Рубенок Олег Федорович: другие произведения.

Аттическая соль земли

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Садово-огородная сюрреалистическая повесть в стихах,с картинками,с изюминкой и аттической солью.


   Аттическая соль земли
   Сюрреалистическая повесть
  
   Оглавление. Оно необходимо здесь. Далее Вы поймете,почему.
      -- Вступление. Садово-огородный лазутчик.
      -- Часть первая. Генетическая чушь и прочая чертовщина.
      -- Плетень первый. Неособаченные огородники.
      -- Клин 1. Хитрое устройство мужика.
      -- Плетень второй. Изгнание из ада.
      -- Клин 1. Сентиментальный бес.
      -- Клин 2. Адская разборка.
      -- Клин 3. Плата за сентиментальность.
      -- Плетень третий. Хождение по дачным мукам.
      -- Клин 1. Оборотень или чудеса мимикрии.
      -- Клин 2. Земной эксперимент.
      -- Клин 3. Дачные страдания.
      -- Плетень четвертый. Плюрализм нравов.
      -- Клин 1. Собачьи страсти.
      -- Клин 2. Генетическая чушь.
      -- Клин 3. Кессонная болезнь.
  
   На этом часть первая заканчивается. Но сначала,прежде чем я начну давать основной материал,несколько слов,имеющих непосредственное отношение к нашей работе.
   Первая часть полностью готова. Это электронное издание содержит несколько сот слайдов,на которых рисунки и текст представляют одно целое и физически,и тематически. Для большей ясности загляните на страничку Ол Рунка.
   У второй части текст есть,рисунков нет. К сожалению,здесь и первую,и вторую части я могу дать только как текст в формате Word. Так,по крайней мере,мне представляются возможности нашей программы. Желающие получить за свои "любезные" рисунки на компакт-диске звоните вечером или во второй половине дня. Телефон: 2-72-11,Великий Новгород.
  
   С уважением Олег Рубенок.
  
  
  
  
  
  
  
  
   02. Вступление. Садово-огородный лазутчик.
  
  
  
  
   Дача досталась мне на халяву.То было время больших надежд и разочарований. Шел Великий Передел Собственности,который народ окрестил "прихватизацией".
   Мои знакомые и незнакомые соотечественники становились медео и алюмомагнатами,нефтяными
   и газовыми алигархами. Самые неудачливые из этой компании за бесценок скупали гигантские химические предприятия,надеясь на экзотермических процессах погреть руки.
   Только я оставался ни с чем и палец о палец не ударил,чтобы обогатиться. Моя старорежимная неуклюжесть создавала дискомфорт...в наших политических эшелонах,и тогда на самом высоком правительственном уровне было решено подарить мне аж дачу.
   Расчет делался на бесплатные сотки. На них,по мнению моих дарителей,должны были расцвесть махровым цветом мои частнособственнические инстинкты,а с ними у меня уже и руки станут другими. Мимо таких загребущих рук я уже ничего не пропущу и больше не буду удручать иностранцев своей нищетой.
   Подарок оказался хуже,чем я предполагал. И хоть дареному коню в зубы не смотрят,я попытался заглянуть в историю правительственного презента.
   Маленький садово-огородный участок с покосившейся избушкой и ржавым кессоном во дворе,
   как рекламная газета,переходил из рук в руки,и никто не задерживался на нем. Одни сетовали на потусторонние силы и,естественно,упор делали на нечистого. Приглашенные попы пытались расправиться с ним,но ушли посрамленные,не забыв взять плату за оказанные услуги.
   Другие счастливые обладатели бесплатных соток наняли специалистов по пси-фи-ду факторам.
   Нервные и умственные растройства,которые у нас обозначаются кратким словом дурь,скорее свойственны людям,чем садам и огородам,
   и металлическая рамка не дрогнула в руках экстрасенсов.
   Последние хозяева бесплатного житейского закутка вспомнили домового,и сами же отвергли эту идею.
   Люди они были по-современному образованные и понимали,что домовой,в общем-то,существо безобидное. Конечно,он, как и мы,способен на мелкие пакости,но творит их не для того,чтобы кому-то досадить,а скорее всего - для собственного удовольствия. Да и домик был настолько убогим,что никакой домовой,даже самый завалящий,жить в нем не стал бы.
   И только самогонный аппарат,намертво вмонтированный в полуразвалившуюся плиту,блестел нержавейкой и пытался вселить в меня хоть какой-то оптимизм. Но к этому времени я уже бросил пить,и он не радовал мой глаз.
   Решетки на окнах усиливали мое мрачное впечатление от увиденного убожества,как и мухи,которые влетели вслед за мной в дом,и теперь в панике пытались выбраться из него.
   Чем не тюрьма!
   Но я еще мог выбирать. Я еще стригся под "ежика",чтобы выглядеть головастым,и пока что никто не имел права обречь меня на принудительные сельхозработы. Я еще...И тут мой растерянный взгляд остановился на облезлой тумбочке. Мысль о забытом кошельке расшевелила мое воображение. Я заглянул внутрь ее.
   Несколько замызганных ученических тетрадей разочаровали меня. К тому же они от корочки до корочки были разукрашены разноцветными рифмованными текстами...и годились разве что для растопки.
   Другая мысль,высказанная еще Булгаковым,и в которой он утверждал мистическую огнестойкость рукописей,удержала от естественного желания сбросить тетради к печке.
   Я стал перебирать их.
   Это были дачные дневники неизвестного мне Ол Рунка.
   Нормальный человек не стал бы поэтизировать жизнь наших дачников,и я постарался выяснить,что представлял из себя автор и куда он вдруг запропастился. Но стоило только завести о нем речь с владельцами соседних участков,как они тут же мрачнели,сразу же теряли к разговору интерес и уходили в себя и за свои заборы.
   Постепенно я понял,что все сведения об авторе надо искать в его записках. Да-да,я знаю! Любые подобные записи,независимо от того,к какому жанру они относятся,нацелены на то,чтобы оболванить потомков,превознести самого себя и оболгать своих современников. Но если не обращать внимания на эти,не столь уж важные для литературных произведений мелочи,то психологический портрет пишущего человека можно воспроизвести с большой точностью.
   В процессе работы над рифмованными записками,когда я приводил их в удобоваримое состояние и делал пояснения к ним в прозе,я очень быстро почувствовал,что Ол Рунк не был нашим человеком и его взгляд на все наше дачное не совпадал с нашим и был откровенно шпионским. У меня возник соблазн издать тетради ихнего лазутчика под общим названием: "Записки секретного агента",
   Это было бы по-современному здорово!
   Но сюрреалистическая повесть должна иметь и соответствующее название,а у Ол Рунка нет-нет да и мелькали на обложках тетрадей два слова: "Деревенские дачники". Сначала я не обратил никакого внимания на непривычное словосочетание,но позже,когда попытался осмыслить его,понял,что оно,как и всякий бред,никакому осмыслению не поддается.
   А это было как раз то,что надо!
   Более бестолкового названия для сюрреалистической повести о наших "мичуринцах" и придумать нельзя.
   Напомню тем,кто подзабыл французский: сюрреализм на русский язык переводится одним словом,и бред - самый точный его перевод.
   В общем, "Деревенские дачники" устроили меня по всем параметрам,такое название,как мне видится,и
   По-современному здорово,и по существу верно,и аттическая соль земли здесь будет как нельзя кстати.
  
  
   Олег РУБЕНОК
  
  
  
  
   Ол РУНК
   АТТИЧЕСКАЯ СОЛЬ ЗЕМЛИ
   Часть первая.
  
   Генетическая чушь и прочая чертовщина.
  
   Плетень первый. Неособаченные огородники.
   Клин 1. Хитрое устройство мужика.
  
  
  
  
   Завелась на листьях мразь.
   Расплодилась. Прижилась.
   Стали листья вянуть,
   Ажно страшно глянуть.
   Тетка Флора впала в шок.
   Плакал яблочек мешок.
   А она имела виды
   На фруктовые гибриды.
   По своей нехитрой смете,
   Только начал сад цвести,
   Думала в своем бюджете
   Дебет с кредитом свести.
   И такая вот напасть -
   Разевай поширше пасть.
  
   Со слезами на глазах
   Флора сплюнула в сердцах:
   -Пра-сти,Господи-Исусе!
   Не в моем арго был вкусе.
   Зажаргонила со зла:
   Тля до сленга довела...
   А ведь я имела виды
   На фруктовые гибриды..
   И мешок приберегла...
   Вот такие здесь дела.
   Думала,хоть и смешком,
   В люди выберусь с мешком...
   Без огласки,понемножку
   Богатеть начну...И вот
   Разевай пошире рот. -
   Вся надежда на картошку.
   А я яблочки люблю!
   И вздохнула тетка Флора,
   И направила на тлю
   Взгляд,исполненный укора...
  
   А соседи были глухи.
   Планы,фрукты и мешки
   Старой девы,от тоски
   Записавшейся в старухи,
   Никого не развлекали.
   Все они,как и она,
   От рассвета до темна
   Счастье дачное искали...
   Но случался перебор...
   И,оставив свой забор,
   Словно раненные звери,
   Доползут до вытрезвителя,
   И давай ломиться в двери,
   Требуя на предъявителя
   Койко-место и пинки...
   А потом сидят уныло,
   Проклиная все,что было
   Ими выпито с тоски.
   Но нельзя ломиться в дверь
   Без финансовых потерь.
   И уже в своем бюджете,
   Дачные счастливцы эти,
   Дебет с кредитом состыковать
   Не могли,едрена мать.

Разум мутят мужикам

(Многократно)повторенные сто грамм.

Да,плохая с ними шутка,

Если алкоголь лишит рассудка.

А бывает и молодка

На них действует,как водка.

Собственная лишь жена

Мужа в чувство приводить должна.

И еще,конечно,отрезвитель...

