочка оправилась и дойдёт сама, - упрямо стояла на своём оборотница, хотя Малица чувствовала, она боится.
  - Постели ей в гостиной, - тон не требовал возражений.
  - Но мы хотели... - неуверенно напомнила Алиса, по-ученически сцепив руки на коленях.
  Теперь саламандре самой захотелось уйти. Она наконец поняла, почему так мешала Алисе.
  Нет, лежать в гостиной и знать, что в спальне эти двое занимаются любовью, - это выше её сил. Даже если ректор наложит необходимые заклинания, саламандра же не заснёт. А утром поздороваться с лордом не сможет: стыдно же. Да и ему неприятно. В итоге, все проснуться в дурном настроении.
  - Милорд, - Малица привлекла к себе внимание, - миледи права, мне лучше уйти. Я очень благодарна вам за оказанную помощь, обязательно сообщу родителям, но моё пребывание здесь...
  - Не обсуждается, адептка Ирадос, - неожиданно резко, напомнив о своей сущности, оборвал ректор. - О слухах можете не беспокоится: Алиса переночует с вами.
  - Милорд, ещё раз большое спасибо, но я...
  - Ирадос, шан Теон.
  -А я у особистов посижу, - уцепилась за решение проблемы саламандра.
  Лорд неожиданно рассмеялся.
  - Так стул в приёмной лучше моего дивана? Странный выбор, Ирадос. Или вы боитесь? Я же дал слово.
  Малица со вздохом кивнула. Аргументы закончились, видимо, придётся смириться с неудобным ложем. На ректорской кровати, несомненно, удобнее. И от белья так приятно пахнет, как дома. Мать тоже прыскала простыни лавандовой водой. Всего пара капель, а как спится!
  Не удержавшись, саламандра с тоской покосилась на предмет своих мыслей и наткнулась на кулак Алисы. Ночевать в спальне тут же расхотелось, только вот ректор взгляд перехватил, всё понял. Покачал головой и напрямик спросил:
  - Хотите, чтобы я вам свою постель уступил?
  Малице стало неловко. Румянец окрасил щёки, а руки вдруг начали мешать.
  Спать в постели постороннего мужчины, даже если его там нет... Стоп, если он там есть, то лучше на жёрдочке на чердаке. О чём она только думала?! Положим, бельё перестелют, но приличнее ситуация от этого не станет.
  Ректор изогнул бровь и усмехнулся.
  - Вы меня приятно удивляете, Ирадос. Ещё не умерла мораль в Академии. Сядьте, пожалуйста, я реакцию проверю. Это не больно, - поспешил добавить лорд.
  Алиса хмыкнула, всем своим видом выражая недоверие к стыдливости саламандры. Той же стало крайне неуютно, вплоть до желания метнуться к камину, в родную стихию, когда ректор подошёл вплотную. Она даже ненадолго дышать перестала.
  Ночь, спальня, мужчина... Разбередил вампир страхи!
  - А лорд шан Теон, он?..
  - Садитесь! - властно приказал ректор и указал на стул.
  Пришлось подчиниться и покорно закрыть глаза.
  Тело Малицы окутало приятным теплом. Она едва не мурлыкала и удовольствия.
  Лорд не касался руками, просто водил ладонью и что-то бормотал себе под нос. Затем попросил вытянуть руки и коснуться кончика носа.
  - В норме, - констатировал ректор, когда саламандра с первой попытки справилась с задачей. - Проклятие рассосалось. Так, значит, моё гостеприимство вас не устраивает? Хорошо, так и быть, провожу вас в участок.
  Перспектива ночевать сидя не радовала.
  Взвесив все за и против, саламандра предпочла ректорский дом. В конце концов, лорд не озабоченный вампир, и у него любовница уже есть. Только сказанного назад не вернёшь, придётся ютиться на стуле в казённом помещении.
  Ректор махнул рукой на дверь, и Малица поплелась к выходу. Алиса же осталась сидеть на кровати: рассчитывала на продолжение вечера. Саламандру же ждала прогулка по холодной осенней ночи, тусклый свет магического шара и храп дежурного офицера.
  Заранее стало зябко. Малица обхватила себя руками, потом чуть встряхнулась, разминая мышцы после долгой неподвижности.
  - Ирадос, - саламандра вздрогнула и обернулась, - лестница в другой стороне. Но это неважно, попадёте в участок порталом.
  После минутной паузы, во время которой ректор пристально осматривал Малицу, он поинтересовался:
  - Как лорд шан Теон вас выманил? Через предмет?
  Саламандра кивнула и рассказала про подарки.
  - Проректор, значит, лично сообщил, - нахмурился лорд. - Интере-е-есно!
  И, вспомнив о присутствии навострившей уши адептки, тут же замолчал. Но Малица выводы сделала, правда, не верила, будто тер Лис мог сговориться с вампиром. Драконы - существа свободолюбивые, предпочитают убить шантажиста или угрожающего чем-то субъекта, нежели выполнить его требования. Разве только шан Теон обманул проректора или посулил щедрый дар, необязательно денежный.
  Ректор, между тем, открыл портал. Из него тянуло сыростью осенней ночи. Значит, не в сам участок, а на улицу. Так и есть, вон, чуть покачиваясь, одиноко горит фонарь.
  Малица не спешила переступить зыбкий порог. Идея с участком окончательно потеряла свою прелесть, но признаться в этом она боялась. Просто стояла и мялась с ноги на ногу.
  - Передумали? - в голосе ректора послышалась лёгкая усмешка. - А всё упрямство. Если я говорю, надлежит подчиняться, потому что я лучше знаю, Ирадос. Завтра переберётесь в общежитие.
  Саламандра кивнула.
  Портал мигнул и погас.
  Лорд махнул рукой, и Малица поспешила за ним. Иногда приходилось переходить на бег: двигался ректор быстро.
  Вспыхнув, зажегся над лестницей магический шар. Как по цепочке, оживились остальные.
  - Спать устрою на первом этаже, - ректор деловито распахнул дверь и посторонился, пропуская Малицу. - Никому не помешаете: этой комнатой по утрам я не пользуюсь. Всё необходимое принесёт Алиса. Дальше договоритесь с моей служанкой. После занятий - ко мне в кабинет. Поедете со мной в Особую службу.
  Саламандра кивнула и огляделась.
  Гостиная оказалась просторной. Два дивана, несколько кресел, картины в позолоченных рамах. Совсем немного - два пейзажа. На одном изображён замок, на другом - морские дали. Мебель надёжная и старинная, с резными волчьими головами. Если так, то завтра Малица проснётся с больной спиной. Она не понаслышке знала, какие прежде жёсткие делали диваны.
  - Устраивайтесь! - ректор махнул рукой на ложе за низким столиком. - Здесь, по-моему, лучше. Из окна и от двери не дует. Магический шар стандартный, никаких секретов. Дверь запирается снаружи и изнутри. Ключ я оставлю.
  - Не нужно, право слово, милорд, - смутилась саламандра.
  - Нет уж, - усмехнулся лорд, - хватит с меня ваших предположений. Заодно и у остальных не возникнет.
  Малице жутко хотелось спросить, часто ли возникают подобные подозрения, но сдержалась. Из обрывков разговоров она поняла, что некоторые адептки старших курсов мечтали выйти замуж за ректора и пытались его скомпрометировать. К счастью, в поле зрения потенциальных невест попадал не только лорд Онеш, но и все холостые преподаватели. Особенно доставалось декану факультета прикладной магии, которого родители наградили внешностью принца из грёз. Впрочем, он не жаловался и, по слухам, давно привык к женскому вниманию.
  - А можно подушку, одеяло? - нерешительно обернулась к ректору Малица. - Жёстко очень.
  - Даже не сели, а уже знаете! - фыркнул лорд. - Или вы так намекаете на необходимость уступить даме спальню? Я бы уступил, Ирадос, если б того требовала ситуация. Вы не больны и не ранены, поэтому диван.
  Саламандра кивнула и, ещё раз поблагодарив за заботу, направилась к дивану. Села, опробовала и вздохнула. Жёстко. И часы тикают, мешают.
  - Ключ, - ректор положил его на столик. - Спокойной ночи.
  И ушёл, оставив Малицу наедине со своими страхами.
  За окнами скреблись ветки деревьев, чуть подвывал ветер. Мнилось, будто к дому подкрался шан Теон и выжидает, пока саламандра погасит свет, чтобы напасть.
  Потом появилась вновь предельно вежливая Алиса, сухо извинилась и положила на кресло стопку белья: простыню и подушку.
  Шаги оборотницы стихли, а Малица так и села на диване. Потом решила лечь, даже заперлась, но в итоге не выдержала в темноте и минуты. Пришлось снова зажигать свет.
  Медленно ползли минуты.
  Часы пробили час ночи.
  Устав сидеть, саламандра обошла гостиную, вздрагивая от каждого шороха. Наконец зажгла огонь в камине и уселась в спасительной близости от родной стихии. Устроилась так, чтобы одновременно видеть окна и дверь.
  Сон боролся с нервозностью. Малица боялась закрыть глаза, проворонить появление вампира. Она не сомневалась, он придёт. В лучшем случае заберёт с собой, в худшем - убьёт. Хотя ещё неизвестно, что хуже, а что лучше.
  В итоге, когда время перевалило за два часа, саламандра решила заварить себе крепкого чая: он поможет бодрствовать.
  Малица прокралась к двери, быстро повернула ключ в замке и, не зажигая света, юркнула в коридор. Где кухня, она смутно представляла. В итоге выяснилось, что в доме ректора саламандра совсем не ориентируется. И вот когда она уже сдалась и собиралась сотворить крошечный огонёк, как головой ослепительно ярко вспыхнул магический шар.
  Саламандра охнула от неожиданности и присела на корточки.
  - Ирадос? - сумрачный ректор требовал объяснений.
  Он стоял на нижней ступеньке лестницы в том же виде, в котором некогда предстал во время ритуала вызова демона. Только куда более растрёпанный, сонный и раздражённый.
  Вид полуобнажённого ректора вогнал Малицу в ступор. Снова стало жутко стыдно. И любопытно. Взгляд поневоле скользил по рельефным мышцам, оценивал фигуру и даже то, насколько надёжно держались на бёдрах штаны. Саламандра ничего не могла с собой поделать, но завязочки казались жутко притягательными для глаз. Признаться, и лорд тоже. Только вот выражение его лица не располагало к девичьим мечтаниям.
  - Ну? В общежитие решили вернуться? - к счастью, ректор ничего не заметил или предпочёл не заметить.
  - Я чаю хотела, - робко проблеяла саламандра. - Не спится
  - Почему? - лорд подошёл ближе, продолжая буравить взглядом.
  Малица сглотнула и пожалела, что рядом нет очага. Сбежать - самое лучшее решение.
  - Страшно, - смущённо призналась саламандра.
  - Заклинания надёжные, спите.
  - Не могу, - вздохнула Малица. - Извините, что я вас разбудила.
  Ректор скривил губы и уменьшил яркость магического шара.
  Саламандра выдохнула и робко спросила:
  - А чаю можно? Я сама сделаю, даже служанку утруждать не стану.
  - Её всё равно нет, утруждать некого, - впервые за время разговора губы лорда тронуло подобие улыбки. - А чай вы так же громко будете заваривать, Ирадос?
  Малица покраснела. Она ведь тихонечко, ничего не задела! Так и сказала, извиняясь.
  - У меня слух хороший, должны знать из курса демонологии. Механизм выживания, так сказать.
  Сердце саламандры забилось чуть ровнее. Если шутит, то не злится. Раз не злится, то не выгонит.
  Воспользовавшись нежданно подаренным светом, Малица сделала шажок в сторону кухни. И как она могла не заметить эту дверь? Плутала рядом, а налево свернуть не догадалась.
  - Мы ещё демонологией не занимались, нам только общий курс прочитали.
   В голову некстати лезли разные факты о демонах, почерпнутые вовсе не из учебников. И отчего-то вспомнился любовник бабушки. Вот уж загадка, как она прельстила демона, зато понятно, отчего та сама прельстилась.
  Ректор не ответил, и, сочтя молчание знаком согласия, саламандра толкнула дверь в кухню.
  - Идёмте, - неожиданно предложил лорд.
  - Куда? - не поняла саламандра.
  - В спальню, - с оттенком лёгкой растерянности, будто и так понятно, ответил ректор и, заметив алые пятна на щеках адептки, поспешил добавить: - Да не будет меня там, Ирадос, придётся на диване спать. Зато без чая обойдётесь.
  - Вам жалко? - насупилась Малица, позабыв о субординации.
  Лорд презрительно фыркнул:
  - Хоть упейтесь, только не ночью. Греметь посудой начнёте, ещё шан Теон привидится, ошпаритесь. Да и чай вам от нервов. Смотрите, Ирадос, - предупредил ректор, - один раз предлагаю. Мне тоже на диване спать не хочется, но раз тут речь о вашем здоровье...
  - А можно, чтобы вы остались? - сама удивляясь собственной наглости, едва слышно спросила Малица. - Просто я очень лорда шан Теона боюсь.
  Лорд молчал. Губы сжимались всё больше, пока не превратились в тонюсенькую ниточку. Руки сами собой скрестились на груди. Для полноты картины не хватало только рогов и хвоста, а так демон в гневе.
  - Малица тер Ирадос, - осипшим от эмоций голосом вопросил ректор, - как вы думаете, что я сейчас скажу?
  - Вон? - предположила саламандра, сделав шаг к входной двери. - Вы не так поняли меня, милорд!
  - Надеюсь, - мрачно ответил лорд и отмер, сделав шаг вперёд. - Очень надеюсь, - повторил он с угрозой в голосе, - потому как в противном случае меня ваша судьба интересовать перестанет, выставлю за ворота Академии.
  Малица замотала головой и, запинаясь, пробормотала:
  - Не надо! Я на диван вернусь, буду тихо-тихо! Даже без чая обойдусь.
  Ректор скептически хмыкнул и неожиданно согласился:
  - Хорошо, я побуду с вами. Взамен начнёте нарабатывать команду. Давно пора готовить вас к Сумеречью, не всё же вам баловаться, книжки из запретного хранилища воровать.
  Ну да, за всё приходится платить.
  Малица уточнила, имеет ли он в виду тренировки с друзьями. Вдруг ректор готовил в напарники кого-то другого? Лорд кивнул и посторонился, пропуская саламандру. Та, опустив глаза, юркнула мимо него и чуть ли не бегом, спотыкаясь, рванула наверх.
  По коже бегали мурашки. Стоило подумать, что за ней поднимается полуголый ректор, с которым придётся ночевать в одной комнате, бросало в жар. Вот почему тут гостевой спальни нет, положена же ректору гостевая спальня. Плохо строители работали, схалтурили. И домик маленький, не для лорда. У него-то замок, тяжело, наверное, после такого ютиться невесть где. Хотя, у преподавателей и вовсе две комнаты и ванная в служебном корпусе, даже кухня общая. Так что ректор жил роскошно.
  С другой стороны, лорд не нарушит слова и не притронется. Не похож он на насильника. Да и глупо: все же знают, кто Малицу забрал. Те же особисты.
   С третьей, когда ещё доведётся так близко подобраться к демону?
  И, наконец, вампир. Чтобы не попасть к нему, что угодно сделаешь.
  И Малица немного успокоилась. Ровно до того момента, как переступила порог спальни и не увидела очертания смятой постели.
  - А ваша... - саламандра замялась, подбирая нужное слово, в итоге остановилась на нейтральном: - гостья?..
  - У Алисы есть свой дом, - отрезал ректор, давая понять: дальнейшие расспросы неуместны.
  Малица кивнула и робко шагнула к кровати.
  Вернулись прежние сомнения и, главное, напомнило о себе матушкино воспитание. Одно дело спать рядом с Кристофом, который, пусть и лез недавно целоваться, - дурак какой! - но друг. Другое - с малознакомым взрослым мужчиной.
  - Ложитесь, кровать широкая, - лорд подхватил со стула рубашку и надел. - Не бойтесь, правила приличия соблюдём. Хотите одеяло, перетащите простыню из гостиной.
  Саламандре тут же стало легче дышать. Поразмыслив, она устроилась подальше от двери в ванную комнату, чтобы не мешать лорду. Прилегла на покрывало на самом краешке и замерла, как испуганный зверёк. Только обувь скинула, чтобы не пачкать постель.
  - Ирадос, ложитесь нормально. Кровать действительно широкая. Хотите, можно, как в легендах, меч положить? - Малица не понимала, серьёзно он или издевается. - Вас по программе уже учили огненный делать, можете потренироваться. Или я свой принесу.
  - Фамильный? - брякнула саламандра, навострив уши.
  - Личный. Оружие по руке делают, только для адептов... А, неважно!
  Ректор за спиной завозился, бурча себе под нос. Видимо, тоже разувался.
  - А можно посмотреть? - по такому случаю саламандра даже обернулась, и застала лорда сидящим на краю со стаканом воды.
  Тот чуть не поперхнулся, потом вспомнил о правилах хорошего тона, и спросил, не хочет ли Малица воды. Сквозь зубы спросил.
  Рубашка застёгнута на все пуговицы, вместо домашних штанов - брюки.
  Саламандра отказалась и задала очередной провокационный вопрос:
  - Вы ради меня переоделись, милорд? Вам же неудобно будет.
  - Мне уже неудобно, Ирадос, - прошипел ректор. - Спите уже! Или чаю хотите? Тьма, да я сам вам этот чай сделаю, только рот закройте.
  - Лучше меч покажите.
  - Оружие любите? - лорд заинтересовался, затих и с интересом уставился на саламандру.
  - Демонами интересуюсь, - вздохнула саламандра, чуть обнаглев от оказанного доверия. - А оружие... Там всегда чары есть, артефакты. Интересно, какие они у других рас.
  - Лучше чай, - с видом мученика пробормотал ректор. - А то поранитесь. Нет, два часа ночи!.. Ирадос, вам это дорого встанет. Заставлю на факультатив ходить. По оружию. Не сдадите на высший балл тер Шонеру, пойдёте чистить загон гончих.
  Малица вздрогнула. От одной мысли об обладателях горящих глаз стало дурно и резко расхотелось что-либо смотреть и пить. Но ведь меч, самый настоящий демонический меч!
  - Вы обещали блюсти мою честь, без оружия не обойтись.
  Ректор рыкнул и одарил саламандру бешенным взглядом светящихся глаз.
  - Ирадос, - мрачно пообещал он, - я лучше вас изнасилую, чем буду это терпеть. Так по крайней мере замолчите. Хотя, - тут лорд задумался, - не уверен. С вас станется начать стонать. Ещё понравится... Нет, к Бездне! Спать!
  Свет погас. Кровать чуть прогнулась. Значит, ректор лёг. Поворочался немного и затих.
  Лорд не касался Малицы, но та явственно ощущала его присутствие. Осмелев, саламандра пощупала рукой пространство позади себя. Пусто. Значит, можно лечь удобнее. Хорошо бы под одеяло, но можно и так. Мягко, уютно. Ни в какое сравнение с диваном.
  - Дышите уж, Ирадос. Я до вас даже не дотянусь, - донеслось с того края. - И никаких хождений! Не высплюсь, вам же хуже.
  - Даже в туалет?
  - Я не садист. Спите, пока не пожалел о собственной слабохарактерности.
  Малица послушно замерла и через некоторое время в воцарившейся тишине услышала дыхание ректора: ровное, безмятежное. Оно и ей подарило спокойствие. Саламандра уткнулась носом в благоухающую лавандой простыню, подтащила под голову подушку и закрыла глаза.
  Это казалось столь невероятным, волнующим: она, постель мужчины и сам мужчина, её ректор, спящий в одной кровати с Малицей. И вместе с тем верилось, тут шан Теон не доберётся до жертвы.
  Саламандра принюхалась и уловила ещё и аромат парфюма ректора, смешавшийся с лавандой.
  Узнай мать, за уши бы оттаскала! Даже забавно и так волнительно.
  А приятное сочетание получается: нежность смешивается с мужественностью. Интересно, а сам ректор чем пахнет?
  От приоткрытого окна немного дуло. Захотелось под одеяло, но нельзя. К Кристофу Малица без зазрения совести бы залезла, а тут не обсуждается.
  Потом мысли вновь вернулись к вампиру, и вся дремота слетела.
  Малица вздохнула и осторожно, чтобы не потревожить ректора, повернулась на бок.
  - На кухне молоко, - услышала она сонное. - Принесёте, так и быть, - зевок, - зачарую. Или сразу усыпить? Надо было сразу.
  Лорд сел. Чуть сверкнули в темноте серебристые магические искорки, и Малицу укрыло сетью. Она впиталась в кожу, унося все страхи и сомнения.
  Сонными бывали не только зелья.
  
  Пробуждение вышло приятным. Малице было очень тепло и мягко. Улыбнувшись, она спросонья зачмокала губами и тут же вскочила, услышав гневное:
  - Это уже слишком, Ирадос!
  Судорожно распахнув глаза, саламандра уставилась на ректора. Сообразив, что её рука всё ещё лежит на его плече, вспыхнула и села, прижимая к груди одеяло. Ну и что, что Малица одета, лорд тоже, всё равно стыдно.
  - Простите, - запинаясь, пробормотала саламандра. - Я случайно. Просто...
  - Просто кровати не хватило? - шипя, поинтересовался лорд.
  Малица промолчала. Она сама не понимала, как оказалась на половине ректора. Видимо, замёрзла, кошмар приснился.
  - Ладно, забыли, - закашлялся ректор и встал.
  Он выглядел помятым. Рубашка и брюки требовали глажки. На лице отпечаталась подушка, а волосы торчали в разные стороны.
  Спохватившись, что выглядит не лучше, Малица пятернёй пригладила затылок.
  Ректор хотел что-то сказать, но передумал, только покачал головой.
  - Ванная в вашем полном распоряжении, - после недолгого молчания буркнул лорд и встал, оправив рубашку.
  - А вы?
  Малица ощущала себя крайне неловко. Она фактически выжила лорда из собственной спальни.
  - На первом этаже тоже есть уборная. Через, - ректор взглянул на часы, небрежно брошенные на прикроватный столик, - пятнадцать минут завтрак. Где кухня, вы уже знаете. А теперь отвернитесь на минутку.
  Саламандра отвернулась.
  Послышался звук выдвигаемого ящика. Затем хлопнула дверь. Значит, ректор ушёл. И чистую одежду с собой прихватил. Неправильно это, Малица должна была уйти, не он.
  Саламандра в который раз тяжко вздохнула. Портить отношения с ректором - непозволительная роскошь.
