Роуз Михаил: другие произведения.

Семья для Феликса

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Издавай на SelfPub

Читай и публикуй на Author.Today
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Севвитус. Гарька и Сев. И не только.

Не могу убрать это Г глюк. Честно пытался. Так что читайте на на Книге.
  https://ficbook.net/readfic/4147314
  
  Направленность: Джен
  Автор: Мария_Роуз (https://ficbook.net/authors/1596638)
  Беты (редакторы): Лучиэнь (https://ficbook.net/authors/4548), Ксинна (https://ficbook.net/authors/1458854)
  Фэндом: Роулинг Джоан "Гарри Поттер"
  Основные персонажи: Гарри Поттер (Мальчик-Который-Выжил), Северус Снейп (Снегг, Принц-Полукровка)
  Пейринг или персонажи: Северус Снейп, Гарри Поттер
  Рейтинг: R
  Жанры: Ангст, Драма, Психология, Философия, Повседневность, AU, Учебные заведения
  Предупреждения: ОЖП, Элементы гета
  Размер: планируется Макси, написано54 страницы
  Кол-во частей: 6
  Статус: в процессе
  
  Описание:
  - Он вас побьґет? Но это же я виґноват! Он больґшой... Сильґный... Наґверґное, больґно деґретґся... Я... Я скаґжу ему, что вы ни в чем не виноваты, что это я натворил!
  
  Сев - нормальный мужик. Счастливо женат. На ком? И в этом весь вопрос... Не канон, понимаю, но... Приемышу нужна семья, а не только вечно занятый работой опекун. Кто способен наладить отношения между "слизеринским упырем" и "малолетним бандитом"?
  
  Посвящение:
  Моему учителю и соавтору Михаилу Роуз. Почитайте его севвитус: https://ficbook.net/readfic/4232687
  
  
  
  Публикация на других ресурсах:
  Только с разрешения автора
  
  Примечания автора:
  Обложка: https://pp.vk.me/c626617/v626617390/63e4/YzsFIaU6as4.jpg
  Автор BravoAngel - Полина https://vk.com/id_88175390
  https://vk.com/covers_dn
  1-3
  
   В нашем уютном, пахнущем после ремонта свежей магловской краской и сверкающем новеньким кафелем ванной доме появилось "оно".
  
   Приґтащил парґшивца. Здрасьґте, приґехаґли. Восґпиґтывай, доґрогая. К черґтовой бабушке! К Мерґлиґну! Пусть сам с ним воґзитґся. Я и пальґцем не приґкосґнусь. Ни за что!
  
   "Оно", каґжетґся, долґжно быґло отґклиґкатьґся на столь близкое и родное каждому выпускнику Дурмстранга имя "Феґликс", но, поґхоже, муж, соґобґщив имя паршивца мне, забыл посґтаґвить в изґвесґтность "оно". "Оно" не отґклиґкалось воґобґще и всяґчесґки деґлало вид, что ниґчего не слыґшит и не виґдит. Меґня, в часґтносґти.
  
   На вид "оно" предґставґляґло соґбой реґбенґка мужґскоґго поґла, есґли суґдить по одежде и имени. Точґнее можґно быґло бы скаґзать, есґли бы удаґлось "это" заґтащить в мою прекрасную ванґную, разґдеть и отґмыть. Но поґка не поґлучаґлось. Товарищ педагог, извините, никак не привыкну, я хотела сказать, господин профессор, скоґтина таґкая, то есть, сокровище мое, апґпаґрироґвал с "этим" неґизґвесґтно отґкуґда пряґмо в госґтиґную и тут же скрылґся из виґду:
  
   - Поґзаботьґся о нем, доґрогая, я поґтом теґбе все объґясґню! Феґликс, его зоґвут Феґликс. Мне ко втоґрой паґре, министерское тестирование на допуск к экзамену, опазґдыґваю, прости!
  
   И сбеґжал, неґгодяй. Парґдон, апґпаґрироґвал, волґшебник.
  
   "Оно" проґявиґло неґдюжинґную сиґлу, мешґком сваґливґшись на пол и тут же вцеґпивґшись в ножґку моґего люґбимоґго кресґла, так что в ванґную этоґго грязного поґросенґка удаґлось бы заґтащить тольґко вмесґте с несґчасґтным предґмеґтом меґбели.
  
   Чеґрез десять минут беґзусґпешных поґпыток отґнестись по-чеґловеґчесґки к данґноґму представитеґлю, по идее, раґзумґных чеґловеґкоґобґразных, я псиґхануґла и не поґлениґлась поднятьґся за паґлочґкой. Не любґлю колґдоґвать, не жеґлаю, да и почґти не умею. Но тут меґня словґно прорґваґло. То, что ни в каґкую не хоґтело поґлучатьґся ни на уроґках транґсфиґгураґции в родґном Дурмсґтранґге, ни посґле долґгих треґнироґвок под руґководсґтвом муґжа, внеґзапґно получиґлось саґмо соґбой, но результат оказался несколько неожиданным: кресґло сдуґлось, словґно реґзиноґвое, высґкольґзнуґло из детґских пальґчиґков и отґпрыгґнуґло на почґтиґтельґное расґстоґяние.
  
   - Ой, маґмочґки! - от неґожиґданґности я приґжала руґки к щеґкам, едґва не проткнув сеґбе глаз паґлочґкой.
  
   Воґобґраґзите карґтиґну: одґной руґкой я хваґтаю за тонґкое заґпястье явґно возґнаґмеривґшееся от меґня удґрать "нечто", а друґгой маґшу паґлочґкой в стоґрону кресґла, тщетґно пыґтаґясь верґнуть сдувґшейґся реґзинґке ее прежґний обґлик. Реґбенок веґрещит, огґлуґшительґно подґтверждая свой стаґтус поґросенґка, меґня отґбраґсываґет тепґлой волґной в стеґну, ябґлоґко разґдоґра, то есть кресґло, взрыґваґетґся. И тиґшина, в коґторой слыґшен тольґко удаґляґющийґся тоґпот маґленьґких ног...
  
   Клочґки неґпонятґно чеґго, то есть еще как поґнятґно - бывґшеґго кресґла, разґлеґтелись по комґнаґте, лохґмоґтьями покґрыґвая все, поґпавґшеґеся на их пуґти, в том чисґле и мою многострадальґную гоґлову. Меня приложило знатно: потребовалось не менее паґры миґнут рефґлексии по поґводу тоґго, что, черт возьґми, это быґло, и что похожие ощущения в последний раз я испытывала уже довольно давно - во время уроков по боевому самбо, которыми в Думстранге нас пытали ежедневно, как и квиддичем. В попытках понять, не слоґмано ли у меґня с деґсяток косґтей, я, наконец, реґшилась сесть и осґтоґрожґно ощуґпать наиболее пострадавшие места. Громко и с чувством выругалась, нащупав шишку на голове.
  
   Среґди непечатно выраженных выґводов по поґводу: "Что это было?", преґвалиґровал единсґтвенґный: "оно" - маг, и весьґма сильґный, раз в столь юном возґрасте едґва не проґбил стиґхийґной маґгиґей стеґну. Моґей гоґловой, суґкин сын.
  
   Ниґкогґда не люґбила деґтей. А уж Виґтеньґке - моґему младґшеньґкоґму почґти браґтику часґтеньґко досґтаґвалось от меґня за шкоґды. И без всяґкой маґгии.
  
   - Укаґжи! - а чем черт не шуґтит, моґжет, меґня в каґчесґтве комґпенсаґции за страґдания ожиґдаґет приґятґный сюрґприз, и это закґлиґнание тоґже поґкоритґся мне?
  
   - Укаґжи, где реґбенок! - ноль реґакґции. - Да укаґжи же, туґпая деґревяшґка!
  
   Впрочем, все как всегда, - почґти сквиґбов эти обидґчиґвые дроґва слуґшаґютґся редґко. Виґдимо, на сеґгодґня мое веґзение заґконґчиґлось. Оно у меґня и не веґзение вовґсе. Я предґставґляю свою собсґтвенґную маґгию в обґраґзе изґбаґлованґной своґенґравной краґсотґки: есґли у нее есть насґтроґение - она "в гоґлосе", а есґли нет, то и суґда нет.
  
   Я отґпраґвилась исґкать свою реґальґную и поґтенґциґальґную гоґловґную боль, вспоґминая, где заґтих тоґпоток. Где бы я саґма стаґла пряґтатьґся в перґвую очеґредь, есґли бы сильґно исґпуґгалась? Норґмальґные деґти пряґчутґся под кроґватяґми. Норґмальґные. Что есть "норґма"?
  
   Даґвайґте поґрасґсуждаґем? Отґстаґвить разґгоґворґчиґки!
  
   Уж не знаю, как "оно" доґдумаґлось, возґможно, "оно" - геґний, или долґго треґнироґвалось, но обґнаґружиґлось это созґдаґние именґно там, где наґходитьґся ему не слеґдоваґло ни за что.
  
   Мне поґказаґлось, что я даґже увиґдела перґвый росґток буґдущеґго взаґимоґпониґмания межґду мной и тем, коґму тольґко предґстоґяло выґучить саґмое осґновное: что на свое имя непґреґменґно нужґно отґклиґкатьґся. Просґто жизґненно неґобґхоґдимо. Осоґбенґно, когґда теґбя зоґвет и так раґзозґленная по саґмое не моґгу почґти магґла, не имеґющая возґможносґти в счиґтанґные сеґкунґды найґти теґбя с поґмощью поґисґкоґвого закґлиґнания. Поґчему взаґимоґпониґмания? Да поґтому что, проґтерев коленями несуществующую пыль перед кроґватью в спальґне муґжа, а поґтом и в своґей собсґтвенґной, я уже точґно знаґла, где исґкать. Умеґние с третьґей поґпытґки проґникґнуть в строй мышґлеґния друґгого чеґловеґка и предґскаґзать посґледсґтвия - этим можґно горґдитьґся! А саґмое главґное, предґскаґзать посґтупки этоґго "друґгого". Еще потґреґнируґюсь - смоґгу заґменить Треґлони! Есґли осґтаґнусь жиґва.
  
   Я броґсилась пряґмиком в чуґлан, заґвывая не хуґже наґшей ясґноґвидяґщей:
  
   - Феґликс, идиґот, тольґко не туґда! Он меня убьет!
  
   Коґнечґно, "оно" окаґзалось там и теґперь отґчаґянґно чиґхало, чеґсалось и даґвилось рыґданиґями, спряґтавґшись за ящиґком с пусґтыґми колґбаґми. Есґтесґтвенґно, что в темґноґте "оно" не разґгляґдело ящиґки на поґлу, спотґкнуґлось и вреґзалось в полґки с банґкаґми, меґшочґкаґми, коґробочґкаґми и проґчими емґкостяґми, наґполґненныґми столь неґобґхоґдимыґми мужу инґгреґдиґенґтаґми. Теґперь часть всеґго этоґго быґла расґсыґпана, пеґремеґшана, исґпорчеґна.
  
   Во что обошґлись эти заґпасы? Скольґко вреґмени личґно я и несґчасґтные, поґпавґшие на отработґку грифґфиндорґцы потґраґтили на приґведеґние всех этих расґтеґний, лаґпок, хвосґтиґков и проґчей дряґни в надґлеґжащий вид "обґразцоґво подґгоґтовґленных для варґки зеґлий инґгреґдиґенґтов"? Что скаґжет муж, увиґдев разґгром?
  
   Отґвеґты на все эти вопґроґсы проґнесґлись в моґей расґкаґлывавґшейґся от боґли гоґлове. Теґперь я точґно смоґгу преґтенґдоґвать на месґто проґфесґсоґра предґскаґзаний в Хогґварґтсе.
  
   Ярость моя не знаґла граґниц!
  
   Я выґволокґла мерґзавца из его убеґжища и, громґко кашґляя и маґтерясь в пеґрерыґвах межґду спазґмаґми, от дуґши отґшлеґпала так, что у меґня саґмой заґболеґла руґка. Парґшиґвец поґкорґно виґсел в моґей руґке, приґдушенґный воґротом руґбашґки, иногґда икал, изґдаґвал еле слышґные звуґки, но не предґприґнимал ниґкаких поґпыток окаґзать сопґроґтивґлеґние. Словґно огґромный кот, стаґщивґший смеґтану, а поґтом свеґсивґший лапґки и поґкорґно выґносивґший наґказаґние.
  
   Слишґком поґкорґно. И звуґков икаґния, соґпения и кряхґтеґния уже давґно не слышґно что-то...
  
   Я взгляґнула в уже чуть ли не поґсиневґшее лиґцо реґбенґка и от ужаґса разґжаґла руґку. "Оно" сваґлилось на пол и, наґтужґно кашґляя, поґполґзло от меґня прочь, дрожа и прикґрыґвая руґчонґкаґми гоґлову.
  
   Твою мать, господин декан! Да что же ты мне подґкиґнул-то, а?
  
   Я своими нежными ручками, привыкшими крутить, словно барабанную палочку, тяжеленный дубовый окованный железом посох, едва не приґдушиґла реґбенґка чеґтырех-пяґти лет от роґду. Кошґмар каґкой...
  
   У меґня пеґрехґваґтило горґло и закґруґжилась гоґлова: травґма от удаґра о стенґку очень вовґреґмя даґла о сеґбе знать, подґстегґнуґтая неґшуточґным стресґсом и резґкиґми заґпахаґми из разґгромґленноґго чуґлана. Я с детсґтва пеґребоґлела, каґжетґся, всеґми ресґпиґраторґныґми заґболеґваниґями. Лаґринґгит был саґмым "люґбимым". Слуґчалось, во вреґмя проґтекаґния данґной боґлезґни, заґкатыґвала глаґза и от меґнее паґхучих веґществ.
  
   Я опусґтиґлась на пол, схваґтила мальґчишґку за щиґколотґку, чтоґбы опять не удґрал, и заґмерґла, поґваливґшись на бок и подґгреґбая мелґкую дрянь под сеґбя.
  
   "От коґмедии до траґгедии...", - проґнесґлось в гоґлове и я на неґкотоґрое вреґмя пеґресґтаґла адекґватно восґприґнимать реґальґность.
  
  ***
  
  
   - Теґтя, просґнись... Теґтя, поґжалуйґста... Я убил теґтю... Я - суґчий выґродок... Я не-нор-маль-ный... Я убил своґей не-нор-м-мальґностью теґтю... Меґня нужґно ли-к-к-ви-и-и-диґрова-а-ть...
  
   Да что за...?!
  
   Я отґкрыґла глаґза и неґвольґно отґшатнуґлась: пряґмо пеґред моґим ноґсом расґкаґчиваґлась маґленьґкая фиґгурґка, моґнотонґно, словґно долґгие каґтреґны закґлиґнаний, проґизґноґся одґни и те же фраґзы. Вреґмя от вреґмени закґлиґнатель преґрывалґся на еле слышґные рыґдания и икоґту, а поґтом все наґчинаґлось заґново.
  
   Бред, просґто бред. Что он неґсет! Ужас каґкой...
  
   - Заґмолґчи неґмедґленно, прекґраґти борґмоґтать чушь! Я не соґбираґюсь умиґрать. Не в блиґжайґшие сто пятьґдеґсят лет, это уж точґно. И не от твоґей стиґхийґной маґгии. Поґзор мне, "птенцу Железного Феликса", на гоґлову - поґгибґнуть, не сойґдясь во мнеґнии с млаґденґцем по поґводу кресґла!
  
   Тут я запґнуґлась. Хм, а ведь и сильґнейґшие маґги, слуґчалось, поґгибаґли, поґобґщавшись с деґтишґкаґми гоґразґдо боґлее нежґноґго возґраста. Что уж тут гоґворить о почґти сквиґбе, коґтороґго не выгґнаґли из Дурмсґтранґга тольґко блаґгодаґря его униґкальґным орґгаґнизаґторґским споґсобґностям и, что уж там скрывать, - родственным отношениям с директором Дурмстранга.
  
   Но! И я, смею надеяться, тоже кое-чего стою: неґзамеґнимая стаґросґта, споґсобґная орґгаґнизоґвать всех и все; самый надежный и ответственный поґмощґник учиґтелей букґвальґно с перґвых дней перґвоґго курґса, лучший загонщик квиддичной команды школы. Таґкими, знаґете ли, не разґбраґсываґютґся! А еще я "невозвращенец" и "предатель Родины", позор прославленного отца... Но не будем о печальном.
  
   Я вниґмательґно огґляґдела досґтавшеґеся мне наґказаґние: оно же возґрастом вряд ли намноґго младґше моґего браґтишґки, а таґкое впеґчатґлеґние, что приґличґный кот масґсой поґболе буґдет. Не убить бы!
  
   Упоґминаґние о маґгии поґдейґствоґвало как-то странґно: ожиґвивґшийґся при виґде жиґвой меґня Феґликс (вот как, окаґзываґетґся, на меґня поґдейґствоґвали карґтреґны закґлиґнаний-заґвываґний: уже Феґликс, а не "оно") сжалґся в коґмочек и приґнялґся в полґном смысґле слоґва разґвоґдить сопґли. И стаґрательґно их разґмаґзывать по хуґдым осґтреньґким коґленґкам, покґрыґтым доґрогиґми, модґныґми, но уже поґрядґком изґгвазґданныґми в земле и каґком-то маґзуте или маґшинґном масґле, обґсыґпанґныґми соґдерґжиґмым чуґлана мешґкоґобґразныґми джинґсаґми. Меґня пеґредерґнуґло: вот... поґросеґнок! Я приґжала пальґцы к висґкам, чувсґтвуя, как скреґбет горґло, и круґжитґся гоґлова посґле неґдавґнеґго обґмоґрока. На несґкольґко сеґкунд закґрыґла глаґза. Поґмогґло. Каґжетґся.
  
   - Так, тоґварищ! Раз уж ты мне долґжен за то, что не доґвел до конґца саґмое глуґпое убийґство стоґлетия, то я ставґлю теґбе ряд усґлоґвий: ты без капґриґзов отґклиґкаґешьґся, когґда я проґизґноґшу славное имя "Феґликс", прекґраґщаґешь ныть и несґти всяґкий бред, сдаґешь свои грязґнюґчие веґщи в стирґку и леґзешь в ванґную мытьґся! Поґнял, не поґнял - выґполґнять! Скольґко теґбе лет? Наґдеґюсь, ты не утоґнешь в ванґной?
  
   - Шесть. Теґтя, просґтиґте, я, правґда, не хоґтел, оно саґмо... Вы не сдаґдите меґня на опыґты? Теґтя, вам плоґхо? Это из-за меґня, да? А сдать свои веґщи в стирґку я не моґгу. Это джинґсы и руґбашґка браґта, - слеґзы вновь подґстуґпили к красґным от траґвяной пыґли и долґгих рыґданий глаґзам мальґчишґки.
  
   Вот инґтеґресґно: по каґкому поґводу сейґчас слеґзы? Приґвел мне сраґзу стольґко ваґриґанґтов. Тут теґбе и "оно саґмо", и страх "сдаґчи на опыґты" (инґтеґресґно, кто его этим пуґгал) и проґчее. Страх поґлучить доґполґниґтельґных пиґлюлей за до конґца не убиґтую теґтю от этой саґмой теґти поґчему-то на втоґром месґте, а "опыґты" лиґдируґют. Инґтеґресґненьґко-чуґдесаґтеньґко. Стольґко инґформаґции. Она - влаґдычиґца миґра. Ну, или, на хуґдой коґнец, возґможность засґтаґвить одґноґго конґкретґноґго поґросенґка-маґга посґтуґпать так, как мне треґбуґетґся.
  
   - Да, мне плоґхо. Да, из-за теґбя, свинґтус ты этаґкий. Веґщи браґта? Чуґдесґно, экоґномиґка долґжна быть экоґномґной! Да мне, собсґтвенґно, напґлеґвать, чьи они, но их нужґно посґтиґрать. Ты согґлаґсен? А на опыґты я, каґжетґся, сдам тоґго, кто теґбя сюґда приґтащил, кляґнусь! Есґли он раньґше не пусґтит меґня на инґгреґдиґенґты за то, что ты натґвоґрил в чуґлане.
  
   Неґпонятґноґго отґтенка глаґза на личике, пеґремаґзанґном пеґремеґшанґныґми с грязью сопґляґми, взгляґнули на меґня снаґчала с неґдовеґриґем, а поґтом и вовґсе со страґхом:
  
   - Он вас побьґет? Но это же я виґноват! Он больґшой... Сильґный... Наґверґное, больґно деґретґся... Я... скаґжу ему, что это я!
  
   В этот моґмент я поґчувсґтвоґвала, что бОльґшая часть отґриґцательґных эмоґций, свяґзанґных с преґбываґниґем Феґликґса в моґем обґразцоґвом котґтеджиґке, внеґзапґно поґкинуґла меґня. За таґкой геґроґизм мальґчишґке можґно быґло мноґгое просґтить. Где мой милый супруг это отґкоґпал? Наґдо поґбысґтрее заґмочить геґроя в ванґне и, когґда отґкиснет, разґгляґдеть повґниґмательґнее: моґжет, обґнаґружу знаґкомые мне черґты? А то с чеґго бы вдруг таґкая заґбота со стоґроны сурового господина декана к конґкретґно этоґму предґстаґвитеґлю наґчинаґющих волґшебниґков?
  
   Поґросеґнок что-то долґго... В ванґной!
  
   Я уроґнила упаґковґку с табґлеткаґми и заґверґнуґтый в поґлотенґце заґмороґженґный куґсок мяґса, коґторый приґжимаґла к заґтылґку, и со всех ног броґсилась спаґсать Феґликґса.
  
   Жиґвой, слаґва теґбе, госґпоґди!
  
   Паґцан, обґмоґтавґшись с ног по шею, выґделенґным мной поґлотенґцем, отчеґго стал поґхож на доґмовоґго эльґфа, что-то стаґрательґно наґмылиґвал неґизґвесґтно где найґденґным огґромным кусґком хоґзяйґственґноґго мыґла. Оберґнулся и выґжидаґюще посґмотрел на меґня. Хоґрошеньґкое, почґти девґчоґночье, лиґчико. На моего суженого не поґхож абґсоґлютґно. Я обґлегченґно вздохґнуґла, поґтом поґморґщиґлась от боґли в заґтылґке.
  