  
   Лишь сосед на смежной даче
   Был довольно близорук :
   Флору брал он на испуг,
   И смотрел совсем иначе
   На соседскую беду.
   У соседей на виду
   Превратил он флорин шок
   В издевательский смешок
   И с расстроенной гитарой
   За забором мельтешил,
   Досаждая песней старой,
   Да на Флору глаз косил:
   -Кукарача!Кукарача!
   Начерта такая дача?
   С ней дохода ни рубля,
   Расплодилась только тля.
   Возвела бы ты забор!
   Без забора что за двор!
   Он открыт любым ветрам,
   Крохоборам и ворам.
   И вопил в поддатом виде:
   -Мы живем не во Флориде!
   Подожди,ужо из леса
   Выйдут два иль три балбеса
   И тебе устроят шмон -
   Не поможет и ОМОН!
   Хуже тли для каждой дачи
   Эти варвары удачи.
  
   "Этот изверг не иначе
   Одичал совсем на даче,-
   Констатировала Флора
   Взгляд,исполненный укора,
   И отсутствие огня
   В бледном взоре беламута.-
   Не сосед,а размазня,
   Да еще и муж кому-то."
   Но поправила платок
   На груди своей высокой...
   Без особого намека.
   Да какой мог быть намек!
   Просто так.На всякий случай...
   Чтоб подчеркивал он лучше
   Высоту ее грудей...
   И совсем не для людей
   Ненавистного ей пола,
   Ну и не для частокола... Чисто женская привычка.
   Ведь мужчина,словно спичка:
   Взглядом только чуть зацепит...
   И уж в черти что он метит.
  
  
  
   Но ведь надо быть мужчиной,
   А не дачной образиной,
   Вроде чучела с гитарой,
   Что пугает песней старой
   Незадачливых старух,
   И к чужим несчастьям глух.
  
   И сказала Флора вслух:
   -Из себя не строй крутого!
   Я живу без мужика -
   У меня крепка рука!
   И на длинный нос любого
   Я могу повесить чайник -
   Даже если ты начальник.
   В огороде ли,в саду -
   В ногу с временем иду!
   Из моей ты выпал сферы!
   И никак не влезешь ты
   Ни в размеры нашей эры,
   Ни в стандарты красоты!
   И уже настолько старый,
   Что не смотришься с гитарой!
   А сосед надменным взором
   Тут же - шарк издалека
   По платку...его узорам...
   По периметру платка...
  
   Флора усмехнулась даже:
   Старый хрен,а все туда же...
   Хоть не числюсь я в красотках
   На своих бесплатных сотках,
   А от женского позора
   Нет надежного забора...
  
   И сказала Флора вслух:
   -Не мужик ты,не петух,
   Догорел ты и потух.
   Только пялишься на баб,
   А давно уже ослаб.
   И не думай о красотках
   На своих бесплатных сотках!
   А в уме держи ты прочно:
   Связь с соседкою - порочна!.
  
   Отчихвостила Кузьму Но урок не впрок ему.
  
   А ВЕДЬ ОН и впрямь носатый,
   Конопатый,волосатый...
   Не красавец,не урод -
   Как бы все наоборот.
   И,видать,его заело...
   Мы в бессилии своем
   Часто водку залпом пьем
   И по-пьянке то и дело
   Говорим совсем не дело,
   А то лезем на рожон -
   Ну из кожи как бы вон.
   К изумлению Флориды,
   Повидавшей в жизни виды,,
   На свой дом полез сосед.
   "Ну,семь бед - один ответ!"
   Женщина перекрестилась,
   Видно,своего добилась.
  
   А тот лез все выше-выше
   По крутой довольно крыше.
   И на самой верхотуре
   Он не изменил своей натуре.
   Сев на деревянного конька,
   Кукарекнул свысока:
   -Не тревожь напрасно Бога.
   Хочешь ты довольно много.
   Крыша у меня крепка -
   Не поехала пока.
  
   "До чего доводит водка!
   Не нужна ему молодка...
   Да и годы уж не те,
   И не смыслит ни бельмеса
   Увядающий повеса
   В зрелой женской красоте.-
   Констатировала Флора
   Взгляд,исполненный укора,
   И отсутствие огня
   В бледном взоре беламута.-
   Не мужик,а размазня...
   Да еще и муж кому-то."
   Но поправила платок
   На груди своей высокой
   Без особого намека.
   Да какой мог быть намек!?
   Просто так. На всякий случай...
   Чтоб подчеркивал он лучше
   Высоту ее грудей...
   И совсем не для людей
   Ненавистного ей пола,
   Но и не для частокола.
  
   Ну а он надменным взором -
   По платку,его узорам...
   По периметру платка...
   И смотрел издалека,
   Как узорчатый платок
   Сполз с груди насколько смог,
   Ни на что не намекая.
   Высота была такая...
   И вот с этой высоты
   Разговор пошел на "ты".
   Так сказал сосед соседке:
   -Я живу здесь,словно в клетке.
   Но не смейся над Кузьмой -
   У меня кураж есть свой.
   И тебя прошу я слезно:
   Отнесись вполне серьезно
   К частоколу и жердям.
   Флора - не из знатных дам.
   И в жару и под дождем
   Нам с тобой идти вдвоем...
   Через сад и огород
   В коммунизм свой народ
   Наша партия ведет!
  
   Флора аж осатанела,
   Как теперь ее задело.
   С кем куда бы не идти,
   С этим ей - не по пути!
   Одичал без спорно тут
   И созрел на дачный блуд.
  
   Она села на крыльцо.
   Спрятала в платок лицо.
   И задумалась глубоко,
   К беломуту сидя боком...
   Видно было повсему:
   Не туда несет Кузьму,
   И ведет себя Кузьма
   Подозрительно весьма.
   И не зря он всякий вздор
   Спьяну мелет про забор...
   Хоть не числюсь я в красотках
   На своих бесплатных сотках,
   А от женского позора
   Нет надежного забора...
   И Кузьма,без всякого сомнения
   Вызывает подозрения.
   И,наверное,уверен:
   Не испортит старый мерин...
   Правда,эта поговорка
   Существует с оговоркой...
   Но не знаю я сама,
   Знает ли ее Кузьма.
   За корявым частоколом
   В состоянье полуголом
   Одичал без спорно тут
   И давно созрел на блуд.
   Трудно женщине одной
   На земле своей родной.
   От иванова движения
   Бабам нет спасения.
   Ишь ты,дедушка Мичурин,
   Нас настроил на садовый лад...
   И теперь мудрец и дурень
   Собственный заводят сад.
   Вспомнишь тут едрену маму.
   Продуктовую программу
   Не осилить нам с лопатой...
   А была бы я богатой -
   В межсезонье и в сезон
   С дачной штыковой лопатой
   Не плясала бы чарльстон
   Между грядок и на грядках,
   Смахивая пот украдкой.
   А была бы я богатой,
   Я б не горбилась с лопатой.
   На британских островах,
   В лондонском гай-парке,
   Раздавив бутылку "старки",
   Разносила б в пух и прах
   Ненавистную мне и убогую
   Огородную идеологию.
   А была бы я богатой...
   Флора сплюнула в сердцах...
   А была бы я богатой -
   На Богамских островах
   Не пришлось бы бедной Флоре
   Речи слушать о заборе,
   А какому-то Кузьме
   Тот забор держать в уме.
  
   Мое замечание. Что Вы хотите от городской огородницы! "Ментилет", "Гай-парк" и многое другое в подобном роде еще не раз прозвучит в ее устах. Будьте бдительны.
  
   А в Бер...мудском
   треугольнике,
   Если б я была
   богатой,
   Обнаглевшие поклонники
   Засылали б ко мне сватов.
   Я бы поубавила их пыл:
   Капитальчик был,да сплыл!
   И сказала бы им прямо:
   Бессердечная я дама.
   Хоть и добрая душа,
   Но в карманах - ни шиша.
   И вообще я феминистка.
   Мужиков к себе и близко
   Никогда не подпускала,
   Потому и черствой стала...
   Тут Флора подумала с грустью,что грубая огородная жизнь
   вернула ее к реалиям сегодняшнего дня,и сообразила,почему
   Кузьма все еще торчал на крыше.
  
   Флора встала на крыльцо,
   Жаром пыхнуло лицо.
   И сказала Флора гневно:
   -Я,конечно,не царевна
   И уж,точно,не принцесса...
   Только ты,какого беса,
   Наезжаешь на меня,
   Так сказать,средь бела дня?!
  
   Тут она,не дожидаясь ответа,
   хотела было пояснить Кузьме,
   за кого ему следует принимать ее,
   но одумалась.Огородник,темный
   от загара,невежества и дачной пыли,
   мог неправильно истолковать незнакомое
   ему словечко,и еще неизвестно,куда бы
   его после этого понесло.Крыша,как
   полагала Флора,это еще не "потолок"
   для Кузьмы.
  
   -Песня новая,и все же
   Ты опять поешь про то же!
   И не думай,что я сдуру
   Влез на эту верхотуру...
  
   Отпустив слегка губу,
   Он держался за трубу,
   И довольный сам собой
   И своей печной трубой,
   Не спуская глаз с платка,
   Покрутил он у виска.
   И еще он с верхотуры
   Ей изображал,как куры
   Не спеша бегут от петуха...
   -Это я - подальше от греха!
   Хоть на вид ты и невинная,
   Но уж больно агрессивная...
   И довольный сам собой
   И своей печной трубой...
  
   Да-да.это уже было.
  
   А вот народная огородная мудрость Седина - в бороду,бес - в ребро.
   И Флора наверняка ее знает и держит в уме.
  
   -Не мужик ты,не петух!
   И давно уже потух!-
   Флора топнула ногой.-
   Огородный ты изгой!
   А вот этого еще не было.Ну да ладно.
   Чего только не скажет женщина в гневе,
   И я полагаю:пора ей передохнуть.
  