  Малица не стала тратить много времени на туалет, просто умылась и прополоскала рот. Воспользоваться чужими гигиеническими принадлежностями не решилась, хотя и с интересом и глянула на бритву с помазком. И на флакон с духами - теми, которыми пах ректор. Даже мылом не воспользовалась.
  После саламандра выскользнула за дверь и поспешила на кухню. Там уже хозяйничала служанка - женщина средних лет в белоснежном переднике. Она вежлив поздоровалась с Малицей и пригласила сесть за стол. Там уже дымились чашечка кофе и прикрытые тарелкой блинчики с вареньем.
  - Милорд?..
  - Скоро подойдёт. Он велел покормить вас, не ждать его.
  Саламандра кивнула и устроилась на высоком стуле. Помедлив, потянулась к чашке, втянула аромат и на всякий случай уточнила:
  - Это мне?
  Мало ли, вдруг ректору.
  - Вам, - подтвердила служанка. - Милорд другое есть, это велел вам приготовить.
  Когда только успел, они ведь вместе встали.
  При мысли о том, как именно она проснулась, кровь прилила к щекам. Для полноты картины оставалось только облачиться в ночную рубашку и закинуть ногу на бедро лорду.
  Но он тоже хорош: не спихнул. Значит, всё устраивало.
  Блинчики оказались вкусными, а варенье - яблочным. Малица наворачивала за обе щеки, когда на кухню стремительно, будто ураган, вошёл ректор. Кивнул женщинам и устроился во главе стола. Служанка тут же налила ему кофе и поставила тарелку с тостами на выбор.
  Малица украдкой глянула на лорда. Опрятный, выбритый, и не скажешь, как провёл ночь. Аристократ до мозга костей. И демон - эти за собой следят.
  - Причесались бы, - не отрываясь от чашки, буркнул ректор.
  - У меня расчёски нет, - извиняясь, пожала плечами саламандра.
  - Расчёска там была.
  - Ваша, милорд. Или вы думали, я что-то ваше возьму? - возмущённо надулась Малица.
  - Думал, - улыбка тронула краешки губ. - Девушки любопытны, а вы - так без меры.
  - Любознательность полезна для мага, - парировала саламандра и, преодолев стеснение, продолжила завтракать. - А вот дурное воспитание его не красит.
  - Это вы на что-то намекаете? - нахмурился лорд.
  Пальцы сцепились на чашке, грозя её расколоть.
  - На себя, милорд. Меня учили не брать чужого.
  Лицо ректора расслабилось. Он полагал, Малица начнёт предъявлять претензии, как всякая девица её возраста, но она приятно удивила.
  - Переоденьтесь. Разрешаю сходить в общежитие.
  - Но...
  А как же шан Теон? Разве он подкарауливает только по ночам? Вряд ли вампира это остановит. Это только низшие, неразумные, боятся солнечного света, прочие же прекрасно разгуливают днём.
  - Вас проводят, - оборвал возражения лорд. - Только недолго, Ирадос! Я не собираюсь всё утро проторчать в участке.
  Малица вздохнула и, осторожно взглянув на ректора, спросила:
  - А нельзя... Словом, может, я сама, милорд? Вас это раздражает, зачем же вас утруждать. За помощь спасибо, даже не знаю, чем могу отблагодарить.
  Лорд промолчал, погружённый в пережёвывание тоста с молодым сыром, а потом поставил в известность:
  - Это не ваше личное дело, а дело Академии. Благодарить меня не нужно, это моя работа. Ректор - это не только власть, но и ответственность. В частности, за вашу жизнь.
  - И поэтому благодарить нельзя? - наморщила нос саламандра, пытаясь построить логическую цепочку.
  - Вы уже благодарили, Ирадос, никаких взяток носить не надо. Знаю я благодарности адептов! - усмехнулся лорд, вспомнив, как старшекурсники пытались добиться его благосклонности с помощью ящика дорогого вина. - Лучше учитесь так, чтобы не пришлось краснеть перед министром. Занятия вашей команды по вторникам, - тут же сменил тему ректор, помешивая кофе. Малица невольно проследила за пальцами - самыми настоящими пальцами мага. Ухоженными, цепкими, длинными, с холодным блеском колец. - Программу возьмёте у господина Шонера.
  - А ведущий кто, милорд?
  Саламандра предполагала, что Кристоф как мужчина и демонолог, но лорд удивил.
  - Вы, - он затянулся кофе и чуть прикрыл глаза от удовольствия.
  Значит, любил этот напиток. Ну да, служанка изумительно его варила.
  - Я? - Малица чуть не поперхнулась. - Но, милорд, я учусь на втором курсе...
  - И? - отставив чашку, ректор уставился на неё немигающим взглядом. - Вы сомневаетесь в моей компетенции, Ирадос? Саламандра, стихийный маг, нужный темперамент, характер - ведущий, и точка.
  Малице стало не по себе.
  Ведущий - это серьёзно. По сути, он отвечает за действия всей команды. Она не выдержит, да и командовать - не её. Вот Кристоф - другое дело.
  - Хотите поспорить? - ректор подпёр подбородок ладонью и уставился на Малицу немигающим взглядом.
  Той не по себе стало. Какое спорить, сбежать бы скорее!
  - Нет? - выждав немного, с издёвкой поинтересовался лорд, вернувшись к завтраку. У саламандры же аппетит пропал. - Вот и хорошо, Ирадос, а то вдруг вы лучше ректора знаете?
  Малица вжала голову в плечи. Завтракать, определённо, лучше в столовой, а то, несмотря на весь уют и вкусное варенье, ощущаешь себя препарируемым животным.
  - А вопрос можно?
  Если уж проблемы, то крупные.
  Лорд кивнул и демонстративно всем корпусом обернулся к саламандре всем корпусом.
  - Это наказание, милорд? Ну, команда, ведущий? Может, лучше клетки драить и судна таскать? - с надеждой спросила Малица, ковыряясь ножом в блинчике.
  - Попробуйте. У вас ещё три года. Не выйдет, поменяем. И, - ректор сделал выразительную паузу, - я придерживаюсь правила: если в команде один мужчина, его не стоит делать ведущим. Проблем не оберёшься. Начнётесь за него драться, козни друг другу строить.
  Малица фыркнула в кулак.
  Можно подумать, так они станут жить дружно.
  - Милорд, я некомпетентна...
  - Книги вы хорошо воруете. Потом, Ирадос. Доели?
  Взгляд ректора скользнул по тарелке адептки. На ней красовались остывшие блинчики.
  Саламандра кивнула, но лорд отчего-то не поверил и велел не капризничать. Пришлось едва ли не давиться под его взглядом.
  - Нельзя так, милорд, - подала голос до этого молчавшая служанка. - Совсем запугали девочку!
  Ректор предпочёл сделать вид, будто ничего не слышал, но хотя бы буравить взглядом перестал.
  Конец пытки завтраком положил мелодичный, усиленный магией, звон дверного колокольчика.
  - Ваш провожатый, - прокомментировал лорд, не отрываясь от еды. Намазал поджаристый тост джемом и надкусил. - Потом сам зайду. Ступайте!
  Малица кивнула и с облегчением покинула ректорский дом.
  На крыльце её поджидал незнакомый молодой человек. Хмуро глянув на саламандру, он буркнул:
  - Идём, что ли?
  На плече - сумка с монограммой Академии, из-под расстёгнутой куртки виднеется синий пиджак. Значит, адепт. Старшекурсник, наверное, иначе бы Малица его знала.
  В общежитии саламандру встретили испуганным перешёптыванием. Девушки, вчера завидовавшие подаркам вампира, сегодня громко радовались, что им такого не прислали.
  Злосчастные розы выбросили, а вот ожерелье, по словам коменданта, лежало у ректора в столе вместе с письмом.
  Малице сочувствовали, но настороженно так, вяло, из чего та сделала вывод, что адептки считают её виновной в случившемся, а то и вовсе соучастницей. Мол, саламандра совсем не прочь погулять с заезжим лордом, крутила хвостом, а потом решила обвинять бедняжечку в домогательствах, когда пришло время платить по счетам.
  Старшекурсник, всё так же безмолвно, поднялся вслед за Малицей в её комнату. Саламандра впала в уныние при виде того беспорядка, который в ней учинили. Видимо, обыскивали. А убирать ей, Малице. После тренировок. Большое спасибо, лорд ректор!
  С другой стороны, махать мечом и отрабатывать навыки командной работы, даже ползать с тряпкой лучше, чем сидеть в холодной спальне вампирского замка. В конце концов, жизнь адептов и состоит из уборок и тренировок. Но всё равно обидно, когда с любовью наведённый порядок превращён в хаос.
  С кислой миной Малица наблюдала за тем, как адепт осматривает помещение.
  - А теперь выйди, - приказала она, когда тот отрапортовал: чисто.
  - Не положено, - заартачился молодой человек. - Мне велено за тобой присматривать.
  - Не помню, чтобы на 'ты' переходили, - саламандра воинственно упёрла руки в бока.
  - Ты мелкая, - фыркнул наглец и тут же взвыл: даже стихийный маг второго года обучения что-то может.
  - Видишь? - Малица сложила незамысловатую фигуру из пальцев. - Вот тебе, а не на меня глазеть. Переоденусь, позову.
  С большим трудом адепта удалось выгнать за дверь.
  Одевалась Малица в спешке, опасаясь, что настырный парень телепартируется или откроет дверь магическим способом. Может, кому-то и нравится ходить голой перед мужчинами, но саламандра предпочитала одежду.
  - Заходи! - кое-как приведя голову в порядок, Малица стукнула в дверь.
  Ответа не последовало.
  Испугавшись, саламандра запаслась парой огненных шариков и осторожно выглянула в коридор. Она ожидала увидеть шан Теона, а наткнулась взглядом на ректора, словно мальчишка, устроившегося на подоконнике. Воспользовался тем, что адептки на занятиях, и никто его не увидит. Заметив Малицу, он поспешил встать и молча указал на часы, напоминая: время дорого.
  Саламандра кивнула, а сама не переставала улыбаться. Даже хихикнула. Не каждый день застанешь ректора на подоконнике. Никто точно его таким не видел - человечным, обычным, а не суровым демоном-лордом-начальником такого возраста, что и представить сложно. Хотя выглядит хорошо. Неплохо сохранился.
  - Ирадос? - голос ректора сочился мёдом, но за ним пряталось неотвратимое наказание.
  - Да, милорд? - с готовностью подобралась Малица и захлопнула дверь за спиной: неприлично беседовать с ректором через щёлочку.
  - Что вас так рассмешило? По-моему, ваше положение весьма плачевно.
  - Да, милорд, - саламандра низко опустила голову, пряча улыбку в уголках рта.
  - Что - да? - начинал сердиться лорд.
  Зелёные глаза начинали светиться, будто у оборотня в полнолунье. Радужка ректора и так не отличалась обычностью, а сейчас и вовсе пылала.
  Малица поняла: перегнула палку. Подумаешь, спала в одной постели с ректором, это не повод для знакомства.
  Отчислит, как есть, отчислит! Саламандра за этот семестр так набедокурила, что на троих хватит. Собственно, втроём они это и проворачивали, значит, надо снова умножить на три.
  Ректор отлепился от окна и неспешно направился к комнате Малицы, но за плавностью и медлительностью движений скрывалась нешуточная угроза. Нет, лорд не пугал свирепым выражением лица, он просто шёл, такой же, каким адепты видели его в академических коридорах, только чуть прищуренные глаза выдавали намерения.
  - Я... я шутку смешную вспомнила, милорд! - практически выкрикнула Малица. - Переволновалась просто, вот и... А вы что подумали?
  - И что же я подумал, Ирадос? - подчёркнуто вежливо осведомился ректор, остановившись всего в паре шагов.
  А перед мысленным взором Малицы сгустился приказ об отчислении.
  - Что я дура, - прибегла к старому доброму женскому средству саламандра, гадая, женится на ней вампир или убьёт. В том, что она ему достанется, вылетев из Академии, даже не обсуждается. - Я уже готова, милорд.
  - Да, представьте себе, Ирадос, я не каменная горгулья, не истукан и тоже иногда сижу на подоконнике, - угроза из голоса лорда исчезла, а сбежавшая от Малицы улыбка перебралась к нему. - Документы не забудьте.
  Малица так и не поняла, как лорд догадался, о чём она думала.
  
  В участке было душно. Воздух затхлый и полон пыли от бумаг, которыми полнились столы и полки.
  Малица сидела у затянутого вытершимся сукном стола по правую руку от ректора и старательно заполняла заявление. Лорд своё уже подал - от лица Академии.
  К стене закутка дежурного офицера, отделённого от остального участка перегородкой в неполный человеческий рост, прислонился Джед. Крещенные на груди руки и насупленные брови особиста свидетельствовали о том, что настроен он решительно.
  Из-за перегородки долетали недовольные, иногда переходящие на крики и визги голоса. Кто-то уходил, кто-то приходил. И табурет, на котором бы провела всю ночь Малица, давно заняли жаждущие правосудия. Только им приходилось ждать, когда как перед ректором сразу отворились все двери, даже просить не пришлось.
  - Упустили? - мрачно констатировал лорд, искоса посматривая на рождавшиеся под пером саламандры строчки.
  Джед заскрежетал зубами, но головы не опустил. Он и сам корил себя за проваленный арест и предпринял все необходимые действия, чтобы лорд шан Теон не вернулся в Закрытую империю. Способы имелись: Особая служба не первый год ловила магов, некоторые из них тоже происходили из самых высших слоёв общества.
  Вампир же будто сквозь землю провалился.
  Исследование портала тоже ничего не дало: он самоликвидировался после использования. Чистая работа!
  - Помощь Академии требуется? - ректор продолжал буравить Джеда взглядом.
  Особист навостри уши, даже подался вперёд.
  - Могу дать гончих. Они возьмут след и уже не отпустят, - холодная усмешка скользнула по губам лорда. - На любом свете.
  Малица оторвалась от заявления и подняла голову.
  На лицах всех присутствующих, кроме ректора, разумеется, застыл ужас. В кабинете же воцарилась гробовая тишина.
  - Вы предлагаете устроить Дикую охоту, милорд? - хрипло спросил дежурный офицер.
  Показалось или нет, он отодвинул стул и потянулся к ящику стола, будто собирался бежать и защищаться.
  - Было бы занятно, - после минутного колебания протянул лорд, - но, увы, соседний император не одобрит. Только выследить.
  - Это не совсем законно, - Джед колебался, но склонен был принять предложение.
  Офицер же предпочёл самоустраниться. Пусть особист решает, как вышестоящее лицо.
  - Как и методы лорда шан Теона, - лорд откинулся на спинку стула и обвёл присутствующих пристальным взглядом. - Чем быстрее его арестуют, тем лучше. Под угрозой жизнь госпожи тер Ирадос и репутация Особой службы.
  Джед взъерошил волосы и отлепился от стены. Вытащил амулет связи и кивнул:
  - Я готов, милорд.
  Дежурному офицеру не оставалось ничего, как со вздохом согласиться. И почему только всё это случилось в его смену? Теперь расхлёбывай проблемы.
  - Обговорим после, - лорд подозрительно покосился на навострившую уши Малицу и резко, обращаясь к ней, добавил: - Ирадос, вы останетесь в Академии. Под домашним арестом.
  - За что? - возмутилась саламандра.
  Нет, с одной стороны, страшно, но, с другой, так хотелось посмотреть на охоту с призрачными гончими. Когда ещё выпадет шанс? И на работу Особой службы тоже.
  - За неуёмную жажду деятельности. Мне при посторонних напомнить ваши проступки?
  Малица опустила голову и тяжко вздохнула. Понятно, опять скука, опять книги и бесконечное наказание за любопытство. А ведь из тихого и послушного адепта путного мага не выйдет. Так, исполнитель чужой воли. Саламандра сомневалась, будто сам ректор в юности отличался смирением и покорностью.
  - Дописали? - лорд вернул её мысли к реальности.
  Малица кивнула и протянула ему лист. Ректор глазами показал: дежурному офицеру.
  - Что, милорд, даже проверять не станете? - съязвила на грани фола расстроенная саламандра.
  Ректор промолчал, только поджал губы.
  Офицер стражи пробежал глазами бумагу и зарегистрировал.
  - Всё, - поднявшись, сообщил он. - Мы предпримем необходимые меры, госпожа Ирадос.
  Судя по скептическому выражению лица, лорд не верил, будто эти меры окажутся действенными.
  Мужчины дружно поднялись, и Малица поневоле последовала их примеру. Перед ней услужливо открыли дверь, попрощались, но вот выходить следом никто не торопился. Саламандра обиженно фыркнула и тоже решила остаться.
  - Ирадос, подождите меня за дверью, пожалуйста, - заметив её манёвр, попросил ректор.
  Значит, совещание в чисто мужской компании.
  И Малица, инстинктивно, как главе своего учебного заведения, сначала собиралась подчиниться, даже за ручку взялась, но потом передумала. Вернулась на прежнее место и демонстративно села.
  - Ирадос? - брови ректора поползли к переносице.
  Малица старательно имитировала глухоту. Это её дело, почему она должна уходить? Не родным же лорда угрожают расправой, не его же собирались насильно женить и использовать в качестве донора и расходного материала для ритуала.
  - Адептка Ирадос, - ректор чуть повысил голос, - обождите меня за дверью.
  - Это моё дело, милорд, я должна знать, что вы предпримите для защиты меня и моих родителей, - тряхнув огненной головой, возразила Малица.
  Саламандры - народ горячий и упрямый. Если уж вбили что-то в голову, остановить невозможно.
  - А что с вашими родителями? - вмешался в беседу Джед. - Лорд-вампир угрожал им?
  Малица кивнула и указала на заявление: в нём всё написано.
  - Давно? - оживился ректор и хищно сцепил пальцы, которые на миг показались когтями птицы: столь же немыслимо изогнулись.
  В глазах появился охотничий блеск. Теперь саламандра не сомневалась, лорд не понаслышке знал о студёном ноябрьском воздухе и бесконечном беге жертвы по мёртвому лесу.
  Так некстати вспомнилось видение: она, призрачные гончие, гробовая тишина, ректор, внушающий животный страх.
  В закутке на мгновение пахнуло прелой листвой.
  Малица вздрогнула и на всякий случай отошла подальше от лорда и поближе к особисту. Тот удивлённо приподнял бровь, но смолчал. Потом покосился на ректора и шепнул так, чтобы лорд не слышал: 'Подумаешь, демон, в империи дискриминации по расовому признаку нет'.
  Но лорд всё же услышал, нахмурился и ядовито спросил:
  - Имеете что-то против демонов, Ирадос? Помнится, совсем недавно вы выказывали абсолютно противоположные чувства.
  Саламандра вспыхнула, осознав, на что он намекает: на повышенный интерес к мужским особым данной расы и желание вызвать одного из них ради исполнения желания. Хорошо, хоть не эротического, хотя... Поцеловать демона - наверное, неимоверно интересно. Хотя бы из просветительских целей, как некогда Кристоф.
  Извинения вышли путанными, а румянец - ярким.
  Ректор хмыкнул и милостиво разрешил остаться ровно на пять минут, чтобы рассказать об угрозах. После же с разрешения дежурного офицера, снявшего блокировку, открыл портал прямо из закутка и буквально втолкнул туда упиравшуюся Малицу.
  Раздосадованная саламандра надула щёки.
  Это уже слишком! Пусть он ректор, лорд, демон - кто угодно, элементарные правила этикета нужно соблюдать. Малица тоже не простолюдинка, не ребёнок, а будущий маг-стихийник, женщина, наконец, а её за шкирку, как котёнка. Или это месть за дерзость? Но логичный же вопрос и не менее логичный ответ.
  Саламандра в сердцах топнула ногой и запустила в стену проекцию сгустка огня. Хотелось настоящий, но он бы спалил общежитие.
  Ректор доставил туда, откуда забрал: в родной коридор. Вот оно, окно, где полтора часа назад сидел лорд, вот дверь Малицы.
  Скуксившись, саламандра устроилась там же, где некогда восседал её обидчик, и задумалась. Под домашний арест Малицу пока не посадили, значит, можно связаться с отцом и переговорить с Крисофом.
  Сказано - сделано.
  Вспыхнувший огонь в камине отразил встревоженного мужчину с гладко выбритыми медными висками. В отличие от дочери, природа щедро одарила его веснушками, обсыпав весь нос.
  - Немедленно уезжай! - не дав поздороваться, встревоженно оглядываясь, прошипел тер Ирадос. - К эльфам или в человеческие королевства с сильными магами.
  - А ты? - опешила Малица. - Он там, да?
  Тер Ирадос мотнул головой и почти одними губами произнёс:
  - Не верь ни одному письму от нас. И нам больше тоже.
  И всё, огонь полыхнул и погас, унеся вместе с собой осунувшееся родное лицо.
  Малица пару минут не двигалась, а потом, не сдерживая эмоций, обрушила на камин всю огненную мощь. Кладка и железо не выдержали такого напора, и камин попросту обвалился, обдав зольной пылью.
  - Ух ты! - послышалось восхищённое за спиной. - Не всякий дракон так сможет.
  Саламандра порывисто обернулась и увидела Нортона, с восхищением взиравшего на остатки камина. В руках староста держал тетрадь, на плече покачивалась ученическая сумка.
  - Никому не говори! - шёпотом попросила Малица, ощущая, как щёки стремительно пунцовеют.
  - Не скажу, - тем же шёпотом ответил Нортон и уже нормальным голосом произнёс: - Меня приглядеть за тобой прислали. Ну и конспекты дать.
  - Кто послал?
  - Один очень злой ректор. Злой на тебя. Что ты натворила, раз сейчас придут чары на комнату накладывать?
  Староста хитро подмигнул и подошёл ближе, цокая языком, рассматривая остатки камина. К счастью, он не обрушил стену, хотя мог бы, но в Академии всё делали добротно.
  - Вместе с тобой?
  Похоже, лорд не шутил и всерьёз вознамерился ограничить её свободу.
  - Что со мной? - не понял староста. - Запереть? А как же. Будем гнездо вить.
  - Какое гнездо? - нахмурилась Малица.
  - Обычное, брачное, - рассмеялся Нортон. - Мальчик и девочка же. Драконы всегда так делают. Номинально, конечно, но...
  Саламандра больше ничего не слышала, уцепившись за слово 'драконы'. Нортон умеет летать! Ректор очень сильно промахнулся, приставив к ней дракона. Допустим, превращения запрещены правилами, но кто в сумерках разглядит, кто именно нарушил запрет. Зато Малица сможет принять участие в охоте. И с удовольствием поджарит бока вампиру.