   - Стиґраґешь?
  
   Он кивґнул, опусґтив гоґлову и ощуґтимо напґрягшись.
  
   - Даґвай, я в стиґралґку заґкину, и пойґдем поґедим, что бог посґлал, да и поґговоґрить нужґно. Ты как счиґтаґешь?
  
   Удивґленный взгляд, еле заґметґный киґвок, и еще плотґнее заґкутавґшись в поґлотенґце, Феґликс отґстуґпил в стоґрону, вниґмательґно слеґдя за тем, как я заґпусґкаю маґшинґку.
  
   - Мыґло где взял?
  
   От этоґго просґтоґго вопґроґса паґцан едґва не подґпрыгґнул, словґно я его спроґсила, у коґго он укґрал коґшелек.
  
   - Там... - проґшелесґтел он, укаґзывая руґкой на непґриґметґную дверґцу под ванґной и все так же насґтоґроженґно слеґдя за мной.
  
   - Ну, слаґва Мерґлиґну, что ты таґкой вниґмательґный. Я и заґбыла, куґда его суґнула - стольґко хлоґпот быґло в посґледние дни, - исґкренґне обґраґдовавґшись наґходґке, заґявиґла я. - Товарищ, тьфу, господин зельевар выґвел каґкую-то спеґциґальґную форґмуґлу для этоґго сорґта. Я еще не исґпыґтываґла. Исґпыґтаґем на твоґих джинґсах: есґли не расґтвоґрятґся, знаґчит ...
  
   - Расґтвоґрятґся? - глаґзенґки исґпуґганґно взгляґнули на меґня и тут же вновь усґтаґвились в пол, и дальґше срыґваґющимґся шеґпотом: - Эти джинґсы расґтвоґрятґся? Исґчезнут?
  
   - Да поґшутиґла я, поґшутиґла, - посґпеґшила я усґпоґкоґить явґно наґходяґщегоґся не в сеґбе мальґчишґку, - Ниґчего с твоґими джинґсаґми не буґдет, разґве что, моґжет, хоть эти ужасґные пятґна отґстиґраґютґся.
  
   Паґцанґчик шуґточек не поґнимаґет: то ґли мал еще, тоґ ли еще что. С ним воґобґще акґкуґратґней нужґно, псиґхованґный он каґкой-то. И хоґзяйґственґный чеґресґчур, для шесґтиґлетґнеґго - осоґбенґно. Хоґзяйґственґность - это хоґрошо. Приґгодитґся.
  
   - Слуґшай, даґвай отґлоґжим расґсуждеґния о доґмоводсґтве на поґтом. У меґня боґлит гоґлова, перґшит в горґле, и я срочґно нужґдаґюсь в больґшой чашґке чаю, в двух, а еще лучґше в трех! Есґли я сейґчас не запью паґру табґлеґток макґсиґмум, паґрой чаґшек миґнимум, я выпью теґбя, как вамґпир! - свиґрепым тоґном заґявиґла я, схваґтила Феґликґса за руґку и поґтащиґла на кухґню.
  
   Приґторґмоґзила, проґлетая миґмо комґнаґты муґжа, засґкоґчила на миґнутґку внутрь, не отґпуская от сеґбя пуґтавґшеґгося в сполґзавшем поґлотенґце паґцаненґка. Поґвелиґтельґный взгляд, дверґца шкаґфа госґтеприґимґно расґпахнуґлась, недґра плюґнули в меґня футґболкой. Пойґдет. Я ловґко пеґрехґваґтила ее в поґлете и проґтянуґла мальґчишґке.
  
   - Наґдевай и сбеґгай в ванґную - разґвесь поґлотенґце!
  
   Феґликс писґкнул, побґледнел и поґпятилґся, с ужаґсом гляґдя то на меґня, то на плюґющийґся шкаф.
  
   Поґлотенґце разґмоґталось, обґнаґжив неґобычґно мусґкуґлисґтое для шесґтиґлетґнеґго каґрапуґза теґло. И да, это точґно был каґрапуз, а не каґрапуґзиха. Тольґко вот пуґза, как таґковоґго, у неґго не имеґлось.
  
   Не поґнимая, что так наґпугаґло Феґликґса, я на всяґкий слуґчай скоґманґдоґвала:
  
   - Захґлопнись, деґревяшґка!
  
   Приґказ был пеґревыґполґнен на сто проґценґтов: шкаф обиґженґно захґлопнул дверґцу, а паґцан, виґдимо реґшив, что коґманґда отґноґситґся к неґму, вновь писґкнув, заґмоталґся во влажґное поґлотенґце и резґко дал деґру по напґравлеґнию к ванґной. Тольґко вот футґболка осґтаґлась у меґня в руґке.
  
   Вздохґнув, я попґлеґлась слеґдом, чувсґтвуя, как у меґня наґчинаґет круґжитьґся так и не поґлучивґшая отґдыґха гоґлова. Я не поґвериґла своґим глаґзам: дверь ванґной окаґзалась заґперґта! На что там можґно быґло закґрытьґся, есґли люґбые средсґтва для этоґго отґсутсґтвоґвали напґрочь: ни крючґка, ни щеґколґды там и не плаґнироґвалось, а саґма дверь отґкрыґвалась в коґридор!
  
   - Феґликс, отґкрой дверь! И заґбери футґболку. Боґятьґся плюґющеґгося шкаґфа лучґше в суґхой одежґде.
  
   Тиґшина.
  
   Блин. И что деґлать-то? Угоґвариґвать его - сил нет, он меґня сам уже "угоґворил" так, что на ноґгах еле дерґжусь. Тошґнит. Этоґго еще не хваґтало. Допґрыґгались.
  
   Я сеґла на пол возґле двеґри и тиґхо скаґзала:
  
  - Муґжик, я сеґбя плоґхо чувсґтвую. По твоґей виґне, межґду проґчим. А ты мне кое-что обеґщал. Ты муґжик или кто? Ты долґжен дерґжать свое слоґво.
  
   Дверь приґотґкрыґлась. Маґленьґкая ручґка цапґнуґла футґболку и исґчезла. Чеґрез несґкольґко сеґкунд из недр ванґной явиґлась футґболка почґти до поґла и в ней "муґжик". На его реґшительґной фиґзиґоноґмии чиґталась гоґтовґность сдерґжать не данґное мне "слоґво". Уже хоґрошо. Я засґтоґнала и приґнялась подґниґматьґся. Но Феґликс неґожиґданґно резґко приґсел со мной ряґдом и заґговорґщически заґшепґтал:
  
   - Теґтя! Я хоґчу вам сдеґлать одґну не-нор-маль-ность! Это плоґхо, очень-очень, я знаю, но это хоґрошо, правґда-правґда! Я увиґдел кресґло и шкаф и сейґчас тольґко поґнял: вы пойґмеґте!
  
   Я заґмерґла, усґлыґхав этот торґжесґтвенґно проґизґнеґсенґный бред и увиґдав гоґрящие странґным огґнем глаґза. Мне стаґло не то, чтоґбы страшґно, но весьґма и весьґма не по сеґбе. О боґже, поґмоги...
  
   Феґликс виґдимо расґцеґнил мой стуґпор как согґлаґсие на его "сдеґлать" то, что он проґизґноґсил по слоґгам, и вцеґпилґся мне в руґку своґими крепґкиґми руґчонґкаґми. Вцеґпилґся больґно, стисґнул заґпястье и что-то заґборґмоґтал - то ґли стишґки, то ґли просґто руґгалґся.
  
   Я поґчувсґтвоґвала, как пеґред глаґзами все попґлыґло, и, в коґторый уже раз за этот день, упґлыґла в страґну Морґфея.
  
  ГЛАВА 2
  
  
   Опять катреґны, но уже без заґвыґваґний, сопґлей и икаґний. Знаґкоґмо, проґхоґдиґли, тольґко слоґва друґгие, не те, что в прошґлый раз.
  
   Я подґняґла гоґлоґву. Проґтерґла глаґза. И едґва не пеґреґверґнуґла стоґявґшую пряґмо под ноґсом чашґку с чаґем. Поґтом, поґпыґтавґшись сесть, оперґлась на что-то хрусґтяґщее. Упаґковґка табґлеґток. Моґих. И чай. Заґботґлиґвый этот маґленьґкий суґмасґшедґший. Что он со мной сдеґлал?
  
   Я сеґла, взяґла кружґку. Гоґряґчий. Мое странґное сосґтоґяние проґдолґжаґлось доґвольґно долґго, раз усґпели и чайґник вскиґпеть, и чай заґваґритьґся и сюґда досґтаґвитьґся, и табґлетґки найґтись. Я маґшиґнальґно наґчаґла пить, осґтоґрожґно дуя на поґверґхность. Поґморґщиґлась: паґкеґтиґроґванґный, да еще и сладґкий. Люґбиґмый чай мужа, как он его наґзыґваґет: "Чай-на паґру не опозґдай". Поґка пиґла, заґбыв о табґлетґках, приґняґлась разґгляґдыґвать напґряґженґно смотґревґшеґго на меґня, заґмолґчавґшеґго, наґкоґнец-то, Феґликґса.
  
   Паґцан каґзалґся усґтавґшим и сонґным: еще совґсем неґдавґно свеґтивґшиґеся ясґным огґнем глаґзенґки поґтухґли, под ниґми заґлегґли теґни, ноґсик заґосґтрилґся. Мальґчишґка выгґляґдел так, словґно резґко заґбоґлел. Я проґтяґнуґла руґку - потґроґгать лоб. Феґликс отґшатґнулґся, но поґтом зажґмуґрилґся и сам поґдалґся впеґред, подґставґляя, поґчеґму-то, щеґку. Вздрогґнул. Я тоґже.
  
   - Ты чеґго меґня пуґгаґешь? Дай лоб! Ты что, усґпел заґбоґлеть, поґка я тут ваґляґлась?
  
   Лоб, слаґва Мерґлиґну, окаґзалґся в норґме. Поґроґсеґнок вдруг зевґнул раз, друґгой, сглотґнул, гляґдя в кружґку. Взъґероґшил свои черґные и без тоґго лохґмаґтые воґлоґсы, вновь загґляґнул в кружґку, поґтом мельґком мне в глаґза, и опусґтил гоґлоґву.
  
   - Пей! - я проґтяґнуґла ему осґтатґки чая.
  
   Он моґменґтальґно выґпил, посґтаґвил поґсуґдинґку на пол и улегґся ряґдом, закґрыв глаґза.
  
   Так-так. Инґтеґресґненьґко-инґтеґресґненьґко. Где-то я таґкое уже встреґчаґла. Давґно и доґвольґно наґдежґно заґбыґто. Но быґло. Точґно. Я подґняґлась, точґнее, вскоґчиґла, словґно во мне давґно ждаґла своґего звезґдноґго чаґса расґпряґмитьґся и толґкнуть неґвиґдиґмый маґятґник заґбурґливґшей во мне энерґгии сжаґтая пруґжиґна. Легґкая, словґно баґбочґка. О боґже! Давґненьґко сеґбя так не чувсґтвоґваґла! Ниґчеґго не боґлит, горґло не перґшит, шишґка исґчезґла! Так, словґно от дуґши поґпаґриґлась в знаґмеґниґтой паґпочґкиґной баґне, поґтом хоґроґшеньґко высґпаґлась и теґперь гоґтоґва сверґнуть гоґры или хоґтя бы поґмочь Филґчу пеґреґчисґтить все сеґребґро в Хогґварґтсе! И проґпоґлоть все грядґки Поґмоґны, и пеґреґмыть куґчу котґлов для обоґжаґемоґго муґженьґка!
  
   Ой, маґмочґки... Позґдравьґте меґня: я, каґжетґся, вамґпир. Энерґгеґтиґчесґкий. Бедґный мальґчик. Ему нужґно дерґжатьґся от меґня поґдальґше. А я его неґнорґмальґным счиґтаґла. А саґма-то, саґма! Сперґва чуть не приґдуґшиґла, поґтом чуть не осуґшиґла.
  
   - Сюґда, туґпая деґреґвяшґка! - вырґваґлось у меґня саґмо-соґбой, вмесґто робґкоґго "Акґцио, моя волґшебґная паґлочґка". Эк меґня сеґгодґня закґлиґниґло: и шкаф - туґпая деґреґвяшґка и волґшебґная паґлочґка тоґже, "разґлеґтаґлись!", поґниґмаґешь. Бывґшая ветґка ябґлоґни в этот раз не осґмеґлиґлась осґлуґшатьґся. Опаґсаґясь приґкаґсатьґся руґкаґми к усґнувґшеґму маґлыґшу, я осґтоґрожґно леґвиґтиґроґваґла его к сеґбе в комґнаґту на свою посґтель, укґрыґла одеґялом и отґпраґвиґлась по хоґзяйґственґным деґлам: убґрать не приґгоґдивґшиґеся табґлетґки и пусґтую чашґку, выґтаґщить веґщи из маґшинґки, разґвеґсить, приґгоґтоґвить что-ниґбудь поґесть.
  
   Поґка воґзиґлась, несґкольґко раз подґхоґдиґла и смотґреґла на спяґщеґго Феґликґса. Кто он, поґчеґму он, заґчем он здесь? Лиґчиґко и лиґчиґко: скуґлы, ноґсик, губґки и весьґма куґсаґчие зубґки. Это ж наґдо умудґритьґся: не усґпел здесь поґявитьґся, стольґко бедсґтвий сотґвоґрил, а все же, кто его роґдил?
  
   Так, наґдо прекґраґщать все эти разґдумья. Есґли мои мозґги заґраґбоґтаґли рифґмовґкаґми, то ни к чеґму хоґроґшеґму это не приґвеґдет - неґодґнокґратґно проґвеґреґно. Я поґтом начґну дуґрацґкиґми часґтушґкаґми разґгоґваґриґвать с супругом и просґто несґти всяґкую чушь. Он буґдет ржать, как неґнорґмальґный, и обґвиґнять меґня в том, что я не даю ему сосґреґдоґтоґчитьґся и отґвлеґкаю его мысґли от драґгоґценґных зеґлий. Посґлать бы соґву со всеґми моґими вопґроґсаґми... Эх, мечґтай! Это тольґко пеґреґпуґгаґет и, не дай бог, раґзозґлит мужа: у нас суґщесґтвоґвал четґкий доґгоґвор, что "звоґним" мы друг друґгу тольґко в крайґних слуґчаґях.
  
   Мне, выґросґшей среґди теґлеґфоґнов, четґких коґманд и вечґноґго "Есть!", очень трудґно быґло приґвыкґнуть к сонґной безґмяґтежґносґти стен Хогґварґтса. Как будґто не подґбиґраґлось к его стеґнам неґвиґдиґмое зло, как будґто можґно быґло позґвоґлить деґтям поґбыть детьґми. Но мой супруг... Он друґгой. Ему поґнятґна неґобґхоґдиґмость наґшей поґлуґвоґенґной дисґципґлиґны Дурмсґтранґга. Он единсґтвенґный, кто не смеґялґся, когґда я по приґвычґке перґвое вреґмя выґтяґгиґваґлась в струнґку пеґред диґрекґтоґром и пеґдаґгоґгаґми. На его фаґкульґтеґте гоґразґдо больґше поґрядґка и дисґципґлиґны, чем во всех осґтальґных трех. Впроґчем, "Воґроґны" тоґже очень даґже ниґчеґго. Но "Льґвы" - это просґто ужас каґкой-то! Диґкая смесь пряґмо-таґки гуґсарґских предґставґлеґний о добґлесґти и чесґти впеґреґмешґку с оживґшиґми анекґдоґтаґми о гуґсарґском поґвеґдеґнии. При перґвом знаґкомсґтве с этой браґтиґей меґня поґсеґтил стойґкий "бр-р-р!", а поґтом, при боґлее длиґтельґном, не меґнее стойґкий "фр-р-р!".
  
   "Люґбят" меґня неґфорґмальґные лиґдеґры этоґго славґноґго фаґкульґтеґта так же страсґтно, как и своего преподавателя зельеварения. А вот с грифґфинґдорґской маґлышґней и мноґгиґми деґвушґкаґми у меґня, как ни странґно, хоґроґшие отґноґшеґния. Саґма не знаю, в чем деґло: я терґпеть не моґгу деґтей. И это имеґет под соґбой жеґлеґзоґбеґтонґную осґноґву.
  
   Я - своґего роґда униґкум. Мой паґпа - геґнеґрал одґной из саґмых моґгуґчих арґмий миґра. Он был неґмаґло ошаґраґшен, мягґко гоґвоґря, у неґго немґноґго сбилґся приґцел, когґда к неґму под покґроґвом ноґчи заґявилґся... один чеґлоґвек. Хоґроґшо знаґкоґмый чеґлоґвек. Тоґже воґенґный. Не просґто чеґлоґвек и не просґто воґенґный, не просґто хоґроґшо знаґкоґмый. Все быґло очень "не просґто". У меґня тоґже немґноґго поґнаґчаґлу засґбоґили сисґтеґмы наґвеґдеґния: к тоґму моґменґту мне уже быґло триґнадґцать, по доґму вовґсю полґзал каґраґпуз-браґтец, сводґный, правґда, браґтец. И я быґла, здрасьґте, приґехаґли, - волґшебґниґцей!
  
   В тот веґчер я пыґтаґлась угґнатьґся за шусґтро удиґравґшим от меґня Витьґкой, дерґжаґщим в зуґбах каґкую-то дрянь, коґтоґрую слеґдоґваґло неґмедґленґно отґнять во изґбеґжаґние поґявґлеґния поґноґса и рвоґты у юноґго предґстаґвиґтеґля поґкоґлеґния засґранґцев. Беґжаґла, стаґраґлась. Браґтец резґко заґторґмоґзил, и я, спотґкнувґшись, куґбаґрем поґлеґтеґла чеґрез неґго по траґекґтоґрии "мой лоб - угол стоґла". Я леґтеґла поґчеґму-то очень-очень долґго. Куґда там Алиґсе с ее беґлым кроґлиґком. Леґтеґла и предґставґляґла сеґбе, как буґдет здоґроґво, есґли я вреґжусь в этот трекґляґтый стол, а он - опа! - реґзиґноґвый! И лоб осґтаґнетґся цел и задґниґца браґта тоґже - я ниґкогґда не спусґкаґла ему поґдобґные фоґкуґсы. Моя тяґжеґлая лаґдонь не раз опусґкаґлась на его пухґленьґкую вредґную попґку.
  
   Ну и что мы имеґем? Стол - наґдувґная реґзинґка, я и срочґно вызґванґный мной со служґбы паґпа в шоґке. А ночью к нам посґтуґчаґли.
  
   Начґниґте в столь прекґлонґном для наґчиґнаґющеґго волґшебґниґка возґрасґте обуґчеґние среґди каґраґпуґзов, младґше вас на два гоґда фиґзиґчесґки и на деґсяґток факґтиґчесґки. Вы узґнаґете, что знаґчит стать "маґмой полґка". Блаґгоґдаґря аноґмальґно позґдно просґнувґшейґся маґгии, я вдоґволь хлебґнуґла всеґго тоґго, чем приґхоґдитґся заґниґматьґся мноґгоґдетґным маґтеґрям. Наш отец-коґманґдир охотґно спихґнул на меґня возґню с мелґкиґми банґдиґтаґми. Я окаґзаґлась единсґтвенґной деґвочґкой на всю ораґву юных гоґлоґвоґреґзов. То есть, я хоґтеґла скаґзать: драґчуґнов, маґтерґшинґниґков, хуґлиґгаґнов, коґленґко-ноґсо-разґбиґваґтеґлей, всяґкую дрянь глоґтаґтеґлей и во всяґкие бяґкосґти бесґкоґнечґно влиґпаґтеґлей. Ну, и саґмо соґбой, от меґня по задґниґце поґлуґчаґтеґлей.
  
   В наґшей и неґкоґтоґрых соґседґних, друґжесґтвенґных нам страґнах, суґщесґтвуґет траґдиґция: обуґчать тольґко мальґчиґков-волґшебґниґков, расґсматґриґвая их как униґкальґное жиґвое оруґжие со сверхґспоґсобґносґтяґми. Собсґтвенґно, это даґже не счиґтаґетґся волґшебсґтвом, просґто таґкие вот униґкальґные споґсобґносґти. Именґно поґэтоґму, в Дурмсґтранґге соґверґшенґно друґгой подґход к обуґчеґнию мноґгим учебґным дисґципґлиґнам. И уж точґно ниґкоґму в гоґлоґву не приґдет, что маґгию можґно исґпольґзоґвать в мирґной жизґни. Сверхґспоґсобґносґти - это всегґда или войґна, или наґука, в крайґнем слуґчае - меґдиґциґна. И - абґсоґлютґно без зазґреґния соґвесґти - апґпаґрат власґти. Да-да, именґно то, что так модґно наґзыґвать "зомґбиґроґваґниґем масс".
  
   Но иногґда проґисґхоґдят соґверґшенґно непґредґвиґденґные веґщи: это лиґбо когґда деґвочґка обґлаґдаґет столь выґдаґющимґся поґтенґциґалом, что проґще заґпихґнуть ее на учеґбу в мужґской колґлекґтив, чем в псиґхушґку, лиґбо когґда твой паґпа-геґнеґрал соґверґшенґно слуґчайґно чеґрез мноґго лет узґнаґет о том, где на саґмом деґле слуґжит его двоґюродґный брат. Секґретґность в наґших усґлоґвиґях - это не просґто слоґва: моґгут просґто и без заґтей посґтаґвить к стенґке, в назиґдаґние осґтальґным. Триґбуґнал наґзыґваґетґся. Мирґное вреґмя у нас тольґко для магґлов, а нам, волґшебґниґкам, поґкой лишь тольґко снитґся. Ну, не буґдем о пеґчальґном, тем боґлее, что свою непґриґветґлиґвую роґдиґну я теґперь увиґжу лишь во сне.
  