   О,мудрый мой Ол Рунк...
   Пора и нам
  
   Выкурить
  
   Трубку
  
   Лира.
   А после перекура мы расскажем адскую байку про того самого
   беса, которого только что упомянула крутая огородница.
   Вот видишь,как мы подружились.
   Я уже один,без тебя,по-черному,как раньше,
   не пью. А как протрезвею,так по трезвому уму
   думаю: надо было сжечь тетради,не наш ты человек,
   с какой стороны на тебя не посмотри,и взгляд у тебя -
   ихний. Нехороший взгляд. Вот глянуть бы тебе в глаза
   и определиться с ходу,как в свое время Буш определился
   с нашим президентом,что ты за шпион и шпионишь ли по-
   прежнему,или уж настолько у нас пристрастился к дачной
   жизни,что ни о какой другой уже и думать не хочешь...
   на своей бесплатной вилле с телохранителями и
   красотками в голубых бассейнах.
   А у нас очень-то не поплаваешь. Лето холодное выдалось,
   и я все греюсь,греюсь и греюсь. Хороший ты,Ол Рунк,
   самогонный аппарат смастерил...А бабы у нас все такие же:
   холодные,как вода в наших водоемах. Потому и нет
   демографического взрыва,и неизвестно,когда
   он предвидится.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Плетень второй. Изгнание из ада.
   Еще раз напоминаю читателям: здесь - только текст,а повесть с рисунками имеет в этой части три подзаголовка: "Сентиментальный бес", "Адская разборка" и "Плата за сентиментальность".
  
  
   Был сентиментальным бес.
   В души грешников он лез.
   Вместо адского огня
   Разводил он антимонии
   В поисках гармонии
   Дачного их бытия.
  
  
   Жуть как волновало беса,
   Почему у подопечных
   В прошлой жизни быстротечной
   Не было другого интереса
   И другого беспокойства,
   Кроме дачного устройства.
  
   Вместо светлого пути,
   По которому идти
   Надо было дружным скопом,
   Так сказать,заре навстречу...
   Здесь невольно я замечу:
   На потеху всем Европам...
   Каждый шел своим путем
   И тащил,что мог в свой дом.
  
   Разодетые,как денди:
   Кто в семейном секонд хенде,
   Кто в таких же зарубежных шмотках,
   На отдельно взятых сотках
   Эти дачные хапуги
   Возводили втихаря
   Не какие-то лачуги...
  
   В общем,видимо не зря
   Это все смущало беса.
   Не скрывая интереса
   К частной инициативе,
   Он на этом коллективе
   Экономить стал дрова.
  
   Остывали сковородки,
   На них ежились молодки.
  
   В остывающих котлах,
   В загустевших смолах
   Мужиков знобило голых.
   Дон-Жуаны, Казановы
   Дуба были дать готовы.
  
  
   Сатана почувствовал беду:
   Стало холодать в аду.
  
   Вместо воплей,стонов,криков,
   Содрагался ад от чихов.
   Адского такого круга
   Даже не было у Данте,
   Расчихались друг на друга,
   Как последние педанты,
   Черти и их арестанты.
  
  
   Вниз ползла температура.
   Атмосфера накалялась.
   Бунтовала клиентура,
   И прислуга взбунтовалась.
   Ну а с нею заодно
   Поносили сатанята
   Все,что бесам было свято,
   На чем ад стоит давно,
   И ужасно спорили,
   Колесо истории
   Вспять пытаясь повернуть.
  
  
   Сатана возник из пепла
   Остывающего пекла.
   -Да кому же это надо,
   Чтоб не стало больше ада!?
   Остывающей золой
   Он посыпал череп свой.
  
   -Да от этого чиханья
   может рухнуть мирозданье!
   И в глазницах красный свет
   Выплеснул из черепа тревогу.
  
   -Мы альтернатива Богу,
   Нам альтернативы нет!
   Сокруши противовес -
   Люди к самому создателю
   Потеряют интерес,
   Как к ненужному приятелю.
   Здесь в аду не та погода,
   Чтобы антимонии
   С грешниками разводить
   И баклуши с ними бить
   В поисках гармонии
   Дачного их бытия.
   И скажу вам,черти,я:
   Так ведь можно с дуру
   Погубить всю клиентуру!
   Ишь нашелся мне психолог!
   А не знает,что людям
   Так же,как и нам чертям.
   Противопоказан холод.
   Посади любого беса
   В замерзающем аду
   Задницей на сковородку
   Как гулящую молодку...
  
   Сатана осатанел,
   Покраснел и побледнел,
   И с рифмованного слога
   Перешел на белые стихи.
   Но немного совладав с собой,
   Он исправил этот сбой...
  
   -Бес получит в тот же час
   Изуитский ишиас!
   От него спасенья нет.
   По сравненью с ишиасом,
   Говорю клиентам нашим,
   Муки ада - чистый бред.
  
  
   Беса - на сковороду!-
   Завопили все в аду.-
   Как гулящую молодку,
   Задницей - на сковородку!
   Мы в бараний рог его согнем,
   Будет знать,как баловать с огнем!
   Пусть проймет его до слез
   Страшный остеохондроз!
   Сделаем мы из урода
   Пугало для огорода!
  
   Завопили грешники тут хором:
   Надо гнать его с позором!
   Ишь нашелся виртуал!
   Ад,как морозилка,стал!
   Демагога нам не надо -
   Гнать лукавого из ада!
   Гнать пинками и взашей!
  
   У чертей рты - до ушей:
   -Не было средь нас бомжей
   И не кормят черти вшей!
  
  
   -Тихо-тихо,черти -беси!
   При его-то жалком весе
   Даже остеохондроз
   Не проймет его до слез
  
   В знак того,что он - такой,
   Закивал бес головой,
   А по кончику хвоста
   Пробежала неспроста
   Умиротворения волна.
  
   Но при виде рожи хитрой
   Вновь покрылся сатана
   Красно-белою палитрой.
  
   В нереальном мире ада,
   Так сказать,на дне вселенной,
   Много ловкости не надо,
   Чтобы быть одновременно,
   Вроде как бы между делом,
   Не то красным,не то белым...
  
   И вскипел хозяин ада.
   Термоядерную шапку,
   Спрятанную от людского взгляда,
   Он схватил в охапку
   И на голый черепок
   Натянул насколько смог.
   Чем не шапка мономаха!
   Даже у чертей от страха
   Зенки вылупились из орбит.
  
   -Он довел меня до крайности!-
   Сатана им говорит,
   А сам изнутри дымит.-
   У меня мысля другая:
   Пусть хлебнет земного рая!
   Ишь нашелся демагог -
   До костей весь ад продрог!
   Для него и муки ада
   Будут вроде,как награда.
   Ишь изнежился в тепле -
   Пусть бомжует на земле!
   При всей нашей виртуальности
   Я смогу его натуру
   Затолкнуть в баранью шкуру.
   Про паршивого барана,
   Что своих по выпасу коллег
   Превращает в умственных калек,
   Забывать пока что рано.
  
   Зачесался бесов зад.
   Заюлил лукавый задом
   И,потупив скромно взгляд,
   Стал давать откат назад.
   -Я,конечно,извиняюсь.
   Если надо - я расскаюсь.
   Отрекусь и открещусь,
   В злого черта превращусь.
   Я согласен на люмбаго,-
   Быстро бормотал бедняга,
   По чертям стреляя взглядом.-
   Лишь бы не расстаться с адом.
   На ужасный ишиас -
   Лишь бы бесом быть средь вас.
   И пускай остехондроз
   Проберет меня до слез...
  
   Хохотали доупаду
   Бывшие друзья по аду.
  
  
   -Ну,ты всех нас уморил.-
   Сатана сквозь слезы объявил.
   Только нам таких не надо
   Даже на сковороде.
   Там,где ты,там быть беде.
   Сделаем мы из урода
   Пугало для огорода!
   Может,и не та метода,
   И тошнит порой от воя,
   Но она работает без сбоя.
   Где ж еще,как не в аду,
   Дачников нам приобщать к труду.
   Ишь какую взяли моду:
   Отдают все огороду -
   На общественно полезный труд
   Через свой забор плюют.
   Вышвырну тебя я для острастки
   На садово-огородные участки.
  
   Беса он схватил за рог
   И к воротам поволок,
   У ворот поставил раком:
   Задом к аду,головой навылет,
   И с разбегу,
   И с размаху...
   Черти жалобно завыли,
   Бес глаза закрыл со страху:
   Только б не по паху...
  
  
  
  
  
   Плетень третий.
   Хождение по дачным мукам или земной эксперимент.
  
  
   В хвойно-лиственной глуши
   Не было живой души,
   Не росли лисички
   Не свистели свиристели
   И не пели птички.
   Даже солнце еле-еле
   Пробивалося сквозь ели.
   И в такой глухой вот лес
   Угодил из ада бес.
  
  
   Изгнанный из ада бес
   Под густую ель залез.
   Ничего,что было колко
   На ее сухих иголках.
   Все-таки он виртуальный,
   Ну,почти что нереальный,
   Хоть существовал на самом деле,
   Но в своем бесовском теле
   Он осознавал пока
   Лишь последствия пинка.
   И страдал он на иголках
   Но не от того,что было колко...
  
   В мире бесов нереальном
   Плохо быть сентиментальным.
   Бес узнал на опыте свое,
   Что нельзя играть с огнем
   И изгнание из ада
   Может стать проблемой зада.
   Да, не зря бытует мнение,
   Думал бес с остервенением,
   Что мы задним,так сказать,умом
   Многое потом осознаем...
  
  
   Бес лежал в глухом лесу
   С жирной мухой на носу,
   Смахивающей на осу.

И, прищурив один глаз,

Он другой навел как раз

На ее срамную срачку

И рассматривал с тоской

Упыриху-вурдалачку...

Вот какая мимикрия!

Хоть любовь пока что зла,

Но решил бес: будет лучше,

Если он на всякий случай

Выйдет здесь из облика козла

И обличье примет человечье...

  

Бес хотел сплюнуть,

но лежал он на спине

и плевать сам на себя не стал,

только гневно сверкнул глазами,

проворчав при этом:

"До чего сентиментальность довела"...

  
  
   Стать огордным пугалом и за руку здороваться с дачными чуваками...
  
