Рыбаков Артём Олегович: другие произведения.

Cерый Снег. Часть вторая

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Продолжение приключений Беса.


   Артем Рыбаков
   Серый снег. Часть вторая
  
   На правах рукописи
   Москва 2011 год.
  
  
  
   Вступление.
   Осиновая Гряда, как зеркало современной истории.
  
   Торф в Тверской губернии копали издавна, но понемногу. Да и зачем шататься по болотам в крае почти целиком покрытом лесом? И лишь в начале двадцатого века к этому вопросу подошли основательно и под Лихославлем , как и во многих других местах открылись первые "серьёзные" предприятия.
   Однако, только Советская власть, тянувшая страну из аграрной в индустриальную, озаботилась обеспечением этой самой только зарождающейся индустрии топливом.
   В знаковом для многих тридцать седьмом была построена линия узкоколейной железной дороги Осиновая Гряда -- станция Перегрузочная, расположенная в непосредственной близости от станции Крючково на железнодорожном перегоне Поварово -- Лихославль что входит в состав "столичной" магистрали Москва-Ленинград. Торф там перегружали в вагоны широкой колеи и везли на ТЭЦ в городе Калинине (Твери).
   В шестидесятые, когда Гагарин уже слетал в космос, разработки расширили, протянув новые ветки к Васильковскому и Полустовскому торфомассивам.
   Паровозы сменились тепловозами, торф стали использовать как удобрение, для чего, у пересечения с автодорогой Медное -- Лихославль организовали разъезд Перевалка, где практически дармовое удобрение перегружали на автомобили.
   Но грянула пере, мать её, стройка, и кто-то в высоких кабинетах решил, что торф нам не нужен, и пора сменить "болотную грязь" на "голубое топливо". Одновременно с началом "сухого закона" отгрузку прекратили, возили только для местных котельных, согревавших окрестные посёлки. Как горько шутили местные мужики: "Нажрались бы с горя, да Плешивый и это не велит!"
   А уж как капитализм пришёл, так совсем ни мужики эти, ни горючее их никому не нужно стало. В том же году, когда русские танки расстреливали русский же Парламент, узкоколейку закрыли. Ещё пару лет приезжали сюда сборщики металлолома, воровавшие рельсы, но потом и им это надоело... Так на смену "экономике, которая должна быть экономной" пришёл "эффективный менеджмент". А что вы хотели? Должны же у кого-то мечты сбываться!
   Но сегодня утром всё немногочисленное (хотя жители окрестных деревень и не согласились с таким определением, как-никак полтыщи душ в Гряде по сю пору живёт) население посёлка было разбужено рёвом мощных моторов.
   - Серёга, мать твою, глянь танки прут! - крикнул соседу, вышедший на покосившееся крыльцо местный житель, одетый в изрядно поношенный тренировочный костюм с горделивой надписью "Abibas" на спине.
   - Дурак ты, Гриня, хоть и умный, - живо откликнулся сосед. - Впереди "мотолыга" чешет, БАТ идёт, за ней - МДК. - Сразу видно, что в "лысопогонниках" служил, ни хрена в технике не петришь!
   - Ну да, не все ведь в стройбате служили, - громко, пытаясь перекричать рёв тяжёлой техники, ответил Григорий.
   - Не в стройбате, серость ты непоцарапанная, а двести семьдесят первом отдельном инженерно-сапёрном батальоне сто восьмой Невельской дважды Краснознамённой мотострелковой дивизии! - подбоченясь ответил специалист по военно-инженерной технике.
   - Ну да, снова начнёшь про свой героизм при оказании интернационального долга бухтеть... - эти слова Гриня произнёс вполголоса, так, чтобы собеседник их не расслышал - связываться с когда-то контуженным во время разминирования ефрейтором-"афганцем" ему явно не хотелось, тем более, что в предыдущих стычках тот всегда выходил победителем. - Так за каким полосатым они сюда припёрлись?! - добавил он уже громко.
   - Не ссы, узнаем! - Ветеран локальных войн скрылся в доме, но минуту спустя появился, одетый в потёртый бушлат, под которым виднелась застиранная тельняшка, кепи-"афганку" и сапоги.
   Он быстро пересёк двор и, распахнув калитку, вышел на улицу.
   - Стой! А ну, стой! - "афганец" замахал руками.
   Идущий в колонне четвёртым траншеекопатель остановился:
   - Чего тебе надо, нах? - из распахнувшейся двери высунулся водитель.
   - Слышь, зема! Я сам на "бэтээмке" служил, прям, как у тебя! - заголосил, пытаясь перекричать могучий движок, Сергей. - Ты скажи, боец, что стряслось-то?!
   - Война. А мы на торфоразработки едем, будем топливо там копать! - водитель не стал играть в секретность - всё одно, через пару дней вся округа знать будет.
   - Э, погодь-ка! Я с вами! - засуетился местный. - Я ж там работал, считай, каждый камень знаю. И с техникой на "ты"!
   Рядом с ними, с трудом протиснувшись мимо перегородившей улицу инженерной машины, остановился "уазик".
   - Радченко, хреном тебя по каске, чего встал?! - по тону с каким это было сказано, стало понятно, что перед ними командир.
   - Товарищ офицер! - ещё до того, как водила ответил, Сергей набросился на новую "жертву". - Можно я с вами?! Я на торфе работал, Афган прошёл... "За отвагу" имею! Раз уж война-то!
   Офицер окинул строгим взглядом фигуру Сергея, почесал подбородок...
   - С какой техникой знаком?
   - Да с любой, нах! Вот, на "бэтээмке", как раз и служил! - ветеран принял уставную стойку. - Ефрейтор Мочкин, тащ капитан!
   - Майор я. Давай на машину, - офицер мотнул головой в сторону траншеекопателя. - Лясы потом точить будем, времени хрен да ни хрена!
   - Есть, тащ майор! - обрадовался Мочкин и, козырнув, забрался на крыло БТМ. Потом, видимо, вспомнив, обернулся к дому соседа: - Гриня! Гриня! Манатки собирай и на массив за нами давай! Мобилизация, нах! - заорал он бодрым, можно сказать, даже радостным голосом.
  
  
   Глава 1.
   Педагогика на болотах.
  
