# Чарльз Диккенс и детектив. Ч.1

Наталья Станиславовна Рыжкова

Наталья Станиславовона Рыжкова


Чарльз Диккенс и детектив. Ч.1


Почему роман Ч.Диккенса "Холодный дом" не является детективом? Это произведение структурно очень сложно, со множеством героев и переплетающимися сюжетными линиями. Среди них - тайна рождения одной из героинь романа, Эстер Саммерсон, и отношение к этой тайне блестящей дамы высшего общества -- леди Дедлок. Сказать, чтобы тайна сия была как-то запутана, и читатель плутал во тьме, нельзя никак. Диккенс прямо-таки намекает нам, что Эстер - незаконнорождённая дочь леди Дедлок. Некоторые персонажи при встрече с Эстер цепенеют, не зная, что сказать, другие начинают лихорадочно вспоминать, где видели молодую особу? То есть, Эстер внешне здорово похожа на мать - поначалу. Потом она переносит оспу, лицо её изменяется, и теперь её тайну знают только те, кому положено...или, кому не положено. Не положено мистеру Талкингхорну - нечистому на руку юристу, который плетёт паутину вокруг несчастной леди Дедлок. Читатель, конечно, не сразу разбирается, что нужно прилипчивому законнику и почему он преследует леди. Но потом всё становится на свои места.

Вот потому-то "Холодный дом" и нет смысла причислять к детективам - это психологический роман, принадлежащий всей своей плотью к направлению критического реализма. Есть налёт тайны, но она довольно проста, намёк на интригу выделить можно, но развивается она весьма витиевато, с отрывами и углублениями в другие сюжетные линии, связанные с историей рождения Эстер лишь косвенно. Нет никаких ключей, по которым мы могли бы узнать, кто совершил преступления или, хотя бы, кто его совершить собирается. И вот, когда читатель уже совсем расслабился - бах! - и преступление происходит! Некая дама под вуалью стреляет в самое сердце мистера Талкингхорна. Оказывается, у бессовестного юриста сердце всё же было, потому что он умирает. Кто убийца? Ответ напрашивается, он прост - леди Дедлок, которую он шантажировал, грозясь рассказать позорную историю её грешной юности мужу и всему свету. Да, в этой части романа опять можно отметить элементы детектива. Но только элементы, например, явные очертания расследования. Но читателю Диккенс даёт намного больше информации, чем полиции, и мы догадываемся, что убила Талкингхорна не леди Дедлок, а её служанка, мадемуазель Ортанз, с которой леди имела сомнительную привычку меняться одеждой. Мы так быстро добираемся до истины, что и посмаковать тайну не успеваем, да Диккенс этого и не хотел от нас. Он закрутил сюжет для того, чтобы мы сопереживали героям: Эстер, мистеру Джарндису, Аде и Ричарду. И немного - леди Дедлок. Но она сама выбрала свою судьбу, а потому её читатель жалеет, но в то же время видит закономерный итог. Она нашла в себе силы умереть на могиле единственного человека, которого любила, отца своего единственного ребёнка. Их обоих она предала когда-то, и её настигла расплата. Смерть Талкингхорна тоже закономерна - доигрался. А не надо было женщин обижать, да ещё таких темпераментных. Так что выводы мы, конечно, из нравоучительной истории сделали, а детектива как такового не нашли. В данном случае я лишь пунктирно охватила эту часть, оставив в стороне весь огромный драматический материал, суровые жизненные коллизии, сложные взаимоотношения героев, которые в совокупности и являются основой романа.

