Рыбаков Артём Олегович: другие произведения.

Серый снег. Часть первая.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 7.44*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Текст уехал в издательство


   "Серый снег".
   Артем Рыбаков.
   На правах рукописи.
   Москва 2011 год
  
   Часть первая.
   И дольше века длится день...
   Холодно. Холодно так, что платок, которым прикрыто лицо, снаружи весь обледенел от моего дыхания. Того и гляди, корка отвалится и, упав, рассыплется на сотни звонких осколков. Но я продолжаю сидеть неподвижно - зверь не должен уйти!
   Арбалет, спрятанный под старым синтепоновым одеялом, уже взведён. Стрела, хищно поблёскивая гранями охотничьего наконечника, ждёт своего часа в желобе ложи. Конечно, это я себе представляю блеск, ведь под одеялом темно и ничего не видно, но пусть его - подобные мысли помогают настроиться на нужный лад и не скучать. Нет, сегодня я точно буду со свежатиной.
   Хорошо ещё, что с крупой проблем нет - мешка четыре ещё осталось. Это, если не считать несколько десятков магазинных килограммовых пакетов. Но за какое время это съедят семнадцать человек? А когда снова станет тепло, не знает никто. Про урожай и не говорю...
   Издалека донёсся чуть слышный шорох, а затем звук глухого удара. Словно один мешок с мукой упал на другой. Кто-то зацепил дерево, и шапка снега сорвалась и упала в сугроб? Похоже на то. Медленно, чтобы не потревожить снеговую обсыпку, поворачиваюсь на звук. Градус в секунду, может и медленнее...
   "Вон, она - зелёненькая!" - крона одной из могучих елей метрах в ста от моей засидки освободилась от большей части снеговой шапки и стала очень хорошо заметна на фоне своих товарок. "Дерево внушительное, что бы с такого сбить снег, зверь явно покрупнее зайца должен быть", - отметил я, осторожно вытаскивая свой рабочий инструмент. Зачем мне одеяло для арбалета? А чтобы не мерз, болезный! Кто его знает, как изделие ныне, скорее всего, несуществующей фирмы "Barnett", поведёт себя, полежав пяток часов в снегу на двадцатипятиградусном морозе? Последнее, что мне хочется - узнать, что материалы, что американцы использовали при его производстве, нехладостойкие. Вот и берегу, как могу. Хоть кроме того "четырёхсотого" "Квада" есть у меня и "Панцер", но до следующей "весны", которая бог весть когда будет, других взять негде. А самоделки "фирме" уступают, как ни крути. Вдобавок "Панцер", он на крупного зверя не очень - энергии не хватает.
   Вдалеке мелькнуло грязно-рыжее пятно. "Пора!" - вставив ногу в стремя арбалета, взвожу его. Спустя несколько секунд зверь показался снова. Из-за гигантского сугроба, наметённого поверх поваленной ели, показались сперва ветвистые, с солидным размахом, рога-лопаты, потом лобастая голова и горбатая холка, и, наконец, лось целиком.
   "Хорош, нечего сказать! Килограммов на четыреста, не меньше!" - радость от того, что пару дней назад я так удачно нашёл следы от стойба к молодому ивняку, выплеснулась наружу.
   Снегу за эту зиму навалило, в прямом смысле этого слова выше крыши, у нас на участке сугробы скрыли и беседки и внушительную постройку бани, а расчищенные дорожки больше были похожи на окопы для "стрельбы стоя с лошади". Так что даже сохатому с его широченными копытами приходилось нелегко. В снег он проваливался по брюхо и, когда продвигался вперёд, то гнал перед собой "волну" мягкого снега, словно баржа воду. Осторожным движением я снял колпачки с оптического прицела, и, и, сбросив рукавицу с правой руки, приложил арбалет к плечу. Пластиковая рукоять холодила пальцы сквозь тонкую шерстяную перчатку, но цель я видел ясно. Для того и платок на лице, чтобы пар моего дыхания не оседал белёсой изморозью на стёклах прицела. Если энергию стрелы моего арбалета перевести на привычные огнестрельные мерки, то выходит не так уж и много - где-то между "мелкашкой" и пистолетом Макарова, но как говорили в одной навязчивой рекламе: "У женщин свои секреты!". Стрела весит больше двадцати граммов, к тому же наконечник её смазан кое-какой химией.
   Глубокий вдох, палец снимает арбалет с предохранителя, который помешавшиеся на безопасности американцы сделали таким образом, что он активируется при каждом взведении арбалета. Плавно веду медленно пробирающегося через сугроб лося... Указательный палец выбирает свободный ход спускового крючка... С шелестом стрела скользит по направляющей... Хлопок тетивы... Сохатый вздрагивает, и делает большой прыжок вперёд, подняв стену взбитого копытами снега. Когда мини-метель утихает, я в прицел хорошо вижу ярко-оранжевое оперение стрелы чуть позади левой лопатки лося. Сразу он не упал, не из ружья я стрелял, в конце концов, и теперь пытается уйти. Прыжок, ещё прыжок! Но снег тут глубокий, я специально, перед тем как засаду устроить, палкой промерял, так что все эти метания мне только на руку - чем больше будет прыгать, тем раньше устанет, и тем быстрее парализующая химия начнёт действовать. Нечестно, скажете вы? А мне всё равно, я жрать хочу. И жена моя, и сын четырёхлетний и ещё полтора десятка душ...
   Лось уже в полусотне метров, но каждый новый его прыжок всё слабее, всё неувереннее... Наконец, при попытке перепрыгнуть еловый ствол, припорошенный снегом, ноги лося подломились, и он тяжело завалился на бок.
   Выудив из футляра ещё одну стрелу, и, уперевшись ногой в стремя, взвёл оружие. Сбросил вниз с помоста снегоступы, закинул за спину и закрепил арбалет, и торопливо, насколько позволял мой неуклюжий зимний наряд, спустился вниз. Под деревом я провалился в снег почти по пояс, но быстро выбрался и уже вскоре бодро шагал по сугробам в сторону своей добычи.
   Сохатый был жив, но тубарин уже разошёлся по его организму - даже веки зверя были неподвижны, хотя мышцы ног ещё подрагивали. Тщательно прицелившись, я выстрелил ему за ухо.
   Теперь задача мне предстояла едва ли не более сложная, чем собственно охота. Времени до того момента как мутноватые сумерки сменятся настоящей ночной темнотой, оставалось всего ничего, а тушу "прибрать" надо обязательно - всё чаще в наших краях стали замечать волков и, что ещё хуже, стаи одичавших собак. Оттого и арбалет использовал, а не карабин. Экономические причины - дело тоже важное, но учиться добывать зверя, не производя шума тоже надо. Понятно, что утянуть в одиночку всю добычу я не смогу, но есть и у нас смекалка...
   "Вот это, пожалуй, подойдёт", - осмотрев деревья, росшие вокруг, я выбрал подходящее. Сняв висевший на поясе солидный моток альпинистской "статики", я принялся обвязывать заднюю часть туши. Закончив с верёвками, достал небольшое брезентовое полотнище и расстелил его метрах в полутора от туши - кидать в снег инструмент совсем не дело! Снял с пояса топорик. Кромсать, что называется, по живому - это для настоящего охотника не совсем правильно, но шкура, рога и прочие второстепенные трофеи меня заботят в последнюю очередь. Сейчас главное - свежее мясо. Отточенный до остроты бритвы топорик глубоко входит в тушу, разваливая мышцы и перерубая сухожилия. Работать приходилось осторожно, стараясь не перемазаться в крови - заляпаешься, потом она задубеет на морозе, и не только одёжку хрен отстираешь, но и подвижность может снизиться.
   "Так, теперь аккуратнее - не хватало ещё выщербить лезвие о кости!" - отложив топор и, достав нож, перешёл к более тонким методам. Спустя пару минут я снова взялся за топор. Тщательно прицеливаясь, тремя ударами перерубил позвоночник, развалив тушу сохатого почти пополам.
   Дальше сложнее - перевернуть лося, чтобы добраться до его правого бока, я не могу, но где наша не пропадала?
   Я срубил тоненькую елочку и, очистив её от веток, поддомкратил заднюю часть туши. Так удобнее. Ещё десять минут - и лось разрублен надвое. Взопрел я изрядно, даже парку пришлось расстегнуть, чтобы немного остыть, а ведь это только начало! Я даже пожалел, что пошёл на охоту один, но тут уж ничего не попишешь - у Виталика дела в городе, Вован вместе с Андрюхой сторожат женщин, а остальные наши мужики на охоте только помехой бы были - все как один интеллигенты в надцатом поколении. Перевоспитывать их ещё ох как долго придётся!
   Даже Валера, бывший кандидат химических наук и заядлый турист-байдарочник, пока в дело не очень гож. Лагерь разбить и еды на костре из консервов приготовить - это одно, а вот "зверушку беззащитную" завалить и разделать пока не способен. Мандражит. Даже во время стычки с "деревенскими", когда стрелял, то я заметил, что он глаза закрывает и палит в белый свет как в копеечку. За что потом пистон ему вставил знатный. Война, она, падла такая, слишком много разом поменяла, чтобы мы могли позволить себе с противниками миндальничать.
   "Ну, хватит мечтам предаваться! - одёрнул я себя. - Уже больше минуты столбом стою и ничего не делаю, а время не терпит! Топор обтереть и вернуть на пояс, арбалет подобрать - и вперёд"
   Бегать по сугробам уже начинало входить у меня в привычку, так что до засидки я добрался быстро - минут за десять. Достав из-под снега мешок с приспособлениями и закинув его на плечо, отправился обратно.
   У туши я подобрал верёвку и зашагал к облюбованному дереву. Остановившись у толстенной, обхвата в два, ели, достал из чехла лебёдку. Хоть и весит она немало, но в новых условиях вес этого произведения безвестных китайских мастеров окупает себя на все сто. Это мы усвоили ещё когда по теплу в городе мародёрили. Зацепив обвязку вокруг ствола, установил лёбёдку, закрепил веревку за крюк и заработал рычагом.
   "И, раз! И, раз!" - с каждым движением половина туши проезжала по снегу сантиметров восемьдесят, так что за двадцать движений я подтянул добычу к нужному месту...
   С передней половиной лося я возился меньше - и за лебёдкой ходить не надо было, и след уже протоптан. Управился, считай, за четверть часа. Однако, как я ни торопился, уже темнело, а мне ещё барахло своё собирать! Связав вместе части добытой туши и перекинув со второй попытки верёвку через нижнюю ветку, я несколькими движениями рычага поднял добычу метра на три над землёй. "Уф, будем считать, что не допрыгнут! Теперь закрепить конец и, собрав инструменты, можно передохнуть..."
  
  
   Глава 1.
   Семейный праздник.
  
   Сто лет обещал Виталику, что мы к нему приедем. Все вместе. По отдельности мы, конечно, приезжали, но обычно я просто завозил своих в этот райский уголок, радовал себя шашлычком, банькой и парой стаканчиков чего-нибудь вкусненького, здоровым сном на свежем воздухе и назад, в Москву. Приятели иногда удивлялись, какой, мол, интерес мотаться за две с половиной сотни вёрст? Но нам у Виталия с Ярославой нравилось. Большой дом, речка, грибы-ягоды. Илюшке моему раздолье!
   Но в этот раз я решил подойти к делу серьёзно. Взял две недели отпуска, загрузил немаленький багажник своего "форика" всякими "вкусностями и интересностями", посадил в машину семью... И вот мы уже летим по пустынной в этот ранний час Ленинградке... До Твери домчались за два часа, даже гаишники всего один раз попались... Ещё семь десятков километров, и вот "субарик", сурово бормоча своим оппозитником, бодро скачет по разбитому просёлку.
   С вершины невысокого холма открылся как всегда прекрасный вид на дачу - она чем-то мне всегда напоминала старинные дворянские усадьбы. Так же основательно построена и очень удачно расположена на местности. Большой, почти пятнадцать метров в длину, деревянный, выкрашенный в коричневый цвет дом, ухоженные лужайки вокруг, сверкающая ошкуренными брёвнами баня, многочисленные беседки, разбросанные по участку. Живи - не хочу! Сейчас, правда, подворье безлюдно. Как никак половина седьмого утра, а здесь так рано никто не встаёт. Ну, ничего, ради нас встанут!
   Ещё каких-то два года назад здесь кроме Виталькиного дворца стояли только две полуразвалившиеся халупы с запущенными участками при них. Но недавно землю прикупили какие-то люди из Москвы, и сейчас в мини-посёлке идёт активное строительство - один дом из бруса почти готов, а два кирпичных на начальной стадии. Если судить по количеству завезённого материала - мастодонты ещё те выйдут.
   Приткнув наш универсал у ворот, украшенных щитами с псевдо-дворянским гербом (одна из причуд отца Виталика) я коротко бибикнул.
   "А в ответ - тишина! Ну что ж, хозяева дорогие, придётся погрубее. И по фигу мне, что Виталий Андреевич с Владимиром Сергеевичем вчера вполне могли предаваться неумеренным возлияниям!" - с некоторым злорадством представив, как Ярослава будет выпинывать сонного друга из теплой постельки, я придавил клаксон секунды на три. Зажужжал мотор, и ворота, скрипя, начали медленно открываться.
   "Точно, Вован приехал - вот его "мондео" во дворе рядом с хозяйскими машинами", - служебный авто приятеля я узнал сразу. Володя всё собирался купить что-нибудь в личное пользование, но откладывал покупку до момента выплаты премиальных за сделку, а хитромудрые индусы, которым он продавал наши боевые вертолёты, всё тянули с заключением контракта, так что пока ему приходилось использовать служебное положение. Правда, надо признать, что четырёхколёсное транспортное средство у Вовки всё-таки было, но на нём на дачу он не ездил, поскольку оно и так обитало в местном гараже. "Лэндкруизёр" семидесятой серии, нафаршированный по самое "не могу", включая полную гидроподготовку, был очень удобной машиной для безбашенных вылазок на природу, а вот по шоссе на этом лифтованом динозавре с большими колёсами ездить совсем не так удобно.
   Илюшка, как и жена, впрочем, всю дорогу проспал и теперь заспанно тёр глаза, пытаясь понять, где же мы и зачем.
   - Просыпайся, сына! - я распахнул заднюю дверь. - На дачу приехали!
   Мой белобрысый отпрыск буркнул что-то невнятное, а когда я его достал из детского кресла, пристроил свою вихрастую головку мне на плечо и снова заснул.
   - Вась, не тормоши его! - жена подавила зевок. - Сразу на второй этаж неси, а вещи мы потом перенесём.
   - А кроватка? - напомнил я.
   - На большой пока поспит. И ты давай, не рассиживайся, а тоже спать ложись, а то будешь потом ворчать про эксплуатацию человека человеком...
   На крыльце нас встретил хозяин, точнее - господин самый главный Младший Хозяин, как иногда его называли друзья, намекая, что настоящим владельцем поместья был всё-таки отец Виталика. Растрёпанный вид и некоторая неприветливость подтвердили мою догадку о вечернем возлиянии, но Виталя, игнорировав легкое похмелье, встретил нас, широко зевая, но, тем не менее, приветливо:
   - Хрена себе, вы в такую рань прикатили! Есть будете?
   - Нет, потом вместе с вами позавтракаем! - ответила моя жена, а я просто крепко пожал ему руку.
   - Аааа, - раскатисто зевнул в ответ хозяин и, махнув рукой, мол, сами тут разберётесь, удалился на свою половину дома.
   Тут надо отметить, что дядя Андрей вотчину свою строил постепенно, просто пристраивая новые помещения, по мере зарабатывания средств и разрастания семейства. И удалось ему это весьма неплохо - дом впечатления несуразного строения не производил. Как раз наоборот - был он, несмотря на свои размеры и методику постройки, ладным снаружи и уютным внутри.
   Беседки, летняя веранда под кодовым именем "барбекюшница", пруд у бани - всё говорило, что живут тут люди рачительные, обстоятельные и неленивые.
   Комната, в которой мы постоянно останавливались, больше чем на половину состояла из огромной кровати, точнее - спального помоста. Причём это монументальное произведение мебельного искусства было построено весьма специфически - твёрдые зоны чередовались с мягкими, так что я мог спать, как люблю - на голых досках с тоненьким матрасиком, а жена у меня под боком - наслаждаться комфортом толстенного матраса.
   А потому, торопливо раскидав свои вещи и уложив сына во всё-таки принесённую походную складную кроватку, мы отправились на боковую.
  
   ***
  
   - Ну, рассказывай, как делишки-то? - вечерело, и мы исполняли древнейшую "мужскую обязанность" - разводили огонь в очаге. Точнее, я возился с дровами, заготавливая щепу для растопки, а Виталя расположился в плетёном кресле, потягивая ром с колой.
   - Да ничего, в общем-то... Кстати, можешь поздравить - я теперь дембель!
   - Да ну?! И что, без последствий? - я отложил нож и посмотрел на приятеля.
   - Практически. Даже подпола на прощание подкинули... - Сибанов сделал большой глоток. - А может растопочки плеснуть?
   Подначка эта была такой же традиционной, как и наши дачные посиделки. Дело в том, что я в вопросе разведения огня придерживаюсь традиционных, даже можно сказать, патриархальных взглядов - подготавливаю растопку, тешу щепу, тщательно складываю дрова. То есть пироманьячу по-полной, испытывая истинное наслаждение, когда от одной спички огонь охватывает костёр, и тот горит сильно и ровно, несмотря на погоду. Виталий же сибарит и приспособленец, его стиль - покидать дрова в очаг, полить их парафином или ещё какой химией, чиркнуть спичкой. Ему процесс не важен - важен результат. Вот только новости, сообщённые им, были слишком важными, чтобы я тратил время на обычную пикировку:
   - Всё-таки решил уйти? А как же карьера?
   - Буду делать в другом месте - здесь всё равно не дадут. И потом, Вася, ты что забыл, что нас бывших не бывает? Или это я в девяносто седьмом отбрыкивался и морды представителям истеблишмента бил, а?
   В ответ я только махнул рукой - вспоминать собственное увольнение из рядов совершенно не хотелось. Да и сравнивать ситуацию "чумовых девяностых" и нынешние времена было сложно - десять лет на "гражданке" как-никак...
   - Так всё-таки, почему?
   - А хрен его знает, Вася! - слишком горячо, для его невозмутимого вида ответил Виталий. - Как из Нью-Йорка отозвали, так всё у меня наперекосяк пошло. Поверишь, три последних месяца мне на стол ничего серьёзнее обзоров открытой прессы не попадало?!
   - То есть там, "на холоде", вы что-то серьёзное зацепили? Или наоборот - вляпались в историю?
   - Ты мне друг, но подписки никто не отменял... - хмыкнул Сибанов. - И, следовательно...
   - "No comments!" - как говорят твои "лучшие" друзья! - закончил я за него.
   - Сам всё понимаешь...
   Завершив строительство костра, я чиркнул спичкой. За секунду огонёк перескочил на кончик лучины, а затем, когда я поднёс его к растопке, на кучку стружки. Робко помигав, он, было, исчез совсем, но затем появился снова, и буквально за мгновение охватил всю растопку... Спустя пять секунд в очаге весело плясало оранжевое пламя, а я с чувством выполненного долга уселся в кресло напротив Виталия.
   - Хорошо, а что ты можешь сказать о международной обстановке? - максимально светским тоном спросил я друга, сграбастав со стола свой стакан.
   - Если честно - то всё мутно и непонятно, - не менее светски ответил теперь уже бывший офицер СВР.
   Я отхлебнул свой виски и кивнул, приглашая друга продолжать.
   - Честно, Васька, всё очень мутно - вроде особых трений нет... Кроме, конечно, традиционных, но визу сейчас за океан получить нереально.
   - Из-за скандалов? - я припомнил разразившуюся весной "шпионскую истерию", захватившую не только США и Британию, но и некоторые страны Европы. Причем на какое-то время гневные статьи и "смертельные разоблачения" вытеснили с первых страниц газет панические крики о грядущем распаде Евросоюза.
   - Тут непонятно всё... У меня ощущение, что проблемы начались едва ли не раньше, чем скандалы. И "потоки" все закрыли, считай.
   Упоминание отменённых газопроводов в Европу переключило моё внимание:
   - А сам с работой определился?
   - Есть кое-какие намётки, но пока ничего определённого.
   - То есть ты пока не решил, подходят ли тебе "мишки" по этическим причинам, а евреи из Моссада платят слишком мало? - подколол я друга. - Советую перебежать к грузинам - по крайней мере, проблем с вином, сыром и мандаринами у тебя не будет.
   - Тебе хиханьки с хаханьками, а мне теперь пять лет отдыхать только на курортах Сочи, что б им провалиться!
   - В стране столько морей, а он на Чёрном зациклился! Попробуй южный берег Карского или моря Лаптевых! Говорят, там отдых не хуже!
   На крыльце дома появилась моя благоверная, и я, поставив на стол пустой стакан, отправился рассказывать ежевечернюю сказку. Сегодня, пожалуй, расскажу сыну историю про банную шапку, тем более что завтра будем париться всей семьёй.
  
   ***
  
   Утро началось с внезапной побудки - привезли дрова, и надо было выкатывать машины со двора, чтобы старенький "пятьдесят третий" "газон" мог проехать к месту разгрузки. Виталик даже удачно скаламбурил: "А то проедет "газон" по газону!". Семь утра - время для меня не самое удачное. Обычно, если мне приходится вылезать в этот ранний час из кровати, я искренне негодую. По неизвестной мне самому причине подъём в семь часов утра приводит к тому, что я не могу потом заснуть как минимум до обеда. Если в пять встану, или даже в четыре - всё нормально - вернувшись в постель, засыпаю без проблем, а в семь - ни в какую!
   "Ну и чёрт с ним, со сном! - подумал я, направляясь к дивану в гостиной. - Потуплю с журналами, пока все не встанут..." Включив по дороге кофеварку, я обложился автомобильными журналами и приготовился сибаритствовать. Через пару статей кофе был готов, и, томимый "жаждой горожанина", я принялся колдовать за кухонным столом.
   "Вот ведь как подсел на кофе-то! Ещё десять лет назад хорошо, если два раза в неделю варил, а сейчас, после появления всех этих кофеен и дня без него прожить не могу. Одно радует, что с коньяком его мешать привычки нет, а то бы точно спился!" - усмехнулся я про себя, доливая в кружку сливки.
   Когда я приземлился на диван и сделал первый глоток, левая рука машинально взяла пульт от телевизора. А может это не она машинально, а я? Начать утро с новостей - что может быть привычнее?
   За спиной хлопнула дверь, ведущая из прихожей в гостиную:
   - Уже вскочил? - хозяин дома, позёвывая, проследовал в ванную комнату.
   - Угу. Кофий, барин, будете?
   - Ага, - донеслось сквозь шум воды. - Только мне без сахара.
   Пока Виталий проводил себя в порядок (всё-таки вчера мы под шашлычок литра два употребили, и некоторая томность в теле ощущалась), я сварганил порцию живительного напитка и для него.
   - Ты ружжо привёз? - Виталик приземлился рядом на диван.
   - Даже три. СКС, надо заново пристрелять. Я ему новый прицел купил. И ещё мелкашку смешную - прикинь, ЭмПэ-5 под "двадцать второй" патрон и с длинным стволом.
   - Что, прям-таки и ЭмПэ? - непонятно было, то ли друг кривил губы от недоверия, то ли кофе был слишком горячим.
   - А что? Сейчас принесу - сам посмотришь! - загорелся я. - Мелкие с женщинами всё равно раньше чем через полчаса не вылезут.
   - Ну, давай, маньяк ты оружейный! - вид Сибанов на себя напустил скучающий, но я-то его почти пятнадцать лет знаю и задорное посверкивание глаз заметил.
   Сбегать на второй этаж и принести чехол с "гээсгой", как я называл своё приобретение - дело минутное, и вот я уже достаю из чехла ствол.
   - Это что, тебе киллеры знакомые продали? Прям так - с глушителем?
   - Не трындите, а то улетите! А ваши инсинуации, сударь, вполне тянут на попадание в таблоид! - я прижимаю кулак к скуле Виталия и затем резко отдёргиваю руку.
   - А не слишком ли вы распускаете руки, сударь, разговаривая с человеком, в руках которого автомат? - ржёт он в ответ и делает вид, что собирается приложить оружие к плечу.
   - Но-но! Осторожнее! Хоть таким калибром меня и не возьмёшь. Нам, пришельцам из космоса, только ядрёный бластер подавай!
   - Тогда пойдём Вовку напугаем! У меня пара масок найдётся... Типа группа захвата... - по-прежнему хохоча, предложил Виталий.
   - А инфаркт военпред с перепою не заработает?
   - Кто? Этот слонопотам? Да ни в жисть!
   В этот момент экран телевизора, на котором беззвучно раскрывали рот ведущие какого-то утреннего шоу, мигнул и погас.
   - Андреич, что у тебя с теликом? - крикнул я вдогон Виталику, пошедшему, как я понял, за подходящей для розыгрыша одеждой.
   - Ничего. Сам вспомни, мы ночью футбол смотрели.
   События ночи я помнил не очень хорошо, всё ж таки в умении потреблять горячительное я ни Виталию, ни Вовке не конкурент. И веса не хватает, и схваченный много лет назад в Таджикистане гепатит в этом вопросе мне подкузьмил. А потому принялся переключать каналы. Телевизор работал, о чём говорили сменяющие друг друга цифры в углу экрана, но это не сильно помогло - мне как зрителю предлагалось на выбор две картинки: чёрное поле и черно-белая мельтешня помех.
   - Что-то ничего не кажет!
   - Может, с антенной что? Старенькая она уже. Пойдем, в бане проверим, ну и над Вованом приколемся.
   - Лады! - и я протянул ему пустой "тридцатиместный" магазин. - Только уж ты сам, без меня.
   Усевшись на крыльце, я с интересом наблюдал, как Виталий, натянув на себя чёрный рабочий комбинезон и напялив на голову шерстяную шапочку-маску, кривляясь и потрясая в воздухе карабином, направился к бане.
   "Четвёртый десяток уже разменял, подполковник, а как ребёнок, честное слово!" - привычно сунув руку в карман шортов, чтобы достать сигареты, я вспомнил, что два месяца, как бросил.
   Из бани донеслись приглушённые голоса, затем дверь распахнулась, и на веранде показался Володя с руками, сцепленными за головой, а в полумраке предбанника маячила грозная фигура с автоматом.
   - Стоять! Не двигаться! - когда Вовка, спросонья не разобравшийся в ситуации и удивлённо пялившийся на меня в попытках понять, отчего же это меня не замели, остановился, хозяин дачи отбросил автомат на диван и, разогнавшись, схватил нашего приятеля поперёк туловища и рухнул с ним в пруд.
   Брызги, мат - в общем, всё, как ожидалось! Заливисто хохоча, Виталик выбрался на берег, не забыв, впрочем, прихватить окончательно деморализованного Вована с собой. Ощутив под ногами твердую земли и проморгавшись, последний встряхнулся, словно сенбернар после купания, и двинулся к заливавшемуся смехом "террористу", уже стянувшему с головы промокшую насквозь, маску. Выражение его лица ничего хорошего шутнику не обещало.
   - Майор, атас! - предупредил я Виталика, но немного не успел, поскольку разгневанный Вовка уже атаковал. Вы когда-нибудь бывали на корриде? Я бывал. Наш друг, доведись ему столкнуться с быком на песчаной арене, легко бы напугал рогатого до икоты! Теперь ребята катались по песку, причём Вовка старался затолкать Виталика в пруд, а тот вспомнил навыки вольной борьбы и отчаянно сопротивлялся.
   Яркая вспышка на юго-востоке отвлекла меня от разошедшихся приятелей:
   - Эй, парни! Похоже, скоро гроза будет! Над Тверью уже вовсю сверкает.
  