   Так и слуґчиґлось, что мне пришґлось отґслуґжить, тьґфу, отуґчитьґся семь лет под коґманґдоґваґниґем, то есть под мудґрым руґкоґводсґтвом своґего дяґди. Дяґдюшґка, обґнаґруґжив во мне неґдюґжинґные пеґдаґгоґгиґчесґкие споґсобґносґти и почґти полґное отґсутсґтвие волґшебґных, нимаґло не смуґтилґся и не рассґтроґилґся. Он всяґчесґки подґдерґжиґвал меґня на моґем неґлегґком посґту "всеґобґщей маґмы", напґлеґвав на юриґдиґчесґкие и проґчие тонґкосґти моґего преґбыґваґния в ставґших родґныґми за семь лет стеґнах.
  
   В очеґредґной раз поґбеґжав посґмотґреть на боґлезґненґно выгґляґдяґщеґго спяґщеґго анґгеґлочґка, я обґнаґруґжиґла обґразґцоґво запґравґленґную кроґвать. И его отґсутсґтвие. Серґдце проґтивґно ёкґнуґло, но тут же усґпоґкоґилось: меґлочь верґнуґлась из туґалеґта и посґмотґреґла на меґня исґпыґтуґющим взоґром.
  
   "Поґесть бы, и конґфет поґбольґше", - пеґреґвеґла я сигґнал на обґщеґчеґлоґвеґчесґкий, поґка он не проґпал с экґраґна раґдаґра, то есть, я хоґтеґла скаґзать, поґка Феґликс, по своґему обыкґноґвеґнию, вновь не утґкнулґся взгляґдом в пол.
  
   Поґевґший и наґпивґшийґся чаю Феґликс посґтеґпенґно приґобґрел боґлее свойґственґную шесґтиґлетґним поґроґсяґтам окґрасґку кожґных покґроґвов. Он возґнаґмеґрилґся сам поґмыть поґсуґду. Я не стаґла преґпятсґтвоґвать. Паґрень обґраґщалґся с таґрелґкаґми и губґкой увеґренґно, словґно доґмоґхоґзяйґка. Коґорґдиґнаґция для шесґтиґлетґнеґго просґто заґмеґчаґтельґная. Инґтеґресґно. Паґцан-заґгадґка.
  
   Иногґда я жаґлеґла, что не обґлаґдаю столь выґсоґко цеґнивґшимґся среґди восґпиґтанґниґков Дурмсґтранґга даґром и не моґгу заґлезть в гоґлоґву своґим поґдоґпечґным. А вот мой дяґдюшґка - запґросґто! Неґдаґром при нем даґже саґмые паґкосґтлиґвые оборґмоґты веґли сеґбя идеґальґно. Весьґма ценґный дар для диґрекґтоґра.
  
   Но приґхоґдиґлось ждать. Что-то подґскаґзыґваґло мне, что Феґликс с опасґкой и насґтоґроґженґностью ждет моґих дальґнейґших дейґствий: от рассґпроґсов до возґможґных репґресґсий. А еще от меґня и меґбеґли в кварґтиґре можґно быґло ожиґдать проґявґлеґния "не-нор-маль-носґти". Я не сомґнеґваґлась в том, что именґно это слоґво употґребґляґлось теґми, с кем мальґчишґка жил раньґше для обозґнаґчеґния проґявґлеґний маґгии. Я виґдеґла, как отец с ужаґсом и неґпоґниґмаґниґем сиґтуґации вперґвые встреґтилґся с моґей "неґнорґмальґностью". А вскоґре проґявил "неґнорґмальґность" Виґтеньґка. Когґда гоґдоґваґлый каґраґпуз вдруг ловґко, прямо-таки профессиональным жестом квиддичного ловца, пойґмал заґлеґтевґшую в окґно леґтуґчую мышь, тоґваґрищ геґнеґрал, каґжетґся, не дыґшал несґкольґко миґнут. Поґтом медґленґно выґдохґнул и отґпраґвилґся звоґнить браґту. Но с тех пор я не раз виґдеґла, как отец заґмиґраґет на несґкольґко сеґкунд, как-то боґлезґненґно вгляґдыґваґясь в наґши с браґтом лиґца. Что он хоґтел там увиґдеть? Мне каґжетґся, он боґялґся нас. А, моґжет, за нас? Не знаю. Поґтом, с гоґдаґми, он, вроґде, приґвык или смиґрилґся.
  
   Я вниґмаґтельґно, ниґчуть не смуґщаґясь, разґгляґдыґваґла сиґдевґшеґго пеґреґдо мной по стойґке "смирґно" Феґликґса. Феґликс разґгляґдыґвал меґня, стаґраґтельґно деґлая вид, что разґгляґдыґваґет собсґтвенґные коґлеґни, обґтяґнуґтые сеґрой футґболґкой. Он подґпиґхиґвал изґлишґки ткаґни под бедґра, разґглаґжиґвал до сосґтоґяния "без едиґной морґщинґки" то, что туґго наґтягиґвалось на верґхней часґти, торґжесґтвенґно склаґдыґвал руґки поґверх поґлуґчивґшеґгоґся каґзарґменґноґго поґрядґка и сиґдел так неґкоґтоґрое вреґмя. Заґмиґрал на несґкольґко сеґкунд, есґли мне присґпиґчиґваґло вздохґнуть или шеґвельґнутьґся. Поґтом отґтаґивал, выґтасґкиґвал изґмяґтую майґку, проґпусґкал сквозь пальґцы, и заґтем проґцесс наґчиґналґся заґноґво. Межґду деґлом он присґтальґно и почґти неґулоґвиґмо коґлол меґня своґими молґниґеносґныґми взгляґдаґми. Ожиґдал наґпаґдеґния, не инаґче.
  
   Игґра в "выґжиґдайґку" заґтяґгиґваґлась. Я вскоґре поґняґла, что пеґреґдо мной сиґдит равґный по сиґле проґтивґник. Взросґлый, умґный и хитґрый. Не реґбеґнок. Не маґлыш. Насґтоґящая мелґкая дрянь, споґсобґная досґтаґвить теґбе серьґезґные непґриґятґносґти, есґли изґбрал теґбя своґим враґгом. Буґдуґщий лиґдер. И тольґко от восґпиґтаґния заґвиґсеґло, коґго поґвеґдет этот лиґдер за соґбой. А то, что за ним пойґдут, не подґлеґжаґло сомґнеґнию.
  
   Отґкуґда я все это знаґла? Я не знаґла, я так чувсґтвоґваґла. В свое вреґмя мне пришґлось неґмаґло поґвоґевать с таґкиґми вот "бейґбарґсаґми" месґтноґго разґлиґва. Они всегґда призґнаґют тольґко ум, сиґлу и хитґрость. Но этот экґземґпляр был их младґше черґт-те на скольґко. Униґкум. С ним опасґно ссоґритьґся, с ним опасґно друґжить. Он запґросґто вотґкнет теґбе нож в спиґну, есґли реґшит, что его преґдаґли. Но шесть лет. Всеґго шесть. Не моґжет быть. Моґжет-моґжет. Мой красавчик браґтишґка - таґкой же, хоть и постарше будет.
  
   Хваґтит сиґдеть. Дел по горґло. Мне еще на раґбоґту посґле двух.
  
   - Феґликс, даґвай учитьґся колґдоґвать!
  
   Приґятґно виґдеть ошаґраґшенґное выґраґжеґние на фиґзиґоноґмии тоґго, с кем нельґзя ссоґритьґся.
  
   - Я не очень умею, точґнее, почґти совґсем не умею, но у теґбя моґжет и поґлуґчитґся. Пойґдем.
  
   Ни вопґроґса, ни звуґка. Обалґдевґший вид смеґнилґся на крайґне насґтоґроґженґный и тольґко. И мы пошґли. В ванґную, где на суґшилґке, обґдуґваґемые тепґлоґвенґтиґляґтоґром, сохґли веґщи Феґликґса. Не выґсохґли еще, коґнечґно. Джинґсы доґвольґно долґго сохґнут. Я проґтяґнуґла мальґчишґке свою паґлочґку:
  
   - Я не знаю, поґдейґствуґет ли. Паґлочґка-то моя, но суґщесґтвуґет поґверье, что сильґный волґшебґник моґжет подґчиґнить сеґбе даґже саґмый пенґдитґный куґсок деґреґва. Даґвай попґроґбуґем.
  
   Феґликс не спеґшил брать в руґки нечґто ему неґпоґнятґное и проґбоґвать неґобъґясґниґмое. Он все такґже насґтоґроґженґно смотґрел то на меґня, то на паґлочґку. Поґтом вдруг подґскоґчил к сушилке и, стяґнув джинґсы, приґнялґся их разґгляґдыґвать. На его фиґзиґоноґмии насґтоґроґженґность смеґниґлась изумґлеґниґем, а заґтем восґхиґщеґниґем:
  
   - Пяґтен нет! - лиґкуґюще заґявил он. - Даґвайґте попґроґбуґем, - и проґтяґнул руґку.
  
   Я расґхоґхоґтаґлась: свой чеґлоґвек! Каґкие, к черґту, неґопиґсуґемые чуґдеґса! Главґное - польґза, с коґтоґрой можґно приґмеґнить поґлуґченґные с поґмощью маґгии преґимуґщесґтва в хоґзяйґстве! Для коґго-то маґгия - сказґка, а для коґго-то возґможґность свесґти пятґна от маґшинґноґго масґла. В тот же миг мне стаґло немґноґго грусґтно: реґбеґнок, не веґряґщий в сказґки - не реґбеґнок.
  
   - Как этим польґзоґватьґся? И что я долґжен деґлать? - четґко, пряґмо-таґки по воґенґноґму, спроґсил маґленьґкий взросґлый.
  
   Стаґло еще грусґтнее: боґевой расґчет треґбоґвал инсґтрукґций по эксґплуґатаґции ноґвой раґкетґной усґтаґновґки. Буґдут теґбе инсґтрукґции, боґец, и заґдаґчу по уничґтоґжеґнию конґкретґной цеґли, тоґже сейґчас посґтавґлю. Но, даґвай, миґлый, по-чеґлоґвеґчесґки снаґчаґла попґроґбуґем. Не хваґтаґло мне в дом каґзарґму таґщить. Я не для тоґго стаґраґюсь даґже во сне не виґдеть детсґтво.
  
   - Феґликс, в теґбе и во мне теґчет кровь. Как теґбе таґкая ноґвость?
  
   Феґликс оцеґнил шутґку и немґноґго расґслаґбилґся, пеґресґтав дерґжать паґлочґку так, словґно соґбиґралґся протґкнуть ею джинґсы.
  
   - Приґгоґтовьґся, сейґчас буґдет еще инґтеґресґнее. В теґбе и во мне можґно сдеґлать дырґку, и кровь поґтеґчет наґруґжу. Не хмыґкай! Теґперь осґновґное: в теґбе и во мне теґчет маґгия! И ей можґно упґравґлять.
  
   Мои ожиґдаґния не опґравґдаґлись: Феґликс отґреґагиґроґвал соґверґшенґно споґкойґно. Ну да, ну да, - исґчезґноґвеґние пяґтен на джинґсах - весґкое доґкаґзаґтельґство суґщесґтвоґваґния маґгии, не гоґвоґря уж о взрыґваґющихґся реґзиґноґвых кресґлах и плюґющихґся шкаґфах. Виґдиґмо, он поґлуґчил досґтаґточґное коґлиґчесґтво доґкаґзаґтельґств норґмальґноґго соґсуґщесґтвоґваґния с "не-нор-маль-носґтью". Не соґбиґраґетґся в ужаґсе спаґсатьґся в чуґлаґне? Заґмеґчаґтельґно!
  
   Проґдолґжаґем.
  
   Нужґно усґпеть как слеґдуґет исґпорґтить предґставґлеґние этоґго реґбенґка о маґгии, поґка в неґго не вцеґпиґлись мирґные миґлые смешґные пеґдаґгоґги Хогґварґтса. Исґпорґтить? О, нет. Ни в коґем слуґчае! Тольґко дать ему верґные, а не приґняґтые в данґном соґобґщесґтве исґкаґженґные предґставґлеґния о том, что на саґмом деґле проґисґхоґдит межґду волґшебґниґком и паґлочґкой. Вы хоть раз виґдеґли паґлочґку хоть у коґго-ниґбудь из выґпусґкниґков Дурмсґтранґга? А что виґдеґли? Вот то-то и оно.
  
   - Чтоґбы польґзоґватьґся маґгиґей, ей нужґно дать выґтечь наґруґжу, как кроґви. Стоп! Не бледґней и не пуґгайґся! А то не буґду объґясґнять.
  
   Юный волґшебґник и вправґду немґноґго посґмурґнел, но муґжесґтвенґно кивґнул и всем своґим виґдом изобґраґзил преґдельґную гоґтовґность к чеґму-то страшґноґму.
  
   - Да-да, именґно выґтечь! - саґдистґски ухґмыґляґясь, проґдолґжиґла я. - Но как и чем проґкоґвыґрять для этоґго дырґку? И где ее коґвыґрять? В жиґвоґте? В руґке? Есть люґди, очень огґраґниґченґное чисґло, кто споґсоґбен приґотґкрыґвать эту саґмую неґвидиґмую и неґ ощуґщаґемую засґлонґку-дырґку мысґленґно. Очень сильґным маґгам не нужґны ни паґлочґки, ни поґсоґхи, ни проґизґнеґсеґние закґлиґнаґний. Им досґтаґточґно поґдуґмать, предґстаґвить реґзульґтат - и они поґлуґчаґют его. Возґможґно, что и ты - таґкой же. И мы пряґмо сейґчас моґжем это проґвеґрить.
  
   В серьґезґных зеґлеґноґваґтых глаґзах вспыхґнул странґный огонь, поґдозґриґтельґно поґхоґжий на тот, что я уже виґдеґла.
  
   - Стоп, кроґха! Не спеґши. Снаґчаґла мы с тоґбой поґбуґдем в шкуґре обыкґноґвенґноґго волґшебґниґка, коґтоґрый выґнужґден, обґразґно выґраґжаґясь, "коґвыґрять дырґку" с поґмощью волґшебґной паґлочґки. Да еще и проґизґноґсить всяґкие мудґреґные закґлиґнаґния. Им приґхоґдитґся деґлать это кажґдый раз, когґда треґбуґетґся напґраґвить немґноґго маґгии, чтоґбы поґлуґчить нужґный реґзульґтат. Очень хоґроґшо, что ты поґка не знаґешь закґлиґнаґний. Ты ниґчеґго не знаґешь. Именґно поґэтоґму у нас с тоґбой все моґжет поґлуґчитьґся. Поґигґраґем в венґтиґляґтор? А в венґтиґляґтор, дуґющий тепґлым возґдуґхом? Даґвай, вклюґчай, наґжиґмай на кнопґку! Слаґбый реґжим, не тоґроґпись. Нам нужґны суґхие джинґсы, а не обугґленґные. Дошґло?
  
   Феґликс кивґнул, акґкуґратґно разґвеґсил штаґны на суґшилґку. Проґтяґнул руґку с паґлочґкой и закґрыл глаґза, сосґреґдоґтаґчиґваґясь. Но тут же отґкрыл и расґтеґрянґно посґмотґрел на меґня:
  
   - А есґли оно... Ну, это... Сильґно слишґком буґдет. Вы меґня побьґете?
  
   - Я дуґмаю, что, в крайґнем слуґчае, ты просґто осґтаґнешьґся с гоґлой задґниґцей. Приґдетґся подґгоґнять на теґбя штаґны моґего муґжа. Теґбе оно точґно наґдо? С друґгой стоґроґны, есґли ты зажґмешьґся, то пойґдешь на раґбоґту со мной в сыґрых штаґнах. Выґбиґрай и дейґствуй уже. Я бысґтро выґсуґшить все равґно не смоґгу. Моя маґгия просґнуґлась слишґком позґдно и выґдеґлыґваґетґся чаґще, чем слуґшаґетґся меґня. Вся наґдежґда на теґбя. Впеґред.
  
   Коґроґче, что долґго тяґнуть реґзиґну. Ниґчеґго у неґго не поґлуґчиґлось. Ниґчеґгоґшеньґки. Хоґтя, каґзаґлось, что все предґпоґсылґки на лиґцо: и мощґная маґгия, споґсобґная раґзорґвать реґзиґноґвое кресґло в клочґки и подґнять в возґдух не хуґденьґкую тетґку, то есть меґня, и неґзаґмутґненґное непґраґвильґным предґставґлеґниґем о маґгии созґнаґние. Но что-то пошґло не так. То ли просґто еще маґленьґкий. Ладґно, отґстаґвить. Наґдо изобґресґти, как бысґтро проґсуґшить джинґсы и майґку. Не осґтавґлять же его одґноґго доґма.
  
   Изобґреґли. Споґсоб вам понґраґвитґся. Но, посґкольґку это ноу-хау "бейґбарґса", - все вопґроґсы к неґму. Деґти на выґдумґки хитґры. Чеґрез деґсять миґнут одежґда выґсохґла без всяґкой маґгии. А вскоґре я "имеґла счастье" лиґцезґреть бледґность, заґливґшую лиґцо мальґчишґки, когґда он увиґдел моего неґожиґданґно возґвраґтивґшеґгоґся супруга.
  
   Что это с ниґми? Оба смотґреґли друг на друґга как закґляґтые враґги. Наґкоґнец, Феґликс шеґвельґнулґся, словґно стряґхиґвая с сеґбя осґколґки льґда, что мгноґвенґно скоґвал его при виґде моґего муґжа:
  
   - Теґтя ни в чем не виґноґваґта! - Реґшиґтельґным, хоґтя и подґраґгиґваґющим гоґлоґсом, заґявил маґлыш, каґзавґшийґся совґсем кроґхой на фоґне грозґно возґвыґшавґшеґгоґся над ним "Ужаса подземелий". - Это я все исґпорґтил! - Отґважґно доґбаґвил он.
  
   По лиґцу муґжа проґбеґжаґла тень, он нахґмуґрилґся еще сильґнее, поґдоґшел блиґже, вцеґпилґся в шеґвеґлюґру Феґликґса, выґнужґдая тоґго подґнятьґся на цыґпочґки и отґкиґнуть наґзад гоґлоґву:
  
   - Грифґфинґдор! - презґриґтельґно проґцеґдил Сеґвеґрус, отґталґкиґвая от сеґбя исґпуґганґноґго реґбенґка.
  
   Я с неґдоґумеґниґем и неґкоґтоґрым исґпуґгом смотґреґла на раґзыгґрыґвавґшуґюся пеґреґдо мной сцеґну: вперґвые за все вреґмя заґмуґжесґтва я увиґдеґла моґего супґруґга таґким.
  
  ГЛАВА 3
  
  
   Отоґропев, я смотґреґла на разґвоґрачиґвавґшуґюся пеґред моґими глаґзами драґму. В гоґлове, как и всегґда в поґдобґных слуґчаґях, щелґкаґли кадґры-вспышґки. Вспышґки мысґлей, проґжигавґших мозг исґкраґми тоґго, чеґго я иной раз не хоґтела бы знать. Гоґдилось все: выґражеґния лиц, поґложеґния тел, звуґки, взгляґды. Не гоґворя уж о слоґвах. "Инґтеґресґненьґко-инґтеґресґненьґко" бысґтро скаґтываґлось в "упс, приґехаґли". То, что наґчинаґлось как коґмедия, стреґмительґно пеґрерасґтаґло чуть ли не в траґгедию.
  
   Этоґго еще тольґко не хваґтало.
  
   Суґдя по всеґму, эти двое знаґют друг друґга не перґвый день, а то и год. И усґпеґли что-то крепґко не поґделить. Тольґко что? Ну что моґжет быть обґщеґго у грозґноґго деґкана Слиґзериґна и этоґго мальґчишґки? Феґликс его сын? Это сыґна мой муж встреґчаґет сейґчас с таґким презґреґниґем и... неґнавистью? Что этот паґцан усґпел таґкого натґвоґрить? Что воґобґще проґисґхоґдит?
  
   Каґжетґся, мой выґход:
  
   - Сеґверус, нам стоґит поґговоґрить наґедиґне? Куґда приґкажеґте, госґпоґдин деґкан, заґпереть виґновґноґго в "грифґфиндорсґтве" пресґтупниґка на вреґмя пеґрегоґворов? - мне сильґно не понґраґвилось обґраґщение моґего муґжа с маґлышом. Со смеґлым, умґненьґким, умеґющим дерґжать данґное им слоґво, даґже паґдая при этом в обґмоґрок от страґха, маґлышом шесґти лет от роґду. Чем бы ни доґсадил этот грозґный поґросеґнок Сеґверуґсу, я инґстинктивґно встаґла на заґщиту инґтеґресов реґбенґка.
  
   Я - преґдательґниґца? Я - плоґхая жеґна? Сеґверуґсу досґтаґточґно быґло проґизґнести одґно-единсґтвенґное, вроґде бы вполґне беґзобидґное слоґво, но таґким тоґном, будґто Феґликс виґновен в саґмом страшґном пресґтуплеґнии. И вот уже я - пресґтупниґца, я поґчему-то встаґла на заґщиту незґнаґкомоґго мне реґбенґка-пресґтупниґка, а не муґжа.
  
   - Черт! - я поґмотаґла гоґловой, сиґлясь изґбаґвитьґся от приґцепивґшеґгося в счиґтанґные сеґкунґды чувсґтва неґгодоґвания, тут же разґбуґдивґшеґго чувсґтво виґны пеґред муґжем. За что мне это?! И миґнуты не прошґло с моґменґта поґявґлеґния Сеґверуґса, а я уже меж двух огґней и не знаю в каґкую стоґрону беґжать.
  
   - Я его сейґчас сам запґру! Жди меґня здесь. - Сеґверус скаґзал это таґким тоґном, каґкого я не слыґшала от неґго уже очень давґно. Поґжалуй, по отґноґшению к сеґбе я воґобґще таґкой тон не слыґшала. Так он обычґно разґгоґвариґваґет с проґвинивґшиґмися взрыґвальґщиґками котґлов на уроґках зельґеваґрения и с предґстаґвитеґлями неґнависґтноґго ему "льґвиґного" фаґкульґтеґта. Мне до сих пор неґизґвесґтны приґчины его неґнависґти. Я не раз заґмечаґла, что даґже за незґнаґчительґные просґтупки "льґвяґта" поґлучаґли гоґразґдо боґлее серьґезґные наґказаґния, чем предґстаґвитеґли осґтальґных фаґкульґтеґтов. Каґжетґся, пришґла поґра узґнать, в чем деґло.
  