  
   Бес собрался прослезиться,
   Но одуматься успел:
   Слезы бесовы - водица.
   Бес не верит даже сам
   Своим собственным слезам,
   Ну а тут в лесной глуши -
   Ни одной живой души.
   Не росли лисички
   И не пели птички.
   Даже солнце еле-еле
   Пробивалося сквозь ели.
   Стоит ли здесь притворяться,
   Корчить из себя паяца?..
  
  

Только так подумал он,

Как услышал чутким ухом

То ли вздох,а то ли стон...

Сразу бес воспрянул духом,

И своим бесовским нюхом

Безошибочно определил:

Чья-то мучилась душа.--

Тут он уши навострил

И подумал не спеша:

"Ишь ты,для острастки -

На садово-огородные участки...."

  

"Стать безголовым пугалом и за руку здороваться с дачными чуваками..."

Улыбнулся бес хитро:

-Всем чертям в противовес

Буду я творить добро,

А иначе я - не бес!

И покинул лес.

Ближе к ночи смотрит Флора,

У которой нет забора,

Соответственно - ума,

Как считает то Кузьма,

Черт несет издалека

К ней чужого мужика...

Кривоногий,косолапый,

Коротышка и урод

Под поглями старой шляпы,

Широко разинул рот

На ее,на флорин, огород.

С ужасом смотрела Флора

На чужого мужика..

Издалека...

Но когда нет своего

Тут и удивляться нечего.

Флора,вспомним не со зла,

Старой девою была.

Это что ж еще за дядя

Прет нахрапом, на ночь глядя!?

Здесь без света,без воды

Я в полшаге от беды.

А вокруг такая тишь...

Наши чертовы старухи

По ночам ужасно глухи.

Так что если закричишь,

То на вопль твой в ответ

Здесь никто не включит свет,

И в ноль два не позвонишь...

Вот что значит нет забора!

Засифонила тут Флора.

Зря фасонила перед Кузьмой -

Интерес отстаивал он мой.

Может,малость грубовато,

Так сама в том виновата:

Я сбивала с помощью платка

С панталыку мужика.

А пришелец в тот же час

Зубы выставил,как напоказ,

И прищурил один глаз:

-Ну зачем такие страхи!?

Ты пока что не на плахе,

И не надо голову терять.

-Ты во мне признала беса

Или кой-кого еще

Из бесовского замеса...

Только что с того!

Я на твой явился зов,

И, хоть я не божество,

Но тебе помочь готов.-

Улыбнулся бес хитро,-

Буду я творить добро.

От проклятого Кузьмы

Вместе отмахнемся мы.

С этими словами бес приподнял немного шляпу.

-А у вас под шляпою - рога!

-Обижаете,мадам.

Бес обманывает сам,

И замечу вам я кротко:

Ни одна еще красотка

Бесу не наставила рога.

Флора рассмеялась:

-Жаль,

Что такая вот у нас мораль,

И на вид как будто бы строга,

Но что не мужик,то и...рога.

Извините,товарищ бес,за признание:

Нехватает нам коммунистического воспитания.

-Так ты это мне - всерьез?

-Так же,как и ваш вопрос?

Раскопытился тут бес:

-Сатана опять промашку дал!

А грозился на весь ад:бесу этому рога посшибаю в сей момент.

И размахивал дубинкой,словно дубоватый мент.

-Вы разволновались так...Что же,сами вы не знали,что... с рогами?

-Вот,как на беду,зеркало оставил я в аду.

-А наощупь?

-Я же виртуальный! А уж если нет материи,то и щупать смысла нет,

товар,как говорится в таких случаях,налицо.

-А у нас в таких случаях говорят,-хихикнула Флора,-

не верь глазам своим.

-Все равно наощупь с бесом не определишься.

Есть ли ты на самом деле или все,

что есть в твоем бесовском теле, -

всего лишь чья-то небессмысленная выдумка,

и ты для пользы дела свято веришь в эту глупость.

-Так вы,что,на самом деле бес?

-Увы,ты и есть как-будто бы,и тебя как-будто нет. Фигура

я такая виртуальная,что-то вроде президента,

и как он,многое могу...стоит только захотеть.

Флора начала креститься,на что бес заметил ей:

-А ведь атеистка ты.Вот такие все безбожники:не хватает вам

материа-листического воспитания.

На этот выпад Флора грустно ответила:

-Трудно женщине одной,

А Кузьма он не святой,

И,как истинный мужик,

агрессивничать привык,и на то есть у него причины:

глушь такая здесь и тишь,

нет ни света,ни воды...

Я в полшаге от беды.

Тут ходить не надо и к астрологам:

Чуть чего не доглядишь

И глядишь:

За дачным пологом

Вместе с бабой может оказаться бес.

А ведь я почти что феминистка,

Мужиков и близко

Никогда к себе не подпускала,

Потому и девой старой стала.

Не способна я на срам.

Агрессивным мужикам

Агрессивно заявляю:

Проходите,черти,мимо,

А то я сейчас залаю.

Только мне не повезло,

Дали,как назло,

Мне не ту делянку.

Без надежного забора

Нравственно паду я скоро.

Старый черт,а от позора

Тут всего я в двух шагах,

И когда-нибудь впотьмах

С истинного я собьюсь пути.

Господи,заранее прости...

Мужики устроены хитро,

И Кузьма - не исключение,

Подтверждает изречение:

Седина в бороду - бес в ребро.

Простите,товарищ,бес...Ну раз вы здесь,то,может,другой в него влез,

и сидит в нем та зараза,и с меня не сводит глаза...Вот такая грустная

дачная история...

На что бес с пафосом заметил Флоре:

-Я с Кузьмою совладаю!

Не позволю я Кузьме

Даже и во тьме

Сбить тебя с дороги к раю!

Ложись почивать,а утром посмотришь,как он будет креститься,глядя на тебя...

-Да он и так уже на меня смотрит.как на икону,только виду не показывает,и мимо спокойно пройти не может,чтобы какую-нибудь гадость не сказать

в мой адрес.У него - сексуальная агрессия,товарищ бес.

Бес сердито сплюнул.

-Да что у тебя на уме? Креститься,глядя на тебя,он будет по другой причине и при этом начнет приговаривать:

Чур не я! Упаси меня, господи, от этой бабы!

-Вы думаете,это у вас получится? Он же - атеист.

-Еще как получится,на то я и бес,изгнанник ада,и,уж коль я берусь за дело,то он быстро станет религиозным фанатом,и на зло сатане я вымощу твою дорогу в рай... А в аду уже и сковороду для

тебя черти приготовили...Вот побесится пройдоха! И когда-нибудь он кончит плохо.

Милостив Господь,но милости господни

Опускаться не должны до преисподни!

И вот здесь я должен огорчить читателей. Нет-нет,до конца еще далеко,еще первая часть не кончилась. Дело в другом. Я не могу дать картинки,а вот этот кусок,в котором бес пытается погубить Кузьму,сжечь его на сивушном огне, -

рисованный!

Рисунки,так сказать,без слов.

Но финальную часть этого клина,где уже больше нерифмованных фраз,чем картинок и стихов,я привожу ниже без каких-либо заметных изменений.

Вечером того же дня

бес ,судьбу свою кляня,

изливал угрюмой Флоре

свое горе...

-Какая муха укусила его? Я все сделал как

великий гуманист и соблазнял,и тут же

пояснял,чем может кончиться для него

пристрастие к нездоровым соблазнам...

-Вот,-сказал он и приподнял немного шляпу,-

то,что не удалось сатане,это преспокойненько

сделал твой придурковатый Кузьма.

-И вправду,-обрадовалась Флора,-рогов как не бывало!

Но как вы определились без вашего адского зеркала?

-Издеваешься,-угрюмо проворчал бес и сердито добавил.-

Еще бы чуть-чуть пониже,и точно - снес бы черепок.

-Да что вы так расстроились!-поспешила женщина утешить страдальца.-

Вы же виртуальный!

На что бес скупо заметил:

-Жить всем охота.

И пояснил:

-От холодного металла много виртуалов пострадало... А он лопатой...прямо по рогам. Подамся-ка я в лес.

Одиночество мне больше по нутру.

-Вы же собирались творить добро!-возмутилась Флора,-И что же,

теперь все ваши благие намерения - побоку!?

-В ад уже не пустят меня,слишком шумным было изгнание. Осталась

одна дорога - в рай,не бомжевать же здесь, на земле.Постараюсь

реабилитироваться в глазах Господа-Бога,под крылышком у него

спокойнее,и огородов в раю нет. Можешь поверить мне на слово.

Ведь прежде чем я был изгнан из ада,меня сначала турнули из рая...

-Так вот откуда черти берутся!Теперь мне понятно.что имел в виду поэт,

когда писал: "Если черти в душе гнездились,значит ангелы жили в ней".

-Не очень доверяйся поэтам,если хочешь попасть в рай.

-А кому же доверяться? Вот вы сгинете в лесу, а Кузьма опять будет

издеваться над одинокой старой девой.

-Но он тоже одинок,от того и бесится.

-И совсем это не так,у него жена есть...

-В замкнутом сатанинском треугольнике даже бесу делать нечего.

-Дело в том,товарищ бес,что она как бы есть и в то же время,ее как бы нет.

Бес задумчиво почесал за ухом:

-Она,что,виртуальная?

-Она,товарищ бес,ненормальная.

У нее - рыночный уклон,она не приемлет нашу огородную идеологию.

Она считает: мы будем с овощами,но не станем богачами,и сидит на

черном базаре,наращивает,прости Господи,свой капитал.

-Выходит,в капиталистическую систему стремится... Там без капитала

делать нечего,потому она и называется капиталистической системой.

-Да вы что,товарищ бес,совсем уж ненормальный! Ну какой у бабы

может быть капитал в любой системе?..

Флора с укоризною посмотрела на изгнанника ада.

-А Кузьме,в отместку за издевательства,я положу грабли у ворот,-

с пафосом и с обидой в голосе произнесла она.-

Он каждое утро,как только вылетает за водой для полива,на одни и те же

грабли наступает.Чудненькое зрелище,скажу я вам.