   Проснулся я резко, с мыслью, что безбожно проспал на работу. Потянувшись к тумбочке, чтобы взять мобильник и посмотреть, который час, вспомнил, что ни на какую работу мне сейчас не надо, что отпуск. И тут же на память пришли события вчерашнего дня - война и наш рейд. Я резко сел на кровати, прислушиваясь к происходящему в доме и на участке. Одновременно на глаза мне попался "калашников", который я ночью положил на полку над кроватью. Повыше, чтобы пытливый и непоседливый отпрыск добраться не смог.
   С первого этажа доносились женские голоса, а со двора - детские. Окна, против обыкновения, были плотно закрыты, и разобрать слова не удалось. Встав на кровати-помосте, я снял оружие и подсумки с магазинами с полки и, спустившись с ложа в комнату, принялся одеваться.
   "Перво-наперво, надо сделать в прихожей тамбур... - мысли, после того как я вспомнил картины разрушенной и горящей Твери и россыпи стекол на полу в Зеленограде, были только об одном - радиационной безопасности. - Нет, лучше всё крыльцо полиэтиленом затянуть. И полог из него же двойной... Нет - тройной, сделать! Душ под дегазационную камеру переоборудовать, и перенести его прямо ко входу в дом, а то до укрытия приходится почти три десятка метров шагать..."
   - Проснулся, лапочка?! - Ирка заглянула в комнату. - Скажи, а можно это, - чмокнув меня в щёку, она бросила недовольный взгляд на автомат, - в комнате не держать? Я боюсь, Илюшка его случайно достанет...
   - Нет, нельзя! - резоны жены я отлично понимал, в отличие от её недавно появившейся нелюбви к оружию, хотя в пору нашего женихания она спокойно ездила со мной в тир, где с удовольствием "бахала" из чего-нибудь не слишком крупнокалиберного, вроде биатлонной винтовки или "марголина".
   - Ну в шкафу в холле его храни, - заканючила Иришка.
   - Война на дворе, лапушка! - как можно более жёстко сказал я, застегнул ремень и, подхватив "калаш", направился к выходу из комнаты, давая тем самым понять, что дискуссия прекращена в одностороннем порядке. Обычно любимая на такое поведение сильно обижалась, но тут стерпела и ничего не сказала. Видимо, всё-таки понимала, что в вопросах войны и выживания у бывшего офицера опыта всяко больше, чем у филолога.
   В столовой, кроме жены Витальки находились ещё четыре женщины, в одной из которых я опознал мадам Стоцкую, жену Фёдора, питерского бизнесмена-строителя, заведовавшего в настоящий момент возведением укрытий для местных жителей и беженцев. Все, кроме Ярославы, сидели на диванах и говорили, насколько я мог судить, о каких-то хозяйственных проблемах.
   - Вась, кофе с молоком? - окликнула меня хозяйка.
   - Ага. А Виталик где?
   - В штаб уехал, в Торжок, - как о чём-то само собой разумеющемся сообщила она. - К одиннадцати быть назад обещал. Если надо, можешь по радио с ним связаться. Станция у нас в комнате стоит.
   "Барышни" на время замолчали, но когда я сел за стол, а Ярослава поставила передо мной тарелку с жареными сосисками, хлеб, баночку горчицы и кружку с горячим кофе, одна из них внезапно спросила:
   - Василий, как там?
   О чем идёт речь, я понял сразу, без дополнительных пояснений:
   - Плохо, но не так страшно, как могло бы быть. Но Москву мы только в бинокль видели. Людей, кого нашли, до Солнечногорска довели. Там военные порядок пока поддерживают. А у вас как день прошёл, уважаемые? И, кстати, может, познакомимся, наконец?
   - Александра, - первой отреагировала Стоцкая.
   - Марина Кораблёва.
   - Марина Ушицкая.
   "Мэри Ка и Мэри У. Шатенка и рыжая", - быстро приклеил я "ярлычки для унутреннего потребления"
   - Галина Пайкова, - представилась, наконец, расспрашивавшая меня дама.
   - А меня, как вы уже, наверное, знаете - Василий Заславский. Можно без отчества, - и давая понять, что официальная часть закончена, ухватил со стола вилку и принялся за еду.
   - Вась, на, - Ярослава поставила передо мной бокал с рубиново-красной жидкостью. - Виталька сказал - вам теперь положено.
   "Хм, неплохое вино! - отметил я, пригубив. - Наверное, абхазское, - оно теперь самое распространённое из сухих..."
   - До дна давай! - строго распорядилась жена друга. - Минимум сто пятьдесят граммов в день положено! Да и ГАИ теперь нет, права отбирать некому.
   Отказываться от такого настойчивого предложения было как-то не с руки, к тому же со свободными радикалами бороться нам всё одно необходимо, так что я осушил бокал и вернулся к завтраку. А то чёрт его знает, когда в следующий раз поесть придётся - за весь вчерашний вечер кроме пары шоколадок под коньяк, перепавших в оружейном магазине, я так ничего и не съел.
   Женщины вернулись к своим, чисто женским разговорам, а я, управившись с завтраком и выпив кофе, вышел во двор.
   Ребятня помладше тусовалась в большой беседке. Кроме Илюшки и Яна я насчитал ещё четверых - трёх девчонок и совсем мелкого карапуза, ползавшего вокруг ребят на четвереньках.
   Несмотря на умилительность сцены, мне она совсем не понравилась. Резко развернувшись, я вернулся в предбанник и, отыскав принесенные вчера вечером мои вещи, достал из сумки-"мечты оккупанта" солидный деревянный чемоданчик, примерно полметра длиной и сантиметров тридцать шириной, крайне "армейского" вида. "Теперь бы ещё понять, что и как тут работает? - щелкнули замки, и подарок старлея Колмогорова открылся. - О, вот и инструкция! Так, "Измеритель мощности дозы"... Суровый аппарат, блин! Если метко бросить - и динозавра пришибить можно... Это что? Внешний блок питания - если что можно от автомобильного аккумулятора запитать... "Технические данные"... "Питание прибора осуществляется от 3-х элементов КБ-1..." Это что ещё за зверь? Ну ка, что-то вроде пальчиковых, если судить по размеру отсека для них, но длиннее...Бла-бла-бла... "обеспечивает непрерывную работу прибора... в течение не менее 55 часов при использовании свежих элементов (срок хранения не более одного месяца)"... Блин! А где они сами? Принципиальная схема... Вот - "Подготовка к работе"! "Установите источники питания"... Они что, издеваются? Спокойнее, не нервничай! В крайнем случае - за аккумом схожу... В коробке пакетики с этим, как его? Силикагелем, вот, лежат - следовательно, прибор на длительном складском хранении был, а батарейки столько не хранят, значит что? Правильно, тащ капитан! Значит, питание должно лежать отдельно!"
   Поставив ящик с рентгенометром на банкетку, я, принялся копаться в сумке и буквально через пять секунд обнаружил тяжёлый свёрток с батарейками. "Дата изготовления - 5.2008" - гласила надпись на маленьком листочке бумаги. "Чёрт, просроченные!" Россыпь чёрных цилиндриков напомнила мне что-то из детства. "Точно, когда "квадратные" батарейки потрошили, там внутри было три таких элемента!"
   Заметив на полу детскую машинку, я подобрал её и, торопливо открыв батарейный отсек, вытряхнул на ладонь два "пальчика".
   "Чуть ли не на сантиметр длиннее и миллиметров на пять толще! - я приложил батарейку к продукции советской оборонки. - Это нормально - можно проставку сделать. Было бы куда как хуже, если бы военные меньше были".
   Пять минут спустя я вышел на крыльцо с включённым прибором. Для начала выставил первый диапазон, показывавший радиацию в рентгенах в час, но стрелка даже не шелохнулась.
   "Теперь пойдём ниже", - два щелчка, и прибор теперь показывает дозу в диапазоне от пятидесяти до пятисот миллирентген. Стрелка качнулась и остановилась на отметке "350".
   "Твою ж мать!" - хотя ничего неожиданного не произошло, я, тем не менее, огорчился. Скорее не от того, что радиация, а от крушения подспудной наивной мечты, что вдруг это всё фигня, и ветер радиоактивную гадость мимо пронесёт...
   - Сударыня! - окликнул я присматривавшую за "мелочью" женщину. - Давайте ребятишек в дом отведём!
   - Папа! Папоська! - Илюшка взлетел с пола беседки, словно подброшенный мощной пружиной, и со всех ног кинулся ко мне. - Папоська, а почему мы на речку не пошли? А ты на работу уехал? А ты все дела сделал? Поиграешь с нами? - эти и миллион других вопросов обрушились на меня.
   - Сына, цыц! - шутливо прикрикнул я на него, прижимая маленького почемучку к себе. - Бери машинки, и зови всех-всех-всех друзей в дом - будем вместе играть и веселиться!
   - А это Саша, Алина и Ирися, - принялся тем временем представлять своих товарищей сын. - Янек... Ну, его ты знаешь, в общем-то... - сынуля иногда употреблял в речи "взрослые" обороты, и это всегда было уморительно до невозможности. Вот и сейчас он после этой фразы состроил задумчивую рожицу и потеребил нижнюю губу, словно вспоминая, а действительно ли я знаю Яна?
   Виталькин сын, услышав, что говорят о нём, встрепенулся:
   - Дядя Вася, а в какую игру мы будем играть? Железную дорогу сделаем?
   - Конечно! И вокзал построим!
   Малышня зашебуршилась, и все принялись собирать игрушки, а Илюшка, сграбастав пластмассовый экскаватор, со всех ног полетел к дому, оглашая окрестности радостными криками:
   - Мамоська! Мама! Папа с нами играть будет!
   Пропустив мимо нестройную толпу ребятишек, я придержал "классную даму" за руку:
   - Без радиационного контроля на улицу и носу не казать! - говорил я шёпотом, и, оттого, наверное, на её лице нарисовался нешуточный испуг:
   - Что? Что такое вы говорите?
   - Тише, тише! - предупредил я. - Пока ничего страшного, но от прогулок на свежем воздухе придётся отказаться... Временно...
   ...Судя по некоторым недовольным лицам, встретившим меня в доме, многие из мамаш, восприняли возвращение шумных отпрысков без особой радости. Особенно кривила губы "Мэри Ка". Похоже, что эта молодая женщина воспринимает ребёнка как обременительный довесок к удачному замужеству. Доводилось мне встречать таких "барышень". О том что замуж она вышла по любви к деньгам, мне сказали солидных размеров "камушки", посверкивающие в изящных серьгах и на пальцах обеих рук. Да и одета Марина явно не с вещевого рынка...
   Развивать тему в присутствии детей я не стал, а просто протянул своей жене дозиметр, выразительно постучав по стеклу, прикрывавшему шкалу.
   Больше никаких объяснений не потребовалось, Ира просто кивнула в ответ - мол всё девочкам объясню.
   Возясь с малышами я всё время прикидывал, что нужно сделать в доме, чтобы их обезопасить.
   "На форточки можно короба приспособить со сменными фильтрами. Только тогда вытяжные вентиляторы ставить придётся. И привод для них придумывать. Тамбур при входе уже сегодня сделать надо. Можно ещё крытую галерею к бане и к колодцу построить. Из плёнки полиэтиленовой. Осталось только найти материалы, рабочую силу и время, потому что втроём мы такой объём точно не потянем, а беженцы сейчас сами без крыши над головой в чистом поле бедуют. Да и не дело это - народ к нам набивать, не гостиница..."
   -... я не нанималась! - донеслось до меня сквозь весёлый детский гвалт. Женский, скорее даже девичий голос был очень недовольным, а капризно-истеричные нотки были слышны невооружённым, так сказать, ухом.
   Возмущались на втором этаже, что меня несколько удивило, так как никто за последние пятнадцать минут в дом не входил.
   - Ир, - окликнул я жену, - кто это там скандалит?
   - А, это ребята из леса вернулись. Станислав Сергеевич их за дровами в лес водил.
   "Чёрт, как же я это пропустил-то? Хотя, малышня так галдит, что услышать можно только трактор или танк... "
   - А кто такой этот Станислав Сергеич?
   - Это мой муж, - откликнулась Галина. - Пайков Станислав Сергеевич. Он, если вас не считать, единственный мужчина здесь.
   - Понятно. Так они в дом через бильярдную зашли что ли?
   - Да, - судя по всему, вопрос задан был не самым мягким тоном, и Иришка, отвечая, поморщилась.
   - Непорядок! Теперь вход только через основную дверь.
   - Я сказала, но, кажется, будет лучше если ты их сам застроишь! - Ирка как-то очень ловко употребила слово из моего лексикона, хотя до того в подобном я её не замечал.
   Чего хочет женщина - того хочет бог! - так, кажется говорил кто-то из древних.
   - Илюш, - я поднял сидевшего у меня на коленях сына и пересадил его на диван, - я на пару минут отойду, ладно?
   - Конесно, папоська, - с умилительной серьёзностью ответил он, продолжая сосредоточенно доламывать пластмассовый экскаватор. - Ты потом починись? - ковш, наконец-то, с громким хрустом отделился от стрелы и Илюшка протянул его мне с невинным выражением на лице, мол, я тут совершенно не при чём, оно само отвалилось!
   - Безусловно починю, - взъерошив соломенные волосёнки на буйной головушке нашего непоседы, я отправился на второй этаж наводить порядок в гарнизоне.
   Пойдя через гостевую спальню я вошёл в бильярдную, откуда, собственно и доносились звуки нешуточной перепалки.
   Оба дивана были разложены, на них валялись собранные со всего дома одеяла, и даже под бильярдным столом я заметил два расстеленных спальника.
   "Прямо дортуар какой-то получился! - пришло на ум книжное слово. - Вот только обитатели, похоже, не в очень хороших отношениях..."
   Все шестеро присутствующих разделились на две неравные группы: в одной были три паренька-подростка и одна девчушка того же возраста, другую составляли две девушки постарше, на вид лет семнадцать или около того. Обе чистенькие и опрятные, с крашеными волосами, уложенными в модные причёски.
   - Танька, - наступая на "старших", один из мальчишек, невысокий крепыш с покатыми плечами, бурно размахивал руками, пытаясь, очевидно, подобрать слова. - Ты! Как ты можешь! - выпалил он в конце концов.
   "Емко, однако, насяльника!" - усмехнулся я этому шедевру красноречия.
   - Так, молодёжь, что за шум?
   - А вы кто? - немедленно откликнулась одна из "оппозиции".
   - Хозяин здешних мест, - первым делом я захлопнул дверь на улицу, которую эти спорщики так и оставили открытой. - Ещё раз такое увижу, - я с лязгом задвинул металлическую решётку, поставленную в своё время от воров, - жить будете под кустом. Если уж вы так без лишних рентгенов скучаете.
   - Каких рентгенов? - переспросил один из ребят, вихрастый тощий парнишка, одетый в рибоковский спортивный костюм и рыжую кожаную куртку.
   - Простых, радиоактивных. Вход отныне только через главную дверь. С дезактивацией! Теперь рассказывайте, что у вас тут приключилось. Только по очереди! - я поднял руку, прерывая готовый обрушиться на меня хор возмущённых голосов.
   Быстро сориентировавшись, крепыш, тоже поднял руку, спрашивая разрешения заговорить.
   - Вас же Виталием зовут, так?
   - Нет, Василием.
   - А, понятно... А меня - Антоном, - судя по уверенному тону паренёк был местным заводилой.
   - Очень приятно познакомиться, Антон. Излагай! - присев в кресло, я показал ему на соседнее.
   Приглашение парень не принял, а может, и не заметил:
   - Мы за дровами ходили с утра с Владимиром Ивановичем, но он сейчас в город уехал, а нас попросил ещё пару ходок сделать. А Танька, сеструха моя, воду мутить начала, мол, мы не нанимались тут горбатиться! - Антон обернулся и обвиняюще ткнул пальцем в одну из "оппозиционерок".
   - Ну а ты чего завёлся? Всё ж элементарно решается! Обедать сестра твоя с подружкой не будут, ужинать - тоже. Поскольку ни я, ни Виталий Андреич их кормить не нанимались... Куда же проще-то? Одеяло с их дивана сюда принеси - я найду, куда пристроить.
   Судя по ошарашенным лицам ребят, они ожидали чего-то совсем другого.
   "Ага, решили, что я вас сейчас как маленьких уговаривать буду. Нет уж! Если с вами цацкаться, так работать некогда будет. Демократия и свободное волеизъявление личности кончились вчера в девять часов утра - сразу после первого "грибка"!"
   - Что рты пораскрывали? Дровишки мы заготавливали никак не из расчёта на два десятка незваных гостей. И за едой для вас я ездить совершенно не обязан. Там за окошком, если вы не знали, уже триста пятьдесят миллирентген, и проще не пускать эту гадость сюда, чем гоняться за ней по всему дому. Поэтому рекомендую вам, мои дорогие, ещё раз всё взвесить в вашем неокрепшем сознании...
   - Но как вы можете?! Не имеете права!- "виновницы торжества" наконец поймали свои челюсти и хором бросились в словесную контратаку.
   - Я-то? - бодаться по всем правилам, как и объяснять прописные истины малолетним дурёхам желания не было ни малейшего, но с чего-то же надо начинать? - Я как раз имею. В силу возраста, звания и занимаемой должности... Не говоря уже о жизненном опыте. Выберите любой пункт и я разверну его вам во всей красе. Но, честно говоря, нет на это времени. А пока хотя бы по одному параметру меня не перегоните, слушайтесь или выметайтесь на все четыре стороны. Или, хотя бы, послушайте своих более умных товарищей! - встав, я похлопал Антона по плечу. - Вот его, к примеру! Разговор закончен!
   "Не я их уговаривать должен, а друзья и ровесники. Главное - показал, кто тут всё решает, и что оппоненты их стоят как раз на правильной стороне... А дальше - по народной пословице: "Стерпится-слюбится". Ну, или сгинут ни за грош, невзирая на опеку родителей и условия, о которых на сегодняшний день миллионы наших соотечественников только мечтать могут".
   На вершине холма, видимой из окна появились две машины - вслед за "проходимцем" Вована ехал "УАЗ"-"Хантер". Притормозив перед длинным спуском, гости посигналили и покатились вниз к усадьбе.
  