  
   ***
  
   После завтрака решено было отправиться на речку, благо Тверца протекает всего в паре сотне метров от усадьбы. Виталик, как всегда, решил быть оригинальным и превратить прогулку в маленькое приключение. На этот раз ему пришла идея о сплаве по реке на подручных средствах: резиновой моторке и двух баллонах от "камаза":
   - Берём "бронтозавра", - так он называл вездеход Вована, - твою "субару", и едем вверх по течению. Как думаешь, пары километров хватит?
   - Если до обеда хотим управиться - то вполне, - ответил я, разглядывая кучу дров, возвышавшуюся у ворот гаража. - А что, дровами никто не занимался?
   - Да Юра должен был приехать к восьми... А сейчас сколько?
   - Без двенадцати десять, - я бросил взгляд на часы.
   - Странно. Сейчас позвоню ему, - и Сибанов отправился в дом. На участке мобильная связь работала плохо, и если нужна была нормальная связь, приходилось подниматься на второй этаж, а ещё лучше - в мансарду.
   - Парни, опять, похоже, ретранслятор сдох! - Виталик выглянул из окна второго этажа. - Вообще ни одной "палки"!
   Такое уже случалось, пару лет назад ближайший сотовый ретранслятор тоже сломался, и мы четыре дня сидели вообще без связи, но сейчас я почувствовал некоторое беспокойство:
   - Виталь, а в бане ты телик проверил?
   В ответ он пожал плечами, мол, некогда было.
   - Я схожу!
   По дороге к бане на память отчего-то пришли события августа девяносто первого, с показом "Лебединого озера" и прочими маразмами. Юра, местный мажордом, отличался обстоятельностью, и уж если он обещал приехать в восемь, то к девяти, по крайней мере, должен был объявиться. Конечно, всякое могло случиться - его пятнадцатилетняя "шаха" надёжностью не отличалась, да и позвонить он, очевидно, не смог из-за проблем с сотовой связью, но весь мой опыт показывал, что столько неприятных совпадений сразу - не к добру.
   Влетев в предбанник, сразу схватил оба пульта и включил спутниковый ресивер и телевизор. Первый канал - чернота, второй - чернота, третий - опять ничего... "Да что ж это за херня?!" - вдоль позвоночника пробежала холодная волна.
   Выскочив наружу, я припустил к дому, но был на углу перехвачен Виталиком:
   - Что летишь, как на пожар? - говорил он негромко, стараясь, чтобы резвившиеся метрах в пятнадцати от нас дети, а тем паче, их мамы, не услышали.
   - Не знаю в чём дело, но, похоже, как говорят наши заокеанские друзья "all communications are shut down"! Ни одна тарелка не видит спутников, сотовая сеть не работает. Я хочу смотаться в Думаново, там, вроде, стационарный телефон есть.
   - Да, есть. Собирались на сотовый заменить, но пока оставили. На заправке в сторону Москвы, и в поссовете.
   - Ну и отлично, только ты наших погоди пугать.
   Влетев по винтовой лестнице наверх, я схватил сумку с документами и телефоном. Потом задумался на мгновение и вытащил из-за дивана чехол с "гээсгой". Что-то мне подсказывало, что этот предмет может оказаться совсем нелишним. Оружие я возил по правилам, но что-что, а магазины снаряжать, мне не привыкать. Быстро забив один тридцатизарядник, я сунул его в карман брюк, остальные магазины пока оставались в чехле.
   "Главное, проскочить мимо жены незаметно", - подумал я, скатываясь на первый этаж.
   Хозяин дома копался в ящиках на кухне, но, заслышав мои шаги, он выглянул из-за стойки:
   - Даже так?
   - Угу, на всякий случай... У тебя что есть? А то СКС мой возьми.
   - Возьму. А тебе пистоль дать?
   - Ну его на фиг - если там "чрезвычайку" какую-нибудь ввели, только лишний геморрой.
   - Как знаешь...
   Выскользнув из дома, я выбрался с участка и, забравшись в "форестер", покатил к ленинградскому шоссе.
   Последний перед трассой отрезок просёлка, километр или около того, шёл через поле, и уже с него я увидел странную картину - обе полосы Ленинградки в сторону Твери были запружены фурами дальнобойщиков и легковушками. Вдоль гигантской пробки заполошно бегали люди. Я наддал газу, благо на этом участке был положен хороший асфальт, так как неподалёку проходил газопровод, и дорога использовалась для подъезда ремонтных бригад к насосной станции.
   Машину я оставил у крайнего дома и, повесив чехол с карабином на плечо, зашагал к шоссе.
   - Эй, мужик, - окликнул я средних лет мужчину, стоявшего на обочине, - что стряслось-то?
   - Говорят, в Твери что-то грохнуло, - ответил он, оторвавшись от созерцания горизонта. - Я сам полчаса как в эту херню встрял, - он показал рукой на синюю "Сканию", стоявшую на шоссе метрах в шестидесяти.
   - А по рации что говорят? - многие дальнобойщики ставят в машины "сибишки", так что могли для своих и сообщить.
   - Да непонятно - кто-то верещит, что в Твери чуть ли не ядерная бомба взорвалась, но сам посуди, откуда тут бомба?
   "Нет связи, включая спутниковую, перекрыта стратегическая трасса, взрыв... - мозг привычно нанизывал бусинки-мысли на нитку логики. - Для теракта охват великоват, спутниковое ТВ "органы" точно глушить бы не стали... Война? Война?!"
   Ситуация напомнила мне ту памятную ночь в Таджикистане, когда на заставе вначале сломался телефон, потом полетела подстанция, а через несколько часов пара тысяч "вовчиков" полезли на прорыв с сопредельной территории. Решение пришло неожиданное:
   - Эй, мужик, а ты куда едешь? - снова обратился я к дальнобойщику.
   - Да в Москву.
   - А звать тебя как?
   - Сергей, - он протянул руку.
   "На вид ему лет сорок, так что в армии, скорее всего, служил. Мужик крепкий и умелый", - быстро оценил я своего собеседника и ответил на рукопожатие:
   - Василий. Ты, Сергей, в каких войсках священный долг исполнял?
   - Псковская дивизия, - он помрачнел. - А что?
   "Ого, а он ещё и десантник!"
   - А то, что это, похоже, война... - негромко сказал я, и тут же перешёл к делу: - Сможешь своего мастодонта на эту дорогу по обочине вывести? Только аккуратно и без шухера?
   Он молча соображал, ошарашено наблюдая, как присев на корточки, я привожу свой автомат в боевое положение.
   - Э, а ты кто? - вышел он, наконец, из ступора.
   - Капитан погранвойск. В отставке. Но это всё потом. Тебе сейчас с шоссе уйти надо... А повестку получишь, когда до военкомата доберёшься, - родившийся у меня план ещё не оформился окончательно, но вдолбленные в училище знания и полученный за время службы опыт требовали не горевать, а активно действовать.
   "Водитель, да ещё и десантник в прошлом - неплохое подспорье в трудные времена. Тягач, в баках которого плещется несколько сот литров высококачественной солярки - тоже. Что у него в фуре, сейчас не очень важно, но вдруг ещё что-нибудь полезное найдётся? Да и затор на шоссе разгребать лучше всего постепенно... - примерно так я думал, отходя к своей машине, в то время как Сергей потрусил к своему тягачу. - Война это, или ещё какая беда - разбираться будем позже. Но в том, что в стране случилось что-то экстраординарное - к бабке не ходи! В наши высокотехнологичные времена связь просто так не исчезает, а предупреждение об атаке могло в эти глухие места и не дойти, не в советские времена живём, когда радиоточки в каждой избе были".
   "Скания" взревела могучим дизелем, и начала выползать на обочину. Чтобы разогнать тусующийся вдоль дороги народ, водитель посигналил.
   "Впечатляет!" - звук гудка больше подошёл бы небольшому судну, а не автомобилю.
   - Эй, военный, а что происходит-то? - окликнул меня средних лет вальяжный мужчина, высунувшийся из Мерседеса-"ешки" последней модели.
   "Где военный?" - я огляделся вокруг, но никого подходящего под это описание не заметил.
   - Я к вам обращаюсь, господин офицер! - "буржуй" вылез из машины и теперь стоял в паре метров от меня.
   Тут до меня дошло - оливковые полувоенные штаны от "5.11", рубашка в цвет, выправка, короткая стрижка, и главное - понтовый автомат с "глушителем" на плече... Дядька обращался ко мне!
   - Слушаю вас.
   - Вы не в курсе, что стряслось?
   - А вы кто? - "взгляд злого цербера" нам выдавали в своё время вместе с погонами, всё ж таки границу сторожить должны были.
   - Фёдор Александрович Стоцкий, предприниматель, - представился он. - Еду с женой из Питера в Москву. Хотелось бы узнать, что происходит, и когда можно будет проехать?
   - Боюсь, что не скоро. Если хотите, можете тут подождать, или вслед за фурой на боковую дорогу съезжайте, - на этом мой альтруизм закончился, да и кто его знает, бизнесмена этого - вдруг в панику ударится? А очумевшая в предчувствии беды моторизованная толпа - последнее, что мне сейчас нужно. - Отойдите к машине, и не мешайте проезду транспорта! - сопроводив приказ повелительным взмахом руки, я быстро, но так, чтобы это не было особо заметно стороннему наблюдателю, двинулся в сторону поселкового совета.
   Постучавшись, и выждав пару секунд, я толкнул дверь. Заперто! Я постучал уже кулаком. Ничего.
   "Председатель с бухгалтером, могли и в город уехать, а телефон мне нужен немедленно. Надеюсь, за мародерство меня не расстреляют..." - внутренне я слегка удивился, с какой лёгкостью тревога смыла условности гражданской жизни. Почему смыла? Потому что, переживания за обоснованность вторжения в частное помещение не помешали мне достать из кармана нож, подцепить кончиком клинка засов немудрёного "английского" замка и, надавив плечом, открыть дверь в помещение правления.
   "Тишина! Судя по всему, с вечера тут никого не было. А вот и телефон!" - аппарат, когда-то чрезвычайно популярный у советских граждан "ВЭФ" с кнопочным набором стоял на столе.
   "Так, список номеров... В Тверь звонить или в Торжок? Если в губернском городе что-то жвакнуло, то им там точно не до меня будет - следовательно, Торжок - вот выбор потерявшегося дачника! - думать я старался в позитивном тоне, на Луну повыть всегда успеется. Гудок в трубке был, чему я искренне обрадовался. Я набрал номер УВД Торжка:
   - Дежурный, старший лейтенант Уваров, - ответил нервный юношеский голос.
   - Капитан Заславский, погранвойска, - представился я. - Старлей, телефончик горвоенкомата не дашь?
   - Вы откуда звоните?
   - Из Думаново, из помещения поссовета. Тут гигантская пробка на трассе, но никого из ваших или эмчээсовцев что-то не видать. Связи тоже нет. Что происходит? - задавая вопрос, я добавил командных ноток.
   - Мы сами не понимаем, товарищ капитан. Связи с Тверью нет, по радио в восемь сорок пять передали о чрезвычайной ситуации, и больше ничего. Начальник УВД поехал в городскую управу. Пишите телефон дежурного по военкомату.
   - Да, диктуй!
   - Девять, двадцать четыре, тридцать, - отрывисто бросил в трубку мой собеседник. - Если обстановка на шоссе изменится, позвоните, пожалуйста, сюда.
   - Обязательно, старшой! - обнадёжил я неизвестного мне мента-мальчишку, несмотря на то, что в ближайшее время пробка на ленинградской трассе будет не самой большой проблемой местного УВД.
   Нажав клавишу отбоя, и набрав номер военкомата, я приготовился ждать, однако ответ последовал незамедлительно:
   - Капитан Вороненко. Слушаю.
   - Капитан Заславский. Что происходит в округе, не подскажете?
   Мой собеседник замешкался на секунду, словно соображая, стоит ли сообщать неизвестному такую информацию... Потом тяжело выдохнул и ответил:
   - Похоже, война, но мобилизация пока не объявлена. Вы каких войск капитан?
   - Пограничник. Связь с областью у вас есть?
   - Ни с областью, ни с округом связи нет. Вы где приписаны?
   - В Москве.
   - Понятно. Где вы сейчас?
   - В Думаново.
   - Обстановку доложить можете?
   - Пробка на шоссе в сторону Твери. Что странно - машин на шестьдесят километров набраться к этому времени не должно было, - ситуацию я анализировал на ходу. - Паники пока нет - никто ничего не знает. Я начал выводить большегрузы на боковые дороги.
   - Зачем? - удивился капитан.
   - Надо затор разредить, думаю часть машин развернуть в вашу сторону - а то через пару часов тут беспредел начнётся.
   - Понятно. Как с вами связаться, если что, капитан?
   - Оставлю дежурного у телефона в правлении. Пока удалось найти пару дельных мужиков, - я немного приукрасил свои успехи.
   - Понятно. У вас офицерское удостоверение при себе?
   - Нет, я в отставке с девяносто восьмого года.
   - Диктуйте ваши данные, - после микроскопической заминки предложил Вороненко. - Я вам выпишу документы. Считайте, что вы мобилизованы.
   - Нда, я уже час, как сам себя мобилизовал. Короче, капитан, лясы точить времени у нас нет, пойду дальше дерьмо разгребать.
   - Давай. Удачи тебе, капитан!
   Перед тем, как уйти, я взял со стола полувысохший фломастер, и крупно написал на стене номер военкомата - скорее всего это и будет главная власть в окрестностях на ближайшие... А хрен его знает, на какое время!
   Выскочив из домика, и добежав до поворота на Савинское, я увидел что водитель "мерседеса" о чём-то горячо спорит с Сергеем.
   - ... мутит он. С чего ты взял, что он военный? Ни погон, ни эмблем! - долетели до меня слова бизнесмена.
   - Если у вас есть сомнения в моих правах, то можете прямо сейчас позвонить в горвоенкомат - там подтвердят мои полномочия. Но есть и другое предложение - закончить замер мужских достоинств, и, в связи с введением военного положения в стране, перейти в моё распоряжение.
   Собеседники отреагировали на мои слова по-разному - Сергей, выматерился, сплюнул на асфальт и ответил:
   - Командуй, капитан!
   Стоцкий же скривил лицо и повернулся, явно собираясь сесть в свою машину и уехать отсюда куда подальше.
   "Э нет! Надо гражданина остановить, а то, того и гляди, панику разведёт..."
   - Фёдор Александрович, - окликнул я его, - вы в каком институте учились?
   Он остановился:
   - В ЛИСИ, а какое это имеет сейчас значение?
   "ЛИСИ? ЛИСИ... Ленинградский... инженерно-строительный? Точно! Если "Ленинградский" и "инженерный" - значит, военная кафедра у них была! Да и по возрасту он подходит".
   - А то, что согласно закону, при объявлении мобилизации и для вас труба трубит! Вы старший лейтенант?
   От моих пассажей бизнесмен слегка растерялся - скорее всего, не часто его Законом о всеобщей воинской обязанности мотивируют.
   - Да, старший лейтенант инженерных войск.
   - А я капитан, так что, как я уже и говорил, поступаете в моё распоряжение. И у меня к вам будет задание...
   Присев на корточки, я достал из сумки блокнот и ручку и принялся писать сообщение для Виталика.
   - Вот, нужно доставить. Если проедете по этой дороге километра четыре, за заброшенной часовней во второй деревне будет поворот направо. Там ещё отсыпка гравием сделана... С горки спуститесь и увидите большой такой дом, выкрашенный в коричневый цвет. Побибикайте и спросите майора, тьфу, то есть подполковника Сибанова. Передадите ему депешу. Ну и жена ваша пока сможет там остаться, всё же не на дороге куковать, - подсластил я пилюлю.
   - Да что стряслось-то, можете, наконец, объяснить?! - взорвался Стоцкий.
   - Война. Пошли, Сергей, у нас ещё дел полно, - и я протянул бывшему бизнесмену аккуратно сложенный листок из блокнота.
  
   Глава 2.
   А утром - на смену!
  
   И часа не прошло, как окрестности Думанова преобразились: вдоль полей, там, где была накатанная грунтовая колея, выстроились разноцветные фуры; в окрестные деревни отправили гонцов, выяснить по поводу постоя для женщин и детей. Здание поселкового совета теперь больше напоминало штаб. Непрерывно хлопала дверь - народ входил и выходил каждую минуту. Пристроившись у одного из двух наличных столов, добровольные помощники проводили "перепись населения" - составляли списки бедолаг, застрявших на Ленинградке.
   Я вышел на улицу.
   - Сема, мля! Где верёвки? Быстрее давай, черепаха ты коверканная! - по договорённости с жителями деревни мужики в спешном порядке возводили временные укрытия. Куски автомобильных тентов, полотнища брезента, даже ковролин в рулонах, обнаруженный в одной из фур - всё шло в дело.
   Полчаса назад из Торжка сообщили, что по Твери нанесён ядерный удар, а радиоактивные осадки - вещь для здоровья вредная. Вот и возводили навесы, чтоб хоть на голову ничего не сыпалось.
   Про удар сообщили вертолётчики из Центра боевого применения, которые по приказу армейского начальства слетали к столице области. Они же и сообщили, что в результате вражеской атаки мост через Волгу на трассе М-10 рухнул. "Прямо как на учениях с их идиотскими вводными!" - вздохнул я.
   Представляя плотность движения на шоссе, можно было легко представить, какой ад сейчас творится на том берегу реки. Впрочем, времени страдать обстоятельства нам не оставили - были дела и поважнее. Те же вертолётчики сообщили, что большая колонна машин движется сейчас в обратном направлении. Причём ошалевший народ плюнул на все и всяческие правила, и количество аварий уже исчисляется десятками. Многие водители-дальнобойщики просто отцепили фуры от тягачей и погнали назад. На мосту через Тверцу, где из-за ремонта осталось по полосе в каждую сторону, возник адский затор. Там и в мирное время приходилось стоять, а уж сейчас...
   А у нас даже порядок наводить нечем - в наличии шесть дробовиков (и это - если считать две антикварные "тулки"), два нарезных карабина и три пистолета.
   Оттого я сейчас и командую в полном одиночестве, поскольку Виталик улетел на своём "мурано" в Торжок получать оружие на мобскладе. Он вроде как старше званием, да и контора его уважаемая - будем надеяться, что оружейная проблема вскоре решится.
   - Василий! Хорошо, что ты здесь! - во двор вломился давешний "питерский бизнесмен". На поверку Фёдор оказался не таким уж и гадом - это его деньги слегка испортили. Сейчас же он носился среди людей, возводивших укрытия, и руководил. И неплохо, надо сказать, руководил. На первый взгляд народ можно будет начинать прятать уже минут через пятнадцать.
   - Что такое, товарищ старший лейтенант? - в принципе, можно было обойтись без всей этой армейской фанаберии, но пока наш авторитет держался в том числе и на этом.
   - Там впереди, у заправки, какие-то молодые бычки свои порядки наводить решили... - немного отдышавшись, сообщил строитель. Я заметил длинную царапину у него на щеке.
   - А что не стреляли?
   - Мишка не решился, а потом они ствол у него отобрали, - услышав такие новости, я поморщился - к сожалению наш и без того небольшой арсенал уменьшился, а на топливо этой станции я сильно рассчитывал.
   Проглотив матерную тираду, я только спросил:
   - Сколько? И на какой станции?
   - На "Юни-ойле".
   - Я понимаю, что на "Юни"! На которой? - под контроль мы взяли две заправки, принадлежавшие к одной сети: одна располагалась примерно в километре на нашей стороне шоссе, а другая метрах в трёхстах, но на другой.
   - На той, что через дорогу. Пятеро. Лет по двадцать пять придуркам. Приехали на чёрной "хэ-пятой".
   "Ясно, очередные хозяева жизни, которые ещё не въехали, что здесь им не тут!"
   Я гаркнул:
   - Сергей! Сержант Порошников!
   - Здесь я, - "десантник дальнего боя" откликнулся сразу.
   - Пошли, повоюем.
   - Так точно! - он сдернул с плеча Виталькин "ремингтон".
   - А вы, товарищ старший лейтенант, пока по профессии потрудитесь, - и мы выскочили на улицу.
  
   ***
  
   До заправки оставалось метров сто, и мы остановились посовещаться на противоположной от неё стороне Ленинградки:
   - Сергей, ты по живым людям стрелять не зассышь?
   - Не боись, командир! - довольно уверенно ответил мой невольный подчинённый. - Да и за людей я их пока не считаю. Люди вон - бабам да мелкоте помогают, - он мотнул головой в сторону оставшейся у нас за плечами деревни.
   - Без моей команды не стреляй, а то зацепишь кого-нибудь из своей гаубицы, - при этом я внимательно вглядывался в происходящее на заправочной станции.
   Дорога с той стороны была пока свободна от машин, а с "нашей" почти всех эвакуировали и на полотне дороги остались только несколько машин. К тому же всех "посторонних" захватчики со своей территории изгнали, так что всё, творившееся там, было как на ладони.
   Рослый парень с модной причёской устроился на капоте баварского "паркетника", картинно удерживая мой СКС на сгибе левой руки. В витрине самой станции мелькали неясные силуэты, но конкретно сказать, что там происходит, было нельзя. Наш горе-часовой валялся на асфальте у входа на заправку, но понять, убит он, без сознания или просто притворяется, с такого расстояния у меня не получилось.
   "Эх, как бы я сейчас хотел поменяться с тобой, козёл, стволами... - в трёхкратную оптику я продолжал разглядывать место будущего боя, прикидывая варианты. - Из СКС на ста метрах я тебя снял бы с первого выстрела, а вот для мелкашки расстояние великовато, всё-таки..."
   - Что надумал, командир? - нарушил молчание Сергей.
   - Поближе подберёмся - для моей пукалки далековато, а тут надёжно сработать надо. Они, похоже, кого-то ещё захватили.
   - Верно, вон там труба.
   - Пошли.
   "Чёрт! Ну что мешало попросить Виталика привезти мой охотничий комок?! - водопропускную трубу чистили, наверное, ещё при царе Горохе, а то и вообще до торжества исторического материализма. В омерзительной даже на вид жиже виднелись битые бутылки, остатки каких-то коробок и, в довершение всего, полусгнивший труп кошки! Соответственно, уже через пару шагов мы изгваздались как чушки. - В таком виде хорошо изображать победителя профессионального конкурса ассенизаторов, а не официальное лицо!"
   Странно, конечно, было горевать об испачканных штанах, но по моим ощущениям, времена лёгкой стирки заканчивались. Всё-таки служба моя всё больше в диких местах проходила, и чем отличается тамошняя жизнь от столичной, в памяти отпечаталось навсегда. Лет пять потом отвыкал.
   Вынырнув из трубы, мы рассредоточились в канаве. Притулившись за здоровенным пучком полыни, я вскинул карабин и приложился к прицелу.
   "Совсем больной что ли?!" - увиденное меня просто "вырубило"! Молодчик с карабином достал из кармана пачку сигарет и закурил! На бензоколонке! "Бухой он или просто придурок? А, это сейчас не важно, но стрелять в ближайшие пару минут я точно не буду. Конечно, если окурок упадёт на землю, киношного взрыва с клубами дыма и огненным шаром может и не произойти, но рисковать не стоит..."
   - Капитан, что дальше? - окликнул меня десантник.
   - Этот дебил закурил, так что ждём пока.
   Я снова приник к прицелу - урод с СКСом продолжал наслаждаться жизнью, но появились и новые действующие лица. Два чем-то неуловимо похожих парня вышли из дверей магазинчика, неся по двадцатилитровой металлической канистре в каждой руке. Они подошли к одной из раздаточных колонок и стали возиться со шлангами. Внезапно один из них бросил своё занятие и, бурно жестикулируя, зашагал в сторону часового. Очевидно, он был также недоволен его поведением, как и я. Горе-сторож, показал своему товарищу неприличный жест, но, все-таки спрыгнул с машины, и, оставив карабин на капоте, торопливо отошёл на пару шагов и щелчком пальцев выбросил окурок.
   "Йес!" - возликовал я, поскольку о такой удаче даже и помышлять не мог. В ту же секунду большой палец правой руки выключил предохранитель немецкого карабина, прицельная марка легла на затылок идиота, оставившего оружие в боевой обстановке, а указательный палец выбрал свободный ход спускового крючка.
   "Хлоп!" - "гээсга" стреляет негромко, особенно если сравнивать её с боевым оружием, тем не менее, малокалиберная пуля, особенно если тщательно целиться, вполне убойна. А практически полное отсутствие отдачи позволяет умелому стрелку не терять мишень из вида при стрельбе, так что место попадания я засёк - шея, сантиметров на пять ниже линии волос.
   "Контролька!" - мой палец снова выжимает спуск, и бандит, так и не закончив движение руки (он, наверное, хотел схватиться за раненое место) ничком рухнул на потрескавшийся асфальт.
   "Очень похоже, что в голову", - машинально отметил я про себя и перенёс огонь на второго. Видно его было по грудь, но я не колебался - два красных пятна одно за другим появились на белой рубашке.
   - Сержант, вперёд! - заорал я, выскакивая из канавы. - Лежать, сука! - это уже значительно громче и заметавшемуся третьему противнику.
   - Лежать, бля! - вторил мне Сергей, гигантскими прыжками скачущий по полосе перекопанной земли между обочиной шоссе и площадкой заправки.
   Оставшийся в живых злыдень ещё несколько раз дёрнулся, но, наконец, сообразил, что к чему, и распластался лицом в асфальт, сцепив руки на затылке.
   Укрывшись за корпусом немецкого внедорожника, я перевёл дыхание. Серёга сграбастал с капота карабин и присел рядом:
   - Ух, мля! Сто лет так не бегал. Думал - сердце выскочит! Что дальше?
   - А дальше на понт возьмём. Я им сейчас сообщу, что у них на выбор два варианта: выйти с поднятыми руками или сгореть на хрен.
   - Ну, ты и сердитый, командир, - удивлённо покачал головой десантник.
   - А что ты предлагаешь? Нам тут херня всякая радиоактивная на голову скоро начнёт сыпаться, а мы этих сволочей уговаривать будем?
   - Не, я не про то. Мне таких сынков ошалевших вот ни на столько не жалко, - он изобразил размер, соединив большой и указательный пальцы, - но эта отморозь может идейку твою подцепить, и тогда они сами начнут со спичками баловаться.
   - Твои предложения?
   - Ты, я гляжу, стрелять мастак, так что пока я этот красивый тарантас угонять буду, - он хлопнул по бамперу БМВ, - ты их просто через витрину расстреляешь.
   - Резонно. Давай сюда дробовик - тебе и СКСа хватит.
   После быстрой расправы с их подельниками двое отморозков в помещении станции сидели тихо - наверное, переваривали случившееся, наверняка не знаю. Может, просто не заметили, что случилось снаружи. И Сергей без проблем залез с нашей стороны в "Икс-Пятый" и запустил двигатель.
   Держа окна под прицелом дробовика, я метнулся к простенку, благо до него от джипа было всего ничего - метров пять от силы.
   Сержант стартовал красиво, с "двух педалей", так что перед тем как машина поехала, задние колёса сорвались в пробуксовку, выпустив облако сизого дыма.
   - Эй, ты ох...
   Бабах! - заряд дроби-"шестёрки" опрокинул выскочившего из дверей парня, возмущённого похищением его собственности. Звякнула выпавшая из его руки монтировка.
   Бабах! Клац-клац. Бабах! - контрольный в упавшего и выстрел, разворотивший лицо второго, практически слились. Несмотря на это, я успел присесть на одно колено, так, чтобы сноп дроби пошёл вверх - боялся, что зацепит кого-нибудь постороннего в помещении.
   Занятно, что парень, которому мы до этого приказали лечь, так и не изменил своего положения.
   С визгом покрышек БМВ остановился, почти выехав на шоссе, потом покатил назад.
   Проверить свою работу - первое дело! И, пока Серёга парковал трофейного "немца", я занялся нашими противниками. Считайте это паранойей, но кабельная стяжка в кармане походных штанов у меня всегда найдётся. Сколько раз эти немудрёные полоски пластика выручали меня на охоте и во время путешествий, наверное, и не вспомню. Но то, что счёт идёт на десятки раз - точно. Так что с "упаковкой" единственного пленного проблем не возникло. Я просто притянул запястье его правой руки к лодыжке левой ноги и занялся убитыми.
   Застреленный первым курильщик оказался уроженцем Курской области Сергеем Сомовым, восемьдесят пятого года рождения. Моя вторая пуля действительно попала ему в затылок, так что молодчик совершенно не мучался. Второй документов не имел, и, когда я его обыскивал, ещё подавал признаки жизни. Судя по лиловым пузырям на губах, свинцовые пульки пробили ему как минимум одно лёгкое, но лечить я его не собирался. Как, впрочем, и добивать.
   "Мальчишки" эти все, как на подбор были спортивными, рожи имели круглые, а бицепсы накачанные, следовательно, от недоедания не страдали. Скорее - наоборот. И лейбачки на одежде говорили, что людьми они были небедными, и, может даже к власти приближёнными. Богатенькие такие, самодовольные мальчуганы в возрасте под тридцать. Но вот не повезло им - не учли особенностей военного времени.
   Двое, получившие по порции дроби, вид имели ещё более непрезентабельный, и возиться с ними я не стал. Пока Серёга оказывал первую помощь Мишке, просто отволок тела с площадки и бросил в лопухи.
  
