Романовская Ольга: другие произведения.

Бокал эльфийского

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
  • Аннотация:
    За обложку спасибо Кобелевой Светлане. Хотелось незатейливого и без "обоснуя". Текст выложен не полностью. Подробности.
    Приворотное зелье - вещь коварная и счастья не гарантирует. А уж если тот, кому его подлили, взглянул не на того человека, и вовсе беда. Но беда, как известно, не приходит одна, а судьба любит спутать все планы. Вот и Лара Даш не предполагала, какую цепочку событий начнёт её приворотное зелье.

   Ознакомительный отрывок (примерно половина текста) представлен на моей авторской странице. Книги Ольги Романовской на ПродаМане Там же есть информация о покупке полной версии.
Бокал эльфийского

  Пролог
  
  За окном кружился снег, мороз рисовал затейливые узоры на стекле, а здесь, в тиши кабинета, царило тепло. Уютно потрескивал камин, вспыхивали и гасли искорки угольков, будто светился изнутри затейливый экран с птицей Феникс. Не хватало только пушистого ковра с длинным ворсом и бутылки вина, но первый вытерся, а последнюю некому было распить.
  У ножек порывисто отодвинутого кресла валялась волчья шкура. Ещё одна, такая же, лежала на небольшом диванчике. По ней рассыпалась пряжа. Корзинка для рукоделия притаилась между диванчиком и стеной - каменной, крепкой и холодной.
  На столе валялся надорванный конверт. На нём ровным почерком неизвестный отправитель вывел всего одну букву - 'Э'. Поверх - записка на дорогой, гербовой бумаге. Белый лист бумаги с коротким посланием: 'Прости и не ищи. Я решилась'.
  И никого, ни единой живой души.
  Порыв ветра распахнул незапертую входную дверь. Даже здесь, на втором этаже, слышался её глухой мерный стук. Никто не спешил запереть засов, и ветер заносил снегом прихожую двухэтажного дома с мезонином посреди полей.
  С одной стороны - лес, с другой - скалистый берег, каждое лето собиравший колонии чаек.
  Дом окружал сад. От порога до ограды тянулась цепочка следов. Она терялась посреди белого безмолвия - песчинка в море.
  Человек с фонарём в руке упрямо брёл вперёд, надеясь разглядеть на горизонте знакомую фигуру. Увы, тщетно, зима и ночь поглотили её, как до этого смерть поглощала селян.
  - Айрин! - в который раз ветер унёс отчаянный крик. - Айрин!
  С каждым разом всё громче, но она не слышала, её здесь не было. Однако хозяин дома не сдавался. Его не пугал мороз, не страшила дурная слава этих мест. Он давно не боялся ночи, да и, ничего на свете, кроме одного - потерять Айрин. И вот этот миг настал, и он оказался не готов к нему. Лучше бы самому пропасть, лучше бы самому пойти по лыжной тропе! Почему, почему он поверил и отпустил Айрин? Отпустил, чтобы потом найти письмо и навек потерять. Время жестоко и не желает поворачиваться вспять. И мужчине с фонарём оставалось только устало брести по снегу, повторяя имя Айрин, и надеяться, однажды, вернувшись, заклинание обдаст щёку теплом, а не холодом.
  Камин в гостиной всё так же горел, а на диванчике лежали нити, помнившие мягкость женских пальцев.
  
  Глава 1.
  
  Лара вздохнула и проводила глазами удаляющую спину. Валентайн вновь не заметил новый, специально купленный под цвет его глаз шарфик, не среагировал на духи, которые, по заверению продавщицы, привлекали мужчин, как огонь мотыльков. Гоблинша соврала, продала обычную пахучую водичку. А декан... Декан даже не заметил скромную младшую преподавательницу рунических шрифтов. Оно и понятно: не светило науки, заштатная 'шестёрка' любой кафедры.
  Иногда Лару посещали шальные мысли: не прогулять ли занятия, не напиться ли с утра вишнёвой настойки, чтобы Валентайн Сарен вызвал её 'на ковёр'? Останавливала боязнь потерять работу, и госпоже Даш приходилось вздыхать издалека, обнимая по ночам подушку, мечтать о зелёных глазах и необыкновенно ловких руках. То, что они ловкие, Лара знала доподлинно. Декан факультета Классической магии Университета тонких материй и созидания сущностей обучал студентов Моторике чароплётства, и все преподаватели хоть раз, да видели, как тот сплетал сложные узоры в воздухе, пробуждая к жизни древние заклинания. Именно на семинаре по моторике Лара и влюбилась в начальника. Так уж случилось, она болела, когда Валентайна Сарена назначили на пост главы факультета вместо ушедшего на пенсию профессора Номена. Поговаривали, будто честолюбивый Валентайн недолго задержится на столь скромном месте и вскоре займёт кабинет проректора.
  До прошлого февраля никто в Университете не слышал о зелёноглазом шатене. Жили себе спокойно и, что скрывать, надеялись занять кресло Номена. Старшие преподаватели обзаводились сторонниками и всячески пытались доказать, что именно они достойны должности декана. Но, увы, она досталась стороннему человеку, назначенному, по словам ректора, чтобы повысить эффективность обучения.
  В первый же день Валентайн устроил проверку знаний подчинённых, остался недоволен и устроил тот самый семинар. Лара попала на него случайно: зашла вернуть коллеге раритетную методичку - и пропала. Стояла, не дыша, у двери и смотрела то на глаза, то на руки. А когда Валентайн обернулся, поторопив Лару: либо сюда, либо обратно, и вовсе едва не онемела.
  Прозвенел звонок, начались занятия.
  Лара осталась одна посредине длинного унылого коридора. Её лекции через полтора часа, можно не торопиться. Самое время запить очередное поражение чашкой кофе с пирожными, но Ларе не хотелось проигрывать. Хватит! Родилась низенькой и полноватой да ещё с веснушками, с боем поступила в Университет, в который не желали брать без рекомендаций, закончила аспирантуру - и вот уже семь лет намертво застряла на должности младшего преподавателя скучнейшего предмета. Перспектив никаких, даже если напишешь парочку отличных статей. Но если не везёт в жизни, то должно повезти в любви.
