# История одного Антифашиста

Мила Саламатова

Саламатова Радмила


История одного антифашиста


Им было 20 лет. Они познакомились ещё на подготовительных курсах. Вместе поступили на философский факультет СПБГУ и с тех пор не расставались. Вместе ходили на лекции, ездили на спортивные сборы, защищали честь института на олимпиадах. Он собрал свою музыкальную группу, и пришлось много гастролировать. Она любила рисовать и стала заниматься дизайном лейбла, чтобы не отставать, не расставаться надолго. Группа процветала, они записали альбом заграницей. Конечно, никаких крупных контрактов, всё на уровне андеграунда, но шаги были сделаны. Их концерты проходили в небольших молодёжных клубах. Но залы были всегда полными. Казалось, что всё было идеально. Оба хорошо учились, преуспевали, без них не обходились ни одни университетские дебаты и собрания. А главное, они искренне любили друг друга и людей. А люди любили их.


* * *


На третьем курсе Тимур познакомился с ребятами из политического движения АнтиФа. До этого он состоял в вегетарианском движении "Go Vegan", стрейтеджеровском направлении и нескольких группах защиты животных. АнтиФа, её идеи и планы мгновенно увлекли Тимура. Больше всего на свете он не терпел жестокого обращения и любой дискриминации. Он начал пропадать на собраниях АнтиФа постоянно. Дел хватало. Многочисленные агитации, митинги, акции. Они занимались благотворительностью, кормили бедных, помогали иностранным студентам. Тимур очень быстро стал душой и одним из лидеров АнтиФа. Лиза чувствовала, что они начали отдаляться друг от друга. Но вступить в ряды антифашистов Тимур ей не разрешил.

- Слишком опасно - сказал он.

= А ты? Мне опасно, а тебе нет?

- Лиза, это война. Я должен быть там. Я не могу стоять в стороне.

Тимур был прав. АнтиФа процветала под руководством Тимура. И вскоре это начало раздражать оппозиционную группировку Неонацистов. Началась война. Вначале, это были провокационные граффити и листовки, потом уличные стычки, которые вылились в кровавые последствия. Волна убийств иностранных студентов и неонацистов прокатилась по стране. В правительстве все были в курсе происходящего. Но никто ничего не мог сделать. Разрушительный механизм был запущен и остановить его так, чтобы никто не пострадал, было невозможно.

Неонацисты завели чёрные списки лидеров АнтиФа. А те, в свою очередь подстерегали неонаци на улицах и избивали их.

В то время на Тимура впервые напали в подъезде. Брызнули перцовым баллончиком в лицо и сказали, что лучше бы ему не быть антифашистом.

Когда Лиза узнала об этом, то очень разозлилась.

- Тимур, неужели ты не понимаешь, что АнтиФа ничуть не лучше Неонаци?

= Что ты такое говоришь, Лиза!?

- Да то, что они такие же фашисты! Они людей убивают! Разве важно антифашистов или нацистов? Нацисты такие же люди как мы! Ты же пацифист, Тима! Зачем тебе это? Это фашистская война! Никому там не нужен мир! Они не успокоятся, пока не истребят друг друга.


* * *


Прошло лето. Наступила осень. Лиза и Тимур перешли на четвёртый курс. Он всё так же играл в группе, она рисовала. Тимур по-прежнему проводил время в АнтиФа. Но теперь что-то изменилось. Cсора с Лизой заставила его задуматься.

- Мама, тучи сгущаются надо мной. Я чувствую, нацисты ножи точат. Может, я оставлю это на время. Я уже сделал всё, что мог. Да и группу что-то забросил. Знаешь, нам же итальянцы писали, зовут на гастроли!

= О, Тима, это было бы замечательно! Нам с отцом волнений меньше! Да и Лизоньке. Совсем ты от неё отдалился. Она хорошая девочка, любит тебя. Умница такая. Вам жениться пора.