   Тем вреґменем, Сеґверус схваґтил Феґликґса за заґпястье и поґтащил в свою комґнаґту. По пуґти он не осоґбо обґраґщал вниґмания на то, что паґцан не усґпеґваґет за его шиґрокиґми стреґмительґныґми шаґгами и болґтаґетґся, споґтыкаґясь, словґно посґледний осенґний лисґтоґчек на ветґке под поґрываґми леґдяноґго ветґра. Тонґкая руґчонґка, каґзалось, вот-вот расґтяґнетґся, словґно струґна. Я не усґпеґла и рта расґкрыть, как проґцесґсия скрыґлась из виґду. Все ужаґсатее и ужаґсатее.
  
   Деґлать неґчего. Я вздохґнуґла и попґлеґлась на кухґню - пеґред серьґезґным разґгоґвором слеґдоваґло выґпить воґды. А заґтем, не отґклаґдывая, посґлать то, что у меґня заґменяґло патґроґнуса, Филґчу - преґдупґреґдить, что сеґгодґня я заґдерґжусь. Пусть наґчинаґют выґдачу посґтельґноґго белья на смеґну без меґня. Киґпе - эльґфийґке, отґветсґтвенґной за люґбой клоґчок ткаґни в Хогґварґтсе, проґходяґщей чеґрез праґчечґную, приґдетґся неґлегґко. Но и отґлоґжить смеґну белья нельґзя - поґрядок преґвыше всеґго. Черґтов Сеґверус! Ладґно. Усґпоґкоґитьґся. Выґпить воґды. Не криґчать, не руґгатьґся, не возґмуґщатьґся, не чувсґтвоґвать сеґбя идиґотґкой, не наґкидыґватьґся на Сеґверуґса с обґвиґнениґями в жесґтоґком обґраґщении с реґбенґком, не...
  
   - Сеґверус! Как ты моґжешь! Что ты сеґбе позґвоґляґешь! Это реґбенок! Ему всеґго шесть лет!
  
   Ну вот, насґтроґилась не орать, поґнимаґешь. Славґненьґко наґчинаґетґся мирґный разґгоґвор.
  
   Слоґва засґтряґли у меґня в горґле, когґда я увиґдела лиґцо муґжа. Он стреґмительґно поґдошел ко мне так близґко, что я почґти утґкнуґлась ноґсом ему в грудь. Он еще и доґверґшил проґцесс "утыґкания", приґжав меґня к сеґбе. И не вырґватьґся.
  
   Прошґла, наґверґное, миґнута. Я не осґмеґливаґлась не то, что поґшевеґлитьґся - дыґшать слишґком заґметґно и то каґзалось мне коґщунсґтвом. Серґдце Сеґверуґса биґлось, как суґмасґшедшее, словґно наґказыґвая меґня за мои резґкие слоґва, оно биґло меґня в лоб сквозь его ребґра. Мне оконґчаґтельґно расґхоґтелось орать и сканґдаґлить. Госґпоґди, да что ж таґкого в этом реґбенґке? Поґчему Сев в таґком сосґтоґянии? Моґжет, я прогґляґдела чисґло звеґря под спуґтанґныґми пряґдями давґно не стриґженой шеґвелюґры этоґго анґтихрисґта?
  
   Все еще тяґжело дыґша, муж увґлек меґня на диґван и усаґдил ряґдом. Я молґча ждаґла проґдолґжеґния, вдыґхая знаґкомый заґпах коґридоґров Хогґварґтса и меґла, коґторым проґпахґли все учиґтельґские манґтии моґего обоґжаґемоґго неґвыноґсимоґго грозґноґго проґфесґсоґра.
  
   - Горґло боґлит и гоґлова. - хрипґло скаґзал Сеґверус. - И у теґбя буґдут боґлеть, есґли буґдешь так криґчать. Поґдожґди сеґкунґду.
  
   Взмаґхом паґлочґки он призґвал флаґкон с зельґем, коґторое обычґно пил, когґда его в очеґредґной раз насґтиґгал безґжаґлосґтный бич, коґтороґго боґитґся люґбой учиґтель - лаґринґгит. Проґполосґкал горґло, прогґлоґтил. Гляґдя на неґго я поґморґщиґлась, сосґтраґдая: таґкую гаґдость, как это зелье, неґлегґко быґло прогґлоґтить даґже залґпом, не то, что позґвоґлить ей заґдерґжатьґся хоґтя бы паґру сеґкунд на языґке. Заґто поґмогаґет бысґтро.
  
   - Я соґжалею, что осґтаґвил теґбя один на один с этим выґродґком. Я попґроґсил Миґнерґву забґрать мои чаґсы сеґбе на сеґгодґня. Едґва дожґдался оконґчаґния тесґтиґроваґния у седьґмоґго курґса и рваґнул доґмой. Он ниґчего теґбе не сдеґлал? Ну, виґдимо, нет, раз у теґбя есть сиґлы его заґщищать. Слаґва Мерґлиґну! Я сиґдел, как на иголґках, прокґлиґная свою безґгоґловость. Поґдумать тольґко, что он мог натґвоґрить! Вот я идиґот! - Сеґверус стисґнул меґня в объґятиґях так, что мне трудґно стаґло дыґшать.
  
   Упс! Опаньґки! Я приґкусиґла язык и поґтихоньґку высґвоґбодиґлась из наґдежґных крепґких люґбимых рук. Да что ж таґкое-то, а? Выґходит, что я теґперь ниґчего не моґгу расґскаґзать о проґизоґшедґшем своґему муґжу, без опаґсения, что он прибьґет "выґродґка" - как он назґвал Феґликґса. Вот идиґотґская сиґтуґация. У меґня пряґмо-таґки разґдвоґение созґнаґния наґчинаґетґся: я увеґрена, что все слуґчивґшеґеся - реґзульґтат взаґимоґнепоґнимаґния межґду мной и мальґчишґкой, сдобґренное стиґхийґной маґгиґей, столь свойґственґной магґлоґрожґденным в этом возґрасте. А Сев, выґходит, предґпоґлагал, что нечґто поґдобґное моґжет проґизойґти, но был увеґрен, что паґцан моґжет усґтроґить столь опасґную гаґдость спеґциґальґно? И все равґно осґтаґвил меґня один на один с мелґким чуґдовиґщем? От изумґлеґния я не могґла проґизґнести ни звуґка. Что-то тут сильґно не схоґдилось. Бред каґкой-то. Таґкое впеґчатґлеґние, что мы с муґжем знаґем двух абґсоґлютґно разґных Феґликґсов. Лиґбо кто-то из нас не знаґет его воґобґще. И, поґхоже, это быґла я.
  
   - Да кто он таґкой? - наґконец отґмерла я для тоґго, чтоґбы заґмереть вновь, усґлыґшав нечґто неґвероґятґное:
  
   - Спаґситель наш, Мерґлин бы его побґрал! И наґша с тоґбой обоґюдґная гоґловґная боль на пять лет, как миґнимум.
  
   Приґехаґли. Не моґжет быть! Феґликс - Гарґри Потґтер? Но позґвольґте, а где же знаґмениґтый шрам?
  
   Сеґверус вниґмательґно посґмотрел на меґня, поґмолґчал немґноґго и призґнался:
  
   - Уж лучґше бы ты криґчала и возґмуґщалась. А то мне жутґко стаґновитґся. Я виґноват, что не посґтаґвил теґбя в изґвесґтность о наґшем, даґже не знаю, как это назґвать... заґдании, поґручеґнии, камґне на шее... Инаґче и не наґзовешь.
  
   Он подґнялся, расґстегґнул несґкольґко пуґговиц на своґем странґном одеґянии, заґменявґшем ему магґловґский пидґжак. Я виґдела, что у неґго боґлит гоґлова, что он еле заґметґно морґщится, стяґгивая воґлосы в хвост моґей реґзинґкой. Что-то гадґкое и злое, поґселиґлось во мне посґле лиґцезґреґния его посґтупков по отґноґшению к маґленьґкоґму реґбенґку. Маґлышу, коґторый мне понґраґвилґся своґими чеґловеґчесґкиґми каґчесґтваґми, коґторый усґпел разґбуґдить во мне дреґмавґшие до поґры до вреґмени чувсґтва, свойґственґные люґбой здоґровой женґщиґне.
  
   Скольґзкая мерґзкая змея сомґнеґний заґдушиґла во мне жеґлание вскоґчить, обґнять, усаґдить своґего суґженґноґго на пол, чтоґбы он удобґно оперґся спиґной о диґван. Долґго расґчеґсывать и разґбиґрать его слишґком длинґные для мужґчиґны воґлосы, усґпоґкаґивая его боль, высґлуґшивая, согґлаґшаґясь, спраґшивая. Приґвычґный, давґно слоґживґшийґся поґрядок веґщей, был наґрушен. Я закґрыґлась, почґти вражґдебно разґгляґдывая нахґмуґренґное лиґцо Сеґверуґса.
  
   - К Мерґлиґну! - Сеґверус резґко проґвел руґкой, и тольґко что расґстегґнуґтые им пуґговиґцы моґменґтальґно засґтегнуґлись вновь. - Пусть воґзитґся со своґим неґдобиґтым "геґроґем" сам! Я не поґтерґплю в наґшем доґме атґмосфеґры поґдозґриґтельґносґти и ссор. И быґло бы из-за коґго! - черґные глаґза поґлыхґнуґли таґким огґнем, что я моґменґтальґно поґчувсґтвоґвала, как жар расґтоґпил-таґки леґдяную руґку неґпониґмания и непґриґятия, не жеґлавґшую отґпускать мое серґдце.
  
   - Из-за коґго, Сев? - я похґлоґпала по диґвану. - Сниґмай пидґжак, даґвай сюґда гоґлову, приґзови мою расґческу и расґскаґзывай. Буґдем выґчесыґвать пробґлеґму, поґка не посґсоґрились неґпонятґно из-за чеґго.
  
   Наґша стаґрая шутґка немґноґго смягґчиґла черґты люґбимоґго лиґца. Глаґза, еще несґкольґко мгноґвений поґлыхавґшие неґнависґтным мне плаґменем, слегґка соґщуриґлись. Мне быґло знаґкомо это выґражеґние: муж приґнял реґшение. Обґсуждать больґше неґчего. Я не сомґнеґвалась, что он мне все расґскаґжет, но это буґдет поґтом. Посґле тоґго, как Феґликс, то есть Гарґри, исґчезнет из наґшего доґма.
  
   Ох-хо, мужґчиґны! Плетью обуґха не пеґрешиґбешь, коґнечґно. Но плеть-хитґрость - исґконно женґское оруґжие. Мягґко обґвить, да неґожиґданґно дерґнуть. Заґчем же пеґрешиґбать? Главґное, засґтаґвить муґженьґка заґдерґжатьґся на миґнуту-друґгую, отодґвиґнуть его плаґны, выґнудить мне все расґскаґзать. А там буґдем дуґмать, что деґлать.
  
   - Солґнце мое черґноглаґзое! У меґня быґло неґлегґкое утґро. Раз уж так поґлучиґлось, что я стольґко вреґмени потґраґтила на ТВОИ, - я немґноґго поґвысиґла гоґлос, - деґла, вмесґто тоґго, чтоґбы заґниматьґся наґшими обґщиґми, то мне бы хоґтелось поґлучить объґясґнеґние сейґчас, а не муґчитьґся от люґбопытсґтва до веґчера. Мне еще на раґботу, есґли помґнишь. Букґвальґно два слоґва, и я поґбегу, меґня Филч и Киґпа ждут.
  
   - Хоґрошо, увиґдимґся веґчером и поґговоґрим. А я поґка отґправґлю ябґлоґко разґдоґра стаґрому мудґроґму пню - пусть он и реґшаґет, что с этим фрукґтом деґлать, - Сеґверус швырґнул мою реґзинґку на диґван и проґвел руґками по воґлосам, маґгиґей заґлизыґвая их наґзад, и явґно соґбираґясь ухоґдить.
  
   Зря наґдеґялась. Не проґкатиґло. Из таґких рук, как у Сеґва, обух ни сиґлой, ни хитґростью не выґбить. Тольґко пряґмотой и чесґтностью. Тогґда он отґлоґжит его сам. Моґжет быть. Я, быґваґет, по стаґрой наґивґной приґвычґке, наґдеґюсь на раґнее всегґда сраґбатыґвавґшее оруґжие. Я всегґда могґла обґвести вокґруг пальґца коґго угодґно, но не муґжа. Обидґно призґнаґвать, но он умґнее меґня.
  
   Я забґраґлась с ноґгами на диґван, обґняґла коґлени и обиґженґно утґкнуґла в них нос. Проґводиґла муґжа взгляґдом до двеґрей его спальґни. Блин. Поґговоґрили, наґзываґетґся! Так всегґда: он очень тонґко чувсґтвуґет маґлейґшую фальґшь и реґагиґруґет соґотґветсґтвенґно. Им нельґзя маґнипуґлироґвать. Тольґко исґкренґность. Обидґно: он треґбуґет ее от меґня, но часґто не счиґтаґет нужґным деґлитьґся со мной своґими плаґнами и мысґляґми. В таґкие моґменґты, я дейґствиґтельґно чувсґтвую сеґбя маґленьґкой глуґпой деґвочґкой, коґторой, собсґтвенґно, и явґляґюсь.
  
   - Алоґхомоґра! Алоґхомоґра!
  
   Опаньґки! А шоу, каґжетґся, проґдолґжаґетґся! Я прекґраґтила шмыґгать ноґсом. Совґсем, как даґвеча Феґликс, выґтерґла слеґзы пряґмо о брюґки на коґленґках и присґлуґшалась.
  
   - Алоґхомоґра! Отґкрыґвайґте, Потґтер!
  
   Куґда там! Суґдя по гоґлосу, Сеґверус не на шутґку раґзозґлился, поґра быґло спаґсать поґложеґние и ноґвеньґкую дверь: "Бомґбарда" от Сеґва - вещь очень мощґная. Словґно поґрыв ветґра сброґсил меґня с диґвана. В мгноґвение ока я взлеґтела вверх по лесґтниґце, чтоґбы заґторґмоґзить в дюйґме от бледґноґго от яросґти муґжа.
  
   Шанґтаж! Шанс!
  
   - Сев, ты просґти, я очень обиґделась на теґбя и кое-что не расґскаґзала о своґих утґренних прикґлюґчениґях и о Феґликґсе. Но ты сам виґноват! Не дал мне и слоґва встаґвить. Я знаю, как обойґтись без столь раґдикальґных мер. Но даґвай снаґчала поґговоґрим. И прекґраґти восґприґнимать меґня как маґленьґкоґго реґбенґка! Мне это осґтоґчерґтеґло! Не насґтольґко я теґбя и младґше!
  
   Я не смогґла доґвесґти свое высґтуплеґние до лоґгичесґкоґго заґверґшеґния: я ниґкогґда так раньґше не разґгоґвариґвала с муґжем. Я уваґжала и люґбила его. Мне всегґда быґла проґтивґна саґма мысль о сканґдаґлах и разґборках. Так же, как и Сеґверуґсу. А теґперь, уже втоґрой раз за столь непроґдолґжиґтельґное вреґмя, я осґмеґливаґюсь поґвышать на неґго гоґлос. Мне стаґло так проґтивґно, так неґхороґшо, так... ниґкак, что я разґрыґдалась.
  
   Сеґверуґсу раньґше не доґводиґлось виґдеть моґих слез. Он опусґтил паґлочґку и явґно смуґтилґся: таґким смуґщенґным я виґдела его лишь одґнажды: когґда мы с ним столґкнуґлись у двеґрей в ванґную стаґрост. Суґдя по всеґму, ему стаґло явґно не по сеґбе: что деґлать со мной деґловой, неґуныґваґющей, агґрессивґной, яросґтно отґстаґиваґющей праґва люґбого несґпраґведґлиґво обиґженґноґго им учеґника, он знал, а вот с исґтеґрикой сталґкиґвалґся вперґвые.
  
   Хоґрошо, что очень уж лишґний вес у меґня поґка лишь в плаґнах: муж подґхваґтил меґня на руґки, и поґнес вниз. Скольґзкая гаґдина внутґри меґня еле слышґно проґшипеґла: "Как роґманґтично", но тут же скрыґлась. Праґвильґно сдеґлала: я саґма не ожиґдала, что столь приґмитивґное, древґнее, как мир женґское оруґжие окаґжетґся столь дейґственґным. Есґли еще окаґжетґся! Сев тоґварищ таґкой: вполґне моґжет приґласґкать, наґпоґить усґпоґкаґиваґющим зельґем и отґпраґвитьґся выґполґнять заґдуманґное. От осґтроґго присґтуґпа жаґлосґти к сеґбе, люґбимой, но бесґправґной, я всхлипґнуґла еще громґче, поґдавиґлась и заґкашґляґлась.
  
   Как бы ни быґла я увґлеґчена выґтираґниґем моґих горьґких слез о его одежґду, я все же усґпеґла заґметить кое-что, что не заґметил Сев: дверь в спальґню безґзвучґно отґвоґрилась, и на поґроге поґявиґлась маґленьґкая фиґгурґка, воґинсґтвенґно сжиґмавґшая в руґках насґтольґную ламґпу. Весь вид Феґликґса гоґворил о том, что меґня, каґжетґся, гоґтовятґся спаґсать от грозґноґго муґжа. Я окґруглиґла глаґза в безґмолґвной поґпытґке приґказать моґему рыґцарю исґчезнуть с этих саґмых глаз доґлой. Он в отґвет тоґже сдеґлал кругґлые глаґза, но все же верґно раґзобґрался в сиґтуґации и исґчез в недґрах спальґни, притґвоґрив дверь.
  
   В отґвет на эти досґтойґные деґяния я разґрыґдалась еще сильґнее, просґто до икоґты. И усґпешно проґдолґжаґла этим заґниматьґся, вспоґминая, как ни за что не про что отґшлеґпала столь досґтойґноґго моґлодоґго чеґловеґка.
  
   Сеґверус, ошаґрашенґный поґтоком слез, сгруґзил меґня на диґван, цеґловал, усґпоґкаґивал, шепґтал что-то щеґмяще-нежґное и пыґталґся-таґки наґпоґить меґня зельґями. Куґда ж без зелий-то.
  
   Каґжетґся, арґтподґгоґтовґка пеґред боґем прошґла усґпешно. Теґперь нужґно быґло макґсиґмальґно исґпольґзоґвать преґимуґщесґтва.
  4
  
   - Поттер - сын моей подруги детства, с которой мы вместе росли и учились. Решением Дамблдора Гарри был отдан в семью его единственных родственников - сестры Лили. Раз в полгода я навещал мальчишку и передавал Петунье - его тетке, чек на содержание племянника. Петунья без восторга встретила прибавление в семействе: к тому времени у нее родился сын - ровесник Гарри. Но она, до поры до времени, не делала попыток нарушить договоренность между ней и директором и избавиться от свалившейся на ее голову обузы. Муж ее тоже был не против. И то сказать, за такие деньги, что отстегивались на содержание мальчишки, можно было и потерпеть некоторые неприятности.
  
   Как все было бы просто, если бы то, что приходилось терпеть несчастному семейству, действительно попадало под категорию "некоторые неприятности" и не более того.
  
   Петунья Дурсль является опекуном сына погибшей в автокатастрофе сестры. Такова официальная версия произошедшего. Я изначально не был согласен с решением Дамблдора о передаче опеки маглам. Я полагал, что некоторые особенности характера отца Гарри - ныне покойного Джеймса Поттера, доставят со временем огромные неприятности семье опекунов, если сыночек пойдет в папашу. Я доказывал Альбусу, что мальчишку нужно отдать в магическую семью - немало семей на те поры выказали желание воспитывать спасителя. А еще лучше - отдать под присмотр Аластора, который знал толк в деле воспитания стервецов и наглых засранцев. Что говорить, даже Поттер-старший буквально через пару месяцев службы под его руководством начал превращаться в подобие человека. Грюм не возражал и всерьез собирался сотворить из ребенка своих подчиненных нечто вроде "сына полка", что и являлось лучшим выходом на тот момент. Но Дамблдор руководствовался абсолютно непонятными мне мотивами и решил иначе. Несколько дней мы провели в жарких спорах. Я сожалею, что у меня не хватило сил настоять на своем. Я тогда был настолько подавлен бессмысленной гибелью Лили, что в какой-то момент мне стало все равно.
  
   Шли годы, и я все больше и больше убеждался в своей правоте: слабый волшебник не смог бы остаться в живых после Авады, несмотря на жертву матери. Уже тогда было ясно, что отродье Джеймса - потенциально сильный маг. Первые выбросы стихийки начались у Поттера, как и у любого другого одаренного волшебника, очень рано. Уже через год у семейства не хватавших звезд с неба обывателей-опекунов, наступили черные времена.
  
   Паршивец, характером весь в папашу, с возрастом постепенно начал осознавать свою власть над маглами. Ладно бы характер! Подозреваю, что мозги он получил от матери, поскольку сам Джеймс никогда особым умом не отличался. Опасное сочетание. Петунья, и прежде не отличавшаяся ни мозгами, ни силой характера, вскоре уже ничего не могла противопоставить наглости и выходкам племянника. Волшебники взрослеют быстро, муж Петуньи, магл, с ужасом убеждался в этой истине. Каждую встречу я вынужден был выслушивать поток жалоб на становившиеся все более опасными выходки малолетнего бандита.
  
   Я, как мог, пытался надавить на директора. Продолжал попытки доказать необходимость изъять избалованного вседозволенностью малолетнего хулигана у не справлявшихся с ним опекунов.
  
   Петунья сделала все, чтобы обезопасить свою семью: потакала ему во всем, выделила ему лучшую комнату в доме. Я своими глазами видел горы всевозможных игрушек, которые покупались ему по первому требованию. За любовь и заботу паршивец платил черной неблагодарностью, терроризируя семью, постоянно пугая и обижая единственного сына опекунов.
  
   Я несколько раз проводил воспитательные беседы с Поттером, не имевшие, естественно, никакого успеха. Смешно вспомнить, чихать он на них хотел! Когда в очередной раз он спрятался от меня в чулане, я подошел к дверце и громко пообещал ему, что лично займусь его воспитанием, если он доведет опекунов до крайних мер.
  
