# Бремя Сильных. Глава 16

Андрей Олегович Рымин

Бремя Сильных. Глава 16. Комментарии прошу оставлять в основном файле.

## Глава 16


Шустрые пузырьки воздуха несколькими вихлявыми ручейками убегали к поверхности. Тяжелый доспех уносил Даниэля ко дну с такой скоростью, что казалось, будто Первый Ангел не тонет, а падает. Сариец якорем летел в глубину и даже не пытался бороться с законами физики. Стремительное погружение могло остановить лишь одно.

Песок! Закованные в железо ноги встретили долгожданную твердь. Падение наконец-то закончилось, и теперь Даниэль мог спокойно начать выбираться из латной ловушки. Умелые руки сначала нащупали поясную защелку, затем разомкнули заплечную. Секунд через десять пришел черед шлема, потом отстегнулись поножи. Единый доспех разбирался на малые части. Хвала оружейнику - делалось это легко.

Обычно подобные цельные панцири боец в одиночку с себя снять не мог. Но то про стандартный доспех. Конкретные латы как раз создавались с расчетом на нынешний случай, а потому Даниэль не спешил. Вернее, спешил, но в движениях не было паники. Как не было ее и у Вечного в мыслях. Не зря же его за глаза называли Холодным.

Сорок ярдов воды отделяли сарийца от килей галер, но такое давление совсем не тревожило Первого Ангела. Сын бессмертной богини знал главное - на то, чтобы всплыть, у него есть пятнадцать минут, и этого времени хватит с запасом. В принципе, Вечный без воздуха мог обойтись даже дольше, но потом дефицит кислорода аукнется болью в висках и плохим самочувствием в целом. Нужды доводить до такого сейчас не возникло. Всего три минуты, и якорь-доспех уже сброшен, а пальцы вращают кольцо карабина на кончике тонкой цепочки.

Сам панцирь, конечно, - немалая ценность, но мастер-кузнец изготовит другой, и не хуже. Доспехи не жалко. Вещь древних же - дело другое. Ее бросать - смерти подобно. Таких больше нет, да и в ней ведь Осколок звезды, он гораздо важнее. Сариец ногтем разомкнул изящную миниатюрную клипсу, освободив драгоценный предмет. Рука ухватила округлую ручку, пальцы сжались клещами. Теперь уже можно всплывать.

Даниэль оттолкнулся ногами от дна и рванулся наверх. Слабая прозрачность воды урезала видимость до четырех-пяти ярдов. Только в самом конце Вечный смог разглядеть, что поверхность Арнея пуста. Вынырнув, сын богини тот час убедился, что "пуста" - не то слово. Вокруг на волнах колыхались какие-то доски, обрывки снастей, бочки, ящики, весла и люди. Живые и мертвые, свои и чужие усеяли водную гладь, словно кто их специально рассыпал. Даниэль в три гребка переместился к ближайшему плавучему обломку. Ухватился, чуть-чуть приподнялся и смог наконец осмотреться.

По левую руку, едва ли в ста ярдах от Вечного, тонул когг даргонцев. Пузатое судно, пустив крен на нос, оголило корму, задрав рулевое весло. Впереди, еще ближе, две галеры южан сцепились с другим "мореходом". На палубах шла рукопашная. Звон клинков, крики, топот и всплески падений долетали до сына богини, но ему до них не было дела. Первый Ангел уже отвернулся и разглядывал скопище кораблей дрейфующих по течению у него за спиной.

Двести ярдов! Хорошо же снесло их за эти минуты. Догнать будет сложно. Тем более там тоже драка наметилась. Пузатый "даргонец" с разгону впечатался в борт крайней справа галеры. Смачно хрустнули доски, по звуку понятно - конец. С подобной пробоиной плавают только ко дну. Хорошо хоть вплотную дрейфуют другие суда. Команда, кто после удара остался на палубе, спешно лезут по брошенным трапам к соседям. А на подходе еще несколько коггов. Досматривать Вечный не стал.

Отпустив деревянный обломок, Даниэль поплыл вправо, загребая свободной рукой. Единственное открытое направление, хвала Матери, оправдало надежды сарийца. Минут через пять, его курс пересекся с одним из своих кораблей. Еще не вступавшее в тесный контакт с неприятелем судно стремилось прорваться церковникам за спины и шло во все весла. Судьба бы ему проскочить мимо Вечного, да только вот "Вихрь" не дал.

Подняв над волнами зажатый в ладони предмет, сын Сары направил его на корабль. Сработало! Серый луч без проблем "захватил" свою цель, и корпус галеры окутало коконом мерцающее едва различимое облако. Судно встало рывком и слегка приподнялось. Часть оснастки и пару матросов инерцией бросило за борт. Остальным повезло - лишь попадали с ног. Да и те, кто в том миг не за что не держался. Даниэль ждать пока все поймут, что случилось не стал. Палец свободной руки прикоснулся к светящейся стрелке, и корабль немедля поплыл вперед боком. Причем, с поразительной скоростью. Брызги воды полетели на палубу, струями. Галеру словно тянул за невидимый трос великан. Корпус судна дрожал, норовя развалиться, но все быстро закончилось. "Вихрь", выполнив дело, пропал.

Сына Сары заметили. Тут же к Вечному потянулись багры, за борт сбросили лестницу. Две минуты, и Ангел стоял на корме, озирая окрестности. Чей-то более-менее свежий мундир плотно сел на поджарое тело Холодного. За спиной Даниэля плясал на ветру желтый плащ. Губы Вечного, как и всегда, были собраны в ровную линию, но глаза улыбались. Слегка.

Бой, проигранный только-что, не принес поражения в битве. Преимущество снова на их стороне. Весть о чудном спасении Первого Ангела разлеталась от вымпела к вымпелу сигналами разноцветных флажков. Скоро к ним подоспеет прикрытие, и опять можно будет заняться "швырянием" коггов друг в друга. В том, что победа сегодня достанется им Даниэль не сомневался ни капли. Теперь-то он будет вести себя осторожнее и не станет лезть в самую гущу. Пусть потери окажутся больше, чем значилось в планах, но собой сын богини опять рисковать не желал. Ни собой, ни Вихрем, ни Осколком звезды. Только людьми и судами.

Поздним вечером, когда грандиозная битва закончилась, Первый Ангел себя похвалил за разумный подход. Из трехсот двадцати девяти кораблей на плаву оставалось сто сорок. Пусть не так уж и много, зато и "даргонцы" на дне. Ни один не ушел. Только несколько коггов, захваченных целыми, поменяли цвет флагов на мачтах. И команды, естественно. Церковники знали прекрасно, чем светит им плен, а потому дрались насмерть. Нарвазцев же взяли немало, те трусы. И это неплохо - рабы государству нужны. Жаль только удрало до пары десятков лоханок, да только такую победу не скрыть так и так. Пусть уж знают в Индаре. Пусть знают и ждут...

И боятся!


***


Конь полковника Монка остановился возле самого края обрыва. В этом месте прибрежная круча максимально выдавалась вперед, протыкая Арней полуостровом. Арчи привстал в стременах, закрываясь от солнца поднес ко лбу руку и уставился в даль. Четвертый раз за сегодня имперец являлся на мыс, и четвертый раз бестолку. Речные просторы по-прежнему пустовали, но Монк точно знал, что так будет не вечно.

Буквально вчера вечером неожиданно вернулся флот, охранявший границу. Вернее, то, что от него осталось: пара десятков нарвазских галер и ни единого даргонского когга. Даже те редкие солдаты, кто не умел считать, сразу поняли - случилось невероятное. Союзные эскадры разбиты, и теперь про огромное, казалось бы, преимущество коалиции на реке смело можно забыть. Только, как же так вышло?!

Колдун! Чудом выжившие беглецы рассказали про серый мерцающий вихрь, хватавший целые корабли и бросавший их в другие по воздуху. По таким необычным приметам Арчибальд, да и все кто участвовал в битве под Генком, сразу с легкостью опознали в описанном вихре "их хобот". То ли в армиях Сары имелось аж два колдуна, то ли первый, и он же единственный, перемещался со скоростью птицы. К сожалению, оба варианта ничего хорошего союзникам не сулили. И неудивительно, что речное сражение было проиграно. Удивляло другое - как кому-то вообще удалось улизнуть?

В штабе армии умудрились порадоваться даже этому. Теперь-то, хоть было известно, к чему им готовиться. А это уже немало. Естественно, далее стоило ждать появления флота южан и переправы сарийских войск на восточный берег. Никто не сомневался, что тянуть с этим делом противник не станет. На дворе уже тридцатое августа. Несколько дней, и лето закончится. А нарвазская осень - не самое лучшее время для войн. Здесь на севере к октябрю развезет все дороги, кроме имперского тракта. Так что захватчики, хочешь не хочешь, а будут спешить. В том числе и с осадой. Наверняка постараются перевезти свои полчища прямо под стены Индара. Зачем им себя утруждать лишним маршем? При наличии достаточного числа кораблей и под прикрытием "хобота", у еретиков все могло получиться. Если, конечно, им не особо мешать. А уж мешать маршал Харт собирался по полной программе.