  
   ***
  
   В помещении заправки обнаружились две перепуганных насмерть девчонки-продавщицы и парень с расквашенным носом, менеджер, он же кассир. Ещё две барышни средних лет спрятались в подсобке кафе, что разместилось в вагончике-бытовке за заправкой.
   Наш горемычный часовой Мишка заработал при выполнении своего первого боевого задания сильное сотрясение мозга, пару ссадин на лице и потерял два передних зуба. Вставить ему в воспитательных целях пистон я поручил десантнику, а сам пинками затрамбовал единственного оставшегося в живых мародёра в багажник трофейного авто и поехал в штаб. По большому счёту, самым простым вариантом было, не мудрствуя, пристрелить его у придорожной канавы, но боевой запал уже прошёл, да и звереть на ровном месте не стоило.
   "Карательный рейд" занял чуть больше четверти часа, но многие укрытия были уже готовы, и народ активно обустраивался в них.
   Понятно, что ближайших к Думаново окрестностях людей на шоссе оказалась немного, но многие подъезжали как со стороны Торжка, так и от Твери. Многие из застрявших на нашем участке по собственному почину отправились оповестить остальных бедолаг, что "здесь ждут вас ужин и очаг". Хотя с ужином это я прихвастнул - на самом деле, чем кормить такую ораву совершенно чужих мне людей я не представлял. Последний раз в такую задницу мне довелось попасть в Таджикистане во время массового наступления "гиссарцев" в девяносто втором. В посёлке Ломоносова я не был, но как уходили жители Курган-Тюбе видел. Бесконечные колонны людей, едущих и идущих. Людей, бросивших всё: дома, работу, весь скарб и движимых только одной мыслью - "Остаться в живых!". Может оттого и ввязался я во всё это, что помнил, как оно тогда было.
   - Эй, боец! - окликнул я молодого парня с гордым видом стоявшего у крыльца штаба. - Там в багажнике придурок один валяется. Привяжи его где-нибудь - сейчас времени с ним возиться нет.
   Паренёк козырнул и, поправив висевший на плече дробовик, величаво двинулся исполнять приказание.
   "Вот только клоунады нам не хватало!" - поморщившись, я занялся воспитанием личного состава:
   - Воинское приветствие с непокрытой головой не отдаётся, боец! Мы - не американцы.
   Паренёк съёжился.
   - И вообще, если не служил - не старайся. Нам дело сейчас важно, а не исполнение устава, - успокоил я его, открывая дверь в избу.
   На древних, как и почти вся обстановка в помещении поселкового совета, электронных часах светились зелёные цифры. "11:38 - подумать только, ещё три часа назад я ни о какой войне и не помышлял, а думал лишь о том, как с максимальной эффективностью провести оставшуюся неделю отпуска! Теперь и слова такого "отпуск", скорее всего, не будет..."
   - Я так понимаю, что горючка снова наша? - отвлек меня от грустных мыслей Фёдор, чертивший что-то на листе писчей бумаги.
   - Так точно, наша... Сколько человек уже приняли, не знаешь, бизнесмен? - отхлебнув прямо из носика алюминиевого чайника, спросил я. Точно такие же были в пионерском лагере, где я проводил, считай, каждое лето в детские годы.
   - Ещё человек шестьдесят подошло - там дальше по шоссе мясорубка - шо писец. Так что или посылать наших на тягачах разгребать, или ждать, когда они пешком дотопают.
   - Посылать некого, - я поставил чайник обратно на обшарпанную тумбочку. - Там порядок наводить, скорее всего, придётся, а у нас стволов - раз-два и обчёлся. Вон, на заправке четверых пристрелить пришлось.
   - Как четверых? - строитель так резко обернулся, что бумаги слетели со стола. - Кого?
   - А что ты так испугался? - я присел на стул. - Кто они не так интересно, как что они... А по нынешней ситуации они мародёры, напавшие на представителя власти и огрёбшие, как дедушки наши говорили, "по законам военного времени". Их предупредили, что военное положение объявлено?
   - Да.
   - Они напали на вооружённого часового?
   - Да.
   - Так что сейчас сопли разводить? Если хочешь, там, на улице, один из этих. Можешь расспросить его о друзьях и семье, до того, как мы его повесим... - заметив выпученные глаза собеседника, я постарался подсластить пилюлю. - Хотя я ещё не решил, что с ним делать! Но учти, патроны на него переводить не буду.
   Рёв мотора и визг шин прервали нашу правовую дискуссию.
   "Виталик приехал!" - с лету определил я. Манера езды друга была мне хорошо знакома. Я и сам люблю погонять, но где мне тягаться с профи, которого натаскивали спецы из ГОНа? Соответственно, ничего удивительного в том, что он обернулся за час с небольшим, не было.
   - Обожди пару минут, старлей, договорим чуть позже. Там оружие привезли, надо получить.
   Кроме нашего "спиди-гонщика" из машины выбрались два совершенно незнакомых мне типа: один, невысокий чуть полноватый брюнет лет тридцати, щеголял в синем "фирменном" эмчээсовском комбезе с погонами старшего лейтенанта, второй, высокий и костистый мужик лет сорока с совершенно седыми волосами, был в одет в отменённую лет пять как форму лётного состава и погоны имел капитанские.
   - Принимай подарки, капитан! - Виталик поманил меня.
   - Капитан Заславский, - представился я незнакомцам. - Василий.
   Судя по внешнему виду и повадкам, оба наших гостя тянули лямку уже не один год, а это значило, что с большой долей вероятности общий язык найти с ними будет легко.
   - Капитан Макаренко. Сергей, - первым протянул руку лётчик.
   - Старший лейтенант внутренней службы Николай Алексеенко, - отрекомендовался второй.
   - Мужиков прислали, как представителей властей. Коля будет контролировать защиту от О-Эм-Пэ, а капитан от горвоенкомата представителем, так сказать, благословлять будет, - коротко обрисовал обязанности вновь прибывших мой друг.
   Голову можно на отсечение дать, что за короткую дорогу от Торжка к нам он уже успел душевно побеседовать с офицерами и, наверняка, вечером расскажет - что к чему. Профессия у него такая была - с людьми разговаривать.
   - Без обид, товарищи офицеры, но пообщаемся позже - людей вооружить надо. А то, прям как в Гражданскую - в чистом поле с голой жопой.
   Сибанов открыл багажник
   - Тю, и это всё? - стандартный ящик с "калашниковыми", три потертых и чёрт знает чего повидавших "семьдесят четвёртых" и ящик патронов - вот "богатый" ассортимент, на который расщедрился военкомат.
   - Хреново у нас с оружием, если честно, - отреагировал на мой расстроенный вид капитан. - В городе в основном лётчики, а у нас стрелковки хрен да ни хрена, а мобсклады в Ржёве были.
   - А сгонять туда на "стакане" или "восьмом" не судьба? Вы же вертолётчики?!
   - Туда минимум две боеголовки прилетели - в аккурат, на западную окраину, где склады, и на восточную - там резервная база истребителей ПВО была. Минимум сорок килотонн на пятачок пять на пять - только угольки остались.
   "Вот это мы попали!" - пронеслось в голове.
   - Кстати, нам пока везёт, - продолжил лётчик, - как наши "колдуны" из метеослужбы сообщили, ветер сейчас северо-западный, так что в ближайшее время гадость из Твери и Ржева не в нашу сторону летит.
   Вздохнув, я открыл ящик со стволами. "Ну, эти-то хоть новые... С консервации . Жаль у меня времени приводить в порядок нет, - с сожалением закрыв крышку, я взял потёртый автомат, что лежал рядом. - Присягу с ним, наверное, пол Китая принимала, если в человеко-часах считать".
   Быстро разобрав оружие, я проверил состояние механизмов и канала ствола. "А ничего состояние, стреляли из него мало, больше на ремне таскали, вот и обтёрся... Смазка на месте, следов ударов не видно - возьму себе!"
   - Капитан, - оторвал меня "мужского стриптиза наоборот" эмчээсовец, - а это что за человек у вас к забору привязан?
   - Разрешите доложить! Это - пленный! - сверкая гордой улыбкой, давешний часовой встрял в наш разговор, совершенно не подозревая, сколько пунктов устава он нарушил, юный милитарист, блин!
   - А это мы, старлей, мародёров взяли, - отвлёк я внимание от нарушителя субординации. - Остальных постреляли, а этого взяли.
   - Постреляли? - округлил глаза "спаси-меня-от-всего-на -свете".
   - Нападение на часового, грабёж, мародёрство, нанесение менее тяжких телесных, вооружённое сопротивление представителям власти... - монотонное перечисление прегрешений, судя по выражению лица эмчээсовца, произвело должное впечатление. - И всё эти милые шалости - в военное время!
   Виталик хмыкнул:
   - Зуб даю, ты всех и пострелял!
   - А чо они! - голосом малолетнего дебила ответил я.
   Угрызений совести я действительно не испытывал - слишком многое в данном случае переплелось. Конечно, лёгкое удивление от того, с какой лёгкостью я вернулся из двенадцати лет гражданской жизни в состояние "война", немного удивляло, но участь отморозков усугубилась ещё и тем, что я совершенно искренне презирал и ненавидел вот таких сытеньких, накачанных молодчиков, которые, как показывал мой служебный и военный опыт, очень легко переходят границы, когда дело касается кого-то другого, и крайне трепетно относятся к собственной драгоценной персоне.
   Да, в армии, в последнее время, они редкие гости, хотя друзья, продолжавшие тянуть лямку, рассказывали, что в связи с изменениями последних лет, многие из таких приходят сейчас служить после институтов. Про подвиги их они тоже рассказывали. Вроде обещания позвонить с жалобой крутому папе, после получения наряда от комроты.
   - Да не... - протянул Виталик, - я так, узнать просто. Кстати, тут тебе подарок от местного военкомата, - покопавшись в недрах машины, он протянул мне свёрток.
   "Ба, с чего бы это?!" - свёрток оказался камуфляжной курткой на молнии с капитанскими полевыми погонами, причём "камок" был той расцветки, которую обычно носили летчики.
   - С чего такое богатство?
   - Майор Ласин свою старую вам прислал, - ответил вместо Виталика лётчик. - Посчитали, что форма вам будет нужна. Подполковник, - он покосился на Сибанова, - коротенько рассказал в штабе про ваши былые подвиги, так что вы у нас тут, считай, главный "полевой командир". Вот и бумаги выправили, - и он протянул мне сложенный пополам лист.
  
   "Предписание... Назначается ответственным... Оперативный район "Думаново-Марьино"... оказывать полное содействие", - пробежав глазами документ, я задумался:
   "Сильно на мандат времён Гражданской похоже. Какая-то странная цидулька. Если рассмотреть вопрос повнимательнее, то, выходит, всеобщую мобилизацию объявить не успели, а сейчас мы имеем дело с самодеятельностью местного военкома. Странно, почему оповещение не прошло? Неужели спутники все разом загасили? Верится слабо - в последние несколько лет в эту сторону какие никакие, а деньги потекли. Да и большие шишки первым делом в ЗКП должны были броситься, шкуры свои спасая... Ладно! - мысленно махнул я рукой, - со стратегией этой и потом разобраться можно будет! И понятно, почему местное командование назначило меня старшим, а не Витальку, к примеру. Тут ножками топать надо, и стрелять, и морды бить, а у него наклонности другие - ему бы мозгой шевелить да интриги плести".
   - ...ля, это произвол. Я буду жаловаться прокурору области! - визгливые крики выдернули меня из задумчивости.
   Как выяснилось, это пленный молодчик, заметив официальных лиц, решил покачать права и теперь оглашал окрестности угрозами вперемешку с нецензурщиной.
   Сибанов стремительно подошёл к парню:
   - Прокурор, так? - чуть насмешливо он поинтересовался у горлопана.
   - Да, мля! А ты что за хрен с горы? - несмотря на то, что стоял он на коленях и был примотан к хлипкому штакетнику куском проволоки, мародёр говорил нагло и развязно. - Я с такими придурками разговаривать не собираюсь! Вы у меня все по статье пойдёте! Вот сейчас господа военные во всём разберутся и...
   Хрясь! - кроссовок Виталия прервал тираду, впечатавшись в подбородок наглеца. От удара пленный опрокинулся назад, и целая секция штакетника завалилась под его весом.
   "Хлипковат заборчик оказался!" - отметил я про себя.
   - Капитан, грабёж был? - громко спросил Сибанов.
   - Был, - я ответил машинально, сперва не поняв, к чему ещё раз говорить об одном и том же, но потом заметил, что на дороге около штаба собралось человек двадцать из числа наших подопечных, и сообразил, что именно затеял мой друг.
   "Слегка Диким Западом отдаёт, но по-другому вышло бы дольше и муторнее".
   - Нападение на часового было?
   - Да.
   - Часовой предупредил этого... - Виталик вовремя спохватился и проглотил соответствующее наименование, - о последствиях?
   - Да.
   - Так чего тянуть? - и, повернувшись к собравшимся на дороге, Сибанов крикнул: - Эй, буксировочный трос есть у кого?
   - Зачем, командир? - спросил степенный здоровяк с длинными вислыми усами, при взгляде на которые мне отчего-то пришел на ум ансамбль "Песняры" и их фронтмен Мулявин.
   - Повесить, вон на том знаке, - просто ответил Виталик, показав на дорожный указатель. - Патронов у нас кот наплакал, а по законам военного времени за его "милые чудачества" вышка полагается, невзирая ни на какие моратории.
   - Э, - озадачился усатый, - какое военное время?
   - Простое. У нас война сейчас идёт.
   Я хлопнул себя по лбу: "Блин, мы же пока не объявляли про ядерный удар! Пока только на загадочную техногенную катастрофу в Твери всю эту мельтешню списывали! О том, что по нам жахнули, в округе человек десять знают!"
   - Да, товарищи, - в голосе друга появились "официально-протокольные" нотки, - сегодня утром по нашей Родине был нанесён ракетно-ядерный удар. Связи со столицей и руководящими органами пока нет и мы, находясь в подчинении командования Торжокского гарнизона, выполняем сейчас функции власти. Я подполковник Сибанов, а это, - он показал на меня, - капитан Заславский, комендант района. А вон там, - Виталик развернулся к зарослям полыни, где тихо поскуливал пленный, очевидно начавший понимать, в какую передрягу он попал, - человек, который решил не обращать внимания на всеобщую беду и совершивший тяжкие преступления!
   "Да, хорошо их в Академии учили. Вещает, что твой Цицерон. Я бы так точно не смог!" - восхитился я. Естественно, про себя.
   - Товарищ подполковник! - окликнул Сибанова Макаренко. - Я думаю, что время сейчас на этого тратить не будем, - и он выразительно посмотрел на небо. - До вечера подождёт, не Снегурочка - не растает!
   - Пожалуй, вы правы, капитан! - Виталик повернулся к ошеломлённым зрителям. - Товарищи, у меня к вам большая просьба! Не могли бы вы поработать гонцами, и оповестить остальных, что через, - он посмотрел на часы. - Через пятнадцать минут все мужчины призывного возраста собрались у здания штаба. В одиннадцать сорок.
   Ошарашенные свалившейся бедой люди стояли молча. Наконец, тот самый усач, нервно сглотнул и ответил:
   - Так точно, товарищ подполковник. Оповестим.
  
   ***
  
   До сбора мы успели обсудить ещё массу важных, чуть менее важных и совсем неважных вещей, начиная от связи с командованием, и заканчивая бородатыми анекдотами, рассказанными капитаном-лётчиком.
   Для связи нам обещали прислать старенькую Р-105 со связистом для обслуживания и, возможно, протянуть полевую телефонную линию до Думаново, на случай если городская АТС гикнется.
   А вот как решить проблему с вооружением, никто не знал.
   - У нас для караулов стволы есть, и для офицеров пистолеты, - грустно объяснял Макаренко. - В гарнизоне ещё немного, да у ментов кой-чего имеется.
   - А мобзапасы? - память о советских ещё временах не давала мне покоя.
   - Большие склады в Ржеве и в Твери. А у нас ни хрена, насколько я знаю. То, что было, вывезли ещё в две тысячи седьмом, но куда - мне, понятное дело, не докладывали.
   - То есть "Эс-пятые" и "Эс-восьмые" у вас есть, а автоматов нету?
   - Бортовое любое есть, но не будете же вы "яковом" мародёров гонять?
   - Это ЯкБ что ли?
   - Он.
   - Ну, это смотря, какие мародёры будут. Соберётся таких как эти, - я мотнул головой в сторону окна, - сотни две да при стволах, только с вашей помощью и отмахаемся.
   - А что у вас из вертушек есть? Только без кликух, я в них не силён.
   - Да всё, что душе угодно! - с жаром заявил Макаренко. - Ка-50, Ми-28Н, Ми-26, Ми-24, Ми-8, Ми-4, транспортники! Это если в музей не залезать.
   - Сколько всего наберётся?
   - Больше полусотни боевых, ну и в шестьсот девяносто шестом полку ещё штук тридцать.
   - Богато! А...
   - А командует кто? - встрял Виталик
   - Генерал-майор Черняев. Александр Юрьевич. Нормальный мужик, "афганец".
   - Значит, договоримся, мне кажется!
   - А нам деваться некуда... Что у вас с МТО?
   - Нормально. Мы же учебно-исследовательский центр, как-никак.
   - А в Твери охотничьи магазины есть? - озвучил я пришедшую мне на ум идею.
   - Есть парочка, - ответил эмчеэсовский лейтенант. - Арсенал и Охотник, но они в центре, так что если туда ядерное что-нибудь бросили, то без мазы... А даже если и уцелели, то как туда добраться-то?
   - Это при полусотне вертушек под боком?
   - Верно, я как-то не подумал.
   Я обратил внимание, что Сибанов, вытащил портмоне и, вывалив на стол многочисленные бумажки, внимательно рассматривает каждую из них.
   - Что потерял, подполковник?
   - Уже нашёл! Вот! - и он протянул мне картонный прямоугольник.
   "Оружейный магазин 13Калибр
   13 км. от МКАД по Ленинградскому шоссе, д. Черная Грязь д.3
   Часы работы: пн-сб: 9:00-19:00 вс: 9:00-18:00. ":
   - было отпечатано на визитке.
   - Там барахла столько, что на грузовике не увезёшь! Заодно можно и в "Выстрел" заглянуть - он по дороге.
   - А его, вроде, закрыли?
   - Это стрелковые курсы на Можайке закрыли, а в Солнечногорске пока не успели.
   "Как же я мог забыть про Высшие офицерские курсы и учебный центр при них?! Старею, что ли?"
   - Я сейчас! - воскликнул Макаренко, бросившись к телефону.
   - Давай, договаривайся насчёт транспорта, а мы пока с народом пойдём разговаривать, - подвёл итог совещанию Виталик.
  
   ***
  
   "Фига себе! - изумился я, когда увидел, сколько народу собралось на митинг. - Неужели вся эта толпа возле нашего опорного пункта застряла?"
   На обширном поле, ограниченном линейкой временных укрытий, дорогой, ведущей к нашей даче, и задами посёлка, на первый взгляд, собралось человек триста-четыреста.
   Разъяснил ситуацию подошедший к нам Серёга-дальнобойщик:
   - Тут не только наши собрались, несколько человек аж из Марьино добрались. На разведку, как говорят. Наши пока только до Дубровки с объявлениями дошли. Но, сами знаете, слухами земля полнится.
   Толпа представляла собой зрелище несколько сюрреалистическое - представьте себе несколько сот человек обоих полов, разного возраста и социального статуса, собравшихся на обычном таком среднерусском поле. Народные рубашки в клетку соседствовали с модными пиджаками, а простенькие сарафаны с вещевого рынка - с дамскими брючными костюмами от ведущих домов моды. Может в силу такого расслоения, а может ещё по какой причине, но толпа была непривычно молчалива. Обычно, когда собирается столько народу в одном месте, то разговоры сливаются в непрерывный гул, однако не в этом случае. Нет, назвать эту тишину мертвой было нельзя, но я слышал даже, как посвистывает ветер в полыни.
   - Давай! - негромко сказал Виталик, незаметно для окружающих подтолкнув меня вперёд. - Ты у нас теперь главный, - обернувшись, я не заметил на лице друга всегдашнего шутливого выражения, наоборот - он был крайне серьёзен!
   Поправив висевший на плече автомат, я сделал несколько шагов вперёд, оказавшись между офицерами и толпой:
   - Товарищи! - слово господа мне показалось совершенно неуместным в данной ситуации. Ведь мы и были сейчас именно товарищами, товарищами по несчастью, товарищами по общей беде. - Началась война! В стране объявлено чрезвычайное положение! - только сейчас я начал осознавать весь ужас случившегося, и почувствовал, как горло стискивает невидимая стальная рука. "Очнись! Не хватало ещё, чтобы ты, мать твою, командовал тут, заикаясь и мямля, как интеллигент в КПЗ! - Резкий вдох через нос, затем мысленная команда мышцам шеи максимально напрячься, задержка дыхания и медленный-медленный выдох ртом. - Вроде отпустило..."
   - Командованием я назначен военным комендантом этого района! - привычная терминология облегчала мою задачу, помогая строить фразы. - В связи с этим, объявляю всех военнообязанных мобилизованными! - Вот теперь люди ожили, и по толпе прокатился глухой ропот.
   - С какой это стати?! - крикнул кто-то из задних рядов. Голос, вроде, мужской, но истеричные интонации больше подошли бы стареющей стерве. - Вы мне не указ! Мы все сейчас же отправляемся домой!
   "Только паники с разбеганием по кустам под лозунгом: "Спасайся, кто может!" мне для полного счастья не хватало! Но на горло брать не будем, при истерике разумные доводы, как правило, на слух не воспринимаются":
   - Вы не потрудитесь выйти вперёд? - громко, но размерено и спокойно, предложил я паникёру. - А то вас плохо слышно...
   "Так, пара мужчин в первом ряду скривили в усмешке губы. Буду знать, что на них можно рассчитывать!"
   - Вы вообще-то кто такой?! - снова взвизгнул, протолкавшись вперёд, местный смутьян - невысокий толстячок, чьё пузо нагло выпирало из-под спортивного костюма "Хуго Босс". Он требовательно потряс сжатым кулаком и повторил свой вопрос. Стоящий у него за спиной рослый парень с фигурой борца и одетый в недешёвый костюм поморщился.
   - Я-то? - "Эх, давно мне в таких "тёрках" участия принимать не приходилось, всё больше с культурными людьми общаюсь..." - Капитан Заславский, а что вас беспокоит?
   - Я заместитель префекта Дробченко! - визгливости в голосе у толстяка не убавилось, но вид при произнесении этой тирады он принял настолько горделивый, что к нему больше подошло что-нибудь вроде: "Божьей милостью, самодержец всероссийский!"
   - И?
   - Я требую уважения к нашим гражданским правам!
   Судя по реакции окружающих, гражданские права - это было последнее, о чём они сейчас думали.
   -Да кто же их нарушает?! - насмешка в голосе Сибанова была явной. - Или вы подпадаете под двадцать третью статью федерального закона? Вы под следствием? Отбываете наказание?
   - У меня... у меня сердце... - хитрый заход Виталика явно выбил чиновника из колеи.
   - И справка есть? Если есть, то ничего не можем поделать. Будете нести нестроевую службу.
   - Но я должен получить повестку!
   - Не вопрос! - широко улыбнулся подполковник. - Назовите ваши фамилию и имя-отчество.
   - Дробченко Артур Вениаминович. Одна тысяча девятьсот шестьдесят пятого года рождения.
   Сибанов жестом фокусника вытащил из кармана куртки блокнот с ручкой и принялся что-то быстро писать:
   - Кстати, согласно статье десятой закона о мобилизации, мы можем привлечь вас для выполнения работ направленных на укрепление обороноспособности страны, - и ещё раз широко улыбнувшись, Виталик протянул мне листок: - Поставьте вашу подпись, товарищ комендант!
   Дробченко замер с открытым ртом - очевидно, он не ожидал, что его усмирят его же оружием - крючкотворством.
   Многие из тех, кто стоял рядом, заулыбались. Трюк Виталика отвлёк их от тяжёлой, я бы сказал, неподъёмной вести.
   - Товарищи! - настала пора ковать железо. - В настоящее время наша первоочередная задача - обеспечить вас всех хотя бы временными укрытиями. И, как видите, мы эту задачу практически выполнили! - я показал рукой на наши "времянки". О снабжении продовольствием и предметами первой необходимости мы сообщим чуть позже. Мужчин-военнообязанных я попрошу зарегистрироваться у товарищей офицеров. А сейчас представитель МЧС сообщит вам некоторые требования,
   Лейтенант Алексеенко выдвинулся чуть вперёд:
   - Первое - не заводите двигатели своих машин, горючее надо экономить! Второе, по-возможности старайтесь не выходить наружу из укрытий и транспортных средств. Для гигиенических надобностей мы построим специальные помещения.
   Третье. Если среди вас есть медработники, прошу вас прибыть в штаб для инструктажа и развёртывания полевого медпункта.
   Остальные вопросы будем решать в рабочем порядке.
   - Скажите, а что с радиацией? - интеллигентного вида женщина даже схватила эмчеэсовца за рукав.
   - Да! Верно! - подхватил стоявший рядом с ней мужчина.
   - С радиацией всё в порядке, - Николай осторожно высвободил руку из захвата. - Пока нет никаких сведений, что...
   - Да ладно вам тень на плетень наводить! - мрачный мужчина лет пятидесяти сплюнул на землю. - Не из-за вторжения ваххабитов каких-нибудь мобилизацию объявили же?
   - Верно! - приблизившись, я посмотрел ему прямо в глаза. - Но данных по радиационной обстановке пока нет, товарищ... майор? - облик у моего собеседника был довольно характерный.
   - Кап-два я, - он протянул мне руку. - Александр Вермелев. Северный флот. БЧ-Один.
   - Это штурмана, - внезапно подсказал мне тот громила, что стоял за спиной у помощника префекта, и тоже представился: - Андрей Борматенко, сто шестой полк морской пехоты ТОФа, старший сержант, на дембель в две тысячи втором ушёл.
   - Воевал?
   - Не довелось, - он покачал головой. - Но все наши комбаты и замбой в своё время на югах отличились, и натаскивали нас соответственно.
   - Здесь как оказался?
   - А я водилой у того толстяка горбатился, - бывший морпех скосил глаза в сторону скандалиста.
   - И телашом тоже?
   - Ага.
   - Оружие есть?
   Вместо ответа он сдвинул полу пиджака, открыв поясную кобуру с "семьдесят первым" "ижом"
   - Товарищ капитан второго ранга, вы сейчас в штаб пройдёте или вам вещи собрать надо?
   - Да какие там вещи, - моряк нажал кнопку на пульте автомобильной сигнализации, дождался звукового сигнала и продолжил. - Куда они на хрен денутся с подводной лодки! Пошли, сержант! Родина зовёт!
   "Ещё два военных и один ствол, что не может не радовать, теперь нас восемь человек и можно уже делиться на группы."
   - Товарищ комендант! Товарищ комендант! - передо мной очутилась высокая, за метр семьдесят, женщина лет тридцати - тридцати пяти. Постоянно поправляя падающую на глаза чёлку, она затараторила: - У нас тут дети! Десять детей! Нам бы их покормить! Мы сами потерпим, но покормить их надо! Многие в дороге с утра. Маленькие...
   - Стоп, стоп, стоп! - подняв руку, я прервал поток слов. - С детьми поступим следующим образом - вон стоит автобус, - взмах рукой в сторону потрёпанного грязно-белого "пазика", притулившегося на обочине дороги. - Все дети, вместе с матерями собираются в нём, потом мы отвезём их в более комфортное и спокойное место. Сбор через двадцать минут.
   Не обращая внимания на слова благодарности, я повернулся к Виталику, записывающему в блокнот данные очередного мобилизованного:
   - Двадцать человек нас не стеснят, как считаешь?
   - Конечно, нет! - он оторвался от блокнота. - Надо только девчонкам нашим записку написать, чтоб не испугались.
   - Я напишу, не отвлекайся.
  
   ***
  
   "Перепись населения" и распределение обязанностей заняли у нас больше часа, так что к моменту, когда Макаренко сообщил нам, что идея о "налёте" на оружейный магазин принята командованием с энтузиазмом и вовсю идёт подготовка вертолётов, пальцы у меня уже сводило от писанины, а на указательном правой руки образовалась солидная мозоль.
   - Слушай, Вася, надо бы за эту работу женщин посадить, а то мы скоро ни на что негодны будем! - Виталик зло отбросил ручку и с наслаждением потянулся. - Даже ротному командиру писарь положен!
   - Инициатива, брат, наказуема! Ты этим и займись, а я пойду до магазина пройдусь.
   - Ага, пару пузырей возьми! - съехидничал подполковник.
   - Я в "дальнобойный", там, вроде, их хозяин приехал. Или директор. Надо насчёт всякого барахла договориться. Я думаю, в баках можно воду запасти. Или от скважины привезти. Народ всё едет и едет, а жажда - штука такая.
   В дверь постучали.
   - Да, войдите! - первым среагировал "профессиональный кабинетный работник" Сибанов.
   - Здравствуйте, товарищи командиры! - эту девчонку я видел на заправке. - Я вам тут поесть принесла.
   - Поесть - это хорошо! Поесть - это здорово! - обрадовался Виталик.
   - Мы там с нашими решили, что вы с утра голодные, - девушка начала доставать из сумки свертки и раскладывать их на столе. - И... - она на мгновение замялась, - Спасибо вам, что злыдней загандошили! Я эту гадскую породу знаю, - она снова осеклась, и на лице её появилось выражение "ой, а то ли я говорю?"
   - Продолжай, красавица! - Виталька сцапал со стола бутерброд с сырокопчёной колбасой и сейчас освобождал вожделенную пищу от целлофановой обёртки. - И не стесняйся - сейчас у нас время такое. Честное, я бы сказал! Гады - они гады и есть, а добрые люди - добрые. Без оглядки, понимаешь, на средства массовой информации и правозащитные организации... - правда, про организации разобрал, наверное, только я, так как наш оратор уже откусил от бутерброда солидный кусок, не прекратив, однако, разглагольствовать.
   - Помолчи, а то кусок в не то горло попадёт! А другого такого нам где искать?
   Совету Сибанов последовал, а я осмотрел "поляну":
   "Так, пара котлет, полкруга "краковской" и десяток бутербродов с сервелатом и сыром. Нормально - едали и похуже..."
   - Вот ещё, товарищ комендант! - из бездонной сумки появились четыре бутылки пива и...
   - Э, а водка нам зачем? - остановил я девушку, как раз доставшую две поллитровки с беленькой.
   - Так военные это дело уважают! У меня брат служил, рассказывал... Или вам коньяку принести? - удивилась "добровольная маркитантка нашего гарнизона", как я окрестил про себя нашу гостью.
   - Да, Василий, не отказывайся, а то нас, чего доброго, ещё за американских шпионов примут! - хохотнул Сибанов.
   - Ладно, оставь бутылку. Глядишь, в медицинских целях пригодится.
   Смутившаяся барышня вернула "жидкую валюту" на стол и засобиралась.
   - Спасительница, а расскажи-ка нам, кто в вашем заведении командует? - подкрепившись, мой друг пришёл в благодушное состояние, но и о деле не забывал.
   - Танюха Белова, но она сейчас домой поехала. В Глядини. Это вёрст семь отсюда. Но вы не переживайте, она нам разрешила.
   - Хорошо. А тебя как зовут?
   - Мариной.
   - Вот что, Мариночка. Через час подготовь нам список всего съестного, что в вашем заведении водится. Договорились? Меня, кстати, Виталием Андреевичем зовут, а коменданта нашего - Василием Семёновичем.
   После ухода девушки мы принялись за еду, но спокойно поесть нам не дали - дверь распахнулась, и в штаб вошёл парень самого, что ни на есть неформального вида - спутанные в подобие африканской причёски волосы, металлические блескучие украшения в ушах и в носу. Ещё и чехол с гитарой за плечами.
   - Штаб здесь? - с порога взял быка за рога этот "недорастаман".
   - Ну? - буркнул Сибанов.
   - Я хочу вступить в отряд! - окинув взглядом помещение, неформал, опустил свой тощий зад на один из стульев, попутно зацепив чехлом с музыкальным инструментом стопку бумаги на моём столе, отчего часть листов свалилась на пол.
   - Вы дверью не ошиблись, молодой человек? - поставив початую бутылку пива на стол, мой друг вперил взгляд в необычного гостя. - Я, конечно, понимаю, банды и музыкальные бывают, но тут вы явно не по адресу...
   - Я, между прочим, эмвэму закончил! - парень явно не смутился.
   - Что-что ты закончил?
   - Московское военно-музыкальное училище!
   - Ага! А я - Борис Моисеев! - и Сибанов снова взял со стола бутылку, давая понять, что разговор окончен.
   Парень усмехнулся:
   - Военный комендант гарнизона обязан:
   Первое, организовывать несение караульной службы по охране и обороне общегарнизонных объектов в соответствии с расписанием караулов и патрулирование в гарнизоне.
   Мы так и застыли!
   - Второе, - продолжал, как ни в чём ни бывало, гость, - осуществлять контроль за соблюдением военнослужащими воинской дисциплины, правил ношения военной формы одежды и воинского приветствия; систематически изучать состояние воинской дисциплины, караульной службы и патрулирования в гарнизоне и ежемесячно докладывать начальнику гарнизона выводы и предложения по их улучшению и устранению причин, порождающих нарушения, - словно пулемёт оттарабанил он. - Правда, вы мне уже должны десяток нарядов вкатить, но для этого сначала надо принять меня. - И он заливисто расхохотался, наверное, выражение наших лиц стало тому причиной?
   - Специальность у тебя какая? - захлопнув рот, выдавил Виталик.
   - Тромбонист, немного саксофон, гитара, клавишные, - не моргнув глазом, ответил милитаризированный неформал.
   -Гм, нам тромбонисты нужны, товарищ капитан? Или на клавишных остановимся?
   - Я бы, товарищ подполковник, не отказался бы от специалиста по противохимической защите, или, на худой конец, пулемётчика.
   - Ну, не будьте таким привередливым, комендант! Хороший тромбонист и пулемёт освоить сможет, так, молодой человек?
   - А вы за словом в карман не лезете, господа офицеры! - улыбнулся музыкант.
   - Товарищи, - поправил его Виталий.
   - Что "товарищи"?
   - Товарищи офицеры, слово "господа" нам несимпатично... И, кстати, неплохо бы было представиться, - первый шок прошёл, и теперь переговорить кадрового разведчика у молодого разгильдяя (А кем ещё может быть человек с такой внешностью?) вряд ли получится.
   - Сержант запаса Баталов, товарищ подполковник! Сергей Александрович, восемьдесят второго года рождения! - что удивительно, докладывая, парень отставил в сторону чехол с гитарой и встал со стула. И стойку принял вполне уставную.
   - Срочную проходил, стал быть, если "запаса". А где? - Сибанов записал данные нашего нового рекрута.
   - В оркестре московского гарнизона, а потом в Ростове, в пятнадцатом оркестре штаба Северо-Кавказского округа.
   - Сослали?
   - Нет, сам поехал. В Москве надоело.
   - Ладно, считай, ты принят. На довольствие пока поставить не можем - нет его, довольствия.
   - Я потерплю.
   - Ну, и чудно. Вот, - Виталий протянул парню листок бумаги. - Передашь старшему сержанту Порошникову. Это крепкий такой дядька лет сорока. С "калашниковым".
  