  - Идём! - Нортон потянул задумавшуюся саламандру за рукав и потащил прочь. - А то нам влетит.
  Едва они успели юркнуть в коридор, как со стороны лестницы послышался топот, и в гостиную вбежала группка адепток во главе с комендантом. При виде разрушенного камина мужчина застонал и завопил: 'Убью!'
  Малица бежала быстрее ветра. Мысль о наказании подстёгивала лучше кнута. Нортон прикрывал спину, поглядывая по сторонам.
  Они взлетели на площадку, пронеслись по коридору и хлопнули дверью в комнату саламандры. Там, шумно дыша, повалились на кровать и расхохотались.
  - Я была тут, - предупредила Малица. - Сидела и ничего не делала. Ничего, Нортон!
  - Да ладно, понял я уже, - усмехнулся староста и провёл рукой по вспотевшему лбу. - Ну ты учудила! Весь резерв жахнула?
  Саламандра проверила: нет.
  - Тайна за тайну, - Нортон вольготно, как дома, устроился на чужой кровати, подложив под голову конспект. - Я молчу, а ты рассказываешь, чем не угодила ректору.
  - Дерзила много и дис...дис...дис-кри-ми-нировала, - с третьей попытки по слогам выговорила Малица и села, обхватив руками колени.
  - По половому признаку? - хрюкнул староста.
  А он ничего, можно иметь дело. На занятиях же важный, прилежный, только на спаррингах балагурит.
  - Это он меня по половому, а я по социальному. Не слушалась, короче. Слушай, Нортон, - вкрадчиво спросила Малица, склонившись к самому лицу старосты, так, как учила Индира, - ты ведь мне поможешь?
  Нортон издал нечленораздельный звук и тоже сел, во все глаза уставившись на саламандру. Потом расплылся в улыбке и сграбастал в объятия, Малица и пискнуть не успела.
  Губы старосты оказались в опасной близости от её губ, а потом решительно пошли на штурм... чтобы живот в полной мере оценил остроту женского локтя.
  - Дурак! - Малица вскочила, утирая губы. - Тоже просвещать собрался?
  - А кто за меня болел? - напомнил о занятиях боевой магией обиженный староста. - Подумаешь, поцелуй! Я же не под одеяло звал.
  - Откуда я знаю! - саламандра подозрительно покосилась на собственную кровать. - Про гнездо говорил, мальчиков, девочек...
  - А давай! - глаза Нортона лукаво блеснули. - Ты мне один раз, а я любое желание. И о камине молчу, и из комнаты помогу выбраться.
  Малица нахмурилась и подставила щёку:
  - Целуй!
  Староста замялся и погладил покрывало. Саламандра в ответ показала дулю и неохотно согласилась:
  - В губы.
  Нортон повторил манёвр с объятиями и мазнул по губам языком.
  - Мы целоваться договаривались, а не лизаться, - напомнила Малица.
  - Так по-взрослому же.
  Язык во рту саламандре категорически не понравился, хотя внешне она не выказала никаких претензий: договор есть договор. Вот просто в губы понравилось, а вот попытка переплести их языки - категорически нет. Нортон же настойчиво пытался обслюнявить весь рот.
  Наконец староста отстранился и огорошил предложением:
  - Станешь моей девушкой?
  Ответить Малица не успела: распахнулась дверь, и на пороге возник комендант в сопровождении проректора. На заднем плане маячили любопытные адепты, ради такого случая прогуливающие занятия. Сразу прошли головные боли и отменились важные дела, оставившие притворщиков в общежитии.
  - Вот уж не ожидал! - тер Лис укоризненно покачал головой и вперил немигающий взгляд в Нортона.
  Тот сразу сник и поплёлся к проректору, оставив помятый конспект лежать на постели.
  - Вы староста, Лоош, а ведёте себя хуже абитуриента, - продолжал отчитывать тер Лис. В голосе его прорезались характерные рокочущие нотки. - Не заставляйте пересматривать профессорское решение.
  Нортон шумно втянул в себя воздух и подобрался. Вскинул голову и блеснул карими глазами цвета кофе с молоком.
  - Я выполняю предписание ректора, милорд. А случившееся в этой комнате - наше личное дело.
  - А камин - тоже ваше личное дело? - гневно сверкая глазами, выступил вперёд комендант и пожаловался постукивавшему ногой по полу тер Лису: - Он даже колпак оплавил!
  Проректор сложил губы буквой 'о' и отчего-то посмотрел не на Нортона, а на Малицу. Та смело выдержала взгляд, изображая саму невинность.
  А в голове крутилось: 'Он помог шан Теону'.
  - Адептка Ирадос, так чем вам камин не понравился?
  Тер Лис подошёл вплотную, с неподдельным интересом взирая на саламандру. Комендант же перечислял громы и молнии, которые обрушатся на голову Малицы. Выходило, что по крайней мере ей придётся заново вручную перестроить весь корпус.
  - Да оставьте вы со своими стройками и сметами! - не выдержав, отмахнулся проректор. - Потом разберёмся. Виновные найдены, остальное уже моё дело. Помнится, на третьем этаже душевая текла, занялись бы.
  Комендант неохотно ушёл, на прощание бросив на Малицу красноречивый взгляд: 'Запомню и пожалеешь!'.
  Тер Лис отодвинул стул и устроился на нём, облокотившись о стол. В пальцах проректор вертел самопишущее перо: очевидно, что-то писал, до того, как его привлекли к общественным работам.
  - Так что? Молодой человек рассердил? - тер Лис кивнул на Нортона. - И насчёт предписания я проверю. Дело, может, и личное, но родители к нам бегают, женить всяких требуют. Вы как, Лоош, жениться готовы?
  Проректор подмигнул разом смутившемуся Нортону.
  - Мы... мы совсем другим занимались, милорд, - стушевался староста и отошёл ещё дальше от саламандры, той даже смешно стало.
  - Ну да, ну да, целовались, - улыбка тронула губы тер Лиса. - Так камин?.. Мне в итоге очень хотелось бы услышать, за что его так ненавидят. Давайте уж мне, а не ректору, Ирадос. Драконы - народ мирный и благодушный.
  - А ещё корыстный, - вырвалось у саламандры.
  Улыбка сошла с лица проректора. Расслабленность сменилась прямой спиной, однако тер Лис не проронил ни слова. Молчала и Малица, понимая, она никто, чтобы обвинять проректора. Да и доказательств нет.
  - Продолжайте, Ирадос, раз уж начали, - обманчиво вальяжно поторопил тер Лис. - Какие у вас претензии к драконам?
  Саламандра задумалась. Сказать правду - вылететь из Академии и нажить ещё одного врага. Малице и одного за глаза хватало, чтобы так разбрасываться дружбой и ненавистью.
  Молчание затягивалось, а зрачок проректора становился всё тоньше. Янтарные глаза блестели, выдавая драконью сущность.
  - Какие претензии, милорд? - переспросила, теня время, саламандра.
  Решение пришло в голову, когда его уже не ждали.
  - Да вот она, моя претензия, - Малица ткнула в старосту. - Пришёл охранять, а лезет с поцелуями. И для чего? Чтобы похвалу у ректора заработать.
  Проректор удивлённо заморгал и перевёл взгляд на обескураженного Нортона. Бедняга совсем ничего не понимал, хлопал ресницами не хуже Индиры.
  - И? - тер Лис хотел знать подробности.
  - Ну как же, ему экзамен по специализации сдавать не придётся, если удержит меня в Академии, - на ходу придумывала Малица, стараясь говорить твёрдо и напористо. - Думаете, Нортон просто так о камине промолчал?
  - Так он знал? Как интересно! - протянул проректор и вновь расслабил спину.
  Пальцы барабанили по столу, глаза хитро щурились. Уже не драконьи - человеческие, пусть и неестественно жёлтые.
  - Неправда! - наконец отмер Нортон и возмущённо глянул на Малицу. - Ничего мне никто не поставит, и целовал я просто так.
  Саламандра осторожно, чтобы проректор не видел, показала старосте: молчи, потом всё объясню, сама же захлопала глазами. Как показывала практика, это безотказно действовало на мужчин, заставляла забыть, о чём до этого шла речь.
  - Ох уж эти адепты! - вздохнул тер Лис. - Как вы до зрелости-то целыми и невредимыми доживаете? Ладно, с драконами прояснили. Хотя, - быстрый взгляд на Малицу, - они обычно порывистые и вспыльчивые в юном возрасте. Корысть - это к людям. Теперь камин. Возмещать ремонт придётся, но утолите уж моё любопытство.
  - На вампира зла была, - почти не покривила душой Малица.
  Теперь собственный поступок казался глупым. Должна была стерпеть, держаться, а не крушить мебель.
  - На лорда шан Теона? - уточнил проректор и помрачнел, вновь принявшись терзать самопишущее перо. - Хм, нехорошо вышло. С подарками.
  Пришло время Малицы удивляться. Он извинялся? Проректор - перед адепткой? Но тер Лис не пожелал ничего объяснять, просто велел не покидать комнату и ушёл.
  Стоило захлопнуться двери, как Нортон набросился на саламандру с упрёками. Все они сводились к одному: зачем она его опозорила?
  Малица покосилась на дверь и, приложив палец к губам, подкралась к ней и резко распахнула. Никого. Но кто поручиться, что проректор не поставил специальные чары, передающие все разговоры творцу, или что рядом не витают невидимые духи? В любом случае, рисковать нельзя. Может, тер Лис и не преступник и действительно сожалеет, а, может, и нет.
  Осторожно прикрыв дверь, Малица вырвала из тетради чистый лист и написала: 'Ты проверять помещение на заклинания умеешь?' Нортон глянул на неё, как на умалишённую, но кивнул.
  Дальше произошла метаморфоза: глаза старосты изменили форму, стали такими же, как некогда у проректора. Даже будто в размере увеличились, а на радужке появились крапинки.
  Нортон медленно обошёл комнату по периметру, пристально вглядываясь в стены, дверь и окна, затем вернул глазам человеческий вид и важно заявил: чисто.
  - Ты уверен? - скептически переспросила Малица.
  - Я дррракон, я не могу ошибаться, - с рычащими нотками ответил староста.
  У саламандры от сердца отлегло. Конечно, проректор - опытный маг, мог замаскировать чары, но, во-первых, тер Лис наверняка не ожидал от Малицы такой прыти, а, во-вторых, драконье зрение не обманешь. Хвостатые видят суть вещей.
  - Прости, это было нужно, - Малица плюхнулась на кровать и провела рукой по волосам: нервничала. - Есть кое-какие подозрения, нельзя говорить. Так ты поможешь сбежать? Перекинешься в дракона и...
  -... и вылетишь из Академии, - закончил за неё староста и покачал головой. - Нет, прости, на такие жертвы я не способен.
  - А ещё в любви признавался! - поддела саламандра. - Все вы, мужчины, одинаковые.
  Нортон засопел, но промолчал. Демонстративно устроился с конспектом за столом и принялся монотонно объяснять сегодняшний материал. Обиделся.
  Малица пару минут слушала, делая вид, будто интересуется теорией потоков, а потом сделала предложение:
  - Ты меня покатаешь, а я на целых два месяца твоей девушкой стану, даже на праздник урожая вместе пойдём.
  - И поцелуешь при всех? - предложение нашло отклик в мужском сердце.
  - Поцелую, поцелую, только в уголке не тискай.
  Нортон фыркнул. Мол, не больно-то хотелось.
  - Я староста, Малица, мне нельзя Устав нарушать.
  - А мы чуть-чуть. В случае чего, я тебе угрожала.
  Староста от души расхохотался, даже слёзы из глаз потекли.
  - М-да, представляю себе эту картину: саламандра угрожает дракону! Ладно, попробуем, но, учти, заметят, мигом обратно. И я тебя не знаю.
  - Конечно. Всем известно, это у Малице тер Ирадос шило в одном месте.
  
  Саламандра придирчиво оглядела себя и ещё раз поправила повязку на волосах. Вроде, сидит плотно, огонь прядей не бросается в глаза. Одежда тёмная, облегающая, максимально не сковывающая движений.
  В домашнем аресте есть свою плюсы: соседка не следит за каждым шагом, можно спокойно готовиться к побегу. Ещё днём Селия под присмотром господина Хороса забрала вещи и перебралась в другую комнату.
  Чары на двери ставил сам проректор. Лукаво смотрел на Малицу, изображавшую подвижницу науки, но молчал.
  Еду принесли тоже заранее, чтобы саламандра не страдала от голода. Даже о чае с плюшками не забыли. Всё это накрыли специальной крышкой с подогревающим заклинанием.
  Убедившись, что ничего не помешает полёту и активным физическим упражнениям, Малица засунула за голенище сапога для верховой езды нож. Пшик против вампира, но всяко лучше, чем с одними заклинаниями наизготовку.
  Оставался макияж. К нему Малица тоже подошла тщательно, разрисовала лицо не хуже, чем дикари на страницах учебника. Словом, из привлекательной девушки превратилась в полосатое нечто. Дроу бы оценили, тролли, возможно, тоже, остальные бы пришли в ужас.
  Послав отражению воздушный поцелуй, Малица хлопком погасила свет и уселась ждать у окна условного сигнала. Проректор проявил непростительную недальновидность, забыв 'запечатать' второй выход. Но кто же знал, что саламандра умеют летать? Они и не умели, а вот драконы - очень даже.
  За окном разлилась лиловая ночь. Луна то пропадала, то выныривала из-за облаков - идеальная погода для преступления.
  Тихонько шелестела от редких порывов ветра листва на земле.
  Где-то там, в темноте, бродили призрачные гончие. Они ходили по граням и уже не выли, вселяя ужас в сердца: ректор отучил. А, может, и не бродили. Если лорд Онеш устроил охоту, парк опустел, но адептам и преподавателям не следовало об этом знать.
  Сердце тревожно билось в груди.
  Малица понимала, там, в ночи, разлилась опасность, но и тут, в стенах комнаты, мрак вселял тревогу. Если она не могла заснуть в гостиной ректора, успокоилась только, обняв лорда, то тут и подавно не сомкнёт глаз. Вдруг проректор лгал и ни капельки не сожалел о пособничестве? Кто знает, что он сообщил шан Теону. На месте вампира саламандра пришла бы за собой именно в ночь охоты и оставила бы после себя обескровленный труп.
  Малица заняла самую удобную позицию - у стены возле окна, чтобы контролировать всю комнату. Мысленно она десятки раз повторила способ вызова огненного меча. Времени на раздумья и ошибки враг не даст, придётся действовать мгновенно.
  Чтобы не спать, саламандра облилась водой, предварительно остудив её до ледяной. Неприятно, зато действенно. И ничего, что зуб на зуб долго не попадал.
  Обострившийся слух уловил скрежет по стеклу.
  На всякий случай изготовившись, саламандра осторожно повернулась.
  Условленный стук: три коротких, один длинный. Нортон.
  Малица щёлкнула задвижкой и впустила в комнату стужу осенней ночи.
  Блеснул в темноте чей-то глаз, и саламандра со страху чуть не сделала старосту слепым.
  - Сдурела?! - прошипел Нортон и залез в комнату. В человеческом обличии.
  Последний факт чрезвычайно огорчил Малицу. Неужели передумал?
  Нортон объяснил: перекидываться около жилых корпусов опасно, вот доберутся до ограды, тогда пожалуйста.
  - Раздеваться придётся, - напомнила саламандра. - Не стесняешься?
  - Не придётся. Драконы не оборотни, у нас нет второй сущности, просто два лица. Хотя если ты попросишь, я разденусь, - с намёком добавил староста. - И не только.
  - Потом! - отмахнулась Малица. - Сейчас мне совсем не до голых мужиков. Как гончих обходить будем?
  - Никак, - огорошил Нортон. - Нет их, пусто, одни духи-охранники остались.
  Саламандра не удержалась и исполнила победный танец. Стол выдержал, оказался крепким, староста впечатлился.
  - Слушай, - Малица села, свесив ноги, - не то, чтобы я тебе не доверяла, но лучше не рисковать. Наверняка ректор охрану усилил, раз гончих увёл. Или оставил бродить какую-нибудь зловредную суку. Давай ты с крыши взлетишь?
  - Да запросто! Только ты не залезешь.
  - Почему это? - надулась саламандра.
  - Потому что ты на кроссах предпосле-е-едняя! - с издёвкой потянул староста и с гордостью добавил: - А я первый.
  - Вот и понесёшь, - нашла решение проблемы Малица. - А что, свою девушку положено на руках носить.
  Нортон настроил магический шар на минимальную мощность и пристально осмотрел саламандру, прикидывая, сколько она весит. Нести не хотелось, хоть девушка и не страдала излишним весом.
  - Я обещал только летать, - напомнил староста. - Сама залезешь.
  Посетовав для виду на измельчавших мужчин, Малица выглянула из окна, прикидывая, за что можно зацепиться.
  Пройти по карнизу до водосточной трубы, затем на другой карниз, подтянуться за кронштейн... Да, полоса препятствий господина Ойгла отдыхает.
  - Не бойся, подстрахую. Лезь первой.
  Надеясь, что Нортон умеет перекидываться в воздухе, Малица нерешительно занесла ногу на подоконник. Страшно.
  - Трусишь, сиди дома.
  Вот уж нет!
  Саламандра решительно шагнула из окна и едва не упала, поскользнувшись: мокро. Спасибо, вовремя ухватилась за раму.
  - Ладно, залезай обратно, - смилостивился Нортон. - И ко мне на закорки. Только не души и держись крепко.
  - А ты не упадёшь?
  Малице казалось, что передвижение подобным способом - верный путь к кровавой луже на земле. Сработают законы природы, груз банально перетянет.
  - Драконы не падают, - обиженно ответил староста и подставил спину.
  Малица взобралась на Нортона, крепко обхватила руками и ногами и понадеялась на то, что староста как истинный дракон не приврёт.
  Нортон двигался не в пример ловчее саламандра. Медленно, но верно поднимался вверх, облепив водосточную трубу.
  Саламандре было страшно, она даже глаза закрыла. Вцепилась в Нортона и дышала через раз.
  Сколько раз казалось - сорвутся, но нет, староста неизменно подтягивался, ухватывался за что-нибудь.
  Вот, наконец, и крыша.
  - Приехали! - с натугой шепнул Нортон и устроился перевести дух на черепичном скате. К счастью, недостаточно крутом, чтобы скатиться вниз. - А ты ничего, думал, визжать станешь.
  Малица промолчала и заставила себя расцепить пальцы. Это оказалось нелегко: руки не желали расставаться с надёжной опорой в виде тела Нортона.
  Над головой проплывали облака. Внизу же царил полный мрак.
  Тут, наверху, оказалось холоднее, изо рта даже шёл пар.
  - Готова?
  Нортон встал и размял спину.
  Малица кивнула и приготовилась наблюдать за метаморфозой.
  Староста отошёл подальше, к самому краю, смело замер у самого карниза, помахал руками, разгоняя кровь, и под тихое оханье саламандры смело шагнул в пустоту, чтобы тут же взмыть в небо медным драконом. Малица видела только, как на миг исказились контуры, и вот над ней уже парит шипастое рукокрылое. Хвост длинный, чешуя переливается даже в скупом ночном свете. Гребень на голове щерится пластинами цвета стали.
  - Давай, что ли! - поторопил Нортон басовитым голосом и опустил крыло. - В первый раз дракона видишь?
  - В первый, - восторженно ответила Малица и с трепетом шагнула на крепкие перепонки.
  Спина у дракона оказалась жёсткой, зато широкой. Держаться не за что, скользко, но на этот случай в кармане имелась верёвка. Саламандра обвязалась, надёжно прикрепила себя к шее и лопаткам Нортона и подтвердила: готова.
  Полёт. От него перехватило дыхание. Тело захватила небывалая эйфория.
  Ветер в лицо, холодный, силящийся сбить на землю.
  Луна, так близко, только руку протяни.
  Тёмные громады зданий под ногами. Башни Академии, чуть мерцающие ночными огнями. И бесконечное, безграничное счастье от упоение свободой.
  Нортон взмыл выше, унося в облака, и со свистом пронёсся над оградой Академии. Охранная магия лишь слегка кольнула, но ничего сделать не смогла.
  - Ну, куда дальше? - зависнув над спящим городом, спросил Нортон.
  - Не знаю, - честно призналась Малица. - Ты лучше меня видишь, давай охотников искать. Для начала к Особой службе слетаем и к участку, дальше разберёмся.
  - А если они порталом ушли?
  Этого саламандра не предусмотрела. Что ж, тогда они просто полетают.
  
  Ночной город - это нечто удивительное. Полёты же опасны для жизни без надлежащей подготовки. Если бы не верёвка, Малица не раз соскользнула бы с чешуйчатой шкуры и упала.
  Ветер нещадно хлестал по щекам, пробирался под одежду.
  Нортон скользнул вниз и понёсся над самыми крышами. Они тонули в ночной сини, только тускло мерцали магические фонари у домов. Владельцы поставили их на минимальную мощность, чтобы не мешали спать. В бедных районах и вовсе обходились без уличного освещения. На него банально не было денег.
  Веселились посетители ресторанов. Им ночная пора не помеха, самый разгул веселья. Рестораны переливались огнями. Из огромных окон лилась музыка, звон бокалов и пение. У дверей, в тени ниш, обнимались парочки. Тут же поджидали жертв грабители.
  Малица с жадностью впитывала в себя звуки и образы. Ей, как адептке, не разрешалось бывать в городе в столь позднее время. Вот закончите Академию, делайте, что хотите, а пока будьте любезны, соблюдайте распорядок.
  - Где же они? - Малица силилась разглядеть в темноте знакомые силуэты. - Нортон, у тебя драконье зрение, помоги!
  Староста фыркнул и мотнул головой: мол, не всё так просто.
  - А ты говорить в этом облике умеешь? - засомневалась саламандра.
  Может, драконы лишены голоса? Или он столь громок, что ночью лучше молчать.
  - Могу, конечно, - раздался в голове насмешливый голос без всякого присвиста и шипения.
  Саламандра вздрогнула от неожиданности и едва не соскользнула дракону под брюхо. Нортон вовремя заметил и удержал крылом.
  - Внутренняя речь, - с гордостью объяснил Нортон. - Все драконы ей владеют. Удобно, согласись? А то начнёшь рокотать басом, всех распугаешь.
  - То есть, ты двумя разными способами можешь говорить? - изумилась Малица.
  Ей бы тоже не помешало подобное умение, но, увы, саламандры умели только ходить сквозь огонь и танцевать с пламенем.