В 1865 году Диккенс пишет роман "Наш общий друг", в котором тоже отдаёт дань элементам детектива. Там есть тайна: герой книги, Джон Роксмит, оказывается Джоном Гармоном, которого все считали погибшим. В романе вообще происходит множество трансформаций: милый и добрый мистер Боффин вдруг становится противным скрягой, высокомерная девица Белла Уилфер, считающая, что мир должен пасть к её ногам, бросается на защиту оскорблённого и обиженного Роксмита, которого ранее знать не хотела. Мистер Вегг, жалкий калека, оказывается коварным злодеем, а легкомысленный и не слишком щепетильный богач Юджин Рэйберн женится на простой девушке, едва умеющей читать и писать. Часть этих странных событий оказывается хорошо (или не очень хорошо) поставленным спектаклем, часть - следствием тяжёлых испытаний, поменявших жизненные приоритеты героев. В романе можно выделить две тайны. Первая: кто такой Джон Роксмит (но она решается довольно просто, и читатель как-то сразу предполагает, что это и есть "погибший" Гармон). И вторая: что случилось с мистером Боффином? Но и эта тайна, надо сказать, держащая читателя в напряжении немалое количество страниц, решается легко. Золотой Мусорщик, как все называют разбогатевшего Боффина, просто хотел перевоспитать Беллу Уилфер, показать ей, как мало в мире значат деньги по сравнению с любовью и дружбой. Чего ему и удалось добиться от довольно неприятной и злобненькой особы.

В романе есть несомненные удачи и слабые места, но главное, что там можно найти - это стремление Диккенса нащупать что-то новое, выйти за пределы привычного ему литературного круга. Ощущается какое-то беспокойство мастера, словно он стал на новую дорогу, но ещё сомневается, правильный ли выбор сделал?

А надо сказать, что Диккенс очень трепетно и внимательно относился к отзывам на свои произведения. И болезненно переживал, если хвалили или, тем более, выше него ставили книги других писателей, даже двух его близких друзей - Уильяма Теккерея и Уилки Коллинза. В 1860 году Коллинз написал "Женщину в белом" - роман, в котором элементы нового, ещё зарождающегося жанра, проступают довольно отчётливо. Кроме того, Диккенс не чужд был и интересу к литературе заокеанской. Во-первых, он ездил с лекциями по Соединённым Штатам, пользовался там популярностью, вёл активную переписку с представителями американской интеллектуальной элиты. А во-вторых, внимательно читал и осмысливал то, что привлекало его внимание у американских авторов. Конечно, не мог он пройти мимо творений Эдгара Алана По, которые сильно повлияли на взгляды доселе консервативного и несколько упрямого Диккенса. Эти новые веяния и сказались в романе "Наш общий друг".

А потом...А потом, в 1968 году, выходит новый роман Уилки Коллинза "Лунный камень". Диккенс захвачен той атмосферой загадочности, которую удалось создать Коллинзу, не может не заметить "писатель N1" Англии и уникальную структуру книги: в ней всё подчинено раскрытию тайны, каждый персонаж, даже самый незначительный, вносит свой вклад в общий "улей", все боковые ответвления непременно возвращаются к основной линии. А самое главное - ответ! О, этот ответ в финале, когда всё становится на свои места, когда все недомолвки и тайны большого и малого калибра раскрыты, и читатель вместе с дворецким Баттериджем удовлетворённо откидывается в кресле, потому что восстановилась гармония в мире и всё ясно, как летним днём.

Известно, что Диккенс серьёзно воспринял этот роман как вызов, и хотел создать что-то, что можно было бы поставить в один ряд с "Лунным камнем".

И создал...Почти.

"Тайна Эдвина Друда" - это без сомнения, детективная история, хотя как-то привыкли мы к тому, что бОльшая часть загадки приходится не на сам роман, а на то, что можно назвать "тайну в тайне", ибо мы получили ровно половину книги. И вот уже сто сорок лет не утихают споры о том, как планировал великий писатель закончить своё детище. Некоторые исследователи не относят "Тайну Эдвина Друда" к большим удачам Диккенса, полагая, что и тайны-то никакой нет. Другие голову сломали, отвечая на всевозможные вопросы, вытекающие из первой части. Честертон даже устроил в своё время суд над Джаспером, придумав что-то вроде "реалити-расследования", но ему малину поломал Бернард Шоу, зачитав удивительно сухой и неинтересный вердикт присяжных. Г.К. потом долго дулся на великого драматурга, потому что жаждал раскрыть тайну. Впрочем, Честертон упёрся только в одну линию - виновен ли Джаспер в смерти Эдвина? И, кажется, не слишком уделял внимание другим, не менее, если не сказать - более интересным вопросам. Другие исследователи, напротив, махали рукой на Джаспера, дескать, там всё и так понятно, и пускались в увлекательные спекуляции о том, каков должен бы оказаться финал.