  
   Глава 3.
   Запас карман не тянет.
  
   Торжок, Мобилизационная набережная дом 21... июля, 2013 года. 13:05
  
   В комнате было накурено так, что периодически у сидевших за столом мужчин начинали слезиться глаза. В такие моменты возглавлявший совещание подполковник громко командовал: "Отставить, дымить!", и минут пятнадцать никто не притрагивался к пачкам, во множестве разбросанным на длинном столе.
   - Что из Волочка сообщают?
   - Всё штатно, - откликнулся молодой капитан с эмблемами связиста. - Ну, насколько это вообще возможно в нынешней ситуации. ТЭЦ работает, беженцев планируют размещать в старых казармах, что рядом с монастырём - ну, бывшие пятой авиашколы, и в самом монастыре, - скороговоркой отрапортовал офицер. - Октябрьская дорога встала - нет напряжения в контактной сети. Они отправили поисковые группы, выводить людей из пассажирских поездов, но дрезин всего три.
   - Понятно. Что по тысяча семьсот сорок первому?
   - Введён усиленный режим охраны, но нам они пока не сильно нужны - там, в основном инженерные боеприпасы, а на хрена нам сейчас мины и заряды разминирования?
   - Что, стрелковки нету?
   - Есть, но немного.
   - По городу сколько собрали?
   Куривший, несмотря на приказ, на подоконнике милицейский капитан в сером "городском" камуфляже, затушил окурок в пепельнице из разрезанной пополам пивной банки:
   - Наши попытались провести реквизиции, но народ посылает всех к бую. Решили до стрельбы не доводить, а то хрен знает, что начнётся!
   - Да уж, - подполковник потянулся к пачке "Мальборо", но, видимо, вспомнив о собственном приказе, отдернул руку. - Получается, другого выхода, чем предложили эти "дачники" из Думаново, у нас нет?
   - Выходит, что так, - согласился высокий майор, наливавший себе воды из чайника.
   - А проблем не будет? - подключился милиционер.
   - А ты пошли с ними кого-нибудь из ваших или сам поезжай. Как представитель закона! - подполковник поднялся со стула. - А то, понимаешь, у меня скоро мясорубка может начаться, а стволов даже для всех часовых не хватает. Дожили, бля!
   - Ну, мясорубка может не случиться... - однако продолжить правоохранителю не дал сам военный комиссар.
   - Ага, а то, что "дачники" уже мародёров в расход пустили, ты не слышал? Или, бля, внимания не обратил, а капитан?
   - Александр Васильевич, - милиционер поднял руки, притворно сдаваясь, - правомочность действий этого "рыцаря плаща и кинжала" сотоварищи ещё надо расследовать.
   - От те нате, хрен в томате! - всплеснул руками военком. - Ты сам-то, Дмитриев, по воинскому, - подполковник выделил это слово голосом, - кто?
   - Сержант, - смутился милиционер.
   - Вот! - назидательно поднял палец местный воинский начальник. - А товарищ Сибанов, - подполковник, с академическим, между прочим образованием. Да и второй, судя по описанию - тоже не "эффективный, нах, менеджер". Так что доверия у меня к ним раз в сто больше, чем ко всем нашим обитателям Тверецкой набережной вместе взятым! Хоть ребята эти не строевики, а из-под Феликса. Так что давай, выделяй сопровождающего! И чтоб он через полчаса уже был у летунов! Я правильно понимаю, у вас всё готово к рейду? - этот вопрос был адресован уже авиационному майору в "старорежимной" синей форме.
   - Так точно! Через сорок пять минут можно будет вылетать!
   - Так, теперь что у нас в Лихославле?
  
   ***
  
   К трём часа первоочередные хлопоты отступили - часть проблем решили, прочие же удалось переложить на чужие плечи. В конце концов, хороший командир тем и отличается от плохого, что у первого личный состав работает как надо. А себя я относил всё-таки к первой категории. Так что в штабе царил относительный покой. Мы с Виталиком, усевшись рядышком, занимались сортировкой личного состава, прикидывая, куда кого поставить, а Стоцкий оккупировал мой стол и занимался строительными расчётами. В двух деревнях, что располагались неподалёку от нашей дачи, обнаружилось много брошенных домов, и Фёдор пытался определить, сколько из них можно привести в божеский вид для размещения всё прибывающих по шоссе беженцев.
   Сергей-десантник и ещё два добровольца во главе с эмчээсовским лейтенантом выехали в сторону Твери для оповещения застрявших на федеральной трассе бедолаг. В качестве транспорта Серёга взял свой роскошный "Рено-Магнум", пятисот сил которого должно было хватить как для растаскивания заторов, так и для сноса разделительного заграждения. Чтобы облегчить решение последней задачи, умельцы из ремонтной мастерской на скорую руку присобачили к морде тягача монументальную решётку-отбойник.
   "Надо срочно выяснить, что там с моими, да и с Иркиными родственниками! - мысль эта пришла внезапно. - Батя, вроде, на даче ошивался. В Тарусе. Мама в отпуск в Евпаторию поехала. Места спокойные, хотя про Крым я бы не был так уверен". - А вот судьба родителей жены вызывала у меня нешуточную тревогу - они сейчас отдыхали в Испании, а что там могло приключиться - одному богу известно. Тут о происходящем в пятидесяти километрах зачастую можно только догадываться, что же говорить о другой части света?
   - Э, заснул что ли? - толкнул меня в плечо Виталик.
   - Нет, про родню задумался.
   Друг помрачнел лицом:
   - А где они у тебя?
   - В Тарусе и в Крыму. А у тебя?
   - На Волгу поехали, в санаторий какой-то, вот у жены в Москве оставались, - он помрачнел ещё больше.
   - Мужики, да не убивайтесь вы так, - откликнулся Фёдор со своего рабочего места. - У меня в Питере все родственники остались так что, мне тоже волосы надо рвать, но пока держусь! Жене только не знаю, как сказать... - он потёр лоб. - Горе-то общее, а переживать его каждый в одиночку будет, как считаете?
   Мы помолчали пару мгновений - каждый, похоже, решал для себя, как он будет переживать свалившееся. Наконец, Виталик шмякнул ладонью по столу, да так, что пластмассовый стаканчик, служивший прежним хозяевам карандашницей, свалился на пол и покатился, рассыпая своё содержимое:
   - Хватит! А то и так голова пухнет! Вечером приглашаю вас, товарищи офицеры, нажраться до поросячьего визга! "Синий ярлык" вас устроит?
   - Устроит, - буркнул Стоцкий. - Но, чтобы до "поросячьего визга", нам литров пять надо будет...
   - Как раз столько и есть - понаподарили в своё время...
   - Тогда и я печень беречь не буду - пишите и меня! - поддержал я печальное начинание.
   Стук - и, сразу вслед за ним, дверь распахнулась!
   "Уё! - только и подумал я, увидев на пороге Ярославу, жену Виталика. Сейчас с неё можно смело Богиню Отмщения рисовать или фурию какую..."
   Волосы растрепались, глаза зло сверкают -ух!
   - Что?! И двадцати минут нет, до семьи доехать, а? А мы там в полном неведении, что с вами.
   Я искренне радовался, что они вдвоём с Ириной не приехали, а то бы нам обоим досталось! Так хоть можно было надеяться, что Виталик с честью выйдет из этой ситуации и утихомирит свою разбушевавшуюся половину.
   - Я думала, что мы теперь нормальной жизнью заживём - без всех этих командировок и секретностей. Ан нет! И трёх месяцев не прошло, как мир спасать лезешь! - она расплакалась.
   - Милая, - Сибанов вылетел из-за стола, словно в его стуле была вмонтирована авиационная катапульта для спасения пилотов. - Всё с нами в порядке, просто заняты очень, сама видишь! Полтысячи душ на нас свалилось! Ты извини, но позвонить сейчас нельзя, - он обнял плачущую жену. - А туда-сюда ездить времени просто нет. Ну, зайчик...
   - Да понимаю я всё, - всхлипнув, ответила Ярослава. - Но женщины, которых вы на постой прислали, сказали, тут стрельба какая-то была, вот мы с Иркой и разволновались!
   - Да какая там стрельба, - пришёл я на помощь другу, - шугнули малолеток, которые помародёрить решили, - я тайком показал кулак Фёдору, решившему, было, влезть со своими комментариями, и он промолчал.
   - Точно? - Виталькина благоверная плакать уже перестала, но любое неосторожное слово могло вызвать новый поток слёз, и я ответил насколько можно уверенно:
   - Конечно! Не на фронте же мы, а в самом, что ни на есть центре России! Считай, функции господина Шойгу сейчас выполняем. В связи с нехваткой местных ресурсов.
   - А как же война? - недоверчиво спросила Ярослава.
   - А кто ж её знает. Может, что-нибудь вроде Югославии или Ливии янкесы нам устроить решили. Связь вырубили, по гарнизонам "томагавками" прошлись... Но мы-то не в гарнизоне! - так складно врать родной жене у меня бы не получилось, но Ирки, слава богу, с нами сейчас не было.
   - Как там мелкие, кстати? Не шалят? - я знал, что вид женских слёз способен вырубить самого сурового мужика, но друзей в подобной ситуации наблюдал впервые.
   - Янек с Илюшкой побесились с утра немножко, - Ярослава переключилась в режим "заботливая мама". - На речку-то не пошли, - упрёк в её взгляде читался весьма явственно. - Но потом мы их отвлекли, а потом "гости" приехали, так что они теперь малышнёй на правах хозяев верховодят.
   - Родная, там, вроде, парочка подростков была?
   - Да, три парнишки и девочка. А что?
   - Передай Вовке, что бы он их сагитировал в лес за дровами съездить. Пусть он рубит, а они полешки в его "крузак" грузят. Договорились?
   - Хорошо, я передам.
   - Ну и отлично! - улыбнулся Виталик. - Мы вечером на всё плюнем и к вам приедем. Вот, ещё и Фёдора с собой возьмём. Познакомься, кстати.
   - А мы знакомы! Вас Фёдор А... - отчество она, похоже, всё-таки забыла.
   - Такой очаровательной леди можно называть меня просто по имени! - встал со стула Стоцкий и отвесил "гусарский" поклон. Даже попытался щёлкнуть каблуками, но, поскольку на ногах у него были модные итальянские мокасины, ничего из этого выпендрёжа не вышло.
   - Всё, родная, поезжай домой, нам работать надо! - прервал эту куртуазию Виталик, провожая жену к двери.
  
   ***
  
   "Семейные скандалы", впрочем, вскоре ушли на задний план - из Торжка позвонил помощник военкома и сообщил, что через полчаса к нам, наконец, прилетят вертолёты.
   Естественно, мы с Виталиком выторговали себе места в экспедиции - всё-таки идея была наша, так что и реализовывать нам. Потом, правда, решили, что двоим лететь несколько опрометчиво, и стали тянуть спички. Мне повезло - короткая досталась Сибанову.
   - Ну не очень-то и хотелось, - буркнул мой друг, а потом добавил: - Хотя если правде в глаза посмотреть, ты там нужнее будешь. У меня подготовка хуже и в людей, как не посмотри, стрелять не привык. Так что жду тебя на вискарь. С баней, естественно!
   - Ты губу не раскатывай, вернёшься, а в бане уже семь таджикских семей живут! - подколол я его.
   - Нет. Ярослава сказала, что они пока в доме всех поселили. В бильярдной и в родительских спальнях. Ну и в столовой на диване. Опять же Юрин домик пустой вроде как...
   - Ну, тогда замётано! Пойду, девчонок на сухой паёк разведу.
   - Ни пуха!
   - К чёрту! - выходя, я не стал оборачиваться - примета плохая.
   Перегрузив из багажника на переднее сиденье небольшой рюкзак с "лесным комплектом" и красивый, буквально пару недель назад купленный, "кэмелбэк", я запустил двигатель и выехал на шоссе. Ехать тут всего ничего, а ноги пока отдохнут. Весь мой опыт подсказывал, что лучше плохо ехать, чем хорошо идти.
   Остановив "лесника" около здания заправочной станции, я, по вновь ставшей второй натурой привычке, взял автомат и выбрался из машины.
   - Ха, что за дела, капитан?! - окликнул меня появившийся в дверях магазина запчастей Сергей.
   - Сухим пайком хочу разжиться. Ты, кстати, к походу готов? - идея взять бывшего десантника с собой пришла мне в голову по дороге.
   - Как Гагарин и Титов! Когда выдвигаемся? И, главное, куда?
   - Оружейный магазин брать будем. Вертушки должны через тридцать минут прибыть.
   - Вертушки - это хорошо, а то для парашютного десантирования у меня балласта многовато! - усмехнувшись, Сергей похлопал себя по довольно объёмному животу.
   - Не, только посадочным способом работать будем - там барахла столько, что, боюсь, всё не увезём. У тебя торба какая-нибудь есть?
   - А то! В тягаче рюкзачок имеется.
   - Запасливый ты, Серёга...
   - На себя посмотри, товарищ капитан, - по уставу, конечно, такое запанибратство, наказуемо, но уставщину наводить меня как-то не тянуло, особенно если учесть, что бывший сержант старше меня лет на пять.
   - Фляга есть?
   - Нет, есть кой-чего получше! - и он вытащил из кармана своей лёгкой куртки полупрозрачную пластиковую трубочку, свёрнутую кольцами. - Вот! - он потряс приспособлением в воздухе. - В Финке по случаю прикупил. Наворачивается на любую стандартную пластиковую бутылку, а загубник тут хитрый, губами сжал - вода и потекла. Эх, блин, во время срочки за такую штуку я бы одно ухо точно отдал!
   - Ну и замечательно! - просвещать его на тему, что такие загубники уже давно не новость, а гидрационными системами пользуются все, кому не лень, начиная с инвалидов и заканчивая крутыми натовскими спецназерами, я не стал. - Пошли хавчиком запасёмся - благо контора платит.
   Сотрудницы кафе встретили нас радушно:
   - Товарищ комендант! Проходите, пожалуйста! - искренне обрадовалось Марина, стоило нам войти в крошечный зальчик с тремя столиками. - Вы покушать?
   - Нет, мы с просьбой.
   - Да, конечно! Поможем, чем сможем!
   - Соберите нам, пожалуйста, сухого пайка на сутки примерно.
   - Ой, вы собрались куда? Или стряслось чего?
   - Да ничего серьёзного, - успокоил я девушку. - Так, пробежимся по окрестностям, посмотрим, что к чему.
   - Это правильно, а то вдруг где безобразия какие творятся! Вы когда за едой зайдёте?
   - Минут за пятнадцать успеете собрать? Нам на двоих, я мотнул головой в сторону притулившегося у двери десантника.
   - И Сергей Владимирович с вами поедет?
   - Поеду, Мариночка, что ж мне - на печи отсиживаться?
   Пока мой подопечный был занят разговором со "снабженцами", я выскочил к машине - забрать рюкзак, чтобы перепаковать его, пока есть свободная минута.
   Нет, я не какой-нибудь там свихнувшийся на почве выживания чудак, вроде тех, что строят на подмосковных дачах трёхэтажные подземные бункера и запасают тушенку вагонами. "Интересно, а многие ли из них сумели добраться до своих захоронок сейчас, когда настоящая ядерная война началась? - подумал я, оглядывая багажник своего "форестера". - Топор, лопата, набор инструмента - это банальщина. Такая же, как и "лесной" рюкзачок. Всё-таки за приключениями на дачу поехали, а не кофе в Парк Культуры попить".
   Отчего-то мне вспомнился мой старинный приятель, от которого я, собственно говоря, и узнал про этих самых "выживальщиков". Бывший сержант морской пехоты так проникся идеями этих чудаков, что в каждой комнате своих апартаментов повесил, как он сам говорил, "тревожный комплект". Разгрузочный жилет, под завязку забитый патронами двенадцатого калибра, "тактический" рюкзак с продуктовым НЗ и аптечкой, и "кэмел-бэк" с водой. Причём продукты он раз в два месяца заменял на свежие, а воду обновлял раз в три дня. Ружья, впрочем, он тоже держал рядом, пряча их в сейф, только если в гости к нему заглядывал кто-нибудь малознакомый.
   Данила с жаром рассказывал, как у него всё готово к экстренной эвакуации, игнорируя, впрочем, мои ехидные вопросы насчёт его физической формы. Вопросы были более чем обоснованными, поскольку он, на мой взгляд, набрал четверть центнера лишнего веса, а часовая прогулка по холмам Нескучного сада вызывала у него обильное потоотделение и сильную одышку.
   "Ты ничего не понимаешь, Васька. Мне бы только до Смоленской области добраться, а там у меня уже всё готово! - разглагольствовал он, сидя на диване в своей уютной кухне. - А машин свободных будет вагон!" - отвечал он на следующий ехидный вопрос.
   - А что, если у чувака в машине своя "сайга" найдётся?
   - Хе, там посмотрим! - безмятежно отвечал Данила. - Я всё-таки не полотёром служил.
   Мой вопрос, давно ли он был на стрельбище, был проигнорирован, как провокационный.
  
   ***
  
   Пристроившись за одним из столов, я вывалил содержимое "сидора" (Хоть называть так фирмовый "тактик", оснащённый системой быстрого сброса и моллешными креплениями по всей поверхности было и неправильно, но должно же быть в жизни место иронии?) на белую пластиковую столешницу.
   "Так, один нож явно лишний!" - начал я ревизию имущества.
   - Сержант, ножик страховидный хочешь?
   - Конечно, товарищ капитан, - откликнулся Сергей, о чем-то негромко шушукавшийся за прилавком с ещё одной работницей общественного питания. Вере, как звали "барышню", было лет тридцать пять, так что сдаётся мне, на этот раз у бравого десантника интерес был не только гастрономический. К тому же, как я понял, был Серёга человеком холостым.
   - Лови! - я бросил ему подаренный мне кем-то из друзей златоустовский "Штрафбат" - неплохую копию классического "ножа разведчика образца 40-го года", но с более тонким и хлипким клинком. Данная модификация называлась "Пограничник" и рукоять была выполнена из колец оргстекла так, что белые полосы на ней перемежались с зелёными.
   - Спасибо, командир! - ловко подхватив ножны с клинком, Сергей тут же расстегнул ремень (игриво посмотрев при этом на кафешную нимфу), и быстро прицепил их на пояс. Застегнувшись, он подвигал нож туда-сюда, и, найдя, наконец, удобное положение, извлёк "перо".
   - А ничё так! - резюмировал он, после недолгого осмотра. - На "Вишню" чем-то похож. Только тоньше.
   - Носи. Подарок! - я вернулся к "своим баранам".
   "Пончо противодождевое пригодится, только, думаю, его перед посадкой в вертушку выбросить нужно будет, чтобы не тащить пыль радиоактивную с собой назад. Аптечку - в обязалово возьму. Сменную футболку... Нет, две. А одну оставлю. КЛМН? Нет, не пригодится!" - и я отодвинул пакет со столовыми приборами в сторону.
   Короче, и пяти минут не пошло, как я был готов. Напрягало только отсутствие хоть какого-нибудь подобия подсумков для автоматных магазинов, но я сильно рассчитывал, что в крупном магазине охоттоваров что-нибудь себе подберу, а пока и в карманах поживут.
   - Вот, товарищ комендант, всё готово! - вынырнувшая из подсобки Марина, проскользнула мимо кокетничающей парочки и поставила передо мной на стол два полиэтиленовых пакета.
   - Сержант Порошников! - привлёк я внимание подчинённого. - Кончай амуры и марш за рюкзаком!
   - Слушаюсь, товарищ капитан! - с небольшой задержкой, и, как мне показалось, немного смутившись, ответил десантник.
   - И загляни к мужикам в автозапчасти - вдруг у них "болгарка" завалялась. Хорошо бы, если и домкрат у них приватизировать на время.
   - Двери выносить хочешь, командир? - на лету схватил идею Сергей.
   - Верно, хочу.
   - Так домкрат и у меня найдётся.
   - Ага, и весит под стать твоей таратайке, небось?
   - Что верно, то верно, - согласился дальнобойщик. - Но нам любой "двухтонник" подойдёт.
   - Не любой. Мой параллелограммный, у него ход маловат. Так что не спорь, а дуй в магазин.
   - Так точно, товарищ капитан! - ухмыльнувшись, гаркнул Сергей, и, бросив ещё один игривый взгляд на Веру, отправился исполнять приказание.
  
   ***
  
   Вертолёты прибыли примерно через четверть часа. Мы ошивались без дела в магазинчике при заправке. Точнее, ревизию наличных продуктов питания я за серьёзное дело не считал. Как из-за того, что мы были только на подхвате, так и потому, что уж больно этих продуктов в магазине оказалось мало. Наружу никто не рвался - мало ли какая гадость с неба падает. А то, что падает - это без сомнения.
   Когда от рёва вертолётных движков задрожали стёкла, я совершенно искренне обрадовался. Можно сказать, включился инстинкт, выработанный за годы службы в Таджикистане: "Вертушки пришли - всё будет хорошо!"
   Первым на пятачок стоянки для фур дальнобойщиков опустился потрёпанный Ми-24 с какой-то непонятной хренью под одним из пилонов. И, хоть в обыденной жизни грузовики с трейлерами и кажутся нам здоровенными, но на фоне "крокодила" они, всё-таки, как говорят, не пляшут. На площадке, где по самым скромным прикидкам могли запаковаться три, а то и четыре "дальнобоя" вертолёту места хватило впритык, так что второму пришлось садиться на шоссе. Как и третьему.
   Дверь первой машины сдвинулась в сторону, и на асфальт спрыгнули двое военных, облачённых в недавно принятую на снабжение "цифру". От нас до стоянки было метров семьдесят, так что рассмотреть знаки различия мне не удалось. Придерживая кепи, вояки метнулись к зданию заправочной станции, причём один из них тащил за плечами довольно объёмистый тюк.
   - Серега, приведи себя в порядок, вдруг уставники какие пожаловали?
   - Командир, шнурки я погладить уже не успею, - хмыкнул бывший сержант, и я, вспомнив, что мы одеты "по гражданке", тоже рассмеялся.
   - Добрый день, - поздоровался вошедший первым крепкий брюнет, - где мне найти капитана Заславского?
   Я разглядел на непривычно закреплённом в центре груди погоне три блёкло-зелёных звёздочки.
   - Я Заславский, а вы кто?
   - Старший лейтенант Колмогоров! - вскинул руку к козырьку вновь прибывший. - Начальник группы химразведки.
   На голове у меня было надето полувоенное кепи, так что на воинское приветствие я ответил чисто автоматически.
   "Блин, словно и не уходил на гражданку!" - немного отстранённо отметил я про себя.
   - Старший прапорщик Мирзоев! - представился тем временем второй.
   - Приятно познакомиться! - мы с Сергеем по очереди пожали визитёрам руки.
   - Вы готовы, товарищ капитан? - с ходу перешёл к конкретике старлей.
   - Да. Только кое-какое снаряжение погрузим.
   - Отлично. Есть, кому имущество передать? - офицер кивнул в сторону прапора, как раз сбросившего свою ношу в угол.
   - Это что?
   - ОЗК. Пять штук, - ответил вместо него прапорщик.
   - На нас тоже?
   - Нет, ваши в вертушке. По дороге наденете.
   - А что так мало?
   - Это экстренная, так сказать, помощь. Ещё сорок комплектов на машине отправили.
   - Понятно, - я закинул за спину свой рюкзак и поднял с пола чехол с домкратом. - Пошли, сержант!
   На улице, заметив маячившую в окне магазина запчастей характерную копну немытых волос, я скомандовал:
   - Сержант Баталов, ко мне!
   Не обращая внимания на опешивших от такого зрелища военных, музыкант выскочил наружу и, спустя мгновение вытянулся передо мной:
   - Да, товарищ капитан.
   - Там, в кафешке, комплекты химзащиты привезли. Отвези в штаб, - я достал из кармана ключи от своей машины.
   - Так точно! - и пяти секунд не прошло, как тромбонист скрылся в помещении кафе.
   - Это в каких таких войсках подобные сержанты водятся? - мы прошли уже полдороги до вертолёта, когда старлея отпустило.
   - Каких-каких? Таких, блин, постапокалиптических! - морщась от пыли, поднятой винтом "двадцать четвёртого", буркнул я первое, пришедшее в голову.
   - А если по-честному? - понять, обиделся Колмогоров на довольно грубый ответ, я не смог - гримасничали все.
   - По-честному внутри отвечу, старлей! Понятно?! - до вертолёта оставалось метров пятнадцать, и потому приходилось почти кричать.
   Закинув в гостеприимно распахнутую перед нами дверь свои баулы, мы залезли внутрь.
   - Вон, на тюки пока сядьте, удобнее, чем на лавке, - показал нам старлей, устраиваясь на сиденье перед стойкой с аппаратурой непонятного назначения. Устроившись, он надел гарнитуру переговорного устройства и скомандовал:
   - Готовы!
   Тональность турбины изменилась, вертолёт качнулся, и здание заправки за окном ушло вниз.
   "Всё! Поехали искать приключений на пятую точку!" - отчего-то весело подумал я.
   - Так из каких войск этот "белый негр", капитан? Да ещё и сержант?
   - Военный музыкант бывший. "Суворовец".
   - А, тогда понятно.
   Вертолёт развернулся на месте и, набрав высоту, двинулся вдоль шоссе.
   - Старлей, как тебя зовут?
   - Иваном.
   - Меня Василием. Ваня, как там с радиацией за бортом?
   - Пока нормально. Но дальше будет хуже. Осадки пока не начали выпадать.
   - Это, - я сделал широкий жест, - что, вертолёт химразведки?
   - Так точно. Нашлась парочка. Но "восьмёрка" слишком старая, её пока в порядок приводят. Скорее всего - на Ржев отправят. Как раз по дальности для старичка.
   Я выглянул в окно. Мы летели метрах в трёхстах над шоссе и как раз пролетали Марьино, которое я узнал по приметной церкви с голубым куполом. Машины с трассы тут убрали на обочины и боковые дороги, но дальше, в нескольких километрах впереди, уже был виден хвост гигантской пробки. В сторону наших позиций двигалось множество людей, а вот машин я что-то не заметил. Причина этого стала понятна, когда мы долетели до того места, где федеральная дорога делала петлю в объезд Медного. В этом месте несколько машин пошли на разворот, намереваясь, видимо, поехать назад, и случилась авария. С высоты я хорошо видел две сцепившиеся фуры и несколько разбитых легковушек вокруг.
   Люди внизу, заслышав рокот вертолётов, махали руками, и, очевидно, что-то кричали, но мы этого, естественно, услышать не могли.
   - Иван! - окликнул я старшего лейтенанта. - Попроси пилотов немного снизиться! Я вымпел сброшу! - достав из свёртка заранее приготовленный плакатик с инструкциями, я продемонстрировал его лётчику.
   Колмогоров показал мне большой палец и скомандовал в переговорник:
   - Андрей, зависни метрах в ста, гражданским привет передать надо!
   После того как пилот выполнил приказание, в приоткрытую дверь я выбросил наше послание, в котором предлагалось застрявшим на шоссе людям взять самое необходимое и двигаться в сторону Торжка. К свернутому в трубку и стянутому резинками плакату была присобачена длинная лента из ярко-оранжевой полиэтиленовой плёнки, так что была надежда, что вымпел заметят. Так, собственно говоря, и произошло - к месту падения бросилось сразу несколько десятков людей.
   Стоило нам пролететь ещё пару километров, и внизу мы увидели ещё множество разбитых машин. Как я и предполагал проблемой стал ремонтируемый мост через Тверцу. Некоторые машины даже загорелись после аварии, а один фургон, ехавший со сторону областного центра, пробил ограждение и завис над рекой, грозя каждую минуту рухнуть вниз. Задерживаться здесь мы не стали, тем более что людей внизу заметно не было - то ли в машинах сидели, то ли ушли.
   - Над Тверью дым! - спустя пару минут доложил искажённый динамиком голос пилота.
   - И радиация поползла! - почти синхронно заявил Колмогоров. - Уже семьдесят микроренген.
   - А должна быть сколько? - спросил сидевший до этого момента молча Порошников.
   - Десятка где-то... - ответил старлей, щелкая тумблерами.
   - Резину надевать не пора? - забеспокоился бывший десантник.
   - Нет. Это же с внешних датчиков. А у нас тут подбой есть. Андрей, поднимайся до пятиста! - это было сказано уже пилоту.
   Сквозь слегка мутное стекло я заметил, что два других вертолёта отвернули немного вправо.
   "Ну да, у нас-то спецмашина, и противорадиационный подбой есть. Наверное, и другие фишки имеются?"
   - Включаю наддув! - словно в подтверждение моих мыслей объявил Колмогоров и повернул какой-то выключатель.
   - Фон - сто двадцать. Капитан, - обратился он ко мне, - смотри и ты тоже. Эпицентры, пожары. Зоны разрушения...
   - Понял.
  