За спиной Арчибальда равнина пестрела шатрами, и толпы солдат, готовясь встречать иноверцев, трудились над сборкой разнообразных дальнобойных машин. На артиллерию в грядущем сражении делалась главная ставка. Магический вихрь еретиков, как теперь уже было ясно, ограничивался длиной в сотню ярдов. Немало, конечно, но катапульты, баллисты и даже луки бьют дальше. Так что сдаваться никто раньше времени не собирался. Один колдун у врагов, или два, не так уж и важно. Когда в битве с обоих сторон сойдется сто тысяч солдат, победа достанется тем, у кого будет правильней тактика, лучше выучка и удобней позиция. При подобных масштабах даже два "хобота" погоды не сделают. Только Арчи, вот, был почему-то уверен, что колдун у сарийцев один. Его мнение маршал Харт разделял, но штабисты готовились все-таки к худшему. Оно, как известно, лучше всегда перебдеть.

Работа кипела по всей кромке берега вплоть до самых стен города. На них, кстати, тоже народ не сидел сложа руки. Нарвазцы готовились к штурму. Не дай боги, с переправой у врага все же выгорит. На башнях торчали, пока не взведенные, рычаги катапульт. Меж зубцами блестели кольчуги лучников. Внизу, у воды, все причалы уже разобрали. Рынок, верфи, склады и другие береговые постройки бесследно исчезли, а на их месте, как и повсюду, кишели солдаты, сооружавшие различные дальнобойные штуки. Дальше к северу по реке за Индаром то же самое происходило на протяжении миль десяти. Сорок тысяч - огромная армия. Всем на малом участке не встать. Да то было и на руку маршалу Харту, растянувшему силы союзников по внушительной линии фронта. Где бы враг не надумал пристать, его встретят. Ну, а слишком уж вбок от своих лагерей желтоплащники отходить не решатся. Слишком большие паузы при высадке десанта подобны смерти. Сметут на раз. При переправе, чтобы закрепиться, необходимо подвозить подмогу максимально быстро, а ведь Арней широк и без того.

- Что, не видать? - подъехал к Монку еще один кавалерист-полковник. Бертрам Ван Март мог запросто сойти за брата Арчи. Такой же рослый, статный, белокурый, лишь чуть длинней усы и борода. Племянник графа Кальвии еще по детству знался с баронетом. Когда-то их отцы водили дружбу, потом пришел черед и сыновей. Мальчишек-одногодок одновременно отдали в военное училище, где парни спелись и едва не спились. В столице молодым дворянам сложно не кутить.

Папаша-Август проиграл когда-то бой за Фреда матери, того пришлось отправить в академию - учить науки светские: историю, литературу, божье слово и другие. А потому-то Арчибальд был обречен с рождения на воинский удел. Как, собственно, и Альб, который через пару лет пошел стопами брата. Вот только младший Монк карьеру завершил давно, покинув службу в звании всего-лишь капитана. Он предпочел вернуться жить к отцу в Синар, как только мать ушла на небеса.

Сам Арчибальд, в отличии от брата, тогда свой конный полк бросать не пожелал. На церемонию "Последнего огня" он-то, конечно, съездил, но пробыл дома ровно десять дней, как должно по традиции. В тот траурный период Арчи понял - ему здесь места нет. Знакомый с детства город стал другим. Вернее, стал другим мальчишка, который много лет тому назад шнырял по узким улочкам Синара, в компании шальных озорников. Когда-то Монк мечтал стать, пусть и не бароном, но важным в своих землях человеком. Мечтал о почестях, о власти, о любви народа. Хотел, коли не править, так хоть уж заправлять. Те времена прошли, и молодой полковник свои былые чаяния забыл. Его не вдохновляли больше, ни богатство, ни почет, ни статус дворянина. За годы службы Арчи прикипел к армейским будням, когда по звуку горна мчишься в бой, когда звенят мечи, когда лавина конницы летит вперед подобно ветру, когда порою смерть проносится стрелой над головой, когда все чувства обостряются, пылая, когда живешь. Действительно, живешь!

Берт тоже был таким. Лихой рубака в прошлом, сейчас, конечно, малость подостыл. Года и опыт никуда не денешь. Порывы юности тускнеют к седине. Ван Марта с Монком старыми пока считать никто не думал, но возраст-тридцать семь уже клонил к тому. Полковник - звание вполне себе серьезное. Не забалуешь. Люди не поймут. Друзья старались чину соответствовать, но получалось плохо. Двух сальных хохмачей и балагуров частенько поминали, как пример отъявленных кутил. Конечно, лишь в кругу своих же офицеров. Для подчиненных никакого Арчи не существовало в принципе. Лишь господин полковник, реже - Монк. Все то же относилось и к Бертраму. На службе - воин, на гражданке... Впрочем, кто ее гражданку помнит? Казалось, сотня лет прошла со времени последнего отгула. Он походил скорее на загул. Тот праздник жизни приключился в прошлом цикле, еще до Бури. Нынче шла война.

- Нет. Суки не торопятся. - Монк повернулся к другу. - Как думаешь, сегодня ждать вообще?

- Ха! Ты, я смотрю, не в курсе новостей. - загадочно прищурился Ван Март. - Дозорные с излучины уже дымили утром. Я потому сюда и прискакал - хотел взглянуть на флот.

- Вот черт! А я промухал. Наверное тогда ходил в нужник.

- Посрать - святое дело. И, кстати, о дерьме: вон, посмотри - явились, наконец.

Монк быстро глянул на реку. И правда, мачты! Там впереди, милях в семи от их мыса, один за одним выходили из-за изгиба берега корабли. С такого расстояния галеры казались игрушечными, но Арчи не собирался обманываться:

- Здоровенные! Не то, что лоханки нарвазцев. Как думаешь, сколько народу в такую войдет?

- Человек триста влезет. - уверенно заключил Берт. - А вот лошади... Черт их знает, как они коней везти собираются. В трюме сложно. Пока загрузишь... Тфу! Пока загонишь, пока выгонишь. При высадке надо все делать быстро, ты нас знаешь - долго стоять не дадим.

- А вон тебе и ответ. - Арчи взволнованно вскинул руку, указывая на выходящую из-за поворота здоровенную баржу. Плоская громадина плыла с общей скоростью флота. Отсюда было не разглядеть, но, похоже, ее тащили на буксире сразу две галеры. За первой неповоротливой посудиной виднелась вторая. За ней ползла третья. Постепенно все широченное русло Арнея заполнилось кораблями сарийцев. Вражеская флотилия неторопливо двигалась к Индару.

- Судов двести. - прикинул Монк. - Если считать с баржами. Кстати, часть с грузом идет! Интересно, что там у них? Неужели жратва.

- Да не, вряд ли. Думаю материал для осадных машин заготовили. Ну и ядра к ним. Плюс, наверняка, стрел запас, те же лестницы, штурмовые большие щиты. В общем, все для осады.

- Возможно ты прав. - Арчи тщетно силился разглядеть, что везут иноверцы. Расстояние все еще оставалось слишком большим. - Мы, когда сейчас за Арнеем гуляли, я все радовался, что заведую конницей. Бедняга Коржевиц своих инженеров каждый день материл по чем зря. То у них одна телега сломается, то на другой ось крякнет. А что поделаешь, если каждая каменюка для большой катапульты весит, как мы с тобой вместе взятые. Артиллерия - самая медленная часть обоза на марше. По воде это добро всяко легче возить.

- Ага! Самая медленная и самая несъедобная! - весело поддакнул Ван Март.

- Эх, Берти, Берти... Шутник ты великовозрастный. - Арчи с упреком покачал головой. - И как у тебя только язык поворачивается в такой момент хохмить. Неужели не страшно? Думаешь нас нечто веселое ждет?

- У, какие мы строгие. - убрал с лица улыбку Ван Март. - Нет, господин полковник, не страшно. Никогда прежде я врага не боялся. Не боюсь и сейчас. Весело, конечно, не будет - это понятно. Но мы ведь все равно победим. Мы всегда побеждаем, и даже колдун желторотикам не поможет. Ну как, Ваша светлость, устроил ответ?

- Ой, да ну тебя! - отмахнулся от приятеля Монк. Арчи понимал, что его друг только притворяется обиженным. Водилась за ним такая слабость - картинно надуваться по пустякам. - Просто ты не был под Генком и не видел той хрени, что там творилась. Слушай, а не пора ли нам дергать обратно? Гляди, как продвинулись.