  Задумавшись, Лара покосилась на дверь лаборатории в конце коридора. Шальная мысль посетила вчера, во время очередного ночного бдения. Да, противозаконно, да, рискованно, но так желанно! Всего одно заклинание - и Валентайн Сарен будет навеки принадлежать ей, Ларе Даш. Пусть только заметит, а уж она сумеет удержать, когда развеется действие чар.
  Безусловно, если узнают, Лару не только со скандалом уволят, но и лишат диплома мага, однако соблазн столь силён...
  Снова вспомнились зелёные глаза Валентайна, его высокие скулы, стройная, подтянутая фигура в идеально сидящем пиджаке, спокойный глубокий голос и многочисленные попытки услышать хоть один комплимент в свой адрес. Даже троллиха Зария, отвечавшая за своевременную закупку ингредиентов зелий и составление расписания, и то удостоилась взгляда декана. Да что там - он с ней беседовал! А Лару нарочито не замечал. Подаёшь Валентайну ведомости - сухо поблагодарит и всё, даже не заметит. А ведь Лара не 'серая мышь', на университетских балах не стоит у стеночки, заедая горе мороженым. Пусть не ослепительная красавица, пусть не блондинка, но рыженькие, они гораздо лучше.
  Тяжело вздохнув, Лара побрела по коридору с твёрдым намерением нанести вред фигуре. Да, она с таким трудом похудела, но повод весомый - личная драма.
  Ноги сами остановились у дверей лаборатории. Лара задумчиво дёрнула за ручку - заперта. Уйти бы, но госпожа Даш осталась. Убедившись, что никто не видит, коснулась преподавательской пластиной замка. Тот вспыхнул, щёлкнул, и дверь распахнулась. Лара бочком протиснулась в образовавшуюся щель и вновь коснулась пластиной замка. Всё, дверь заперта.
  Лаборантка содержала всё в идеальном порядке, Лара без труда отыскала необходимые ингредиенты и посуду. Освещения хватало, поэтому зажигать светильники не стала.
  Помедлив миг, Лара глубоко вздохнула и закатала рукава.
  Ровным светом вспыхнула спиртовая горелка, заструилась в колбу родниковая вода.
  - Две щепотки цветков фиалок, хвост рогатой ящерицы на кончике ножа, унция аспарагуса, четыре волоска из хвоста единорога... - бормотала Лара, тщательно взвешивая на аптекарских весах ингредиенты и по очереди добавляя в кипящую жидкость.
  Госпожа Даш волновалась, но старалась не думать о наказании.
  Приворотное зелье в Университете не преподавали, но его состав знала каждая студентка, хоть раз заглянувшая в библиотеку за Энциклопедией заклинаний. Пальцы неизменно открывали заветную страницу и переписывали рецепт. Применить его на практике удавалось единицам: зелье требовало неукоснительного соблюдения пропорций и хорошей магической подготовки.
  Лара самодовольно улыбалась, наблюдая, как жидкость медленно меняет цвет с коричневого на золотистый. Пусть и дальше думают, будто госпожа Даш способна только чертить палочки на грифельной доске. Да если на то пошло, Лара могла заменить двух преподавателей практических дисциплин с кафедры. Во всяком случае, она так полагала.
  Волнение ушло, пришла уверенность в правильности собственных действий.
  Едва заметное облачко, поднявшееся над колбой, подсказало - время произносить заклинание. Без него составляющие зелья не сцепятся, распадутся уже через час.
  - Ellarё mayç kā!
  Золотистая жидкость вспенилась, грозясь выплеснуться и залить горелку, но тут же послушно опала, успокоилась и во второй раз изменила цвет. Казалось, в колбе обычная вода, только лёгкий, едва заметный запах выдавал - перед вами зелье. Пройдёт пара минут, и он выветрится.
  Лара прислушалась: померещились шаги. Госпожа Даш быстро перелила содержимое колбы в пузырёк и спрятала в декольте. Могла бы и в сумку, но побоялась: можно случайно вытащить вместе с кошельком и бумагами.
  Оставалась самая малость - подлить зелье Валентайну и оказаться первой, кого он увидит.
  Нетерпеливо задёргалась дверная ручка.
  Лара испуганно потушила горелку и заметалась по лаборатории, расставляя банки с мешочками по местам. Убрать всё не успела и юркнула под стол, надеясь, спрятаться от посторонних глаз за заборчиком кафедры.
  В лабораторию вошла сухонькая ведьма - преподавательница зельеварения. Она принюхалась и подозрительно покосилась на горелку.
  Сердце Лары, казалось, пробьёт грудную клетку. Ведьму не проведёшь, она безошибочно определит, какое зелье варили. Амара же и вовсе потомственная, ей знания с молоком матери передались.
  Лара понимала, терять нечего, поэтому поползла к двери лаборантской, надеясь выбраться на служебную лестницу - запасной выход из аудитории. Его наличия неукоснительно требовало министерство после неприятного случая в одном из учебных заведений. Тогда взорвалось какое-то зелье, и юная преподавательница оказалась отрезана от двери стеной огня.
  Ведьма наморщила нос и решительно направилась к кафедре.
  Испуганная Лара набросила на себя 'отведи глаз' и стрелой метнулась в лаборантскую.
  Хлопнула дверь.
  Лара провела рукой по вспотевшему лбу и поспешила вниз, подальше от лаборатории.
  Весь оставшийся день прошёл в страхе. Приготовленное зелье огнём жгло грудь. Но, видимо, ведьма решила, будто баловался кто-то из студентов, и не придала этому особого значения. Во всяком случае, в преподавательской тема зельеварения не поднималась.
  Лара воспрянула духом и решила завтра же привести в исполнение нехитрый план. Она собиралась прийти пораньше, пробраться в кабинет декана и подлить приворотное зелье в заварной чайник. А после... После Лара сделает всё, чтобы оказаться первой, кого увидит Валентайн. И не просто увидит, а влюбится на всю оставшуюся жизнь.