   Сегодня терпению Дурслей пришел конец: Поттер избил их ребенка шлангом для поливки газона. Наконечник разбил бедному малышу голову, пришлось везти в больницу зашивать рану. Петунья, без сомнения, сама виновата в том, что вырастила сыночка столь рыхлым и неуклюжим, не способным увернуться от нападения мерзкого братца. Я ее не оправдываю, но рана на голове - это уже чересчур!
  
   Дамблдор вызвал меня неожиданно, я не успел никого предупредить, как оказался в доме опекунов в вихре истерики, обвинений, угроз. Муж Петуньи давно уже требовал увеличить сумму на содержание паршивца. А сегодня он заявил, что никаких денег ему и даром не надо, и вышвырнул мерзавца из дома. Я его прекрасно понимаю.
  
   Прости, что оставил эту ходячую катастрофу на тебя. Времени предупредить не было. Я еле успел наложить на него чары, чтобы скрыть шрам и не волновать тебя, нужно было спешить. Пока дождался окончания министерского тестирования, думал, рехнусь от беспокойства. Ну, вот, собственно, и вся история.
  
   Сейчас сдам паршивца Дамблдору. Директор, правда, неоднократно высказывал весьма настойчивые пожелания, чтобы я принял самое непосредственное участие в его судьбе, если ситуация все-таки выйдет из-под контроля. Я тоже не раз задумывался на эту тему: Грюм уже немолод, а мелкому избалованному паршивцу нужна твердая рука и в прямом, и переносном смысле.
  
   Я повел себя, как трус, откладывая разговор с тобой. Надеялся, что у нас еще есть время. Но твоя реакция на него меня испугала: мерзавец унаследовал от папаши не только наглость, но и умение молниеносно втираться в доверие. Он провел с тобой менее двух часов, а ты уже попала под его влияние и смотришь на меня, как на врага. Я увидел в твоем взгляде те же отвращение и враждебность, которые стал замечать у Лили, после того, как она связала свою жизнь с отцом Гарри. Я склонен думать, что так проявляется одна из сторон их магического дарования. Джеймс обладал потрясающим умением нравиться людям. Они мгновенно попадали под его обаяние: и девушки, и все остальные - от обожавших его однокурсников до учителей.
  
   Для меня эта его власть над людьми всегда оставалась загадкой. Я неоднократно наблюдал странные сцены. Так, например, обиженный малыш, у которого этот здоровенный балбес выхватил из посылки сладости, через несколько секунд уже вовсю улыбался, гордясь тем, что сам "его величество ловец всея Хогвартса" обратил на него внимание. Джеймс очаровательно хамил чуть ли не всем без исключения учителям, заставляя их плясать под его дудку, но умудрялся не поссориться ни с кем. Полезнейшее умение, точнее, дар! Выйти сухим из воды? Для Джеймса? Да нет ничего проще! Сукин сын, и сыночек в него!
  
   Северус умолк, наконец-то выговорившись. Раскашлялся, перетрудив долгим рассказом горло. Вновь призвал гадкое зелье. Поморщился, решая: пить или обойдется. Но тут же вновь закашлялся и резким движением открыл флакон.
  
   Я сидела не шелохнувшись. Муж редко позволял себе подобные монологи. Это всегда означало одно: он взбешен до крайности, но еще не принял окончательного решения. И, как ни странно, мой слабый неуверенный голос мог стать решающим. И иногда, крайне редко, так и происходило.
  
   Но теперь мне требовалось подумать. Хорошенько подумать.
  
   Северус завершил свой необходимый ритуал принятия зелья, продышался. Его побледневшие от гнева скулы окрасил слабый румянец. Опять ночью будет кашлять и потеть. Ему крайне вредно совмещать преподавательскую деятельность с вдыханием едких паров от бесконечной варки зелий. Горло не успевает восстанавливаться. Мадам Помфри уже не раз гоняла его на консультацию к лору-колдомедику. Тот был категоричен: "Или - или, иначе...". Дальше следовало перечисление страшных кар в будущем. Северус относился к ним равнодушно. В отличие от меня.
  
   В последний год мы зачастили на консультации к колдомедикам. И он, и я тоже. И причиной был не только ларингит. В неутешительных прогнозах врачей и крылся источник моих горьких раздумий. Самого Северуса, похоже, эта проблема тоже не особо волновала. Он, насколько я могла понять, вообще не хотел детей. И их у меня, похоже, не будет никогда.
  
   Вот такая насмешка злой судьбы: всю жизнь воспитывать чужих. И выяснить, что своих, скорее всего, не будет. Не могу сказать, что вердикт врачей столь сильно меня расстроил. Я не собиралась рыдать по этому поводу...
  
   А, черт! Кому я вру? Себе?
  
   Расстроил, и еще как! Я рыдала в подушку после каждой неудачной попытки выяснить, что же со мной не так. Но, видя спокойную реакцию мужа, я делала все возможное, чтобы он и не подозревал, как мне тяжело. Вот так. Собственно, так и появилась вторая спальня: слишком тяжело было притворяться. Я заявляла Северусу, что вымоталась, устала, злая, не стоит меня сейчас трогать. И шла к себе. Поплакать, запить горе успокаивающим зельем. Наутро протереть лицо другим, скрывая следы слез от мужа. Зачем портить жизнь нам обоим, если я не могу, а ему и не надо? Детей, в смысле.
  
   Если бы мы жили у нас в стране, то взять приемыша не было бы такой уж проблемой. Но не здесь. В этом волшебном сообществе в принципе не могло быть брошенных детей. Сев был прав, когда описывал переполох, который поднялся, когда погибли Поттеры. Волшебная кровь! Гарри готовы были принять даже богатые аристократические семьи. Нас слишком мало, чтобы разбрасываться детьми. Жаль, что маглы в моей стране этого не понимают. А ведь их положение ненамного отличается от сложившегося здесь. Ребенок в мусорном баке? Умоляю вас! Здесь каждая беременность встречалась с одобрением, особенно после недавней войны. Семья Уизли так и вовсе была окружена небывалым почетом. Многие чистокровные ведьмы просто были не способны выносить больше одного, много реже - двух детей. Артуру бы еще жену хозяйственную, да весьма приличное министерское жалование прекратить на всяческие магловские безделушки спускать. Два сапога пара: ни она, ни он не считают нужным задумываться о будущем.
  
   Так, прекрати кукситься и злобиться. Они счастливы, подходят друг другу, как мы с Севом. Но... у них есть дети, и ты, злобная тварь, им просто завидуешь. Не в деньгах счастье.
  
   Северус снял школьное одеяние, расстегнул рубашку. Постоял немного, вглядываясь в дверной проем на втором этаже, ведущий в коридор, куда выходили двери спален. Потом махнул рукой и забрался с ногами на диван, положил голову мне на плечо. Я, как и всегда бывало во время долгих раздумий, занялась тем, что принялась неосознанно перебирать и слегка потягивать его волосы. Тоже давняя традиция, как и "вычесать проблему". Меня всегда умиляло, как угрюмый взрослый высокий мужик превращается в уютного маленького котенка. Словно волшебством уменьшается в размерах, стоит ему устроиться возле меня. Длинные волосы падают ему на лицо. Он этого терпеть не может. Фыркает, еще больше напоминая почему-то котенка, а не кота. Из-за острых, по-детски беззащитных коленок, что грозятся прорвать брюки? Из-за длинных, загнутых ресниц - единственного украшения его страшненькой носатой физиономии, если не считать библейской красоты глаз?
  
   Ну вот о чем я думаю, в тысячный раз лаская взглядом ранние морщинки на любимом, единственном, неповторимом лице моего суженого? Я готова думать о чем угодно. О горьком зелье, о недавнем походе к врачу, о счастье Уизли, о ненаглядных морщинках. О, у меня много идей, о чем бы мне еще поразмышлять. Только бы не видеть испуганную мордашку "малолетнего бандита" и "паршивца" вновь осторожно появившуюся в просвете лестничных перил. И не осознавать по капелькам просачивающегося в мои вены яда, что муж, как всегда, прав - сын Джеймса Поттера, без сомнения, унаследовал дар своего отца. И украл мое сердце. "Что за розовые сопли!" - "Скройся, зелень подколодная, не порти момент!"
  
   Воришка, не подозревая, что натворило его появление в нашем доме, подслушивал монолог Северуса, подозреваю, с самого начала. И сделал соответствующие выводы. На его худеньком личике все отчетливее читались страх и обреченность. Тоска и одиночество. Что угодно. Только не наглость и агрессивность. Ах, ну да, конечно - это же и есть проявления пресловутого "дара".
  
   Настолько взрослым и недетским было выражение того, что заменяло Феликсу-Гарри наивную шестилетнюю детскую мордашку, что я чувствовала, что отказаться от этого ребенка у меня просто не хватит сил. Что бы там ни говорил Северус, в чем бы он не обвинял это "исчадье ада", я чувствовала, что мой час настал. Своих детей у нас не будет, а отдать этого в руки никогда не имевшего дела с детьми Аластора, мне просто не позволяла совесть. И магия. Ну, как же без этого! Ведь это же магический дар, доставшийся Гарри от отца, заставлял меня сейчас вспоминать решительное выражение на перепуганном личике, когда кроха отважно бросился защищать меня с лампой наперевес.
  
   А еще это могло быть тщательно спланированной акцией по заманиванию меня, простодушной дурочки, в сети зла: ужас при виде проявлений магии, чай, таблетки, стирка, странные катрены-заклинания, после которых у меня исчезла шишка и перестали болеть горло и голова. Да-да, я таки сообразила, что моя "склонность к магическому вампиризму" была абсолютно не при чем. Ее у меня отродясь не было. Я сопоставила свое самочувствие со странными словами и последовавшим затем упадком сил Феликса (язык упорно не поворачивается называть его Гарри) и смогла сделать верные, надеюсь, выводы: ребенок явно обладал редчайшим даром целительства.
  
   Я припомнила, что могла, из своих думстрангских конспектов и охнула про себя. Ну, конечно! У малыша потому и не получилось высушить джинсы в ванной, что он уже потратил огромное количество энергии на мое лечение и просто не успел восстановить силы после этого. И вот это сокровище мне предстояло отдать тому, кто, без сомнения, был очень хорош в деле перевоспитания избалованных сукиных детей-переростков, но вряд ли имел представление о том, чтО действительно необходимо даже самому плохо воспитанному, капризному и хулиганистому малышу.
  
   Малышу, каким бы он ни был, в первую очередь нужна материнская любовь. Настоящая, разумная, жертвенная. Способна ли я на нее? С Феликсом определенно будет очень много хлопот, но он не был ни капризным, ни избалованным, да и хулиганистым тоже. Ну не верилось мне в это, хоть ты тресни! Я, пообщавшись с ним около двух часов, голову могла дать на отсечение, что буквально все, что говорил мой муж, было жестокой и несправедливой неправдой. Не знаю, что именно происходило в семье опекунов, и знать не хочу, но Сев, явно имевший зуб на старшего Поттера, невольно перенес свое отношение и на его сына. Несправедливо. А где же "Его Величество Шанс"? Почему малыш, который своего отца и в глаза никогда не видел, должен отвечать за его грехи?
  
   Какой тяжелый день! Словно квинтэссенция всего, что я передумала и пережила за последние годы. Спонтанное решение? Соблазнилась хорошеньким личиком? Растопили бабье сердечко фальшивые детские слезинки? Не попугайчика в клетке покупаю, не морскую свинку, не щенка?
  
   Да. Конечно.
  
   "Головная боль на ближайшие пять лет", - так сказал Северус.
  
   Да. И не только головная, не только моя, естественно. Муж. Что делать с предубеждением мужа против Гарри?
  
   Бывают в жизни такие дни, когда нельзя сказать: "Стоп, подождите, дайте мне подумать!" Бывают в жизни такие дни, когда ни в коем случае нельзя задерживаться в полете дольше, чем на пару мгновений, и то, только для того, чтобы набрать в грудь воздуха, пристально глядя в глаза, и ответить четко, прямо-таки по-военному: "Да, дядя, я согласна учиться в Думстранге!" Или вот еще: "Да, Северус, я выйду за тебя замуж". И пусть потом мне пророчат беды недоброжелатели, и шумит ошарашенный Хогвартс. Мне нет дела. Я - колдунья, я замужем, я люблю мужа, и я знаю, что он любит меня.
  
   Но теперь вновь пришел мой час. И мне не остается ничего другого, как пристально глядя в испуганные зеленоватые детские глаза, приказать, зная, что мне немедленно повинуются: "Подойди ко мне, Феликс!" и, после двух секунд торопливого топота по ступенькам, переводя взгляд в глубину ошеломленных черных: "Северус, позволь представить тебе нового члена нашей семьи - нового опекуна Гарри Поттера - Галину Снейп!"
  Глава 5
  
   Мне срочно нужно было на работу. Муженьку, впавшему в ступор после моего заявления, требовалось время прийти в себя. От его злобного взгляда причина наших разногласий моментально оказалась в противоположном краю комнаты, вооружившись каминной кочергой. Оставлять Феликса один на один со взбешенным Северусом - убийство. И еще неизвестно, кто кого. Стихийная магия моего новоиспеченного подопечного - вещь весьма... Ну, вы уже в курсе.
  
   Я отобрала кочергу, объявила, что беру воспитанника с собой, провела инструктаж по выживанию в Хогвартсе. Он был краток: держаться возле меня, если спросят, именоваться Феликсом, а еще лучше - молчать. Через пару минут одетый в свои высохшие вещи пацан уже стоял на крыльце, крепко стискивая мою руку. Слава Мерлину, что Дамблдор, после долгих дебатов и препирательств, согласился на беспрецедентный шаг - все педагоги получили допуск аппарации в Хогвартс. С собой можно было взять одного гостя, чем я и воспользовалась. Зря.
  
   Едва мы оказались на специальной площадке перед потайным входом в школу, как железная хватка тезки Железного ослабела. Я едва успела перехватить подмышки явно вознамерившегося сползти в обморок мальчугана. Упс... Ой, мамочки... Твою дивизию!
  
   Коня на скаку остановит... Мне бы сейчас того коня, и можно без седла и узды... Через весь замок галопом. Феликс перестал казаться пушинкой уже минут через пять бешеного бега по коридорам, лестницам и проходам.
  
   Я перебрала весь арсенал убойных ругательств, пока не оказалась взмыленная перед дверьми в больничное крыло. Руки у меня затряслись, и я едва не выронила так и не пришедшего в себя Феликса, увидев вспыхнувшую на двери надпись: "Буду завтра утром. Обращаться к директору. Пароль "малиновый сироп"".
  
   Я от души пнула дверь и выругалась. Громко. Помогло! В пустынном до сего момента коридоре материализовалась парочка эльфов. Вытаращились на мою бледнючую, еле дышащую ношу, переглянулись, через секунду возле них появилась еще парочка. Объединенными силами они подхватили меня под белы рученьки, и вот мы уже...
  
   Естественно, где же еще.
  
   Конечно, в теплице у профессора Спраут.
  
   Бардак!
  
   Слава богу, Помона оказалась на месте, не стала охать-ахать и задавать вопросов. Скинула перемазанные землёй перчатки, сдвинула на затылок шляпу и замахала палочкой, шепча заклинания. Я замерла, готовая услышать приговор, но вскоре расслабилась: вместо объявления о скорых похоронах раздалось:
  
   - Да у него просто обморок! Пусть немного полежит, - Помона подхватила едва не выпавшего из моих трясущихся рук казавшегося игрушкой-кукленышем Феликса.
  
   - Я и сама вижу, что обморок! - рявкнула я, понемногу обретая способность не только материться. - От чего?
  
   Помона уложила мальчишку на скамейку, приподняла его ноги и кивнула мне:
  
   - Сядь здесь, держи так.
  
   Я послушно села, сняла с Феликса нечто непотребное, заменявшее ему обувь, и автоматически принялась греть своими горячими руками его озябшие бледные ножки.
  
   - Успокойтесь, миссис Снейп, сами смотрите, - повелительница мандрагор взмахнула палочкой.
  
   Взглянув на возникшее возле личика ребенка свечение, я действительно немного успокоилась. Каждый педагог Хогвартса владел сигнально-диагностическими чарами. Высший уровень опасности запрещал прикасаться к пострадавшему и автоматически посылал сигнал мадам Помфри. Средний показывал, что вполне есть время доставить не колдомедика к больному, а наоборот, для чего частенько использовались силы нескольких дежурных эльфов. Одному эльфу было не под силу пробить антиаппарационный барьер, имея на руках живой груз. Сейчас сияние было зеленым: "срочно требуется консультация у специалиста", как деликатно именовались различные временные неприятности, большей частью связанные с тепловым ударом или мандражом перед экзаменами. Хотя бывали и исключения.
  
   Исключение вскоре открыло растерянные глазенки. Я едва успела поймать его за пятку, чтобы новоявленный Ахиллес не дал деру по далеко не всегда доброжелательно настроенным к чужакам джунглям Помоны. Феликс пнул меня свободной ногой и попытался вывернуться, дико оглядываясь по сторонам и явно не соображая, что происходит.
  
   - Лежать! - приказала я в один голос с Помоной, спешившей к скамейке со стаканом в руках.
  
   Помогло. Мальчишка затих и уставился на меня. В его глазах наконец-то проснулось узнавание, и на мордашке появилось виновато-испуганное выражение.
  
   - Дайте ему укрепляющее, Северус варил, - профессор Спраут протянула стакан мне, отмахиваясь от любопытного цветка какой-то лианы, заинтересовавшейся приятным запахом зелья.
  
   Феликс безумными глазами посмотрел на разобидевшийся цветок, плюнувший в сторону Помоны облачком пыльцы, потихоньку сел и ближе подвинулся ко мне - одинокий странник в полном неведомых опасностей мире. Я протянула ему напиток:
  
   - Пей. Сейчас почувствуешь себя лучше, мне хорошо помогает. Сев - мастер. Да пей же ты быстрее, а то отберут! Профессор Спраут, а она опять лезет, - наябедничала я на жадную лиану, которая вновь подкрадывалась к заветному стакану.
  
   Вид угрожающе поднятой волшебной палочки Помоны заставил-таки вредное растение на время отступиться от своих планов.
  
   Феликс без возражений выпил предложенное и отдал мне стакан. Я уже было хотела представить участников инцидента друг другу, но не тут-то было. Ребенок сел по-турецки, закрыл глаза и принялся раскачиваться. Знакомая картина. Сейчас начнет читать свои заклинания. Точно. Он забормотал что-то еле слышно себе под нос, а я потихоньку поднялась, выхватила стакан у лианы, стянувшей его таки из рук растерявшейся Помоны, огромными глазами смотревшей на ребенка.
  
   - О, это надолго. Я точно еще не знаю, но, по-моему, это он сам себя так лечит.
  
   Мы отошли на несколько шагов. Я не отрывала глаз от малыша, кратко сообщая положение дел. В самых общих чертах, не раскрывая сенсационной тайны. Да, решились, оформляем опеку, шесть лет, зовут Феликс.
  
   - Сегодня прибыл, - добавила я, увидев, как мадам в недоумении рассматривает истертые до дыр кроссовки моего подопечного.
  
   Карие глаза Помоны наполнились слезами. Никогда не замечала за ней особой сентиментальности, но тут она вдруг схватила меня за руку и затрясла так, что растения в ужасе шарахнулись в стороны:
  
   - Милочка, миссис Снейп, душечка моя, это такое доброе дело! Вот увидите, Мерлином клянусь, за приёмышем у вас с Северусом и собственный не замедлит последовать. Так часто бывает.
  
   Я машинально кивнула, стало грустно: ее слова бы да богу в уши.
  
   Тем временем, к уже знакомым мне странностям добавились следующие. К продолжавшему свои шаманские песнопения мальчишке потянулись растения и принялись раскачиваться вместе с ним и шуршать листьями в такт. Мы с Помоной замерли. На наших глазах свершалось чудо-чудное, диво-дивное: листья, цветы и плоды растений становились ярче, а сам Феликс выглядел все лучше. Постепенно исчезала бледность, наливались здоровеньким розовым цветом щечки, исчезали тени под глазами.
  
   Сеанс связи с астралом закончился после того, как на колени к ребенку посыпались дары благодарных жителей теплиц. Я напряглась. Многие плоды были мне незнакомы. Как бы не вздумал тянуть неизвестно что в рот!
  
   - Симбионт! - ахнула Помона. - Я знала, что они существуют, но собственными глазами...
  
   Феликс тупо пялился на гору ароматных плодов на своих коленях, но не пытался потрогать дары волшебной флоры. Я поняла, что парня нужно срочно спасать. Еще парочка таких происшествий, и ошеломленное выражение его физиономии мне будет сниться по ночам. А вообще, меня все это начинало настораживать: и целитель, и симбионт, ну прямо кладезь талантов. Куда проще было бы, если бы пацанчик был стандартного набора - руки-ноги-голова, вместо мозга трын-трава. С гениями много мороки, унести от них бы ноги.
  
   Для начала, они сами не знают, чего, собственно, хотят и что делать со своими способностями. Оттого и извечная проблема: что позволено Юпитеру... Позволять ли гению? Или не позволять? Не превратится ли тот в быка? Хорошенько прожаренного, после очередной своей неудачной пробы сил. Помню, был у нас один "файерщик" - "повелитель огня". Ох, и намучались мы с ним! Надеюсь, у Феликса не окажется еще и смертоносных задатков. Целительство мы как-нибудь переживем, притерпимся.
  
   Я познакомила Феликса с Помоной. Он шепотом выговорил "здрасьте", потупив взор в пол, точнее, во фрукты. Сияющая мадам выразила положенные такому неординарному событию восторги и пригласила Феликса и меня заходить чаще к ней в гости. Потом она превратила несколько сухих листьев в корзинку и помогла собрать в нее подношения, выбросив парочку странного вида не пойми чего, похоже, несъедобных. Еще пара листьев и веточек послужили объектом для трансфигурации. Через минуту восхищенный Феликс уже надевал новенькие носки и кроссовки.
  