- А куда спешить? Лично у меня в полку все чинно-благородно. Стоим на позициях. Если в штабе затеют какое-нибудь совещание, где нам подобает присутствовать, так нас позовут. Дай зрелищем насладиться! Когда мы еще такое увидим? Время-то терпит. Все равно сарийцам сначала грузиться, а лишь потом к нам. Думаю, только завтрашним утром полезут.

- И то правда. Красиво засранцы идут. Строй держат, как на параде. Где, думаешь, основные силы высаживать станут? До города, или за?

- Ну, прямо под стены-то уж точно не сунутся. Там места мало, не развернуться, как следует. Да и сверху приложат на будь здоров.

Оба полковника, не сговариваясь, обернулись назад, где в нескольких милях от них серела каменная громада Индара. Отсюда казалось, что город стоит возле самой реки, но, конечно же, это было не так. Между стенами и водой пролегала довольно приличная, шириной ярдов триста, полоса голой нынче земли. Древние нарвазцы-строители, видать, в свое время поленились укреплять берега и предпочли не прижиматься к Арнею, оставив защитный зазор. Местные говорили, что раньше эта поляна была еще шире, но сезонные половодья год за годом подтачивали земляные откосы. Век-другой, и Индар стены все же замочит в реке. Только будет ли это проблемой нарвазцев?

- Думаю, все же до города. - наконец определился Ван Март. - Не вижу смысла лишние мили наматывать. Стены с любой стороны одинаковы. К тому же им сам Индар пока по боку. Сарийцы сначала попробуют нас отогнать, а потом уже за осаду возьмутся.

- Что верно, то верно. От генерального сражения в чистом поле им не отвертеться. - Арчи задумчиво глядел на реку, где корабли неприятеля уже начали смещаться поближе к противоположному берегу.

- На чистое поле еще выбраться надо. - Бертрам, наоборот, отвернулся от вод Арнея и рассматривал линию будущей обороны. - Инженеры, вроде, заканчивают. Как раз вовремя. Завтра уж мы камушками по ним пошвыряемся... Ладно, погнали назад.

Друзья-офицеры синхронно стегнули поводьями, и послушные кони потрусили от берега прочь. Ни Монк, ни Ван Март не догадывались, как далеки их предположения и прогнозы от истины. Только в одном были правы имперцы - переправляться враг начал с рассветом. Правда вот, переправой происходящее было сложно назвать.


***


Не успело еще восходящее солнце как следует осветить воды Арнея, как флот еретиков, расшвартованный на ночь вдоль западного берега, зашевелился. Галеры, стоявшие со вчерашнего дня без движений, ожили и начали одна за другой покидать временные причалы. Вслед за ними потянулись и баржи. Каждую тащили на тросах сразу по два корабля, подцепив их с разных сторон. Подтверждая догадки Бертрама, вражеские суда дружно выгребали против течения. Загружались сарийцы примерно напротив Индара, но теперь флот врага отходил по своим же следам аж к началу имперских позиций. В рядах союзников даже пошел шепоток: мол, сбегают от битвы. Отплывут миль на двадцать и там уже высадятся. А потом только двинутся к городу.

Правда о том лишь солдаты судачили, да десятники. И то, конечно, не все. Офицеры, а уж тем более генералы понимали прекрасно - такого не может быть в принципе. Во-первых, хотел бы враг посуху идти до столицы Нарваза, так шли бы уже. Всем скопом, без всяких заречных маневров. Прямиком вдоль восточного берега , и со своим колдуном во главе. А раз нет, значит побоялись со всей союзной армией сойтись раньше времени. Другого объяснения нет. Ну, а во-вторых, и это уж точно отметало все мысли о дальнем отходе сарийцев, корабли желтоплащников смогли принять на борт только лишь половину своего войска. Вторая, что замечательно виделось даже с позиций имперцев, по-прежнему оставалась на западном берегу, где и раньше. Солдаты противника сгрудились у самой воды, однозначно готовясь к погрузке по возвращению флота. Да и кто же решится сейчас разбивать свою армию на двое? Точно не кто-то из Ангелов. При всех своих слабостях и недостатках, эти сволочи скудостью ума не страдали ни в коей мере. А то, что войско еретиков ведет один из сыночков богини в штабе союзников не сомневались. Если не все трое разом. С них станется.

Между тем неприятельский флот, поравнявшись с границей позиций имперцев, начал сбрасывать скорость. Корабли желтоплащников сгрудились в середине реки и принялись за какие-то непонятные перестроения. Массивные суда, аккуратно лавируя в толчее, постепенно расставились в нужном порядке, и только потом тронулись в сторону берега.

А там их уже заждались. У самого края обрыва, между машин инженеров, застыли шеренги лучников. За ними взводили свое мощное, но менее дальнобойное оружие арбалетчики. После высадки им надлежало: пробраться вперед и дать залп. Потом шли ряды пикинеров и мечников. Эти уже встретят врага на земле. Поднимавшийся за узким пляжем откос, хоть и был невысок, а пойди заберись, если сверху в тебя тычут копьями. Эдакий слоеный пирог, начиненный колючим железом. Подходите, мол, угощайтесь. Только конница расположилась слегка позади. Кавалерия вступит в бой самой последней, если вступит вообще. Случись где прорыв обороны, Летучие мигом примчат и заткнут эту брешь. А могут и Тяжелые навалиться: налетят клином, раздавят, растопчут, скинут обратно в реку. На что только сарийцы рассчитывают...

- Поворачивают!

Стоявшие ближе всех к краю откоса солдаты в недоумении наблюдали за тем, как передние корабли иноверцев неожиданно изменили свой курс и теперь резко клонятся влево. Не дойдя ярдов триста до берега строй сарийских судов совершил поворот, вновь направившись в сторону города. Флот южан шел колонной по четыре галеры в шеренге. Причем, в первой линии, если смотреть от имперцев, медленно плыли те самые груженные баржи, заинтересовавшие давеча Монка с Ван Мартом. Содержимое трюмов этих гигантских плавучих телег продолжало оставаться загадкой. По осадке-то ясно, что нечто тяжелое, но уж слишком борта высоки: заглянуть не выходит. Впрочем, этот секрет таковым пробыл очень недолго. Не успела еще голова деревянной плавучей змеи показать толком шею, как один из расчетов не выдержал.

Прыгнул вверх, получивший свободу, рычаг катапульты, и ядро полетело вперед. Подвели инженеров нервишки. Камень две-три секунды вычерчивал в небе дугу, а затем шумно плюхнулся в воду. Естественно, этот выстрел не причинил никому никакого вреда. Ну, разве что командиру расчета, чья оплошность балбесу аукнется после сражения. Недолет в сотню ярдов - не тот результат, что потом кто-то спишет на промах. Тут вообще не хрен было стрелять - далеко. Хорошо, хоть другие не подхватили бездумный порыв и не начали палить по чем зря. Вот бы вышла для иноверцев потеха! Бесплатный и безопасный салют в честь бессмертной богини! Впрочем, как выяснилось буквально минутой спустя, салют в честь своей повелительницы все-таки в планы сарийцев входил.

Не успели разгладиться воды Арнея на месте падения камня, как корабли неприятеля разом сбросили скорость. Широкие лопасти весел сначала застыли на месте, тормозя ход судов, а затем не спеша закружились в обратную сторону. Не позволяя течению унести себя дальше, колонна застыла на месте, а галеры-буксиры и вовсе подали назад, чтобы сохранить натяжение тросов. Баржи медленно проползли между своих тягачей и тоже остановились. Тут же к первой из них подгребло небольшое суденышко, с очень странной надстройкой на палубе. До недавнего времени этот кораблик постоянно держался в самом центре флотилии, и его необычность не бросалась имперцам в глаза. Сейчас же, когда он все-таки выбрался из-под защиты своих более массивных собратьев, явное отличие этого судна от остальных сразу же приковало к себе тысячи настороженных взглядов.

Там, где у нормальной галеры полагалось быть мачте, палуба чудного кораблика топорщилась высоким помостом. На вершине надстройки стоял лишь один человек в ярко-желтом плаще, державшийся левой рукой за перила оградки. Спрятавшись от взоров противника за бортом баржи, странное судно остановилось, и "колдун" начал действовать.

Правая рука человека в плаще вытянулась вперед и немного вниз. Серый магический вихрь вырвался из зажатого в пальцах сарийца предмета и умчался куда-то в трюм баржи. Кисть "колдуна" на секунду застыла, а затем быстро дернулась вверх, извлекая наружу, захваченный "хоботом" камень. То есть даже не камень, а блок: здоровенный обтесанный, ярд на все два в габаритах. Весом явно не меньше коня. Из таких только стены вокруг городов возводить. Видно где-то шла крупная стройка, оттуда и взяли. Те имперцы, кому довелось поучаствовать в памятной битве под Генком, сразу поняли, что сейчас будет.