   ***
  
   Над Тверью висело облако дыма и пыли. Из-за пробивающихся сквозь густую пелену то тут, то там языков пламени казалось, что весь старинный русский город превратился в сплошное огненное кладбище. Но, когда мы подлетели ближе, стало ясно, что это не совсем так. В основном огнём был охвачен центр города. Горел камвольный комбинат и находящийся рядом с ним торгово-развлекательный центр. Верхние этажи девятиэтажного кирпичного здания областной клинической больницы, стоявшего на другом берегу Волги, тоже горели. Большинство из многоэтажек, стоявших рядом, также были повреждены взрывной волной. Наш вертолет висел над берегом Волги примерно посередине между железнодорожным и автомобильным мостами, и с километровой высоты мы могли в подробностях оценить всю ужасную картину катастрофы.
   - Твою мать! - внезапно заорал Колмогоров. - Фон два рентгена и растёт! Андрей, отворачивай, ветер на нас! Уходим! - продолжал голосить старлей, не забывая при этом лихорадочно писать в своём блокноте. - Эпицентр, похоже, в Затьмачье, - бросил он через плечо.
   Я вспомнил, что так называется исторический центр Твери. Я прикинул на местности
   - Судя по картине разрушений - взрыв маловысотный. Средней мощности. Кил на сто. "Семьдесят шестая" или "восьмидесятая" "башка".
   Слушая эту заполошную скороговорку, мой сержант перепугался не на шутку и полез доставать из тюков, на которых сидел, защитные костюмы. Получалось это у него плохо и, поглядев на мучения своего подчинённого, я, наконец, сказал:
   - Серёг, брось ты это! Угроза уже миновала.
   Не обращая на меня ни малейшего внимания, сержант продолжал самозабвенно копаться в связке резиновых плащей, подбирая подходящий по размеру.
   - Сержант, прекрати фигнёй страдать! - присоединился к моим увещеваниям прапорщик. - Поверь, нам тут ни хера не грозит! Подбой всё на себя возьмёт, а пылищу внутрь наддув не пустит!
   Отлипнув от окна, я добрался до старшего лейтенанта и примостился на откидном сиденье рядом:
   - Какие прогнозы, Иван? Сколько бэр получили? - кое-что из курса защиты от оружия массового поражения я ещё помнил.
   - Бэры уж хрен знает сколько не используют, - буркнул Колмогоров, продолжая что-то записывать, - сейчас зиверты в ходу.
   - Да по мне, так называй, как хочешь. Десантуру мне успокоить надо!
   - Пока всё в порядке - считай, на флюорографию сходил! - я заметил, что перед тем как ответить, старшой произвёл некоторые вычисления на бумажке. - А вот тем, кто внизу остался - конец!
   Эти слова, сказанные без какой бы то ни было экспрессии, будничным, я бы сказал, тоном подействовали на меня словно сильный удар по голове! Перед глазами всё поплыло, я даже не сразу заметил, что Колмогоров придержал меня за плечо. Факт, что случилось то, чего весь мир с содроганием ждал последние полстолетия, встал передо мной во всём своём ужасном великолепии:
   "Значит, действительно началась ядерная война! Не учения, не локальная катастрофа, а он - всеобщий тотальный конец! И тут, как ни мучайся - всё едино!"
   - Вася! Вася! Ты что, капитан?! А ну, бля, приди в себя!
   Смачная оплеуха сбросила меня на пол.
   - О! Другое дело! - улыбнулся старлей. - Кулачки сжались, глазки сверкают! Совсем другое дело, капитан! Сразу видно конкретного "сижу в кустах и жду награды"!
   Забавно, но именно эта старая как мир шутливая присказка про родные пограничные войска помогла мне придти в себя.
   - Я в норме! Ваня, можешь вкратце рассказать, что тут случилось?
   Колмогоров бросил взгляд на свои приборы, посмотрел в окно и, наконец, снова повернулся ко мне:
   - Да, могу. Мы сейчас по периметру Тверь облетать будем, с автоматической регистрацией, так что минут пять у нас есть. Если коротко, то, похоже, амеры реализовали свой план ограниченной ядерной войны. Сюда прилетела одна "голова", причём, по моим ощущениям, довольно криво прилетела. В смысле - не на той высоте взорвалась. Обычно они метрах на четырехстах должны взрываться, а тут, видимо, наземный взрыв произошёл. Разрушения слишком слабые. Но проблема в том, что предупреждения о ракетном нападении или не было или оно слишком поздно пришло.
   - С чего ты взял?
   - Нас вообще не оповещали, а ведь у нас авиабаза. Да и много других признаков. Вон, посмотри! - он ткнул пальцем в окно.
   - Поясни! - на мой неискушённый взгляд ничего необычного я не видел, если, конечно, не считать вид уничтоженного атомной бомбой города.
   - Машины в большинстве своём не припаркованы, а стоят так, как их электромагнитный импульс вырубил, то есть тревогу не объявляли. Ты же помнишь, как вас во времена Союза учили?
   - Конечно!
   - Вот! А тут, такое ощущение, что никто и не дёрнулся. Вон, смотри, около моста машин сколько.
   Мы летели сейчас над северной частью города, и в поле зрения у нас были сразу два моста через Волгу. Старый, которому, насколько я помнил, было больше ста лет, пострадал при взрыве очень сильно - ажурные мостовые конструкции погнуло взрывной волной, а центральный пролет сбросило с быков. Второй мост пострадал меньше, хоть пролёты его тоже сдвинуло на опорах так, что это было заметно невооружённым взглядом и именно перед этим мостом стояло много остовов машин, на которые, собственно говоря, и обратил моё внимание старший лейтенант. Стена раскалённого воздуха ударной волны разбросала те из них, что выехали из-под прикрытия зданий, но оставшиеся в "тени" так и стояли ровными рядами, хоть многие и превратились в кучи оплавленного и обожжённого железа.
   "А ведь лейтенант прав - всё выглядит вполне естественно - утренняя пробка перед узким местом. Внезапная остановка двигателя... И... огненная смерть, пришедшая внезапно".
   - Центр запрашивает обстановку! - отвлек нас от разговора голос из громкоговорителя.
   - Подтверждаю ядерную атаку! - немедленно отреагировал на запрос Колмогоров. - Оценочная мощность взрыва - сто килотонн. Взрыв наземный. Разрушено около семидесяти процентов строений в центральной части города. Множественные пожары. Радиационная обстановка тяжёлая. Постоянный фон в черте города около пяти рентген в час. Повторить?
   - Спасибо, я запомнил, - ответил тот же голос.
   Некоторое время мы летели молча - Иван занимался своими записями, успокоившийся Порошников вместе с прапорщиком переупаковывали ОЗК, а я просто смотрел в окно.
  
   ***
  
   Облёт Твери занял у нас всего двадцать минут, но основываясь на собственных ощущениях, могу сказать, что седых волос добавилось у всех.
   К шоссе мы вернулись уже над Эммаусом - видимость над трассой в районе областной столицы была сильно ограничена дымом от множества горевших машин и лётчики решили туда не соваться.
   От Эммауса до Старого Мелково долетели быстро, шли метрах в ста над Волгой. Дорога была запружена машинами, некоторые, однако, двигались по местным просёлкам, уходя на юг. И ещё, в отличие от окрестностей Торжка, пробки образовались здесь на обеих сторонах "федералки". Я старательно отгонял мысли о людях там, внизу. Ничем помочь мы им в настоящий момент не могли, но если наша миссия окончится успешно, то, создав островок относительной стабильности, мы дадим надежду многим из этих бедолаг.
   В какой-то момент я понял, что мне весьма непривычно наблюдать за маршрутом, который проехал раз сто, вот так - с воздуха. Пока мы добрались до места слияния Шоши и Волги мысли роились в голове в полном беспорядке, но стоило мне увидеть дамбу, как одна из идей захватила всё моё сознание:
   - Вань, а много с нами народу летит?
   - В смысле? - не понял вопрос старший лейтенант.
   - Я имею в виду десантный наряд, - пояснил я.
   - По четыре человека на каждой вертушке. А что?
   - Идея есть одна.
   - Давай!
   - В Завидово птицефабрика есть. Может, возьмём под контроль?
   - На хрена?
   - А толпу эту чем-то кормить надо, товарищ старший лейтенант! - Мирзоев оказался более хозяйственным, чем его командир.
   - Сейчас поделюсь с нашими, - и, включив гарнитуру, Колмогоров попросил. - Николай, дай мне связь со "сто двадцать седьмым".
   - Товарищ майор, это Колмогоров, - сообщил наш "химик", когда ему наладили связь. - Наши проводники говорят, что есть ещё один ценный объект неподалёку. Действующая птицефабрика... - он вопросительно посмотрел на меня.
   "Чёрт, а точное место-то я не сказал!"
   - Прямо у шоссе. Метров триста к югу... - я мысленно сориентировался на местности, - к юго-востоку. От моста - километра полтора.
   После того, как Иван повторил мои данные, на пару минут установилась тишина, наверное, командир экспедиции ориентировался по карте, а может и запрашивал инструкции Центра.
   - Колмогоров, - ожил громкоговоритель, - сработаем по-твоему. Заходим от реки строго с севера. Порядок движения прежний.
   Надо отметить, что сразу после выхода нашего небольшого отряда из "горячей" зоны, вперёд выдвинулась пара "настоящих", боевых "крокодилов", а наш вертолёт шёл у них в хвосте. Старший лейтенант объяснил нам, что на вертолёте химразведки снята большая часть прицельного оборудования и вооружения.
   Головная пара, блестя стеклами фонарей, заложила широкую дугу, повернув на юг. Но любоваться красивыми милитаристскими пейзажами мне было некогда - на "теле" насыпи, по которой проходила федеральная трасса, я заметил уродливую кляксу здоровенной воронки.
   - Вань, посмотри на "полчетвёртого". Как думаешь, чем врезали?
   Старлей приподнялся со своего места, пару секунд пристально вглядывался и вынес свой вердикт:
   - Что-то конвенционное - "томагавк" или "аэлцеэмка", для спец БЧ ямка маловата.
   "Получается, что они М-10 на отрезки по полсотни километров нарезали, - подумал я, разглядывая разрушенную дамбу. - Тверь, Завидово, есть вероятность, что Солнечногорску тоже каюк".
  
  
   Глава 4.
   Хорошо быть умным...
  
   Пройдя на малой высоте, наша и ещё одна вертушка, пронеслись над небольшой речушкой прямо до самой птицефабрики, раскинувшейся на внушительных размеров территории. На глаз выходило больше квадратного километра. Пока пилоты делали облёт, выбирая площадку для приземления, мы во все глаза следили за землёй.
   - Товарищ капитан! - подал голос Сергей Порошников. - Не похоже, что здесь птичек растят. Вон у тех корпусов крыш нету, а там вообще два снесли. И коттеджи какие-то на берегу.
   Что птицефабрика не действует я уже и сам заметил. "Но, может, это от войны народ попрятался? А часть корпусов на реконструкции?" - принялся я утешать сам себя.
   - Что за бортом? - спросил я Колмогорова.
   - Фонит слегка, но ничего криминального.
   - Так идти можно?
   - Я бы плащи с чулками на вашем месте накинул, чтоб гадости на одежду не нападало!
   - Сержант, сбылась твоя мечта! - подколол я Порошникова. - Как насчёт небольшого кроссика в противогазе?
   - Не, я пас! - отклинулся Сергей. - Тебе какой размер, капитан?
   - "Трёшку" давай.
   В норматив мы, конечно же, не уложились, провозившись, минут семь вместо положенных четырёх, но и цели побить рекорды по напяливанию на себя "костюма поклонника самого безопасного на свете секса" никто не ставил.
   Наконец вертолёты зависли и коснулись земли. Третий выписывал в небе широкую восьмёрку, прикрывая нас.
   - Готовы?
   Я кивнул и опустил на лицо маску противогаза.
   "Слава богу, что это не старый ГП. А какая-то новая модель: здоровенное панорамное "стекло" и лямочки гораздо удобнее, чем у старого. Но самое главное - это, конечно, обзор!"
   Из вертушки мы вылезли с грацией беременных слоников.
   "Лесенку поставить надо было! - спохватился я, когда Сергей чуть не навернулся, пытаясь соскочить на землю. - Ну да чего уж теперь переживать? Хотя..."
   - Колмогоров! Лесенку поставь, когда возвращаться будем!
   Однако до лейтенанта донеслось нечто другое: "Бу-бу-бу-бу. Бу-бу-бу..." "Блин! - мысленно чертыхнувшись, пришлось показывать своё предложение жестами. - А был бы я американским спецназовцем, торчал бы в ухе волновод, идущий к понтовой рации, и не пришлось бы тут Полунина в презервативе изображать! Видел я такие приблуды на той военной выставке, куда меня Вован коньяк пить таскал. Хочешь для штатной каски, хочешь - для противогаза... Лепота!"
   На пару с Порошниковым мы двинулись к видневшимся метрах в ста воротам. Рядом с ними возвышался красочный стенд, рядом с которым стояло одноэтажное здание силикатного кирпича, сильно смахивавшее на сторожку, так что, может, там мы узнаем, что же случилось с птицефабрикой.
   Предчувствия меня не обманули, и, стоило нам пройти едва три десятка шагов, как дверь "караулки" приоткрылась, и оттуда выглянул молодой парень, одетый в классическую для современных "секурите" чёрную униформу. Выражение его лица разобрать на таком расстоянии было сложно, но жестикуляция была более чем понятной - нас приглашали внутрь.
   Я прибавил ходу, и, пять минут спустя уже остановился прямо перед входом. Паренёк (именно такое определение родилось у меня, когда я рассмотрел местного сторожа), во все глаза разглядывал диковинных гостей, но никакой агрессивности не проявлял, хотя на поясе у него я и разглядел кобуру с "макаровым".
   Сергей приотстал - всё-таки он постарше меня, да и лишнего весу бывший десантник набрал после дембеля изрядно. Повернувшись к нему, я жестами попросил его покараулить снаружи, а сам двинулся внутрь.
   Охранник посторонился, пропуская меня, но в разговор не вступал, скорее всего, понимал, что общаться с человеком в костюме химзащиты и противогазе - задача не из лёгких.
   В просторной комнате, где из мебели присутствовали два канцелярских стола, диван, застеленный армейским одеялом топчан и старенький холодильник, обнаружился ещё один сторож - невзрачный мужичок лет сорока с роскошными вислыми усами. Одет он был в неизменный чёрный наряд, с красно-чёрной эмблемой на левом рукаве.
   Повесив автомат на плечо, я снял капюшон, а затем и противогаз:
   - Добрый день!
   - И вам не хворать!
   - Капитан Заславский, торжокский гарнизон.
   - Федоскин Александр Ильич, начальник смены охраны, понимаешь, - вежливо представился старший. - А это Михаил, сотрудник наш. Что ж это вы, тащ капитан, прям так на вертолёте из Торжка и прилетели?
   - Прям так и прилетели, - не стал отрицать я очевидного факта, одновременно присаживаясь на потёртый стул. В ногах правды нет, особенно если мотыляешься, обёрнутый в плотную резину.
   - Что за кабздец в Твери приключился? - старший из сторожей налил в стакан воды из графина и подвинул его ко мне. - Там же, вроде, ничего такого химического не было.
   - А что, - сделав глоток, поинтересовался я у него, - видели, как громыхнуло?
   - Видели и слышали. Мы как раз на смену с Мишкой заступили. Как раз проводили наших, тут и шарахнуло! Вспышка, неяркая такая, вроде зарницы, а минуты через две уже громыхнуло. Чуть, блин, стёкла на фиг не повылетали! Ну а потом уж электричество отрубилось. Что стряслось-то, капитан?
   - Война.
   - Ух, бля! Дожили, стал быть? - особого удивления на лице собеседника я не заметил. - И чем по Твери жахнули? Парой мегатонн, да?
   - Поменьше чутка. Мы в сто килотонн заряд определили. А в дамбу когда попали?
   - Через час где-то. В десять с копейками. Так что, нам теперь гражданской обороной заниматься? Или сразу в военкомат топать? У меня возраст всё ещё призывной.
   Я задумался:
   "С одной стороны, эти двое мне никто и, по-большому счёту, заботиться о них я не обязан. Но по другому, гораздо большему счёту, бросать вот так своих, я не привык и привыкать не собираюсь!"
   - Вы сами откуда будете?
   - Я местный - из Мокшино, а Мишка - он из Клина сюда мотается.
   - Служили?
   - А как же! Мы ж деревенские.
   - А с птицефабрикой что случилось?
   - Дак закрыли её уж два года как. "Город будущего", мать его за ногу, строят! - усмехнулся мой собеседник.
   - Херово! Мы разжиться продуктами хотели, ну и на будущее под контроль взять.
   - А я не спорю, что херово, - согласился пожилой. - Но взять тут нечего, коттеджи эти, - он покосился на окно, - только-только отстроили. Если только технику прихватизировать, но к вам её без моста фиг угонишь.
   - А у "Кнакера" что творится? - вспомнил я местный супермаркет, где мы частенько затаривались продуктами по дороге на дачу.
   - А кто ж его знает? - пожал плечами сторож. - Как громыхнуло, так мы тут всё время сидели, только до ветру и отходили.
   - Могу вас с собой взять, - предложил я собеседникам. - Родня в деревне есть?
   - Не, я один, да и Мишка пока бабой постоянной не обзавёлся. Я так понимаю, мобилизация?
   - Вроде того... Три минуты вам собраться! Если, конечно, готовы с нами ехать?
   - Готовы, о чём разговор? Хрен ли тут сидеть и в одиночку подыхать? Мишка! Хорош глаза таращить, доставай манатки из шкафа!
   - Кстати, что у вас за стволы? - задал я давно занимавший меня вопрос, наблюдая, как младший из сторожей вытаскивает из-под топчана спортивную сумку и запихивает в неё скудный личный скарб новых бойцов моего отряда.
   - Макарки-резиноплюи, ничего более серьёзного начальство нам не дало, - сокрушённо покачал головой Федоскин, споро очищая от запасов немудрёной снеди старенький "Минск".
  
  
   ***
  
   "Чёрт знает что - за такие деньги у них ещё и электричество отключают! Я думала, у них своя электростанция есть!" - Татьяна придавила педаль акселератора и ярко-красная "ауди", рыкнув мотором, ускорилась, с аппетитом поглощая асфальт ухоженного, хоть и узкого шоссе.
   "А может, это и хорошо, что электричество пропало - всё равно, мне тут уже надоело! - размышляла девушка, направляя любимую "тэтэшку" в очередной поворот. - Как Маринка с Валерой уехали, так вообще скукотища настала. А в фитнес я и в Москве сходить могу, а не в этой "деревне для дипломатов".
   Электричество в элитном комплексе отдыха пропало часов в десять утра, как раз в тот момент, когда Татьяна сидела в сауне. Погас свет, перестали работать насосы в бассейнах, выключилась "каменка" в сауне. Тихо кляня всё на свете, немногочисленные в этот час посетительницы кое-как оделись в темноте и отправились разбираться с администратором. Однако выяснилось, что электричества нет во всём главном здании - даже кассовые терминалы на ресепшене не работали. В довершение всего пропала мобильная связь. "Подстанция полетела!" - разводили руками работники одного из лучших в стране ещё с советских времён санатория.
   Минут через сорок запустили местные генераторы и появился свет, правда, как посетовала одна из местных работниц, мощности их хватало только на освещение и обслуживание первоочередных служб, вроде кухни. Даже в главном холле вместо привычной иллюминации работали несколько светильников.
   В комплекс "Завидово" её "сослал" отец, точнее не "сослал", а выжил. Попала шлея папашке под хвост, и генерал-лейтенант, уставший от постоянных загулов любимой дочки, строго-настрого приказал, чтоб неделю она в городе не появлялась. А отца в семье было принято слушаться беспрекословно.
   "Маман, небось, сейчас по Барселоне рассекает, я же, словно жена декабриста, в этой глуши!" - тут Таня несколько покривила душой, поскольку по рассказам матери знала, что бывают дебри и пострашнее Тверской губернии.
   "Интересно, что это за дым? - обратила, наконец, своё внимание на грязно-серый султан у горизонта "культурная московская барышня". - И вертолёт в небе кружит... Причём боевой, а не эмчеэсовский..." - хоть отец и давно уже обретался в московских штабах, а не в гарнизонах, но некоторое представление об армии Татьяна имела. А если сравнить с познаниями её подруг, то и вообще - была ходячей Военной энциклопедией, что впрочем, от этих самых подруг тщательно скрывала. Как и от друзей мужского пола. Слишком свежо было воспоминание о презрительной усмешке одного изящного молодого человека, с которым она познакомилась на первом курсе. "Так ты что, дочка "сапога"?!" - спросил Илюша, после того папа заглянул к ней в комнату и объявил что "личный состав приступает к приёму пищи через пять минут". Она тогда проплакала несколько часов, кусая мокрую от слёз подушку.
   Вот и пришлось научиться маскироваться, и делано смеяться, если кто-нибудь из приятелей рассказывал анекдоты вроде бородатого: "Папочка, я хочу, чтоб слоники побегали!"
   Изящное купе, изготовленное мастерами Ингольштадта, вылетело на прямую, ведущую к Ленинградке, и тут Таня, оторвавшись от разглядывания окрестностей, внезапно увидела, что дороги дальше нет - поперёк полотна стояла фура. Ещё даже не осознав, что делает, девушка ударила по тормозам. Педаль забилась под ногой, словно живая - сработала АБС. Но скорость "ауди" была слишком велика, и Татьяна поняла, что остановиться машина не успеет. И тогда она вспомнила, что рассказывал её один из её кавалеров, увлекавшийся уличными гонками.
   Переключившись с четвёртой передачи на вторую, она одновременно вывернула до упора руль и придавила педаль газа... Взревел, раскручиваясь, турбированный мотор, завизжали, испуская клубы дыма, все четыре покрышки... "Аудюха" проехала несколько метров боком, затем её развернуло и закрутило на месте.
   - Кажется, пронесло! - сама себе крикнула девушка, когда её автомобиль остановился, не доехав до преграды буквально несколько метров. - Молодец я!
   Мощнейший выброс адреналина не позволил спокойно сидеть на месте. Отстегнув ремень, отважная гонщица, вылезла наружу и принялась ходить вокруг машины.
   "Какого чёрта они тут раскорячились?! Сейчас я им задам! - она двинулась к кабине грузовика, но внезапно заметила, что дорогу, оказывается, перегородил не один, а целых три! - Обалдели они что ли?"
   Дойдя до кабины, Таня увидела, что в ней никого нет.
   "Ну, это вообще хамство высшей пробы! - разгневавшись, она пнула ногой колесо "этого чемодана на колёсиках" и решила, что водитель, вполне может сидеть в придорожном кафе, которое располагалось в том же здании, что и супермаркет. - Сейчас они у меня узнают, как бросать свой металлолом, где попало!"
   Ещё раз пнув ни в чём не повинную покрышку, Таня вышла из-за машины и замерла, поражённая увиденным.
   Стеклянные двери "Кнакера" были разбиты, и осколки усеяли всю прилегающую к магазину площадку. Неподалёку от входа три крепких мужчины били металлическими палками четвёртого, голова которого была залита кровью. Люди сновали туда-сюда, выволакивая из магазина коробки, наполненные съестным полиэтиленовые пакеты, и заваленные им же доверху магазинные тележки.
   - Федяй, смотри какая цыпа! - от неожиданности Татьяна вздрогнула.
   В паре метров от неё стояли два молодых парня: один был занят тем, что пил из горлышка дорогущий "Реми Мартин", а второй... Второй разглядывал её наглым и каким-то просящим взглядом, дергая первого за рукав изгвазданной спортивной куртки, из тех, что, как смутно помнила девушка, называли "олимпийками".
   - К зачётному бухлу и тёлки должны быть в цвет! - оценил находку приятеля Федяй, оторвавшись от бутылки и рыгнув. - Вас как, в натуре, зовут, деушка?
   "С ней никто никогда так не разговаривал! Да они же быдло! - машинально она достала из кармана джинсовой курточки "айфон". - Отцу позвоню, он с местными полицейскими свяжется..."
   - Что, сучка, не пашет твой аппаратик? - "кавалер" отшвырнул в сторону недопитую бутылку.
   От звона бьющегося хрустального стекла Таня в очередной раз вздрогнула. Заметив её замешательство, Федяй улыбнулся и окликнул приятеля:
   - А знаешь. Колян, сколько эта фигня у неё в руках стоит? Тридцать тыщ! И я знаю местечко, где нам десятку за него в момент отмусолят! Деушка, дайте двум симпатичным, ик, юншам, ик, телефончик!
   В панике Таня заелозила пальцем по сенсорному экрану заморского телефона, но звонок постоянно сбрасывался, и "яблочная" игрушка сообщала, что "Сеть не найдена!". Тот урод, которого звали Федяем, подошёл почти вплотную, по крайней мере, ей так показалось, потому что она почувствовала запах перегара и давно нечищенных и порядком запущеных зубов, и требовательно протянул руку, не переставая глуповато улыбаться. Второй, оторвав печальный взгляд от осколков коньячной бутылки и небольшой лужицы благородно-коричневого цвета, пьяно качнулся и на нетвёрдых ногах последовал за своим приятелем.
   В такой передряге Таня не бывала, пожалуй, ни разу в жизни.
   Отчаянным усилием воли подавив желание сжаться в комок и заплакать, девушка крикнула, а точнее оглушительно заверещала:
   - Телефон тебе?! Да, пожалуйста! - и совершенно внезапно как для оппонента, так и для себя самой, что есть силы метнула увесистый стосорокаграммовый телефон прямо в лицо Федяю.
   Плод маркетингового гения Стива Джобса врезался почти точно в переносицу совершенно не ожидавшего такого поворота событий парня, а звонкий клич атакующей фурии заставил его отшатнуться. Ноги принявшего "на грудь" уже около литра "вкусного буржуйского бухла" свободного жителя свободной России подогнулись в коленках, и он грохнулся на потрескавшийся асфальт обочины. Причём довольно неудачно для себя, расквасив нос и разбив в кровь оба локтя.
   "Беги! Беги!" - забилось в голове у Тани.
   Пока один из нападавших ворочался на земле, а второй силился осознать, что же такое случилось с его другом, девушка стремительно развернулась и побежала по направлению к магазину.
   "Там люди, там они не посмеют ко мне приставать..."
   К несчастью, о своей машине она совершенно забыла...
   - Федя! Федь, ты чо! - забормотал тот, кого звали Коляном, пытаясь растолкать своего поверженного подельника. Тот, однако, признаков жизни не подавал. На самом деле его мозг, не выдержавший неумеренных возлияний, стресса и падения, просто дал команду организму заснуть, но для Колюни, пребывавшего в состоянии очень сильного подпития, мозаика сложилась по-другому.
   - Ребя! - заорал он, стоя на четвереньках над телом, как ему показалось, убитого друга. - Ребя, эта сучара Федьке голову проломила! Рыжий, поймай ей! Я не могу!
   Орал он так громко, что их с Федяем приятели не только услышали отчаянный призыв, но и оторвались от своих насущных дел, заключавшихся в основном в потреблении вынесенных из магазина напитков, к витрине с которыми они раньше и подойти-то боялись, настолько пугающими были написанные на ценниках цифры.
   Так что, когда девушка пробежала отделявшие от входа в супермаркет полсотни метров, вместо готовых прийти на помощь законопослушных обывателей её там поджидали три персонажа, ничем не отличавшихся от оставшихся за спиной.
   Первый из приятелей пострадавшего, невысокий толстячок с одутловатым лицом, подставил Тане ножку. Вскрикнув от неожиданности, она упала, но ухитрилась сгруппироваться и приземлиться без особых для себя повреждений. Сказались три года занятий айкидо, которое она выбрала в своё время для поддержания себя в форме. В тот момент ей руководил дух противоречия, поскольку её подруги предпочитали более девчачьи способы вроде пилатеса и стретчинга. А потом она втянулась и делала перерыв только во время каникул, заменяя занятия конными прогулками на свежем воздухе и плаванием.
   Перекатившись, Таня легко встала на ноги, благо инерции, набранной во время бега, для этого хватило с лихвой. Но тут же ещё один из разошедшихся молодчиков схватил её за рукав модной замшевой куртки. Сутулый и тонкокостный, с лицом, обезображенным длинным кривым шрамом, отчего казалось, что одна бровь приподнята в изумлении, он вцепился как клещ.
   Таня отчаянно рванулась, но её куртка была пошита не безвестными мастерами континентального Китая, а трудолюбивыми пакистанцами на берегах Альбиона, и швы, как и замша, выдержали.
   - Хрен ли дёргаешься?! - осклабился сутулый. - Из этих цепких лап ещё никто не вырывался!
   "А может, ну его! - мелькнула у Татьяны подленькая липкая мыслишка. - Зачем трепыхаться? Куда бежать! Попросить ребят, они отпустят... А то ведь я это первая начала..."
   Но тут в игру вступили инстинкты - парень со шрамом повернулся к своим товарищам, и дёрнул девушку на себя, словно желая продемонстрировать ценную добычу. "Цепкие лапы" поменяли своё положение, и тело Тани отреагировало без вмешательства сознания. Левая рука поднялась, выводя противника из равновесия, ноги поменяли позицию, разворачивая её лицом к врагу, затем рука резко опустилась, и парень грохнулся на землю, почти сделав кувырок в воздухе.
   Как это часто бывает в бою, это самое "почти" решило многое. Если бы нападавший полностью перевернулся, то, скорее всего, довольно быстро пришёл в себя, и сумел бы предотвратить суматошный рывок генеральской дочки. Но упал он практически вниз головой, расквасив физиономию об асфальт, и оглушенный ударом, замер в полной неподвижности. Пока затуманенные продуктами лучших винокурен Франции и Шотландии мозги гопников пытались осознать произошедшее, Татьяна пустилась бежать, ликуя, что сегодня перед дальней поездкой решила надеть удобные кроссовки, а не туфли на каблуке.
   От входа в магазин до угла здания было метров пятнадцать, и это расстояние девушка преодолела секунды за четыре, не больше. Повернув за угол, она врезалась во что-то большое, зелёное и мягкое, напомнившее своим запахом надувную резиновую лодку, под которой Танюша пряталась вместе со своей двоюродной сестрой, когда отец ещё не служил в Москве и часто ездил со своими друзьями на рыбалку.
  