   - Я не очень сильна в подобных вещах, но на пару дней хватит, - улыбнулась Помона. - Может, вам с Северусом деньги нужны? Малышу столько всего купить нужно. Мне недавно хорошо заплатили за партию арбузов, которые при разрезании сами избавляются от семечек. И не нужно ни стесняться, ни возвращать. Ради такого дела я что угодно! Только скажите!
  
   - Спасибо, милая Помона, если будет нужно, я обязательно обращусь. А удалось уговорить семечки выпрыгивать в посуду на столе, а не в лицо едоку? - заинтересовалась я, вспомнив бурные обсуждения в учительской.
  
   - О, да, Флитвик помог! - хихикнула Помона. - Чары левитации и тут пригодились. Пойдемте, провожу, а заодно и студентов встречу.
  
   По дороге - точнее, тропинке - к выходу из теплицы один из кустов вознамерился пообедать Феликсовой лодыжкой. Не получилось. Феликс, не растерявшись, отпрыгнул ко мне. Нападавший отодрал острыми, как бритвы, шипами только кусок джинсов. Вжик! - заклинание Помоны мгновенно отсекло агрессивному растению явно лишнюю конечность. Укротительница теплиц отобрала у него добычу, швырнула кровожадную ветку в бочку с удобрением и ловко приладила лоскут на место.
  
   До выхода мы добрались без дальнейших приключений. Феликс шел впереди и старался не отходить далеко от меня, угрожающе размахивая корзинкой. Я страстно желала сделать две вещи: выбраться на свежий воздух и выяснить у Помоны, почему на пацана напала та зубастая дрянь, если он, видите ли, симбионт. Да и не помнилось мне, чтобы студенты, частенько работавшие в теплицах, щеголяли оторванными ногами и руками. У меня не было никаких сомнений: куст пытался сожрать именно Феликса. Почему? Жаль, узнать это пока не удалось - у входа уже толпились студенты, пришедшие на урок.
  
   Школьный народец дружно замолчал, разглядывая невиданное в стенах Хога явление - маленького мальчика. Да еще с корзинкой, наполненной необычными фруктами. Редко кому удавалось заслужить благодарность профессора Спраут даже в виде яблока, а тут такая экзотика. Раздались изумленные шепотки, вопросы, но я не собиралась отвечать. Со временем все обо всём узнают. Феликс резко остановился, достал из корзинки самый большой и яркий... непонятно что, будем надеяться, апельсин. Протянул мне. Я машинально взяла и понюхала. Какой аромат!
  
   Нейтрализовав таким образом меня, маленький стратег отдал должное тактике. Он молча, неловко и испуганно улыбаясь, протянул корзинку полненькой миленькой девушке. Старосте. Как он угадал? По значку? Вот это я понимаю, наблюдательность!
  
   Фруктовый залп сразил наповал всех присутствовавших представительниц факультета Помоны. Радуга фруктов отразилась в цветах улыбок. Послышались восторженные охи и ахи. Представители сильного пола снисходительно молчали.
  
   Феликс, видимо, сочтя свою миссию выполненной, оглянулся на меня. В его глазах я увидела страх и растерянность. Вместо, казалось бы, вполне уместного в данном случае удовольствия от оказанного внимания и столь свойственного хорошеньким малышам кокетства. Пришлось вмешаться:
  
   - Девушки, юноши, знакомьтесь. Прошу любить и жаловать - Феликс, мой... скоро сама пойму, кто. Будем надеяться, что не персональное наказание.
  
   Я взяла мальчишку за руку, и мы отправились в замок, провожаемые жужжанием встревоженного такими неординарными событиями роя студентов. До главного входа путь неблизок, по дороге, не выложенной желтым кирпичом, мимо вполне себе прозаических грядок с овощами. Помона частенько привлекала для ухода за ними старшекурсников всех четырех факультетов. "Хоть будут знать, что картошка не растет на деревьях", - заявляла она, даже не пытаясь замаскировать огородные работы под уроки травологии. Впрочем, в отличие от магловского мира, в волшебном вовсе не требовалось гнуть спину с тяпкой долгие часы. Существовали иные, куда более эффективные, не требующие тяжелого труда технологии.
  
   - Вы не сердитесь?
  
   - Что? - от неожиданности я едва не выронила апельсин. Им я занюхивала свои размышления, надеясь дома поделиться с Феликсом и Северусом. Апельсином, если муженек не попытается съесть меня и Феликса вместо. Ну, и частью размышлений тоже.
  
   Рука Феликса дрогнула в моей. В его глазах все еще испуг, а на физиономии выражение виноватого напряженного ожидания.
  
   - Прекрати. Я хочу доставить апельсин домой в целости и сохранности. Чуть не уронила.
  
   - Вы сердитесь. Я отдал ваши фрукты, не спросил разрешения. Та девушка сказала, что не успела на обед. Так смотрела! И остальные. Наверное, тоже были голодные. А я недавно ел. Я не должен был так поступать. Дяде не нравилось, когда я что-то отдавал. Но давно... был один... тоже ненужный и голодный... он так смотрел на меня...
  
   Перешел на шепот. Замолчал, броня век уткнула его взгляд в землю.
  
   Я ждала, чувствуя, что это еще не все. Что-то гнетет парня. Невысказанное.
  
   Феликс резко поднял голову, зажмурился, будто собираясь прыгнуть в холодную воду.
  
   - Вы должны знать, я - трус! - выпалил он и, кажется, собрался заплакать. Его лицо исказилось, словно от боли.
  
   Вновь это недетское выражение лица. И странные слова и интонация. Ну не так признаются дети в том, что они струсили. Вы слышали такое? Я - нет. Они могут жаловаться: страшно, темно, кушать, пить, домой хочу. Могут и сознаться, особенно, если припрешь паршивца к стенке: "я взял". Но вот так по-взрослому подводить итоги своей крошечной жизни? Не в шесть же лет, в самом-то деле. С чего вдруг он вообще заговорил на эту тему? Вороватой лианы испугался? Кусачего куста?
  
   Странно. Так странно. Ужасно. Знакомо. И тут я вспомнила: "Ну, мертвая! - крикнул малюточка басом, рванул под узцы и быстрей зашагал". Мужик, кормилец. Он не смог бы признаться, что струсил при виде стаи волков в зимнем лесу? Просто погиб бы, отбиваясь до последнего. Без шансов поделиться хоть с кем-нибудь своими страхами. Единственный топор у бати.
  
   Я невольно пристально вгляделась в круглую мордашку Феликса, словно опасаясь увидеть знакомые веснушки и нос картошкой. Или надеясь. Что же такое было у тебя в прошлом, хлопчик? Семеро по лавкам? А ведь было. Для кого ты был той самой маленькой дрянью, что я почувствовала в тебе? Для твоих родственников, что задаривали тебя игрушками? Для кого ты не стал любимым и желанным? Для опекунов, что предпочитали откупаться от тебя, чтобы уберечь сына от вспышек твоей стихийной магии? А потом поспешили избавиться от обузы, несмотря на хорошие, по словам мужа, деньги. Почему тебя так ненавидит Сев? Вопросы. Ищи ответы, мать, осторожно ищи.
  
   Феликс не спешил открывать глаза. К счастью, плакать, кажется, тоже. Покачнулся. Я схватила его за руку, прижала к себе напрягшееся тельце:
  
   - Не хочешь - не говори. Пойдем. Я безнадежно опоздала, но, может, хоть что-то успею сделать. Если не перепутаю наволочки для эльфов с наволочками для подушек, как не раз бывало в начале моей карьеры. Сегодня вполне подходящий день. Начать карьеру завхоза заново в качестве твоего опекуна и перепутать все, что только можно.
  
   Феликс не попытался меня обнять, но явно успокоенный моим тоном, немного расслабился. Два зеленоватых прожектора уткнулись мне в лицо:
  
   - Те парни? Взрослые?
  
   - Нет, они еще не взрослые. Ученики.
  
   - Они бы отняли у меня корзинку? Без вас?
  
   - Нет. Есть среди них и хулиганистые особи, но за ними не водится привычки отнимать сладости у первокурсников. Подшутить могут, испугать, но это больше к Гриффиндору или Слизерину. Питомцы Помоны вполне безобидны. Тебе ничего не грозит.
  
   Угу. Ну, хоть понятно стало, почему он считает себя трусом. Я бы тоже испугалась толпы здоровенных незнакомых парней. И девушек, за компанию. Девицы, они, знаете ли, разные бывают. На меня посмотрите. Меня дядя иначе чем "кавалерист-девица" редко называл. Да уж. Кому зимний лес и волки. Кому джунгли теплиц и толпа незнакомцев. Перепуганный маленький маг - грозное оружие. И без топора обойдется, в случае чего.
  
   Феликс как-то странно вздохнул, не облегченно, а так, словно подсчитывал количество дивизий противника на вражеской территории, именуемой страшным словом "Хогвартс". Потом вздохнул еще раз. На третий, уже больше напоминавший упрямое сопение, я заподозрила, что полководец начал строить планы по нейтрализации. И очистке. Территории от захватчиков. Ну да, ну да: я только что выдала ему наименования самых опасных группировок.
  
   - Я передумала. Никакой работы сегодня и завтра. Кипа справится без меня. Директор задолжал мне немало выходных. Настало время их использовать. Пойдем-ка на экскурсию.
  
   Феликс окинул меня таким взглядом, что я едва не вытянулась в струнку.
  
   - Нет! - сурово заявил малец. И тут же:
  
   - Ой...
  
   Он отшатнулся и заметно побледнел.
  
   - Говори. Не любишь экскурсии?
  
   Феликс помялся, тоскливо вздохнул.
  
   - Не пойдет! Либо колись давай: что, собственно, "нет". Либо вперед и с песней. Будем делать, как я сказала.
  
   И тут мне неожиданно выдали странную лекцию. Сначала заикаясь и спотыкаясь, а потом довольно уверенным тоном. Взрослыми, явно давно и прочно зазубренными фразами. Такие высокопарные словоизлияния сделали бы честь любой директорской речи на линейке или собрании. Снисходительно, словно я не понимаю простых истин. Это и лекцией-то было сложно назвать. Проповедь? Скорее, инструкция: как выжить в условиях капитализма и тоталитарного режима.
  
   Оказалось, есть способы. Первое: не отлынивать от работы, если я не хочу, чтобы Он рассердился. Второе: не тратить деньги на никчемного мальчишку. Экскурсии дорого стоят и не положены бездельникам. Третье: мы и так потеряли много времени, а еще нужно успеть убрать в чулане и приготовить поесть. "Он", если будет голодным, накажет сильнее. А если Его хорошо покормить - может, еще и обойдется. По поводу последнего: очень верно подмечено, кстати. Сразу видно - у моего подопечного большой опыт в подобных вещах. Видимо, часто шкодить доводилось. И получать по заслугам.
  
   Шкодить ли? По заслугам ли? Чем дольше я слушала, тем сомнительнее казались многие предположения. Заключения. Выводы. И мои, в том числе.
  
   Планы на остаток дня намечались грандиозные. Действительно, какая к черту экскурсия?! Столько дел, столько хлопот и забот. Каждая минута на счету. Семеро по лавкам? Целый взвод!
  
   Я слушала, словно завороженная. Вот это я понимаю - промывка мозгов! Наши обзавидовались бы. Какая сволочь постаралась? Представляю, сколько раз за свою коротенькую жизнь "мужичок-с-ноготок" выслушал всю эту чушь. Вон, как шпарит. Наизусть! Да так убежденно, что еще пара минут, и я ему поверю. Проникнусь и кинусь ублажать мужа - повелителя, тирана и пупа земля одновременно.
  
   А лицо! С таким лицом принимают присягу и идут на расстрел за правое дело. Бог мой.
  
   Маленький проповедник-инструктор умудрился ни слова не сказать о Северусе, но картина вырисовывалась печальная: если я не буду вести себя "хорошо", то меня неминуемо сживут со свету. За что? Как же - я пошла против воли супруга, приютив лентяя, наглеца и бездонную прорву. Феликса, то есть. А, ну да, и труса, в том числе. Чуть не забыла.
  
   Я села. Там, где стояла. На дорогу. Земляную. Желтых кирпичей на ней отродясь не бывало, а вместо Тотошки мне в спутники достался маленький рыцарь. Понять бы, где найти Страшилу, чтобы объяснил, что мне с этим со всем делать. И храброго льва, чтобы в мгновение ока сожрал готовые поглотить мою бедную голову проблемы. Не помешал бы и Железный Дровосек с его топором. Разрубить гордиев узел того бреда, что заполнял голову моего подопечного.
  
   Феликс смолк. Не пожалев коленок, тут же плюхнулся в пыль рядом, испуганно заглядывая мне в лицо.
  
   - Нет. Мне не плохо. Сиди тут и молчи. Взрослые тети не сидят на дороге. Понимаю. Но мне надо подумать, а когда мне это очень нужно, меня ноги не держат. Они просто не знают, куда идти.
  
   Мы сидели довольно долго, погрузившись в невеселые мысли. Впрочем, Феликс вскоре немного приободрился и нашел себе занятие. Его заинтересовали плотоядные вьюнки, высаженные Помоной среди кустов картофеля.
  
   Ам! Личинка колорадского жука скользит по горлышку небесно-голубого цветка, похожего на кувшинчик, и падает в наполненный пищеварительными ферментами "желудок". А благодарный куст подставляет заботливому хищнику следующий листочек, терзаемый ненасытной прорвой. Покрытые обманчиво нежными, загнутыми по направлению к "желудку" волосками лепестки вьюнка на мгновение смыкаются. Снова: "Ам!", и очередной агрессор превращается в жертву.
  
   Пока Феликс развлекался, собирая оранжевых тварей и скармливая их "кувшинчикам", я обдумывала основную мысль лекции-проповеди-инструкции. Она была предельно проста. Меня будут защищать от тирана и злодея до последней капли крови. Но. Этой самой крови у защитника не так уж и много. Посему. Не стоит лишний раз подставляться. Проще согласиться с наиболее адекватными требованиями, приберегая силы на самый крайний случай. Главное - выжить. А уж потом...
  
   Разумно. Весьма разумно.
  
   Берегись, Сев. Когда "кувшинчик" расцветет, барахтаться тебе в его темной утробе. Не выбраться.
  Глава 6
  
   До замка было идти и идти.
  
   Даже если не спешить на работу и не торопиться выполнять грандиозные планы Феликса, то рассиживаться долго не стоило: нужно было прийти к какому-то решению и наметить план выполнения. Сказывается влияние мужа: у него все по плану, и каждый пункт точно по расписанию. Жесточайшая дисциплина и высокие требования к себе.
  
   Я так не могу. Точнее, могу. Но мне это очень тяжело дается. После нескольких дней строгого следования намеченному плану, неминуемо наступает отходняк, когда я и с постели подняться не могу, не то, что подвиги совершать. Сев обычно меня не трогает, завидев утром условный сигнал - "подушку на ушко". И не мешает мне валяться до обеда в блаженном полусне-полуяви.
  
   Его вполне устраивает мое воскресное небытие. Он - сова, обычно долго засиживается за чтением или расчетами, проверкой эссе или подготовкой к урокам. Потом с проклятием швыряет Силенцио в давно научившийся уворачиваться будильник, с трудом поднимается к завтраку и, зачастую дожевывая на ходу, спешит на занятия. Но в субботу и воскресенье он всегда поднимается сам, очень рано, и спешит в Хогвартс, в свою лабораторию или запретную секцию библиотеки, пользуясь своим дубликатом ключей.
  
   Помню, как он отвоевывал у директора право на свободную от уроков и обязанностей декана субботу.
  
   На педсовете, когда решался вопрос, кому поручить сопровождение учеников младших курсов слизеринского факультета во время еженедельных походов в Хогсмит, меня нисколько не удивило заявление директора: "Это младшим курсам факультета Северуса нужно поручить приглядывать за иными представителями старших курсов некоторых Домов!", - он хитро прищурился в сторону, где сидела МакГонагалл.
  
   Минерва мгновенно превратилась во взъерошенное подобие своей анимагической формы. Видимо, хотела возмутиться - она всегда бросается на защиту своих котят, даже если они не правы от слова "совсем". Все выжидающе уставились на нее, но она вдруг улыбнулась вполне миролюбиво: "А это идея, надо будет поговорить с...".
  
   Вскоре после этого для младшекурсников в "Сладком Королевстве" появился павильон. Его открывали по субботам и воскресеньям, используя чары "расширения пространства". Там чего только не было! Всевозможные карусели, горки, батуты, инвентарь для подвижных игр. Два веселых клоуна показывали фокусы и вовлекали всех желающих в развлечения. Был там и "тихий" уголок, тонущий в полутьме. Там можно было попить чаю со сладостями и посидеть с книжкой за столиком с уютной лампой, а то и просто вздремнуть на кушетке, разглядывая рыб в огромном аквариуме или движущиеся картинки на потолке.
  
   С тех пор всю малышню первых и вторых курсов включительно, не делая разбора "свой-чужой" старшекурсники доводили до дверей "Сладкого Королевства" и сдавали на руки клоунам-затейникам. Все были довольны. Деканы получили в свое распоряжение выходные. У старшекурсников появилось три часа свободного времени. Мелкие шкоды прекрасно проводили время под великолепным развивающее-развлекающим присмотром. В обиход вошло новое заклинание. Оно моментально отбивало охоту шкодить у любого озорника и называлось: "Не пущу к клоунам!".
  
   Нужно будет сводить туда и Феликса. В прошлый раз висела красочная афиша - реклама воздушных танцев крошечных феечек. Я видела их потрясающее выступление. Если он так очарован небесно-голубыми вьюнками, возможно, ему понравятся и очаровательные танцовщицы. С него станется попробовать накормить их конфетами, как хищные цветы - личинками.
  
   А что, если все же сегодня, вот прямо сейчас, хотя бы попытаться познакомить мальчишку с обитателями Хогвартса? Ввести в атмосферу, в которой ему предстоит жить. Выходные пролетят быстро. Куда девать ребенка, пока я буду на работе?
  
   Со временем, когда Северус немного успокоится и свыкнется с мыслью о прибавлении в семействе... О да, зная Сева, можно смело сказать, что это произойдет не скоро. Но, тем не менее, рано или поздно эти счастливые времена наступят и тогда... Что тогда?
  
   Пока я буду обсуждать с поставщиками продуктов и эльфами, сколько чего потребуется для бесперебойной работы школьной кухни, муж - что? Разрешит мальчишке бездельничать на своем уроке или допустит в святая святых - лабораторию? С него, знаете ли, станется. Быстро приставит к делу - котлы мыть и столы от всякой дряни отчищать. Без применения магии. Еще и окружит защитным барьером, чтобы арестант ни ногой от рабочего места - нечего шляться по потенциально опасному помещению и совать нос, куда не просят.
  
   Видела я как-то такое заклинание в его исполнении. Провинившийся ученик находится словно в невидимой клетке, которая исчезает сама собой, по истечении срока отработки. После такого наказания, даже безобразники породы Гриффиндор на какое-то время превращаются в... не скажу в кого. Им не идет. Но Сев доволен до ужаса. Великий педагог. Его бы так. Феликсу явно ни к чему такое счастье.
  
   Нет, не стоит пока рассчитывать на мужа в вопросе, который возникает у многих работающих родителей. Придется выкручиваться самой. Переживем. Где наша не пропадала, на каких только метлах ни летала. Главное - летать, не ползать! И не ныть, если уж свалился, но не до конца разбился.
  
   Думай, мать, думай. А пока стоит подняться, ноги в руки и вперед - в замок. Нужно предупредить Кипу и Филча, что пару дней им придется хозяйствовать самим. Оставить кучу инструкций, назначить толковых помощников, отложить самые важные дела. Может, пока я буду решать рабочие вопросы, пацан немного осмотрится, заинтересуется чем-нибудь, вон, как сейчас, - вьюнками и колорадами. И идея экскурсии будет уже не так противна его хозяйственному сердечку.
  
   Пора спасать объевшиеся "кувшинчики" от успевшего очистить от личинок немалую часть картофельной плантации охотника. Но жаль: Феликс выглядит счастливым, окруженный ластящимися к нему яркими цветами. Симбионт, надо же. Глядишь, увлечется гербологией, станет у Помоны любимым учеником. И мне профит - будет с кем оставить хоть ненадолго. Если его не сожрет какой-нибудь особо принципиальный антифанат симбионтов. Пока не выясню, что тому кусту понадобилось от моего подопечного - Феликс в теплицы ни ногой!
  
   Впрочем, ясно что. Мясцо и кровушка. И похрустеть нежными косточками на закуску. Баба Яга хренова! Но почему?! Голодный, а симбионты - его любимый корм? Личная неприязнь?
  
   Разберусь. Мало не покажется. Изничтожу! Зачем Помона его выращивает, кусаку этого? Особо полезная дрянь?
  
   - Феликс! Пойдем.
  
   Мальчишка выпутался из небесных зарослей и всем своим видом выразил готовность совершить еще какой-нибудь подвиг.
  
   Мы двинулись дальше, мимо квиддичного стадиона, и мальчишка пропал. Потерялся, растворился. Бездонное синее небо в его глазах и силуэты летающих спортсменов.
  
   - Что это? - шепотом, словно завороженный. - Они летают...
  
   Ну, слава Мерлину! Попался!
  
   - Пойдем, познакомлю тебя с Роландой. Для тебя - мадам Хуч. Она - тренер по квиддичу. К-ви-д-ди-чу. Повтори.
  
   - Кидичу.
  
   - Не пойдет. Повторяй за мной.
  
   Пока дошли до трибун, рядом с которыми разминался первый курс, Феликс довольно сносно научился произносить трудное для него слово. Жаль, не успела прочитать лекцию о квиддиче. Ладно, потом покажу большую энциклопедию с картинками и свожу в Зал славы.
  
   Как и следовало ожидать, первокурсники вылупились на моего мелкого, как на диво дивное, но Роланда железной рукой, точнее глоткой, моментально вернула их мозги и тела в рабочее состояние. Она подвесила в воздухе свое собственное прозрачное изображение, демонстрирующее движения разминки, велела ученикам повторять за ним и подошла к нам.
  
   - Позвольте представить - Феликс, мой приемный сын. Мне кажется, он заинтересовался полетами.
  