И верно! Резкий взмах! Серый вихрь на миг пропадает, и снаряд мчится к берегу. Угловатая глыба вращается в воздухе, но полет валуна скоротечен. Страшной силы удар тонет в криках солдат. Мощь инерции гонит чудовищный камень вперед сквозь ряды регуляров, все дальше и дальше. Словно тонкие спички ломаются руки и ноги. Со звоном и скрежетом мнутся железные латы, хрустят черепа, льется кровь. Пропахав борозду ярдов в тридцать, блок-убийца насытился смертью и замер. Миновало лишь десять секунд с появления жуткого "хобота", а союзная армия уже потеряла едва ли не сотню солдат. Полоса из убитых и раненых протянулась вглубь строя имперцев от самого края откоса. Соседи бросились помогать пострадавшим товарищам, а "колдун" между тем поднимал уже следующий блок.

Второй "выстрел" сарийца пришелся немного левее, стоявшей напротив него, катапульты. Видно, в нее он и целился. Этот промах принес даже больше смертей, чем бросок до того. Иноверец пустил камень ниже, пологой дугой, и огромная глыба смогла проскакать еще дальше, чем первая. Прежде ровная линия обороны имперцев качнулась. На пострадавшем от магического обстрела участке солдаты начали пятиться. Офицеры судорожно решали, что делать дальше, а к земле уже мчался еще один тяжеленный снаряд.

В этот раз "выстрел" вышел точнее. Обломки дальнобойной машины разлетелись в разные стороны, покалечив нескольких инженеров. Следующий каменный блок снова врезался в гущу людей, и защитники береговой линии дрогнули. Трубачи запоздало заиграли отход, но солдаты и так уже драпали прочь от опасной реки во всю прыть. Правда, бегство несильно спасало. Страшный "хобот" мелькал взад-вперед, продолжая забрасывать камни на вражеский берег. Расторопный "колдун" умудрялся отправлять в воздух десять снарядов в минуту. Да, причем, на такие дистанции, что и конница предпочла сдать немного назад, побоявшись попасть под обстрел.

Очень скоро приличный отрезок берега, в полмили длиной, практически опустел. Только раненые, из тех кто мог двигаться, продолжали ползти по земле между трупов. Дальше к городу вся остальная имперская армия тоже спешно смещалась назад, уходя от Арнея. А ведь именно этого, как теперь стало ясно, и добивались сарийцы. Все былые догадки штабных генералов по поводу переправы врага оказались неверными. Никаких вознесений набитых солдатами барж прям на берег, с помощью серого вихря. Никаких кинжальных атак с колдуном во главе. Никакого хватания хоботом ближних к откосу солдат. Все значительно проще. Умнее, надежней, а главное - минимум риска.

Полегчавшую баржу тягачи оттащили в сторонку, и к расчищенному от солдат коалиции пляжу устремились галеры с десантом. Сам же флот иноверцев снова тронулся в путь. Необычный кораблик пристал ко второму плавучему складу снарядов и теперь шел с ним рядом. Наловчившись, "колдун" даже начал швыряться камнями во время движения, отгоняя особенно наглые группы имперцев, почему-то решивших, что их, мол, уже не достать. Периодически блоки у повелителя серого хобота подходили к концу, но запасов поблизости было с избытком. Судно с башенкой просто перемещалось к следующей барже, и обстрел возобновлялся по новой.

Вереница судов желтоплащников потихоньку сплавлялась к Индару, постепенно уменьшаясь в размерах. На протяжении всего их пути к берегу приставали галеры и баржи с десантом. Линия пляжа густо покрылась солдатами иноверцев. По дощатым пандусам на откос заводили коней, а артиллеристы сарийцев уже возились с трофейными катапультами, разворачивая их в сторону бывших хозяев. Имперцы же откатились прилично назад и пока только еще перестраивались для будущей атаки. Время, потребное на нормальную высадку, захватчики себе выиграли, но, как вскоре выяснилось, основной их задачей было даже не это.

Спустившись по течению к началу городских стен, флот желтоплащников начал сбрасывать скорость. Прибрежная полоса перед Индаром уже давно опустела: защитники, либо укрылись внутри, либо ушли от воды вдоль боковых бастионов. В общем, встречать захватчиков здесь было некому. "Колдуну" даже не пришлось никого разгонять. Как только середина флотилии поравнялась с Речными воротами, рулевые сарийских судов дружно крутанули штурвалы, и оставшиеся в строю корабли устремились к земле. Семь неполных десятков галер и одиннадцать барж практически одновременно пристали к берегу. Воины в доспехах и без так и посыпались в мелкую воду с бортов. Трапов на всех не хватало. Вся высадка уместилась в какие-то две-три минуты. Казалось бы только причалили, и вот уже толпы солдат спихивают свои корабли обратно на глубину. Флоту еще возвращаться назад на тот берег, там своей очереди переправляться ждут остальные сарийцы. Хотя их и здесь уже тьма.

Через каждые триста ярдов городская стена, обращенная к водам Арнея, вспучивалась объемистой башней. Высоты бастионов как раз хватало, чтобы установленные на их вершинах метательные машины могли добрасывать камни до самого пляжа. Как только захватчики начали приставать к берегу, "заговорили" баллисты и катапульты нарвазцев. Защитники города принялись обстреливать нежеланных гостей из всего, что имелось в наличии. Пусть ядра и стрелы, летящие в иноверцев, не шли ни в какое сравнение с тяжеленными блоками "колдуна", но человеку, оказавшемуся на пути даже такого снаряда, приходилось несладко: он чаще всего умирал.

Вот теперь и в рядах желтоплащников наконец появились первые потери. Смешные конечно. Счет шел пока на десятки. Да только и эти покусывания сарийскому "колдуну" не понравились. Последняя из нагруженных блоками барж одиноко возлежала на отмели возле самого пляжа. Не ушел к тому берегу вместе с другими галерами и "горбатый" кораблик. Так что никто даже не удивился, когда над рекой вновь замелькал серый вихрь. Очень скоро свидетели артиллерийской дуэли смогли убедиться - "хобот" гораздо точнее любых инженерных машин. Вершины ближайших к воротам башен "колдун" оскоблил на раз-два. Дальше в стороны правда швыряться не стал. Может быть его смутило немалое расстояние до следующих бастионов, а может быть просто закончились камни. Хотя, как-то рано. В других баржах было значительно больше снарядов. Похоже, вместительный трюм грузовоза занимало что-то еще, кроме блоков.


***


- Никакой долгой осады не будет! - высшие офицеры имперцев во главе с маршалом Хартом конными собрались у южной городской стены на короткий совет. Два с лишним десятка полковников и генералов окружили главнокомандующего. Вильгельм привстал в стременах и силился хоть что-нибудь разглядеть из того, что происходило у берега. Там, в полумиле отсюда, войска желтоплащников выстраивались в защитные порядки. Солдаты захватчиков заполонили всю приречную полосу, но особенно много собралось их возле поворота стены. Узкое поле между Арнеем и городом маршалу было не видно, но благодаря ежеминутно поступающим донесениям Харт вполне представлял, что сейчас там творится.

- Несколько таких каменюк, и Речные ворота развалятся. - голос Вильгельма оставался спокойным, но все понимали - ситуация близка к катастрофической. Сегодняшнее сражение еще так толком и не началось, а судьба всей компании уже повисла на тоненьком волоске. Сдача Индара положит конец скоротечной войне. И возможно послужит началом войны еще более страшной. Уже целых четыреста лет сапоги западных еретиков не топтали имперскую землю. Армии не в меру воинственной Вечной удавалось останавливать раньше. Ну, а зная сарийцев... Нарваза им надолго не хватит. Обязательно сунутся дальше.

- Придется атаковать.

- Не успеем. - опротестовал заключение маршала генерал Сардо. - Лучше уж вводить войска в город и встречать врага там.

- Не пойдет. В Индаре и так сейчас солдат больше, чем нужно. - жестко парировал Харт, давая понять, что решение уже принято. - В городе нам ловить нечего. У ворот, пусть даже разбитых, нарвазцы какое-то время их сдержат. И в этом наш единственный шанс. Главная задача - убрать колдуна до подхода второй половины их армии. То, что чертовски сложно сейчас, потом станет и вовсе невыполнимо. Значит, делаем так. Всех, кто слева, не трогаем. Лезть под нашу же артиллерию - глупо. Отрезаем пехотой от города и пока с ними все. Чертов колдун скоро ступит на твердую землю, если еще не ступил. На воде нам его не достать. Но раз он не ушел вместе с флотом...

- Ваша Светлость! - вестовой, прискакавший от Южных ворот, протиснулся к маршалу. - Срочное донесение с угловой башни! Колдун сошел на берег!

- Все! Пора действовать! - показное спокойствие мигом оставило маршала. - Монк, Ван Март, Дэмпси! Заходите вдоль самой стены и топчите всю это мразь, вплоть до Речных ворот! Сверху прикроют! Ваша цель - этот гад! Костьми лечь, но поганца прижучить! Пошли!