  Нортон кивнул и замер, присматриваясь. Огромные крылья, нагоняя воздух за спиной Малицы. И всё это беззвучно, будто гигантская стрекоза. Потрясающе! Но тогда как быть с многочисленными книжными описаниями гула - предвестника появления дракона?
  - Я вижу стражников, - наконец произнёс Нортон. - Верхами. Человек пять.
  - А ректора ты не видишь? - нетерпеливо спросила Малица.
  - Типун тебе на язык! - шикнул староста. - Если увижу, конец моей учёбе.
  И то верно, но ведь только лорд Онеш управляет сворой, значит, задаёт направление охотникам.
  Запоздало в голову пришла мысль: а не способны ли призрачные гончие унюхать дракона? Даже не так - выследить и поймать. Малица видела псов и догадывалась, их способности не ограничиваются кусай-хватай.
  Саламандра предложила сделать круг над гостиницей, где останавливался шан Теон. Будучи любопытной, Малица в своё время успела сунуть нос во все странноприимные заведения города и, оправившись от потрясения, узнала временный приют вампира. Гостиниц такого уровня немного, даже всего две, а камин в обеденном зале помогал исключить ненужную. Владельцы подобных заведений, желая привлечь постояльцев, шли на всяческие изощрения, вот и в 'Певчей птичке' появилась диковинка - камин из яшмы с фигурами времён года.
  Нортон тенью скользнул над мостовой и, сложив крылья, приземлился на площади перед главным фасадом гостиницы. Места хватало, благо драконы нередко прибывали в город в истинном облике, и власти озаботились их удобством, соорудив ряд 'посадочных площадок'. Впрочем, Нортон в истинной ипостаси вовсе не поражал размерами. Нет, существовали и огромные драконы, на фоне которых люди казались малявками. Всё зависело от вида и рода.
  Староста повёл носом и сообщил:
  - Да тут целая армия прошла!
  Внезапно Нортон замер, а потом зашипел:
  - Сматываемся!
  Малица не успела перерезать верёвки, поэтому парочка беспрепятственно взмыла вверх.
  Не говоря ни слова, Нортон нёсся к Академии.
  Саламандра, прижавшись к мускулистой шее, приуныла. Она догадывалась, их почти засекли.
  Оказалось, всё не так плохо. Староста банально перестраховался, заметив стражу. Саламандра его понимала: Нортон на хорошем счету, не желал рисковать. А полетать Малица всё равно полетала, хоть и совсем недолго. Хотя, признаться, с непривычки затекли ноги. Что бы после долгих часов полёта было?
  Одно огорчало: саламандра не увидела позора лорда шан Теона. А ей так бы хотелось, чтобы вампира растерзали призрачные гончие. Умереть всё равно не умрёт, так как и не рождался толком, а вот сильные увечья получит. Вампиры ведь официально считаются нежитью, то есть неживыми, отсюда и каламбур.
  Лучше бы, конечно, скончался, но тогда такой скандал подымится! Тайный советник императора. Тёмные слишком опасны, чтобы с ними ссорится, пусть даже владыка Империи раздолья силён. А как иначе удержишься на троне? Человеческие монархи долго и не живут, постоянно становятся жертвами заговоров, а всё потому, что полностью зависят от магов, сами не имея ни капли магии в крови. Хотя и императорскую семью тоже не миновала горькая чаша. Проклятия - вещь универсальная и надёжная.
  - Нортон, давай небольшой круг сделаем? - прижавшись к самой чешуе, взмолилась Малица.
  Впереди уже маячили башни Академии, и возвращаться под домашний арест резко расхотелось. Пусть тут холодно, зато интересно. И стража точно уже не заметит, они над руслом реки полетят.
  - Опасно! - возразил перестраховщик староста. - Лучше бы скорее человеческий облик вернуть.
  - Целовать не стану! - пригрозила Малица, и Нортон сдался.
  Замерев в воздухе, дракон повернул влево, по дуге огибая город и стараясь не отбрасывать тени.
  Серебристая лента реки змеёй извивалась между многочисленными мельницами. Выше по течению - город, ниже - рыбацкая деревушка, снабжавшая жителей рыбой. А совсем далеко, за горизонтом, - море и новый, неизведанный мир. Туда Малицу и потянуло.
  Порт - это нечто особенное, а уж второй город Империи - тем более. Ротон, в котором находилась Академия колдовских сил, считался третьим по численности.
  Староста возражал: до утра не успеем, но сдался под напором упрямой саламандры. Если уж огненному народцу что взбрело в голову... А уж если это ещё и женщина... Словом, лучше сделать.
  В отместку Нортон понёсся, обгоняя ветер. Он и сам радовался возможности размять крылья и вновь ощутить вкус полёта. Драконы без неба хиреют.
  Стало заметно холоднее: сказывалась высота.
  Малица мужественно терпела. Нортон не дождётся, она не попросит повернуть назад.
  Перед мысленным взором уже стоял Триен. И море, море, которое саламандра никогда не видела.
  Руки в перчатках превратились в ледышки. Зубы отстукивали барабанную дробь.
  Нортон поднялся в облака, и теперь они летели посреди серой хмари.
  - Долго ещё? - не выдержав, спросила Малица.
  - Полночи, - 'обрадовал' староста.
  И мстительно добавил:
  - Выспаться не успеешь.
  - Ты тоже.
  - А меня от первой пары освободили. Сам ректор.
  Полночи... Может, повернуть обратно, а по Триену погулять в следующий раз. И добраться не на перекладных, даже не на драконе, а телепортом? Стационарный, конечно, безумно дорог, но можно сделать себе подарок к окончанию семестра. Если ни на что не тратить стипендию, то как раз хватит.
  Или попросить денег у родителей.
  Мысли непроизвольно вернулись к шан Теону, и саламандра скомандовала:
  - Вниз!
  Нужно побывать дома, а не охотиться на вампира. Да и куда, как не к Ирадосам, направится разгневанный лорд шан Теон? Малицу он точно не ждёт, полагает, будто та трясётся от страха в общежитской комнате.
  Хорошо бы ещё Нортона с собой протащить, но, увы, скачки через огонь не порталы, для существа без огня саламандр в крови невозможны.
  Староста многозначительно хмыкнув, явно подумав о более прозаической причине, нежели спасение близких. Объяснять ему Малица ничего не собиралась. Она разведёт костёр, уйдёт сквозь него, а Нортон пусть возвращается в Академию.
  Дракон спланировал на луг, обдав брызгами холодной росы. Распластал крыло, давая возможность спуститься.
  Малица осторожно разрезала крепления и, кряхтя, сползла на землю, в мокрую траву. Она оказалась по колено. Попрыгав немного, чтобы согреться, саламандра огляделась в поисках валежника. Увы, через огонёк на ладошке не уйдёшь, а даже магический огонь не разгорится на пустом месте. Можно, конечно, поджечь траву, но Малице не хотелось стать виновницей крупного пожара.
  Нортон всё ещё в облике дракона пристально наблюдал за ней.
  - Да помоги ж ты! - злобно зашипела саламандра. - Найди ветки.
  Штаны насквозь промокли, в кромешной тьме ни зги не разглядеть.
  Староста фыркнул и выдал глубокомысленное:
  - Умеют же женщины себя изуродовать!
  Малица сначала не поняла, о чём он, а потом вспомнила: боевая раскраска!
  - Кьядаш! - в некоторых случаях юные леди тоже умеют ругаться, особенно если наслушаются преподавателей в экстремальных условиях.
  Она тут воспаление лёгких подцепит. Хороша защитница с соплями!
  - Кьядаш, кто же спорит, Ирадос. Для вас - полный, - раздался приглушённый ледяной голос справа.
  Саламандра присела от неожиданности, а предатель староста взмыл в небо. Как раз вовремя: через мгновение на том месте, где он сидел, материализовалась призрачная гончая.
  Резкая вспышка магического шара ослепила до рези в глазах.
  - Опытного мага не проведёшь, Ирадос, - ректор не хуже питомцем умел шагать из граней, во всяком случае, Малица не заметила его приближения. Ещё минуту назад ей казалось, будто они с Нортом одни в поле. - Драконья тень, шепотки... Кто вам помогал?
  Упрямо сжав губы, саламандра молчала. Она понимала, за ослушание последует суровое наказание, а именно - исключение. Но Нортона Малица не выдаст, староста не виноват, что ему понравилась девушка с противозаконными желаниями. Видно, не суждено Нортону получить обещанный поцелуй.
  - Адептка Ирадос, - лорд начинал сердиться, - не испытывайте моего терпения!
  Малица украдкой глянула на него. Ни рогов, ни хвоста, обычный охотничий костюм. Только глаза в темноте чуть светятся. Возможно, просто отблеск магического шара, потому как прежде за ректором подобных метаморфоз не водилось. Глаза у него и так слишком яркие, в дополнительных эффектах не нуждаются.
  Ректор мягкой хищной походкой, подтверждавшей его нечеловеческое происхождение, вплотную подошёл к Малице и неожиданно ухватил за подбородок, крепко, цепко, не позволяя вырваться.
  - Ирадос, вы о моей видовой принадлежности осведомлены?
  - Да, милорд, - промычала саламандра: сложно говорить, когда у тебя сжаты челюсти.
  - Тогда вы наверняка знаете, что никогда, повторяю, никогда, нельзя спорить с демоном. Вопросы?
  Малица указала на державшую её кисть. Мол, когда это закончится? Ректор жест проигнорировал и продолжил воспитательную беседу.
  Пальцы сжали ещё крепче, до боли, отзывавшейся в каждой клеточке тела.
  - Теперь об охоте демонов. Или вы уже поняли, Ирадос? Слово 'никогда' следует повторить трижды. Приходится прибегать к жёстким способам, если слово ректора не имеет веса у адептов.
  У Малицы брызнули слёзы из глаз: так больно. Могла бы, она завыла, но скованный мёртвой хваткой рот не раскрыть.
  - Непедагогично, незаконно, зато действенно, - продолжил лорд, буравя саламандру взглядом. - Сейчас я вас отпущу, Ирадос, и вы всё чистосердечно расскажете. Нет - завтра же подпишу приказ об отчисление. Вас и вашего помощника. Да - вынесу обсуждение вашего поведения на преподавательский совет.
  Ректор сдержал слово, отпустил.
  Потирая челюсти, саламандра понурилась, сгорбилась, мысленно уже примерив платье невесты. Выхода нет, исключат, значит замуж. За кого родители велят. До инициации Малица и слова сказать не может.
  Призрачная гончая ткнулась в ладонь лорда, требуя ласки.
  Саламандра в ужасе смотрела на неё и гадала, можно ли шевелиться.
  Серебристая шерсть чуть искрилась в темноте, горящие глаза с успехом заменяли магические шары.
  Сколько их ещё тут в темноте? Неужели Малица попала на Дикую охоту? Но где же особист, где стражники? Они ведь тоже участвуют в облаве на вампира. И что с самим вампиром?
  - Лорд шан Теон угрожал расправой отцу, быть может, даже убил его, я не могла сидеть в Академии, милорд, - саламандра старалась говорить твёрдо, чтобы голос не дрожал.
  Ректор молчал, и, ободрённая хотя бы этим и тем, что гончая не увеличивалась в росте, то есть не готовилась напасть, а тёрлась о бедро хозяина, Малица продолжила:
  - Признаю, милорд, я нарушила ваше распоряжение. Можете меня исключить, но меня и только меня. Я зачинщица, подстрекательница и преступница, недостойная стать Ведущей группы. А теперь отпустите, пожалуйста, милорд, мне нужно спасти отца.
  Лицо лорда стало жёстким. Малица ожидала, он рыкнет, но ошиблась. В тишине ночного поля прозвучало тихое: 'Нет', но по сил воздействия оно превосходило любые крики. Приказ, которому нужно безоговорочно подчиниться.
  Велев гончей охранять саламандру, ректор извлёк амулет связи и попросил особиста забрать непутёвую адептку.
  - Да, под охраной, нет, в участок. И глаз не спускать! Шан Теон рядом и попытается убить несостоявшуюся невесту.
  Малица приуныла. Мысль о ночи в камере делала жизнь паршивой, хотя, казалось бы, дальше уже некуда.
  - Беспечная девчонка, а не маг! - закончив говорить, ректор дал волю гневу. - Вы никого не спасёте, вас самих спасать надо, Ирадос. Я постарался сделать так, чтобы лорд до вас не добрался, но вы отчаянно прыгаете ему прямо в руки. Хорошо, госпожа Ирадос, госпожа, потому как отныне вы не адептка Академии колдовских сил, теперь вы вольны идти навстречу судьбе. Капитан Долан прибудет через десять минут. Разговор вы слышали, мои указания знаете. Всего хорошего, миледи.
  Малица вздрогнула и широко распахнула глаза.
  'Миледи' в устах ректор страшнее всех угроз. Это означало, что она отныне действительно Малица тер Ирадос, а не адептка Ирадос. Саламандра и забыла, когда её в последний раз величали по происхождению.
  Не хватало ещё руку поцеловать.
  И вот ректор склонился в церемонном поклоне, обрывая последние нити надежды.
  - Я... я нужники драить буду! - выпалила Малица. - После занятий на допфизподготовку ходить, только не надо меня исключать, милорд!
  И руки на всякий случай за спину спрятала, хотя лорд и не собирался целовать. Но мало ли? Поклонился ведь.
  Ректор хмыкул, но промолчал.
  Тогда саламандра прибегла к самому верному женскому средству - слезам. Увы, её представление самым наглым образом прервали, зажав рот ладонью. Сначала Малица возмутилась, но потом поняла, наглость лорда оправдана. Он спасал ей жизнь: не позволил закричать.
  Саламандра уловила движение периферийным зрением. Просто тень, может, даже от пролетавшей птицы, внимания бы не обратила, если бы ректор злобно не зашипел: 'Допрыгались, Ирадос!' А потом отдал команду: 'Взять!'
  Призрачная гончая превратилась в серебристую точку и разрезала темноту.
  Вспышка. Утробное рычание, от которого холодеет кровь.
  Лорд оттолкнул саламандру, и та, не удержавшись на ногах, плюхнулась на землю. Штаны тут же промокли насквозь, стало очень холодно. Но Малица не обращала внимания на неудобства: теперь и она видела лорда шан Теона. Тот окружил себя фиолетовой пеленой наподобие дождя, и гончая в бессильной злобе силилась её преодолеть.
  Ректора нигде не было видно. Сначала это насторожило, но потом саламандра успокоилась. Даже при всей натянутости отношений, лорд не бросит. Во-первых, это нарушение кодекса магов, где чёрным по белому написано, что нельзя оставлять погибать заведомо слабое существо. Во-вторых, не позволит дворянская честь. Демон демоном, а к женщинам такое же отношение, как у людей. Правда, за исключением одного 'но': только к уважаемым женщинам. То есть к тем, кого не считали пустым местом или существами, подлежащими уничтожению.
  - Нет, право слово, не бросил он меня, заклинание невидимости применил, - убеждала себя Малица, вновь начав нервничать.
  Не кстати, ох, не кстати, вспомнились факты, почерпнутые вовремя бдения в библиотеке с заданием ректора! С чего саламандра взяла, будто ректор её уважает? Она ведь теперь не адептка.
  Неужели бросил?
  Скорей бы уж особист объявился! Когда истекут эти несказанно долгие десять минут?
  Малица облизала губы и, сосредоточившись, вызвала огненный меч. Сначала тот вышел полупрозрачным, но саламандра тут же сгустила пламя до нужной плотности. Не сводя взгляда с вампира, она встала, выпрямилась и прищурилась, давая понять, без боя не сдастся. Второкурсники Академии колдовских сил тоже что-то умеют.
  - Ну, здравствуй, невестушка! - осклабился шан Теон. - Как видишь, я нашёл способ обхитрить собачек.
  - Ага, стоять на месте истуканом, - откровенно дерзила Малица, мысленно просчитывая варианты.
  Вампир боится призрачных гончих, значит, они способны растерзать даже высшего кровососа. Он ограничен в подвижности, может только поворачиваться. А ещё у вампиров чувствительные глаза. Именно поэтому ни один представитель этой расы не встречает рассвет и закат: слепнет и начинает плакать. К сожалению, на огонь это не распространяется, но можно попробовать сымитировать рассвет. А ещё выяснить, умеет ли Малица метать ножи.
  Хмыкнув, саламандра наклонилась, потянувшись к отвороту сапога. Она готовилась к ночной вылазке, сейчас и использует прихваченный арсенал. Меч лёгкий - стихийный же, - его можно спокойно держать одной рукой.
  - Решила-таки соединить наши судьбы? - лорд шан Теон сделал вид, будто не заметил издёвки. - Только вот за это, - он коснулся щеки, изуродованной огненной плетью, - как ответишь?
  - Как-нибудь, - пожала плечами саламандра.
  Ей вдруг овладел небывалый азарт, 'выключивший' страх. Адреналин разлился по крови, мир сузился до Малицы и вампира. Она - охотник, он - жертва.
  - Родителей моих не трогай, тварь, - разрушив сдерживавшие барьеры, саламандра отринула и вежливость. - Пожалеешь.
  Вампир от души рассмеялся.
  - И что же ты мне сделаешь? Даже интересно.
  - Убью, - пожала плечами Малица.
  Губы шан Теона тронула кривая усмешка.
  В следующий момент магический шар, оставленный ректором, с громким хлопком погас. Поле накрыла кромешная тьма. Серебристая спина призрачной гончей превратилась в единственный источник света.
  Малица подобралась, понимая: вампир приготовился к нападению.
  Темнота - стихия подданных Закрытой империи. Поговаривают, будто её обитатели даже умеют влиять на смену дня и ночи. Захочет император - и неделю везде будут стоять сумерки. Пожелает хозяин замка - и над башня взойдёт луна. Правда или нет, никто не знал: не отпускала Закрытая империя тех, кто туда попадал. Благополучно возвращались лишь посланники владыки Империи раздолья, но те беседовали на подобные темы лишь с императором, да и отправлялись на территорию тёмной магии редко, по особому заданию.
  Малица выучила урок. В прошлый раз вампир попотчевал её проклятием, значит, и в этот раз поступит так же. Почему? С места сдвинуться не может, пока гончую не убьёт. Может, конечно, и заклинание метнуть, только от него увернуться можно, а проклятие - это наверняка. Им можно всё поле накрыть.
  Так, какие способы защиты существуют?
  Саламандра напрягла память, восстанавливая скучные лекции. Жаль, всё же, что они только простейшие проклятия проходили.
  Простейшие проклятия!
  Малица проказливо улыбнулась.
  Иногда больших побед достигают малыми средствами.
  Но сначала нужно обезопасить себя.
  Сказано - сделано.
  На время убрав оружие, чтобы ненароком самой не пораниться, Малица перекатилась по траве. Ещё, ещё и ещё, по дуге, прижав колени к подбородку, уходя с линии поражения магией. Господин Ойгл научил делать это ловко и быстро, наглядно продемонстрировав, как кувырки способны спасти жизнь в бою. Голову и тело не подставляешь, вечно в движении - попробуй, прицелься. Бегущего мага снять легче. В высокой траве же и вовсе не видно, куда ты там кувыркаешься, даже если враг - вампир и прекрасно ориентируется в ночи.
  Дальше вскочить на ноги и наслать проклятие.
  Шан Теон смачно чихнул.
  Малица довольно потёрла руки.
  Это не простая простуда, чихать целый день будешь, а во время этого процесса глаза закрыты, а руки трясутся. Не до проклятий.
  Вампир чихнул снова. Затем ещё и ещё.
  Малица понимала, шан Теон быстро справится с детской шалостью, времени в обрез.
  Эх, как бы пригодился сейчас дракон! Зайти бы сверху, с неба, и отрубить вампиру голову. Огненный меч разит нежить качественно, насмерть. Особенно, если потом сжечь тело - для гарантии. На Малицу бы потом объявил охоту род, тёмный император тоже бы не остался в стороне, зато родным саламандры ничего бы не угрожали. Пока дойдут вести, они уже успеют сбежать.
  Подумаешь, наёмный маг! Сколько людей и нелюдей так работают и ничего. Подготовка в Академии колдовских сил хорошая, даже второкурсники многое умеют. Малица бы обратилась за защитой к родному императору, сама бы зарабатывала на жизнь бытовой магией. В сложившихся обстоятельствах о замужестве не могло быть и речи, значит, родители бы не помешали. А дальше, глядишь, набралась бы опыта, стала настоящим стихийником. Или в другой Акедемии за деньги доучилась.
  Волновала Малицу и гончая. Саламандра понятия не имела, отдал ли ректор приказ не трогать бывшую ученицу до того, как исчез. Признаться, его длительное отсутствие напрягало. Малица уже начала подозревать, что лорд не наблюдал, а банально умыл руки. Попрощался ведь, обругал и велел самой выбирать свою дальнейшую судьбу. Тогда почему призрачную гончую оставил, а не посвистал в портал? И как успел уйти без единой вспышки? Хотя, маги высокой степени посвящения наверняка и не такое умеют.
  Задумавшись, саламандра не сразу сообразила, что произошло. А когда поняла, оказалось уже поздно.
  Шан Теон больше не чихал, гончая хрипела, а прохладные пальцы сжимали горло.
  - Находчивая! - с долей восхищения произнёс вампир. - Даже на некроманта потрачусь. Сначала вы умрёте, Малица тер Ирадос, - равнодушно поведал он дальнейшую судьбу саламандры, - я слово держу, а потом станете моей женой. И мы будем жить долго и счастливо целую вечность, потому что время для вас перестанет существовать.
  Малица ответила двумя ударами: локтем - в солнечное сплетение и ногой по коленной чашечке. На задворках сознания промелькнуло злорадное: вампиры тоже чувствительны к боли.
  Шан Теон выругался, но птичку упустил. Саламандре хватило щедро подаренной судьбой минутки свободы.
  Заднее сальто и огненные шары с обеих рук.
  Сердце бешено билось, дыхание захлёбывалось.
  Глаза искали хоть что-то, что способно гореть.
  Нужно уходить в город, заманить шан Теона в руки стражи. У её элитного подразделения, Особой службы, есть нейтрализаторы любого вида магии, ловушки и крепкие сети, способные удержать даже такого вампира.
  Только успеть бы!
  - Ах ты, дрянь!
  Взбешённый шан Теон отряхнулся от огня, который чуть-чуть не достиг цели, натолкнувшись на щит у самой кожи, и сузил глаза.
  Один удар сердца, и вампир наглядно продемонстрировал возможности своей расы. С такой скоростью, пожалуй, передвигались только призрачные гончие.