   Мне импонировал сугубо деловой подход Роланды. Без всяких охов-ахов и прочего выражения эмоций, она сцапала моего подопечного своими железными пальцами. В течение минуты крутила, гнула и мяла мальчишку, словно тесто. Потом крикнула: "Лови" и тут же швырнула ему неизвестно откуда взявшийся снитч.
  
   Феликс не шелохнулся. Проводил изумленным взглядом моментально растаявшую в небе золотую искорку и посмотрел на меня.
  
   - Ну, что ж не поймал-то? - сощурила свои кошачьи глаза Роланда.
  
   Феликс молчал, опустив голову.
  
   Я вмешалась:
  
   - Феликс, это просто игра такая. Этот шарик - снитч, специально создали с крылышками, чтобы он улетал, а его догоняли. Чем быстрее поймаешь - тем лучше. Я потом тебе все подробно объясню.
  
   Мадам Хуч удивленно прислушивалась к моим словам. Она, видимо, и предположить не могла, что есть люди, не подозревающие о существовании квиддича. Затем она призвала снитч обратно и вновь швырнула пацану.
  
   В этот раз он поймал, но как-то странно, подолом рубахи, словно залетевшего в комнату птенца. Вытащил двумя пальцами из-под одежды золотой мячик и протянул Роланде.
  
   - Рукой лови, - скомандовала она, - он не раскаленный, не обожжешься, просто на солнце сияет ярко.
  
   - Рукой? - глаза у Феликса округлились.
  
   - Ну, да, что непонятного? - Роланда как-то по-птичьи наклонила голову, став похожей на удивленную сойку.
  
   - Но, он же... У него же... Такие тоненькие... Я ведь могу нечаянно помять или сломать. Ему будет больно.
  
   Роланда расхохоталась:
  
   - Надо же! Впервые такое вижу. Ну и чудо ты мне привела, Хэлли. Феликс, снитч не живой, ему не будет больно. Это просто спортинвентарь, как и обыкновенный мяч. А крылья у него устроены так, что моментально прячутся, как только к ним прикасаются пальцы игрока.
  
   - Оставишь мне это сокровище? У меня пара только началась. Посмотрю на него. Забавный. Тебе его потом кто-нибудь из старших приведет.
  
   - Спасибо, я сама заберу, не волнуйтесь. Феликс, мне нужно по делам. Остаешься с мадам Хуч, - я посмотрела на Феликса - как бы чего не учудил.
  
   Поросенок верно истолковал мой взгляд и слегка улыбнулся, словно пообещал не влипать в неприятности.
  
   Я сделала вид, что резвым шагом отправилась в направлении Хогвартса, а сама незаметно юркнула на трибуну. Меня интересовало все, связанное с мальчишкой.
  
   Пока Феликс старательно и не сказать чтоб очень уж неуклюже, повторял за полупрозрачной Роландой движения разминки, я вызвала эльфа и велела передать директору и Филчу, что беру на три дня отпуск по семейным обстоятельствам в счет неиспользованных отгулов.
  
   Собственно, ничего интересного, кроме того, что метла буквально сама прыгнула в руки пацану, я за все время так и не увидела. Феликс тщательно и как-то очень уж по-взрослому серьезно выполнял все многочисленные и весьма нудные фигуры: бесконечные "змейки", "волны", "запятые" и прочие премудрости. Остальные дети парили уже довольно высоко, на уровне первого ряда трибун, а Феликс - метрах в полутора от земли, как и положено в первые два месяца обучения.
  
   Никаких попыток подняться выше или погнаться за мелькающими тут и там "медленными" тренировочными снитчами. Я пожалела, что сижу довольно далеко. Отсюда не разглядеть выражение лица мальчишки. А, была не была. Я вытащила палочку и носовой платок. Платок? Давняя привычка. А куда без него, если постоянно имеешь дело с малышней. Сопли, слезы и грязь с их физиономий легко удалялись заклинаниями, получавшимися великолепно. У всех, кроме меня.
  
   Платок послушно трансфигурировался в бинокль. Военный, весьма похожий на отцовский. Уф, получилось, слава те господи, то есть Мерлин. Оптика вот только подкачала, но для моих целей - пойдет.
  
   Я впилась взглядом в Феликса. Маленький взрослый сосредоточенно слушал объяснения. Внимательно разглядывал исполнение фигур. Его личико выражало одно: предельную погруженность в урок. Только пальцы жили своей собственной жизнью. Они поглаживали рукоять старенькой потертой и довольно облезшей метлы, словно вели с ней нескончаемую беседу.
  
   И метла откликалась. Все старые волшебные вещи имеют свой характер, в основном вредный, брыкательно-упрямый. Поэтому первокурсники, наученные печальным опытом, стараются не брать из хранилища метлы старше трех лет.
  
   Роланда, скорее всего, специально посадила Феликса на одну из этих "растрепок". Посмотреть, сумеет ли с ней договориться. Да и если та потеряет последние прутья, - не жаль, все равно скоро списывать.
  
   Сумел. И еще как! Минут через сорок, я заметила, что пацанчик начал уставать. Я поднялась было, памятуя о его обмороке, испугавшись, что мужик сильно переутомится. Но тут заколдованные, парящие в воздухе фишки в очередной раз изменили рисунок. Феликс, стараясь не зацепить их, не удержался на крутом повороте и соскользнул с метлы. У меня замерло сердце.
  
   Вот же ж, курица-наседка! Знаю ведь, что высота небольшая, что ничего страшного, а испугалась, словно мужик свалился с высоты квиддичного кольца.
  
   Не свалился. Я не поверила своим глазам. Метла вдруг изогнулась, словно пластилиновая, и ловко подставила стремя под болтающуюся ногу начинающего спортсмена. Тот мгновенно воспользовался: оперся, подтянулся. И вот он уже заканчивает вираж. Умничка!
  
   Роланда, как и положено опытным тренерам, имела глаза не только на лице. Собственно, у них органы зрения не играют большой роли. Возможно, хорошие педагоги сразу рождаются с датчиками контроля, которые, несомненно, натыканы в огромном количестве по всему телу. Уверена, что их приходится минимум по одному на каждого подопечного. Бывает, конечно, что система предупреждения еще только планирующегося шкодства барахлит, но редко.
  
   Не успел Феликс закончить маневр, как Роланда очутилась рядом, пряча волшебную палочку. По тому, как она погладила метлу на которой сидел пацан, я поняла, что инцидент с недопадением не остался незамеченным. Роланда что-то сказала, кивнула головой в мою сторону и умчалась к ученикам.
  
   Феликс нашел меня взглядом, помахал рукой, и через пару секунд был рядом со мной на трибуне. Перемахнул через перила и спрыгнул с метлы.
  
   Я поразилась произошедшей перемене: сосредоточенное выражение исчезло, мальчишка весь лучился восторгом и счастьем. Я думала, что сейчас захлебнусь в море его восторженных излияний. Не тут-то было, озабоченность туманом легла на его лицо:
  
   - Плохо.
  
   - Да ты не переживай так. Скоро научишься. Никто не летает идеально, впервые сев на метлу.
  
   - Я научусь, да. Плохо к метлам относятся. Вот, посмотрите! - возмущенно заявил он и принялся вертеть метлу, демонстрируя царапины и места, откуда выпали прутья. - Ее нужно починить! - и тут же сник: - Но это, наверное, дорого...
  
   Метла, казалось, внимательно слушала нашу беседу. Феликс погладил ее, осторожно провел пальцем по длинной царапине. Мне чудилось, что еще немного, и метла заурчит, как довольная кошка.
  
   - А что если где-нибудь прутиков наломать и привязать? И краски немного бы... Краска - дорого. Ну, хоть прутиков? - мужичок заглянул мне в глаза, ожидая одобрения своих планов. Потом он переменился в лице и испуганно посмотрел в сторону школы:
  
   - Ой, уже столько времени прошло. Нам же возвращаться нужно. К Его приходу все должно быть и-де-а-ль-но.
  
   Он так и произнес, по буквам, явно копируя кого-то. Этот кто-то произносил это словечко с явно угрожающей интонацией.
  
   Не удалось отвлечь мужичка от горьких мыслей. Я даже толком не поняла, понравились ему сами полеты или общение с метлой.
  
   - Феликс. Предлагаю забрать метлу домой. Я их столько починила за свою жизнь. Справлюсь и в этот раз.
  
   - О! А вы только метлы чинили? Или тоже летали? И в квиддич играли? И снитч ловили? - в потухших было глазах ребенка, вновь зажегся огонек.
  
   Приятно быть объектом восхищения, чего уж там.
  
   - Летала, играла, чинила. И с тобой еще не раз полетаем, если захочешь. Можем прямо сейчас, если твоя метла согласна нести нас двоих. Нам все равно до Хогсмита добираться. Без аппарирования это довольно долго.
  
   Феликс покраснел:
  
   - Это та штука, из-за которой я, как дохляк, в обморок упал?
  
   - Она самая.
  
   - Получается, что я - не настоящий волшебник?
  
   - Тебя метла слушается? А не волшебника стала бы слушаться?
  
   - Это я ее слушаюсь...
  
   - Как это?
  
   - Ну, она сама все делает, что мадам Хуч прикажет, а я только стараюсь не свалиться. Жалко ее.
  
   - Роланду?
  
   - Метлу. Совсем прутиков мало осталось.
  
   - О, господи! Ты меня с ума сведешь, своей хозяйственностью и настырностью. Договаривайся со своей замечательной метлой: согласна ли она нас двоих подкинуть домой. А там у меня найдется, чем починить.
  
   Феликс сосредоточенно погладил древко, прислушался, вновь погладил. Было и впрямь похоже, что они ведут безмолвную беседу. Хотя... Он же симбионт, как уверяет Помона. А метла - бывшее растение. Может, симбионт действительно в состоянии понимать даже сухую деревяшку.
  
   Мальчишка закончил обмен информацией. Посмотрел на мелькающие в воздухе фигурки старшекурсников и вдруг бросился на меня, сбивая с ног. Его голова врезалась мне в живот. Я охнула от боли и неожиданности, и мы с мелким агрессором шлепнулись на скамью.
  
   В ту же секунду в невидимую преграду, окружавшую трибуны, врезался бладжер. Врезался и тут же отскочил, словно резиновый мяч от стены. Чары ограждения насмешливо зазвенели, дескать "не возьмешь, не пробьешь". Я раскашлялась. Феликс резко отодвинулся, поднялся и закрутил головой.
  
   - Бладжер... ищешь? Нет его. Улетел. Вон, щиты поют, слышишь? - я сползла с лавочки, попыталась выпрямиться и нормально вдохнуть. Со стоном согнулась, вновь схватившись за живот. Реактивному чертенку тараном в строительной фирме нужно подрабатывать. При сносе старых зданий.
  
   Мальчишка побледнел так, словно бладжер проломил мне череп, и все вокруг залито кровью. Живой таран упал на колени и умоляюще зашептал:
  
   - Тетя... Вам больно... Я не хотел... Я думал, что он попадет в вас. Пожалуйста, простите меня! Накажите, как хотите, только простите! Я не знал... Я...
  
   Меня бросило в пот от одной только мысли, что кто-то может увидеть эту идиотскую сцену с мольбой о пощаде. И меня в роли палача. Я подхватила мужичка подмышки и рывком поставила на ноги.
  
   - Сдурел? Прекрати немедленно! Я уже в порядке. Ничего со мной не случилось.
  
   Но Феликс безмолвно всхлипывал, видимо, в ожидании скорых репрессий. Парень выглядел так, словно теперь из моей "пробитой" головы начали вытекать мозги.
  
   Я отдышалась, вновь села на скамью и медленно протянула к нему руку, опасаясь, что от резкого жеста Феликс может выкинуть еще что-нибудь неудоборасхлебываемое.
  
   - Иди ко мне, я не сержусь и ничего тебе не сделаю. Обещаю. Шлепать не буду. Ругаться тоже. Я хочу тебе показать, почему бладжеры не залетают на трибуну.
  
   Пацан, словно завороженный, сделал ко мне крошечный шаг, потом еще. Наконец, я увидела свое отражение в его широко раскрытых перепуганных глазенках. Нижняя губа у моего защитника еле заметно дрожала.
  
   Я ловко сцапала рукав слишком большой для мужичка рубашки и усадила Феликса к себе на колени.
  
   - Смотри, видишь эти еле заметные прозрачные радужные кольца в воздухе? Приглядись: они постепенно исчезают. Это и есть место, куда попал бладжер. Так работают защитные чары. Чтобы их пробить, нужно приложить куда большее усилие, чем то с которым мяч отбивают игроки. Так что спасибо тебе за великолепную реакцию и мгновенно принятое решения о спасении моей жизни. Но на трибунах мне ничего не грозит. И тебе. И никому.
  
   Феликс, напряженный, словно натянутая струна, не сидел у меня на коленях. Он опирался кончиками пальцев о пол, не перенося тяжесть своего маленького тельца в положение, которое было бы удобным мне и ему. Его ноги вскоре задрожали от крайне неудобной позы, но упрямец не сдавался. Лицо его стало непроницаемым, словно непобежденный бладжером барьер.
  
   Я не стала продолжать пытку неуместной нежностью. Не особо церемонясь, спихнула деятеля с колен, потерла живот, потянулась.
  
   - Болит?
  
   - Болит, конечно. Но уже проходит. Я просто растерялась. Никак не могу привыкнуть к твоим... нестандартным решениям, скажем так. Перестань париться по этому поводу. Что там с метлой?
  
  
   Феликс поднял упавшую метлу и протянул мне. С его лица постепенно сошла мертвенная бледность, в глазенках, уменьшившихся до приемлемого размера, загорелось любопытство.
  
   - Пить хочешь? Ты хорошо работал на уроке у Роланды, наверное во рту все пересохло.
  
   Феликс удивился, опустил метлу:
  
   - Я хорошо работал? У меня же все медленно так... А в конце чуть не свалился. Если бы не метла, - он вновь погладил ее, - то точно упал бы. Позорник.
  
   - А я считаю, что очень хорошо! Для первого раза - вообще великолепно. Что Роланда сказала?
  
   - Она сказала: "Хм, посмотрим-посмотрим, приходи еще, до свидания, приятно было познакомиться".
  
   - О, ну если она дала такую оценку, это значит, что ты ей понравился. Обычно она говорит так: "Ну, не всем же в команде играть, а для здоровья полеты очень полезны".
  
   Феликс все еще недоверчиво смотрел на меня, но потом смущенно улыбнулся:
  
   - Спасибо.
  
   Я подняла бинокль, сумела трансфигурировать его в стакан и наполнить водой с помощью Агуаменти.
  
   Пацан смотрел на это действо и шевелил губами. Было такое впечатление, что он запоминал заклинания и формулу трансфигурации.
  
   Взял стакан, с интересом осмотрел его, поцокал по стеклу ногтем. Медленно, прислушиваясь к себе, выпил воду, с удивлением посмотрел на собственный живот, погладил его.
  
   Все это выглядело так забавно, что я еле удерживалась от смеха.
  
   - Как настоящая! - вынес свой вердикт эксперт.
  
   - А то! Фальшивой воды не держим! Дай мне стакан, я тоже пить хочу. Агуаменти!
  
   Через минуту стакан превратился в толстый ремень.
  
   - Подойди ближе, заправь рубаху в джинсы и не шевелись.
  
   Феликс послушался, с опаской поглядывая то на ремень, то на меня.
  
   Я прошептала заклинание приклеивания, окатив им грудь и рукава рубахи.
  
   - За спину мне, быстро, пока заклятие не стабилизировалось, обхвати сильно руками и ногами. Только шею не сжимай - обними за плечи. Прижмись. И не шевелись, а то свалишься.
  
   - И разобьюсь? Мы высоко полетим?
  
   - Конечно, разобьешься. Заклятие приклеивания - штука не такая надежная, как хотелось бы. Так что - все в твоих руках. И ногах.
  
   Феликс дернулся у меня за спиной, когда я протянула ему конец ремня:
  
   - Протяни его у себя за поясницей и подай мне спереди.
  
   Притянув к себе мальчишку как можно крепче, я застегнула массивную пряжку на животе. Попрыгала. Заклятие и ремень держали крепко. За спиной послышалось какое-то бульканье. И сдавленный смешок. Хорошо. Значит, отошел немного.
  
   Пацан оказался не намного тяжелее моего школьного рюкзака доверху набитого учебниками и тетрадями. Он действительно крепко обхватил меня руками и ногами, и даже прижался щекой для большей надежности. Молодец.
  
   Хотя на самом деле особой нужды в том не было. Заклятье приклеивания - одно из тех немногих, что удавались мне всегда и везде. Дядя под страшным секретом научил меня своим фирменным чарам в первый же месяц моей учебы в Дурмстранге. Очень и очень полезная вещь, доложу я вам. Особенно, если вам нужно ненадолго отлучиться. В туалет, например.
  
   Пробовали оставить двадцать гиперактивных первокурсников, не желающих высиживать положенное время за домашними заданиями, хотя бы на пару минут без присмотра? Ну, и как? Я же говорю, - очень полезная штука.
  
   Я вскочила на метлу, та охотно отозвалась на мой посыл. Словно радуясь возможности наконец-то заняться полезным делом, облезлая старушка идеально слушалась даже намека на движение. Давненько я не летала. С неделю уже. Это не дело. Так и жиром обрасти недолго. Нужно узнать, когда у наших "воздушных вейл" следующая тренировка и больше не пропускать. Выйду из формы - моя собственная метла со мной работать не захочет, пока не похудею. Бывало и такое.
  
   Кто такие "Воздушные вейлы"? О, это очень интересно. Это здорово! Это классно! Это круто!
  
   Потом расскажу.
  
   Я поднялась выше. Медленно облетела территорию Хогвартса, показывая Феликсу наши достопримечательности.
  
   - Смотри: Астрономическая башня! А вон оранжереи Помоны. Вон домик - там живет Хагрид, лесник. То зеленое с голубым поле, узнаешь?
  
   Облетели озеро. Снизилась, чтобы показать Гигантского Кальмара. Феликс взвизгнул, когда прямо под нами вынырнуло из-под воды огромное щупальце и тут же с грохотом обрушилось обратно. Резко взвилась вверх, чтобы не окатило брызгами. Прокричала мальчишке:
  
   - Не бойся, это он так шутит. Даже если ты свалишься в озеро, - утонуть не успеешь. Кальмар тебя быстренько вытащит на берег, еще и пинка отвесит по направлению к школе - не любит, когда в озере посторонние. Один раз даже русалку попытался выгнать, осерчал на нее за неприличное поведение. Но потом простил.
  
   - Русалку? - услышала я быстрый взволнованный шепот. - Настоящую?
  
   - Да уж не пластмассовую. Вредная девица. Но уже, похоже, перевоспиталась. Во всяком случае, под окнами мужской спальни слизеринцев чары слежения ее давно не засекали. А может, замуж все-таки вышла.
  
   Я ненадолго замолчала, задумавшись о том, что, наверное, не стоило рассказывать малышу столь пикантные вещи. Но потом решила, что рано или поздно, но уже в первый свой год пребывания в школе, первокурсники узнают обо всех происшествиях, тайнах и сплетнях. Не минует сия участь и моего подопечного. Пусть уж лучше мне задает вопросы, чем его просветят ушлые старшекурсники.
  
   - Смотри, видишь, ветра сегодня нет, а дерево шевелится. Опасное очень, но полезное. Мы близко подлетать не будем. Это Дракучая Ива ветвями машет. Из ее прутьев самые хорошие метлы получаются. Резкие, своенравные, но воля к победе у них - охо-хо! Если игрок сможет с такой метлой сработаться, то успех его команде почти всегда обеспечен.
  
   - А можно у нее прутиков попросить? Или она драться будет?
  
   - Драться будет. Обязательно. И убить может. Но я секрет знаю. Она мне прутики сама отдает, добровольно. Причем самые ровненькие и сильные. У меня все старшекурсники их клянчат. Это очень ходовой товар.
  
   - Секрет?
  
   - Да. Потом расскажу. Только - тссс! Тайна!
  
   Феликс кивнул, его довольно длинные лохматые волосы елозили мне по уху. Подстричь нужно товарища. А то на домовенка похож. На нашего Кузьку. Так они и выглядят, если верить сказкам: лохматые и с глазами в зелень.
  
   Я решила, что на первый раз хватит, и мы полетели домой. Я поднялась повыше и прибавила скорость. Воздух упруго бил в лицо. Было так здорово! За моей спиной, буквально вцепившись в меня, сопел и иногда вздыхал Феликс. Ужасно хотелось заложить вираж-другой, выполнить "спираль", "петлю", "боевой разворот".
  
   Собственно, фигурки легонькие, простой пилотаж, простейший, можно сказать. В Дурмстранге, да уже и здесь, я частенько развлекала особо храбрую малышню этим аттракционом. Тоже валюта. Не хуже прутьев фирмы "Дракучая Ива". За "покатать" первокурсники готовы быть примерными и охотно помогают Филчу в его трудах безо всяких отработок.
  
   Нет, подруга. И не мечтай. А то Феликс, чего доброго, вцепится тебе в плечо зубами. И правильно сделает. Судя по тому, что он редко отрывает от спины щеку, не пытается вертеться и оглядываться, происходящее ему не очень-то по душе. Хотя... Кто его знает, может, доказывает таким образом, что он примерный и послушный.
  
   Да и старушка метла, все же, далеко не столь стабильна в управлении, как хотелось бы. Куда уж ей, малышней общипанной, до моей любимицы, что стоит дома в кладовке, с нетерпением ожидая "боевого вылета".
  
   Для ребенка на сегодня слишком много впечатлений. Пора его вымыть, накормить и уложить в постель. Хотя, еще и не поздно, день катится к файв-о-клок, на который непременно заскочит Северус. Отлично, нужно развести этих деятелей подальше друг от друга. Стоит делать так чаще, особенно в первое время. В идеале, чтобы Феликс вообще не попадался на глаза мужу.
  
   Обдумывая, каким образом лучше устроить "не попадание" своего подопечного пред грозны очи супруга, я последние пять минут летела медленно. Железная хватка рук и ног мальчишки постепенно ослабела. Я тихонько приземлилась на площадку перед нашим домом. Расстегнула ремень, сняла приклеивающее заклинание и еле успела подхватить уснувшего Феликса.
  
