Ружицкая Наталия Владимировна: другие произведения.

Прятки с драконами

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Приключения и злоключения храброй принцессы и её друзей


ПРЯТКИ С ДРАКОНАМИ

ГЛАВА I

   В тронном зале было темно, мрачно и пусто. На троне, задумчиво подперев голову рукой, сидел король Ольгарт. Тусклое пламя масляных светильников выхватывало из темноты строгое лицо, скрытое большей частью густой седой бородой, которая добавляла лишний десяток лет. В тишине и полумраке, ему обычно хорошо думалось. Но последнее время сосредоточиться не получалось даже тут. Послы давно удалились. Тимо ушла в свои покои не желая ни с кем разговаривать. Самое время поговорить с непутевой дочерью.
   Тяжелая дубовая дверь в противоположном конце зала отворилась и вошла невысокая худенькая девушка с очень длинными, волнистыми медно-русыми волосами, заплетенными в простую косу. В сумраке её белое лицо с большими голубыми глазами казалось совсем бледным, зато крупные веснушки четко выделялись на худых щеках. Простое зеленое платье украшал лишь пояс с кинжалом тонкой работы. Оружие она носила не из страха за свою жизнь, а скорее из любви к колюще-режущему железу, и применяла для нужд вполне мирных и хозяйственных. Девушка быстро и почти бесшумно приблизилась к трону, с какой-то военной грацией поклонилась.
   Король встретил её суровым взглядом и заговорил:
   - До каких пор я буду за вас краснеть, принцесса Юна? Наброситься на королеву при послах! Вы опозорили меня и себя перед другими государствами! Вы подняли руку на свою мачеху, а ведь она добра к вам!
   - Признаю, потупила глупо, - громко ответила девушка, совершенно не робея перед строгим взглядом отца. К подобным разговорам она уже привыкла. - Впредь постараюсь не попадаться на уловки... - тут Юну начало прорывать: голос подрагивал от особого злого волнения, которое холодком начинало покалывать и сжимать мозг. -... уловки этой змеи. Она мне не мачеха, потому что у меня есть родная мать! И уважать я её не собираюсь, после того что её чёрный язык плетёт о маме и обо мне.
   - Ты до сих пор не простила развода с матерью? Но сумасшедшая королева - позор для страны. Или ты забыла, что она стала вытворять?
   - Ей нужна была помощь, а вы отправили её в ссылку и даже навещать не позволяете. А у Тимо хватка мёртвая, нечего сказать, словно заколдовала вас. Уже не понятно, кто королевством правит! - неожиданно для себя (не говоря уже о короле) сорвалась Юна.
   Ольгарт, услышав такую неслыханную дерзость из уст дочери вскочил, побледнев, и взревел:
   - Прочь! Завтра же ты отправишься в Ревель. И будешь сидеть там, пока не научишься уважать старших!
   - Вот и спасибо. - с лёгкой насмешкой, но часто моргая чтобы прогнать слезы, ответила принцесса. - Заодно мать навещу. Мы ещё вернёмся и вернём вас... - она круто развернулась и огромными шагами вышла из зала, оставив за спиной кипящего короля.
  
   Юна едва не бежала по освещённому факелами коридору. Она громко смеялась, вызывая удивлённые и испуганные взгляды стражников. В галерее возле её комнаты дежурили два молодых воеводинских гвардейца. Увидев их, девушка перестала смеяться. Воины встревожено глядели на неё.
   - Не пугайтесь, ребята, я ещё не поехала. Просто немного расстроена. Завтра отправляют меня в Ревель. - успокоила их Юна.
   - За драку с Тимо? - удивился старший из гвардейцев - смуглый чернобровый парень с сержантскими нашивками в виде скрещенных мечей на плече.
   - Тише ты! Услышат же! Сама виновата - не сдержалась и наговорила лишнего.
   - Но так же нельзя! - заговорил второй, очень похожий на первого но помладше, - Юна, мы поедем с вами.
   - Спасибо, Радко, вы настоящие друзья. Но я не хочу чтобы кто-то ещё из-за меня пострадал. Зато маму увижу. Да и устала я здесь. Не нарывайтесь на неприятности.
   - Она не оставит вас в покое!- возразил чернобровый сержант.
   - В Ревеле? Милко, что она мне там сможет сделать? Убрать? Да её только на мелкие пакости хватает. Кстати, скоро смена караула. Нас не должны застать за разговором.
   С этими словами принцесса скрылась за дверью.
   Едва Юна оказалась наедине с собой, она разрыдалась, тихо, приглушённо, сдавлено - даже в одиночестве стыдилась слёз. Но сдержать их не могла. Напряжение последних месяцев наконец вырвалось. Она упала на кровать, уткнулась лицом в синюю шелковую подушку. Так в слезах и уснула. Даже туфли не сбросила. Слуг у принцессы не было. Едва во дворце хозяйкой стала Тимо, Нилу - верную служанку принцессы из дворца выгнали, а к Юне приставили новую. Девушка же эту новую выгнала, и заявила, что прекрасно обойдется и без слуг - чай не маленькая, руки на месте.
  
   Воеводинцы, дождавшись смены, отправились в казармы. Они едва сдерживались, чтоб не заговорить о происшедшем. Братья (ибо они были не только друзьями, но и родными братьями) год назад прибыли в Лофотен под начало своего дяди - маршала Томашевича. Сперва Радко и Милко совсем не обрадовались назначению, так как дядя был к ним очень строг и требователен, да и пост не слишком героический: охранять девчонку. Недовольству Милко успевшего уже получить чин сержанта за отличную службу на границе вообще пределов не было. Но Юна оказалась не такой капризной дурой, как они себе представляли, и вскоре между ребятами и принцессой завязалась крепкая дружба.
   После ссылки королевы у Юны начались неприятности. Многое она держала в себе, но многим делилась с братьями, иначе одиночество отправило бы её следом за матерью. Кроме воеводинцев у неё не было друзей, достойных доверия, а подруг тем более - они зачастую плохо хранят тайны.
   - Знаешь, Радко, - заговорил Милко, едва они вышли во двор, - надо поговорить с дядей. Попросим, чтобы он отправил нас охранять Юну в дороге. У меня плохое предчувствие.
   - И как ты объяснишь, откуда знаешь о её ссылке? Не скажешь же, что говорил с принцессой, стоя на страже. Тогда вместо Ревеля мы отправимся на гауптвахту.
   - Всё равно надо попытаться. Если, конечно, старику поручат набор охраны. А вот если Нарвику или Иштвану - тогда сложнее.
  
   Опасения Милко оправдались лишь частично. Охрану для принцессы подбирал Верховный Маршал Иштван который, ясное дело, отправил сопровождать принцессу своих арбалетчиков, объясняя выбор тем, что такой отряд привлечет меньше внимания. Однако король настаивал, чтобы в отряде были и воеводинцы, в храбрости, преданности и подготовке которых он не сомневался. Верховный Маршал приказал Томашевичу отрядить двух гвардейцев.
   Рано утром Томашевич вызвал племянников к себе в кабинет. "Стариком", ребята его называли несправедливо - Маршалу ещё не было сорока. Это был загорелый поджарый человек с короткими чёрными волосами и такими же чёрными жесткими длинными усами. Взгляд тёмных глаз был прямым, задумчивым но строгим и вместе с тем какой-то неспокойный огонёк выдавал в нём вспыльчивого и резкого человека.
   Войдя, ребята, приблизились столу своего дяди, одновременно сдвинули правыми руками свои островерхие шлемы. Так выглядело приветствие воеводинцев. В небоевой обстановке полагалось стягивать шлем на бок либо проводить рукой над головой, когда она непокрыта, в боевой - просто касаться его верхушки (приветствуя короля нужно было ещё немного склонить голову). Маршал кивнул в ответ.
   - Вам доверяется выполнение задачи государственной важности. - произнёс он. - Всем своим гвардейцам я доверяю одинаково. Вы ещё молодые и должны показать, на что способны. Будете сопровождать в Ревель принцессу Юну. С принцессы глаз не спускать. Как только доберётесь, сразу направляйтесь к коменданту. Передадите вот это письмо, - Томашевич протянул Милко небольшой пакет, - В охране кроме вас трое арбалетчиков. Старшим назначен сержант Петер. Остальные инструкции получите у Верховного Маршала Иштвана. В дороге будьте предельно бдительны. Опасность подозревайте везде и во всём. На арбалетчиков даже не рассчитывайте - единственная серьёзная сила в отряде - только вы. По дороге на Ревель встречаются разбойники, добираются туда и сельджуки. Опасайтесь лесных засад и держитесь открытой местности. Не справитесь - лучше не возвращайтесь. Задача понятна?
   - Так точно! - в один голос ответили братья.
   - Ну вот и хорошо, ребята. Я рассчитываю только на вас. - Маршал поднялся, подошел к племянникам, положил обоим руки на плечи. - Надеюсь на вашу храбрость и благоразумие. - он помолчал мгновение, глядя на Радко и думая, что тот всё-таки почти ребёнок хотя и очень крепкий для своих восемнадцати лет. А Милко на четыре года старше, уже побывал на границе во многих горячих схватках и по праву считается одним из лучших сержантов гвардии. Младший тянется за ним. Ну ничего, никто другой не выполнит это задание с большим старанием и рвением, чем эти мальчишки. У них с детства острое чутьё на опасность, ловкости хоть отбавляй, смекалка хорошая. И кажется, Милко влюблён в принцессу. - Ладно, собирайтесь. У вас есть час. Сбор у Северных ворот.
   Чувство тревоги все же не оставило маршала: почему такая маленькая охрана, с королем последнее время творится неладное, принцессу совсем затравили... Ему приказали отрядить всего двоих гвардейцев - так пусть это будут близкие друзья Юны, которые всегда поддерживали и поддержат девочку в трудную минуту. А он при случае поговорит с королем. Да - Юна резкая, да, драться с королевой при послах нехорошо (хотя врезала она Тимо красиво - его школа) - но значит были причины. Последние месяцы принцесса была словно тетива натянута. Рядом с травлей против Юны безумство королевы Василисы начинало казаться не таким уж и случайным...
  
   На рассвете Северные ворота королевского замка закрылись за небольшим отрядом из семи человек. Впереди ехали два воеводинца в блестящих кольчугах, островерхих воеводинских шлемах и алых сюрко. За ними следовали мальчишка в простом рыжем дорожном костюме и немолодая женщина с нервным и злым лицом. Ещё три воина в желто-зелёных сюрко и железных шапках, вооруженные арбалетами ехали позади.
   Воеводинцы о чём-то тихо беседовали на своём языке, а переодетая мальчишкой принцесса Юна ехала молча. С Радко и Милко в присутствии старшей фрейлины Бертольды не поговоришь. Эту сухую и злопамятную старую деву Юна не терпела за привычку подслушивать, доносы и сплетни.
   Ехали медленно, так как старая Бертольда отнюдь не славилась выносливостью. Погода была отличная. Солнце приближалось к зениту. Принцесса заставляла себя не думать о плохом. Она просто любовалась солнечным майским пейзажем.
   Ничто так не помогает успокоиться, как природа. Лицо ласкал тёплый ветер, травы и деревья благоухали свежестью, щебетали и пели птицы, а где-то неподалёку считала чьи-то годы кукушка. Но Юна не хотела её ни о чём спрашивать - сколько суждено, столько суждено и в будущее лучше не заглядывать. Иногда мимо уха с жужжанием проносилось какое-нибудь насекомое. Трава пела голосами кузнечиков. А ещё Юна любовалась одуванчиками: они весёлыми солнечными ковриками сияли среди сочной зелёной травы. Было очень легко. Эту лёгкость принцесса ощутила только выехав за ворота Лофотенского замка - своего дома, где уже давно чувствовала себя крайне неуютно.
   Началось всё тогда, когда её дядя герцог Карел погиб на охоте: во время погони за диким кабаном его конь споткнулся, сломал ногу и герцог оказался один на один с разъярённым зверем. Когда подоспели остальные, было уже поздно. И тут через месяц мать Юны - королева Василиса подозрительно внезапно и быстро начала сходить с ума. А когда её сослали в Ревель - древнюю и уже забытую резиденцию истрийских королей, Юна начала чувствовать себя лишней в замке. Место матери заняла герцогиня Тимо - вдова дяди Карела. И началась травля - тихая, хитрая. Бесконечные уколы со стороны Тимо, постоянный надзор, разговоры о том, что дочь сумасшедшей тоже сойдёт с ума. Изменились и многие придворные. Новая королева любила пышность и блеск. А за блеском скрывается обычно вредность и недалекость, и над умной но прямой и, в придачу, не красавицей принцессой все посмеивались, а то и открыто издевались, забывая, кто она. А Юна жаловаться не любила и просто избегала всех. Тут ещё странные вещи стали происходить. Порой она ловила себя на том, что делает что-то и не знает зачем, словно память и воля усыпали. А потом начались приступы паники, стоило Юне услышать какое-то слово или мелодию, с кем-то поговорить. Она стала бояться людей. Но не сдавалась. Едва подступали паника и тошнота, принцесса начинала ругать себя за слабость и глупость и это немного облегчало состояние. Юна решила находиться среди большого числа людей (что само по себе причиняло немалые страдания) и заранее отрезала себе пути к отступлению - тогда ей оставалось только перемалывать приступ в себе. Было трудно, но принцесса держалась. Она не хотела сойти с ума, как мать. И всё же как ни старалась Юна, её состояние не оставалось незамеченным для окружающих и вызывало подозрительные взгляды со стороны придворных. "Ну вот и выжили меня, - с горечью подумала принцесса, - Как ей отца удалось заколдовать? И что происходило со мной? Почему сейчас я отлично себя чувствую? Разобраться тут надо, пока эта змея не прибрала к рукам всё королевство, а отец и все верные ему люди не отправились к нам в Ревель, или того хуже... Сейчас не время для интриг и грызни за власть! На Белгородье идут циньцы. Дядя Ростислав с ними один на один. Чиангамай сожрет нас по одиночке. А если бы не циньцы - дядюшка пошел бы на отца войной. Благо ума ему всегда хватало сперва разбираться с настоящими врагами..."
  
   У дороги, ведущей через лес была небольшая деревенька и большой постоялый двор. Там наши путники и заночевали.
   Обстановка постоялого двора мало кому могла понравится: грязь, вонь и подвыпившая публика. "Пожалуй, в лесу ночью не так страшно, как здесь. Но ребята в обиду не дадут". - думала Юна, разглядывая сидящих за грубыми потемневшими от въевшейся грязи столами людей, среди которых были как мирные торговцы, так и подозрительные типы, похожие на разбойников. Слышался гортанный говор сельджуков. Есть в такой обстановке не хотелось, и принцесса поднялась на второй этаж, в свою комнату (скорее даже каморку). С друзьями перекинулась лишь несколькими словами, ибо Бертольда не отступала ни на шаг. Но к счастью принцессы, фрейлина заняла каморку рядом и избавила её от своего присутствия. Милко и один арбалетчик заняли свой пост. Среди ночи их должны были сменить второй арбалетчик и Радко. Воеводинцы охотнее простояли бы вместе всю ночь, но вынуждены были подчиниться распоряжению начальника отряда.
  
   Милко скучал. Истриец ему не очень нравился и они не разговаривали. Снизу доносилось пьяное пение, которое около полуночи стихло. Внизу послышались шаги - судя по звуку - трёх-четырёх пар ног. Милко насторожился. На лестнице показались две головы в тюрбанах. В этот же момент снизу кто-то крикнул по-сельджукски "Эй ребята!" - это был голос Радко. И тут истриец повёл себя странно: с кинжалом набросился на воеводинца, однако Милко успел увернуться и выхватить меч. "Милко! Измена!" - услышал он крик брата. Но вмешались сельджуки. Их ятаганы он отразить не успел. И всё же, прежде чем воеводинец упал, предатель-арбалетчик и один сельджук лежали мёртвыми...
   ...Юну разбудила странная возня возле двери и вопль Бертольды: "На помощь!". Принцесса вскочила, выхватила кинжал с изящной но удобной позолоченной рукоятью, тот самый, с которым никогда не расставалась, и в тот же миг звякнул перерубленный засов и дверь распахнулась. В комнату ворвался здоровенный сельджук. Юна едва увернулась от его ятагана и побежала к двери, но мощный удар свалил её с ног. Принцесса упала без чувств, а сельджук занёс над ней оружие...
   ...Милко потерял сознание лишь на мгновение: крик фрейлины и звон перерубленного засова заставили его открыть глаза, а мысль о принцессе и долге - встать на ноги несмотря на пронизывающую всё тело боль. Он увидел, как упала Юна, а огромный сельджук занёс над ней ятаган. Милко успел нанести свой удар раньше и враг свалился с разрубленным черепом. Но у воеводинца потемнело в глазах и он рухнул рядом...
  
   ...Юна очнулась оттого, что не хватало воздуха. Ныла голова и было очень жарко. На ней лежало что-то тяжелое. Комнату заполнял дым. Принцесса выползла из-под странного груза и с ужасом обнаружила, что это...Милко. Юна дотронулась до него, окликнула - никакого ответа. Приложила ухо к груди - тишина. "Нет! Нет! Это ночной кошмар! Я сплю! Милко!" - прошептала она, обнимая погибшего друга. Глаза застилали слёзы. Однако страшный грохот привёл её в чувство. Юна прислушалась и только теперь услышала громкие крики на улице и сильный гул и треск. "Да это же пожар!" - поняла девушка. Она вскочила, бросилась к двери и замерла: на пороге лежали сельджук, солдат из её охраны и старшая фрейлина. Все мёртвые. Юна невольно закрыла ладонями лицо, но на них была кровь. Её замутило, и она упала бы в обморок, если б в этот момент со страшным грохотом не обрушилась крыша, погребая под горящими обломками и живую и мертвых.
   Юна задыхалась, языки пламени больно лизнули лицо. Но боль придала силы. Разгребая голыми руками горящие доски, принцесса выползла из-под завала (её задело только краем) и бросилась к лестнице, сбивая по пути пламя с одежды и волос. Лестница тоже горела и угрожающе пошатывалась. Но лёгкую девушку выдержала.
   На улице оказалось не лучше: пылала вся деревня. Между домами в панике метались люди. Но самое страшное было вверху: огромное крылатое существо то взмывало в ночное небо, то стремительно пикировало, изрыгая струю пламени. Укрыться от чудовища было негде. Деревня горела так ярко, что освещала даже лес. Лес мог послужить единственным укрытием и Юна поспешила туда.
   Страх гнал её с нечеловеческой скоростью, она бежала не разбирая дороги и даже не замечала как сильно хлещут ветви обожжённые руки и лицо. Она просто бежала и рыдала. Бежала пока не споткнулась обо что-то мягкое и не растянулась на траве. Неизвестное препятствие вскочило, выхватило меч и выругалось на чужом языке. А Юна уже не могла подняться - падая она проехалась по земле обожженными руками и теперь вся скрючилась от боли. Над ней склонился человек в поблёскивающей при лунном свете кольчуге. Он что-то спрашивал на своём певучем наречии, но девушка молча отмахивалась от него.
   - Да что с тобой такое? А? Чудо лесное! - перешёл он наконец на истрийский. Говорил строго (ещё бы - разбудили среди ночи) но без злобы.
   Юна только всхлипывала и заслонялась от него руками.
   - Что стряслось? Чем ты так напуган? Скажи хоть что-нибудь.
   Принцесса села, замотала головой. На незнакомца глядела пара наполненных ужасом глаз.
  -- Ты что, немой? Кто тебя так напугал? За тобой гонятся?
   Юну била дрожь. Она только прерывисто дышала и стучала зубами не в силах выговорить ни слова.
   Чужеземец обнял принцессу за плечи:
   - Ну всё, всё... Успокойся. Большой, а ревёшь как девчонка (видимо он принял Юну за мальчика). Никто тебя не обидит...Ух как дымом несёт - никак с пожара? - голос его стал мягче, - Точно - чёрный как угольщик. Отвести домой? - Юна отрицательно затрясла головой, - На вас что, напали? - закивала. - Кто же, интересно? Сельджуки? Ну не бойся, я чухонец. У нас с вами мир. - тут взгляд его упал на её руки. - Ты чего так руки держишь? Ну-ка, покажи.
   Юна протянула ладони. Чухонец присмотрелся, а потом спросил:
  -- Обжёг? Надо перевязать. А лицо... - но не договорил, потому что Юна закрыла глаза и повалилась на бок.
  
  

ГЛАВА II

   Этой ночью у Рико Невелайнена из Кемиярви было плохое настроение. Ещё до полуночи он должен был выйти к деревне. Но заблудился. Оно бы ничего, да только вырос он среди лесов. И заблудился. Еды на дорогу не припас, рассчитывая поужинать в деревне. А тут уже полночь, деревни не видать, желудок распевает голодные песни, а голова упорно пытается уснуть. В конце концов, он съехал с тропинки и лег под молодой елью. Но и тут ему не повезло. Едва рыцарь погрузился в сон, как кто-то больно пнул его в бок. Рико мгновенно вскочил и увидел, что разбудивший его "злодей", скрючившись словно от сильной боли, лежит на земле. Мало того что он дрожит и плачет, ещё и сказать ничего не может. Но когда чухонец заглянул в глаза незнакомца, вздрогнул. Такой боли и отчаянья в одном взгляде видеть ему не приходилось.
   Рико понял, что с мальчишкой стряслась беда и попытался выяснить в чём дело, однако ночной гость повалился ему на руки, не подавая никаких признаков жизни. Рико не на шутку перепугался, но не растерялся. Рыцарь осторожно уложил мальчика, приложил ухо к сердцу и обнаружил во-первых, что оно бьётся, а во-вторых, что это вовсе не мальчик. Но было довольно темно и Рико достал из дорожной сумки пузырёк с чуть поблёскивающей жидкостью, встряхнул - и жидкость засияла ярким зеленоватым светом. Поднеся необычный светильник к лицу девушки, рыцарь увидел страшные ожоги на лбу и щеке и поморщился, представив, какая это боль. К счастью бинты и мазь от ожогов нашлись в походной сумке. Одежда незнакомки была залита кровью, однако кроме огромной ссадины на спине и нескольких небольших ожогов, ран не обнаружилось. Это было весьма странно и указывало на то, что девушка пережила не только пожар.
   Её следовало отвезти в деревню, но дороги туда Рико не знал. Зато днём он заезжал к лесной знахарке-яге. Она могла бы помочь.
   Рыцарь осторожно поднял Юну, взобрался на коня и отправился по лесной тропинке. Ехал очень медленно, бережно прижимая к себе девушку и время от времени прислушиваясь к её дыханию.
   0x01 graphic
  
   Дорогу, как оказалось, запомнил верно и к рассвету перед ним открылась небольшая поляна с крохотной хижиной-землянкой.
   Завыл волк. Девушка приоткрыла глаза но снова впала в беспамятство. Конь недовольно зафыркал, а вот Рико не проявил ни малейшего беспокойства, даже когда навстречу ему выбежал крупный серый волчище. Чухонец только улыбнулся и спросил животное:
   - Ну-ка, где твоя хозяйка, Оками?
   Лошадь явно не разделяла дружелюбного отношения своего хозяина к зверю и заметно беспокоилась, пока Оками подозрительно обнюхивал её и рыцаря.
   На пороге землянки показалась маленькая сгорбленная фигурка:
   - Кто там? А, это снова ты, чухонец. - послышался старческий голос. - Кто там у тебя?
   - Здравствуй, Убсу. Со мной девушка. Она серьёзно ранена и чем-то сильно напугана.
   Старушка быстро заковыляла к нему.
  -- Ну что ж, посмотрим... Неси её в хижину.
   Общими усилиями они сняли Юну с коня и Рико занёс девушку в землянку, согнувшись в дверях почти вдвое.
  -- Сюда, ложи её на кровать. - сказала яга, зажигая светильники. - Посмотрим, что тут у нас. Ты, я смотрю, уже перевязал её. Неплохо... Ладно. Снимай сапоги и кафтан, а я пока приготовлю лекарства. И воды принесёшь.
  -- Хорошо. - отозвался Рико и принялся осторожно стягивать с миниатюрной ножки здоровенный сапог.
   Убсу тем временем поставила на огонь какой-то отвар и посрывала сухие листки и травы со связок, развешанных по всей стене. Затем разложила на небольшом столе возле кровати всевозможные пузырьки и бутылочки.
   Потом она принялась осматривать девушку, осторожно снимать повязки, промывая и смазывая лекарствами ожоги и ссадины.
   - Она поправится? - спросил Рико, с жалостью поглядывая на худенькое покрытое копотью и ссадинами тельце, и удивляясь, откуда в нем взялись силы для бега.
   - Должна. Ожоги серьезные, но не смертельные. Большие но легкие на спине пройдут через пару дней, с кистями похуже - кое-где останутся глубокие шрамы, на лице глубоко обгорели небольшие участки, остальное - волдыри - следов не оставят. Ей повезло, что плотная одежда не загорелась и защитила тело от огня. Волосы сгорели - придется обстричь. Дышит нормально, значит легкие целы. Кости все тоже похоже на месте. Если не будет осложнений, через неделю побежит, через месяц поправится совсем. Но первой красавицей ей уже не быть. Может теперь расскажешь, что там стряслось?
   Рассказ рыцаря о ночном приключении времени занял немного.
  -- Она что-то говорила? - спросила яга.
   - Нет. Была до смерти перепугана: только дрожала, хрипела и плакала. На неё кто-то напал, похоже.
   - Похоже на то. Интересно, почему она в мужской одежде... Явно не местная. Скорее всего путешествовала. Погоди, шепчет что-то. - Старушка склонилась над девушкой. - Кажется, кого-то зовёт... Какого-то Милко. Воеводинское имя. Интересно...
   Был уже почти полдень, когда яга, наконец, вышла во двор. Рико присел за стол рядом с Юной и сам не заметил, как задремал - не дали же ночью поспать.
   ...Юна открыла глаза и долго пыталась сообразить, где она находится и что вообще произошло. В голове метались обрывки чего-то страшного: огромная тварь в ночном небе, свирепый сельджук, несущийся на неё с ятаганом и безжизненное лицо Милко. Может это был только ночной кошмар? А что же так мешает рукам? Что сковывает лицо? Да это же боль! Всё тело ломит и печёт. Лицо кажется раздутым, веки тяжелы и никак не хотят подняться выше. Значит не сон. Значит Милко на самом деле погиб. На глаза навернулись слёзы. А где же Радко? Неужели тоже... Об этом не хотелось думать.
   Рядом кто-то ровно посапывал. Юна с трудом повернулась: за столом, подперев голову рукой дремал молодой рыцарь. Охраняет, что ли? Ах да - это, наверное, тот самый чухонец, на которого она нарвалась в лесу. Похож - беленький, как чухонцы, и очень симпатичный. Но от этого не легче. Её не хотели ограбить или похитить - её собирались убить и вряд ли это была собственная идея головорезов-сельджуков. "Но кто? Решили обзавестись ценным заложником. Или кто-то из своих? Сельджуков может нанять кто угодно. Тимо, например. Я же единственная законная наследница престола. Только ей надо родить мне замену, но это лишь вопрос времени. Хотя у неё было десять лет. Маловероятно, но коварство этой змеи недооценивать нельзя. А дракон откуда взялся? Не вяжется. В любом случае, если меня хотели убить, то повторят попытку. Тогда пусть думают что у них получилось. А этот чухонец - чего ожидать от него? Он не должен знать кто я и вообще ему лучше помалкивать о нашей встрече..." - на этом размышления девушки были прерваны стуком. Кто-то тихо ойкнул. Юна открыла глаза и обнаружила, что рыцарь проснулся и трёт ладонью лоб (видимо во сне он уронил голову на стол и ударился). Тут он заметил, что она на него смотрит, и улыбнулся. Взгляд его светлых серо-голубых глаз был добрый, дружелюбный. Казалось, будто лучики весеннего солнца играют с водой в роднике - такие были эти глаза.
  -- Ну вот, очнулись. Как себя чувствуете? - спросил рыцарь с лёгким акцентом.
   - Где я нахожусь? - ответила Юна вопросом, с трудом совладав с непослушными губами, и не узнала своего голоса - это же надо было так охрипнуть.
  -- В лесу. У знахарки яги. Ну вы и охрипли. Горло берегите.
  -- До деревни далеко?
   - Не очень. Правда я не местный, дороги не знаю. Но что произошло с вами? На вас напали?
  -- Да. Разбойники-сельджуки, а потом начался пожар. - перешла на шёпот принцесса.
  -- Я могу как-то сообщить вашим родным о происшедшем?
   Юна задумалась и поняла, что доверять сейчас может только двум людям, один из которых, Радко, скорее всего мёртв. А маршал Томашевич далеко - в Лофотене. Отец больше доверяет Тимо, чем ей. А она пока не знает, откуда ждать удара. Нужно просто прятаться от всех. Так как же ответить этому рыцарю?
   - Не стоит. - кажется Юна придумала подходящую историю, -- У меня кое-какие неприятности...Вернее большие...Я... сбежала из дому, потому что мачеха решила выдать меня за очень богатого, но старого безобразного купца. Думаю, меня уже ищут, а у старика свои люди повсюду. Загребут - не сносить мне головы
  -- А бежали вы очевидно к некоему воеводинцу Милко. Он тоже будет искать. - прокряхтела появившаяся на пороге старушка.
   Юна вздрогнула и почувствовала, как испуг и напряжение растекаются по телу. Стало жарко. Откуда они знают о Милко? Может, она в беспамятстве называла его имя? Как ответить?
  -- Что вы о нём знаете? - и без того хриплый голос принцессы дрожал. Так всегда получается, когда хочешь подавить волнение и говорить спокойно.
  -- Ничего. Ладно, отдыхай, - молвила старушка, - здесь ты в безопасности. И Милко твоего разыщем.
  -- Не разыщете. - прошептала Юна, - Он погиб... - и замолчала, чувствуя, что вот-вот разрыдается. Рико и яга тоже молчали.
  -- Прошу вас только об одном, - нарушила тишину принцесса, - Никто не должен знать обо мне, иначе я погибла. Я должна уйти...
  -- Ага, попробуй. - усмехнулась яга. - Лес не любит чужаков. Я укрою тебя...
   Внезапно раздалось громкое рычание. Старуха, недоговорив, выбежала на двор. Рико, держась за рукоять меча, выскочил следом. А Юна не знала, что ей делать. Попыталась встать с постели. Задача оказалась не из лёгких - не думала она, что дела её настолько плохи. А дальше что? Прятаться нужно. И вспомнив ещё не очень далёкое детство, принцесса заползла под кровать. В ушах что-то пронзительно жужжало и стучало, а тело стало ватным. И всё же она прислушалась. Говорил незнакомый мужской голос:
   - ...деревня совсем сгорела. Люди мучаются. Нужна твоя помощь, яга.
   - Хорошо, Янош, уже собираюсь, - это говорила знахарка, - ты иди. Дорогу я знаю. Ждите меня.
   Они о чём-то тихо говорили, но Юна не разобрала слов. Вскоре старушка и рыцарь зашли внутрь.
   - Где она! - воскликнул Рико.
   - Спряталась, - улыбнулась Яга. - надо же, какая пугливая. Достань её, она под кроватью.
   Рико приподнял свисающее покрывало и обнаружил, что яга права. Девушка как-то отрешенно и устало взглянула на него и закрыла опустила отекшие веки. Рыцарь осторожно вытащил её, уложил на кровать и укрыл.
  -- Пусть поспит - сказала знахарка. - А я должна собрать лекарства и идти в деревню. Им нужна моя помощь.
   - Вы же не оставите её одну, - воскликнул но тут же перешёл на шёпот рыцарь.
   - До вечера переживёт. Я не могу бросить других. К тому же оставлю Оками. Он достаточно умён.
  -- Я останусь с ней. - решил рыцарь.
   - Вот и чудесно, - улыбнулась старушка, - я и не сомневалась. Из рыцарей, правда, сиделки не очень, но я тебе объясню, что делать.
   Солнце уже начало клониться к закату, когда яга, дав Рико подробнейшие указания и собрав всё необходимое, отправилась в деревню. Юна крепко спала, а поскольку делать пока было нечего, рыцарь достал из дорожной сумки перо, чернила и бумагу. Чухонцы уже давно отказались от дорогого и неудобного пергамента - из дерева их мастера научились делать отличную и совсем недорогую бумагу. Итак, юный рыцарь присел у крохотного окошка и принялся выводить не очень красивым, но разборчивым почерком: "О, прекраснейшая из прекраснейших принцесса Кайса! Ваш покорный слуга готовится к бою с Истрийским драконом...", - перо остановилось, оставляя кляксу. "Что за бред я пишу! - подумал рыцарь, - когда одолею дракона тогда и напишу. А лучше сразу вручу ей его клык". Рико смял испорченный лист.
  
  

ГЛАВА III

   Неспокойно спалось в эту ночь королю Ольгарту. Он и сам толком не мог понять, что так тревожило его. Поведение дочери лишь злило, осложнение отношений с Белгородьем расстраивало. Но беспокоило что-то другое. Оно давило невыносимой тяжестью то изнутри, то снаружи, точно нечто очень горькое, но давно забытое вот-вот всплывёт в памяти. Когда же король наконец забывался тяжёлым сном, на него с каким-то остро-грустным упрёком смотрели две пары знакомых глаз. Нет, это были не просто знакомые глаза... А потом один взгляд, смелый, непокорный, и очень родной исчезал в огне. А вторые глаза наполнялись слезами и глядели с каким-то особым молчаливым вопросом, который невозможно выразить словами, но сердце от него сжимается. Ольгарт просыпался, однако лишь наполовину и мысли беспорядочно носились в голове и путались.
   К утру остались лишь головная боль и ощущение беспокойной бессонной ночи. Король уже не мог вспомнить, что же так тревожило его.
  
   В Лофотене начинался обычный день. Ремесленники открывали свои мастерские, торговцы - лавки. Крестьяне из окрестных деревень скрипя гружёными телегами, спешили на рынок. И столица постепенно превращалась в оживленный муравейник.
   В замке ритм жизни был совершенно иной. И хотя слуги суетились с самого утра, готовя завтрак для господ придворных и для самих короля с королевой, они оставались почти незаметными. В садики, приятно шурша парчовыми нарядами, выплывали фрейлины. В залах и галереях сменялись часовые.
   И если в шумном людном городе мало кто обратил внимание на пронесшегося по улицам истрийского стрелка в изорванном и обгорелом плаще, то во дворце его громкие торопливые шаги и такие же торопливые шаги сопровождавших его стражников многих озадачили. Арбалетчик направлялся к тронному залу, где его уже ждали встревоженный король и три маршала. Не успел он отсалютовать и поклониться, как Ольгарт спросил:
   - Что с моей дочерью?
   - Ваше величество, - вытянувшись по стойке смирно, начал доклад стрелок - сержант Петер, - на нас было совершено нападение. - опустил глаза и произнес тише, - Я не успел спасти принцессу...
   - Её похитили? Отвечай?! - до короля с трудом доходил смысл сказанного стрелком.
   - Боюсь, что не успели, ваше величество. Боюсь... - солдат нервно поджал губы - боюсь, она погибла в огне...
   Король вскочил с трона:
   - Да что ты мямлишь! Какой огонь?! Кто на вас напал?! Где это произошло?!
   - Мы остановились в деревне Бран. Напали на нас за полночь. В отряде были предатели...
   - В отряде?! - воскликнул Иштван. - Их имена!
   - Я не знаю. Это были воеводинцы. Одного, кажется Милко звали. Они всё время говорили по-своему, а потом ночью напали на нас. К ним ещё какие-то головорезы присоединились, похожие на сельджуков.
   При этих словах Томашевич побледнел и сжал рукоять меча.
   - Один из них оглушил меня, - продолжал свидетель, - а когда я очнулся, постоялый двор горел. Я увидел, как воеводинец боролся с принцессой на горящей лестнице и в тот же миг лестница обрушилась. Пожар был очень сильный.
   - Этого не может быть! - воскликнул маршал Томашевич, становясь еще бледнее. - Ты лжёшь! Я своих племянников знаю! - в глазах его сверкали гневные огоньки, - А ещё ручаюсь - ни один воеводинский гвардеец не предаст короля и будет выполнять свой долг до последней капли крови. И ни один воеводинский гвардеец не запятнает себя сговором с проклятыми сельджуками!
   - Отчего был пожар? - перебил его Иштван
   - Когда я выбежал на улицу, увидел огромного дракона, парящего над деревней и сжигающего всё вокруг.
   - Это ещё что за байка? - удивился третий маршал - здоровенный белокурый готландец Нарвик. - Драконов уже давно истребили!
   - Ты наверное сошел с ума! - король начал оправляться от потрясения, - Я не верю ни единому твоему слову! Маршал Иштван арестуйте его.
   - Есть, мой король. - поклонился Верховный Маршал. - Стража!
   Дверь распахнулась и на пороге появились два стрелка.
   - Арестовать этого. - Иштван указал на потерявшего дар речи от испуга сержанта.
   Но не успели стражники схватить арестованного, как в зал влетел лейтенант Тайной Стражи:
   - Ваше величество! - он был сильно взволнован, - Только что пришли вести о трёх нападениях на наши деревни: Бран, Галац и Мемель. Это были драконы! Деревни сожжены дотла. Драконы скрылись.
   Все так и застыли, услышав невероятную новость. Оснований не верить стрелку из охраны принцессы больше не было...
  
   В деревне Бран не осталось ни одного уцелевшего строения. Кругом стоял лес, и дома строились из дерева, причём это были не срубы из мощных брёвен, а дощатые постройки. К тому же пламя дракона сложно потушить, а всё на что оно попадает разгорается очень быстро.
   Король послал в Бран отряд во главе с маршалом Нарвиком для расследования происшествия, но не удержался и отправился следом. На пепелище постоялого двора следователи обнаружили лишь обугленные кости, опознать которые было невозможно. Зато были найдены два островерхих воеводинских шлема, четыре меча, три ятагана, а также две кольчуги и куски чешуйчатых кожаных панцирей. Пожар, вызванный драконом выдержала только сталь.
   Нашли и ещё две вещи: миниатюрный серебряный но почерневший в пламени медальон и некогда изящный кинжал с измятой позолоченной рукоятью.
   Все находки разложили перед королём. Медальон и кинжал он узнал сразу. Эти вещи принадлежали его дочери. "...Боюсь, она погибла в огне...", - всплыли в сознании слова стрелка.
   Какое-то время король молчал. Казалось, он ничего вокруг не видит и не слышит. Свита забеспокоилась. Они, конечно, тоже были расстроены гибелью принцессы, но для них она была только принцессой. Наконец Ольгарт пришёл в себя.
   - Покажите мне оружие.
   Королю подали мечи. Один был обычным, а на навершиях двух других сквозь нагар проступали вычеканенные гербы Воеводины. Несомненно, это были мечи братьев Томашевичей.
   - Оба шлема воеводинские, - докладывал Нарвик. - похоже, Томашевичи тоже погибли. Но там были ещё трое неизвестных. Взгляните на эти ятаганы. Такими обычно вооружены сельджуки. Их было трое. Останки найдены рядом с останками гвардейцев. Сельджуки никогда бы не стали союзниками воеводинцев. Здесь что-то не так. В любом случае наказывать больше некого...
   - Мне от этого не легче! - воскликнул король. - Да и не могли эти сопляки, пусть даже гвардейцы действовать самостоятельно. Вы слышали о "Свободниках" - предателях, мечтающих о независимости Воеводины. Не ожидал я от них такого удара. Здесь больше нечего делать. - король снова взглянул на медальон. Задумался. Нарвик терпеливо ждал указаний. Он хотел ещё доложить всё, что узнал о драконе, но решил пока промолчать. У самого не легко на душе было.
   Наконец Ольгарт тяжело вздохнул, сжал медальон в руке и обернулся к Нарвику. Казалось, он не видит никого. Маршал испугался этого взгляда, доклад о драконе застрял в горле.
   - Я не достоин их прощения... - прошептал король, и громко произнёс: - Нарвик, драконами займёмся позже. Будем разбираться с Воеводиной.
   С этими словами король вскочил на коня и ускакал прочь.
   Нарвику не хотелось верить, что в этом замешаны Томашевичи. Он знал их как серьёзных ребят. А теперь достанется и Воиславу. Маршал Готланда давно был знаком с Маршалом Воеводины. Знал на деле - в бою. Это был его старый друг, настоящий друг. Гвардия немногочисленна - не более полутора тысяч. Но один боец стоит пятерых. Семнадцать лет назад именно гвардейцы, отправленные в разведку, решили исход битвы под Эзелем, предотвратив обходной манёвр циньско-сельджукского войска. Они связали их боем у входа в Эзельское ущелье, а тем временем основные силы Истрии успели перестроиться и окружить неприятеля. Сельджуки были разбиты наголову, понесли большие потери.
   Подошедший в ущелье отряд Нарвика (тогда ещё молодого командира) застал в живых не более четверти из полутора тысяч воеводинцев. И ни один из них не воспользовался правом отдыха: все, кто еще стоял на ногах и держал в руках меч, бросились в атаку вместе с готландцами. Был среди тех храбрецов и Воислав Томашевич.
   Воеводинцы были надёжными воинами. Поэтому и не верилось в их предательство. Но нет пока доказательств обратного. А искать нужно. В королевстве и так наступили не лучшие времена: осложнились отношения с Белгородьем, во дворце зловещая обстановка, а теперь ещё гибель принцессы. Король подавлен. Не сломается, но сгоряча может наделать глупостей, тем более Тимо на него как-то подозрительно влияет.
   Нарвик взглянул на странную узкоглазую старушку, о чём-то говорившую с деревенским старостой, ещё раз окинул взглядом то, что некогда было деревней Бран и направился вслед за королём.
  
   Поглощённый вечерними сумерками, Лофотен встретил короля тревожным молчанием.
   У ворот замка стояли Иштван и Томашевич. Иштван был, как всегда хладнокровно спокоен. А вот глаза Томашевича выдавали волнение. Ольгарт не ответив на приветствие маршалов, обратился к Иштвану:
   - Верховный Маршал, немедленно замените всех воеводинских гвардейцев своими стрелками, направьте отряд на охрану гвардейских казарм. И пусть ваши ищейки проведут в казармах обыск. Выполняйте!
   - Есть, мой король! - с некоторым недоумением ответил Иштван. Томашевич при этом побледнел, как мел, а лицо застыло в напряжении.
   - Воислав Томашевич, вы отстраняетесь от своей должности до окончания следствия. Сдайте оружие.
   Воеводинец не мог поверить в происходящее. В себе ли король? Взгляд серьёзный, сосредоточенный - похоже в себе. Взглянул на Нарвика - на том лица не было.
   - Маршал Нарвик, примите оружие. - продолжал Ольгарт.
   Нарвик шагнул к Томашевичу и со словами: "Прости, друг, я верну", протянул руки. Воеводинский Маршал снял пояс с мечём, чётким движением передал оружие, ещё раз заглянул в глаза королю. Взгляд короля оставался холодным.
   - Что ж, расследуйте, - промолвил он тихо, - я в своих племянниках уверен. Либо их оклеветали, либо это ошибка.
   - Их уже не спросишь, Томашевич. - сказал король. Воислав едва заметно вздрогнул и на мгновение с болью закрыл глаза.
   - Значит вы больше верите какому-то стрелку, который, возможно просто сбежал, бросив принцессу, чем гвардии, которая ни разу вас не подводила. Лучше бы дракона искали! - наконец с горечью произнёс воеводинец.
   - Ты ещё мне указываешь! - вскипел Ольгарт. - Стража! Отвести его в башню!
   - Ваше величество, он же не простой гвардеец! Его вина ещё не доказана.- вступился за друга Нарвик.
   - Будет доказана. - отрезал король.
  