Названные полковники, быстро отсалютовав маршалу, разом рванули поводья, а Вильгельм повернулся к штаб-адъютанту:

- Отправляй вестовых на ту сторону города! Пусть немедленно атакуют вдоль берега всей кавалерией! Возьмем суку в клещи! О потерях не думать! Время работает против нас! Живо!


***


Земля содрогалась от топота тысяч копыт. Два полных кавалерийских полка и потрепанный третий, объединившись, неслись на врага. В первых рядах, плотным строем, едва ли не задевая друг друга, мчались "тяжелые". Сам изогнутый клин был не в силах вместить всех закованных в панцири всадников, и живые тараны растеклись по бокам кавалькады, прикрывая своих более уязвимых товарищей. Двадцать семь конных сотен растянулись длинной колонной на все четыреста ярдов. Ограниченный фронт атаки не позволял кавалерии развернуться, как следует. Впереди расторопный противник полностью закупорил узкий проход на приречное поле. От стены до воды протянулась фаланга копейщиков, плавно переходящая в разношерстную густую толпу из солдат неприятеля. Сверху в сарийцев летели стрелы и камни, но желтоплащники, подняв над головами щиты, упрямо не двигались с места.

Слева наперерез имперцам вдоль берега катилась волна, только-что переправленной, конницы иноверцев. Их было раза в два меньше, чем регуляров, но для удара в незащищенный бок численный перевес и не требовался. Арчи, скачущий со своими "летучими" в самом хвосте, видел, что, высланная Вильгельмом, пехота не успевает перехватить кавалерию еретиков. Значит, придется пожертвовать частью конных. Жаль, но лучше уж так, чем позволить сарийцам беспрепятственно налететь на колону с фланга.

Монк уже было собрался командовать своим поворот, как впереди заиграли горнисты другого полка, и несколько сотен всадников начали смещаться левее. Виллард Дэмпси снова опередил ализийца. Этот напрочь лишенный страха годиец вечно лез в самую мясорубку. Только на этот раз Арчи не был уверен, что "Дикий Вилл" выбрал самый опасный участок сражения. Конная обоюдка на встречных курсах это, конечно, жуть. Кровавая свалка обеспечена обоим сторонам. Но колдун... Монк уже видел магический хобот воочию. От не к месту нахлынувших воспоминаний полковника передернуло.

"Соберись, Арчи! Хватит себя накручивать! Впереди враг и его нужно размазать в сопли! Ты это умеешь! Твои люди это умеют! Прочь ненужные мысли! Заведись, как положено! Сейчас мы им врежем по полной!"

- А ну ка, ребята - давай пошумим! Пора бы желторотым обделаться! - слова Арчибальда расслышали максимум несколько ближних солдат, но вот зычный клич - Харра! - через пару-другую секунд громогласно орало две тысячи глоток. Почти сразу же ветер донес до полковника отклик имперского рыка со стороны, отделившихся сотен Дикого Вилла. Еще через пару секунд обе кавалерийские части практически столь же синхронно врубились в ряды неприятеля.

Гром, не слабее чем тот что бывает в грозу, прогремел под стенами Индара и тут же сменился металлическим скрежетом битвы. Копья, мечи, палаши и тяжелые сабли зазвенели, врезаясь друг в друга, ударяя по шлемам, цепляя доспехи и вспарывая кольчуги. Облако крика и лязга накрыло приречное поле. Кровь полилась в три ручья. Смерть забирала дерущихся сотнями, но в живых еще оставались тысячи будущих жертв. И эти тысячи продолжали сражаться.

Фалангу сарийцев "тяжелые" продавили играючи. Длинные копья, конечно, собрали какой-никакой урожай, но остановить атакующую колонну желтоплащникам не удалось. Продравшись сквозь первый заслон, клин конницы вышел на полосу между стеной и рекой. Здесь дело уже пошло не так споро. Кавалеристов встречала еще одна, наспех организованная, линия обороны захватчиков. Несколько сотен стрелков, сгрудившись тесной толпой, полностью перекрыли проход вдоль Арнея.

Плотный залп арбалетчиков, произведенный в упор, выкосил первый ряд всадников напрочь. От тяжелых болтов не спасли даже прочные латы. Пораженные стрелами люди и лошади падали под копыта скачущих следом коней. Те в свою очередь тоже валились на землю. Орущее, брыкающееся месиво в момент перекрыло все поле. Прежде, чем выжившие кавалеристы преодолели образовавшийся затор, их численность сократилась на треть. Из "тяжелых" так и вообще почти никого не осталось. Правда, и тех имперцев, что по-прежнему продолжали атаку, с запасом хватило на то, чтобы стоптать стрелков неприятеля за неполные десять секунд.

Дальше прорыв кавалерии из организованного тактического маневра превратился в обычную сумбурную свалку, когда свои бьют чужих, но каждый дерется фактически сам по себе. Арчи остервенело размахивал палашом, вынужденно перевоплотившись из стратега-полковника в простого рубаку. Сейчас Монку уже было не до координации атакующих действий. Не застряли на месте, пусть медленно, но продвигаются вперед вдоль реки - и то хорошо. Враг, вон, тоже нормальных заслонов не ставит. Желтоплащников много, но все они - куча солдат, а не армия. Когда-то заполонившие берег Арнея сарийцы ей были. Возможно, еще по утру. Но сейчас... Разрозненная толпа иноверцев еще не успела, как следует, перестроиться после высадки, и это давало имперцам серьезное преимущество. Прав был маршал, немедля бросая в прорыв кавалерию. Случись проволочка с атакой, враг смог бы всерьез закрепиться и дать полноценный отпор. Ну, а так...

Несколько минут дикой рубки, и Арчибальд, оторвав взгляд от очередного поверженного противника, неожиданно обнаружил буквально в какой-нибудь сотне ярдов перед собой долгожданный просвет в шевелящейся человеческой каше. Еще миг, и первые имперские всадники вырвались на свободное от неприятельских полчищ пространство. В этой части приречной поляны вражеских солдат почти не было. Около полусотни желтоплащников сгрудились возле воды, и на этом все.

Позади этой группы сарийцев, у самого берега, возлежала на отмели баржа, непонятно зачем здесь оставленная, когда все ее до единой товарки, разгрузившись, отправились восвояси. Вон, даже "горбатый" кораблик ушел к тому берегу. От своих он, конечно, отстал будь здоров, но торопится. Весла так и мелькают. Не иначе, колдун постеснялся возглавить штурм города лично и предпочел вместе с флотом крутануться туда и назад по Арнею.

Хобот! Так, значит, он здесь! Серый вихрь, неожиданно вырвавшийся откуда-то из-за спин желтоплащников, обволок баржу мерцающим маревом. Судно вздрогнуло и медленно поползло из воды. Продравшиеся сквозь вражескую пехоту имперцы, обнаружив искомого колдуна, смело ринулись к цели. Отмахиваясь от какого-то прилипчивого копейщика, Арчи следил краем глаза за тем, как огромная деревянная туша, безвозвратно покинув Арней, мчится по воздуху к всадникам.

Крак! Широкое плоское днище опустилось на не успевших куда-либо деться имперцев. Мерзкий хруст потонул в криках боли и в ржании лошадей. Пара дюжин ближайших кавалеристов, не разобравшись в происходящем, с налету расшиблись о деревянную стену бортов. Остальные же осадили коней, сгрудившись перед нежданной преградой. Проклятый колдун не швырнул баржу абы попало, а точнехонько уложил между собой и имперцами, словно забор поставил. Прям от кручи идет - у воды не протиснуться.

Монк, закончив с копейщиком парой поспешных ударов, ломанулся направо, не обращая больше внимания на попадавшихся по пути иноверцев. Кое-как просочившись сквозь звенящий сумбур нестихающей драки, Арчи влился в колонну своих, огибающих баржу вдоль борта. Пять секунд толкотни, и земля под копытами вздрогнула. Судно завалилось на бок, а точнее, его завалили и немного встряхнули. В казалось бы давно опустевшем трюме загрохотало что-то объемное и, судя по звуку, чертовски тяжелое: доски так и трещали. Выбравшиеся на открытое место имперцы увидели, как на вытоптанные остатки травы выкатился огромный, ярда два с половиной в диаметре, металлический шар.

"Вот он что для ворот заготовил!" - промелькнуло у Монка в сознании. "Да такой дурой можно и стены крушить!"

- Бей его! Чего встали! - заорал Арчи на опешивших подчиненных. Или рядом собрались солдаты чужого полка? Впрочем, неважно. Всадники с криками ломанулись к столпившимся у воды иноверцам, а сам Монк, поманив за собой продолжающих выезжать из-за баржи кавалеристов, рванулся в обход.