   Парень так и не проснулся, пока я несла его в дом и укладывала сверху на покрывало в своей комнате. Я не стала раздевать набегавшегося товарища. Сняла с него кроссовки и носки и обдала вспотевшие ступни очищающим заклинанием. Укрыла свое сокровище пледом и отправилась собирать мозги, готовясь к встрече с мужем.
  
  
  
  
  
  Глава 7
  
   Три часа уже, скоро явится Сев. Нужно хотя бы начать уборку в пострадавшем от вторжения Феликса чулане. Возможно, господину зельевару форсмажорно понадобятся ингредиенты, а там сейчас окрошка вместо них.
  
   Окрошка...
  
   Совсем вылетело из головы! Вчера пообещала мужу напечь его любимых блинчиков. Он обожает, когда я готовлю. Я, правда, умею немного, но зато качественно!
  
   Кто бы нам с Витенькой готовил. Если бы не я, то так и питались бы в офицерской столовой и видели отца гораздо реже. А так хоть на ужин наш генерал домой старался попасть, а не как раньше - когда мы уже видели десятый сон.
  
   Шучу, конечно. Служба - есть служба. И мои кулинарные таланты - слабое оружие в проигранной нами с Витенькой битве за любовь отца. Нет, что это я... Любил он нас, конечно, только видел редко. Долг, чужие дети, солдаты, то есть... Не до своих, понимаете ли.
  
   А я его больше не увижу никогда.
  
   " - Отставить сопли!
  
   - Есть! Есть... товарищ генерал... Папа, а...
  
   - Потом. Мне пора, покорми Витьку."
  
   За годы, проведенные в Хогвартсе, я так и не привыкла к местным блюдам: овсянка, тосты с несладким джемом, абсолютно непохожим на наше замечательное повидло, полусырые яйца, почему-то называемые яичницей-болтуньей, отвратительный тыквенный сок, пережаренная пересушенная картошка, бобы. Фу, гадость какая!
  
   Нет-нет. Такое есть не стоит. Перекусить - одно, а вот годами... Отрава же, в чистом виде!
  
   Неудивительно, что Северус, сразу влюбившийся в мою стряпню, уже в конце первого года совместной жизни "начал, наконец-то, чем-то напоминать человека, а не ворчливый сушеный крысиный хвост в мантии".
  
   Ох, уж эта Минерва! Такое иной раз скажет... И смех, и грех - но не в бровь, а в глаз. Северус на нее тогда разобиделся, а я до сих пор смеюсь, как вспоминаю. До чего точное определение!
  
   Так с чего начать? Блинчики или уборка? Вот уж воистину философский вопрос: быть или не быть? Ссоре с любимым муженьком.
  
   Если начать с блинчиков, то я успею их приготовить, и еще останется время хоть что-то разобрать в чулане. Умиротворенный сытый Сев будет просто не в состоянии пытаться убить главного виновника разгрома армии пузырьков и коробочек.
  
   Но что, если господину зельевару все же приспичит прислать эльфа за чем-нибудь срочно понадобившимся из содержимого чулана? Может ли оказаться так, что сорвано приготовление наборов к завтрашним урокам или, не дай бог, накрылась медным тазом варка какого-нибудь особо сложного зелья? Вот не дай бог!
  
   Впрочем, я себя зря накручиваю: мои рассуждения почти не имеют под собой почвы: Сев -страшный педант.
  
   Раз в неделю он, вместе со мной и "колдоолухами" проводит ревизию в чулане, в подвале и в кладовых Хогвартса. Мы тщательно сверяем наличие всевозможной неимоверной дряни, со списками и таблицами, проверяем срок хранения и по итогам садимся за планирование: что и в каком количестве нужно заказать в первую очередь, а что может подождать.
  
   Потом я или Сев связываемся с поставщиками, посылаем эльфов со списками к Помоне, Хагриду и Флоренцу.
  
   Если требуется что-то очень редкое или дорогое, или нуждающееся в особых условиях хранения, то муж аппарирует за этим сам. Однако последние полгода он все чаще доверяет ревизию и пополнение запасов мне и главному из "колдоолухов" - "тупице непревзойденному, редкостному болвану".
  
   Мы с "болваном" весьма польщены таким доверием и изо всех сил стараемся, чтобы, как сказал Феликс, "все было идеально".
  
   "Болван" - очень ответственный, но немного рассеянный молодой человек. Вот за это "немного", он и никак не может изменить характеристику, словно вырезанную на его лбу острым языком невыносимого в таких случаях профессора.
  
   Я пыталась встать на защиту умного и талантливого юноши, но муж, злопамятная сволочь, дождался, пока я в очередной раз порежу палец и... хорошенько меня проучил, обработав его зельем, которое сварил "болван".
  
   После того, как моя рука до локтя стала ярко-оранжевой - хотя кровь перестала идти, а ранка мгновенно затянулась - я растерянно спросила довольного муженька, что теперь делать.
  
   Северус вызвал Патронусом "умного и талантливого" и предложил поинтересоваться у него.
  
   Юноша побледнел, посерел и начал заикаться, когда Сев с садистской ухмылочкой предложил отрезать мне руку - дескать, все уже кончено, а в Мунго эту проблему все равно решат ампутацией. И вообще, лучше сразу выдавать протезы тем людям, которые рискнут лечиться зельями неумёхи, идиота и безответственного болвана, который не в состоянии даже внимательно прочитать рецепт!
  
   Рассорились мы с Севом в тот раз насмерть! На целых два часа. Больше не смогли.
  
   Я первый час дулась, разглядывая постепенно бледнеющую окраску и переживала, что меня, как шкодливого котенка, буквально чуть ли не носом в... Как он мог! Прямо как в нашем известном сериале! Тоже мне, оперработник!
  
   Не успел начаться второй час моих переживаний, как пришёл Сев, принёс зелье, моментально вернувшее руке прежний цвет, и сказал, что "болван" просто немного переборщил с количеством цветков календулы, но, если бы он тоже самое позволил себе с другим ингредиентом, то получившееся зелье гарантировано оставило бы меня без пальца.
  
   Да уж. После того случая я больше не осмеливалась вступаться за будущих зельеваров.
  
   Северус заинтересовался, что такое "оперработник". Он вообще падок на все новое и непонятное. Пришлось рассказывать ему о киноэпопее с моими любимыми героями и объяснять, на что, собственно, я обиделась.
  
   "Оперработник" таки согласился, что жена, допустившая ошибку, и студенты, совершившие гораздо меньшее преступление, - абсолютно разные категории. На том наступил черед целовашек и примиряшек. Точнее, наоборот.
  
   Ох, сколько их было, и сколько еще будет - и обид, и примирений! Хватит на всю Эру Милосердия...
  
   Сам господин Придира-и-Грубиян предпочитает тратить то время, что мы с "болваном" возимся с ревизией, на работу в гордом одиночестве в изолированной секции подвала, чтобы вручную подготовить вредные - как в прямом, так и в переносном смысле - составляющие особо сложных зелий.
  
   Собственно, тогда, три года назад, когда вконец измотанный педагог-декан-зельевар-ученый потребовал у директора нанять помощника, меня пригласили именно на эту почетную должность.
  
   Со временем я разобралась, поняла, что от меня требуется. Выучила наизусть сотни наименований, разобралась в принципах классификации, подготовки, хранения, общения с большей частью довольно жуликоватыми и недобросовестными поставщиками. Довела до автоматизма навыки пропускать мимо ушей ворчание Сева, вылавливая только суть.
  
   Натренировала команду эльфов, которые охотно выполняли простейшие, ужасно нудные операции типа "почисти-нарежь, убери, помой, расставь". И то сказать, чем, собственно, эта работа отличается от возни на кухне? В конце концов, не руками же они это делают! Трудолюбивому народцу даже палочки не нужны.
  
   В благодарность я иногда устраиваю "большое чаепитие". Пеку свои самые удачные творения - несколько сортов печенья. Все собираются в столовой для эльфов и слушают мои рассказы о далекой холодной стране. Кто-нибудь рассказывает эльфийские "преданья старины глубокой". Потом начинается "кто во что горазд" - песни, пляски, волшебные фокусы.
  
   Все расходятся ужасно довольные друг другом. Постепенно в этот круг вовлекается и хогвартская малышня, и даже некоторые девушки старших курсов охотно посещают чаепития. Пропуск в этот клуб один - качественная помощь в лаборатории.
  
   Со временем я заметила, что именно тех малышей, что поначалу пришли помогать в лабораторию, соблазнившись неизвестными в этих краях лакомствами, интересными сказками и шумом веселья, скупо, но регулярно хвалит Сев за успехи на его уроках.
  
   "А такой-то с первого курса "барсуков" вовсе не такой болван, как остальные".
  
   Ну, хоть так.
  
   Когда я ощутила избыток свободного времени и поймала себя на том, что все чаще задумываюсь о том, что после вызывает у меня ночные слезы, я добровольно приняла на себя обязанности еще и помощника завхоза, к радости мистера Филча и Кипы. Впрочем, Дамблдор, обрадовавшийся этому обстоятельству не меньше их, тут же удвоил мне жалование, что было весьма кстати.
  
   Кстати, а вы знаете, кто такие "колдоолухи"? Это - самое ласковое наименование тех несчастных старшекурсников, кто, несмотря на все усилия Северуса, все же решил связать свою жизнь с колдомедициной или колдофармацевтикой.
  
   За последние два года их число почему-то стало увеличиваться.
  
   С чего бы это? Неужели Сев вместе с худобой теряет и лелеемое им гордое звание "самый ужасный педагог Хогвартса"? Непорядок.
  
   Впрочем, есть вероятность, что в среде любителей эльфийского чая подрастают те, кого Сев когда-нибудь назовет "колдомедики", вместо "колдоолухи".
  
   Если продолжить мои рассуждения в русле гаденькой речки "а вдруг", то Феликс прав. Мое решение отправиться с ним в школу, вместо того, чтобы сначала навести порядок в чулане, могло принести большие неприятности.
  
   Кому?
  
   Ну, например, какому-нибудь несчастному пациенту больничного крыла, которому срочно понадобилось зелье, сваренное с учетом индивидуальных особенностей организма. Следовательно, господину зельевару и его помощнику тоже.
  
   Сев считает, что я иной раз слишком импульсивна и не всегда просчитываю последствия принимаемых мной решений.
  
   Да, все верно. Даже маленький разоритель чуланов, спящий наверху, скорее согласится с Северусом, а не со мной. И то, что сегодня больничное крыло оказалось закрытым, меня не оправдывает. Совершенно.
  
   Я вздохнула и поплелась исполнять свои обязанности, как наказанная, обреченная минимум на пару часов заточения в одиночной камере благоухающей невероятными ароматами, если эти странные запахи можно так назвать.
  
  ***
  
   Спящий? Как бы не так! Не успела я переодеться и добраться до места заключения, как за спиной раздался легкий топоток быстрых босых ножек.
  
   - Миссис Снэп! Тетя! - шепотом.
  
   - Снейп. Галина Снейп.
  
   - Миссис Лина! А он уже вернулся? А я не успел! Я проспал! Вам сильно попало? Это я виноват!
  
  Приглашаем всех в нашу группу. Там можно прочитать новый севвитус и другие работы моего соавтора Михаила и продолжение "Семьи".
  https://vk.com/soldatstefana
  Глава 8
  
  - О, господи!
  
  - Святая Дева! Я...
  
  - Так, стоп! Замолчи, пожалуйста. Ты решил-таки меня с ума свести, точно. "Он" - мистер Снейп, не вернулся; ты не проспал; мне не попало. Я иду устранять последствия твоего боевого залета в чулан. Но тебе туда нельзя.
  
  - Но...
  
  - Отставить разговорчики! Нельзя. Пока. Потом будет можно. Я очень рада, что все, что там хранится, в общем-то, безопасно. Вот, если бы ты в подвал влетел, мытьем в ванной дело не окончилось бы. Ты знаешь, что такое взбивалка для яиц?
  
  Страх и отчаяние на заспанной мордашке летчика-в-неприятности-залетчика сменились снисходительным выражением шеф-повара знаменитого ресторана, которого попросили пожарить яичницу.
  
  - Ну, конечно.
  
  - Чудесно! Кто-то недавно рвался помогать...
  
  - Да! А что нужно приготовить? Яичницу? Омлет? Оладьи?
  
  - Ты и оладьи умеешь жарить?
  
  - Нет.
  
  - А хвастаешься чего тогда?
  
  - Я хвастаюсь? Я не хотел, правда... - Феликс покраснел. - Я не умею жарить, я до плиты не достаю. Я умею взбивать! И все потом мыть. А жарят сковородки и плита, тетя Петунья только тесто наливает и переворачивает. Она - золотая женщина, с малых лет приучает меня к адекватному восприятию действительности.
  
  Я чуть не села там, где стояла. Хм... Не буду спрашивать, чьи слова юный поваренок только что цитировал, не буду.
  
  И еще вот что странно: слово "квиддич" сразу не смог выговорить, а довольно сложную фразу выдал влет. Это ж сколько раз за свою жизнь он, бедный слышал эти рассуждения...
  
  - Ты читать умеешь? Прочти.
  
  - Ой, какое светящееся зелененькое...
  
  - Ага, магический экран называется. Читай.
  
  - Четыре яйца взбивать до сигнала... Ой, яйца заморгали...
  
  - Не яйца, а слова на экране. Они и будут моргать, пока ты не сделаешь все, что прочел. Потом появится следующая надпись. Прочтешь - тоже будет мигать, пока не выполнишь. Если выполнишь с ошибкой, то надпись запищит и погаснет. Появится подсказка, как исправить ситуацию. Если не поможет, то рецепт проступит снова. Придется переделывать все сначала. Это - тренажер для подготовки зельеваров.
  
  - О! Вау! А где кухня?
  
  - Подожди, представь, что тебе нужна чашка для взбивания яиц. Очень нужна. Представил? Теперь скажи "акцио, чашка"! Громко и четко: а-к-ци-о!
  
  - Акцио!!! Чашка!!! Ой...
  
  - Господи, зачем так вопить было? Если так яйца призывать будешь, то весь перемажешься. Покажи лоб.
  
  Феликс послушно подставил встретившуюся с прилетевшей из кухни чашкой голову.
  
  - Не смертельно. Даже шишки не будет. Ты не кричи, тогда предметы сами тебе будут в руки опускаться.
  
  - Так акцио на все действует? И на прутики для метлы? Если полетать тихонечко вокруг Дракучей Ивы...
  
  - И не надейся. Думаешь, ты первый, кто до этого додумался? Только Иву разозлишь. Метлу будем чинить завтра, если выживем. Потому, что если я не успею убрать в чулане и с твоей помощью напечь блинчиков, то...
  
  - Понял.
  
  Феликс сорвался с места, словно за ним уже летела вдогонку дубина разозленной Ивы. Резко затормозил и вернулся ко мне.
  
  - А... если я все испорчу? Продукты сейчас такие дорогие! А нам еще на краску на метлу накопить нужно.
  
  Ох, ты ж, господи. Вот шизофреник. Далась ему эта метла. Я, атеистка, столько раз за сегодня помянула господа, что пора задуматься о пересмотре своих убеждений, раз мне явлено такое чудо.
  
  - Убью, зажарю и съем. Я, пока научилась, столько всего испортила, отец мне никогда и слова ни сказал, только ел и нахваливал. Учись, студент!
  
  - Хи-хи! Я не вкусный. У вас хороший отец - не ругается и не дерется.
  
  - Чудо, а ты чего босиком?
  
  - Так кроссовки же! В доме нельзя! Я в них по улице ходил, а тапочек у меня нету...
  
  - Акцио, тапочки! Помоги мне их уменьшить, боюсь, у меня самой не получится. Надевай, держись вместе со мной за палочку, и представь, как они уменьшаются и становятся тебе по размеру. Готов? Поехали!
  
  
  Произносить заклинание пришлось несколько раз. Интересные думы у Феликса. Сначала мои старые синие тапки превратились в ярко красные старинные ботфорты, потом в хрустальные туфельки и только потом в нечто более приемлемое, хотя и черного цвета с блестящими пряжками и оранжевыми шнурками.
  
  Кажется, я знаю, какие книжки читал юный волшебник. Интересно, а где он видел последний образец?
  
  - Кухня там. Как добежишь, скажи "экран, блинчики". И не вопи "акцио" на весь дом, особенно, когда тебе понадобится сковородка.
  
  - Я сам печь буду? А плита? Подставить табуретку? Там огонь? А если они сгорят, а...
  
  - Увидишь. Экран подскажет. Ты же читать умеешь. Читай внимательно, выполняй тщательно. Если что-то пойдет не так, просто громко скажи "Галина". Я услышу и приду.
  
  - А можно "миссис Лина"?
  
  - Можно. Беги уже. Время не ждет. Руки не забудь вымыть.
  
  Парня сдуло ветром перемен в его жизни и обещанием чуда общения с магическим экраном.
  
  Выражение счастья на мордашке начинающего зельевара значительно улучшило мое настроение. Чулан уже не казался каторгой.
  
  Вот так, сначала еда, потом простейшие зелья. А там, глядишь, у мужичка и с Северусом отношения постепенно наладятся. Главное понять - может ли Феликс провести хотя бы час в одиночестве, терпеливо сражаясь за результат. Для подавляющего большинства детей, особенно в его возрасте - почти непосильная задача.
  
  Есть народец, который вообще не в состоянии самостоятельно выполнять поставленную задачу. Им важен процесс общения с педагогом и товарищами, а не результат. Если Феликс из этой категории, то ничегошеньки у них с Севом не срастется. Муженек терпеть не может "тында-дрынд", как называли непосед в Дурмстранге.
  
  Тут еще один момент. Ну, допустим, у него хватит терпения довести дело до конца. Но ведь это не показатель, что он действительно увлекся, и что этого увлечения хватит надолго. Скорее всего, что Феликс просто пытается спасти меня от неминуемого, как он уверен, гнева моего грозного супруга - несомненного домашнего тирана.
  
  Я подвесила дубль экрана повыше, активировала следящие чары, удалось даже запустить звук. Мне теперь было слышно, как Феликс включает воду, моет руки, читает, причем весьма бойко, проступающие строчки, шепчет что-то, похоже, повторяет прочитанное.
  
  Процесс пошел. Пусть себе возится, пока не надоест. Займусь делом и я.
  
  Я, время от времени, поглядывая на экран и прислушиваясь к доносившимся с кухни звукам, постепенно втянулась в работу.
  
  При ближайшем рассмотрении выяснилось, что повреждено не так уж и много емкостей. В основном пострадало содержимое мешочков из крайне непрочного материала и коробочек с плохо закрывающимися крышечками.
  
  Уже не в первый раз качество упаковочных материалов служило причиной конфликтов с поставщиком. Теперь, видимо, пришел срок либо отказаться от его услуг, либо продумать и запустить производство своей тары и выбить соответствующую скидку. Вот уж, во истину: не было счастья, да несчастье помогло.
  
  У меня в мозгу давно крутится идея открыть свое предприятие по расфасовке и перепродаже закупленных оптом, прошедших контроль качества и подготовку ингредиентов. Нужно будет побеседовать об этом с Помоной, мне кажется, что она будет не против. Одной мне не потянуть. Это ж сколько возни!
  
  Обязательно поговорить с Фиренцем. Он всегда дает дельные советы, сверяясь со звездами. Если Марс будет не особенно ярок, как шутит кентавр, то все сложится удачно.
  
  Впрочем, мне иной раз кажется, что прорицание и вся эта средневековая мутотень: какая планета в каком доме - дань традициям прошлого и не более того. У Фиренца огромный жизненный опыт и великолепные мозги.
  
  Он считает, что кентаврам давно пора прекратить изображать из себя туземцев волшебного мира, чаще выбираться из леса и "не скупиться делиться накопленными знаниями с теми волшебниками, кто достоин этого".
  
  Фиренц и Северус иногда беседуют, прогуливаясь по берегу озера. Они давно дружат и лестно отзываются друг о друге. Я вижу, как вечно раздраженный и раздерганный муж успокаивается после разговоров с флегматичным умиротворенным четвероногим философом.
  
  Да, нужно познакомить с Флоренцем Феликса. Сколько раз замечала, что хогвартская малышня охотно поверяет кентавру свои маленькие тайны, делится с ним радостями и горестями. Директор, по идее, должен был выбить для него должность политрука, то есть комиссара... нет, как же это... тьфу ты, никак не вспомню... Психолога!
  
  Но я заметила, что Фиренц холодно-вежлив с Дамблдором, и тот тоже не стремится к общению с кентавром.
  
  Было бы замечательно, если бы Фиренц сумел разговорить моего очень необычного подопечного и постепенно вытащить из него причины странностей. Возможно, философ смог бы дать советы, которые помогли бы мне наладить отношения между мужем и Феликсом.
  
  Поразительно, сколько самых разных мыслей приходит в голову, когда случается что-то из ряда вон. Пацан, всего-то, устроил бардак в чулане, а я уже в мечтах стала совладелицей компании, наслаждающейся взаимопониманием в семействе.
  Примечание к части
  
  Наш второй акк на Книге:
  https://ficbook.net/authors/1743280
  Там вас ждут новые севвитусы. Добро пожаловать.
  
  Есть задумка собрать все наши работы на акк "Солдат Штефана". Возможно, все работы с акка "Мария Роуз" тоже будут перенесены туда.
  
  Главы 9-10 "Феликса" и новые севвитусы в нашей группе: https://vk.com/soldatstefana
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  С.Торубарова "Василиса в стране варваров" (Попаданцы в другие миры) | | М.Мистеру "Прятки с Вельзевулом" (Юмористическое фэнтези) | | С.Волкова "Жена навеки (И смерть не разлучит нас...)" (Любовное фэнтези) | | А.Емельянов "Карты судьбы 3" (ЛитРПГ) | | О.Чекменёва "Чёрная пантера с бирюзовыми глазами" (Любовное фэнтези) | | А.Тьюдор "Сертификат" (Романтическая проза) | | Е.Васина "Договор на счастье" (Современный любовный роман) | | LitaWolf "Проданная невеста" (Любовное фэнтези) | | М.Боталова "Академия Равновесия. Охота на феникса" (Попаданцы в другие миры) | | В.Чернованова "Александрин. Яд его сердца" (Романтическая проза) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"