  

ГЛАВА IV

   Солнце клонилось к закату. Оками мирно дремал, положив голову на передние лапы и был похож скорее на доброго барбоса, чем на волка. Рико поставил на печь горшок с травяным отваром. Убсу говорила, что зелье нужно подавать тёплым и девушка должна выпить его когда проснётся.
   Нелегко передвигаться бесшумно в абсолютной тишине, когда на тебе кольчуга, а хижина низенькая, тесненькая. Рыцарь постоянно рисковал что-нибудь задеть и опрокинуть. Огонь в печи, однако, развёл успешно. Поставил горшок в печь и тут зацепил небольшой чугунный чан, стоявший на полке. Чан полетел, но Рико ловко подхватил его. Всё бы хорошо, да только при этом он влез ногой в большой круглый медный таз, стоявший на полу. Таз при этом перевернулся и чухонец рухнул на пол, больно стукнувшись локтём о лавку, а чан на мгновение научившийся летать, оказался на его голове. Поднимаясь, Рико ещё раз стукнулся "шлемом" о лавку, шепотом выругался (хотя нашумел уже достаточно). Когда он наконец снял чан и встал на ноги, то услышал тихий смех. Девушка, ясное дело, проснулась.
   - Извините, я вас разбудил. - смущённо пробормотал Рико, потирая ноющий локоть, - Как вы себя чувствуете.
   - Пока живая. А вы что, мышей под лавкой ловили? В шлеме. - принцесса снова засмеялась представив прекрасного рыцаря, летящего на пол с котелком на голове и ругающегося при этом шёпотом.
   - Ага, чтоб за нос не цапнули. - Рико тоже не мог сдержать смеха.
   Но тут Юна закашлялась. Рико бросился к ней (опять стукнувшись о лавку и стол), приподнял, подложив под спину несколько подушек.
   - Ну что ты... Выпей вот воды. - протянул ей кружку, стоявшую у кровати.
   Юна сделала несколько глотков и стало немного легче.
   - Вам не стоило смеяться. И говорите поменьше. - произнёс Рико, подходя к печи. - Яга оставила для вас травяной отвар. Я его немного подогрел. Вам нужно пить тёплое.
   - А где она сама? - спросила принцесса. - Ещё не вернулась из деревни?
   - Нет пока.
   - Мне нужно уходить.
   - Да что вы всё рвётесь куда-то! - Воскликнул рыцарь переливая душистое тёплое зелье в глиняную кружку. - Ну, допустим, вас преследуют, но оказавшись в лесу, вы погибнете. А вам есть где укрыться? Скажите, и я отвезу вас туда.
   Юна молчала. Она не знала, куда идти. Разве только спрятаться в Воеводине. Там её точно в обиду не дадут. Но она отправится туда одна: незачем втягивать в эту историю постороннего человека, и, к тому же, иностранца. Правда, сил уходить пока не было.
   - Ладно, посплю ещё немного, - пробормотала она, допив тёплый ароматный напиток. Горло перестало болеть и, похоже, начал возвращаться голос.
  -- Ну, идея получше, чем ползать по ночному лесу. - усмехнулся рыцарь.
   Юна молча закрыла глаза. Но не уснула. Рыцарь какое-то время сидел неподвижно, потом склонился над девушкой, прислушиваясь к дыханию. Оно было спокойным и ровным. Рико поправил одеяло и снова опустился на лавку.
   Примерно через час мирно дремавший волк зашевелил ушами, потянул носом воздух и вскочил.
   - В чем дело, Оками? - прошептал рыцарь.
   Но тут отворилась дверь и на пороге появилась Убсу. Она почесала волка за ухом и бесшумно вошла в хижину.
   - Просыпалась, выпила отвар. Сейчас опять спит. - шёпотом доложил Рико.
   - Жара нет? - спросила яга.
   - Нет, похоже.
   Старушка молча кивнула. Всё так же бесшумно она подошла к печке, положила на стол мешок с лекарствами и тут обнаружила беспорядок на полу.
   Рико поспешил объяснить происшедшее. Яга тоже не сдержала улыбки:
   - Неуклюжий ты, рыцарь. С хинганской всадницей бы не справился. Ну да ладно. Подойди поближе. Разговор есть.
   Старушка уселась на лавку. Рико устроился рядом.
   - В Бране произошло нечто странное. Деревню сжёг дракон.
   - Так что же здесь странного? Нужно поймать его и уничтожить. - удивился рыцарь.
   - Не перебивай. Тебе бы только мечём махать. - возразила старушка. - Драконы - существа миролюбивые и от людей держатся подальше. Но это не самое главное. В деревне напали на принцессу Истрии Юну. - при этих словах яги Юна вздрогнула, но глаз не открыла. - Место пожара, - продолжала тем временем Убсу, - осматривал королевский отряд. Был там и сам король. Они считают, что на принцессу напали воеводинцы из её охраны.
   Юна едва не закричала, что это ложь, что им она жизнью обязана, но удержалась.
   - В огне погибли все, включая принцессу... - закончила яга.
   Рико задумался. Услышанное было ужасно, но...
   - Эта девочка имеет отношение к принцессе! - понял он, - А Милко ведь воеводинское имя?
   - Да. Девушка либо сама принцесса, либо её приближённая. В любом случае она знает слишком много, чтобы чувствовать себя в безопасности. - ответила яга. - Воеводинцев было двое. Их фамилия - Томашевич. Похоже, родственники Маршала. Так что дело пахнет жареным. О девочке, и правда, лучше пока никому не знать. Сейчас понимаю, что сделала одну глупость...
   - А если рассказать всё сразу королю?
   - Поздно. Прямо ты ему ничего не расскажешь, а у всех стен в Лофотене уши побольше заячьих. Если подозревают воеводинцев, во дворце большие неприятности. Неужели козни хитрых циньцев?
   - Как же ей помочь?
   - Пока только молчанием. А вам Рико вообще лезть во внутренние дела Истрии незачем.
   - Внутренние дела Истрии меня мало беспокоят - сами разберутся, но этой девушке пока некому помочь кроме нас. Я не могу бросить человека в беде. - возразил Рико. - Не будет же она до старости по лесам прятаться.
   - Тоже верно. Тогда поработаешь разведчиком. Разберешься что к чему, что говорят люди, что происходит в стране. Обязательно загляни в столицу. Старайся быть неприметным и следи за хвостом.
   - За каким ещё хвостом? - удивился рыцарь.
   - За тобой, как за чужеземцем могут и понаблюдать. Времена нынче неспокойные и Тайная Стража держит ухо востро. - объяснила яга.
   - Не люблю шпионов. Это подло.
   - Ну почему же, многие из них честно защищают покой своей родины, нередко подвергаясь опасности.
   - Вы рассуждаете как опытный военачальник. - усмехнулся Рико.
   - А что, нельзя? Я многое повидала на своём веку. - старушка тоже улыбнулась.
   - Раз всё так серьёзно, почему вы мне доверяете? - спросил чухонец. - Мы знакомы третий день. А вдруг я сдам вас и её?
   - А почему ты мне доверяешь? Ты же привёз её ко мне. - усмехнулась яга. - Просто хочется верить, что в этом мире можно доверять ещё кому-то кроме себя. Ты всё равно много знал, и мог взболтнуть лишнего. Теперь знаешь, что нужно быть осторожным.
   Рико молчал. Эта яга всё меньше походила на простую старушку. Кем она была в молодости? Знатной дамой? Её глаза раскосы, лицо плоское, но циньцев не любит. А может притворяется? Может она сама - циньская шпионка? Но зачем шпионке жить в такой глуши? Может она когда-то бежала от преследований? А что она говорила о хинганских всадницах? Может они - не миф?
   - "Убсу" - что это за имя? Вы ведь не местная. - наконец спросил он.
   - Это хинганское имя. Я родом из Далайнора. - спокойно ответила яга. -
Этого города больше нет, но не все его жители погибли.
   - Значит это не легенда?
   - Нет. - выцветшие глаза старушки сверкнули, усталый взгляд стал молодым и горячим. - Прежний император Цинь завоевал Хинганскую долину. Всё было просто и глупо. В долину вело только одно ущелье. Там отряд всадниц держал оборону. Удержали бы но, как это частенько встречалось в истории, нашёлся предатель, указавший врагам тайную тропу. Циньцы зашли нам в тыл, окружили и расстреляли. Когда погибли всадницы - остальное войско сдалось. Они даже не попытались выручить нас из окружения, а просто удрали. Лишь немногие храбрецы бросились нам на помощь и разделили нашу судьбу.
   - Вы были там? - спросил потрясённый Рико.
   - Была. Некоторые всадницы выжили. В плен не попали так как все были тяжело ранены или оглушены и их просто приняли за мёртвых. Очухались, отползли зализывать раны. Кто поправился, разошлись по миру. В Хингане делать было уже нечего. В живых циньцы оставили только детей, чтобы превратить их в рабов. Тех кто что-то мог помнить, убили, чтобы память о нашей стране стёрлась.

ГЛАВА V

   В тот же день (вернее в ту же ночь) король Ольгарт созвал совет. На совете присутствовали маршалы Иштван и Нарвик, комендант Лофотена граф Стефан Тилль, а также самые знатные вельможи - советники.
   Все собрались в просторном королевском кабинете, который служил ещё и залом для особо важных заседаний, за огромным круглым дубовым столом.
   По правую руку от короля гордо восседала женщина неземной красоты - королева Тимо. Белая чистая кожа светилась свежестью, яркие голубые глаза под изящно изогнутыми чёрными бровями были неотразимы. Черты лица поражали правильностью и тонкостью: безупречный прямой нос, высокий лоб, небольшие в меру полные губы, покрытые ярко-алой помадой. Всё это вместе с густыми и блестящими иссиня чёрными волосами создавало потрясающее почти мистическое впечатление, которое закреплялось кроткой грацией её движений. Ни одна красавица королевства не могла сравниться с ней. А принцесса Юна с её слегка "украшенной" прыщиками мордашкой и подавно. Юна в общем-то была симпатичной, но красавицей никогда не считалась. Поговаривали, будто в красоте с Тимо могла состязаться только Кайса Чухонская. Но Чухонь далеко...
   Сейчас лицо прекрасной королевы выражало искреннюю скорбь.
   Впрочем, лица остальных тоже трудно было назвать весёлыми. Наоборот, все были сосредоточены и озадачены, однако сочувствие в их глазах выглядело не очень-то искренним. Пожалуй, по настоящему был расстроен только Нарвик. Лицо Иштвана как всегда оставалось каменным.
   Все встревожено смотрели на короля. Тот какое-то время молчал.
   - Вы все уже знаете, что произошло - наконец заговорил Ольгарт, - Это
заговор. Предательский заговор. Преступники - два воеводинских гвардейца. Милко и Радко Томашевичи. Племянники маршала! Небеса покарали их. Но они были лишь орудием. Маршал Иштван, доложите обстановку в Воеводине.
   Иштван не спеша но легко поднялся из своего кресла.
   - На границе с Сельджукским Султанатом всё спокойно. А вот в стране появляются признаки бунтарских настроений. Уже неоднократно поступали сведения о подпольной шайке бунтарей "Свободников". После первых слухов Тайная Стража взяла дело под контроль. Был перехвачен ряд сообщений между отрядами. Никаких имён. Только прозвища. Работают аккуратно. Перехваченных гонцов допросить не успели - покончили с собой. Тексты сообщений наши знания о "свободниках" пополнили тоже ненамного. Прозвища такие: Первый, Второй. Похоже шпионы. Их сейчас ищут. Но самое интересное сообщение было перехвачено на границе вчера вечером. - Иштван раскрыл кожаную папку, с которой явился на совет, и извлек из неё крошечный листок дешёвой циньской бумаги. Все потянулись к листку. Угол его был пропитан засохшей кровью. Королева поморщилась и побледнела. Записка пошла из рук в руки. - для тех, кто плохо владеет воеводинским, - продолжил Верховный Маршал, - переведу: "Встречайте к утру братьев и сестру" Безобидный стишок. Но все прекрасно знают, что произошло той ночью. Известно также из слов свидетеля, что в нападении участвовали воеводинцы. Есть основания предполагать, что они должны были похитить принцессу. Но из-за случайности всё сорвалось.
   - Случайность, надо полагать - дракон? - спросил Нарвик. - Версия интересная, но не всё сходится. Во-первых, проще было похитить Ю... принцессу по дороге, а не на постоялом дворе, где полно свидетелей. Во-вторых, свидетель всего один и не исключено, что он мог просто сбежать, бросив принцессу, хотя непонятно зачем в этом случае подставлять воеводинцев. В конце концов, записка может быть случайным совпадением.
   - Как и то, что написана она рукой Томашевича! - разоблачающе произнёс Иштван. - Вот некоторые бумаги написанные им, он достал из папки несколько листков и передал их присутствующим, - Сравните. Я сам был потрясён хотя бы потому, что писать подобные послания собственным почерком крайне неосмотрительно.
   - Почерк можно подделать. - заметил Нарвик.
   - Я вижу наш совет плавно переходит в суд над Маршалом Томашевичем. - прервал их король.
   - Врага нужно выявить и наказать, мой король - вступила в разговор Тимо. - Мы все сейчас потрясены горем, но позвольте напомнить: принцесс просто так не похищают и не убивают. Цель нападения может представлять куда большую угрозу для королевства, чем потеря наследника. Найдём виновного - узнаем эту цель и предотвратим угрозу.
   - Тогда пусть приведут Томашевича. Может ему удастся доказать свою невиновность. А за одно и того стрелка пусть приведут. - приказал Ольгарт.
   - Это невозможно, ваше величество. Последнее, о чем я должен доложить: свидетель убит.
   Король вскочил.
   - Почему я узнаю об этом только сейчас, Иштван?!
   - Это случилось примерно за час до совета. Вы сами приказали не беспокоить вас в это время. Я не осмелился нарушить приказ. Часом позже, часом раньше - значения уже не имеет.
   - Кто убийца? - прорычал король.
   - Виноват, Ваше Величество, но мои тайностражники прозевали какого-то гвардейца. Он напал на стрелка Петера на глазах у солдат и скрылся. Лицо его разглядели плохо и под описание подходят несколько человек. Однако после переклички выяснилось, что отсутствует один. Его имя Стоян Шестич. Его ищут.
   - Вы усилили охрану? - спросил король.
   - Так точно, Ваше Величество. Все гвардейцы обезоружены, в казармах проведён обыск. Охрана удвоена. Кроме того я утроил патрули на улицах. Любого подозрительного прохожего, похожего на Шестича схватят.
   - Значит, ещё один довод в пользу воеводинского заговора. - заключил король. - Не ожидал я от них такого... Не ожидал. А вам, Иштван, объявляю выговор! Тайная Стража работает из рук вон плохо. Всё могло быть раскрыто гораздо раньше! Гораздо! И Юна была бы жива! Это ваш промах, Иштван. Если не найдёте всех виновных и не подадите мне на блюдечке всех "Свободников", поселитесь в тюремной башне вместо них! - сейчас король был зол. - Пусть приведут Томашевича.
   Томашевича привели вскоре. Конвой составляли четверо стражников. Учитывая общее мнение, будто один воеводинец в бою стоит пятерых, такая охрана могла оказаться недостаточной. Томашевич был строг и спокоен. Казалось, он не замечал своих конвоиров. Шел строевым шагом. Оказавшись в пяти шагах от короля, маршал чётко остановился, резко склонив голову и сделал рукой короткий жест точно снял шлем. Это было обычное воеводинское приветствие.
   Маршал открыл было рот для доклада, но вовремя спохватился - арестованный должен молчать пока с ним не заговорят. Совет перед ним был равносилен суду, ибо в Истрии людей его ранга мог судить только такой военный совет во главе с королём.
   - Вам известно, в чём вас обвиняют? - спросил король.
   - Приблизительно, Ваше Величество. - ответил Томашевич. - Мне нужны объяснения, но я не смею их требовать.
   - Вы обвиняетесь в государственной измене, сотрудничестве с раскольничьей бандой и... - тут король запнулся, но быстро справился с собой, - и в организации покушения на принцессу Юну.
   - Только обвиняюсь или виновен? - уточнил Томашевич с горькой усмешкой.
   - Доказательств у нас достаточно. - ответил король. - Иштван, повторите всё.
   - Стрелок Петер из охраны принцессы, следовавший с ней в Ревель сообщил следующее: на постоялом дворе в деревне Бран воеводинские
гвардейцы, также находившиеся в его отряде, Радко и Милко Томашевичи, родные племянники Маршала Томашевича, вместе с тремя неизвестными, предположительно сельджуками, напали на принцессу. Но по несчастливой случайности в это самое время деревню Бран, так же как деревни Галац и Мемель атаковали драконы. На пепелище постоялого двора, то есть на месте преступления обнаружены три ятагана, четыре меча, два из которых - воеводинские, а также части доспехов и шлемы. Два шлема принадлежали гвардейцам Радко и Милко Томашевичам. Останки тел опознать невозможно - всё сгорело. Уцелели только металлические предметы. Но они лишь подтверждают показания свидетеля. - Иштван замолчал.
   - Хотел бы я ещё раз заглянуть в глаза вашему свидетелю. Либо он лжёт, либо ему с перепугу показалось невесть что. Я более чем уверен, что мои племянники погибли, защищая принцессу!
   Иштван и бровью не повёл.
   - В ночь перед отъездом принцессы они были на дежурстве, верно? - уточнил он.
   - Не совсем. Их сменили в полночь.
   - А утром я попросил вас отрядить двоих гвардейцев в охрану принцессы. Вы назначили своих племянников. Почему именно их?
   - Потому, что они хорошие гвардейцы.
   - А остальные четыреста девяносто восемь - плохие? - усмехнулся Иштван.
   - Нет. И я больше не собираюсь объяснять свой выбор. Охрана была слишком малочисленна. Почему? Этот вопрос уже к вам. Вы всё уже решили без меня. Выкладывайте, Иштван, что ещё? За одно и того сержанта приведите - хочу заглянуть в его глаза.
   - Сержант был убит час назад, если вы ещё не знаете. Убит вашим гвардейцем Стояном Шестичем.
   - Я не верю! - воскликнул воеводинец. - Шестич не глупец, чтобы подставлять гвардию. Мои бойцы не убийцы, а воины. Но сержанту вашему так и надо. Он сполна получил за свою трусость и ложь!
   - Убрав свидетеля, вы только навредили себе. - тихо заметила Тимо.
   - Ну и, наконец, эта записка, захваченная у связного "свободников". - Иштван протянул Томашевичу записку. - Узнаёте почерк?
   Томашевич удивлённо вздёрнул густые брови.
   - Почерк похож, но я этого не писал. Здесь даже ошибка в слове братьев. Я пишу куда грамотнее. Это подделка! Ваше Величество, - обратился он к королю, - Всё это клевета, неужели вы не видите, сколь абсурдны доказательства? Я не связан со "свободниками" - это всего лишь горстка жалких предателей, которых скоро переловят! - голос его гремел. В нём слышалось отчаянье и горечь, но не мольба. Воеводинец не просил пощады - этого он не умел.
   - Довольно, Томашевич! - Воскликнул король и по его глазам воеводинский маршал понял, что судьба его уже решена и ничто не изменит это решение. - Я верю имеющимся доказательствам. Что у тебя против них? Слова?
   - Значит, слово подозрительного сержанта весит больше слова старого
маршала? Вспомните Эзель, Ваше величество! - вмешался Нарвик.
   - Это было почти двадцать лет назад, Нарвик, - возразил Ольгарт, - люди меняются и времена меняются. Я давно чувствовал недоверие к нему, но считал это вздором. Теперь я понял, что чувствам стоит доверять. Томашевич, - король повернулся к воеводинцу, - вам ещё есть что сказать в свою защиту?
   - Нет, мой король. Я вижу, вы с Иштваном уже все решили. Вот только не могу понять, Имре, зачем? Сейчас вы играете на руку тем же "свободникам". Вы раскалываете страну! Неужели одна зависть к славе моей гвардии побудила вас к этому? - Тут он стянул с руки кожаную перчатку и бросил её Верховному Маршалу, - Я готов в честном поединке доказать свою невиновность, ибо задета не только моя честь, но и честь моей гвардии. Да будут справедливы Небеса!
   Все замерли. Иштван побледнел. Тут его взгляд встретился с божественным взором бездонных очей королевы. Медленно он поднял со стола перчатку, принимая вызов.
   - Ваше Величество, - произнёс он, обращаясь к Ольгарту, - только вы в праве назначить место и время поединка.
   Запретить поединок король не мог. Законы рыцарства были выше его. Значит поединку быть.
   - Завтра в полдень. На Большом Ристалище. Биться будете копьём и мечём. - произнёс он. - Да свершится Суд Небесный! Стража, увести арестованного!
   В воздухе повисла тяжёлая тишина, которую нарушали только гулкие шаги Маршала Воеводины и его конвоиров. Дверь закрылась за ними и всё стихло.
   Наконец молчание нарушил Маршал Нарвик.
   - Кажется, самое время вспомнить ещё об одной беде, постигшей наше королевство. Три деревни атакованы драконами. Вот уже около двухста лет о них только легенды рассказывали. До вчерашней ночи считалось, что они истреблены.
   - Вот и займётесь ими, Нарвик. Собирайте свои готландские дружины и охотьтесь на драконов. А граф Тиль позаботится о защите столицы.
  
  

ГЛАВА VI

   На рассвете Рико выехал. При утреннем свете он верно сориентировался на лесной тропе и выехал к деревне Бран. Увиденное поразило рыцаря. Это напоминало войну.
   В памяти всплыло что-то из далёкого детства. Вот он совсем маленький бежит по двору своего замка. Так же воняет дымом. Сколько ему тогда было? Кажется шесть. Циньское войско осаждало его дом. Он уже не помнил, что голодал и пил плохую воду - дети мало обращают на такое внимание. Но он помнил, как горел замок. Как на стене, куда он убежал от няни увлекаемый мальчишьим любопытством, падали сраженные стрелами бойцы. Одна горящая стрела ударилась о стену и разлетелась в щепки прямо возле него, а другая вонзилась в горло огромному рыжему солдату. Тот хрипел, оседая на землю. У него было страшное лицо. Это и напугало маленького Рико. Это была смерть. Не красивая гибель рыцаря в бою с драконом, описанная в сказках, а настоящая, с искаженным лицом и потухшими глазами. Вдруг чьи-то большие сильные руки схватили его, кажется, крепко шлёпнули по мягкому месту и унесли прочь. Потом плакала мать и сквозь слёзы тихонько ругала его. Он почему-то вспомнил себя не скачущим на поле боя бесстрашным горячим шестнадцатилетним мальчишкой (у которого силы больше, чем ума), рассекающим острым мечём головы в пестрых тюрбанах. Он вспомнил себя маленьким и слабым крохой, прижимающимся к большому, пропахшему потом и дымом плечу бойца, выносящего его из боя. Он даже не знает, кто это был. Просто воин-защитник. И он должен быть таким. Наверное этим воином чувствовал себя Рико, когда нёс на руках бесчувственную таинственную девушку.
   Сейчас рыцарь твёрдо решил найти дракона и отучить его жечь беззащитные деревни.
   От Брана прямая дорога вела уже в Лофотен. Северные Ворота города были закрыты. Пришлось сделать небольшой крюк и въехать через Восточные. В городе творилось нечто странное. Улицы были почти пусты. Все торопились куда-то, как показалось Рико, в центр. Наконец он спросил у прохожего, по виду небогатого купца, что происходит. Тот и объяснил: все торопятся на Большое Ристалище, где произойдёт поединок между двумя маршалами: Томашевичем и Иштваном. Это было интересно уже потому, что родственников Томашевича обвиняют в нападении на принцессу. Люди наверняка будут об этом говорить и есть неплохой шанс узнать что-нибудь полезное. Широкая и прямая, мощёная булыжником улица вывела его к огромной площади, заполненной народом. На противоположном конце расположился большой дворец. "Ратуша", - решил Рико. Дворец был в меру роскошен, белого камня. На первом этаже вместо окон чернели бойницы, выше - все окна стрельчатые и, насколько смог разглядеть чухонец, с витражами и ажурными решетками. В центре располагались балконы, украшенные причудливой лепкой. Похоже, этажей было три. По краям здания высились две башни с остроконечными крышами. Над правой башней развевалось знамя Воеводины - алое полотнище с серебряным барсом, над левой - знамя Готланда - синее полотнище с золотым орлом. Над основным зданием развевалось знамя Истрии - желтое полотнище с зелёным драконом. "Надо же, сколько чести этой подлой твари" - удивился рыцарь. Однако людей становилось всё больше и Рико пришлось спешиться и оставить коня у ближайшей коновязи. Пробираться сквозь толпу к центру площади оказалось занятием нелёгким, однако чухонцу это удалось, ибо его немалый рост и нехрупкое сложение, а также боевое снаряжение заставляли людей уступать дорогу.
   Большое Ристалище располагалось перед главными воротами городской ратуши. Балкон второго этажа был украшен цветами и флагами. Там и устроились со своей свитой король и королева. Даже издалека красота Тимо поразила Рико, однако не настолько, чтобы он забыл свою прекрасную даму Кайсу. Король же наоборот, показался чухонцу бледным и ничем не примечательным.
   Внезапно толпа затихла. Ворота "воеводинской" башни открылись и под звуки труб на арену выехал рыцарь в алом сюрко с изображением барса на груди. Голову его венчал островерхий шлем. Лицо с густыми черными усами оставалось открытым, лишь нос прикрывала позолоченная пластина. Затылок и шею защищал то ли кольчужный капюшон, то ли бармица - сложно разглядеть. Такой шлем был диковинкой для чухонца и сразу выдавал в своём хозяине воеводинца.
   Едва смолкли трубы, герольд громко объявил:
   - Маршал Воеводины Воислав Томашевич суда Небес возжелавший!
   Опять заревели трубы, и из противоположного конца ристалища показался могучий всадник на таком же могучем коне. На нём была желто-зелёное сюрко, а голову защищал обычный "топхельм" с роскошными перьями. Герольд объявил:
   - Верховный Маршал Истрии Имре Иштван, вызов на поединок принявший!
   Обоим воинам подали копья и они разъехались каждый в свой конец поля. Рико с сомнением посмотрел на некрупную фигуру Томашевича и его тонконогого стройного скакуна. Иштван был немногим большего роста, чем его противник, но зато казался куда шире и мощнее, а особенно усиливал это впечатление его богатырь конь. Оба всадника замерли, подняв копья. На солнце сверкали их острые наконечники - это был смертный бой. Затем герольд объявил правила поединка. На копьях будут драться, пока хотя бы одно копьё не преломится или один из всадников не упадёт. Тогда можно начинать поединок на мечах. Поединок будет закончен лишь когда один из противников умрёт или попросит пощады. Наконец со своего места поднялся король.
   - Томашевич! Это ваша единственная возможность доказать свою непричастность к заговору против короны. Если вы невиновны, Небеса помогут вам победить. В ваших руках, Иштван, суд человеческий. Да решат наш суд Небеса справедливо! - с этими словами король вынул из ножен меч и взмахнул им.
   Всадники, опустив копья понеслись друг на друга. Через несколько мгновений послышался жуткий треск. Оба копья вонзились в щиты. Оба копья сломались. Оба всадника покачнулись в седле, но удержались. Оба, проехав несколько шагов, обнажили мечи. Похоже, пока ни один из них не пострадал. Толпа загудела, но трудно было понять, кто ей более симпатичен.
   Иштван и Томашевич скрестили мечи. Разбитые щиты им пришлось отбросить. Когда противники сшиблись на копьях перевес был у Иштвана - он тяжелее. Но сейчас трудновато ему приходилось.
   Однако что это? Благородный скакун хромает? Чухонец пригляделся и обнаружил, что конь Томашевича ранен. Видимо, когда копья разлетелись, крупная щепка поразила незащищённую грудь животного. Лошадь Иштвана была в кольчуге.
   И всё же раненый конь держался, наверное, с четверть часа, пока вдруг не споткнулся и не рухнул вместе со всадником. При таком падении тяжёлое животное могло запросто покалечить или хотя бы сильно придавить воеводинца. Но то ли ему повезло, то ли он ловко сгруппировался - через считанные секунды Томашевич стоял уже на ногах и поджидал Верховного маршала. Всё это под удивлённые возгласы толпы. Истрийские солдаты кричали "Добивай красного!" - явно болели за своего начальника. А вот красных сюрко воеводинцев не видать. Рико ещё не знал, что их не выпускают из казарм. Не знал он и того, что ищейки Тайной Стражи шныряют в толпе в поисках гвардейца Шестича.
   Иштван тем временем подлетел к Томашевичу, конь его взвился на дыбы и на воеводинца обрушился страшный удар, усиленный весом коня. Только удар этот не достиг цели - Томашевич отпрыгнул в сторону и молниеносным движением перехватил руку врага, увлекая его на землю. Иштван, не готовый к такому приёму кулём повалился вниз, выронив при этом меч. Томашевич отскочил и позволил противнику поднять оружие - не хотел нападать на безоружного, хотя в данном поединке это разрешалось.
   Было очень жарко. Непривычный к такой жаре северянин Рико обливался потом и представлял себе каково сейчас дерущимся. В тенёк бы да студёной родниковой воды. Но бой продолжался. Оба рыцаря, казалось ничуть не устали. Поджарый воеводинец показывал чудеса ловкости. Но и Иштван не уступал ему. Таких частых ударов мечём Рико ещё не приходилось видеть. Трудно было понять, кто наступает, а кто защищается - столь равными были противники. Поединок затягивался, и солнце пекло всё жестче. Те кто стоял ближе к сражающимся видели, как с длинных усов Томашевича капает пот. Как Иштван не задыхается в своём "горшке" было вообще непонятно. И тут воеводинец нанёс сокрушающий и быстрый удар по шлему противника. Шлем треснул и смялся, а сам Верховный Маршал отлетел шагов на пять и начал пятиться ползком, мотая головой и пытаясь сбросить разрубленный "горшок". Томашевич медленно наступал. Если бы Рико оказался на месте Иштвана, то увидел бы как горят чёрные глаза горца - казалось, вот-вот вспыхнет сталь от этого взгляда.
   - Признай свою ложь, Иштван, и я пощажу тебя! - прокричал он, тяжело дыша.
   Но в этот момент произошло нечто странное: яркий луч ударил в глаза воеводинцу (правда луч этот никто из зрителей не увидел). Иштван вскочил, словно и не получал оглушающего удара. Томашевич успел отскочить от солнечного зайчика, но, потеряв выгодную позицию, отразить меч Иштвана уже не смог. Однако не упал. Только сюрко у него на животе начало быстро темнеть. Воеводинец словно бы не замечал этого. С воинственным кличем он снова атаковал.
   Теперь Воислав не столько стремился отразить меч Иштвана, сколько поразить его самого. Маршал повидал достаточно ран, чтобы понять: смертельную уже получил. Он дрался не за свою свободу, жизнь и честь. Его кровь и кровь Иштвана должны смыть позор и клевету с его гвардии, с его родины, с его погибших племянников - сыновей его брата, сыновей женщины, которую он будет любить до последнего вздоха. Но происходило нечто странное - Томашевич чувствовал, как меч его бесшумно отскакивал от тела врага, не причиняя тому ни малейшего вреда. Вокруг же воеводинца земля обагрялась кровью. В конце концов он получил удар по правой руке, кисть беспомощно повисла и выронила меч. И всё равно Томашевич не растерялся: уклонившись от клинка противника, он здоровой левой рукой перехватил его руку и хитрым приёмом с подножкой повалил Иштвана на землю.

0x01 graphic

  
   Они боролись на земле, катаясь и оставляя кровавые следы на белом гравии. Во время турнира столь яростной схватки не увидишь. Зрители замерли. Наконец Иштван подмял под себя ослабевшего воеводинца, оглушил его тяжёлым кулаком, вскочил, схватил меч и приставил его к горлу побеждённого. Но Томашевичу было уже всё равно. Сердце Маршала Воеводины больше не билось.
   Едва Иштван поднял руку вверх в знак победы, как королева ни с того ни с сего упала в обморок.
  
   Вечером схватили Шестича. Ему нечего было сказать - столь невероятным было обвинение. Но не мог он назвать истинную причину своей самоволки. Обидно, конечно, но сам виноват - не то время выбрал для дел сердечных. И не мог он оправдаться, не мог подставить ту у которой был во время убийства. А она и не узнает ничего.
  

ГЛАВА VII

   Просыпаться было неприятно, но Юна ничего не могла с собой поделать. Чувствовала она себя преотвратительно: болела и стреляла голова, болели и пекли ожоги, но лицо немного "уменьшилось", губы стали лучше слушаться, а глаза -- шире открываться. Всё время что-то мешало, что-то раздражало. Так повернёшься - плохо, этак - тоже не сладко. И на душе тревожно. Что будет с ней? Что происходит в Лофотене? Вернётся ли чухонец и какие вести он принесёт. И главное: один ли он пожалует.
   Старушка разговорчивостью не страдала. Но и не спрашивала ничего. Только меняла повязки, мазала ожоги какими-то мазями, кормила бульоном из птицы или зайчатины да травяными отварами.
   Огромный серый Оками, казалось, охранял её. За ним было любопытно наблюдать, и главное, он хоть немного отвлекал её от тревожных мыслей. Смотрел волк умным, понимающим взглядом, будто человек. Порой и движения и выражение мохнатой серой морды казались совсем человеческими. Хозяйку свою Оками понимал с полуслова. И ещё, словно охотничья собака, приносил из лесу зайцев. А то и птицу из какой-нибудь окрестной деревеньки. За птицу Убсу ругала, хотя и не слишком строго. Волк виновато поджимал хвост, виновато опускал чёрный влажный нос и прижимал уши, а глаза то озорные! Из коротких разговоров с ягой Юна узнала, что Оками не чистокровный волк - потому и домашний такой.
   Рико приехал после полудня. Юна слышала стук копыт и его голос. Но в землянку рыцарь долго не заходил. Убсу тоже не появлялась. "Секретничают без меня", - подумала принцесса. Тут дверь со скрипом открылась и в комнату зашла старушка, а за ней следовал чухонец.
   - Добрый день. - поздоровался он.
   - Правда? - недоверчиво спросила Юна. - Вы в Лофотене были, господин рыцарь?
   - В Лофотене. - подтвердил чухонец, - Кстати, меня Рико зовут.
   - Рада знакомству. Яна. - ответила принцесса, изменив своё имя. - Какие новости в столице?
   - Да новости разные. Нынче неспокойно.
   - А король что? - не удержалась она и поняла, что может выдать себя этим вопросом.
   - Да жив-здоров. А теперь расскажите всё, что помните о нападении на принцессу. - в лоб спросил Рико. - Вы были там, верно? Вы называли имя одного из гвардейцев, охранявших её.
   - Ну, была я там. - Юна дрожала. - Всё расскажу только королю или маршалу Томашевичу.
   - Разве только королю. - задумчиво произнёс Рико.
   - А что с Томашевичем?
   - Погиб он.
   Юна тихонько вскрикнула, в глазах блеснули слёзы.
   - Как? - прошептала она.
   Рико рассказал о поединке, опуская кровавые подробности, разумеется; о том, что в организации покушения обвинили "свободников" - борцов за независимость Воеводины; о том, что по показаниям некоего свидетеля напали на принцессу гвардейцы Милко и Радко Томашевичи - племянники маршала (при этих словах Юну затрясло); о том, что все гвардейцы нынче по приказу короля под стражей в своих казармах, а маршал Нарвик собрал готландские дружины и отправился на поиски драконов.
   Едва он замолчал, Юна вся скрючилась, зажмурилась, схватила руками голову, но тут же застонала, отдёрнула руки и наконец села. Рико и знахарка в недоумении глядели на неё. Хотя, кажется, они теперь догадывались, кто перед ними.
   - Я должна сейчас же ехать в Лофотен! - сказала девушка, давясь слезами. - Из-за моей трусости... Пока я отлёживалась здесь, погиб хороший человек. Я должна была сразу найти короля и всё ему рассказать! Томашевич на моей совести! Ребята отдали за меня свои жизни, а я струсила и погубила их дядю.
   - Тогда моя вина больше твоей. - старушка осторожно обняла девушку за плечи. - Я видела короля в Бране но не решилась привести его сюда. Уж слишком ты была напугана. Да и сомневалась я, что ты - принцесса.
   Юна вздрогнула
   - Что мне теперь делать? - прошептала она.
   - Ну, для начала не мешало бы рассказать о ночном пожаре в Бране.
   - Правда ли что на вас напали воеводинцы?
   - Нет. - Юна аж сверкнула глазами, - Из нападающих я видела только сельджука. Он явно собирался убить меня. И убил бы, не приди Милко на помощь. Сельджуков я видела двоих. Но после того, что вы рассказали, Рико, думаю им помогал стрелок.
   - С чего вы это взяли? - удивился Рико.
   - Сельджуков было двое. Стражей - тоже двое, причём один - гвардеец. А гвардеец в бою пятерых стоит. Ну не могли два сельджука сразу уложить двух неслабых воинов. А раз уцелевший стрелок солгал, да ещё и воеводинцев обвинил, значит был заодно с нападавшими. Это заговор. Говорите его убрали? Кому же нужны лишние свидетели.
   - И кто может быть во главе этого заговора?
   - Да кто угодно, Рико, - отмахнулась Юна, - Шпион, вельможи, Тимо, в конце концов. А отец сорвался видать. Если бы я отправила свою дочь, пусть
даже такую чокнутую, чёрт знает куда и по дороге её зарезали разбойники и сожрала чешуйчатая тварь. Даже не знаю... Пока он не наломал ещё дров, нужно увидеть его, всё рассказать. И остановить надвигающиеся беды. Я должна добраться до Лофотена, чего бы мне это не стоило.
   - Подожди хотя бы дня два-три. - возразила Убсу. Ты слишком слаба, тебя лихорадит. Пока не сильно. Но с ожогами не шутят.
   - Я мог бы рассказать о вас королю. - предложил Рико.
   - Не поверит. - вздохнула Убсу. - Ему не позволят поверить. Скажи, Юна, многие знали о твоём путешествии?
   - Не многие, но кому надо - узнали. Вообще путешествия такого рода держатся в тайне.
   - Предатель близок ко двору и имеет немалое влияние. А это, в свою очередь значит, что толку, Рико, от твоей поездки не будет. - заключила Убсу. - Юна поправится... - тут она осеклась, встретив раздражённый взгляд принцессы - или хотя бы окрепнет чуть-чуть, и тогда отправитесь вместе дней этак через пять.
   - Я не могу столько ждать! - воскликнула Юна. - Этого срока с лихвой хватит чтобы перевешать всех гвардейцев, раз уж кто-то за них взялся. И они пойдут на виселицу - если король прикажет! А потом война с Воеводиной. Да мне подумать страшно, какая каша заварится!
   - Не делай из муравья корову, дитя моё, - попыталась успокоить её яга. - ничего за этот срок не случится, и гвардию решится вешать только безумец.
   Юна хотела было возразить, но тут её в голову пришёл интересный план. Поэтому она не споря улеглась поудобнее и закрыла глаза.
  
   ...Тёмная тень бесшумно проскользнула из землянки к лошади, легко взобралась в седло. Конь не возражал и подчинился ночной тени. Они понеслись по лесной тропе, рассекая зелёные ветви. Завыл волк...
  
   Рико проснулся оттого что кто-то тряс его за плечи. В предрассветных сумерках разглядел маленькую сгорбленную старушку.
   - Просыпайся, рыцарь. Коня твоего угнали!
   Рико сел, пытаясь сообразить, в чём дело и разобрать, что сон, а что явь.
   - Эх ты, сторож, - продолжала Убсу. - Спит на дворе, а как принцесса коня его уводит не слышит. Признаться, мимо меня она тоже хорошо прокралась.
   - Ущипни меня или в морду дай. - попросил Рико всё ещё не веря в происходящее.
   Старушка схватила горшок с дождевой водой, стоявший рядом и плеснула в рыцаря.
   - Тьфу... проснулся, - затряс Рико головой но тут же вскочил на ноги. - кто украл моего коня?!
   - Юна. Сбежала. Давно сбежала, уже должна быть в Бране, если не заблудилась в лесу.
   - Hullu (сумасшедшая - фин.) - пробормотал Рико, - Как же я проспал её? Соня! Болван! Ну почему я так крепко сплю?!
  -- Следом отправишься, - поняла яга. - Умойся хоть и поешь.
   - Умылся уже, - усмехнулся Рико, приглаживая мокрые кудри. - А завтракать некогда. Ну почему я коня не расседлал?
  -- Полно сокрушаться. - бросила яга, исчезая в землянке.
   К счастью, навьюченные на коня сумки лежали у стены. Здесь же были щит и шлем. Шлем чухонец надел на голову, по щиту только хлопнул ладонью - перегружаться ни к чему. Взял лишь сумку с лекарствами - Юне могут пригодиться.
   - Возьмёшь лепёшек и флягу с водой. - прокряхтел за спиной голос яги. Рико аж подпрыгнул. В который раз он удивился её умению бесшумно передвигаться. Сразу видно бывшего опытного воина.
   Яга протянула чухонцу свёрток и тяжёлую флягу. Рыцарь поблагодарил Убсу за заботу, опустил свёрток с лепёшками в сумку с лекарствами, а флягу приладил к поясу и быстрым шагом отправился в путь.