- Окружим их, пока те идиоты в себя не пришли! - Арчибальд указал на топтавшихся в отдалении пеших сарийцев. Там, напротив перевернутой баржи, отделенные тремя сотнями ярдов свободной земли от людей колдуна, как ни в чем не бывало, стояли вдоль берега свежие, не вступавшие еще в бой, силы врага.

"И чего только ждут?" - запоздало удивился полковник. "Ну, да нам это только на руку. Главное, что колдун без охраны. Те полсотни не в счет. Вот навалимся со всех сторон разом. Что за..."

Желтоплащники, только-что окружавшие своего предводителя плотным кольцом, вдруг рассыпались и рванулись к реке, где попрыгали с кручи. Следом за ними метнулся магический вихрь, выросший из протянутой руки колдуна. Пару мгновений спустя взорам имперцев и всех остальных, кто следил за невиданным действом со стен и с земли, явилась гигантская палка. То есть даже не палка, а скорее бревно, только ветки не полностью спилены. Эдакая покрытая сучками-колючками великанская палица - ствол огроменной сосны без верхушки. Ярдов сорок в длину и обхватом, что впору троим обнимать. Видно, выгрузил раньше и спрятал на пляже под кручей. Зарбагов хитрец!

- Все назад! - что есть сил заорал Арчи, догадавшись что сейчас будет. Но поздно.

Втянув деревяшку на берег, колдун шустро перехватил хоботом ствол таким образом, чтобы орясина сделалась будто бы продолжением серого вихря. Теперь у сарийца в руке оказалась дубина на длинной маневренной ручке - удобнейшее оружие для боя на средней дистанции. Средней для колдуна, конечно. Людям же сто с лишним ярдов представлялись огромнейшим расстоянием. Вон, имперские всадники, что рванули недавно от баржи, пять секунд уже скачут, а еще не добрались до цели. Теперь-то уже - не судьба!

Бах! Бах! Бах! Громадная палица походя сметает отряд кавалеристов и движется дальше. Очертив полукруг, на мгновение замирает у кручи и опять мчит обратной дугой. Казалось бы привыкшие ко всему, боевые имперские кони встают на дыбы, когда мимо проносится сучковатая туша сосны. Наездники еле удерживают обезумевших от страха животных. Волна воздуха бьет коротким порывом по лицам ближайших к границе смертельного круга людей. Линия всадников пятится к стенам, а Монк постигает две истины:

"Баржей он с такой скоростью мотылять не сможет. Воздух не даст. И понятно, почему своих отодвинул - зашибить боится."

Эти спокойные логичные мысли переваривались в голове Арчибальда, как бы сами собой. Полковник даже не осознавал, что мозги его трудятся параллельно по двум направлениям.

"Что делать?! Что делать?! Что делать?!" - в тоже самое время спрашивал себя Арчи в приступе разгоравшейся паники. "Разом броситься плотной толпой?! Может. кто и прорвется?! Нет, вряд ли! Расстояние слишком большое! Не успеть! Сколько людей не посылай, всех излупит! Что же, мать его, делать!"

- Монк, твою душу! Приди в себя! - не своим голосом заорал Арчи в ухо, объявившийся словно из неоткуда, Ван Март. Светлые волосы Берта нелепо торчали в разные стороны, глаза горели безумием боя, а левая щека свисала лохмотьями окровавленной кожи. Сквозь дыру даже зубы проглядывали. Непонятно было, как он еще говорит с такой раной.

- Нужно что-то решать! Сзади уже подпирают! Обратно по своим следам не уйти!

Арчибальд бросил быстрый взгляд влево. Там, между баржой и стенами, скопились остатки переживших прорыв имперцев. Кавалеристы стояли на месте, что для конницы смерти подобно. За их спинами, очухавшиеся после стремительной битвы, сарийцы снова строились к бою. Минута-другая и осмелевшие желтоплащники подберутся на расстояние выстрела, и тогда их по новой придется атаковать.

"И это все?!" - мысленно изумился Монк, на глазок оценив число всадников. "Сотен пять в лучшем случае. Такие потери, и все бестолку! Неужели все зря?!"

- Очнись, Арчи! - продолжал орать Берт. - Мы проиграли! Нужно уводить людей в город! Быстрее, пока ворота свободны!

- А как же колдун?! - набросился Монк на товарища. - Предлагаешь бежать?! А что дальше?! Если не завалить сейчас эту тварь, падут и Индар, и Нарваз! Должен быть другой выход!

- Так покажи мне его! - гневно рявкнул Ван Март. - К этой гадине не подобраться! Зачем зря погибать?! Давай спасем, хоть кого-нибудь! Не превращай эту битву в последнюю!

Неожиданно с северо-запада до ушей спорщиков донеслись звуки горна. Собиравшийся было напомнить полковнику-другу про честь Арчибальд подавился ответной тирадой, и притихшие мигом вояки немедленно повернулись в ту сторону, откуда примчался сигнал. Ошибки быть не могло. Свои! И действительно, дружный клич "Харра" тот час подтвердил - с противоположного фланга к имперцам несется подмога. Мощный клин кавалерии, идентичный тому, что недавно вели вдоль стены Монк с Ван Мартом, точно так же врубился в ряды иноверцев у того края города. Обещанные маршалом клещи явили вторую свою половину, и яростный грохот сражения вновь заполнил прибрежье Арнея.

- Наконец-то! - возликовал Арчи. - Это Девон и Монтего! Их полки, больше некому! Минут десять, и доберутся до нас! И тогда...

- Что тогда?! - Берт почему-то совсем не обрадовался увиденному. - Разве что-то изменится? Ну прорвутся, ну потеряют большую половину людей! И что дальше?! Попадут в ту же западню, что и мы! К колдуну на расстояние удара мечом все равно подобраться не выйдет! Хоть в три конных полка окружай, а он все едино своей деревяхой отмашется!

Слушая друга, Арчи непроизвольно кивал головой, хотя мысли полковника хаотично скакали с одного на другое. На последних словах он и вовсе отвлекся, принявшись разглядывать струйки запекшейся крови, покрывавшие шею товарища жутким ветвистым узором.

- Ты же видишь, что флот их на том берегу уже грузится! - продолжал вещать Берт. - Как вернутся обратно, нам крышка! Или бьем гадам в тыл и галопом навстречу своим, или драпаем в город через ворота! Другого выбора нет! И я лично за первое. Если наших назад повернем, то хоть часть кавалерии сохранить удастся. Да и позора избежать хочется. Давай, Арчи, решайся! Время уходит!

- Постой! - Монк свободной рукой хлопнул себя по шлему. - Вот мы дурни! Раз к колдуну не приблизиться, значит нужно его издали бить! Для стрелы полторы сотни ярдов не приговор, если навесом метать.

- Ты что, меня за полного идиота держишь?! - остатки терпения стремительно покидали Ван Марта. - Это и так очевидно! Разуй глаза! Где у нас лучники?! Нет их! А со стен до воды не добить! Этот гад потому и торчит возле кручи, что боится под стрелы подставиться!

- Так и я о том! Раз дворец не идет к королю, значит... - Арчи даже позволил себе слегка улыбнуться. Наконец-то он понял, что нужно делать. - Нехрен нарвазам на стенах сидеть. Постарайтесь не пропустить сюда желтоплащников с нашего фланга, а я к воротам! Сейчас у нас будут лучники! Если ребята Девона и Рамоса успеют отрезать сарийцев и с той стороны, то колдуну конец! Держитесь! Я быстро!

Не дожидаясь возможных возражений, которые судя по выражению лица Ван Марта у Берта на сей счет имелись, Арчи рывком развернул коня и галопом помчался к воротам. Через каких-то пятнадцать секунд Монк уже тарабанил мечом по железной обивке внушительных створок.

- Отворяйте немедленно! Приказываю открыть ворота!

В ответ на крики полковника со стены кто-то выбросил сверток веревочной лестницы. Длинная ступенчатая лента, легко размотавшись в полете, ударилась краем о землю рядом с отпрянувшим всадником.

- Ваша Милость, цепляйтесь! - басом крикнули сверху. - Мы вас втянем!

- Какого черта! - Арчи в сердцах отшвырнул стропы лестницы в сторону. Та несильно качнулась и немедля вернулась обратно, шлепнув Монка дощечкой по шлему. Но полковник этого даже не заметил. - Открывайте проклятые ворота! Нам нужны лучники! Кто здесь главный?!

- Господин полковник, генерал Хайдинберг, руководящий обороной Речных ворот, вас не слышит! Он занят внизу. - в этот раз со стены зазвучал другой голос. - Меня зовут Гектор. Капитан Гектор Шурли. Здесь наверху я за главного. Ворота, к сожалению, открыть невозможно. Мы уже заложили проем изнутри. На разбор завала в лучшем случае уйдет полчаса. Подводите ваших людей к стенам. Мы хорошо подготовились, попробуем поднять всех.