Наиболее фундаментальной представляется работа американца Уолтерса "Ключи к роману Диккенса "Тайна Эдвина Друда", причём, фундаментальной она оказывается во многом благодаря аргументированности. Отсылаю любого желающего - эту работу можно найти в интернете, а также в П.С.С. Чарльза Диккенса в 30 т.т., т.27.

В двух словах: Уолтерс полагает, что Джаспер убил Эдвина Друда, своего племянника, из-за ревности его к Розе Бутон, с которой Эдвин помолвлен с детства. Тело было обработано негашеной известью, предварительно с него Джаспер снял все известные ему драгоценности.

Собственно, Уолтерс задаёт три базовых вопроса и отвечает на них. Первый вопрос: умер ли Эдвин, если умер, то кто убийца? Здесь всё, вроде бы понятно. Второй вопрос: что сталось с телом? - тоже раскрывается достаточно убедительно. Но вот третий вопрос: кто такой Дик Дэчери? - это и есть поле основных баталий, и на него ответ Уолтерса представляется неубедительным многим, в том числе, и мне.

Уолтерс убеждён: Дик Дэчери - это Елена Ландлес. М-да-а-а, приехали. Уверена: никто, из читавших внимательно и с удовольствием роман, не остался равнодушным к этому вопросу. И прикидывали так и сяк: откуда взялся этот чёрт из табакерки? Попадались мне и другие версии. Кстати, вот удивительное единодушие: Джаспер убил Эдвина. Правда, вот нашла на Прозе.ру. интересную работу Николая Аба-Канского (именно так), в которой выдвинута версия, что Джаспер не убивал племянника и не стоит относить его к персонажам отрицательным. Исследование у меня вызвало уважение и немалое, но согласиться с автором всё же не могу. Диккенс старался следовать каким-никаким детективным приёмам, которые только ещё разрабатывались. А они, эти детективные приёмы, требовали наличие преступника, либо вынашивающего злодейские замыслы, либо уже отважившегося на преступление. Более того, он хотел переплюнуть Коллинза, а. следовательно, преступление должно быть, а Джаспер - практически единственный кандидат на роль убийцы, и мотив у него тот самый, который станет одним из базовых в детективах: любовь и ревность. Нет, соглашусь и с Уолтерсом, и с Честертоном, и со многими другими: Джаспер и есть искомый убийца, и Диккенс предлагает нам множество ключей, позволяющих прийти к этому выводу. И у Уолтерса всё логично, с его аргументами, конечно, можно спорить, они не есть Абсолют, но убедительны.

Что же касается Дика Дэчери... Это, на мой взгляд, вопрос вопросов и тайна тайн. И спорить не только можно, но и нужно. Для начала озвучу другие версии, кто таков Дэчери.

В статье И.Смаржевской, включённой в сборник "Тайна Чарльза Диккенса: библиографические разыскания, "Кто такой мистер Дэчери?" предлагается вариант - это Роза Буттон. Это похлеще, чем вариант с Еленой Ландлес. Роза, женственность, изящество и робость которой Диккенс подчёркивает при каждом удобном случае вырядилась отставным военным и предстала перед...Джаспером, которого боится до потери сознания в прямом смысле и который, уж конечно, узнал бы возлюбленную даже с закрытыми глазами. Версию Розы в образе Дэчери следует отмести, как совершенно непригодную.