ГЛАВА VIII

   Бран Юна объехала стороной - незачем обнаруживать себя раньше времени. Было страшно. Силы таяли, а поводья она с трудом удерживала в забинтованных руках. Страшно было не доехать, не остановить беспорядок. Стоило вспомнить гибель Милко и Юне становилось горько до тошноты. Да и маршала жалко - это был хороший, надёжный человек. Единственный, кто осмелился выступить в защиту её матери и за это оказался в опале. Он учил принцессу драться и ездить верхом. Может, если бы не его уроки, дымился бы её разрубленный череп на пепелище Брана. А теперь его так подставили. И всё же он погиб с честью, как подобает настоящему воину. Почему же победил Иштван - он никогда не блистал мастерством в бою. Случай? В Суд Небес Юна не очень то верила. Уверена была в одном: расскажи она всё отцу сразу же после пожара, Томашевич остался бы жив, и начались бы поиски подлинных преступников. Но она смалодушничала. Ведь не простая же девчонка, а принцесса, будущая королева. За неё уже погибли люди, а достойна ли она? Сейчас от неё зависит судьба её родины, тысяч людей.
   Иногда хотелось слезть с коня и лечь, спать, забыться, или вернуться к Убсу. Девушка, пусть даже принцесса не обязана нестись через весь лес из последних сил. Отлежись она до выздоровления, никто не осудит, даже если из-за её бездействия прольются реки крови. Но она так не может... От своей совести не убежишь: она сама себя осудит и сама себя не простит. Почему большинство дам и принцесс гордятся пролитой за них кровью? Чем здесь гордиться? Тем что рыцари (те ещё умники) ломают копья и кости за прекрасный взор их пустых очей? Твари бездушные! Почему большинство без тени сомнений, без угрызений совести готовы посылать людей на смерть за свои интересы, за свою славу, за свой каприз? Тебе надо - ты и воюй! Меч в руки и вперёд! Мы не всегда вправе распоряжаться своей жизнью. Так вправе ли мы распоряжаться чужими?
   И Юна мчалась в Лофотен невзирая на слабость, лихорадку и боль.
   Не доезжая до ворот, принцесса спешилась и отпустила коня дабы не привлекать излишнего внимания (конь-то породистый и приметный) и натянула на голову капюшон плаща.
   Стражники смерили её подозрительными взглядами. Не хватало, чтоб ещё остановили. Но не она одна заходила в город через эти ворота.
   В Лофотене жизнь кипела, как и прежде. Однако в воздухе висело ощущение тревоги. И число солдат на улицах увеличилось. Изредка мелькали даже синие сюрко готландцев. Но ни одного гвардейца.
   Идти становилось тяжело, ноги казались ватными. Было жарко, но Юну бил озноб. А цель так близка! Пусть она свалится мёртвая у ног короля, но зато расскажет правду и спасёт страну от грядущих беспорядков.
   Ворота замка были открыты как обычно. Но вместо положенных четырёх стражников стояло шестеро. Лица четверых показались Юне немного знакомыми. Но это ничего не меняло. В замок так просто не пройти, тем более стражу усилили неспроста. Не узнают её солдаты даже без бинтов на лице. Примут за сумасшедшую или шпионку. Вот и всё. Даже домой к себе пройти не может.
   Юна беспомощно опустилась на землю и вдруг почувствовала: ещё минуту посидит - больше не поднимется. Надо пробиваться. Принцесса встала и решительно (так ей казалось) двинулась к воротам.
   Пожилой стражник встал на её пути.
   - Далеко собралась, девица? - строго но спросил он.
   - Я иду к тётушке - поварихе Лайме, - на ходу придумала юна. Из Брана. У меня кроме тёти никого не осталось.
   Пожилой солдат посмотрел на неё с сочувствием. Под капюшоном он увидел бинты.
   - Обгорела? - спросил он мягче.
   - Что там, Якоб? - вмешался молодой лейтенант-тайностражник, приближаясь к ним.
   Якоб повторил ему сказанное Юной. Лейтенант изучил её подозрительным взглядом. Он был старше юны лет на пять, не более. И в его слегка надменном взгляде читалась та непоколебимая строгость, то рвение, которое выдавало образцово-показательного и исполнительного офицера. Слишком исполнительного и слишком подозрительного.
   - В замок лиц без пропуска или пароля пропускать запрещено. - строго отчеканил лейтенант.
   - Но мне больше некуда идти. - в отчаянии прошептала Юна. Достаточно было загляуть лейтенанту в глаза, чтобы понять - не пропустит.
   Не говоря ни слова принцесса развернулась и нетвёрдо зашагала прочь от ворот своего дома. Сил не было. По краям дороги, ведущей к воротам стояли невысокие тумбы. Юна села на нагретую солнцем брусчатку, прислонившись спиной к одной из них. Как же противно на душе. Как тяжело быть совсем одной. И как замучила боль. Она раздражает, не даёт покоя, она мешает и вселяет отчаянье. Уснуть бы, чтоб заглушить эту боль, да не получается - боль же и мешает. Хочется просто ныть от беспомощности. Даже умереть хочется...Нет, умирать не хочется - жалко. Всё рано или поздно проходит. Трудно терпеть, но хочется жить. Нужно жить.
   И тут послышался цокот копыт. Из ворот замка выезжал отряд солдат. Во главе скакали король, королева и Иштван. Юна вскочила. Силы вернулись. Она встала посреди дороги.
   Лошадь ехавшего впереди Иштвана взвилась на дыбы. Король взмахнул рукой, приказывая отряду остановиться. Юна не сдвинулась с места.
  -- Прочь с дороги, сумасшедшая! - заорал Иштван.
   - Мне нужно поговорить с королём! - твёрдо произнесла принцесса и сама удивилась, насколько чётко и громко прозвучал её охрипший голос.
  -- Что тебе нужно от короля, безумная? - спросил Ольгарт.
  -- А то, что я не сгорела в Бране, отец. И воеводинцы не предавали.
   Король побледнел. Побледнели и Иштван с королевой. Юна сбросила капюшон.
   - Я немного обгорела. Отец, это заговор. Вы в опасности!
   - Юна? - Прошептал король в оцепенении.
   - Ваше Величество, это не Юна! Даже голос другой! - вмешался Иштван. Вы же сами видели - она погибла.
   - Заткнись, Иштван! - приказала Юна. - Надышись дыма и я тебя послушаю. Может это твои солдаты предали? Отец, почему вы молчите? Не узнаёте меня? Тогда прикажите снять бинты - у меня нет ножа чтобы разрезать их.
   - Ольгарт, это не Юна. - вмешалась Тимо, - ваша дочь выше ростом, и походка у неё другая. Это самозванка, иначе она бы не прятала лицо.
   - Я же попросила, срежьте повязки. - оборвала её Юна. - Что Тимо, не хочешь моего возвращения?
   - Замолчи, безумная девчонка! - воскликнул король. - Ты не моя дочь.
   Юна остолбенела. Повисло тяжёлое молчание. Наконец она неловко, вскрикивая от боли стала срывать бинты с лица. И все увидели страшные волдыри и раны на лбу и распухшей левой щеке. Бровей и ресниц не было, правую щёку "украшала" большая ссадина. И всё равно её должны были узнать.
   Но никто не узнал.
  -- Хорошая маскировка. - усмехнулся Иштван.
   - Я не знаю, кто ты, но как ты посмела назваться именем моей дочери и сейчас дерзить королеве и Верховному маршалу! - воскликнул Ольгарт.
   Не узнал. Никто её не узнал. Но почему? Неужели она так обезображена? Почему у отца такой затуманенный взгляд? А Тимо ликует. Вот она узнала. И Иштван напуган. Всё понятно. Уберут. Всё понятно...
   Юна беспомощно села на дорогу.
  -- Взять её! - приказал Иштван. - В темницу.
   Двое солдат в серых сюрко с красными значками в виде щитов, означавшими их принадлежность к Тайной Страже, спешились, подошли к принцессе и подняли её под руки. Но она потеряла сознание и им пришлось её нести, взяв за плечи и ноги.
   - Ваше величество, - обратился Иштван к королю, когда Юну унесли с дороги и отряд двинулся дальше. - Завтра казнь Шестича. Может и эту с ним за одно.
  -- Казнить девчонку... - задумался король. - Нет, жестоко. Лучше в темницу. И заодно разузнайте, кто её подослал.
  -- Будет сделано, мой король. Я лично допрошу её.
  -- Только не вздумай пытать. Если умрёт в твоих застенках, получишь.
  
   На допросе Юна молчала. Ей нечего было сказать. Она даже не плакала, а молча ждала, когда её прикончат.

ГЛАВА ІX

   Радко, оставшись в харчевне с сержантом и вторым арбалетчиком, устроился на лавке поудобнее и задремал. Глаза оставались открытыми. Спать так его учили в гвардии. С одной стороны он отдыхал, однако при этом всё видел и слышал - размыто, издалека. Но любая замеченная опасность моментально будила его. А расположился он грамотно: под наблюдением оказалась дверь на лестницу и, что очень удачно, на стене второго этажа он узнал тени Милко и арбалетчика - так что комната Юны была тоже в поле его зрения. При этом хорошо была видна кучка сельджуков, занимавших столик напротив. Их было четверо, и похоже, все пьяные.
   Через какое-то время сельджуки затянули гортанную песню. Трудно было понять фальшиво или правильно пели, но мелодия резала ухо.
   Около полуночи певцы поднялись со своих мест и шатаясь направились на лестницу. Это насторожило Радко. Он вскочил словно и не спал вовсе и пошёл за шатающейся компанией. Следом за ним поднялись и арбалетчики.
   Сельджуки направились к лестнице и пьяными уже не казались. Это Радко совсем не понравилось.
   - Эй, ребята! - окликнул он их по-сельджукски, - Вас там корчмарь зовёт!
   Двое обернулись и, обнажив ятаганы, бросились на воеводинца. В этот же миг что-то остро резануло спину. Удар сзади заставил его покачнуться. Но гвардеец уже выхватил меч и повернулся боком к сельджукам и ударившему в спину. Это стрелял сержант-арбалетчик! И он, бросив уже бесполезный в схватке арбалет, наступал. Второй истриец стоял в замешательстве.
   - Милко! Измена! - закричал Радко и ринулся в бой. Растерявшийся арбалетчик наконец сделал выбор и бросился на сельджуков. Но толку от этого оказалось немного. Не желая связываться с воеводинцем, сержант двумя ударами расправился со своим подчиненным и исчез, оставляя сельджуков разбираться с Радко самостоятельно.
   Томашевич успел ранить одного сельджука, но с ним самим что-то было не так. Двигаться стало больно и Радко почувствовал, что слабеет. Наверху звенели мечи: Милко тоже дрался с нападавшими.
   Гвардеец, наконец, прикончил одного разбойника. Противники оказались не из лёгких. Второй успел дважды ударить воеводинца в плечё и ногу, прежде чем отправился к своим чертям.
   Радко бросился к лестнице, отмечая про себя невесть откуда взявшийся дым и непонятный шум в корчме. Но мысли его занимали Юна и Милко. Ступеньки давались тяжело. И тут он получил сильнейший удар в голову. Раздался тонкий протяжный и пронзительный звон. Воеводинец тяжело рухнул с лестницы.
   Очнулся он от удушья. С трудом открыл глаза и ужаснулся: трещала объятая пламенем лестница. Горели стены, а второго этажа просто не существовало - только море огня и чернота неба в проломах.
   С трудом, превозмогая боль он поднялся на ноги и закричал:
  -- Юна! Милко!
   В ответ ничего кроме гула. С грохотом обрушилась лестница. Живых на втором этаже быть уже не могло.
   Прихватив валяющийся рядом ятаган (искать меч времени не было), Радко хромая выбежал наружу. Плащ на нём загорелся и пришлось его сбросить. Шлем потерялся видимо ещё во время падения...
  
   Очнулся Радко утром уже в лесу. В чувство его привёл муравей, пытавшийся заползти в нос. Чихнуть нормально не получилось, но букашка от своих коварных замыслов отказалась. Воеводинец попытался перевернуться на спину и вскрикнул, едва снова не лишившись чувств - из спины торчал обломок болта, предательски выпущенного сержантом Петером.
   А силы снова начали таять. Кружилась голова.
   Гвардейцев учили многому. Они были не только мастерами рукопашного боя и хорошими стрелками, но ещё умели скрытно действовать в любой безлюдной либо населённой неприятелем местности: будь то горы, лес, пустыня или степь. Обучались гвардейцы и медицине. Каждый воеводинец должен был уметь помочь как раненому товарищу, так и самому себе если рядом никого не оказалось. Местность Радко знал превосходно - не прошли зря многократные учения во всех концах страны.
   Поэтому перевязав свои раны и ещё немного отдохнув, гвардеец решил идти в Лофотен. Он не знал, спаслись ли Юна и Милко, и сможет ли кто-нибудь кроме него поведать королю об измене. Но сперва следовало заглянуть в Бран. Вдруг Юна там.
   До деревни добрался уже затемно. Воздух всё ещё был пропитан запахом гари и дымом. Люди разгребали завалы. И тут внимание его привлёк разговор нескольких мужчин, разбиравших развалины большого дома.
   - А принцессу-то жаль. - сказал один. Лица его в тени Радко не разглядел.
   - Да уж, свои же охранники воеводинцы напали. - ответил другой - коротышка, стоявший спиной к Радко. От этих слов гвардейцу стало дурно.
   - Брешут. - возразил первый. - Воеводинцы королю вернее сторожевых собак.
   - Неа, не брешут. - вмешался третий. - Сам слышал, как король пообещал ими заняться.
   - И я слышал. - подтвердил коротышка.- Маршалу ихнему теперь достанется. Говорят, то его сыновья были.
   Радко бросило в жар, ноги явно собирлись подкоситься. Юна погибла! Король уже побывал здесь. Во всём обвинены он и Милко! Это заговор!
   Из дальнейшего "путешествия" по деревне Радко узнал, что и Юна и Милко и даже он сам - сгорели. Однако появление дракона куда больше волновало людей. Из деревни пришлось уходить. Во-первых гвардеец смертельно устал, а во-вторых он едва не нарвался на разъезд тайностражников.
   Проснулся посреди леса почуяв тёплое дыхание на своём лице. Потом что-то влажное и мохнатое ткнулось в его щеку. Это не был человек. Радко открыл глаза и встретил тревожный взгляд больших карих лошадиных глаз.
   - Сивко! - вырвалось у него.
   Благородный скакун заржал - он наконец то нашёл своего хозяина.
   Это облегчило задачу. Теперь Радко не нужно было идти пешком, тратя и без того тающие силы. С трудом вскарабкавшись на коня, гвардеец поскакал к дороге на Лофотен...
  

ГЛАВА X

   ...Не прикончили. Юну разбудили. Утро то было или вечер она не знала так как в темнице отсутствовали окна. Разбудивший её стражник извлёк из кармана моток бинта и молча принялся забинтовывать принцессе лицо. Затем он помог ей встать и повёл по тёмному коридору, придерживая за правое плечё, слева шел второй стражник. Коридор был совсем коротким и, сделав всего шагов пять, Юна споткнулась о притаившуюся в тени ступеньку. Стражники поддержали её.
   - Не ведите меня, словно я в кабаке перебрала. - отстранила их принцесса и сама удивилась своей грубой шутке. - Сама дойду до виселицы.
   Дверь над лестницей открылась, и девушку ослепил дневной свет. С трудом она преодолела последние ступеньки и оказалась во дворе. Было утро.
   Её ждал отряд бойцов Тайной Стражи и арбалетчиков во главе с молодым рослым капитаном, который пристально изучал её. Конвой построился перед воротами, Юну поставили в его центр. Стражники подошли к ней с верёвками - конвоируемым требовалось связывать руки. Юна вздрогнула - руки и без пут ныли.
   - Не нужно. - остановил их офицер. - Её руки и так достаточно связаны.
   Принцесса с благодарностью взглянула на тайностражника: не ожидала, что пожалеет. И лицо знакомое. Во дворце его видела что ли. Он смотрел с сочувствием, которого глупо ждать от человека его звания. Оказывается и у тайностражников есть сердце.
   Ворота открылись и колонна медленно двинулась в путь. Когда миновали ворота замка, Юне стало ясно, что ведут её вовсе не на городскую площадь, а в сторону противоположную. "Серая Башня", - поняла принцесса. На окраине города, окружённая армейскими казармами возвышалась круглая башня из серого гранита - мрачная и жуткая тюрьма, откуда живым ещё никто кроме тюремщиков не возвращался. Сбежать оттуда было невозможно.
   До тюрьмы оставалось уже немного: в конце улицы виднелась башня. Но когда середина колонны поравнялась с небольшим узким переулком, из него выскочил словно из-под земли выросший рыцарь в белом сюрко. Одновременно с ним с противоположной стороны на конвой налетел всадник в чёрном плаще. Они разметали охрану и "белый" нагнувшись, одним движением подхватил Юну и усадил перед собой. Принцесса испугалась, но узнала в рыцаре Рико. В этот момент они, едва не столкнувшись с "Чёрным всадником", уже неслись в тёмный переулок.
   "Чёрный" резко осадил и развернул коня, рубанув нескольких опомнившихся и уже нападавших стражников, и не связываясь дальнейшим боем, бросился за Рико.
   Чухонец на скаку прикидывал, как им выбраться к Восточным воротам - город он знал неважно. И хотя, ещё наблюдая за конвоем от самых стен замка наметил пути побега, сейчас понял, что скачет в неверном направлении.
   Вдобавок их догонял на быстроногом поджаром южном скакуне "Чёрный всадник". Преследователи были ещё далеко. В руке "Чёрного" сверкнул ятаган.
   - Отпусти принцессу! - закричал он. - Не то я отобью её!
   - И всех нас схватят! - крикнул Рико, понимая, что меч вытянуть не сможет - одной рукой держит совсем обессилевшую девушку, другой управляет конём.
   Но тут положение спасла Юна. Взглянув на "Чёрного" она радостно закричала (не очень громко, правда):
   - Радко! Жив! Стой! Он мой друг!
   Сделала она это вовремя - ещё миг, и ятаган воеводинца рубанул бы Рико по затылку.
   - Юна! Вы в порядке? - спросил он поравнявшись с принцессой.
   - Да!
   - Раз ты тот самый Радко, выведи нас из этого проклятого города, а то я могу заблудиться! - вмешался Рико.
   В воздухе прожужжали болты.
   - За мной! - приказал воеводинец.
   Город он знал превосходно, так что к воротом они выскочили внезапно, и далеко оторвавшись от погони. Но главное: ворота ещё не успели закрыть. Всадники вихрем пролетели мимо опешившей стражи и понеслись в лес. Снова вслед им зажужжали болты, однако арбалетчики были слишком далеко, чтобы поразить цели.
   Только к полудню превосходное знание гвардейцем местности помогло сбить преследователей со следа. Рико даже немного устал от бешеной скачки, Юна впала в забытье. Устали и кони, особенно гнедой жеребец чухонца - двойная ноша всё-таки.
   В лесной глуши на небольшой поляне Радко наконец остановился. И Рико заметил, что с воеводинцем что-то не так. Он как-то поник, покачнулся, и тут же лег, обняв рукой шею коня.
   - Эй, Радко! Ты в порядке? - Рико поравнялся с гвардейцем. Тот приподнялся. По его бледному лицу рыцарь понял, что воеводинец на грани обморока. - Ты ранен?
   - Немного... - тихо ответил гвардеец. - Слушай. Прости не знаю как тебя звать... Юну нужно вывезти в Воеводину. Там её смогут защитить... Но я не доберусь... По этой тропе проедешь на восток, и окажешься у дороги на Воеводину. Скачи вдоль неё, но не по ней - там наверняка расставили дозоры... Принцессу пересадишь на моего коня - вам понадобится скорость. Она без сознания?
   - Погоди! Умирать в лесу я тебя не оставлю. - возразил Рико. - Твоя принцесса мне потом голову оторвёт. Сколько времени у нас на привал?
   - Достаточно, чтоб лошади отдохнули... И ещё... - Радко положил рыцарю руку на плечё и заглянул в глаза. - Передашь Юне, что нас предал сержант арбалетчиков Петер. Он был в сговоре с сельджуками, он же стрелял мне в спину и зарубил одного из стрелков...
   - Хорошо. Я всё сделаю. - ответил Рико и осторожно придерживая принцессу стал слазить с коня. Когда он уложил Юну на траву, воеводинец снова окликнул его:
   - Она не говорила, что с Милко?
   Чухонец поднял глаза, не зная, как ответить. Но решил, что парень должен знать все, несмотря на его состояние.
   - Она говорила, что он погиб...
   Радко закрыл глаза и повалился на бок. Рико едва успел поймать его и осторожно уложил на траву рядом с Юной.
   - Ну и что мне теперь с вами обоими делать? - спросил рыцарь не рассчитывая получить ответ .
   А ответил ему шорох. Рико вскочил, выхватив меч. Из кустов показался огромный серый волк. Он потянул носом воздух и спокойно направился к чухонцу.
  
   ...Юна очнулась от тяжелого сна. Сквозь небольшое слюдяное оконце пробивались солнечные лучи. Она узнала хижину старой яги. Убсу возилась у печи.
   - Доброе утро. - сказала Юна.
   - Кому утро, а кому и не очень. Главное, чтоб было добрым. - обернулась яга.
   - Где Рико и Радко?
   - Рико коней чистит, а Радко здесь. - старушка посмотрела вниз и Юна следуя за её взглядом увидела на постели из сена и шкур человека. По телу пробежал холодок. Юне показалось, что он мёртв - таким бледным, землистым было его лицо.
   - Что с ним? - воскликнула Юна дрогнувшим голосом.
   - Спит. - ответила знахарка. - Он спасал тебя имея серьёзную рану, нанесённую похоже ещё в Бране. Настоящий гвардеец. Где только силы находил? Я сделаю всё, чтобы поставить мальчика на ноги.
   - Рико привёз нас сюда? - спросила Юна.
   - Скорее Оками. Вы с Радко были без чувств, а Рико дорогу нашёл бы нескоро.
   - Сколько же я пролежала без сознания?
   - Со вчерашнего дня.
   - Сюда же может добраться погоня! - вдруг вздрогнула Юна от догадки. - Тайной Страже будет нетрудно выяснить, что я здесь.
   - Каким образом? - удивилась яга.
   - Они наверняка снова проверят Бран, расспросят, кто оказывал помощь пострадавшим на пожаре и нагрянут сюда с обыском.
   - Кто же будет искать самозванку на месте гибели настоящей принцессы?
   - Тот, кто знает что это не самозванка. Иштван и Тимо меня узнали. - объяснила Юна. - Я накличу на вас беду, Убсу.
   - И что ты предлагаешь? Уходить? - остановила её яга. - Ты ещё слишком слаба. А Радко сейчас любая дорога убьёт.
   В этот момент в комнату зашел Рико. На нём не было ни кольчуги, ни плаща - только простые льняные штаны, заправленные в мягкие сапоги и чистая рубаха. Короткие кудри были мокрые.
   - Доброе утро, ваше высочество. - улыбнулся он принцессе.
   - Сами вы высочество, у меня имя есть. - буркнула Юна, и тут же голос её изменился: - Рико, я вам жизнью обязана. Вы ведь рисковали из-за меня. От меня вам одни неприятности, и коня вашего угнала. Извините, я не хотела, но...
   - Бросьте это, Юна. Со мной ничего не случилось, Туули здесь. А спасти принцессу - огромная честь для каждого рыцаря. Только я её пока не заслужил.
   - О чём это вы? - не поняла Юна.
   - Радко спасал вас. Это он задержал преследователей и увёл нас от погони. Стыдно признаться, но я бы с этой задачей вряд ли справился и...
   - И пропали бы вместе со мной. - закончила за него Юна. - На появление Радко вы точно не рассчитывали.
   - Так, о благодарностях позже. - вмешалась Убсу. - Тут Юна предполагает, что погоня может прийти сюда. Нужно уходить. Укрыться можно в Воеводине. Но Радко вряд ли дотянет.
   - До Лофотена добрался, доберусь и до Воеводины. - Тихо произнес очнувшийся гвардеец. Принцесса не должна попасть в руки к Иштвану - он уберет её.
   - В Воеводине будут искать усерднее - сейчас там всё перерывают. - возразил Рико.
   - В глуши надо переждать. Подальше от дорог, деревень. - прокряхтела Убсу.
   - Я по лесам прятаться не буду! - возмутился Радко. - Во-первых, буду обузой. Лучше отправлюсь в Воеводину, начну собирать людей. Без военной поддержки вам, Юна, в Лофотен не вернуться.
   - Только не гражданская война, Радко! Как бы я ни любила своих родителей, я не смею делать сиротами сотни и тысячи детей. Кровь не должна пролиться.
   - Не верится, что вы так наивны! Думаете мне охота рубить ребят, ещё недавно бывших моими товарищами и не подозревающих о чудовищном обмане? Но без оружия здесь не обойтись. В конце концов, это Иштван и Тимо поставили страну на грань гражданской войны, сделали уязвимой для нападения со стороны. Воеводина может вспыхнуть - хотя бы ради этого я должен дойти. И потом, собранной армии совсем не обязательно сражаться.
   - Разумно. - произнес Рико. - Но осуществимо ли?
   - Вполне. Мне достаточно лишь добраться до дома и сообщить обо всем нужным людям. Нет у меня другого выхода! - остановил Радко пытавшуюся возразить принцессу. -Здесь оставаться - верная гибель для всех, идти с вами, куда б вы не пошли - неприятности для вас и бесполезная смерть для меня. Я знаю каждую тропинку на границе и легко пройду незамеченным. Только с конем что делать? По тайным тропам он не пройдет. Жаль отпускать.
   - Я пошлю с тобой Оками. - предложила Убсу. Он приведет его сюда, а потом переправит Юне. На одном коне с Рико им далеко не уехать.
   - Оками - тот здоровенный волчара? Разве он справится? - спросил рыцарь с недоверием.
   - Благодаря ему вы здесь.- усмехнулась яга. - Последние семь лет он был моим единственным другом и собеседником и понимает не меньше иного человека, разве что сам не говорит.
   - Допустим, с Радко разобрались. - подвел итог рыцарь. - Ну а Юне где прятаться?
   - Доедете до реки. Там запутайте следы. За мостом - дорога каменная и следы искать не станут. А вы вернетесь в лес. Как только тайностражники уйдут, я пришлю за вами Оками.
   - Снова Оками? Он же пойдет с Радко. - удивилась принцесса.
   - До Воеводины день верхом. Подумай сама. - успокоила её яга. - Значит собираемся.
   Сборы были поспешными. Рико подготовил лошадей, а Убсу тем временем потуже перевязала гвардейца, собрала ему в дорогу бинты и отвар от лихорадки. Состояние юноши не на шутку её беспокоило, однако чутье старого воина подсказывало - этот должен выдержать. По крайней мере, до Воеводины доберется. Радко задремал.
   Закончив с гвардейцем она принялась за Юну. Повязки было больно снимать, но девушка даже стона не проронила. Ожоги оказались в плохом состоянии - из-за "путешествия" в Лофотен и срывания бинтов, раны воспалились и загноились. Пока знахарка чистила их и смазывала мазью, вернулся рыцарь:
   - Все готово, Убсу: кони, оружие, снаряжение. - тут взгляд его упал на принцессу. - Дорога будет для неё тяжелым испытанием.
   - Да, Рико, я дам тебе запас лекарств. Ты сможешь ей помочь.
   - А что будет с вами? Мы уже достаточно наследили. Скрыть наше пребывание здесь уже не удастся.
   - Ну так я в лесу живу, ничего не знаю. Куда поехали укажу - на главную дорогу в Воеводину - то, чего они ждут. Словом, ничего мне не сделают. Коли повезет, ещё и запутаю их.
   - Лучше указать ревельское направление - подала голос Юна. - Им труднее будет решить: поехали мы в Готланд, Ревель или вообще в Белгородье махнули, да и Радко не будут так усердно искать. Тогда выезжаем по направлению к Ревелю, а у реки разделимся. Вот только Радко придется делать крюк.
   - Не придется. Я собирался ехать именно этим путем - он выведет к одной из троп через болото и горы и погоню запутает. - успокоил её проснувшийся гвардеец. - К тому же Оками с конем найдут вас уже к ночи.

ГЛАВА XI

   До реки ехали довольно долго - избегали дорог, а маленькие лесные тропинки для быстрой езды малопригодны. Кроме того дорожная тряска была вредна для раненого. Его коня вел за поводья спешившийся Рико, сам же Радко лежал на шее скакуна - брег силы для перехода. Юна держалась молодцом. Все трое молчали. Во главе отряда, навострив уши и непрерывно потягивая длинным носом воздух, шагал волк.
   Тем временем Юна снова вернулась к тревожным мыслям. Знать бы, что сейчас происходит в столице, во дворце. Знать бы, как сейчас её мать в Ревеле. По тому, что происходит в стране, и за её пределами, можно судить и о том, что задумали заговорщики. Причины её устранения понятны - убрать наследника, подавить волю короля. Но ведь так можно было только разозлить его. Разозлили, но в нужную им сторону. Отец явно не в своем уме. Тимо явно хочет власти. А Иштван? Её правая рука? Любовник? Временный союзник? Образ его в сознании обрисовывался достаточно бледно: незаметный, спокойный, рассудительный. К тому же изучение характеров военачальников в её обязанности не входило. Во дворце и так косо поглядывали на её занятия верховой ездой и боевой наукой в стенах гвардейской казармы. А теперь эти самые занятия спасли ей жизнь.
   Хорошо бы Иштвана и Тимо столкнуть лбами. Замахнулась, однако, укутанная бинтами, словно кукла и удирающая от погони, словно заяц. А у врагов не только целая армия и лучшие ищейки королевства, но и ...ценный заложник в Ревеле. Мать нельзя оставлять там! Иштван уже наверняка догадался, как связать принцессе руки. Мама в опасности и её нужно освободить в первую очередь. А как? Не пойдет же она против стражи. Даже меч в руке сейчас не удержит. Можно найти верных людей в Ревеле. С другой стороны, её там искать будут усерднее, чем где-либо. Вопрос только во времени: когда Иштван отправит гонца и когда тот доберется до города. Дня два получится. Значит, даже если она прямо сейчас отправится в путь, к моменту приезда Тайная Стража Ревеля будет уже предупреждена. Её сразу обнаружат по забинтованному лицу - примета довольно редкая среди девушек, особенно в мирное время. Нужно маскироваться. И нужно спешить. Опять одной. От общества Рико лучше избавиться - хватит с него, это не его страна и не его неприятности. Придется опять убегать. Убегать от друзей, чтобы встретиться с врагами... Опять угонять коня у Рико. Стыдно, да и не отвяжется он тогда точно...
   Наконец впереди показалась река. Пора было расставаться с Радко.
   Гвардеец оторвался от шеи коня, выпрямился, и даже как-то весь приободрился. Юна подъехала к нему, легонько прикоснулась к его руке. Ей хотелось крепко обнять друга - быть может, они видятся в последний раз, но сейчас объятия только повредят обоим.
   - Отдаю тебе только один приказ, который ты обязан выполнить: доехать и поправиться... Береги себя, хорошо?
   - Есть, ваше высочество. - отсалютовал Радко. - Только вы тоже должны себя беречь. Рико, - он обернулся к рыцарю. - Теперь вы - её гвардия. Рядом с вами наша принцесса и судьба королевства. Это очень большая ответственность.
   "Скоро я его избавлю от неё" - подумала Юна.
   - Я понимаю, Радко. И сделаю все, что в моих силах чтобы помочь ей.
   - Тогда удачи.
   - Удачи... - ответил Рико.
   - Удачи...- тихо произнесла Юна
   Воеводинец пришпорил коня, прыгнул в воду, взметнув фонтан серебристых брызг, и направился рекой вдоль берега, где воды было по колена человеку. Быстрое течение смывало следы.
   Рико тоже взобрался на коня и последовал примеру гвардейца, но направил своего коня в противоположную сторону.
   На берег вышли только когда мост скрылся за изгибом реки, и направились вглубь леса.
  
   На второй день пути в лесной чаще Юна и Рико остановились на ночлег. Свет луны и звезд плохо пробивался сквозь густые кроны деревьев и было темно. Не помешало бы развести костер - в лесу водились волки, рыси и кабаны. Но отгоняя хищников четвероногих, костер мог привлечь более опасных - двуногих.
   Рико укутал Юну своим плащом, снял с коня и уложил на прошлогоднюю сухую хвою под старой сосной. Принцесса спала, утомленная долгой дорогой.
   Вдруг послышались шаги. Рыцарь насторожился - поблизости было крупное животное, но конь его не проявлял ни малейшего беспокойства. Шаги приближались и Рико распознал поступь лошади. Погоня?
   Послышался шорох и из куста вынырнула знакомая волчья морда.
   - Оками?! - обрадовался чухонец.
   Волк спокойно подошел к нему, обнюхал и улегся на землю. Шаги всё приближались и, наконец, показалась лошадь Радко.
   - Ну умница! - рыцарь почесал волка за ушами. Как там Радко? Жаль, не расскажешь.
   - Радко? Оками пришел? - проснулась Юна.
   - Да, Оками привел его коня. - ответил Рико.
   - Как он сам там... Дорога через горы трудна даже для здорового. Нельзя было его отпускать.
   - Сколько времени ему придется идти до ближайшего селения? - спросил рыцарь.
   - Здоровый, думаю, дошел бы за ночь. Он будет спешить, пока есть силы, отдыхать понемногу, но часто. Пешком - не верхом. Он потратит очень много сил.
   - Знаю. - согласился рыцарь. - Нужно поесть... - он достал из походной сумки фляги с водой и травяными отварами, и пироги.
   - Нужно... - согласилась Юна, понимая, что Рико пытается отвлечь её от тревожных мыслей. - только мне жевать большие куски трудно - лицо тянет. - робко пожаловалась она.
   Рыцарю пришлось ломать пироги на маленькие кусочки и кормить Юну как ребенка. Так принцесса разобралась с половиной пирога и решила, что сыта.
   После того, как рыцарь сменил её повязки, Юна уснула. Вернее притворилась, что уснула. Разделавшись с оставшейся половиной пирога, Рико прислонился к дереву да так сидя и задремал.
   Волк тоже, казалось, спал, но чутко, постоянно шевеля ушами и потягивая носом воздух.
   Однако, когда принцесса встала, внимательно посмотрела на спящего рыцаря и направилась к Сивко, волк лишь, повернул голову в её сторону.
   Голос за спиной заставил девушку вздрогнуть:
   - И далеко вы собрались на этот раз? - мгновение назад крепко спавший Рико проснулся.
   Юна застыла как вкопанная.
   - Ну хорошо, я понимаю,- продолжал рыцарь, вставая, - мы едва знакомы и вы вполне естественно мне не доверяете. Но я хоть раз вас обидел? Помочь же хочу.
   - Вот потому и ухожу. - Юна наконец обернулась. - Это не ваша страна и не ваши неприятности. Здесь пахнет не только подвигами и славой. Но и кровью, клеветой, позором. Если схватят только меня - мне терять уже особо нечего - принцесса Истрии Юна была убита врагами. А что будет с вами? Шпион, преступник и тому подобное. "Чухония помогает врагам Истрии" - как вам такое, а? Я понимаю, как рыцарь, вы не цените собственную жизнь, но что будет с вашим именем? Я не хочу губить вас и создавать неприятности вашей стране, которая всегда была верным и надежным союзником.
   - Опять старая история. - Рико подошел к принцессе и перехватил поводья Сивка. - Никуда вы не поедете. Имя, говорите... А кем я буду чувствовать себя, если брошу вас?! - впервые в его добрых глазах-родниках девушка заметила строгую сталь.
   - Да я, вроде не ваша невеста. Так что можете вполне спокойно держаться от меня подальше...
   Рико разозлился:
   - Да причем здесь невеста-не-невеста! Просто представьте себя на моем месте. Вот и все.
   - Я представила. - ответила Юна и голос её дрогнул. - Давно представила. Я знаю, что вы не сможете меня оставить. Честь рыцарская не позволит, да и характер у вас такой. Поэтому и убегаю. Уже второй раз. Я приношу одни неприятности. Милко и Маршал Воислав погибли из-за меня, гвардейцев арестовали - я повод. И Радко... И что ждет Убсу?
   - Ваша гибель это вряд ли предотвратила бы, и в лучшую сторону ничего не изменит.
   - Просто не хочу, чтоб и вы к ним присоединились. - перебила она рыцаря.
   - А теперь выслушайте меня. - перебил её Рико в свою очередь. - Погибли хорошие люди - это так. Но вряд ли они хотели выиграть для вас всего пару дней жизни. Они сложили головы не просто за принцессу, девушку, друга. Они отдали жизни за порядок в стране, они погибли в бою с врагами и предателями. Сейчас эту борьбу можете возглавить только вы - единственный представитель королевской семьи находящийся в здравом уме. Вы не смеете необдуманно рисковать собой. И не должны отказываться от помощи. Вы не хотите признавать собственную слабость? Да вы уже показали свою силу! Не то что я - любой бывалый, видавший виды воин удивлялся бы. Но долго вы продержитесь так? Всему есть предел. А за вами ещё гонятся. Не переоценивайте себя. Эта ошибка погубила не одного полководца, не одну армию. Что до меня - я пообещал Радко позаботиться о вас и обещание своё должен сдержать. Это моё желание и моё решение... Так куда вы собрались? Уверен, что не к Убсу.
   - Это не важно. Я хочу спать. - Юна направилась к сосне.
   Рико встал у неё на пути:
   - Да вы как осел упрямы! Так ничего понимать и не хотите. Как маленький ребенок. Ладно, идите спать. Но знайте - я с вас глаз не спущу. Утром решим, что делать.
   Юна молча легла и укуталась плащом. Рико сел рядом с ней.
   - Сторожите... - недовольно произнесла она.
   - А что делать? Сами напросились. - ответил Рико. - Все пытаюсь понять, куда вы рветесь. В Лофотене уже были. Отца навестили. Значит теперь в Ревель, верно? Вы не подумали, что мать охраняют, что вас к ней не подпустят?
   - Подумала. Все гораздо хуже. Она - заложник. Так же, как вы не можете оставить меня, я не могу оставить её. Мама сейчас в большей опасности.
   - И её нужно освободить. - понял Рико. - Тайная Стража будет с нетерпением ждать нас в этой ловушке.
   - И что предлагаете? Бросить королеву? Испугались? - тут Юну бросило в жар - упрекать рыцаря в трусости совсем не стоило. Чертов язык...
   Рико последнее слово проглотил. Не вспыхнул. Только с горечью опустил глаза и спокойно предложил.
   - Попробую что-нибудь сделать.
   - Не "попробуЮ", а "попробуЕМ".- поправила его принцесса. - Я должна быть там.
   - Опять за старое. Ладно, спите. Завтра разберемся. Вам нужно хорошенько отдохнуть. Иначе ни о каком Ревеле речь не пойдет.
   Юна вскоре уснула. Рико же решил бодрствовать остаток ночи. Принцессу мучили кошмары - она ворочалась, вскрикивала, потом ненадолго успокаивалась. Гораздо больше беспокоила лихорадка - девушка снова горела. Волнения, беспокойство, отсутствие надлежащего ухода могло сильно повредить её здоровью. А что случилось бы с ней, проспи рыцарь её. Совсем одна в лесу и в таком состоянии... Все что он мог сейчас для неё делать - протирать не покрытую бинтами шею и часть лица мокрым платком и поить водой и отваром. Принцесса пила жадно, но при этом не просыпалась.
   Рико так ночью глаз и не сомкнул.

ГЛАВА ХІІ

   Как Радко добрался до своей усадьбы, он с трудом помнил. Солнце уже садилось. Минувшие ночь и день он брел словно в тумане. Однако гвардейская выучка помогала ему сохранять осторожность и не попадаться никому на глаза. Усадьбу и деревню окружала небольшая дубовая роща. Здесь, под приземистым старым дубом, гвардеец остановился передохнуть и обдумать дальнейшие действия. Думалось с трудом.
   Нужно было попасть в замок, который, само собой, находится под наблюдением Тайной Стражи. Идти через деревню крайне рискованно, но и оставаться в роще - не лучше. А медлить нельзя: если его не схватят тайностражники, он умрет сам, так и не выполнив задание.
   Наметив в уме путь, гвардеец в последний раз собрался в кулак, и поднялся на ноги. Но он переоценил себя: стоило сделать всего несколько шагов, как сознание и силы оставили его...
   ...Черная топь душила. Она была горячая, вязкая и никак отпускать не хотела. Наконец он вынырнул... Однако чувствовал себя преужасно. Во-первых было очень холодно, во-вторых болело все тело и, особенно, голова, которая, в-третьих, кружилась. Но тут Радко вспомнил, что только что был в лесу. А сейчас где? Не обращая внимания на неприятное головокружение и боль в глазах, он обвел взглядом помещение - и сразу же увидел...свою мать. Она здорово изменилась с тех пор, как он в последний раз видел её: постарела, поседела совсем. У неё же были черные волосы! И глаза другие - грустные, веки тяжелые. Сколько же слез она выплакала после пожара в Бране. Она нашла его живым. Но как сказать ей о Милко?
   - Мама? - прошептал он, желая убедиться не видение ли это.
   - Тише, Радечко, не трать силы. Ты в безопасности здесь. - Успокоила она его и поцеловала в лоб. Только сейчас гвардеец заметил, что она держит его за руку. Ладонь её показалась ледяной.
   - У тебя холодная рука. - заметил он. - Ты замерзла?
   - Это ты горячий. У тебя второй день сильный жар. Все. Больше не говори.
   - Не могу. Тайной Стражи поблизости нет? Меня разыскивают. Они убьют всех, кто говорил со мной, а я слишком много знаю, чтобы молчать.
   - Все потом, сынок, когда тебе станет легче.
   - Я не успокоюсь. Что сейчас с гвардией?
   Внезапно рядом с матерью оказался высокий гвардеец. Радко пришлось приложить усилия, чтобы разглядеть и узнать его. Это был капитан Войнич - бывший командир Милко.
   - Тайная стража не на шутку нас трясет. - сказал он. - Старших офицеров арестовали, часть гвардейцев тоже. Всех заперли в казармах. Теперь ищут тех, кто ускользнул от них и прячется в лесах и горах. Нас таких должно быть около сотни. Так что же произошло в Бране? Никто из нас не верит, что вы с Милко убили принцессу. - (от этих слов вздрогнули и сын и мать).- Тебя я знаю хуже, но вот за брата твоего головой отвечаю.
   - Не нужно сейчас беспокоить его, Войнич. Не видите, как он слаб. - прервала его мать.
   - Позвольте гвардейцу ответить, Каролина, - обратился к ней капитан.
   - Я должен говорить. - поддержал Радко. - Вы правильно не верите, капитан. Предал один из арбалетчиков Иштвана. Но он уже убит. Своими. А принцесса жива.
   - Что? - в один голос удивились капитан и мать.
   - Да. Та самозванка, которую теперь ищут по всей стране - настоящая принцесса Юна. Она сильно пострадала при пожаре: обгорела часть лица и руки. Но не узнать её невозможно.
   - Почему тогда не узнал король? - спросил капитан с недоверием.
   - Король, похоже, потерял рассудок. Страной сейчас правит Иштван. Я достаточно хорошо знаю принцессу. Нёс караул у её покоев. И, простите за нарушение, часто беседовал с ней. Так что ни одной самозванке не удалось бы меня провести. Принцесса сейчас в смятении. Но она будет бороться. Я пока не знаю её дальнейших планов. Она вынуждена скрываться в лесах...Я не мог сопровождать её в таком состоянии - только мешал бы. - он ненадолго замолчал, собирая силы и восстанавливая дыхание. - Поэтому, направился сюда чтобы доложить обо всем. Король - такая же жертва заговора, как и все мы. Воеводина не должна выступать против него. Нельзя допустить раскола.
   - Что ж,- произнес после некоторого раздумья капитан. - вовремя ты пришел. Гвардии была нанесена жестокая обида и многие сейчас подумывают о расколе. От восстания нас здесь удерживает только угроза циньского вторжения. Теперь, зная, что принцесса жива и благосклонна к нам, эти мысли пройдут.
   - А что "свободники"? Много их словили? - спросил Радко.
   - Много. Считай все гвардейцы, ну и так - половина мужчин страны. И меня в "свободники" записали, и тебя тоже.
   - Выходит, это не более, чем байки Иштвана. - заключил Радко.
   - Да были они, и есть. Ловим. Безобидные болтуны. Но кажется, что есть ещё кто-то не такой беззубый. Схватили двоих - те покончили с собой. Похоже, действует хорошо подготовленная группа шпионов. Есть у них и наша форма, и оружие. Так где сейчас принцесса?
   - Уже не знаю. Мы расстались возле моста через Истр на Ревельской дороге. Она будет прятаться в лесах по всей стране. Безопаснее ей будет в Готланде. Сюда мы решили не ехать вместе - здесь ищут усерднее.
   - Ты прав. Последние несколько дней Тайная Стража здорово зашевелилась. Это чудо, что мы нашли тебя раньше их. И не буду скрывать, в любой момент они могут ворваться сюда. - Войнич замолчал.
   - А Милко? Он сейчас с Юной? - спросила мать взволнованно.
   Радко почувствовал, как его бросило в жар. Он не знал как сказать правду. Он вдруг понял, что мать - единственный человек, которому ему не хватит мужества сказать о гибели Милко.
   Каролина уловила тревогу в молчании сына. Почему он не отвечает. Ведь слово "да" не требует много сил.
   - Я устал...- выдавил из себя Радко и закрыл глаза.
   - Ты молчишь потому что он...погиб? - слабым голосом спросила мать.
   Радко почувствовал, что глаза его наполняются слезами. Он не хотел их открывать. Только прошептал:
   - Да...
   Каролина закрыла ладонями лицо. Возвращение Радко дало ей надежду, что оба её сына живы. А теперь... Её начало душить и она выбежала из комнаты.
   Войнич остался. Женщине нужно побыть одной. Никто не сможет её утешить. Судьба была к ней слишком жестокой: семнадцать лет назад - муж, теперь старший сын, младший почти при смерти. А сколько жизни отняли у неё допросы Тайной Стражи, постоянная слежка. Эта слежка не позволяет ей проводить все время у постели Радко. Её нужно сейчас же увести домой, пока шпионы не почуяли неладное. Тайная Стража не сводит глаз с замка - ждет появления именно здесь. Самого парня следует увезти подальше, но состояние пока не позволяет.
   - Где я нахожусь? - спросил Радко. Он наконец разглядел комнату. Это была небольшая чистая спальня. Стены украшали холсты с яркой вышивкой, вышиты были и занавески на небольшом окошке, в углу стоял большой сундук. Что-то подсказывало ему, что комната принадлежит девушке. Скорее всего он в доме зажиточного ремесленника.
   Ты в доме портного Катича. Нам удалось перенести тебя сюда незаметно. Да и мать смогла навестить не вызывая подозрений. Не расстраивай её, Радко. Я знаю, тебе очень плохо, но ты обязан поправиться. Уже сегодня мы начнем собирать силы для поддержки принцессы. Для начала её нужно разыскать. Она сейчас одна?
   - Нет. С ней рыцарь-чухонец, который нашел её в лесу после пожара, а потом спасал в Лофотене.
   - Он надежен?
   - Повода для недоверия не подавал. И он знает так же много, как я.
   Войнич задумался.
   - Значит так. - подвел он итог. - Сейчас же начнем собирать гвардию. Я пошлю небольшой отряд на поиски принцессы. Было бы неплохо снабдить их письмом от тебя в качестве пароля - она теперь мало кому доверяет. Но это позже. Как только мы начнем устанавливать контроль над страной и пребывание Юны станет безопасным, она окажется здесь. Всё ещё решится на совете. А пока отдыхай. Я здорово утомил тебя разговорами. Спи и поправляйся. Тебе будут сообщать о каждом нашем действии.
   - Моя мать... - произнес гвардеец. - Как теперь её утешить...
   - Встать на ноги, Радко. Это все, чем ты можешь ей помочь. - капитан осторожно пожал ему руку и вышел из комнаты.
   Радко почувствовал, насколько он обессилел от разговора. Гвардеец закрыл глаза потяжелевшими веками и погрузился в забытье.
   Уже сквозь туман он почувствовал прикосновение теплой руки к лицу, за ним последовал тихий всхлип и скрип двери. Потом все стихло.
   Ещё два дня он не приходил в себя. Хозяйка дома с дочерью по очереди дежурили у его постели. Каролина навещать Радко не могла - слежка за ней усилилась. Всем сердцем она стремилась к сыну, но ради его же безопасности была вынуждена томиться в замке. Слишком частые визиты в мастерскую портного и даже визиты её слуг туда, могли насторожить Тайную Стражу. Всего одна проверка - и Радко погибнет.
   На третий день Радко очнулся и пошел на поправку.
  