   Глава 2.
   Вот такое вот 3D.
  
   Места во дворе хватило только для Вовкиного аппарата, из которого вылезли двое, а "уазик" пришлось припарковать на улице.
   Ребята отнеслись к правилам радбезопасности со всем старанием и вылезли из машин в респираторах и накидках, правда, один из них - судя по габаритам и пластике это был Володя, вместо штатного озэкашного плаща использовал полупрозрачный гражданский дождевик.
   "Блин, а тамбура-то у нас и нет!" - схватился я за голову, быстро спускаясь по крутой винтовой лестнице.
   - Папа, это дядя Виталик приехал? - спросил Илюшка, стоило мне только появиться в гостиной, а Янек вскочил, явно намереваясь броситься отцу навстречу.
   - Да, Виталик приехал... Нет, Янек, папа перепачкался сильно, ему переодеться нужно, - скороговоркой выпалил я и плотно прикрыл за собой дверь в прихожую.
   - Ну что, обниматься не будем? - спросил Сибанов, сняв респиратор и стаскивая прорезиненный плащ.
   - Да ну вас, грязных таких, - вместо приветствия я прошелся по ним дозиметром, выставленным на максимальную чувствительность.
   - Ну как, чистые?
   - Относительно - лёгкий фон есть, но не больше, чем в рентгенкабинете.
   - Пошли в дом, - предложил Виталик. - Разговор есть.
   - Обязательно, но вначале скажи, у вас в сарае плёнка от парников ещё осталась?
   - Конечно.
   - Я тамбур на крыльце хочу сделать. Вы передохните пока, а потом поможете, лады?
   - Блин, сразу сказать не мог? Мы бы не раздевались...
   - Да ладно, там тебя мелкий заждался.
   - О, Андрюху возьми! - предложил Вовка. - Он всё равно в машине без дела сидит.
   - Какого Андрюху? - не понял сначала я.
   - Да Борматенко! Морпеха нашего. Он в "уазике".
   - А, понятно. Возьму, конечно, - покладисто согласившись с предложением друзей, я принялся неспешно одеваться. Работы, по моим прикидкам было всего ничего, минут на пятнадцать, максимум, тем более для двоих, а дать полчасика парням, чтоб дух перевели, стоило.
  
   ***
   Говорить в противогазе - занятие, как минимум, странное, поэтому я просто залез на переднее сиденье "УАЗа" и, прикрыв дверь, стянул маску с лица:
   - Здорово, мореман! Есть работёнка. Поможешь?
   - И вам не хворать, товарищ капитан! Только я не моряк, а морпех... Чего делать-то будем?
   - А, немного плотницкой работы для обеспечения радиационной безопасности. Тамбур на вход сделать надо. Четверть часа попыхтим - это максимум.
   Андрей согласился сразу и, забрав из гаража инструмент, стремянку и гвозди, а из сарая - рулоны плёнки, мы приступили к работе.
   Вопреки моим предположениям, работа заняла куда как больше времени - удерживать мелкие гвоздики руками, затянутыми в резину оказалось тем ещё развлечением, к тому же приходилось балансировать на лестнице в немилосердно "парусящем" ОЗК. Однако справились.
   Крыльцо теперь было плотно затянуто плёнкой, а вход прикрывали два полотнища, подвешенные с шагом в двадцать сантиметров.
   "Эх, ещё бы компрессор воздушный приспособить, чтобы пыль сдувать... Вот только от чего его запитывать будем? Есть далеко не нулевая вероятность, что скоро электричество на ватт-минуты считать будем! Но, так или иначе, кое-что мы уже сделали и теперь неплохо бы узнать последние новости! - привычно бросив взгляд на запястье левой руки я мысленно чертыхнулся, поскольку часы были скрыты зеленоватой резиной защитного костюма. - Надо будет какие-нибудь простенькие механические с широким ремешком надыбать и поверх рукава надевать. Помнится, электроника в условиях высокой радиации на счёт "раз" загибается, так что механические в самый раз будут. И вообще, надо сесть и с мужиками обмозговать, как дальше жить, а то многие привычные вещи скоро далёкой-далёкой сказкой казаться будут. Начиная от туалетной бумаги и заканчивая чистой водой и лекарствами".
   С этими невёсёлыми мыслями, я поманил морпеха и распахнул дверь в дом.
  
   ***
  
   - Винца для цвета лица? - Виталик достал из сумки бутылку.
   - Не откажусь.
   Для "тайной вечери" мы выбрали чердачную комнату, в которой разместился кабинет его отца, впрочем, никогда по назначению не использовавшийся, а служивший своеобразной кладовкой для ценных, но не сильно нужных вещей. Вовка, к примеру, восседал сейчас на громадной спортивной сумке с Виталькиной хоккейной формой, в углу громоздились сваленные в одну кучу детский манеж, складной велосипед и пара сноубордов. Довершал безумный натюрморт массо-габаритный макет дегтярёвского ручного пулемёта, валявшийся на широком подоконнике.
   Стаканы, естественно, с собой прихватить забыли, но когда это было проблемой для русского человека? Воспользовавшись швейцарским ножом, хозяин дома раскупорил бутылку, сделал первый глоток и протянул сосуд мне:
   - Нас жаждет видеть местное начальство...
   - Которое? - отхлебнув, поинтересовался я и передал вино Володе.
   - Самое главное - командир базы и военком.
   - А местные гражданские начальнички как?
   - Как, как? По хребту лопатой! - улыбнулся Виталик, принимая у Вована тару и аккуратно закупоривая её. - Они, как я понял, ещё вчера права качать попробовали. В духе "народ должен заботиться о своих слугах" и "ты - тупой "сапог", ну и огребли...
   - Ты это серьёзно? Кстати, что, всего по глотку?
   - Более чем... То есть, разрешаю сделать ещё по одному, - пробка снова покинула горлышко и бутылка сделала ещё один круг - на этот раз в полной тишине. - И сейчас нас жаждет видеть местная хунта, - Сибанов снова запечатал сосуд с лечебной жидкостью и убрал его куда-то за диван.
   - А на кой мы им сдались? - проводив взглядом исчезнувшую бутылку, я откинулся на спинку и, по не изжитой ещё привычке, полез в нагрудный карман за сигаретами, на полпути, правда, вспомнил, что бросил, и просто потёр подбородок.
   - А я им идейку небезынтересную вчера подкинул... В духе нынешних времён.
   - Это какую же?
   - Да работёнку нам непыльную подыскал... До конца, считай, жизни.
   - Страховка хоть по ней есть?
   - Из-за неё и впрягся. Короче, хочу организовать специальную службу.
   - На кой ляд нам здесь и сейчас разведка?
   - Разведка, друг мой, нужна всегда. И нечего на окно коситься. Лет через несколько... люди снова всякого захотят, в том числе и чужого... - пауза, наверное, должна была означать "если выживем". - А контакты и агентуру уже сейчас надо организовывать.
   - В свете твоей идеи у меня сразу два вопроса появились. Первое, а ты не думал, что солнечногорские тоже из разведки? Второе - я тут причём?
   - От ты въедливый, честное слово! - Виталик театрально всплеснул руками. - Отвечу сразу на второй вопрос. Вот за такую въедливость ты мне и нужен, плюс ты о разведке в стиле каменного века тоже не понаслышке знаешь.
   - А "каменный век" тут причём? - не понял я аллегорию друга.
   - А это когда ножками, ножками, и никакой тебе спутниковой связи с интернетами всякими. А у тебя ВУС соответствующий, вот и будешь нашими глазами.
   - Что, один?
   - Ну да, а кто себе уже команду за один день сколотил? - усмехнулся Сибанов.
   - Это к делу не относится, - буркнул я. - А на первую часть ответить не хочешь?
   - Про "подсолнухов"?
   - Да.
   - Так они же не агентуристы и не "экономики". Плюс, кто нам запрещает иметь две службы?
   - Нам?
   - Так точно, товарищ капитан! - хохотнул уже Володя. - А почему так, это ты в городе узнаешь.
   - Короче, собирайся! - попытался прекратить зарождающуюся дискуссию Виталик. - В курс дела по дороге введу.
   - Нет уж! Давай сейчас, а то знаю я вас... - не согласился я. - Больше времени на обдумывание останется, ну и на подбор аргументов, конечно.
   - Окей. Объясняю, почему нам, - Виталий опустился назад в кресло, с которого было встал. - Бежать нам, как ты понимаешь, некуда, да и не за чем. Только если радиация совсем достанет. Но на такой случай тут неподалёку есть бывший ЗКП товарища Сталина.
   - Да ну? - в подобное верилось с трудом. - А почему не домик, где Берия малолеток растлевал?
   - Во-первых, товарищ Берия никого не растлевал, уж тебе это должно быть хорошо известно! - назидательно покачал пальцем Сибанов, а потом полез во внутренний карман куртки и, достав сложенные листки бумаги, протянул их мне.
   - Н-да, Государственный Комитет Обороны - это серьёзно! - пробормотал я, прочитав шапку. - А ты уверен, что его построили вообще?
   - А то! Я даже вход нашёл.
   - А внутри?
   - Не входил пока, там дверь или автогеном резать или взрывать. Но это - на крайний случай.
   - Судя по бумажке, там всё серьёзно должно быть. Сто квадратов рабочих площадей - это общая под триста, да?
   - Где-то так.
   - Заглубление серьёзное?
   - Точно не скажу, но не меньше десяти метров.
   - Здорово! - я ещё раз пробежал глазами Постановление ГОКО за номером -2370сс - Смотри, электростанции тридцатикиловаттные - три штуки! - я протянул лист Виталию.
   - А то я не читал? Одна точно должна от ручья питаться - там в откосе труба выходит. Решётка в ней - мама не горюй!
   - То есть убежище на самый-самый крайний случай у нас есть.
   - О чём я тебе битый час и толкую!
   - Не преувеличивайте, господин оберст-лейтенант! И пятнадцати минут не разговариваем! Про то, что наши задницы в относительной безопасности, считай, я понял. Теперь главное давай.
   - А главное оно на поверхности, брат! - очень серьёзно, без тени улыбки, сказал Сибанов. - Предлагаю тебе заняться тем, о чём ты с детства мечтал - замок на границу повесить и охранять её от ворогов. Без идиотских приказов сверху, подстав и прочей тряхомудии.
   "Предложение более чем привлекательное! Но быстро, однако, Виталька нашёл, чем меня зацепить, хотя, конечно, здоровый карьеризм у него всегда присутствовал. Не то, что у меня. Ну а кто сказал, что спасать людей и при этом обустраивать жизнь как тебе самому хочется - плохо? Скорее уж наоборот - хорошо!"
   - А ты уверен, что дядьки с большими звёздами позволят нам это сделать? - сдаваться без спора было не в моих привычках.
   - Вопрос резонный. Если мои расчёты верны, то им просто ничего другого не останется. Пока ты на подступах к Москве геройствовал, я тут удочки закинул, так что, шансы на то, что всё в масть срастётся, примерно, семьдесят-семьдесят пять процентов.
   - Ты, небось, уже и структуру будущей службы нарисовал?
   - Очень приблизительно, но, думаю, пока доедем - подрихтуем. А пока нужно выбрать, дорогой друг. Да или нет?
   - Да.
  