   ***
  
   Стоило нам влезть в гостеприимно распахнувшуюся дверь вертолёта и снять противогазы, как Иван огорошил нас новыми распоряжениями командования:
   - Генерал просит разведать, что происходит вокруг!
   - С чего это?
   - Да Завидово это. - потупясь, ответил старший лейтенант. - Там же дипломаты и всякая другая элитная сволочь водится.
   - А горючки не жалко?
   - Жалко, но с начальством не спорят. К тому же у нас подвесные баки есть.
   - Нам идти?
   - Не, в комплекс ребята сейчас полетят, а нам обождать приказано.
   Понять логику высокого начальства нелегко, лично мне за всё время предыдущей службы удалось это раза три, никак не больше.
   - Слушай, давай мы к супермаркету здешнему смотаемся. Обстановку посмотрим, и, чем чёрт не шутит, вдруг разживёмся чем-нибудь полезным.
   - Так до него километра полтора по прямой, сопреете же!
   - А машина на что? - подал голос Федоскин. - У нас машина прямо за воротами стоит. И мы с вами поедем, вдруг кого из соседей там встречу, хоть людей предупрежу, что война началась.
   Ваня колебался недолго:
   - Давайте! Только на всё про всё у вас сорок пять минут.
   - Ну и замечательно! Товарищ Мирзоев, - я повернулся к прапорщику, - выдайте один автомат из запасных товарищам!
   - И плащики! - немедленно ответил тот, с сомнением разглядывая наряды новых бойцов - чтобы обеспечить им хоть какую-нибудь защиту от радиоактивной гадости они ещё в караулке обрядились в прозрачные полиэтиленовые дождевики, а Ильич сверху ещё и старенькую брезентовую плащ-палатку надел.
   - И это тоже! - доводы опытного служаки были понятны и без дополнительных пояснений.
   - Э, мы в этих хламидах все в машину не влезем! У меня "Нива"... Мишку тогда оставим с вами, тащ старший лейтенант! Лады?
   - Хорошо.
  
   ***
   - Бригада ух - впятером стоим двух! - ворчал Александр Ильич, крутя баранку старенького тольяттинского внедорожника.
   - Если по возрасту считать, то точно! - согласился с ним Сергей, сидевший сзади. - Точнее наоборот - это мы втроем пяти солдат стоим!
   В машине противогазы мы сняли - мужикам нужно было отдышаться. Вон у десантника до сих пор лицо красное, словно помидор и волосы от пота слиплись.
   - Ильич, тебе годков сколько? - продолжил Порошников.
   - Сорок шесть в апреле стукнуло.
   - Во, я пятый десяток в том году разменял, командиру тридцать пять.
   - Тридцать восемь, - поправил я его.
   - Итого - сто двадцать пять лет на троих. Это, если на обычных солдатиков считать, почти семь выходит! - углубился в арифметические вычисления сержант.
   - А по уму - так и вовсе отделение получается! - хохотнул Федоскин.
   - Вот только никто из нас кросс-"двадцатку" не пробежит, - пришлось снизить градус самовосхвалений. - А это сейчас не менее важная вещь.
   - Да за фигом нам бегать - колёса есть, а у некоторых ещё и винты над головой крутятся, - беззаботно заявил Ильич, которого, похоже, проблемы вселенского масштаба не интересовали.
   До "Кнакера" мы добрались быстро и "козьими тропами" - сказывалось присутствие местного жителя. Я бы, к примеру выехал на Ленинградское шоссе, а потом уже повернул к супермаркету. А о том что там затор до меня дошло только сейчас, когда "Нива" проскочила по пыльному проулку мимо кирпичных трёхэтажек и остановилась в полсотне метров за зданием магазина.
   - Пошли! - снова влезать в пахнущий резиной намордник страсть как не хотелось, но здоровье дороже. А спросить про радиационную обстановку у старлея я забыл, о чём очень сейчас пожалел.
   Перед покиданием вертолёта Ваня мне показал, как сделать так, чтобы в противогазе можно было нормально разговаривать - до этого я просто забыл открыть одну небольшую заглушку - сказалось то, что модель была новая и мне совершенно незнакомая.
   Порядок движения определили следующий: мне, как самому молодому и резкому досталось место в авангарде, Серёга обеспечивал поддержку, ну а Ильич "на броневике", то есть на "Ниве", конечно, обеспечивал нам тыл.
   Невнятный гул, доносившийся откуда-то издалека прорезал рёв мотора, прервавшийся отчаянным визгом покрышек, однако характерного звука удара машины о машину не последовало - видимо, неизвестному гонщику удалось увернуться от препятствия.
   "Весело тут люди живут - прям завидки берут!"
   Выйдя из-за угла жилого дома первым делом я посмотрел направо, хотелось узнать, что происходит на шоссе.
   "Картина знакомая, машины в четыре ряда стоят, правда, тут в обе стороны. Народ ходит туда-сюда, но особой паники пока не наблюдается. А это у нас что? - я обратил внимание на довольно странную фигуру. - На хрена он по целине-то полез, да к тому же с магазинной тележкой. Хоть и здоровый мужик, но особым ителлектом, скорее всего не отличается. - потом я догадался. - Так на машине к магазину не подъедешь, всё-таки не мирные времена. Интересно, это он купил или так взял?" - но времени на гадания у нас практически не было, опять же - мужчина с тележкой скрылся из виду за кустами.
   Пройдя разделявшие точку десантирования и магазин семь десятков шагов, наша пара остановилась, и я прислушался.
   Невнятные крики, раздававшиеся с другой стороны магазина могли быть чем угодно - от воплей мамаши, окликающей непослушного ребёнка до столь привычной на родных просторах "разборки". Без визуальной оценки в ситуации разобраться было невозможно. Махнув рукой в направлении предполагаемого движения и постучав по автомату, я двинулся к углу здания. Раздавшийся за спиной лязг затвора продемонстрировал, что Сергей мои инструкции понял правильно. Свой автомат я прижал стволом вниз к правому боку - не наводить же раньше времени панику на людей? А то выйдет из-за угла такое "зелёное кладбищенское угрёбище" с творением Михаил Тимофеевича наперевес - кто сердцем послабее может и инфаркт словить или роды преждевременные у кого-нибудь начнутся. Оно мне надо?
   Шум усилился. Мозг уже начал вычленять отдельные слова, и они мне резко не понравились. "Лови", "сучара" и матерные тирады показывали, что происходящее у торгового центра совсем не такое мирное, как мне бы хотелось. "И мужичок тот продукты всё-таки не за деньги взял... А бухла, если память мне не изменяет, в магазине столько, что до смертоубиства с перепою может быть совсем недалеко".
   Крики усилились, за углом, до которого мне оставалось пройти пару метров, послышался дробный топот, и в меня с разбегу врезался кто-то небольшой и лёгкий. Тело среагировало привычно - я крутанулся, пропуская нападающего мимо себя. Резиновый балахон сыграл в данном случае со мной дурную шутку - неизвестный зацепился за болтающую полу и потащил меня за собой, так что я чуть не упал. Пришлось оттолкнуть его левой рукой.
   "Тьфу ты, девчонка! - определил я, разглядев шевелюру упавшего. - Для поклонника рок-музыки волосы слишком ухоженные, курточка слишком изящная, да и попка очень даже ничего... - машинально отметил я. - А вот бежала она резко, значит..." - на корточки, развернувшись к углу и выставив перед собою автомат, я присел даже раньше, чем проанализировал до конца ситуацию.
   Выскочивший на меня молодчик отличался ростом и худобой, а потому я применил несколько нестандартный приём - сжался в комок и чуть подался вперёд. Сработало, как по нотам! Споткнувшись, парень "рыбкой" перелетел через меня и плашмя грохнулся на землю. Встать ему Сергей не дал, добавив прикладом "калашникова" по голове.
   "Быстро десантура соображает!" - мысленно похвалил я соратника, поднявшись в полный рост.
   Несколько жестов, и наша пара словно семейная чета болотных чудовищ выскочила из-за угла на стоянку у магазина.
   "Понятненько... Власти нет, зато полно бухла!" - зрелище, открывшееся нам, было знакомо по многим фильмам. Снующие люди с охапками натыренного в магазине, россыпи битого стекла, несколько тел валяющихся там и сям. Причём непонятно, то ли ужрались до положения риз, то ли пали в неравной схватке?
   "Ну этот-то точно не пьяный! - я обратил внимание на лежащего у стены молодого мужчину, чьё разбитое лица не оставляло сомнений в том, что именно послужило причиной беспамятства. - И этот - тоже не сам упал..." - следующий пострадавший обнаружился под козырьком у самого входа в магазин. Налицо было различие в социальном статусе жертв - если первый был облачён в модную рубашку, стильные брюки с аккуратно наглаженой "стрелочкой" и дорогие туфли, то второй щеголял в дешёвом тренировочном костюме.
   Прямо передо мной остановились два представителя сельской молодёжи, судя по широко отрывшимся ртам, наше с сержантом появление произвело на них неизгладимое впечатление.
   "Опоздали вы, мальчики? - судя по некоторым признакам, ребятишки спешили по следу давешней беглянки. - Но решительные меры принимать всё одно придётся!" Уверенности, что конкретно эти двое были инициаторами разгула, у меня не было, но на невинных прохожих они не похожи - типаж не тот. А вот сыграть маленькую роль в моей постановке под оптимистичным названием "Власть вернулась!" им придется.
   а, я снял автомат с предохранителя и дал короткую очередь в воздух:
   - Всем стоять!
   "Ох, не зря говорил мистер Капоне про подкрепление ораторских выступлений более действенными аргументами!" - пришла мысль, когда окружающие отреагировали на моё сольное выступление. Возникло ощущение что я попал на "Ревизора" в постановке режиссёра-авангардиста. Наибольшее впечатление на меня произвела женщина, выкатывавшая из дверей магазина доверху наполненую снедью тележку. После прозвучавших выстрелов она замерла на месте, испуганно втянув голову в плечи, пальцы рук разжались, так что тележка продолжила катиться дальше, а вот руки дама опустить забыла, так что зрелище получилось более чем сюрреалистическое.
   Некоторые из присутствовавших повалились на землю, прикрыв головы руками, кто-то поднял руки вверх, но отвлеклись от текущих дел все.
   - Сержант! Прикрой меня!
   - Слушаюсь, товарищ капитан! - Порошников вслед за мной стянул с лица маску противогаза, и зло зыркал на нарушителей общественного порядка. - Всем к стене! Руки за голову!
   "Пара минут у меня есть, а вот потом может и неповезти, если в чью-нибудь голову придёт идея о том, что власти больше нет, и можно шалить по-взрослому!" - отмахнувшись от невесёлых мыслей я вошёл в магазин.
   - Стоять, руки вверх! - это навстречу выскочил невзрачный толстячок в хорошем костюме, прижимавший к груди объёмистый пакет.
   Моя команда была выполнена с похвальной скоростью, правда, пакет шмякнулся на пол. Звон стекла - и на "мраморном" полу начала растекаться коричневая лужа.
   "Коньяк", - машинально отметил я, движением автомата показывая, чтобы мародёр ушел с моей дороги.
   Толстяк пулей метнулся к выходу, где его и перехватил Сергей.
   "Нда, ловить тут уже нечего!" - магазин к нашему приходу разграбили изрядно. Меньше всего досталось овощному отделу и полкам с промтоварами, хотя блокноты, альбомы для рисования и детские книжки валялись, насколько я заметил, по всей площади торгового зала. Часть стеллажей была повалена, всюду осколки стекла и разноцветные лужи... Следующий грабитель вынырнул из двери подсобки, что виднелась за хлебным отделом.
   - Грабим помаленьку?
   Если перевести выражение его лица на человеческие слова то прозвучало бы это так: "Мамочка дорогая! Последний, кого я ожидал встретить здесь - это зелёный человечек с "калашниковым"!". Затем он стремительным движением отбросил большой пакет, который так же как предыдущий мародёр, прижимал к груди и юркнул обратно.
   "Ну и чёрт с тобою!"
  
   ***
  
  
   - Сержант, пошли отсюда. Ловить тут больше нечего, а законность устанавливать - не наша задача.
   - А с этими что делать? - пока Сергей сторожил мародёров, он успел отдышаться, и лицо уже не было таким красным, как в тот момент, когда он только снял противогаз.
   - По закону если, - то расстрелять за мародёрство, но...
   - Не надо! - взвизгнул один из задержанных - тот самый толстячок, которого я встретил в дверях. - Мы больше не будем!
   Услышав такое от пожилого, в общем-то человека, а мужику было лет пятьдесят, если не больше, я рассмеялся:
   - Конечно будете! Ручки-то у вас, гражданин нехороший, к чужому добру, я смотрю, привычные... - просивший действительно смахивал на провинциального чиновника средней руки.
   Пухлые щёки его побледнели и он бухнулся на колени:
   - Гражданин офицер, пожалуйста! Пожалуйста, не убивайте! Чёрт попутал! Все стали брать и я стал... - в довершение всего толстяк заплакал.
   Сержант вопросительно посмотрел на меня.
   - Да ну их на хер! Пошли. А вы, суки, запомните, в другой раз так легко не отделаетесь!
   - Товарищ капитан, - звонкий девичий голос раздался у меня за спиной, - неужели вы так нас и бросите? - давешняя беглянка стояла метрах в десяти от нас.
   - "Вас", это кого?
   Пока девушка соображала, что ответить на этот, достаточно простой, на мой взгляд, вопрос, я повернулся к мародёрской компании:
   - А ну, брысь отсюда!
   Упрашивать эту разношерстную шайку не пришлось - рванули со всей возможной скоростью, побросав награбленный скарб и своих павших товарищей.
   - Помогите хоть этому, - девушка показала на хорошо одетого парня с разбитым лицом, которого я заприметил ещё когда мы только подошли. - Они его били вчетвером!
   - Сергей, посмотри пока по сторонам! - и я направился к избитому.
   "Тоже мне доктора нашли! Да и не разобрать ни фига - всё лицо кровью залито!"
   - Девушка, принесите воды! Вон, в тележке бутылка видна!
   После полулитра "Святого источника", вылитого на лицо, парень пришёл в себя:
   - Вы кто?
   Несмотря на непреодолимое желание ответить в рифму, я сдержал неуместную при данных обстоятельствах весёлость:
   - Капитан Заславский, манёвренная группа Торжокского гарнизона. А вы кто?
   - Я управляющий этого магазина, - парень повернул голову в сторону входа в "Кнакер", но тут его стошнило.
   "Сотрясение, к бабке не ходи!" - определить по характерным симптомам диагноз не составило особых проблем. Хоть я и ни разу не медик, но кое-какое понятие о полевой медицине имею, положено по званию и должности, и в травмах неплохо разбираюсь, благо мордобоем в его разных видах с семи лет занимаюсь.
   - Что, хозяйское имущество защищали?
   - Нет, имущество мне по барабану! - вытирая рот рукавом, ответил менеджер. - Они к девчонке приставать начали, ну я и вступился. А они уже в дугу... И слов вообще не понимают... Я их шайку-лейку знаю, они тут частенько отирались... Несколько раз их на кражах ловили.
   - А как они грабить начали?
   - Мы, как рвануло на мосту, хотели закрыть магазин, а тут эти появились. Ну, и понеслось.
   Пока я общался с раненым, Порошников вызвал Ильича, а когда он приехал, принялся перегружать продукты, брошенные мародёрами в багажник "нивы".
   - Э, ты что творишь? - окликнул я Сергея.
   - А что, пропадать добру что ли?
   Усадив управляющего, я обернулся к спасённой нами незнакомке:
   - Напои его, а я второго посмотрю.
   - Того не надо, - с неожиданной злостью ответила девушка, - это я его об асфальт приложила.
   "Боевитая девчина, почти отбилась от охальников! Но всё равно, как показывает практика, в подобной ситуации это если бы и помогло, то ненадолго. В обычной жизни ей ещё можно было рассчитывать на помощь милиции или сердобольных прохожих, а в этом хаосе загнали бы её, как волки загоняют оленя."
   - Господин офицер, - красотка встала и решительным жестом одёрнула свою короткую курточку, - вы не могли бы взять меня с собой!? - причём прозвучало это не как просьба, а чуть ли не как приказание. - Я думаю, что у вас на базе мы сможем немедленно связаться с моим отцом, генерал-лейтенантом Сапожниковым, после чего вам обо мне заботиться больше не придётся!
   "О-хо-хо! - схватился я за голову. - Только генеральской дочки нам для полного счастья не хватало. Особенно если этот "суперлейтенант" штабной..." - озвучивать скорбные мысли и трагически жестикулировать я не стал, внешне сохраняя спокойствие индейского вождя пред лицом "бледнолицых собак".
   - Тащ капитан, - помощь пришла с неожиданной стороны, - мы все в машину не влезем, а нам раненого эвакуировать надо! - Ильич показал на парня с разбитым лицом.
   - То есть вы отказываетесь? - раздражённо спросила девушка.
   "Ты ещё ножкой топни, красивая..." - подумав это я просто отвернулся, и протянул управляющему магазина руку, помогая поднятся с земли.
   - Товарищ военный, возьмите лучше её вместо меня, - неожиданно сказал парень, оказавшись на ногах. - Я-то не пропаду, а её уже чуть... - и он скорчил гримасу, должную означать те самые неприятные вещи, чуть не случившиеся с барышней.
   Я повернулся к Порошникову. Сергей пожал плечами, словно говоря: "ты тут командир, тебе и решать"...
   - Ладно, чёрт с вами! Оба поедете! Документы с собой?
   - Ой, я сейчас! Они в машине! - девушка всплеснула руками и рванула к дороге, на которой сгрудились несколько тягачей с прицепами.
   "Она что, автостопом сюда приехала?"
   - А мои документы в конторе, - судя по тому, как парень морщился, сотрясение было довольно сильным и голова у него полела неподетски.
   - Где? Я сам схожу.
   - Кабинет за пекарней.
   - Это где хлебный отдел? - показал я знакомство с местными реалиями.
   - Верно. Там пиджак на стуле висит.
   За фурами затарахтел мотор, и, описав дугу, оттуда выехала ярко-красная "ауди-ТТ". Подминая кустики пыльной полыни на обочине, машина протиснулась мимо большегрузов и скатилась к нам по подъезной дорожке.
   - Скажите, капитан, - а что со связью случилось? - девушка выбралась из-за руля и выволокла за собой объёмистую сумку. - Я думала, только у Завидово ретранслятор сломался. Нам сказали, какая-то авария на подстанции... Но и тут сети нет.
   - Война началась, - скрывать происходившее в стране, да и чего там, во всём мире, смысла не было.
  
  
   Глава 5.
   А мост так далеко...
  
   - Клин тоже накрыли! - пробубнил громкоговоритель. - Идём на облёт! Ваня, врубай цветомузыку.
   Окрестности Завидово мы покинули четверть часа назад, причём нас осталось двое. В смысле, вертолёта осталось два. Один, забитый людьми, словно банка со шпротами, взял курс на Торжок. В упэдэкашном комплексе оказались какие-то шишки из Совбеза, чуть ли не зам Патрушева, и после недолгих переговоров по радио с командованием один экипаж у нас отняли.
   Да и наша машина сейчас больше напоминала фургончик цыган: вдоль задней стенки громоздились коробки с макаронами и крупой, которые я нашёл в подсобке супермаркета. По здравому размышлению мы с Серёгой решили не бросать съестное, а взять его с собой. Рядом, на тюках с комплектами химзащиты, горестно уткнувшись лицом в колени, сидела девушка из "ауди".
   Пристроить наших гостей в "последний поезд на Юг" не удалось, исключение сделали только для ушибленного, которого звали так же как и меня - Василием. Причём командовавшему нашей экспедицией майору Суханову пришлось долго убеждать высокопоставленных беженцев в необходимости этого. После убытия транспорта долго ещё играл желваками и вполголоса матерился на чиновную сволочь.
   Я его отлично понимал - ведь в Завидово осталось ещё около трёх сотен человек - в основном женщины и дети, а тут целый вертолёт для спасения шести человек пришлось отдать. Единственное что мы могли сделать - это оставить в комплексе трёх бойцов из десантного наряда и Ильича с Мишкой, да вооружить местную обслугу ружьями из запасов местного спортингового клуба. Из-за того, что сегодня был будний день, мужчин, хоть как-то годных к несению караульной службе, в "Завидово" набралось только тридцать четыре человека. Коттеджи и таун-хаусы в элитном комплексе многие зажиточные семьи из Москвы снимали на всё лето вместо дач, и кормильцы обычно приезжали сюда на выходные.
   Татьяна, так звали дочку генерала, тоже попыталась пересесть на "попутку", но получила жёсткий отлуп. Хотя я бы на месте этих держиморд симпатичную попутчицу наверняка взял. И, несмотря на то, что первоначально я хотел отправить девушку вместе с Ильичом назад в пансионат, в конце-концов передумал. Батя её, как оказалось, был среднего размера "шишкой" в моботделе министерства обороны, и сейчас пребывал где-то в районе Вятки с инспекционной проверкой, а такие контакты, как я подозревал, могли в ближайшем будущем нам сильно пригодится.
   Перед вылетом Таня коротко рассказала нам о своих приключениях у супермаркета - мужики удивлялись, я же не увидел в её истории ничего особо примечательного. Нападавшие просто не учли одной из основных черт женского характера - представительницы слабого пола очень часто дерутся до конца, проявляя чудеса изобретательности, и, при необходимости, с легкостью облапошивая даже самых умудренных и битых жизнью мужиков. Женщины, к тому же, великолепно работают на эмпатии, улавливая перемены настроения оппонента и переворачивая ситуацию в нужную им сторону. А у Танюхи ещё и мотивация была, скажем так, двойная - она искренне презирала нападавших и, одновременно, боялась за свои жизнь и здоровье. А если добавить правильное воспитание, то вот результат!
  
   ***
  
   На первый взгляд "Городу, который им самим же и вышибают" досталось сильно меньше, чем Твери. По крайней мере, ядерного оружия по нему не применили, но вот располагавшийся в городе военный аэродром накрыли знатно.
   - Это им ещё повезло, - поделился с нами своими познаниями Иван, когда мы проходили над затянутой дымом взлёткой, разглядывая остовы нескольких "тушек" догоравших внизу. - Там дальше ЗРК стояли, да сняли их с дежурства пару лет назад. За ненадобностью, мля! Пятьдесят второй отдельный противоракетный центр здесь был. Входил, вместе с "пятьдесят седьмым", "сто двадцать первым" и "сто вторым" в девятый отдельный корпус противоракетной обороны. У нас один майор отсюда служит, вот и рассказал. Они на "А-сто тридцать пятом" комплексе службу несли, потом "трёхсотые" сюда поставили, а в девятом году позакрывали всё на хрен и в аренду коммерсам сдали.
   - Подожди, а что ж тогда от Московской зоны ПВО осталось? Если даже северо-западное направление раздербанили.
   - Да ни хера не осталось, - Колмогоров хотел зло плюнуть на пол, но сдержался. - Что из этого вышло, мы сейчас прямо в окно можем увидеть.
   Порошников, слушавший всё это, врезал кулаком по колену:
   - Дожили! А нам байки про "надёжный щит Родины" выходит, зря рассказывали?!
   - Да был он надёжным! Был! Думаешь, если бы тут Эс-триста стояли, "томагавки" долетели бы? Ни хрена! Да, и ещё, капитан, - старший лейтенант перевёл дыхание, - в Солнечногорск мы заходить не будем. "Выстрел"-то тоже закрыт.
   - А "подсолнухи"? - упомянул я знакомую мне часть грушников-спецназовцев.
   - Они сами до нашего начальства "дозвонились", так что там всё под контролем. Только лопастями им приветливо помашем и дальше полетим.
   "Ну вот, хоть первая приятная новость за целый день. Ребята в Сенеже как на подбор, так что порядок в округе наведут быстро. А там уж и дипломатия наладится. Непонятно только, почему никаких централизованных мероприятий мы пока не заметили. Неужели действительно центральной власти каюк, и теперь повсеместно действует идиотский принцип "спасайся, кто как может"?"
   Но на въезде в Солнечногорск мы увидели грамотный военный кордон с бронетехникой, а чуть в стороне - развёрнутый эвакопункт из пары десятков брезентовых палаток с дымящимися полевыми кухнями.
   Шли мы невысоко, метрах в трёхстах, и было видно, как бойцы машут нам.
   - Мужики, земля вызывает, даю на громкую! - сообщил динамик голосом летчика-оператора, капитана Кравцова.
   - "Борт сто двадцать четыре", вызывает мобильный командный пункт бригады. Приём.
   - Здесь "сто двадцать четвёртый", слушаю вас!
   - Я майор Селезнёв, командир батальона. Вы же химразведчики, так? Обстановку не расскажете? По вашему профилю... - голос у этого майора был уверенный и, пожалуй, даже властный. Волне подходящий старшему офицеру одного из лучших в стране подразделений спецназа.
   - Здесь капитан Яковлев, командир "сто двадцать четвёртого". Даю нашего спеца.
   - Старший лейтенант Колмогоров, - представился Иван. - По Твери нанесён ядерный удар. Сто килотонн, взрыв маловысотный, если не вообще наземный. Картинка не очень ясная, а в горячую зону нам лезть не с руки - сами понимаете. Радиационная обстановка плохая - много пыли. При пролёте в радиусе трёх километров уже три рентгена в час было. Множественные пожары в городе и окрестностях. Дамба на Иваньковском водохранилище накрыта "томагавком". В Клину...
   - Спасибо, про соседей мы знаем, - перебил его майор. - На обратной дороге просим заглянуть в гости, про Москву данные нужны.
   - Вас понял, постараемся заглянуть, если горючки хватит.
   - У нас тонн десять в заначке есть, поделимся!
   - Вас понял.
   - В Зеленоград мы пару часов мангруппу отправили, вашу частоту им сбросим, если что наводите их. Удачи вам, мужики!
   - И вам удачи! Отбой
   "Крокодил" вернулся на прежний курс, и мы снова понеслись над шоссе.
  