- К Зарбагу ваши стены! - Арчи уже позабыл, когда он в последний раз так злился. - Ты что, капитан, плохо слышишь?! Мне нужны лучники! Не можете открыть ворота, ну и хрен с ними! Спускайтесь по лестницам, или по веревкам! Мне без разницы! Хоть так прыгайте!

- Господин полковник, при всем уважении, вы же понимаете, что такого приказа я отдать не могу. - голос невидимого капитана оставался до смешного спокойным.

- Ну, так беги к Хайдинбергу! Или сразу к Герцогу! - Арчи наконец высмотрел среди надвратных зубцов своего оппонента. Рыжая шевелюра нарвазца, космами свисавшая из под шлема, ярким пятном выделялась на фоне стены. - Мне глубоко посрать, как ты будешь выкручиваться, но если через три минуты лучников здесь не будет, я сам заберусь к тебе по этой долбаной лестнице и начищу твою конопатую харю! Ты меня понял, Шурли?!

- Так точно, господин полковник.

Рыжеволосая голова мгновенно пропала из виду, и взбешенный, раскрасневшийся баронет повернулся обратно к реке. Там ситуация изменилась несильно. Колдун вальяжно помахивал палицей, отгоняя отдельных зарвавшихся всадников. Сарийцы по правую руку от Монка спешно готовились к отражению конной атаки, суетливо сбиваясь в фалангу. Клин кавалерии успел хорошенько продвинуться. Еще пара минут, и прорвутся.

С другой стороны приречной поляны желтоплащники тоже собрались в какое-то, вроде бы защитное, построение. Правда эта людская толпа не стояла на месте, а тихонечко подползала к опрокинутой барже. Очевидно, что собираются разрядить арбалеты в имперцев. В прошлый раз залп принес неплохой результат, вот поганцы и вздумали повторить сей прием. Только вряд ли у них что получится. Кавалеристы Ван Марта дружно пятились, сохраняя дистанцию. Благо пока еще было куда отступать.

Арчибальд перевел взгляд на реку. У того берега флот захватчиков уже загрузился войсками и пошел прямым курсом назад. Через десять-пятнадцать минут доплывут, и всем планам конец. Только и останется, что бросать лошадей, да на стены к нарвазцам. Не самая приятная перспектива, с учетом последствий такого бегства для армии, города, да и всей войны в целом. Монк печально вздохнул, оценив запас времени. На задуманное оставалось всего-ничего. Ну где же там этот Шурли!

- Господин полковник, все нормально! Разрешение дали! - голос рыжего капитана оборвал думы Монка. - Сколько нужно людей?

- Пару сотен хотя бы! Только быстрее! Я тебя умоляю - быстрее!


***


Не прошло и пяти минут, как сам Шурли и две оговоренных сотни нарвазцев выстроились возле ворот. В вылазку каждый солдат прихватил лук и стрелы. Дюжину арбалетчиков, в неразберихе спустившихся со стены вместе со всеми, Монк тот час же отправил обратно. Это оружие для задуманного полковником не годилось.

Арчи наскоро провел инструктаж, и отряд устремился к реке. Там за последнее время ситуация опять изменилась. Вторая часть конницы, как и ожидалось, прорвала заслоны сарийцев на правом краю, и теперь колдуна окружало кольцо кавалерии. Повелитель ужасного хобота непрестанно махал своей палицей, не давая имперцам приблизиться. Громадная дубина на бешеной скорости выписывала широкие дуги, периодически касаясь земли. Комья грунта и выдранный дерн так и летели фонтанами в воздух. Небывалое зрелище завораживало. Чудовищная мощь серого вихря одновременно пугала и восхищала полковника.

"Вот это силища! Не дай боги в Сарии отыщутся еще колдуны!" - взволнованный Арчи нащупал под кольчужной рубахой цепочку с серебряной звездочкой, быстро вынул кулон и поднес символ веры к губам. "Не отвернитесь, Великие! Не дайте проклятым еретикам победить!"

Подобравшись к границе смертельного круга, за которой летала сосна, Арчи отдал нарвазцам приказ - растянуться дугой и готовиться к залпу. Бить полковник велел не в саму одиночную цель, а навесом примерно в ту зону, где топчется враг. Так колдуну будет гораздо сложнее уйти из-под облака стрел. Тем более, что бежать ему теперь некуда. Предводителю иноверцев пришлось отступить от воды, так как часть из явившихся всадников спешились и спустились под кручу на пляж. Монку было отсюда не видно, но встречавший его вестовой доложил, что вдоль берега желтоплащников выбили, тем самым полностью замкнув окружение.

На помощь к отрезанному от своих колдуну, и справа, и слева спешили отряды сарийцев. Кавалеристам пока удавалось их сдерживать. Быстрыми выпадами всадники то и дело отбрасывали врага, но из каждой подобной контратаки назад возвращалось все меньше и меньше людей. Остатки имперской конницы стремительно таяли, как таяло и отпущенное им время - флот неприятеля пересек середину Арнея и на всех веслах несся к Индару. Тянуть было больше нельзя.

- Давай! - Арчи резко взмахнул зажатым в руке палашом.

Укрывавшиеся до поры за линией всадников лучники дружно выскочили вперед, и две сотни тяжелых стрел синхронно рванулись к хозяину жуткого хобота с разных сторон. Колдун среагировал тут же. Со зрением у него, видно, было все хорошо, а голова соображала, на удивление, быстро, так что разобрался сариец в происходящем мгновенно, и... Такого поворота событий Арчи не ожидал!

Резкий взмах серым хоботом, и громадная палица отправляется к ближним от баржи имперцам. Только теперь это не удар, а бросок. В нужный миг вихрь гаснет, ствол сосны скачет-катится, убивая людей и животных, а проворный колдун молнией срывается с места. Тех немногих секунд, что продлился полет быстрых стрел, иноверцу хватило с лихвой. Чертов Проклятый с места развил скорость лошади, или близко к тому. Сын богини, в чем теперь уже не было больше сомнений, умудрился удрать из-под первого залпа. Хорошо хоть, что лук не чета арбалету - заряжать полминуты не нужно.

Не успели "гостинцы" нарвазцев клюнуть землю носами, как подопечные рыжего капитана снова отправили в небо рой стрел. В этот раз били уже без приказа и не особо синхронно, но зато с упреждением. С первых же шагов колдуна стало ясно, что сариец зачем-то бежит прямо к барже. Даже не бежит, а летит. Пятки так и сверкают. Оно-то, конечно, понятно - сразу за опрокинутым судном собралась толпа желтоплащников. Но уж больно велико расстояние. При всей своей нечеловеческой скорости добежать колдуну - не судьба. Всадники Берта, с самим полковником во главе, уже мчались сарийцу наперерез. Любой, у кого имелись глаза, видел - имперцы опередят сына Сары. Монк, рванувшийся вместе со всеми в погоню за недругом, мысленно потирал вспотевшие руки:

"Все! Теперь не уйдет! Теперь-то мы его точно возьмем!"

Есть! Одна из запущенных стрел бьет сарийца в плечо. Вечный вздрагивает, но на этом и все. Стойкий гад мчится дальше, не замечая чувствительной раны.

"Черт! Из зоны обстрела он вышел - лучникам уже не достать. Ну, ничего. Люди Берта уже на подходе. Ребятам немного осталось. О! Чего это он?! Хочет треснуть их баржей?! Да нет. Вроде тянет к себе. Неужели задумал..."

Еще не добравшись до судна, лежавшего у него на пути, колдун снова выпустил вихрь на волю. Хобот, в миг одолев сотню ярдов, сцапал новую цель, и огромная баржа, воспарив над землей, поплыла навстречу сарийцу. Трехсекундный полет завершился внезапным падением. Луч-хвататель, свершив свое дело, исчез, и перевернутый к верху дном грузовоз рухнул прямо на сына богини.

Как ни гнали имперцы коней, а достать колдуна не успели. Хотя... Трое мчавшихся первыми всадников проскочили к сарийцу под купол, когда баржа падала с неба. Монк не знал, выжил кто-то из них, или нет, но очень надеялся, что храбрецам повезло все-таки больше, чем тем, кто скакал вслед за ними. Эти впечатались в стену бортов на всей скорости. Прочные доски уже второй раз за сегодня выдержали удар кавалерии. Кони и люди смешались в родившейся свалке. Крики и дикое ржание напрочь глушили все прочие звуки. Подъехавший к барже с другой стороны Арчибальд напрасно пытался понять, что творится внутри. Не помогло даже прижатое к дощатому корпусу ухо. То ли кто-то упал, то ли это снаружи шумят. Вроде звякнула сталь, но уж как-то нечетко и глухо. Бесполезно! Полковник в сердцах рубанул палашом деревянную стену. А толку?! Здесь был нужен тежелый топор. Ну, а лучше десяток. И время.

- Начинайте копать! - приказал Монк столпившимся вокруг него всадникам.