  После занятий Лара пробежалась по лавкам, чтобы предстать перед деканом во всей красе. Она потратила добрую половину заплаты на платье, кружевное бельё (так далеко госпожа Даш заходить не собиралась, но разве наденешь под шёлк простой лён?), духи и красоту лица. Раньше Лара стороной обходила заманчивые вывески эльфийских целителей: слишком дорого, а теперь с радостью рассталась с бешеной суммой. Зато волосы сияли перламутровым блеском, веснушки исчезли, а кожа будто светилась изнутри. Ларе казалось, будто даже грудь стала пышнее, а рост выше. Во всяком случае, зеркало в кабинете целителя отразило совсем не ту девушку, которая часом ранее легла на застланный белым полотном стол.
  Оставалось только придумать повод для разительных изменений: коллеги обязательно обратят внимания и засыплют вопросами. Избежать их не получится, а промолчать - себе дороже. Сразу пойдут сплетни, а если ещё зелье сработает, маги быстро достроят логическую цепочку.
  Вернувшись в скромную квартирку на третьем этаже доходного дома, Лара пришла к выводу, что с зельем нужно обождать. В кабинет декана не пробраться просто так, да и чтобы не попасться, нужно всё хорошо продумать.
  Лара сгрузила покупки на покрытую синим покрывалом кровать. Яркие свёртки не вязались с простотой обстановки. У Лары даже шкафа не было, свой нехитрый гардероб она хранила в комоде.
  Квартира маленькая, всего одна комната с кухней. Окна выходят во двор - так дешевле. Зато соседи тихие, никто не мешает работать по ночам: Ларе иногда приходилось засиживаться с проверкой рефератов. Кроме того, на неё, как и на прочих младших преподавателей, сваливали то, что старшие коллеги делать не желали. Например, подготовку списка литературы для абитуриентов или написание рецензии на только что вышедший научный труд. Декан давал поручения всей кафедре, а отдувались всего несколько человек. Вот и сейчас на столе валялась гора старых методичек. Лара с тоской покосилась на них и решительно убрала в ящик. Не сегодня.
  Пузырёк с приворотным зельем госпожа Даш поставила на прикроватный столик и пару минут с замиранием сердца любовалась игрой света на гранях стекла. Затем открыла окно и подставила лицо закатному солнцу. До Лары долетал приглушённый гул вечерней жизни Альды: ржание лошадей, смех, музыка. Десятки горожан сейчас веселились, танцевали и пили вино в многочисленных тавернах и ресторанчиках, целовались в тени подворотен, назначали свидания, прижимали к груди зачарованные от увядания розы, а она, госпожа Даш, в одиночестве взирала на дворовый флигель. Черепичную крышу венчал флюгер в виде дракона. Сегодня его голова указывала на восток.
  Ничего, совсем скоро Лара перестанет вздыхать и, сияя от обращённых на неё завистливых взглядов, войдет в двери лучшего заведения Альды под руку с Валентайном Сареном.
  В ту ночь Ларе снился зеленоглазый декан. Он улыбался и что-то нежно шептал.
  
  * * *
  
  Утро умыло город дождём. Капли скользили по стеклу, оставляя после себя извилистые дорожки. Дома нахохлились, воздух набух от влаги. И так не яркая, Альда превратилась в холст из десятков оттенков серого и коричневого, только черепичные крыши красными блестящими пятнами разбавляли унылую картину.
  Сетуя на погоду: новые туфли на высоком каблучке могут промокнуть и потерять форму, Лара спешила в Университет. До начала занятий два часа, но вдруг Валентайн приходит загодя?
  Прошедший вечер Лара провела в Публичной библиотеке. Результатом стала усовершенствованная пластина допуска. Лара надеялась, такая сумеет открыть дверь кабинета Валентайна. Если нет, всё пропало, и приворотное зелье можно смело вылить в женском туалете. Но Лара верила в свою звезду и в руны, которые скроют погрешности в колдовстве. Взлом - дело тонкое и, увы, громкое, поэтому меры предосторожности необходимы. Пара символов - и вокруг образуется полог тишины.
  Улицы дремали: горожане предпочитали видеть сны в тёплых постелях, а не гулять под дождём в утренних сумерках. Припозднившиеся гуляки возвращались в наёмных экипажах, а фонарщики, традиционно встречавшие рассвет на улицах, гасили светильники. Всем им не было никакого дела до Лары.
  Зевая, госпожа Даш старательно обходила лужи. По сторонам старалась не смотреть: вдруг попадётся на глаза знакомым, завяжется разговор, и она упустит драгоценное время. Кое-кто из коллег вполне мог кутить до утра: не все преподаватели бедны и не все ночуют у себя дома.
  Серость унылого утра разбавляли воспоминания о зелени глаз. Они будто изумруды - так же переливаются на свету. Глубокие, как морская вода, сочные, как трава.
  Внутри Лары растеклась истома: вспомнился голос Валентайна Сарена. Кажется, лучше него не существовало на свете. Голос Валентайна завораживал, Лара, как мотылёк, летела на него и с трепещущим сердцем ждала, вдруг ей скажут хоть слово. Четыре месяца безумия, четыре месяца сладостных снов и горьких пробуждений. Не пара, Лара понимала, не пара она Валентайну Сарену, но сердце твердило иное. Оно не желало слышать голоса разума, и Лара плыла по течению, подхваченная водоворотом наваждения.
  Увлечение проходит, любовь остаётся. Если с каждым днём всё больше думаешь о человеке, если всё бы отдала за один ласковый взгляд, может ли это оказаться ошибкой? Лара вздохнула и в который раз проверила, захватила ли пузырёк с приворотным зельем. Ничего страшного, она всего лишь поможет любимому заметить себя.
  Строя планы на дальнейшую счастливую и долгую жизнь с зелёноглазым шатеном, пусть и вне стен Университета, Лара добежала до ажурной ограды. Заходить через главный вход не собиралась: привратник запомнит, поэтому обошла учебные корпуса и проскользнула к хозяйственным воротам. Они выходили на тихую боковую улочку, застроенную двухэтажными домами. На каждом - щит с каким-то изображением. Раньше здесь селились именитые горожане, а теперь тоже сдавали квартиры внаём. Чаще всего тем, кто работал или преподавал в Университете: никто больше не соглашался соседствовать с шумными студентами. Общежитие - вот оно, совсем рядом, за оградой, и вырвавшиеся из-под родительской опеки будущие маги частенько устраивали фейерверки и шумные вечеринки.