-И собаку заведи.

-А собаку - зачем?

-Собака заменит тебе и друга,и забор.Может,еще,на радость нам обоим,и

Кузьму покусает.

-Обязательно покусает,-убежденно сказала Флора.-Теперь и собаки стали

ужасно злыми.

Бес кивнул и пошел в лес.

-Может быть,на дорожку посошок?-вдогонку крикнула Флора.

Бес остановился,хмуро глянул на старую деву:

-Обойдусь.Не приучен к питью.Мы в аду по большей части

имеем дело с огнем.И смотри,не поддавайся соблазнам.На зло сатане

блюди себя.

Угасал вечерний свет.

Флора,глядя бесу вслед,

Сожалела,что с лопатой

Ей вовек не быть богатой.

Если б было все иначе -

На другой жила бы даче,-

Размышляла Флора тихо,

Дачное ругая лихо,-

И не нужно было б Флоре

Речи слушать о заборе,

А какому-то Кузьме

Тот забор держать в уме.

Было б все у нас внатуре,

И не думал бы он обо мне,

Как о беззаборной дуре.

Эх,Кузьма!

Сожалею, и весьма!

Хоть мужик ты неплохой,

Только интеллект,похоже,твой

Не поладил с головой,

И сидишь ты за забором

Мелкобуржуазным крохобором,

Только пялишься на баб,

А давно уже ослаб.

Обращусь в политбюро -

Пусть набьют ему мурло!

Флора тут воспряла духом:

-А еще пойду к старухам!

У нас ведьмы есть что надо!

Без обмана и без яда

Могут всякого урода

Отпугнуть от огорода.

У заборов их нарву

Отворотную траву.

Этой страшною травой

Я завешу свою дверь

И косяк украшу свой.

Ни один двуногий зверь

Не войдет тогда в мой дом

С мыслями о рендеву...

Впрочем,можно только днем

Полагаться на траву.

Ну а в сумерках,во мраке...

Сослепу иль с пьяных глаз...

Ну и нравы же у нас!

И не обойтись мне без собаки.

  
  
  
   Далее читайте плетень четвертый.
   В нем меньше рисунков,больше лирики и винегрет из того,за что мы любим собак,мужиков и баб. И все это - в рифмах,и порой очень даже приятных для души и слуха.
   Из экономии места четвертый плетень я разбил на два столбца. Если осилите первый столбец,Вы обязательно вернетесь к началу второго.
  
  
  
  
   Приятного Вам чтения,и благодарю за Ваше терпение.
  
  
  
  
  
  
  
   простомуттттттттттттттттт
  
  
  
  
   Ол РУНК
   АТТИЧЕСКАЯ СОЛЬ ЗЕМЛИ
   Плетень четвертый. Плюрализм нравов.
   Клин1. Собачьи страсти.
  
  
   Тетка Флора,по-простому,
   А по паспорту - Флорида,
   Завела дворнягу Рому -
   Пса внушительного вида.
   В репеях и колтунах
   Наводил на всех он страх.
  
   У собаки - норов свой.
   В одичалой псине злой
   Все для Флоры было внове.
   Потеряв немало крови,
   Она вымыла неряху
   И не умерла со страху.
   Просушила,причесала,
   И в каких-то два часа
   Быть похожей псина стала
   На ухоженного пса.
  
   Не нарадуется Флора.
   Пес охранник еще тот!
   Без забора,без запора
   Беззаботно жизнь пойдет.
  
   Поднимался Рома рано
   И за дело брался рьяно.
   Для начала он ворон
   Прогонял с участка вон.
   На собачий эгоизм
   Обижалось воронье.
   Ведь собачий организм -
   Если это не вранье -
   Не умеет до сих пор
   Переваривать картошку,
   Отвергает понемножку
   Огурец и помидор.
   Даже сладенький горох
   Для собаки - страшно плох.
   Рвет иного кабысдоха
   От бобов и от гороха.
   Ну и сукин же ты сын!-
   Птицы каркали с осин.-
   Сам не ам и нам не дам!
   Пораскинь умом урод:
   Начерта псу огород?!
   Тут не может быть двух мнений:
   Ты не пес - дерьмо на сене!
  
   Обойдя свои владенья
   Под осины Рома шел
   И спокойно каждый ствол
   В знак особого презренья,
   Подняв лапу,метил он
   Под ужасный крик ворон.
  
   А соседи - без особых
   Мнений о своих особах.
   Похвалили пса за службу,
   Завели с метисом дружбу,
   Стали Рому привечать,
   По достатку угощать.
   Он им всем махал хвостом
   И совсем не знал о том,
   как мужья твердили женам
   Для загара обнаженным:
   -С Ромой мы одной закваски,
   как собаки любим ласки.
   И шептали им в ночи,
   Ум смущая их в постели:
   -К сердцу нашему ключи
   Существуют в самом деле.
   А по утвержденью "Лайфа":
   Для собаки - кость отрада,
   Ну а мужикам для кайфа
   К ласкам поллитровку надо.
   Было время перестройки,
   Мы читали "Лайф" на койке
   И от чтения балдели...
   И не только на постели.
  
   Лишь сосед на смежной даче относился к псу иначе.
   За забором он ходил
   И на Флору глаз косил.
   И как зверь,метаясь в клетке,
   Все допечь хотел соседке.
   И кричал издалека:
   -Завела бы "южака"!
   От дворняг - одна морока!
   Вдалеке от солнцепека,
   Жизни радуясь в тени,
   Докучают всем они.
   И метис любого пола
   Не заменит частокола!
  
   Пашет Флора в огороде,
   Ну и пес при деле вроде...
   Вроде бдит он под кустом,
   Отгоняя мух хвостом.
   Сам же ухом не веде,
   Что сосед про них несет.
  
   Почесал Кзьма в затылке
   И подумал о бутылке.
   И,подумав так,зевнул
   И генсека матюгнул.
   "Обазурился народ.
   А наш политкомурод,
   Наш идейный демагог,
   С толку всю страну собъет.
   Я сказал им все,что мог,
   А похоже - не допек.
   Потеряли они там
   Интерес к любым речам".
   И пошел по дачной трассе,
   Пребывая в диком трансе.
   И все думал по пути,
   Как бы Рому извести.
  
   На автобусной
   стоянке
   Раздавил
   еще полбанки.
   Огурцом заел чужим...
   И вот тут случилась с ним
   Страшная метаморфоза.
   Надоела
   жизни проза!
   Как в пике,
   вошел он аж
   В поэтический кураж.
   Пребывая в кураже,
   К дубу доску присобачил
   И,что было на душе,
   На доске той обозначил: "Участковая собака,
   и брехун,и забияка".
  
   Он ко лбу приставил палец
   И, на доску дико пялясь,
   В середине той доски
   Еще вывел две строки:
   В особаченном краю
   Берегите жизнь свою!
  
  
   Блудливая лирика.
   Сергей Есенин. Что же нужно еще напоенному дремой мирику.
   А ведь он не был дачником.а был всего лишь деревенским парнем. Ну да повесть не о нем. И вот,,кажется,первое лирическое отступление.
  
   Блуд бывает самый разный.
   Безобидный и заразный.
   Разнополый и цветной.
   Без уколови с иглой.
   От ошибки первой вплоть
   До последнего порока -
   От него - одна морока,
   И нацелен он на плоть.
   Если сделал ты промашку:
   Не под ту залез рубашку,
   Ну погряз как будто в блуде,
   То какой бы не был вес
   У тебя в КПСС,
   Вылетишь в простые люди.
   А кому-то не нужны
   Прелести чужой жены
   И бессовестных красоток.
   Кто-то в этом смысле кроток -
   Вроде ангела в эдеме
   Или евнуха в гареме.
   Но ведь чешется язык,если с детства ты привык
   Языком - как помелом,
   И не важно там,о чем.
   А по утвержденью "Лайфа",
   Блудом все заражены.
   Кто блудует ради кайфа
   Втайне от своей жены...
   А кому-то не нужны
   Прелести красоток.
   Кто-то в этом смысле кроток...
   И бывает блуд словесный,
   Вроде как бы бестелесный.
   Претендуя на фольклор,
   Он на почве бытовой
   Сеет чушь и всякий вздор.
   Для кого-то блуд такой -
   Зубоскальство и потеха,
   А кому-то не до смеха.
  
   Лирические излияния украшают художественное произведение,
   как блестящие игрушки новогоднюю елку,и дают возможность автору поумствовать,
   а то и умом блеснуть. Чаще всего они идут вразрез с общим замыслом,
   с фабулой произведения,и лишь поэтому из всего прочитанного обычно только они и
   остаются в памяти.
  
  
   Обалдела тетка Флора
   От невиданного вздора
   И в крутом порыве гнева
   Раздолбить хотела древо -
   В щепки разнести его.
   И к этому фрагменту обязательно нужен эпиграф. Еще один. Вот он.
   Я один на земле,
   Словно искра в золе,
   Постигаю,светясь,
   Двустороннюю связь.
   Георгий Санников.
  
   Но подумала: с чего
   Ей на старости глупить
   И невинный дуб губить.
   Да,сосед,беспорно туп.
   Но при чем тут старый дуб?
   И хоть кое кто с дубами
   Сравнивает мужиков,
   Но не дуб же ведь таков -
   Мужики такие сами.
   Четко зная их пороки,
   Не схожу по ним с ума,
   И сознательно,сама,
   В отведенные мне сроки
   Покапризничала малость...
   Вот и девою осталась.
  
   А Кузьма за частоколом
   Цвел подсолнухом веселым
   И шипел из-за забора:
   -Ты меня запомнишь,Флора!
   Я стихи писать мастак,
   И надеюсь на успех.
   Обработаю тут всех
   Ненавистников собак,
   И с учетом мнений масс
   Ментов натравлю на вас.
   Возвела бы ты забор!
   Без забора - что за двор!
   И метис любого пола
   Не заменит частокола!
  