- Пора-пора. Права ты мама. Ну всё. Решено. Сегодня у нас акция "Еда вместо бомб". У метро будем еду раздавать, как обычно. А потом, потом объявлю о своём выходе из АнтиФа и новая жизнь.

Тимур сделал последний глоток чая и встал из-за стола.

- Как же я люблю тебя, мам, и отца и Лизку.

Поцеловал маму в щёку.

- Ну всё, побежал я.

Раздался звонок. На пороге стояла Лиза и радостно улыбалась.

- Тимка, у меня к тебе разговор.

= Лизонька, я опаздываю ужасно! - выпалил он, хватая куртку - Давай вечером, хорошо? Всё. Люблю вас.

- С Богом, сынок!

Тимур быстро поцеловал Лизу в щеку и побежал по лестнице вниз.

- Ох, Тимур, ни минуты покоя! - смеясь, сказала Лиза.

= Да он с детства такой, все ребята тихие были, а он заводила. Везде поспевал. Ну а ты, Лизонька, что стоишь? Пойдём-ка чай пить! Я такое печенье испекла, рецепт дам.

Они прошли на кухню. Елена Евгеньевна достала две чашечки и начала разливать чай. Лиза подошла к окну. И увидела Тимура выходящего из подъезда. Он обернулся, увидел её, помахал и побежал дальше. Лиза рассмеялась и помахала ему в ответ.

- Лизонька, а ты знаешь, Тима-то наш решил из АнтиФа уйти.

= Правда? Как замечательно. Теперь всё наладится. Как жить хорошо! Теперь мы все будем вместе. А когда он узнает, то всё у нас будет здорово.

- Что узнает, Лизонька?

Лиза отвернулась от окна, взяла Елену Евгеньевну за руку и улыбнулась.

- Я беременна.


* * *


Несмотря на ноябрь, на улице было тепло. Быстро стемнело. Ребята из АнтиФа только что закончили раздачу еды в парке у БКЗ Октябрьского на площади Восстания. Счастливые и уставшие все собирались домой.

Тимур подошёл к одному из ребят.

- Максим, мне нужно серьёзно с тобой поговорить.

= Тим, может до завтра подождёт. Устали всё, да и темнеет, по домам пора.

- Нет, мне надо это решить сейчас. Давай по дороге поговорим.

= Ну хорошо.

Максим повернулся в сторону, где стояла небольшая группка молодых людей.

- Ребят, нам тут с Тимуром поговорить надо. Вы идите, мы вас догоним.

Группа двинулась толпой к метро. Максим и Тимур медленно пошли за ними.

- Ну говори, что там стряслось?

= Макс, вообщем, я решил выйти из рядов АнтиФа.

- Хм...Тим, ты ж вроде не пьёшь, не куришь, что, травкой увлёкся? Крышу снесло?

= Макс, послушай ты, мне не до шуток. Я серьёзно.

- И я серьёзно. Что за мысли? Может кто обидел из наших? Ты скажи, я разберусь!

= Да при чём тут "обидел"!? Макс, посмотри во что мы превратились! Мы же войну развязали! Мы людей уничтожаем!

- Это кого это мы уничтожаем? Мы пальцем людей не трогаем! А наци не люди! Тим, они животные, фашисты!

= Да не бывает так! Все мы люди! Все мы из одного теста и цели у нас одни, мечты. Парень тот из наци, которого избили после нашего последнего митинга, совсем же мальчишка! Сколько ему, лет 18? У него же и мама и папа есть, как у нас с тобой. Растили его, любили...

- Слушай, Тимка, прекрати. Что за сопливые нравоучения?! Парень знал на что шёл.

= А ты, ты знаешь? На что мы идём? За что мы боремся? Наши деды свою жизнь отдали за то, что б мы жили в мире. Неужели всё зря было? И мы не победили фашизм?

Максим остановился и задумчиво посмотрел на Тимура. Потом перевёл взгляд на носки своих ботинок и достал сигарету. Закурил.