  Лара, к сожалению, не могла позволить себе жильё вблизи от учебных корпусов. Она копила на собственный дом, а квартиры тут стоили дорого, ничего не отложишь. Апартаменты занимали целый этаж, плюс хозяева брали доплату за историю жилища: чем старше и известнее особнячок, тем дороже. Самым престижным считался четвёртый по счёту, с единорогом. Там жил профессор соседнего факультета с сестрой, женой и двумя дочерями.
  Главные ворота Университета выходили на центральный бульвар Альды - излюбленное место прогулок парочек и 'выгула' нарядов модниц. Здесь, в тени каштанов, зазывали к себе вывески лучших лавок и двери самых дорогих рестораций.
  Лара, словно вор, миновала опасный участок и, переждав за бочкой для сбора дождевой воды, пока проедет молочник, подошла к воротам. Пластина сработала на славу: замок щёлкнул, и пропустил госпожу Даш на территорию Университета.
  Дождь усиливался, будто подгоняя.
  Водостоки гудели, выплёскивая потоки воды в специальные желоба, проложенные вдоль стен. Из них влага уходила под землю через сложную систему канализации.
  Кирпичные стены учебных корпусов покрылись тёмными подтёками; неприязненно и хмуро смотрели зашторенные глазницы окон.
  На песчаных дорожках ни души, хотя в столовую, судя по свежему следу колёс, уже завезли продукты. Что ж, пока судьба благоволила к Ларе. Она крадучись пробралась к зданию родного факультета, сложила зонт и вошла. Как непривычно тихо! Кажется, шаги гулким эхом разносятся по всему зданию.
  Магические светильники не горели, и, поколебавшись, Лара зажгла их: тяжело подниматься по лестнице, ничего не видя. Можно, конечно, сотворить портативный огонёк, но зачем тратить время? Лучше спокойно подняться, а потом хлопком погасить свет.
  Возле кабинета декана накатила волна паники, но Лара успешно справилась с ней, достала мелок и принялась за работу. Вязь рун быстро покрыла дверь и притолоку. Теперь, даже вздумай Лара кричать, никто не услышит.
  Пластина со второй попытки справилась с замком. Он оказался несколько сложнее, чем предполагала Лара, пришлось внести ряд изменений в заклинание.
  Госпожа Даш занесла было ногу через порог, но тут заметила лужицу воды на полу. Несомненно, она натекла с одежды. Лара поспешила высушить её, проверила, не осталось ли ещё мокрых следов в коридоре: по ним легко вычислить личность взломщицы, и вернулась к кабинету. Быстро проскользнула в него и захлопнула дверь.
  Пару минут Лара просто стояла на пороге, млея от запаха горького парфюма, которым пропиталась комната. Не удержавшись, любовно погладила кожаное кресло, подержала в ладонях ручку из драконьего зуба. Её касались пальцы Валентайна, одно это делало вещь бесценной. Ручку подарили декану коллеги, желая выказать своё расположение. Тот в ответ хмыкнул, не поверив ни единому слову, но взял. Теперь подписывал ручкой приказы.
  Драконий зуб ценился дороже золота. Вещи из него стоили баснословно дорого. А если зуб выпал сам, то и вовсе считался раритетом.
  Лару отрезвил взгляд на часы. Засуетившись, она достала из сумки бутылочку с зельем и подняла крышку заварочного чайника. Он стоял на столе, на специальной малахитовой подставке. Настоящий лоретский фарфор ручной росписи. На белом поле расцвели цветы - алые маки и хрупкие жёлтые мимозы. Странный выбор для мужчины, но, может, тоже подарок.
  Чай Валентайн заваривал сам. Не обычный - высокогорный, с примесью лепестков и сушёных трав. Никто, кроме декана, к чайнику не прикасался: тот по неведомой причине трепетно относился к данному предмету. Теперь, задумавшись, Лара уверилась - точно подарок. И не просто подарок, а от близкого человека.
  В самый ответственный момент руки предательски задрожали, и Лара едва не расплескала зелье. Хорошо не успела открыть, а то пролила бы. Промелькнула мысль: правильно ли она поступает, не коверкает ли чужую жизнь? Любовь - настолько тонкое чувство, дар свыше, поцелуй Небес... 'Но ведь и я заслужила счастье, - успокоила совесть Лара. - Я же не веду в Храм, не подчиняю себе. Зелье не способно сломить чужую волю, оно всего лишь вызывает временное помутнение. А после Валентайн выберет сам. Разве слепому не открывают глаза?'
  Глубоко вздохнув и выровняв дыхание, госпожа Даш откупорила пузырёк, наклонилась и начала отсчитывать капли. Пять - интерес, восемь - влечение, двенадцать - страсть, пятнадцать - помешательство. Лара выбрала пять.
  Последняя густая капля упала и растеклась по дну заварочного чайника. Зелье окутало его тоненькой плёнкой, невидимой обычному глазу. Оставалось надеяться, Валентайн не ополоснёт чайник кипятком, тем самым разрушив чары. Но Лара подготовилась: в графин с водой упали те же пять капель. Теперь декан обязательно попадёт под действие зелья.
  Лара старательно стёрла магические следы, по которым Валентайн мог определить, что в кабинете кто-то побывал, и торопливо вышла. Снаружи проделала то же самое.
  Госпожа Даш задыхалась и, не в состоянии двигаться, пару минут простояла, прижавшись спиной к стене. В ушах стучало; больному воображению чудилось, будто кто-то идёт по коридору, и Лару вот-вот застанут на месте преступления. Казалось, прошла целая вечность, пока она снова смогла нормально дышать и трезво мыслить.
  Вдалеке загремела ведром уборщица.
  Лара вздрогнула и бросилась прочь от опасной двери. Ноги в туфлях на высоких каблуках подворачивались, но госпожа Даш не сдавалась, понимая, падение смерти подобно. Она досадовала, что не додумалась снять туфли в кабинете. Знала ведь, придётся спешно ретироваться, и не предприняла необходимых мер.