   ***
  
   От Солнечногоска до Сходни лететь всего ничего, и оставив чуть в стороне дымящийся Зеленоград, мы вышли в заданный квадрат.
   Радиация полезла вверх - до дымной стены на горизонте в том месте, где находилась Москва, оставалось километров десять. Фон пока был не смертельный:
   - Ветер для нас удачный, с запада, - пояснил Колмогоров. - Был бы юго-западный, стандартный, до пяти рентген подскочило бы, а так всего единица.
   Проскочив над лесным массивом, пара "двадцать четвёрок" зависла над строительным рынком.
   - Капитан, - где ваш магазин? - спросил меня пилот.
   - Вон он, у шоссе практически. Две сотни на "десять", - обозначил я цель. Для удобства наблюдения вертолёты зависли и медленно поворачивались, так, что уже в следующее мгновение объект ушёл из моего поля зрения.
   "Интересно, как вылезать будем? - сесть рядом с нужным зданием не представлялось возможным. Деревья, припаркованные автомобили и заборы не оставляли места для манёвра. - А на крышу в химзащите особенно не слезешь - подвижность не та, да и возраст участников экспедиции особенной ловкости не предполагает!"
   - Высадимся на крышу торгового центра! - объявил командир экипажа, - На тросах сейчас скакать не время!
   Выглянув в окно, я заметил, что вертолёт, качнувшись, повернул градусов на сорок пять влево, к зданию с бело-голубой надписью "Перекрёсток".
   - Две минуты, мужики! Иван, что за бортом?
   - Девятьсот миллирентген. Дам подробно перед посадкой, - деловито ответил старший лейтенант, а сержант с прапорщиком принялись проверять снаряжение.
   - Татьяна, ты стрелять умеешь?
   - Умею немного.
   - Вот, держи, - я протянул ей "гээсгу". - Здесь патрон-"мелкашка", отдачи практически нет... В общем, справишься. Только смотри, нас не подстрели.
   Ваня неодобрительно покосился на нас, на его лице крупными буквами было написано сомнение в боевых качествах девчонки и, соответственно, в необходимости давать ей столь опасную в неумелых руках игрушку. Но спорить со старшим по званию не решился. В принципе, я был с ним солидарен, но и Таню занять чем-нибудь надо, а то ещё закиснет совсем. Разбираться же с женскими истериками ни времени, ни желания не было.
   Пока летели, все десантники переконфигурировали ОЗК в комбинезоны, поверх надели ремни с подсумками. У меня - рюкзак с инструментами и сухим пайком, у Сергея - баул с домкратом и сумка с продуктами, Мирзоев должен был быть на подхвате. Как собирались работать парни с другой вертушки, я точно не знал - предполагалось, что скоординируемся на месте.
   Удивляло полное отсутствие людей на улице, я совсем собрался проконсультироваться по этому вопросу с Колмогоровым, как до меня дошло:
   "Сейчас почти пять часов вечера, а атака была утром, часов в девять-десять. Все, естественно, попрятались, поскольку по шоссе не проедешь, да и машины после электромагнитного импульса накрылись медным тазом. Так, чему нас учили, - постарался я вспомнить наставление по противоатомной защите. - Сначала ЭМИ, рентгеновское излучение, то есть гамма-лучи, потом - световая вспышка. Машины встали, связь отрубилась, возгорания электроприборов. Те, кто попал под вспышку или сгорели, или сильно пострадали или ослепли. На таком расстоянии от Москвы - последнее вернее всего. Потом идёт ударная волна... Затем - осадки... Так, не фиг гадать и пытаться вспомнить, то, чего никогда не знал, если рядом сидит специалист соответствующего профиля!"
   - Вань, не просветишь темного человека, что здесь с людьми случиться могло?
   - Точно - нет. Я ж не знаю, чем по столице шарахнули. Если стокилотонниками - это одно, а если счёт на мегатонны шёл - тогда картина другая будет. В Москве, правда, из-за плотной застройки картина непривычная будет - ударная волна меньший радиус будет иметь, а вот заражение будет больше, поскольку больше всего с земли захватит. Опять же, от высотности взрывов зависит. И погода сегодня пасмурная, дождливая была...
   - Короче, Склифос-с-совский! - прикрикнул я на теоретизирующего химразведчика, правда, больше для того, чтобы отогнать жуткие образы горящих заживо людей, вставшие перед глазами.
   - А хрен его знает, тащ генерал! Собака след не берёт! - отшутился старлей, но было заметно, что он обиделся.
   - Вань, не дуйся, честное слово. Мне сейчас вниз идти, должен же я знать, что меня там ждёт?
   - Ладно, замяли. Если по-простому, то, считай, если "сотку" где-нибудь на северной окраине Москвы взорвали, то картинка соответствующая и получается. Стёкол нигде нет, - он показал рукой куда-то в сторону хвоста вертолёта. - Склады, видел? Ни одного стекла не осталось, но заправка рядом с ними не загорелась. Как раз расчётному радиусу для ста-ста пятидесяти килотонн соответствует. Точнее, полторы сотни больше бы дел натворили, но из-за дождика радиус термального поражения снизился, а из-за плотной московской застройки - ударная волна слабее оказалась. Тут же километров пятнадцать от Кольцевой.
   - Тринадцать, - адрес магазина я запомнил хорошо.
   - Вот, соответствует моим расчётам. И проникающую радиацию дождь тоже ослабляет, так что пока, конечно, " "Ужас!", но не "Ужас! Ужас! Ужас!"", - припомнил он бородатый анекдот.
   Я уже понял, что старший лейтенант был парнем весёлым и компанейским, что не могло меня не радовать. Сумрачных зануд я не сильно люблю.
   - Десант, готовы? - булькнула громкая связь.
   - Так точно! - ответил за нас Колмогоров, а мы спешно натянули на лица маски противогазов, а затем затянули капюшоны.
   - Минута до касания!
  
   ***
  
   Вертолет завис метрах в полутора от крыши, Колмогоров распахнул дверь и я сделал шаг. Приземлившись, быстро осмотрелся. Никого. Принял от сержанта тяжеленный чехол с домкратом, дождался, когда Серёга спрыгнет, и мы уже вместе подстраховали Мирзоева, который решил в последний момент прихватить с собой связку ОЗК.
   По фасаду здания, выходившему собственно на Ленинградку, неизвестный архитектор сде
  
  
   Конец первой части.
  
   Приложение 1.
   На добавление этого объёмистого приложения я решился, когда во время написания книги выяснил, что представления наших современников об ядерном оружии колеблются где-то межту плакатами по гражданской обороны советских времён и голливудско-комиксовыми штампами. Первые успокаивают, мол, "плащик накинул, в подпол спустился, а там и помощи придёт", вторые формируют картинку типа "половина планеты покрыта коркой расплавленного стекла, а по второй бегают полуобугленные люди в обнимку с немедленно появившимися мутантами". Реальность, как водится, находится примерно по середине. Расписывать в тексте физическую картину взрыва и вкладывать в уста героев формулы расчётов я не стал - и темп повествования снижается, да и не всем читателям это нужно, но привести некоторые материалы по "ядерному апокалипсису" считаю необходимым. Нижеприведённые материалы взяты из "Методического пособия по подготовке офицерского состава по радиационной, химической и биологической защите".
   Пособие разработано полковником НОВИКОВЫМ В.А. под руководством генерал-майора ТАРАБАКИНА В.А
  
  
   ****
  
   Ядерное оружие -- оружие массового поражения взрывного действия, основанное на использовании внутриядерной энергии, которая выделяется при цепных реакциях деления тяжелых ядер некоторых изотопов урана и плутония или при термоядерных реакциях синтеза легких ядер изотопов водорода (дейтерия и тритерия) в более тяжелые, например, ядра изотопов гелия.
   Ядерное оружие включает ядерные боеприпасы (боевые части ракет и торпед, авиационные и глубинные бомбы, артиллерийские снаряды и мины, снаряженные ядерными зарядными устройствами), средства управления или доставки их к цели (носители).
   По мощности ядерные боеприпасы подразделяются на пять групп
  -- сверхмалые (до 1 тыс. т.),
  -- малые (1---10 тыс. т.)
  -- средние (10--100 тыс. т.)
  -- крупные (100 тыс. т. -- 1 млн. т.)
  -- сверхкрупные (свыше 1 млн. т.).
   Ядерные заряды могут быть атомными и термоядерными Разновидностью термоядерных зарядов являются нейтронные заряды. Нейтронные боеприпасы снаряжаются термоядерными зарядами малой мощности.
   Термоядерный боеприпас, при взрыве которого максимальным и основным поражающим фактором является проникающая радиация с повышенным выходом нейтронов и ограниченным использованием теплового и взрывного эффекта называется нейтронным.
   В процессе взрыва нейтронного боеприпаса на первом его этапе протекает цепная реакция деления, энергия кото-рой обеспечивает на втором этапе протекание реакции синтеза. При этом выделяются так называемые быстрые нейтроны с энергией до 14 млн. электровольт, унося с собой до 70--80% энергии взрыва.
   Нейтронные боеприпасы отличаются от атомных повышенным выходом проникающей радиации, составными частями которой являются поток нейтронов и сопутствующее гамма-излучение. Наиболее чувствительными к воздействию этих излучений являются личный состав, радиоэлектронная аппаратура, электротехническое оборудование, оптические системы. Радиусы и площади выхода из строя личного состава и боевой техники приведены в приложении 4.
   Полимерные материалы в 3--4 раза эффективнее защищают от проникающей радиации при взрыве нейтронного боеприпаса, чем броня или бетон при одинаковой толщине защитного экрана. Танки, БТР, БМП без подбоя практически не защищают от проникающей радиации нейтронного боеприпаса, а при толщине подбоя до 10--15 см коэффициент ослабления может быть равным 10, что уменьшает зону поражения в 3--4 раза.
  
   Виды ядерных взрывов
   Ядерные взрывы могут осуществляться на различной высоте. В зависимости от положения центра ядерного взрыва относительно поверхности земли (воды) различают воздушный, наземный, подземный, надводный, подводный и высотный ядерные взрывы.
   Воздушным ядерным взрывом называется взрыв в атмосфере на высоте, при которой светящаяся область не касается поверхности земли (воды), но не выше 10 км. Воздушные ядерные взрывы подразделяются на низкие и высокие.
   Основными поражающими факторами воздушного ядерного взрыва являются:
  -- воздушная ударная волна,
  -- проникающая радиация,
  -- световое излучение,
  -- электромагнитный импульс.
   При воздушном ядерном взрыве в районе эпицентра вспучивается грунт. Радиоактивное заражение местности, оказывающее влияние на боевые действия войск, образуется только от низких воздушных ядерных взрывов.
   В районах применения нейтронных боеприпасов образуется наведенная активность в грунте, технике и сооружениях, которая может явиться причиной поражения (облучения) личного состава.
   Наземным ядерным взрывом называется взрыв на поверхности земли (контактный) или на такой высоте, когда светящаяся область касается поверхности земли.
   Основными поражающими факторами наземного ядерного взрыва являются:
  -- воздушная ударная волна,
  -- световое излучение,
  -- проникающая радиация
  -- электромагнитный импульс,
  -- радиоактивное заражение местности
  -- сейсмовзрывные волны в грунте.
   При наземных ядерных взрывах на поверхности земли образуются воронка взрыва и сильное радиоактивное заражение местности как в районе взрыва, так и по следу радиоактивного облака.
   При наземных и низких воздушных ядерных взрывах в грунте возникают сейсмовзрывные волны, которые могут выводить из строя заглубленные сооружения.
   Подземным ядерным взрывом называется взрыв, произведенный ниже поверхности земли. Подземный взрыв в зависимости от глубины подрыва может быть с выбросом или без выброса грунта (камуфлетный взрыв). Подземные ядерные взрывы в большинстве случаев будут осуществляться в целях создания заграждений, а также для разрушения особо прочных заглубленных объектов.
   При подземном ядерном взрыве с выбросом грунта образуется воронка, имеющая больший диаметр и глубину, чем при наземном ядерном взрыве. Основными поражающими факторами подземного взрыва являются:
  -- сейсмовзрывные волны в грунте,
  -- воздушная ударная волна
  -- радиоактивное заражение местности и атмосферы.
   При комуфлетном взрыве основным поражающим фактором являются сейсмовзрывные волны.
   ....
   Высотным ядерным взрывом называется взрыв, произведенный выше границы тропосферы Земли (выше 10 км). Основными поражающими факторами высотных взрывов являются:
  -- воздушная ударная волна (на высоте до 30 км),
  -- проникающая радиация,
  -- световое излучение (на высоте до 60 км),
  -- рентгеновское излучение,
  -- газовый поток (разлетающиеся продукты взрыва),
  -- электромагнитный импульс,
  -- ионизация атмосферы (на высоте свыше 60 км).
   Высотные ядерные взрывы подразделяются на стратосферные -- взрывы на высотах от 10 до 80 км и космические --взрывы на высотах более 80 км.
   Поражающими факторами стратосферных взрывов являются:
  -- рентгеновское излучение,
  -- проникающая радиация,
  -- воздушная ударная волна,
  -- световое излучение,
  -- газовый поток,
  -- ионизация среды,
  -- электромагнитный импульс,
  -- радиоактивное заражение воздуха.
   Космические взрывы отличаются от стратосферных не только значениями характеристик сопровождающих их физических процессов, но и самими физическими процессами.
   Поражающими факторами космических ядерных взрывов являются:
  -- проникающая радиация;
  -- рентгеновское излучение;
  -- ионизация атмосферы, вследствие которой возникает люминисцентное свечение воздуха, длящееся часами;
  -- газовый поток;
  -- электромагнитный импульс;
  -- слабое радиоактивное заражение воздуха.
   1.2.1 Поражающие факторы
   ядерного взрыва
  
   Основные поражающие факторы и распределение доли энергии ядерного взрыва:
  -- ударная волна - 35%;
  -- световое излучение - 35%;
  -- проникающая радиация - 5%;
  -- радиоактивное заражение -6%.
  -- электромагнитный импульс -1%;
   Одновременное воздействие нескольких поражающих факторов приводит к комбинированным поражениям личного состава. Вооружение, техника и фортификационные сооружения выходят из строя главным образом от воздействия ударной волны.
   Воздушная ударная волна ядерного взрыва представляет собой область резкого сжатия среды, распространяющаяся во все стороны от места взрыва со сверхзвуковой скоростью.
   Поражающее действие ударной волны обусловлено избыточным давлением во фронте ударной волны, скоростным напором воздуха и продолжительностью фазы сжатия (временем действия). Кроме того, поражения личному составу могут быть нанесены обломками разрушенных зданий, камнями, комьями земли, падающими деревьями и т. п.
   На поражающее действие ударной волны заметное влияние оказывают рельеф местности и лесные массивы.
   На обращенных в сторону взрыва скатах возвышенностей с крутизной более 10R наблюдается повышение давления во фронте ударной волны. На обратных скатах, наоборот, давление несколько уменьшается по сравнению с равнинной местностью.
   В неглубоких лощинах, траншеях, окопах давление примерно такое же, как на открытой местности, но скоростной напор в них значительно меньше. В целом поражающее действие воздушной ударной волны в них будет слабее чем на открытой местности.
   На опушках леса давление ударной волны увеличивается. Лесные массивы снижают скоростной напор вследствие чего поражающее действие ударной волны на объекты, расположенные в лесу, несколько уменьшается однако вероятность косвенных поражений обломками и падающими деревьями возрастает.
   Степень поражения людей, разрушений и повреждений техники и сооружений зависит от их удаления от центра (эпицентра) взрыва, от их положения в момент воздействия ударной волны, от вида взрыва, характера местности, наличия и прочности укрытий.
   Травмы, возникающие в результате воздействия ударной волны, принято разделять на:
  -- легкие,
  -- средние,
  -- тяжелые,
  -- крайне тяжелые.
   Легкие травмы возникают у личного состава при избыточном давлении во фронте ударной волны 0,2--0,4 кгс/см2 и обычно характеризуются временными по-вреждениями слуха, общей легкой контузией, ушибами и вывихами конечностей.
   Травмы средней тяжести возникают при избыточном давление ударной волны 0,4--0,5 Кгс/см2. При этих травмах могут наблюдаться контузии, повреждение органов слуха, кровотечение из носа и ушей, переломы и сильные вывихи конечностей. Личный состав теряет боеспособность.
   Тяжелые травмы возникают при избыточном давлении 0,5 кгс/см2 и характеризуются контузией всего организма, кровотечением из носа и ушей, тяжелыми переломами костей. Травмы крайне тяжелой степени при давлении во фронте ударной волны свыше 1 кгс/см2, как правило, приводят к гибели личного состава на месте.
   Защита
   Наиболее надежной защитой личного состава и техники от поражающего действия воздушной ударной волны являются фортификационные сооружения: окопы, траншеи, ходы сообщения, блиндажи и убежища. Защитными свойствами для личного состава от действия ударной волны обладают танки, БМП и БТР.
   Световое излучение ядерного взрыва представляет собой электромагнитное излучение, включающее ультрафиолетовую, видимую и инфракрасную области спектра. Источником светового излучения является светящаяся область взрыва. Время действия светового излучения составляет несколько секунд.
   Основной характеристикой светового излучения, определяющей его поражающее действие, является световой импульс. Ослабление светового излучения может происходить вследствие экранирования облаками, дымом, поднимаемой с земли пылью, растительностью и неровностями местности, сооружениями и другими объектами.
   Поражающее действие светового излучения на личный состав проявляется в виде ожогов открытых и закрытых одеждой участков кожи (приложение 3) и в поражении глаз. Ожоги возникают от прямого действия светового излучения, а также в результате пожаров и действия горячего воздуха в ударной волне.
   В зависимости от тяжести поражения ожоги разделяют на четыре степени:
  -- первая -- болезненная краснота и отек кожи
  -- вторая -- образование пузырей,
  -- третья -- омертвление кожи
  -- четвертая -- обугливание кожи и более глубоко лежащих тканей.
   Временное ослепление (от нескольких секунд до нескольких десятков минут) и ожоги глазного дна (только при прямом наблюдении взрыва) возможны на значительных расстояниях, особенно ночью или в сумерки. Под действием светового излучения горючие материалы могут возгораться, а негорючие -- деформироваться, терять прочность и оплавляться.
  
   Защита
   Все фортификационные сооружения с перекрытиями, а также танки, БМП, БТР и другая техника полностью защищают от ожогов световым излучением.
   В качестве дополнительных мер защиты рекомендуются:
  -- использование экранирующих свойств оврагов, лощин и естественных предметов;
  -- постановка дымовых завес для поглощения энергии светового излучения;
  -- повышение отражательной способности материалов (побелка мелом, покрытие красками светлых тонов);
  -- повышение стойкости материалов к воздействию светового излучения (обмазка глиной, обсыпка грунтом, снегом, пропитка тканей огнестойкими составами);
  -- проведение противопожарных мероприятий (удаление сухой травы и других горючих материалов, вырубка просек и огнезащитных полос);
  -- использование в темное время суток средств защиты глаз от временного ослепления (очков, световых затворов и др.).
   Проникающая радиация представляет собой поток гамма-лучей и нейтронов, испускаемых в окружающую среду из зоны ядерного взрыва. Она действует в течение 10--20с с момента взрыва. Поражающее действие гамма-излучения и нейтронов обусловливается их способностью ионизировать окружающую среду и создавать радиационные изменения (нарушения) в материалах.
   Поражение личного состава определяется в основном ионизирующим действием проникающей радиации и характеризуется величиной дозы излучения, то есть количеством энергии радиоактивных излучений, поглощенной единицей массы облучаемой среды. Поглощенная доза излучения измеряется в радах, 1 рад соответствует 100 эрг поглощенной энергии в 1 г вещества (1 рад=0,01 Дж/кг= 100 эрг/г). Новая единица поглощенной дозы в системе СИ -- грей. (1 грей=1 Дж/кг=100 рад).
   Принято различать однократную допустимую дозу облучения и многократную. За время однократного облучения принимается период до 4 суток, независимо от того было ли облучение за этот период импульсным, периодическим или непрерывным. При дозе до 50 рад изменений в организме не наблюдается. Такая доза считается однократной допустимой. При многократном облучении в течение 10--30 суток допустимой дозой считается доза не более 100 рад, в течение 3 месяцев -- 200 рад и в течение года -- 300 рад.
  
  
  
  
   Значение слоев половинного ослабления
   гамма-излучения и нейтронов
   Наименование
   материала
   Плотность
   г/см2
   Толщина слоя половинного ослабления, см
  
  
   гамма-излучения
   нейтронного
   потока
   Свинец
   11,3
   2
   12
   Броня
   7,8
   3,5
   11,5
   Бетон
   2,3
   9,5
   8,2
   Кирпич
   1,6
   13
   10
   Древесина
   0,7
   30,5
   9,7
   Грунт
   1,6
   12
   12,5
   Вода
   1
   20,4
   2,7
   Полиэтилен
   0.9
   22
   2,7
   Поражение техники, вооружения и, особенно, различных видов радиоэлектронной аппаратуры определяется как ионизирующим действием излучения, так и образованием радиационных эффектов в материалах, выражающихся в потемнении стекол оптических приборов, засвечивании фотоматериалов и выводе из строя радиоэлектронной аппаратуры.
  
   Защита
   Защитой от проникающей радиации служат различные материалы, ослабляющие гамма-излучение и нейтроны. Способность каждого материала ослаблять проникающую радиацию характеризуется величиной слоя половинного ослабления доз гамма-лучей и нейтронов (табл. 1.1.). Под слоем половинного ослабления понимается толщина плоской преграды, которая ослабляет дозу радиации в два раза.
   Гамма-излучение сильнее всего ослабляется тяжелыми материалами, имеющими высокую электронную плотность (свинец, сталь, броня, бетон). Поток нейтронов лучше ослабляется легкими материалами, содержащими ядра легких элементов, например водорода (вода, полиэтилен).
   Радиоактивное заражение местности, воды и воздушного пространства при ядерном взрыве в основном обусловлено образованием радиоактивных продуктов деления ядерного заряда и их выпадением из облака ядерного взрыва. Заражение местности в районе взрыва происходит также в результате образования в почве наведенной активности. При применении нейтронных и сверхмалых ядерных боеприпасов наведенная активность может образоваться в объектах боевой техники.
   Источниками радиоактивного заражения при ядерном взрыве являются: продукты деления (осколки деления) ядерного заряда (Ри-239, U-235, U-238); радиоактивные изотопы (радионуклиды), образующиеся в грунте и других материалах под действием нейтронов -- наведенная активность; не разделившаяся часть ядерного заряда.
   Степени радиоактивного заражения местности характеризуются мощностью доз излучения и измеряются в рад/ч. Под мощностью доз излучения 1 рад/ч понимается такая постоянная интенсивность гамма-излучения, при которой доза 1 рад накапливается за 1 час.
   Радиоактивные продукты из облака взрыва, постепенно оседая на поверхность земли по направлению его движения, создают участок заражения, называемый радио-активным следом зоны, каждая из которых характеризуется значениями доз до полного распада радиоактивного вещества и мощностью дозы излучения на определенное время
  -- Зона чрезвычайно опасного заражения (зона Г) характеризуется дозами излучения -- от 10000 рад в центре (середине) зоны до 4000 рад на внешней ее границе;
  -- зона опасного заражения (зона В) -- от 4000 рад на внутренней до 1200 рад на внешней границе;
  -- зона сильного заражения (зона Б) -- от 1200 рад на внутренней до 400 рад на внешней границе;
  -- зона умеренного заражения -- от 400 рад на внутренней до 40 рад на внешней границе.
   Мощности доз излучения на внешних границах этих зон через 1 ч после взрыва составляют:
  -- Г-800 рад/ч;
  -- В-240 рад/ч;
  -- Б-80 рад/ч
  -- А.-8 рад/ч,
   а через 10 часов -- 50; 15; 5 и 0,5 рад/ч соответственно. Местность считается зараженной при мощности дозы излучения 0,5 рад/ч и выше.
   Радиоактивное облако ядерного взрыва, оказавшееся в толщине дождевой (снеговой) облачности, может стать источником выпадения радиоактивного дождя (снега) и увеличить степень заражения отдельных участков местности в 3--5 раз по сравнению с заражением при отсутствии атмосферных осадков. В этом случае возможно значительное локальное заражение местности и от воздушных взрывов.
   Люди, техника и вооружение подвергаются заражению радиоактивной пылью в результате: выпадения радиоактивных осадков непосредственно из шлейфа облака ядерного взрыва на поверхность объектов--первичное заражение и попадания на поверхность объектов радиоактивной пыли с земной поверхности -- вторичное заражение.
   О степени заражения радиоактивными веществами поверхностей различных объектов, обмундирования личного состава и кожных покровов принято судить по величине мощности дозы гамма-излучения (приложение 8) вблизи зараженных поверхностей (1--2 см), определяемой в миллирадах в час (мрад/ч).
   Поражающее действие на личный состав радиоактивного сражения местности, как и проникающей радиации, обусловлено способностью ионизирующих излучений ионизировать атомы тканей и вызывать лучевую болезнь. Основное поражающее действие оказывает внешнее гамма-излучение. Поражения личного состава возможны также при заражении радиоактивными веществами открытых участков кожи или при попадании значительного их количества во внутрь.
   По тяжести заболевания различают четыре степени лучевой болезни:
   первая (легкая) -- развивается при получении дозы излучения 100--250 рад и характеризуется общей слабостью, повышенной утомляемостью, головокружением, тошнотой, которые исчезают через несколько дней;
   вторая (средняя) -- 250--400 рад и характеризуется теми же признаками, но выраженными более резко, потеря боеспособности наступает в первые сутки после облучения, пораженные, как правило, выздоравливают;
   третья (тяжелая) -- 400--600 рад и характеризуется сильной головной болью, повышенной температурой тела, желудочно-кишечным расстройством (тошнота, рвота, понос с кровью), кровоизлияниями, выздоровление возможно при условии своевременного и эффективно: лечения;
   четвертая (крайне тяжелая) -- более 600 рад, в большинстве случаев заканчивается смертельным исходом.
  
   Защита
   Фортификационные сооружения и объекты подвижной военной техники обеспечивают разный уровень защиты от гамма-излучения радиоактивно-зараженной местности (приложение 7).
   Кратность ослабления излучений отражает степень снижения дозы только при условии, если личный состав пребывает в данном укрытии непрерывно.
   Электромагнитный импульс (ЭМИ) ядерного взрыва --мощное кратковременное электромагнитное поле с длинами волн от 1 до 1000 м и более, возникающее в момент взрыва которое наводит сильные электрические напряжения и тон в проводниках различной протяженности в воздухе, земле на технике и других объектах (металлические опоры, антенны, провода линий связи и электропередач, трубопроводов и т. п.).
   Наибольшей величины ЭМИ достигает при наземных и низких воздушных взрывах. При подземных, подводных и высоких воздушных взрывах ЭМИ практически не оказывает поражающего действия.
   Поражающее действие ЭМИ проявляется прежде всего по отношению к радиоэлектронной и электротехнической аппаратуре, находящейся на технике и других объектах. Под действием ЭМИ в указанной аппаратуре наводятся электрические напряжения и токи, которые могут вызывать пробой изоляции, повреждения трансформаторов, сгорание разрядников, порчу полупроводниковых приборов, перегорание плавких вставок и других элементов радиотехнических устройств. Наиболее подвержены воздействию ЭМИ линии связи, сигнализации и управления.
   Если ядерный взрыв произойдет вблизи линий энергоснабжения, связи, имеющих большую протяженность, то наведенные в них напряжения могут распространяться по проводам на многие километры и вызывать повреждение аппаратуры и поражение личного состава, находящегося на безопасном удалении по отношению к другим поражающим факторам ядерного взрыва.
   ЭМИ представляет опасность и для прочных сооружений (укрытых командных пунктов, ракетных стартовых комплексов), которые рассчитаны на устойчивость к воздействию ударной волны наземного ядерного взрыва, произведенного на расстоянии нескольких сотен метров. Сильные электромагнитные поля могут повредить электрические цепи и нарушить работу неэкранированного электронного и электротехнического оборудования так, что потребуется время для его восстановления.
  
   Защита
   Защита от ЭМИ достигается экранированием линий энергоснабжения и управления, а также аппаратуры. Все наружные линии должны быть двухпроводными, хорошо изолированы от земли, с малоинерционными разрядниками и плавкими вставками. Для защиты чувствительного электронного оборудования целесообразно использовать разрядники с небольшим порогом зажигания.
   Психотравмирующий фактор ядерного взрыва представляет совокупность сильных раздражителей, которые приводят к нарушению психики человека. Основные поражающие факторы ядерного взрыва оказывают влияние на психиче-ское состояние личного состава.
   Степени нарушения психики условно подразделяются на:
  -- кратковременную
  -- легкую
  -- среднюю
  -- тяжелую.
   Кратковременная и легкая степени нарушения психики характеризуются потерей боеспособности личного состава от нескольких часов до двух суток. При средней и тяжелой степенях нарушения психики личный состав нуждается в лечении.
   Проявление психологических травм возможно через 1,5--3 часа после применения противником ядерного оружия, в течение которых командиры, штабы частей и подразделений должны принять экстренные меры для предотвращения угрожающего нарастания психогенных потерь, особенно среди сохранившего боеспособность личного состава.
   ............................
  
   1.7.1 Перспективы их развития и влияние на ведение
   современного боя
  
   Ядерное оружие третьего поколения
   "Превращаемые ядерные боеприпасы" - боеголовки оперативно-тактических и тактических ракет в обычном снаряжении, которые непосредственно перед применением могут в полевых условиях доснаряжаться ядерными зарядами малой и сверхмалой мощности. Наличие таких боеприпасов крайне затрудняет или даже делает невозможным обнаружение подготовки к применению ядерного оружия, а также позволяет более оперативно готовить и применять одно и тоже оружие как в обычном, так и ядерном снаряжении
   Ядерные боеприпасы с переключателем мощности взрыва разрабатываются прежде всего для боеголовок тактических ракет и других тактических ядерных средств. Наличие таких боеприпасов позволяет применять одни и те же средства по различным целям, на различном удалении от своих войск, т в полном соответствии с поставленными задачами и создавшимися условиями. Принятие на вооружение, такого типа боеприпасов позволяет создавать разведывательно-ударные и разведывательно-огневые комплексы с ядерными средствами поражения.
   Ядерные боеприпасы с режимом "Недотрога" поступают на вооружение для оснащения стратегических крылатых ракет, а в перспективе и для других ядерных средств поражения с использованием боевых частей в режиме дальнего взведения. Режим "Недотрога" предполагается включать, как правило, после пересечения ракетой (снарядом) линии боевого соприкосновения на рубеже, обеспечивающем безопасность своих войск.
   Ядерные боеприпасы "глубокого проникновения в грунт" предназначены для уничтожения и разрушения шахтных установок баллистических ракет, заглубленных пунктов управления и других фортификационных сооружений. Они применяются для оснащения боеголовок стратегических баллистических и крылатых ракет. Принятие их на вооружение резко повышает возможности по поражению в первую очередь средств ядерного нападения, предназначенных для нанесения первого ядерного удара. Так, например, если для уничтожения одной шахтной стратегической баллистической ракеты с вероятностью 0,9 требовалось 13 МБР тип "Минитмэн-3", то теперь каждая из 10 боеголовок МБР "МХ" способна уничтожить шахтную установку с такой ж вероятностью
   К ядерным боеприпасам с оптимизированными поражающими факторами относятся в первую очередь нейтронные боеприпасы, представляющие собой термоядерные заряды небольшой мощности (0,5--2,0 тыс. т). Оптимизированным поражающим фактором этих боеприпасов является проникающая радиация, на долю которой приходится до 50% энергии взрыва (против 5% в атомных боеприпасах). Считаете возможным в перспективе создание нейтронных боеприпасов в которых на долю проникающей радиации будет приходиться до 80% энергии взрыва. За счет увеличения доли энергии взрыва на проникающую радиацию поражающее действие на людей нейтронного боеприпаса мощностью 1 тыс. т становится эквивалентным взрыву атомного боеприпаса мощностью 10--12 тыс. т.
   Разрабатываются также, так называемые "чистые" боеприпасы. В них основная часть энергии взрыва расходуете на повышенное ударное действие, в связи с чем резко уменьшается действие других поражающих факторов и, в первую очередь, уменьшается выход радиоактивных продуктов.
   Ведутся испытания "тепловых" боеприпасов, оптимизированным поражающим фактором которых является световое и инфракрасное излучение.
   Приложение 2.
  