  Малица приготовилась к смерти, когда клыки вонзились в шею. Она даже не почувствовала, не поняла, как шан Теон оказался за спиной. К магии прибегать не стал, побрезговал, банально собирался оторвать голову, но не успел.
  Вампира подбросило и откинуло на добрые две сотни шагов.
  - Все свидетели, здесь едва не произошло убийство, более того, убийство тёмным способом, касающееся на территории Империи раздолья уничтожением без суда и следствия, - бесстрастно отчеканил ректор. - Только из уважения к императору Закрытой империи лорд Эльмир шан Теон останется жив. Пока жив, - подчеркнул лорд.
  Яркая вспышка, и Малица увидела ректора и двенадцать угрюмых парней из Особой службы во главе с Джедом. На кончиках пальцев лорда угрожающе потрескивали синие молнии. Одна из них пронзила вампира, когда тот попытался встать.
  - Будь проклят, ти Онеш! - зашипел шан Теон.
  Малица догадывалась, это не только слова, и действительно вампир поспешил претворить угрозу в жизнь.
  Как завороженная, саламандра смотрела на губы шан Теона. С них только что сорвалось проклятие, чтобы тут же исчезнуть, смешаться с воздухом. Редко когда удаётся засечь момент его возникновения, если не обладаешь особым зрением, например, драконьим, не разглядишь уже через мгновение. Чёрное или алое облачко с неровными краями. Оно оседает на землю кристаллами, похожими на иней, а в воде образуют тоненькую плёнку. Адептам на первом занятии по проклятиям показывали, как выглядит проклятая жидкость. Под определённым углом она чёрная. Так же - обычная тончайшая плёночка, видная, если взболтать.
  Малица не сомневалась, проклятие смертельное, но ректор не собирался умирать. Наоборот, стоял и улыбался.
  Джед вскинул руку, сгущая воздух до состояния мёда. Теперь никто из присутствующих не сможет колдовать. Подумав, особист бросил на землю белый шар, и всё заволокло полупрозрачной дымкой с ароматом фиалок.
  Малица с ужасом осознала, что не способна двигаться, даже рта открыть.
  По знаку офицера солдаты набросили на шан Теона антимагискую сеть и защёлкнули на руках браслеты. Теперь вампир лишился возможности оказать хоть какое-то сопротивление.
  - Благодарю, лорд ти Онеш, - Джед развеял дымку и низко поклонился ректору.
  Тот ответил небрежным кивком и шагнул к гончей, без признаков жизни лежавшей на земле. Вокруг растеклось бурое пятно. Лорд опустился перед ней на колени и начал водить над головой руками, что-то ласково приговаривая.
  - С вами всё в порядке? - в отличие от ректора, особиста волновало состояние Малицы.
  - Вроде бы, - неуверенно ответила она, осторожно дотронувшись до кровоточащей ранки. - Меня вампир укусил.
  Джед нахмурился и, сложив руки на груди, требовательно обернулся к ректору, но того по-прежнему волновала только собака.
  - Лорд ти Онеш! - не выдержав, окликнул особист.
  Ректор лишь отмахнулся.
  - Проблемы леди леди решает сама, у меня тут дело серьёзнее: смерть.
  - Но ведь может случиться заражение крови, - робко напоминала Малица.
  Ранку нарывало, кожа горела.
  - Уже случилось, - 'обрадовал' лорд.
  - Так, может...
  - Что? - ректор резко выпрямился и окинул Малицу тяжёлым взглядом. - Я оказал вам посильную помощь, остальное меня не касается. В городе полно врачей, обратитесь к любому.
  - Но это же адептка вашей Академии, - настаивал Джед.
  Он никак не мог понять, отчего лорд не желает оказать первую помощь. Конечно, сам особист тоже мог, но у ректора больше опыта.
  - Ошибаетесь, леди тер Ирадос отчислена за многократное нарушение Устава.
  Малица до последнего надеялась, ректор передумает, но чуда не произошло.
  На глазах заблестели слёзы. Саламандра тут же утёрла их кулачком. Она сильная, она справится.
  Не справилась.
  - Милорд, пожалуйста! Только не отчисление!
  Малица бухнулась на колени, верно рассчитав, ректор обязательно отреагирует. Не может не поднять и не увести, иначе прослывёт подлецом в глазах свидетелей.
  Лорд поморщился. Он прекрасно понял, к чему все эти унижения, но иначе поступить не мог.
  - Встаньте, Ирадос, я не его императорское величество, - недовольно обронил он. - Рану вы способны обработать сами. На лекарском деле проходили. Но если вы настолько безруки... Капитан, - обратился ректор с Джеду, с всё нараставшим раздражением наблюдавшему за некрасивой сценой, - пожалуйста, доставьте адептку Ирадос в лазарет Академии. Вас пропустят на территорию, только значок предъявите.
  Джед кивнул и протянул Малице платок. Та поблагодарила, приложила к шее и встала, дабы больше не испытывать терпения ректора. Офицер бережно взял саламандру под локоток и кивнул державшемуся чуть в стороне человеку с косичкой через плечо. Тот отмер и сотворил портал. Первым туда шагнули Джед с Малицей, затем солдаты втолкнули в портал упиравшегося шан Теона.
  Ректор же остался возле гончей.
  
  Малица с трепещущим от волнения сердцем замерла возле двери в рабочий кабинет лорда ти Онеша. Сюда её вызвали из лазарета, из тесной компании Индиры и Кристофа, примчавшихся к попавшей в беду подруге.
  Заражение крови удалось купировать. Саламандре пришлось пережить пару неприятных и, главное, болезненных часов, пока целители очищали тело от занесённой заразы. Вампиром бы Малица не стала, но до конца жизни мучилась бы от постоянных головных болей и прочих 'прелестей' заражения, которое могло закончиться и летальным исходом. Такого, правда, сто лет не случалось, только если кусали низшие вампиры, но кто знает, вдруг лорд шан Теон наложил особое заклинание?
  В итоге Малица проспала от силы час и вот теперь стояла возле двери, открывать которую совсем не хотелось.
  Саламандра знала, что её ждёт, ректор озвучил свои намерения предельно ясно. Мог бы и задним числом издать приказ, а не устраивать повторное избиение младенцев. Бесчеловечно это. Хотя ректор и не человек вовсе.
  Помявшись перед дверью, Малица набралась смелости и постучалась.
  - Да! - раздражённо ответили с той стороны.
  Ректор явно прибывал не в духе. Саламандра застала его у окна: лорд упорно буравил взглядом стекло, хотя за ним не происходило ничего интересного, только адепты взметали ногами опавшую листву, опаздывая на занятия.
  - Адептка Ирадос? - не оборачиваясь, спросил он.
  - Это я, - сипло подтвердила Малица и замерла у двери, беззащитно сложив руки на животе.
  - Садитесь. Куда хотите.
  Саламандра предпочла остаться стоять, только сделала пару шагов вперёд.
  Взгляд метнулся на стол. Какая из этого вороха бумаг приказ об отчислении?
  - Как ваше здоровье, Ирадос?
  Ректор соизволил обернуться. Хищник, самый настоящий хищник, опасный и притягательной в своей силе. Только вот спорить с ним совсем не хотелось: растерзает.
  - Благодарю, милорд, - пролепетала саламандра, невольно опустив голову под напором зелёных глаз. - Всё уже хорошо.
  - Я же говорил, - лорд шагнул к столу и махнул рукой на стул напротив. Пришлось сесть. - Вас, наверное, обрадует, что лорд шан Теон сегодня выслан из Империи раздолья.
  Малица кивнула. Хотелось бы, чтобы длинная рука вампира не дотянулась до рода Ирадос даже из-за границы.
  - Не беспокойтесь, - словно прочитав её мысли, добавил ректор, - император коротко и ясно выразился: лорду шан Теону надлежит сидеть тише воды. Вам же положена денежная компенсация.
  Саламандра вновь рассеянно кивнула. Золото волновало её сейчас в последнюю очередь.
  Малица ёрзала на стуле, ожидая страшного. Оставалась малюсенькая надежда, что ректор передумает, но она таяла с каждой минутой.
  - Теперь перейдём к вам, Ирадос, - оглашение приговора началось. - Вы понимаете, что нарушили не только положения Устава, но и моё прямое личное распоряжение. В течение года вы не раз попадались на поступках, не делающих чести адептке Академии колдовских сил. Наказание за подобное - отчисление.
  Саламандра поникла и кивнула.
  - Кроме того вы подставили товарища. Это позор для мага.
  Малица сглотнула и опустила голову ещё ниже.
  - Его тоже исключили? - решилась спросить она.
  - Нет, подвергли взысканию и временно отстранили от должности старости. Вы ведь не думали, будто я не узнаю, кто вам помог, Ирадос? - самодовольно усмехнулся ректор и откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову.
  Да, такому магу подвластно многое.
  - Когда мне освободить комнату? - упавшим голосом поинтересовалась саламандра.
  - По правилам - сегодня же. Но я дам шанс, последний шанс, Ирадос, - лорд голосом выделил два последних слова и выпрямился, положив руки на стол. - Оставлю на испытательном сроке. Форму сдаёте, ходите вольнослушательницей. Сессию необходимо сдать без единой неудовлетворительной оценки, 'троек' - не более двух. Ни одна по профильным дисциплинам. Далее - строгий отчёт о собственных действиях дежурному преподавателю. Стипендию получать не будете. И, разумеется, исправительные работы. По чётным дням - в лазарете, по нечётным - в Академии, на подхвате. Рабочий день - до девяти вечера. Выходной - воскресенье.
  - Благодарю, милорд! - Малица едва снова не бухнулась на колени.
  Она до последнего не верила, что останется в Академии. Подумаешь, полтора месяца усердного труда и бессонные ночи! Главное, не выгонят с позором. Уж сдаст саламандра как-нибудь эту сессию. И даже на праздник урожая успеет: он как раз в воскресенье.
  
  Часть 3. Осенний бал и его последствия
  
  Малица потирала виски. Голова гудела. Саламандре казалось, ещё немного, и она разорвётся на куски.
  За окном переливались гирлянды огней: адепты готовились к грядущему осеннему балу, украшая территорию Академии. Малица же корпела над рефератом.
  Глаза закрывались. Ещё бы, если саламандра только полчаса назад вернулась с общественных работ. И это её ещё пожалели, отпустили пораньше.
  Малица гадала, выживет ли в таком режиме до конца сессии. Половину предметов, те, которые шли зачётами и контрольными, саламандра уже сдала, но оставшаяся часть вселяла уныние. Порой ей казалось, лучше бы её исключили. Вряд ли замужество хуже того кошмара, в котором оказалась Малица. Легче умереть, чем выполнить все требования ректора.
  Саламандра сцедила в ладошку зевок и с тоской уставилась на стопку книг в читальном зале.
  Все уже ушли, только она мучает библиотекаршу. Та уже красноречиво намекала: пора и честь знать. Ну да, у всех личная жизнь, веселье, и только у Малицы беспросветная мгла.
  - Я сама всё уберу, не беспокойтесь, - сонно пробормотала саламандра и, не выдержав, положила голову на руки.
  Спать!
  - Госпожа тер Ирадос, инструкция запрещает, - напомнила библиотекарь, выдернув из мира снов.
  Ну да, Малица теперь вольнослушательница, ей даже форма не полагается. В своём сером простеньком платье и вязанной чёрной кофте саламандра смотрелась белой вороной посреди синего моря.
  - Мне через два дня сдавать, я не успею иначе, - обречённо вздохнула Малица.
  Библиотекарь повела плечами. Мол, ничем не могу помочь. Формально она права, но могла бы проявить сострадание.
  Малица с трудом заставила себя встать и поплелась сдавать книги.
  Все минувшие недели слились в одно большое чёрное пятно. Саламандра не высыпалась и постоянно то работала, то училась. Даже ела с конспектом.
  На праздник урожая она не пошла: банально отсыпалась после тяжёлой недели. Потом же вновь сидела за книжкой, уныло глядя в окно. Индира с Кристофом принесли леденцов и сбитня, чтобы хоть как-то развеселить узницу - вот и всё веселье.
  Закрыв дверь библиотеки, Малица прижалась щекой к стене и задумалась. Стоит ли обучение в Академии колдовских сил таких мучений? Да и вряд ли Малица сдаст сессию: это физически невозможно. Увы, второе дыхание так и не открылось, а первое в любую минуту оборвётся.
  А, может, ну его всё? Подастся Малица в столицу, как-нибудь выживет. Главное, с родителями всё в порядке. Саламандра опасалась, что лорд шан Теон доберётся до них через третьи руки. Вампир вряд ли забудет позор, нанесённый какой-то малявкой, а уж изуродованное лицо и вовсе повод для кровной мести. Но обошлось. То ли шан Теон внял предупреждениям, то ли придумывал план мести.
  Малица не питала иллюзий: встретиться с вампиром ещё придётся. Но не сейчас. Потом же... Потом она станет сильнее, обстоятельства изменятся.
  Саламандра фыркнула, представив, что случилось бы, согласись она стать супругой вампира. А ведь ещё может. Выкрадет шан Теон и сдержит слово. Убьёт, воскресит и приспособит для своих нужд. Отметина на лице посильнее помолвочного кольца связывает.
  Накинув пальто и наглухо застегнув кофту: на улице холодно, Малица зашагала по дорожкам парка.
  Над головой покачивались гирлянды из разноцветных магических шаров. Шумная толпа адептов копошилась внизу, настраивая пробное праздничное освещение под бдительным оком ответственного преподавателя. Бал только в последний день ноября, успеют всё наладить и договориться, в какой гамме оформить.
  Малица с тоской скользнула взглядом по полным азартам лицам.
  А ей идти в свою комнату и не спать до двух часов ночи... Опять соседка начнёт шипеть, что саламандра ей спать мешает, придётся переползать в общую гостиную. Иногда Малица засыпала там же, в кресле, и её будила уборщица.
  Завтра же и вовсе поганый день: дежурство на кухне. Нужно встать затемно, помочь приготовить всё к завтраку. Пытка, а не наказание.
  По идее, Академией колдовских сил магические заведения Империи раздолья не ограничиваются, ничего не мешает поступить в другое, благо тут Малица на правах вольнослушательницы.
  Решение показалось верным, и саламандра собиралась воплотить его в жизнь.
  Малица резко свернула, обогнула административный корпус и углубилась в парк, подальше от огней. За безопасность не опасалась: гончих ещё не спускали.
  Со стороны преподавательского корпуса доносилась музыка. Веселились.
  Малица хотела было взглянуть одним глазком, но потом решила: не стоит. Вряд ли учёный состав Академии оценит неуёмное любопытство, а нового наказания саламандра не вынесет. Лучше бы убили, право слово!
  Саламандра догадывалась, поздний визит, пусть и не ночной, ректор не оценит, но поворачивать поздно: вон уже видны окошки знакомого дома. Значит, лорд никуда не ушёл. Вряд ли коротает вечер в одиночестве, но ничего, Малица ненадолго. Бумаги уже подготовлены, осталось только подписать. Характеристику она и завтра попросит, обязаны дать. Как и табель успеваемости. В отличии от поведения, с последним всё в порядке.
  Жалко, конечно, но надо объективно оценивать свои силы. Не выдержит Малица в таком темпе ещё три недели. И даже заветная награда не поможет. Зато в другой Академии можно начать всё с чистого листа. И устроиться ближе к дому, чтобы следить за безопасностью родителей.
  Вдвойне обиднее не попасть на осенний бал. Не судьба. Разве только Кристоф пригласительный достанет. Однако саламандра не вешала нос: в других Академиях тоже балы устраивают.
  Крыльцо занесло палой листвой. Зато коврик чистый, и у самой двери прибрано.
  Лениво плавает туда-сюда над крыльцом магический шар. Настроенный на минимальную мощность, он создавал таинственный полумрак. И свет не белый, а мягкий, солнечный. Наверняка в тёплое время года вокруг вьются мотыльки, сейчас же холодно, даже пар изо рта идёт. Немудрено: в начале недели первый снег выпал.
  Малица обернулась на тонущий в тенях парк, набираясь храбрости, скользнула взглядом по ректорскому саду и медленно, всё ещё раздумывая, ступила на крыльцо.
  Рука потянулась к шнуру звонка, а в голове вертелось: 'Может, сбежать?'
  Мелодичный, усиленный магией перезвон сообщил хозяину о гостях.
  Малица отступила на шаг и приготовилась к сиятельному гневу.
  Шагов саламандра не расслышала, решила было, открывать пошла Алиса, а то и вовсе звонок оставили без ответа, но нет, в освещённом дверном проёме возник ректор. Вопреки ожиданиям не злой и в чём-то среднем между традиционными костюмами и свободной домашней одеждой. Неприметная белая рубашка, тёмные брюки без пояса. Рукава закатаны до локтя, а в руках... чашка какао.
  - Добрый вечер, милорд, - первой поздоровалась Малица и присела в реверансе.
  Всё, как положено. Он - лорд и занимает высокий пост, она - просто дворянка и фактически никто.
  - Добрый, Ирадос, - несколько растерянно ответил ректор. - Вы Академию с дворцом не перепутали?
  Видя, что Малица не понимает, он пояснил:
  - Реверансы для балов. По делу?
  Саламандра кивнула. Можно подумать, она могла прийти просто поболтать.
  Ректор приподнял бровь: слушаю, и сделал глоток из чашки.
  А на ногах-то домашние туфли. И щетина на щеках пробивается - побриться не успел. Мелочи, а совсем другой образ, более близкий, что ли.
  Решение о смене учебного заведения уже не казалось таким уж взвешенным, но раз уж пришла, иди до конца. Жизнь же и правда стала невыносимой.
  - Я так больше не могу, милорд, - затараторила саламандра, стараясь не смотреть на лорда: так не собьётся. - У меня даже нервный тик начался. Отчислите меня и дайте характеристику для другой академии.
  Ответом стало молчание.
  Малица решилась взглянуть на лорда. Тот всё так же стоял с чашкой в руках, щурясь, смотрел на саламандру и безмолвствовал. Затем крякнул и подозрительно поинтересовался:
  - С чего вдруг?
  - Устала очень, - призналась Малица и добавила пару стандартных отговорок: - Не выдержала, слабая. Сессию не сдам.
  - Заходите, слабая адептка, - лорд со смешком махнул рукой и посторонился.
  Саламандра боязливо, бочком скользнула в прихожую и замерла, не зная, что делать дальше.
  За спиной захлопнулась дверь.
  Магический шар над потолком ожил, осветив самые тёмные уголки.
  - Раздевайтесь и проходите в гостиную, - ректор с гулким стуком поставил чашку на полочку и пригрозил начавшему материализовываться духу у лестницы.
  И, скрестив руки на груди, многообещающе добавил:
  - Поговорим?
  Малица кивнула и сняла пальто. Только куда его повесить? Тут столько вешалок, а ещё шкаф есть. Не рядом же с пальто ректора своё мокрое убожество вешать: на улице лёгкая морось. 'Значит, к утру снег пойдёт' - равнодушно констатировал внутренний голос. Народная ноябрьская примета.
  - Давайте, - верхнюю одежду забрали и, высушив, пристроили на вешалку.
  Магический шар мигнул, увеличив мощность, и прицельно осветил бледную тощую фигурку саламандры. Та сильно похудела, на лице одни глаза остались. Зато какие! Казалось, они ещё ярче и больше стали.
  Ректор окинул подопечную пристальным взглядом. Один раз, второй. Малице стало неуютно: будто каждую косточку ощупал. Судя по выражению лица, увиденное лорду не понравилось.
  - М-да! - поджал губы ректор и, ничего не объяснив, скрылся на кухне.
  Какао так и осталось стоять на полке для перчаток.
  Саламандра мельком глянула на себя в зеркало, - вот страшилище-то! - поправила причёску и отправилась на поиски гостиной. Велено сидеть там, посидит. Заодно подремлет немного в тепле, хоть пару минут.
  На этот раз блуждать долго не пришлось: лорд оставил дверь в гостиную открытой.
  - Садитесь, не стойте, Ирадос, - послышалось за спиной.
  - Так я на минутку...
  Не нужно было входить! Лорд из вежливости пригласил, могла бы догадаться. Необходимые бумаги бы завтра в рабочем порядке подписала. Уведомила, и всё, не портила бы ректору вечер.
  - Вы надолго, - не терпящим возражений голосом поправил лорд.
  Обогнув нерешительно замершую у порога Малицу, он прошёл к столику и поставил на него бокал красного вина.
  - Это вам.
  - Мне? - удивилась саламандра.
  С чего бы это ректору поить её вином? И ведь себе лорд бокал не принёс. Подозрительно. Спаивает? С целью? Девичью честь Малица отмела сразу. Это каким богатым воображением нужно обладать! Или раздутым самомнением. Нет, тут другое. Видимо, на вине какое-то заклятие. Предположительно, подчинения. То есть ректор собирается насильно оставить в Академии ценный кадр. Малица помнила о группе и прекрасно знала, подобные команды наперечёт, даже если в их составе на самые сильные маги. Вот и лорду не хотелось терять сработавшуюся на почве совместных пакостей тройку. Если так, намечается заварушка. И не сейчас, а через пару лет. Война? Ох, не хватало ещё, чтобы история с шан Теоном подлила масла в огонь!
  - Полезно для здоровья.
  От ректора не укрылось, как подозрительно саламандра смотрит на бокал, но не стал заострять на этом внимания. Вместо этого он пододвинул бокал к Малице и настойчиво повторил: вино ей на пользу.
  - Вы себя в зеркало видели, Ирадос? В чём только душа держится! На кухне остатки холодного ужина, если не брезгуете, можете доесть. Не объедки, а остатки, нетронутые, - подчеркнул ректор.
  Саламандра вежливо отказалась. Она перекусила и хватит. И вино тоже пить не станет, даже если оно 'чистое'.
  Малица устроилась на самом краешке дивана, ближе у двери, ректор же вольготно развалился в кресле. Не смущаясь присутствия саламандры, закинул ногу на ногу и задумчиво уставился на нежданную гостью невероятно яркими зелёными глазами. От столь пристального внимания Малица заёрзала и с надеждой покосилась на дверь: может, лорд отпустит?
  - Там нет чар, - улыбнулся ректор, кивнув на бокал. - Иначе в обморок упадёте. Это лекарство.
  Саламандра робко потянулась к бокалу, всё ещё ощущая изучающий взгляд лорда, сделала глоток и отставила фужер на место. Она уважила ректора, хватит.
  - Так почему вы решили уйти, Ирадос? - глаза всё так же сверлили лоб.