  Модное узкое платье мешало дышать. Зелёное, под цвет глаз Валентайна, оно делало фигуру стройнее, а её обладательницу визуально выше за счёт специального кроя.
  Уборщица чуть-чуть разминулась с Ларой. Захлопни та за собой дверь дамской комнаты минутой позже, троллиха заметила бы тень в конце коридора. А так обошлось.
  Лара прижалась лбом к зеркалу и перевела дух. Взглянула на карманные часы: ещё рано, и привела себя в порядок. Это немного отвлекло от беспокойных мыслей, уняло страх. Если вдруг войдёт уборщица, ничего дурного не подумает. Дамская комната, она на то и дамская комната, чтобы припудрить нос. А при такой погоде любой макияж поплывёт. Опять-таки этаж преподавательский, кафедра в трёх шагах, логично, что Лара именно здесь красится.
  Выждав полчаса, госпожа Даш как ни в чём не бывало отправилась караулить Валентайна. Предлог для разговора нашёлся весомый - просьба передать часы ушедшей в отпуск коллеги. Лара собиралась обучать второкурсников усовершенствованной бытовой магии, позволявшей сотворить из ничего свечу или сермяжную нить.
  В Университет постепенно стекались преподаватели. Лара вежливо здоровалась со знакомыми, поддерживала сетования на погоду и соглашалась, что пора просить ректора защитить территорию непроницаемым для осадков куполом или сконструировать генератор погоды. На вопросы о цветущем внешнем виде и праздничном наряде туманно отвечала: вечер обязывает. В итоге коллеги решили, будто после занятий Лара едет ужинать в дорогой ресторан.
  За житейскими разговорами волнение вконец унялось, и каждый новый мужчина в длиннополом плаще не заставлял вздрагивать всем телом.
  Валентайн появился за двадцать минут до начала занятий. Быстро поднялся по лестнице и прошествовал к кабинету. Лара стояла в дверях преподавательской, так, чтобы декан её непременно заметил, но, увы, тот не оценил стараний, скользнул взглядом и только. Даже не поздоровался: видимо, счёл невежливым прерывать чужой разговор.
  Извинившись перед пересказывавшей очередную придворную сплетню коллегой, преподававшей стихийную магию: 'После!', Лара метнулась к Валентайну. Сердце ушло в пятки, дыхание стало рваным, сиплым. Щёки пылали, пузырёк, заткнутый за бельё, жёг кожу. Вместо слов из горла вырвался хрип, пришлось откашляться и повторить попытку поздороваться.
  Валентайн обернулся и с минуту удивлённо смотрел на молодую невысокую рыжую женщину в элегантном зелёном платье, разительно отличавшемся от привычных строгих костюмов. Потом вспомнил - это преподавательница рунических шрифтов. Но он не вызывал её сегодня.
  - Слушаю вас, госпожа...Даш.
  - Видите ли, - Лара стыдливо потупила взор, нервно теребя ремень сумки, - я хотела бы поговорить насчёт замещения... У меня всего пять 'четвёрок' в дипломе, кандидатская по смежной теме, я без труда могла бы...
  Не договорив, госпожа Даш умолкла. Заранее подготовленная речь вышла неубедительной.
  Валентайн распахнул дверь кабинета и широким жестом пригласил подчинённую войти. Та бочком проскользнула мимо декана и робко присела на краешек стула. Глаза невольно упёрлись в заварочный чайник, и Лара, испугавшись выдать себя, тут же перевела их на стол - так безопаснее.
  - Вы не против, если я на минуточку отвлекусь? Погода нынче сырая.
  Оранжевое облачко окутало чайник, подогревая. Валентайн сделал это играючи, даже не глядя. Лара с восхищением взглянула на него. Настоящий маг! Не все с кафедры умели такое.
  - Так что там с замещением?
  Валентайн взял с полки кувшин с водой и без помощи рук достал из ящика банку с чаем.
  Аромат весеннего луга наполнил кабинет. Казалось, будто вокруг не стены и казённая мебель, а залитая солнцем бескрайняя цветущая долина.
  - Будете? - Валентайн достал с полки вторую чашку.
  Лара вежливо отказалась и торопливо изложила суть просьбы. Начинать пришлось с начала, зато на этот раз вышло без пауз и мямленья.
  Декан слушал рассеянно. Сжимая чайник ладонями, он просматривал почту, делал пометки на конвертах. Ручка порхала в пальцах, будто живая; слова, выведенные бисерным почерком, ровно ложились на бумагу.
  - Я подумаю, - сухо ответил Валентайн, когда Лара закончила. - Зайдите завтра после занятий.
  Госпожа Даш кивнула. Она не торопилась уходить и жадными глазами из-под ресниц следила за тем, как декан, отложив письма, наливает чай. Вот сейчас, сейчас всё свершится!
  - Что-то ещё?
  Лара вздрогнула, покачала головой и поспешно встала. И не просто, а чтобы взгляд декана непременно упёрся в лиф платья. Лара специально расстегнула там несколько пуговок, чтобы показать, даже невысоким девушкам есть, чем похвастаться.
  Валентайн поднёс чашку к губам, сделал глоток и принюхался. Покачал головой и лукаво глянул на Лару:
  - Где достали волоски единорога?
  От неожиданности Лара окаменела и потеряла способность мыслить. Она не сразу поняла, что речь об ингредиенте приворотного зелья. Но как Валентайн догадался? Зелье не имеет ни цвета, ни запаха, а действует мгновенно.
  - У меня иммунитет к подобным вещам, госпожа Даш, - улыбнулся смущённой подчинённой декан. - А зелье оставляет на поверхности жидкости особую кристаллическую решётку. Маг вашего уровня не заметит, а мне положено. Значит, вот зачем вы пришли!
  Лара покраснела до кончиков ушей и выбежала вон.
  Уволит, как пить дать уволит, да ещё с позором! И за запрещённую магию придётся ответить. А денег нет, всё до последнего сантима истратила на одежду и красоту тела.
  - Госпожа Даш, вернитесь, пожалуйста.
  Странно, но голос Валентайна не сочился недовольством.