  

ГЛАВА XIII

   Юна открыла глаза. В голове все еще варилась ночная каша: какой-то бред, обрывки мыслей и кошмары метались с невероятной скоростью. Голова от этого гудела. С новой силой вернулась боль. Теперь, когда действие зелий Убсу прошло, принцесса осталась с ней один на один. К тому же было чертовски холодно - одежда насквозь промокла от пота. Не замерзла она до сих пор только потому, что рыцарь заботливо укутал её своим плащом.
   Рико сидел рядом, прислонившись к дереву. Он не спал, и судя по красным глазам, всю ночь.
   - Я больше не собиралась убегать. - сказала принцесса виновато.
   - Знаю... Как вы себя чувствуете?
   - Спасибо, что удержали меня ночью. Я переоценивала свои возможности.
   - У вас опять был жар. А под утро вы сильно пропотели. Нужно переодеться, иначе простудитесь. Это следовало сделать раньше, но я не хотел вас будить.
   - Было бы во что.
   - Убсу дала мне в дорогу одежду для вас... - ответил рыцарь.
   - Тогда я переоденусь. - решила Юна. - Простуда будет сейчас явно лишней.
   - А ваши руки?
   - Ну я же не доспехи надевать буду. Справлюсь сама. А что, очень хотите помочь? - говоря это, Юна сама покраснела, благо бинты это скрывали.
   -Нет...Вернее, если вам трудно, я постарался бы помочь, раз больше некому... - ему было неловко и от колкости принцессы, и от необходимости помощи в переодевании девушки. Он никак не мог понять почему так смущается.
   - Не тревожьтесь, я справлюсь.
   - Ладно. - с явным облегчением согласился рыцарь. - Вы только плащ не сбрасывайте - утро прохладное.
   Так под плащом как под куполом, Юна переоделась. Это заняло много времени - из-за слабости движения её были вялые и медлительные, а резкие повороты и наклоны вызывали головокружение.
   - Оками под утро убежал. - сообщил Рико, пока принцесса переодевалась.
   - У нас времени нет возвращаться к Убсу. Иштван не замедлит воспользоваться ценным заложником. Один раз я уже опоздала.
   - Это ловушка. Вы придумали, как проберетесь в неё? - спросил рыцарь.
   - Честно говоря, ещё нет. Не успела. - ответила Юна слегка сконфуженно.
   - А у меня за ночь появилась одна идейка. Жаль вы не знаете чухонского. - задумчиво пробормотал Рико.
   - Почему не знаю? Немного говорю. - принцесса перешла на чухонский. - А вы хотите выдать меня за свой земляка?
   - "Своего". - поправил её чухонец. - У вас довольно заметный акцент, да и грамотность хромает, но за время пути это можно немного поправить. Я собирался выдать вас за своего оруженосца. Любая другая роль вызовет подозрения.
   - А как объясните мои лицо и руки, воеводинского скакуна, отсутствие приличной для слуги простой беспородной лошади?
   - Нападение волков: помяли вас, загрызли вашу лошадь. Я осмотрел сбрую Сивка - на ней нет эмблем гвардии и вообще каких-либо особых примет. А воеводинские скакуны у нас весьма распространены.
   - Всё получится только если мы не попадемся на глаза кому-то, кто видел нас в Лофотене. Правда, ничего лучшего придумать не могу. А вы сможете приказывать мне, грубить, давать подзатыльники как слуге? Иначе заподозрят неладное.
   - А можно без подзатыльников? - возразил Рико.
   - Э, да вы и приказывать мне не сможете. - Юна хрипло рассмеялась и, наконец сбросила плащ, но тут же сама на него села - ноги подкашивались. В одежде Убсу она смотрелась забавно - длинная до колен рубаха, такой же длинный серый кафтан, широкие штаны, которые принцесса не смогла заправить в сапоги. Одним словом - местный крестьянин. Главное что одежда с плеча сухонькой старушки пришлась девушке впору.
   - Приказывать вам будет трудно. - согласился Рико.
   - Ничего страшного, за время пути я вас научу. - усмехнулась Юна.
   Позавтракали холодными пирогами. Костра не разводили - запах дыма слишком заметен в утренней свежести леса.
   После завтрака Рико перевязал принцессу, осторожно обработав ожоги приготовленными ягой лекарствами. Старые промокшие бинты с лица на этот раз снимались легче, с руками было хуже. Принцесса мужественно терпела неприятную процедуру, хотя находилась на грани обморока. Тяжело было и рыцарю. Уже в который раз сердце го сжималось от её боли. А самое страшное впереди - что будет когда она посмотрит в зеркало?!
   Чудесная мазь Убсу принесла некоторое облегчение и Юна задремала.
   Сон принцессы оказался заразительным - рыцарь сам не заметил, как уснул. И вот он на берегу озера Кеми. Холодная прозрачная вода плещется о берег. Он сидит на большом сером валуне. А небо такого неповторимого бирюзового цвета. Вдруг сзади послышался шорох. Рико резко обернулся: перед ним застыла огромная чешуйчатая морда. Дракон! Дракон мгновенно набросился на него. Меч выхватить рыцарь не успел - вздрогнув проснулся.
   Юны рядом не оказалось. В руках у него была все та же сумка с лекарствами.
   - Опять проспал! - с досадой выкрикнул он по-чухонски.
   Однако принцесса внезапно появилась из-за зарослей кустарника:
   - Иду иду! - успокоила она его. - уже и отлучиться ни на шаг нельзя.
   Рико смутился. Вопрос о причине отлучки застрял в горле - она ведь тоже человек.
   - Раз уж вы проснулись, можем отправляться в путь. Скоро полдень.
   - Мне кажется, вам ещё рановато путешествовать. - возразил Рико. - На ногах едва стоите.
   - Так я же не пешком. - сострила Юна. - Слабость моя вполне терпима, а ожоги болят сильнее, когда лежу без дела и думаю о том, как мне плохо. Не могу так!
   Рико задумался, смерил принцессу взглядом как бы прикидывая её силы, потом сказал:
   - Поедете со мной. Вам нельзя править лошадью - рукам нужен покой.
   - Ваш конь устанет. - предупредила Юна.
   - Ну, во-первых, вы - легкая ноша даже для человека, а во-вторых, есть ещё конь Радко - пересядем на него.
   - Ясно, боитесь, что свалюсь по дороге. - усмехнулась принцесса.
   - Этого как раз не боюсь. Я боюсь, что не заживут ваши ладони. Вы рветесь освобождать мать, а тратите силы на пустяки. Когда подъедем к Ревелю - вам придется пересесть на Сивко, и все время в городе держаться на ногах. Если я буду тягать вас на руках, ибо вы сейчас делаете все, чтобы потом свалиться в самый неподходящий момент, нас сразу же раскроют. Засада, погоня - там может ждать все, что угодно.
   - Нянька. - пробормотала Юна и капризно уселась на траву (на самом деле капризная манера служила лишь маской, прикрывающей слабость). - Уговорили.
   Пока она отдыхала, Рико тщательно уложил дорожные сумки, проверил состояние сбруи на коне. Подготовив все к дороге, он осторожно поднял принцессу и посадил в седло. Потом и сам сел за ней, и направил коня шагом. Сивко послушно пошел следом.
   - А что с одеждой будем делать? - наконец нарушила тишину Юна. - От моего дорожного костюма остались обгорелые лоскутки, которые сразу же выдадут моё пребывание на пожаре. Крестьянское платье так же не к лицу чухонскому оруженосцу.
   - Убсу снабдила меня всем необходимым для маскарада. - успокоил её Рико. - Яга предвидела, что мы к ней можем не вернуться. В одной из сумок, погруженных на Сивко лежат небольшая кольчуга некогда принадлежавшая ей самой, кожаные перчатки, которые скроют бинты на ваших кистях, и мой кафтан, заботливо перешитый ею на вас. Так что нарядитесь как следует. Не парча и шелк, зато надежно.
   - Никогда не любила парчу и шелк. - буркнула принцесса. - А яге спасибо. Удивительный она человек. Небеса, уберегите её от Тайной Стражи. Постойте, а откуда у неё кольчуга? - вдруг спохватилась принцесса.
   - Она одна из легендарных хинганских всадниц. - объяснил Рико. - Я тоже удивился, когда узнал. У этой старушки сердце воина.
   - Судьба все же благосклонна ко мне, - вздохнула принцесса, - раз в трудную минуту посылает таких друзей.
   - Значит вы их заслужили. - ответил рыцарь. - Я знаю вас меньше недели, и уже вижу - вы хороший товарищ. Совсем не похожи на избалованную принцессу. Я не сомневаясь доверил бы вам свою жизнь в бою.
   - Ого! - Юна смутилась. Такой комплимент был для неё неожиданным и очень дорогим. Похвала показалась ей слишком высокой, даже незаслуженной. - Вы все-таки слишком мало меня знаете. - возразила она. - Да я и сама не уверена, что знаю себя хорошо. Не спешите доверять свою жизнь хилой соплячке.
   - Не смейте так говорить о себе. - строго сказал Рико. - Хилая соплячка не угонит у рыцаря коня и не промчится через весь лес, рискуя жизнью, чтобы предупредить короля об опасности. Я не знаю, как повел бы себя на вашем месте.
   - Хватит. - остановила его Юна. - Я ещё не заслужила таких слов. И больше ничего обо мне не говорите. Ладно?
   - Ладно. - тихо сказал Рико. - Вы не устали?
   - Смеетесь. Сижу тут, сложа ручки, прислонилась к вам спиной, как к креслу, и должна устать?
   - Ясно. - усмехнулся Рико - принцесса ещё не разучилась шутить. Сравнение с креслом, рассмешило.
   Оказалось, что местность принцесса знает не хуже опытного следопыта. Рико сперва боялся заблудиться, но Юна уверенно указывала дорогу, объясняла приметы и ориентиры на случай собственного обморока. Путники держались вблизи Ревельской дороги, но из леса не выходили. Через лес срезали и повороты дороги, обходили стороной деревни. До заката короткий привал устроили только раз, несмотря на протесты Юны. Рико хотел, чтобы отдохнула она, а предлогом послужила усталость коня.
   Уже затемно устроились на ночлег. Рыцарь уложил принцессу на постель из плащей, и уставшая Юна со словами: "Половину пути уже одолели", крепко уснула. Рико опять не спал. В их маленьком отряде единственными чуткими ушами остались его собственные. Вот только вторая ночь без сна - испытание не из легких, особенно если вокруг тишина и заговорить не с кем, а сам рыцарь - любитель поспать. Голова тяжелела, и хоть глаза оставались открытыми, сон предательски наступал. К счастью, лес ночью не спит и шорох какого-нибудь зверька, треск сломанного им сучка, крик совы сразу заставляли чухонца насторожиться и ненадолго придавали бодрость. Наконец среди ночи принцесса зашевелилась, тут же застонала и чертыхнулась.
   - Рико! - тихонько окликнула она рыцаря. - Вы здесь?
   - А где же мне ещё быть. - отозвался он. - Спите.
   - Уже не хочу. А вы которую ночь без сна, а? Ещё не известно, кто из нас до Ревеля живее доберется.
   - Я по вашему рыцарь или фрейлина? - обиделся Рико. - Может ещё перину и колыбельную предложите?
   - А завтра носом клевать начнете? - возразила Юна. - Гвардейцы, между прочим, в дозоре спят по очереди, и ничего постыдного в этом не видят. Вздремните, пока я могу покараулить. На рассвете разбужу, не пожалею. Раз уж взялись довезти меня до Ревеля, должны быть в полной боеготовности, а не в бою со сном. Что, рыцарь не человек, а?
   - Жалеете что ли? - Рико слегка злился.
   - Допустим не жалею. - ответила принцесса. - Просто знаю что не только лошади, но и люди перед боем должны отдохнуть. Я уже отдохнула, но я не боец, в отличии от вас. Что вы там говорили мне днем? Забыли уже?
   - Я к такому привычен. -- не сдавался Рико.
   - Укуси меня заяц! Да вы боитесь, что я сбегу! - внезапно осенило Юну. - Не тратьте моё и свое время. Возьмите плащ и ложитесь спать. Это я уже как принцесса приказываю.
   Рико понял, что не уснет ни она, ни он. Девушка явно не любит когда ей перечат - все-таки особа королевских кровей, наследница престола и тому подобное. Ладно, можно притвориться ненадолго, потом она успокоится и уснет.
   Но выспавшаяся принцесса состязание "кто бодрее" легко выиграла, и едва на небе появился желтый проблеск рассвета, рыцарь был разбужен негромким "Подъем!"
   "Ну почему я такой соня?" - в который раз подумал он с досадой. Обижаться было некогда. Принцесса оказалась права - сил прибавилось. А день предстоял тяжелый и опасный.
  

ГЛАВА XIV

   Небольшой старый городок Ревель несмотря на свою провинциальность напоминал муравейник. Оживленностью своей он был обязан большому рынку, да и других городов в провинции не было. Недавние события не изменили привычный бег жизни в городе, но в суете ощущалась затаенная тревога, да и солдат на улицах поприбавилось. Пахло скорой войной.
   У ворот стражники остановили Рико - таковы были указания: останавливать всех вооруженных или просто подозрительных лиц. Юна почувствовала, то внутри все холодеет. Но именно сейчас волноваться нельзя - волнение выдаст. А сердце предательски колотилось.
   - Кто вы, с какой целью прибыли в Ревель? - строго спросил стражник-сержант.
   - С какой стати я должен отчитываться? - недовольно ответил Рико.
   - Таковы указания Маршала Истрии. Вы не знаете, что происходит в стране? - спокойно объяснил сержант. Ему было понятно недовольство благородного рыцаря, да ещё, похоже, чужеземца. Рыцари здорово злились когда их останавливали: шумели, бранились, грозили жалобами и суровой карой. Но приказ приказом остается. Вот и сейчас честный служака ожидал очередной вспышки гнева на свою голову. Но вспышки не последовало.
   - Я барон Кемиярви. Путешествую, согласно обычаю своей страны, в поисках славы и подвигов. - невозмутимо и с достоинством произнес Рико. Как большинство чухонцев он привык уважать законы и указы. Ему и в голову не пришло пререкаться.
   Сержант и стражники с явным и непонятным рыцарю удивлением взглянули на него, потом перевели взгляд на Юну.
   - Это ваш слуга? - спросил сержант. Ему не понравились бинты на лице мальчика.
   - Оруженосец. - поправил Рико.
   - Что с лицом?
   - Ваши волки постарались. У нас с ними давно разобрались. Еле успел спасти парня. - с осуждением в голое ответил рыцарь.
   - Переловим двуногих, возьмемся за четвероногих, сударь. Мне жаль что наша страна встретила вас так недружелюбно, но вы прибыли в нелегкое время. - объяснил сержант.
   - Я все понимаю. Еще вопросы ко мне есть?
   - Нет, сударь, вы можете следовать дальше.
   Рико и Юна въехали в город.
   - Странный рыцарь... - пробормотал один из солдат им вслед.
   - Для чухонца совсем нет. Это наши шум поднимают, а чухонцы народ спокойный, законы уважают. - успокоил его сержант. - Мальца-то волки сильно потрепали. Хорошо ещё жив остался.
   - А на той неделе пастуха насмерть. Не к добру это.
   - Не к добру... - согласился сержант.
   - О забинтованном лице надо бы доложить начальству. - напомнил ему один из солдат. - Хотя это и мальчишка.
   - Иди, доложи. Ничего страшного, если за ними немного понаблюдают. - решил сержант.
  
   Путники тем временем въехали на одну из узких улочек, где обычно можно было найти небольшой постоялый двор. Юна неплохо знала город, но сейчас это знание стоило держать при себе. Поэтому из осторожности они поездили по улицам, как бы заблудившись, а потом у прохожего спросили дорогу до ближайшего трактира. Наконец они нашли двухэтажный дом с вывеской "Зеленый фазан". На вывеске сидела деревянная птица непонятного вида и ярко-зеленого цвета.
   Внутри было довольно тихо. Это хорошо: чем меньше народу, тем меньше шансов встретить кого-то кто узнает их.
   Путники спешились. Ни одно движение не выдавало в оруженосце Юкке (так Рико решил её пока называть) девушку Юну. Теперь нужно было отвести лошадей в конюшню. Это входило в обязанности оруженосца. Из открытой двери появился мальчик лет пятнадцати.
   - Что будет угодно господину? - обратился он к рыцарю.
   - Поесть и комнату.- коротко ответил Рико с более заметным, чем обычно акцентом.- И коней в конюшню.
   - Как будет угодно, сударь. - ответил мальчик и скрылся в темноте дверного проема. Правда, едва чухонец ступил на порог, выбежал снова и взял под уздцы коня Рико.
   - Пойдешь с ним, Юкка. - бросил рыцарь через плече по-чухонски.
   Юна взяла под уздцы Сивко и последовала за мальчиком. Идти было тяжело - ноги подкашивались. Еще более сложной задачей оказалось привязать поводья к коновязи.
   - Давай помогу. - предложил мальчик.
   - А? - Юна притворилась, что плохо его понимает.
   Мальчик взял из её рук поводья и привязал коня.
   - Помогу, говорю. Не понимаешь?
   - А-а-а... - Юна сделала вид, что до неё дошел смысл сказанного. - Понимаешь... помогу... - и направилась к выходу.
   - А с руками что? - спросил парень.
   - Эти... суси [волк (финн.)] ... Волки! - объяснила принцесса.
   - Здорово они тебя... - продолжать разговор сын хозяина постоялого двора не стал - чухонец почти не объясняется по-истрийски. И ладно...
   Тут Юна вспомнила, что нужно взять с собой дорожные сумки. Они оказались довольно тяжелыми. Перекинув их через плечи принцесса поняла, что с грузом её заносит то в одну, то в другую сторону.
   Мальчик опять предложил помощь, но принцесса отрицательно покачала головой. Нельзя показывать, что ей тяжело - оруженосцы обычно ребята крепкие.
   Внутри постоялый двор оказался самым обычным, правда почище и поприличнее, чем в Бране. Несколько столиков занимали, разговаривая за кружкой пива горожане среднего достатка - то ли ремесленники, то ли купцы. Трактирщик поманил мальчика слугу пальцем к своей стойке.
   - Отнесешь господину рыцарю ужин. - сказал он, вручая ему поднос и кувшин с простоквашей. Тот легко подхватил поднос одной рукой, кувшин другой и направился по лестнице наверх. Юна направилась следом, чувствуя, что в любой момент может упасть в обморок.
   Комнат оказалось всего лишь четыре. Слуга остановился напротив последней и постучал ногой.
   Дверь отворилась. На пороге стоял Рико.
   Мальчик поставил еду на стол и вышел. Рико запер за ним дверь, подождал, пока шаги удаляться и сразу же снял с плеч принцессы тяжелую ношу, в очередной раз удивившись её выносливости. Правда, едва он опустил сумки на пол, пришлось ловить девушку, которая все-таки лишилась чувств. Проклиная себя за этот маскарад, за то, что пришлось нагружать принцессу, за то, что должен на людях обращаться с ней как со здоровым крепким парнем-оруженосцем, рыцарь уложил Юну на кровать.
   Принцесса открыла глаза.
   - Как вы? - взволнованно спросил рыцарь, не забыв, однако заговорить по-чухонски.
   - В порядке. - Юна попыталась сесть.
   - Э, нет - остановил её чухонец. - На сегодня набегались. Поешьте и спать.
   - Аппетита нет. - ответила принцесса.
   - Ну хотя бы простокваши выпейте. От голодного сна сил не прибавится. - Рико наполнил кружку, сперва сам попробовал - простокваша оказалась превосходной - и заставил Юну выпить хотя бы полкружки.
   Аппетит разыгрался, и вместе с кружкой простокваши принцесса разделалась с яичницей и пирожком с луком, которые Рико порезал на мелкие кусочки. Кормить себя с ложечки принцесса не позволила, а брать с тарелки маленькие кусочки еды руки уже могли.
   - Думаю, Тайная Стража следит за нами. - Вдруг тихо сказала Юна.
   - С чего вы решили?
   - Иштван наверняка разослал во все концы приметы: рыцарь, воин в черном и девушка с забинтованными лицом и руками. Стражники на въезде скорее всего доложили о нас. Сгодня-завтра за нами понаблюдают.
   - Тогда отдохните хорошенько. С утра опять будете оруженосцем сопровождать меня на прогулке по городу. Нужно изучить каждый закоулок - Радко на этот раз далековато отсюда. Пройдемся пешком - коней могут узнать. Вы выдержите?
   - Не выдержать не имею права.
   - И выдержу ли я,- грустно усмехнулся чухонец: нелегкое испытание для рыцаря обращаться с принцессой да ещё и раненой, как со слугой.
   - Будете вежливее - погубите нас обоих. Настоящий рыцарь не должен бояться испытаний, даже таких.
   - Знаю.
  
   За столиком в углу трактира два молодых человека потягивали пиво и тихо беседовали.
   - Ну, что, допиваем и уходим? - сказал один.
   - Да уж надоело тут сидеть. Ищут девушку, а этот точно парень.- ответил второй.
   - В указаниях говорилось, что преступница слаба и будет обращаться за помощью к лекарям, а этот парень так нес тяжелые сумки, словно они пустые.
   - Да точно, парень, хотя и мелковат.
   - Да уж не мельче Ларса...- тайностражник рассмеялся. Второй тоже хихикнул.
   Кружки вскоре были опорожнены и шпики не спеша вышли.
  
   Когда Рико проснулся, уже темнело. Юна за время сна не шевельнулась, только дыхание подтверждало, что она жива. Пора было посылать "оруженосца" за ужином.
   - Думаю, мне пора вставать. - озвучила его мысли Юна.
   - Не нужно. Пусть думают, что мы уснули после дороги. Вам незачем показываться лишний раз на людях. Лучше хорошенько отдохнуть.
   - Маму скорее всего держат во дворце, если эту развалину можно так назвать. Завтра нужно отметить пути отхода через город в лес. Вырваться мы должны прежде, чем закроют ворота.
   - Если вас ждут, у них должен быть сигнал, по которому ворота закроют сразу же по объявлении тревоги. Это может быть дым, флаг на шпиле замка, звук труб.
   - Ещё нужно узнать, не поменялся ли комендант города. - подумала Юна вслух.
   - Завтра на разведке все и узнаем. Есть хотите?
   - Нет. И спать вроде тоже. Расскажите что-нибудь. - попросила принцесса.
   - Что же например? - усмехнулся Рико.
   - Ну, хотя бы, о вашем путешествии сюда.
   - Рассказывать особо нечего. Есть у нас такая традиция - когда приходит пора нашей принцессе выходить замуж, все неженатые рыцари страны отправляются совершать подвиги и завоевывать славу, чтобы потом сразиться за руку принцессы.
   - Ваша Кайса славится красотой на весь известный мир. Есть за что рисковать. - с грустью сказала Юна.
   - Да, - согласился Рико, - её красоту забыть невозможно... - и тут осекся: об этом незачем говорить девушке, лицо которой обезображено навсегда. - Правда, путешествие мое едва началось, и подвигов я совершить пока не успел.
   - А кто меня из Лофотена вытащил? - напомнила девушка.
   - Ну так я ж не один был. Не окажись рядом Радко, сейчас в темнице сидели бы вместе. - скромно возразил рыцарь. - Радко ещё и в рыцари не посвящен, а уже показал себя отважнейшим воином.
   - Он в столице недавно. До того пять лет на границе, а там стычки чуть ли не каждую неделю, и кадеты - будущие гвардейцы в них тоже участвуют. К восемнадцати годам у Радко на счету не один десяток врагов.
   - Увы, я таким похвастаться не могу. - немного расстроено сказал чухонец. - Семь лет назад была последняя война с сельджуками. Я ещё мальчишкой участвовал в битвах. А решающую - можно сказать проспал.
   - Как проспали?
   - Да сцепился с одним сельджуком. У него кистень, у меня меч. Меч он мой сломал, но мне удалось повалить его и обезоружить. Вы наверное знаете, что драться кистенем сложно и требуются особые навыки. Голова у меня была горячая и пустая - решил, что все умею. Размахнулся, не справился и булава вместо вражеского котелка попала в мой собственный. Спас только шлем. Очнулся - бой догорает. Ну порубился ещё немного для порядку, а толку. Всем говорил, что получил удар от врага, иначе засмеяли бы.
   - А мне почему рассказали правду? - поинтересовалась Юна.
   - Не знаю. Сейчас эта глупая история кажется даже забавной.
   - Обычно рыцари не любят рассказывать о подобных приключениях. Но вы - не совсем обычный.
   - Да уж, обычные рыцари в глупые истории попадают гораздо реже, чем я.
   - И зачем тогда вы влезли в эту лужу? Рико, я очень за вас переживаю. Если нам суждено пропасть - пропадем вместе, но последним моим чувством будет вина...
   - Перестаньте. - строго оборвал её Рико. - Не каркайте. Я знаю, что задача не из легких. Но не отступлю. Какой в Ревеле гарнизон?
   - Около тысячи солдат. Отряд в десяток рыцарей. Всего конницы - до двух сотен. Тайной Стражи должно быть человек тридцать. Но сейчас гарнизон наверняка усилен. Шпики могут шнырять по всему городу. Когда мы зашли в трактир, в углу за столиком сидели двое.
   - Вы уверены? - Рико с трудом скрыл охватившую его тревогу.
   - Новички наверное - взгляд сразу выдал. Очень хочу верить, что маскарад сбил их с толку.
   - Почему же вы раньше мне не сказали? - воскликнул рыцарь.
   - Мы и так рассчитывали на их присутствие... Мать должна находиться в замке и быть на виду, как и полагается наживке. - от такого неприятного сравнения Юну передернуло.
  
  

ГЛАВА XV

   За день рыцарь и принцесса обошли весь городок. Первым делом посетили лавку оружейника. Безоружный оруженосец - явление странное и подозрительное, поэтому Рико выбрал для Юны легкий, недорогой но достаточно острый и прочный меч. Теперь в облике маленького оруженосца ничего странного не наблюдалось.
   Как и предполагала принцесса, город можно было покинуть только через ворота: Южные (они через них въехали) и Северные. По тревоге и те и другие будут заперты. Это значит, что у ворот они должны быть до того, как сигнал дойдет до стражи.
   Прогулка сильно утомила принцессу. Однако это не помешало ей наметить наилучшие пути отхода от замка. Главным вопросом оставались ворота. Подъемный мост и портикула армию осаждающих надолго не задержат, но их "отряд" запрут в городе как в мышеловке. Понимал это и Рико. Тем не менее на обратном пути он не забыл заглянуть в лавку аптекаря - пополнить запас бинтов и мазей (кроме мази от ожогов, разумеется).
   До комнаты Юна дошла уже в тумане. Ноги снова стали ватными, руки дрожали. Принцесса молча легла на кровать и погрузилась не то в сон, не то в обморок. Рико укрыл её одеялом, а сам достал бумагу, чернила и перо и принялся набрасывать план города, вспоминая все улицы и закоулки, по которым водила его девушка. Слежки он не заметил. Пока... Здравый смысл подсказывал: надо уходить и уводить Юну. Но принцесса не бросит мать. Королеву все равно нужно спасать. И сделает он это сам.
   Уже темнело. Перо и бумагу пришлось отложить.
   Рано утром рыцарь и принцесса спустились позавтракать. Остальные постояльцы еще спали, трактир был пуст. Прислуживала сегодня хозяйка - худощавая рыжая женщина. Она сочувствием взглянула на оруженосца:
   - Может лекарю тебя показать, мальчик? Или дай хоть я на твои руки взгляну.
   Юна вздрогнула но тут же нашлась. Она закивала, говоря по-чухонски, что куриный суп очень вкусный.
   - Он говорит, что суп вкусный. - перевел Рико.- А с руками разберется сам.
   - А сумеет ли, господин? - спросила хозяйка.
   - Он свои раны лечить умеет и господина. А то я не забрал на службу такой малыша.
   - Ох, ну как будет угодно господину. - покорно ответила хозяйка, однако на оруженосца взглянула очень странно. Юну это насторожило.
   - Пора. - сказал Рико по-чухонски. Они встали и вышли. Сегодня решили осмотреть замок. Он расположился в центре города и представлял собой огромный каменный дом с крепкими, но сегодня открытыми воротами, возле которых стояли два стражника. К северной стене примыкал высокий четырехугольный донжон. Внутреннее устройство замка Юна знала - в детстве облазила от подземелья до крыши. Был в замке и внутренний дворик. Первый этаж занимали слуги. В донжоне и подземельях располагалась тюрьма. Западную часть занимал комендант с семьей. Из подслушанных разговоров Юна узнала, что коменданта сменили. Прежнего - Эмбера - перевели в Линц - крепость на границе с Чухонью. Нового - Талера - она не знала, но назначили его явно неспроста. Напротив ворот расположились казармы ревельского гарнизона и Тайной Стражи. На тревогу отреагируют быстро. В замок так просто не пройти. А нужно ещё выяснить, где держат королеву.
   Тем временем к площади стал подтягиваться народ. Юна и Рико последовали за людьми. Они увидели, как из ворот замка выехал всадник в плаще с гербами города Ревеля и сером сюрко тайностражника. "Комендант" - тихо объяснила Юна. Следом за ним шел отряд солдат. Приглядевшись принцесса увидела, что отряд окружает двух тайностражников, ведущих женщину в зеленом платье. Голову её скрывал просторный капюшон. Сердце Юны забилось часто-часто - она поняла кого сопровождает конвой.
   Рико заметил дрожь принцессы, положил руку ей на плече. Она подняла на него взгляд и прочитала молчаливое "Держись!".
   Они пробрались сквозь толпу к свободному пространству посреди площади. Конвой уже остановился там. Королева стояла, окруженная солдатами. Капюшон с её головы сбросили. Юна смотрела прямо в её лицо и с каждым мгновеньем все больше холодела от ужаса. Лицо матери застыло в безумном, отсутствующем выражении. А глаза широко и пусто смотрели вдаль. Юну охватили ужас и тоска. Она почувствовала себя такой одинокой и беспомощной, что хотелось завыть от отчаянья, проснуться и вернуться в прошлое. Захотелось подбежать, раскидать охрану, обнять мать, заговорить с ней - может она поправится?
   Рико опять опустил правую руку ей на плече, а левой осторожно разжал пальцы девушки, вцепившиеся в рукоять меча. Только почувствовав боль, принцесса пришла в себя.
   - А это, похоже, знатная женщина, Юкка. - спокойно обратился к ней рыцарь. - Интересно, что все это у них означает.
   Юна поняла, что чуть не выдала обоих. А Рико молодец - не теряется и ей раскиснуть не дает.
   Талер поднял руку, толпа стихла.
   - Эта женщина - колдунья. Она навела на страну драконов. Наш король разоблачил её и сослал сюда. Но каменные стены Ревеля не смогли сдержать колдовских чар...
   - Да уж, и родную дочку сожгла. - с явным недоверием сказал стоявший рядом горожанин соседу. Юна этого не слышала, зато услышал Рико. Далеко не все в стране верили заговорщикам.
   - Эти чары обернулись против её же дочери. - Продолжал тем временем Талер. - Но нападения драконов продолжаются. Вчера один дракон напал на столицу, ещё два сожгли деревни на юге страны. Она же в это время стояла на крыше и колдовала, призывая и направляя этих тварей. Здесь она будет ждать королевского суда. А вы должны знать: драконы могут прилететь в любой момент. Город должен быть готов к встрече.
   - Почему её не казнят сейчас же? - выкрикнул кто-то из толпы.
   - Потому что она была королевой и приговор ей может вынести только суд во главе с королем. Я всего лишь комендант этой крепости. Суд состоится через три дня.
   Толпа загудела. Одни требовали казнить колдунью, пока драконы не сожгли город. Другие не могли поверить, что их любимая, добрая и несчастная королева виновна. Стража тем временем увела Василису.
   Толпа начала расходиться.
   Рико не мог видеть лица Юны, но догадывался, что сейчас творится с девушкой. Нельзя давать ей раскиснуть, особенно здесь.
   - Это приманка. - неожиданно тихо и по-чухонски сказала Юна. - Маму вывели на площадь чтобы привлечь меня. - голос её вздрогнул. - Суд через три дня. За это время они рассчитывают, что я доберусь до Ревеля.
   - А потом они предоставят нам удачный случай для спасения, откроют ловушку и захлопнут её. Но почему вы думаете, что ждут именно вас?
   - Иштван и Тимо меня неплохо знают. Во всяком случае, думают так. В Лофотен я явилась лично и одна. Здесь они тоже меня будут ждать.
   - Тогда королеву нужно спасать сегодня-завтра. - решил Рико.
   - Мы не готовы. - в отчаянии прошептала Юна. - Даже плана нет.
   - В замке должен быть подземный ход.
   - А он и есть. Надежно скрыт за стенами города. Но я найду это место. А вот в самом дворце ход запирается изнутри. Зная, что я знаю о нем, там могут выставить часовых.
   - Значит, через ход можно уйти. А проникнем в замок... Да хоть через cтены - они невысокие. Веревка нужной длины у меня есть.
   - С ума сошли?! - воскликнула Юна.
   - Тише!
   В комнате рыцарь с помощью принцессы нарисовал план замка.
   - Я взберусь на стену здесь. - Рико указал место, где стена примыкает к донжону.- сниму часового и надену его плащ. По карнизу стены можно пройти до окна донжона и сразу попасть на лестницу. Королеву должны держать на Верхних этажах, иначе как бы она выходила на крышу?
   - Думаю, её перевели в подземелье. Вывели маму на площадь для меня. Кто знает, о крыше тоже могли сообщить не случайно. А в подземелье - тюрьма.
   - Что ж... - Рико задумался. - Загляну и в подземелье - так даже проще - ближе подземный ход.
   - Без боя не обойтись. Там полно стражи. - сказала Юна тихо.
   - Я, конечно, не гвардеец, но с десятком солдат справиться могу. И вот тут должны не оплошать вы, ваше высочество.
   Юна удивленно вскинула брови.
   - Погоня будет идти по пятам. Вы с лошадьми должны ждать у самого выхода.
   - Значит в замок я не иду?
   - Вы не вскарабкаетесь по стене - объяснил Рико. - Королеву должен освободить...более сильный. Вдруг она идти не сможет. Кто-то должен прикрыть выход и вывести лошадей. Выбор не велик. Остыньте, Юна. И не вздумайте лезть в замок одна. Погубите всех. - строго закончил он.
   Юна молчала. Рико прав. Но так не хотелось оставлять его одного. Тревожно. Один в незнакомом замке. Он будет драться с часовыми, а она в это время - сидеть под луной на травке.
   - Как стемнеет, выступаем. - Сказал Рико. - Надеюсь, вы не очень боитесь темноты. А теперь все отдыхают.
   - Все, кроме вас, как обычно.
   - Я могу проспать.
   Юна действительно здорово устала. Она почувствовала это едва голова коснулась подушки. Рико тем временем снял бригандину, а затем кольчугу. Без двойной стальной шкуры, к которой он привык как к собственной коже, дышалось несравнимо легче. Только легкость эта не сняла гнетущую его тревогу. Рыцарь спустился в конюшню, осмотрел лошадей, оседлал, пока никого рядом не было. Погладил Туули. Тот грустно смотрел на хозяина. У Сивка глаза тоже были печальные - тосковал по Радко. "Ну и настроение у нас у всех", - усмехнулся рыцарь.
   В конюшне он нашел вилы. Древко оставил на месте, а вот наконечник достаточно было правильно согнуть, чтобы получился подходящий крюк...
   Юне не спалось. Сон не приходил. Носившаяся в голове тревога, казалось, поднимающаяся откуда-то из-под ложечки, мешала. Стоило закрыть глаза и мысли пускались в пляс, начинало тошнить. Полежав немного, девушка села. По щекам текли слезы. Юна почувствовала, как намокают бинты. Они прячут её чувства, прячут её слезы - так даже спокойнее.
   И тут взгляд упал на небольшое медное зеркало на столе. Что-то заставило Юну взять его. Она принялась разматывать бинты. Из зеркала на неё взглянуло нечто жуткое. Юна невольно вскрикнула и замерла, уставившись в собственные испуганные глаза. Шрамы останутся. Её лицо обезображено навсегда. Юна глухо всхлипнула, зло швырнула на пол ни в чем не повинное зеркало, не замечая боли, обхватила руками голову и зарыдала.
   Юна не услышала, как отворилась дверь. Рико подбежал к ней, обнял за плечи:
   - Что с вами, Юна? Зачем вы сняли повязку?
   Принцесса отвернулась от него:
   - Не смотрите на меня. У меня больше нет лица. - произнесла она сдавленно.
   - Ваше лицо - ваша душа. Она пока на месте. А это заживет. - попытался успокоить её рыцарь. Он растерялся - наступил тот самый момент, которого он так боялся.
   - Шрамы останутся. - возразила Юна. - Да мною теперь людей на ярмарке пугать можно! Кому я такая нужна?
   - Кому нужны?! - воскликнул Рико. - А ваша мать? Вы нужны ей! Нужны королевству, родным, друзьям, мне! - тут он осекся - последнее вырвалось непонятно как. Но это была правда. Сейчас Рико осознал, как дорога ему эта хрупкая сильная девушка.
   До Юны сказанное дошло не сразу. Но когда дошло, она отпрянула от рыцаря и удивленно на него посмотрела. Рико смутился. Но смутилась и принцесса. Сердце забилось чаще.
   - Чт-то это значит? - наконец спросила она.
   - Что? - Рико сделал вид, что не понял.
   - То, что вы сказали.
   - Я сказал, что вы дороги и нужны вашим родителям и друзьям, королевству.
   - И всё?
   - И всё. - рыцарь опустил глаза словно провинившийся ребенок. - Скоро выступаем. Я забинтую ваше лицо.
   Глаза Юны опять заполнились слезами. Но теперь она не одна. Слезы пришлось прятать.
   - Зря я это сделала. Проклятое любопытство. - сказала принцесса, когда рыцарь занялся её лицом. Вряд ли лекарь справился бы с этой задачей лучше. Но Юна нервничала. Ей так не хотелось, чтобы чухонец видел её уродство.
   - Конечно зря. Соберитесь. Впереди опасное дело. Нельзя идти в бой с таким настроением.
   - "Кошку" нашли? - поинтересовалась Юна, наконец справившись с собой.
   - Сделал из вил, да простят меня хозяева.
   - А выдержит?
   - Высота небольшая - насмерть не расшибусь. К тому же...- Рико взял в руки бригандину, - примерьте-ка это очаровательное платье тончайшего шелка.
   - Не поняла. - удивилась Юна. - Вы отдаете бригандину мне? Зачем?
   - Ну, хотя бы потому, что без неё на стену карабкаться легче.
   - От кольчуги шуму больше. - возразила принцесса.
   - В кольчуге вы утонете. Надевайте и не спорьте.
   - Там арбалетчики. Кольчуга от болтов не спасет. - не отступала Юна.
   - Если крюк не выдержит, болты не пригодятся. - Рыцарь принялся прилаживать панцирь на девушку. Несмотря на толстую куртку, кольчугу и, до предела затянутые ремни и шнурки, броня оказалась, мягко говоря, великовата.
   Наконец Рико удалось обмотать шею девушки шарфом так, чтобы её не натерло пластинами. Вся эта конструкция была затянута в талии поясом. Затем рыцарь попросил принцессу попрыгать, подвигаться, и только убедившись, что броня не по размеру движений не сковывает, сам облачился в свою длинную кольчугу.
   Настало время выступать. Первой выходила Юна - она должна успеть добраться до выхода из подземелья. Рико приладил ей на голову свой подшлемник и уже собрался надевать "топхельм", но девушка остановила его:
   - Я волнуюсь. - Тихо произнесла она смотря ему в лицо. Сердце сжал страх того, что она может уже не увидеть эти добрые серые глаза.
   Словно поддавшись одному порыву они крепко обняли друг друга. Юна слышала, как стучит сердце рыцаря. Он гладил её по голове, успокаивал, уверяя, что все будет в порядке. А ей так не хотелось отпускать его. Рико же изнутри жгла тревога. Он проклинал себя за то, что девушка должна ночью одна бродить по лесу. Кто знает, где сейчас опаснее... Но пора... Рыцарь решительно отстранил от себя Юну и молча надел на её голову шлем.
  
  

ГЛАВА XVI

   ...На рыцаря, выезжающего из города в одиночестве, внимания не обратили.
   Толстый подшлемник, кольчужный капюшон и собственно шлем вжимали голову принцессы в плечи и это было крайне неприятно.
   Юна поехала по дороге на Готланд, пока не стала незаметной для стражи на башнях. Дорога была пуста. Оглянувшись по сторонам, принцесса свернула в лес. Лес большей частью был непроходим для лошадей, однако несколько троп существовало. Одна из них - охотничья - довольно широкая. Остальные узкие и порой незаметные. Юна проехала было нужную, скрытую зарослями ели, но довольно быстро поняла свой промах и вернулась. Узнав порядком заросшую тропинку, принцесса сняла шлем, привесила к седлу, и направилась к выходу из подземелья. Не доезжая до него, спешилась, обнажила меч и, подкралась к выходу. Он укрывался между двумя большими валунами. Но ветви деревьев и кустарников ещё скрывали их, когда послышались голоса. Это была негромкая беседа двух человек. Юна аккуратно пригнула одну ветвь и при свете Луны разглядела двух арбалетчиков и двух лошадей. "Только не это! - с холодком в груди подумала принцесса. - Их нужно убрать отсюда! Но не могу же я их убить! Это мои подданные... Подберусь ближе к ходу, и едва послышится приближение Рико, нападу."
   Пока в лесу стояла тишина, нарушаемая лишь обычными лесными звуками... Она свистом подзовет коней (по крайней мере Сивко откликнется) и нападет на стражу. А сейчас нужно ждать, терпеть давящий на плечи груз железа и тревоги...
  