- Чем копать-то, господин полковник? - простодушно поинтересовался какой-то усатый вояка. - У нас лопат нет.

- Мечами копайте! - Арчи зло зыркнул на простофилю и послал коня дальше, туда, где спешившиеся кавалеристы растаскивали полуживой завал из людей и животных. Уяснившие задачу солдаты покинули седла и принялись за работу. Разбившись на кучки имперцы вгрызались оружием в дерн. В ход шли кинжалы и сабли, шлемы и голые руки, но дело двигалось слабо. Утоптанная земля, несмотря на героические потуги копателей, поддавалась с огромным трудом.

- Где Ван Март?! Он жив?! Ранен?! - Арчибальд медленно ехал вдоль баржи, высматривая товарища. Вокруг царил хаос. Кто-то оттаскивал в сторону пострадавших при столкновении с бортом, кто-то остервенело рубил палашом толстые просмоленные доски, кто-то отчаянно ковырял землю трофейным сарийским копьем, кто-то растерянно топтался на месте, не зная что делать. А ведь уже совсем рядом звенели клинки и щелкали арбалеты. Бой шел всего в нескольких десятках ярдов отсюда. Желтоплащники стремились прорваться к своему заточенному предводителю и перли вперед, наплевав на потери. Что-что, а уж трусость была иноверцам не свойственна. Чертовы фанатики, казалось, не ведали страха, и все предыдущие войны не раз подтверждали сей факт.

- Берт! Ван Март! - продолжал Монк выкрикивать имя друга.

- Милорд там. - один из раненых, ковылявший мимо опираясь на руку товарища, указал на громадину баржи. - Господин полковник первым скакали. Их милость как раз и накрыло.

- Твою мать! - выругался Арчи. - Ты точно уверен?!

- Клянусь Яросом, господин полковник! Своими глазами видел. Точнее некуда.

Монк сжал зубы и шумно втянул носом воздух, стараясь успокоиться. Этого он и боялся. Мало того, что колдун все-таки умудрился удрать, так еще и Ван Март сгинул в этом нелепом сражении. Почему-то Арчи не сомневался, что там, под этим долбаным деревянным куполом, все мертвы. Кроме чертового живучего ублюдка, конечно. Треклятая тварь непомерно сильна и быстра. Даже раненый гад, наверняка одолеет троих человек. Тем более в тесном пространстве. От коней там одна помеха, а темнота колдуну только на руку.

Полковник рывком развернул свою лошадь и устремился обратно к копателям. Единственного, мельком брошенного, взгляда на реку хватило, чтобы понять - все пропало! Ровный строй неприятельских кораблей заслонил собой воды Арнея. Флот захватчиков вплотную приблизился к берегу. С секунды на секунду причалят.

Добравшись до цели, Арчибальд осадил коня. Уже без всякой надежды Монк пробежался глазами по жалким зачаткам подкопов. Убедившись, что дело почти не продвинулось, полковник спрыгнул на землю и решительно шагнул к деревянной стене, отделявшей его от врага.

- Эй ты, Ангел! - Арчи презрительно выплюнул из себя кощунственный сарийский титул. - Я знаю, ты меня слышишь! Вы, нелюди, и не то можете! Отзовись! - Монк несколько раз со всей силы ударил по ни в чем не повинной доске рукоятью меча. - Отзовись, тварь! - казалось, деревянная баржа вот-вот вспыхнет от пламени полыхавшего во взгляде имперца. - Струсил, ублюдок!? И правильно! Прячься, мразь, прячься! Сиди там, пока можешь! Рано, или поздно все равно вылезешь! И тогда мы до тебя добремся! Я доберусь! Считай, что ты уже труп! - Арчибальд в ярости пнул дощатую стену ногой. - У Империи длинные руки! Очень длинные! Конец тебе, тварь! Ты слышишь меня?! Слышишь?!

Гвалт вокруг стоял жуткий. Песня боя перекрывала все прочие звуки, но разъяренный полковник, казалось, ничего этого не замечал. Монк был твердо уверен - ответь сейчас Вечный, пусть тихо, пусть шепотом, он услышит. А если и не услышит, то уж точно почувствует. Ощутит подсознательно. Если нужно, увидит! Унюхает!

Ответа, естественно, не последовало. Наоравшись, Арчи прижался лицом к гладкой поверхности борта и застыл, размышляя о... Монк и сам не понимал, зачем он здесь стоит и чего ждет. Пора было заканчивать всю эту авантюру, бросать к чертям дурацкую охоту и командовать - отступление. Дичь оказалась ловчим не по зубам. Не по зубам, не по лапам, а главное - не по мозгам! Колдун начисто переиграл их сегодня. Да вот только сегодня - это еще не завтра! Один бой - не вся битва, а одно проигранное, пусть даже и разгромно, сражение - это еще не поражение в войне! Тем более в такой войне, как эта.

Арчи только сейчас полностью осознал весь масштаб, обрушившегося на них, бедствия. Понимание того, что нынешнее вторжение желтоплащников по настоящему угрожает Империи, привело Монка в чувства. Реальная опасность грозила в этот раз самому дому Арчи. Не союзникам, не государственным интересам, не финансовым потокам, или торговым связям, а самой огромной и, казалось бы непобедимой, державе. Веками удерживаемое равновесие теперь может рухнуть, и весь мир захлебнется в крови!

На мгновение даже образ погибшего Берта вылетел из мыслей полковника - так ярко представились ему картины грядущего кровавого хаоса и нового миропорядка под желтыми сарийскими флагами. Собственное воображение испугало Арчи сильнее, чем жуткая реальность происходящего у реки. Монк в несколько шагов вернулся к лошади, вскочил в седло и заорал:

- К стене! Все отступаем к стенам!

Солдаты, похоже давно уже только и ждавшие этой команды, немедля повскакивали на лошадей, и устремились следом за Арчи. Полковник, не оборачиваясь, гнал своего коня прочь от реки, прочь от баржи, прочь от проклятого колдуна запрятавшегося под ней. Примеру Монка тот час же последовали и остальные отряды имперцев. Чудом уцелевший горнист призывно трубил отступление. Слабая одиночная трель еле просачивалась сквозь зычный рев тысяч глоток. Флот иноверцев наконец-то вспорол песок пляжа тяжелыми килями, и на прибрежную кручу выплескивались волны захватчиков. Без какого-либо порядка и построения желтоплащники просто бежали вперед и орали, но сейчас это было не важно. Драться им было не с кем.

Люди Девона и Рамоса, сдерживавшие все это время натиск сарийцев на флангах, тоже бросили бой и спешили к городской крепи вместе со всеми. Справа и слева от ворот каменную стену уже расчертили десятки веревок и лестниц. По ним торопливо взбирались наверх лучники рыжего Шурли. Оценив общий темп и число, переживших сегодняшний хаос имперцев, Арчи сделал уверенный вывод:

"Успеем!"

Спрыгнув на землю, полковник простился с конем, потрепав его за загривок. Ощущение было премерзкое - будто друга хоронишь живьем. Но что делать? Лошадей на стену не втащишь. Придется оставить врагу.

Рядом бухнули тяжелые каблуки другого кавалериста. Спешившийся сержант был Монку знаком - долговязый Ланс Кулхард из его полка.

- Господин полковник! - в дрожащей руке регуляра, протянутой к Арчибальду, краснело нечто, по форме напоминающее кулак. - Это ОН передал. Сказал - "Вашему командиру". Как раз перед тем, как вы отступать приказали.

Арчи нехотя принял покрытое кровью "послание", все еще не понимая, кто и что ему передал. Полковника огорошил вид Ланса. Бывалого воина постыдно трясло. Глаза Кулхарда буравили землю у них по ногами.

- Кто он?! Где ты взял эту хрень?! - прикрикнул Монк на оробевшего сержанта.

- Так, Колдун сквозь поднорок просунул! - очнувшись, зачастил Ланс. - Мы как раз там копали с ребятами! Тут рука эта из дыры вылетает, и прямо к нам! А за ней голос! Жуткий такой, сразу понятно, кто говорит!

Еще до конца не дослушав ответ, Арчи брезгливо бросил липкий обрубок на землю. Рука?! Кисть?! Монк, скривившись, уставился на изуродованную часть тела, лежащую перед ним. Зрелище было то еще. Ровный срез у основания ладони покрывала еще до конца не застывшая красная корочка. Пальцы тоже отсутствовали. Хотя... Арчи перевернул кисть носком сапога. Так и есть! Средний палец оставлен. А это что?! На единственном сохраненном члене обрубка, превращенного сарийцем в "послание", блестел золотом сквозь кровавый налет родовой перстень Берта. Кисть Ван Марта, "обструганная" колдуном в очевидную форму, всем понятного, неприличного жеста, наглядно сообщала полковнику: гневные слова Арчибальда услышаны. И даже более того. Он хотел получить ответ? Он его получил!