  Лара в нерешительности замерла, не осмеливаясь обернуться. На неё вопросительно косились - госпожа Даш не замечала. Она раздумывала, не сбежать ли из Университета прямо сейчас, до того, как обнародуют приказ об увольнении. Соврёт коллегам, будто зубная боль замучила и вернётся в съёмную квартиру. А после... После придётся уехать из Альды туда, куда не дойдут слухи о неблаговидном поступке.
  Декан подошёл и вежливо попросил вернуться в кабинет:
  - Мы ещё не договорили, госпожа Даш.
  На негнущихся ногах Лара последовала за начальником и приготовилась к худшему.
  - Вот, уничтожьте, а то кто-нибудь отравится. - Валентайн вручил подчинённой чайник и кувшин. - Хорошенько вымойте, я проверю. И впредь, пожалуйста, добивайтесь сердечной благосклонности иным способом.
  Улыбнувшись испуганной и одновременно смущённой Ларе, трепетно прижимавшей к груди посуду, декан полил вечнозелёный цветок на окне и вернулся к просмотру корреспонденции.
  - Идите, работайте, госпожа Даш. И не расстраивайтесь по пустякам. У вас целая жизнь впереди. Насчёт замещения же всё в силе, если вас это действительно интересует, решение оглашу в четверг.
  - Спасибо, - пролепетала Лара и, не выдержав, расплакалась. - Я... я отработаю, посижу без отпуска.
  - Лучше пуговицы на платье застегните. Не думаю, что это повысит успеваемость. Поторопитесь, госпожа Даш, до звонка всего пять минут, а у вас целых три пинты приворотного зелья. Только сами пить не вздумайте!
  Лара вздохнула и понуро поплелась прочь.
  Блестящий план потерпел фиаско; жизнь казалась законченной.
  
  Глава 2.
  
  Занятия закончились, но Лара не спешила возвращаться в преподавательскую. Она с трудом выдержала перерыв на обед, когда пришлось давиться чаем и есть всухомятку, лишь бы за столик не подсел кто-нибудь из 'доброхотов'. Скрыть волнение и огорчение не удалось, поэтому только ленивый не заметил, что на Ларе лица нет. Даже студенты, и те заинтересовались. Лара ответила молчанием и, едва ли не кроша мел, с удвоенной скоростью застрочила ряды рун. Студенты за спиной продолжали шушукаться, строя догадки насчёт личной жизни преподавательницы и её декольте, пришлось загрузить их парой заданий. И это второй курс, пятый бы с потрохами съел.
  Сумку оттягивала толстая пачка свитков - домашних заданий третьего курса. Лара задавала им построить замкнутую энергетическую схему, пользуясь исключительно рунами. Двадцать девять работ - три часа кропотливой проверки.
  Ноги гудели, хотелось скорее снять туфли. Что с ними потом делать? Наверное, продать, Лара точно никогда больше их не наденет. И платье... Столько денег за него отдала, так выбирала, и всё напрасно.
  Дамская комната стала спасительным перевалом на пути в преподавательскую. Лара пару минут просто стояла, уткнувшись лбом в зеркало, затем со вздохом достала косметичку и попыталась замаскировать опухшие веки. Да, она плакала, позорно плакала во время первой перемены в пустой аудитории. А потом изображала, будто простыла. Первокурсники поверили, а вот ученики годом старше...
  Нет, всё равно видно, придётся лгать о ссоре с возлюбленным. И попытаться скорее уйти.
  Лара вздрогнула, услышав, как хлопнула дверь, и поспешила сделать вид, будто роется в сумочке.
  - С вами всё в порядке? - на госпожу Даш с сочувствием смотрела Зария.
  От троллихи пахло розами. Она любила душиться простенькими духами, которые можно купить за пол серебряного фарта в любой аптечной лавке или за тридцать сантимов с лотка уличного торговца. Коренастая, вечно худеющая и вечно тут же набирающая лишний вес, Зария, тем не менее, не страдала от низкой самооценки и считала себя хорошенькой. А красоту, как известно, надлежит украшать, чтобы стала ещё ярче, заметнее. Сегодня, например, Зария надела массивные дутые серьги, которые не пошли бы никому, кроме троллихи.
  Лара кивнула и выскользнула из дамской комнаты. Щёки пылали; госпоже Даш казалось, будто все осуждающе смотрят на неё, смеются. Мысль об увольнении казалась единственным спасением из подстроенной самой себе ловушки.
  Утром, когда Лара возвращала на место чайник и кувшин, ей показалось, будто Валентайн просматривает её личное дело. Не ради любопытства, разумеется. Он ничего не сказал, даже головы не поднял на робкое: 'Я всё сделала'.
  Сердце ёкнуло, когда Лара заметила шушукавшихся преподавателей у доски объявлений. Подумалось, вот оно, общественное порицание! Госпожа Даш замерла, лихорадочно огляделась, но заставила себя подойти. На самом видном месте красовалось выведенное знакомым почерком декана объявление о будущих открытых занятиях.
  Сгрудившиеся у доски преподаватели недовольно бурчали: 'Кто только придумал эти проверки, и кому пришла в голову светлая мысль проводить их у всех преподавателей? Значит, грядёт переаттестация, новые назначения и увольнения, корректировки учебной нагрузки'.
  У Лары отлегло от сердца. Открытые лекции - такая мелочь!
  Со счастливой, чуть глупой улыбкой она толкнула дверь и доковыляла до своего стола. Сгрузила туда свитки с домашними заданиями и задумалась, как быть дальше. Нельзя же вечно жить в страхе и бояться смотреть в глаза коллегам. И декану тоже. Он не забудет, оступится Лара, тут же припомнит.
  Подперев голову рукой, госпожа Даш гипнотизировала пыльное чучело виверры. Потом попробовала заполнить журнал, но рука сама собой потянулась в ящик за чистым листом.
  Строки торопливо ложились на зернистую поверхность: 'Прошу уволить меня по собственному желанию в связи...'. Тут Лара задумалась и туманно закончила фразу: 'В связи с невозможностью исполнять обязанности должным образом в должном объёме'.