   ***
  
   Пока я прощался с родными и проводил инструктаж о правилах поведения при радиационной опасности со всеми остальными, Виталик по рации связался с Торжком и сообщил, что мы скоро приедем. Собирались быстро, но без особой спешки, руководствуясь принципом: "Сейчас мелочь какую-нибудь забудешь - потом всю оставшуюся недолгую жизнь горевать будешь". Хорошо ещё, что путь предстоял близкий, и никаких особенных приключений нас не ждало - подумаешь, в гости к непосредственному начальству едем - тоже мне большое дело.
   Решение вооружить остающихся поосновательнее пришло мне в голову не сразу. Просто, упаковывая свой рюкзак, я вдруг подумал, что шок у большинства "делового" народа должен был уже пройти, и вероятность появления каких-нибудь отморозков в наших краях исключать не стоило. Федеральную трассу и железную дорогу войска контролировали, посты в крупных посёлках стояли, а вот в нашей глуши кое-кому сейчас раздолье полное. А тут и Станислав Сергеевич объявился.
   - Василий Степанович, - начал он, едва войдя в прихожую, - зачем вы с детьми так жестко?
   - Что вы имеете в виду? - мужчиной Пайков был представительным, с благородной сединой и красивым мужественным лицом, но одновременно сквозило в нём что-то такое... "интеллигентское" что ли. Встречались мне такие типажи. Смотришь на такого - походник, мастер спорта, на гитаре песни героические исполняет, а как беда или нештатная приключится - так только кудахтать и крыльями хлопать способен. Таких в советских НИИ по госзаказу в своё время выращивали.
   - Ну, они же ещё дети!
   - Вот только про детей не надо, я вас прошу! Кто беззащитные крошки? Эти две кобылки молодые? - я закончил укладку и встал с колен. - Вы, лучше мне скажите, вы стрелять умеете?
   "Нда, вопрос, похоже, поставил "красавца" в тупик..."
   - Тогда зовите сюда молодёжь - вооружаться будем!
   - Как, вы хотите дать оружие несовершеннолетним?
   - А что ещё остаётся, если совершеннолетние не могут? - вопросом на вопрос ответил я.
   - Лапочка, можно тебя на минутку? - заглянув в оставленную Пайковым открытой дверь, позвал я жену.
   Отложив книжку, которую она собиралась читать малышне, любимая подошла ко мне:
   - Да, лапушка? Что такое?
   - Ирка, помнишь, как мы в тир ездили?
   - Конечно!
   - Вот, - я протянул ей СКС, - быстренько осваиваем. Вот предохранитель... затвор открыть... обойму вставить... большим пальцем нажать... обойму вытащить... - я быстро продемонстрировал, как обращаться с карабином. - Понятно?
   - Ну... в целом - да. Ух, ты, увесистый! - моя жена взяла карабин и приложила его к плечу. - А поменьше ничего нет? Вроде того немецкого ружья?
   "Приятно, что Иришка не задаёт вопросов типа "Зачем мне ружьё?" или, что ещё хуже "Мне что, в кого-то стрелять придётся?""
   - "Гээсгу" я кому-нибудь из ребят отдам. Ты, всё-таки, у нас стрелок опытный, так что, думаю, и с СКСом справишься... - я поощрительно чмокнул жену в щёчку. - И потом - это так - на всякий случай.
   - Угу, - буркнула Ирка и, повесив симоновский карабин на плечо, внезапно встала по стойке "смирно". - Sir! Yes, sir!
   - Класс! - искренне восхитился я. - Снимем кино "Солдат Ирк"!
   - Не, опять порнография получится! - жена показала мне язык и вывернулась из объятий.
   От дальнейших попыток сграбастать благоверную меня отвлекло появление Станислава Сергеевича и ребят.
   - Вот, Василий Семёнович, привёл, - доложил Пайков, с некоторой опаской разглядывая мою милитаризированную вторую половину.
   - Солнце, карабин на шкаф положи, там архаровцы наши не достанут, - посоветовал я уже в спину уходящей Иришке и повернулся к молодёжи. - Ну что, орлы, кто стрелять умеет?
   Ребята замялись. Наконец, вперёд вышел Антон. "Кто бы мог подумать?" - усмехнулся я про себя.
   - Я немного умею, - очень неуверенно пробормотал он себя под нос.
   - Из чего?
   - Ну... я это... не совсем...
   - Говори, как есть - не тяни!
   - Ну, я в страйкбол играл раз пять.
   "Да уж, богатый опыт, нечего сказать. Видал я этих "игрунов"!" - несколько раз друзья, увлекающиеся этим современным вариантом "Зарницы", вытаскивали меня на свои "пострелушки", но особого впечатления они не произвели. Некоторое количество народу были вполне вменяемыми. Служившими и даже воевавшими, но малолетки, нарядившиеся в форму и принимавшие картинные позы с оружием в руках, раздражали. А уж во время "войны" я и не знал, то ли смеяться в голос, то ли плакать. Процентов восемьдесят "бойцов" стреляли из своих "автоматов", не прижимая приклад к плечу. Ползающих на поле боя я практически не видел, а уж дисциплина... Хотя некоторые команды на общем фоне выглядели очень даже ничего. Один из отрядов, изображавший подразделение еврейской бригады "Голани", к примеру, почти наполовину состоял из парней, реально воевавших на Западном берегу. По повадкам было видно, что парни, как говорится, знают, "что делать по обе стороны от мушки". Разведчики-диверсанты, косящие под группу американских "морских котиков", действительно занимались разведкой, а отряд "немцев" порадовал основательностью в организации походно-полевого быта. Но, тем не менее, общее впечатление было не очень.
   Однако выбора мне никто не предоставил, и я достал "мелкашку" из чехла:
   - Знакомая вещь?
   - Ух, ты, "эмпешка"! - радость узнавания осветила лицо парня. - А это глушитель?
   - Нет, это ствол длинный с насадкой, - вытащив магазин и проверив патронник, я протянул "гээсгу" и пустой магазин Антону. - Давай, покажи!
   Подросток довольно сноровисто вставил магазин и приложил оружие к плечу.
   - Патрон дослать забыл, - указал я ему на основную ошибку.
   Парень с непониманием посмотрел на меня.
   - Давай назад! - получив оружие, я оттянул и отпустил затвор. - Вот так! Это тебе не "привод", без взведения стрелять не будет. Если вопросы, как с ней обращаться будут - спроси Ирину Анатольевну, она знает.
   "Ничего, время пройдёт - научится! - подумал я, глядя, как горделиво прижимая к груди карабин, Антон ходит кругами по холлу. - Выхода другого у него нет, как впрочем, и у всех нас..."
   - Василий Семёнович и всё-таки, я считаю, что давать в руки детям оружие - это неправильно! - завёл старую песню Пайков, когда ребята ушли заниматься своими делами.
   - А что же вы, такой взрослый, не взяли? - похоже, что данный товарищ начинал меня раздражать. - И паспорт вы хрен знает когда получили! И разумный весь такой... Что ж основную мужскую обязанность выполнять отказались, а? Станислав Сергеевич?
   - Это не моё совершенно! - брезгливо поджав губы, с некоторым вызовом ответил Пайков.
   - Да? А что ваше? Расскажите, не стесняйтесь!
   - Ну, производство там... Бизнес.
   - И каким же, осмелюсь спросить, бизнесом вы занимаетесь? - я старался сдерживаться, но высокомерие собеседника раздражало меня всё больше и больше.
   - Инженерные сети и коммуникации, к примеру!
   - Отлично! - радостно осклабившись, я подошёл к Станиславу практически вплотную. - Вы-то мне и нужны! До вечера сконструируйте короба на форточки с фильтрацией воздуха и возможной принудительной вентиляцией! Договорились? Как раз вместе с подрастающим поколением потрудитесь. Инструменты вот они - я показал на сумку, так и стоявшую у входной двери после того как мы с Борматенко закончили строить тамбур. - Материалы в сарае и гараже. А Антон вас посторожит. И советую слов на ветер не бросать! - последнее, конечно, прозвучало несколько угрожающе, но "не всё скоту масленица", как любили переиначивать в нашей компании старую пословицу.
  
   ***
  
   Ребятню усадили смотреть мультики, обняли жён, присели "на дорожку", и вот уже наша маленькая колонна мчится по разбитой дороге.
   В комплекты химзащиты решили не наряжаться, поскольку в "горячие места" никто прямо сейчас лезть не собирался. Просто накинули привезённые ребятами армейские плащ-палатки. А гробоподобный дозиметр Виталька порекомендовал оставить до поры до времени дома:
   - Батареек на него не напасёшься, да и зачем тебя эту тяжесть таскать. На, это сейчас полезнее, - с этими словами он протянул мне небольшой металлический цилиндрик, чем-то похожий на обычную авторучку.
   - "Идэшка"?
   - Она. У вояк четыре комплекта подрезал.
   - То есть у нас их две дюжины есть?
   - Так точно.
   "ИД - это хорошо! Насколько я помню этот немудрёный с виду приборчик показывает сколько его носитель получил жёсткого излучения в общем. Причём чуть ли не на протяжении года, если мне память не изменяет".
   - Я ещё "ДэПэ- двадцать два" у них подрезал. Там в комплекте пятьдесят карандашей. Шкала, правда, поменьше - до пятидесяти рад, - продолжал хвастаться Виталик.
   - А тут сколько?
   - Тут от двадцати до пятисот.
   - Погоди... - припомнил я кое-что из курса ГО. - Если до середины шкалы на этом кто-нибудь доберётся - считай труп!
   - Не, ты не прав. Мне твой корешок Колмогоров памятку выдал, - Сибанов достал из кармана сложенный листок и прочитал: - "При однократной порядка три-пять зивертов смерть наступает в половине случаев из-за повреждения костного мозга в течение тридцати-шестидесяти суток;
   при дозе в пять - пятнадцать зивертов каюк будет из-за повреждения желудочно-кишечного тракта и лёгких но в течение десяти-двадцати суток;
   Если доза больше пятнадцати, то накрывается нервная система и в течение недели каюк!"
   - Жизнеутверждающе, млин! - Вовку аж передёрнуло.
   - Так, стоп! Здесь шкала в радах, - я всё ещё держал в руках дозиметр, - никаких зивертов тут не нарисовано!
   - А для этого случая тут и приписочка имеется! Вот - "один зиверт равен ста бэрам или, примерно - ста радам", - "успокоил" нас Виталий.
   Быстренько проведя вычисления в уме, я подвёл итог:
   - Три зиверта - это триста рад или смерть от лейкемии за два месяца, так?
   - Нет, не так, - перебил Сибанов. - Смертность он для разовой дозы указал, а для размазанной все чуть менее грустно. Ладно, не забивайте себе сейчас мозги, не в эпицентр лезем!
  