   Вечером в ворота Ревельского замка въехал офицер Тайной Стражи. Оставив дорогого скакуна на попечение подошедших конюхов, он направился прямо к коменданту.
   Куно Талер как раз возвращался в свои покои после проверки караулов. Навстречу ему шел невысокий плечистый офицер. Фигура была незнакомая. Вернее знакомая, но ни одному из подчиненных принадлежать не могла. Когда незнакомец приблизился, свет факела выхватил из тьмы лицо... Верховного Маршала. Талер от неожиданности замер, но быстро опомнившись, склонил голову и прижал кулак к сердцу в знак приветствия. Иштван кивнув спросил:
   - Всё спокойно, Талер?
   - Так точно, сударь. Как вы и...
   - Я хочу взглянуть на часовых. Нужно наметить места для засад. - оборвал его маршал.
   - В город въехало всего несколько человек, отдаленно подходящих под описание самозванки. Всех проверили. - доложил комендант. - Во время вывода королевы на площадь также никого подозрительного не заметили.
   - Она могла и не проникнуть в город. Вполне возможно, здесь действуют её сообщники.
   - C завтрашнего дня в замок никого кроме стражников впускать и выпускать не будут. Провизией и фуражом уже запаслись.
   - Одобряю. - кивнул Иштван. - Но лазейку оставим. Сбейте решетку сточной канавы. Аккуратно, словно она проржавела.
   Первым делом маршал заглянул в темницу королевы в подземелье. Сюда её перевели после обвинений в колдовстве. Василису держали в одной из комнат тюремной охраны - в сырые и холодные камеры для преступников королеву помещать не осмелились.
   Дверь охраняли два солдата. Еще два арбалетчика стояли у входа в коридор.
   Василиса сидела в кресле и вязала. Рядом, вышивала сухая маленькая служанка. Когда Иштван зашел в комнату, служанка вскочила и поклонилась. Королева, казалось, ничего не заметила.
   - Василиса Белгородская! - окликнул её маршал.
   Королева безумно захихикала:
   - Это ты, Ольгарт?
   - Я Иштван. - поправил её маршал.
   - А Юна не заходит...заболела... - королева опустила безумные глаза и продолжила вязать.
   - Она все время так себя ведет?
   - Да, господин. - ответила служанка. - Или смеется или жалуется, что Юна не заходит.
   Иштван молча вышел. Даже его такое сумасшествие испугало. И заставило призадуматься. Кое что прояснялось... "Что ж, Тимо, пока я тебе подыграю. Но успеешь ли ты осознать, что проиграешь мне. А пока спасибо тебе, твоё величество: спасать такую невменяемую пленницу гораздо сложнее".
   - В донжоне все караулы удвоить. Но пусть не маячат. - обратился он к Талеру.
   Обойдя стены, маршал выразил недовольство по поводу малочисленной охраны и приказал утроить посты, а также выслать разъезд к выходу из подземелья. Иштван не подозревал, что распоряжение его несколько запоздало.
   ...Луна пряталась за тучи и светила тускло и сонно. Рико подошел к замку и укрылся в тени одного из домов. Глаза уже отлично привыкли к темноте. Перед ним был самый низкий участок стены. Веревки должно хватить. Часовой прошел к башне и пока не возвращался.
   Рыцарь бесшумно подбежал к стене, размахнулся и забросил веревку с "кошкой" за парапет. Получилось с первого раза. Крюк, обмотанный ветошью едва слышно стукнулся о камень и надежно зацепился за край. Потянув несколько раз за веревку и убедившись в её прочности, рыцарь принялся карабкаться. Делать это нужно было быстро и бесшумно. Часовой все еще находился возле башни и стоял к нему спиной, когда он спустился за парапет, перерезал веревку и забросил крюк подальше за стену. Звона от падения не послышалось. Рико перелез на выступ с внешней стороны стены. Под ногами чернела пропасть. Сердце учащенно забилось, отдавая стуком в виски и уши - так высоко он никогда не забирался. Рыцарь быстро справился со страхом и начал красться по выступу к донжону.
   Часовой тем временем развернулся и зашагал в его сторону. Чухонец прижался к зубцу. Солдат шел спокойно, позевывая и в развалку. Темно, скучно, прохладно, спать охота. Скоро он поравняется с Рико. Нужно снимать. Рыцарю стало не по себе. Он был на войне и убивать врагов приходилось часто. Но этот солдат ни в чем не виноват. Он лишь выполняет приказы и он не враг. Просто не знает правды...
   Часовой наконец поравнялся с рыцарем. Рико прыгнул, стальной хваткой ухватив несчастного за шею. Солдат задергался, не издав даже хрипа, и обмяк. Чухонец быстро скрутил его веревкой, снял плащ и железную шапку, а рот заткнул перчаткой. Когда очнется - тревогу поднять уже не успеет. Облачившись в плащ и шапку, рыцарь снова перелез на выступ стены и по нему добрался до окна донжона. Сперва заглянул - за окном оказалась винтовая лестница и ни души. Едва не сорвавшись, Рико влез в окно и принялся вспоминать устройство донжона, нарисованное под руководством Юны. Лестница вела и на крышу и в подземелье. Юна считает, что королеву держат в подземелье. Ей виднее. Рико обнажил меч и начал спускаться как можно тише. Лестница, к счастью, оставалась пуста. Тусклый свет редких факелов рисовал на ступенях тени, искажая их форму - рыцарь здорово рисковал оступиться и загреметь вниз. Но, как ни удивительно, на этот раз ему повезло.
   Ещё один поворот...и лестница закончилась. Впереди была дубовая дверь и...два арбалетчика.
   - Ты куда? -окликнул его один.
   Рико молча набросился на стражников, уложил окликнувшего кулаком, а второго двинул рукоятью меча между глаз - оба свалились без чувств. Рыцарь тем временем отодвинул засов и отворил дверь. Перед ним открылся хорошо освещенный коридор с двумя рядами дубовых дверей. У одной стояли два солдата с секирами. А ещё два арбалетчика двинулись к рыцарю. Рико, захлопнув за собой дверь, бросился на них. Один выстрелить все же успел. Чухонец почувствовал, как болт ударил в грудь, но боль пока не пришла. Рядом с ним уже очутились солдаты с секирами. Он ловко увернулся от ударов и уложил всех. Старался не бить насмерть. Только после схватки заметил, что из груди его торчит лишь короткий кусок древка с оперением - с такого расстояния болт прошил его насквозь, пропоров кольчугу словно лист бумаги. Дыхание сковала боль. Рыцарь понял, что надо спешить - надолго его не хватит, рана смертельная, а Юна ждет в лесу. И будет ждать, пока её не схватят. Рико подбежал к двери, которую охраняли солдаты, подобрал выроненную одним из них секиру и в несколько ударов перерубил засов. Перед глазами пробежали красные круги.
   В комнате он успел разглядеть двух женщин. Сухая и маленькая завопила "Караул!". Рико еще не приходилось поднимать руку на даму, но сейчас деваться было некуда. Тяжелым ударом он оглушил надзирательницу. А седая женщина с безумными глазами, казалось, его не заметила. Рико узнал королеву. Нужно бежать, пока не поднялась тревога. Не долго думая, он взвалил на плече безучастную ношу, и, снова нарисовав в голове план донжона, свернул в коридор, ведущий к подземному ходу. Оттуда уже бежали навстречу два стражника. С лестницы тоже раздавался грохот десятка ног. Рико быстро раскидал солдат и бросился к двери. Чтобы открыть засов, королеву пришлось поставить на землю. Тяжелая дверь со скрипом отворилась. На рыцаря повеяло сыростью. Шаги приближались. Чухонец, подхватив женщину, бросился в подземелье. Бежать становилось труднее с каждым шагом: Василиса оказалась несколько тяжелее дочери и он быстро слабел, зеленые кустарники расцветали перед глазами, сменяясь красными кругами и роями черных мух. Что-то мешало дышать. Отряд арбалетчиков уже спустился в подземелье. Прожужжало несколько болтов. Рико почувствовал острую боль в плече и едва не споткнулся. Нельзя падать, нельзя спотыкаться - Юна ждет. И рыцарь продолжал бежать, закрывая собой королеву: стрелой больше, стрелой меньше - уже не важно. Только мысль о Юне ещё держала его на ногах.
   Ход начал подниматься - пришлось бежать под гору. Стало совсем тяжело. Рико казалось, что он умрет раньше, чем покажется ночное небо. Опять прожужжали болты. Стража почти наступала на пятки. Ещё один - уже третий болт пронзил грудь насквозь. Краем глаза Рико увидел его узкий бронебойный наконечник и с ужасом подумал, что такой и бригандину прошьет словно полотно.
   Наконец впереди показался прямоугольник синего ночного неба.
  
   Чуткое ухо Юны уловило шорохи и приглушенные голоса. Насторожились и стражники. Вскинув арбалеты, они направились к пещере. У Юны по телу пробежал холодок. По приближающимся звукам она попыталась определить нужный момент, чтобы не отвлечь стражу слишком рано - тогда не справится она, и слишком поздно - тогда туго придется Рико. Наконец принцесса засвистела что есть духу и бросилась на арбалетчиков. Оба повернулись в её сторону и выстрелили.
   "Хорошо, - подумала девушка,- перезарядить уже не успеют." То, что один болт ударил ее в грудь, Юну мало обеспокоило.
   Сзади прилетели кони. Юна вскочила на Сивка и уже сверху треснула подбежавшего арбалетчика мечем плашмя. Тот рухнул без чувств, второго лягнул Сивко, когда Юна уворачивалась от удара. А из подземелья уже выбегал Рико с королевой на руках.
   - Королева поедет с тобой. - Крикнул он. Вместе они усадили Василису перед принцессой. Из хода уже выбегала стража. Рико успел вскочить на коня и бросился следом за Юной. Арбалетчики выпустили по ним ещё несколько болтов, но вреда те уже не причинили.
   Принцесса выбирала дорогу. Нужно было как можно быстрее покинуть окрестности Ревеля. Но по лесу быстро не поездишь.
   Позади слышался стук копыт. Преследователи взяли лошадей стражников. Юна кляла себя за то, что не перерезала подпруги на седлах. Хотя животные могли выдать её раньше времени: заржав или зафыркав.
   Наконец они вылетели на дорогу. Небо уже серело. Погоня немного отстала. И тут произошло непредвиденное.
   Дорогу преградила упавшая сосна. Сивко легко перескочил препятствие несмотря на вес двух седоков. Девушка удержалась в седле и удержала мать. Проехав несколько шагов Юна оглянулась и увидела, как в момент прыжка Рико падает назад, переворачивается в воздухе и исчезает за бревном. Туули тревожно заржал и остановился.
   С дрожью в груди и коленках Юна спрыгнула с коня, легко перемахнула через преграду и оказалась рядом с рыцарем. Рико лежал на боку. Из груди торчали два болта, ещё один засел в плече, на губах появилась розовая пена. Лицо было белее полотна.
   - Нет... - прошептала принцесса, падая на колени рядом с ним. Но рыцарь был ещё жив. Юна услышала его слабое дыхание, вернее хрипы и свист пробитого легкого. - Рико! Окликнула она его, пытаясь приподнять. - Нужно уходить!
   Рыцарь поднял на нее затуманенные глаза.
   - Уходите. - тихо прохрипел он. - Я уже... - закашлялся. - ...не вскарабкаюсь на коня.
   - Я тебя вскарабкаю! Я тебя здесь не брошу!
   - И пропадешь со мной, погубишь мать и подведешь Радко? Я умираю. Уходи. Коня возьми...
   Юна пыталась остановить платком льющуюся из ран кровь. Все болты прошли насквозь - принцесса уколола пальцы о наконечники. Рико прав. Но она не может бросить его одного умирать! В отчаянии принцесса попыталась поднять чухонца, хотя знала, что он непосильно тяжел для неё.
   - Оставь! - вскрикнул Рико. Лицо его перекосило. - Мне больно! Уходи! Только... - он сплюнул кровавую пену.- ...обломи болт на спине... хочу видеть небо...
   Юна выполнила его просьбу, повернула на спину.
   - Спасибо... - прошептал он, - ...а теперь беги...
   Стук копыт приближался. Скоро покажутся солдаты.
   - Беги! Не делай мою смерть напрасной! - собрав последние силы закричал Рико.
   Из-за поворота показались всадники. Их почему-то было четверо (к погоне присоединился направленный ранее Иштваном разъезд Тайной Стражи). Взглянув на беспомощную мать, Юна с тяжелым сердцем решилась. Она порывисто поцеловала рыцаря в посиневшие губы и побежала, вскочила на Сивка, схватила поводья Туули и во весь опор рванула прочь.
   ...Боль ушла. Остались только тепло последнего поцелуя принцессы, нежно-золотистая утренняя заря, уже голубое небо и сияющие жемчугом облака. Никогда они ещё не были такими яркими.
   Дальним эхом прогремели копыта; на землю спрыгнули чьи-то тяжелые ноги, звякнула сталь. Но это было так далеко... Перед ним было только небо. На мгновение темное размытое пятно заслонило его часть, но потом исчезло. Что-то толкнуло в бок...а может и не толкнуло...Эхо копыт удалялось. Опять осталось только небо. Оно звало и улыбалось, оно пело милым хриплым голосом. И вдруг свет затопила черная тень...
  
  

ГЛАВА XVII

   На губах остался привкус крови. Сухие глаза обжигал встречный ветер. Юна мчалась, прижимая мать к себе. Жар схватки ещё не отпустил её, но в голове и в груди уже ломила безжалостная пустота. От этой пустоты тошнило и трясло. Но нужно было думать о дороге.
   Погоня отставала, а принцесса свернула в лес и направилась к реке. Вдоль реки она запутала следы и, вспомнив весь пройденный маршрут, определила, в каком направлении ехать, чтобы выбраться к Белгородской границе. Но для начала необходимо остановиться на привал - матери и лошадям нужен отдых.
   Василиса с помощью Юны слезла с коня. Девушка внимательно её оглядела и убедилась, что мать невредима. Она, казалось, ничего не замечала. С безумными глазами королева направилась к дереву, потрогала его кору, засмеялась, потом уселась на землю рядом.
   Юна, увидев это, как стояла, так и села на траву и разрыдалась, обхватив руками голову. Ей остро захотелось остаться там - на дороге, вместо Рико. Почему все так? Почему ей так плохо? Почему она так одинока? Одна... Совсем одна... И Рико... Он не хотел напрасно умирать... От этой мысли Юна вскочила: он не хотел умирать напрасно, а она тут расселась и разревелась! Мать голодная, лошади взмылены, тоже голодные и страдают от жажды. Юна достала из сумки пирог и флягу с водой. Василиса охотно и всё также молча принялась за еду.
   А принцесса попыталась снять тяжелую бригандину, спасшую ей сегодня жизнь (на груди красовалась свежая дырка от болта, а под рубахой пекла от попавшего пота царапина), но рыцарь так надежно её зашнуровал, что непослушные забинтованные пальцы девушки с узлами не справились. Ещё вчера эта броня защищала грудь Рико. И не защитила сегодня...На глаза опять навернулись слезы. Юна взмахнула рукой, словно отгоняя от себя наплывающую тоску и принялась снимать сумки с лошадей. Решила не расседлывать - враги ещё близко.
   Напряжение стало спадать и Юна испугалась что раскиснет. А раскисать нельзя, пока она не встретит ребят из белгородской пограничной стражи.
   Все-таки девушка прилегла на опавшую хвою рядом с матерью. Опять саднили ладони. Бинты опять промокли. Все тело ломило от тяжести, мышцы, казалось, стали чужими. На душе было пусто. Ещё не верилось, что Рико погиб. Рыцарь, которого она встретила впервые чуть больше недели назад, и к которому привязалась так, словно знала всю жизнь, вдруг исчез. В трудную минуту узнаешь человека так, как не узнаешь за долгие годы мирной жизни. А она порой была с ним резка, грубовата. Стыдно и горько. В глаза полезли предательские слезы. Сердце заполнило то самое чувство вины, о котором она упомянула в одном из разговоров с рыцарем.
   Так она пролежала - уставившись в небо и слушая шепот леса, умирая от тоски и вины, пока не поняла по солнечному свету, что пора вставать и ехать дальше. Нужно торопиться. Иштван всю страну перевернет. Теперь он наверняка перестал её недооценивать.
  
   0x01 graphic
  
   Иштван бросился в погоню едва была поднята тревога. Даже не удосужившись взять с собой солдат, он вылетел из ворот и направился к подземелью, надеясь успеть на перерез дерзким похитителям. Уже светало. Внезапно маршал наткнулся на следы лошадей. Он резко осадил скакуна, повел носом и направился по следу. Иштван понял, что направленный им разъезд гонится за принцессой.
   Вскоре выехал на дорогу. У поваленного соснового ствола лежал рыцарь. Маршал спешился и склонился над телом. Безжизненные серо-голубые глаза огромными зрачками уставились в небо. На губах ещё не высохла красная пена. Иштван поморщился - парня здорово нашпиговали болтами. Жаль. К нему имелся интересный разговор. А может и к лучшему - живой чухонец мог причинить массу неприятностей.
   Маршал вскочил на коня и бросился по следу.
   - Идиоты! Рыцаря убили, а девку упустили? Талер! - Сконфуженный и хмурый комендант вытянулся. Маршал кипел.
   - У неё воеводинский скакун. Куда нам на наших клячах. - оправдывался сержант-тайностражник.
   - Вы что, все болты на рыцаря потратили? Ему и одного бы хватило! - взревел Маршал.
   - Тамош попал в неё, но похоже она была в броне.
   - Мозги у тебя в броне! Только от бунтарей и драконов это не спасёт. - Иштван помолчал, остывая, а затем распорядился, - Тело обыщете, если его ещё шакалы не сожрали. Что интересное найдете, доложите. Талер! Прочесать лес. Они не могли далеко уйти.
   Воины побежали выполнять приказы, а Иштван ещё раз оглядев подземелье, задумался. Откуда взялся этот белобрысый рыцарь. Барон Кемиярви - так он назвался страже. На воеводинцев ни намека - возможно Юна ещё не связалась с ними. Братья Томашевичи погибли. Остатки гвардии прячутся в горах. В Воеводине она помощи не найдет. Поедет в Белгородье. Там её не достать. Нужно перехватить. Девочка хоть и показала чудеса выносливости - быстро с сумасшедшей матерью до границы не доберется. Но недоброе предчувствие подсказывало - она ускользнет и на этот раз. Он должен найти её первым. И об этом не обязательно всем сообщать. Маршалу стало тошно - он боится жалкой девчонки. Жалкой, но уж очень живучей.
  
   До границы недалеко. Давно стемнело. Юна поняла, что может заблудиться и решила остановиться на ночлег. Тишину в лесу нарушали вскрики ночных птиц, шорохи невидимых животных да шелест листвы. Но в целом было тихо и прохладно. Хотя возможна неприятная встреча с волками, костер разжигать нельзя. Спать тоже нежелательно.
   Юна помогла матери слезть с Сивка, устроила её поудобнее, укутала в плащ, а сама подошла к Туули. Умное животное ткнулось мордой в её плече. Принцесса погладила шелковистую шерсть. И вдруг обнаружила, что вокруг глаз она мокрая. Туули плакал. Юна ещё не видела, как плачут лошади.
   - Туули, миленький... - прошептала она, обнимая скакуна. - Я тоже тоскую по твоему хозяину. Но сейчас не время. Как только мама будет в безопасности, я отомщу за него...
   Ночь была ясная. Сквозь ветви пробивался холодный свет луны. Вдалеке завыл волк. Ему ответил ещё один.
   Юна наконец кое-как сменила повязки на руках и лице (вышло неважно - пальцы плохо слушались и болели) и села рядом со спящей королевой, положив руку на рукоять меча.
   Только как ни боролась она со сном, чуткая дрема все же одолела её.
   Перед глазами летал жуткий дракон. Юна выскочила навстречу ему с мечем. Но тут между нею и тварью выросли Милко и... Рико, отстранили её, а сами бросились в схватку. Оранжевое пламя поглотило их. Милко исчез, а Рико неведомой силой швырнуло к её ногам. Юна упала рядом, обняла его. Он пытался что-то сказать, но не мог - лишь красная пена пузырилась на губах. А дракон приближался. Его желтые глаза показались ей отдаленно знакомыми. Рико умирал у неё на руках. Она взяла меч и пошла навстречу дракону. И в тот же миг его уродливая чешуйчатая морда скрылась за огненной стеной.
   Вздрогнув, Юна открыла глаза. Солнце ещё не встало. Деревья окутывало серое полотно тумана. В отличие от обжигающего сна, вокруг оказалось сыро и зябко. Руки дрожали и подташнивало. А мать мирно посапывала. Сейчас её лицо было спокойным и казалось не таким уж безумным. Но как же она постарела! Волосы седые, на лице морщины, бледные желтоватые щеки. Юна погладила седые волосы. Сможет ли тетя Алиса ей помочь? Убсу точно поможет, но сейчас ехать к ней опасно.
   До границы ещё день пути. А есть уже нечего. Вода тоже закончилась, а ручьи, как на зло, не попадались. Во фляге сиротливо плескались капли собранной с листьев росы. Юна к воде не притрагивалась. Лошади беспокоились. Ехали медленно. Девушка, дабы не начать наворачивать круги, запоминала каждое деревце. Она выехала на лесную дорогу, но путь продолжила лесом вдоль неё. Решение оказалось правильным - вскоре по дороге пронесся отряд. К счастью они не удосужились заглянуть в чащу.
   Яркое майское солнце пробивалось сквозь листву, лучами спадая на землю. Как давно она не замечала солнца. Каждый листик на дереве приветливо сиял изумрудным светом. В воздухе витал праздничный аромат цветущей сирени. Глаза (жаль что только глаза) ощущали дуновение теплого ветерка.
   Солнце прогревало, казалось до души, растапливая засевший в сердце холод пустоты. Она все ещё жива, все ещё может видеть эту красоту, вдыхать этот ароматный воздух. Тетя Алиса вылечит мать. Вот только...Рико этого солнца уже не увидит. Юна опять почувствовала, как к горлу подкатил ком. Ей захотелось погасить это не к месту веселое солнце. Пустота в душе остается и этим лучам её не заполнить.
   Когда стемнело, Юна остановилась на ночлег. Мать спала, а принцесса снова боролась со сном. Вой волков и подозрительные шорохи заставляли хвататься за меч. Перед рассветом упал туман. Звуки стали громче и отчетливее. И Юна уловила голоса... Неподалеку тихо беседовали несколько мужчин. Юна подскочила, растолкала спящую мать.
   Неизвестные замолчали, но принцесса слышала как они приближаются. Её бросило в жар. Она почти подняла сонную королеву с земли и принялась сажать на Сивко. Но не успела - из тумана вынырнули три всадника в темных плащах и с обнаженными мечами.
   Юна тоже сжала меч покрепче и приняла боевую стойку.
   Однако вместо нападения незнакомцы сбросили капюшоны, а передний спешился и, вложив оружие в ножны, подошел в Юне, отсалютовал по-воеводински.
   - Ваше высочество! Слава Небесам, мы нашли вас! - заговорил он. - Сержант Станкович.
   - Я вас не понимаю. - принцесса недоверчиво следила за каждым движением троицы.
   Сержант достал из-за пазухи сложенный в несколько раз лист бумаги и протянул его девушке. Юна взяла записку левой рукой, и не сводя взгляда с воинов, развернула её, встряхнув.
   Почерк оказался знакомым. А подпись вызвала невольный вздох радости и облегчения. Записка гласила:
  
   Ваше Высочество, дорогая Юна! Я благополучно добрался до Воеводины. Здесь полно тайностражников, но немало гвардейцев скрываются в горах и все готовы поддержать Вас. Уверен, что Вы следуете в Ревель. Поэтому мы решили направить Вам подмогу. Надеюсь не опоздали. Сержант Станкович и гвардейцы Домьянич и Янкович поступают в Ваше распоряжение. Привет Рико. Надеюсь, Сивко не очень тоскует.
  
   Преданный Вам гвардеец Радко Томашевич
  
   - Как Радко? - спросила принцесса, дочитав и задушив подступивший к горлу ком от упоминания имени погибшего рыцаря.
   - Пока очень слаб, но идет на поправку.
   - Как вы нашли меня? Как узнали?
   - Вас по бинтам не сложно узнать. Да и коня Радкиного я помню. А нашли случайно. Думали, вы ещё в Ревеле. Королеву и без нас спасти успели.
   Юна ничего не ответила.
   - Ждем ваших указаний. - закончил Станкович.
   - Я направляюсь к белгородской границе. Королева больна и там ей будет безопаснее. А вы по дороге расскажете обо всем, что происходит в Воеводине.
   Сержант помог принцессе взобраться на коня и отряд тронулся.
   Станкович сообщил, что уже второй день дороги кишат солдатами и Тайной Стражей. Пришлось продолжать путь лесом, петляя и запутывая следы. Граница приближалась. Но заезжать в гости к дядюшке Ростиславу Юна передумала - не отпустит назад. Ей нужно не теряя времени ехать в Воеводину и начинать действовать. Поэтому принцесса написала князю письмо, в котором коротко поведала о происходящем, попросила не обижаться на отца и позаботиться о матери.
   - Сержант. - Юна свернула письмо вчетверо и протянула воину. - Вот это передадите лично в руки князя Ростислава или княгини Алисы. Ваша задача доставить к ним королеву целой и невредимой. Я направлюсь в Воеводину одна.
   - Ребята поедут с вами. - утвердительно уточнил Станкович.
   - Нет. Вас не так много, чтобы я была спокойна за безопасность матери. Я и сама доберусь.
   - Но... Ваше высочество! - возразил сержант. - мы не оставим вас одну...
   - Здесь приказы отдаю я. - перебила его принцесса. - и я приказываю вам сопровождать королеву.
   - Но...
   - С каких это пор гвардейцы обсуждают королевские приказы? - строго спросила Юна. - Вам пора.
   Гвардейцы переглянулись. Приказ есть приказ.
   Королева самостоятельно плохо держалась в седле. Её посадили к сержанту. Отряд двинулся в сторону границы. Юна верхом на Туули и ведя за поводья Сивка направилась к Горам.
  
   Ехала быстро, остановилась только вечером, чтобы кони отдохнули. Тревожило ощущение присутствия кого-то рядом. Но лошади не нервничали. И вдруг тишину нарушил чих. Чихнули в зарослях кустарника шагах в десяти от неё. Юна выхватила меч.
   - Кто здесь?
   Из кустов со сконфуженным лицом выбрался гвардеец. Один из сопровождавших её.
   - Ты что здесь делаешь? Я что приказывала? А? - тревога сменилась раздражением.
   - Ваше высочество, вам одной в лесу опасно находиться, вы ещё не поправились. Да и через горы одна не пройдете. - объяснил воин оправдываясь.
   - Значит по своему все сделали. - Юна остыла - парень прав. Её силы на исходе, а впереди незнакомые горные тропы. - Спасибо, Янкович.
   - Я Домьянич. - поправил её гвардеец.
   - Извини... Ночевать здесь не будем. Лошади отдохнут немного и тронемся в путь.
   - Вам тоже нужен отдых.
   - Я что, лошадь? - усмехнулась девушка.
   - Поспите хоть немного. Я покараулю. - Домьянич не обратил внимания на грубоватую шутку принцессы.
   - Не уверена, что смогу уснуть.
   - А нужно. - он достал из сумок флягу с водой, полкаравая темного хлеба, кусок сухой соленой брынзы и две луковицы. - Вы наверное голодны. Еда не королевская, но силы подкрепит.
   - Не уверена, что смогу поесть. - Юна не чувствовала голода. - Не думай, что я брезгую простой едой. Просто не голодна.
   - Это от волнения. - объяснил Домьянич. - И все же вам нужно поесть. - Он отломил кусок хлеба, сделал в нем надрез, нарезал брынзы и лука и поместил внутрь. Полученный "пирог с начинкой" и флягу с водой протянул принцессе.
   Юна поблагодарив, откусила. Соленое мясо пробудило аппетит. Ржаной хлеб уже успел зачерстветь, но после двухдневного голодания показался необычайно вкусным.
   На сытый желудок сразу захотелось спать. Только сон был недолгим - опять кошмары не давали покоя. Ещё не наступила полночь, а принцесса уже поднялась и собралась в путь.
   К вечеру доехали до гор. Однако на горную тропу ступили только на рассвете. Отведенную на отдых и сон ночь перед переходом Юна провела в кошмарах и полубредовых мыслях и видениях, так толком и не уснув. Рассвет принес избавление от ночных мучений, но и чувство усталости обострил. Голова словно свинцом налилась.
   Домьянич уже оседлал коней, запасся родниковой водой. Оставалось только проверить повязки девушки. Это давно следовало сделать, но Юна спешила и отмахивалась. Начавшие уже заживать ожоги на руках опять воспалились, да и на лице заживление остановилось. Кроме того Домьянич обнаружил, что у принцессы начинается лихорадка - не сильная, но вызывающая беспокойство. Следует спешить. А небо затягивает тучами. Только дождя в горах не хватало.
  
   Дождь лил не переставая. Путники давно промокли до нитки. Камни горной тропы стали опасно скользкими. Ещё опаснее были глинисте участки дороги - вязкие и скользкие одновременно. Шли пешком. Несколько раз Юна едва не свалилась со склона, но гвардеец успевал её подхватить. Домьянич был напряжен и сильно обеспокоен. И чем дольше и сильнее лил дождь, тем мрачнее он становился. Потоки воды могут вызвать оползень и сель.
   Перевал должны были преодолеть за день, но ливень внес свою поправку. Стемнело рано. В темноте дорога стала почти непроходимой. Привал устроили в небольшом гроте. Укутались мокрым плащом и уснули, стуча зубами и прижимаясь друг к другу, пытаясь сохранить хоть каплю тепла.
   С рассветом дождь начал стихать. У Юны зуб на зуб не попадал, ходьба по скользким камням начала её согревать. Тем не менее она понимала, что купание и холодная ночь ещё напомнят о себе. И напомнят скоро. Нос и горло уже неприятно ныли.
   - Домьянич! - окликнула она идущего впереди гвардейца. - Скоро закончится перевал?
   - Мы уже близко, ваше высочество. Шагов через двести придется идти по ручью. Из-за дождя воды будет по пояс, не меньше.
   - Сядем на коней?
   - Нет. Так недолго шею сломать. Свяжемся веревкой, чтобы не снесло течением.
   Ручей появился раньше, чем Юна предполагала. Потоки воды, стекавшие с гор заполняли неглубокое ущелье, по которому проходила тропа.
   Дождь почти прекратился, но от стекающих с гор потоков брызг хватало на целый ливень. Тропа превратилась в реку мутной, окрашенной рыжей глиной воды. Лошади забеспокоились. Юна окликнула, идущего впереди и нащупывающего дорогу короткой пикой Домьянича. Тот оглянулся и принялся внимательно оглядывать склоны. Вовремя - его зоркий глаз засек, как от скалы почти над ними начинают откалываться камни.
   - Сель! - закричали они в один голос. Гвардеец подхватил принцессу и бросился бежать вниз. Впереди ущелье расширялось и по более пологим склонам можно было взобраться повыше, уйти от смертоносного потока. Лошади, обезумев, рванулись вперед. Люди едва успели отскочить с их пути и бросились следом. Высокий и достаточно пологий склон - склон спасения - уже показался. Но добраться до него Юна с Домьяничем не успели. Позади раздался жуткий грохот, тропу перекрыл оползень, взметнув волну почти в человеческий рост и превратив бурный ручей в ревущий поток, несущий камни и мусор. Поток закрутил людей, швыряя их то друг на друга, то на камни. Юну забросило на выступ скалы и каким-то чудом она сумела зацепиться. А вот Домьянич до скалы не добрался и теперь тянул принцессу в поток.
   - Режь...веревку! - захлебываясь и перекрикивая гул приказал гвардеец принцессе. Свой кинжал он потерял в потоке, до ножа за голенищем сапога дотянуться не мог
   Юна стонала сквозь звериный оскал и из последних сил пыталась удержаться на скале. Наконец ей удалось укрепиться и руками и ногами. О том, чтобы резать веревку она и слушать не собиралась. Пусть так она продержится недолго, но не обрубит последнюю надежду другого человека на спасение.
   - Я держу! Лезь по веревке! Скорее!
   - Режь!
   - Не могу! Лезь и не спорь! Я вытяну!
   Домьянич начал перебирать руками веревку и грести, борясь с сильным течением и тяжестью одежды и доспехов. Юна глухо стонала, но мертвой хваткой держалась за скалу. Веревка не перерезала талию только благодаря панцирю. Ещё немного и казалось, её хребет не выдержит и переломится. Руки и ноги сковала боль усталости. Но гвардеец наконец ухватился за скалу и упал на камни рядом с выбившейся из сил принцессой. Не такого он ждал. Слыханное ли дело - принцесса спасает своего телохранителя, а не наоборот. Гвардейцу было стыдно, и как ни странно, он жалел, что не дотянулся до ножа.
   - Спасибо... - прохрипел он. - Я у вас в долгу.
   - К черту. - выдохнула Юна. - Не хотела чувствовать себя скоти... - но не договорила. В глазах потемнело.
  
   Темнота сменилась полумраком. Рико, драконы, оползень и бурая жижа вперемешку с камнями исчезли. Глубокий вдох отозвался болью во всем теле. Юна застонала. Тотчас же перед ней возникла тень. Присмотревшись, она узнала...
   - Радко! - простуженный голос не смог передать всей радости принцессы. - Это не сон?
   - Нет, Юна, вы в лагере гвардейцев.
   - А ты как? Так быстро поправился? Не может быть...
   - Почти. Я уже на ногах, но ещё не в строю. Вы третий день без памяти, в жару и бреду. Это не считая того времени что Домьянич вас нес на руках от перевала. Вы спасли ему жизнь.
   - Без него я бы пропала. - объяснила Юна. - Как он?
   - Два ребра сломал. Поправится. Отдыхайте. - Радко встал, собираясь уходить.
   - Подожди. - остановила его принцесса. - Какие новости?
   - Всё по прежнему. Ищут вас, ищут нас. Прячемся в горах. Нашим отрядом командует капитан Войнич. Готовимся освободить ребят, запертых в казармах.
   - А в Лофотене?
   - Гоняются за драконами и призвавшей их Василисой.
   - Из Белгородья новости есть?
   - Нет пока. Кстати, нашли Сивка и коня Рико. Они прибежали почти невредимые!
   - Рико погиб... - сообщила Юна. - Под Ревелем... Расстреляли арбалетчики...
   - Держись, Юна. - Томашевич осторожно положил руку ей на плечё. - Это война.
   - Иштван и Тимо за все ответят. Я порву их на кусочки... - Юну била злая дрожь. - Нет. Сначала нашпигую болтами, а потом поджарю... Я не боюсь умереть... Я боюсь умереть не остановив и не наказав их.
   - Успокойся Юна, это от пережитого. Всё пройдет... Отдыхай. Ты опять горишь.
   - Нет...
   Радко здорово перепугался. Даже не слов принцессы - её взгляда - уставшего, затравленного, холодного. Взгляда, в котором отчаянье победило разум. Он обнял принцессу, словно старший брат.
   - Ты ещё больна. Тебе станет лучше. Ты сильная, но тебе нужен отдых.
   Юна заплакала, а потом и уснула.
  
  

ГЛАВА XVIII

   Алиса осталась в столице. Должен же кто-то поддерживать порядок в стране, пока Великий Князь сдерживает напор врага в приграничных степях. Со дня на день она ждала приезда чухонских послов. Возможно, хоть из Чухони придет подмога. А нет - она возьмет резервы и выступит на помощь мужу. Она солдат. Ей тяжело сидеть в тылу когда идет война.
   Алиса резко отличалась от других женщин княжества и внешностью и манерами. Среднего роста, крепко сбитая и мускулистая, ни капли жира. Для своих тридцати восьми лет выглядела она неплохо и даже несколько седых прядок не старили её. Голова Великой Княгини вопреки обычаям была непокрыта, прямые русые волосы подстрижены и собраны в небольшой хвостик. Одежда Алисы состояла из зеленого цвета длинных широких штанов и плотной льняной рубахи с замысловатыми вышивками, подпоясанной широким коричневой кожи поясом. Некогда такой бунтарский наряд вызывал бурю негодования у почтенных боярынь и княгинь. Но Великая Княгиня вела слишком активный образ жизни, чтобы заворачиваться в просторные и длинные сарафаны, хотя несколько "парадных туалетов" пылились в её сундуке.
   Выслушав новости с полей сражений, и сделав соответствующие пометки на разложенной на столе карте, она собралась было посетить одну из расположенных неподалеку крепостей, но тут в кабинет постучал и зашел дежурный дружинник.
   - Товарищ Капитан! - отсалютовал он, приложив ладонь к виску. - Только что прибыли пограничники с Медвежьей заставы. С ними два воеводинских гвардейца и... королева Василиса.
   - Василиса? - Алиса широко раскрыла глаза. - Где они сейчас?
   - В караулке у главных ворот.
   - Идем. - женщина быстрым шагом направилась за дружинником.
   Многочисленные коридоры княжеского терема они преодолели быстро. Караулка была большой комнатой с двумя длинными лавками, столом, оружейной стойкой и массой всевозможных полок и крючков. Воздух пах потом, но в целом в помещении наблюдался относительный порядок. Это заслуга Алисы - став Великой Княгиней она здорово подтянула дисциплину, заставив стражу следить за порядком и запретив хмельную выпивку не только на посту, но даже и на отдыхе. Хочешь выпить - на праздниках или за пределами терема и казарм.
   В караулке её ожидали двое пограничников и двое воеводинцев - пыльные и порядком уставшие. При виде княгини все вскочили и отсалютовали.
   - Десятник Молчан Угрюмов, Медвежья застава. - доложил старший из пограничников. - Сопровождали двух воеводинцев: сержанта Станковича и гвардейца Янковича. С ними женщина, называемая королевой Истрии Василисой.
   - Где она? - спросила Алиса. Молчан указал в дальний угол комнаты. На лавке, прислонившись к стене сидела седая женщина в порядком истрепанном зеленом платье, укутанная плащом. Алиса не подошла - подбежала к ней.
   - Василиса! Что с тобой случилось?
   Но ответа не последовало - королева смотрела вдаль и не замечала невестку. У Алисы по коже пробежал холодок - такого психического расстройства она ещё не встречала.
   - Что с ней? - обратилась княгиня к гвардейцам.
   - Ваше Величество, принцесса Юна велела передать вам письмо. Возможно там даны объяснения. - ответил Станкович.
   - Юна?! - воскликнула княгиня. - Она же погибла!
   - Я говорил с ней два дня назад. Она ранена, однако это не помешало ей самостоятельно следовать в Воеводину. -- заверил её сержант.
   - Письмо. - пораженная невероятной новостью, Алиса протянула руку. Гвардеец передал ей сложенный вчетверо листок. Княгиня подозрительно оглядела его, потом раскрыла.
   - Почему без печати?
   - В приграничном лесу не нашлось сургуча. - пояснил Станкович.
   Алиса кивнула и принялась читать. Почерк был знакомый, но несколько корявый, буквы плясали. Письмо гласило:
   "Дорогие дядя Ростислав и тетя Алиса! Мне тяжело писать, потому буду краткой. В столице организован заговор против короля, жертвами которого стали моя мать и ваша сестра, я, король и воеводинская гвардия. Имена двух участников заговора мне известны и думаю, дело это распутать удастся. Помощи не прошу, поскольку знаю, что вам нынче несладко. Прошу только позаботиться о маме - с ней нечто странное и это не дает мне покоя. Не доверяйте послам отца - самостоятельно он никого прислать не может. Власть в руках заговорщиков. Если мама попадет обратно в Истрию - её убьют.
  
   Привет Лёхе и Катюхе. Целую. Юна"
  
   - Это писала Юна. - произнесла она дочитав. - Вот что, сержант. Отдохните как следует. Я за вами пришлю. Она может идти?
   - Так точно.
   Алиса подняла Василису с лавки и повела под руку к двери, на ходу отдав распоряжение дружинникам позаботиться о гвардейцах.
   Оказавшись в своих покоях, она усадила королеву в кресло и послала ключницу Ольгу за старой знахаркой Бабой Варей. Физическое состояние больной оказалось удовлетворительным, а вот психика повергла Алису в ужас и недоумение.
   Пока Ольга искала Варю, Великая Княгиня сама переодела и умыла золовку, напоила теплым молоком и уложила в кровать. В горницу постучали. Зашли Ольга и Баба Варя.
   - Ну наконец-то. - Вздохнула Алиса. - Варвара Никитична, совет нужен. Взгляните на нашу Василису.
   Старушка подошла к постели больной, принялась в глаза ей заглядывать, руками перед лицом водить, да всё охать.
   - Ума её лишили, деточка. - Наконец заключила она. - Сильное колдовство на ей.
   - Вы хотите сказать, что болезнь рукотворная? - спросила княгиня. Старушка кивнула. - Я тоже так предполагала. И боялась. Это не колдовство, Варвара. Постарался очень сильный гипнотизер.
   - Я и слов таких не знаю, милочка.
   - Зато я знаю. - Алиса сильно побледнела. - А я даже не психиатр. Я штопаю кишки, а не вправляю мозги.
   - Ты это... Позови Небесных Волхвов. Они одержимых недобрым духом спасают. Есть у них чернец один - старец Кирила. Его и ищи.
   - Бред. - отмахнулась Алиса. - попы здесь не помогут. Кстати, Юна пишет, что Ольгарт в таком же состоянии.
   - А ты все одно покличь Кирилу. Хуже не сделает. Больше никто ей помочь не в силах.
   Кирила пришел к вечеру. Взглянул на королеву и ушел. Вернулся в полночь с ещё двумя монахами. Принялись курить в горнице благовония, а затем монахи запели, а сам Кирила принялся читать нараспев молитву. Алиса наблюдала. Ни дома, ни здесь в богов она не верила. Однако кое-что в проводимом обряде поняла. Звуки определенных частот в сочетании с правильно подобранным ритмом и вероятными экстрасенсорными способностями Кириллы могут оказать действие, обратное произведенному на королеву неизвестным гипнотизером. Что ж, ничего лучшего в её распоряжении нет.
   Королеву затрясло, пульс участился, поднялась температура. Однако, испугавшие Алису симптомы быстро исчезли, а Василиса погрузилась в сон, который продолжался трое суток. В эти дни все свободное время княгиня проводила у постели больной. Ростиславу пока ни о чем не сообщала.
   На третий день королева проснулась. Голова гудела словно после громкого пира. Даже хуже. Василисе стоило немалого труда понять, где она находится. Это было похоже на сон. Внезапно перед глазами возникло лицо Алисы.
   - Алиса? Где это я? - спросила королева. Ответом был вздох облегчения и улыбка. - Почему я в Белгороде?
   - Юна прислала тебя сюда для лечения.
   - Юна! - королева подскочила и снова упала на подушки схватившись за голову и застонав. - Что с ней? Что происходит?
   - Юна в порядке. Что ты помнишь? - успокоила её княгиня.
   - Я... - королева надолго задумалась. От напряжения на лбу выступил пот. Наконец она заговорила. - Помню как хоронили Карела. А потом - бред какой-то. Словно кто-то засел в моей голове и сжимал мозг. Помню что Ольгарт был на меня зол. И ещё темницу... И... Что случилось с Юной? Я чувствую - с ней что-то не так.
   - Все в порядке, Васюш. Юна написала мне письмо. Она в Воеводине.
   - И я должна быть там.
   - Нет. Побудешь под моим наблюдением. После такой фигни быстро не очухиваются. - возразила Алиса. Радость радостью, но нужно быть на стороже.
   И буквально сразу же её опасения подтвердились. Василиса снова впала в ступор и перестала реагировать на происходящее, лишь изредка бормоча какой-то бред. Сознание возвращалось к ней только после сна и то ненадолго. Приходя в себя, она постоянно расспрашивала о положении дел в стране и главное - о Юне. В одно из таких просветлений Василиса потребовала привести к ней воеводинцев. Янкович уже отправился назад доложить Юне о благополучном прибытии королевы в Белгород, а Станкович остался, ожидая дальнейших распоряжений Великой Княгини.
   - Лицо Юны скрывали бинты? - спросила королева едва он зашел.
   Станкович замялся, но решил сказать правду:
   - Так точно, ваше величество. Вы это вспомнили?
   Королева на мгновение прикрыла глаза.
   - Да... Похоже я вспоминаю как она везла меня из Ревеля. Почему она в бинтах?
   - Обгорела во время пожара, Ваше Величество...Лицо и руки... - и тут же добавил желая успокоить королеву, - Чувствовала себя вполне нормально. Едва не порубила мой отряд в капусту, приняв нас за погоню.
   - Ты пытаешься успокоить меня, солдат? - последним словам королева не поверила, хотя Станкович лишь немного преувеличил воинственность принцессы. - Мне неспокойно, я чувствую, что она в опасности. Получить бы от неё хоть весточку...
  