Вот ещё одно смелое предположение, высказанное в журнале "Вопросы литературы N 3 за 2005 год. Автор, Е. Цимбаева, полагает, что Дэчери - это новый персонаж, который не появлялся до этого на страницах романа. И задаёт справедливый вопрос: а зачем ему тогда маскироваться? А Дэчери "замаскирован" - это нам Диккенс демонстрирует недвусмысленно. Значит, делает справедливый вывод Цимбаева, Дэчери не хочет, чтобы его узнал именно Джаспер. То есть, это человек, знакомый Джасперу. Автор предлагает вариант: мать Эдвина Друда не умерла в колониях, а по какой-то причине скрывалась там, и вот теперь явилась, чтобы отомстить брату (а Джаспер её родной брат) за убийство сына. Надо отдать должное, Цимбаева на этой версии не настаивает, она лишь подчёркивает, что данное предположение ничуть не хуже других. Да, согласимся с этим, но всё же принять в лоно романа свалившуюся с неба почтенную даму будет трудновато. Вспомним, что Диккенс ориентируется на Коллинза, а у того все герои даны изначально, и знаменитый писатель прекрасно понимает, что образ "ниоткуда" - весьма слабый литературный ход.

Вот более основательная версия, к которой, кажется, склонялся и Честертон: Дэчери - это Баззард, клерк мистера Грюджиуса. Возможно, возможно. Указания для этого есть: Баззард периодически исчезает, и его хозяин путается в объяснениях. Впрочем, мистер Грюджиус часто путается, так что не стоит делать ставку только на этот факт. Основная слабость этой версии: зачем Баззарду гримироваться, ведь Джаспер не видел его, а потому и узнать не сможет. Но есть один момент, за который можно зацепиться: Джаспер выслеживал Розу, крутился вокруг офиса и квартиры Грюджиуса, так что мог и приметить клерка, во всяком случае, осторожный Грюджиус мог допустить такое и перестраховаться.

За неимением лучшего эта версия самая живучая - именно она была реализована в последней английской экранизации романа (слабенькой и тухленькой, надо сказать).

Ещё один вариант: Дэчери - это мистер Тартар, бывший моряк и сосед Грюджиуса, получивший неожиданное наследство. Тартар влюблён в Розу, его намерения относительно неё совершенно ясны, да, он мог ввязаться в эту авантюру. Доводы "за": Дэчери говорит Джасперу, что служил на флоте - раз. Дэчери не слишком хорошо ориентируется в Клостергейме (т.е. не был там, по всей видимости, ранее), но сведения о жителях у него явно есть, и он их "просчитывает": мистера Сапси, Дёрдлса, Криспаркла....Стоп. А причём тут викарий? Он же на нашей стороне! Криспаркл и Тартар должны быть заодно. Может, так и есть? Не похоже. Напротив, Дэчери вроде бы даже сторонится Криспаркла. И о мальчишке Депутате Дэчери узнаёт как бы случайно - это его просто выбивает из колеи, он роняет монетку, краснеет, ведёт себя так, как будто узнал что-то важное. Если Криспаркл "в деле", то уж о Депутате он должен был поведать своим друзьям. Стало быть, он вне сообщества "народ против Джаспера". А почему? Нельзя привлекать духовное лицо к делу столь благому, как раскрытие преступление? И тут мы возвращаемся к бессмертному Уолтерсу с его "Ключами". Ставим на место Дэчери Елену Ландлес и...Всё по новой.

Версию, что Дэчери - это воскресший Эдвин Друд рассматривать не собираюсь из-за полной несостоятельности таковой. Если ещё в 1865 году Диккенс использовал этот приём в "Нашем общем друге", стал бы он возвращаться к нему через пять лет, чтобы гордо сообщить близким, что пишет нечто небывалое?

Итак, Елена Ландлес. Может ли она быть Диком Дэчери? Мне эта версия не нравится, сознание протестует, есть слишком много деталей, которые говорят "нет". И всё же....

Полагаю вернуться к этой теме через некоторое время.