  - Что пишешь? - над госпожой Даш склонился сухонький, как его любимые степные драконы, преподаватель естественных дисциплин, Самоний Рауш. Он ко всем, кроме начальства, обращался на 'ты', объясняя это тем, что так сердечнее.
  Лара поспешила прикрыть заявление рукой. Опять же, слухи пойдут, сплетни, пусть уж все постфактум узнают.
  - Да так, - уклончиво ответила она, - личное.
  - Ты сегодня красивая такая, будто лесная фея, - Самоний придвинул стул и сел, облокотившись о стол. - Даже не думал, что наша Лара на такое способна. Признайся, душу в кристалл заключила? - со смехом спросил он.
  Госпожа Даш вздрогнула. Это последнее, на что может решиться волшебник. Безусловно, Морена щедро отблагодарит, исполнит любое желание, но плата слишком велика, придётся отдать душу. Люди живут и без неё, только постепенно перестают быть людьми. Заключённая в кристалл душа же дарует Морене силу и молодость. Говорят, целый подземный зал в её горном замке заставлен сияющими камнями. Захочет хозяйка - сотворит из души живое существо, захочет - коснётся пальцами кристалла, и мгновенно сбросит сотни лет.
  К Морене приходили от безысходности: кто-то от беспросветного отчаянья, кто-то от снедающего желания, - и выходили из таинственного зала либо могучими колдунами, убить которых не могли долгие годы всем миром, либо в обнимку с призраками прошлого: детьми, жёнами, мужьями, братьями и сёстрами, до этого лежавшими в могилах. Для божественной волшебницы нет ничего невозможного, если взамен отдашь душу. Только прежним уже не будешь, лишишься всех чувств и желаний.
  - Что вы! - Лара испуганно замахала руками и, ойкнув, поспешила спрятать лист с заявлением в стол. Оставалось надеяться, Самоний не успел ничего прочитать. - Это же безумие!
  - Говорят, ещё один сумасшедший решился, в горы на поиски Морены отправился. Так-то...
  Самоний, наконец, встал, и Лара перевела дух.
  Пальцы тряслись; от одной мысли о холодных блестящих кристаллах леденело сердце. Нет, ни за что на свете она бы не рассталась с душой!
  Закипел чайник, Ларе предложили выпить кружечку, но она отказалась, вместо этого срывающимся, едва слышным голосом спросила:
  - Декан у себя или на занятиях?
  - У себя, - отозвался всё тот же Самоний. Чопорно оттопырив мизинец, он дул на чашку с горячим напитком. - Сам соизволил повесить радостное известие. Как бы не уволил кого!
  - Я так думаю, - Самоний переместился ближе и склонился к уху Лары, - он раскусил Наисия, что тот на него зуб имеет. Помнишь ведь, за кого большинство голосовало. А Сарен не дурак, наверняка разузнал, кто и что собой представляет. Такого не подсидишь!
  Лара кивнула, соглашаясь, хотя мысли её сейчас были далеки от борьбы за кресла верхушки факультета. Она не любила Наисия, заведовавшего кафедрой: слишком грубый, заносчивый, чванливый, но признавала, преподаватель он отличный. Один из немногих, кто знал не только теорию, но и практику. Наисий сколотил вокруг себя группу сторонников, которым негласно облегчал жизнь. Лара в их число не входила, она предпочитала держать нейтралитет. Видимо, поэтому дома опять лежала гора методичек с пометкой: 'Структурировать до вторника'.
  Самоний, видимо, ожидал другой реакции, потому что разочарованно отвернулся и примкнул к компании более разговорчивых собеседников.
  Накапав себе успокоительного - работа с людьми вынуждает держать флакончик в общем шкафу, - Лара убрала листы обратно в сумку и, воровато оглянувшись, достала заявление. Попрощавшись с коллегами и пожелав им удачного вечера, госпожа Даш торопливо оделась, прихватила зонтик и на негнущихся ногах направилась к кабинету декана. Она просто положит заявление на стол и уйдёт, не поднимая глаз, ничего трудного.
  Лара надеялась, у Валентайна кто-то есть, и прильнула ухом к двери. Увы, тишина. Тяжело вздохнув, Лара постучалась. В ответ донеслось приглушённое: 'Входите!', и госпожа Даш медленно, очень медленно повернула медную ручку. Она будто горела в руках.
  Декан сидел за столом и пил чай. Одним глазом просматривал газету, другим - записи в ежедневнике. Прядь волос упала на глаза - так трогательно, маняще... Лара тут же отвела взгляд и уткнулась в чайник. Он напомнил о приворотном зелье, и желание уволиться и уехать из Альды окрепло.
  - Что вы хотели? - Валентайн поднял голову.
  Пунцовая Лара быстро положила на стол мятое заявление и попыталась скрыться за дверью. Руки вспотели, платье душило, как утром.
  - Госпожа Даш, задержитесь, пожалуйста, - остановил её Валентайн и, нахмурившись, пробежал глазами заявление. Нахмурившись, гневно спросил: - Это что за детские шалости! Не подпишу.
  - Пожалуйста! - взмолилась Лара. - Я... я всё равно не смогу тут работать. Да и вам неприятно...
  - Неприятно что?
  Валентайн указал на стул, и госпожа Даш покорно села.
  Наведённая с таким трудом красота расплылась, никакая пудра теперь не поможет.
  - Ну, это, - Лара покосилась на чайник. - И вообще, вы не имеете права отказать.
  Декан фыркнул и демонстративно порвал заявление. Остатки выбросил в мусорное ведро и невозмутимо вернулся к прежнему занятию, только на губах играла лёгкая усмешка.
  - Вы... вы... Я новое напишу! - покрасневшая Лара нервно комкала в руках шарфик и мечтала провалиться сквозь землю. - И к ректору пойду.
  - Пишите, - пожал плечами Валентайн, - он спустит заявление мне, а я не подпишу.
  - Почему? - чуть не плача, спросила Лара. Так хотелось раскрыть зонтик и отгородиться им от декана. - Вы радоваться должны...
  - Чему? - Валентайн захлопнул ежедневник и вперил в подчинённую пристальный взгляд. - Тому, что потеряю преподавателя в разгар семестра? Тут огорчаться впору, а не радоваться. Сядьте!