   Жар спал и Юна почувствовала себя лучше. Славика - девушка, ухаживавшая за принцессой - сообщила, что с ней хочет поговорить Войнич. И не просто поговорить - а устроить военный совет. Юна решила, что совет давно пора созвать, а ей довольно протирать простыни.
   Но принцесса осталась в постели, а в землянку к ней пожаловали гвардейские командиры во главе с капитаном. Был среди них и Радко. Прежде всего их беспокоило здоровье Юны, но она заверила собравшихся, что чувствует себя нормально и умирает только от скуки и бездействия.
   - Ваше Высочество. - начал Войнич. - Королева благополучно добралась до Белгородья. Сегодня Янкович привез письмо от Великой Княгини. Оно адресовано вам.
   - Вскрывайте и дайте прочитать. - попросила Юна. Капитан не медля выполнил её просьбу. Принцесса развернула желтоватый лист и начала читать:
  
   "Дорогой Юнчик!
   Мне ещё не удалось выяснить точно, что произошло с твоей мамой. Одно могу сказать уверенно - это дело рук сильнейшего гипнотизера (или колдуна по-вашему). Она здорова, но не знаю, смогу ли я вернуть ей разум. В любом случае буду держать тебя в курсе. Если с отцом то же самое - у вас большие проблемы. Я удивлена, что ты избежала той же участи. Очень прошу - когда сможешь, напиши все подробности, все детали. На помощь смогу выслать не более сотни людей - Ростик еле сдерживает косых. В любой момент могу выступить из города с подкреплением.
   Держись, малыш!
   До связи. Целую. Алиса"
  
   - Королева не в себе. - глухо произнесла Юна дочитав.
   - Значит теперь мы подчиняемся Вам. - заключил Войнич.
   - Полагаю, в заговоре замешаны Иштван и Тимо. Кто из них зачинщик не знаю. Но кто-то - колдун или прибегнул к его помощи. Радко подтвердит - и в мою голову пыталась залезть какая-то сволочь, но у неё не вышло. И, боюсь, жертвы не только король и королева. Возможно многие вельможи также заколдованы. Очень похоже что...Томашевича убрали именно из-за того, что чары его не взяли и он мог быстро догадаться о заговоре.
   - Цель заговора?
   - А какие у них обычно цели? Полагаю, корона. Но зачем тогда ставить страну на грань раскола? - ответила принцесса. - Сколько у вас людей?
   - Двести четыре. Гвардейцев - сто восемьдесят один. Остальные заперты в казармах. Старший полковник Йовович убит при аресте, полковники Катич и Шестич казнены. В стране назначен наместник - тайностражник Борнхольм. За день до прихода Радко мы решили поднять бунт и взять Воеводину под контроль. Но как только узнали, что вы живы, мятеж отменили, решив дождаться ваших распоряжений.
   - Правильно. - одобрила Юна, - бунт только ухудшит положение. Я не могу допустить, чтобы одни мои подданные проливали кровь других.
   - Значит вы против бунта? - удивился Войнич.
   - Именно. Такой плевок в вашу сторону не мог не вызвать ответа - воеводинцы ребята вспыльчивые, как все горцы. Заговорщики не тупицы - предвидели такой поворот. А может именно восстание им нужно? И это накануне циньского вторжения, заметьте. Заговор нужно обезглавить изнутри, а не развязывая войну.
   - Непонятно одно: зачем рушить страну, корону которой собираешься заполучить? - спросил Радко.
   - Я тоже не могу понять. - задумалась Юна. - С одной стороны, во время беспорядков, легче захватить власть. Мало того, что противники отвлекаются, так ещё и авторитет можно заработать, разобравшись с бунтовщиками. Но не под угрозой же вторжения устраивать такое. Или заговорщики очень дерзки, или самоуверенны, или...
   - Или им не нужна корона. - сообразил Радко. Все взглянули на него с недоумением. - Вернее не всем. Что, если в заговоре участвует циньский шпион? И умело пользуется стремлением зачинщиков заговора к власти. Пока в Лофотене выясняют отношения, Воеводина бунтует, Белгородье без военной поддержки захлебывается кровью - очень удобно снарядить сюда армию, усилив её войском сельджуков. Истрия и недели не продержится, а заговорщики, рассчитывая на помилование или даже пост наместника, сами вынесут ключи от столицы.
   - Мы взяли парочку главарей "свободников". - сообщил Войнич. Один раскололся, сознался, что ему платили золотом. Деньги передавали через человека - тайностражника. А недавно сообщили, что пора действовать, передали гвардейскую форму, оружие. Собранные им люди - наши, местные, должны были напасть на штаб Тайной Стражи. Однако Борнхольм их опередил и перехватил. "Свободников" больше нет. Под их именем действует шайка ряженых головорезов. После нескольких стычек выяснили - все убитые чужаки. Похожи на безымянных наемников. Кто их нанял, кто подготовил? Нам оставались только трупы. Головорезы не сдавались в плен! Не просили пощады! Как такое возможно?
   Все задумались. Наконец Юна заключила:
   - Меня не узнал отец! Как такое возможно? С головорезами поработал колдун. И здесь дело точно не в короне. Цыньский шпион и его сообщники. Сначала купили местных дураков, послали на убой, а потом начали действовать сами. Значит в любом случае бунта быть не должно. Здесь нужна тишина. Тихо ловим головорезов. А вот в столице нужно разобраться что к чему и отсечь гадюке голову. По крайней мере, две головы мне уже известны.
   - В Лофотене сейчас опасно. К Тимо и Иштвану подобраться будет сложно. Ваши приметы разосланы по всей стране. В столицу не пробраться так просто. А тем более отряду. - возразил капитан.
   - И это говорит гвардеец? - пристыдила его принцесса. - барон Кемиярви, - её голос дрогнул, - пробрался в кишащий тайностражниками Ревель и вынес из него королеву. Один... Смертельно раненый... У нас же гораздо больше средств пробраться в Лофотен.
  
  
  
  

ГЛАВА ХІХ

   Телега груженая сеном внимания на себя не обратила. В Лофотен сегодня на рынок съехалось немало крестьян из окрестных деревень. Правила телегой богатырского сложения чернобровая крестьянка. На сене дремал темноволосый чумазый мальчишка.
   Юна все ещё была слаба, но несколько дней проведенных в постели наконец поставили её на ноги. Ожоги перестали болеть и лишь чесались.
   С собой решила взять десяток гвардейцев. Несмотря на протесты принцессы, ехать с ней вызвался Радко. Он отлично знал город и его окрестности, и место, где они могли укрыться на какое-то время. Туда - на улицу Кузнечную к дому лекаря Нансена - и направилась телега. Их впустили во двор - хозяев предупредили разведчики.
   Едва телега очутилась во дворе, за ней захлопнули ворота. Сам хозяин - седеющий здоровенный готландец - спустился с крыльца и подошел к прибывшим. Крестьянка-богатырка соскочила с козел и легко поймала спустившегося со стога мальчишку.
   - Быстрее в дом. - поторопил их Нансен.
   Уже внутри лекарь пристально взглянул на мальчика.
   - Это я - Юна, Нансен. - произнес чумазый крестьянин. Только вблизи под то ли грязью, то ли сажей, стали видны едва зажившие рубцы. - Пришлось ещё и волосы ореховым отваром покрасить, и Радко вот, - принцесса указала на крестьянку, - учить шагать от бедра.
   Гвардеец улыбнулся:
   - Спасибо, за то что не дали пропасть тогда, и выручаете сейчас. - сказал он.
   - Это мой долг. Я слишком сильно уважал твоего дядю, чтобы поверить в его виновность. Меня во дворец редко допускают...Однако я распоряжусь, чтобы мои люди переоделись в ваше платье и вывезли телегу из города.
   - Осторожнее с сеном. - предупредила Юна. - там ещё трое ребят.
   - Так точно, ваше высочество. - ответил Нансен. - Располагайтесь. Моя дочь Лив позаботится о вас. - лекарь указал на склонившуюся в почтительном поклоне высокую белокурую девушку. Радко вздрогнул и немного побледнел (был он и без того ещё бледен). Щеки девушки, в свою очередь, покрыл румянец.
   Юне Лив уступила свою уютную комнатку. Принцесса с удовольствием вымылась, оделась в чистое, но порядком великоватое платье хозяйки и спустилась в столовую, придерживая юбки чтобы не запутаться и не загреметь по лестнице.
   Здесь её уже ждали Нансен, Радко и трое гвардейцев. Все встали и поприветствовали принцессу поклоном. Юна сделала знак садиться и уселась сама.
   - Итак, - начала она, - насколько я поняла, вы во дворце теперь редкий гость, Нансен?
   - Так точно, ваше высочество. Гвардейцы и тайностражники всегда болели редко, чего не скажешь о придворных неженках. Но сейчас меня загрузили жертвами драконьих атак. При дворе лекарей почти не осталось.
   - И никто не скажет, что король нездоров. Никто не задумается о причинах. - тяжело вздохнула Юна. - И главное, никто не попытается лечить.
   - Боюсь, лекарь здесь мало чем поможет. Многое остается за пределами познаний медицины. Если рассудок короля помутился - ни один лекарь его не вернет. Не верю, что говорю это, но здесь замешано колдовство.
   - Не вы первый это говорите. Тем не менее, общаетесь ли вы с кем-то, кто имеет доступ во дворец?
   - Баронесса Ламберт, граф Тиль и ещё несколько человек. Пострадавшие от пожара тайностражники - но те не болтливы.
   - Хоть что-то. - решила Юна. - В Тайной Страже необходимо найти надежных людей - не все там заговорщики.
   - Это рискованно... - возразил Радко.
   - Риск оправдан. Нансен, вы могли бы связаться с Нарвиком? Думаю, он поддержит нас своими дружинами когда узнает правду. Тогда в нашем распоряжении будут уже не две сотни гвардейцев.
   - А драконы? Кто будет бороться с ними? - возразил Нансен. - Я видел на что они способны.
   - Их мало. О них ничего не было слышно до тех пор, пока не появился заговор. Случайность? Дракон сжег Бран где находилась я - совпадение? Мать обвиняли в призыве драконов - воспользовались случаем? Нарвика отправили леший знает куда ловить непонятно кого в то время, как король все больше и больше попадает под влияние Иштвана и Тимо. Я не удивлюсь, если скоро и с ним что-нибудь трагическое приключится.
   - Хорошо, ваше высочество, Нарвик будет предупрежден.
  
   Капитан Тайной Стражи Томаш Вернер возвращался домой по улице Булочной как обычно. На рыночной площади он сегодня заметил новое лицо - мальчишка-оборванец лет тринадцати, вымазанный словно трубочист. Откуда он взялся в городе? Как проскользнул? И как улизнул от него? А мальчишку следовало проверить: самозванка, едва не стоившая ему чина, проникла в Ревель под видом мальчика-оруженосца. А как ещё можно скрыть обожженное лицо? Сажа и грязь - другого выхода не найти. Или просто не лезть в Лофотен. Но в Ревель-то полезла. И было их всего двое. Почему? Она слаба, ожоги настоящие и болезненные - если она не одна в заговоре, то почему за неё не действуют другие? Где прячут похищенную королеву? И почему во время похищения ни один стражник не погиб? Рыцаря нашпиговали болтами, а он не убил ни одного стражника! Придушил, оглушил, ранил но не убил. Что это может значить?
   Одно Вернер чувствовал точно - бродяжку нужно найти. Бродяжка заметил его и грамотно ушел от слежки. Не многовато ли для нищего подростка?
   Капитан зашел в дом и поднялся на второй этаж в свою комнату. Все это время у него было ощущение, что за ним наблюдают. Дверь он за собой запер. Было уже достаточно темно и пришлось разводить огонь в очаге и открывать окно чтобы не было жарко. Не раздеваясь Вернер улегся на кровать и продолжил размышления над странностью происходящего.
   Из раздумий его выхватил шорох за окном. Через мгновение он уже стоял у подоконника с кинжалом в правой руке и чьей-то маленькой ручкой - в левой. В следующее мгновение он затащил в комнату того самого мальчишку-оборванца с рыночной площади. Ребенок не издал ни звука и не сопротивлялся. Даже не ойкнул когда тайностражник бросил его на пол и тут же приставил к горлу меч, сменивший короткий клинок.
   - Попался! - довольным голосом произнес Вернер, изучая ночного гостя.
   - Я сама к тебе пришла. - ответил тот спокойно. - Убери меч - я безоружна. Разговор есть.
   Вернер от удивления едва не прикусил язык.
   - Сейчас и моя жизнь и судьба страны в твоих руках. - продолжила незнакомка. - У вас в Тайной Страже заговорщики. Ты тогда пожалел меня, значит у тебя ещё есть сердце и совесть. Ты следил за мной, я - за тобой. Я - принцесса Юна. Настоящая.
   - Самозванка сдалась прямо в руки - о таком можно только мечтать! - воскликнул Вернер.
   - Я не самозванка, леший тебя забери, я - Юна! Да, меня не узнал отец. Зато узнали Тимо и Иштван и поспешно отправили в Серую Башню. Да какая дура будет гробить собственное лицо чтобы выдавать себя за принцессу, выжившую после пожара?
   - Шпионы способны на многое. - уверенно возразил Вернер. - А вот принцессы в окна не лазят.
   - Принцессы, убегавшие от нудных фрейлин на учения воеводинских гвардейцев очень даже лазят, и ещё дерутся неплохо. За что король отправил меня в Ревель знаете? Ха! Я набила морду Тимо!
   - У меня нет оснований тебе верить.
   0x01 graphic
  
   - Они появятся. Просто выслушай. Я в твоих руках и никуда не убегу. Но если не хочешь, чтобы циньцы отобедали твоими ушами, послушай.
   - Так ты, циньская шпионка, мне ещё и угрожаешь? - капитан прижал острие меча к шее девушки так, что слегка порезал кожу. Но она не дрогнула.
   - Убить меня ты всегда успеешь. Только я не угрожаю и я не шпионка. Ты знаешь, что происходит в Белгородье? Знаешь, где сейчас стоят полчища Чиангамая? Знаешь, что Оглу собирает своих разбойников? Не знаешь. Знаешь, что остатки воеводинской гвардии готовы поднять мятеж и сдерживает их только мой приказ и тьма, сгущающаяся у границ. Что ты вообще знаешь-то, КАПИТАН ТАЙНОЙ СТРАЖИ!?
   - О войсках Оглу и Чиангамая не знаю ничего.
   - А я знаю. "Предатели"-воеводинцы ходили в разведку за перевал. Белгородцы едва держатся. Княгиня Алиса с последними резервами обороняет столицу. А вы тут лягушек летающих ловите! Во дворце между тем ни одного лекаря нет, король не узнает родню дочь, королева спятила за один день, а принцессу убили верные телохранители. Бред! Начальство многое от тебя скрывает, дружище. Начнешь думать - поймешь всё. Королева Василиса сейчас в Белгородье лечится - её свели с ума и Алиса не уверена, что сможет помочь. Могу дать почитать её письма. С королем то же самое. Почему Иштван ждал меня в Ревеле? Какой толк заговорщикам от опальной сумасшедшей королевы? Как он догадался, что я поеду туда несмотря на незажившие раны? Потому что знал - мать не брошу! Теперь он будет ждать меня здесь, потому что знает - отца я не брошу тоже. Кроме них мне нечего терять. Спасти их и отомстить за Томашевичей и барона Кемиярви, подготовиться к вторжению - это все, чего я хочу. И умереть за это готова. И не пугай меня своим ножиком - я уже ни огня ни меча не боюсь.
   Девушка смотрела ему прямо в глаза. Взволнованный но решительный взгляд, когда у твоего горла клинок, вызывает уважение. Особенно, если его обладатель не закаленный в боях воин, а юная девушка.
   - Почему ты пришла ко мне? - наконец произнес капитан.
   - Я не забыла дорогу в Серую Башню. Ты пожалел меня. Заговорщик так бы точно не поступил. Но чин у тебя немаленький в твои годы, а род не очень богат и знатен, значит, есть голова на плечах.
   - Допустим, ты говоришь правду. - Вернер наконец убрал меч от горла Юны. По шее потекла тоненькая струйка крови. - Объясни тогда, что произошло в Бране, что происходит сейчас и что должно произойти если я тебе не поверю. Ну и, наконец, зачем, собственно, тебе понадобился я.
   Юна уселась на пол поудобнее. Вытерла тыльной стороной ладони шею, недовольно покачала головой, усмехнувшись чему-то, и заговорила:
   - Во дворце завелся сильный колдун, который внезапно свел королеву Василису с ума и подавил волю короля. Вскоре после этого отец женится на Тимо. Против меня началась травля, которая закончилась дракой. Меня отправили в ссылку в Ревель. Кто знал маршрут? Кто собирал охрану? Иштван. Почему меня сопровождало только двое молодых гвардейцев и трое арбалетчиков? Где была Тайная Стража? А дальше - интереснее: один из арбалетчиков оказался предателем - он выстрелил в Радко Томашевича и зарубил своего товарища. Это и был тот самый сержант Петер. К несчастью для заговорщиков и я, и Радко выжили и знаем кто нападал. Иштван поверил сбежавшему сержанту подозрительно легко.
   - Было ещё письмо Томашевича мятежникам. - перебил её Вернер.
   - Не мне объяснять тайностражнику как легко подделывается почерк. - возразила Юна. - А дальше - я едва держась на ногах приковыляла ко дворцу и отец начал было узнавать меня, но стоило Тимо сказать: "Это не Юна", и он покорно повторил: "Это не Юна". Доказательства ненадежные, но смотрите дальше: с Белгородьем отношения порвали после развода с мамой, воеводинская гвардия заперта в казармах, в то время, как циньцы собирают силы. У нас голая граница! Кто будет оборонять страну в случае нападения?
   - И что ты предлагаешь? - с недоверием спросил Вернер. Он пока не верил, что перед ним принцесса и обращался без вежливого "вы". По его мнению, настоящая принцесса уже бы его одернула. А эта даже внимания не обратила. С другой стороны, если это настоящая Юна - и за "тыканье", и за меч у горла, ему здорово влетит.
   - Сейчас ты меня отпустишь. Через несколько дней я снова приду. За это время посмотришь, подумаешь, понаблюдаешь за Иштваном, Тимо, королем. Разумеется, они ничего заметить не должны, иначе, боюсь, тебя тоже убьет какой-нибудь "мятежник". Если решишь, что я лгу - схватишь меня сам, а лучше подготовь засаду - я в последнее время привыкла отчаянно защищаться.
   Вернер молчал.
   - Ну так я пойду?
   Вернер колебался: самозванка сама пришла к нему в руки, и упустить такой шанс исправить старый промах будет глупостью. Но с другой стороны, она пошла на огромный риск, она действует практически в одиночку, а над сказанным девушкой стоит поразмыслить. Если он отпустит её - она ещё придет. Один промах в её словах есть - он точно знает, что охране для принцессы Иштван уделил непростительно мало внимания, попросив командира арбалетчиков отрядить троих бойцов. Похоже, с этой шпионкой нужно поиграть, тогда и вся сеть заговорщиков распутается. Пытками из девчонки вряд ли выбьют много - слишком спокойно она вела себя с мечем у горла. Девочка из тех, кто на допросах предпочитает молчать. Значит, поиграем.
   - Иди. Но в следующий раз, я тебя так просто не отпущу.
   - Я тебя тоже. - усмехнулась Юна и перемахнула через подоконник. Вернер, выглянув увидел, как ловко она спустилась по водосточной трубе. Он бы так точно не сумел - слишком тяжелый.
  
   Утром Вернера вызвал сам Иштван. Вид у Верховного Маршала был довольно озадаченный. На письменном столе лежала стопка депеш. Похоже, он недавно их перечитывал.
   - А, Вернер! Быстро явились. - ответил Маршал на приветствие капитана. - Не волнуйтесь, больше головомоек устраивать не буду. У вас есть шанс исправить свой промах.
   Вернер вытянулся, показывая повышенное внимание.
   - Циньские войска наносят удар за ударом по Белгородью. Однако следующей их целью станем мы. Убийство принцессы показало, что Тайная Стража работает из рук вон плохо. А упустить вражескую лазутчицу дважды?! Подумать только - лучшие ищейки Истрии подавились девчонкой!
   Вернер при этих словах густо покраснел, но о ночной встрече решил пока промолчать.
   - Так вот. - продолжал тем временем Иштван. - У меня есть причины опасаться за безопасность наших короля и королевы. Вокруг них я предполагаю немалое количество шпионов. Вам лично доверяется охрана королевы. Надеюсь, оказанное доверие вы на этот раз оправдаете. И ещё: вы - тайностражник, и в вашем сердце не должно быть ни жалости, ни милосердия к врагу. Враги, с которыми имеет дело Тайная Стража, зачастую довольно безобидно выглядят, но они опаснее десятка до зубов вооруженных сельджуков. С королевы глаз не спускать, но и навязчивым быть не нужно. Просто хорошо охраняйте её. Заодно понаблюдайте за всеми, кто с ней сталкивается, проверьте, надежны ли они. У меня есть основания подозревать, что крыса завелась в её окружении. И, разумеется, постарайтесь не причинять Её Величеству неудобств. Задача понятна? Вопросы?
   - Так точно. Кто в моём распоряжении?
   - Ваши ребята. Думаю с новыми и менее знакомыми людьми вам будет сложнее. Ещё?
   - Так точно. А король... - но осекся: этот вопрос задавать начальнику он не в праве. - Всё ясно, господин Верховный Маршал!
   - Короля охраняет капитан Ларсен. - Иштван предпочел не заметить дерзости капитана. - Отправляйтесь выполнять. Обо всем докладывать лично мне, подчиняетесь теперь только мне, если что понадобится - тоже ко мне.
   - Вас понял. - отчеканил Вернер.
   - Свободны. - маршал кивнул, давая понять, что аудиенция окончена. - Хотя постойте. Вы хорошо знаете лейтенанта Лукаша?
   Томаш на мгновение задумался. Конечно знает. Именно Лукаш осуждал Маршала за халатное отношение к охране принцессы в дороге. А сейчас он в Воеводине. Что могло произойти?
   - Ну, можно сказать, были приятелями. - Вернер решил не скрывать дружбы с лейтенантом - его слова легко проверить.
   - Что-нибудь странное в его поведении замечали? Неосторожные высказывания, недовольство начальством.
   - Не припомню... Он... тяжело пережил гибель Её Высочества. Говорил, что это несмываемое пятно на всей Тайной Страже.
   - То есть к службе он относился очень ревностно?
   - Я бы сказал, да. И аккуратно.
   - Он хотел повышения?
   - А кто же не хочет. И я от полковничьей цепи не откажусь. - усмехнулся Томаш. Лукаш особым тщеславием не отличался никогда. К чему клонит Маршал?
   - Понятно. - Иштван задумался. - Теперь свободны.
   Томаш отсалютовал, развернулся и вышел.
  
  

ГЛАВА ХХ

   Вернер довольно быстро и грамотно расставил своих бойцов во дворце так, что королева всегда была в поле их зрения. Тимо, однако быстро заметила повышенное внимание к своей персоне и вызвала к себе капитана. Вернер немедля явился в библиотеку, где ожидала его королева.
   Тимо была, как всегда, неотразима: в строгом темно-синем платье, подчеркивающем стройность и идеальность фигуры, оттеняющем фарфорово-нежную кожу. Пламя свечей и лампад играло в глубине её сапфировых глаз так, что молодой капитан на мгновенье замер, очарованный неземной красотой. Однако это не помешало ему почтительно поклониться и застыть на месте по стойке "смирно".
   Тимо улыбнулась очаровательной сдержанной улыбкой и заговорила глубоким мягким голосом:
   - Ваше имя, капитан.
   - Томаш Вернер, Ваше Величество.
   - Очевидно, вы приставлены ко мне Верховным Маршалом. Какие указания он отдал касательно меня?
   - Он опасается за вашу безопасность после столь дерзких проделок самозванки.
   - Ах вот оно что, - усмехнулась Тимо. - Неужели это жалкое создание способно пробраться во дворец?
   - Нет, но вот её сообщники здесь вполне могут быть. И вы, и Его Величество взяты под особую охрану.
   - Значит, моя свобода ограничена приказом Маршала? - не скрывая недовольства спросила королева.
   - Никак нет, Ваше Величество! Никто не в праве ограничивать вашу свободу, мы лишь усилили охрану. - возразил Вернер смутившись.
   - Надеюсь, в моей спальне ваши люди дежурить не будут?! Ладно, охраняйте. Я поговорю с королем, и вас отправят туда, где вы действительно нужны. - Тимо отвернулась к книжной полке, давая понять, что разговор окончен.
   Вернер бесшумно вышел. Недовольство королевы было вполне естественным. Мимо него с легкостью канареек проскользнули две хорошенькие фрейлины. Капитан ответил улыбкой на их кокетливые взгляды. Вся восточная часть дворца, отведенная королеве и её придворным была наполнена такими очаровательными "канареечками", а вокруг царило настроение отнюдь не тревожное. Придворные занимались своей обычной работой - развлечениями. "Что ж, фрейлины - приятная часть задания" - усмехнулся Вернер вслед красоткам. - "Главное не наткнуться на Марго".
   При Василисе двор не был так пышен - белгородка роскошь не любила. И принцесса, насколько знал Томаш, тоже отличалась простым нравом. Он видел её, хотя и не часто. Не красавица, рыжеватая, с быстрыми живыми глазами, худая, угловатая. А ночная гостья на Юну действительно очень похожа. Жаль что темнота и сажа скрывали лицо.
   Его обогнала королева и направилась в сторону покоев короля. Вернер направился следом - служба есть служба. Тимо услышала его шаги, обернулась, смерила недовольным взглядом, но промолчала. На половине короля их встретили тайностражники, молча поприветствовали.
   ...К вечеру по приказу короля особая охрана была снята...
   ...Утром Вернер направился к Иштвану за дальнейшими указаниями. Постучал в дверь, отворил и замер от удивления: маршал спал, уронив голову на стол. Капитан смутился и хотел было выйти, но что-то насторожило его. Подойдя поближе, Томаш понял что именно - лицо Иштвана казалось отлитым из воска, и он не дышал. Вернера словно молнией ударило. Ещё не веря в происшедшее, он прижал пальцы к шее маршала, и, само собой, пульса не ощутил. Иштван был мертв.
   Капитан уже открыл было рот, чтобы позвать стражу, но слова застряли в горле. Стоит сперва самому осмотреть место преступления. Несмотря на отсутствие крови и следов борьбы Вернер не сомневался в убийстве.
   Следов посторонних не было, вино и вода в графинах пахли вином и водой, впрочем, запах яда уловить почти никогда не удается. Расследование поручат кому-нибудь постарше, а значит, о результатах осмотра тела он вряд ли узнает. Жаль. А кто займет место Верховного Маршала? Кто возглавит Тайную Стражу? Нарвик? Толковый вояка, но слишком прост - со шпионами не справится. Талера после промаха в Ревеле вряд ли назначат, Мортен стар... Кто ещё? Однако пора было вызывать стражу, иначе его самого заподозрят. И тут взгляд упал на лист чухонской бумаги, лежавший перед покойником. Корявый размашистый почерк невозможно было разобрать, словно человеку что-то мешало писать. "Предсмертная записка" - понял тайностражник и внимательнее присмотрелся к почерку. Первое, что удалось прочесть повергло его в смятение: "Тимо - циньская шпионка и самозванка. Настоящая Тимо Вальдер погибла. Её нужно немедленно схватить, но это невозможно, ибо большая часть Тайной Стражи заколдовано ею. Я не поддался чарам и теперь м..." - последнее слово поплыло кляксой.
   - И теперь мертв... - закончил Вернер шепотом. По спине пробежали мурашки. Почему маршал так написал? Или королева виновна, или он решил оклеветать её. Но какой с этого прок мертвецу? Чутьё подсказало капитану спрятать записку. Если в ней написана правда - его убьют.
   Под запиской лежало подписанное Маршалом распоряжение об... аресте капитана Борнхольма за содействие шпионам.
   А под распоряжением оказался пропитанный кровью лист бумаги. Почерк Томашу показался знакомым. Чернила не поплыли и содержание письма сохранилось. Это было донесение лейтенанта Лукаша. Вот откуда такой интерес со стороны Маршала! Лукаш подробно изложил дикую историю о разбойниках, переодетых воеводинскими гвардейцами, о том, что Борнхольм передавал им золото... Но к клевете он не склонен - пока триста раз не проверит, утверждать не будет. Почему письмо в крови? Гонец был ранен или убит. А как сам Лукаш?
   Если Борнхольм - шпион, то не единственный. Раз Иштван мертв, дело могут не продолжить. Не известно кому эти бумаги попадут в руки. Вернер быстро сложил письма и спрятал за пазуху.
   Во дворце начался переполох. Расследование король поручил полковнику Мортену - опытному но весьма пожилому тайностражнику. Старик когда-то был неплохой ищейкой, однако давно потерял нюх. Его же назначили Маршалом временно, до Большого совета.
   Вернеру всё это не понравилось. И главное, он отметил то о чем говорила ночная гостья - король полностью подчинен королеве. Иштвана давно можно было убить. И в том же Ревеле, и по дороге. Но это сделали именно сегодня, именно после того, как он усилил охрану королевы, приставив к ней Вернера. "Понаблюдайте за всеми, кто с ней сталкивается... Обо всем докладывать лично мне, подчиняетесь теперь только мне, если что понадобится - тоже ко мне." - хорошо, что записка сейчас у него за пазухой, а не у королевы в руках! Однако мысль, что может быть замешана королева, вызывала внутренний протест.
   Утром следующего дня во дворце начался очередной переполох: тело Иштвана бесследно исчезло.
   Мортен наконец вызвал Вернера к себе. Старик уже занимал кабинет покойного предшественника. За последние сутки новоиспеченный престарелый Верховный Маршал заметно сдал - такая нагрузка пришлась не по годам. Тем не менее он пытался разобраться в происходящем.
   - Черт знает что! То гонца из Воеводины убили, забрав все письма и донесения. Теперь Верховный Маршал... Вы ведь обнаружили тело? - обратился он к капитану. - Ничего странного не замечали?
   - Нет, господин Верховный Маршал. Иштван накануне проявлял некоторое беспокойство за жизнь их Величеств. Предполагал, что во дворце могут действовать вражеские шпионы. Я был поставлен охранять королеву. Однако вечером меня отозвали с поста и приказали утром явиться за дальнейшими распоряжениями. Остальное вам известно. - Томаш сдержал волнение, охватившее его при упоминании убитого гонца. Письмо Лукаша нашли вместе с телом, значит везли его отдельно и тайно. Случайность? Или Борнхольм понял что разоблачен? Тогда у старины Лукаша неприятности. А о Борнхольме ни слова. Иштван, похоже держал свою находку в тайне.
   - Что могло послужить причиной смерти, как вы думаете? - внезапно спросил Мортен.
   - Похоже на яд. Правда не слышал об использовании воеводинцами яда.
   - Яд это был или естественная причина уже не установим. - старик тяжело вздохнул. - Как могли выкрасть тело из дворца? Замести следы? Значит яд настолько плох, что лекарь легко обнаружит его следы. Но как могли похитить тело! Часовня охранялась! Никто не заходил.
   - Быть может, стражники проспали? - предположил Вернер.
   - Идемте в часовню. Посмотрим, что могло помочь похитителям.
   Первым делом капитан осмотрел окна. Третье от двери с улыбающейся Небесной Девой оказалось незапертым.
   - Окна открывал кто-нибудь? - спросил Вернер.
   - Нет. Как только обнаружили пропажу - ни к чему не притронулись. - заверил дежурящий в часовне сержант. - Возможно, окно было открыто ранее.
   - Так скорее всего и было. - согласился Вернер. - либо похитители воспользовались оплошностью жрецов, либо окно было открыто им специально. Жрецов опрашивали?
   - Да. - ответил Мортен, - но вот об окне как-то не подумали. Сержант! Привести всех жрецов опять.
   Пока жрецы-свидетели-подозреваемые собирались, Томаш успел осмотреть всю часовню. Ничего подозрительного. Окно выходило в сад. Деревья и пышные кустарники - хорошее укрытие, но в саду дежурят солдаты, которые тоже ничего не видели. Между тем, тело Маршала весило немало и тащить его могло не менее двух человек. С такой ношей выскользнуть из дворца невозможно! Жрецы об окне ничего не знали и не помнили. Мальчик-ученик не был уверен, что закрыл его прошлым вечером. Спрос с невнимательного ребенка невелик.
   В саду под окном было здорово натоптано. Следы на траве прочесть оказалось невозможным. Однако похоже было, что тело волокли. А дальше - ветви целые, трава примята, а следы разбросаны по всему саду и уже не установить - принадлежали ли они похитителям, придворным, или страже. Как несколько человек с трупом на руках проскользнули мимо часовых (уже задержанных, допрошенных и арестованных за халатность или содействие преступникам) осталось загадкой...
  
   Мальчик-бродяжка спал под его дверью. Не спал, конечно - притворялся. Когда Томаш подошел - ночная гостья отодвинулась, давая ему пройти.
   - Заходи. Дам хлеба.- произнес капитан негромко. Юна молча зашла в комнату.
   - Иштвану помогли. - сказала принцесса, едва тайностражник закрыл дверь. - В городе только об этом и твердят.
   - Как вам удалось похитить тело? - резко спросил Вернер.
   Юна широко открыла глаза:
   - Не поняла. Какое тело?
   - Тело Иштвана похищено. И эту головоломку разгадать мне оказалось не под силу. Надеюсь поможешь ты.
   - Об этом слышу впервые. Очень странно...- Юна задумалась. - Вы видели короля после смерти Маршала? Как он себя вел? Как вела себя королева?
   - Король действительно сильно изменился. Гибель принцессы надломила его. Тимо проще - она не теряла дочь. - Вернер высек огонь и разжег очаг. От пламени зажег свечу и поднес к лицу девушки. Большие пятна грязи мешали разглядеть черты.
   - Хотите видеть моё лицо - позвольте умыться. - улыбнулась Юна. - Вы видели принцессу? Помните её? Мне кажется, я встречала вас раньше во дворце.
   Томаш подал ей кувшин с водой и полотенце и вскоре смог рассмотреть лицо гостьи. Изуродованное местами еще не зажившими рубцами оно оставалось похожим на лицо принцессы Юны. Или враги нашли двойника принцессы, или...перед ним Юна.
   - Похожа. - заключил капитан. - Но вас не узнал король. Я могу ошибиться...
   - Короли тоже часто ошибаются. Что случилось с Иштваном?
   - Иштвана убили после того, как он усилил охрану короля и королевы. Тимо уговорила Его Величество отменить приказ маршала. Я обнаружил тело когда явился за дальнейшими распоряжениями.
   - Кого он назначил охранять королеву?
   - Меня.
   - Угу... - Юна опять задумалась. - Выходит, Иштван стал ей мешать. Что-то они не поделили. Но почему Тимо испугалась наблюдения? Скажите, а вы лично с королевой говорили?
   - Да.
   - Ваши ощущения.
   - Она зачаровывает своей красотой. - улыбнулся капитан. - Была недовольна, но я выполнял приказ маршала, пока его не отменили.
   - Головокружения, панику или влюблённость, провалы в памяти не замечали у себя? - поинтересовалась принцесса.
   - Нет. Не замечал. - рассмеялся тайностражник. - Спрашиваете, словно лекарь.
   - Значит над вашей волей она не одержала верх, как и над моей, как и над Томашевича. Похоже и Иштван понял, что королева пользуется магией или услугами мага. Понял и то, что не подвластны магии и вы. Ему нужно было приставить к Тимо надежного человека, чтобы выяснить её намерения. Маршалом назначили Мортена - вам не кажется, что он староват. Накануне вражеского вторжения армию должен возглавлять сильный и энергичный человек.
   - Иштван тоже говорил о цыньском нашествии. А ещё он оставил это. - Вернер протянул девушке предсмертную записку.
   Юна внимательно прочитала. Задумалась.
   - Вы это показывали кому-нибудь? - наконец спросила она.
   - Нет. О записке пока никто не знает. Убийца во дворце. Если написанное - правда, меня могли убить. Если подделка - убийца...
   - Убийца будет наблюдать за тобой и сделает какую-нибудь пакость. Но я скорее склонна верить написанному. Если Тимо не шпионка, то за власть все равно боролась. Иштван перешел ей дорогу и когда понял, что умирает, решил оставить прощальный подарочек. Вряд ли он надеялся, что письмо попадет в нужные руки. Это скорее жест отчаяния.
   - Или шпион убил Иштвана и попытался подставить королеву. - Томаш не сомневался в противостоянии Верховного Маршала и шпиона. А девчонка обвиняла во всем именно его. Это и настораживало.
   - Как Томашевича? - вспомнила Юна. - Хорошо, не будем отбрасывать такую возможность, однако, вы понимаете, что шпиона нужно найти.
   - А если я его уже нашел? - с легкой угрозой спросил капитан.
   Юна невинно хлопнула глазами, но тут же серьезно посмотрела Вернеру в глаза:
   - Вы играете со мной. Я это понимаю. На допросе не расколюсь - умру от пыток раньше, чем из меня вытянут хоть слово. Значит нужно за мной понаблюдать - вдруг выведу на сообщников. Не выведу. И слежки за мной нет. И Мортену вы обо мне не говорили, иначе оба мы уже были бы мертвы. Я слишком опасный свидетель. Играйте сколько хотите, да не пропустите более опасных игроков. - и прочитав удивление в глазах тайностражника добавила: - я уроки танцев в библиотеке прогуливала - кое что понимаю.
   - Ты - шпион! - воскликнул Вернер. - Ты просто играешься со мной! Ну всё, подруга, пойдем в подземелье! - с этими словами он схватил Юну за шиворот и потащил к двери. Однако принцесса вывернулась и что было духу ткнула его кулаком под дых. Пока офицер хватал воздух ртом, пытаясь вдохнуть, девушка отбежала к окну, но осталась на месте.
   - Можешь меня убить сейчас. Но когда циньцы отобедают твоими ушами, поймешь свою ошибку, осёл! - крикнула она. Вернер в это время уже сжимал её плечи. В двери показался Радко с кинжалом.
   - Отставить! - приказала ему Юна. Вернер обернулся и тут же схватил девушку и прижал к её горлу кинжал.
   - Стой, не то убью! - прорычал тайностражник.
   - Спокойно, Радко, - простонала принцесса. - я разберусь.
   - Но, Юна, вы...
   - Ты называешь её Юной? - удивился капитан. - А сам-то кто? Подойди к огню!
   Глаза воеводинца вспыхнули гневом, однако взглянув на девушку он выполнил приказ Вернера.
   - Радко Томашевич. Живой. - тайностражник его узнал. - А где твой брат?
   - Убит в Бране сельджуками.
   - Это ты её отбил на дороге в Серую Башню? Кто был с тобой? - обратился Вернер к Радко.
   - Со мной был барон Кемиярви.
   - Откуда он взялся?
   - Нашел меня в лесу. Лечил мои ожоги. - ответила Юна.
   Вернер не отрывал взгляда от воеводинца. Тот был напряжен и в любой момент мог атаковать. От девчонки следовало также ожидать подножки, однако малейшее движение грозило ей вспоротой глоткой.
   - Тогда каким образом ты оказалась в Лофотене, если Кемиярви лечил твои ожоги. Отпустил?
   - Я сбежала, пока он спал.
   - Это сложно доказать.
   - Всё сложно доказать. - возразила Юна. - Записка Томашевича могла быть подделкой, король мог быть ненастоящим, уцелевший в Бране арбалетчик мог солгать. Отец с коня мог и не разглядеть моё тогда покрытое волдырями лицо. Что если ему не позволили меня узнать, а?
   - То есть решай кому верить. - заключил капитан, понимая, что находится в тупике. - Я не верю в виновность Иштвана. Да, он небрежно отнесся к охране принцессы, но он начал исправлять свою ошибку и погиб. - Девчонку он может отшвырнуть и разобраться с воеводинцем. Но "принцесса" сбежит. Можно сначала убить её, а потом разобраться с парнем. Но два трупа вместо ценных пленников - очень плохая идея.
   - Если во дворце такие потрясающие шпионы, способные отравить Верховного Маршала и проведать о секретной поездке принцессы в Ревель, зачем им подсылать меня к простому капитану, от которого мало что во дворце зависит. Если сможешь толково объяснить, разрешаю себя зарезать! - выпалила Юна. Радко от этих слов вздрогнул и побледнел. Он проклинал свою нерасторопность и дурацкую затею Юны и рассчитывал прыжок так, чтобы оторвать от горла принцессы руку с кинжалом. Нужно только на мгновение отвлечь тайностражника. Вот это-то и сложно - Вернер чин не за красивые глазки получил.
   Капитан, как ни странно, над словами девушки задумался. Он хотел ей верить, и боялся. Тайностражник никому кроме короля и своего командира верить не должен. Она так похожа на принцессу. А король не узнал. В Ревеле была она и никто не погиб. Зачем ей сумасшедшая королева? Королева призывала драконов... А если не призывала? Зачем так рисковать? Нужно быть очень наглой и дерзкой шпионкой. Пока король жив, ей не...
   - Постой... - принцесса прервала его мысль. - Вот где я тебя ещё видела! Ты ухлестывал за Маргаритой Магнуссен. Я запомнила её недовольную и растерянную рожу когда застукала вас за поцелуями под кустом сирени. На тебя взглянула лишь мельком. По правде сказать, я тоже смутилась. Помнишь эту историю, а влюбленный капитан? Или Марго уже отшила тебя? Та ещё вредина.
   Вернер вздрогнул - вспоминать историю с Марго было неприятно. Но... в саду кроме принцессы он никого не заметил. Или был ещё кто-то? Глупый случай. За ним следили тогда? Точно бред. Значит...Капитана бросило в жар. Он приставил кинжал к горлу самой... Томаш убрал клинок и тут же Радко подскочил к нему, вывернул руку и оттолкнул от принцессы. Началась борьба и воеводинец поняв что долго не продержится, изловчился и хорошенько приложил тайностражника затылком о стену. Вернер потерял сознание.
   - Ты не убил его? - взволнованно прошептала Юна, ища на шее капитана пульс.
   - Он едва не убил вас, Юна! - возмутился Радко. - Да за такое...
   - Перестань. Он тайностражник. Ты бы на его месте легко поверил?
   - Кинжал к горлу принцессы!?
   - Считай, ты его уже наказал...Слава Небесам, дышит.
   Вернер открыл глаза. Разговор гвардейца и принцессы он слышал, хотя и сквозь звон.
   - Чего бросаешься... - Томаш поморщился, прогоняя из головы колокола. - я и отпустить её не успел.
   - Вы подняли руку на... - начал было Радко.
   - Я уже понял, кого едва не отправил к предкам. Простите, ваше высочество. Готов понести заслуженное наказание за всё что натворил. - перебил гвардейца Вернер. - Но вы обвиняли Иштвана, а я имею доказательства его невиновности. Иштван попросил у командира арбалетчиков троих бойцов. Свидетелем был лейтенант Лукаш. Он тогда был недоволен - вас должна была сопровождать Тайная Стража. Вот его донесение из Воеводины. - Вернер достал из-за пазухи письма и протянул Юне. Девушка поморщилась, разворачивая окровавленное письмо. Внимательно прочитала.
   - "Свободники" получали деньги, снаряжение и указания от тайностражника. Потом их сменили ряженые головорезы... Эти бумаги могут стоить вам жизни. И они же могут спасти королевство. Берегите их. Кровь на депеше чья?
   - Гонца. Насколько я понял, остальные бумаги похитили.
   - Плохо. Боюсь, Борнхольм понял, что его раскусили. Лукаш в опасности. Его нужно предупредить. Я сделаю это через гвардейцев. И мы возьмем Борнхольма.
   - Спасибо... Ваше высочество... - капитан замялся. - Я был непростительно груб с вами...
   - Если никому обо мне не рассказал, значит извинятся не за что. - успокоила его Юна. - Голова сильно болит?
   - Поделом. - Вернер наконец сел и потер ушибленный затылок. - Что я сейчас могу для вас сделать?
   - Мне нужны глаза и уши во дворце. Более того, наступит время, когда я должна буду пробраться домой.
  