   ***
  
   Поскольку вчера меня вертолётчики высадили, что называется, у порога, да к тому же ночью, сейчас я во все глаза смотрел по сторонам. Хотелось понять, что успели сделать за время моего недолгого отсутствия. Да и к новым соседям приглядеться не мешало бы - как-никак наступает время общинного быта, и от того, кто живёт бок о бок с тобой многое теперь зависит.
   Заброшенная, сколько я её помню, часовня, сделанная из строительного вагончика, что стояла у поворота к "Усадьбе", обживалась сейчас беженцами. Окна на первое время затянули полиэтиленовой плёнкой, замки с двери сбили, и над трубой вился голубоватый дымок. В Савинском, насколько удалось рассмотреть, вовсю кипели строительные работы, и во дворах двух до этого момента заброшенных домов сновали люди.
   "Ну да, почти во всех деревушках в этих краях едва ли половина домов обитаема, так что только в пустующих можно не одну сотню человек разместить. А если освоить те, которые под дачи купили, то и несколько тысяч. Тесновато, конечно, но всё лучше, чем в палатках или в чистом поле. Другой вопрос, где еду на всех взять? И чем эту ораву занять?"
   - Ну как тебе? - словно поняв, о чём я сейчас думаю, спросил Виталик
   - Неплохо. Сколько народу от шоссе перебралось?
   - Меньше, чем нам бы хотелось, но больше, чем ожидали. Здесь пока только строительно-ремонтные "ватаги".
   - А почему "ватаги"? - не понял я.
   - До нормальных бригад им как до Китая на одной ножке, - пояснил Сибанов. - энтузиазма полно, а навыков не хватает. Стоцкий вчера чуть с катушек не слетел. Представляешь, наши надыбали где-то рубероид, он отрядил народ крыши латать...
   - Ну и? - трагедия архитектора пока была непонятна.
   - Не нукай, лучше слушай! Короче, на пяти из семи домов рулоны раскатали вдоль ската и прибили гвоздями-"двухсотками" встык!
   - А трагедия-то в чём?
   Виталий удивлённо уставился на меня:
   - Ты придуриваешься или и в правду не понимаешь?
   - Алё, где я и где строительство? Это ты, пока ваши хоромы возводили наблатыкался, а мне что вдоль склона, что поперёк...
   - Ската, - поправил меня Вован.
   - А мозг включить? - поинтересовался Виталик.
   - А надо? Вы мне тут строительный техникум не изображайте - скажите сразу, в чём подвох и перестаньте долбить клювами темечко!
   - Ладно, ладно, - миролюбиво развёл руками Сибанов. - Для "technically impaired" поясню на пальцах. Рубероид всегда кладут вперехлёст, если не на скорую руку и не в одно лицо, то горизонтальными полотнищами, а уж про прибивание такого материала "двухсотками", я думаю, ты сам поймёшь.
   - Ну вот! А то накинулись, как вороны на тушу... Я так понимаю, теперь всё переделывать придётся?
   - Правильно понимаешь.
   - Лиха беда начало... - философски отреагировал я на обстоятельства. Несмотря на весь ажиотаж, тратить время и нервы на проблемы строительства я не собирался, а перешёл к более насущным для меня вопросам: - А чего это Андрюха за нами тащится? Я думал он у наших останется.
   - Он теперь твой прикреплённый водитель, - не отрывая взгляда от раздолбанной дороги сказал Виталик.
   - А я, типа, сам машину водить разучился?
   - Нет, конечно, не разучился! Но одному ездить не стоит.
   - С фига ли? Или я, по вашему мнению, и стрелять тоже разучился?
   - Не надо тут всё кипятком обливать, Вася! Андрюха - парень надёжный и хваткий. А два человека - это уже экипаж! Или ты решил всё-таки ставку на массовый личный героизм сделать?
   - Нет, работать по плану куда легче и безопаснее.
   - Вот видишь! - хлопнул ладонью по рулю Виталик. - Надо с себя начать, а потом уже других загонять железной рукой к счастью!
   - А вот утрировать не надо! Просто я, знаешь ли, не ожидал, что так быстро обзаведусь персональным водителем.
   - Ладно, проехали...
   Впереди показался подпрыгивающий на ухабах трактор с прицепом. В кузове последнего, судорожно вцепившись в борта, сидело человек семь.
   - Виталь, а что это народ без масок? - обратил я внимание друга на вопиющее нарушение правил радиационной безопасности.
   - Так противогазов на всех пока не хватает. Вояки обещали по сусекам поскрести, но...
   - Прижми их, - оборвал я его.
   Несколько раз посигналив, Виталик обогнал "деревенский автобус" и, вырвавшись на пару десятков метров вперёд, остановил джип поперёк дороги.
   - Я на минутку, - натянув на лицо противогаз, я выскочил из машины.
   Сопровождаемый удивлёнными взглядами пассажиров, я подошёл к трактору и стянул с лица противогаз:
   - Что, жить, граждане надоело? Почему без масок?
   - Так где ж их взять-то? - после долгой паузы ответил средних лет мужичок с типичной внешностью сельского жителя - обветренное лицо, испещрённое морщинами, незатейливая цветастая рубаха под потёртым серым пиджаком, под ногтями левой руки, которой он держался за борт - невыводимая чёрная кайма.
   - Что, и респираторов нет?
   Мужик развёл руками.
   - Из ткани сделайте - всё лучше, чем ничего. Только стирать каждый день не забывайте! С такими вещами не шутят! Наглотаетесь радиоактивной пыли и сами ходячими рентгеновскими аппаратами станете.
   После услышанного народ зашевелился, многие полезли в карманы, а одна женщина - по облику явно городская, стремительно достала из небольшой сумочки упаковку одноразовых носовых платков и принялась раздавать их соседям приговаривая:
   - Возьмите, Возьмите! У меня ещё есть!
   "Молодец тётка - быстро сориентировалась!" - мысленно похвалил я её, и, снова надев противогаз, зашагал к машинам.
   - Ну что, провёл воспитательную работу? - хмыкнул Сибанов, стоило мне разместиться на сидении.
   - А то! Я ведь не просто так шухерю - пыль - это, пожалуй самая хреновая хреновина в нашем случае. Наведённой радиации в наших краях пока взяться неоткуда, а вот осадки... Ты понимаешь, что то, что внутрь попало уже никуда оттуда не денется?
   - Ну да, - Виталик посерьёзнел. - А когда они от лучевой болезни или от рака загибаться начнут - уже поздно будет, так?
   - Верно, - подтвердил я опасения друга. - Что стоим-то? Поехали!
  
   ***
  
   "Вот это да!" - единственное, что пришло мне в голову, когда наши машины въехали в Думаново. За неполные сутки посёлок преобразился, полностью подтверждая старинную пословицу про жареного петуха и ягодичную мышцу.
   Убежища уже не выглядели сляпанными на скорую руку времянками - вместо чахлых навесов возникли гораздо более продуманные сооружения на базе трейлеров, собранных, очевидно, по всему шоссе.
   Типичной конструкцией, как я заметил, была спарка из двух тентованных прицепов, поставленных на расстоянии пары метров друг от друга. Промежуток между ними перекрыли настилом из досок, а поверху натянули крышу из плотного и гибкого пластика. Судя по бочкам, стоящим под одним из концов этого настила, туалеты решили оборудовать внутри - вполне, на мой взгляд, разумный ход, учитывая нынешние времена. Вход в убежище был так же организован через тамбур.
   - Это чья же идея?
   - Стоцкий постарался. Носился, носился, а потом сказал, что не фига огород городить, и, если есть в наличии такие удобные модули, как дальнобойные фуры, то грех их не использовать.
   - Как думаешь, десять минут господа генералы подождут?
   - Посмотреть хочешь? - догадался друг.
   - Угу.
   Вместо ответа Виталик вывернул руль и "кукурузер", перемахнув неглубокий кювет, выехал в поле.
   На борту ближайшего к нам убежища крупными буквами было написано "Poztel Poznan". "Ага, польская фура, - машинально отметил я, разглядывая грубо сколоченную лестницу в пять ступеней, ведшую на помост. - Грубо, но надёжно!" Под настилом я заметил какие-то тюки и десятка два пятилитровых пластиковых бутылок с водой - надо полагать, чтобы к колодцу постоянно не бегать их массово привезли на машине.
   Вежливо постучавшись, мы вскарабкались по лестнице и, откинув брезентовое полотнище, прикрывавшее вход, вошли. Сразу за входом был оборудован переходной тамбур, представлявший собой раму из реек, обтянутую всё той же полиэтиленовой плёнкой. Похоже, подобные идеи витают в воздухе.
   Пара деревянных столов и лавки при них были взяты из расположенного здесь же в посёлке магазинчика, торговавшего всякими "дачностями" - грубыми деревянными скульптурами, садовой мебелью нарочито грубой, "деревенской", выделки и прочими произведениями народных ремёсел.
   Выгородка в дальнем конце не оставляла сомнений в своём предназначении, тем более, что на ней висела картонная табличка с аккуратно выведенной надписью "Свободно!".
   В собственно жилые помещения вели две прорезанные в тентах фур "двери". Не успели мы как следует осмотреться, как "дверь" слева открылась и оттуда выглянула пожилая женщина:
   - Вы к кому, товарищи?
   "Хм, надо же, как быстро это обращение вернулось. Правда даме лет под шестьдесят, так что для неё оно, возможно, и привычнее..."
   - Я комендант района - капитан Заславский, - пришлось снова снять противогаз. Похоже, что скоро этот жест станет для меня таким же привычным, как для современной молодёжи вытащить наушник плеера, при начале разговора. Хорошо ещё, что у меня не старая цельнорезиновая "гэпэшка", а то бы все волосы при этих манипуляциях себе повыдёргивал. - Вот, зашёл посмотреть, как люди устроились.
   - Василий Семёнович, если я не ошибаюсь? - женщина водрузила на нос очки, до того висевшие на изящной цепочке на шее. Чем они её могли помочь в полумраке убежища было непонятно, скорее всего такой же привычный жест.
   - Да, именно так.
   - Ну вот, сами видите, не хоромы, конечно, но и не в чистом поле бедуем. Нас со Светланой Владимировной дежурить оставили, а все остальные на работы ушли. Вчера вечером так на общем собрании посёлка решили.
   - А поподробнее можно? - похоже, что это было новостью и для Виталика.
   - Да всё элементарно, - женщина поправила очки и в её голосе появились лекторские интонации. - На такой блок, как наш, приходится человек двадцать, может - тридцать. Тут уж как повезёт. Фёдор Александрович объяснил, что впятером домик такой оборудовать - часов пять занимает, а если десять человек - то всего два. Ну вчера и поделили обязанности. Часть мужиков наших вместе с военными по шоссе грузовики собирать уехала, часть - за дровами в лес, а часть - строить. Вон, слышите, молотки стучат.
   - Разумно, что тут скажешь! А по деревням развозить уже начали?
   - Туда больных и семьи с маленькими детьми в первую очередь повезли.
   - Простите, а как вас зовут? - общаться безлично уже становилось неудобно, да к тому же тётенька, похоже из "активисток", так что не мешало бы взять полезного члена общины на заметку.
   - Валентина Сергеевна Молчанова. Из Москвы. Преподавала до... - она запнулась, - войны в Плехановском. На факультете экономики торговли и товароведения. Доцент, - чётко, чуть ли не по-военному отрапортовала женщина.
   - Очень приятно. Ну а нас вы, похоже, знаете?
   - Да, ещё по вчерашнему митингу запомнила.
   Снаружи послышались громкие голоса, но слова разобрать не получилось.
   - О, геморрой ходячий припёрся! - сварливо пробормотала Молчанова.
   - Это кто такой?
   - Да, Дробченко, - и, видя, что фамилия мне ничего не говорит, она пояснила. - Вы ему ещё вчера взбучку задали.
   - Префект что ли? - Виталик сориентировался быстрее меня.
   - Он, придурок несчастный! Всё ходит, кусочек власти урвать пытается!
   - Ну-ну, - хмыкнул Сибанов. - Как считаешь, капитан, обуздаем мы этого властелина?
   - Отчего же не обуздать, - ответная улыбка, надо полагать, получилась достаточно зловещей, поскольку Валентина Сергеевна престала недовольно поджимать губы, а радостно и, я бы сказал, лукаво, улыбнулась.
   Мы с Виталиком разошлись, так, чтобы оказаться по обе стороны от входа, а доцент встала прямо напротив двери.
   Не прошло и минуты, как лестница заскрипела под грузным заместителем префекта, и входной полог откинулся.
   "Нет, он точно конченный придурок! - Дробченко вошел даже не дождавшись, когда внешнее полотнище тамбура закроется, так что весь смысл в этих противорадиационных ухищрениях пропадал. - Наверное, он так по своей префектуре рассекал, покрикивая и раздавая "ценные указания" направо и налево. До сих пор уверен, что он при власти и кому-то тут вообще нужен". Вполне возможно, что со временем беженцы сами бы приструнили охреневшего чинушу, но это когда ещё случится, к тому же отказать себе в удовольствии заняться "куращением и дуракавалянием", как выражался один шведский толстячок с пропеллером на спине, было выше моих сил.
   "Мистер Твистер, бывший министр" время на пустые разговоры тратить не стал, а сразу перешёл к делу:
   - Мы собираем оборудование и средства для организации органов самоуправления! - выпалил он, едва войдя. Нас с Сибановым он, очутившись в сумраке убежища после дневного света, естественно, разглядеть не мог.
   "Вот же хваткий гадёныш! - я искренне восхитился предприимчивостью бывшего чиновника. - Уже органы управления, скотина, создаёт. В то время, как все нормальные люди вкалывают ради спасения себя и других!"
   Неслышно перекатившись с пятки на мысок я положил руку на плечо Дробченко:
   - Почему не на работах?! Тунеядствуем?! - гаркнул я ему чуть ли не в ухо.
   Это надо было видеть! Когда я коснулся его, зампрефекта вначале испугано вжал голову в плечи, а когда я задал свои вопросы - подпрыгнул почти на полметра вверх!
   - Ещё на лицо попытка вымогательства и мошенничества! - не менее громогласно заявил Виталик, хватая чинушу за другое плечо.
   - Пожалуй, хозяйка, проводим мы этого гражданина в комендатуру. Для выяснения всех обстоятельств!
   Шутка более чем удалась, я даже стал опасаться, что Дробченко удар хватит от испуга. С другой стороны - а что нам оставалось делать. Других-то методов воздействия на подобных уродцев не было. Но, как выяснилось, я ошибался:
   - Товарищ капитан, - сухости тона Молчановой могли позавидовать столетние дубовые половицы, - а разве ж вы не власть тут?! - она добавила лёгкую нотку удивления. - К тому же вы, наверное, запамятовали - с утра на торфоразработки прошла ваша, военная, колонна. Так они же и объявили, что с радостью примут нарушителей общественного порядка на временные работы.
   - Точно, - хлопнул себя по лбу Сибанов, - я совершенно забыл тебе сказать. Это ещё вчера приказом оформили!
   - Так это же замечательно! Говорят, труд сделал из обезьяны человека, посмотрим, сможет ли он сделать то же самое с чиновником?
   Бывшая преподавательница смотрела на нас с улыбкой, словно на расшалившихся не по возрасту студентов.
   - Подержи клиента, подполковник! - и оставив чинушу на попечение друга, я выскочил наружу. По взмаху руки бывший морской пехотинец подогнал "мой" "уазик".
   - Выводи!
   "Смешно - вроде, только повязали болезного, а ведёт себя, как опытный арестант. Ручки за спиной сложил, взгляд не поднимает... Неужто доводилось на мир из-за решётки посмотреть?"
   Когда Дробченко усаживали на заднее сиденье "Патриота", я покосился на Борматенко - интересно, как бравый "водоплавающий" отреагирует на смену статуса своего бывшего шефа. Нормально отреагировал - хмыкнул, бросив быстрый взгляд в зеркало, и замер, как и положено ревностному служаке "при исполнении".
  