  Малица тяжело вздохнула. Начинается!
  - Я свободная жительница империи, имею право.
  Лорд хмыкнул.
  - Имеете, только завтра же передумаете. Не дурите, Ирадос. Все ваши трудности от вас самой. Отвечайте за свои поступки, леди.
  - Я и отвечаю, - вновь обречённо вздохнула Малица и сменила тему: - Как ваша гончая, милорд?
  - Жива, - коротко ответил ректор и поменял позу на более приличную. Саламандра же мысленно отметила: леди её не считают. Порядочный лорд никогда не закинет ногу на ногу при даме, только при нижестоящих и, может, домашних. - Так чем вызвано ваше желание не закончить обучение? Вразумительно ответа я не услышал. Помнится, вы меня чуть ли не на коленях умоляли не исключать.
  Ректор прикрыл веки, наслаждаясь теплом от весело потрескивавшего камина. С адептами он не позволял себе маленьких слабостей. Всегда предельно собран, деловит, официален. Или Малица сейчас для него не адептка? Сама же изъявила желание стать просто Малицей тер Ирадос.
  Блики огня падали на смуглую кожу, тенями очерчивали высокие скулы, линию подбородка. Саламандра мысленно сравнила ректора с отдыхающим хищником. Его бы сейчас зарисовать!
  - Ирадос?
  Оказалось, лорд уже открыл глаза и смотрит на неё. Неудобно получилось.
  Смутившись, Малица отвела взгляд, но перед мысленным взором всё ещё стоял силуэт в ореоле пламени: пряди тёмных волос на лбу, чёткая линия носа, волевой подбородок, дуга шеи, чуть вздымающаяся от дыхания. Губы, твёрдые, властные, но расслабленные, а не привычно сжатые. Красивый мужчина. Демон - этим всё сказано. Даже не писаные красавцы, они всегда привлекали.
  - Я не выполню поставленное вами условие, милорд, поэтому не вижу смысла отнимать чужое время, - объяснила саламандра и судорожно глотнула вина.
  Вкусное, рубиновое, с неуловимыми оттенками лета. Пьёшь и не замечаешь. Дорогое, наверное! А, может, и вовсе из Закрытой империи. Демоны, всё же, оттуда родом и пьют наверняка своё вино.
  - Как видите, обычный напиток.
  Щёки окрасил лёгкий румянец, особенно заметный на побледневшей от переутомления коже.
  - Что вы, милорд, я...
  - Ложь я сразу вижу, Ирадос, не старайтесь. Вы решили, будто в вино что-то подсыпано, верно? Не понимаю, зачем мне это делать, но вам виднее.
  Малице захотелось провалиться сквозь землю.
  Ушла бы по-тихому, потом почтой документы затребовала. А то умудрилась оскорбить ректора. Он теперь такие рекомендации напишет, что учеником к аптекарю не возьмут, не то, что в Академию.
  - Ну, мне интересно, Ирадос, - лорд настаивал на ответе.
  Он видел смятение адептки, но не собирался замять недоразумение.
  - Эм-м-м, - замычала саламандра, лихорадочно подбирая слова. Попала, так попала! - Ну... Я... Группа.
  - Ясно, - оборвал её мучения ректор и пожаловался: - Никаких нервов на вас, адептов, не хватит! Хоть самому перед сном бокал выпивай.
  И, обернувшись к Малице, обдал холодом:
  - Я магическим принуждением и иным любым вмешательством в сознание не занимаюсь, Ирадос. И никому не советую, иначе возникнут проблемы. Очень крупные проблемы. Теперь о вашем отчислении. Насколько мне известно, вы справляетесь, - ректор выпрямился и положил руки на подлокотники. - Зачёты и контрольный работы сданы в срок. По поводу трудовой отработки нареканий нет.
  Малица кивнула. Знал бы лорд, чего это ей стоило! Теперь новый гардероб покупать придётся: старый велик. Только на какие деньги? Жить приходилось на то, что присылали родители: стипендия саламандре не полагалась.
  Новый глоток. С вином легче, оно придаёт сил и храбрости.
  - Милорд, примите мои искренние извинения. Я ничего такого не думаю и всегда считала вас благородным и честным чело... демоном, - тут же поправилась саламандра и чуть ли не вцепилась в ножку фужера, грозя её сломать. - Но я не смогу больше. У меня нервные расстройства от переутомления, да и по закону я имею право на отчисление по собственному желанию.
  - Имеете, - кивнул лорд и встал.
  На невысказанный вопрос ответил:
  - Не заставлю пить в одиночестве.
  Ректор вернулся быстро, с пустым бокалом и початой бутылкой вина. Затем снова сходил на кухню и поставил перед Малицей тарелку с мясной нарезкой.
  - Ешьте.
  - Но, милорд...
  Неудобно как-то неловко и уйти хочется. Этот вечер, вино, профиль ректора... Если саламандра сейчас напьётся, о бабушке расскажет и на кисточку взглянуть захочет. Ту самую, на хвосте. Потому что очень любопытно, какая она. И вообще, какой он, демон... Ох, точно хватит пить!
  - Ешьте, я сказал! - прикрикнул лорд. В голосе прорезался рык.
  Малица испуганно закивала, вспомнив сакраментальное: 'Никогда не становитесь на пути у демона', и поспешила заглотить кусок.
  - Только давиться не надо! - усмехнулся лорд, тоже подцепил с тарелки кусок, ловко, кончиками пальцев, и отправил в рот. Затем налил себе вина и устроился на прежнем месте, в кресле. - Вы голодная, а пить на пустой желудок вредно. Но вернёмся к нашей содержательной беседе. Проникновение в закрытое хранилище - серьёзный проступок?
  - Да, милорд, - с набитым ртом согласилась саламандра.
  Как же вкусно! После каши - деликатес!
  - Вызов демона? - продолжал гнуть свою линию ректор.
  Он смочил губы вином и отставил бокал, когда как Малица продолжала пить.
  Далее последовало перечисление всех провинностей саламандры и вывод:
  - За всё это полагается отчисление. Согласитесь, суровая кара. Значит, и замена этой кары должна соответствовать. Я ожидал, что вы придёте. Собственно, мне нужен не каторжный труд, а ваше раскаянье. Искреннее, а не для отвода глаз. Если я увижу, что вы всё осознали, мучения закончатся.
  - А если нет?
  - Продолжатся. Отчислить же я вас не отчислю. Из принципа, - злорадно усмехнулся ректор. - Весь воспитательный эффект пропадёт. Хотел бы, отчислил сразу и никакие слёзы и заступничества не помогли бы. Но терять будущую ведущую не хочется. Так что, Ирадос, как у вас с сознательностью?
  Малица в который раз за этот вечер вздохнула. Чем меряют эту сознательность? Повертела в пальцах пустой бокал, и ректор тут же его наполнил. Будто они в ресторане. Саламандра даже хихикнула, заставив лорда недоумённо приподнять бровь.
  Приятное тепло растеклось по телу, а взгляд ректора перестал смущать. Чего бояться, если завтра больше никогда его не увидишь? Сознательности в саламандре нет, а не отпустить права не имеет. Малица через суд документы выбьет.
  - Вам не жарко в кофте?
  Саламандра кивнула и неслушающимися пальцами начала расстёгивать пуговицы. Кофты ей, разморённой теплом и вином, показалось мало, и Малица потянулась к верхним крючкам платья, собираясь тоже его снять.
  - Ирадос! - ректор, перегнувшись, перехватил её руку и прошипел: - Вы что себе позволяете?
  - Жарко же, душно, - оправдывалась саламандра, мечтая избавиться от колкого шерстяного платья, прилечь на мягкий диван и поспать. Голова и так клонилась к обивке.
  Лорд шумно засопел и неохотно убрал руку, словно сомневался, не продолжит ли Малица раздеваться. Неловкая ситуация!
  Но, вроде, саламандра больше не предпринимала попыток соблазнить ректора, и тот расслабился, отдав дань вину.
  Малица же откинулась на спинку дивана и прикрыла глаза. Всего на минуточку.
  - Ирадос! - оказалась, она всё же задремала.
  Разметалась по дивану, выгнулась, обняв декоративную подушку. Платье тесно облепило грудь, давая понять, что создана для декольте, подол обнажил стройную девичью ножку в шерстяном чулке. Да как обнажил! Чуть ли не до бедра. И волей-неволей ректор смотрел вовсе не в глаза подопечной. Даже будить не хотелось.
  Когда он ушёл на кухню, чтобы отнести тарелку и бокалы, Малица вся извертелась, и, вернувшись, лорд нашёл на диване крайне соблазнительное зрелище. Сначала рассердился, а потом залюбовался. Она не соблазняла, она действительно спала и улыбалась во сне. Как мужчина, лорд не смог остаться равнодушным к зрелищу, но как ректор не смог не вмешаться.
  Вариантов было два: одёрнуть юбку или разбудить Малицу. Лорд предпочёл второй. Он слишком хорошо знал, чем могут кончится неосторожные действия. Не одного аристократа женили подобным образом: записывали происходящее на кристаллы, вмонтированные в украшения или детали одежды, а потом шантажировали. Ректор не хотел рисковать. Пусть даже Малица не выказывала никаких преступных намерений, она могла нечаянно сболтнуть подруге.
  Саламандра не сразу сообразила, что происходит, а потом, покраснев, как мак, с визгом одёрнула юбку и села.
  Опозориться! И перед кем - ректором собственной Академии!
  Ректор же стоял рядом, решая, что делать с усталой ночной гостьей.
  - Мне так стыдно, так стыдно, милорд! - лепетала Малица, гадая, как много лорд успел рассмотреть и заметил ли, что чулки не новые. Отчего-то это особенно волновало. Если уж показывать себя, то в выгодном свете. - Я всего лишь закрыла глаза... Клянусь вам!
  А в голове вертелось игривое: 'Он отвернулся или рассматривал? А если рассматривал, о чём думал?' Даже в такой ситуации Малице хотелось нравится, однако, не более. Восхищение приятно, домогательства отвратительны.
  - Хватит! - поморщился лорд. - Идите-ка спать, Ирадос.
  - Мне нельзя, у меня реферат и четыре экзамена, - сонно возразила Малица, потирая глаза кулачками. - И до занятий на кухню.
  - Отменяется. От работы я вас освобождаю. Будем надеяться, урок вы усвоили. Насчёт сессии всё в силе. Сдать необходимо с первого раза. Форму и значок получите завтра. Остальные ограничения снимаю. Руку давайте.
  Прежде, чем саламандра сообразила зачем, лорд подхватил её на руки. Малица второй раз ощутила тепло его тела, запах парфюма: гвоздика и мускус. И снова они оказали на неё расслабляющее действие. Руки покорно обвили ректора за шею, голова склонилась к плечу.
  Ректор недовольно засопел: слишком уж фривольно вела себя саламандра, но одёргивать не стал. После вина, выпитого, как оказалось, на голодный желудок, и не такое случаются. Да и он повёл себя не совсем благородно: смотрел.
  Лорд вышел в коридор, забрал пальто гостьи. Ещё раз глянул на склонившуюся к плечу огненно-каштановую головку, открыл портал и шагнул в него вместе с Малицей. Она уже сопела ему в ухо, позабыв о недавнем страхе и смущении. Руки цепко обнимали за шею. Ректору стоило больших усилий разомкнуть эти объятия, чтобы переложить саламандру на диванчик в общей гостиной на этаже. Лорд не решился доставить Малицу прямо в комнату, подозревая, какие слухи с утра поползут по Академии. Ничего, вернуться с гуляний адепты, разбудят.
  Убедившись, что его никто не видел, ректор вернулся к себе.
  
  * * *
  
  Малица грелась, держа в руках кружку глинтвейна. По правилам, напиток полагалось пить из бокалов, но откуда у адептов бокалы?
  Кристоф притащил на крышу плед, и честная компания устроилась с относительным удобством. Укутанные по случаю морозной погоды, они передавали друг другу кувшин с ароматным напитком.
  Тут же, на крыше, валялась колода карт, шар предсказательницы. Романтично горели свечи. Чёрные: взяли у некромантов. Индира соврала, будто собирается вызывать духов. По такому случаю красивой эльфийке выдали ровно двенадцать штук: столько по правилам полагалось выставить по краям сложного рисунка: перечёркнутой двойной пентаграммы. Для гадания требовалось всего две, поэтому прочие благополучно перекочевали в ящик Индиры.
  Малица сделала очередной глоток и бросила взгляд на звёздное небо.
   Вот и зима на пороге, впереди последний экзамен. Как раз по предсказаниям. Зачем это стихийникам, никто доподлинно не знал, но раз в программе стоит, положено.
  - Говоришь, у тебя видения бывают? - Идира жестом профессиональной гадалки перетасовала новенькую колоду.
  Кристоф фыркнул и отхлебнул из своей кружки.
  Внизу, за выемкой водостока и карнизом, затерялся в ночи парк. Отсюда, с библиотечной башни, видны были огни Ротона и одинокий 'глаз' Административной башни. Интересно, кто задержался на работе? Наверняка готовит бумаги для министерства: конец года - головная боль не только для адептов.
  В корпусах тоже горит свет. Вон там занимаются фехтованием в гимнастическом зале. Там берут уроки танцев перед балом, а троица сидит себе на астрономической площадке и попивает глинтвейн. Благо Малице не нужно теперь трудиться в поте лица, можно расслабиться.
  На этот раз Кристоф на ломал магических печатей, а честно попросил ключи. Соврал, правда, будто они собрались смотреть на звёзды, но ведь предсказания - это воля небесных светил, так что юноша соврал самую малость.
  - Фантазии, - отмахнулась Малица.
  Ей не хотелось рассказывать о Дикой охоте с участием ректора и прочих прелестях буйного воображения.
  - Значит, ты сдашь, - вынесла вердикт Индира и протянула подруге колоду. - Сними.
  Малица отставила кружку и покорно разделила колоду на две неровные стопки. Как и положено, брала левой рукой и тянула вбок, а не подымала карты.
  Индира довольно кивнула и пытливо глянула на оставшегося не у дел Кристофа. Тот сразу напрягся и буркнул: 'Чего?'
  - Сейчас мы всю твою подноготную узнаем, Крис, - подмигнула эльфийка и начала выкладывать карты. - Заодно проверим, есть ли у Али связь с высшими сферами.
  Индира любила на досуге баловаться с картами, впрочем, не придавая увлечению особого значения. Сбудется, так сбудется, нет, так нет. Главное, процесс и ореол тайны. Самое то для тёплой девичьей компании вечерком.
  Малица тяжко вздохнула. К счастью, на экзамене на картах гадать не нужно, в шар смотреть тоже. Адептам предлагали смоделировать ситуацию или расшифровать предсказания на основе собственной интуиции, знаков природы и снов. Для этого их либо погружали в транс и передавали заранее подготовленные картины, либо вручали текстовое описание ситуации.
  Выкрасть билеты пытались, один раз даже успешно, пришлось в срочном порядке менять и прятать в кабинете проректора. Видения же придумывал ректор. Пользовался реальными случаями из практики других магов и адептов на старших курсах в Сумеречье - заповеднике разного рода мистики. Кое-что выдумывал сам, но всё равно задания через энное количество лет повторялись: тяжело выдумать посылки для рабочего предсказания.
  Отряхнув плед от нападавшего с печной трубы снега, Индира вытащила три карты и загадочно подмигнула Кристофу.
  - Ох, смотри, узнаем всю твою подноготную! Так, Аля, я открываю, ты толкуешь.
  Саламандра подумала, что с таким же успехом могла смотреть в дешёвый стеклянный шар. Разумеется, его продавали как хрустальный, но враньё быстро всплыло. Шар Индира купила на празднике урожая. Зачем, она сама не знала.
  Отказаться бы от дурацкой идеи, но глинтвейн делал своё дело, подталкивал на авантюры. Терпкий, горячий, с запахом приключений.
  Уткнувшись носом в кружку, Малица кивнула: давай.
  Идира перевернула первую карту.
  - Маг! - в два голоса завизжали девушки и уставились на Кристофа.
  Тот в свою очередь не понимал, отчего изображение темноволосого мужчины, метающего молнии из жезла, вызвало такой ажиотаж.
  - Так, это твоё прошлое, Крис, - с важным видом провозгласила Индира.
  Малица не выдержала и прыснула в кулак: столько патетики!
  Отсмеявшись, саламандра вспомнила об обязанностях предсказательницы.
  - Тут всё просто. Кристоф - хороший демонолог, даже карты согласны. Самолюбивый, немного эгоистичный, самостоятельный, неугомонный тип. Словом, типичный маг.
  Кристоф отсалютовал подруге кружкой. Пока предсказание ему нравилось. Именно таким он себя и видел, только понимал упомянутые качества немного иначе. Не самолюбивый, эгоистичный и неугомонный, а талантливый, инициативный маг с чувством собственного достоинства.
  Следующей взору открылась девушка, жонглирующая монетами.
  Малица задумалась. Монеты - это достаток. А девушка? Богатая невеста.
  - Ну? - Кристофер нетерпеливо вытянул шею. - Что там с моим настоящим?
  - Сам видишь, - Малица пошла по простому пути, - деньги и женщины.
  - Если бы! - вздохнул юноша.
  Женщины в его жизни имелись, а вот с деньгами, как у всякого адепта, было напряжённо. Стипендия не покрывала потребностей растущего организма.
  - Осталось будущее.
  Саламандра сама перевернула карту и переглянулась с Индирой. Подруга залпом допила глинтвейн. И смешала карты.
  - Эй, чего там, что с моим будущим? - разочарованно протянул Кристоф.
  - Ничего! - хором огрызнулись девушки.
  Ясен перец, во всём виноваты свечи некромантов, только с ним может вылезти такая гадость! Они и только они могли приманить скалящегося демона.
  - Нечисти много убьёшь, - соврала Малица, зная, Кристоф всё равно не отстанет.
  В голове же зрела мысль: навестить некромантов и отомстить за испорченный вечер. Глинтвейн сделал своё чёрное дело, толкая на подвиги.
  - У тебя платье к балу готово? - Индира перевела мысли троицы на другую тему.
  - Ну, если это можно назвать платьем, - состроила кислую мину Малица.
  Если бы не наложенное ректором наказание, она бы сходила в город, заказала платье, а теперь приходилось довольствоваться старым. Да, саламандра пришила к нему новые оборки и украсила искусственными цветами, но наряд это не спасёт. Все видели платье Малицы на весеннем балу и начнут шептаться, что у саламандры нет вкуса. По негласному правилу, появляться на торжестве в одном и том же наряде считалось дурным тоном.
  - Может, матушка поможет?
  - Угу, и сразу посоветует выдать замуж, - кисло улыбнулась саламандра. - Раз считаешь себя магом, вертись сама. Не можешь, ищи жениха.
  - А украшения? - не унималась эльфийка.
  Сама она держала наряд в секрете, обещая, что это будет нечто потрясающее.
  - Возьму у мамы, - пожала плечами Малица.
  Хорошо, однако, уметь ходить через огонь. Никаких порталов не надо, лишь бы не сбиться с пути и горел заветный очаг.
  Саламандра завидовала подруге. У неё целая коллекция разных перстеньков, серёжек, ожерелий, которые щедро дарили многочисленные родственники на любое мало-мальски важное событие в жизни эльфийки. Да и сама она могла с лёгкостью купить что-то в ювелирной лавке: родители открыли на её имя неограниченный кредит.
  Ну да, леди леди рознь. У тер Ирадос особнячок, своё дело: торговля рудой и славное имя. У лор'Альенов - два дома: городской и загородный, родство с королём, пусть и неблизкое, несметные богатства и положение в обществе.
  Сообразив, что приятный вечер перестаёт быть томным, Индира предложила погадать на Малицу. Та отмахивалась. Нет, в гадания саламандра не верила, но вдруг там выпадет что-то неприятное? Хватит с Малицы переживаний! Однако эльфийка настаивала, и саламандра, для большей точности предсказания, перемешала карты сама.
  Первым снова выпал маг. Затем император. Последним Малица выложила посох. Ну, и как это понимать? Совсем не похоже на жизнь саламандры. Никакими особыми умениями она не обладала, вряд ли выбьется в лучшие маги империи.
  - Ерунда какая-то! - фыркнула Малица, смешав карты. - Или я дурной предсказатель. Надеюсь, завтра гадать на кофейной гуще не заставят.
  - А там мужчина, - лукаво протянула Индира.
  - Где? - не поняла саламандра.
  - В картах. И он добьётся успеха. То есть тебя.
  Малица пожала плечами. Эка невидаль, когда-нибудь кто-нибудь добьётся.
  Саламандра подняла глаза и замерла с открытым ртом.
  Дракон! Огромный алый змей с бронзовым брюхом парил над Академией, словно тень. Если бы не иллюминация парка - бал уже послезавтра, - Малица бы его не увидела, а теперь не могла отвести глаз. Дракон властвовал над небом, стелился над башнями Академии. Казалось, ещё немного, и хвост обовьётся вокруг какого-то шпиля.
  Но ведь превращения на территории Академии запрещены!
  Кристоф тоже видел дракона и красноречиво выразил своё восхищение величавым существом.
  - Это кто? - шёпотом спросила Малица.
  Поставив кружку, она подошла к парапету, не сводя горящих глаз с дракона, постепенно, вираж за виражом, набиравшим высоту. Настоящая сказка! Для полноты сюжета не хватало только пламени, вырывавшегося из горла. Это не Нортон, это тот самый дракон, о котором слагают легенды. Представитель одного из величественных родов величавых существ.
  - Проректор, - огорошил ответом Кристофер. - Разминает крылья.
  - Но ведь обороты запрещены...
  Или Устав высшему преподавательскому составу не указ?
  - У него спроси, - подмигнул юноша и встал рядом, обняв Малицу за плечи.
  Дракон же между тем резко начал снижаться и пронёсся прямо над головами троицы. Адепты непроизвольно пригнулись, опасаясь, что крылатый ящер заденет их крыльями. Дракон же заложил крутой вираж и опустился ещё ниже.
  Показалось, или из ноздрей вырвались струйки дыма?
  - Ой, он нас сейчас заденет! - пискнула Индира, закрыв голову руками.
  Похоже, дракон действительно собирался напугать троицу. Иначе не стал бы распушать пластины на спине, раздувать жабры на шее? А потом и вовсе камнем рухнул на крышу.
  Адепты в ужасе прыснулись в разные стороны.
  Глинтвейн разлился, запачкав плед.
  - И что это у нас тут происходит? - полетел вслед рокочущий голос.