  Госпожа Даш осталась стоять, и декану пришлось повторить свою просьбу. Помедлив, Лара покорно устроилась на краешке стула, спрятавшись за поднятым воротником пальто. Казалось, она школьница, которую сейчас на глазах всего класса отругает учитель. Почему, почему Лара не могла влюбиться в кого-то другого, желательно не коллегу?!
  - Вы упоминали некие важные обстоятельства, которые мешают вам исполнять обязанности должным образом, озвучьте их.
  Валентайн переместил на стол вторую чашку и поинтересовался:
  - Слабый, крепкий?
  Лара отказалась от чая и, не глядя на начальника, выдохнула:
  - Моё постыдное поведение.
  - Раскаянье - хорошо, но, госпожа Даш, я не вижу взаимосвязи. Я угрожал вам расправой, пустил слухи по университету?
  Лара покачала головой.
  - Нет, но я сама не смогу работать. Это такой позор!
  Плечи госпожи Даш затряслись, и она судорожно потянулась к сумочке, чтобы достать платок, но Валентайн опередил её. В мгновение ока оказавшись рядом, чуть запрокинул голову одной рукой, а второй всучил в руку горячую чашку.
  Пальцы декана обжигали, прикосновения вызывали дрожь. Лара боялась дышать, чтобы не спугнуть видение, а Валентайн безуспешно давал советы, как удержать слёзы. Госпожа Даш его не слышала. Всё плыло, как в тумане: кабинет, слова, произносимые ровным, спокойным голосом, цветок на окне, события минувшего утра...
  - Госпожа Даш, что с вами?
  Лара очнулась только от похлопывания по щеке и едва не опрокинула на пальто чашку, хорошо Валентайн успел вовремя подхватить. Он смотрел на неё с удивлением и тревогой, даже предложил вызвать врача.
  - Если вам нездоровится, так и скажите, дам отпуск.
  Такой соблазн! Лара уже открыла рот, чтобы пролепетать: 'Да', но в последний момент раздумала и помотала головой. Отпуск не решение проблем, он ничего не изменит. Валентайн всё помнит и никогда не забудет, даже если не будет ставить палки в колёса.
  - Тогда можно перевод?.. - Лара с мольбой заглянула в зелёные глаза. Теперь они напоминали мох: немного посветлели, но всё такие же прекрасные. - На другой факультет. Хоть лаборанткой!
  - Госпожа Даш, чего вы боитесь?
  Дрожь волной прошлась по телу, когда его рука мимолётно коснулась плеча. Лара даже перестала дышать. Сердце зашлось сладкой истомой, а потом её сменила пустота, холодная, бездонная. Ещё миг - и, наоборот, стало нестерпимо душно от жара.
  Валентайн стоял так близко, держа злополучную чашку, что Лара ощущала запах парфюма. Горечь морских просторов, чем ещё мог пахнуть обладатель глаз цвета бездонной глубины?
  Госпожа Даш отчаянно вцепилась в сиденье стула. Дрожь усиливалась, жар не спадал. Сердце колотилось как бешеное, а голова тонула в нотках морского бриза. В какой-то момент Лара чуть не захлебнулась и, широко раскрыв глаза, судорожно глотнула.
  - Так, - в голосе Валентайна прорезался металл, - мне это не нравится. Что вы пили и ели вчера и сегодня?
  Он поставил чашку на стол и склонился над Ларой, рассматривая зрачки. Несчастная госпожа Даш до боли сжала пальцы и губы, чтобы не поддаться соблазну. Так близко! Ещё немного, и она почувствует тепло дыхания. Такой сосредоточенный, серьёзный... Лара томно вздохнула и прикрыла глаза. Сразу стало лучше. Напрасно она пришла сюда, надо было сразу идти домой, сварить себе кофе с корицей и, сидя на подоконнике с видом на унылый двор, оплакать мечту.
  Валентайн же полагал, будто она под действием зелья, и старательно искал признаки отправления. Чуткие пальцы легли на веки, заставив их приоткрыться. Лара мужественно терпела, только, не выдержав, расстегнула пальто. Была бы посмелее, поцеловала бы начальника и уехала, через месяц получив по почте приказ об увольнении. Валентайн точно бы его подписал за прогулы. Но Лара относилась к иному сорту барышень и молчаливо изнывала от неожиданной близости.
  - Зрачки расширены, - задумчиво пробормотал Валентайн, выпрямился и сделал глоток из чашки. Чай остыл, но декану всего лишь требовалось структурировать мысли. - Но следов магического воздействия нет. Давайте-ка сходим к госпоже Леус, зелья - это по её части.
  - Нет! - поспешно выкрикнула Лара, вскочила и уже тише добавила: - Не надо. Я... я действительно больна, простыла.
  - Немудрено в таком-то платье, - укоризненно вздохнул декан, выразительно покосившись на декольте. - Оно, кстати, красивое, вам идёт, но на занятия лучше носить попроще и поскромнее. И туфли не на таком каблуке.
  Лара не верила своим ушам: он сделал ей комплимент! Улыбка сама собой расплылась по лицу.
  - Это ни в какие ворота! - сурово заметил Валентайн, постукивая дорогой ручкой по столу. - Вы точно не допили приворотное зелье? Такое впечатление, будто в вас влили добрую пинту. Ещё с утра вы вели себя иначе, адекватно ситуации, а тут такое желание... Непристойное, я бы сказал. Кому перешли дорогу?
  Сердце Лары упало, улыбка померкла. Она сцепила руки в замок и низко наклонила голову. Лара и сама не понимала, почему вдруг так отреагировала на декана, начала лихорадочно припоминать, что пила вчера. Вроде, ничего особенного: позавтракала, пообедала в университетской столовой, выпила ромашкового чая в преподавательской. Варна принесла вкусные конфеты. Неужели она?..


Популярное на LitNet.com Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) М.Бюте "Другой мир 3 •белая ворона•"(Боевое фэнтези) О.Обская "Безупречная невеста, или Страшный сон проректора"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Е.Кариди "Сопровождающий"(Антиутопия) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) А.Рябиченко "Капитан "Ночной насмешницы""(Боевое фэнтези) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"