- Эх, Тимка...Жизнь такая сложная штука. Что тебе сказать? Человечество никогда не будет жить в мире.

Неожиданно за его спиной раздался голос: "Огоньку не найдётся?". Максим повернулся и получил хук справа в челюсть. Три молодых человека в чёрном начали избивать его. Двое других с криком "Анти-антиФа" набросились на Тимура. Один из них достал железные ножницы и всадил их Тимуру в шею.

- Всё- всё, ребят, бежим!

Один из ребят схватил парня с ножницами за руку

- Хватит, я сказал! Бежим отсюда!

Он последний раз пнул Максима, свернувшегося на земле, и они побежали прочь.

- Тима... - прохрипел Максим и попытался подняться. У него не получилось, и он подполз к другу. Тимур был весь в крови. Ножницы задели сонную артерию, и кровь хлестала струёй. Максим пережал, как мог, рану. Нужна была скорая. В паре метров светилась вывеска магазина Буквоед. Это был единственный шанс. Максим умоляюще сказал: "Тима, Тимка, не умирай, держись. Я сейчас" и вбежал в магазин.


* * *


Лиза и Елена Евгеньевна сидели в гостиной и смотрели фильм "Фанатик" Генри Бина. На экране главный герой бежал по лестнице вверх, к ослепительному свету. И голос за кадром спрашивал его: "Куда ты бежишь, Дэнни? Разве ты не знаешь, ТАМ, НАВЕРХУ никого нет...".

Момент был очень волнительным. Но обе женщины не могли сосредоточиться на фильме. Время было позднее, а Тимур всё ещё не вернулся. Раздался телефонный звонок. Елена Евгеньевна вскочила. Лиза тоже.

- Это, наверное, Тимур! Ну сейчас я ему устрою!

Лиза подняла трубку.

- Здравствуйте, могу я услышать Елену Евгеньевну Качараву?

= Да, конечно. Тётя Лена, это вас.

Материнское сердце беспокойно сжалось.

- Я слушаю.

= Елена Евгеньевна, на вашего сына сегодня было совершено нападение.

- Что с ним?! Что с Тимуром?!

= С прискорбием сообщаю, что ваш сын получил множественные ножевые ранения и скончался до приезда скорой.


* * *


На улице лил проливной дождь. Дорогу на кладбище размыло. Мальчик заснул на руках у мамы. Лиза переложила малыша на сиденье, накрыла курткой и вышла из машины. Открыла зонтик и подала руку Елене Евгеньевне. Женщина вышла, опираясь на Лизину руку и повернулась к мужу.

- Вова, останься в машине. Маленький Тимочка заснул. Не будем его будить. Он так набегался сегодня в саду. Посиди с ним.

И обе женщины двинулись в сторону кладбища. Могила Тимура была аккуратно прибрана. На земле лежали красные гвоздики. У надгробной плиты стоял мужчина в чёрном плаще.

- Здравствуй, Максим. Как ты?

= Да ничего, Елена Евгеньевна. Вот, цветы свежие принёс, да ливень такой...

- Ну ничего, ничего. Главное, это же внимание. Что ты не забываешь, на могилку ходишь, в церковь...Тимочка, ТАМ, НАВЕРХУ всё видит.

= Тёть Лен, он не только там. Он и здесь с нами. В нашей памяти и в нашем сердце...

- Конечно, Максимушка, пока мы помним...

Дождь закончился. Лиза закрыла зонтик. Неожиданно из-за туч вышло солнце и всё вокруг заискрилось. Запахло свежестью омытой зелени деревьев и запели птицы.

За своей спиной Лиза услышала детский смех. Она обернулась и увидела маленького Тимура, бежавшего ей навстречу. Она присела и раскрыла руки для объятья. Малыш крепко обвил её шею руками и она поднялась, прижимая его к себе.

- Он здесь...С нами...