  Адепты дружно затормозили. Теперь они знали, кто нарушил запрет на принятие хнотического облика на территории Академии. Малица же задумалась, отчего Нейл тер Лис пользуется такой свободой. Помнится, он сыграл не последнюю роль в похищении саламандры. Или же Малица тогда ошиблась с выводами? Ой, вряд ли!
  - Сидим, - за всех ответил Кристоф, решившись повернуться.
  - Он голый? - шёпотом спросила Индира.
  Кончики ушей эльфийки порозовели. Несмотря на богатый опыт общения с лицами противоположного пола, Индира блюла честь и не видела того, что девушке не полагалось видеть до свадьбы. Иначе и не могло быть: традиции загоняли в строгие рамки. Это не исключало разного рода шалости и знакомство с пикантной литературы, но запрещало всё, что нанесло бы урон девственности.
  - Ну, не совсем, - после минутной паузы ответил Кристоф.
  - О чём вы та шепчитесь? - устав ждать объяснений, требовательно спросил тер Лис и сделал шаг вперёд.
  Тело покрывала блестящая чешуя, глаза не утратили вертикального зрачка и прозрачной перепонки ящера, зато внешний вид проректора не попирал ничьей нравственности: в нужном месте всё прикрыто.
  Значительно уменьшившийся в размере хвост оплёлся вокруг талии.
  - О вас, милорд, - Малица первой из девушек обернулась.
  Вот это да, промежуточная трансформация! У саламандр она тоже существует: вся кожа будто пылает, превращаясь в гигантский костёр. Только вот обернуться огненной ящерицей могут немногие и только после инициации.
  - И что же вас так заинтересовало? - прищурился тер Лис.
  - Почему вы в облике дракона, - смело ответила Малица.
  - Потому что я возвращался из дома. Прямой портал оттуда не откроешь. А вот вы что тут делаете? - проректор поддел длинным ногтем кувшин с остатками глинтвейна. - Опять что-то задумали?
  - У нас есть разрешение, - заверил Кристофер. - Можете спросить у библиотекаря и декана.
  - Обязательно спрошу, - кивнул тер Лис и шагнул к крыше, чтобы сорваться в полёт, расправив крылья.
  Словно зачарованные, адепты смотрели на удаляющегося алого дракона. Он невольно приковывал взгляд красотой и величием.
  - Нортон не такой, - первой прервала молчание Малица.
  В голосе звучало восхищение. Как бы саламандра ни относилась к тер Лису, величие дракона очаровывало.
  - Ты видела? - Идира и Кристоф удивлённо уставились на неё.
  Малица кивнула. Она не рассказывала друзьям о неудавшейся попытке участия в травле вампира. Сначала было стыдно, потом времени не нашлось. Теперь же поздно.
  - Ох, темнишь, Аля! - недовольно покачала головой Индира. - Или у вас?..
  Малица невольно покраснела под пристальным взглядом подруги. Она ведь действительно целовалась с Нортоном, тот предлагал стать его девушкой. Правда, после разжалования в рядовые адепты дракон охладел к саламандре. Обиделся. И прав ведь: пострадал по её милости.
  - Вот кто темнит, так это проректор, - Малица поспешила сменить тему разговора. Ей не хотелось обсуждать неприятные вещи. - Куда это он летал? Порталы не запрещены, пользоваться ими гораздо удобнее. Да и Устав просто так не нарушают. Крис, ректор в Академии?
  Юный демонолог пожал плечами.
  - Без понятия. Какая разница?
  - Нет его, - с уверенностью заявила саламандра. - Иначе бы тер Лис побоялся. А он не таится, у всех на глазах летает.
  Друзья поняли: саламандра что-то задумала. И верно, она подхватила посуду, свой плед и поспешила к лазу. На вопрос: куда, ответила: следить за проректором.
  - Ты с ума сошла! - прошипела Индира и замоталась в плед, будто горец. - Тебя же не просто вышибут, а все дороги закроют!
  - Лучше, чтобы тер Лис за спиной лорда ти Онеша какую-нибудь гадость сотворил? - не унималась Малица. - Он у меня с прошлого раза под подозрением. Думаете, кто вампиру помогал?
  - Иди ты! - выдохнул Кристоф.
  И тут же добавил:
  - Стой, я с тобой.
  Индире ничего не оставалось, как последовать за друзьями, надеясь, что сегодняшнее приключение не закончится отъездом домой.
  Малица чуть ли не кубарем скатилась по лестнице и нырнула в разрываемую праздничными огоньками темноту парка.
  Дракон не может приземлиться абы где, нужно смотреть на башни. А какая подходит лучше всего? Административная.
  Саламандра быстро сотворила огонёк и на свой страх и риск прыгнула в камин проректорского кабинета. Лишь бы тер Лис поставил экран! Иначе всё, пропала! Хотя всегда можно соврать, будто ошиблась. Второй курс, неопытная саламандра, глинтвейн, глаза по рецепту Индиры.
  Перед тем, как скрыться в огне, Малица успела крикнуть Кристофу: 'Его кабинет!'
  Саламандре пришлось зажать нос, чтобы не чихнуть: в нос попала зола.
  Малице повезло: и огонь горел, и экран стоял. Он у проректора большой, металлический и непрозрачный.
  Пользуясь возможностями своей расы, Малица забилась в самый угол камина и осмотрела трубу: получится ли подтянуться и спрятаться там? Похоже, да, но вряд ли тер Лис скоро подкинет дров: горела свежая поленница.
  Осмелев, саламандра выглянула: проректор одевался. Значит, не в первый раз перекидывался на работе, раз держал сменную одежду.
  Какие ж жилистые, эти драконы! И вся спина - одни мышцы. То, что ниже, уже скрыли брюки. Да и не разглядишь особо: из освещения только камин.
  Одевался тер Лис быстро и уже через минуту уселся в кресло в привычном строгом виде. Малице пришлось вновь отпрянуть в угол, чтобы не попасться.
  Проректор достал медальон связи, и вскоре до ушей любопытной саламандры долетел приглушённый разговор. И чем больше Малица слушала, тем больше убеждалась, что не зря затеяла эту авантюру. Только сердце билось всё громче и громче, грозя выдать хозяйку, а пальцы холодели. Ставки слишком высоки, никто не пощадит юную саламандру. Вдруг она не успеет уйти через огонь? Тот же ректор легко ловил. Вряд ли тер Лис слабее, да и сам дракон, то есть огненное существо.
  - Разумеется, в понимаю, милорд, но безвыходных ситуаций не бывает, - лился громким шёпотом голос проректора. - Нет, я не стану. Хватит того, что прошлая услуга обернулась крупными проблемами. Ректор не дурак, дважды в совпадение не поверит.
  Реплику собеседника Малица не слышала, только ответ.
  - Это возможно. Только придётся терпеть до будущего года. У третьего курса появляется полевая практика, где вы легко бы могли смыть полученное оскорбление, хотя, повторюсь, я не одобряю убийство.
  - Да что вы понимаете! - до Малицы долетел рёв взбешённого шан Теона. - Меня только ленивый не обсмеял!
  - Адептка Ирадос - женщина, женщине мстят иначе, - жёсткая улыбка тронула губы тер Лиса. Малица не столько увидела, сколько почувствовала её. - Завалить под себя, подчинить и сорвать с губ крик. И всё, вы её хозяин. Если девочка девственница, тем более, запомнит на всю жизнь. А убийство... - проректор скривился. - Это слабость, милорд, которая лишит вас много. Живая саламандра полезнее.
  - Я подумаю, - недовольно ответил вампир, - но сейчас меня гораздо больше волнует лорд ти Онеш. Обещаю, ваши старания не останутся без награды.
  - О, мои притязания скромны! - приглушённо рассмеялся проректор, почесав подбородок. - Всего лишь место лорда ти Онеша. Я его заработал по праву.
  - Кто спорит! Старый ректор ушёл на пенсию, вы уже готовились сменить кабинет, а тут император назначает демона. Демона - ректором Академии колдовских сил!
  Что-то хрустнуло. Оказалось - стакан в пальцах проректора. Саламандра и не заметила, когда тер Лис успел его взять.
  Проректор молчал, только падали на пол осколки стакана и капала кровь.
  Тер Лис нервно тряхнул ладонью и уставился на порез. Затем спокойно достал носовой платок и перевязал.
  Малица так и не поняла, что её насторожило, но шестое чувство спасло ей жизнь. Саламандра успела прыгнуть в огонь до того, как проректор отодвинул экран, проверяя.
  В холодном поту Малица сидела в библиотечной башне. Долго не могла прийти в себя, опасаясь, что сейчас в комнату ворвётся тер Лис, но, похоже, проректор её не заметил. И хвала небесам!
  Одно саламандра знала точно: нужно срочно найти ректора.
  Малица сунула руку в карман и нащупала собственный медальон связи. Плохонький, простенький, зато значительно облегчавший жизнь. Он появился у Малицы неделю назад: подарила Индира.
  Уже через пять минут троица собралась на крыше, обсуждая дальнейшие действия. После краткого пересказа подслушанного разговора, никто не сомневался: поставить ректора в известность необходимо. В Академии зрел заговор, а тер Лис взамен на должность помогал лорду шан Теону в каком-то грязном деле. Малица не сомневалась, она - лишь часть сделки, не стал бы вампир обещать так много за жизнь какой-то саламандры. Нанял бы убийцу, и дело с концом. Нет, тут вещи государственного масштаба.
  Решили разделиться. Индира, как трусишка, караулила ректора у ворот Академии, Кристоф и Малица искали в городе. Юноша брал на себя 'мужские' заведения, саламандра - 'приличные'.
  - Ой, да у него Алиса есть! - Малица отмахнулась от намёков на бордель и тут же прикрыла рот ладонью, сообразив, что сболтнула лишнего.
  Осведомлённость о личной жизни ректора не осталась незамеченной, и под напором превосходящих сил саламандра призналась, как провела одну ночь. Без подробностей, очень коротко, но и в таком виде история произвела неизгладимое впечатление.
  - Ну ты даёшь! - хором выдали друзья. - Мы полагали, ты в участке сидела. Так нам сказали.
  А Индира шёпотом спросила:
  - И как он тебе? На ощупь и всё такое?
  Судя по улыбке эльфийки, она подозревала нечто большее, чем объятия.
  - Для всего такого у него Алиса, - огрызнулась Малица. - И хватит уже! Между прочим, ему не понравилось.
  - Что? - мысли Индиры, определённо, текли по неправильному руслу.
  - Всё! Я испортила вечер ректору, что тут понравится? Он вышвырнуть хотел, но пожалел. Потом я его разбудила нечаянно, вот и... Понимаешь, очень страшно было и...
  - ... и он тебя обнимал? - расплылась в победоносной улыбке эльфийка.
  - Я его, - огорошила саламандра. - Да, Индира, теперь я сама развратная особа из нас двоих. Особиста соблазняла, ректора лапала. Осталось только с деканом поцеловаться.
  - Ну расскажи! - не унималась Индира, делая знаки Кристофу: подожди, мол, важный девичий разговор.
  Малица начинала сердиться. Подруга как маленькая, не знает, какие мужчины? Она же, по её словам, давно опытная. Или только на словах?
  - Раздень Кристофа до штанов и посмотри. Мужчина как мужчина. Красивый, угрюмый и злой. Всё, топай к воротам и не проворонь объект своих грёз.
  Эльфийка обиделась и гордо продефилировала к лестнице. Кристоф фыркнул ей вслед и, приобняв Малицу за плечи, подтолкнул вперёд.
  - Аль, - шёпот шевелил волосы за ухом, - ты не боишься? Проректор не дурак, он наверняка понял, что его подслушивали.
  - Крис, - елейным голоском ответила саламандра, - перестань меня лапать. Тебя рассказ о спальне ректора возбудил, решил поучить, чтобы не опозорилась?
  Юноша застонал и посетовал:
  - И кто из нас озабоченный?
  Но шептать в ушко перестал. Малица в свою очередь не стала больше подкалывать.
  Часы на городской Ратуше пробили десять, и друзья, не сговариваясь, пробормотали: 'Кьядаш!' Сейчас спустят гончих, проректор и тут обезопасил себя.
  - Ну, наперегонки? - подмигнул Кристоф и открыл экспериментальный портал.
  Адептам повезло: юный демонолог ничего не напутал, и их выбросило у дверей библиотечной башни. На большее расстояние Кристоф открыть портал не смог. Дальше стремглав понеслись к воротам, обгоняя ветер. Новый телепорт требовал времени, а его-то как раз не хватало.
  Краем глаза Малица уловила какую-то тень. Дёрнулась, увлекая Кристофа в кусты.
  Дракон! Мелькнул над парком и скрылся в небесах.
  - Он подозревает, Крис! - похолодев от ужаса, прошептала саламандра.
  Демонолог промолчал. Он пытался понять, спустили ли уже гончих и если да, не почуяли ли те адептов. Вроде, пока тихо, но призрачные гончие на то и призрачные, что появляются внезапно из сгустившихся сумерек.
  Малица ожидала, дракон сделает ещё один виток, однако он не объявлялся. Саламандра подозревала, снова принял человеческое обличие и поджидает у ворот. Значит, туда нельзя. Лишь бы Индиру не сцапал!
  - Так, Крис, лезем через стену, - решила Малица, решившись покинуть убежище.
  Друг сначала знаками показал: 'Ты сошла с ума!', потом сообразил, закивал.
  Перебежками адепты добрались до стены.
  Показалось, или слева мелькнули алые глаза?
  - Крис, - понизив голос, Малица прижалась к холодной кладке, - чары снимай. У тебя минута, а потом нас сожрут.
  Кристоф сглотнул и усиленно заводил руками по камням, нащупывая печати. Он привык быстро взламывать охранные чары, не подвёл и сейчас, только гончие тоже не теряли времени даром.
  Серебристая тень и Малица прыгнули одновременно, только в разные стороны. Норматив по физподготовке явно был сдан: саламандра умудрилась подтянуться на верхние ветки вяза и оттуда в ужасе смотрела на гончую. Та водила носом, примериваясь к новому прыжку. Малица не стала ждать и прыгнула сама.
  Руки заскользили по стене, из-под пальцев посыпалась мелкая крошка, ушибленные колени болели, но саламандра не сдавалась. Помог Кристоф. Он уже оседлал стену и не оставил подругу в беде.
  - Прыгаем на счёт раз! - скомандовал Кристоф. - Раз!
  И соскользнул на землю по ту сторону стены. Малица кубарем скатилась за ним, отбив всё, что не отбила прежде. Зато не попалась проректору и не оказалась в пасти гончей. Боль же можно перетерпеть.
  Хромая, саламандра поплелась за Кристофом. Радовало одно, гончая за стеной не достанет: собакам запрещено покидать парк. Вот проректор, тот сможет. Только ворота совсем в другой стороне, тут же вообще пустырь и река.
  Пришлось сделать изрядный крюк, чтобы выбраться в город. Половину пути Кристоф пронёс Малицу на руках: та таки повредила ногу.
  - Я пойду, - вопреки предложениям оставить её в ближайшем кабачке, заупрямилась саламандра. - Я же свидетель, к тому же Алису в лицо знаю. Если увижу, попрошу милорду всё сказать.
  В итоге юноша сдался и отпустил подругу, взяв слово при первых признаках опасности брести в участок.
  Малица волочила ногу и тренировала силу воли. Маг она или не маг! А если маг, обязана стойко терпеть все невзгоды. Подумаешь, ушиб! Не перелом же. Как там говорил Шонер? Враг не станет ждать, пока у вас всё заживёт.
  Стараясь не думать о боли, Малица размышляла, где искать ректора. Пришла к выводу, что в хорошем ресторане или гостинице средней руки, если у Алисы нет своего угла. Но наверняка он есть, и лорд уединился с любовницей в её гнёздышке. Увы, тогда найти их нереально.
  И тут Малица вспомнила: театр! Сегодня же представление, поэтому проректор и не сомневался, что начальник не вернётся до полуночи. Наверняка слышал, как тот говорил о грядущем представлении.
  Собрав волю в кулак и напевая, чтобы не скулить, саламандра направилась к театру. Нога совсем не сгибалась и, кажется, распухла. Любое движение отдавалось болью. Ничего, маг обязан превозмогать невзгоды.
  Здание театра по закону подлости располагалось в дальней части города. Малица успела проклясть всё на свете, пока добралась. Слёзы текли по щекам, скрежетали зубы, но саламандра не сдалась. Привалившись к водостоку, она смотрела на освещённый огнями подъезд. Оттуда доносились звуки музыки: представление в самом разгаре.
  Только Малица хотела сделать шаг, как знакомая тень на миг скользнула по мостовой.
  Саламандра мысленно выругалась. Тер Лис! До чего же упрям проректор, до чего не хочет, чтобы о его проделке узнали. Оно и понятно: не хочет сложить голову на плахе. Насколько поняла Малица, проректор участвовал в заговоре. Может, даже в покушении на жизнь императора Империи раздолья.
  Повезло же, что дракон не кружил, пока саламандра, проклиная всё на свете, брела по городу. И Кристоф, вдруг тер Лис поймал его и вернулся за Малицей?
  Закусив губу, саламандра смотрела на небо.
  Нужно всё точно рассчитать и успеть добежать до подъезда, пока дракон делает разворот. Зрение у властелинов неба отменное, заметят даже муху на памятнике.
  Малица сжала руки в кулак, унимая сердцебиение. Нужно дышать размеренно, желательно ритмично, иначе разовьётся одышка.
  Так, дальше приготовиться к рывку. Больную ногу отвести назад, здоровую сделать опорной. Чуть наклониться вперёд, прикинуть расстояние и траекторию движения. Наметить пути отступления. Лучше не один.
  Оружие. Пока не материализовывать, но сделать так, чтобы огненные клинки - в данном случае лучше парные кинжалы - в нужный момент легко возникли в пальцах.
  Теперь слиться со стеной и осторожно прислушаться, постараться уловить крылатую тень.
  Выбегать нужно, когда проректор зайдёт на очередной круг: сзади у него глаз нет.
  Минуты тянулись мучительно медленно. Нервы сдавали, но Малица знала: сейчас нельзя сделать ни шагу. Тер Лис обязательно вернётся: он её ищет. А раз ищет, то знает, кто подслушал разговор. Наверняка сложил два и два: троицу на башне и камин.
  Вот что делает самоуверенность! Малица на чужом примере убедилась во вреде завышенной самооценки. Не покажись проректор, не пожелай отчитать адептов, те бы не узнали о заговоре. Но собственная значимость и власть застилали глаза, тер Лис не смог отказаться от желания наказать, пренебрёг конспирацией и здравым смыслом.
  Тень в очередной раз мазнула по крышам, и, досчитав до двадцати, Малица во весь дух, превозмогая увечье, устремилась к заветным дверям. Они оказались заперты, поэтому пришлось прибегнуть к запасному плану. Саламандра затеплила на руке огонёк и метнула в окно. Безвредное магическое пламя не обжигало, но создавало иллюзию пожара. Дверь тут же распахнулась, выбежал служитель, и, воспользовавшись чужим замешательством, Малица проскользнула внутрь.
  - Куда? Стоять, безбилетница! - полетело вслед.
  - Где лорд ти Онеш? - саламандра не стала играть в кошки-мышки со служителями и спросила напрямик. - У меня для него важное сообщение. Скажите, на кону минимум три жизни. Я из Академии.
  В подтверждение своих слов она распахнула пальто и ткнула в значок на форменном платье.
  Больше ничего сделать нельзя. В театре полно людей, в какой ложе ректор, Малица не знала. Шло уже второе действие, и, осматривая каждую, саламандра рисковала разминуться с лордом.
  Малица устроилась в уголке и, шипя, вытянула больную ногу. Она сильно распухла и уже не болела, а нарывала. Неужели всё-таки перелом? Плохо. В игре с проректором увечные заведомо выбывают.
  Поразмыслив, саламандра пришла к выводу, что кто-то из двоих: Индира или Кристоф, - попали в руки тер Лиса. Раз так, он знает о планах Малицы и попытается им помешать. Самое простое - обвинить адептку в богатом воображении и личной неприязни. Можно и иначе - устранить единственного свидетеля. Убивать проректор вряд ли будет, сам говорил, это неприемлемо, значит, отдаст шан Теону. Развлекаться сам не станет: вампиру нужна Малица в первозданном виде. Это плюс, но вот минусы перевешивают.
  Саламандра осторожно растёрла ногу и огляделась. Раз уж ректора пока нет, спешить тоже уже некуда, нужно отвлечь себя от невесёлых мыслей.
  Театральное фойе воображения не поразило. Стандартный плюш малинового цвета, бронзовые светильники, окна с тяжёлыми портьерами в тон диванчикам. Скучно.
  Стены украшали портреты императорской четы.
  Пара больших зеркал для дам, чтобы полюбоваться на себя, любимую.
  И изображение примы театра над столиком с вазой цветов. На розах заклятие против увядания. Малица не проверяла, но догадывалась, сами по себе цветы с раскрывшимися бутонами долго стоять не смогут, обязательно хоть лепесток упадёт.
  За саламандрой пристально наблюдал служитель. Видимо, чтобы не сбежала или не натворила чего-то. Пускай!
  - Адептка Ирадос?
  Ректор подошёл неслышно, Малица аж подпрыгнула.
  В нос ударил аромат парфюма, невольно заставив прикрыть глаза. Какой же он приятный, особенно когда нанесена не капелька, как обычно.
  Саламандра подняла глаза и тут же поспешила опустить. Нехорошо пялиться на собственного ректора.
  Белоснежный костюм и зелёная рубашка на полтона темнее глаз. Идеально повязанный контрастный шейный платок, запонки с сапфирами. Демон, сущий демон! Только рогов не хватает, а так - держитесь, девичьи сердца!
  Малице тут же стало стыдно за собственный наряд. Грязный, с порванной юбкой. Немудрено, что на саламандру косо смотрели.
  За спиной ректора маячила Алиса в таком платье, что за него можно продать душу. А ожерелье стоило целое состояние. Подобные бриллианты можно надеть императрице.
  Сегодня оборотница предстала в истинном обличии, то есть не рыжей, а с благородным серебром волос. Она недовольно косилась на Малицу, нетерпеливо постукивая по сложенному вееру, но молчала.
  - Простите, милорд, я не хотела портить вам вечер, но... Ай!
  Саламандра попыталась встать, но тут же рухнула обратно, схватившись за ногу.
  Ректор отреагировал мгновенно: опустился на одно колено и потянулся к рукам Малицы, сжимавшим колено.
  Блеснули перстни на длинных пальцах. Отчего-то саламандра мысленно пририсовала к ним когти.