   ***
  
   Здание бывшего поселкового совета украшал теперь большой транспарант с надписью "Штаб", у крыльца скучал часовой в нежно-голубом полиэтиленовом плаще-дождевике и респираторе - налицо были изменения к лучшему.
   Стоило нам остановиться, как часовой встрепенулся, но, видимо узнав машины, вопросов задавать не стал, как и оглашать окрестности банальщиной вроде: "Стой, кто идёт!" или "Не влезай, убьёт!"
   Когда до крыльца оставалась всего пара метров, страж встал по стойке "Смирно!", а дверь открылась и на крыльцо вышел, нет - скорее вылетел, худощавый молодой человек в стареньком хабэ времён афганской войны и, приняв уставную стойку отрапортавал:
   - Здравия желаю, товарищи командиры! Дежурный по штабу, командир отдельного ударного музыкально-свистоплясного взвода сержант Баталов! - по окончании скороговорки боец широко улыбнулся.
   - Тьфу, ты! Не узнал!
   - Какого-какого взвода? - хором сказали я и Виталик.
   - И немудрено, товарищ капитан! Музыкально-свистоплясного, товарищ подполковник! - продолжая озорно улыбаться, доложил сержант.
   "Да, узнать в этом аккуратном и подтянутом представителе младшего командного состава давешнего "растамана" очень тяжело! Даже "железки" из носа и губы вытащил. И форму где-то раздобыл..."
   - Ладно, посмеялись и будя. Вот этого толстячка, - я показал на Дробченко, - в "холодную". Завтра на торф на недельку поедет. А про обстановку внутри доложишь, шутник! - в принципе, парень мягонько так нарывался на выволочку, но и одновременно проверял нас на предмет отношения отцов-командиров к уставщине. Эдакое военно-музыкальное фрондёрство. Не знает только малёк, что нормальный командир на такие подначки редко ведётся... А пистон свой он получит чуть позже... И ни разу не маленький.
   Комнату немного "переформатировали" - при входе появился "оружейный шкаф" - металлический распределительный щит, который снабдили замком и нанесли соответствующую надпись; два стола сдвинули к стене, прямо к неизвестно где найденной карте области; на столе рядом с телефоном появилась рация, практически уперевшись головой в которую кемарил в наушниках незнакомый мне парнишка лет двадцати.
   - Неплохо, неплохо, - для начала я счёл своим долгом похвалить подчинённых. - А вот скажи-ка мне, сержант трубопроводных войск, ты с чего такой борзый, а также о том, что сподвигло тебя столь радикально сменить имидж?
   Поняв, что шутки закончились и начальство гневается, Баталов, изобразил смущение и, потупясь, ответил:
   - Виноват, Василий Семёнович, настроение с утра просто хорошее, вот и разыгрался.
   - "А не рано ли ты, Федя, задембелевал"? - процитировал Гоблина Виталий, толчком в плечо разбудив радиста.
   Паренёк встрепенулся, попробовал вскочить, но запутавшийся провод наушников не позволил ему этого.
   - Сиди спокойно, воин! - подполковник присел на стул рядом. - Из Торжка сообщений не было?
   - Нет, не было!
   Я заметил, что сержант украдкой показал своему подчинённому кулак.
   - А по второму пункту что скажешь, Баталов?
   - Всё просто, тащ капитан. Мне кажется, с водой и шампунями в ближайшее время будет некоторая напряжёнка, так что потому волосы и остриг, а пирсинг мне, по большому счёту, надоел.
   - Опять прикалываешься? - сурово насупив брови я повернулся к весельчаку.
   - Никак нет! На самом деле надоел, товарищ капитан!
   - А форму где добыл?
   - Местный один подарил. Он на местных торфоразработках за главного вроде как. В Афгане воевал. Но эта ему мала, вот он мне и накатил с барского, так сказать, плеча.
   - Андреич, - окликнул я друга, - а торф, вроде, уже сколько лет не копают тут, или я что-то путаю?
   - Не путаешь, но со вчерашнего вечера на Осиновой Гряде снова копать будут. Кстати, того молодчика, что ты на заправке захомутал, я уже к делу пристроил. Он теперь оператором совковой лопаты пару месяцев поработает.
   - Принято, - я снова повернулся к Баталову. - Сержант, теперь поведай нам про славное подразделение, носящее такое громкое, я даже не побоюсь этого слова, кричащее, наименование.
  