   Флора плюнула с досады:
   Есть еще на свете гады.
   И куда безвредней тля
   Озаборенного куркуля.
  
   Встала Флора на крыльцо,
   Жаром пыхнуло лицо,
   И она давай с крыльца
   Наезжать на наглеца:
   -Словоблудия гримасы
   Раздражают наши массы.
   И паскудней мужика
   Я не видела пока.
   Знаешь ты наверняка:
   От воров и крохоборов
   Нет запоров и заборов.
   И,коль честно говрить.
   Так не бабье это дело
   Огороды городить.
   Ну,а что тебя заело?
   Не по вкусу тебе пес?
   Так не суй к нам пьяный нос.
   Да,мой бедный бедолага -
   Беспородная дворняга.
   Но скажу тебе,Кузьма,
   У него достоинств - тьма.
   Ест немного,спит,где жестко,
   Кроме этого всего,
   Никакая вертихвостка
   Не смущает ум его.
   И спокойна я за Рому -
   Он пришит как будто к дому,
   Не в пример бродячим псам
   И двуногим кобелям.
   И добавлю по секрету,
   Закругляя тему эту:
   Кобелей он больше всех
   Любит поднимать на смех.
   И особенно он лют,
   Если к нам они зайдут.
   Это ты - все языком,
   Как бы вроде помелом,
   А серьезные собаки
   Утверждают себя в драке.
   Скоро на политбюро
   Объясню я,как хитро
   Ты товарищей по классу
   Приучаешь к чаю-квасу,
   Как по-пьянке стал поэтом.
   Наступлю тебе на хвост,
   И закончится на этом
   Твой,Кузьма,партийный рост.
  
   А замужние соседки -
   Над мужьями,как наседки.
   До Кузьмы им дела нет -
   Старый больно он сосед.
   Он уже не лед.не пламень,
   А нашла коса на камень.
   Разодрались две собаки -
   Третьей лучше к ним не лезть,
   И такая мудрость есть.
  
   Только,может,это - враки,
   И она не для собак,
   А бытует просто так,
   Да людей сбивает с толку,
   Пса приравнивая к волку.
   Вот и вспыхнули во мраке
   Светлячки в глазах собаки.
  
   А мужья твердили женам
   Для загара обнаженным:
   С Ромой мы - одной закваски,
   Как собаки любим ласки.
   И шептали им в ночи,
   Ум смущая их в постели:
   К сердцу нашему ключи
   Существуют в самом деле.
   Для собаки кость - отрада,
   Ну а мужикам для кайфа
   К ласкам поллитровку надо.
   Мы вот это мненье "Лайфа"
   Разделяем целиком
   И готовы без оглядки
   На советские порядки
   Сбегать даже босиком
   За бутылкой в гастроном.
   Рассудительные дамы
   От такой ушли программы.
   И мужьям они в ответ:
   -Ничего опасней нет
   Растлевающего чтива!
   Вон Кузьма с аперитива
   Стал непроходимо глуп.
   На автобусной стоянке
   Искалечил он по-пьянке
   Одинокий старый дуб.
   Ну а мы еще - молодки,
   И кайфуйте вы без водки.
  
  
   Плетень четвертый по объему превосходит все другие "плетни" этой повести. Для удобства читателей я разделил его на три части,привычные мне три "клина". И соответственно далее идет
  
   Клин 2. Поэтическое ристалище.
  
   Вернитесь в начало страницы, "Поэтическое ристалище" - во втором столбце. Приятного Вам чтения.
  
  
  
  
   ттттттттттттттттмммммммммммммммммм
  
  

Клин 2.

   Поэтическое ристалище.
  

Утром в первый день недели

Дождь закапал еле-еле.

К вечеру пошел грибной,

А во вторник - проливной.

   Попугал грозой и громом,
   Прошумел над каждым домом,
   Смыл на дубе мерзкий стих,
   Успокоился и стих.
  
   И поэт Кузьма потух,
   Бросил пить и даже сник.
   Вроде он и не мужик,
   И уж точно - не петух.
  
   Флора тут же заскучала.
   Вечерами при свече
   Втайне от соседа стала
   Стих писать о Кузьмиче.
   Велика была охота
   Переплюнуть рифмофлета
   И отточенным стихом
   Пригвоздить к столбу забора,
   А потом...
   А что потом?
   Надо ставить крест на том.
  
   Попотела тетка Флора,
   И недели через две
   Стих сложился в голове.
   "Жил на даче.как сверчок,
   Неказистый старичок.
   Спал он с печкою в обнимку
   И дудел в свою сурдинку
   Бесконечный монолог,
   Глядя в низкий потолок:
   на свете одинок,
   Как за печкою сверчок.
   Никому и дела нет,
   Что я - страшно умный дед.
   У меня ума палата!
   Но супруга виновата,
   Что в пустой палате той
   Только ветер ходит злой,
   Завывая от тоски.
   Ненавижу сквозняки
   И любые пересуды,
   И,спасаясь от простуды,
   Я за печкою лежу...
   Все лежу...Все лежу
   И на печку все гляжу.
   А жена сидит на рынке -
   На своей дудит сурдинке.
   И со мной она строга -
   Мне наставила рога.
   Я,по мнению соседки,
   Здесь,как пень рогатый,в клетке.
   Но я только старичок,
   Неказистый,как сверчок.
   Не мудрец и не певец,
   А всего лишь образец
   Тихой детской радости
   На закате старости.
   И,как пень рогатый в клетке,
   Я мечтаю о соседке.
   А она убеждена:
   Есть для этого жена.
   И кричит мне денно-нощно:
   Связь с соседкою порочна!"
  
   И вот тут,
   Свой оценивая труд,
   Не сдержала Флора вздоха
   И прикинула в уме:
   Не шедевр.а неплохо...
   Можно досадить Кузьме.
   И я сделаю хитро -
   Не пойду в политбюро.
   Началось у них броженье -
   Политическое разложенье.
   Приумолкли там внутри,
   И сидят,как глухари.
   Ты им - про Кузьму,в ответ
   Они брешут про расцвет.
   А самим и дела нет
   До садово-огородных масс.
   И дурят тихонько нас,
   Предлагая воду-квас.
   А Кузьма у них - в чести
   С десяти и до шести.
   С винно-водочным талоном
   Стал он,как тут не крути,
   Алкогольным эталоном.
   Я пойду к вождю народа!
   Пусть прижучит сумасброда
   И научит ветрограда,
   Как любить свободу надо.
   Мы теперь - в другой эпохе,
   И дела пройдохи плохи!
   Возвращается к нам снова
   Ихняя свобода слова.
   Гражданин теперь любой,
   Не рискуя головой,
   Может поносить любого...
   Кто за грош,кто за пятак,
   А любители - за так.
   И у нас уж стало модно
   Понавешать всех собак
   На кого угодно.
   Но не стану я царя
   Беспокоить зря!
   Генсекретарю ЦеКа
   Объясню я,какова
   Его правая рука,
   И какая голова
   У руки его с похмелья.
   А с такою головой -
   Не до нового мышленья,
   И у головы такой больной -
   Антиперестроечный настрой.
  
   Некоторые слова и звуки
   Возбуждают тех,кто романтичен.
   Ву Сынь.
  
   Жизнь и песенки любя,
   Мы живем и мы поем
   Только сами для себя.
   Кто бы что не врал о том,
   Что поет он для народа
   И важнее божий дар,
   Чем какой-то гонорар, -
   Это речи сумасброда.
  
   Ну а то.что слава - дым,
   Ясно даже молодым
   Начинающим поэтам.
   И по всем,по всем приметам,
   В зрелом возрасте своем
   Мы бесплатно не поем.
   Ну,какой из нас дурак
   Будет петь за просто так?
   Разве если наберется
   Вместе с другом у колодца...
   А вот Флора между делом
   Вдруг под нос себе запела.
   Уши навострил сосед
   И пошире открыл рот:
   Не по-пьянке ли поет?
  
   Присмотрелсь...
   Вроде нет.
   Оперируя насосом,
   Она медным купоросом
   Без особой суеты
   И без видимой охоты
   С тлей свести пыталась счеты
   За разбитые мечты,
   За утраченные грезы
   И,конечно же,за слезы...
  
   Распыляя купорос,
   Не жалела Флора яда
   И с невинным взглядом
   Пела так себе под нос:
   -Жил на даче старичок,
   Ничего уже не мог.
   Жизнь бессмысленна такая
   И,от скуки изнывая,
   За забором,словно в клетке,
   Рожи корчил он соседке...
   И так далее,и так
   Повторяя раз за разом,
   Что коварный женский разум,
   Погруженный в полумрак
   Дачных летних вечеров,
   Выдал Флоре в виде слов.
  
   А Кузьма с открытым ртом
   Продолжал стоять на том,
   Что работница трезва,
   И ловил он за кустами
   Навостренными ушами
   Приглушенные слова.
   И вдруг яростно затопал,
   Зарычал и задрожал,
   И немыслимым галопом
   Вдоль забора пробежал.
   Покраснел,как рак,старик,
   Ну и сразу - в страшный крик:
   -Да тебе ли,тетка Флора,
   У которой нет забора -
   Соответственно ума,
   Утверждать,что я,Кузьма,
   Стал похож на дурака!
   И в издевку надо мной
   Зарифмованной мурой
   Потешать издалека
   Наш народ честной!?
  
   И вопрос,и не вопрос.
   Распыляя купорос,
   Флора повела плечом:
   -Ты-то здесь Кузьма при чем?
   До тебя мне дела нет,
   Хоть ты,вроде,и сосед
   И как будто бы пока
   Смахиваешь на ......
   Так себе пою от скуки.
   Я от скуки - на все руки...
   Но взыскательна весьма.
   Я не то,что ты ,Кузьма.
   Не ору на весь колхоз,
   Что мы скоро без лопаты
   Будем сказочно богаты.
   Жизнь и песенки любя,
   Напеваю про себя.
   И пою себе под нос,распыляя купорос.
  
   -Ну,а как же старый дед,
   Тот сопатый старичок?
   Разве это не намек?
   Мне ведь тоже много лет.
  