ГЛАВА XXI

   Город Вальдер - вотчина графов Вальдерских. Именно на этой гористой земле семнадцать лет назад разыгралась Эзельская битва. Город и замок тогда были разорены, но за прошедшие годы почти всё восстановили. Однако графов Вальдерских больше не было. Осталась в живых всего одна наследница древнего рода - нынешняя королева Истрии Тимо. Когда сельджуки ворвались в замок, погибли все его обитатели от мала до велика. Только пятнадцатилетняя Тимо сумела спрятаться. Позже девушку взяла под опеку тетка по матери - графиня Тилль. Руки красавицы добивались многие в королевстве. Но ей удалось вскружить голову родному брату короля - принцу Карелу. Наследников завести они за десять лет брака так и не успели.
   Жизнь здесь лилась своим чередом. Относительная удаленность от столицы уменьшала тревогу от происходящего в стране. Хотя драконов здесь ждали во всеоружии - на крышах некоторых домов стояли тяжелые "скорпионы". В Лофотене такие тоже недавно установили. Тайной Стражи в городе было мало - пограничники частично выполняли её работу.
   Наряд пограничников мельком взглянул на неопрятную старушку, семенящую по грязной городской улочке и быстро обогнал её, спеша по своим делам. Не обратили внимания на нищенку и у Небесного Храма. Сюда подобные лица приходили постоянно. Странники не просили милостыню. Они просто ходили с места на место, иногда разнося новости. Большей частью это были старые одинокие люди, часто слепые или глухие. Служители храма давали им еду. Старушка уселась под стену и уставилась прямо перед собой отсутствующими глазами. С ней пытались заговорить, но она молчала. Похоже, странница была немой. Вскоре на неё перестали обращать внимание.
   Заговорить означало выдать себя. На лицо можно нанести краску, раздобытую Вернером в арсенале Тайной Стражи, походку кривой престарелой бродяжки выучить несложно. Но что делать с молодым голосом? А к немому и вопросов меньше. День два нужно побродить, изучить город. И главное - слушать. И поменьше нарываться на погранцов. Ребята хорошие, но недавних пор слишком опасные своей преданностью королю.
   В Вальдере Юна раньше не бывала. С ней в дорогу рвался Радко - и не только ради её безопасности. Здесь вместе с другими воинами, павшими под Эзелем похоронен его отец. Но от гвардейца сейчас больше толку в столице. Для подстраховки и для связи она взяла с собой гвардейца Владко - у парня была неприметная внешность: невысокий рост и светло-русые волосы. Такому легко затеряться в толпе, в таком сложно разглядеть воеводинца.
   Разговоры у храма велись в целом малоинтересные. Иногда упоминалась самозванка, которая уже сама призывает драконов. Одна странница, побывавшая недавно в Лофотене рассказывала байки про то, как Самозванка ножом зарезала самого Верховного Маршала. Говорили, что скоро будет война. Вот и все что удалось услышать Юне за день. Ничего нового.
   Принцесса поужинала краюхой хлеба, любезно предоставленной служителями храма и уснула под навесом неподалеку от остальных бродяг. Было достаточно тепло, даже жарко. Принцесса спала чутко, скорее дремала ибо крепкий сон мог привести к ставшим уже обычными кошмарам. А там и заговорить недолго.
   Еще день был проведен у храма. Почти бесполезно. Зато Юна узнала, что в замок сейчас пройти довольно просто - ворота открыты целый день, а стражу не интересует никто кроме вооруженных людей. Одна из странниц только вернулась оттуда. Побывала на кухне. Слуги любят послушать байки. Жена управляющего - женщина со странностями: для всех нищих и убогих ворота её замка открыты. Она свято верила, что проявляя милосердие избавится от подагры, которой её "наградили" Небеса.
   На следующий день ближе к вечеру Юна направилась к замку. По запаху нашла кухню. Молодая полная женщина в испачканном жиром переднике позвала её:
   - Эй, старушка, заходи! Не бойся. Садись на лавку - угостим чем-нибудь. А ты нам чего расскажи.
   Юна села. Показала жестами, что говорить не может. Молодка сочувственно на неё взглянула.
   - Жаль. Да ты все равно посиди. Итак небось все ноги по стране исходила.
   Кухарка занялась своей работой - нарезкой лука. На большой железной плите в огромных сковородах жарилась речная рыба. В котле что-то бурлило. Над стряпней суетилось пять женщин и мальчик-поваренок.
   На колени к Юне запрыгнул очаровательный серый полосатый котенок. Принцесса прижала теплый комочек к себе и принялась его гладить. Зверек довольно замурлыкал. Однако тут в кухню забежала женщина, бросилась прямо к Юне и выхватила у неё из рук котенка:
   - Отдай! Он мой! - глаза женщины казались безумными.
   У сумасшедшей были растрепанные русые с проседью волосы, бледное, даже сероватое лицо и пустые водянистые глаза. Еще мгновение назад они горели, а сейчас опустели. Юна про себя отметила, что женщине лет не больше тридцати пяти, и выглядит она старше из-за болезни и неряшливости. Однако котенок судя по спокойствию, сумасшедшей доверял.
   - Чего прицепилась к старушке, Эльза? Не съест она твоего Мурлыку! - прикрикнула на неё кухарка. Эльза пробормотала ей что-то несвязное и забилась в угол.
   - Совсем умом тронулась бедняжка. - пояснила кухарка Юне. - Из графского замка после войны только старик-конюх, да смилуются над ним Небеса, госпожа королева да эта юродивая и уцелели. Вот Эльза умом и тронулась. В обиду её не даем - грех большой - вот и слоняется по замку призраком.
   Юна сочувственно покачала головой, а про себя отметила, что с Эльзой надо бы поговорить. А ещё лучше - выкрасть из замка. Вероятно Иштван узнал о подмене Тимо от неё и сумасшедшая доживает последние дни. Нужно здесь заночевать и подобраться к женщине. Разумеется не при свидетелях. Знать бы ещё причину смерти старика-сторожа...
   После ужина кухарки отправились спать. Юне постелили на кухне шерстяное и очень старое одеяло. Сумасшедшая осталась здесь же. Дверь не закрывали, чтобы ночной прохладный воздух прогнал дневную жару и утром можно было снова готовить.
   Юна встала, тихонько подошла к спящей Эльзе и осторожно потрясла её за плече. Женщина вскочила и едва не закричала. Но принцесса шикнула и приложила палец ко рту.
   - Ты можешь говорить, Эльза? - спросила она шепотом.
   - Что ты хочешь от меня? - спросила та, и на мгновение взгляд её показался вполне осмысленным.
   - Ты видела Тимо до войны. Ты боишься той, которая взяла её имя.
   Женщина не успела ответить. Она с испугом уставилась за плече Юне. Принцесса перехватив этот взгляд, обернулась, слегка уклоняясь в сторону - и вовремя: рука с ножом лишь задела её рукав. Юна выхватила из-за онучи кинжал, а убийца уже устремился к вскрикнувшей Эльзе, видимо побоявшись, что та поднимет шум. Юна не медля ударила его под лопатку. Лезвие вошло глубоко - девушка чудом не попала в кость. Враг обернулся с хрипом и упал на спину. Юна прижала кинжал к его шее, ибо убийца ещё дышал и оставался в сознании.
   - Кто тебя послал? Отвечай!
   Неизвестный залопотал по-сельджукски.
   - Ты должен был убить её? - Юна указала на Эльзу.
   - Я убить вас оба! - прохрипел сельджук и глаза его замерли. А принцесса застыла, потрясенная тем что сделала. Девушку вдруг замутило.
   Очнулась Юна от того, что её трясли за плечи. Перед глазами растекалась светлая скользкая каша и смешивалась с темной густой жидкостью. Наконец сознание вернулось полностью и принцесса с очередным позывом ко рвоте поняла что перед ней сегодняшний ужин из её желудка и кровь мертвого сельджука. Кто-то оттащил её от тошнотворной лужи. Юна вывернулась из цепких, но не очень сильных рук и узнала Эльзу. Разум наконец прояснился окончательно:
   - Нужно бежать! - громко прошептала она. - Нашел он, найдут и другие.
   - Ты не старуха! - воскликнула Эльза.
   - А ты не сумасшедшая! - в тон ей ответила Юна. - Что ты знаешь о Тимо? Он пришел за тобой из-за этого.
   - А ты?
   - И я. Но мне ты нужна живая и здоровая. Если сейчас убежишь со мной, тебя защитят.
   - Я тебе не верю!
   - Мертв сельджук, а не ты - этого мало?
   - Госпожу Тимо убили сельджуки. А та которая сейчас королева - они её привели.
   - Вот и славно, а теперь бежим. - Юна вскочила, увлекая Эльзу за собой.
   Пробегая мимо трупа сельджука, принцесса подобрала оба кинжала. Оставалось самую малость - выбраться за стены замка. Проломы в них были давно заложены, прыгать в ров - рискованно - мало того, что недолго сломать шею, так ещё стража поднимет тревогу. Настолько поспешно Юна уходить не рассчитывала и теперь нужно было думать на бегу как преодолеть ворота замка и выбраться из города. Где то под стенами её должен ждать Владко с лошадьми но его ещё нужно найти.
   - Ты знаешь все выходы из замка? - спросила она Эльзу.
   - Ворота и подземный ход. Там стража. - ответила женщина. - Мы не выберемся! Они нас схватят! - руки её тряслись.
   - Выберемся - мне не впервой из пекла удирать. - успокоила её Юна. Сейчас она ощущала на себе ответственность за перепуганную свидетельницу и сил поприбавилось. - Поблизости можно найти веревку?
   Эльза удивленно взглянула на принцессу: - Найдем. - и увлекла к небольшому сараю возле кухни.
   Юна довольно быстро нашла то, что нужно. И не теряя времени они побежали на стену - недавно восстановленный, а потому более низкий участок. Стражи здесь не оказалось. Берег рва и улица напротив - пусты. Юна быстро обвязала веревку вокруг зубца. Эльза запаниковала ещё больше:
   - Я не смогу.
   - Обвязывайся. Я тебя спущу. - уверенно успокоила её Юна.
   - Нет! - прошептала женщина.
   - Здесь тебя убьют, дура! - шепотом закричала на неё Юна. - Делай что говорю! Я удержала гвардейца в броне, удержу и тебя.
   Эльза дрожащими руками принялась неумело обвязываться вокруг талии. Юна недовольно остановила её и хитроумно закрепила конец под грудью, пропустила под мышками.
   - Будет немного больно. - Принцесса обмотала веревку вокруг правой руки, легла на камни, упершись ногами в парапет и приказала:
   - Лезь!
   Эльза неловко перебралась через парапет и Юна почувствовала всю её тяжесть на своих руках. Даже пожалела, что выбрала этот путь побега. Она начала понемногу отпускать веревку. Вскоре устали ноги. Грубая пенька стерла кожу на запястье и предплечье даже через ткань. Предусмотрительно обмотанная тряпицей кисть пока болела только от усталости. Спуск казался бесконечно долгим и Юна едва не потеряла сознание от напряжения, когда веревка наконец ослабла. Настал её черед лезть. Принцесса спустилась гораздо быстрее своей спутницы, держась за веревку и упираясь в стену ногами.
   Когда она очутилась на земле - колени предательски согнулись, а ладони запекли. Немного передохнув девушка наконец встала на дрожащие ноги, перерезала путы на Эльзе.
   - Ров узкий. Сможешь переплыть.
   - Я не умею.
   - Ладно, держись за мою спину. И не барахтайся - шум нам ни к чему.
   Принцесса спустилась в ров. Воды оказалось по шею. Следом шагнула Эльза. Через два шага Юне пришлось поплыть. Более высокая Эльза сделала ещё шаг и вцепилась ей в плече. Кое как они выцарапались на противоположный берег.
   - Обойдем вокруг. - приказала Юна. - меня должны ждать.
   Долго идти не пришлось - через два квартала к ним подбежал Владко:
   - Вы не одни? - удивился он.
   - Она поедет с нами. Нужно спешить.
   Когда в замке поднялась тревога, принцесса со спутниками уже въезжала в лес.
  

ГЛАВА ХХІІ

   Юна дралась с сельджуком. Враг теснил её осыпая тяжелыми ударами ятагана. Девушка уворачивалась, но уже заметно уставала. А он ничем не мог помочь ей. Тело не слушалось, казалось связанным, словно в трясину погруженным. И вдруг Рико понял почему не может помочь принцессе: он мертв! Тогда почему сейчас всё это видит? "Юна!" - в отчаянии закричал рыцарь. Крик оказался лишь хрипом. Ему не хватало воздуха. Юна и сельджук исчезли. Вместо них из холодного тусклого света возникла огромная чешуйчатая голова.
   - Ты не похож на Небесную Деву...- прошептал Рико.
   - А ты уже не так похож на покойника, приятель.- стрекочущим голосом ответила голова. - С возвращением.
   - У меня бред... - понял Рико.
   - Увы, дружище, ты наконец очнулся. - прострекотало чудовище. - Советую не дергаться - тебе это повредит. Я выгляжу несколько необычно, но зла не причиню.
   - Ты дракон... Ты сжег Бран? - Рико пожалел, что не может схватить меч и отучить тварь нападать на беззащитные деревни. Наконец-то перед ним чудовище, принесшее Юне столько боли! А он даже пошевелиться не может.
   - Я отвечу на твои вопросы когда ты будешь в состоянии слушать, голокожий. Твоя жизнь ещё на волоске.
   - Мне нужны ответы сейчас, тварь! - рыцарю показалось, что он крикнул, но на самом деле его было едва слышно.
   - Упрямый. - дракон оскалил острые небольшие зубы, подражая человеческой улыбке. - Не обзывайся. Я о тебе могу сказать то же самое, человек. Ладно. Успокою. Я не жгла Бран. Я вообще не умею плеваться огнем. Это делает другой дракон - огромный, опасный. Из-за него убивают моих братьев. Убивают голокожие вроде тебя. Голокожий не пришел бы на помощь раненому дракону. А дракон не смог оставить раненого голокожего умирать. Это пока все. Я поставлю тебя на ноги, если будешь смирным.
   - Давно я здесь? - Рико немного успокоился. От разговора уже закружилась голова.
   - Четвертый день. Меня зовут Федот. - сообщила драконица.
   - Рико.
   - Вот и познакомились, Рико. Сейчас ты почувствуешь укол, чуть больнее укуса комара. - драконица поднесла к плечу рыцаря прозрачную трубочку с нанесенными полосками, тонкой стальной иглой и маленькой блестящей рукояткой. - Это лекарство, помогающее избежать заражения крови. Без него ты уже сгорел бы.
   Федот уколола рыцаря в мышцу, введя иглу на пол-дюйма и начала медленно давить на рукоятку, нагнетая жидкость в иглу. Рико болезненно поморщился.
   - Тем же путем, что змея впрыскивает яд, можно внести и лекарство. И подействует оно быстрее. - объяснила драконица, вытягивая иглу и прижимая к уколу кусочек материи смоченный чем-то резко пахнущим и холодным. Оставалось удивляться, как её огромные пятипалые кисти раза в два превосходящие по размерам кисть взрослого мужчины, так ловко управлялись с маленьким "комаром".
   Рико внимательно разглядывал чудовище. Ящерица размером превосходящая огромную лошадь отвращения не вызвала. Руки у дракона были подвижные, похожие на человеческие, только больше. За необычайно широкими для животного плечами прятались сложенные кожистые крылья. Тонкую короткую шею венчала огромная, с бычью, голова. Всё тело покрывала желто-зеленая сухая чешуя. Большие глаза с вертикальным зрачком также были желтыми, но не пустыми, как у ящериц и змей, а умными и даже добрыми. Вместо человеческого носа, на короткой плоской морде наблюдались две большие ноздри. И удивляло то, что зубастый широкий безгубый рот четко произносит человеческие слова. Уши на чешуйчатой голове рыцарь так и не разглядел. Потом перевел взгляд на высокий свод и каменные стены. Пещера, но чистая, жилая, теплая, сухая. Откуда тогда этот странный свет?
   Наконец слабость победила любопытство, и рыцарь уснул. Федот осторожно пощупала его лоб, кивнула и отошла в другой конец комнаты-пещеры к большому столу освещаемому длинной светящейся трубкой. Стол и полки над ним были заполнены всевозможными стеклянными колбочками, трубками, над горелкой на железной подставке в большой колбе бурлила розоватая жидкость. Федот стеклянной трубкой набрала несколько капель жидкости и быстро влила их в пробирку наполненную субстанцией подозрительно похожей на слегка разбавленную кровь, тщательно встряхнула и принялась разглядывать результат на свет. Вскоре на поверхности раствора начала появляться синяя пленка.
   - Не может быть... - прошипела драконица на своем языке. - Это он! Попался красавчик...
  
   - ...Значит нас убивают из-за твоего пациента, Зан Федот. - стрекотал более крупный дракон с желто-коричневой кожей. Всего их в комнате-пещере собралось четверо, не считая хозяйку. - Ты уверена? Я помню смерть последнего. Теперь уже не последнего...
   - Я повторила анализ четыре раза, Тоур. Сомнений нет. Человек не пережил бы такую кровопотерю без переливания. Этому хватило физраствора. Из комы вышел очень быстро и почти сам. Его подстрелили не на дороге - он достаточно длительное время сохранял активность. Голокожие в состоянии шока бывают способны на чудеса. Но затем умирают. Потому и возникли подозрения. Я хорошо знаю организмы голокожих.
   - Он пытался превратиться? - спросила бледно-зеленая драконица.
   - Нет. Более того - решил что это я сожгла Бран. А ещё в бреду звал Юну.
   - Хочешь сказать, он не виновен? - фыркнул Тоур.
   - Не могу понять. Нужно расспросить его, когда он очнется. Оборотень достаточно окреп для разговора.
  
   Рико разбудило громкое шипение - шепот, в котором различались непонятные слова. В логове Федот оказались ещё три дракона: светло-коричневый крупный, Федот и трое зеленых от бледного до травянистого оттенка.
   - Решили мною отобедать? - спросил он.
   - Скорее ты отобедаешь нами. - низко проурчал коричневый.
   - Не надо, Тоур. - Федот примирительно положила руку на плече товарища. - Это мои собратья, Рико: Тоур, Мот, Ниот и Рудот. Нам нужны ответы на некоторые вопросы. Ответь на все и не удивляйся их странности. Иначе мы не сможем тебе помочь.
   - Ты ещё не ответила на мои.
   - Отвечу. Но пока не знаю, что ты сможешь понять, а что нет. Итак, опиши всё, что произошло в Бране. Где ты был в это время?
   - Я спал в лесу. Где-то в окрестностях деревни. Заблудился. Принцесса споткнулась о меня когда убегала от пожара. Вот и все. Тогда меня больше волновали её ожоги нежели нападение дракона...
   - Ты утверждаешь, что принцесса Юна жива? Где она тогда? - перебил его Тоур.
   - Не думаю что в безопасности. На неё объявили настоящую охоту. А она пытается охотиться на охотников. Где сейчас Юна я не знаю. Последний раз видел её...
   - На дороге из Ревеля, где я тебя подобрала. - поняла Федот. - Принцесса нас мало интересует. Из Ревеля вы вытаскивали её мать?
   - Да Василису обвинили в призыве драконов.
   - И после этого их ещё разумными считать! - возмутилась Рудот.
   - Тише. - Федот махнула большой головой. - Ты мог унести принцессу и королеву в Белгородье по воздуху, ты мог испепелить погоню и разнести пол Ревеля. Почему ты этого не сделал и остался умирать на дороге утыканный болтами, словно болото камышом?
   - Я не умею летать и плеваться огнем! Драконы вы, а не я! - воскликнул Рико и сильно побледнел. Он начал уставать. И опять не хватало воздуха.
   Драконы переглянулись. Наконец Тоур строго произнес:
   - Меня не обманешь. Вас создали наши предки, и они научили нас распознавать оборотней. Федот проверила твою кровь, оборотень. Выкладывай, зачем ты нападал на деревни!
   Рико был не просто удивлен - он решил, что сходит с ума или снова начался бред.
   - Вы не сведете меня с ума, твари! - рыцарь рывком сел и едва не потерял сознание - раны отозвались болью.
   - А ну ложись! - Федот мягко и бережно попыталась уложить рыцаря, но получила не очень сильный удар в нос, а Рико тем временем, сам упал на подушки. - Все лечение насмарку! - драконица недовольно терла морду. - Что за глупые создания эти голокожие. С него хватит на сегодня. Думаю разговор мы перенесем. Я провожу своих друзей и проверю твои повязки, брыкливый ты мой.
   Драконы удалились из пещеры. А Рико все ещё вяло кипел. Почему они называют его оборотнем? Что за заговор чешуйчатых тварей?
   - И почему я тебе верю. - Федот вернулась. - Как бы хуже не стало. Ты как, а? - чешуйчатая рука легла на лоб. - Поднялась теплота. Плохо.
   Драконица принялась проверять повязки раненого.
   - Ты не отомстишь за тот удар? - подал голос Рико.
   - Дам бить некрасиво.- Федот опять проявила некое подобие улыбки. - Но ты драконицу от дракона ещё не научился отличать. Прощаю.
   - Что всё это значит?
   - Ты оборотень. Наши предки некогда правили этим миром. Ваши - бегали в звериных шкурах по лесам. Драконы многое умели. Но как оказалось лучше всего у них получилось истребить самих себя. Нас осталось мало. А теперь будет ещё меньше... В старину драконы умели придавать одним существам качества других. За дело взялись военные и создали из человека страшное оружие. Получившиеся твари оказались умны и неподконтрольны нам. У них была своя голова на плечах. Считается, что последнего оборотня убили двести лет назад..
   - Это похоже на сказки.
   - У тебя сыновья есть? Законные, незаконные - неважно.
   - Нет.
   - Тогда попробуй превратиться. Для этого нужно представить крылья, представить себя драконом. Закрой глаза и сосредоточься. Попробуй.
   Рико недоверчиво взглянул на Федот, усмехнулся, закрыл глаза.
   Сначала все казалось шуткой. А потом он представил крылья, представил, что крылья вырастают из-за спины и тут рыцарь почувствовал, что его крылья придавлены телом и ноют! Рико открыл глаза и закричал: у него были огненного цвета когтистые лапы, огромное желтое брюхо и длинный огненный хвост. Федот теперь казалась не больше овчарки.
   - У тебя получилось, оборотень. А теперь опять представь себя человеком. Не паникуй.
   Рико едва подавил охвативший его ужас и изо всех сил представил себя прежним. Превращение произошло мгновенно. Он открыл глаза - свои глаза. И потерял сознание.
  
   ...- А теперь ты все мне расскажешь, Эльза. Я знаю, что тебе тяжело. Мне тоже больно вспоминать Бран. Но если не буду вспоминать - не смогу помочь живым и наказать виновных. - Юна сидела напротив сумасшедшей под старым ясенем. Они успели немого передохнуть. До Лофотена оставалось меньше дня пути. А женщина молчала.
   - Они вошли в замок ночью. - Эльза наконец решилась. - госпожу убили не сразу. Я её видела ещё несколько дней. А потом... - Эльза разрыдалась. Юна долго пыталась её успокоить, но у несчастной началась прямо таки тихая истерика.
   - Возьми себя в руки, Эльза, - принцесса крепко прижимала к себе трясущуюся женщину. - Это в прошлом. Все, все. Я тебя понимаю, Эльза. На меня охотятся как на дичь, меня загоняли, жгли, приставляли кинжал к горлу. Моё лицо обезображено так, что даже отец и мать не узнают. Нужно бороться, нужно быть сильной, Эльза. Расскажи все что помнишь.
   - ...Они схватили всех, кто ещё оставался в замке. И меня тоже. Били копьями, а потом сбросили в ров. - Эльза задумалась. - Я там очнулась и... - она опять затряслась. - Рядом лежала убитая госпожа - прямо перед моим лицом. Она смотрела на меня. А потом я спряталась. Ночью.
   - Тимо очень похожа на твою госпожу? Ты видела её после освобождения Вальдера?
   - Да. Она такого же роста, возраста, так же черноволоса. Но у госпожи глаза были зеленые, а у этой синие. И нехорошие - встретишься с ними, и душу выворачивают. Я потом пряталась.
   - Это были сельджуки?
   - Да. Я слышала только их язык. Узкоглазых не было.
   - А как поняла, что надо притворяться сумасшедшей? - спросил Владко.
   - Они же подменили госпожу и убили всех, кто мог её видеть. Я боялась, что меня найдут. А дней пять назад к конюху Ференцу приходил человек.
   - Опиши! - Юна встрепенулась.
   - Я сидела неподалеку от конюшни. Ференц был один. А тот - крепкий и широкий, лет за сорок. С мечем. Но лицо прятал под капюшоном. Тайностражник. И говор - как у Ференца - так в верховьях Истра говорят - конюх из тех краев.
   Юна и Владко переглянулись. Такой говор был у Иштвана. Не только у него, наверняка. Но похоже покойный Великий Маршал лично нанес визит, стоивший ему жизни.
   - Ты слышала разговор?
   - Ференц рассказывал почти то же что и я. Только спасся по другому. Следующей ночью старика нашли повешенным.
   - А потом пришли и за тобой, - заключила Юна. - Я появилась вовремя. Главное мы узнали. Вот что. В Лофотен я тебя не возьму. Опасно. Владко, проверишь нет ли слежки и мы отправимся к Убсу. Там останешься с Эльзой. Будешь охранять и её и старушку. Когда придет время, я пришлю за вами Радко. И не возражай. Дорогу до Лофотена я знаю отлично, а за Убсу и Эльзу боюсь. Не хочу оставлять их без охраны.
  
  

ГЛАВА ХХІІI

   Верховный Маршал Мортен ожидал Вернера в своем кабинете, вернее, в кабинете покойного Иштвана. Капитан терялся в догадках о причинах срочного вызова. Сегодня он узнал о смерти лейтенанта Лукаша. Предупреждение запоздало. "Убили мятежники" - какие именно, Вернер уже не сомневался. Должно ли донесение попасть в руки тому же Мортену?
   Первым, что уловил Томаш, было напряжение Маршала. Старик... чего-то боялся. Его руки слегка вздрагивали, глаза бегали. Маршал рассеяно ответил на приветствие капитана и резко заговорил:
   - Не буду ходить вокруг да около. Убийцу Иштвана нужно найти как можно скорее. Я стар. А вы, насколько, мне известно, ввиду слегка подпорченного послужного списка, имеете определенные счеты с Самозванкой. Единственный промах за почти одиннадцать лет службы в Тайной Страже. Вы будете из кожи вон лезть, чтобы эта хм...ошибка более не вспоминалась.
   Вернер молчал. Последнее время он ничуть не жалел о том, что упустил "Самозванку".
   - Так вот. - продолжил Мортен. - Убийцу Иштвана должны найти вы. Помощников выберете сами. Эта грамота. - Маршал протянул Вернеру запечатанный сургучом свиток. - подтверждает ваши полномочия и доступ ко всем записям по делу.
   Почему Мортен нервничал? Понял, что Иштвана убрала влиятельная при дворе фигура и свалил опасное дело на плечи молодого недавно провинившегося капитана? Он начнет копать и его уберут. В скрепленном печатями короля и Тайной Стражи свитке - смертный приговор. Нужно действовать как можно скорее. А Юна так не к стати отправилась в Вальдер. Единственное, что он может - затянуть расследование. Или пойти по ложному следу. Переиграет - смерть, недоиграет- тоже.
   - Найдем тело - найдем убийцу. - доложил Томаш свои мысли.
   - Вполне вероятно. - согласился Мортен.
   Остаток дня Вернер провел в часовне "обнюхивая" место исчезновения тела и по десятому разу допрашивая свидетелей. По всему выходило, что Иштван сам выпрыгнул в окно и как птичка упорхнул. Крыльев у своего бывшего начальника капитан не замечал. От такой задачки недолго сойти с ума или поверить в колдовство. Тайностражник в колдовство верить не должен. Ну что ж, пока он засел в часовне - им не заинтересуется шпион. У него есть день, может, два.
  
   Оками тревожно потянул воздух. Три человека. Два чужих, один - знакомый. Животное настороженно завыло, привлекая внимание хозяйки, а потом бросилось навстречу гостям.
   Трое путников разместились в землянке старой знахарки. Убсу угощала их ароматным чаем и зайчатиной. Юна не могла смотреть на еду, и пока товарищи подкреплялись, рассказывала все яге.
   - Редкий дар. - заключила Убсу. - Но надолго его обычно не хватает. Она берегла силы. Когда Чиангамай стал готовиться к вторжению, шпионка начала действовать. Несколько месяцев такой работы - а удерживать волю короля и его подданных дело не легкое - и она сорвется. Самых сильных убрала, кого-то запугала, кого-то купила. Главное - в её руках король.
   - Что с ней делать? Как остановить? - усталый голос девушки звучал взволнованно.
   - Или лишить силы, или убить. Второе тебе не по нутру. Первое - сложно. Мне надо подумать. Точно не хочешь убивать?
   Принцесса задумалась. За Рико... За Милко и Воислава... За маму... За Истрию. Просто. Стоит только приказать Радко или Томашу. Парням будет неприятно убивать женщину, пусть даже опасного врага, заслужившего смерть. Нет. Это в крайнем случае сделает она сама - подло пачкать в крови чужие руки. Тимо надо связать и судить. Такой ход вызовет меньше недоверия, и меньше волнений. Королев убивать нельзя, даже самозванок - аукнется в будущем интригами и переворотами. А казнь шпионки-ведьмы - совсем другое дело.
   - Точно.
   - Зельем здесь не обойтись. Нужен амулет, вытягивающий силу. Я приготовлю отвар, который обездвижит ведьму. Потом поднесешь камень к глазам. Она должна смотреть на него. Когда глаза помутнеют, амулет можно убрать. Должно лишить её способностей на месяц. Казнь наверняка состоится раньше. Для изготовления амулета потребуется время. До завтра успею. Так что отдыхай, дитя моё, хоть немного восстанови силы. Даже хинганская всадница от таких приключений слегла бы.
  
   Юна ждала в комнате. Усталость взяла свое и девушка чутко задремала. Вернер не стал её будить и устроился в деревянном кресле рядом. Даже в темноте разглядел темные круги вокруг глаз на изможденном лице. Непонятно как, но принцесса его взгляд почувствовала. Открыла глаза.
   - Какие новости?
   - Назначили расследовать убийство Иштвана.
   - Проверяют...
   - Мортен боится кинжала в спину или яда в вино. А за мной теперь будут следить. Вам здесь появляться опасно.
   - Что-нибудь придумаем... - рассеяно пробормотала Юна. - Иштван был в Вальдере. За ним следили. Почему не убили в дороге, непонятно. Но человек, с которым он говорил, и от которого узнал о самозванке Тимо - мертв.
   - Значит в записке правда? - Томаш вскочил с кресла.
   - У меня есть свидетель. За которым пришел убийца-сельджук.
   - Свидетель?
   - Жив. - Юна помолчала. - Убийцу... я обезвредила.
   Вернер удивленно вздернул брови.
   - Вы обезвредили убийцу? Сами?
   -Леший!... Меня сейчас вырвет!... Тимо - самозванка и, похоже, ведьма. Как ещё заставить всех тебе верить? Все, кто видел настоящую Тимо убиты. Почти все. Остался один человек. И он у меня. Я посоветовалась со знающими людьми. Говорят - у самозванки редкий дар подчинять чужую волю. Действует не на всех. Я смогла противостоять. Отец - нет. Этим объясняется его...забывчивость.
   - А мне она ничего не внушила? - усмехнулся капитан.
   - Если внушила - возьмет только меня. Где остальные я тебе, извини, не скажу. Против Тимо устояли все три маршала. Двое мертвы. Если она знает, что ты устоял - последуешь за Иштваном.
   - Почему он начал расследование в одиночку? Не знал кому верить?
   - Не знал. А может, имел свои планы. Он убил Томашевича, он держал маму в заточении. Иштван пытался сыграть свою игру на власть, но Тимо, или как там её, - опередила. Я не могу понять одного: как удалось направить предателей со мной? Раз моё убийство спланировали, то и убийц подсылали наверняка. Откуда Тимо могла знать кого Иштван выберет?
   - Нужные люди были наготове и в Тайной Страже. А начальника стрелков нужно хорошенько проверить.
   - Или Тимо пообщалась с солдатами перед отъездом. И позаботилась об их молчании. И мы не знаем, кто сейчас служит ей, а кто - королю... Войска Оглу у границы Воеводины. Алиса пишет об уменьшении армии Чиангамая в Белгородье. Они передвигаются к нам. Задание лже-Тимо подходит к успешному концу.
   - У нас мало времени. - понял Томаш.
   - Нужно пробираться во дворец и обезвреживать Тимо. С самозванкой разберусь сама. Я знаю как. Нужна поддержка. Человек десять будут сдерживать стражу. И ещё: король должен быть рядом. И о его безопасности надо позаботиться. Ведьма попытается его убить.
   - Десяток гвардейцев провести во дворец сложно. Я раздобуду для них форму тайностражников, попытаюсь провести.
   - Вы можете рассчитывать на кого-то из своих людей?
   - Не уверен. - Томаш на мгновение задумался. - После сказанного вами не уверен. Гвардейцы хорошо знают дворец?
   - Радко и ещё трое здесь служили. Остальные - пограничники. Обойдемся воеводинцами. В первую очередь защищайте короля.
   - Завтра день на подготовку. А утром начинаем. Я посмотрю, где вас можно будет спрятать до подходящего момента. Обычно их величества завтракают вместе. При этом присутствуют слуги и несколько придворных.
   - В Столовый Зал они следуют по Мраморной Галерее. Стража там сейчас стоит? - Юна прекрасно помнила дворцовые обычаи.
   - Двое арбалетчиков.
   - Смените их на "своих" ребят. Остальные пройдут в Столовый. У вас ведь особые полномочия в связи с расследованием. Пока хватятся, мы успеем.
   - Вход только один. Двое закрывают двери и вы разбираетесь с Тимо... Рискованно, Леший меня покусай... - Вернер почесал переносицу. - слишком внезапно и мало времени на подготовку.
   - У нас вообще мало времени...
   - Если зелье не подействует... В случае провала... мы все погибнем. - Томаш поднял на неё глаза: тревога, но не страх. Решение он уже принял.
   - Если зелье не подействует, я убью Тимо. А вы прикрывайте короля. Едва её чары развеются - он снова станет НАШИМ королем.
  
  

ГЛАВА ХХІV

   - Это был не ты. Снова сгорела деревня. Ты этого сделать не мог. - Федот присела на задние лапы у постели рыцаря. - Невероятно, но есть ещё один оборотень. Бран сжег он.
   - Значит дружины Нарвика ещё не переловили всех. - с тревогой и едва ощутимым облегчением произнес рыцарь. На лице его все ещё лежала бледность, но голос окреп, начали возвращаться силы. Однако Федот настаивала на, как она выражалась, "постельном режиме".
   - Нарвик гоняется не за теми! Тварь нужно искать среди голокожих! Зачем они ловят наших детенышей? Зачем держат их в Серой Башне? Из детенышей можно сделать чудовищ, умеющих лишь убивать и безропотно подчиняющихся господину. На такое способен только оборотень.
   - Что значит способен? - не понял Рико.
   - Дракон-оборотень способен превратить детеныша дракона в занду - тупую свирепую тварь. Она подчиняется только приказам оборотня, дышит огнем, и невероятно живуча. Обратно в дракона занду уже не превратить. Если это сделали с нашим молодняком - они мертвы. Но и Лофотен в опасности.
   - Леший! - Рико в сердцах выругался. - Оборотень в Лофотене и занимает немаленький пост! Это либо королева, либо Иштван, либо ещё кто-то из ближайшего окружения короля! Надо предупредить Юну!
   - Довольно сложно - она прячется. Королева исключается... - задумалась Федот. - Мы бессильны против тварей. Голокожие прольют немало крови в бою с ними.
   - Почему королева исключается?
   - Женщина не может быть оборотнем.
   - А я могу управлять этими...занду?
   - Да. Но боюсь, не успеешь что-либо сделать. Допустим, занду ты прикажешь разбиться о землю. А оборотень? Его одолеешь не скоро.
   - После того, как он сожжет Лофотен... - Рико закрыл глаза. Он наделен колоссальной силой и не может её применить. Он способен стереть с лица земли целый город и не может спасти...Юну. Тревога, точившая рыцаря все эти дни, теперь сводила с ума. Конечно, он мог умереть там, на Ревельской дороге. И проклятому оборотню противостоять было бы уже некому. Сколько времени он здесь? Почти две недели. Как там Юна? В безопасности? Только не она... Измученная, одинокая принцесса продолжает бороться. А он отлеживается в берлоге! - Я должен найти оборотня до того, как он доберется до Юны. Научи меня летать.
   Федот издала глухой стрекот, означавший смех:
   - Если ты пройдешь десять шагов, я залаю, летун! Полежи ещё несколько дней, потом поговорим. И даже тогда мечем махать будет рановато... Эй! Ты куда!
   Рыцарь встал и шатаясь сделал ровно десять шагов. На лице его выступили капли пота и он прислонился к стене.
   - Лай! - произнес наконец Рико отдышавшись. - А потом научи меня летать.
   - Ты больше смахиваешь на осла-оборотня. - проворчала драконица подхватывая чухонца на руки и укладывая обратно в постель. - Мой лай не стоит твоих последних сил. Гав-гав! Доволен?
   - А научить летать?
   - Завтра. На сегодня хватит и прогулки. Ты сорвешься, Рико, и будет только хуже.
   - Хорошо, Федот, завтра. - согласился рыцарь, ещё помня, каким трудом дались ему первые десять шагов. - А теперь расскажи о драконах. Откуда взялись вы, откуда появились такие, как я?
   Драконица внимательно посмотрела на него, а потом уселась рядом, поджав задние лапы.
   - Объяснить это непросто. Мы правили миром, а вы - бегали в звериных шкурах в лесах Южного Материка и понемногу просачивались сюда, на север. У нас были свои государства - богатые и сильные. Мы строили корабли, пересекавшие любые моря и летавшие к звездам, высоченные гнезда-дома из стекла и металлов и даже целые поселения на Луне.
   - Так ведь Луна - маленькая! И как вы с неё не упали? - искренне удивился рыцарь.
   Федот долго смеялась:
   - Эх, голокожие, Луна огромна, и притягивает к своей поверхности и камни и пыль, и все остальное. Она даже притягивает воду из наших океанов, вызывая приливы и отливы. Это не плоский фонарик, прибитый к небесному своду. Луна - целый мир из тьмы и света, пыли и камня. Там нечем дышать, а небеса черны даже днем. Там не дуют ветра, а на голову падают огромные камни. Там жили мои братья до войны. И подлунные города стали их могилой, когда связь с Землей оборвалась.
   - Они жили в пещерах?
   - Да. И умели получать воздух без света и растений, хотя по преданиям, в подлунных городах цвели сказочные сады... Так вот, наши города потребляли много...еды, воды, дров, руды и угля и еще многого, о чем люди пока не знают. Одному драконьему государству показалось, что у соседа ресурсов слишком много и началась война. Тогда драконы сражались не мечами и не стрелами. В вашем языке слов таких еще не придумали и, надеюсь, не придумают. Пламя сжигало целые города, рядом с которыми Лофотен или Белгород покажутся неказистыми двориками. Тогда наши ученые сумели вывести оборотней - проводили опыты над дикими, но вполне разумными голокожими и вживляли им черты драконов. Оборотней успешно применяли в столкновениях, но со временем они вышли из под контроля. Ваши...ваша основа дала непредсказуемые результаты. Армия оборотней разрасталась за счет наших детенышей. В войне появилась третья сила. Но мы продолжали воевать друг с другом и с чудовищами. Почти всех оборотней уничтожили. Уцелевших разыскивали на протяжении нескольких последующих веков. А войну проиграли все: на Земле появились новые пустыни и "гиблые" места. Невидимые лучи гиблых мест уже рассеялись, а вот некоторые яды оказались очень стойкими. Но не яды и смертельные лучи...
   - Что значит "смертельные лучи"?
   - Есть такой вид... - Федот задумалась, подыскивая в человеческом языке подходящее слово. - вид невидимого света. Он проходит даже сквозь каменные стены и убивает все живое сразу или постепенно, вызывая страшную лучевую болезнь. Для голокожих лучи опаснее, чем для драконов, насекомые к ним тоже малочувствительны. Наши предки убивали друг друга...огненными шарами, способными испепелить...нет...испарить целый город. А смертельные лучи были их следами и едва не уничтожили ваших предков. Но выжившие стали сильнее и умнее и начали строить своё общество на развалинах наших империй. Мы ушли в пещеры. Не оправились от разрушений, причиненных войной и последовавшими за ней катастрофами. Сильнейшие землетрясения сравняли с землей руины наших городов, приливные волны смыли нас с побережий, смертельные болезни, созданные нашими же учеными, выкосили выживших. Но мы не вымерли и сохранили часть своих знаний. Драконам пришлось уступить землю вам и хочется верить, что вы не совершите наших ошибок. Только боюсь, что история повторится: люди не менее жестоки и властолюбивы. Вы уничтожите любое другое разумное существо, раз так легко истребляете себе подобных.
   - Сложно поверить, что до нас был еще кто-то. - Рико все еще переваривал рассказанное драконицей. - Ты права. Люди ничем не лучше драконов. Люди не стыдятся истреблять себе подобных. Но не все.
   - К сожалению, этих "не все" - мало и их "съедают" в первую очередь.
   -И приходится показывать зубы... Федот, выходит, вы уничтожаете драконов-оборотней? Находите и убиваете? - драконица кивнула. - Почему тогда я ещё жив?
   - Я не могу убить беззащитного. К тому же привязалась к тебе.
   - Но я оборотень!
   - Ты человек. Не злой и, в придачу, влюбленный.
   Рико вздрогнул:
   - С чего ты решила?! - и не так уверенно: - Никакой я не влюбленный...
   Федот внимательно посмотрела ему в глаза, отметив растерянность и даже испуг.
   - Ладно. Показалось. Извини, если ошиблась. Мы давно не ищем оборотней. Последний был найден и убит двести лет назад. Мы потеряли восьмерых - пытались уничтожить его в человеческом облике, но не успели. Он считался последним. Оборотней создали две сотни. От одного монстра... извини... дракона идет только одна линия потомков: от отца сила передается сыну. У женщин черты оборотня не проявляются - более устойчивая основа. Выходит, что кто-то просчитался, и остались две линии.
   - А если линии разделились?
   - Нет. Когда рождается сын, отец теряет способность превращаться. Если у сына есть младший брат - он тоже не способен к превращению, пока старший жив. Если у старшего рождается сын, потомки младшего - обычные люди. Этот признак был создан искусственно и потому довольно нестоек.
   - А если сын погибает?
   - Линия пресекается. Среди людей живут потомки оборотней, но способностей у них нет. И проведенная мною проверка крови результата не даст. Их тело не производит...вещество, вызывающее превращение. Это сложно. Наши ученые так и не успели до конца разобраться в том, что породили. Ваше существование противоречит всем правилам и законам природы. Ты превращаешься в существо, вес которого в четыре - пять раз превышает твой собственный! И куда деваются вся одежда и снаряжение? И как оказываются на тебе после обратного превращения?! Наша наука не смогла дать ответ. А ваша в лучшем случае сможет что-то предположить лет через восемьсот...
   - Выходит, мой отец был оборотнем! И мой сын будет! - прошептал Рико. - Федот, а сколько тебе лет? И как долго вы живете? И как долго живем мы?
   - Мне сто восемьдесят три года. Живем около трехсот - трехсот пятидесяти. Вы - как обычные люди. Сколько прожил твой дед? Сколько твоему отцу?
   - Они не дожили до старости. - Рико опустил глаза. - погибли в войнах с циньцами и сельджуками.
   - Извини... мне жаль. - драконице стало неловко за то, что она задела тяжелые воспоминания. Её родителей тоже убили...голокожие. Не такие уж и плохие. Но жестокие к иным. Встреться она с этим рыцарем при других обстоятельствах - пришлось бы защищаться и убить его или погибнуть самой. А сейчас она ему сочувствует, потому, что переживания человека близки ей. И пусть у него гладкая белая кожа, нет хвоста и крыльев (хотя у этого последние два признака иногда проявляются), пусть он не вылупился из яйца - разум и чувства их объединяют.
   - Я понял, кто второй оборотень. - нарушил повисшее молчание Рико. - Иштван! Он знал маршрут Юны и у него доступ к пойманным драконам.
   - Вполне вероятно. - согласилась Федот. - Тогда все еще сложнее. Он опытен и силен. У него есть определенное влияние.
   - Иштвану нужна власть?
   - Очень может быть. Ты бы отказался от короны, имея такую силу? - Федот усмехнулась. - Глупый вопрос.
   - Отказался бы. И откажусь, если придется. - твердо произнес Рико.
   - Ты не пробовал власть на вкус, юноша. Я уже летала, когда твой прадед щеголял в пеленках. Мало кто устоит перед этим блюдом.
   - Не хочу пробовать. Особенно теперь. Чудовища должны исчезнуть.
   - Люди способны на не меньшее зло и коварство. А оборотни бывают и благородными. Набирайся сил, малыш. Тебе предстоит остановить оборотня. Но мне бы очень хотелось, чтобы после схватки ты остался в живых...
  