Аптечка индивидуальная (АИ-1)

   Аптечкой в боевых условиях снабжается весь личный состав. Средства, находящиеся в ней, применяются по указанию командира (старшего).
   Аптечка содержит:
  -- средство, используемое при отравлении ОВ нервно-паралитического действия (шприц-тюбик с красным колпачком);
  -- профилактическое средство (шприц-тюбик с синим колпачком) ;
  -- противоболевое средство (шприц-тюбик с бесцветным колпачком);
  -- радиозащитное средство (пенал большой, гладкий, розового цвета);
  -- противобактериальное средство (два пенала без окраски с квадратным корпусом).
   Аптечка носится в карманах одежды.
   Средство, применяемое при отравлении ОВ нервно-паралитического действия помогает организму человека противостоять поражению от зарина, зомана и ви-газов. Оно используется при первых признаках поражения ОВ:
  -- затруднении дыхания,
  -- нарушении зрения,
  -- слюнотечении.
  
   Профилактическое средство применяется по особому указанию.
   Противоболевое средство применяется при переломах, обширных ранах и ожогах.
   Радиозащитное средство используется при угрозе облучения; принимать внутрь по шесть таблеток, запивая водой. При продолжающемся облучении через 4--5 часов принимается еще 6 таблеток.
   Противобактериальное средство используется при угрозе бактериального заражения, а также при ранениях и ожогах; принимают внутрь одновременно 8 таблеток (содержимое одного пенала), запивая водой. Содержимое второго пенала(8 таблеток) принимают через 6 часов после первого приема.
   Противорвотное средство принимается по одной таблетке при угрозе радиоактивного облучения или сразу после него, а также при появлении тошноты после контузии. Таблетки принимаются внутрь, запиваются водой.
  
   Barnett Crossbows - американская компания, известный производитель спортивных и охотничьих арбалетов.
   Quad 400 - одна из охотничьих моделей арбалета, выпускаемого фирмы "Барнетт". Сила натяжения лука 68 кг (150 фунтов), Рабочий ход тетивы - 394 мм. Начальная скорость стрелы - 104 метра в секунду. Вес арбалета - 4 килограмма.
   Panzer V - охотничьий арбалет, выпускаемый тоже фирмой "Барнетт". Сила натяжения лука 68 кг (150 фунтов). Рабочий ход тетивы - 317 мм. Начальная скорость стрелы - 75 метров в секунду.
   Зимой лось сильно вытаптывает снег на участке, называемом у охотников лосиным "стойбищем", стойбом. Расположение стойб зависит от кормных мест. В Средней России это в основном молодые сосняки, в Сибири -- заросли ивняков или кустарниковых берёз по берегам рек, на Дальнем Востоке -- редкостойные хвойные леса с лиственным подлеском. Одним стойбом могут пользоваться несколько лосей одновременно; например, в приокских сосновых борах в 50-х годах XX века зимой на некоторых участках собиралось до 100 и более лосей на 1000 га.
   Тубокурарин-хлорид (тубарин) - мышечный релаксант, препарат, который применяют в анестезиологии для расслабления скелетной мускулатуры путем прерывания передачи возбуждения с нерва на мышцу. Его применяют внутривенно, первоначальная доза - 0,3-0,5 мг/кг. Действие наступает через 3-5 мин без фибрилляции мышц. Расслабление мышц начинается с лица - глаз, век, жевательных мышц, затем глотки, гортани, груди, живота и конечностей; последней выключается диафрагма. Аналог активного вещества яда кураре. Тубокурарин дает ганглиоблокирующий и гистаминоподобный эффект, поэтому при его применении возможны снижение артериального давления и аллергические реакции. Он выделяется с мочой и очень медленно инактивируется.
   Синонимы: Amelizol, Curadetensin, Curarin, Delacurarine, Myostatine, Myricin, Tubadil, Tubaril, Tubarine, Tubocuran, Курарин-аста, Интоксотрин и др Форма выпуска: 1 % раствор в ампулах по 1,5 мл (15 мг в 1,5 мл).
   За границей. Выражение происходит от английского выражения "come in from the cold" - "вернуться домой/в безопасное место". Как пример - роман Дж. Ле Карре "Шпион, вернувшийся с холода" (The Spy Who Came In From The Cold)
   Без комментариев (анг.)
   Слу?жба вне?шней разве?дки Российской Федерации (СВР России) -- основной орган внешней разведки Российской Федерации. С декабря 1991 года СВР провозгласила себя официальной преемницей Первого главного управления КГБ СССР (ПГУ) и Центральной службы разведки СССР (ЦСР).
   Жаргонное название спецслужб Великобритании - MI-5 и MI-6.
   MP5 (Maschinenpistole 5 -- пистолет-пулемёт, модель N5) -- семейство пистолетов-пулемётов, разработанных немецким производителем стрелкового оружия, фирмой Heckler & Koch (HK) в 1960-х годах на основе HK G3. Один из самых популярных в мире пистолетов-пулемётов, широко используемый полицией и спецподразделениями десятков стран. Одной из отличительной особенностью данной линейки ПП, является использование в конструкции затвора с роликовым замедлением, в то время как почти все остальные модели используют схему на основе свободного затвора. Выпускается в калибре 9Х19 Пара.
   Все линии связи выключены (англ.)
   Поселковый совет.
   Боевики-исламисты, "бородачи" в республиках Центральной Азии 1990-х.
   Американская компания, производящая широкий ассортимент так называемой "тактической" одежды и снаряжения.
   Ри?жский госуда?рственный электротехни?ческий заво?д "ВЭФ" (латыш. VEF, Valsts Elektrotehnisk? Fabrika) -- производитель товаров электротехники и электроники в Латвии.
   Датой основания предприятия считается апрель 1919 года, когда начальник Департамента Почт и Телеграфа Латвийской Республики Эдуардс Кадикис издал приказ, в котором Александру Типайнису было предложено организовать механическую мастерскую по ремонту телефонных и телеграфных аппаратов, линейного оборудования, и почтового инвентаря. В 1920 году было приобретено различное производственное оборудование, которое было размещено в подвале Департамента Почт и Телеграфа, а в следующем 1921 году мастерская начала производство телеграфных аппаратов систем Хьюза и Морзе.
   Во времена СССР завод ВЭФ, который специализировался на электронике, был одним из крупнейших предприятий этого рода.
   Однако после распада СССР, обретения Латвией независимости, и открытия границ -- Латвийской электронной промышленности стало трудно конкурировать с продукцией иностранных фирм. Ситуацию усугубило снижение качества продукции из-за разрыва хозяйственных связей, а также плохое сервисное обслуживание.
   Попытки реструктуризовать ВЭФ и организовать совместное производство с иностранными фирмами не улучшили ситуацию. ВЭФ был разделён на шесть небольших фирм, большинство из которых уже не существуют. В трёх остальных компаниях: "VEF KTR", "VEF Telekom" и "VEF Radiotehnika-RRR" работают от 100 до 200 человек, в каждой. В 1999 году завод был приватизирован и реорганизован.
   Спесь, гонор. (уст.) Здесь использовано шутливо-иронически.
   Одна из группировок исламских фундаменталистов в Таджикистане.
   25 сентября 1992 было совершено нападение исламистов на пос. им. Ломоносова под Курган-Тюбе, где сосредоточились большие группы беженцев, некоторые источники приводят цифру в 16000 человек. Исламисты проникли в поселок и оттеснив офицеров 191-го полка 201-й дивизии, устроили резню
   ГОН - Гараж Особого Назначения создан в 1906 году для обслуживания императорской семьи и самого импертора Николая II. В дальнейшем обслуживал Советское правительство.
   В 1922 году "Гараж Особого Назначения" приобрел нового начальника. Вплоть до 1953 года у руля всех правительственных машин стоял П. Удалов - личный водитель И. Сталина.
   Оружие массового поражения.
   Р-105М "Парус-3" - ранцевая, носимая, ультракоротковолновая, телефонная с частотной модуляцией, приемо-передающая, с возможностью дистанционного управления и ретрансляции. Предназначается для беспоисковой и бесподстроечной связи в радиосетях и в автомобильных радиоузлах.
   Между собой радиостанции серии "Парус" - Р-105М, Р-108М и Р-109М - различаются только диапазоном рабочих частот:
    Р-105М: 36.0-46.1 МГц, 405 рабочих частот
    Р-108М: 28.0-36.5 МГц, 341 рабочая частота
    Р-109М: 21.5-28.5 МГц, 281 рабочая частота
   Принята на вооружение в 1967 году в качестве замены для Р-105Д.
   Модели неуправляемых авиационных ракет.
   Жаргонное название четырёхствольного авиационного пулемета ЯкБ-12,7(Якушев-Борзов). Специально для Ми-24 в конце 70-х гг. были разработаны вертолетные гондолы ГУВ-8700 (один четырёхствольный пулемет ЯкБ-12,7 и два четырёхствольных ГШГ-7,62).
   Калибр, мм 12,7. Темп стрельбы, 4000-5000 выстр./мин. Начальная скорость пули, - 810 м/с. Масса, кг:
   оружия 45
   патрона 0,13
   пули 0,048
   Материально-техническое обеспечение.
   Боевая часть -- наряду со службой, основное организационное подразделение экипажа кораблей советского и российского Военно-Морского Флота, в ведении которого сосредоточены боевые и технические средства по определённому виду вооружения или оборудования, предназначенные для выполнения определённых задач в бою или повседневной жизни. На крупных кораблях может быть до пяти боевых частей, которые, в свою очередь, подразделяются на дивизионы, группы, батареи, башни, команды (отделения) и обозначаются номером:
   БЧ-1 -- штурманская;
   БЧ-2 -- ракетная, или ракетно-артиллерийская, или артиллерийская (в зависимости от состава вооружения корабля);
   БЧ-3 -- минно-торпедная;
   БЧ-4 -- связи;
   БЧ-5 -- электромеханическая.
   Боевые части возглавляются командирами и комплектуются специалистами для обслуживания оружия и технических средств.
   Подразделение экипажа на боевые части было введено в 1932 году Корабельным уставом Военно-морских сил РККА; уставами КУ-39, КУ-43, КУ-51, КУ-59, КУ-78 и КУ-2001 в корабельную организацию вносились отдельные коррективы.
   С 1978 года в ВМФ СССР на кораблях 1-го и 2-го рангов существовали также боевые части:
   БЧ-6 -- авиационная;
   БЧ-7 -- радиотехническая (управления).
   Тихоокеанский флот.
   Заместитель командира части по боевой подготовке.
   ИЖ-71 -- служебный пистолет под патрон 9в17 мм (.380 ACP) на базе пистолета Макарова. Другое обозначение - МР-71
   5-я ВАШМ - военная авиационная школа механиков. в/ч 74326
   На Тверецкой набережной Торжка размещаются особняки "лучших людей" города.
   Виски марки Johnni Walker Blue label Джонни Уокер Блю Лейбл. Самый дорогой из сортов этой марки.
   Смесь 16 редких сортов. Некоторым из них 50 лет, некоторые из них давно уже перестали производиться. В состав входит Auchterool 1923 года -- продукт исчезнувшей вискокурни из Равнины. Средний возраст спиртов 25 лет. Из тысячи бочек на Blue Label идёт в среднем одна. Виски в каждой бочке неповторим. Чтобы не пропустить уникальность и не сдерживать себя формальным возрастом на Blue Label возраст не указывается совсем. Получается в чём-то коньячный подход к искусству купажа: старые сорта (50 лет) смешиваются с более молодыми.
   Основа купажа -- Royal Lochnagar из Высокогорья, который придает сочный цветочно-фруктовый вкус, а Caol Ila с Айлы -- дымно-торфяные и морские тона.
   "Вишня" (нож разведчика образца 1943 года, НР-43) -- название боевого ножа, состоящего на вооружении советских и российских спецподразделений органов безопасности с 1943 года по настоящее время.
   Нож создавался с учетом опыта боевого применения армейского ножа образца 1940 года. Было решено отказаться от неудачных деревянных ножен, была изменена конструкция рукояти и форма гарды. Изделие отличается исключительно малым для боевого ножа весом.
   Общая длина ножа -- 270 мм, длина клинка -- 158 мм. Вес ножа без ножен -- 150 г.
   Кружка, Ложка, Миска, Нож - жаргонное туристическое сокращение.
   Общевойсковой защитный комплект (ОЗК) -- средство индивидуальной защиты, предназначенное для защиты человека от отравляющих веществ, биологических средств и радиоактивной пыли. ОЗК состоит на вооружении ВС РФ, многих стран бывшего СССР и является средством индивидуальной защиты военнослужащих всех родов войск. Используется совместно с респиратором или противогазом. Комплект ОЗК состоит из плаща ОП-1, защитных чулок и защитных перчаток.
   W76 -- американская термоядерная боеголовка. Боеголовка W76 доставляется внутри боевого блока Марк-4 (Mk-4). Американские баллистические ракеты подводных лодок Трайдент I и Трайдент II несут заряды W76 (наряду с боеголовкой W88 на Трайдент II). Производилась с 1978 по 1987 годы. Было произведено около 3400 боеголовок. Мощность боеголовки составляет 100 кТ.
   W80-1 - боеголовка ракет AGM-86 ALCM (1000 в строю) и AGM-129 ACM (400 в строю); предохранитель PAL D; за основу взят боезаряд Mk/B-61; часть текущего арсенала США. Мощность изменяемая 5-170 кТ
   Бэр (биологический эквивалент рентгена), англ. rem (roentgen equivalent man) -- устаревшая внесистемная единица измерения эквивалентной дозы. До 1963 года эта единица понималась как "биологический эквивалент рентгена", в этом случае 1 бэр соответствует такому облучению живого организма данным видом излучения, при котором наблюдается тот же биологический эффект, что и при экспозиционной дозе гамма-излучения в 1 рентген[1]. В системе СИ бэр имеет ту же размерность и значение, что и рад -- обе единицы равны 0,01 Дж/кг для излучений с коэффициентом качества, равным единице.
   100 бэр равны 1 зиверту.
   Поскольку бэр достаточно большая единица измерения, обычно эквивалентную дозу измеряют в миллибэрах (мбэр, 10--3 бэр) или микрозивертах (мкЗв, 10--6 Зв). 1 мбэр = 10 мкЗв
   Зи?верт (обозначение: Зв, Sv) -- единица измерения СИ эффективной и эквивалентной доз ионизирующего излучения (используется с 1979 г.). 1 зиверт -- это количество энергии, поглощённое килограммом биологической ткани, равное по воздействию поглощенной дозе гамма-излучения в 1 Гр.
   Через другие единицы измерения СИ зиверт выражается следующим образом:
   1 Зв = 1 Дж / кг = 1 м' / с' (для излучений с коэффициентом качества, равным 1,0)
   Равенство зиверта и грея показывает, что эффективная доза и поглощённая доза имеют одинаковую размерность, но не означает, что эффективная доза численно равна поглощённой дозе. При определении эффективной дозы учитывается биологическое воздействие радиации, она равна поглощённой дозе, умноженной на коэффициент качества, зависящий от вида излучения и характеризует биологическую активность того или иного вида излучения. Имеет большое значение для радиобиологии. 100 рентген = 1 зиверт с оговоркой, что рассматривается биологическое действие рентгеновского излучения (или другого фотонного излучения, например, гамма-излучения).
   Томахок (англ. BGM-109 Tomahawk,-- Томагавк) -- американская многоцелевая высокоточная дозвуковая крылатая ракета (КР) большой дальности, стратегического и тактического назначения. Находится на вооружении кораблей и подводных лодок ВМС США, использовалась во всех значительных военных конфликтах с участием США.
   Может нести как ядерную БЧ W80, так и осколочно-фугасные, проникающие или кассетные боевые части обычного снаряжения.
   AGM-86 ALCM (англ. Air Launched Cruise Missile, произносится "Аль-кам") -- американская крылатая ракета класса "воздух -- земля", разработана корпорацией Боинг.
   Первый пуск был произведён в 1979 году. В августе 1981 ракеты AGM были приняты на вооружение бомбардировщиков B-52G/H.
   Основные технические характеристики:
   Дальность пуска: 2780 км (1200 км для CALCM Block I/IA). Средняя скорость: 800 км/ч
   Боевая часть: 1) W80-1, термоядерная, 5-150 кт, 123 кг. 2) * осколочно-фугасная, 540-1450 кг (зависит от конфигурации)
   Антиблокировочная система (АБС, ABS; нем. Antiblockiersystem, англ. Anti-lock braking system) -- система, предотвращающая блокировку колёс транспортного средства при торможении.
   Пила?тес - это система физических упражнений, разработанная Джозефом Пилатесом (англ. Joseph Pilates).
   Комплексы упражнений на расслабление и растяжку.
   УПДК - Управление делами дипломатического корпуса.
   ПРО А-35 -- система противоракетной обороны, предназначенная для защиты Москвы от атак баллистических межконтинентальных ракет.
   Разработка началась в 1958 году. Первый перехват ракеты был продемонстрирован 4 марта 1961 года на полигоне Сары-Шаган, где ракета В-1000 смогла уничтожить атакующую ракету.
   Позже была представлена модификация системы под названием ПРО А-35М, способная отразить два последовательных залпа по восемь моноблочных межконтинентальных баллистических ракет в каждом, которую в 1978 году поставили на боевое дежурство.
   Впоследствии ПРО А-35М была заменена на ПРО А-135.
   32 ракеты 51Т6 "Азов" ("Gorgon"), призванные осуществлять перехват за пределами атмосферы, расположены в двух позиционных районах. По неподтвержденным данным, ракеты оснащены термоядерными зарядами мощностью 1-2 Мт. В 2002--2003 годах были изъяты из шахт в связи с истечением срока службы.
   Длина 19,8 м
   Диаметр 2,57 м
   Масса 33 т
   Дальность полета 350 км
   С-300 (по классификации МО США и НАТО - SA-10 Grumble, SA-12 Giant/Gladiator, SA-20 Gargoyle) -- зенитная ракетная система среднего радиуса действия. Серийный выпуск системы (С-300ПТ) был начат в 1975 году. В 1978 году были завершены испытания системы. В 1979 году первый полк С-300ПТ встал на боевое дежурство.
   Зенитно-ракетная система (ЗРС) С-300 состоит из командного пункта с радиолокатором обнаружения (РЛО), с которым связаны до 6зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) 5Ж15. Каждый из 6 ЗРК находится обычно в ведении своей воинской части. Командный пункт служит для автоматизированного распределения целей между ЗРК и не содержит ракет.
   Предназначена для обороны крупных промышленных и административных объектов, военных баз и пунктов управления от ударов средств воздушно-космического нападения противника. Способна уничтожать баллистические и аэродинамические цели. Имеется возможность нанесения ударов по наземным целям с заранее известными координатами. Стала первой многоканальной зенитной ракетной системой, способной сопровождать каждым комплексом (ЗРК) до 6 целей и наводить по ним до 12 ракет
   Дословная цитата из данного документа! "We need more marineproof equipment!"
   Герб США принят в 1782 году и неоднократно, но незначительно модифицировался, последний раз в 1884 году. Его главным элементом является обитающий в США белоголовый орлан (американцы именуют его "лысым орлом") -- символ суверенитета и могущества.
   Золотой миллиард -- выражение, означающее население развитых стран с достаточно высоким уровнем жизни в условиях ограниченности ресурсов. Численность данного населения в миллиард связана с численностью суммарного населения таких стран и регионов, как США (310.5 млн.), Канада (34.3 млн.), Австралия (22.5 млн.), Евросоюз (27 стран, суммарно 500 млн.), Новая Зеландия (4.4 млн.), Япония (127,4 млн.), Израиль (7.5 млн.), Лихтенштейн (35800 чел.), Монако (33000 чел.), Люксембург (0.5 млн.), Андорра (84000 чел.), Ватикан (920 чел.) к началу третьего тысячелетия.
   Мальтузианство -- демографическая теория, созданная в конце XVIII века английским ученым Томасом Мальтусом. Согласно этой теории рост населения значительно превышает рост производства продуктов питания, вследствие чего неконтролируемый рост населения неминуемо приведет к голоду. Сейчас же теория Мальтуса рассматривается как важная составная часть классической экономической теории.
   Джордж Ге?рберт Уо?кер Буш (англ. George Herbert Walker Bush; род. 12 июня 1924, Милтон, штат Массачусетс, США) -- 41-й Президент США (в 1989--1993 годах), Вице-Президент при Рональде Рейгане (в 1981--1989 годах), сенатор, дипломат, директор ЦРУ, отец 43-го президента США Джорджа Буша (младшего).
   Впервые официальная должность Директор Центральной разведки (англ. Director of Central Intelligence, DCI) была учреждена американским Президентом Гарри Труменом 23 января 1946 года; первым Директором стал адмирал Сидни Соерс. Директор Центральной разведки координировал разведывательную деятельность между различными спецслужбами, министерствами и агентствами Соединенных Штатов, занимающимися сбором разведывательной информации и в совокупности называемыми "Разведывательное сообщество США". Одновременно ДЦР руководит ЦРУ.
   Оперативное командование Военно-воздушных сил Франции на своем сайте создало отдельный домен, посвященный неким учениям "Южный мистраль" - www.southern-mistral.cdaoa.fr. Раздел сайта "Презентация" поясняет: совместные франко-британские военные учения "Южный мистраль" проводятся с 21 по 25 марта 2011 г., и основным элементом этих учений является операция "Южный шторм". Сценарий операции состоит в "нанесении дальнего удара обычными вооружениями" по некому "южному диктатору" в "Южной стране". Этот дальний удар Франция наносит в стремлении "показать свою решимость Южной стране" и "согласно резолюции Совета безопасности ООН N3003" (фиктивный номер). Великобритания поддерживает Францию силами своих ВВС.
   По датам, составу участников, сценарию, задействованным военным силам операция "Южный шторм" воспроизводит один к одному детали текущей операции против Ливии. Как говорят американцы, если оно выглядит как утка, крякает как утка, ходит как утка, то, скорее всего, это утка и есть.
   Боинг 787 (англ. Boeing 787 Dreamliner) -- широкофюзеляжный двухмоторный реактивный пассажирский самолёт, разрабатываемый американской компанией Boeing совместно с рядом зарубежных компаний. Максимальная взлётная масса в варианте 787-9 - 216,5 т
   Боинг 747, выпускаемый американской компанией Boeing, часто именуемый "Джамбо Джет" (англ. Jumbo Jet), или просто "747", -- первый в мире широкофюзеляжный дальнемагистральный пассажирский авиалайнер. Максимальный взлётный вес в варианте 747-400ER - 412,8 т
   Airbus А380 -- широкофюзеляжный двухпалубный турбореактивный пассажирский самолёт, созданный концерном "Airbus S.A.S." (ранее Airbus Industrie) -- самый крупный серийный авиалайнер в мире (высота 24,08 метра, длина 72,75/80,65 метра, размах крыла 79,75 метра). Вместимость -- 525 пассажиров в салоне трёх классов, 853 пассажира в одноклассовой конфигурации. Может совершать беспосадочные перелёты на расстояние до 15 400 км.
   Имеет четыре двигателя. Также предусмотрена грузовая модификация A380F с возможностью перевозить груз до 150 тонн на расстояние до 10 370 км. Максимальная взлётная масса -- 560 тонн (масса самого самолёта -- 280 тонн).
   Магри?б(араб. ???????? -- Запад) -- название, данное средневековыми арабскими географами и историками странам, расположенным к западу от Египта; сохранилось в арабском языке и поныне.
   В настоящее время понятие Магриб получило в политике более широкое значение (т.н. Большой Магриб) и в него включаются (с запада на восток): Западная Сахара, Мавритания, Марокко, Алжир, Тунис, Ливия. В средние века в понятие "Магриб" включались также мусульманская Испания (Андалусия) и другие владения бывшего Арабского халифата в западной части Средиземного моря (Балеарские острова, Сардиния, Сицилия).
   БРИКС (англ. BRICS) -- группа из пяти быстроразвивающихся стран: Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южно-Африканская Республика (Brazil, Russia, India, China, South Africa). Сокращение BRIC было впервые предложено Джимом О'Нейлом, аналитиком Голдман-Сакс в ноябре 2001 года в аналитической записке банка. До 2011 года по отношению к организации использовалась аббревиатура БРИК. В связи с присоединением ЮАР к БРИК 18 февраля 2011 года, по заявлению индийского министра финансов с этого времени группа стала носить название BRICS. По мнению Голдман-Сакс, к 2050 году суммарно экономики стран группы по размеру превысят суммарный размер экономик самых богатых стран мира (Большой семёрки).
   Последовательность букв в слове определяется не только благозвучием, но и тем, что само слово в английской транскрипции BRICS очень похоже на английское слово bricks -- "кирпичи", таким образом, данный термин используется в качестве обозначения группы стран, за счёт роста которых во многом будет обеспечиваться будущий рост мировой экономики и фондовых рынков в частности
   AGM-158 JASSM (сокр. англ. Joint Air-to-Surface Standoff Missile) -- крылатая ракета класса "воздух -- поверхность", разработана корпорацией Lockheed-Martin в Соединённых Штатах с элементами технологий малой радиолокационной заметности. Ракета предназначена для поражения как стационарных, так и мобильных целей, легкобронированных и небольших сильно защищённых объектов, в простых и сложных метеоусловиях, ночью и днём.
   БЧ J-1000 при скорости 300 м/с может проникать в грунт средней плотности на глубину от 6.1 до 24.4 м и пробивать железобетонные плиты общей толщиной 1.2-2.1м
   AGM-154 Joint Standoff Weapon -- тактическая планирующая управляемая авиационная бомба, разработанная американской фирмой Texas Instruments Defense Systems & Electronics. Имеет "ракетное" обозначение, так как планировалось оснастить её ракетным двигателем.
   Викимапия (WikiMapia) -- проект, объединяющий информацию Google Maps с технологией вики. Основан Александром Корякиным и Евгением Савельевым 24 мая 2006 года. Его заявленной целью является описание географических объектов всей планеты.
   Просматривая карту Викимапии, пользователь видит объекты, ограниченные контурами, и может получить их текстовое описание. Добавление фотографий и выделение новых участков карты доступно любому посетителю сайта, но редактирование объектов доступно только зарегистрированным пользователям. Объекты также помечаются категориями, в режиме поиска отображаются только те из них, в описании которых присутствует данная категория. Также к каждому помеченному участку можно добавлять фотографии этого объекта, видеоролики из YouTube и ссылку на страницу в Википедии для этого объекта.
   Разведывательное управление Министерства обороны США (РУМО, англ. Defense Intelligence Agency, DIA) занимается военно-стратегической разведкой, сбором и анализом информации для министра обороны, Объединенного комитета начальников штабов и других подразделений министерства обороны, осуществляет координацию работы всех разведывательных организаций министерства обороны США.
   Создана в октябре 1961 г. по рекомендации Р.Макнамары, руководителя Пентагона. РУМО подчиняется министру обороны и ОКНШ. Роль РУМО по отношению к другим военным спецслужбам можно сопоставить с ролью ЦРУ по отношению к Разведывательному сообществу в целом. Вместе с тем, ЦРУ само по себе является мощнейшей спецслужбой, занимающейся разведкой, а также проведением тайных операций, в то время как про РУМО этого не скажешь.
   Одной из основных причин создания данного управления, по-видимому, следует считать потребность министерства обороны в источнике информации, независимом от разведывательных подразделений ВВС, ВМФ и сухопутных войск.
   Владикавказ.
   Скорее всего имеется ввиду "тактическая" серия дробовиков итальянской компании Fabarm. SDASS 12 Pro Telescopic к.12/76
   Технические характеристики:
   Калибр 12/76. Общая длина 970-1050 мм. Длина ствола 500 Вместимость магазина 6+1 патронов
   Материал приклада и цевья - пластик. Масса 3,15 кг:
   Радиационная, химическая и биологическая защита.
   Если хотите, я могу говорить на вашем родном языке?
   Так назвали Козельск монголы много сотен лет назад, когда его осада привела к тяжелам потерям в их войсках. Хотя, может, это просто очередная выдумка летописцев.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   73
  
  
  
  

Оценка: 7.44*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Панченко "Ветер. За горизонт"(Постапокалипсис) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Ефремов "История Бессмертного-2 Мертвые земли"(ЛитРПГ) Т.Мух "Падальщик"(Боевая фантастика) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) А.Тополян "Механист"(Боевик) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"