  - Так, что у вас там?
  - Неважно, - Малица аккуратно отстранила его пальцы и вымученно улыбнулась. - Мне нужно поговорить с вами. Наедине, - тут брови лорда удивлённо взлетели вверх. - Дело государственной важности, милорд.
  Ректор задумался, затем обернулся к раздражённой Алисе и попросил:
  - Жди меня в ложе.
  Оборотница неохотно подчинилась, бросив пару гневных взглядов через плечо. Похоже, одним недоброжелателем у саламандры стало больше.
  - Идти сможете? - лорд обернулся к Малице.
  Та кивнула и оперлась о протянутую руку.
  Каждое движение давалось с трудом, но саламандра не собиралась обременять ректора ношением своего бренного тела.
  Лорд хмуро глянул на служителя, и тот тут же 'вспомнил' о кабинете администратора, где 'абсолютно никто не помешает господам'.
  Саламандра всячески скрывала боль, шла, закусив губу. В итоге даже прокусила его. Судя по недовольному сопению ректора, он всё видел. И точно, когда дошли до небольшой лесенки в три ступеньки, без спросу взял на руки. Без помощи рук отпер дверь и опустил ношу на стул, сам же остался стоять.
  Опечатав комнату и обезопасив её от подслушивания, ректор прислонился к стене и приподнял подбородок: слушаю.
  Малица подробно, стараясь не упустить ни слова, пересказала всё виденное и услышанное, поделилась соображениями насчёт Кристофа и Индиры.
  Лорд слушал, не перебивая. Выражение лица ровным счётом ни о чём не говорило: как было хмурым, так и осталось.
  - А нога? - когда саламандра замолчала, поинтересовался ректор.
  - Неудачно со стены спрыгнула, когда от гончих спасалась.
  - И вы так спокойно об этом говорите, Ирадос? - покачал головой ректор и наконец-то сел. Малица вздохнула с облегчением: неудобно разговаривать, когда собеседник стоит. - Это не шутки, и вам очень сильно повезло, что гончие не разодрали. На будущее: не повторяйте таких подвигов, идите к дежурному преподавателю.
  Саламандра покачала головой. Кто поручится, что этот самый преподаватель не в сговоре с тер Лисом? Да и кому поверят: адептке или проректору?
   - Вы мне верите, милорд? - Малица заглянула в лицо ректора.
  Каменная маска. Не поймёшь, накажет или поощрит.
  - Верю, - кивнул лорд.
  - Но... - саламандра опешила.
  Вот так сразу, без доказательств?
  - Удивлены? - ректор позволил себе лёгкую покровительственную усмешку. - Вы подтвердили мои мысли. Плюс ваша личность, Ирадос. Вы способны врать, выгораживая, а не обвиняя. Хорошее качество.
  Малица с облегчением выдохнула. Поверил!
  Лорд вытащил медальон связи и отошёл в угол небольшого, заваленного афишами кабинета, чтобы спокойно переговорить с нужными людьми. Первым ректор поставил в известность министра. Коротко, не посвящая в суть. Предательство, заговор. Затем на шипящем демоническом поговорил ещё с кем-то, периодически переходя на повышенные тона. Наконец, пришла очередь стражи и Академии. Проректора надлежало поместить под домашний арест до прибытия особистов и строжайше ограничить любые передвижения.
  Малица ожидала, убрав медальон связи, ректор тут же уйдёт, но тот отчего-то смотрел на неё. Пришлось вновь прикусить губу: нога жутко болела.
  - Позволите?
  - Что? - не поняла саламандра.
  Оказалось, осмотреть ногу.
  Малица воспротивилась. Проректор важнее, вдруг сбежит? Она честно-честно тут посидит, никуда не уйдёт.
  - Нога, Ирадос, - упрямо повторил лорд. - Не хватало ещё, чтобы сидели тут с переломом!
  Ректор опустился перед саламандрой на корточки и задрал подол. Пальцы бережно ощупали колено через чулок. Каждое прикосновение, как ни пытался лорд этого избежать, отдавалось болью.
  - Можете вытянуть ногу и положить мне на колено? - ректор тяжело вздохнул и покачал головой. - Как бегали-то? Перелом самый настоящий.
  С помощью лорда Малица придала конечности нужное положение и не стала противиться, когда с неё стянули чулок. Только щёки чуть порозовели: до этого ни один мужчина не трогал её выше колена. Даже по коже мурашки от смущения побежали.
  Ректор видел нервозность саламандры и постарался не испытывать её терпения. Даже не смотрел, на ощупь стянул подвязки. Но совсем не касаться бедра не получилось. Странно, в этом оказалась своя прелесть - мимолётное тепло девичьей кожи и щекотание кружев панталон. Интимное действо, которое, судя о реакции Малицы, никто прежде не совершал. Даже отвернулась, скрывая румянец.
  - Мне нужно чувствовать кость, - извинился ректор, отдав саламандре чулок и подвязку. - Понимаю, со стороны выглядит двусмысленно, но обстоятельства требуют. Лекаря в театре нет.
  - Я понимаю, - кивнула Малица, стыдливо спрятав предметы женского гардероба.
  Она так и сидела с задранной до бедра юбкой, а по коже бегали мурашки. Больная нога же покоилась на колене лорда. Ладно, Кристофера, но лорда ти Онеша! В голову сразу лезли всякие мысли.
  - И нет ничего позорного в смущении, - улыбнулся ректор, немного разрядив обстановку. - Наоборот, высокий моральный облик - плюс для адептки. А теперь потерпите, будет больно.
  Малица дала себе слово терпеть, но не сдержала. Саламандра шипела, до крови кусала губу и постыдно выла, пока лорд вправлял перелом. Ректор зафиксировал его магической нитью и попросил дать снятый чулок.
  - Лучше с подвязкой, чтобы крепче зафиксировать. Не бойтесь, не замёрзнете, там камин есть, сможете разжечь.
  - Там - это где, милорд? - осмелилась спросить Малица, протянув нужные вещи.
  На щеках по-прежнему играл стыдливый румянец, а сердце не желало дружить с дыханием.
  - Готово! - ректор аккуратно спустил ногу саламандры с колен.
  В это время в дверь требовательно постучались, и недовольный женский голос спросил:
  - Ариан, ты скоро?
  Малица вздрогнула и испуганно глянула на ректора. Точно, она ведь ему вечер в театре испортила. Там, за дверью, Алиса.
  - Всё в порядке, - не терпящим возражений тоном заверил ректор и снял с двери чары.
  Малица торопливо одёрнула юбку и обулась.
  Неприлично так перед мужчиной голыми ногами щеголять, да и Алиса наверняка решит, будто они вовсе не разговаривали. Саламандра бы сама так подумала, если б увидела любовника с полуголой девицей.
  Интересно, о чём думал, когда уже после лечения ногу осмотрел? Скользнул взглядом от бедра до пальчиков. Малице хотелось верить, о том, что у неё красивые ноги, а не о повязке.
  Алиса ворвалась в комнату, словно, ураган, принюхалась и пристально уставилась на саламандру. Та вежливо поздоровалась и попыталась встать, но ректор красноречиво качнул головой. Пришлось сидеть и буравить взглядом пол.
  - Чем вы тут занимаетесь? - Алиса продолжала принюхиваться.
  - Ты ведёшь себя некрасиво, - поморщился лорд. - Ревность всегда некрасива. Напоминаю, Малица тер Ирадос - адептка моей Академией, значит, имеет право на мою защиту.
  - И отчего же ты собрался её защищать?
  Раскрытый веер на время скрыл лицо Алисы.
  От неё пахло дорогими духами. Малица знала, сколько они стоили, и теперь завистливо принюхивалась. Наверняка подарок. Везёт же некоторым! Интересно, чем эта Алиса занимается? Чутьё подсказывало, не работает, не позволил бы ректор своей любовнице работать. У демонов с этим строго: любимую женщину содержат.
  - Возвращайся в ложу, - ректор начинал сердиться. - Приду, расскажу, если сочту нужным.
  - Так ты придёшь? - ядовито прошипела Алиса.
  Ответом стал ледяной взгляд. Оборотница тут же присмирела, извинилась и ушла. Даже оборачиваться, чтобы погрозить саламандре, не стала.
  - Простите её, Ирадос, полнолунье скоро, - лорд запер дверь. - Плюс обоснованное сожаление об испорченном вечере.
  Малица тяжко вздохнула и опустила голову.
  - Ругать будете? - упавшим голосом поинтересовалась она.
  - Нет. Время, Ирадос! - напомнил ректор и сотворил портал.
  Саламандра скривилась.
  'Время, Ирадос!' Зачем тогда с ногой возился? Подумаешь, перелом? Закинул в лазарет, пусть разбираются.
  Портал вывел в рабочий кабинет ректора. Тот наскоро зажёг магический шар и оставил Малицу одну, строго настрого запретив покидать комнату. Оставалось надеяться, тер Лис не успел подобрать ключей к защите ректорского кабинета. Опыт Кристофа подсказывал, взломать можно практически любые печати.
  Саламандра кое-как доковыляла до камина и разожгла огонь. В кабинете сразу стало уютнее.
  Взгляд упал на шкуру. Хотелось присесть на неё, подставить руки пламени, но никак: несгибающаяся нога не даёт.
  Снова полыхнул портал, и Малица инстинктивно сотворила огненный кинжал.
  - Свои, Ирадос, - с лёгким смешком ответил ректор и кинул в кресло у камина плед. - Забирайтесь и сидите. Постараюсь быстро. Потом отправитесь в лазарет. Допросы завтра.
  Сильные руки подхватили под мышки и водрузили в кресло, после чего лорд снова исчез, на этот раз надолго.
  Саламандра прижалась щекой к спинке и задумалась. Её волновала судьба друзей. Совсем не в такт мыслям мирно потрескивал огонь.
  Время шло, ректор всё не появлялся, и градус беспокойства только увеличивался. Несмотря на пламя в крови, пылающий камин и плед, стало холодно.
  Малица злилась на то, что ничего не может сделать. Даже к окну подойти - проблема. И угораздило же её сломать ногу! Лорд залечил, зафиксировал, но саламандре ещё долго пропускать занятия по физподготовке.
  Едва заметная пульсация магического шара раздражала, и Малица предпочла и вовсе его погасить, свернулась комочком, насколько позволяла нога, в кресле и не заметила, как задремала.
  
  Сквозь сон доносились приглушённые голоса:
  - Осторожнее, вот сюда переложите.
  'Кого переложить?' - лениво, не открывая глаз, подумала Малица. Оказалось - её.
  В нос ударил запах лекарств, и саламандра поняла: она в лазарете.
  Сон медленно отступал, мир наполнялся звуками. Слишком шумно для ночи, значит, уже утро. Или ректор поставил на ноги всю Академию.
  Веки неохотно разлепились, и саламандра с сожалением поняла: она действительно заснула и провела всю ночь в ректорском кабинете. И не он перенёс её в лазарет, а Нортон. Бывший староста стоял в изголовье и о чём-то шептался с деловитой эльфийкой - местной лекарицей. Напрягшись, Малица даже вспомнила её имя - Лаурель. Госпожа Лаурель. Сколько ей лет, никто доподлинно не знал, выглядела эльфийка всегда на двадцать, хотя воспитала уже не одно поколение целителей.
  Заметив, что Малица очнулась, оба перестали разговаривать. Нортон тут же спросил, как она себя чувствует, госпожа Лаурель же холодно поинтересовалась, может ли саламандра принять посетителей.
  - Каких посетителей?
  Жёсткая больничная койка натирала бока, хотелось скорее встать или сменить её на свою общежитскую, но специальная фиксирующая нить лишала свободы передвижения.
  - Королевского дознавателя.
  В горле пересохло.
  Дознаватель - птица высокого полёта, занимается только серьёзными делами. Все прочие - в компетенции стражи или Особой службы. Значит, Малица не ошиблась, проректор действительно участвовал в заговоре.
  - Хорошо, я приму его, - саламандра спешно осмотрела себя и с облегчением выдохнула: не в ночной рубашке с рюшечками, а в платье. - Только можно я сяду?
  - Нет, - безапелляционно ответила госпожа Лаурель. - Шесть часов полного покоя, иначе я не ручаюсь за результат. И второй раз накладывать стазис не стану.
  Саламандра вздохнула. Похоже, перелом лечили магией, раз так, двигаться действительно нельзя, чтобы не разрушить чары. То-то нога горячая и чешется: кости срастаются. Зато через обещанные шесть часов Малица сможет бегать. Мучения стоят свеч.
  Нортон одними губами шепнул: 'Удачи!' и бочком проскользнул к выходу. Саламандру приятно обрадовало, что он больше на неё не сердился: Малица не любила заводить врагов. О давнем обещании помнила, хотя заводить с бывшим старостой серьёзных отношений не собиралась. Она ему нравилась, он ей - не более, чем многие. Да и осталась ли привязанность Нортона? Наказание нанесло по ней сильный удар.
  Госпожа Лаурель задержалась, проверила, не потревожены ли фиксирующие нити, и ушла, строго-настрого запретив ворочаться.
  Малица пригладила волосы и приготовилась принять важного гостя.
  Дознаватель вошёл быстрой, стремительной походкой, едва не вышибив дверь. Несчастная отлетела к стене и пару раз хлопнула, пока не замерла.
  Высокий плотный мужчина с колючим взглядом. По виду он напоминал оборотня: нечто звериное в лице, повадках, движениях. А, может, дознаватель и принадлежал к этой расе: в Империи раздольях высокие должности могли занимать не только люди, а при расследовании сложных дел нюх оборотня не заменим.
  Следом, явно не одобряя поведение посетителя, вошёл декан, кивнул Малице и устроился у окна. Единственный стул оставил для дознавателя.
  - Адептка Ирадос, вы как несовершеннолетняя не можете отвечать на вопросы без присутствия родных или представителей учебного заведения, в котором обучаетесь, - Лоран Марвил, крупный плотный мужчина за сорок, как всегда, говорил сухо и официально. - Я прослежу за тем, чтобы допрос вёлся по всем правилам. Вы не возражаете?
  Малица покачала головой и в который раз порадовалась, что её не переодели в ночную рубашку.
  Дознаватель обежал взглядом палату, будто не замечая насупленного декана, пододвинул к кровати стул и, игнорируя правила приличия, оседлал, подперев голову руками.
  - Малица тер Ирадос? - голос звучал хрипловато.
  Определённо, оборотень.
  - Леди тер Ирадос, - поправила обиженная фамильярностью саламандра.
  Пусть её родители не знатные, без титула, но дворяне.
  - Госпожа тер Ирадос, - внёс свои коррективы дознаватель.
  По сути он прав, формально Малица лишь госпожа, леди считалась её мать. Но ведь и леди не ошибка.
  Саламандра кивнула. Пусть так, не стоит спорить из-за обращения.
  - Люций Арс, - представился дознаватель.
  - А дальше? - осмелев, спросила Малица.
  Мужчина удивлённо приподнял бровь и лениво добавил:
  - Дознаватель его императорского величества, но это и так известно. Вам ведь доложили о моём приходе?
  Саламандра кивнула.
  Нет, она спрашивала совсем о другом. Люций Арс не простолюдин: слишком наглый, уверенный, привыкший к повиновению. Значит, раз нет указания на принадлежность к первому сословию в фамилии, дознаватель умолчал о статусе в клане, роде или стае.
  - Что-то ещё? - от дознавателя ничего не скроешь.
  - Вы оборотень? - напрямик поинтересовалась Малица.
  - Имеете что-то против?
  Даже не подобрался, не насторожился. Уверен в собственном превосходстве.
  Малица покачала головой, и допрос начался.
  Саламандра подробно рассказала о дружеских посиделках на башне, о проректоре, причинах, заставившим за ним проследить, разговоре с лордом шан Теоном и бегстве от призрачных гончих. Дознаватель слушал, не перебивая и ничего не записывая. Ну да, оборотням не нужно, у них отменная память.
  - Всё это замечательно, госпожа, но на слово в таких делах никому не веришь. Слишком у вас всё складно и слишком велико желание в силу некоторых причин опорочить достойных людей.
  Господин Арс поднялся и навис над саламандрой. Той стало страшно. На миг показалось, будто дознаватель вцепится в горло. Но он лишь буравил взглядом, будто силился проникнуть в душу. Холодным волчьим взглядом
  - Вам не кажется, это слишком? - подал голос декан. - Адептка Ирадос не обвиняемая, подобные методы запрещены.
  Дознаватель лишь отмахнулся и попросил не мешать.
  - Как вы объясните то, что на лице достопочтимого лорда Эльмира шан Теона, тайного советника императора Закрытой империи нет ни ожогов, ни шрамов? - вопрос прозвучал как удар бича.
  Малица на мгновение задумалась, а потом выдала логичное объяснение:
  - Потому что это легко лечится магией.
  Дознаватель чуть заметно усмехнулся.
  - По-вашему, милорд проделал это за пять минут?
  - Почему за пять минут? - удивилась саламандра. - За ночь.
  - Увы, ночью на нём не было маски, скрыть подобное увечье не удалось бы, - господин Арс окончательно запутал Малицу. - Значит, вы оговорили важного гостя.
  - Этого гостя выслали из страны, - напомнила саламандра, теряя терпение.
  Дознаватель ей не верил и даже не думал этого скрывать. Играл на стороне вампира? Вдруг он сейчас её похитит? Но вместо этого господин Арс равнодушно сообщил, что сейчас наложит на Малицу заклятие правды.
  - Предупреждаю, любая, пусть даже самая крошечная ложь, обернётся болью.
  Саламандра кивнула, декан, скрепя сердцем, тоже дал согласие.
  Малица недоумевая, зачем оборотню подобное заклинание. Он и так давно знает, лжёт ли свидетельница: по запаху. Когда говоришь неправду, всегда нервничаешь, значит, иначе дышишь или потеешь.
  Дознаватель склонился над Малицей и, не мигая, уставился в глаза. Зрачки его постепенно исчезли, оставив только радужку.
  - Mai-rr-ina! - произнёс господин Арс и провёл рукой перед лицом испуганной саламандры.
  По телу пробежала судорога. Оно на миг заледенело, а потом стало прежним, живым.
  Дознаватель довольно кивнул и моргнул, вернув глазам нормальный вид.
  - Не бойтесь, госпожа Ирадос, издержки профессии. Потом привыкнете.
  - Привыкну? К чему? - испуганно переспросила Малица.
  - Маги часто имеют дело с дознавателями. Итак, правду ли вы рассказали? У меня нет времени задавать вопросы.
  Саламандра кивнула и заверила, она говорила правду.
  - Испытываете ли вы личную неприязнь к Нейлу лан Тарро тер Лису? Например, за непоставленный зачёт, отвергнутые чувства.
  Малица нервно фыркнула. Отвергнутые чувства? Это чьи, её?
  - Нет, конечно! Я подозреваю его в измене и только.
  - Вы что-то утаили?
  - Нет.
  Тело ни разу не отозвалось болью, значит, саламандра не лгала.
  Дознаватель довольно кивнул и снял заклинание. После протянул лист бумаги и самопищущее перо.
  Малица нахмурилась. Подписывать пустоту она не собиралась.
  - Ваши показания, госпожа.
  Щелчок пальцев, и лист испестрили строки. Саламандра вчиталась: действительно, её слова.
  - Отлично! - получив подпись, господин Арс заметно приободрился. - Ещё увидимся, госпожа Ирадос.
  - И напоследок, - дознаватель обернулся в дверях, смерив Малицу тяжёлым взглядом, - не покидайте город. Вы не под домашним арестом, но проходите важным свидетелем.
  Саламандра пообещала и перевела дух: господин Арс оставил её в покое. Вслед за ним вышел и декан, во время допроса исполнявший роль молчаливого наблюдателя. Он тоже поставил подпись на протоколе, добавив фразу: 'Записано со слов Малицы тер Ирадос верно'.
  В палату бочком просочился Кристоф. Выглядел он несколько помятым, зато живой.
  - Ушёл? - юноша покосился на дверь. - Целых два часа мучил!
  Речь, разумеется, шла о дознавателе, а не декане. Кристофу пришлось остаться с ним один на один, так как совершеннолетие юноша уже справил.
  - А Индиру? - Малица похлопала по кровати, предлагая сесть рядом.
  Кристоф потупился и отошёл к окну, сделав вид, будто заинтересовался дорожками парка.
  - Крис? - забеспокоившись, позвала саламандра.
  У неё засосало под ложечкой от дурного предчувствия.
  - Она хотя бы жива? - охрипшим, срывающимся голосом спросила Малица.
  Будущий демонолог молчал, и от этого страх стал липким, осязаемым. Будто дух смерти пробрался в палату и заключил в объятия.
  - Кристоф! - не выдержав, визгливо крикнула Малица.
  - Не знаю я! - испуганно выпалил юноша, не ожидавший такой реакции. - Её тер Лис нашёл. Во всяком случае, откуда ещё он узнал о том, что мы ректора ищем? Я сам едва не попался, с трудом спрятался.
  Значит, не просто так кружил дракон над городом, действительно искал Малицу. И, конечно, тер Лис сбежал, раз Индира пропала.
  Догадки подтвердил Кристоф.
  - Быстро вещи собрал и ушёл порталом. Отследить не удалось: потом перекинулся.
  Малица выразила эмоции одним словом. И пусть девушкам не положено, иногда можно и нужно.
  - Ты-то как? - Кристоф сменил тему, стремясь отвлечь от грустных мыслей. - Индиру найдут, не беспокойся. Сам ректор ищет.
  Саламандра кивнула и на мгновение прикрыла глаза.
  Куда же она ввязалась и, самое главное, как отсюда выбираться?
  
   Авторский полный вариант на Фейсовете.
Оценка: 6.36*455  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Сокол "На неведомых тропинках.Шаг в темноту" М.Комарова "Со змеем на плече" И.Эльба, Т.Осинская "Маша и МЕДВЕДИ" В.Чернованова "Колдун моей мечты" М.Сакрытина "Слушаю и повинуюсь" С.Наумова, М.Дубинина "Академия-фантом" Т.Сотер "Факультет прикладной магии.Простые вещи" Д.Кузнецова "Кошачья гордость,волчья честь" Г.Гончарова "Полудемон.Месть принцессы" А.Одинцова "Любовь и мафия" С.Ушкова "Связанные одной смертью" М.Лазарева "Фрейлина специального назначения" А.Дорн "Институт моих кошмаров.Здесь водятся драконы" В.Южная "Мой враг,моя любимая" С.Бакшеев "Опасная улика" В.Макей "Ад во мне"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"