  
   ***
  
   Власть в древнем Торжке военные взяли прочно и быстро. На главной площади, перед зданием районной администрации мы увидели сразу три кашээмки - одна "сто сорок вторая" на базе шестьдесят шестого "газона" - такие обычно используют на полковом уровне; старенька "сто сорок пятая" на базе бэтэра-"шестидесятки" и более новая "сто сорок девятая" на шасси "Урала".
   Машины, если судить по установленным антеннам, снующим вокруг людям, и протянутым в здание кабелям, работали вовсю. Скорее всего, связь с Солнечногорском теперь постоянная, а может и до кого ещё дотянулись связисты. Если мне память не изменяет, "сто сорок девятая" на коротких волнах дальность в три сотни вёрст имеет. Хотя, как радиация и прочие факторы от "ядрёных бонб" на связи скажутся, я понятия не имел - не специалист.
   - Что, загляделся? -толкнул меня в плечо Сибанов. - Это ещё что! Мужики сейчас "Эр-166" расконсервируют. Нашлась в закромах.
   - Это что за зверь?
   - Мобильный пункт связи. Там киловаттные передатчики стоят! Дальность на коротких волнах, если мне память не изменяет, при развёрнутых антеннах до двух тысяч. Может сразу две сети абонентов обслуживать.
   - Круто! - прикинув в уме расстояние добавил. - Это же до Ростова и Волгограда можно достучаться?
   - Там видно будет... Пошли, генералы заждались.
   Дежурный пропустил нас, как только сверил наши личности со списком, и мы поднялись на второй этаж. Клубы табачного дыма, люди, снующие туда сюда - ни дать ни взять Смольный в дни Октябрьской революции!
   - Ушаков! Ушаков, твою мать! Машины готовы? - оглушительно кричал пробегающий мимо капитан с эмблемами инженерных войск в петлицах.
   - Давно уже, Палыч! - отвечал ему кто-то из дальнего конца коридора. - Только миксера из хозяйства не подошли пока.
   - Урою гадов! - удаляясь, пообещал капитан.
   - Да, сейчас перебрасываем часть оборудования на Адреанаполь, - объяснял один проходивший мимо лётчик другому. - Две "коровы" под погрузкой. Говорят, нефть там искать будут.
   - А не гонево? - недоверчиво спросил его собеседник...
   - На Бологое два патруля отправили, там буча какая-то намечается... - спорили в небольшой, из трёх замотанных мужиков, компании у открытого окна.
   - Я на торвэзэ, они материалы для укрытий обещали! - кричал, выбегая из кабинета с надписью "Отдел архитектуры и строительства" мужчина лет сорока, со сбившимся, что называется, за ухо галстуком и в мятом сером пиджаке.
   Понять, что это за "торвезэ" такое, я даже и не пытался своих головных болей хватает.
   В общем - классический военно-полевой хаос в зоне чрезвычайной ситуации. Правда в данном случае зона была размером со всю страну. Голову можно дать на отсечение, подобное сейчас творится практически во всех уцелевших администрациях и гарнизонах.
   Виталик подвёл нас к двери с надписью "Зал заседаний" и, коротко постучав, распахнул её.
   - Э, вот и "партизаны" пожаловали!
   - Да, это мы, Вячеслав Николаевич, - бодро ответил Виталик и пожал руку вышедшему из-за стола нам навстречу грузному мужчине в новомодном "цифровом" камуфляже. На единственном "погоне", непривычно расположенном в центре груди, виднелась одна крупная звезда.
   - Вы, надо полагать, капитан Заславский? - генерал протянул мне руку. - Генерал-майор Суходольский. Вячеслав Николаевич. Начальник центра боевого применения и по совместительству главнокомандующий местными вооруженными формированиями, - он саркастически усмехнулся.
   - Так точно, капитан Заславский, товарищ генерал! Василий Семёнович, - ответил я на рукопожатие.
   - Ну, как обстановка в вашем районе, товарищи офицеры? - генерал вернулся в своё кресло, а я покосился на сидевшего у стола офицера, с непонятным интересом разглядывавшем нас. Наш с Виталькой ровесник, одетый в такой же камуфляж, как и генерал, но без знаков различия и обмятый и потёртый. Лицо его показалось мне смутно знакомым: "Так, если убрать шрам, идущий от левой скулы к виску, чуть удлинить волосы... и сбросить лет пятнадцать не самой спокойной жизни..."
   - Клоун?
   Офицер широко улыбнулся:
   - Узнал таки, Бесяра!
   Мы обнялись.
   - Ну, можно считать, что встреча старых друзей состоялась! - сказал Суходольский, выждав немного. - Теперь к делу, товарищи. Майор к нам не просто так приехал. Александр Анатольевич, ваш черёд.
   "Ну да, его же Саша зовут, - вспомнил я. - Хотя тогда мы больше по позывным друг друга знали".
   - Так точно, - грушник развернул дисплеем к нам стоявший на столе ноутбук.
   "Солидная штука, такой в магазине не купишь. Явно "военное исполнение" - виброустойчивый корпус из металла, экранировка, большие кнопки... Хорошо быть разведчиком!"
   После нескольких щелчков мышью, на мониторе высветилась карта Европейской части России.
   - По полученным данным, массированной ядерной атаке подверглась вся территория страны, - ещё один клик мышкой, и на карте появились ярко-красные точки. - Основные удары были нанесены по местам базирования наших ядерных сил, узлам инфраструктуры и транспортным узлам. Атаке подвергся также Волжский каскад ГЭС от Ярославля до Самары. Нам удалось наладить связь с некоторыми воинскими частями в радиусе примерно шестисот километров. Отдельные дивизионы ПВО доложили о поражении целей, то есть не все намеченные объекты противнику удалось поразить. И, предвосхищая ваши вопросы, сразу скажу - ответный удар был. Не в полном объёме, конечно, но "Периметр" сработал, моряки и мобильные установки отстрелялись. Да так, что второй волны практически и не было. Точнее - третьей.
   Виталий поднял руку, прося слова.
   - Как я понял, Москву атаковали внезапно, так? ПРО не сработала? - получив разрешение спросил он.
   - Нет, судя по некоторым деталям, атака была проведена с самолётов, замаскированных под гражданские "борты". Полной картины у нас, естественно, нет, но многие моменты восстановили по косвенным... Потом прилетели боеголовки межконтиненталок. Это первая волна атаки. А вторая волна - это крылатые ракеты.
   - Вопрос, возможно дурацкий, - я вклинился в разговор, - но что вообще в мире творится?
   - По Китаю и Индии тоже жахнули, есть данные со спутников, на Ближнем Востоке кровавая каша. К сожалению из-за массированного применения ядерного оружия наши сохранившиеся станции радиоперехвата фактически не работают. Мы даже до Тамбова достучаться не можем. По шахтам, что в районе Козельска и Тейково находились, амеры отстрелялись так плотно, что радиоактивное облако мешает прохождению волн. Кстати, в очередной раз хочу поблагодарить за то что радиационную разведку на себя взяли, товарищ генерал! Особенно в районе столицы.
   Вспомнив рассказы давнего приятеля, офицера РВСН, я представил каково было "ребятам в домашних тапочках" там, на глубине десятков метров под землёй, года завыли баззеры боевой тревоги, когда земля вздрогнула от многокилотонных взрывов, когда пошли сообщения об отказах систем и единственным оставшимся желанием стало - успеть выстрелить в ответ!
   - А Выползово? - внезапно изменившись в лице, спросил Сибанов.
   - Да, - негромко ответил вместо майора Суходольский. - Но у них значительная часть ракет была выведена в поля, и им удалось отстреляться. От них выходили на связь. Сейчас они на своих "слонах" пробиваются к нам. Не напрямую, конечно, а через леса. Бологого, соответственно тоже нет и железная дорога не действует.
   - То есть мы фактически зажаты в "горячем" треугольнике Ржев-Бологое-Тверь? - мой друг покосился на карту, висевшую на стене. - Со стороной, примерно в сотню километров?
   - Да, - генерал ответил односложно, но, помолчав, добавил: - Можете сюда и Удомлю добавить. Хоть ракеты там были и без спец-бэчэ, но последствия попадания трёх "томагавков" в атомную станцию, я думаю, описывать не надо.
   Слово снова взял майор:
   - Единственное, что отрадно, это то, что "мобилки" атаковали средневысотными взрывами, и заражение минимальное, но лес в округе горит вовсю.
   - Откуда дровишки? - Виталик недоверчиво посмотрел на майора.
   - Вы же языками владеете, товарищ подполковник?
   Мы с Сибановом синхронно кивнули.
   - Тогда, - продолжил грушник, - дам вам файл один. Там один из американских планов ядерной войны с нами с большим количеством выкладок и расчётов. Мы фактически играем сейчас против него. А высотность взрывов под Бологим подтверждена облётом.
   Виталий полез за пазуху и, немного покопавшись, выудил блеснувшую металлом флэшку на цепочке.
   - Сюда скопируйте.
   - Теперь о том, что происходит на севере. - положив флешку рядом с компьютером, продолжил Клоун. - На связь вышли десантники из семьдесят шестой гвардейской. Местные пэвэошники отработали на "пять" - около пятнадцати сбитых "томагавков". Но проблема в другом - тамошние вояки сейчас ведут бои на границе. Вчера к вечеру, когда до наших "независимых" соседей, наконец дошло, что случилось, они предприняли попытки прорваться вглубь нашей территории. Твои, Вася, коллеги и десантура дали им по рогам, наша 2-я бригада подключилась и двадцать пятая гвардейская мотострелковая, но буча продолжается. С учётом практически полного уничтожения баз и пунктов базирования бывшего Ленинградского округа и Балтфлота ситуация может сложиться аховая. Особенно, если подтянутся натовские войска или скандинавы. В первое верится с трудом, как-никак немцам не до наступления сейчас должно быть, а вот финны со всякими шведами вполне могут подсуетиться. Есть непроверенная информация о восстании русских неграждан, что было бы нам на руку.
   - А что на юге? - принцип подачи информации Клоуном я уже понял - вначале он дал общую вводную, потом перешёл к обстановке на оперативных направлениях.
   - Полный песец - это если коротко. Москву ты в бинокль и сам видел. Сегодня к утру нам удалось получить кое-какие картинки со спутников. Ничего бодрого и жизнеутверждающего на них нет. Пылевое облако над столицей ещё не осело, да и горит там столько всего, что детали за дымом не разобрать. Атаке спецбоеприпасами подверглись также... - он снова взялся за мышку и картинка на мониторе увеличилась, показывая теперь только Московскую область и часть соседних. - Чкаловский с Жуковским, Балашиха, Кубинка, Голицино с Краснознаменском, Королёв с Мытищами - ну это всё естественно. Хуже другое - через сутки, если верить синоптикам, радиоактивный "хвост" из-под Козельска накроет полосу до Нижнего шириной километров в сто пятьдесят-двести. На западном конце этой полосы интегрированная двухсуточная доза будет около десяти тысяч бэр, а на восточной - до двухсот бэр. Москва и область попадают в "западную зону", - он снова взялся за мышку и на карте появился вытянутый через всю европейскую часть страны уродливый узкий овал, раскрашенный в различные оттенки жёлтого.
   "Это они радиацию так изобразили", - догадался я.
   - Проблема усугубляется тем, что почти все части МЧС и химзащиты в этом районе вероятно оказались в зоне непосредственной атаки. Ни двадцать седьмая бригада химзащиты из Курска, ни двухсотый отдельный отряд на связь не выходят. С последним понятно - в Ногинске стояли, а вот с курянами непонятки. Или связь не добивает или одно из двух... Возможно удастся договориться с псковскими, в обмен на вертолёты, - он покосился на авиационного генерала. - Такова картина в целом.
   - А что на востоке? - Виталик в вопросах, касающихся службы был ещё тем занудой.
   - Если Сибирь и дальше имеете в виду, то связи пока нет, а ближе пока откликнулись несколько мелких частей и гуиновцы. Они в панике - многие зоны взбунтовались и захватили оружие. И непонятно - то ли они к остаткам цивилизации будут прорываться, то ли у себя останутся. Весёлого в любом случае мало. Наши справки навели - в тех краях несколько сот тысяч заключённых, плюс те, кто на поселениях остался. Ещё ходят слухи, что какие-то летние детские лагеря отдыха в этом году на Валдае и дальше на восток организовали.
   - Я что-то об этом слышал, - задумчиво проговорил Сибанов. - Питер, Москва, из Новосибирска детей вывозили. Я, правда, думал, что это под выборы накачку электората проводят. Мол, пионерские лагеря как в Союзе, ну и распил бабла, куда же без него. Слухи ходили, что под это денежку нехилую выделили.
   - Интересная информация, попробуем по своим каналам её проверить, - Александр сделал пометку в блокноте, лежавшем рядом с ноутбуком. - Вячеслав Николаевич, я закончил.
   - Вопросы, товарищи офицеры? - спросил у нас генерал.
   - Что с беженцами в ваших краях?
   - Решили пока разместить в городе - там условия по созданию укрытий лучше. Потом будем к вам выводить. Неделю или две подержим, пока радиация спадёт ну, и еда не закончится. Кстати, спасибо, что на консервную фабрику навели.
   - Да не за что, - отмахнулся я. - Вы, по "чесноку", её и сами бы разыскали, а то я вас не знаю...Сколько всего гражданских?
   - Зарегистрировали порядка ста тысяч пришлых и около сорока - наших, солнечногорских.
   Виталик присвистнул, услышав цифры:
   - Нехило!
   - Терпимо. Гораздо хуже, что в скором времени начнут подтягиваться те, кому досталось, а с медициной у нас не очень.
   - Да, херово. Собственно наше предложение вы уже слышали...
   - И не только слышали, но и успели обсудить, - генерал встал из-за стола и принялся ходить по комнате. - "Подсолнухи", - он мотнул головой в сторону Клоуна, - в деле. Надеюсь, вы понимаете, что квалификация у парней ого-го!
   - Конечно! - с жаром воскликнул Сибанов. - От такой помощи грех отказываться! Но это не отменяет основную нашу идею, так?
   Майор в задумчивости почесал подбородок:
   - Вячеслав Николаевич, ничего, если я выслушаю предложение ещё раз? Время терпит?
   - Валяйте! - генерал снова уселся в кресло.
   Мой друг откашлялся и, встав, заговорил уверенным тоном опытного докладчика:
   - Основной идеей является создание территориальной структуры центрального подчинения, способной интегрироваться в практически любую из возможных схем самоуправления.
   "Ух ты, сразу видно "политика" - говорить о простых вещах так, что не сразу и поймёшь, что имеется ввиду, это искусство!"
   - На базе территориальных пунктов будут действовать группы, состоящие из добровольцев, задачей которых, помимо сбора и освоения материальных ценностей, будет также разведка.
   - А не проще ли, если каждый будет заниматься своим делом? - встрял грушник.
   - Есть основания полагать, что в ближайшее время возможно появление кочующих банд, - не моргнув глазом, парировал Виталик. - И что, вы так и будете гоняться за каждой? А через год, когда с бензинчиком херовато станет - тоже? Не лучше ли сразу заняться профилактикой? И потом, никто вам конкуренцию составлять не собирается - никакой иерархии, никаких званий. Это для вас я подполковник, а он капитан, а дальше, вниз, это не пойдёт. Можете считать, что мы, как представители военной власти, контролируем стихийное начинание масс. Всё равно народ в ближайшее время начнет по руинам шариться, хотим мы этого или не хотим. А радиационный контроль добычи осуществлять проще централизованно.
   - Свой среди чужих? - хмыкнул Клоун. - Чувствуется рука профессионала. Вы ведь агентурист, верно? А на каком направлении работали?
   - Агентурист, - не стал жеманничать Сибанов, - со специализацией по Латинской Америке и Штатам. Да, и не забудьте, эта структура будет выполнять функции пограничной охраны. Структуру и задачи по этому направлению Василий сейчас прорабатывает.
   "Однако изящно ты меня подставил, дружок. Только сейчас и узнал, что что-то там я разрабатываю!" - но марку держать надо, тем более перед лицом людей опытных, и а потому только и оставалось уверенно подтвердить:
   - Да, как только выясним количество личного состава, и более-менее определятся границы поселений, так сразу и нарисую всё. Рейсфейдером и плакатными перьями.
   МТ-ЛБ (Многоцелевой транспортёр (тягач) легкий бронированный) -- советский плавающий бронетранспортёр. Создан для транспортировки (перевозки) людей и грузов, также широко используется в роли артиллерийского тягача (в некоторых частях используется для перевозки личного состава моторизованных стрелковых подразделений, хотя и не предназначался изначально для этой роли.)
   Принят на вооружение в 1964 году, выпускался на ХТЗ. МТ-ЛБ применялся советскими войсками в Афганской войне, а после распада СССР использовался практически во всех крупных вооружённых конфликтах на постсоветском пространстве. В значительных количествах МТ-ЛБ также поставлялся союзникам СССР и нейтральным странам, использовался в ряде региональных конфликтов.
   Использовался как база для ряда машин специального назначения, а шасси бронетранспортёра использовалось для гражданских вездеходов. Хотя с середины восьмидесятых годов и сам МТ-ЛБ в варианте без башни и пулемётного вооружения с успехом использовался в народном хозяйстве в условиях Крайнего Севера как вездеход.
   Имеет прозвище "мотолыга", "метла", "эмтээлбэшка".
   Путепрокладчик "БАТ-М" относится к классу дорожных машин и предназначен для прокладывания колонных путей, засыпки воронок, рвов, траншей, устройства пологих спусков на крутых склонах; проделывания проходов в завалах, прокладывания просек в кустарнике, мелколесье; расчистки дорог и колонных путей от снега, расчистки обломков зданий, отрывки кюветов; может использоваться для отрывки котлованов, окопов и укрытий для техники, грузоподъемных работ, засыпки собранных в котловане блиндажей, убежищ.
   Базовая машина -- тяжелый артиллерийский тягач АТ-Т. Мощность двигателя 305 л.с., масса 27.5т., транспортная скорость до 35.5 км/час. Кабина герметизирована, снабжена фильтро--вентиляционной установкой, благодаря чему машина может работать на местности зараженной отравляющими и радиоактивными веществами, причем экипаж в кабине может находится без средств защиты.
   Рабочий орган может устанавливаться в бульдозерное (ширина 5 м.), двухотвальное (как показано на рисунке)(ширина 4.5м) и грейдерное (ширина 4.0 м.) положение. Благодаря этому путепрокладчик может использоваться для различных дорожных и землеройных работ. Расположенная впереди рабочего органа, регулируемая по высоте, лыжа обеспечивает возможность снятия земляного слоя заданной толщины.
   Поднимание и опускание, в том числе и принудительное заглубление рабочего органа, а также его перекашивание в любую сторону производится с помощью гидропривода.
   Дополнительно машина оснащена крановым оборудованием грузоподъемностью 2 тонны,
   В транспортном положении рабочий орган закидывается за кабину, что разгружает передние катки и обеспечивает машине хорошую проходимость по пересеченной местности. Площадь опорной поверхности гусениц равна танковой, что при значительно меньшей, чем у танка массе (27.5 т.) обеспечивает машине хорошую проходимость по мягкому грунту, снегу и заболоченной местности.
   Значительный запас топлива (около 950 кг.) обеспечивает машине пробег свыше 500 км или автономную работу в течение 12-15 часов.
   Производительность:
   -прокладка колонного пути по среднепересеченной местности 1.5-10 км/час;
   -землеройные работы 200--250 куб.м/час;
   -грузоподъемность крана -- 2 т.
   МДК-3 (Машина для отрывки котлована) -- армейская машина, предназначенная для отрывки котлованов под укрытия для техники или личного состава.
   Создана для инженерных войск. Спроектирована на базе МТ-Т, является дальнейшим развитием машины МДК-2 м. Рабочий орган МДК-3 представляет собой роторную фрезу с отбрасывателем, снабжена регулируемым мощным бульдозерным отвалом и рыхлителем. Кабина экипажа расположена в передней части корпуса машины МДК-3. Кабина герметизирована, вмещает до пяти человек, включая водителя
   Расчёт -- 2 человека. Размеры котлованов: ширина по дну 3.7 м, глубина до 3.5 м.
   Длина 10,22 м, длина в рабочем положении 11,75 м; ширина 3,23 м, ширина в рабочем положении 4,6 м; высота 4,04 м, высота в рабочем положении 3,25 м
   Масса 39,5 т
   Двигатель В-46-4, мощностью 710 л.с. (522 кВт)
   Запас хода 500 км
   Транспортная скорость по шоссе 65 км/час
   Производительность: 600 мЁ/час
  