   Флора буркнула Кузьме:
   -Да в своем ли ты уме?
   И зачем мне намекать,
   Что ты старику подстать!?
   Из мультфильма песня эта.
   Ну а ты с чего-то - в плач.
   И раз так,тебе бы лучше
   Не смотреть на сон грядущий
   Жутких детских передач.
   То,что детям там смешно,
   Понять взрослым не дано.
  
   Потоптался тут Кузьма.
   Сожалея и весьма,
   Что стоял он за кустами
   С навостренными ушами.
   "Пить нельзя бросать так резко,-
   Он себе заметил веско.-
   Вышло как-то неудачно..."
   Чувствуя себя неловко,
   Он побрел дорогой дачной
   В магазин за поллитровкой.
  
   День прошел,прошла неделя...
   Голова болит от хмеля.
   В голове такой больной
   План созрел совсем иной.
  
   И сказал Кузьма Флориде,
   Опохмелившись с утра:
   -Я,конечно,не в обиде,
   Что ты на язык востра,
   И поешь дурные гаммы
   Из сомнительной программы.
   Ну а я с сего момента
   Усомнился в наших ментах
   И за Рому сам возьмусь.
  
   За высоким частоколом
   В дачном виде полуголом
   Зашагал Кузьма.как гусь.
   Взад вперед,туда-сюда,
   Пальцем тыча в никуда.
   -Там, за дальним косогором,
   За решетчатым забором
   Красный дом из кирпича
   Молодого фирмача
   Белый сторожит "южак".
   Злее в мире нет собаки!
   А уж как охоч до драки!
   Чуть чего - за просто так
   В одночасие зажрет.
  
   Чуешь,Флора? Ну так вот,
   В пику Ромы твоему
   Пса такого я возьму.
   От дворняг - одна морока.
   Вдалеке от солнцепека,
   Жизни радуясь в тени,
   Досаждают всем они.
  
   Пробасил свой монолог
   И под кустиками лег
   На резиновый матрас,
   Дав понять: на этот раз
   Будет он предельно строг
   И не вступит в диалог.
  
   Села Флора на крыльцо,
   Опечалилось лицо.
   "Раз она,как перст,одна,
   То ругаться не должна
   С тугодумом мужиком,
   Чтоб не сожалеть потом.
   А то по его уму,
   Вдруг покажется ему,
   Что без отдыха и сна
   Домогается она
   Несказанного такого,
   На что русского нет слова.
   Ну а он на жалких грядках
   Исхудал уже порядком.
   И не зря его жена
   Распиналась тут намедни,
   Что ей дача не нужна
   И что он - дурак последний.
   Нарастит он горб на даче,
   Но не станет здесь богаче.
   А на рынке теневом,
   В нашем центре областном,
   И на городском базаре
   Бизнес теневой в ударе.
   Богатеют богачи
   И выхордят в мафиози,
   А Кузьма и кузьмичи
   Все копаются в навозе.
   И мы будем с овощами,
   Но не станем богачами.
   А вон Соня,что живет в Одессе,
   Как про то пропела Маша,
   Уже ездит в мерседесе.
   Так на кой мне дача наша?!
   Одного я с Машей теса
   И хочу я на колеса!..
   Она втиснулась в ЛИАЗ,
   Укатила с наших глаз
   И не кажет больше носа.
  
   В ситуации такой
   Он почти что холостой.
   Чтобы мне не осрамиться,
   Не должна я заводиться".
  
   Приласкала Флора Рому.
   Ну кому еще другому
   Среди дач,церквей и клубов
   Ей посетовать на грубость
   Брошенного мужика.
   У него,у бедолаги,
   Нет не только "южака",
   А обычной нет дворняги.
   "Недалекого ума
   У тебя жена,Кузьма.
   Да и сам ты человек-то,
   Может быть,и неплохой,
   Только нет вот интеллекта -
   Интеллект,похоже,твой
   Не поладил с головой".
  
   И вздохнула тетка Флора,
   Глянув в сторону забора,
   Где,по мнению соседки,
   Был сосед,как будто в клетке.
  
   Ну а тот в момент обзора
   На резиновом матрасе
   Возлежал в похмельном трансе.
   От его такого вида
   Содрогнулась аж Флорида:
   "Я пойду к вождю народа -
   Допускать нельзя развода!
  
   Аудиенцию у генсека я решил не показывать Вам. Мне он,честно говоря,давно уже опротивел. Не только смотреть на него,но даже пародировать его тошно.
  
   А вот еще одно лирическое отступление!
  
   Много есть соблазнов летом.
   Соблазняют желтым цветом
   Огурцы и помидоры
   Пчел на трудовые сборы.
   Ну а бабочкам-красавицам
   Цвет другой,похоже,нравится.
   На бездель и на лень
   Соблазняет душный день
   Всех бескрылых насекомых,
   В общем,мало нам знакомых...
   Соблазняет речка пляжем
   Отдыхающих со стажем.
   Разнополым и заблудшим
   Было бы,конечно,лучше
   Где-нибудь одним,вдвоем,
   Отыскать свой водоем.
   Ну и что же здесь такого,
   Если вдруг один другого,
   Из гуляющих тех двух,
   Соблазнит и в травы - бух.
   Можно все списать на зной,
   Если был он очень злой.
   В зной бывает развезет
   Даже тех.кто и не пьет.
   В общем,нам чудесно летом,
   И по всем,по всем приметам
   Соблазнительно оно,
   И соблазнов в нем полно.
  
   И однажды утром Флора,
   У которой нет забора,
   Соответственно - ума,
   Как считает то Кузьма,
   Встала с дачного дивана
   В предвкушении такого,
   На что русского нет слова.
   И хоть было еще рано,
   Из раскрытого окна
   Рому кликнула она...
   Накормила,приласкала
   И сказала Роме так:
   -Повидала я немало,
   И немало я узнала
   На своем веку собак.
   Но не повезло пока
   Посмотреть на "южака".
   Сон стал хуже и короче.
   Беспокойным сплю я сном.
   Он же голову морочит
   Мне каким-то "южаком".
   Что же это за собака,
   Если вдруг еще до брака
   Генетическая чушь
   Расшатала мои нервы,
   И я стала вроде стервы...
   И чужой мне снится муж?
   И еще такое снится...
   Ажно страшно пробудиться.
  
  
  
  
   И теперь читайте третий клин четвертого плетня.
   Кессонная болезнь червяка.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Но и зубами моими
   Не удержал я тебя.
   Николай Некрасов
   Клин 3. КЕССОННАЯ БОЛЕЗНЬ ЧЕРВЯКА.
  

"До чего сентиментальность довела"...

И, прищурив один глаз,

Он другой навел как раз

На ее срамную срачку

И рассматривал с тоской

Упыриху-вурдалачку...

Вот какая мимикрия!

Хоть любовь пока что зла,

Но решил бес: будет лучше,

Если он на всякий случай

Выйдет здесь из облика козла

И обличье примет человечье...

  

Бес хотел сплюнуть,

но лежал он на спине

и плевать сам на себя не стал,

только гневно сверкнул глазами,

проворчав при этом:

"До чего сентиментальность довела"...

Это - присказка,а вот и сказка.

Тетка Флора,по-простому,

А по паспорту - Флорида,

Прихватив с собою Рому -

Пса внушительного вида,

От своей пошла хибарки

Вдаль по дачным закоулкам,

А немецкие овчарки

Их облаивали гулко.

Рома хвост поднял трубой,

И с овчаркою любой

Был готов вступить он в бой.

Но сказала другу Флора:

-Ни к чему нам эта ссора.

У крутого фирмача

Красный дом из кирпича

Сторожит могучий Грей -

Пес отменнейших кровей.

Для Кузьмы он стал стандартом,

И по всем собачьим мерам:

Злобным нравом и азартом,

В том числе и экстерьером,

Превосходит всех собак,

Что тебя из-за забора

Подзадоривают так

Для крутого разговора.

Береги-ка,Рома,милый

Ты свои собачьи силы.

Как бы нам,хороший мой,

Не пришлось тикать домой.

Вот и дом из кирпича.

Сразу видно - фирмача!

Этот терем-теремок -

Страшно лакомый кусок...

Тут хороший нужен зверь

И еще стальная дверь.

Смотрит Флора сквозь забор -

Пуст как будто сонный двор.

Ну а Рома - кверху нос...

Пахнет,чувствует,собакой

И,возможно,даже дракой.

Только где хваленый пес?

И сказала Флора Роме:

-Никого,похоже,в доме.

Голос,Рома,дай-ка свой!

Есть ли тут хоть кто живой?

Гавкнул Рома громче грома,

И в распахнутую дверь

Из пустого,вроде,дома

Непонятный вышел зверь.

Рома шерсть на холке вздыбил,

Быстро носом поводил...

И в огромной белой глыбе

Чужака определил.

Он по запаху - собака,

А на вид он - как медведь...

Трудно,если будет драка,

Вот такого одолеть.

Рома хвост поднял трубой

И,любуясь сам собой,

Пробежался вдоль забора,

Для крутого разговора

Вызывая чужака...

Ну,пока издалека.

А тому и лаять лень.

На крыльце улегся в тень...

Пребывая,словно в дреме,

Демонстрировал он Роме

Все свое презренье к бденью

Вместе с несобачьей ленью.

Рома полностью завелся,

Лаем ливистым зашелся.

Это что же за собака!?

Не брехун,не забияка!

Я сигаю вдоль забора,

Для крутого разговора

Вызываю "южака",

А эффекта нет пока!

Отвратительный пример!

Так нельзя,развесив уши,

На собачий свой манер

По-собачьи бить баклуши.

Я такого не стерплю

И лентяя потреплю!

Ну а Флора - тихо Роме:

-Этот зверь сидит при доме.

Если это - тот "южак",

То сидит он просто так.

У него такая челка,

Что в нем нет ни капли толка.

Я не вижу его глаз,

Ну а он не видит нас.

И быть надо дураком,

Чтоб ему доверить дом.