  

ГЛАВА XXV

   Закат... Солнца не видно, только золотые краски зажигали стены домов, оставляя сиреневые тени на брусчатке. Юна задержалась у окна. Кто знает, этот закат может стать последним. И не только для неё. Власть и ответственность. Любовь и дружба. Долг, честь и совесть. Все переплетается когда ты - наследница престола. Люди идут за тобой на смерть. Это долг. И ты должна идти вместе с ними. Ты не прячешься за их спины, хотя для девушки, не говоря о принцессе, в этом нет ничего зазорного. Это - честь и совесть. Юна подставила ещё теплым лучам лицо и закрыла глаза. Розовое сияние пробивалось сквозь веки. От него не спрячешься так просто, оставаясь в его лучах. Она устала от пряток. Все это время она играла в прятки с коварным и сильным врагом. Пряталась ища, искала прячась. Завтра она поднимет веки. Завтра игра закончится. Она отвечает за всех, кто играет за неё. Она не смеет их подвести. Она должна довести дело до победы - только тогда все смерти и весь риск станут не напрасными и предотвратят сотни и тысячи смертей. Но каждая пролитая капля крови свинцом падает в её сердце. С этим должны жить настоящие короли. С этим будет жить и она. Это ответственность.
   Юна подняла веки. Золотистые лучи играли с воздухом, играли с пылинками. Ещё недавно они играли с солнечными кудрями Рико, отражались в его глазах-родниках. Дождался ли он солнца когда умирал? Почему ей так больно вспоминать его? Почему опять так хочется плакать. Может он спасся? А Иштван спрятал его в темнице Ревеля? Когда все закончится, она разыщет его живого или мертвого! Глупые надежды влюбленной девчонки - её познаний в медицине достаточно чтобы понимать: Рико умер - медленно и мучительно. А она поступила правильно, но... не правильно. Она послушала разум, наступив на сердце. Зато жива мать. И жива надежда. А её сердце - это её сердце. Пусть болит - больно только ей. Значит будет терпеть. Ради тех, кто ей дорог, ради тех, за кого она в ответе. "Прости меня, Рико" - прошептала принцесса и ушла от окна прочь.
   Томаш и Юна наметили маршрут к замку и к столовому залу, выбирая наименее людные галереи и коридоры. Все подземные ходы охраняли секреты тайностражников. Велось наблюдение и за ходом, идущим за стены. Томаш, якобы в поисках пути побега убийцы Иштвана из замка, внимательно осмотрел выход из подземелья. Стражники находились в соседней комнате, а расположение потайной двери знали немногие, в число которых входил и капитан. Утром переодетые гвардейцы и Юна связывают охраняющих ход за стенами тайностражников, а он встречает их внутри и ведет к Мраморной Галерее.
   Вечером Вернер встретился с Радко чтобы передать раздобытую форму тайностражников. Воеводинец снова превратился в черноволосую рослую красотку, которая "приглянулась" молодому тайностражнику. Пококетничав для подкрепления маскарада, гвардеец игриво взял капитана под ручку и легкой походкой направился к нему домой. Если бы не опасность предстоящего предприятия, оба воина разразились бы громогласным хохотом от такой прогулки. Но смеяться не хотелось. Вернер отметил лишь хорошие актерские способности Радко. Он бы не сумел так сыграть девушку.
   - Ты где так задом вилять научилась, "подруга"? - спросил он уже в комнате. - Переодеть бы тебя фрейлиной. Ладно. Я буду ждать у выхода из подземелья. Ровно в полдень. Не задерживайтесь - слишком длительное пребывание возле выхода может насторожить стражников и тогда вас встречу не только я. Путь вам преградит каменная плита. Толщиной она в ладонь. Если постучите мечами, я услышу и открою.
  
   Ночью Радко и Лив разнесли форму гвардейцам, спрятавшимся в разных частях города. Утром, едва открыли ворота, отряд Юны, разделенный на маленькие группы под видом крестьян и торговцев выехал из города. Юна вновь переоделась в старушку. Радко был её "внучкой". Стражники к ним не очень внимательно приглядывались - какая опасность может исходить от простых мужиков и баб. Хотя маскарад для гвардейцев оказался задачей нелегкой - сложно избавится от военной выправки и превратить лица воинов в лица крестьян и крестьянок. Однако получилось. В лесу отряд объединился, бойцы сбросили тряпье и стерли с лиц грим, облачились в серые накидки и направились к известняковой пещере, укрывавшей подземелье. Один из стражников вышел навстречу отряду. Другой прятался, не подозревая, что за спиной у него воеводинец с готовыми веревкой и кляпом.
   - Куда следуете? - окрикнул солдат незнакомцев.
   - По приказу Маршала Мортена проводим расследование убийства Маршала Иштвана. - уверенно ответил щуплый тайностражник с покрытым свежими рубцами лицом. Голос Юны не дрогнул.
   - Разрешительная грамота? - потребовал бдительный боец, внимательно всматриваясь в незнакомого коротышку. Увлекся разглядыванием шрамов, а гвардейцы тем временем осторожно окружали парня.
   Юна небрежным жестом протянула свиток пергамента. Солдат взял и в тот же миг "тайностражники" набросились и скрутили его.
   Связанных стражей спрятали в пещере, а их место заняли двое гвардейцев. Остальные быстро скрылись в подземелье. Стремительным шагом прошли по сырому коридору и уперлись в каменную плиту. Гвардейцы заколотили по глыбе рукоятями мечей. Плита отодвинулась, а у выхода уже ждал Вернер. Теперь все решала скорость.
   - Я отвлеку стражников. - зашептал капитан. - А вы их скрутите. Спрячьте в ход, двое должны остаться здесь.
   Гвардейцы кивнули. Томаш вышел в галерею первым. Стражники только повернули головы в его сторону.
   - Вчера кто-нибудь кроме меня проходил по этой галерее? - спросил он. Вчера здесь дежурили эти же солдаты.
   - Нет, господин капитан. - ответил солдат и удивленно уставился на выходящих в галерею тайностражников. - А вы куда... - договорить Вернер ему не позволил: крепкий удар в челюсть и по затылку надолго отправили парня во тьму.
   Второй тоже не успел поднять тревогу. Обоих связали и вынесли к ходу. Двое гвардейцев заняли их места.
   Быстро пройдя по коридорам, отряд вышел к Мраморной галерее. Томаш показал грамоту дежурным арбалетчикам и сменил их двумя гвардейцами. Ввосьмером они направились к столовому залу. Двое воеводинцев распахнули двери, Томаш и Юна с остальными бросились в зал. Капитан и Радко подбежали к королю, ограждая его от находившихся в зале слуг, гвардейцы этих самых слуг скрутили и повалили на пол, а Юна подбежала к Тимо, уже выхватившей кинжал. Вот только самозванка не ожидала броска дротика. Приготовленная Убсу отрава парализовала ведьму и та рухнула на пол. Брошенный кинжал лишь ударился о кольчугу и со звоном отлетел на пол. Юна тем временем достала хитрую безделушку из проволоки и разноцветных камней, встряхнула и ткнула в лицо лже-королеве. Тимо непроизвольно задержала взгляд на вещице и тотчас же глаза её начали тускнеть.
   - Что вы делаете! Да как вы смеете! - кричал король.
   Принцесса знаком приказала гвардейцу сменить её у Тимо, передала ему амулет и подошла к королю. Ольгарт увидел её и очередная гневная фраза застряла у него в горле.
   - Юна?! - король протянул к дочери руку, недоверчиво коснулся лица. - Ты жива!
   - Как видите, отец.
   - О Небеса! Что они с тобой сделали! - Ольгарт дотронулся до шрамов. - Но ты жива! - И крепко обнял дочь, от радости едва не переломав ей ребра, затем отстранил от себя, держа за плечи и удивленно и непонимающе вглядываясь в лицо:
   - Что произошло, Юна? Я ведь помню пепелище, твои медальон и кинжал... И мечи гвардейцев, предавших тебя. Почему они сейчас стоят возле меня, да ещё в форме тайностражников? Что с Тимо?
   - А вы помните, хоть что-нибудь после пожара? Например девушку с забинтованным лицом у ворот замка, которую вы не узнали и отправили в Серую Башню? - несмотря на радость, принцесса оставалась сосредоточенной - битва только начинается.
   0x01 graphic
  
   - Серую Башню?... - король задумался. - О Небеса! Это же была ты! Как?
   - Как вы не узнали меня? У неё спросите. - Юна указала на Тимо. - Вы вообще в курсе, что мама похищена из Ревеля, что Иштван убит, а циньцы с сельджуками собирают войска у границы?
   - Что?! - король все ещё не мог прийти в себя. - Я что спал все это время?
   - Почти.
   - Тимо? Ты в этом замешана? - обратился он наконец к жене.
   - Они лгут, Ольгарт! - попыталась защититься бывшая королева. - Это не Юна.
   - Я что, родную дочь по-твоему узнать не могу! - взорвался король.
   - А ещё спроси настоящее имя этой красотки. - вмешалась Юна. - Есть свидетели, видевшие тело мертвой Тимо Вальдер семнадцать лет назад. Эта - самозванка и циньская шпионка, пославшая убийц в Бран. И если бы не братья Томашевичи, на пепелище нашли бы мой череп!
   - Как ты узнала об этом, Юна? - удивился король.
   - Загнанная в угол крыса становится очень прыткой, отец. Маму, кстати, я отправила в Белгородье - там её головорезы Тимо не достанут...
   Договорить Юна не успела. Ведьма, не понятно как изловчившись, метнула нож, спрятанный, по видимому в складках роскошного платья. Радко среагировал молниеносно, встав между ножом и королем. Клинок лишь отскочил от кольчуги. Шпионка рассчитывала поразить незащищенного сталью Ольгарта, но это ей не удалось. Зато удалось вонзить себе в грудь стилет. По-видимому в платье пряталась целая оружейная.
   - Сельджю... - договорить она не смогла.
   Юну снова едва не вырвало.
   - Думаю, лучшего подтверждения слов её высочества не требуется. - подал голос Вернер. - По приказу принцессы мы должны позаботиться о вашей безопасности, ваше величество. В городе может оказаться немало сообщников Тимо. Даже в рядах Тайной Стражи. Не думаю, что все они были заколдованы, как вы.
   Король пристально посмотрел на Томаша, пытаясь понять, знакомо ли его лицо.
   - Капитан Томаш Вернер, Тайная Стража. - доложил офицер.
   - Теперь не мешает проверить всех советников, Тайную Стражу, выпустить гвардейцев из казармы и объявить о невиновности Томашевичей. - Юна справилась с тошнотой. - А заодно и помириться с Воеводиной. Нарвик уже спешит в столицу.
   - Кажется, ты теперь лучше разбираешься в делах государственных, дочь моя. - с гордостью улыбнулся король и опустил глаза: - а я виноват. И за всю жизнь вину свою не искуплю. Не узнать родную дочь! Послать в Серую Башню!
   - Это была она, а не вы. - Юна взяла отца за руку, пытаясь успокоить. - Томашевич устоял перед её чарами - и где он? Я устояла - и только чудом жива. Алиса приложила немалые усилия, чтобы мама начала хоть иногда соображать. Тимо была слишком сильной. Вашей вины в произошедшем нет. Зато теперь есть надежда все исправить.
   - Я исправлю. Я должен все исправить. Где эти проклятые советники?! Где Иштван?!...Леший... Кто сейчас вместо него? - король запнулся, поймав удивленные взгляды.
   - Маршал сейчас Мортен. - доложил Вернер.
   - Значит зовите его. И пошлите за Нарвиком!
   Юна подошла к мертвой шпионке, закрыла яркие, но уже пустые глаза. "Тимо" была божественно прекрасна и сейчас. На лице её не лежала печать страха - самозванка до конца выполняла возложенную на нее семнадцать лет назад миссию. Не смотря на все причиненное лжекоролевой зло, Юна прониклась уважением к этой женщине, отказавшейся от имени, счастья, и жизни ради своей страны.
   - Она умерла как настоящий солдат. За свою страну. Так её и нужно похоронить - как солдата. А вот сообщники достойны лишь презрения за измену. - громко произнесла принцесса.
   Вернер был послан за Мортеном, сжимая в руках только что написанный и подписанный королем указ об освобождении гвардейцев из казарм. Самому Маршалу предстояло пройти серьезную проверку.
   Король созвал большой совет. Радко с гвардейцами не отходили от него и Юны ни на шаг. Всех солдат и тайностражников во дворце сменили освобожденные воеводинцы.
   В Большом Тронном зале собрались вельможи, встревоженные советники, граф Тиль и Верховный Маршал Мортен. Прибыл и покрытый пылью, взмыленный Нарвик. Все ждали короля, тревожно перешептываясь. Наконец золоченая дверь открылась. Сперва показались два тайностражника, а за ними следовал король, ведя под руку... небольшого тайностражника с более длинными, чем положено рыжеватыми кудрями и покрытым рубцами некрасивым лицом. Собравшиеся ахнули, признав в страшненьком бойце "покойную" принцессу, и даже головы склонили с опозданием. Тем не менее во взглядах придворных франтов Юна разглядела нескрываемое отвращение, а дамы смотрели по разному: признанные красотки - с испугом и презрением, те, что попроще - с жалостью. Юна ухмыльнулась: она слишком много повидала, чтобы обращать внимание на взгляды тех, кого презирает. Те кто дорог ей - смотрят на её обгорелое лицо совсем иначе.
   - Узнаете? - громко произнесла принцесса. - Сейчас узнаёте. А месяц назад? Не ждите, что я надену маску - воин не стыдится боевых шрамов.
   - Принцесса жива. - объявил король и даже сейчас голос его не мог скрыть смешанное чувство радости и вины. - Покушение на её жизнь было организовано самозванкой и ведьмой, выдававшей себя за Тимо Вальдерскую. Преступница покончила с собой, едва была разоблачена. Отныне с Маршала Воеводины Воислава Томашевича, с его племянников Радко и Милко снимаются ложные обвинения, равно как и с гвардии. И я прошу прощения у гвардейцев и всего народа Воеводины, и приношу благодарность за то, что несмотря на нанесенную тяжелую обиду, они остались верны короне, сберегли мою дочь и помогли разоблачить опаснейшего заговорщика. - Король помолчал. - Что же касается поиска сообщников Тимо -они есть в этом зале и до окончания расследования, ни один человек не покинет дворца. Полковник Вернер временно исполняет обязанности начальника Тайной Стражи. А обязанности Верховного Маршала я пока возьму на себя.
   Придворные недовольно загудели. Нарвик подошел к Юне.
   - Ваше высочество, почему вы сразу не пришли за помощью ко мне. Вы ведь все сделали почти в одиночку.
   - Было мало времени, Маршал. Вы и так прибыли раньше, чем я ждала. Теперь ваша задача - прикрывать границу.
   - А отлов драконов?
   - Сейчас не до них.
   Нарвик задумался. Он не знал, стоит ли говорить о необычном поведении змеев. Стоит.
   - Драконы очень странно себя вели. Ни один не атаковал нас огнем - только царапались и били лапами. Вам известно, что собирались делать с пойманными детенышами?
   - Боюсь, эти планы Иштван унес с собой в могилу. Все детеныши в Серой Башне. Можете на них взглянуть. Разрешение у вас будет.
   В тот же день Юна отправила гонца в Воеводину с королевским указом и новым распоряжением об аресте Борнхольма. Все гвардейцы были освобождены, а тайностражники - наоборот - взяты под стражу. На границу отправили Нарвика. На драконов решили пока не отвлекаться.
   Новоиспеченный полковник Томаш взялся за расследование и проверку рядов Тайной стражи. Выявить заколдованных оказалось просто: у всех, включая короля, дико разболелась голова. Причем королю-то больше всех и досталось. Жаловались граф Тиль, двое советников, капитан Ларсен, несколько солдат-стрелков и одиннадцать тайностражников. Этих из числа подозреваемых исключили сразу. Начальника стрелков - капитана Мартина - арестовали.
   Был отправлен гвардеец и в Белгородье за Василисой. Юна не сомневалась, что мать поправилась.

ГЛАВА XXVI

   - Пропало восемнадцать драконов! И вы утверждаете, что ничего не слышали? Под трибунал пойдете как сообщники шпионки! - кипел Вернер. Комендант Остин при этом задумчиво изучал собственные сапоги - он не особо боялся молодого полковника, который сам недавно получал на орехи за упущенную пленницу.
   Тревогу в Серой башне подняли, когда на складе начался пожар. Огонь потушили быстро, а вскоре обнаружили первого убитого стражника из крыла, где содержались быстро подросшие, но пока смирные драконы. Всех, кто охранял тварей в подземелье, нашли мертвыми: двое зарублены мечем, двое - заколоты кинжалом. Драконы исчезли. Исчез и часовой, охранявший склад.
   - Злоумышленник проник в замок, устроил пожар. Пока тушили... - поняла Юна.
   - Он перебил охрану, открыл клетки и выпустил драконов. Значит его следует искать здесь. - закончил Томаш.
   - Ворота не открывали. - объяснил Остин. - Он здесь. Позвольте мне найти его.
   Вернер переглянулся с Юной.
   - Хорошо. Даю время до полудня.
   В связи с "Тимо" Остин замечен не был, последствия колдовства у него не проявлялись. Томаш с уверенностью мог сказать о нем - человек Иштвана. И, тем не менее, контроль нужен.
   Уже вместе с Юной они повторно осмотрели сгоревший склад. Ясным было одно - подожгли изнутри - огонь распространялся снизу - от мешков с сухарями. Нападение дракона исключалось. Первый подозреваемый - часовой. После опроса солдат, тушивших пожар, выяснилось, что часового не видели.
   - Господин полковник! - к ним бежал пожилой сержант. - Тут нашли в углу двора за колонной пятна крови.
   Юна и Томаш поспешили за ним. Пятно было слегка размазано.
   - Похоже, тело тащили, а затем подняли. Убитый лежал какое-то время, а потом его унесли.
   - Пропал только часовой. - напомнила принцесса.
   - Значит, ищем тело. Похоже, часового убили.
   К полудню Остин виновного не нашел. Не нашли и тело часового. Вернер опять оказался в тупике. Снова пропавшее тело. Принцесса предположила, что убитого могли унести, или, того хуже, съесть драконы. Томаш направил три отряда на поиски пропавшего солдата в окрестностях города. Крыса осталась в Башне и её нужно найти. Оцепив гвардейцами Серую Башню, полковник направился во дворец.
  
   - Да, дружище, с таким полетом ты и муху не одолеешь. - недовольно прострекотала Федот, протягивая рыцарю кружку с чаем. - Огнем оборотня не возьмешь. Только зря деревья попалишь. Надо уметь царапаться и кусаться.
   Рико прислонился к камню спиной и сделал несколько глотков ароматного напитка. Голова кружиться перестала, однако раны ныли. Федот права - он слаб. Но он - единственный. Тревожные предчувствия совсем отобрали у рыцаря сон.
   - Хотя бы предупредить Юну я должен.
   - Пока она скрывается - дракон её не достанет.
   Внезапно из-за скалы вынырнула огромная тень, которая приземлившись оказалась Тоуром.
   - А-а... Голокожий уже поднялся. - одобрительно кивнул дракон вместо приветствия. - неважно выглядишь. У меня новости, Зан Федот. В Лофотен вернулась принцесса Юна. Король её признал. Королева Тимо оказалась самозванкой. Твой питомец не лгал.
   - А я в его словах и не сомневалась. - недовольно отозвалась драконица, боясь, что пренебрежительное упоминание Рико как животного может рыцаря задеть.
   Но чухонец на обидный тон Тоура внимания не обратил.
   - Ей удалось! - воскликнул он, вскочив от радости, забыв о боли и вцепившись руками в коричневую кожу дракона. - Как она? Ты видел её?
   - Да в порядке твоя Юна. - Тоур осторожно освободился из объятий рыцаря. - Всеми командует. Говорят, даже король её словно отца родного слушается. Гвардейцев освободили.
   - Ну теперь она всем жару задаст! - Рико рассмеялся. Впервые за последнее время.
   - И оборотню? - напомнила Федот.
   Улыбка слетела с лица рыцаря.
   - Он ударит. И скоро. Я должен предупредить Юну! Федот, сколько лететь до Лофотена?
   - Тебе? Ты не долетишь. Я доберусь к закату.
   - Тебя она не послушает.
   - Могу подвезти. - усмехнулась драконица. - Одежда твоя выстирана и заштопана. Кольчугу, извини, залатать не смогла.
   Рико удивленно поднял на неё глаза, быстро подошел, обнял:
   - Спасибо, Федот. Я твой должник.
   - Сочтемся. - легонько хлопнула его по плечу драконица. - Давай собирайся, летун. Нечего тут нежности разводить... Э-э, Тоур, - слегка забытый дракон уже собрался улетать, - за пещерой не присмотришь? Я туда и обратно.
   Тоур развел руками и кивнул мол, ладно, так и быть.
  
   В лесу, перед самым полем, окружавшим Лофотен, Федот приземлилась. В город рыцарю предстояло идти пешком и одному. Он ещё раз сердечно поблагодарил драконицу и пообещал заглянуть в гости.
   Ворота были открыты. Караул несли воеводинцы и тайностражник с кислой рожей, то и дело хватающийся за голову.
   - Кто? Куда? Почему с оружием? - Вяло спросил он.
   - Рыцари без оружия не путешествуют. - сообщил чухонец.
   - А без коня?
   - Конь... погиб. - о судьбе Туули Рико ничего не знал.
   - Прошу назвать Ваше имя и звание, а также цель визита в Лофотен, сударь. - вежливо, но строго обратился к нему воеводинец.
   - Барон Кемиярви. - представился чухонец. - Я ищу гвардейца Радко Томашевича.
   Воеводинцы переглянулись.
   - Вряд ли у него есть время встречаться с друзьями. - сообщил гвардеец.
   - Я должен сообщить ему важную новость. Просто скажите, где его найти.
   - Боюсь, во дворец вас не пустят, сударь. Проходите.
   К дворцу Рико и направился. Радко здесь. Он, честно говоря, на это мало рассчитывал. Но говорить, что едешь к принцессе - неразумно. Значит дошел и поправился. Это хорошо.
   Стражники рыцаря не пустили, но послали за Томашевичем солдата. Вскоре в воротах показался юный гвардеец с новенькими сержантскими нашивками. Едва он увидел Рико - замер. А потом подбежал к рыцарю, недоверчиво щурясь.
   - Рико?! Юна говорила, что ты мертв!
   - Как видишь, ошиблась. Рад тебя видеть. - рыцарь улыбнулся.
   - Юнка с ума сойдет! - воскликнул Радко. - Она чуть с ума не сошла, когда ты погиб. Где ты был все это время?
   - Зализывал раны. Я должен поговорить с Юной.
   - Сейчас у неё дел по горло, но тебе обрадуется.
   - Иштвана взяли под стражу?
   Радко с недоумением посмотрел на рыцаря:
   - Иштван уже неделю как мертв. Правда, тело похитили.
   - Тело похитили, говоришь. Готов поспорить на боевого коня, что тело ушло само. А как ведут себя драконы в Серой Башне?
   Радко опять удивленно вскинул брови и взглянул уже с подозрением:
   - Странные вещи тебя интересуют, дружище. Драконы сегодня ночью исчезли. Убито шесть стражников. Человеком.
   Рико побледнел и вцепился гвардейцу в плечи:
   - У нас мало времени! Скорее веди меня к Юне! На город нападет дракон. И он будет не один. Теперь не один! Пусть готовят катапульты и скорпионы и много-много воды и песка!
   - Не знаю, какая муха тебя укусила... - пробормотал Томашевич. - Пошли. Расскажешь все её высочеству. А я попытаюсь поймать Юну, когда она плюхнется в обморок.
   Юна нашла их сама, во дворе. Она как раз вышла из казармы Тайной Стражи. И решила, что сходит с ума. Ей навстречу шли Радко и ... Рико. Ледяные иглы словно пронзили мозг и хребет...
   ...Очнулась она на руках у Радко, а "покойный" Рико брызгал ей водой в лицо.
   - Ты не призрак? - только и спросила принцесса, резко вскакивая.
   - Нет, Юна. Я не умер. Это... - но договорить ему принцесса не позволила: порывисто обняла и разревелась на груди. Таких крепких объятий рыцарь никак не ожидал и едва сдержал стон. Юна наконец отстранилась от него и увидела выступившие на глазах слезы. Как же она могла забыть: он не мог так быстро поправиться!
   - Тебе больно? - с тревогой спросила принцесса.
   Рико улыбнулся:
   - Ничего... Вы - медвежонок, а не медведица.
   Юна рассмеялась. А чухонец, заставив себя вспомнить о цели визита, заговорил уже серьезно:
   - Ваше высочество, в любой момент на город могут напасть драконы. Те, что исчезли из Серой Башни. И приведет их человек. Оборотень.
   - Как вы узнали об этом? - Юна тоже заставила себя сдерживать чувства.
   - Довелось пообщаться с драконом и узнать у него много интересного.
   - Когда он нападет?
   - Точно не знаю, но скоро. Раз освободил драконов - скоро. Это его армия. И они очень опасны.
   - Все сходится...Надо найти оборотня. Как его узнать? - спросила Юна.
   - Никак. Но я думаю это Иштван.
   - Иштван мертв.
   - Я тоже был "мертв". Оборотни живучи, ваше высочество. В облике человека их убить проще. Но убивать надо наверняка. Когда оборотень станет драконом, с ним справится только армия. С большими потерями. А если дракон приведет сотню свирепых слуг - и армия не поможет.
   - Откуда ты все это знаешь?
   - От дракона, спасшего мне жизнь.
   Юна и Радко недоверчиво уставились на Рико. Немую сцену прервал сам король. Еще бы картина: гвардеец, принцесса и еще какой-то незнакомый рыцарь сидят прямо на брусчатке и пристально друг друга разглядывают.
   - Это ещё что за гости? - строго, но вполне дружелюбно спросил Ольгарт.
   Все трое вскочили. Оба воина тут же поклонились.
   - Барон Кемиярви, неоднократно спасавший мне жизнь во время... путешествия. Это он вытащил маму из Ревеля. А сейчас у него есть важные сведения о драконе. - объяснила Юна.
   - Ты ведь говорила что он погиб.
   - К счастью, я ошиблась.
   Король внимательно заглянул в лицо "ожившему" рыцарю. Тот не отвел серых глаз. Бледность и запавшие глаза указывали, что барон нездоров. И тем не менее, преодолел неблизкий путь. Таких людей король уважал.
   - Вы много сделали для моей дочери. Я вам очень благодарен. Однако, какие новости принесли?
   - Боюсь, ваше величество, в скором времени произойдет нападение драконов на столицу. Если ранее действовала всего одна тварь, после исчезновения пленных их соберется целая армия. Следует приготовится к нашествию. Много воды, скорпионы и катапульты. Главный удар они нанесут по дворцу и по вам. Их повелителю нужна корона и власть. Я постараюсь связать его боем, а вот истреблением рабов - они немного мельче - займутся солдаты.
   - Мне кажется, вы недостаточно здоровы для боя, тем более с драконом. - усмехнулся король.
   - Видите ли. - Рико запнулся, посмотрел на Юну. И все же решился. Они должны знать. - Я был спасен драконом... Весьма миролюбивым и довольно мелким по сравнению со своими огнедышащими собратьями. И этот дракон раскрыл мне тайну, о которой я сам не подозревал... - рыцарь тяжело вздохнул. - Я - дракон-оборотень. Потому и могу драться с Драконом на равных. Тот... - Рико с болью заметил, как отшатнулся король, как недоверчиво подняли глаза Радко и Юна. - Я не шучу. Просто сейчас не хочу превращаться - перепугаю весь дворец. Так вот тот, кто сжег Бран и другие деревни и города - тоже носит облик человека. Человека, приближенного ко двору. Знавшего маршрут принцессы и имевшего доступ к драконам в Серую Башню, не поддавшегося чарам Тимо и узнавшего Юну.
   - Драконов часто посещал покойный Иштван. Больше никто из близких к королю лиц в Серую Башню не заходил. - Вспомнила Юна выясненные Вернером подробности. Голос её дрожал. Рико не шутит. Он - дракон... Тогда в Бране... Он ведь был рядом! Нет, она скорее поверит, что мертвый маршал воскрес.
   - Значит Иштван не покойный, ваше высочество, как я и подозревал.
   - А может, это вы готовите нападение? - король обжег рыцаря пронзительным взглядом. - Отвлекаете нас, а ваши твари уже под стенами.
   - Я в ваших руках. Не верите - убейте. Цепи оборотня не сдержат, темница тоже.
   - Оборотню нужна корона, а что нужно вам?
   - Голова оборотня. - честно ответил чухонец. Последнее время для себя он желал только одиночества и... хотя бы раз увидеть Юну.
   - А армия дракона?
   - Их нужно убить всех. Перерубить горло. Я имею над ними власть, как и Иштван. Попытаюсь дать приказ замереть или разбиться о землю. Но могу не успеть. Спрячьте Юну подальше от дворца. Лучше в подземелье.
   - Ага! Уже пошла закапываться. - воскликнула девушка. - Я этой твари хочу в глаза заглянуть...
   Но её прервали крики со стен: "Драконы! Полчище над городом!". Рико бросил тревожный и растерянный взгляд на короля и прошептал:
   - Опоздал... - и тут же крикнул Радко: - Береги Юну. Я долго не продержусь. Дальше вам придется самим...
   Драконы оказались молниеносны. Солдаты успели всего раз выстрелить из скорпионов, и их смёл поток огня. Твари расселись по стенам угрожая собравшимся во дворе людям дымящимися пастями. А туда, где стояли Юна и король приземлился огромный оранжевый монстр. Все четверо обнажили мечи, только Юну и короля Радко и Рико оттеснили за свои спины. Правда Ольгарт сразу же выбежал вперед, а Юну гвардеец не пускал. Чудовище заговорило низким клокочущим басом:
   - Если отдашь корону, город не пострадает. Я даже пощажу девчонку, Ольгарт.
   - Кто ты?
   - А ты как думаешь, БЫВШИЙ король? Кого отравила твоя женушка? - тварь рассмеялась и плюнула огнем. Вот только плевок цели не достиг. Между людьми и драконом возникла огненная тень. Пламя отразилось от её груди и крыльев.
   - Уводи Юну и короля! - раздался рокот. - Спать! - это был уже приказ для занду.
   - Жечь! - приказал Иштван. В результате произошло то, чего не ждали ни оба дракона, ни уже взявшиеся за оружие люди: пустые желтые глаза тварей замигали и потухли. При этом занду замерли словно статуи. Два несовместимых приказа сбили их с толку.
   Бросаясь на бывшего маршала Рико с беспокойством отметил, что Юна с королем укрылись в арке на крыльце какого-то здания. Лучше бы в погреб залезли!
   Так рыцарь пропустил первый удар. Плеваться пламенем было бесполезно - Иштвану оно вреда не причинит, а вот людей можно задеть. Поэтому рыча и ругаясь монстры награждали друг друга ударами когтистых лап.
   Рико устал. Летал он неуклюже, неумело. Удары, нанесенные Иштваном, почти не болели и вреда принесли немного - толстая кожа от когтей защищала не хуже панциря. Но вот раны, полученные человеком, опять ныли и мешали двигаться и дышать.
   - Добивайте тварей! - кричал Рико. - Юна! Прикажите людям рубить головы тварям! - опять пропущенный удар. Чухонец отлетел к земле и больно ударился о брусчатку, но тут же поднялся, вставая между Иштваном и принцессой.
   Гвардейцы и тайностражники во главе с Вернером бросились, сперва нерешительно, к занду. И быстро заработали мечами. Рико в это время не столько дрался с маршалом, сколько отгонял его от солдат. В конце концов, Иштван решил покончить с назойливым соперником: обхватил рыцаря мощными лапами, ударил о землю, подмял под себя и вцепился в шею. Сквозь красную пелену чухонец слышал крик отчаянья. Юна. Он не видел, как девушка оттолкнула Радко и бросилась на дракона. Он просто превратился в человека - не ожидавший такого резкого уменьшения размеров жертвы Иштван не успел сжать пальцы. Рико выскользнул, выхватил меч и пронзил незащищенное горло змея. Хлынула алая кровь. Иштван схватился за шею, а Рико, вырвав из раны меч, вонзил его в сердце (расположение уязвимых точек изучал на себе, так что на вражеском теле нашел их легко). Дракон вздрогнул и рухнул на рыцаря, превращаясь во время падения в человека.
   Юне воспользоваться мечом не довелось. Она оттолкнула окровавленное тело уже окончательно мертвого Иштвана и упала на колени рядом с чухонцем, обхватила руками его голову. Прислушалась к дыханию. Оно было хриплым. Почти как тогда.
   - Рико, миленький, не умирай опять. - шептала девушка сквозь слезы, обнимая голову рыцаря. Рядом уже оказались Радко и король.
   Рыцарь открыл глаза. Едва заметная улыбка озарила его лицо.
   - Все закончилось. - прошептал он. - Не плачьте. - перевел взгляд в сторону. - Драконов нужно убить всех.
   - Они уничтожены. Не волнуйся.
   - Я - последний.
   - Предлагаешь уничтожить и тебя?! - воскликнула Юна. - Ты умрешь только от старости! Это приказ. А если есть ещё оборотни? Да где же эти чертовы лекари?!
   Такая же беспокойная. Рико смотрел на милое взволнованное лицо. Должен ли он говорить о том, что заставляет биться его сердце? Это расстроит её... Не сейчас.
   - Переживу. - успокоил рыцарь Юну, с трудом поднимаясь. - Если прикажете - все переживу.
   На стене последнему занду отсекали голову.
  
  

ГЛАВА XXVIІ

   В Столовом Зале было людно и не только. Во главе стола сидел король. По правую руку от него расположилась Юна. Стул королевы пустовал. Василиса ещё оставалась в Белгородье. Рядом с Юной расположились Рико, напротив - Вернер, Радко и Убсу. Федот приземлилась на задние лапы - на стуле едва помещался её хвост. Появление драконицы с ягой на спине накануне натворило шуму и в столице и во дворце. Обе посчитали, что после атаки оборотня и занду потребуется их помощь и не ошиблись. Рико и Юна с трудом успокоили стражу, тем не менее, в крыле у Федот красовались две свежие дырки от болтов. Драконица наблюдала ещё и за чухонцем, наотрез отказавшимся соблюдать постельный режим.
   - Теперь, когда прятки со шпионами и драконами закончились, - заговорила Юна, - пора разобраться, что же происходило на самом деле. С чего начнем, полковник Вернер?
   - Семнадцать лет назад сельджуки захватили Вальдер и заслали своего шпиона-колдунью. Позже "Тимо" удалось войти в королевскую семью. Была ли смерть герцога Карела убийством - трудно сказать.
   - А дальше шпионка решила подняться повыше и попыталась заколдовать всю семью: королеву, короля и принцессу. - продолжила Юна. - На меня не подействовало, хотя Радко знает, скольких сил стоила борьба с чарами. Потом я отправляюсь в Ревель. Тимо подсылает в охрану своих людей или заколдовывает - уже не установить. А в Бране ждут наемные убийцы. Сельджуки должны были убить меня и Томашевичей, а сержант Петер доложить, что напали воеводинцы. Однако Милко и Радко оказались проворнее и сельджуки до меня не добрались.
   - А дракон? - спросил король.
   - Думаю, Иштван догадывался о Тимо. Но не боялся. Скорее пользовался вашей болезнью и начал свой путь к короне. Убийство наследницы драконом повлекло за собой поиски и отлов драконьего молодняка, который Иштван собирался использовать позже как армию.
   - Почему Тимо не мешала ему? - удивился Радко.
   - Да ей и в голову не могло прийти, что Иштван - оборотень.
   - А зачем Иштван убил дядю?
   - Тимо его подставила, чтобы окончательно рассорить отца с Воеводиной. Она же добивается отправки Борнхольма в Воеводину и через него управляет завербованными "свободниками" и ряжеными головорезами. Иштван подыграл. Воеводинский "заговор" отвлекал излишнее внимание от его драконов. Возможно, вызова на поединок он не ждал.
   - Тимо после боя упала в обморок. - напомнил Томаш.
   - Скорее всего она приложила руку, а точнее чары, к победе Иштвана. - объяснила Убсу.
   - Меч Томашевича отскакивал от Маршала. И по-моему, его ослепили солнечным зайчиком. - добавил Рико.
   - Так или иначе, гвардия обезглавлена. И тут появляюсь я. Иштван и Тимо узнают меня, пытаются устранить. Но Радко и Рико вытаскивают добычу у них из-под носа. - Юна усмехнулась, - И причиняют массу неприятностей Томашу. И Тимо и Иштван начинают погоню, так как живая я не нужна ни тому, ни другому. Ждали в Ревеле. Но мы их опередили, и они лишились заложника. - Юна замолчала. Ожили воспоминания той ночи. Рико сидит рядом живой, но пережитое все ещё отзывается страхом.
   - Иштван тем временем наводит справки о Тимо, и выясняет что она - самозванка. - продолжил Вернер. - И получает донесение от лейтенанта Лукаша о связи Борнхольма со шпионами. Однако его действия не прошли незамеченными для Тимо и она его убивает.
   - Она не подозревала, что оборотни живучи. - подала голос Федот. - Яд не убил, а усыпил Иштвана. Очнувшись, он упорхнул в окошко, сбив капитана, извиняюсь, полковника, с толку.
   - Пока мы разбирались с Тимо, Иштван проник в Серую Башню и, с помощью верного ему Остина, освободил подготовленных занду. Боюсь, несчастного часового им и скормили. - закончил Вернер.
   - Не понимаю одного. - произнес король. - зачем Иштван заварил эту кашу накануне войны?
   - А чего ему бояться? Оборотню с армией занду циньцы - что мухи. - пояснила Федот. - А вот для создания занду неразбериха, которую устроила Тимо, пришлась очень кстати.
   - Зан Федот, - обратился король к драконице. - приближается война. Могу ли я ожидать помощи от драконов?
   Федот недовольно фыркнула и застрекотала:
   - После той бойни, что голо... люди учинили нам - вряд ли. Мы давно не воюем. Однажды уже довоевались... Если и поможем - только как лекари. В остальном - выкручивайтесь сами.
   - Ну что ж. И на том спасибо. Хоть я и запретил охоту на вас, вину людей это не искупает. А вы, Рико?
   Рыцарь опустил глаза:
   - Я готов сражаться, но только в облике человека. Сила дракона - слишком большое искушение. Лучше, чтобы люди о ней не знали. Не стоит пользоваться тем, к чему не готовы.
   - Вы можете сохранить тысячи жизней! - возразил король.
   - Сегодня - да. А завтра? Что, если я стану таким, как Иштван?
   - А если циньцы встанут у ворот Лофотена?
   Рико задумался. Если Истрии будет грозить поражение, а Юне плен и смерть?
   - Я их поджарю. - наконец решил Рико, а про себя подумал: "Но потом мне лучше исчезнуть".
  
   Через три дня ворота Лофотена распахнулись перед полусотней белгородских дружинников с королевой во главе. Ольгарт с Юной мчались им на встречу.
   Король, увидев жену издалека, выпрыгнул из седла и бросился к ней, буквально снял с коня, поставил на ноги и упал на колени:
   - Прости меня Василиса. Нашей дочери пришлось исправлять мои ошибки.
   - Не надо, Оле... - королева тоже упала на колени и обняла мужа. - Мы оба были больны.
   Юна стояла в сторонке и по щекам её текли слезы. Королева подняла на нее глаза, вскочила. И мать с дочерью бросились друг к другу, крепко обнялись.
   - Юночка... - Василиса всматривалась в лицо принцессы. - что же с тобой произошло, девочка моя? Как же ты справилась?
   - Да ничего страшного, мам. - Юна бодро улыбнулась сквозь слезы. - Лучше поджаренная морда, чем промытые мозги. Вам досталось куда больше. Голова уже не болит?
   - Какая голова, Юна? Она на моих плечах благодаря тебе... Ты не должна была так рисковать...
   - А куда мне было деваться? Или воюй, или помирай...
   - Тебя могли... - королева всхлипнула - ...как того рыцаря. А я... Я только обузой была...
   - "Тот рыцарь" жив и почти здоров. И перестаньте корить себя оба! Все обошлось. Ну куда я без вас, а?
   Василиса снова крепко прижала к себе дочку, обливаясь слезами, а король обнял обеих. Сейчас вместе с радостью Юна чувствовала, что они сильны, как прежде. Даже ещё сильнее.
   - А говорят, драконы не плачут. - всхлипнула Федот, глядя на воссоединившуюся несмотря на столько бед семью.
   - У кого сердце есть не реветь не сможет, подруга. - хлопнула её по сложенному крылу Убсу. - Правда не хватает ещё одного человека. Надеюсь, он наберется отваги рассказать принцессе о том, что придавало ему силы лучше всяких зелий и твоих "уколов".
   - Пусть только струсит. Я ему такие полеты устрою. - погрозила кулаком в сторону дворца Федот. И обе рассмеялись.
  
  
   Измаил-Озерное-Одесса, 2007 - 2011
  
  

0x01 graphic

0x01 graphic

Одесса

2011

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   3
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) О.Мансурова "Идеальный проводник"(Антиутопия) В.Бец "Забирая жизни"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Призыв Нергала"(ЛитРПГ) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"