   Быстроходная траншейная машина БТМ-3.
   Быстроходная траншейная машина БТМ-3 относится к классу землеройных машин. Она предназначена для отрывки траншей основного профиля (глубина 1.1м.) или полного профиля (глубина (1.5м.) в грунтах I-IV категориии, т.е. машина способна отрывать траншеи в грунтах от песчаного до мерзлого. В скальных грунтах она не работает. Допустимый боковой наклон при работе до 12 градусов, крутизна подъема или спуска до 20 градусов.
   Ширина траншеи по верху - 90см. при глубине 1.1м. или 1.1м. при глубине 1.5м. По дну ширина траншеи во всех случаях 0.6м.. В плане траншея может быть прямолинейной, зигзагообразной (из коротких отрезков прямолинейной траншеи) или извилистой (радиус закругления 25м.). Разрабатываемый грунт сбрасывается по обе стороны траншеи, образуя передний и тыльный бруствер высотой около 50см.
   Производительность колеблется в зависимости от заданной глубины траншеи и прочности грунта от 270 до 810 метров в час. При отрывке траншеи уменьшенной глубины (40-50см.) производительность возрастает до 1200-1400 метров в час..
   Базовая машина - тяжелый артиллерийский тягач АТ-Т. Мощность двигателя 305 л.с., масса 27.5т., транспортная скорость до 36 км/час. Кабина герметизирована, снабжена фильтро-вентиляционной установкой, благодаря чему, машина может работать на местности зараженной отравляющими и радиоактивными веществами, причем экипаж (2 чел.) в кабине может находится без средств защиты. Кабина вмещает до пяти человек, включая водителя. запаса топлива хватает на 500 км. пробега или 10-12 часов работы в грунте. Время на подготовку машины к работе 5-7 мин. Имеет место для установки радиостанции Р-113 (танковая) но ею не комплектуется. Оснащена радиометром-ретнгенометром, комплектом ПНВ-57Т (прибор ночного видения).
   Состоит на вооружении в инженерно-саперном батальоне мотострелковой (танковой) дивизии
   франц. общая спальня для учащихся в закрытых учебных заведениях
   Запасной командный пункт.
   Полный текст Постановления смотри в конце книги.
   Измеритель дозы ИД-1
   Комплект индивидуальных дозиметров ИД-1 предназначен для измерения поглощенной дозы гамма- и нейтронного излучения в диапазоне 20-500 Рад.
   "Технически ущербный" (англ.) - здесь Сибанов каламбурит в стиле политкорректности. В США в настоящее время считается неполиткорректным использовать слова, могущие, как считают борцы за политкорректность, оскорбить человека, и вместо "слепой" (blind) говорят "с ограниченным зрением" (visually impaired). А такие слова как "идиот", "дебил", "недоумок" заменяются на "ментально ограниченный."
   Командно-штабная машина Р-145БМ предназначена для организации радиосвязи на подвижных пунктах управления по одному каналу КВ и трем каналам УКВ.
   КШМ представляет собой подвижный комплекс, смонтированный на базе бронетранспортера БТР-60ПА (БТР-60ПУ), и включающий в себя сдвоенный симплексный вариант УКВ радиостанции Р-111, УКВ радиостанцию Р-123МТ, КВ радиостанцию Р-130М, устройство вызова Р-012М, аппаратуру СА, комплект коммутационной аппаратуры, комплект антенно-мачтовых устройств и систему электропитания.
   Экипаж машины состоял из четырех человек. Машина поступала в штабы танковых, мотострелковых, артиллерийских полков и соединений
   Мобильный пункт связи Р-166 предназначено для организации каналов дуплексной или симплексной связи одновременно в одном или двух независимых радионаправлениях или радиосетях. Изделие обеспечивает работу в автоматизированном адаптивном, автоматизированном неадаптивном (по командам оператора АРМ) и ручном (с передних панелей радиосредств) режимах.
   Основные характеристики:
   Дальность связи в КВ диапазоне, км:
   на стоянке до 2000
   в движении до 350
   Дальность связи в УКВ диапазоне, км:
   на стоянке до 250
   в движении до 70
   Транспортная база: автомобиль КамАЗ-43114
   Масса, кг не более 14840
   Ракетные Войска Стратегического Назначения.
   76-я гвардейская Черниговская Краснознамённая десантно-штурмовая дивизия (76Гв.вдд) -- старейшее соединение ВДВ. Сформирована 1 сентября 1939 года. Дислоцирована в г. Псков, один из парашютно-десантных полков расположен в пригородном посёлке Череха.
   2-я отдельная бригада специального назначения (в/ч 64044, 180023 пос. Черехи, Промежицкий р-н, Псковская обл.).
   25-я отдельная гвардейская Севастопольская Краснознаменная мотострелковая бригада имени Латышских стрелков (в/ч 29760, Псковская обл., Стругокрасненский р-н, дер. Владимирский Лагерь,
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) Т.Рем "Искушение карателя"(Любовное фэнтези) А.Тополян "Механист"(Боевик) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "99 мир — 2. Север"(Боевая фантастика) Ю.Васильева "По ту сторону Стикса"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"