Не брехун,не забияка,

А диванная собака.

Очень странная порода -

Не для нашего народа.

Интересный с виду пес,

Может,пудель-альбинос.

Но откуда - черный нос?

Может,крупная болонка?

Ну...размерами с теленка.

Может.это водолаз

С пышной челкой ниже глаз?

Может,черный он терьер?..

Ну,который,например,

В перекиси водорода

Добела вот так отмыт

И шикарный принял вид.

Ах,капризна нынче мода!

Без скандала и без драки

Может запросто урода

Сделать из любой собаки.

А у нашего народа,

Что сегодня,что вчера,

Голь на выдумки хитра.

Но хозяин-то - фирмач!

По всему видать - богач,

И живет не с огорода...

Может,все-таки он - дома?

Уточним с тобою Рома:

Что же это за порода

Не для русского народа?

Флора крепкою рукой

Сдвинула засов тугой

И калитку приоткрыла.

За калитку юркнул Рома.

Словно он - хозяин дома.

Тут неведомая сила

"Южака",как ветром сдула.

Флора глазом не моргнула,

А уж Рома целиком

Был подмят могучим псом.

И хозяйка в тот же миг

По подворью ей чужому

Побежала напрямик

Отбивать у Грея Рому.

Дребезжал и грохотал

Потревоженный металл,

Едкой ржавчиной пыля.

Содрогнулся вдруг кессон,

И кессону в унисон

Глухо охнула земля...

Вспоминал червяк потом,

Как в кессоне обжитом

За какие-то мгновения

Жизнь свою от сотворения

Мира и до наших дней

Прокрутил в башке своей.

А поскольку он,червяк,

Не такой,как все, дурак:

Размножается делением,

А не оплодотворением,

То живет червяк, пока

Не раздавят червяка.

И когда летела Флора,

У которой нет забора,

На его червячье тело,

А в кессоне все гудело,

В страшном стрессе он,червяк,

Растерялся и обмяк.

Случай был не так уж прост.

Получалось - псу под хвост

Все бессмертие червячье,

А не чья-то жизнь собачья.

И совсем вошел он в кому,

Когда Грей давить стал Рому.

Он издал предсмертный хрип,

Словно сам,как Рома,влип.

Только мимо червяка

Ослепленная обидой

Прикессонилась Флорида.

А хозяин "южака"

Оказался дома,

И живой остался Рома.

Извинялась дико Флора,

Но уже из-за забора,

Объясняя впопыхах

Большей частью на руках,

Как ее сосед Кузьма

Совсем выжил из ума,

И его собачий вздор

Подтолкнул в чужой их двор

Разобраться с "южаком".

-И на опыте своем

Убедилась я теперь:

Для охраны огорода

И для нашего народа

В самый раз такой вот зверь.

Это что же за порода?

И насколько она марка?

И сказал хозяин так:

-Это русская овчарка,

А какой-то умник и мудак

Вдруг решил,что он - "южак".

Нет на свете зверя злее,

Добродушнее,милее, -

Все зависит от того,

Кто кем будет для него.

Я и сам точь-в-точь такой,

И соседу твоему,

Окажись он под рукой,

По его воздам уму.

Но поскольку пол ты слабый,

Я же как-никак мужик, -

Снисходительно привык

Относиться к русским бабам,

То скажу тебе без мата:

Ты во многом виновата!

И катись-ка ты домой

Да лицо свое умой!

Разгулялись нынче бляди!

Ходят по чужим дворам

И к чужим прут мужикам

Под ноги свои не глядя!

Против злостного укора

Резко возразила Флора:

-Ваша морда фирмача

Так и просит кирпича!

И не лыком шиты мы!

Издевательст не стерплю

И агрессию Кузьмы

В самом корне подавлю!

Этот резкий диалог

Не понять червяк не мог.

Он уже воспрянул духом,

И как будто бы,по слухам,

Он в сыром своем кессоне

Снова страшно зафасонил.

"Надо для мужей без жен

Дачный запретить сезон!

Как бы черотова Флорида,

Ослепленная обидой,

Не влетела вновь в кессон.

Червяки живут пока

Не раздавят червяка.

Но бодливым червякам,

Как известно это нам

Из научнейших трудов,

Саваоф не дал рогов.

Есть рога у рогоносцев,

У могучих броненосцев.

Носорог имеет рог,

И о нем подумал Бог.

И рогатые мужья,

Что стреляют без ружья

За чужими женами,

Ими соблазненными,

Не подозревают сами,

Что они - давно с рогами.

И пускай мораль строга,

С помощью нечистой силы

Наставляют своим милым

Их же милые рога.

Прости,господи,но до чего ж

Человек твой нехорош!

Ну а земляной червяк -

Не такой,как все,дурак:

Размножается делением,

А не оплодотворением.

И решил сам Саваоф:

Не положено ему,

И ему не одному,

Ни жены и ни рогов.

Но забудем про рога,

Вместе с ними - червяка .

Он прополз в поэму сам

И примазался к стихам.

А вот Флора сожалела,

Сожалела и весьма,

Что немножко охрамела

И совсем дурак Кузьма.

Вот и Рома брел домой,

Вроде тоже как хромой.

И по поводу такому

Приласкала она Рому.

Глянув в чайные глаза

Опечаленного пса,

Попыталась длинной речью

Свою жалость человечью

Как-то другу передать,

Чтобы дух его поднять:

-У него не видно глаз,

Это сбило с толку нас.

На вид увалень такой,

А на самом деле - злой.

Но беспорно - молодец!

И такому молодцу

Даже как-то не к лицу

Так заблудших драть овец.

Но и ты,Роман,хорош -

Жизнь свою не ставишь в грош.

Хватит этой передряги,

И с привычками дворняги

Шастать по чужим дворам

Надобно покончить нам.

И вот это наше кредо

Защитит тебя от бреда

Одичавшего соседа.

Я надеюсь,что урок

Нам обоим будет впрок.

Если кто-то скажет вдруг,

Что его лобастый друг

Слушает нравоучения,

Млея от благоговения,

То,беспорно,это - враки!

Нет еще такой собаки!

У собак совсем не так,

Как то есть у несобак.

Достоверно всем известно,

Что собака - бессловесна,

Но достаточно умна.

И когда молчит она,

То при этом норовит

Сохранить умнейший вид

На своей нахальной роже.

А вы лезете из кожи...

Но наклоном головы

Подает она вам знаки:

Безусловно,вы правы!

И напрасно злитесь вы.

Для нее,как для собаки,

Воспитательный процесс

Представляет интерес.

Но приходит иногда

На двоих одна беда,

И оказываются двое

В одинаковом настрое.

И у каждого из них,

У несчастных тех двоих,

И довольно жалкий вид,

И больная голова

Одинаково болит.

В случаях таких права

Не качают,и слова,

Как бы не были горьки,

Выражают состраданье,

И,конечно.далеки

От любого назиданья.

Рома это понимал

И хозяйке он внимал

Всю недолгую дорогу,

Волоча больную ногу,

Сожалея и весьма,

Что мудак сосед Кузьма.

Ну а сам он с этих пор

Нос не сунет в чужой двор.

А сосед в одних трусах,

С мыльной пеной на усах

И с улыбкой на лице

На своем стоял крыльце.

Сквозь высокий частокол

Безобразного забора

Не смотреть старалась Флора.

До чего Кузьма дошел,

А точнее - до чего

Дача довела его.

Но Кузьма их раскусил

И довольный забасил:

-Эй,соседка,как там,как

Белый смотрится "южак"?

Собралася Флора с духом

И пошла себе,пошла...

Вроде у нее со слухом

Неважнецкие дела.

А в Кузьму вселился бес,

И Кузьма из кожи лез

И кричал хромым с порога:

-Охрамели вы немного!

И плететесь бедолаги,

Как побитые собаки!

Что молчишь? Нет слов,соседка?

А ведь я подметил метко!

И послушай куркуля:

При твоем-то пышном теле

Завела на самом деле

Не того ты кобеля!

Бил Кузьма не в бровь,а в глаз.

Флора тут же завелась:

-Это я!?.почти девица!?

Над невинностью глумиться!

Я твои усы повыдру!

Распустил их,старый хрен!

На свою смотрел бы выдру!

В ней,замечу кстати,

Нет ни морды и ни стати!

И не нужен выдре дачник -

Безвалютный неудачник!

Ты при ней живешь,как раб, -

Только пялишься на баб!

И не смей ты,старый плут.

Подбивать меня на блуд!

У меня крепка рука -

Я живу без мужика!

И к соседу в тот же миг

Через грядки,напрямик,

Понеслась соседка Флора

Для крутого разговора.

Рома вслед смотрел хозяйке

И попискивал тревожно:

Разве можно,разве можно

Безответственные байки

Так расценивать серьезно

И бежать,забыв про кредо,

В дом нахального соседа.

И выходит,что урок

Не пошел самой ей впрок.

Позабыла "южака",

А еще болят бока...

У собак совсем не так,как то есть у несобак.

Заскулил печально Рома,

А к нему неслось из дома:

-Ты давай меня не щупай!

-Ах,не будь такою глупой!

Мы с тобой - одни на даче,

И ловлю я миг удачи!

-Рома! Кузя! Ах,Кузьма!

Я сейчас сойду с ума!

-Ах,сейчас я закайфую...

Закайфую,мать такую...

У калитки,у ворот,

Приоткрыв немного рот,

Рома долго прял ушами,

Хлопал умными глазами

И смотре с тоской на дом,

Сокрушаясь все о том,

Как же можно было кредо

Променять на бред соседа?

   Итак,первая часть садово-огородных небылиц исчерпала себя. Она оказалась самой длинной,вряд ли кто-то осилит ее до конца. Теперь читать не любят,и книга стала нежеланным подарком. А жаль,впереди - вторая часть,и в ней заморский шпион уже пишет не о наших садово-огородных предпринимателях,а о своих дачных мытарствах и о том, как он,объединившись с бесом, пытается творить добро...
  
  
   Продолжение обязательно будет!

  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"